Софьина Лина: другие произведения.

2. Самые сильные чары

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    История Эмрина Болотного.
  Самые сильные чары
  
  1.
  - Постой-постой. Как ты сказал только что? - переспросила Ани.
  Какая-то неадекватная реакция для молодой девушки, которая одна-одинешенька проживает в отдельной избушке и к которой в глухую полночь приперся незваный гость противоположного пола.
  Да-да, сам гость, видимо, тоже подумал что-то подобное. Поэтому он поудобнее перехватил рукоять меча и повторил мрачно:
  - Кровная месть.
  - Погоди. Ничего не понимаю, - нахмурилась Ани. - Ты заходи, чего на пороге топчешься, я сейчас свечку зажгу.
  Идиот, вот ведь идиот! Сколько раз его предупреждали: не вступай с ведьмой в разговор, оплетет и одурманит одними только словами, и раз будешь, если хоть живым выберешься. Тем не менее, Хенн послушно дождался, пока скупое трепетное пламя не вырвет из темноты острое конопатое личико в облаке растрепанных кудрей.
  - А! Глаз кошачий запускает когти в самое тело тьмы, да? - понимающе сощурилась ведьма. - Я же сказала, проходи, сейчас травы заварю. Чай настоящий уж больно дорог, но я умею сделать не хуже...
  И вот теперь Хенн обозлился. Право слово, надо было с самого начала рубить негодяйку мечом, а не точить с нею лясы!
  - Ты не поняла... - прорычал он.
  - Погоди-погоди, - поспешила отступить Ани. - Твой путь - путь воина, но исток его теряется в море крови... что тебе от меня надо?
  - Крови! - выдохнул Хенн. - Боли! Страданий!
  Как-то давно, еще в детстве, на маленькую Ани в лесу напал большой дикий кот. Под ладной пестрой шкуркой гладко перекатывались мускулы, в серо-зеленых глазах горела лютая ненависть. Когда острые когти впились в худенькое тельце, единственной мыслью в гаснущем рассудке осталась "за что?!"
  - Не понимаю, - упрямо отозвалась девушка. - Я тебя, кажется, еще не обижала, отважный воин.
  О небеса, что склонились над священными камышами! О Зеленоглазый, чей взор пронзает паутину сущего! Эта девчонка сведет его с ума! Раздался неприятный, змеиный звук - это Хенн вытащил меч.
  - У меня ко всему твоему роду счет, - угрюмо пояснил он. - Можешь закрыть глаза, если хочешь.
  
  2.
  Что бы там ни говорили - а именно ведьмой, злой ворожеей, какими сплошь и рядом считают женщин, живущих опричь, Ани не была. Кем угодно - травницей, сказительницей, певуньей-плясуньей, но когда по прошлому году к ней заявился худой мужик с волчьей злобой в глазах и предложил мешочек полновесного злата...
  - Прости, почтенный, - ответила ему девушка. - Но вот порчу я не навожу.
  - А если поразмыслить, девка? - нехорошо ощерился недобрый гость. - Мало, так сразу скажи. Доплачу.
  - А если поразмыслить, - медленно промолвила Ани, - то зря ты, почтенный, таишь злобу на соседей. Твоему сыну не стоило задевать их старшого, а тебе не стоит звать зло на их дом.
  - Не понимаешь, девка! - рыкнул гость. - На что мне деньги, если единственный сын остался калека, на кого все оставлю, ради чего стараюсь? Так хоть порадуюсь, на их беды глядючи...
  - Почтенный! Разве это мальчик волчью яму сладил? По хорошему, так взял бы ты на воспитание одного из соседских детей, глядишь, и твой выправится. Небо, оно над нами, оно все видит - и доброе, и дурное.
  - Тьфу ты! - сплюнул мужик и ушел, громко стукнув дверью. Уж неизвестно, как он там дальше поступил...
  Ани резко открыла глаза - та же самая ненависть. Будто пластами исходила из глаз позднего гостя, но меньше от того не делалась. Отражение пламени неровно плясало на лезвии меча.
  - Ты кого-то очень дорогого тогда потерял, - пробормотала девушка. - И себя заодно.
  - Замолчи, - приказал Хенн. - Никогда еще не рубил женщин, твоя болтовня сбивает с толку.
  Дикий кот рычал и выпускал когти, но покамест не бросался. Знать бы, что именно его сдерживает.
  Ани рассмотрела и рубаху, неброской бурой расцветки, и светлые волосы, часть которых выбилась из-под стягивающего их ремешка, и широкий кожаный ремень с кованой пряжкой, и обляпанные грязью сапоги. А затем осторожно подала голос:
  - Если ты не против, воин... можно я на кровать сяду? Устала стоять, да и спать хочется чего-то.
  Гость не ответил, поэтому Ани пришлось аккуратно потыкать его пальчиком в плечо:
  - Спать, говорю, буду. Надумаешь рубить - можешь даже не будить, думается - проснусь сама.
  - А, - рассеянно откликнулся Хенн. - Да, конечно.
  
