Соколина Наталья: другие произведения.

Долгая дорога к счастью - 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Общий файл, главы с 1 по 20. Обновление от 10. 03. 13 Жизнь продолжается...

  Долгая дорога к счастью. Часть 2.
  
  
   Глава 1. Энна.
  
  Обоз выехал из Беррона на рассвете. Врегор и Энна сидели в глубокой повозке, гружённой мешками с овечьей шерстью. Кроме них в повозке был только возница, который правил парой лошадей. Сидеть на мешках было не только мягко, но и тепло. Такой благодатью они были обязаны лекарскому таланту Врегора. Как только старший обоза увидел Врегора, он признал в нём лекаря, лечившего его детишек несколько лет назад от чемансы. Тогда трое детей купца чуть не одновременно свалились с раздирающим грудь кашлем и отёком рук и ног. Кроме того, у всех был сильный жар. Врегор объяснил встревоженным родителям, что эта болезнь заразна для детей и, если её не лечить, вполне может окончиться плохо. Он поил детей микстурами и велел растирать отёкшие конечности специальной мазью. Купец рассказал Энне, что они с женой до сих пор с благодарностью вспоминают лекаря.
  Устроившись с комфортом на мешках с мягкой овечьей шерстью, Энна закуталась в плащ и задремала. Сквозь сон она слышала тихий разговор Врегора с возницей, мягкое покачивание повозки убаюкивало. Иногда рядом с повозкой проезжали всадники, слышалось бряцание оружия и доспехов. Это охрана обоза, состоящая из двадцати воинов-наёмников.
  Дороги Эристана, благодаря заботам Владетеля, поддерживались в хорошем состоянии: при необходимости выравнивались, подсыпались мелкой щебёнкой.
  Купцы торопились, поэтому на обед останавливаться не стали, а каждый перекусил тем, что захватил из дому. Лекарь . Врегор и Энна тоже пообедали из своих припасов. Угостили и возницу. Копчёное мясо, филе палении, по три штуки коренеи и по мягкой большой лепёшке. Запили лёгким вином. После обильного обеда пассажиры ещё немного подремали. Лёжа на мешках, Энна смотрела по сторонам. Смотреть, правда, было абсолютно не на что. Справа сплошной стеной тянулся лес, слева, к самой дороге, подходили поля, теперь, в начале зимы, уже убранные. Вдалеке виднелись деревеньки, из труб вился дым.
  К вечеру обоз втянулся в открытые ворота небольшого городка. Городок Энне понравился. Чистенькие одно - двухэтажные дома, гладкие оштукатуренные стены выкрашены в весёленькие цвета, улицы вымощены каменными плитами, а где плит нет, грунтовая проезжая часть выровнена и отсыпана всё той же щебёнкой. Перед домами крошечные садики. Деревья и кусты там, правда, уже облетели.
  Постоялый двор поразил Энну своей солидностью и добротностью, назывался он очень смешно: "Гордость Эристанского Владетеля". Она, смеясь, спросила Врегора:
  
  - дедушка, а почему такое смешное название? То есть Владетель Эристана гордится постоялым двором? А хозяин не боится, что Дэниар узнает и тогда ему не поздоровится?
  
  Врегор тоже засмеялся:
  
