Соболянская Елизавета Владимировна: другие произведения.

Купите мужа для леди!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 5.34*72  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Любовная история в романтическом антураже. Книга закончена!

  Мне в очередной раз купили мужа. Опять. Сдержав тихий вздох, я покосилась на стоящего рядом низенького толстячка. Забавный. Преувеличено серьезно смотрит на священника, делая вид, что вслушивается в каждое слово предбрачной проповеди. А священник старается. Сдержав на сей раз зевок я всмотрелась в пляшущий по каменным плиткам солнечный луч - минут сорок уже рассуждает о святости брака. Смешно, словно ему неизвестно, почему я стою здесь уже в пятый раз.
  Завещание моего папеньки. Говорят, был большой шутник и острослов, вот и дошутился - одним прекрасным утром шагнул из окна собственной спальни. Умирал долго, мучительно. Зато завещание стало сюрпризом и для налетевших стаей воронья родственников и для прибывшего принять дела королевского секретаря.
  ***
  Все немалое состояние, включающее плодородные земли, полученные в приданое за моей матерью, акции рудников и обширные рыбные ловы отец завещал малолетней дочери. Родня выдохнула и принялась спорить, кто станет опекуном 'несчастной сиротки'. Нотариус обвел всех строгим взглядом и дочитал окончание: опекуном юной леди Владиры может стать только ее ... муж!
  Стихнувшие было споры, поднялись с новой силой, однако на сей раз по столу стукнул королевский секретарь:
  - Очень хорошо, дамы и господа, - процедил он, оглядывая пестрое общество.
  Лорд Владир был не слишком знатным, но все же дворянином, а вот его супруга происходила из купеческой семьи. Поэтому родственники за столом делились не только по фамилиям, но и по внешности. Особенно выделялся брат покойной леди Владир: высоченный, краснолицый он переводил тяжелый взгляд с нотариуса на аристократов и ощутимо не доверял никому.
  - Его королевское величество сам выберет супруга для леди Владиры, - веско сказал секретарь, - ибо только он может дать разрешение на брак знатной леди. - Фраза повисла в воздухе.
  Купеческая часть родни тут же приуныла, понимая, что ловить нечего - коли уж корона подгребла под себя изрядный кусок семейных угодий, вернет только с кровью. А вот аристократы нехорошо прищурились, просчитывая возможные варианты - кровь не водица, девчонка еще может пригодиться!
  Во всеобщей настороженной тишине негромко кхекнул нотариус:
  - Позвольте, господа, я зачитаю условия, которым согласно завещанию должен соответствовать выбранный его величеством супруг.
  Королевский секретарь сделал свободный жест:
  - Продолжайте!
  Но по мере чтения его лицо начало неудержимо вытягиваться. Шутник был лорд Владир, ох шутник! Но дело свое знал. А будучи шпионом, умел достаточно, чтобы прикрыть единственную и обожаемую дочурку со всех сторон. Впрочем, его величество тоже не лыком шит, придумает, как обхитрить шутника. С такими мыслями королевский секретарь встал, и покинул библиотеку, в которой проходило официальное чтение завещания. Ему требовалось пройтись, чтобы дать эмоциям утихнуть, прежде чем он отправит сообщение своему королю.
  В немного запущенном парке секретарь столкнулся со строгой молодой дамой в черном. Рядом с ней неуверенно шагала опрятно одетая девочка лет семи. Разглядывая богатую невесту , мужчина не сразу заметил, что гувернантка делает ему какие-то знаки, а когда заметил - в его руках очутился плотный конверт:
  -Милорд Владир просил передать этот конверт первому человеку в королевской форме, -негромко сказала женщина дрожащим, полным слез голосом.
  По откровенно печальному виду и красным глазам секретарь догадался, что она была для 'Шутника' не только гувернанткой дочери, но промолчал. Спрятал конверт и, коротко поклонившись, ушел в глубину парка. Там на скамье в стороне от любопытных глаз он вскрыл пакет и, прочитав вложенные бумаги, крепко выругался: 'Шутник' попался! Как и предполагал король, его агента раскрыли, но выполняя долг, лорд Владир спрятал все, что должен был спрятать, прежде чем шагнул навстречу смерти. Взамен же просил одного - выполнить его последнюю волю.
   Еще раз выругавшись секретарь вернулся в замок, собрал все бумаги из кабинета покойного лорда и отбыл в столицу. Малышка Владира осталась в родном доме.
  ***
  Обхитрить шутника у короля не получилось - уж очень конкретно было составлено завещание. Словно лорд Владир точно знал, кого хотел бы видеть мужем дочери.
   Выслушав подробнейший доклад секретаря, его величество озадачено подергал себя за бороду:
  - Что вы думаете об этом, Жорж?
  - Я думаю, что Шутник не зря написал такое завещание, ваше величество. Нотариус подтвердил, что он изменил его около полугода назад.
  - Что случилось полгода назад? - устало уточнил король.
  - Лорд Владир начал работать в Родезии, - осторожно напомнил секретарь, делая вид, что перечитывает завещание старого друга.
  - Родезия. Я помню. Первая попытка провалилась?
  - Да, ваше величество, но потом как будто случился успех...
  - Почему 'как будто'? - удивился король, вспоминая краткие отчеты.
  - Потому что все полученные великим трудом бумаги оказались фикцией, - вздохнул секретарь.
  - Ах, да! - его величество вновь помрачнел и перевел разговор. - И что теперь делать с этой девчонкой? Еще до вашего доклада три семейства намекали мне на родственные связи с семейством Владир! Просили опеку, намекали на свои заслуги и нежную любовь к малышке...
  - Девочке всего семь лет, сир, в школу благородных леди рановато, да и дополнительные условия завещания...
  Король раздраженно махнул рукой, показывая, что помнит все пункты. Потом отхлебнул большой глоток вина и решительно наставил палец на своего секретаря:
  - Вот что Жорж! Ты был другом Владира, ты знаешь, как ему угодить, вот и найди муженька для его дочки. Она конечно еще дитя, и свершение брака придется отложить, но возможность распоряжаться доходами ее наследства хорошая приманка для многих. Заодно и проследишь, чтобы девочке совсем больной кретин не достался! - откинувшись на спинку кресла, король удовлетворенно вздохнул, переложив ношу на плечи верного слуги.
  А секретарь, выругавшись про себя, уточнил:
  - На поиски потребуется время, ваше величество!
  - Сколько там дается по закону на исполнение последней воли? Шесть месяцев? Вот и дерзай! Подберешь кандидата, зайдешь ко мне за разрешением, а заодно и отпуск получишь, чтобы лично проконтролировать свадьбу.
  Если бы королевскому секретарю пристало закатывать глаза, как экзальтированной светской девице, Жорж Вервиль обязательно бы это сделал. А так он лишь кивнул и перешел к докладу других новостей из провинции.
  ***
  Первый раз я очутилась перед алтарем в восемь лет. 'Мужу' было почти сорок. Он был вдов, имел сына и дочь, так что в наследниках не нуждался, а вот в моем наследстве - очень. Лорд Вервиль выбрал его в надежде, что вечно озабоченный финансами взрослый мужчина заменит мне отца.
  Увы, он просчитался. Лорд Джинкс отдал мое воспитание на откуп гувернантке, а сам днями и ночами сидел в кабинете, сводя дебет и кредит, надеясь выдоить из моих земель роскошное приданное своей дочурке и не менее роскошное поместье сыну.
  Все было вполне ожидаемо: мисс Уиткроф прилежно растила из меня благородную леди, читая романы и закрывая глаза на некоторые вольности. Слуги, окружавшие меня с детства, жалели сироту и занимались своими делами, не вмешиваясь в управление поместьем. Выбранный еще отцом наставник исподволь учил меня шпионским хитростям. Например свой завтрак я обнаруживала где угодно, только не в столовой.
  Лорд Вервиль приезжал пару раз в год, чтобы проверить мое самочувствие и отдохнуть от столицы. Попутно он проверял счета, показывал пару приемов с кинжалом или, под настроение, устраивал подробный экзамен по геральдике и этикету.
   Всех все устраивало до свадьбы дочери лорда Джинкса.
  По-правде говоря, я редко пересекалась с этой девицей - она жила в столице под присмотром дальней родственницы и появлялась в 'Солнечном ручье' только за тем, чтобы выпросить денег на новый сезон. Аппетитная пышка до хруста затянутая в корсет. Рыжая и громкоголосая, вот и все, что я о ней знала.
  Однако ей повезло - без счета тратя деньги, она умудрилась подцепить очарованного ее прелестями второго сына виконта. И стремясь подчеркнуть близость к сильным мира сего потребовала от отца устроить свадьбу в моем замке. Поколебавшись, лорд Джинкс счел, что это будет разумной экономией и согласился.
  Праздник закончился печально - перепив, лорд притиснул меня в темном углу и, сочтя мои трепыхания порывом страсти, разорвал девически - скромное платье до талии. К счастью слуги, обученные защищать меня, не дремали - дворецкий своевременно уронил подаренную молодоженам статую на ногу лорда Джинкса. А горничная вылила на голову, вопившего от боли похотливца, ведро грязной воды.
  Утром хромающий лорд приплелся ко мне с извинениями, но я не стала его слушать - немедленно отправила письмо королевскому секретарю и, с утроенным старанием занялась приемами самообороны представляя на месте противника лупоглазую физиономию муженька.
   Уже к следующему вечеру королевский секретарь прислал мне бумаги о разводе, а лорд Джинкс покинул замок. Нарушение клятвы данной при заключении брачного контракта каралось жестоко - в первую очередь отлучением от 'кормушки'. Финансовые заботы лорда Джинкса корону не интересовали.
  Следующие полгода я спокойно жила и училась, пока вьюга не забросила в наши края разбитного красавчика-менестреля с романтическим имечком Эман. Мне исполнилось двенадцать, в голове начали бродить романтические истории, а парень был хорош как картинка!
  Срочно прибывший в замок лорд Вервиль к своему сожалению не нашел в парне ничего, противоречащего завещанию отца. Однако настоял на том, что брачные обязательства будут мною исполнены не ранее шестнадцати. Мне пока более поцелуев ничего не хотелось, а Эман сделала вид, что готов ждать пока я подрасту.
  После свадьбы моей повседневной жизни мало что изменилось: менестрель оказавшийся сыном разорившегося лорда совершенно не возражал против моих занятий самообороной и фехтованием, считая их прихотью провинциалки, Тайной жизни нашего дома он не знал, а слуги и наставники не спешили его просвещать.
  Первые месяцы замужества были сладки: новоявленный супруг вел себя безупречно - целовал руки, учил петь и танцевать, провожал в спальню целомудренным поцелуем в щечку.
  А потом менестрель заскучал! Сначала он начал ездить в деревню - перемигнуться с девицами в таверне, выпить пива 'без церемоний'. Потом сообразив с помощью своих родственников, что денег у него теперь куры не клюют, а супруга никуда ехать не желает, рванул в столицу, покорять светских дам.
  Покорял с блеском ровно до тех пор, пока не попался на глаза ревнивому мужу одной из графинь. Избитого и оскопленного его привезли в замок, где он не протянул и трех дней. Я рыдала еще неделю, а потом приехал лорд Вервиль и жестко посоветовал мне не маяться дурью. Заодно дал почитать отчеты приставленных к муженьку 'топтунов'.
  Пролистав парочку толстых тетрадей, в которых меня называли не иначе как 'моль', 'малявка' и ' деревенская дурочка' я утешилась. А лорд сообщил, что в ближайшие полгода собирается вновь найти мне мужа:
  - Извини, Владира, но это приказ короля. Твое наследство нельзя оставлять без присмотра, а условия, поставленные твоим отцом, и так сужают круг поисков кандидата.
  Я только тяжело вздохнула:
  - Если вы считаете это необходимым, лорд Вервиль, я не буду спорить. Только прошу вас заключить обычное соглашение о супружестве до подписания контракта.
  - Хорошо, - королевский секретарь позволил себе немного улыбнуться.
  Мы с ним неплохо ладили - иногда он рассказывал мне об отце, но чаще просто привозил столичные наряды и сплетни. Первые день два проведенные в замке королевский секретарь преимущественно ел и спал, а потом гулял в парке в компании управляющего, наставника или мисс Уиткроф. Постепенно моя гувернантка стала для него кем-то вроде моей приемной матери и экономки в одном лице.
   Мужа номер три лорд Вервиль привез весной - мальчик, мой ровесник, хрупкий и бледный, как росток спаржи.
  - Лорд Денни, - представил его секретарь, - младший сын графа Мэтлока.
  - Очень приятно, - я присела в реверансе, с любопытством поглядывая на юношу.
  - Взаимно, - поклонился он в ответ, но даже короткая улыбка не озарила его лицо.
  Брак заключили в тот же день, и я ясно помню, что во время церемонии думала о лягушке, припрятанной под кроватью.
  Денни мне совершенно не докучал. Целыми днями тихо сидел в библиотеке, а с наступлением хорошей погоды перебрался на веранду с которой был виден корт. Я осваивала конкур и часами носилась по кругу, заставляя рыжую Красотку безупречно брать препятствия.
  С ним мне было спокойно и интересно: Денни много знал и щедро делился со мной своими знаниями. Оказалось, что он много лет прожил заложником в холодной и ветреной Фраландии, где, кроме чтения, ему ничего не дозволялось. И только после заключения мира ему позволили вернуться на родину.
   Наш брак был вызван желанием короля убрать мальчика с линии огня, дать умирающему подростку немного покоя.
  За две зимы нашего совместного существования мы с Денни перерыли половину замковой библиотеки, а заодно и сокровищницу. Разобрали на запчасти парочку артефактов, утопили в пруду карту и перепугали слуг, заблудившись в тайных ходах замка.
  А потом Денни тихо умер в своей постели. У него была затяжная чахотка. На память мне остались красивые стихи, записанные его рукой в моем альбоме, да несколько угольных набросков. Мне кажется, он по-своему любил меня или просто восхищался моей живостью и возможностью делать что пожелаю.
  Так или иначе, в этом браке прошло два года. Я все ближе подходила к реальному брачному возрасту, и это начинало пугать меня. Лорд Вервиль наезжал чаще, а спрашивал строже. Теперь мне преподавали не только 'дамские' науки, но и политику, экономику, основы торговли и рудничного дела. Кроме того в замке чаще стали появляться гости - молодая состоятельная вдова лакомый кусочек на брачном рынке.
   Принимая гостей, я скучала. Мне интереснее было гонять верхом, чем вести светскую беседу, но лорд Вервиль и тут сумел найти нужные слова, предложив поиграть в игру:
  - Опиши каждого гостя тремя словами. Угадай, что он сделает в следующие пять минут.
  Потом игры усложнились: заставь гостя сделать что-то нужное тебе - от чихания, до танца. Эти игры заставили меня учиться еще усерднее и не только книжным наукам. А вот с лордом Вервилем ни один трюк не прошел - он оказался хитрее.
  В очередной свой приезд королевский секретарь пошутил, что скоро будет искать для меня жениха на базаре. Я рассмеялась, представив себе румяную торговку в длинном деревенском переднике, зазывающую покупателей:
  - Купите жениха для леди! Купите, не пожалеете, добрый сэр!
  Посмеявшись над моей богатой фантазией лорд Вервиль предложил мне нового кандидата:
  - Итак, леди Владира, его величество предлагает вам брак по договоренности. Ваш жених лорд Арруарк. Он родом из Родезии. Родовит, богат, назначен первым помощником посла.
  С этими словами королевский секретарь продемонстрировал мне портрет смуглого кареглазого брюнета одетого с варварской роскошью. К этому времени, благодаря Денни я неплохо стала разбираться в политических связях нашей страны, поэтому спросила, откладывая портрет:
  - Политический брак, лорд Вервиль?
  - Да, Владира, - в голосе королевского секретаря явно было что-то большее.
  Поэтому я уточнила:
  - Что изменится в моей жизни?
  - Вам придется переехать в столицу, - бесстрастно сказал лорд, а меня затрепетало сердце.
  В столицу! Значит вот оно то самое. Чего я ждала уже несколько месяцев - первый выход в свет! Первый бал, первый танец...И возможно первое задание от Тайной службы?
  - Надолго? - мне хотелось показать себя взрослой и сдержанной, но королевского секретаря обмануть трудно.
  - Года на два-три, - ответил он усмехнувшись. - Предварительное соглашение я уже заключил, но его величество требует церемонии в главном храме.
   - Заманчиво! - Что я могла еще сказать? - Я велю упаковать свои вещи.
  - Не берите много платьев, - посоветовал королевский секретарь,- в столице строго следят за модой.
  Я сделала книксен и вышла.
  
  Через три дня мы выехали в столицу. Слуги, гувернантка и наставник ехали со мной.
  Оказалось, что в столице у меня есть дом - большой особняк чуть в стороне от помпезных аристократических улиц, зато с большим парком и даже прудом. Первые дни я занималась обустройством, с тайным замиранием сердца прислушиваясь к звону колокольчика у входной двери. Вдруг лорд Вервиль явится с приказом вернуться в замок?
  Через неделю после прибытия будущий муж нанес мне визит вежливости, а потом каждый вечер присылал букет ненавидимых мною гортензий. Он произвел на меня сильное и неприятное впечатление. Я поняла, что этот брак будет куда сложнее предыдущего, но повернуть назад уже не могла.
  Еще неделю заняли переговоры, связанные с моим наследством.
   Теперь из любопытства я сама просматривала список имущества и с удивлением узнала, что мужья все же оставили мне кое-что помимо памяти. Лорд Джинкс, например, держал земли в порядке и по условиям контракта перечислял на мой счет половину дохода. Так что в банке скопилась приличная сумма наличностью.
  Менестрель, павший жертвой стрел амура, получил в подарок от любовниц целую шкатулку абсолютно безвкусных украшений, которые так же достались мне как 'совместно нажитое имущество'. Впрочем, учитывая его траты, я их практически купила.
  Денни, оставил мне пару племенных фраландских кобыл и свою личную библиотеку.
  Посмеявшись и взгрустнув, я уяснила, что на данный момент являюсь весьма обеспеченной разведенной дважды вдовой, имею в столице странную репутацию и пугающее прозвище. Все это с шутками и прибаутками мне рассказала леди Минойс, 'старинная приятельница' лорда Вервиля, прибывшая 'помочь невесте с платьем', а наделе должная ввести меня в общество и показать его подводные течения.
  Неделя плотного общения с этой дамой принесла свои плоды - из провинциалки я превратилась в модную штучку, способную украсить гостиную. Правда, открывать рот мне строго-настрого запретили. Пока умения сидеть на диване видом изящной статуэтки было достаточно - подпускать пятнадцатилетнюю простушку к политическим интригам никто не собирался.
  На бракосочетании присутствовал сам король. Для церемонии я выбрала максимально скромное и простое платье, да еще по праву невесты распустила свои не слишком длинные косы. Так что на фоне вычурно одетого в ярко-алый бархат жениха смотрелась, чуть ли не ребенком.
  Впрочем того и добивалась. Старательно пыталась всех уверить, что прозвище 'Черная вдова' дано кому-то другому. Никого не убедила, но прилежно следовала роли.
  После церемонии лорд Арруарк проводил меня к столу, и весь вечер аккуратно целовал в щечку под нетрезвые крики гостей. Его усы ужасно щекотались, заставляя меня нервно хихикать. Когда настало время провожать молодых в спальню, мы торжественно поцеловались в губы и разошлись по своим опочивальням. Целовался лорд Арруарк куда хуже Денни.
  Следующий год мой муж преследовал политические интересы своей страны, а я знакомилась с высшим светом. Поскольку ранние браки не были редкостью, у меня нашлось немало ровесниц. Мода, светские мероприятия и сплетни практически поглотили мое время. Однако зимой мне должно было стукнуть шестнадцать, а муж начал все чаще задерживаться дома на ужин, заставляя меня нервничать. Обычай требовал моего присутствия за столом, а лорд Арруарк неподражаемо умел уставиться на меня сквозь тончайшее стекло бокала, рассматривая словно редкое насекомое или неизвестную до сих пор механическую игрушку.
  Мне не нравились его внимательные взгляды, беспокоили прикосновения, раздражала усмешка полных красивых губ. Точнее я просто боялась его, но всячески скрывала этот страх от себя самой. Наконец набравшись смелости, я откровенно поговорила с мисс Уиткроф. Объяснила, что боюсь брачных отношений, попросила рассказать обо всем подробнее, а заодно уточнила - можно ли избежать супружеского ложа еще хотя бы год?
  Наставница меня не обрадовала. Ее рассказ подробный и точный развеял некоторые мои страхи, но стоило мне представить себя и лорда Арруарка в одной постели, как меня затошнило. А вручившая мне стакан воды мисс Уиткроф сказала, что со дня шестнадцатилетия я стану полностью принадлежать своему мужу, если только не пожелаю уйти в монастырь.
  В монастырь я не хотела. Что ж, оставался один выход - найти вескую причину для развода. Кажется, лорд Арруарк заподозрил, что я ищу возможность не пустить его в свою постель, однако со свойственной мужчинам самоуверенностью он позволил мне уехать в замок, готовиться к балу в честь моего дня рождения. В тот день мы виделись с ним в последний раз - он погиб застигнутый в пути внезапным снежным бураном.
  Некоторые кумушки позднее качали головой, рассказывая, что в 'Солнечном ручье' во всю пели скрипки, танцевали гости, когда 'бедный красавчик Арруарк' пытался найти дорогу в поместье супруги. Но веселившимся в замке гостям такие разговоры были не по душе. Так что сплетни вскоре затихли.
  Я вновь стала вдовой и спустя месяц вернулась в столицу. Теперь от меня шарахались не только чувствительные барышни, но и мамаши потенциальных женихов. Мне было плевать. Я радовалась вновь обретенной свободе и, прикрываясь черными юбками во всю изучала столицу с изнанки. Цирки, балаганы, рынки, катакомбы и бордели, ничто не осталось без внимания.
  Официальный траур позволял ограничить светские мероприятия одним днем в неделю, и я этим пользовалась - появлялась как звезда на небосклоне на самом важном балу, танцевала два дозволенных танца и скрывалась вновь. Такая жизнь мне безумно нравилась.
  Увы, лорд Вервиль дал мне порезвиться всего три месяца, а потом вновь явился с сообщением о браке.
  - Милорд, - я почтительно присела, встречая гостя в утренней столовой, - не хотите ли чашку чая?
  Королевский секретарь внимательно изучил скромнейшее, но весьма дорогое траурное платье. Затем мое лицо, покрытое благородной бледностью, с глубокими печальными тенями под глазами и согласился:
  - Благодарю вас, леди Владира, с удовольствием выпью чашку.
  Я, играя прилежную хозяйку, распорядилась немедленно подать сервиз, а потом чинно налила горячий напиток, добавив немного молока и сахару.
