Аннотация: Это из цикла рассказов про Родственников. Хронологически - действие происходит еще до появления в семействе Кейти. Но читать лучше после того, как ознакомишься с первыми тремя - как мне лично кажется. Приятного чтения! ;-)
Фрагмент игры, или Статус ферзя и королева в жены
1. Битва умов
Как-то, сидя на соседних облачках, Добро и Зло вели между собой задушевную беседу.
- Ты проиграешь, - убежденно вещало Добро, то и дело поправляя блондинистые пряди - ветерок так и норовил испортить Добру прическу.
- Ты как всегда прав, золотко мое, - отвечало Зло и тут же беспардонно отворачивалось: - Так вот, о чем я тебе говорил, Люци...
Ничего странного, что в конце концов эта задушевная беседа настолько расстроила чувствительную душу Добра, что Белый уселся по-турецки и обиженно замолчал.
- Тихо как-то стало, - заметил Черный. - К грозе, что ли?
Люци только поежился. Дядя, как всегда, был прав. На челе Белого сгущались тучи. Тучи сгущались-сгущались, а потом ка-ак...
Бам-м-м! И грянул гром!
Это Добро со всей мочи хватило по своему облачку кулаком.
- Ну уж нет! - безаппеляционно сообщил всему миру Белый. - Это будет битва умов, а не состязание в хитрости и подлости, понятно?! И раз я светлый - значит, я победю... Победю... Побежу...
- Ты как всегда прав, радость моя, - тут же согласилось Зло. - Чего так нервничать? Конечно, ты побежишь. - А Люци мерзко хихикнул... вот негодный сын, вместо того, чтоб мстить отцову обидчику!..
Такого Светлый уже не смог вынести. Вне себя от праведного гнева, он вскочил и наподдал по облачку, на котором восседало Зло - и равновесие нарушилось. Два облачка сшиблись, сверкнула молния, загремел гром... но, к вящему разочарованию крестьян, случайно узревших это явление, осадков все же не случилось. Не считать же осадками троих уполномоченных представителей потусторонних сил?
***
Принцесса Эрмина не любила дождь. Когда шел дождь, ей приходилось сидеть дома, во дворце - точнее, не только сидеть, еще стоять, иногда танцевать, иногда кокетливо взмахивать ресницами и всегда - улыбаться. В общем, развлекать орду принцев, приехавших по ее рученьку. А Эрмине такое времяпровождение категорически не нравилось. Вот то ли дело - сразиться на шпагах с достойным противником! Или - птицей взлететь на спину злющего полудикого жеребца, застоявшегося в конюшне, да... Эх, мечты, мечты.
Неделю назад венценосный батюшка заявил:
- Нет, нет и нет! Эрми, ты же девушка!
На что принцесса мрачно буркнула:
- Спасибо, пап... я в курсе.
- А девушка должна сидеть дома, - продолжал гнуть свою линию король. - Ну, или по саду гулять, с зонтичком и противной такой собачонкой на ленточке. Кстати, надо бы прикупить для тебя такую шавку...
- Не-ет! - взвыла бедная притесняемая девушка. - Я уже второй год прошу у тебя снежного барса, купи мне лучше его!
- Эрми, ты что! - ужаснулся отец. - Барс - это неженственно. Тебя же никто замуж не возьмет, если прознает!
- Меня отважный герой замуж возьмет, - с достоинством ответила на это принцесса. - Он сильной женщины не забоится.
- Мир оскудел на героев, - устало вздохнул король, - этак ты всю жизнь его прождешь, а потом, на исходе дней, наконец повстречаешь - такого морщинистого, седого, но зато с геройским пламенем в очах... "О моя милая, я тебя нашел!" - прошамкает тебе он, а ты прошамкаешь ему в ответ: "О мой долгожданный герой!"
- Не паясничай, пап! - возмутилась Эрмина. - Я до таких крайностей доводить не стану.
- Вот это звучит здраво, - одобрил король. - И так оно и выйдет, потому что я уже пригласил к нам в гости нескольких о-очень славных принцев. И не морщи лобик, они уже в пути и скоро будут тут. А ты подумаешь, неторопливо так и обстоятельно, а потом сделаешь выбор.
- Что?!
- Ну не сверкай так глазками, - примирительно сказал отец. - Я что, будто тиран? Выбирать-то будешь ты сама.
***
Несколько принцев... принцев оказалось не просто несколько, а очень, очень несколько. Штук... сорок. Не меньше. Да - никак не меньше. А чтоб молодых людей ничто не отвлекало от ухаживания за Эрминой - заботливый батюшка не стал приглашать дополнительных благородных девиц. Он даже неблагородных девиц по возможности временно удалил из дворца. Бедная, бедная Эрми! Бедные, бедные принцы...