  3.
  Сам он так и провел остаток ночи - усевшись на колченогий табурет, уткнув своего стального боевого товарища в щель между досками пола и сосредоточенно думая свою думу. Подумать только, Ильданна Райлин, собственной персоной, в пределах досягаемости... а его меч словно налился тяжестью, и рука не желает завершить смертоносную дугу.
  - Я проиграл? - прошептал Хенн. - Да?
  Конечно же, проиграл. У него изначально ничего не было, кроме честной жажды крови за кровь, но ведь колдуньи играют по своим правилам. Вот она, спит и тихонько присвистывает носом во сне, по впалым щекам рассыпались забавные конопушки, изрыжа-русые кудрявые волосы почти скрыли под своей массой подушку. Интересно, они такие же мягкие на ощупь, как и на вид?
  - Я спятил, - тяжко вздохнул Хенн, протягивая левую руку к этим волосам. - Точнее, меня околдовали. Свели с ума.
  - Погоди, - услышал он вдруг сонное. - Ты что только что сказал? Ты вообще необычный какой-то, я тебя все время не понимаю.
  - Ничего! - от неожиданности резко рявкнул Хенн, поспешно отдергивая руку.
  - А, ясно, я тоже иногда сама с собой говорю... - сладко зевнула девушка, переворачиваясь на другой бочок.
  Вот птица-синица - летит, не боится. Неужели никогда сюда не заворачивал человек недобрый, у которого рука потверже и дух покрепче, чем у Хенна? Или твое волшебство и такого опутает и задурит?
  Когда спустя некоторое время Ани, вполне выспавшаяся, открыла глаза и потянулась, - первее всего она заметила вчерашнего гостя, который умудрился заснуть в крайне неудобной позе. Сидя на жестком табурете, одной рукой оперевшись на воткнутый в пол меч, а другой - распластавшись по дощатому столу.
  - Ой, глаз кошачий, затечет же у тебя спина... - посочувствовала девушка, но трогать не стала.
  
  4.
  - Эмерхенн, ты не должен капризничать. Будущий правитель Имшера не может себе такого позволять... - Матушка.
  - Эмерхенн, это жутко скучная штука, поверь. Но необходимая... - Дядя Кейлин.
  - Хени, а мама говорит, что мы с тобой должны пожениться. И еще - чтоб я не смела обзывать тебя прыщавым недомерком, а звала теперь кузеном... - Лисса.
  - Эмерхенн... Эмерхенн... Хени... Хенн...
  - Выпей? - ворвался в вихрь голосов еще один, смутно знакомый. - Вкусно, почти как чай. Есть еще мед, если покажется горько.
  Хенн дернулся подняться - и чуть не свалился прямо на пол. Тело неожиданно заныло во всех местах, правая нога оказалась будто из ваты сделанной. Но чья-то тонкая рука поддержала его.
  - Очень негоже так засыпать, - сочувственно промолвила давешняя ведьма. - Потом все болит и жалуется. Это потому, что тот, кто засыпает в негодящем положении, дарит свою силу ночным духам...
  - Сними чары, - хрипло проговорил Хенн. - Сними, и я уйду, не трону.
  - Да погоди ты, - мягко возразила Ани, - какие еще чары, о чем ты? А ты пей, пей...
  В ночной тьме, в неверном свете свечи, она дала бы ему зим тридцать, не меньше. Сейчас - на треть бы сбавила. Как минимум. Без жажды крови в глазах, без этого жуткого выражения лица, он выглядел куда моложе.
  - Чары, которые ты на меня наложила, - отхлебнув из глиняной чашки, ответил Хенн. - И отойди, ведьма, не прикасайся ко мне.
  - Ух ты какой! - усмехнулась девушка, но отошла от него, послушалась. - Меня Ани зовут, а тебя?
  - Тебя не Ани зовут, а Ильданна Райлин, - буркнул гость, со стуком ставя на стол чашку. Пустую, отметила девушка. - И не прикидывайся добренькой, вам, Райлинам, это не идет.
  - Ой, больно надо было прикидываться! - злая ведьма фыркнула, забавно сморщив остренький носик. - Ничего я не добрая, очень даже наоборот. И еще мстительная. Могла, например, тебя на кровать перетащить, но не стала.
  Рыжевато-русые кудри были теперь заплетены в две длинные косы, обе очень пушистые и слегка лохматенькие.
  - Ну ладно, я Ильданна Райлин, - через плечо бросила хозяйка, выставляя на стол две тарелки, - но разве не следует человеку вежливому представиться в ответ?
  - Почему бы нет, - отозвался гость. - Меня зовут Эмерхенн Иленх.
  Серые глаза девушки округлились.
  - Иленхов же всех перебили? Разве нет? - слегка усомнилась она. - Хотя - я, наверно, тебе все-таки верю. Истина не обязательно должна блистать правдоподобием.
  - Хочешь - верь, не хочешь - не верь, - равнодушным тоном сообщил Эмерхенн Иленх. - Больно мне нужно доверие девчонки Райлин.
  Впрочем, суп он скушал.
  