  - Прекрасно, леди Владира! - одобрил лорд, - я вижу, траур не лишил вас светской любезности. Его величество уведомляет вас о том, что вам надлежит снова выйти замуж...
  Я сдержалась. Я не стала метать в лорда Жоржа ни тяжелый серебряный чайник, ни сахарницу. Даже ложечку положила на блюдце, не звякнув тонким фарфором. Даже взгляд на него не подняла - мысленно я и так видела его насмешливые черные глаза и изогнутые в легкой улыбке губы. Внимательно глядя в чашку, я легко поинтересовалась:
  - За кого, милорд?
  Выдержав театральную паузу, королевский секретарь открыл небольшую кожаную папку с бумагами. И кратко описал будущего супруга и причины, по которым я должна выйти именно за него. Я не впечатлилась, но не сомневалась, что лорд Вервиль как всегда многое не договаривает. Портретик на сей раз оказался еще более слащавым: белокурый пухлощекий херувим в окружении драпировок нежно улыбался не то цветочкам, не то птичкам. Портрет откровенно пугал зефирным цветом, но деваться было некуда.
  Вот поэтому я стояла у алтаря в пятый раз, слушая слова о любви и послушании мужу. Наконец священник завершил проповедь и объявил нас мужем и женой. Толстячок, лорд Кармель, сладко улыбнулся и потянулся поцеловать меня. Я привычно подставила ему щеку, потом повернулась к гостям, нацепив радостную улыбку. Сейчас застолье, а потом я сбегу в сад, успокоить разгулявшиеся нервы. Заодно дам мужу возможность уснуть раньше меня.
  Увы, сбежать мне не позволила упитанная тетка с заплывшими голубыми глазами: свекровь.
  - Дорогая Владира, позволь я провожу тебя в спальню! - сладко пропела она уже после супа, подбивая веселящихся гостей обратить внимание на невесту.
   От усталости я с трудом сдержалась. Но чуть-чуть приподнятая бровь королевского секретаря сделала свое дело - молча выйдя из-за стола, я позволила подружкам и гостьям увести меня в спальню.
  Поскольку мне уже шестнадцать, опочивальня для молодых была приготовлена общая. Огромная кровать со множеством подушек, столик с вином и сладостями, душистая теплая вода в серебряном тазу. Свекровь внимательно осмотрела комнату, пока подружки хихикая помогали мне снять платье. Старая грымза лично убедилась, что двери соседних комнат ведут в наши пока пустые и запертые гардеробные, а окна прикрыты тяжелыми ставнями, чтобы избежать глупых шуток подвыпивших гостей. Неужели боится, что я убью ее сладкого мальчика и сбегу?
  Переодев меня в тоненькую сорочку и пеньюар, гостьи запихнули меня в постель и со смехом выстроились у двери, поджидая жениха. Вскоре вломились мужчины. Раздав 'защитницам' сладости и мелкие сувениры они протащили муженька в центр комнаты и начали раздевать, заслонив широкими спинами. Одного не учли - лорд Кармель был невысок, так что мне все было отлично видно. Потом супруга подтолкнули ко мне и вышли. Последней все время оглядываясь выходила свекровь.
  Когда стало тихо я подняла глаза на новоиспеченного мужа: вид у него был усталый и капризный, словно ему предстояло сделать что-то неприятное. Пришлось моментально перехватить инициативу:
  - Лорд Кармель не хотите ли вина?
  Кажется, толстячка никто не предупредил, что жены умеют говорить иначе, почему он так выпучил глаза? Однако мое предложение ему понравилось. Тяжелый кувшин с вином и драгоценный стеклянные кубки стояли тут же на столике. Лорд принес их вместе с тарелкой сладостей и лихо выпил, зажевал кусочком фрукта и осмелел! Уворачиваясь от его ярких губ я бормотала:
  - Милорд, я стесняюсь, давайте выпьем еще немного!
  Нехотя оторвавшись от выреза моей сорочки лорд Кармель поискал неверной рукой кубок и я с облегчением вручила ему свой! С ним муж расправился так же лихо а еще через пару минут навалился на меня всем своим весом и...захрапел!
   Вот не зря мне показалось подозрительным пересчитывание свекровью пирожных! А теперь быстро! Соскочив с кровати я разорвала тонюсенькую сорочку сверху до низу, с трудом стянула штаны с храпящего супруга и щедро полив простыню кровью уснула.
  Под утро, когда муж уткнулся в мою грудь и зачмокал во сне, я проснулась и тут же вновь закрыла глаза: скрипнула дверь гардеробной! Судя по тяжелым шагам и пыхтению, к нам шел не убийца. Неужели горничная? Так рано?
  Волна ароматов лавандовой воды и вишневой настойки подсказала точнее - явилась моя свекровь! Осмотрев художественный натюрморт из обрывков ткани, крови и наших недвижных тел вдовствующая леди Кармель удовлетворенно хрюкнула и вымелась из комнаты, прихватив пирожное.
  Я расслабилась и позволила себе немного подремать, похоже лорда Кармеля смогут добудиться не раньше обеда.
  ***
  Королевский секретарь должность крайне ответственная и хлопотная. Чем только не приходится заниматься - и встречать тайных гонцов, и писать указы, и подавать похмельному королю чай, загодя заваренный на спиртовке. Однако лорд Вервиль уже немало лет справлялся с этой должностью, пройдя все круги дворцовой службы - от пажа до третьего помощника пятого архивариуса. Теперь он был вторым королевским секретарем и благодаря своей относительной молодости самым загруженным.
  Поприсутствовав на свадьбе леди Владиры, лорд Вервиль прямо в парадном камзоле отправился к его величеству. Король устало потягивал травяной чай, сидя в полутемном кабинете и морщась потирал правое подреберье. Увидев вошедшего без доклада секретаря, его величество кивнул, дозволяя сесть:
  - Какие новости, Жорж? Откуда ты такой нарядный?
  - Был на свадьбе леди Владиры и лорда Кармеля, - коротко ответил лорд Вервиль, доставая папку с бумагами.
  - Отлично, - король сделал глоток напитка и поморщился, - Кармельские фермы станут неплохим козырем в переговорах.
  - Вы правы, сир! - Жорж поклонился и перевел разговор на другую тему.
  Говорить о малышке Владире ему не хотелось. А уж представлять ее в постели с этим жирным коротышкой тем более. Годы показали, что завещание Шутника совсем не шутка. Заботливый отец вложил в свою последнюю волю все доступные ему силы.
  Согласно завещанию мужем леди Владиры мог стать любой совершеннолетний подданный королевства не имеющий проблем с законом. Самым главным условием было наличие у юной леди чувств к своему супругу. Пока девочка была равнодушна - мужчина мог чувствовать себя в безопасности, но малейший вред оборачивался быстрой 'случайной' смертью.
  Лорду Джинксу несказанно повезло, что развод оформили в считанные часы - это позволило ему прожить еще пять лет. Менестрель сам разорвал связь со своей юной женой и был наказан за измены. А бедный Денни прожил ровно на два года больше, чем ему давали врачи только потому, что был симпатичен Владире.
  Убедившись в силе отцовского слова, король предлагал брак с молодой и состоятельной леди как лакомый кусок с ядовитой начинкой - сперва набравшемуся небывалого политического нахальства Арруарку, а теперь теряющему фамильные богатства Кармелю.
  Вкусы самой Владиры в расчет не брались, и лорд Вервиль с ужасом ждал того дня, когда девушка выйдет из повиновения. По закону она находилась под опекой короны до совершеннолетия, до которого оставалось всего два года.
  Впрочем, сегодняшняя свадьба была копией предыдущих за исключением одного - девушку ожидало полноценное брачное ложе, а женщины существа непредсказуемые. Вздохнув, лорд Вервиль обнаружил, что доклад давно закончен, а он сам, задумавшись, стоит в коридоре перед дверью в отведенные ему покои.
  Каждому дворянину, служащему во дворце полагалась комната, на случай ночлега. Обычно это была спальня снабженная рабочим столом и умывальней. Более просторные покои полагались дворянам высокого ранга, либо приближенным короля. Слуги пажи и фрейлины располагались в отдельном крыле дворца.
  Лорд Вервиль давно стал приближенным, да и титул барона имел, но по - прежнему ночевал в спальне полученной вместе с первой 'секретарской' должностью. Войдя в комнату, мужчина начал снимать парадный камзол, не дожидаясь камердинера. Пока воевал с шейным платком из широкого обшлага выпал миниатюрный конверт из скромной тростниковой бумаги.
  Такие сюрпризы в жизни королевского секретаря уже случались, что только не пытались подсунуть - от векселя на крупную сумму, до ядовитого паука. Так что вскрывал конверт лорд Вервиль ножом и в перчатках.
  Внутри обнаружилась благоухающая духами записка:
  - Ваше сиятельство, приглашаю вас на романтическую встречу в номер гостиницы 'Англез'. Будьте там завтра к восьми часам пополудни. Особо прошу ничего не страшиться, принять это приглашение в ваших интересах. Вместо подписи красовалась маленькая золотая маска.
  Лорд Вервиль устало потер виски: очередная романтическая дурочка пожелала добавить его к своей коллекции? Он собирался отправить записку в огонь камина, но в красноватом свете горячих углей на бумаге неожиданно проступили совсем другие буквы - четкие и простые, лишенные завитушек.
  - Завтра вечером на вас запланировано покушение. Смените маршруты и привычные места.
  Вместо подписи стоял значок одного из агентов короны. Головная боль только усилилась. Покушение конечно не первой и вероятно не последнее, но почему завтра? Перебрав возможные причины королевский секретарь не нашел изменений в своем расписании. Получается, день выбран как раз потому, что его легко будет поймать?
  В дверь деликатно постучали - явился камердинер. Быстро помог раздеться, подал давно остывший и не раз подогретый ужин. Засыпая, лорд Вервиль выстраивал в голове новые планы на завтра. Последней мыслью стало понимание того, что визит в гостиницу 'Англез' ему только на руку - там его точно не будут искать!
  ***
  С утра моя любезная свекровь пришла ко мне на завтрак в малую гостиную. Я этому почти не удивилась, лишь мягко намекнула, что в этом доме принято завтракать у себя, встречаясь за обедом и ужином.
  - Ах, милочка, - проворковала толстуха голосом ласкового крокодила, - думаю теперь порядки в этом доме изменятся...
  Я ощерилась в ответ: практика любезных улыбок с подтекстом у меня уже была, лорд Арруарк неплохо натренировал молодую жену.
  - Что вы, леди Кармель, порядки этого дома устанавливались столетиями, разве я могу их менять? - я наивно похлопала глазками, а потом любезно поинтересовалась: - Кстати, в какой провинции Басик приобрел для вас вдовий дом? Мы непременно навестим вас после медового месяца!
  Свекровь побагровела. Мало того что я назвала ее любимого сыночка слюнявым 'Басик' вместо Базилиус, так еще и намекнула, что ей пора ехать в провинцию, а не докучать молодоженам. К счастью в этот момент ко мне пришла мисс Уиткроф, так что леди Кармель пришлось замолчать.
  Наставница по одному лишь внешнему виду поняла, что у меня все в порядке и спокойно занялась теплыми булочками с джемом. Посверлив меня взглядом и не обнаружив признаков раскаяния леди Кармель наконец убралась, сообщив, что желает увидеть сына, сразу, как он проснется. Увы, это не входило в мои планы. Пообещав суровой вдовице непременно передать ее слова я закончила завтрак и ушла в кабинет.
  Год, проведенный в столице, научил меня многому - в том числе умению считать свои деньги. Согласно заключенному брачному контракту лорд Кармель получал в свою собственность исключительно деньги. Около трети моего банковского счета. Эту сумму супруг собирался вложить в свои предприятия 'Доходные фермы Кармель'.
  Идея организации ферм принадлежала его папеньке и была весьма хороша. Бедой было постоянное отсутствие свободного капитала, которое сдерживало расширение. Теперь, имея некоторый резерв, Базилиус сможет увеличить поголовье, а значит и количество поставляемых даже в столицу сыров и колбас.
  Проверив отчет из банка о переводе нужной суммы, я занялась другими делами: прочла письма, написала несколько ответов, и уже совсем было собралась вернуться в спальню - проведать супруга, как в окно тихонько постучали.
  Под окном стояла премиленькая девочка одетая как барышня из хорошего дома. В руках у нее была корзинка с цветами:
  - Доброе утро, миледи! Господин Кормак посылает вам поздравления! - прощебетало прелестное создание.
   Затем вручив мне корзинку, девочка исчезла, только пятки лайковых туфелек сверкнули за углом. Среди влажных от росы бутонов отыскалась карточка с коротким приветом и несложной просьбой от старого друга. Карточку я сожгла, а корзинку поставила среди прочих букетов украшающих комнаты новобрачной.
  Лорд Кармель уже проснулся и стеная спрятался под одеяло от солнечного света пробившегося сквозь ставни.
  - Доброе утро, милорд! - звонко прощебетала я, открывая окно.
  В комнате пахло кровью, перегаром и несвежим телом. Муж храбро высунулся из своего убежища, увидел жизнерадостную меня и скривился. Потом слабым голосом попросил прислать своего камердинера и вина.
  - Что вы, милорд! - я распахнула глаза пошире, и приоткрыла рот от ужаса, - вам необходимо принять ванну! Ваша матушка ожидает вас у себя!
  Стоило вспомнить о вдовствующей леди Кармель, как муженька перекосило в другую сторону.
  - Дорогая, - просипел он, мучительно борясь с пересохшим горлом, - дайте мне воды, будьте ангелом!
  Я смилостивилась и налила воды, из прихваченного с собой кувшина, заодно напомнив:
  - Кажется ваша матушка хотела уточнить, в какой провинции вы купите ей вдовий дом, как мило с ее стороны оставить нас вдвоем.
  - Да, - бульк, - да! - лорд Кармель утолил жажду и тут до него дошло: - Владира, вы серьезно?
  - Конечно, милорд! Купите своей матушке дом получше, дабы не утруждать ее ремонтом и обустройством. Если хотите, могу показать те варианты, которые нашел мой управляющий. - болтая я дернула шнурок, вызывая слуг и подала ошарашенному супругу мокрое полотенце.
  Уткнувшись воспаленными веками во влажную ткань, лорд Кармель блаженствовал и был согласен практически на все:
  - Хорошо, Владира, я посмотрю.
  - У меня есть с собой пара описаний, - я собиралась ковать железо пока горячо, - вот взгляните, пока слуги приготовят вам ванну...
  Упоминание о ванне вдохнула в страдающего лорда новые силы, он мельком бросил взгляд на бумаги на которых красной краской было выделено изображение дома и цена:
  - О!, - все же не зря лорд столько лет занимался продажами, - столь большой дом за такую малую цену?
  - Но это хороший дом, милорд! Я сама хотела приобрести его на случай поездки на воды! - заявила я.
  - На воды? А где он расположен?
  Такая быстрая реакция меня не радовала, так что я моментом вручила Базилиусу новый кубок с водой, заботливо смочила полотенце и только тогда призналась:
  - В Лавлейсе.
  Лорд неприлично фыркнул в кубок и заявил:
  - Берем!
  Я расцвела! Похоже, добрая матушка надоела своему сыночку хуже горькой редьки. А из Лавлейса до столицы почти две недели пути, вдруг не вырвешься.
  Тут наконец явился камердинер с халатом и сообщением, что ванна готова. Кармель заворочался и довольно бодро соскочил с кровати, а потом увидел кровь. Ох, кажется я перестаралась! Совершенно дикие карие глаза уставились на меня, потом на кровать и собственные ноги щедро орошенные кровью.
  - Ммиледи, - Базилиус аж заикаться начал, - с вами все в порядке?
  - Благодарю вас, милорд, - я опустила глаза и присела в неловком, словно болезненном реверансе, - господин лекарь рекомендовал мне воздержаться от супружеского ложа некоторое время...
  Базилиус сглотнул и, бережно поцеловав мне руку, сбежал в ванную со словами:
  - Простите миледи, мне надо идти.
  Мысленно хихикнув, я оставила бумаги на дом на столе, наказав камердинеру вручить их супругу перед визитом к вдовствующей леди Кармель. Теперь можно было заняться своими делами.
  ***
  Лорд Вервиль был несказанно рад предупреждению, полученному от агента. Утром, когда ему как обычно принесли теплую воду и завтрак, он выплеснул воду в горшок, а еду в камин и отправился в общие купальни для младших дворцовых чинов. Там вода была проточной и отравить ее было сложно. После купания и бритья он велел пажу принести простой дворцовый мундир без знаков различия, таких на складе было много, и невозможно было предугадать, кому какой выдаст кастелян.
  Закончив с утренними делами, лорд Вервиль не отправился в канцелярию за новостями для утреннего доклада - он вышел в город через боковой вход и позавтракал в людной таверне на окраине рабочего квартала. Затем явился на доклад его величеству, но в нарушение традиций вошел в кабинет как простой смертный - через парадную дверь. Король лишь удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал.
  После доклада Жорж обычно возвращался в канцелярию, работал с постоянно поступающими сообщениями, но теперь нарушая каноны, он присоединился к группе фрейлин ее величества и вышел на прогулку в сад. Курьеры находили его и тут, а вот убийцам подойти незамеченными не удалось бы. Вместо обеда любезного лорда напоили горячим шоколадом с бисквитами, заодно обстреляв многозначительными взглядами, и улыбками.
  Сбежав от дам, королевский секретарь взял обычного извозчика и покружив по улицам заехал в ювелирный магазин. Он принял решение поехать на свидание, а значит, ему понадобиться подарок для незнакомой леди.
   Побродив среди выложенных черным бархатом витрин, Вервиль остановился на тяжелой золотой подвеске в виде кораблика. С золотого корпуса свисали три крупные жемчужины, а 'волны' украшали мелкие аквамарины. Расплатившись, королевский секретарь заехал в случайный трактир в другой части города. Там он поужинал, просто и сытно, а потом поехал в гостиницу 'Англез'.
  Номер, названый в записке находился в отдельном крыле. Поднявшись по узкой боковой лесенке, Жорж Вервиль неожиданно ощутил себя беспечным студентом, примчавшимся на свидание. Красивая дубовая дверь была приоткрыта. Изнутри пахло тяжеловатыми южными травами и благовониями. Толкнув створку, королевский секретарь прислушался, но все было тихо - не лязгало железо, не слышно было топота или тяжелого дыхания множества людей.
  В небольшой уютной гостиной горела сего пара светильников накрытых желтыми шалями. Их свет падал на открытую дверь спальни, в которой было совсем темно. Пройдя через комнату, Вервиль задержался на пороге последний раз решая - сделать шаг вперед или развернуться назад.
  В спальне тихонько звякнул колокольчик, потом еще один и еще. В слабую полосу света вступила женщина. Ажурная сетка не скрывала ее фигуры, на запястьях и лодыжках позвякивали браслеты с бубенцами. Лица не было видно, зато длинные стройные ноги, тонкая талия и налитая грудь прекрасно обрисовывались неверным светом ламп.
  Не говоря не слова, незнакомка поманила лорда в глубину комнаты и, развернувшись, пошла туда сама, дав возможность полюбоваться соблазнительным упругим задом. И Вервиль шагнул следом, выбросив из головы всякие опасения.
  В алькове темнота была абсолютной, но перед глазами королевского секретаря все еще стояла великолепная фигура его визави. Не мешкая, Вервиль стянул с плеч камзол, расстегнул бриджи и присел на постель. Отыскав во мраке тонкую лодыжку, он притянул женщину к себе и начал наощупь изучать пленившие его изгибы.
   Незнакомка лежала тихо, словно прислушиваясь к его ласкам и, это немного отрезвило секретаря. Неужели дама желает сравнить его с кем-то? В лорде взыграло самолюбие - показать себя лучшим любовником среди аристократов было не последним делом.
  Сбавив темп Вервиль начал издалека: медленные, томные ласки, поцелуи, покусывания, плечи, бока, бедра... Лорд тянул наслаждение точно золотую нить и был щедро вознагражден вздохами таинственной дамы. Оказалось, что полная темнота только усиливает его ощущения, а разгулявшаяся фантазия разжигает желание до болезненной жажды.
  Поняв, что сдерживаться больше не может, Вервиль уложил незнакомку на подушки, так, чтобы первое движение стало длинным и плавным, потом устроился сам, качнулся вперед и медленно, с усилием, вошел. Дама судорожно всхлипнула, и лорд остановился, боясь взорваться сию минуту. Представив себе длиннейший и скучнейший указ, который следовало написать в ближайшее время, Вервиль смог перевести дыхание. Затем, качнувшись вперед, поймал губами стон и более не сдерживался.
  Финал наступил быстро. Длинно выдохнув, лорд уткнулся в плечо незнакомки. Она молчала и, Вервиль был ей даже благодарен: банальные фразы салонных красоток, могли разрушить то редкое состояние покоя, которого он к собственному удивлению достиг.
  Через некоторое время дама пошевелилась. Поняв, что его безмолвно просят уйти лорд встал. Поправляя одежду, вспомнил про купленную подвеску. В обычных обстоятельствах он вручил бы украшение даме, получив в ответ шумный восторг и благодарность. Но сейчас, в темноте, делать этого совсем не хотелось. Нащупав прикроватный столик, Вервиль положил подарок и вышел, почему-то чувствуя себя виноватым.
  У крыльца гостиницы кучковались пролетки, готовые подхватить богатого гостя. Королевский секретарь плотнее запахнул темный плащ, и сев к ближайшему кучеру скомандовал:
  - В дом маркиза Соул! - обычный скучный бал был последним местом, где мог появиться королевский секретарь.
  Превратив форменный шарф в маску лорд Вервиль появился на балу закутавшись в плащ Постоял у стены, выпил бокал вина и наконец укрылся в комнате для джентльменов. Именно там лорд Вервиль наконец понял, что волновала его последний час. Потянувшись за платком - вытереть руки, лорд вспомнил, что уже пользовался им в гостинице. Но вернуть кусок ткани, обшитый полоской кружева, в карман не успел - в глаза бросились яркие пятна крови.
  Все встало на свои места - и странная сдержанность дамы, и ее болезненный всхлип... Выходит он провел время с девушкой? Но почему она ничего не сказала? Кто она вообще? Поняв, что не успокоится, пока не решит эту загадку, королевский секретарь решил вернуться во дворец - написать записку агенту, предупредившему его о покушении.
  Взяв извозчика Вервиль подъехал ко дворцу и вошел через оранжерею. В темноте сильные запахи тропических растений вновь напомнили ему пропитанную ароматами комнату наполненную горячим дыханием и звоном колокольчиков.
  Возле его комнаты царил переполох: бледные слуги, пара пажей и несколько гвардейцев переговариваясь заглядывали в помещение, закатывали глаза и принимались кружить в нешироком коридоре. Увидев королевского секретаря обитатели дворца его даже не сразу узнали, зато потом кинулись все сразу крича, умоляя и упрашивая.