"Мне придется кого-нибудь выбрать, - тоскливо думала девушка. - И побыстрее. А не то я с ума сойду".
"Ну пусть она уже кого-нибудь выберет, - тоскливо думали принцы. - А то ж так спятить можно".
"Впрочем, мне-то как раз грех жаловаться, - вдруг осознала Эрмина. - Да, отец сейчас навязывает мне свою волю. Но это ведь только сейчас! А вот им - всю жизнь приходилось плясать под чью-то дудку. Младшие принцы... ни рыба, ни мясо - в них слишком много королевской крови, чтоб дать им спокойно жить своей жизнью, но для короны они ничем, кроме пешек, быть не могут. Точнее, им опять-таки не дают".
Правда, пешки иногда становятся ферзями...
- Пешка станет ферзем, - заявил Белый. - Мир достанется тому, чья пешка превратится в ферзя и женится на королеве.
- Какие-то странные шахматы, - пробормотал в пустот у Люци.
- Нормальные шахматы, - снова начал закипать Белый. - А если всякая мелюзга...
- Люци, где твое абстрактное мышление? - мягко укорил Черный, не давая брату завершить сокрушительное высказывание. - Когда полем для игры служит целый мир, а фигурами - живые люди, то волей-неволей правила должны видоизмениться.
Люци покраснел. А Белый торжествующе откинул со лба светлую прядь и добавил:
- Конечно, это будет не полная игра... так, фрагмент. На доске - две фигуры. Игроки на доске не появляются. Только белая пешка и черная пешка. Та из них, которая первой займет королевское поле, получает статус ферзя и королеву в жены. Ясно, мелкий?
- А-а, - протянул юный Люци. - Да, ясно.
- Смотри и учись, мальчик мой, - наставительным тоном сказал Белый. - Сейчас папа будет показывать класс. Белые начинают и выигрывают!
- Ну-ну, - очень тихо, но с явственным сомнением хмыкнул Люци. И обменялся с дядюшкой выразительными взглядами.
Иными словами, битва умов началась.
2. Противный противник
К исходу второй недели Эрмина доподлинно выяснила, что из этой славной компании ни один не умеет нормально фехтовать. А дождь все лил и лил...
"Они же неплохие, - с отчаянием думала принцесса. - Вполне себе славные юноши. А я их, кажется, уже готова возненавидеть. И это нехорошо... хотя скажите мне, как можно полюбить, скажем, плетку, которой тебя стегают, или цепь, которой тебя приковали к одному месту?!"
- Меня приковали цепью... и стегают плеткой, - пробормотала себе под нос Эрмина. - И мне это не нравится... значит, я ненормальная девушка?
- Почему же ненормальная, - услышала она вдруг. - Просто еще не вошла во вкус.
Вроде бы портретная галерея была пуста. Ан нет, и тут оказался принц. Как тараканы, честное слово, разбежались по дворцу...
- В такой вкус я никогда не войду, - огрызнулась Эрмина. - Может, у вас в Ирре, это и модно, но я за модой не гонюсь, знаете ли. Извините. Да, извините. Право же, вы подошли так неожиданно...
- О, это я должен просить прощения, - с поклоном отозвался принц Ольрикке. - Я был прискорбно неучтив. Позволите ли проводить вас до гостиной?
"Не позволю!" - мысленно отреагировала принцесса. Но вслух сказала только:
- Большое спасибо, Ваше высочество... но мне бы хотелось еще побыть здесь, среди портретов предков. Ностальгия, понимаете ли.
- А. Понимаю. Тогда, вы позволите, я вас оставлю?
Разумеется, Эрмина позволила. С превеликим удовольствием, ибо иррский принц был довольно-таки противный человек. Нет, не довольно-таки - а очень, очень противный! Внешне симпатичный, с вежливой улыбочкой - но насквозь фальшивый.
- Густав? - прошептала девушка, дождавшись ухода Ольрикке. - Может, его выбрать? Он, по крайней мере, милый и хороший. А главное - надежный. Как вам такой вариант, бабушка Риона? Молчание - знак согласия... я рада, что вы одобряете мой выбор, милая бабушка... Густав действительно милый. Вот только я еще не определилась до конца. Понимаете, у Густава совершенно никакой пластики. Вдобавок, он любит поесть, но при этом предрасположен к полноте - это выходит, через несколько лет у меня будет толстый муж, который даже на коня влезть не сможет. Так что я тут подумала - а что, если выбрать Оги? Он, конечно, солдафон - насколько только солдафоном может быть принц... зато я с ним смогу кататься верхом! Этот с коня не свалится. Да и как фехтовальщик он небезнадежен. Что скажете, любезный дедушка? Значит, одобряете? Ох! Теперь даже не знаю, чьего совета и послушаться - бабушкиного или вашего... нет бы вам дать мне одинаковый ответ, так нет же. Ах, дедушка, что ж вы были такой несогласный-то, все время с бабушкой спорили, спорили, а когда поняли, что вам ее не победить, в стенку ее замуровали... и последнее слово осталось за вами. Может, мне вам в пику сейчас выбрать Густава? Как вам такая идея, бабуля? Хотя... вот Оги точно никогда не зажиреет. Сложение у него не то. И обмен веществ высокий...
