Тепло с добром не соседи. Печальная истина, которую Лора познала на опыте.
Собственно, экс-принцесса планировала об эту пору как раз прибыть в замок своего благоверного жиртреста, распаковать вещички и начинать молчаливую истерику по поводу первой брачной ночи. А вместо этих в высшей степени почтенных занятий она сидит в промерзшей насквозь беленькой комнатке, завернутая в беленькое одеяло - ну чисто мумия - и уже который час режется со своим похитителем, кстати, тоже беленьким, в азартную игру. В шахматы.
- Что, совсем не холодно? - вяло, только чтоб убедиться, что язык еще ворочается во рту, усомнилась Лора. - Рубашка-то у тебя тоненькая совсем...
- Мне тепло, - убежденно промолвил Псих, оторвавшись от обдумывания следующего хода. - Меня греет внутренний свет.
- Желудок, что ли? - поинтересовалась гостья едко. Пауль-·как его там дальшеЋ вскинулся было, тут же вспомнив, что - с кем он говорит? С какой-то неразумной женщиной! - сдулся в нормальное свое состояние и, бросив беглый взгляд на доску, убежал из комнаты. То ли живот резко прихватило, то ли впрямь решил что-нибудь сверху накинуть. Дескать, внутренний свет, да с теплым свитером - авось не подерутся!
Лора вытащила дневник с карандашом, который раз порадовавшись, что из кареты вылезла с сумкой в обнимку и что положила в сумку эту пеструю тетрадищу. Не иначе - предчувствовала...
"Здравствуй, просвещенный читатель. Если ты читаешь этот дневник, значит, я до смерти замерзла и превратилась в ледышку. Или где-то попросту потеряла эту тетрадку.
Помнишь, я писала, что вышла замуж? Ну так вот, брачной ночи у меня нынче, похоже, не будет, за отсутствием мужа. Дело в том, что меня похитил один колдун, они с моим мужем, насколько понимаю, на ножах. Так что у меня в любом случае появляется повод для недовольства. Если этот Дарг не согласится меня обменивать на свои эликсиры, я могу рвать на себе волосы и вопиять, что он меня не любит, батюшку не уважает и вообще гад просто гадостный! А ежели согласится, я могу рвать волосы уже на нем и вопиять, что он снова гад, охрану мне не обеспечил должную и вообще - что это за мода, равнять жен с какими-то глупыми бутыльками?! Он что, хочет, чтоб у меня комплекс неполноценности образовался?..
А если еще честнее - что угодно, чтоб эта брачная ночь поскорее не наступала. Я все, конечно, понимаю, тыры-пыры, тычинки, пестики, династия, мой святой долг... только раньше это казалось шуткой, а теперь совсем иначе. Я боюсь, читатель. Как бы мне этого Дарга не прибить ненароком..."
Пауль вернулся повеселевший, бодрый, даже слегка зарумянившийся. Не иначе, мерзавец, согревающего хватил стопочку потихоньку! А ведь Лора и сама не отказалась бы.
- Кто моего ферзя стибрил, а? - почти счастливо поинтересовался он. Чего спрашивать-то? А логику включить никак: в комнате только он и Лора, значит, если Псих ферзя не трогал, то догадайтесь с трех раз - кто стащил клятую фигурку? Девушка с кислым видом чересчур ревностного библиотекаря выдала тюремщику ферзя. - Ну вот, как я говорил, добро торжествует! - провозгласил Пауль, устанавливая деревяшку именно на то место, где она имела честь быть до его скоропалительного ухода. Не дождавшись от пленницы реакции, он добавил: - Этот твой Дарг оказался жалким тюфяком! Он отдает мне весь свой магический причиндал!
- Вот что, - потерев покрасневший от холода нос, басочком прошипела Лора, - неча на меня так глядеть! Это вовсе не мой Дарг пока что, и тюфяком его я быть не просила! Так что попрошу не взирать на меня как на дырку в мироздании! Вроде же все хорошо устроилось, правда? Получишь свои эликсиры, будешь радоваться - ой, какие штучки, ой, как много, ой, какие блестящие...
На впалых щеках колдуна отчетливо проступили два ярких пятна.
- Не смей со мной так разговаривать! - вскипел Пауль, ухватив девушку за плечи. - Это унижает дело добра!
Да что это такое, на самом деле?! Лора высвободилась из костистых пальцев и уткнулась лицом в одеяло. Он же Псих, а никакой не Пауль. Он же просто играл с тобой в шахматы. Ну да, этот тип умеет быть милым, если хочет... только, право же, он так редко этого хочет. И вообще!
- Звиняйте премного! - тоном ниже рявкнула девушка. - Мне очень стыдно! За свое недостойное поведение, оскорбляющее добро! И еще две темы для размышления - с чего это вы, милейший, при малейшем поводе хватаете меня, будто тюк какой, и что это за добро такое, которое так легко оскорбить!
Псих молча убрал руки и вышел.