  - Стойте! - лорд Вервиль поднял руку и остановил бегущую к нему толпу. - Что случилось?
  Хор голосов слился в опасную для ушей какофонию. Выхватив взглядом одного из старших слуг секретарь ткнул в него пальцем:
  - Докладывайте! Остальным молчать!
  Слуга начал объяснять, нервно косясь на остальных и от его слов, волосы на голове лорда зашевелились. Служанка, принесшая ему воду для умывания и завтрак, найдена мертвой. В тайном ходе, которым пользовался секретарь, спеша на доклад к его величеству обрушился камень свода. Лошади его личной кареты наелись дурман травы и понесли, уронив кучера и переломав себе ноги. Апофеозом шли взрыв в его рабочем кабинете и забившийся камин в его спальне.
  Оглядев закопченные стены, почерневший балдахин и усыпанные сажей бумаги лорд Вервиль скрипнул зубами:
  - Вызовите уборщиков! Я сегодня ночую в своем доме! - громко объявил он на весь коридор и ушел, оставив слуг разбираться.
  Королевский секретарь был в смятении: он подозревал, что предупреждение агента не шутка, но чтобы так? Вместо своего дома он отправился в гостиницу 'Англез'. Карету брать не стал, помчался верхом пугая редких прохожих. Ворвался в номер и обнаружил, что он пуст. Ветер гулял по спальне, выдувая аромат благовоний. Зажигая свечу, лорд Вервиль не знал, что увидит. Перед ним предстал обыкновенный гостиничный номер - помпезно украшенный, но банальный. Кровать убрана, в кувшине чистая вода, в подсвечниках новые свечи. И ни следа таинственной дамы.
  В распахнутую дверь заглянул встревоженный коридорный:
  - Что вам угодно, милорд?
  - Где дама, которая снимала этот номер?
  - Не знаю, милорд. Час назад она расплатилась и уехала.
  - Как ее звали? Куда уехала? - Вервиль чувствовал себя обманутым.
  -Леди просила называть себя мадам Голди, - ответил коридорный, испуганно попятившись. - А куда мадам съехала, я не знаю, мы не спрашиваем!
  Лорд Вервиль еще раз крутанулся по спальне, и решил остаться тут на ночь - более безопасное место сейчас отыскать трудно. Вручив коридорному аванс, он зажег свечи и расположился на кровати, приказывая себе отдохнуть. Однако настойчивые ароматы корицы и ладана продолжали будоражить воображение. Не выдержав лорд принялся рассматривать ковер у кровати и наконец, заметил бубенчик на узкой золотистой ленточке. Подобрав находку королевский секретарь уснул, сжимая в кулаке прощальный привет от незнакомой дамы.
  ***
  Пузырь со льдом не помогал - живот все равно противно тянуло. К завтраку я вышла настолько бледная, что оправившийся от похмелья лорд Кармель сам предложил послать за лекарем.
  - Благодарю вас, милорд, лекарь уже был, - я потупилась и скромно ковырнула ложкой утреннюю кашу.
  Лорд немного успокоился и порадовал известием о скором отъезде свекрови. Я благосклонно покивала, поинтересовалась планами супруга на день и укрылась в кабинете. Мисс Уиткроф как всегда невозмутимая и безупречно одетая писала письма под мою диктовку. Я уже начала задремывать в кресле, когда лакей отворил дверь, пропуская внутрь ворох яблочно- зеленого атласа и лимонных лент:
  - Владира! - ко мне ворвалась лучшая подруга и по совместительству виконтесса Фиона Берг.
  - Фиона!- я вяло поприветствовала гостью.
  - Ты ужасно выглядишь! - без обидняков заявила Фиа, - неужели Кармель был груб?
  Я постаралась избежать расспросов, но все же призналась, что живот болит, и аппетита совсем нет.
  - Так может быть ты беременна? - округлила глаза Фиона, - моя сестра понесла с первой ночи, так ее дундук даже повеселиться ей не дал - отправил в поместье, вынашивать!
  Я знала, что виконтесса Берг недолюбливает зятя, и теперь кажется, знала почему - более живых и энергичных любительниц развлечений чем леди Берг и леди Урган столица еще не знала.
  - Ничего, - подружка прошлась по кабинету притопывая каблучками, - Кармель добрый, в поместье не ушлет, зато сразу отмучаешься и он от тебя отстанет!
  Я спорить с ней не стала.
  - Поедем сегодня кататься на площадь? Говорят, его величество будет прогуливаться по Большой аллее! - сообщила Фиа, уже крутя в руках что-то подхваченное с моего стола.
  Обычно я восхищалась ею, но сегодня такая шустрость меня угнетала:
  - Не хочется, Фиона, может, лучше посидим в саду?
  - Ты разом превратилась в скучную матрону? Засядешь в беседке с чаем и пяльцами? Может, еще свекровь пригласишь?- виконтесса умела нажимать на больные точки.
  Подумав, я решила, что Фиона права и согласилась на прогулку. Большая Королевская Аллея была знаменита тем, что по ней любил гулять сам король. Конечно в такие моменты его сопровождал кто-нибудь из высшего дворянства, вокруг крутилась охрана. Зато по соседней Конной аллее можно было ездить в колясках, а на Малой устраивали променад все аристократы приезжающие в столицу.
  Мисс Уиткроф помогла мне надеть прогулочное платье, подобрала волосы в модную прическу, а потом мы отправились на Конную аллею. Там уже было множество колясок с гербами. Среди величественных лип мелькали модные платья и мундиры. Судя по мерному движению колясок, его величество на Королевской аллее еще не появлялся.
  Мы велели кучеру ехать шагом и принялись здороваться и улыбаться знакомым. Я быстро забыла про боли и хандру, а Фиа буквально лучилась удовольствием от прогулки. Вдруг вдалеке затрубили, и подруга схватила меня за руку:
  - Владира! Король прибыл!
  - И что ты хочешь делать? На королевскую аллею никого не пускают!
  - Вчера к мужу заезжал приятель, при дворе болтают, что его величество ищет новую фаворитку... - С этими словами Фиа принялась прихорашиваться, расправлять рукава и складки на модном платье.
  - Тогда здесь кататься бесполезно, - усмехнулась я,- надо гулять на Малой аллее параллельно королю.
  - Точно! - глаза подруги вспыхнули, она немедленно приказала остановить коляску и почти бегом потащила меня и мисс Уиткроф на Малую аллею.
  Мне было смешно, я пыталась вырваться, но Фиону невозможно было остановить на половине пути. Через десяток минут мы чинно топали по Малой аллее в толпе желающих посмотреть на его величество. Наконец нам попалось место удобное для наблюдения - широкий просвет между деревьями. Там мы остановились и дождались появления короля.
  До сих пор я видела его величество только на портретах и собственной свадьбе с лордом Арруаком. Портреты передавали традиционный облик монарха: роскошная мантия, тяжелая корона, высокомерное лицо... А на свадьбе я увидела блеск золота и пурпура на противоположном конце стола, но не успела увидеть человека.
   Теперь же по аллее неторопливо шагал усталый немолодой мужчина в простом темном камзоле. Модный фасон ему совершенно не шел, излишне обтягивая живот, коверкая широкие плечи. Рядом почтительно шел молодой горбоносый красавец - кажется посол Арасана и...королевский секретарь!
  Сбившись с ноги, я невольно подставила подножку мисс Уиткроф, а заодно толкнула в спину вырвавшуюся вперед Фиону. В итоге мы все свалились на мощеную плитами песчаника дорожку. Мой вскрик, деликатный стон наставницы и бодрая ругань Фиа слились в один нестройный хор.
  Его величество почему-то обратил внимание на этот балаган. Несколько слов и нас подняли с земли здоровенные королевские гвардейцы. Фиона тотчас расцвела улыбкой и присела в реверансе. Я неловко затопталась на месте, пока не увидела, что по лицу мисс Уиткроф течет кровь.
  - Ваше величество, простите! Вы позволите помочь моей компаньонке? - спросила я, вспомнив, что к королю нельзя поворачиваться спиной.
  Король поднял на меня карие удивительно теплые глаза и ответил:
  - Конечно...
  - Леди Владира, - коротко представилась я, вынимая из поясного кармашка платок.
  Его величество чуть свел редкие брови, затем перевел взгляд на своего секретаря:
  - Леди Владира позавчера стала супругой лорда Кармеля... - напомнил лорд Вервиль.
  - А, 'Черная вдова', - сказал король и посмотрел на меня с любопытством.
  Меня передернуло: снова это прозвище! Нет во мне ничего ужасного! Обычная внешность: светлые, пепельного оттенка волосы, серые глаза, сейчас на мне голубое платье, так что глаза кажутся голубоватыми. Ни черных волос, ни алых губ роковой женщины, да и ростом я не вышла - едва дотягиваю его величеству до плеча.
  Однако в мою защиту выступила наставница. Пока Фиа пыталась изобразить соблазнительницу мисс Уотеркроф решительно присела в реверансе и заявила:
  - Прошу вас, ваше величество, не обижайте леди Владиру! Это прозвище нисколько не соответствует истине и крайне обидно для юной леди.
  Король, который уже собирался двинуться дальше, неожиданно развернулся к моей гувернантке и поинтересовался:
  - Кто вы сударыня?
  Прижимая к ранке на лбу мой платок, Полин ухитрилась сделать идеальный реверанс и коротко ответила:
  - Мисс Уиткроф, дочь профессора Уиткрофа, несколько лет была наставницей леди Владиры по распоряжению ее отца.
  - Профессор Уиткроф? - короткий жест в сторону секретаря, шепот и король с удовольствием осматривает стройную фигуру моей наставницы: - я вспомнил вашего отца, достойнейший был человек!
  Мисс вновь присела в реверансе, Фиа сменила чарующее личико на кисленькую мину, я порывалась уйти быстрее, не желая сейчас встречаться с Вервилем, но король неожиданно остановил нас:
  - Леди, мисс, - обвел он нашу троицу взглядом, - приглашаю вас выпить со мной чаю в беседке у озера.
  Король пригласил - значит приказал. Я побледнела, сообразив, что Вервиль тоже там будет, Фиа расплылась в довольной, почти хищной улыбке, а мисс Уиткроф убедилась, что кровь больше не идет, спрятала платок в карман и всем своим видом показала, что готова двигаться дальше. Даже красное пятно на лбу быстро наливающееся лиловым цветом не портило ее обычного вида.
  - Лорды, - обратился его величество к секретарю и послу, - прошу вас проводить леди в беседку. Я хочу поговорить с мисс о ее отце.
  Возражать никто не посмел. Алчно улыбнувшись, посол Аросана, подхватил под руку Фиону, а мне пришлось тащиться рядом с лордом Вервилем. Несколько минут мы шли в молчании, вслушиваясь в утонченный флирт Фионы и посланника. Его величество и мисс Уиткроф отстали так далеко, что их негромкий разговор растворялся в общем шуме летнего дня.
  Наконец мне надоело молчать - по абсолютному равнодушию спутника, я сообразила, что лорд Вервиль не знает, кто был с ним прошлой ночью! Не знает этого и его агент, он просто попросил мою наставницу, передать шифрованную записку королевскому секретарю зная, что он бывает в нашем доме.
  Осознание этого внезапно вскипятило мне кровь миллионом пенных пузырей! Захотелось сделать какую-нибудь глупость, например... С трудом сдержав чувства я начала вежливую беседу:
  - Лорд Вервиль, - вы сегодня так задумчивы, что случилось?
  Лорд слабо улыбнулся, показывая, что я его раскусила:
  - Пустяки, леди Владир, небольшие неприятности с каретой, плюс незапланированный ремонт покоев.
  - Так вы теперь живете в своем доме на улице Семи Шпаг? - легко поинтересовалась я.
  - О, нет, леди, мой дом тоже требует срочного ремонта. Так что я пока снимаю номер в гостинице.
  - Но это же очень неудобно! - пожалела я Вервиля, и едва не проговорилась, выпалив, что номер лучшей гостиницы города показался мне совершенно непригодным для жизни. - Позвольте мне пригласить вас в наш дом, нельзя так рисковать своим здоровьем! Я слышала в гостиницах полно насекомых и мышей! - тут я сделала 'большие глаза' передавая чисто женский ужас от чего-то серого, мелкого и шустрого.
  Лорд Вервиль от души рассмеялся, закидывая голову, а я невольно засмотрелась на красивую линию его скул, темные, почти кофейные глаза и длинные черные волосы, собранные в тугой хвост. Ой, уже не черные! Я привыкла, что лорд Вервиль черноволос, а оказывается в его волосах полно седины. И тонкие морщинки собираются в уголках глаз. И эта линия, похожая на циничную улыбку бежит от угла губ к подбородку...
  Оторвавшись от заворожившего меня зрелища, я услышала:
  - Леди Владира, вы неподражаемы! А что на мой неурочный визит скажет ваш муж?
  Я пожала плечами:
  - Почему лорд Кармель должен возражать? Вы мой опекун от короны. А сам Базилиус через несколько дней планирует длинную поездку с инспекцией ферм, так что ваше присутствие лишь дань моей безопасности.
  Королевский секретарь еще немного посмеялся, но обещал обдумать мое предложение. Теперь беседа давалась мне легче. Мы дружно похихикали над послом и Фионой, которые достигли вершин куртуазного флирта, изъясняясь сложными конструкциями и цитатами из классических любовных пьес. Потом посмотрели на медленно бредущего впереди короля. Его величество так и не выпустил руку моей компаньонки, а она вопреки обычаю шла, низко опустив голову.
  Наконец впереди показалось озеро и ажурная беседка из белого камня. Лорд Вервиль тотчас оставил меня, извинившись - его долгом было предупредить обслугу о гостях.
  Оставшись без пары, я была вынуждена догнать Фиону и скромно шагать рядом, не обращая внимания на недовольные взгляды подруги. Посол улыбался в тонкие напомаженные усики, обмахивался надушенным платком и выговаривал цветистые комплименты нам обеим. Мне стало скучно.
  К счастью в беседке нас ждали. Высокие лакеи отодвинули плетеные стулья с атласными подушками, предложили стаканы сиропной воды со льдом и свежие фрукты. Садиться никто не спешил - все ждали, какое место за круглым столом выберет король.
   Его величество сел лицом к озеру, очевидно желая любоваться простором. Фиа рвалась сесть рядом, но по этикету подле короля сел посол. Скривив хорошенькие губки, виконтесса грациозно опустилась в следующее кресло и потянулась к бокалу клубничного шербета. По другую сторону от его величества должен был сесть его секретарь, но лорд Вервиль нарочито замешкался у входа, а потом усадил меня рядом с Фионой:
  - Простите ваше величество, - лорд Жорж изображал едва ли не престарелого дядюшку, - я давно не видел свою воспитанницу. Вы позволите присесть рядом с ней?
  Король благосклонно кивнул, лорд Вервиль поклонился и проводил мисс Уиткроф к стулу рядом с его величеством.
  Первое время все наслаждались прохладным ветерком и освежающими закусками, потом негромко заговорили. Фиона по-прежнему пыталась привлечь к себе внимание короля громким смехом и ужимками, но добилась только раздражения и головной боли у монарха.
  В итоге королевский секретарь предложил покататься в лодках. Фиона скисла - ее быстро укачивало даже на озере. Длинная королевская лодка плавно скользила по воде. Мисс Уиткроф касалась водной глади пальцами и задумчиво улыбалась. Его величество сидел напротив нее и смотрел на лицо моей наставницы. Шумная Фиа и посол остались на берегу - лорд Вервиль заявил, что не может оставить меня одну, а господин посол тут же пожелал угостить мою подругу каким-то собственноручно приготовленным заморским напитком.
  Сидеть рядом с королевским секретарем занятым исключительно наблюдением за мисс Уиткроф и королем было скучно. Сначала я любовалась бликами солнца на воде, потом плеском весел, а потом уснула.
  Проснулась от чертыхания над ухом. Оказалось, что солнце уже садится, лодка стоит у маленькой пристани, а меня держит на руках лорд Вервиль:
  - Что случилось, милорд? - Поинтересовалась я, делая попытку встать.
  - Не двигайтесь, леди, - коротко сказал секретарь, делая несколько шагов.
  Наконец он сошел на берег и аккуратно опустил меня на ноги. Я негромко вскрикнула - тело затекло, в ноги впилась тысяча мурашек, а лицо и руки горели огнем. Рядом со мной тут же оказалась мисс Уиткроф:
  - Леди Владира! - наставница прижала к губам платочек все еще испачканный ее кровью, - простите леди, это моя вина!
  - Что случилось, Полин? - я недоуменно взглянула на женщину и потянулась руками к лицу.
  - Нет-нет! - мои руки перехватили сразу двое - опекун и гувернантка.
  - Пожалуй, стоит пригласить лекаря, - изрек мужчина, стоящий в стороне, глаза у меня сильно слезились, и я не сразу сообразила, что это король.
  Мисс Уиткроф снова негромко вскрикнула.
  - Слишком долго ждать, - вмешался лорд Вервиль, - я провожу леди домой и пошлю слуг за лекарем.
  - Но мы приехали с леди Фионой, - бормотнула я борясь с желанием потереть горящее лицо.
  - Леди увез домой господин посол, - доложил его величеству лорд Вервиль.
  - Возьмите мою коляску! - сказал король и его приказ был тотчас исполнен.
  Нас троих усадили в закрытую коляску и отвезли домой. Всю дорогу мисс Уиткроф пространно извинялась, едва не плача, но я не могла понять - за что.
  Так что очутившись в спальне тотчас спросила наставницу, в чем дело.
  - Прости, Владира, - мисс потупилась, - я ведь знаю, что тебе хочется пообщаться с лордом Вервилем, вот и отвлекала его величество от вас. А потом... увлеклась беседой и забыла свои обязанности! Ты обгорела и слава всевышним, что не получила солнечный удар!
  Я притворно похмурила брови, вздрогнув от боли:
  - Полин, не вини себя! Разве ты могла отказать королю? Нет! Если уж на кого сердится, так это на лорда Вервиля, он был рядом и мог прикрыть меня от солнца, но был очень занят слежкой за тобой.
  Полин окончательно смутилась, но тут к счастью явился лекарь и полностью обмазал меня скользкой мазью воняющей болотом:
  - К сожалению леди, ваш нежный цвет лица вернуть нет возможности, придется вам до зимы беречься солнца и быть смуглянкой.
  - Это будет забавно, господин Уклюс, - усмехнулась я, - придется ввести новую моду в столице!
  Лекарь добро усмехнулся и оставил на столике сонные капли и обезболивающее:
  - К ночи вам может стать хуже, леди, я оставлю так же и мазь, но ее можно наносить не чаще двух раз в сутки.
  Простившись с доктором, я задремала лежа поверх одеяла в одной тоненькой сорочке. Неожиданно дверь с шумом распахнулась:
  - Владира, как вы? Мне поздно доложили, что вы нездоровы!
  Удивленно приоткрыв один глаз, я посмотрела на того, кто смеет врываться в мою спальню, да еще орать таким бархатным голосом. Ой! Это оказывается мой муж!
  Лорд Кармель уставился на меня и я с опозданием сообразила, что сорочка полупрозрачная, мягкая и невесомая - другую мою обожженные плечи держать отказывались. Потом явным усилием перевел взгляд на лицо и вздрогнул. Мазь не только пахла болотом, она еще и выглядела как тина. Намазал меня лекарь щедро, а волосы мисс Уиткроф спрятала под простой беленый платок для завивки.
  Однако лорд мужественно не отвел взгляда:
  - Что с вами? Спросил он, делая шаг ближе.
  - Солнечный ожог, милорд, - ответила, я борясь с желанием убрать большие, пропитанные чем-то тампоны прикрывающие опухшие веки.
  Лорд Кармель замолчал в растерянности, потом словно вспомнив зачем пришел сказал:
  - Простите, леди, я не подумал, что вы можете отдыхать. - Муж немного помялся, не видя ответной реакции, затем продолжил: - Я шел поблагодарить вас за помощь с покупкой дома для моей матери, когда увидел, что дом покидает лекарь.
  Улыбаться я не стала - лицо было сильно стянуто лечебной маской:
  - Я была сегодня так неосторожна - уснула прямо в лодке, когда мы катались на озере. Доктор Уклюс сказал, что теперь я буду черной, как силезские крестьянки!
  От этих слов и нарастающей боли мне вдруг стало горько и, я заплакала. Умом понимла, что рыдать перед мужем последнее дело, но кажется, обида на весь мир перевесила все соображения.
  К моему удивлению лорд Кармель не кинулся в коридор воплями призывая слуг. Он шагнул ближе, вынул из кармана белоснежный платок и приподняв бурые от лекарства тряпки осторожно промокнул мои щеки:
  - Не плачьте, дорогая, соль разъедает кожу.
  Должно быть от удивления, слезы быстро остановились, но я начала икать. Базилиус и тут не стал мешкать - налил воды из кувшина, помог подняться, придержал, пока я пила. Вот никогда не считала себя белой лебедью, способной растечься по кровати, но сейчас хотелось быть хрупкой, нежной, уязвимой.
  Лорд Кармель взбил подушки, и я опустилась в них точно в облако, поражаясь его умению - мои попытки обойтись без горничной превратили любимую подушку в комок равный по твердости кирпичу. Накапав мне снотворного, лорд уселся в кресло рядом с кроватью и рассказал мне сказку. Самую настоящую! Кажется, никто не делал этого уже лет восемь...
  ***
  Королевский секретарь был крайне недоволен собой: рядом с его величеством появилась новая женщина! Умная, тонкая, интересная, но совершенно незнакомая двору! Ее попытаются разорвать на куски или купить, а скорее всего, убить в ближайшее время. Очень уж неудобна сейчас новая фаворитка - две сильнейшие фамилии столкнулись в битве за право представить королю своих протеже. Прогулка в парке - отличный случай показать его величеству 'свежую кровь', да только король Бенедикт третий приехал в парк неожиданно, да и пробыл там слишком долго, искусно прикрывая интерес к мисс Уикроф свежими лицами виконтессы и леди Владиры.
  И вот теперь королевский секретарь сидел в кабинете, предоставленном ему вместо разгромленного и решал важную для себя вещь - как он относится к мисс Уиткроф? В его силах помочь королю встретиться с гувернанткой снова, однако в его власти услать эту женщину на другой конец страны, запереть в монастырь или просто позволить воюющим за власть фамилиям разделаться с ней по своему вкусу. Король конечно найдет даму, если заинтересован в ней, но очень может быть найдет поздно - сломленную, растоптанную, а то и мертвую.