***
- Иными словами, королева - вот. А с пешками она только что определилась, - усмехнулся Повелитель добра и света, с комфортом устроившийся в белоснежном шезлонге. - А поскольку белые начинают и выигрывают - ты можешь сам выбрать себе пешку, братец.
- Как любезно, - оценил Повелитель тьмы, вольготно развалившийся на огромной кровати под черным бархатным балдахином. - Тогда я выбираю Эллиса.
- А я, - подал голос позабытый всеми Люци, который кроватей и шезлонгов материализовать пока не умел и оттого укрывшийся от палящего пустынного солнца где-то в тени от дядиной кровати, - выбираю...
- А ты не играешь! - в один голос отреагировали Добро и Зло.
- А я все равно, - еле слышно прошептал надувшийся Люцифер, - выбираю...
Его, конечно, никто не услышал.
- Эллис не принц! - возмущался Белый. - Ты опять что-то задумал, колись, братец!
- Ну и что? - удивлялся Черный. - Эллис - вполне достойный, очень неглупый юноша, старший сын королевской кухарки. Почему, собственно, я не могу выбрать его? Это правилам не противоречит.
- Ах так! - взорвался Белый. - Значит... я выбираю Карла! Он, правда, не принц, а наемный охранник, но кого это волнует, правда, братец!
Ленивая, немного утомленная улыбка слетела с тонких губ Черного.
- Радость моя! Немедленно прекрати! - потребовал он.
- А-а! - злорадно отозвался Повелитель добра. - Вот так-то, проняло. Только я, знаешь ли, не намерен прекращать...
- Если не прекратишь плеваться, я на тебя противогаз сейчас надену, - зловеще пообещал Черный, сотворяя к своему балдахину длинные черные кисти.
- Черный! Какой же ты противный! - взвыл Белый. А Люци опять мерзко хихикнул.
3. Пикантная сценка
Король нервничал.
- Эрми, ну посмотри на них еще разок, - настойчиво говорил он. - Посмотри внимательно - и сразу поймешь, что они совсем не плохи. Ну да, ну не умеют махать всякими там глупыми железяками...
- Пап, - вкрадчивым тоном перебила принцесса. - Вспомни, как однажды в горах на вас с мамой напали разбойники... кажется, их шестеро было? Насколько помню, ты очень славно тогда помахал этими самыми глупыми железяками?
Король покраснел. И закричал:
- Да чего ты можешь знать! Тебя даже на свете еще не было!
- Да, - важно кивнула дочь. - Я на свет появилась где-то спустя пять месяцев после этой истории... вы с мамой как раз успели пожениться...
- Кто это тебе наболтал такую чушь? - холодно поинтересовался отец.
- Да так... - замялась Эрмина. - Ну, скажем... Эллис.
- А. Эллис. Напомни мне как-нибудь этого Эллиса казнить.
- А нельзя, пап, - засмеялась принцесса. - И ты сам знаешь, почему. Эх, не любишь ты ничего узаконивать! Почему, интересно?
- Ну-ка, ну-ка, - насторожился король. - Уточняй, чего в виду имела?
Эрмина одарила его потрясающе невинным вглядом.
- Да в общем-то, только то, что Эллиса пора официально назначать министром, пап, - отозвалась девушка. - Совсем не то, что тебе самая пора жениться на тете Кларе, хотя на ней корона будет смотреться явно лучше, чем кухонный фартук... ай! Я ничего не говорила, слышишь... а девушек, между прочим, бить недостойно!
Принцессу словно ветром вынесло из кабинета. И стоило ей только выбежать - как багровое лицо короля практически сразу обрело нормальный цвет, глаза вернулись в орбиты и прекратили бешеное вращение.
- А кто сказал, будто я девушек бью, - усмехнулся Его Величество, усаживаясь обратно за стол. - Я не бью... я только пугаю. А что - авторитет-то надо поддерживать?
