Соф: другие произведения.

Вне времени

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Странная и очень цельная история. Как будто фэнтези без фантастического.

  Это было в каком-то странном месте, без имени, без времени и без места положения. В странном городе (пожалуй, городе), где вдоль рва с быстрым, напористым и бесшумным потоком воды идет асфальтовая дорожка, которая затем неожиданно становится сторожевым окружным проходом замковых стен. Это толстые стены, и надо рвом на несколько метров возвышаются галереи с не слишком узкими окнами-бойницами, и местами выдаются вперед круглые, приземистые глухие башни.
  Здесь мы иногда встречались с тобой. Ты был послушником неведомого сумрачного ордена, а я была фрейлиной неведомого двора, о котором я ничего не помню и, кажется, ничего и знала. Ты носил серо-коричневую неопределенную одежду, больше похожую на широкий плащ, а я - кружевные платья, будто из другой эпохи.
  
  Я вспомнила потом, что я что-то знала о какой-то маленькой девочке, с которой я встречала тебе среди зелени, на асфальтовой дорожке, возле рва. Ты как будто даже занимался немного ее воспитанием. Я думаю, она была сиротой.
  Еще позднее вспомнила я о твоем высоком, строгом, худощавом старшем брате по ордену. Он носил длинную черную сутану, был серьезен и едва ли улыбался, что, впрочем, нисколько не портило его серьезных сдержанных черт и, кажется, никого не смущало.
  
  Мы смеялись и говорили. Ты был для меня как брат, которого редко видишь. Возможно, я никого не чувствовала так. Возможно, поэтому я совсем не помню других мест, и двора, и придворных.
  
  Однажды - это всегда были солнечные дни, солнце светило откуда-то по-над городскими домами с другой стороны рва - я проходила по залитой светом из вытянутых окон галерее, и мне показалось, что из-за толстой стены одной из круглых башен, которая дугой немного выдавалась в коридор, и еще больше - в ров, слышен чей-то крик или стон. Не знаю, что больше заглушало его - толстые стены или промасленная, но не черная, а скорей коричневая аккуратно приточенная дубовая дверь. Я вздрогнула и пошла дальше. На меня хмуро оглянулись люди в сутанах, которые шли мне навстречу. Возможно, среди них был твой старший наставник, или друг, или ментор - я ничего не знаю о нем.
  
  Может быть.
  
  И лишь потом - не знаю где или когда, потому что это был удар молнии, ожог от взрыва, внезапный порыв ураганного ветра, - мне сказали, что тебя пытали и приговорили, но ты ни в чем не признался. Это и было так неожиданно, что я ничего не помню - только жалкие урывки из того, что было до, и того, что было после.
  
  Возможно, я металась, возможно, пыталась что-то сделать. Где я была, сколько времени прошло - не знаю; при дворе я наверняка перестала появляться. Я стала носить черную кружевную одежду и шляпу с черной вуалью. Вероятно, ко мне привыкли в галерее вдоль рва.
  
  Я узнала, за что тебя приговорили. Говорят, ты тайно воспитывал свою тайную дочь. Кто ее мать - я не знаю, но вероятно, эту женщину тоже признали виновной. Возможно, она, как и ты, не имела на это права. Так или иначе, это абсурд, злое упрямство, просто убийство. Сейчас, пытаясь вспомнить твой и свой возраст, я понимаю, что девочка скорей годилась тебе в младшие сестры, да и мне тоже.
  
  В тот день я прибежала к круглой башне, и меня впустили внутрь. Я с содроганием вошла и увидела тебя, сидящего на голом полу. Было чуть слышно течение воды, и было очень светло - нет, в башне было не маленькое решетчатое окошко, какие-то светлые окна.
  
  Ты сидел на голом полу, обняв ноги, в своей серо-кремовой полусутане, полуплаще, и встал, увидев меня. Прошло, наверное, много дней. Но у тебя были шрамы за левой скулой, и все левое ухо в шрамах.
  
  Ты был подстрижен в круг, это очень шло к твоим темно-русым волосам, и потому выглядело еще страшнее, еще горестнее.
  
  Ты встал, почти вскочил, я упала к тебе на плечи и зарыдала: что же они с тобой сделали? - взяв в ладони твое лицо, и оглядывая твои щеки, и горько плача. Ты молчал, а может быть, сам плакал - тебе было горько, но светло, это я оказалась заперта в этой юдоли утреннего света и немного сырого, но не промозглого камня.
  
  Мы плакали, как дети. Точнее, я плакала, это точно. Нет, больше я ничего не помню, кроме поднятой вуали и того, что я плакала у тебя на плече, а ты был такой славный, и я совсем не помню ни одной твоей жалобы, ни одного упрека в утро перед твоей казнью.
  
  
  Я медленно перевернулась на правый бок и перекинула по-другому одеяло, чтобы было посвежее. Пристроившись лицом вниз и обхватив руками вокруг мягкую подушку, я немного подумала и как будто поняла, кто ты. Все решилось очень просто, даже слишком - возможно, я скептически улыбнулась, поудобнее уложившись на правую щеку.
  