  На столе перед лордом Вервилем лежали бумаги мисс Уиткроф и он еще раз медленно перечел скупые строки отчета:
  - Родилась в семье профессора ботаники, старшая дочь и второй ребенок в семье. Училась дома, потом закончила курсы вольнослушателей при столичном университете. Работала гувернанткой в семьях лорда Ноотра и барона Виго, потом получила приглашение на службу от лорда Владира. По слухам была его любовницей до самой смерти. После осталась наставницей и компаньонкой юной леди Владиры...
  Перед глазами королевского секретаря вновь колыхнулся влажный воздух осеннего сада. Девочка в сером плюшевом платьице держит за руку высокую худощавую брюнетку с бледным лицом. Она протягивает секретарю конверт...
  Лорд Владир азартно стукнул себя костяшкой пальца в лоб и быстро подошел к доставленному из его кабинета несгораемому ящику. Открыл его ключом с хитрой бородкой, потом вынул с десяток разномастных шкатулок и папок, перебрал все и нашел тот самый пакет переданный ему мисс Уиткроф!
  Тогда, узнав о завещании лорда Владира, он просмотрел последнюю записку мельком, а ведь в ней написано немало важного! Просьба позаботиться о дочери, сведения о месте хранения семейных бумаг... Вот оно!
  - Отдельно прошу корону позаботиться о женщине известной обществу как мисс Уиткроф, поскольку она является моей женой леди Владир.
  Королевский секретарь сел, едва не промазав мимо подвернувшейся под ноги табуретки. Итак, мисс Уиткроф никакая не мисс, а пусть и скромная дворянка. В завещании муж оставил ей деньги, вполне достаточно, чтобы вновь выйти замуж и безбедно встретить старость. Однако насколько он знал, свою долю леди не требовала, позволив управляющим выплачивать ей небольшие суммы раз в год плюс обычное жалование. Подробности отчетов он не помнил, но выходило, что мисс Уиткроф будет получать завещанные ей суммы еще лет десять. Что -то тут нечисто!
  Просидев над бумагами весь вечер, лорд Вервиль понял, что ему надо встретиться с мисс Уиткроф и поговорить. Король ясно дал понять, что желает видеть эту женщину, причем завтра же. Для дамы было приготовлено приглашение на экскурсию в Королевский Ботанический сад. Увы, пострадавшая на солнце леди Владира не могла служить прикрытием своей наставнице, зато могла стать предлогом для беседы. Решено!
  Рано утром лорд Вервиль отправился с визитом 'навестить подопечную'. Столь ранние визиты были не приняты, но учитывая его высокую должность, ему простят пренебрежение этикетом.
  Как он и ожидал, дворецкий сообщил, что леди Владира еще в постели и чувствует себя не очень хорошо. Тогда он пожелала поговорить с ее наставницей, 'дабы увериться, что девочке лучше'. Его почтительно проводили в гостиную, и вскоре туда вошла мисс Уиткроф.
  - Милорд, прошу вас, садитесь, - женщина прошла в комнату и осторожно опустилась в кресло.
  Королевский секретарь пристально смотрел на нее и удивлялся. Почему он не замечал до сих пор, что гувернантка его подопечной - приятная внешне женщина с явно сильным характером и тайнами в прошлом? Сегодня, как и всегда мисс выглядела опрятной и строгой. Однако опытный взгляд придворного выхватил слишком красные белки глаз, нервное движение пальцев, бледность кожи.
  - Что с вами, мисс Уиткроф? - спросил он нарочито спокойно, - вы плохо спали? Или плакали?
  Слабая улыбка и нервный жест подсказали ему, что скорее всего и то и другое.
  - Его величество передает вам приглашение посетить Королевский Ботанический сад, сегодня после полудня.
  Женщина изумленно моргнула:
  - Простите, милорд, должно быть мне почудилось?
  - Нет леди Владир, - лорд Вервиль выделил имя голосом, - не почудилось. Сегодня в саду экскурсия студентов ботанического факультета, вы можете присоединиться, но его величество очень хотел бы встретиться с вами лично.
  - Хорошо, - ему показалось или в глазах леди блеснули слезы, - передайте его величеству, что я готова с ним встретиться.
  - Передам, - королевский секретарь помолчал, а потом очень по-доброму спросил: - расскажете?
  Мисс Уиткроф вздохнула, промокнула белоснежным платочком уголки глаз и рассказала. История была короткой: закончив курсы вольнослушателей юная мисс выяснила, что семье ведущей довольно скромное существование лишний рот ни к чему. Старший брат делал академическую карьеру. Сестры, не обделенные приятной внешностью, стремились замуж, а она считалась не то чтобы дурнушкой, но и не красавицей. Пришлось искать работу.
  Первое место службы, юная 'домашняя' девушка и беспутный юнец - племянник хозяина. Застукав парочку в кабинете, лорд не стал метать молнии, а просто обрисовал ей перспективы, довел до слез, а потом предложил работу. Работу интересную и необычную - писать шифры, основанные на ее знании ботаники. За основу брался один из редких травников или том энциклопедии.
   Убедившись, что девушка работает на совесть и с лихвой отрабатывает невеликое жалование, лорд услал ее подальше - точнее порекомендовал дальнему родственнику.
  - Вам будет там безопаснее, мисс Уиткроф, - с горечью усмехнулась женщина, обессилено прикрывая глаза.
   Лорд Вевиль стоял напротив нее, спрятав руки за спину. Практически, ничего нового он пока не узнал. Сложности молодой женщины с нанимателем - обычное дело. Многие лорды считали гувернанток легкой добычей, а кое-кто чуть ли не официальными любовницами. Но вот 'ботанические' шифры...Лорд Ноотр весьма умен. Его переписку не смогли расшифровать до сих пор.
  Мисс Уиткроф взяла себя в руки, выпрямилась и продолжила свой невеселый рассказ:
  - Барон Виго был немногим лучше. Едва я появилась в его доме, он начал зажимать меня в темных углах. Его не останавливали даже дети. Я уже приготовилась бежать без рекомендаций , их в конце концов мог написать и отец, но в доме барона был небольшой прием. Так что я задержалась, боясь оставлять детей одних.
  Глядя, как на бледных щеках женщины, появляются лихорадочные пятна, королевский секретарь налил воды и почти силой втолкнул стакан в ледяные дрожащие руки:
  - Пейте, леди и ничего не бойтесь. Я должен знать.
  Наставница Владиры не возражала. Отхлебнула несколько глотков и продолжила:
  - Я спустилась по черной лестнице, чтобы принести детям молока на ночь. Слуги забыли про нас, малышка Мариса плакала. Я не знала, что барон с друзьями в это время отправился ловить горничных, - слезы опять начали заливать лицо мисс Уиткроф.
  - И тут им попались вы? - поторопил ее Вервиль.
  - Да, они кинулись за мной с криками, травили, как дикого зверя... Лорд Владир был у себя. Услышал шум, вышел, увидел и спрятал меня в своей комнате. Потом распахнул окно и сказал барону, что я выбежала в сад. Меня не нашли, а утром он увез меня в своей карете.
  - Вы стали его любовницей? - строго спросил секретарь, вспоминая, что косвенно слышал ту историю - несколько гостей заблудившись в ночном парке, пострадали. Кто-то простыл, кто-то поранился, но ни одна сплетня не озвучила причину, по которой нетрезвые лорды отправились бродить в ночи по зеленым насаждениям.
  - Не сразу. - Голос мисс Уиткроф изменился, стал ниже, воспоминания явно перешли в разряд приятных. - Лорд Владир был благородным человеком и не позволил себе воспользоваться моей уязвимостью. О его чувствах я узнала почти через год. К этому времени я обжилась в поместье, привыкла жить в спокойствии. Когда лорд предложил мне родовой браслет, я растерялась, но он был готов ждать. Через полгода мы поженились в замковой часовне.
  Королевский секретарь был несказанно удивлен тем, как эту женщину красит улыбка. Покрасневшая, заплаканная она буквально расцвела. Однако любоваться будущей королевской фавориткой было некогда:
  - У вас есть дети? - сурово спросил он.
  - Нет, - мисс Уиткроф потупилась, - я потеряла ребенка, когда Вист погиб.
  - Сочувствую, - секретарь позволил себе печальную гримасу, подумав как хорошо, что проблема решилась сама собой - наивные юнцы частенько пытались помешать матерям 'пасть'. - Как вы понимаете, леди, внимание его величества будет нелегкой ношей. Многие будут против вашего появления при дворе. Я призываю вас быть осторожной. Мой долг служить его величеству, но у короля есть противники, которые не упустят возможности причинить ему боль через вас.
  - Лорд Вервиль, но я не хочу появляться при дворе! Меня устраивает моя жизнь, а встреча с его величеством - случайность!
  Королевский секретарь покачал головой:
  - Неужели не смотря на свое образование, вы все еще так наивны, леди? Король пожелал видеть вас рядом! Ваше желание никого не интересует! Будьте благоразумны и найдите в своем положении приятные моменты, - лорд Вервиль сделал многозначительную паузу, намекая на возможные неприятные последствия сопротивления или отказа, а потом попытался подкупить строптивую даму: - Учтите, что место королевской фаворитки весьма выгодно материально, его величество щедр к своим женщинам...
  Яростное выражение лица мисс Уиткроф заставило секретаря замолчать. Он ждал чего угодно - истерики, радостного потирания рук, страха или слез, но мисс Уиткроф удивила его! Женщина встала, промокнула лицо платком и холодно сказала:
  - Благодарю вас за новости, лорд Вервиль. Передайте его величеству, что я буду сегодня в Ботаническом саду. Теперь прошу меня извинить - мне необходимо привести себя в порядок.
  Королевскому секретарю пришлось откланяться. Направляясь во дворец, лорд Вервиль чувствовал себя неуютно - женщина слишком быстро взяла себя в руки. Неужели она что-то задумала? Стоит добавить его величеству охраны.
  ***
  Проснулась я от непонятного гула. Базилиуса рядом не было, но подушка незнакомо пахла, а на стуле остался его камзол. Выходит, муж ушел совсем недавно? Только я собралась обдумать ситуацию, как шум повторился, усилившись, потом снова стих. На миг показалось, наш тихий дом вдруг превратился в шумную площадь. Дернула сонетку, вызывая горничную:
  - Инта, что случилось? Почему такой шум? - спросила я девушку, едва она вошла в дверь.
  - Гости миледи.
  - Гости? Чьи гости? - я удивилась.
  Сейчас большая часть семей за городом, а те, кого держат дела или служба, сбегают в парки и сады, ленясь наносить визиты о жаре.
  - Господа спрашивают вас, но их принимают лорд Кармель и мисс Уиткроф.
  Я задумалась - 'гости' летом? К скромным нетитулованным дворянам? Выходит Полин заинтересовала его величество? Так вот почему она вчера извинялась - он ей тоже приглянулся? Пока Инта помогала мне надеть платье, я обдумала ситуацию и поняла, что с мисс Уиткроф надо поговорить.
  - Инта, пригласи мисс Уиткроф в мою гостиную, - велела я.
  Наставница пришла не скоро и выглядела она ужасно: бледная, уставшая, черты лица заострились. Впрочем, мне ли ее судить? Я вообще боялась смотреть на себя в зеркало - воспаление ушло, но кожа все еще казалась излишне румяной, а каждое движение причиняло легкую, но неприятную боль.
  - Полин! - Я подошла к ней и ласково взяла за руки,- что случилось?
  Из глаз мисс Уиткроф потекли слезы:
  - Владира, мне лучше уехать, - сказала она, ласково на меня глядя. - Куда-нибудь. Далеко.
  Я озадачилась и осторожно спросила:
  - Его величество?
  - Да! - Полин потупилась, но я не позволила ей мучиться сомнениями.
  - Он тебе нравится? Хоть чуть-чуть?
  - Сначала понравился, - глаза Полин засияли мягким вдохновенным светом: - его величество очень умен, с ним интересно говорить и приятно молчать. Только теперь твой дом забит расфуфыренными лордами и леди желающими посмотреть на 'замарашку' и подчеркнуть мое ничтожество...
  - Что??? - я от души возмутилась: - никто не смеет обижать мою Полин!
  Вскочив, я вызвала дворецкого и велела немедленно сообщить мужу, что от шума и суеты мне стало хуже:
  - Передайте лорду на ушко, Браун, что я приглашаю его выпить чаю со мной в моих покоях, - добавила я.
  С мужем тоже стоило поговорить, дабы выработать единую тактику.
  Потом я плюхнулась на диван рядом с Полин, крепко-крепко обняла ее и сказала:
  - Не ходи больше в гостиную. Ты не обязана их принимать. Мы конечно можем уехать, но его величество заслуживает хотя бы разговора, будет не красиво исчезнуть просто так. Он ведь не виноват, что его придворные идиоты...
  Я добилась своего! Полин улыбнулась и обняла меня в ответ:
  - Ох, Владира! Порой я удивляюсь твоему мудрому сердечку, - сказала она и, опечалилась.
  Я знала почему - снова вспомнила папу. Наверное, пора признаться:
  - Полин, я знаю, что ты моя мачеха, - сказала я, сцепляя руки в замок.
  Угадала - мисс Уиткроф попыталась отстраниться.
  - Не пущу, - буркнула я, - чего ты испугалась?
  - Давно знаешь? - осторожно спросила наставница, поняв что вырываясь сделает мне больно.
  - Года три, наверное, - ответила я. Помнишь, мы с Денни разбирали бумаги в библиотеке? - мисс Уикроф кивнула, - там в шкафу была папка с копиями всех важных семейных документов, отец всегда делал тайники. Вот там и лежало свидетельство с подписями и печатями.
  - И ты?
  - Я сначала очень возмущалась и даже хотела закатить истерику, но Денни, - тут мне стало грустно, я невольно всхлипнула, - Денни был так добр, что я смогла его выслушать и подумать, хочу ли я тебя потерять. - Всхлипнув еще громче, я вцепилась в Полин так, что ее платье затрещало по швам, - оказалось не хочу!
  В ответ она обняла меня, и мы зарыдали, оплакивая каждая свою боль.
  Когда Базилиус, разогнав гостей, пришел в гостиную, он застал два слезоточивых фонтана и не знал что делать. К счастью тут принесли заказанный мной чай, потом таз с прохладной водой и полотенца. Приведя себя в порядок, мы посвятили лорда Кармеля в наши планы относительно гостей и он их горячо поддержал:
  - Очень хорошо! Браун! Всем желающим посетить дом сообщайте, что хозяйка нездорова и не выносит шума, поэтому на этой неделе не принимает. А я в отъезде по делам. Пусть оставляют карточки.
  Дворецкий просиял и скрылся.
  - Вы и в самом деле уедете, милорд? - немного смущаясь, спросила я. - Мне страшно быть одной в столице. Если вас долго не будет, я лучше вернусь в поместье...
  - Не уеду, - Базилиус нахмурил светлые брови, и смешно надул пухлые румяные губы: - сейчас столицу покидать нельзя. И охраны нужно добавить, прежние фаворитки могут устроить скандал.
  Отвлекая супруга от неприятной темы, я протянула мужу чашку чаю и стала смотреть, как он ест. Странно, раньше мне казалось, что полные люди делают это некрасиво, а сейчас ничего подобного я не замечала.
  Съев несколько сандвичей, Базилиус продолжил разговор:
  - Вы бы знали, леди, - вздохнул супруг, - сколько предложений о сотрудничестве я сегодня получил!
  Мы поставили чашки и вопросительно уставились на лорда Кармеля, но он потребовал сначала еще чаю и кусок лимонного кекса, и только потом начал объяснять:
  - Я несколько месяцев искал дольщиков, чтобы закупить породистый скот и семена к осеннему севу, но никто не соглашался, сельское хозяйство сейчас неприбыльно. Твое приданое помогло мне никого не искать, а просто купить то, что нужно. Так что я перестал встречаться с потенциальными инвесторами. А сегодня пришли все, к кому я обращался и все были готовы вложить деньги в наши фермы и не только.
  - Даже так? - я усмехнулась и отпила чаю, - надеюсь, ты им не грубил?
  - Нет, - Базилиус усмехнулся, - я пообещал подумать. Но лорд Руфан просил не тянуть, такой 'счастливый случай' редко длиться более трех месяцев.
  Тут мой муж поклонился мисс Уиткроф:
  - Простите сударыня, но если я не буду над этим смеяться, я заплачу!
  - Вы в своем праве, милорд, - Полин стало легче, казалось, она оттаяла: - это мне следует просить прощения за беспокойство.
  - Ни в коем случае! - Лорд Кармель даже блюдце с кексом поставил, - мисс Уиткроф, я очень прошу вас не ужасаться моей практичности, но я рад, что внимание его величества привлекли вы, а не моя супруга.
  К моему удивлению Полин серьезно кивнула:
  - Я ценю вашу честность, лорд Кармель.
  Допив чай мисс Уиткроф ушла собираться на прогулку в Королевский Ботанический сад, а я решила вернуться в спальню и полежать, намазав кожу лечебным составом. Лорд Кармель к моему удивлению помог мне встать и проводил в комнату:
  - Позвать вам горничную, Владира? - спросил он, глядя, как я устремилась к кровати.
  Мне не хотелось никого видеть:
  - Благодарю вас, не надо. Помогите расстегнуть платье, а дальше я сама.
  Только сказав это, я поняла, что забылась - Базилиус не горничная и не мисс Уиткроф, он может оскорбиться или принять мое предложение за заигрывание. Но к моему удивлению муж сделала ровно то, о чем я попросила - аккуратно приблизился, щелкнул крючками, распустил шнуровку.
  Услышав мой облегченный вздох, лорд Кармель сказал:
  - Ложитесь, Владира, я помогу вам нанести мазь.
  Скрывшись за ширмой, я вышагнула из платья, оставшись в тоненькой нижней сорочке. Искать пеньюар или халат желания не было, так что я вышла в комнату, закутавшись в большую мягкую шаль.
  - Ложитесь, Владира, - повторил муж, сглотнув.
  Я взобралась на кровать и закрыла глаза, ожидая неприятной процедуры - обычно холодная мазь вызывала покалывание, а прикосновение заставляло вздрагивать. Однако я ошиблась! Лорд Кармель ухитрился погреть плошку с мазью в руках и теперь наносил ее настолько бережными и невесомыми движениями, что я расслабилась и уснула, не услышав, как он ушел.
  ***
  Мисс Уиткроф собиралась на свидание. Впервые за...десять лет? Сначала пришлось умыться попеременно горячей и ледяной водой, чтобы убрать следы слез. Потом втереть в кожу немного душистого масла, и промокнуть лицо и руки теплым полотенцем. Потом настало время прически. Помучившись с 'парадными' вариантами она бросила все и уложила привычный пучок на затылке.
  - Стоит ли тридцатилетней старой деве изображать из себя райскую птичку? - риторически вопросила она зеркало, вкалывая последнюю шпильку.
  И платье надела обычное - скорее удобное, чем красивое, и туфли на плоской подошве без лишних прикрас. Капелька бальзама на губы - чтобы не сохли на солнце, перчатки, сумочка с носовым платком и запасом мелочи, можно идти!
  У крыльца уже ждала карета. Не королевская, обычная, городская. Ветерок играл с легкими полотняными занавесками, кони нетерпеливо перебирали копытами, позванивали сбруей, а кучер с любопытством посматривал на выскользнувшую из дверей особняка худощавую даму. По его мнению, такой и не стоило подавать королевский экипаж - верно господин секретарь распорядился! Разве оценит эта замухрышка позолоченное дерево и массивные гербы сияющие настоящими самоцветами?
  Мисс Уиткроф села в карету и до самого Ботанического сада пыталась придумать слова, которые заставят его величество забыть о ней. А заодно уговорить себя забыть теплые карие глаза Бенедикта Четвертого.
  Ничего не получалось! Некоторые задумки вызывали у самой мисс горький смех. Впрочем, когда карета остановилась, и лакей более похожий на офицера проводил ее к группе студентов, она немного успокоилась. Сказала себе:
   - Чему бывать, того не миновать! - и спряталась за широким мантиями будущих ученых.
  Преподаватель, водящий студентов по саду, явно знал в нем каждый кустик, но рассказывал о них таким унылым тоном, что мисс Уиткроф быстро заскучала и решила прогуляться одна. Свернув на соседнюю дорожку, она неторопливо шла, любуясь густой блестящей листвой и яркими цветами экзотических кустарников. Потом увидела скамейку в небольшой нише под раскидистым деревом и присела в благодатную тень. Откинувшись на удобную изогнутую спинку, женщина прикрыла от удовольствия глаза - тихо, тепло, издалека доносится бубнеж преподавателя, а чуть в стороне раздается птичий щебет. Идиллия!
  Только в каждой бочке меда бывает своя ложка дегтя - где-то за спиной раздались шаги, топот тяжелых сапог и хруст веток. Мисс Уиткроф поморщилась, но двигаться не стала, может потому ее и не заметили мужчины, собравшиеся с другой стороны дерева.
  Потоптавшись несколько минут, они начали обсуждать некоего Бенедикта, и до притаившейся мисс Уиткроф не сразу дошло, что речь идет о короле!
  - Сегодня здесь полно гвардейцев, - говорил один сиплым, словно больным голосом.
  - Гвардейцы ерунда, - возражал ему молодой и звонкий, главное чтобы не было телохранителей.
  - Наивный, - усмехался третий, - Бенедикт без своих псов даже в купальню не заходит.
  - Имеет опыт, - просипел первый, и все недобро засмеялись.
  Неожиданно вновь раздался хруст веток и в беседу вклинился четвертый голос - низкий, тяжелый:
  - Все готово, господа, прошу вас в театр!
  В голове Полин вихрем пронеслась мысль о театре в Ботаническом саду, но она ее тут же отбросила - речь шла о чем-то другом! Нужно срочно отыскать его величество, задержать, предупредить! Сердце дико колотилось в ее груди, пока она пережидала уход тех, кого невольно подслушала. Потом вскочила, заметалась на тропе: куда бежать? В голове сами собой всплыли слова приглашения:
  - Его величество будет вас ждать в Розовой беседке Ботанического сада.
  Розовая беседка? Значит она среди роз? Или розового цвета? Маловероятно, что мужчина выберет для встречи посещаемое место - значит нужно искать розарий и беседку в нем! Время! Время!
  Когда запыхавшаяся мисс Уиткроф вывалилась из кустов на площадку рядом с беседкой, его величество Бенедикт четвертый только подошел к строению с другой стороны.
  - Ваше величество!- крикнула наставница леди Владиры звучным 'учительским' голосом: - остановитесь!
  Король повернулся лицом к усталой и растрепанной женщине. Вокруг него тотчас встали телохранители, а к мисс Уиткроф подбежали гвардейцы.
  - Что с вами случилось, леди? - спросил Бенедикт оглядывая не столь опрятную как прежде женщину.
  - Там, в саду, я услышала, что на вас готовится покушение! - выдохнула Полин, и ноги окончательно перестали ее держать.