****
Вечером вся славная компания играла в бильярд. Поскольку Эрмина была в этом сборище особ королевской крови единственной девушкой, одета она была в платье с очень скромным вырезом, а еще, когда ей приходила ее очередь бить по шару - специальный слуга прикрывал ее сзади ширмочкой. Отец настоял. Ради соблюдения приличий. Хотя сама Эрмина абсолютно этого не понимала - на ней же длинное, очень длинное платье.
- Ваша очередь, принцесса, - сказал хрупкий и тонкий принц Тиро, опять промазав мимо лузы.
И Эрмина уже взялась было за кий... но заметила вдруг у дверей Эллиса. Поймав ее взгляд, молодой человек кивнул себе через плечо и удалился. А Эрмина отложила кий, отстранила слугу с ширмочкой и с милой улыбкой сообщила высокопоставленному обществу, что у нее - вот жалость-то! - внезапно зверски... нет, просто очень... разболелась голова. Но она надеется, что господа принцы ее извинят - ведь извинят же? Ну вот и славно. Тогда она покидает всех присутствующих. Спокойной ночи.
- Эллис? Ты о чем-то хотел поговорить?
- Да, Эрми, хотел, - пробормотал Эллис. - Скажи, ты веришь в потусторонние силы?
- Что?! - до крайности изумилась принцесса. Уж от кого она такого вопроса не ждала, так это от кухаркиного сына.
- Ну, скажем... в дьявола? - еле слышно пробормотал Эллис.
Они сидели в бывшей детской. Там выросла Эрмина, там вырос ее отец, насчет дедушки она не была точно уверена - но почему бы нет?
- Так! - девушка положила руки Эллису на плечи и строго взглянула ему в глаза. - Надеюсь, это был всего лишь алкоголь? Не что-нибудь позабористей? А? Признавайтесь, молодой человек!
***
Зеркало Всевидения барахлило уже третий день. Видимо, решило - раз оно Всевидения, так чего утруждаться и обеспечивать Всеслышание? Черный, Белый и Люци сидели пили вечерний чай. И наслаждались немым кино - точнее, один Черный наслаждался. Белый откровенно скрипел зубами - а Люци как раз опрокинул себе на колени свою кружку.
- М-м-м... какая пикантная сценка, - бархатным голосом промурлыкал Властелин тьмы. - Красота, молодость... лямур, как говорят... не помню кто.
- Да-а, - желчно отозвался Белый. - Как пагубно действует зло. Вот и склероз уже. А ведь мы родились в один день, один час, одну минуту...
- Ну па-ап... - опять принялся ныть Люци. - Ну можно я высушу штаны магически... ну мокро же...
- Ну-ка цыц! - прикрикнул Повелитель света. - Терпи! Терпи во имя меня, и воздастся тебе.
- Так ведь пока еще воздастся... - вздохнул Люци. - Я простудиться успею, пока воздастся. Здесь же тропики, медленно сохнет...
- Нет!!!
- Ну поцелуй же ее наконец, дурень, - прочувствованно внушал изображению Черный. - Смотри - она рядом, такая теплая, нежная... ее руки лежат на твоих плечах, а твои могут лечь ей прямо на грудь... Эй, Белый! Поменяйся-ка с Люци местами, парню пора приобретать некоторый теоретический опыт... ну же, давайте... этот мир уже почти мой...
- А вот и фигушки! - вконец обозлился его добрый брат. - Люцифер - чистое дитя, и я не позволю тебе приобщать его ко злу и пороку, понял?! Все, вставай, Люци, мы уходим отсюда! Но знай, злодей, мы просто отступаем, а не сдаемся! Ясно?!
- А-а... - занял Люци. - Я не хочу никуда уходить... меня укусит малярийный комар!
- Ты мой сын, а значит, должен меня слушаться!
- Ой, да не волнуйся ты, Люци, - лениво протянул Черный. - Нету тут комаров... одни москиты.
- Значит, меня укусит малярийный москит! Дядя, спаси... ы-ы-ы...
****
- Да не пил я ничего, - раздраженным тоном ответил Эллис. - И не курил. Просто сегодня ко мне явился нечистый и...
- И был он с копытами, хвостом, ликом черен и прекрасен дивно? - хмыкнула принцесса.
- Да нет же! Лет тридцати на вид, волосы черные, глаза синие, лицо... обычное. Симпатичное. Немножко загорелое. Насчет копыт - не знаю, он в сапогах был.
Эрмина задумчиво подергала себя за русую косу. А потом поинтересовалась несколько язвительно:
- Так откуда же ты решил, что это был дьявол? По-моему, ты только что описал мне Карла.
- М-м... кто такой Карл?