  5.
  - А почему последний из Иленхов пришел по душу бедной девушки?
  - А почему единственная дочь Райлина живет в лесу в гордом одиночестве? - парировал Хенн.
  - Ну... я первая спросила, - нашлась Ани. Заметно было, что ей не очень-то хочется отвечать на подобные вопросы.
  - Решил отомстить, - помедлив, ответил Хенн. - К самому Райлину соваться было глупо, да и сейчас - тоже глупо. Зачем? Чтобы гордо погибнуть, забрав в собой парочку каких-нибудь стражников, которые тут точно ни при чем? После побега я переждал, зализал раны...
  - А потом решил укокошить бедную, совсем юную и исполненную непередаваемой прелести деву? - уточнила ведьма, в глазах ее плясали чертики.
  - Тощую, конопатую и вредную, - добавил Хенн.
  Девушка моргнула - ресницы у нее были такого же цвета, как и брови, медно-золотистого.
  - Фу, - хмыкнула она. - Видимо, такой предмет, как галантность, вычеркнули из программы обучения принцев?
  - А мой вопрос, - напомнил Эмерхенн.
  Ани чуток замялась.
  - Ну... понимаешь, ведьмы - они должны жить одни. Останься я дома - и меня слегка бы не понимали, например, когда я стала бы варить лягух или вылетать голышом из окна своей спальни.
  - Кстати. Чары-то свои сними, - вспомнил Хенн.
  Ани поглядела в окно, где торжественно догорал закат, и печально сказала:
  - Понимаешь ли. Не могу. Это слишком сильные чары. Никогда не было и нет под этими небесами чар более сильных, чем те, которые человек накладывает на себя сам и добровольно.
  - Теперь я не понимаю, - обиделся Хенн. - Ты что, за дурака меня держишь, ворожея?
  - С чего бы. Просто поиск проблемы начинай с себя. Раз не поднялась рука рубить мое неповинное белое тело - значит, человек еще не потерянный, с чем и поздравляю...
  
  6.
  А ночь была необычная.
  Когда Хенн наконец-то привык к неровному и жесткому полу и более-менее ухитрился задремать, как со своей кровати свесилась Ильданна и громким шепотом поинтересовалась:
  - Не спишь ведь, правда?
  - Уже нет, - огрызнулся Хенн, переворачиваясь на бок. - Поспишь тут. На таких холмах да долинах.
  - А, вот оно что, - спокойно ответила девушка. - Тут низинка, болота близко, вот и затапливает временами. Пол вспучился малость, да только я уже привыкла. Потом, не мне же на нем спать...
  - Тощая, конопатая язва.
  - Ну, извини, если что не так, - фыркнула Ани. - Хочешь, можешь ко мне идти спать, я не сильно толстая, поместимся. Только учти, не пущу в сапогах.
  Хенна будто со всей мочи ударили в живот, не до смерти, но до потери дыхания.
  - Ну так что? - поинтересовалась Ильданна. - Чего там себе надумал?
  - Твои волосы... они распущены? - каким-то странных, не своим голосом спросил гость.
  - Да, а что? - удивилась Ани. - Всегда их распускаю на ночь, иначе к утру будет колтун, они у меня такие.
  И вот тут Хенн вскочил на ноги.
  Метнулся к порогу и оттуда закричал-зарычал:
  - Нет, нет и нет! Никакие чары не заставят меня опуститься до того, чтоб спать с дочерью Райлина!
  Утром Ани нашла на кустах, что росли по краю уютной лесной полянки - рубаху неброской бурой расцветки, кожаные штаны, в траве рядом с сапогами лежал ремень с кованой пряжкой, а подле всего этого богатства, чутко поводя ушами, спал большой кот камышового окраса.
  - Молока нету, жаль, - пробормотала девушка. - А то я бы не отказалась посмотреть, как ты его станешь лакать... кошки ведь любят молоко?
  