  - Где? - его величество сошел с крыльца и подошел к мисс Уиткроф ближе.
  С трудом подбирая слова, мисс Уиткроф рассказала все, что слышала. Один из телохранителей гибкой тенью скользнул в беседку, пробыл там некоторое время, потом вышел и отрицательно покачал головой - в маленьком помещении все было в порядке.
  - Не волнуйтесь, Полин, - король подал женщине руку, помогая встать - возможно, вы не так поняли говорящих. Вы взволнованы, давайте выпьем вина...
  Не успел его величество закончить фразу, как из беседки раздался грохот. Телохранители моментально развернулись, прикрывая государя от лавины осколков, мусора и непонятных ошметков, полетевших в разные стороны. Беседка просела, как неудавшийся кремовый торт, покачалась и с шумом рухнула, погребая под собой практически все свободное от кустов и деревьев пространство.
  Мисс Уиткроф и король очутились на аллее прежде, чем поняли, что случилось. Вокруг, обнажив оружие, стояли гвардейцы. С поляны доносились крики, ругань и стоны. Моментально оценив обстановку Бенедикт четвертый потянул женщину к садовой ограде:
  - Идемте, мисс Уиткроф, здесь разберутся и без нас, а вам явно необходимо выпить, да и мне тоже, - признал король.
  Почти пробежав по аллее, они вышли из сада через красивую кованую калитку и сразу сели в карету с королевским гербом. Только расправив скромные сатиновые юбки на роскошном бархатном диване, Полин сообразила, что теперь волей-неволей едет во дворец. С королем. Наедине.
  Вариантов было два - постучать головой об стену и попытаться объяснить его величеству, что 'она честная женщина и не может...' Или принять все как есть, выслушать короля, а потом уже делать какие-то шаги.
   Нервная и физическая усталость сделали свое дело - мисс Уиткроф предпочла расслабиться и принять из рук короля хрустальный стаканчик с бренди - время на разговоры у них еще будет, или на допрос. Обжигающий глоток ухнул в пустой желудок, разжигая пламя. Его величество протянул ей шкатулку с изюмом и орехами:
  - Заешьте, мисс Уиткроф, наш обед погиб, а во дворце стол накроют не скоро.
  Полин взяла несколько ягод и растерла их на языке, наслаждаясь сочетанием терпкой горечи с ароматной сладостью вяленого винограда. Должно быть шок обострял все чувства - она почувствовала взгляд Бенедикта Четвертого на своих губах, и прикрыла глаза, не желая видеть страсть в глазах малознакомого мужчины. Однако король отвел глаза и быстро допил свой бокал:
  - Не бойтесь меня, леди, - сказал он со странной интонацией, - я не имею привычки принуждать женщин.
  Полин вспыхнула, и отвела взгляд - он ее просчитал, это нехорошо. Впрочем, наверняка она не первая отказывает его величеству. Хотя по мнению прислуги таких дур в королевстве еще не рождалось - королю не было необходимости принуждать кого-либо - еще не старый крепкий мужчина, дважды вдовец, имеющий трех взрослых сыновей, может позволить себе что угодно с точки зрения общественного мнения. Особенно если его желания идут не дальше короткой интрижки, щедро оплаченной подарками. А корона и скипетр добавляют ему очков в глазах любой светской красавицы мечтающей о славе.
  Вот только она - не светская и не красавица. Когда-то давно дочь профессора мечтала иметь домик, верного супруга и парочку ребятишек. Потом просто выжить. А затем, снова поверила в любовь и провела восхитительные годы рядом с мудрым и добрым мужчиной. Теперь разменивать свои чувства на что-то меньшее казалось кощунством.
  И дело было даже не в верности призраку лорда Владира - он бы никогда не попросил у нее такого. Дело было в самоуважении - человек, отведавший редкое изысканное лакомство будет наедаться простой сдобой только при чувстве голода. Она не голодала. Или скорее не страдала от голода, привыкла обходиться привязанностью Владиры, почтительной вежливостью слуг и редкими визитами друзей из тайной службы. Это была хорошая жизнь. Да, хорошая!
  Задумавшись, Полин засмотрелась в окно и пропустила момент остановки. Очнулась, когда лакей распахнул дверцу и опустил подножку. Первым выбрался его величество, потом опираясь на его руку, вышла она и заметила изумленные глаза слуги: выходит король предлагает руку не каждой даме?
  Во дворец они вошли через боковую дверь. Вместо просторных холлов и приемных пересекли узкую скучную комнату, заваленную плащами и шляпами, прошли коридор и очутились в большой гостиной устроенной строго, и роскошно. Полин догадалась, что это личные покои его величества потому, как он сразу сбросил шляпу на столик, заменив ее небольшим золотым обручем с десятком самоцветов. Для первого визита во дворец это было слишком...личным, поэтому женщина сглотнула и невольно прижала руку к груди.
   Необычайно серьезный король предупредил ее волнение и возмущение:
  - Извините, мисс Уиткроф, обычно я никого сюда не приглашаю, но сейчас мои покои самое безопасное место во дворце.
  - Я... понимаю, - Полин постаралась скрыть усталость, однако его величество обмануть было не просто.
  - Отдохните здесь, - сказал он, указывая на огромный уютный диван заваленный подушками, - я распоряжусь на счет обеда. И не волнуйтесь, здесь вас не побеспокоят.
  - Может, я лучше вернусь домой? - неуверенно попыталась отстоять свою самостоятельность женщина.
  - Не глупите, леди, - Бенедикт покачал головой и нахмурил брови так, что углубилась морщинка на переносице: - могу дать свое королевское слово, что вас здесь никто не тронет.
  Полин покраснела, поняв, что перегнула палку:
  - Простите, ваше величество, - повинилась она и устроилась на диване, старательно демонстрируя, что все хорошо.
  Король подозрительно посмотрел на притихшую даму и вышел. Как бы ему не хотелось растянуться в кресле и вытянуть ноги, требовалось срочно выяснить, кто и почему пытался его убить.
  Сидеть на диване просто так было скучно, но бродить по личным покоям короля Полин не решалась. Вскоре высоченный лакей принес огромный поднос с блюдами и кувшинами. Поставил на стол, поклонился и вышел не сказав ни единого слова. Стало не просто скучно - стало еще и маетно.
  От стресса клонило в сон. Мисс Уиткроф честно пыталась продумать стратегию, выстроить беседу или хотя бы собрать аргументы. Хотела, но вместо этого она уснула в мягких подушках, привычно свернувшись калачиком. Обстановка давила, но усталость давила больше.
   Король вернулся не скоро. Алые краски заката уже сменились прозрачными летними сумерками, когда он тяжело ступая, вошел в комнату. Вздрогнув, Полин проснулась, и начала неуверенно вставать.
  - Лежите, леди, - остановил ее Бенедикт, медленно опускаясь в кресло.
  Полин не послушалась - медленно села, подбирая упавшие на бок волосы. Вколола в узел несколько шпилек, расправила помявшиеся юбки, давая его величеству время отдышаться и решить, что ей можно рассказать. Потом подняла глаза и спросила:
  - Их нашли?
  - Нашли, - Бенедикт поморщился, и взглядом спросив разрешения, распустил тугой шейный платок: - двое погибли под обломками беседки, третьего взяли гвардейцы.
  Мисс Уиткроф выпрямилась, нервно сцепив пальцы:
  - Но их было четверо!
  - Четвертого не нашли, - король с тоской посмотрел на столик уставленный серебряными колпаками и кувшинами, но решил не вставать.
  Задумавшись Полин машинально встала, налила в бокал легкий и сладкий пунш, подняв пару крышек, отыскала пудинг политый необыкновенно аппетитным прозрачным джемом, отрезала щедрый ломоть и, добавив ложечку, поставила все на подлокотник рядом с его величеством, словно не замечая ошеломления короля.
  Его величество с полминуты заворожено смотрел, как двигаются ее руки, потом взял блюдце и оторвался от еды только тогда, когда мисс Уикроф заговорила:
  - Почему они на вас напали?
  - Месть, - его величество отмахнулся ложечкой и с удовольствием собрал остатки лакомства. Потом откинулся на спинку кресла и пояснил: - Оба погибших принадлежали к 'Золотой тысяче', но были изгнаны из нее после моего указа.
  - 'Указ о дворянах'? - понимающе кивнула Полин, подавая королю блюдце с ягодами, залитыми шоколадным кремом.
  - Да, - Бенедикт четвертый энергично кивнул и обмакнул в крем бисквит, - оболтусы не желали служить, земли у них не было, болтались по салонам и клубам, пока родители не перестали платить содержание. А потом решили, что во всем виноват я.
  - А третий? - помешивая остывший чай все так же отстраненно спросила мисс Уиткроф.
  - Третий вот сюда не вписывается, - вздохнул король, отпивая из своего бокала, - офицер, на хорошем счету...
  - Может чувства? - предположила Полин, сооружая многослойный бутерброд из мяса, овощей и сыра.
  Его величество слабо улыбнулся и приветственно поднял бокал:
  - Браво, леди! Мы это предположили, но парень уперся, молчит.
  - Нужно найти четвертого, - мисс Уиткроф покусала губы, - на полянке было много народу, боюсь, мне угрожает опасность.
  - Это так, - король отставил тарелку с недоеденным куском, - а вы не хотите узнать, что произошло в беседке?
  - Да что там узнавать, - отмахнулась Полин, думая о своем, - магический взрыв, поставленный на ваш голос, даже скорее на определенную фразу. А погибших просто списали, позволив 'посмотреть поближе' или даже 'добить'.
  - Кхммм, - его величество смотрел на женщину с таким изумлением, что мисс Уиткроф смутилась.
  - Я же была женой лорда Владира, сир, - поспешно сказала она, пока ее не заподозрили в шпионаже, - он многому научил меня, перед тем как погиб.
  - Лорд Владир? - к чести его величества на память он не жаловался, - но вас представили как компаньонку леди Владиры Кармель?
  - Леди Владира дочь лорда от первого брака. Мы не афишировали наш союз, но все бумаги у меня в наличии.
  Полин говорила сухо, боясь услышать в ответ насмешку или оскорбление, но король опять сумел ее удивить:
  - Не волнуйтесь, леди, я вам верю!- отмахнулся он, - просто удивлен вашими знаниями. Сейчас я попрошу вас написать записку вашей воспитаннице, и сообщить, что вы останетесь ночевать здесь.
  Лицо мисс Уиткроф полыхнуло малиновым цветом, но король успокаивающе выставил руки:
  - 'Здесь' значит во дворце. Вам отведут покои рядом с моими, но это исключительно в целях вашей безопасности.
  Шум в ушах Полин понемногу затихал, она села и посмотрев на короля негромко сказала:
  - Извините, ваше величество.
  - Это я должен просить прощения, леди, - король грустно улыбнулся, - я так хотел вновь увидеться с вами, что позабыл об осторожности, а в результате вы едва не пострадали.
  Мисс Уиткроф пожала плечами, отметая нестройные аргументы:
  - А что вы могли сделать, ваше величество? Телохранители и гвардия были с вами, визит был спланирован, ни одной явной ошибки. А наивных юнцов с промытыми мозгами не в силах предсказать даже бюро магических прогнозов!
  Король улыбнулся и посмотрел на Полин с восхищением:
   - Вы удивительная женщина, мисс Уиткроф!
  Глядя на эту улыбку Полин поняла, почему черствая и неприступная Шарахская принцесса согласилась на брак с Фарнейским королем и даже родила ему дочь - что в Шарахе почитали великим благословением. Улыбка преображала усталое, жесткое лицо Бенедикта четвертого, превращала маску сдержанности в живое подвижное лицо.
  - Сейчас я не в состоянии даже поухаживать за вами, а вы еще находите мне оправдания!
  - Вы в них не нуждаетесь, ваше величество, - вежливо сказала Полин и подошла к столику с письменными принадлежностями на крышке: - вы позволите?
  - Конечно, - король встал и подошел ближе: - письмо доставят тотчас, не сомневайтесь!
  Набросав несколько строк Полин задумалась - стоит ли писать Владире подробности? Скорее всего нет, девочка импульсивна и может явиться к ней с визитом, тем самым поставив себя под удар! Поколебавшись, мисс Уиткроф дописала просьбу прислать во дворец ее одежду и личные вещи на пару дней проживания. Его величество проверять письма не стал - любезно разогрел на свече сургуч, поставил оттиск простой печатки 'для писем'. Затем вызвав лакея и, велел ему проводить 'леди Владир' в 'сиреневые покои'.
   Представив себе комнату, обтянутую модным в этом сезоне лиловым шелком, Полин мысленно поморщилась, но оказалось, что она ошиблась 'сиреневыми' покои назывались из-за прекрасного каменного панно изображающего сирень. Хрупкие ветки с тяжелыми кистями цветов казались живыми благодаря тонкой работе мастера.
  Полюбовавшись произведением искусства, мисс Уиткроф принялась готовиться ко сну. С помощью любопытной молоденькой горничной она приняла ванну и, закутавшись в просторный стеганый халат, прилегла на широкую низкую кровать.
  За окнами царила ночь, в камине выдыхаясь тлели угли, женщине неожиданно стало тоскливо и одиноко. К горлу подступили слезы, плечам стало зябко даже под легким шелковым одеялом.
   Еще минута, и мисс Уиткроф устроила бы самую настоящую истерику, вот только она сама не дала себе этой минуты - вскочила, подошла к окну пытаясь увидеть ночное светило и услышала тихий, на грани слышимости, скрип двери. Быстрый взгляд подтвердил - дверь, через которую вошла она, неподвижна, однако звук повторился! Затаив дыхание Полин постаралась слиться с тяжелой бархатной драпировкой, и увидела низенькую кругленькую фигуру, пробирающуюся к кровати.
  Полог был откинут, но шторы задернуты, поэтому в неверном, гаснущем свете отброшенное одеяло казалось лежащим человеком. Неизвестный приблизился к постели, звякнул металлом и... Резкая вспышка озарила просторную комнату так, что Полин рефлекторно зажмурилась: холодный магический огонь пылал на простынях, потрескивая и танцуя. 'Колобок' неожиданно разогнулся, превратившись в женщину среднего роста стройную и красивую.
  - Где? Где? - Лихорадочно вопросила она у пустой кровати, а потом забывшись кинулась в огонь обшаривать простыни.
  Обожглась и тоненько завизжала. Этот звук услышали гвардейцы, которые дежурили у личных покоев короля, двое из них обнажив оружие, ворвались в спальню и остолбенели:
  - Леди Саманта? - неуверенно спросил один из них, глядя на пылающую факелом женщину.
  Та воя как баньши пыталась сбить пламя, попутно поджигая себя заново. Второй сообразил быстрее - схватил с многострадальной кровати одеяло и накрыл даму с головой. Зеленоватое свечение скоро утихло, а на шум подтянулись другие стражи. Когда от окна раздался усталый женский голос, все присутствующие вздрогнули:
  - Несите леди к магу, - сказала Полин, - ожоги от магического пламени лечатся только магией.
  - Кто вы, леди, - спросил, открыв рот от удивления, самый молодой стражник и, тут же получил тычок от старшего по званию.
  - Гостья его величества, - вяло проговорила мисс Уиткроф, - леди вошла в мою спальню через потайную дверь и попыталась сжечь заживо в постели - женщина кивнула на кровать по которой умирая плясали синеватые языки огня.
  - Но как вы уцелели? - хрипло спросил один из гвардейцев, сообразив, что по головке за такое покушение их не погладят, - магическое пламя выжигает все живое до последней капли крови!
  - Любовалась звездами, - серьезно ответила мисс и движением руки поторопила мужчин: - леди может задохнуться, поспешите к лекарю!
  Стараясь не топать сапогами, стражи вышли, унося с собой ночную гостью в одеяле, а мисс Уиткроф переночевала на диване в гостиной, провалившись в сон, словно в колодец.
  ***
  Мисс Уиткроф не вернулась с прогулки даже к ужину. Волнуясь, я велела дворецкому подавать трапезу в общей столовой, из окон которой был виден подъезд к дому. К моему удивлению на столе стояло два прибора. На вопрос о мисс Уиткроф лакей ответил, что моя наставница еще не возвращалась, но со мной желает поужинать лорд Кармель.
  Это известие меня не обрадовало - по опыту прошлых браков я знала, что с очередным мужем лучше не сближаться - потеря Денни стала тяжелы ударом, да и лорд Арруарк оставил в памяти яркий след. Однако вежливость и благодарность требовали оказать внимание супругу, так что я не стала ссылаться на головную боль или тошноту - просто велела добавить на стол еще вина. Возможно, Базилиус вновь предпочтет жене бутылку?
  За ужином все было весьма чинно - лорд Кармель едва пригубил вино, зато с интересом рассказал мне о новинках, которые он планировал закупить для оснащения ферм. А когда мы перешли за чайный стол, мужу удалось удивить меня снова: он поинтересовался, чем нравиться заниматься мне! Я даже растерялась! Меня никто никогда об этом не спрашивал! Пауза затягивалась, но Базилиус не спешил нарушать тишину - пил чай и ожидал ответа.
  - Когда мы жили в замке, я увлекалась конкуром, - пробормотала я, отщипывая пирожное.
  - А в столице? Чем вы занимаетесь в свободное время?
  Я неуверенно пожала плечами:
  - Веду дом, проверяю счета, бываю на вечерах и балах.
  Базилиус странно улыбнулся:
  - А еще?
  Мне показалось, он мне не верит. В общем, правильно не верит, но кто ж предположит, что пустоголовая шестнадцатилетка на самом деле увлекается походами в трущобы? Так что я скромно опустила глазки и помахала рукой:
  - Разные женские пустяки, милорд.
  Базилиус не стал настаивать, и мы вполне мирно посидели за горячим напитком до глубокой ночи. Мисс Уиткроф мы так и не дождались, так что в мою голову периодически забредали совершенно неприличные мысли: неужели король и мисс Уиткроф делают это? Сразу?
  На память пришел мой первый опыт в безвкусном номере гостиницы 'Англетер'. Было любопытно и немного странно, потом тело долго не хотело возвращаться к обычному состоянию, наказывая за легкомыслие тупой тянущей болью. Подозреваю, что продолжить знакомство с этой стороной жизни мне бы хотелось, но где и как? Маловероятно, что получится второй раз перехватить записку для королевского секретаря. Да и исчезать из дома под благовидным предлогом становится сложнее - лорд Кармель занимается делами в кабинете, а его матушка шныряет по дому, засовывая нос во все шкафы и шкатулки. Дворецкий уже жаловался на пропажу редких приправ и вин.
  Задумавшись я машинально простилась с мужем и, прикрывая рукой зевок отправилась в спальню - что бы не решил моя наставница, разбираться я буду утром. Однако свернув к своим покоям, я остановилась - лорд Кармель шел следом!
  - Милорд, что вы тут делаете? - поинтересовалась я, буквально через силу - глаза уже закрывались.
  - Провожаю вас в спальню, - невозмутимо ответствовал супруг, демонстративно зевая.
  Я подвисла, не зная как ему объяснить, что желаю спать одна. По закону он мог вломиться в мою спальню в любое время дня и ночи, да и первое совместное утро убедило Базилиуса, что брак свершился. К счастью лорд проявил милосердие - или равнодушие. Склонился ко мне и слегка капризно сказал:
  - Поторопитесь, миледи, уже поздно. Завтра мне придется уехать на целый день.
  Я снова пошла к спальне, пытаясь понять, что это было, но тут нас к счастью догнал дворецкий с запиской от мисс Уиткроф. Я так обрадовалась, что едва не расцеловала старого Брауна!
  В коротком послании была лишь просьба прислать вещи на пару дней и осторожный призыв опасаться провокаций. Отправив Инту обирать вещи, я машинально зашла за ширму, переоделась в ночную сорочку и только тут поняла, что не помню - ушел мой муж или нет?
  Муж не ушел! Он задремал в кресле и тихонько посапывал, откинувшись на подголовник. Я засмотрелась на него - как то повода не было рассмотреть так близко. Не красавец, но кожа чистая, белая, наверное тоже часто обгорает на солнце и потому знает, как лечить ожоги. Пепельные волосы не длинные, как любят носить высшие аристократы и не короткая стрижка военных. Интересно, хватит ли такой длинны, чтобы запустить в них пальцы? Денни иногда позволял мне плести ему косу.
  А вот ресницы у лорда Кармеля неожиданно темные. Подойдя ближе, я с любопытством рассмотрела их поближе и разочарованно фыркнула: не ошиблась! Ресницы у моего мужа гораздо гуще и длиннее, чем мои! А вот брови у меня лучше! И губы! Его - слишком яркие и пухлые для мужчины. С другой стороны... Представить сдержанную улыбку лорда Вервиля на лице лорда Кармеля просто невозможно! Базилиус улыбается открыто, почти по-детски.
  Мои размышления прервал лорд Кармель. В очередной раз по-мальчишески улыбнувшись он вдруг схватил меня и притянул ближе:
  - Владииираа, - протянул сонно и уткнулся лицом мне в грудь.
  Я резко дернулась - и Базилиус поднял голову глядя на меня удивленными серыми глазами:
  - Владира? - в его тоне звучала растерянность.
  Я сумела взять себя в руки и спокойно сказала:
  - Вы уснули в кресле, Базилиус.
  Муж тотчас отшатнулся:
  - Простите, Владира, - он сильно потер лицо ладонями, потом встал и немного неловко ступая, пошел к двери.
  - Доброй ночи, Базилиус, - по привычке сказала я в спину.
  - Доброй ночи! - мужчина обернулся, пристально посмотрел на меня, но все же вышел.
  Я вздохнула с облегчением и легла в постель. Сон не шел - что-то я сегодня разнервничалась. Повалявшись десяток минут, я решительно встала: нечего лежать! Пора навестить старых друзей! Давно я что-то к Цапе и Хлыщу не выбиралась!
  Первым делом нужно было создать хорошее прикрытие - мисс Уиткроф нет дома, она не сможет встать у моей двери в том случае, если муж решит вернуться в мою спальню. Значит, вызываю Инту, и прошу заночевать в гардеробной.
  Сонная горничная пришла быстро - видимо едва уснула. Услышав, что нужно поспать в гардеробной кивнула и выдвинула себе удобную кровать, спрятанную под кушеткой. Потом помогла мне спрятать волосы и переодеться.
  Наставника я будить не хотела, но одна идти в город опасалась. Так что оставив Инту спать я выбралась из комнаты и через потайной ход дошла до комнаты господина Ангуса. Старый шпион был не один. Услышав сквозь тонкую перегородку непривычные звуки, я остановилась и глянула в специальный глазок. На кровати лежал сам Ангус, а на нем подпрыгивала пышная рыжуха, недавно взятая на кухню. Некоторое время я зачарованно смотрела на ее белое тело, распластавшееся поверх смуглого мужского, а потом в голове зашевелились мысли.