- Это, дорогой мой Эллис, телохранитель принца Тиро, - насмешливо объяснила Эрмина. - Принц Тиро у нас о-очень умный мальчик. Причем в списке претендентов на престол он у себя в королевстве где-то шестой или седьмой. Поэтому он изо всех сил косит под дурачка, а сам успешно расстраивает покушения на свою драгоценную жизнь.
- Тогда не понимаю, - буркнул Эллис. - Зачем бы Карлу приходить ко мне и требовать, чтоб я не смел на тебе жениться?
- Тебе?! Жениться на мне?! - округлила глаза Эрмина. А потом принялась хохотать - да так, что вскорости за живот схватилась. Кухаркин сын поначалу хмурился, но потом и он улыбнулся.
- Ну куда убрала руки, дурында, - досадливо пробормотал Черный. - И вообще, почему вы не поцеловались, а? Я что, переоценил испорченность нынешних деток? Вот ведь полный... не помню что, - задушевно добавил он и выключил Зеркало Всевидения.
- Нечего ржать, как лошадь, - с напускной строгостью велел Эллис. - Не забывай, что ты все-таки принцесса... сестренка.
4. Приобщение к пороку
Этой ночью Карлу опять не спалось. Точнее - спалось, но стоило ему только задремать, как начинались сны, один другого страннее. Вот и сейчас...
- Привет тебе, Карл, - промолвил беловолосый человек - позвольте, а человек ли? - в элегантной позе восседающий на светло-фиолетовом облачке. Он был прекрасен - тонкие черты лица, ладная фигура, яркие черные глаза... единственно, клыки немного выступают. - Доношу до тебя высочайшую волю свою...
- Извините, - встрял Карл. - А вы кто?
- Я, - нахмурился беловолосый, - твой господин и повелитель. Так вот, доношу...
- Погодите-ка, - нахмурился и наемник. - Так вчера тоже были вы?
- Да чего ты меня все время перебиваешь! - обозлился беловолосый. - Я же с мысли сбиваюсь! Да, вчера был тоже я! А теперь...
- А теперь скажи мне две вещи, - строго сказал Карл. - Во-первых, чего ты уже вторую ночь делаешь у меня во сне, а во-вторых, ты парень или девчонка?
С облачка мерзко хихикнули. Прекрасное создание обозлилось еще сильнее, вскочило на ноги, отчего облачко опасно закачалось в воздухе, схватило за шкирку что-то темное и со всей мочи швырнуло вниз.
- Довольно с меня! Низвергаю тебя, недостойное порождение!
- Э-э... - немного растерянным голосом попросил Карл. - Вы идите разбираться в какой-нибудь другой сон, ладно? А то орете тут, а мне спать, между прочим, надо.
И фиолетовое облачко вместе с сидящим на нем... существом элегантно растаяло в янтарном воздухе.
А Карл мирно заснул... и увидел другой сон.
В этом сне он лежал на широченной кровати драгоценного лунного дерева. А рядом лежала женщина. Очень сильно неодетая женщина.
- Почему ты вчера просил Эллиса отказаться от мысли жениться на мне? - вкрадчивым тоном спросила женщина.
- Эм-м-м... - промямлил наемник. На самом деле, вчера с ним произошел беспрецедентный случай в его честной карьере - задремал на посту. Вот тогда-то он впервые в жизни увидел сон. И несколько после того сна... растерялся.
- Потому что ты хочешь жениться на мне сам? - подсказала принцесса Эрмина, приподнимаясь на локте и покачивая своей грудью, на несколько размеров более роскошной, чем обычно, прямо у Карла перед носом. - Правильно ведь?
- Эм-м, Ваше высочество, - промычал Карл. - Извините уж. Но не хочу. Не почтите за обиду... ну какой из меня король... вот если кого-то прибить или там кишки выпустить...
- Тьфу ты! - сердито гаркнула красавица. - Ну ладно же! Начинай жалеть, что отказался! Прямо сейчас и начинай!
Сон внезапно закончился. Пышногрудая соблазнительница словно растворилась в ночи. А Карл - Карл осознал, что лежит почему-то не на полу, а на широченной кровати. Голый, едва прикрытый одеялом. И прямо на него неотрывно смотрят широко раскрытые глаза принца Тиро.
***
- Душа моя, - ласково поинтересовался Черный. - Скажи честно, ты что сейчас делаешь?
- Обдумываю следующий ход, что же еще, - без лишней учтивости буркнул Белый.
- А знаешь ли ты, мой драгоценный, - еще более ласково поинтересовался Черный, - что ты сделал уже два хода? Когда я еще не сделал ни одного?
Белый подергал себя за блондинистую прядь и круглыми глазами воззрился на брата:
- Но... а вчерашнее? То, что мы видели в Зеркале Всевидения?