  7.
  Эмерхенн Иленх так и не вернулся в маленькую лесную избушку. Похрустел в кустах, одеваясь, затем нашел Ани и бросил короткое:
  - Благодарствую за суп, - а после ушел.
  И почему-то Ани сделалось очень грустно, будто оторвали от нее маленький кусочек. Такой маленький, когда он есть - и не заметишь, а стоит его лишить - и потеря разрастается почти до размеров вселенной.
  Иными словами, юная дочка нового владетеля Имшера осознала, что впервые влюбилась.
  - Он же еще мальчишка, - взывала к логике Ани. - Тем более, без будущего.
  Логика неизменно оказывалась бессильна. Тогда девушка напоминала себе:
  - А еще он хам.
  Да, хам, грубиян, и вообще - нехороший человек... кот... но пускай он вернется!
  Через неделю острая боль сменилась тупой, тянущей - а еще пришла весточка от отца. Пока гонец неловко переминался с ноги на ногу, не решаясь сесть на грубый табурет, дабы не попортить вышитых штанов, девушка быстро пробежала глазами свиток.
  "Непокорное мое детище!" - писал Регмон Райлин. - "Даю тебе последний шанс исправиться и получить мое прощение вместе с благословением. Сейчас, когда ты повзрослела и осознала тяготы жизни в одиночестве, называю тебе имя твоего нового жениха, моего верного генерала..."
  Ани медленно опустила руки - и выпавший свиток мягко зашуршал по дощатому полу.
  - Ответ будет, моя госпожа? - осведомился гонец.
  - Да, будет, - бесцветным голосом отозвалась Ани. - Запомни его хорошенько. "Нет".
  - Хорошо... моя госпожа, - гонец, модно подстриженный юноша с белыми, холеными руками, окинул ее жилище последним взглядом, исполненным болезненного любопытства, и торопливо вышел.
  - Говорит "нет", сир, - отчитывался посыльный несколькими часами позднее. - А еще там просто жутко! Не удивлюсь, если по ночам возле этой хибары воют волки.
  - Я дал девчонке повторный шанс, - с раздражением ответил Райлин. - Это ровно на один шанс больше, чем ей полагалось. Все, не желаю больше говорить о тупоумном отродье... передай-ка мне последние донесения.
  - Это те, в которых говорится об Иленхах? - уточнил юноша.
  - О них самых, - Регмон устало потер виски. - То, что уцелел котенок, меня мало тревожит... но появление из ниоткуда старого Кейлина - это опаснее.
  
  8.
  Осень - щедрая хозяюшка, но обыкновенно, приветив обильными урожаями, она начинает дурить - то ушатом проливных дождей одарит, то корыто слякотей на землю, прямо под ноги вытряхнет.
  Ани решила нести свои тяготы не склоняя головы и не унижаясь до сетований.
  - Я ведьма, я все выдержу, - убеждала она себя. - Я ведь жила так раньше, и долго же жила. Почему именно сейчас сделалось невмоготу?
  Не из-за непогоди, и не из-за того, что живет в крохотной избушке. Как только начали облетать листья - желтые да красные, пришла к ворожее-травнице женщина из деревни, и не просто так, а за лекарством для заболевших мужа и сына. Ани споро сготовила требуемое, и посетительница, боязливо косясь на большой сундук, стоящий у стены и расписанный диковинными животными, расплатилась и поспешила уйти. Ани приглашала посидеть, выпить травяного взвара - но та отказалась.
  - Чего же ты хотела, дурында? - попыталась утешить себя девушка. - Куда ей посиживать, чаи распивать, дома больные, душа к ним рвется, не может ни о чем другом думать. В другой бы раз точно посидела.
  В другой раз! Какое там. Не ходят к ней "в другие разы".
  