  Как мне помнилось, девица в наш дом пришла сама. Очаровала привратника, рассказала слезливую историю, а потом упросила нашу экономку взять ее на службу. И было это меньше месяца назад. Быстро же сиротка оправилась! Тут Ангус сделал резкое движение, поднимая красотку выше, она тряхнула головой, отбрасывая волосы, и я с ужасом увидела на ее плече татуировку!
  Слава Вышним, что я стояла в узком коридоре! Иначе грохот от моего падения разбудил бы весь дом!
  Татуировки не были редкостью - часто они служили родовым или цеховым знаком, памятью о событии или смене статуса. Конечно, чаще узоры и символы покрывали тела мужчин, но в последнее время мода перекинулась и на женщин.
  Аристократки добавили к этой моде цену, а богатые содержанки - неповторимый шик. Благодаря им маги - лекари научились обновлять и поправлять татуировки, а мастера художественной росписи - вживлять в рисунок драгоценные камни, золотую пыль и даже капсулы с ядом! Так что удивить кого-либо многоцветным сияющим 'браслетом' на плече было трудно. Только вот у моего предыдущего мужа, лорда Арруарка был точно такой же браслет на том же самом месте!
  Сделав несколько вдохов и выдохов, я успокоилась и продолжила наблюдение за парочкой. Пока девица билась в экстазе, шепча бессвязные слова, Ангус неосторожно дернулся, сбивая рукой колпак с лампы и в ярком свете я заметила рукоять бастарда спрятанного у стены. Отлично! Он ей не доверяет! Осознание этого факта порадовало.
  Любовники скатились с кровати и принялись одеваться, причем рыжая аккуратно закрывала плечо длинными волосами, пока натягивала рубашку. Я же смотрела на нее озадачено: если бы не длинные рыжие пряди, я бы сказала, что передо мной родезийка - землячка лорда Арруарка. Вот только их женщины все черноволосы. Хотя, я вдруг вспомнила, как однажды опрокинула флакон в москательной лавке - мое солнечно-желтое платье в один миг стало зеленым! Пока Ангус выпроваживал ночную гостью, я рассмотрела ее лицо - все же родезийка, карие глаза чуть-чуть вытягивались к вискам, а тонкий нос подчеркивал полные алые губы. Только звенящих украшений и яркого платья- абайи не хватает.
  Наконец рыжая ушла и я тронула специальный рычаг, давая Ангусу знать, что стою за стеной. Старый шпион сперва проверил, заперта ли дверь в его комнату, и только потом открыл потайной ход:
  - Леди Владира? - изумился он, - Что вы здесь делаете?
  - Хочу с тобой кое-что обсудить, - сказала я, понимая, что ночная прогулка провалилась.
  Узнав, что я подглядывала, Ангус смутился, но когда я рассказала про браслет и Родезию, кивнул одобрительно:
  - Девчонка мне показалась подозрительной, всем нравится, со всеми дружит, да и с ножами ловко управляется, не порезалась ни разу...
  А вот это был очень громкий звоночек - кухаркой у нас работала Флорисса, бывшая цирковая метательница ножей, поэтому ни одного тупого, сломанного или ржавого куска железа там не валялось. Порой Ангус сам брался за оселки доводя инструменты до небывалой остроты. Все новенькие служанки резали пальцы по пять-шесть раз, прежде чем привыкали. А эта рыжая выходит сразу приноровилась? Не может быть! Если только...
  - Ангус, а ты знаешь, что родезийские аристократки носят кинжалы как часть костюма? И даже имеют право убить мужчину, защищая свою честь.
  - Хотите сказать, леди, что их учат убивать коротким клинком?
  - Именно! - я покачала ногой, дернула выбившуюся из под платка прядь. - Кроме того, половина городских сплетниц знает, что лорд Арруарк гораздо чаще ночевал в посольстве, чем дома.
  - То есть теоретически вы эту татуировку видеть не могли? - уточнил Ангус.
  Я чинно сложила руки на коленях и рассказала:
  - Ее вообще никто не видел, даже любовницы лорда, потому что он носил поверх нее кожаный браслет наподобие тех, что носят варвары Изении. Мы были на дне рождения лорда Дарелиуса Осциста. Лорд дружил с Арруарком и оба они увлекались сабельным боем.
  - Сабельным? - Ангус насторожился, - но у твоего мужа не было ни одной сабли! Только шпаги и пара старинных мечей для украшения стен.
  Я покачала головой:
  - Ангус, он не жил в моем доме! Изредка ночевал и все. Наш брак был политическим. А в посольстве у него были свои покои, коллекция оружия и очень много сабель. Не забывай, что я унаследовала его имущество и успела все рассмотреть, прежде чем отправила родственникам его личные вещи. Так вот, - я вернула ускользающую тему разговора, - нетрезвые лорды отправились в зал, дабы опробовать подарок Арруарка и в пылу схватки лорд Дареллиус порвал Арруарку рукав, испугался, что ранил, но на деле разрезал полоску кожи, скрывающую татуировку. Тогда я ее и увидела. Эта полоса очень необычная и яркая, а твоя подружка ее чем-то приглушила, мукой или воском, но узор тот же самый.
  Ангус задумался, потирая висок, потом сказал:
  - Интересно, за кем прилетела к нам эта интересная птичка?
  Я тоже задумалась, потом начала размышлять вслух:
  - Если она из Родезии, то возможно хочет найти что-то из вещей Арруарка. Другой вариант - отомстить за что-то мне, но это маловероятно, женой я не была, секретов мужа не знала. Еще вариант - случайность, но мне в это не верится, совсем.
  На каждую мою фразу Ангус кивал головой, а потом предложил:
  - Было бы неплохо узнать, что это за татуировка, возможна Каррисса родственница Арруарка.
  Я похлопала пальцем по губам, соображая, где бы поискать информацию. Потом потянула Ангуса за собой:
  - Нужно выйти в город! Я знаю, у кого можно спросить!
  Шпион- здоровяк, изображающий в нашем доме охранника, неторопливо натянул плащ, сунул за пояс бастард, пару кинжалов поменьше, ножи, веревку, я приплясывала от нетерпения, но торопить учителя не смела. Наконец мы прошли по узенькому коридорчику и вывалились в душистую летнюю ночь - ход заканчивался в саду. Пробравшись среди искусно выстриженных кустов к калитке, Ангус спросил:
  - Куда идем?
  - На Большую Речную, - ответила я, пытаясь сообразить, как туда добраться быстрее.
  - Тогда сюда, - Ангус потянул меня в переулок и через сорок минут мы стояли у дома мадам Клодин. На самом деле 'мадам' звалась леди Клавдия, и славилась острым языком и умением хранить чужие тайны. Нас познакомил лорд Вервиль еще в те времена, когда я только прибыла в столицу. Ее салон считался лучшим среди прочих аристократических гостиных, и чёрен становился для дворянки тот день, когда ей отказывали в приеме.
  Сама же хозяйка салона славилась своей эксцентричностью и крайней нелюбовью к мужчинам. По слухам леди бросил жених, узнав о разорении ее отца. В отместку энергичная дама с временем скупила за долги все земли его домена и получила титул равный его 'за заслуги перед короной'.
  Как я и думала, даже в этот глухой час в салоне мадам Клодин горел неяркий свет, служанка дежурила у подносов с вином и чаем, а сама хозяйка небрежно возлежала в огромном кресле укрытом медвежьей шкурой.
  - Владира, девочка моя! - воскликнула она, когда я неизящно свалилась к ее ногам после толчка Ангуса, - а почему через окно? В двери входить уже не модно?
  - Добрый вечер, леди Клодин, - улыбнулась я вставая с пола, - не хотелось пугать ваших гостей своим странным видом, - я небрежно указала на мужской костюм и платок скрывающий волосы.
  - Как видишь, сегодня пугать некого, - отмахнулась хозяйка дома, - все унеслись на бал к герцогу Зейру, лизоблюды.
  Мадам Клодин благожелательно на меня посмотрела, потом перевела взгляд мне за спину. и... Я едва успела перехватить тяжелый кубок, летящий в голову Ангуса:
  - Мадам! Стойте! Это моя охрана! - завопила я, пытаясь удержать женщину, в одну минуту превратившуюся в разъяренную фурию.
  'Похоже, слухи не врали' - мелькнула у меня мысль и тут же пропала. Мадам вдруг совершенно успокоилась, вернулась в кресло, поправила прическу и безмятежно улыбнулась:
  - Что привело тебя ко мне, девочка? - служанка тотчас подала хозяйке новый бокал, и салон снова стал островком аристократической лени и безмятежности.
  Растерявшийся от таких резких перемен Ангус просто присел на пуф в углу, заслоняя свет своими широкими плечами.
  - Мне нужна ваша помощь, мадам, и уверенность, что вы сохраните тайну.
  Клодет подняла одну выщипанную бровь и сделала глоток розового тарсийского:
  - Это личное?
  - Скорее всего, - подумав ответила я.
  - Тогда сознавайся сразу, - усмехнулась женщина, - Вервиль не злопамятен, простит.
  Я остолбенела - мадам была первая, кто догадался о моих чувствах к Вервилю. Тут Ангус выразительно кашлянул, точнее, громыхнул, напоминая о времени и личном дискомфорте.
  - Это не то, что вы подумали, мадам, - признала я, - у меня есть вопросы о Родезии...
  Мадам Клодин фыркнула, как большая кошка и залпом допила бокал:
  - Не связывайся с этим гадюшником, девочка, там подают яд и сталь вместо приправ и соусов.
  - Поздно мадам, - вздохнула я, - если помните, мой четвертый муж был родезийцем.
  - Ах да, - Клодин кивнула служанке наполняющей кубок заново, - помню я этого красавчика, опа-асный был тип.
  - У него на руке, вот тут, - я показала на плечо, - была татуировка. Очень яркая и необычная.
  - И что? - удивилась мадам, - сейчас все на себе рисуют, словно в стране закончились холсты и бумага.
  - Сегодня я увидела точно такую же татуировку на плече девушки, принятой на работу в мой дом.
  - Вот как, - Клодин на секунду задумалась, потом жестом подозвала служанку: - подай бумагу и краски, - скомандовала она.
  Через несколько минут передо мной лежала стопа чистых листов и маленькая палитра с заполненными краской ямками.
  - Рисуй девочка, - скомандовала мадам, делая очередной глоток и явно стараясь не смотреть в ту сторону, где примостился Ангус.
  Я тоскливо посмотрела туда же: рисовать я не умела. Совсем. Безуспешные попытки мисс Уиткроф научить меня традиционным женским занятиям, разбивались о фамильную несговорчивость и жизнелюбие. Мне было легче три-четыре часа провести в конюшне, отбивая денник, чем те же часы в рукодельной за пяльцами.
  Правда держать в руках карандаш меня все же научили - для того чтобы я могла сделать копию плана или набросать портрет противника. Так что кривясь и ломая грифель я смогла набросать узор, а потом обозначить его цвет неровными пятнами краски:
  - Вот, мадам, взгляните, эти браслеты выглядели примерно так, за мелкие детали не поручусь.
  Мадам Клодин снисходительно взглянула на мои уляпаные краской колени, потом на рисунок:
  - Знакомый узорчик, - бормотнула она себе под нос. Потом поинтересовалась: - ты точно не насолила никому в Родезии?
  - Мадам, - я покачала головой, понемногу начиная бояться, - я не была нигде кроме родного замка и столицы, вы же знаете, мою ценность для короны - налоговые вычеты и опекунский процент составляют изрядную сумму.
  Мадам Клодин покивала в ответ, соглашаясь и скомандовала служанке налить всем вина. 'Всем'? женщина средних лет что-то спросила жестами. Это была еще одна изюминка приемов мадам Клодин - у нее работали только немые слуги. Не всегда глухие, но всегда безмолвные.
  Получив подтверждение служанка вручила бокалы мне и Ангусу, а потом поспешно удалилась унося краски. Хозяйка дома поежилась в уютном кресле, а потом к моему удивлению активировала амулет, защищающий от прослушивания и, посверлила меня взглядом:
  - Лет восемь тому назад посольство Родезии прибыло в столицу как раз ко дню рождения наследника. Ты конечно в курсе, что старший принц еще не женат, хотя младший уже порадовал его величество внуком. Так вот вместе с посольством прибыла родезийская принцесса. Сейчас точно не вспомню которая, внешне они очень похожи. Договоренности о браке, как мне известно не было, но принц с принцессой встретились и даже наблюдали за турниром из одной ложи. Вместе с принцессой на турнир прибыли ее телохранительницы.
  - Телохранительницы? Женщины?
  - Именно! Очень ловко замаскированные девицы. Представлялись фрейлинами, подружками, многие из них принадлежали к знатнейшим фамилиям Родезии. Но дело сейчас не в них. На том турнире проводился бой на победителя, знаешь, что это такое?
  - Знаю, - подтвердила я, - бьются один на одного, вызывая себе соперника из толпы.
  - Так вот, одна из дам принцессы пожелала участвовать в соревновании, - продолжала леди Клотильда мерным тягучим голосом, излагая события так, что они как живые вставали у меня перед глазами. - В процессе даму сильно помяли, пришлось звать лекаря. На плече у пострадавшей была вот такая татуировка. Посольство уехало очень быстро, а фрейлина осталась поправлять здоровье в посольстве. Я ее навестила несколько раз по просьбе лорда Вервиля, - мадам отхлебнула глоток вина, - разговорилась с ней, показала свое родовое украшение. Девушка не шла на разговор, но кое-чем поделилась. А заодно подарила книгу 'Родовые отличия знатных фамилий Родезии'.
  Я напряглась, что-то стало совсем грустно, хорошо, что есть бокал - можно спрятать опасения за его широким краем.
  - Так вот согласно этой книге твоя служанка принадлежит к весьма аристократическому роду.
  - Родезийская аристократка чистит овощи на моей кухне? - вино как-то быстро закончилось.
  Мадам Клодин усмехнулась и ткнула отполированным ноготком в замысловатое сочетание желтой и алой краски:
  - Не просто аристократка, это сестра или кузина твоего мужа!
  - А в чем разница? - я пожала плечами, - обоим не за что меня любить.
  - Разница есть, - мадам деликатно зевнула, прикрывая рот кончиками пальцев, - сестра мстит только за брата, а кузина еще и за любовь.
  Заметив мое удивление, Клодин махнула рукой:
  - Милочка это же просто, в Родезии разрешаются браки с кузенами.
  Вычурные часики на каминной полке деликатно намекнули, что уже два часа ночи, пора прощаться с гостеприимной хозяйкой и возвращаться домой. На прощание Ангус поймал тонкую руку мадам и, бережно поднес к губам, демонстрируя безупречные манеры. Клодин замерла, потом вгляделась в заросшее бородой лицо:
  - Ваш спутник, Владира умеет удивить.
  Я спрятала усмешку - Ангуса когда-то звали барон Ангелус Сомерфильд. Похоже мадам Клодин разбудила в старом шпионе забытую учтивость.
  Покончив с любезностями, мы вновь выбрались в окно и без приключений вернулись домой. Ангус посоветовал не торопиться с выводами:
  - Отдохните леди, утром на свежую голову, все увидится иначе.
  - Так и есть, - согласилась я зевая, - если бы мисс Уиткроф была дома, я бы пожалуй съездила в замок, в библиотеки Денни были книги из Родезии.
  Рассеяно кивнув Ангус запер за мной дверь потайного хода и я сонно хлопая глазами дошла до собственной спальни мечтая упасть на перину. Увы, здесь все было не так радужно: из-за тонкой фальшивой стенки доносились голоса. Прислушавшись, я помянула всех нечистых и лихорадочно понеслась по узенькому проходу к ванной. Если успею раздеться и облиться душистой водой, спасу свою горничную от раздирания на куски моей разъяренной свекровью.
  Когда я шагнула в комнату, расточая вокруг себя аромат душистого мыла, горничная от облегчения даже покачнулась, а свекровь уставилась подозрительно прищурившись.
  - Вдовствующая леди Кармель? - я удивленно похлопала мокрыми ресницами, - вам не спиться?
  - Я хотела спросить у вас Владира, - сурово начала свекровь, - почему мой сын спит в отдельной спальне?
  Я воззрилась на нее с ужасом, потом представила себя в номере 'Англетера' и лицо заполыхало румянцем:
  - Леди, как вы можете спрашивать такое? - проговорила я самым трагическим шепотом, на который только была способна, - ваш сын благороднейший человек! Он знает, что меня навещает доктор, и сам предложил ночевать в покоях хозяина дома!
  На самом деле все было проще - дворецкий уведомил Базилиуса, что камердинер ждет его в главной спальне, муж пришел туда и естественно остался ночевать. Но говорить на эту тему с сыном леди Кармель не отважится, а себя запугать я не дам.
  - Вот как, - с сомнением протянула свекровь, оглядывая мои укутанные в простыню обгоревшие плечи, - так ты еще не понесла?
  Отвечать я не стала, посмотрела на уставшую Инту и заявила:
  - Извините меня, леди Кармель, мне надо переодеться ко сну! - и ушла за ширму.
  Горничная с реверансами выпроводила свекровь и заперла дверь. Потом прибежала ко мне, порадоваться моему своевременному возвращению и помочь расчесать волосы. Я коротко расспросила ее о том, что она врала свекрови, а потом наконец упала в кровать и уснула - день был длинным.
  ***
  Диван казался мягким и уютным, когда Полин ложилась на него. А вот когда пришло время вставать, и ее разбудила вполне уже бодрая служанка, оказалось, что шея затекла, ноги закоченели, и вчерашнее спокойное настроение испарилось.
  К счастью горничная оказалась опытной - будила негромким вежливым голосом и тут же подала чашку горячего шоколада и бисквит с джемом. Еда, а еще больше горячее питье прибавили туманному утру оптимизма - мисс Уиткроф отправилась в ванную, размышляя о том, что ей нечего надеть, кроме вчерашнего несвежего платья.
  Однако это оказалось не так - когда она вышла из купальни кутаясь в халат, на диване уже лежало ее платье и полный комплект белья, рядом на полу стояла ее дорожная сумка. Не так много нужно женщине для радости - любимая расческа, удобное зеркало, флакончик душистой воды с горьковатым ароматом.
  Не успела Полин вколоть в тугой узел последнюю шпильку, как в двери заглянул лакей с подносом. На монументальном серебряном овале покоилась записка, скрепленная алой королевской печатью. Под любопытным взглядом горничной женщина сломала печать и прочла приглашение его величества на завтрак. Ниже официальных строк стояла короткая приписка другим почерком:
  - Жду вас на верхней веранде.
  Проверив нервной рукой прическу, мисс Уиткроф строго взглянула на вытянувшегося перед ней лакея:
  - Отведите меня на верхнюю веранду, любезный, меня ждут.
  - Прошу вас, леди, - мужчина поклонился и зашагал огромными парадными шагами.
  Полин поморщилась - испытания начались. Она не бросилась догонять лакея, неловко семеня по скользкому паркету, напротив - замедлила шаг, любуясь великолепными шпалерами. Убежав на другой конец длинного полутемного коридора, слуга сообразил, что его никто не окликнул и соизволил обернуться. Женщина все так же медленно шла к двери, храня на лице легкую полуулыбку. Признавая поражение, лакей открыл дверь и склонился в поклоне. Мисс Уиткроф спокойно прошла в следующее помещение, словно не боялась удара тяжелой створкой.
  Подъем по лестнице превратился в цирк - на каждом повороте 'новую фаворитку' встречали придворные. Кто-то уже навещал ее в доме Владиры, кто-то передавал просьбы о встрече, но все любезно улыбались и говорили комплименты. Полин затошнило. На веранду полную хрусталя и солнечного света она почти ворвалась - так не терпелось оставить позади приторную патоку фальшивых восторгов.
  Король встал ей на встречу, одним взглядом оценил гневный взгляд, нервные движения рук и довольную рожу лакея:
  - Доброе утро, мисс Уиткроф! Прошу вас! - с этими словами его величество протянул Полин чашку чая, предварительно плеснув туда коньяку.
  - Доброе утро, ваше величество! - наставница леди Владиры вспомнила этикет и присела в реверансе.
  - Берите сударыня, - Бенедикт четвертый махнул рукой, давая понять, что этикет сейчас не требуется, - мне уже доложили о прискорбном ночном происшествии, а так же о том, что физически вы не пострадали. Пришлось намылить пару слишком осторожных голов.
  Полин опустилась в кресло и сделала глоток восхитительного напитка, потом удивленно приподняла брови, радуясь про себя, что профессия гувернантки быстро приучает 'держать лицо'.
  - Я требовал докладывать мне сразу обо всем, что касается вас, но у леди Саманты очень влиятельные родственники. Они попытались замять происшествие, а некоторые особы пошли им на встречу! - король гневно сжал кулак, а Полин неожиданно улыбнулась.
  Ей стало приятно.
  - Не волнуйтесь, ваше величество, я не пострадала. А кто была эта дама? Ваша фаворитка?
  Король уставился в чашку, но ответил честно:
  - Да, мисс Уиткроф, леди Саманта некоторое время назад пользовалась моей ... благосклонностью. Наши отношения закончились, но леди получила должность при дворе, так что продолжила появляться здесь и не теряла надежды продолжить наше общение.
  Полин понимающе кивнула, спокойно и прямо глядя на короля.
  - Леди выжила?
  - Да, ее вовремя доставили к магу, возможно даже он сможет убрать шрамы от ожогов.
  Больше говорить было не о чем. Полин молча пила чай, не обращая внимание на гастрономическое разнообразие украшающее стол. Король молчал, но ерзал на удобном кресле, как школьник на жесткой скамье. Наконец он не выдержал:
  - Мисс Уиткроф, попробуйте эти пирожные, я попросил их приготовить специально для вас.
  Полин спокойно посмотрела на блюдо заполненное корзиночками со свежими фруктами и воздушным сливочным кремом:
  - Благодарю вас, ваше величество, я не очень люблю сладкое.
  Король немедленно предложил бриоши с утиным паштетом, лепешки с подсоленным маслом и сыр. Полюбовавшись столом Полин выбрала себе яйцо-пашот, гренки с зеленью и немного свежих помидор, сложила все на тарелку и посмотрела на его величество, призывая его сделать выбор. Пока король не начнет трапезу, подданным есть не полагается. Бенедикт угрюмо плюхнул на свою тарелку омлет с беконом и грибами, взял серебряную вилку.
  Ели в тишине. Каждый думал о чем-то своем. Когда в чашках закончился чай, мисс Уиткроф взяла чайник и сама наполнила чашки, взглядом спросив у короля, что добавить в его напиток. Наконец завтрак закончился, и бывшая гувернантка пришла в себя достаточно, чтобы интересоваться окружающим.
  - Что со мной будет, ваше величество? - спросила она, перебирая салфетку.