- Ах, милый ты мой. - Черный разулыбался и стал необычайно похож на кота, который не просто сметану съел, а еще и горшок вылизал. - Кажется, мы договаривались, что никаких подлостей? Только битва умов?
- Ну и?
- А то, что в битве умов недурно бывает выбрать правильную пешку, - ухмыльнулся Черный. - Пешка по имени Эллис уже стояла практически на королевской клетке. Ну посуди сам - наша королева девушка в самом соку, но в кого в этом дворце она могла влюбиться? Ни один из приезжих принцев не разделяет ее хобби - а вот, под рукой, есть друг детства, молодой, симпатичный парень, не брезгующий физкультурой... Этот ход был сделан без моего участия, душа моя, но я его предвидел.
- Тьфу ты... - простонал Белый.
- Да ладно, - великодушно отозвался Черный. - Не огорчайся ты так. Игра-то еще не окончена. А потом, раз тебе так понравился этот мир - ну хочешь, я тебе его подарю? Когда выиграю, разумеется. Да, кстати. Ты здесь - а Люци где же?
- Не помню, - шмыгнул носом Светлый. - Кажется, я его выбросил где-то во сне у этого наемника...
***
А Люци низвергся без особых проблем и потерь. Приземляться он умел. Правда, из чужого сна еще надо выйти - а как выйдешь, если владелец сна бодрствует?
- Ты пришел меня убить? - хрипло спросил Тиро, подтягивая одеяло повыше.
- Ваше Высочество... простите... - пробормотал Карл, пытаясь вернуть одеяло на прежнее место, дабы прикрыть... то, что должно быть прикрыто.
- Не извиняйся, зачем, - сухо отозвался принц. - Меня много раз пытались убить, так что сейчас мне не следовало расслабляться. Мне давно уже пора совсем разучиться доверять - кому бы то ни было.
Не в обиду Карлу будь сказано - но... Карлу действительно было проще кого-то побить, у кого-то выпустить кишки. У него была отличная реакция, превосходно развитое тело, великолепная живучесть, близкая к практической неубиваемости. И при всем при том Карл очень плохо относился к вещам, противоречащим элементарной логике. Например, к стихам, романтическим барышням и адвокатам.
- Кхм... я это... - предпринял он мужественную попытку все же объясниться.
- Да ладно, - отмахнулся принц. - Я же прекрасно знаю, сколько обычно платят специалисту твоего уровня. Мне давно следовало насторожиться, почему это ты соглашаешься работать за половину этой суммы. Все, заканчиваем разговоры. Только сделай это быстро, хорошо?
- Да! Сделай это быстро, хорошо? - откуда-то из глубин снов завопил Люци. - И я уже пойду, лады?
И принц Тиро распахнул рубаху. И распорядился:
- Вот, доставай свое оружие. Наверно, не мне тебя учить, куда именно надо его направить... эй, ты куда это смотришь?
- Н-на... грудь...
Потому что у принца Тиро действительно оказалась - именно что грудь. Небольшая, аккуратненькая, вполне себе девичья грудь.
- Принц... вы девушка?! - выдохнул бедный Карл. Тиро резко запахнул рубаху.
- Нет, никакая я не девушка! То есть никакой... короче, я мужчина, ясно тебе, мужлан неотесанный! - выпалил он.
Увы. У Карла эта ночь выдалась совершенно не легкой. Обычно его манеры блистали куда большим изяществом и куртуазностью, но сейчас... волосатая рука просунулась туда, куда уж ей точно просовываться не стоило, а затем обладатель этой руки уверенно сообщил:
- Да нет же. Точно девушка. Ну... в общем, женской породы.
- Да как ты смеешь, мерзавец! - вспыхнула разоблаченная Тиро. - Как ты вообще посмел протянуть свои лапы... туда, куда ты их протянул?! Я тебя сейчас убью, понял?
- Я передумал, - из глубин снов доложил Люци, незаметно протягивая тонкую ниточку к органам зрения... обоняния... осязания. - Делайте это медленно, я не возражаю.
И так уж вышло, что еще до исхода ночи две одинокие души обрели друг друга... ну а юный Люци обрел наконец-то некоторый теоретический опыт по части порока.
5. Ангел-хранитель
Ну а перед тем, как возвращаться в лоно семьи - Люцифер решил тем же манером посетить своего подопечного. Раз уж добрый папочка наглядно ему продемонстрировал, как именно ходить по снам.
Иррский принц спал неспокойно, и на то была причина. Ему снились кошмары. Темницы, пыточные, окровавленные инструменты, багровые струйки, собирающиеся в углублениях пола темными лужицами.