  
  Итак, ты был молод, совсем молод, так что жаль до слез, это вопиющая несправедливость, и я точно знала, что ты не виноват. Ты, кажется, сам мне говорил о том, что девочка была сиротой. Только вот в этот день я вспомнила, как там, у асфальтовой дорожки, твой сумрачный старший собрат по таинственному ордену говорил тебе, что ни до чего хорошего не доведет эта опека над девочкой.
  
  Я плакала рядом с тобой, а из-за двери меня окликнули каким-то моим званием - вам пора... Я вышла, пряча лицо в руках, но осталась за дверью.
  
  Потом тебя вывели и повели по залитому солнцем коридору, было много людей в сутанах и людей с оружием, а я бежала, спотыкаясь и запинаясь, словно саму себя задерживая, и кричала - я знаю, что он не виноват, эта девочка - сирота, я знаю, кто ее родители, отпустите его, он невиновен... Я бежала, а тебя вели впереди, я за что-то цеплялась, меня иногда пытались удержать, и на меня мрачно оглядывались люди в сутанах.
  
  Пока я не закричала слишком резко и громко, что-то вроде - остановитесь, это все неправда, я знаю, и не споткнулась со своей вуалью и черным платьем в кружевах, и чья-то твердая рука не утянула меня налево, в какой-то проход на лестницу. Это был твой суровый брат по ордену. Все остальное я видела как будто со стороны.
  
  Итак, тебя приговорили, на то был королевский приказ. Прошло в общем-то немало дней после твоего допроса. Теперь ты стоял у высокой стены в довольно широком и чуть низком, по сравнению с галереей, дворе. Солнце светило по-над этой стеной, из-за рва, время близилось к обеду.
  
  Я же стояла рядом с высоким мужчиной в темной одежде на парапете стены с другой стороны от двора - сюда выводила лестница. Оказывается, с другой стороны над галереей возвышается какая-то крепость или стены какого-то заведения.
  
  Кажется, тут мне и сообщили, что я разжалована со двора. Это отчего-то вызвало у меня какое-то облегчение.
  
  Тебя приговорили и должны были расстрелять. Но я-то знаю, и знала, когда бежала за тобой по коридору, что девочку спрятали, и следствие не нашло ее. Возможно, это сделала я, но вряд ли - я совсем не помню об этом.
  
  Я рыдала, я не могла смотреть, и, наверное, ничего и не могла видеть от слез. Потому я знаю, что было дальше, как бы при взгляде со стороны.
  
  Ты стоял у стены и смотрел на нас, взгляд - не спокойный, не ясный, не чистый, не уверенный и не покорный - нет, все это слабо, нет такого слова. Ты думал, наверное, только о том, где же девочка и что будет с ней.
  
  Ты смотрел на старшего брата из ордена, и он кивнул тебе и еле заметно подал знак рукой. Он кивнул тебе уверенно, как бы подал - или скорей принял твою руку для рукопожатия. И ты улыбнулся, и едва заметно поднял правую руку - неужели у тебя не были связаны руки?
  
  Я не могла этого видеть, откуда я знаю это - я опиралась на правую руку высокого мужчины в сутане. Я зажмурилась, уткнувшись в его плечо - возможно, он и сам властно заставил меня отвернуться. Раздался выстрел из несколько стволов - ты лежал мертвым на полу, в тени стены.
  
  Я всхлипнула, подняла голову и с надеждой и вопросом взглянула на мужчину, стоявшего рядом. Он опустил и поднял глаза, и чуть кивнул мне, не улыбаясь. И это нисколько не портило его черты. Мы ведь знаем, где она. А значит, жизнь продолжается.
  
  И кажется, я по-прежнему, по вечерам, когда солнце заходит за лесом, встречаю у асфальтовой дорожки тебя, с детской открытой улыбкой, в кремово-серой сутане, с остриженным в круг волосами, что так идет тебе, и маленькую девочку лет пяти.
  
  
  Я открыла глаза, но в комнате были очень приятные утренние сумерки. А потом снова закрыла. И спать не хотелось, и так хорошо было голове лежать на большой мягкой подушке. Теперь я уж точно узнала тебя, если вообще могу узнать. И удивилась, как же сразу не поняла про девочку.
  
  Возможно, я скептически и одновременно довольно улыбнулась. Что-то стало вспоминаться из будущего дня.
  
  3 ноября 2004 г.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Алая печать"(Боевое фэнтези) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) LitaWolf "Враг мой. Академия Блонвур 2"(Любовное фэнтези) Грейш "Кибернет"(Антиутопия) А.Тополян "Механист 2. Темный континент"(Боевик) М.Юрий "Небесный Трон 5"(Уся (Wuxia)) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) С.Панченко "Ветер: Начало Времен"(Постапокалипсис)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"