  9.
  Тяжелые мысли перетекли в тяжкий же сон. Сначала темнота отцовским голосом злорадно интересовалась - как, мол, живется, не надумала ли выходить замуж за генерала? А если и надумала - все, ушел караван, иди теперь без проводника в болота. А потом кто-то подхватил Ани на руки и куда-то понес, что-то тихо приговаривая.
  - Погоди... ты что только что сказал? Я не поняла.
  - Кто засыпает в негодящей позе, дарит свою силу ночным духам, - ответил такой знакомый голос. - Не твои ли слова, ворожея?
  - Так мне можно, я ж ведьма, - автоматически отозвалась Ани, еще не успев толком проснуться. - Только ты зажги свечу, а то я начинаю верить в то, во что верить не должно.
  - Почему же не должно? Хотя это смотря во что верить. - Ярко занялся фитиль, и спустя миг из темноты выступило лицо Эмерхенна. Такое же, как и в первый раз - только выражение его не зверское, а насмешливо-ласковое.
  - Уй! - восторженно вскрикнула Ани, подпрыгнув на кровати. - Должно верить, должно! Ты действительно вернулся!
  Она покрыла поцелуями его глаза, щеки, лоб и нос, но когда очередь дошла до губ, Хенн отстранился и попросил:
  - Повремени, котенок, я ж не каменный.
  Тяжелые капли воска скатывались по телу свечи на блюдечко и там застывали причудливыми силуэтами невиданных зверей.
  - Просто я по-прежнему не хочу спать с девицей Райлин, - тихо объяснил Хенн. - Но мы с тобой скоро поженимся... если ты, конечно, захочешь, и вот тогда...
  Серые глаза в золотистых ресницах смотрели серьезно.
  - Понятно, - кивнула девушка. - Мы с тобой поженимся, и я не буду против... Слушай! - И в ее взгляде опять затанцевали чертики. - А может, ну его, а? Он меня уже давно не считает своей дочерью, равно как и я его - отцом...
  - Нет, так негоже, - усмехнулся Хенн. - Род амийу благороден и известен своими твердыми принципами. Правда, ты до сих пор не сняла с меня свои чары - быть может, окажутся сильнее моих незыблемых убеждений?
  - Но как?
  - Распусти волосы...
  
  Эпилог
  На следующий день бывший принц Иленх вместе со своей невестой и двумя назваными братьями, отпрысками боковых ветвей королевской фамилии и такими же жертвами Регмона Райлина, как и он сам, оставили Имшер, чтобы на болотах основать новое государство. Пройдет много лет, и к тому времени только самые близкие и доверенные лица будут знать настоящее имя своего правителя. Для всех остальных он будет - Эмрин Болотный.
  А Регмон Райлин неосмотрительно ввяжется в войну с соседним королевством, в результате чего лишится сначала трона, а затем - и жизни, после чего на престол взойдет самый законный из всех вероятных наследников - чудом выживший дядя пропавшего принца, Кейлин Иленх.
  Но все это будет много после...
  А сейчас дорога впереди кажется светлой-светлой, несмотря на то, что разлапистые ели, кажется, выпили из воздуха весь солнечный свет.
  - Хаспаренс...
  - Что-то ты только что сказал?
  - Я имею в виду, неплохое имя для дочки. Надежда.
  - А не рано ли ты начал об этом думать, а?
  Да, и это тоже будет. Но не много после, а всего лишь через два года.
  - Кажется, я сообщал вам, моя госпожа, что питаю к вам некоторые нежные чувства? - скажет он незадолго до этого счастливого события.
  - Нет, мой господин, именно в такой формулировке - нет, не сообщали... но я всегда об этом догадывалась, кис ты мой камышовый! Несмотря на все намеки на некие чары...
  
   //Июля 14, 2007
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Ю.Иванович "Отец императоров-4. Рыцарский престол" В.Вегашин, И.Эльтеррус "Иной путь" Д.Казаков "Идеальное отражение" А.Ковальков "Дикий Ученик" Т.Форш "Корона Всевластия" Р.Артемьев, В.Холмогоров "Хроники Аскета. Третья сила" Е.Белова "Сердце Феникса. Возрождение из пепла" Т.Устименко "Второе пророчество" Е.Картур "Снежный барс" С.Мазур "Клятва Рода" А.Шакилов "Хозяин Янтаря" В.Васильев "Сфера влияния" Д.Дашко, М.Бычков "Подземка" А.Тьма "Крылатый" А.Круз "От чужих берегов" А.Величко "Гатчинский коршун" П.Комарницкий "День ангела" А.Левицкий, А.Бобл "Варвары Крыма" В.Выставной "Нет правил для богов" М.Палев "Копье Дракулы" Н.Бульба "Прогулка в бездну" Э.Шауров "Оракулы перекрестков" В.Белоусов "Утомленное солнце. Триумф Брестской крепости" Д.Распопов "Мастер клинков. Клинок выковывается" I.Kotlyyar "Дикобраз. Женский род. Единственное число" О.Шалюкова "Академия теней" Б.Сапожников "Война" А.Гончар "Последняя обойма" Д.Хван "Ангарский Сокол"

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"