- Фу, - сморщился Люци, чуть не поскользнувшись на одной из таких лужиц. - Ты это чего затеял, а? Безобразие какое. Даже дома такой свинарник не разводят, какой ты развел у себя в голове!
По подушке рассыпались длинные рыжеватые волосы. Принц Ольрикке что-то сквозь зубы пробормотал, не просыпаясь. Во сне это прозвучало примерно так:
- А что я могу поделать? Я слишком долго в этом жил...
Эх! Люци всеми фибрами своей души ненавидел уборку - как и полагается уважающему себя ребенку. Но... только до тех пор, пока уборку надо делать ему самому. А вот если ее будет делать другой...
- Прибираться! - авторитетно сообщил Люци. И в знак серьезности своих слов тут же сотворил швабру и совок. - Ну, чего стоишь как вкопанный? Бери инструменты труда и начинай вкалывать... лапа моя.
- Но, - растерянно отозвался принц, - но я же не умею. Я же принц...
- Вот-вот. Принц он. А я тебе скажу - "принц" не может служить оправданием. Вот я, например, сын Повелителя света и племянник Повелителя тьмы. Представил себе? А свою детскую сам прибираю. И посуду за собой мою сам. Так что - говорю тебе как старший по чину младшему - взял швабру и немедленно подметать! Понятно? Исполнять!
И Люци сотворил ведро и тряпку.
К утру весь пол оказался начисто вымыт, решетки сняты с петель, инструменты сложены мрачной кучкой в углу.
- У тебя что, было только это? - строго спросил Люци, как следует вошедший в роль начальника.
- Нет. Не только, - буркнул Ольрикке.
- И что же еще?
- Ну... книги, - глядя в пол, признался принц.
- Так доставай! Книги надо починить и подклеить... Ох, и всему-то вас учить, - недовольно проворчал Люци. Хотя, если честно, как раз сейчас Люци был более чем доволен.
- Нет, - не поднимая головы, ответил Ольрикке. - Книги все целые. Я за этим следил. Но мне нельзя их доставать.
- Почему же нельзя? - строго осведомился "старший по чину". - Книги - вещь полезная, несут в себе мудрость.
- Я знаю. Я каждую практически наизусть выучил. А доставать, - Ольрикке покраснел и впервые взглянул Люци прямо в глаза, - мне их нельзя потому, что я после этого не смогу их так же хорошо спрятать. И книги, и картину.
- Стоп! А про картину ты мне не говорил! - возмутился Люци. - Ну-ка доставай!
***
- Принцы уехали, Эрми, - грустно сказал король. - Ну что, довольна твоя душенька?
- Ой, пап! - пылко возрадовалась девушка. - Ой, как довольна! Прямо словами не описать, насколько довольна!
- Огорчила ты своего старого папу... словами не описать, - вздохнул отец. - Нет бы тебе быть обычной девушкой, гулять по садику с зонтичком и...
- Снежным барсиком! - тут же перебила его дочка. - Зато на ленточке, пап!
- Короче говоря, - король принялся счищать с безукоризненного манжета невидимые соринки. - Осталось всего трое. Густав с Оги тебе вроде нравились, а молодой Ольрикке, по всей видимости, приболел.
- Дочка, дочка... ну чего ты нервничаешь... - успокаивающим тоном заговорил отец, начиная медленно отступать к двери. - Выбираешь-то все равно ты... ну не надо сердиться, носик покраснеет... в общем, потом поговорим!
Бум - дверь об косяк.
***
- Вот. Теперь даже уютно стало, - расщедрился на похвалу Люци. - Давно бы так.
- Спасибо, - искренне поблагодарил Ольрикке. - Только вот...
- Чего?
- Я боюсь, что вся эта гадость вернется... когда я вернусь, - признался принц.
- Что?! - возмутился Люцифер. - Опять все загадить? После того, как я провел такую работу по приведению этого безобразия в порядок?! И думать даже не смей, понял! А то найду и зарою!
Ольрикке слегка склонил голову набок - а затем белозубо улыбнулся. Не обычной, кривоватой улыбочкой, а широкой, безудержной.
- Не знаю, почему ты так обо мне заботишься, - промолвил он. - Может, ты мой ангел-хранитель?
- Фу, какая ересь, - скривился Люци. - Кстати, я не вижу смысла, зачем тебе возвращаться. С тобой там, кажется, обходились неважнецки - а здесь ты можешь жениться на принцессе и остаться.
- Она не согласится, - повесил голову Ольрикке. Возможно, он полагал, что это заставит Люци серьезнее отнестись к его душевным переживаниям... но толстокожее создание только мерзко захихикало.