  - Четвертого заговорщика еще не нашли, - буркнул король глядя в окно. - Пока перебирают знакомых погибших идиотов. Офицер сходит с ума, как только его спрашивают о заговоре, через час приходит в себя и ничего не помнит.
  - Магическая блокада, - понятливо кивнула Полин.
  Она позволила себе оттаять, сообразив, что король не виноват в ее ночном приключении. Потом вспомнила танцующее синее пламя и поежилась. Бенедикт четвертый посмотрел на нее сочувственно: сейчас скажет что-то неприятное, поняла Полин.
  - Вам нельзя сейчас возвращаться в дом леди Владиры, мисс Уиткроф, - сказал король.
  Полин грустно усмехнулась в ответ - это она и сама просчитала еще в спальне, любуясь звездами.
  - Какие варианты? - спросила она уставившись на короля строгими серыми глазами.
  Его величество явно ожидал истерики, либо громкого возмущения, а не холодного вопроса и потому неожиданно смутился:
  - Их три.
  - Слушаю, - чтобы не смущать его величество, я тоже уставилась в окно.
  - Замужество в провинции, западный монастырь и...- кажется его величество снова покраснел.
  - И официальное звание вашей фаворитки, - закончила за него Полин.
  Ее сердце сжалось, маска спокойствия на лице дрогнула. Встав, женщина подошла к распахнутому окну и уставилась на переплетение дорожек - увидеть все остальное мешали неожиданно набежавшие слезы. Вот так в одночасье рушится жизнь. Осыпаются кусками планы и надежды, скрипит и качается вера в лучшее.
  - Я выбираю монастырь, - коротко сказала она, боясь выдать себя всхлипом.
  Бенедикт четвертый резко отодвинул свое кресло и подошел к Полин сзади:
  - Мисс Уиткроф, Полин, - поправился он, - почему вы считаете, что монастырь для вас лучше дворца?
  - К простым условиям жизни я привыкла, - пожала плечами женщина, - зато там не будет яда за улыбками и кинжалов за поклонами. - Слезы отступили из-за прихлынувшего гнева. - Вчера леди Синтия приезжала в дом леди Владиры, - пояснила Полин, - а сегодня на лестнице мне продемонстрировали свои оскалы все главы влиятельных семей страны. И каждый пообещал свою поддержку и защиту.
  Король прерывисто вздохнул, не решаясь положить свои ладони на плечи собеседницы. Хрупкая внешне, но несгибаемая внутри. Достойная женщина, которая может превратить официальные покои в уютный дом, а скучные обязанности в приятную возможность быть вместе. И эта женщина выбирает монастырь. Осознанно? Или в гневе?
  С утра он успел устроить разнос своему начальнику стражи и еще полудюжине придворных. Вести о ночном происшествии тихо положили на стол в кучу общей корреспонденции. Если бы не внимательность Вервиля он выглядел бы еще большим идиотом перед женщиной, которой хотел понравиться.
  А она все смотрела в окно - колючая, неприступная, и ранимая, чуткая. Как смели расстроить ее те кому он доверил быть рядом! Решившись, Бенедикт положил ладони на вздрогнувшие плечи:
  - Полин, я прошу тебя только об одном - не спеши. - Потом немного притянул женщину к себе и глядя на парк через ее плечо заговорил о том, о чем не мог не сказать: - Вчера я впервые увидел рядом не самку, ни хлопающий завязками кошель, а просто женщину. Сама понимаешь, я видел множество красавиц, встречались мне и умницы, но очень редко я видел в женщинах тепло, щедрость души.
  Она замерла, вслушиваясь в его слова. Не вырывается, не кричит, значит думает, а это уже маленький плюс в его пользу. Решившись на большее, король прижался лицом к тщательно уложенным волосам, вдыхая их аромат:
  - Ты удивительная, живая, настоящая...
  Неожиданно Полин дернулась, вывернулась из рук Бенедикта и отскочила на несколько локтей.
  - Что случилось? - спросил король, глядя как женщина пытается восстановить дыхание и удержать лицо.
  - Простите, ваше величество, но вы не оригинальны. Те же самые слова я слышала несколько лет назад. 'Живая, настоящая'... передразнила она горьким голосом. А потом, когда мне живой потребовалась защита осталось только 'ты же умная женщина, ты же понимаешь, что я ничего не могу... Не надо, прошу вас! - Полин подняла руку, останавливая потом слов, готовых сорваться с губ короля, - я вас услышала и поняла. Вы не хотите расставаться со мной, а значит, не позволите ни удобный брак, ни монастырь. В таком случае, я прошу вашей защиты. Объявите меня своей любовницей, поселите поблизости, а как только заговор будет раскрыт, отпустите.
  Бенедикт четвертый пришел в недоумение - с ним королем немалого государства не дерзили так говорить ни послы иностранных держав, ни воинствующие герцоги собственной страны. Даже королева-мать, убедившись в его умении править излагала свои пожелания тоном просьбы, а ни как не распоряжения!
  - А вы уверены, мисс Уиткроф, что я вас отпущу? - прищурился король, стараясь не подать виду, что такие слова его задели.
  - Уверена, - Полин ни на минуту не сомневалась в своих выводах, - меня уже просветили, что средний срок пребывания любовницы в вашей постели три месяца. Думаю, за это время заговорщиков найдут, а я как раз успею вам надоесть. А поскольку вы король и держите слово, то вы благородно выставите меня из столицы, снабдив кошельком или дарственной на небольшое поместье - чтобы успокоить свою совесть.
  Король почувствовал, как кровь бросилась ему в голову. Шагнул к столу, схватил кувшин с лимонадом и отхлебнул, забыв про бокалы. Потом положил на легкую столешницу ладони и тяжело на них оперся:
  - Вы и в самом деле полагаете, что я хочу именно этого?
  - Ваше величество, - Полин чинно присела в реверансе, защищая этикетом свое сердце, - люди не меняются. Я не лучше и не хуже любой вашей дамы. Полагаю, что ваш интерес закончится даже немного раньше, ведь у меня нет знатных родственников, которые могли бы отомстить за пренебрежение моей персоной.
  Мысленно женщина вопила от ужаса, представляя, что король сейчас взревет диким медведем и в лучшем случае просто выставит ее из дворца. В худшем же отправит ее в вожделенный монастырь, но уже не гостьей короля, а пленницей. Все было лучше нового удара по чувствам.
  Ведь она тогда едва не умерла вместе в Владиром! Стояла рядом - только руку протяни, и шагни следом, но он запретил. Остановил одним взглядом, указав на брошенную у крыльца игрушку маленькой Владиры, а потом улыбнулся ей, прощаясь, и...
  В глазах Полин потемнело от воспоминаний. Она собиралась коротко выдохнуть, но получился приглушенный всхлип. Этот звук развеял кровавую пелену перед глазами Бенедикта четвертого. Оттолкнув стол так, что задребезжала тонкая фарфоровая посуда, король выпрямился и уставился в лицо своей визави:
  - Что ж мисс Уиткроф, раз вы согласны, не будем откладывать. - Потом тон сменился на почти угрожающий: - Посмотрим, сумеете ли вы продержаться три месяца. Сейчас вы возвращаетесь к себе, вам пришлют камеристку и мадам Фонтенет, она лучшая модистка в городе. К пяти часам вы должны быть готовы к прогулке по Королевской аллее.
  У Полин мучительно заломило висок - как она могла забыть! Представление королевской любовницы начинается там же, где проходит выбор! Едва дотронувшись кончиками пальцев до бьющейся жилки, она вновь присела в реверансе:
  - Я могу идти, ваше величество?
  - Идите!
  
  Выскочив за дверь мисс Уиткроф десять раз назвала себя идиоткой и еще пятнадцать непроходимой бестолочью. Как она осмелилась бросить вызов самому королю? Сидела бы тихо, глядишь, он бы просто забыл про нее в череде важных дел. Но теперь нужно было действовать - раз уж хватило глупости разозлить его величество, должно хватить ума, не подставлять его перед высокими родами. Где там обещанные камеристка и белошвейка?
  Бубня себе под нос самые нецензурные выражения Полин добралась до отведенных ей комнат. В спальню зайти не решилась, присела в гостиной и задумалась - стоит ли написать Владире, что ее наставница задержится во дворце месяца на три? Или подождать, пока воспитанница столкнется с ней в парке?
  Решилась все же написать, и как раз поставила красивую завитушку подписи, когда в двери постучали: камеристка и мадам Фонтенет явились вместе.
  Окинув взглядом простое платье и строгую прическу мадам быстро поняла, что перед ней не юная дева, так что оборки, складки и декольте отменяется. Пока строгая немолодая служанка помогала раздеться новой хозяйке сиреневых покоев, белошвейка отправила помощницу в мастерскую.
   Через час вся гостиная была завалена отрезами, лентами, кусками кружева и бельем. Восхитившись стройностью фигуры новой заказчицы, мадам не стала навязывать Полин свои варианты, а просто выслушала пожелания, добавила неизвестные скромной мисс моменты и велела помощницам разложить на креслах три разноцветных платья. Первое было по меркам дворца очень скромным - плотный серый шелк с отделкой из бархатных шнуров. Для жаркого летнего дня такое платья было слишком тяжелым, но Полин понравилась тонкая вышивка стеклярусом на воротнике и плечах.
  Второе платье оказалось нежно- голубым, из великолепного муслина отделанного синими лентами и маленькими букетиками незабудок. К нему полагался изящный зонт с ручкой из слоновой кости и веер.
  Третье платье было красным. Возможно, мадам выбрала его для контраста, но когда Полин его примерила, оказалось, что оно сидит на ней лучше всех. А еще насыщенный цвет ткани выглядел достаточно роскошно и не требовал украшений.
  - Я выберу это платье! - сказала мисс Уиткроф, облегченно садясь на диван.
  - Прекрасно! - широко улыбаясь, воскликнула мадам Фонтенет, - я ни минуты не сомневалась, что его величество нашел себе настоящую женщину.
  Полин хотела отмахнуться, потом еще раз посмотрела на платья и понимающе уставилась на мадам:
  - Так это была проверка?
  - Конечно, - ни сколько не смущаясь заявила хозяйка самого дорогого и модного ателье в столице, - первое платье выбрала бы женщина закрытая, неуверенная в себе. Второе легкомысленная кокетка, желающая вернуть свою юность, а вот это платье способно украсить женщину, которая знает, чего хочет! - с этими словами мадам посмотрела Полин в глаза и заторопила своих девушек: - скорее, бездельницы, леди нужно это платье к четырем !
  ***
  Утро не принесло ничего нового - мисс Уиткроф до сих пор не появилась, муж отбыл по делам, а свекровь отправилась шерстить столичные магазины, пользуясь возможностью присылать счета на адрес дома. Меня это полностью устроило - пользуясь тишиной и отсутствием лишних глаз, я отправилась в библиотеку. Книги из собрания Денни остались в замке, но в столичном доме был свой библиотечный зал украшенный картами, розами ветров и изречениями бывалых путешественников.
  В библиотеке крепко пахло старой бумагой, кожаными переплетами, и горячим воском... Горячим воском? Оглядевшись, я убедилась, что кто-то регулярно наведывается в библиотеку - свечи в подсвечниках оплавились до самых медных чашечек. Кроме того слуги обычно приводили в порядок лишь ту часть огромной комнаты, где иногда посиживал с бокалом лорд Вервиль, на остальных предметах быстро скапливалась невесомая взвесь бумажной пыли. В лучах утреннего солнца я отчетливо видела дорожку, протянувшуюся от двери к дальним шкафам. Следы были небольшими, и хаотичными, словно нарушивший покой книжного царства и сам не знал, что и где ищет.
  А вот и пятна воска на полке, и еще. Отступив, я посмотрела, что именно интересовало таинственного гостя, точнее судя по узким небольшим следам, гостью: странно, в этом шкафу стояли книги по истории соседних государств! Сборники геральдики, описания битв, несколько рукописных дорожных дневников и травников.
  По смазанным отметкам на полированных полках, я выяснила, какие книги выдвигались. Вынула их и сложила на столик, перемазав светлое утреннее платье и расчихавшись от пыли. Ну что ж, попробуем понять, что интересовало рыжую родезийку.
  Книг получилась большая неуклюжая стопка. Странные же вещи интересовали мою золовку ! 'История рождения славного воина Родерика Родезийского', 'Путешествия и дорожные приключения барона Бурга, весельчака и балагура', 'Пять способов вызвать противника на дуэль, или дуэльный кодекс трех сопредельных держав'.
  Я открывала каждую книгу, обмахивая заросли пыли носовым платком. Пролистывала каждую страничку в поисках пометок, закладок, непонятных надписей. Каждую обложку изучала с лупой, желая убедиться, что толстая кожа не содержит тайников... Ни-че-го! Я не обнаружила ничего! Устала, запыхалась, перемазалась паутиной, но так и не поняла, зачем рыжая лазила на дальние полки!
  От разочарования навалилась усталость. Захотелось ванну, чаю с молоком и пирожное, а лучше два! Но не успела я позвонить в колокольчик, вызывая служанку, как дверь отворилась. В библиотеку пыхтя и шипя ругательства, задом вползла рыжая родезийка. Я затаилась наблюдая. Выпрямившись и потерев поясницу, девица потащила дальше огромный сундук обитый медными полосами.
  -Кхм, - прочистив горло, я довольно полюбовалась прыжком рыжухи: - что вы делаете любезнейшая?
  Родезийка проворно спрятала в складках юбки приличных размеров кинжал, но я сделала вид, что не заметила. Посмотрю лучше, как она выкручиваться будет!
  - Лорд Кармель распорядился миледи, - выпрямившись и потупив глазки, проговорила 'служанка'.
  - Что именно велел сделать лорд Кармель? - уточнила я, делая вид, что рассматриваю добротное дерево и сверкающую медь.
  - Отнести его книги в библиотеку, протереть и поставить на полку, - рыжая ткнула пальце в небольшой полупустой шкаф, предназначенный для легкого чтения и ловко убрала кинжал в корсетные ножны
  Я восхитилась. Девица вовсе не проста, меня этому движению Ангус научил лет в восемь, и первое время мне было больно когда деревянный стилет утыкался подмышку.
  - Отлично! - делано просияла я, похоже убивать меня сейчас родезийская родственница не собиралась: - выполняйте!
  Под моим пристальным взглядом девица открыла сундук висящим на цепочке ключом и принялась вынимать и протирать разномастные тома. Я присоединилась к процессу: с любопытством читала названия, листала особенно редкие или красивые.
  В целом это была обычная дворянская библиотека: новинки и раритеты, детские сказки и философские трактаты, несколько свитков и кожаных папок с картами. Просмотрев, я ставила все в шкаф как попало - если Базилиусу будет важно, переставит сам.
  Через час, убедившись, что книги аккуратно стоят на полках я кивнула служанке:
  - Пойди к дворецкому, и скажи, что я велела прибрать библиотеку целиком, пусть даст тебе пару помощниц и стремянку.
  Родезийка сделала книксен и ушла, унося с собой ведро грязной воды и кинжал в потаенных ножнах. Я же наконец вспомнила, что сама выгляжу как чучело и неторопливо пошла к себе размышляя по дороге. Если рыжая до сих пор не напала на меня или моих близких, значит, она что-то ищет. Так пусть найдет! Возможность спокойно обыскать библиотеку я ей только что предоставила. А вот вынести то, что ищет из дома, она не сможет - насторожившийся Ангус навесил на красотку свое любимое заклинание 'память тела' и теперь найдет ее где угодно.
  Вызванная в покои горничная, увидев масштабы катастрофы, даже растерялась - простым умыванием мне точно было не обойтись: серые разводы на лице, исцарапанные руки с грязной полосой под ногтями, паутина в волосах и траурная кайма на декольте.
  - Не волнуйся Инта, готовь ванну. А платье отдай прачкам, если не отстирают, пусть перекрасят.
  Служанка понятливо кивнула - мисс Уиткроф весьма разумно вела хозяйство и давно всех приучила не складировать вышедшие из моды или потертые платья в сундуки и шкафы. Любая дорогая одежда распарывалась, стиралась, перекрашивалась, а потом ткань шла на форменные жилеты и куртки лакеям, платья служанок или бедным невестам поместья. Таким образом наши слуги были одеты дорого и красиво, а хозяйство в целом экономило на ливреях и форме.
  Распорядившись наполнить ванну, Инта помогла мне снять одежду и усадила в кресло в одной тоненькой сорочке и шали. Кухонная служанка принесла поднос чаю, желанные мною пирожные и весть о том, что вдовствующая леди Кармель пообедает в городе у давней приятельницы. Мысленно вознеся хвалу вышним, я уже запланировала пригласить к обеду лорда Вервиля, но лакей доложил о приходе леди Фионы.
   - Владира! - подруга как всегда влетела в комнату точно ураган, шурша лентами, оборками, звеня модными подвесками и цепочками.
  - Добрый день, Фиа! - я принуждено улыбнулась, вид у меня сейчас совершенно не годился для светских приемов, но когда это мое состояние останавливало виконтессу?
  - Ты почему все еще не одета? - возмутилась приятельница, хватая с моего блюдца пирожное, на которое я нацелилась сама.
  - Я уже не одета, - недовольно буркнула я ответ, быстро утаскивая к себе трубочку с малиновым джемом. - Видишь, занималась домашними делами и вся перемазалась?
  - Бедняжка! - отмахнулась Фиа, - Я давно завела себе экономку и не пачкаю руки. А где твоя замечательная мисс Уиткроф? Неужели она не могла заменить тебя? - поинтересовалась подруга, вгрызаясь в лепешку с творогом.
  Вспомнив короткую записку от наставницы и здоровенного лакея забравшего саквояж с ее вещами, я вздохнула и сообщила, что моя компаньонка нездорова.
  - А вообще, что привело тебя ко мне в такую рань? - полюбопытствовала я в ответ, - господин посол любит вставать на рассвете?
  Фиону перекосило:
  - Не напоминай! - выдохнула она, - этот гад, проводил меня до дома, поцеловал руку и уехал! Только букет позднее прислал и все!
  Я мысленно поаплодировала посланнику - зацепить такую ветреницу, как Фиа, можно было только полным пренебрежением, не выходящим за рамки приличий.
  - Так вот, - подруга печально посмотрела на опустевший поднос и вспомнила, зачем, она приехала: - одна дворцовая птичка напела мне, что сегодня его величество представит свою новую фаворитку! Представляешь? Сегодня! На прогулке!
  - А, - я тоже оглядела пустой поднос и погладила жалобно булькнувший живот, - предлагаешь съездить, полюбоваться несчастной женщиной?
  - Конечно! - Фиа лучилась энтузиазмом, - там же весь двор будет! Мероприятие почти официальное!
  Я только поморщилась - тащиться в парк в конце жаркого дня да еще выслушивать восторг подруги увидевшей очередного герцога или графа. Уф! Увы, Фиона не дала мне ни малейшего шанса! Загнала бегом в ванную и, запугав тем, что лично выберет мне платье, заставила поторопиться. Поразмыслив, я решила не выделяться из толпы и потянула к себе светло-голубое платье, отделанное скромными белыми цветочками по подолу. Фиа была совершенно другого мнения:
  - Ты что? Хочешь выглядеть как провинциальная сиротка? Там будут самые влиятельные мужчины страны!
  - Фиона, я и есть провинциальная сиротка! Только замужняя!
  - Значит, нечего рядиться в дерюгу! - с этими словами Фиона отбросила в сторону голубое платье и. покопавшись в гардеробе вытащила на свет ярко-желтый наряд из тонкой заморской ткани.
  Это платье мне покупал лорд Арруарк, для одного из официальных визитов ко двору. Я застонала:
  - Фиона! Нет! К нему надо делать высокую прическу! И украшения подбирать!
  - Ничего, сейчас лето и светло, можно цветами обойтись! И вообще! Что у тебя шкатулка пустая?- бесцеремонная подружка немедленно сунулась в ларец из душистого сандала в котором лежали мои любимые побрякушки.
   - Ого! - я чуть не стукнула себя по лбу!
  Конечно, любопытной Фионе на глаза сразу же попался кораблик с аквамариновыми волнами и жемчужными каплями.
  - Прежде я у тебя такой штучки не видела! Муж подарил? Или поклонник? Отлично будет смотреться на поясе!
  Я молча горчила ей зверские гримасы - Инта как раз натягивала тонкую ткань платья на мои плечи, стараясь не мять невесомое кружево воротника. Перерыв всю шкатулку Фиона понеслась в оранжерею за белыми розами для прически, так что я сумела припрятать кораблик подальше от ее глаз.
  В итоге горничная уложила влажные волосы максимально просто, зато украсила свежими цветами . Букетик таких же роз прикололи к поясу овальной пряжкой украшенной мелкими сапфирами. Такой же светлый искрящийся сапфир красовался в моем обручальном перстне. Других украшений я надевать не стала, не смотря на недовольство сверкающей многочисленными кольцами и цепочками Фионы.
  В парк мы прибыли вовремя: трубачи еще не оповещали о появлении его величества, но количество нарядных придворных просто поражало. Не думала, что летом в столице столько людей!
  По случаю официального представления не аристократов на центральные аллеи не пускали. Горожане и торговцы заполняли так называемый 'внешний круг' парка - две длинный дорожки разделенные выстриженными кустами.
  Пока мы неторопливо двигались по Малой аллее, Фиона то и дело меня дергала:
  - Смотри, смотри! - и указывала концом веера или платочком на очередного вычурно одетого лорда.
  Над некоторыми я посмеивалась, а иных откровенно жалела: напялить в такую жару бархат, плотный шелк и кучу массивных драгоценностей, да еще и передвигаться во всем этом совсем непросто.
  Наконец затрубили трубы и вся пестрая толпа вздрогнув, переместилась к площадкам, с которых хорошо просматривалась Королевская аллея. Благодаря энергичности Фионы мы оказались буквально в первых рядах зрителей.
  Когда король под руку с дамой появился в дальнем конце аллеи, все замерли, впитывая торжественную яркость алого платья, подчеркнутую серебристо-серым камзолом его величества. С каждым шагом необычной пары в толпе зрителей нарастал гул - обсуждали все: точеную фигурку и великолепные темные волосы, убранные элегантную прическу, красивые жесты и наклон головы.
   Чем ближе подходила к нам новая фаворитка, тем сильнее дергала меня Фиа:
  - Смотри! У нее тоже цветы в волосах! И пряжка на поясе! Владира! Да ты сейчас самая модная дама на сто верст вокруг!
   Подруга продолжала болтать, оценивая стать новой 'игрушки' государя, а мое сердце пропускало удар за ударом: рядом с его величеством шла Полин! А чуть сзади, с кожаной папкой наперевес шествовал лорд Вервиль, шепча что-то на ухо моему мужу!
  Сердце заклокотало где-то в горле, ноги ослабели, я начала всерьез опасаться, что упаду в обморок, но тут сквозь мутнеющее сознание пробились слова Фионы:
  - Смотри! Сзади по традиции идет старший мужчина рода! Обычно ему и достаются все привилегии, если дама не замужем!
  - А если замужем? - едва слышно спросила я.
  - Нууууу, мужу тут быть непринято, - протянула Фиа, - обычно на время представления он уезжает на охоту или в свое поместье.
  - Понятно, - пробормотала я, удивляясь тому, что подружка все еще не опознала ни мисс Уиткроф, ни лорда Кармеля.
  И тут это случилось: близоруко прищурившись, Фиона ошеломленно пискнула:
  - Мама! Это же... - и дико уставилась на меня.
  - Да, - усмехнувшись, подтвердила я, - это моя гувернантка и по совместительству вдовствующая леди Владир.
  - Что? - изумление всегда все знающей подружки пролилось бальзамом на мое сердце, а Фиона даже отшатнулась: - Так эта, как ее мисс, твоя мачеха?
  - Да, - сдержано ответила я и отвернулась, глядя в спины лорду Вервилю и мужу.
  К сожалению, восторженное негодование Фиа было услышано. Ко мне немедленно устремилась парочка завзятых сплетниц в надежде разнести по столице подробности жизни новой никому не известной 'королевской дамы'. Следом за ними потянулись светские щеголи, спеша припасть к ручке родственницы новой фаворитки. Родня прежней кучковалась в отдалении, сверля меня гневным взглядом. Я бы не выдержала волны любезностей и ехидства, но через толпу как два ножа сквозь масло прошли лорд Вервиль и лорд Кармель:
  - Леди Владира, - королевский секретарь раскланялся: - его величество и вдовствующая леди Владир приглашают вас выпить чаю в беседке.
  - Благодарю вас, лорд Вервиль, - я присела в книксене, а муж предложил мне руку.
  Фиона попыталась уцепиться за мой рукав, но холодный голос секретаря остановил всех жаждущих присоединиться к чужому пирогу:
  - Его величество желает видеть только леди Кармель...
  Я вздрогнула. Меня никогда не называли по фамилии мужа! Это происходило по разным причинам, но обычно говорили 'леди Владира', сейчас же королевский секретарь выделил имя мужа. Значит, король считает, что наш брак нужен короне? Ни каких разводов? Тут в голове всплыл вопрос:
  - Базилиус, - прошептала я. Глядя в спину королевскому секретарю, - а как вы меня нашли?
  - По обручальному кольцу, - серьезно ответил муж, - а я едва не рассмеялась над собственной забывчивостью.
  Кольца людей соединенных брачным обрядом становились этакой 'антенной' по которой муж и жена всегда могли найти друг друга и точно знали жива ли 'вторая половинка'..
  Задумавшись об этом, я чинно шагала рядом с мужем, и вдруг заметила, что мне удобно идти рядом с ним! Я действительно опираюсь на его крепкую руку, а он сдерживает ширину шага, позволяя мне идти в комфортном для меня ритме.
  Невольно на память пришел лорд Арруарк, таскающий меня за собой по столичным приемам как болонку на поводке. И Денни, которого мне приходилось придерживать самой. И...да ну их всех! Меня накрыло здоровой злостью на окружающих: на Вервиля, равнодушно шагающего впереди, на мужа неожиданно оказавшегося таким понимающим, на мисс Уиткроф, не предупредившую о переменах в статусе!
  К счастью путь до беседки был неблизкий, так что большая часть моего гнева выветрилась, точнее, растворилась в неторопливых шагах по мелкому гравию аллеи. Лорд Кармель молчал, но когда до беседки оставалось не более пары саженей, шепнул:
  - Простите, что не успел вас предупредить, Владира, королевский посланец отловил меня на верфях.
  Мне оставалось только кивнуть и показать всем видом, что я не сомневаюсь в его словах. Да и смешно было бы сомневаться - под блестящей муаровой лентой новенького ордена виднелся обычный камзол, который супруг надевал, отправляясь по делам в торговые или рыночные кварталы. Не шелк, не бархат, простой крашеный лен, хотя и отличной выделки.
  А вот увидев, что я успокоилась, Базилиус меня удивил - склонился к моей руке и коснулся губами запястья:
  - Думаю вам стоит поговорить с леди Владир, - шепнул он, глядя мне в глаза, - ей сейчас нелегко.
  Я было возмутилась - учат меня тут всякие! Даже одарила супруга суровым взглядом, забыв, что он предпочитает видеть во мне хрупкий нежный цветок. Но Базилиус вновь погладил мою руку и ободряюще улыбнулся:
  - Я буду рядом, Владира.
  От неожиданности я не нашла слов.
   Войдя в беседку, я уже растеряла часть запала, а потому заметила, как непримиримо сжаты губы Полин. А его величество выглядел расстроенным. В общем эту пару совсем не окружало счастье, и от этого мне почему-то стало легче - возможно представление Полин как фаворитки короля всего лишь злая шутка? Или новая политическая игра?
  Сделав положенный по этикету реверанс, я отошла в сторону, давая возможность мужчинам переместиться к столику с закусками. Мисс Уиткроф правильно поняла мои маневры и пригласила к себе на вычурный узкий диванчик.
  Я подошла, присела и схватила ее ледяные руки:
  - Полин, почему ты здесь? - спросила я шепотом, надеясь, что Базилиус заглушит наш разговор громким обсуждением поставок фермерской продукции во дворец.
  Это тоже была одна из привилегий семей фавориток - возможность откусить от государственного пирога. Правда эта традиция позволяла часто менять поставщиков двора и держать невысокие цены в столице уже не одно десятилетие.
  - Долго объяснять, - мисс Уиткроф слабо улыбнулась и промокнула белоснежным платочком капельку пота выступившую на виске, или это была слеза?
  Я посмотрела на нее с подозрением:
  - Полин, только не говори, что его величество в одночасье воспылал к тебе любовью, не поверю!
  - Так и думала, что ты не поверишь, - грустно усмехнулась Полин, - все проще, я помогла предотвратить покушение на его величество, но убийц поймали не всех. Это просто защита...
  - Или ловля на живца, - закончила я возмущенно. - Хочешь, увезем тебя в поместье? Там не найдут, папа умел строить тайники.
  Мисс Уиткроф помолчала, полюбовалась озером, потом перевела взгляд на его величество и твердо ответила:
  - Не сейчас. Месяца через два - три мне точно понадобится любое убежище где-нибудь в глуши, а пока скажи мужу, чтобы расширял дело, зарабатывал деньги, - в словах Полин зазвучала горечь - сама понимаешь, надо пользоваться моментом, потом по мне не потопчется только ленивый.
  Я порывисто обняла ее:
  - Перестань! Не смей поддаваться, Полин! - уткнувшись в ткань незнакомого роскошного туалета, я с радостным трепетом вдохнула знакомый аромат духов, и в этот момент меня осенило! - Полин, а может, заменить тебя на служанку под мороком? - я сморщила нос, - есть у меня на примете одна бойкая рыжуха! С Базилиусом я поговорю, и в замке все приготовлю, спрячем тебя, а когда убийц поймают, вернемся в столицу. Или не вернемся. Жили же мы как-то раньше в глуши и дальше жить будем.
  Полин улыбнулась так же светло, как прежде и осторожно погладила меня по голове, стараясь не растрепать прическу:
  - Спасибо за идею, Владира! Только не выйдет. Его величество каждый день навещает галерею предков в сопровождении своей дамы. Помнишь для чего?
  Мне захотелось стукнуть себя по лбу! Ну конечно! Древняя магия галереи развеивает любые мороки! Вот почему эта часть дворца устроена так, что король проходит перед глазами своих предков хотя бы раз в день! На троне не должен сидеть самозванец! Пришлось признать идею не состоятельной и шепотом поведать Полин о рыжей родезийке, затесавшейся на нашу кухню.
  Полин к моему удивлению всерьез испугалась и запретила мне приближаться к девице. От ее тона мне стало жутковато, так что я закрутила головой, вспомнив, что мы не одни. Оказалось, что за нами потихонечку наблюдают все присутствующие.
  Хорошо, что Полин не видела, как на нее смотрели король и лорд Вервиль! Его величество просто замер, глядя как на редкую по красоте картину, а вот выражение лица королевского секретаря мне совсем не понравилось! Он словно заново измерял и взвешивал мою наставницу. Я невольно нахмурилась: неужели мой опекун хочет навредить Полин?
  ***
  Официальное представление новой фаворитки началось с переполоха: Полин оказалась единственной за много лет дамой, не имеющей личных драгоценных украшений для первого выхода! Горничная и парикмахер застыли в растерянности, и готовы были сами сбегать к его величеству, дабы он срочно одарил новую фаворитку блестящей побрякушкой для волос или платья. Однако мисс Уиткроф твердым голосом приказала им остановиться и предложила альтернативу: цветы.
  - Сейчас лето, думаю, его величество не будет возражать, если мы возьмем несколько цветов из оранжереи, а серебряные булавки у вас найдутся.
  Переглянувшись горничная и куафер согласились :
  - Это будет весьма оригинально, миледи, - заявил сухонький морщинистый мужчина с большими залысинами, самый модный столичный мастер.
  Девушка немедля побежала за букетом, пока парикмахер укладывал черные волосы Мисс Уиткроф максимально просто и элегантно. Накручивать на голове модные в этом сезоне локоны она запретила. Потом все трое выбирали цветы в прическу и на пояс, обрезали колючки, заворачивали хрупкие стебли во влажный хлопок и алые ленты.
  В итоге провозились несколько дольше, чем планировали, но когда Полин вышла в коридор, ожидающий королевскую гостью лорд Вервиль, окинул даму весьма удивленным взглядом. А король молча предложил руку и лично проводил до кареты.
  В парке королевскую карету ожидала толпа. Обычно фаворитки его величества были частью этого разодетого блестящего общества, но Полин здесь практически никого не знала, а потому равнодушно смотрела на поклоны мужчин и реверансы женщин. Лорд Вервиль шел сзади, но постоянно подсказывал в духе:
  - Граф Бортоломэ, корабельные верфи и виноградники, мечтает выдать замуж дочь.
  - Баронесса ван Верховен, первая сплетница двора. С ней лучше дружить, но ничего не рассказывать... И так далее.
  Сознание гувернантки привыкшей к большому объему информации, аккуратно раскладывало всех этих лордов и леди по полочкам. Иногда попадались знакомые - те, кто успел нанести визит в дом Владиры, или подкараулить на дворцовой лестнице, этим Полин улыбалась особенно равнодушно. Нетитулованное дворянство на площадку в начале аллеи не допускалось, так что свою девочку мисс Уиткроф здесь не увидела. Огорчение получилось скрыть, а вот радость при виде запыхавшегося лорда Кармеля - нет.
  Мужа Владиры привел паж. Лорд Вервиль сразу перехватил Базилиуса и начал что-то ему объяснять. Потом король поднял руку и негромко объявил, что лорд Кармель получает орден 'Синей черепахи' за 'усилия, приложенные к процветанию нашего королевства'.
  Кармель побагровел, пока на него цепляли ленту и памятный знак, но на лице определенно выражались гордость и удовольствие. Что ж его величество знал, чем можно купить одобрение лорда! В этот момент Полин ощутила себя дорого продаваемой индюшкой. Увы, проявлять строптивость на людях было неблагоразумно - король предложил ей руку, лорд Вервиль дал сигнал охране, и король с фавориткой и охраной чинно двинулся по аллее. Придворные остались на площадке, обсуждать новую фаворитку и ее родню.
   Его величество шел, молча глядя в землю. Для него такие выступления три-четыре раза в год давно не были новинкой, а мисс Уиткроф вблизи напоминала натянутую струну: выверенные жесты, плавные движения, все чтобы выглядеть максимально женственно и элегантно. И скрыть свое отношение к этой публичной демонстрации, выставляющей женщину, словно товар на рынке.
  Когда все добрались до беседки, его величество отправил лорда Вервиля и лорда Кармеля за Владирой, давая женщине передышку. Внутри беседки никого не осталось, ажурная каменная резьба скрывала их ото всех, даже от слуг.
  - Я восхищен, леди Владир, - сказал король, неторопливо подводя Полин к ажурной каменной арке открывающей вид на водную гладь. - Вы прекрасно держитесь, а выглядите настолько великолепно, что ни один мужчина не смог отвести от вас взгляд.
  Леди невозмутимо пожала плечами: мол, ничего особенного. Между тем его величество устремил глаза на горизонт и негромко продолжил:
  - Я прошу вас не обижаться на всеобщее болезненное любопытство. Фаворитка при неженатом короле дело обычное, и даже политическое. Высокие рода соревнуются за право подложить в мою постель красоток, способных повлиять на принимаемые мной решения. - Король явно вспомнил что-то неприятное и резко дернул кружевной манжет. Потом с горечью продолжил: - Мечтают, что я женюсь на одной из них и возвеличу ее родню, раздав им ключевые посты королевства. - Бенедикт четвертый хмыкнул, и уставился мне в глаза: - мне кажется, вы сможете меня понять, леди. Я любил свою первую жену, уважал и ценил вторую, но этих женщин, меняющих свою привлекательность на золото и привилегии, не могу даже уважать.
  - Зачем вы мне все это говорите, ваше величество? - Полин пришлось сдерживаться, чтобы не закричать, - хотите, чтобы я вас пожалела? - она добавила в голос яду: - вы поставили меня на одну скамью с этими дамами, покупаете моих близких и ждете понимания?
  - Нет, - король отвернулся от прекрасного вида, простирающегося за окном беседки, - я хочу свой кусочек тепла. Три месяца мисс Уиткроф. Просто не шарахайтесь от меня три месяца и позвольте мне быть вашим скромным поклонником, - с этими словами король расстегнул пару жемчужных пуговиц на рубашке и показал мне золотой медальон, свисающий с широкой плоской цепочки.
  Очень знакомый медальон. Полин невольно коснулась узкого выреза на платье - под тонкой тканью прятался точно такой же медальон. Их называли 'лебединая верность'. Пока человек носил это украшение, он хранил себя от желаний плоти. Причем надеть этот медальон можно было только добровольно.
  Король и мисс Уиткроф не успели отстраниться друг от друга, когда слуга, предупредив покашливанием, внес поднос с закусками. Кажется, распахнутая рубашка его величества и покрасневшие от смущения щеки новой фаворитки были поняты превратно. Король совершенно невозмутимо спрятал медальон и потянулся к застежке. Полин потупилась, но тут же одернула себя: чего им стесняться? Вся столица уверена, что они провели вместе ночь, так зачем ронять мужской авторитет короля? Томно улыбнувшись, она сама застегнула пуговицы королевской рубашки, и перехватив удивленный взгляд Бенедикта четвертого неожиданно для себя подмигнула:
  - Так-то ваше величество!
  Следом за лакеем появились родственники и гости. 'Ближний круг' его величества с тщательно скрытым любопытством посматривал и на новую фаворитку и на ее родню. Заводить разговоры не спешили, отделываясь общими фразами о погоде.
  Всеобщее напряжение немного спало, когда подали чай. Полин на правах хозяйки пришлось предложить всем угощение, завести легкий разговор. К этому моменту мисс Уиткроф смогла рассмотреть и оценить людей, помогавших королю управлять государством. Не звенели золотые, усаженные самоцветами цепи в ногу толщиной. Над всем царила неброская элегантность, светлые тона, приятные голоса, изящная вышивка. Одежда ненавязчиво подчеркивала статус этих людей, не умаляя личности.
  Соратники его величества говорили Полин и Владире комплименты, целовали руки, хвалили чай, травили байки из совместных походов и политических стычек, но самой мисс Уиткроф казалось, что в этот момент она сдает какой-то экзамен. Возможно, на право принадлежать к этому кругу?
  Когда суета немного улеглась и все разбрелись по беседке с чашками в руках, к Полин подошел его величество. Сел в кресло, спросил чаю и улыбнулся, когда я, не спрашивая, подала ему бутерброд с копченой грудинкой:
  - Вы очаровали моих друзей, леди Владир.
  - Благодарю вас, ваше величество, - ответила она, наблюдая за тем, как Владира прячется от сановных собеседников.
  Сначала девочка пыталась прикрыться королевским секретарем, но лорд Вервиль выставил ее в круг, как дитя, назвал 'малышкой' и едва ли не заставил читать стихи из школьного курса. Девочка явно оскорбилась. Зря он так, наставница еле удержалась от осуждающей гримасы, Владира еще молода, но у нее есть гордость и чуткое юное сердце.
  - Ваша падчерица занимает ваши мысли даже сейчас? - Бенедикту четвертому невозможно было отказать в наблюдательности.
  - Да, сир, - Полин собиралась сказать, что лорд Вервиль напрасно обижает влюбленную в него девочку, но вовремя поймала себя за язык. Такого ей не простят ни сам секретарь, ни гордая крошка.
  - Она очаровательна. Надеюсь, этот ее брак не прервется неожиданным вдовством, - король нахмурил брови, - право лорду Вервилю все труднее становится подбирать ей супругов.
  - Лорд Кармель приятный молодой человек, - нейтрально выразилась Полин, давая понять, что знает о проблеме завещания.
  Его величество помолчал. Полюбовался озером, потом взял ее за руку, игнорируя нежелание женщины прикасаться к нему:
  - Извините, леди , но это необходимо. Никто не поверит. Что вы моя любовница, если мы не будем касаться друг друга.
  - Хорошо, - руку мисс Уиткроф забирать не стала, но ее пальцы буквально заледенели.
  Бенедикт четвертый поднес ее ладошку к губам и согрел своим дыханием:
  - Не бойтесь меня. Расскажите, как обычно проходил ваш день в поместье Вервиль?
  Нехотя, стараясь не поддаваться эмоциям, Полин поведала о своей жизни. Она хотела скрыть свои привязанности и радости, ей не хотелось быть уязвимой, но король не зря ежедневно общался с огромным количеством самых разных людей - он слушал так внимательно, чутко реагировал на малейшие оттенки ее речи, при этом поглаживая и целуя ее руку, что Полин невольно выболтала куда больше, чем хотела.
  В беседке они просидели до заката. Когда погас последний солнечный луч и слуги зажгли масляные лампы, его величество объявил возвращение во дворец. Тут и выяснилось, что уставшая за день Владира спит, привалившись к широкому плечу своего супруга. Лорд Вервиль куда-то спешит, нервно побрякивая новым брелоком в виде бубенчика, а остальные лорды желают продолжения приятной встречи в королевском кабинете.
  В итоге во дворец отправились все! Лорд Кармель легко донес свою супругу до кареты, а его величество усадил вместе с воспитанницей Полин:
  - Это был чудесный день, леди, - заявил он, вновь целуя ей руку, - сейчас я должен вместе с лордами отправиться в королевский кабинет, а вас ждут новые покои.
  На недоуменный взгляд Полин король ответил очень просто:
  - Вам будет тяжело провести ночь там, где вас пытались убить. А лорду Кармелю и его жене предоставят комнаты рядом с вашими.
  Мисс Уиткроф не знала, как следует высказать благодарность его величеству сидя в карете. Реверанс сделать невозможно. Поцеловать в щеку, как близкого родственника? Не поймут все те, кто пристально наблюдает за жизнью короля. Поэтому она склонилась к его величеству, словно собираясь сказать ему нечто интимное и, шепнула:
  - Благодарю вас, сир! - голос прозвучал теплее, чем ей бы хотелось, поэтому женщина смутилась и разозлилась на свою неловкость одновременно.
  Впрочем, легкий румянец и многозначительный поцелуй в запястье позволил сплетникам хихикая оповещать окружающих о том, что новая дама короля весьма горячая штучка.
  Карета быстро доехала до дворца. У бокового входа гостей уже встречал предупрежденный лордом Вервилем дворецкий и горничная мисс Уиткроф. Лакей соскочив с запяток открыл резную дверцу кареты и подал руку Полин. Горничная тут же подскочила, подхватывая хозяйку под другую руку и восхищенно воркуя, увлекла мисс Уиткроф в коридор, ведущий в личное крыло короля.
  Лорд Кармель выбрался из кареты сам, хотя и не без помощи лакея - Владира успела отлежать ему руку, но он ни за что не хотел расставаться со своей ношей. Дворецкий проводил молодую чету до отведенной им спальни. Затем убедившись, что у гостей имеется все необходимое для спокойной ночи, удалился, пообещав немедленно прислать горничную и воду для умывания.
  ***
  Дворец жил своей жизнью, не обращая внимания на вновь прибывших. Сновали по коридорам камеристки и горничные, бродили франтоватые камердинеры и суровые лакеи, бабочками проносились пажи и юные фрейлины, ни кому не было дела до лорда и леди Кармель - всех гораздо больше интересовали новые покои королевской фаворитки.
  Мисс Уиткроф была счастлива укрыться от любопытных взглядов и шепотков в своей новой спальне. Но закрыв двери женщина едва не застонала от разочарования: огромная комната напоминала торжественным убранством бальный зал. Пышнейшая кровать под белым, расшитым золотом балдахином, камин в пасти которого можно было зажарить быка, кресла, стулья, банкетки и табуреты, в спальне выстроился весь набор мебели, предназначенной для дворцового приема.
  Пока Полин с недоумением рассматривала выставку столярных изделий, в дверь проскользнула горничная:
  - Помочь вам раздеться, миледи?
  - Скажите, - недоуменно спросила женщина, обводя рукой бело-золотое пространство, - для чего эта комната?
  Горничная немного смутилась, оглянулась на дверь и прошептала:
  - Леди Саманта обожала принимать тут придворных, воображала себя королевой.
  Полин решительно развернулась к двери:
  - Покажите мне другие комнаты.
  Горничная недоумевая и качая головой провела новую фаворитку по анфиладе бело-золотых и лазурных комнат отлично подходящих для золотистой блондинки с замашками первой красавицы двора.
  - Скажите, в этом крыле есть другие покои? - уточнила она, скептически разглядывая аляписто расписанную вазу.
  - Это самые большие, миледи, - присела в книксене горничная.
  - Мне не нужны большие, - покачала головой Полин, - мне нужны пригодные для жизни. Покажите мне пожалуйста те, которые сейчас пустуют. Продолжение можно купить на сайте "Книгоман".
Оценка: 5.34*72  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Д.Морган "Ядерная зима"(Постапокалипсис) А.Дашковская "И ангелы вострубят"(Постапокалипсис) М.Юрий "Небесный Трон 5"(Уся (Wuxia)) И.Головань "Тестовая группа. Книга вторая"(ЛитРПГ) Н.Мор "Карт бланш во второй жизни"(Любовное фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-2 Мертвые земли"(ЛитРПГ) С.Климовцова "Я не хочу участвовать в сюжете. Том 1."(Уся (Wuxia)) В.Свободина "Демонический отбор"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"