- А ты проверь, драгоценный мой, - посоветовал Люци, прохихикавшись. - Сходи к ней и проверь. Уж поверь моему опыту, у женщин совершенно другая организация, чем у нас, мужчин. Ты, весь такой прямой, логичный, ждешь приза - а получаешь какашку, ждешь удара палача, а обретаешь райское блаженство... - Поймав ехидный взгляд принца, он поспешно добавил: - Я имел в виду - райское блаженство прямо на земле. А потом - ты только представь, как обидно - ты уже шесть лет хранишь в душе ее образ, но она этого так и не узнает. И выйдет за какого-нибудь идиота, который будет волочиться за другими...
- Я попробую, - твердо сказал Ольрикке, тряхнув рыжеватой гривой волос.
- Ну и чудненько, - хмыкнул Люци. - Тогда пока. И не забудь, не будешь делать уборку - зарою!
***
В полуденный час, на одном облачке сидели Добро и Зло. Перед ними прямо в воздухе висело Зеркало Всевидения, на сей раз расщедрившееся и на звук.
- Не возвращаться? Но на что мы будем жить, Карлино? - спрашивала Тиро, оказавшаяся не принцем, а принцессой.
- Ну... вообще-то, у меня есть некоторые сбережения, - признался Карл, нервно теребя темную шевелюру. - Нам хватит на славный домик, увитый плющом... мы поженимся, заведем пару собак, пару кошек...
- Пару деток, - хмыкнула Тиро. - Фу, никакой оригинальности... а впрочем, я согласна! Все лучше, чем в угоду семье притворяться мальчишкой. Все равно бы я не получила этот трон, даже если бы никто не прознал... как пить дать, прикончили бы по дороге. Но согласись, я ведь хорошо притворялась, верно? Ты меня так и не раскусил до вчерашнего дня...
- Переключи, - сердито буркнул Белый. - Переключи, слышишь? Ух, мерзкая пешка! Совершенно никакого вкуса! Такую женщину променять на эту стиральную доску!
- Э, золотце, - Черный успокаивающе похлопал брата по плечу. - Ладно тебе. Ну отвергли, ну с кем не бывает... Ну вот, переключаю.
Следующая картинка показала Эллиса. Молодой человек прилежно корпел над бумагами.
- Тут расходы надо сократить, - бормотал он себе под нос. - А вообще, мне надо бы выписать себе учебник по экономике. А то иначе все остальные министры из других стран будут надо мной смеяться...
Белый незамедлительно повеселел.
- Чего-то парень не похож на счастливого влюбленного, - съязвил он. - По-моему, королева еще не сделала выбор, и значит, игра не закончена. Да, именно так! Будем считать... моя пешка скатилась с доски! Вот, правильно! Пешка скатилась - и я имею право на замену, братец! Так что я выбираю Гус...
- Погоди, душа моя, - каким-то отрешенным тоном попросило Зло. На третьей картинке был дворцовый садик. И в этом садике на белой лавочке сидели принцесса Эрмина вместе с принцем из Ирра. Русые волосы перемешались с рыжеватыми, а дыхания перемешались в поцелуе. Красивая пара.
- Так ты выйдешь за меня? - настойчиво спросил Ольрикке, отрываясь от губ принцессы.
- А ты обещаешь научиться фехтовать? - вопросом на вопрос ответила Эрмина, лукаво улыбаясь. - И ездить верхом? Просто иначе... боюсь, мы не сойдемся характерами.
Ольрикке выразительно приподнял левую бровь:
- Вообще-то, помнится, мы с тобой еще ни разу не фехтовали, - отозвался он. - И верхом тоже не ездили. Не боишься проиграть, а?
- И то верно, - вспомнила Эрмина. - Уж больно ты был противный все это время. Ну ладно. Вот тебе мое согласие, авансом. Но учти, если ты мне соврал, я же вовек с тебя не слезу, понял?
- Ах, как многообещающе звучит... драгоценная моя, - с хитрецой в глазах заметил принц - и их губы вновь слились в поцелуе. А вокруг цвели цветы, пели птички...
- Ага, и слушать! - встрял Люци, материализовавшийся рядом на серебристом облачке. - Этот тип за все хорошее у меня присказку стибрил! Упс...
- Знаешь что, братец, - поспешил предложить Черный. - А поехали-ка домой? У нас тут, похоже, получилась боевая ничья. Наши пешки оказались крайне неорганизованными фигурами... и поскатывались с доски. Мы, конечно, можем сделать замену - только похоже, теперь придется менять и королеву.
- Не хочу, - поджал губы Белый. - Мне эта партия надоела. И вообще - не знаю, как там у Зла, а нам, Добру, надо трудиться и еще раз трудиться... мы не можем позволить себе все время развлекаться. Люци, за мной!