  - так Дэниар видел это название, он тут как-то останавливался. А вообще, название появилось ещё при отце нынешнего Владетеля, так что сын оставил всё, как есть. И, знаешь, ему тоже было смешно.
  Ужинали в зале на первом этаже. Энне всё было в диковинку. Когда Бранден вёз её в Эристан, она ничего не видела вокруг, сражённая обрушившимися на неё бедами. Теперь Энна могла спокойно глазеть по сторонам, с любопытством рассматривая окружающих её людей. Всё ей было интересно: как они одеты, о чём говорят, чем живут. За соседним столом разместились четверо воинов-наёмников. Их изборождённые шрамами лица были грубы, обветрены и жёстки. Они громко разговаривали хриплыми простуженными голосами, шумно хлебали из больших глиняных мисок нежнейший рыбный суп из палении, заедая его большими кусками свежих лепёшек. Наёмники жили на этом же постоялом дворе, поэтому при них не было мечей, лишь на поясе болтались ножны с кинжалами. Рядом с ними, за другим столом, скромно обгладывала куриную ножку пожилая жрица богини Зареньи. Белоснежные одежды мягко окутывали полную фигуру жрицы, тёплый плащ на меху и такой же капор аккуратно лежали на соседнем стуле. Очевидно, жрица зашла в "Гордость" лишь поужинать. Энна подумала о том, как далеко от неё любимая учительница и советчица - Верховная Жрица Зан и тяжело вздохнула. Жрица почувствовала взгляд девушки, подняла на неё глаза и ласково улыбнулась. Энна тоже улыбнулась ей в ответ и принялась за восхитительное жареное мясо с гарниром, которое перед ней поставила служанка. Врегор с энтузиазмом поглощал суп с домашней лапшой и на посторонние вещи не отвлекался.
  Поужинав, они поднялись в свою комнату. В целях экономии и безопасности они решили, что на постоялых дворах дедушка с внучкой будут ночевать в одной комнате.
  Комната была небольшой, но опрятной и чистой. Кровать, узкий диван, небольшой тёмный ковёр и шкаф для одежды, два довольно потёртых стула и столик. На единственном окне плотные тёмные шторы. Служанка уже застелила диван чистым постельным бельём, принесла тёплое одеяло. Камина нет, печи тоже, но посреди комнаты стояла на подставке большая жаровня с раскалённым чёрным камнем, и в комнате было не холодно. Узкая дверь вела в умывальню. Энна быстренько умылась и, пока лекарь выяснял у старшего в обозе, как рано купцы намерены выехать утром, разделась и скользнула в постель. Кровать она решила предоставить Врегору, а сама неплохо устроилась на диване. Лекарь тихо вошёл в комнату, негромко хмыкнул, увидев, что Энна выбрала диван, но ничего не сказал. Закрыв комнату на ключ, мягко прошёл в умывальню, а затем, загасив свечи, улёгся и сам.
  Энна думала, что выспавшись в дороге, она не сможет уснуть ночью, но сон быстро сморил её и был он глубоким и спокойным.
  Утром встали рано, ещё и светать не начинало. За ночь камень прогорел, и комната выстыла. Энна быстренько, пока Врегор умывался, оделась, затем поплескала в лицо ледяной воды. Внизу, в обеденном зале, две зевающие заспанные служанки накрывали на столы для раннего завтрака. Охрана обоза уже позавтракала и с улицы доносилось бряцание конской сбруи и мужские голоса, успокаивающие коней.
  Есть в такую рань не хотелось, но Врегор настоял, чтобы Энна плотно позавтракала. Девушка-служанка принесла к их столу небольшой кожаный мешок. Как пояснил лекарь, запас провизии не помешает.
  Поёживаясь, Энна вышла на улицу и направилась к своей повозке. Возница был уже на месте. Пожелав ей доброго утра, он перебросил ей большой тяжёлый свёрток. Как оказалось, выделанную шкуру огромного гроона. Энна с ужасом смотрела на косматую шкуру, не зная, что с ней делать. Она не в силах была даже поднять её. Вскоре подошёл Врегор, горячо поблагодарил возницу и радостно раскатал свёрток поверх мешков с шерстью. Усевшись рядом с Энной, он укрыл её и себя свободным концом шкуры. Было тепло, несколько душновато, но очень уютно. Она даже не заметила, как снова задремала. Лекарь знал, что Энна, много дней пребывающая в постоянном нервном напряжении, сейчас успокоилась, расслабилась, а потому её постоянно клонит в сон.
  Проснулась она оттого, что обоз встал. Приподнявшись, Энна увидела, что обоз свернул с дороги и стоит у больших, распахнутых настежь, ворот. Из ворот несколько мужчин выносят огромные тяжёлые тюки, тщательно завёрнутые в неотбеленное полотно, и грузят их на повозки. Один такой тюк положили к ним, сразу за спиной возницы. Увидев вопросительный взгляд Энны, Врегор пояснил:
  
  - мы стоим у ворот фермы аттов, а в тюках пряжа из нити пауков.
  
  А почему тюки такие тяжёлые? Ведь ткань, аттахи, очень лёгкая, воздушная?
  
  - Ну да, - Врегор усмехнулся. - Ткань будет лёгкой. А пока это всего лишь пряжа, нити туго намотанные на специальные деревянные челноки.
  Энна с любопытством заглянула в раскрытые ворота. Большое пространство, огороженное высоким деревянным забором. Вдаль тянутся длинные приземистые помещения без окон. Лишь под самыми крышами виднелись узкие застеклённые щели. Из узких дверей крайнего помещения мужчины выносили тюки. Энна увидела, что с руки одного из них капает кровь, но он не обращал на это никакого внимания. Она в ужасе обратилась к Врегору:
  
  - дедушка Врегор, смотрите, человек поранил руку! У него кровь идёт!
  
  Врегор кивнул: - да, он был неосторожен и поплатился за это. Обрати внимание, как они все одеты.
  
  Энна только сейчас увидела, что все мужчины были одеты в длинные кожаные балахоны, плотные кожаные перчатки и шлемы, закрывающие не только голову, но и шею. На раненом перчаток не было, они болтались у него на поясе, там, где у каждого из них висел короткий кинжал.
  
  - Но как же? Ему надо помочь, посмотрите, у него вся рука в крови!
  
  - Не волнуйся, Энна, ему обязательно окажут помощь. Обычно среди этих людей есть кто-то, кто немного разбирается в лекарском искусстве. Раньше среди них была довольно высокая смертность, потому что паук запросто может и руку отхватить. Потом на это обратил внимание Владетель. Он запретил открывать фермы аттов, если среди работников не будет хотя бы помощника лекаря. В этом же Указе он потребовал от хозяев ферм обеспечить всех, кто работает с пауками, защитной одеждой. Ослушания, - Врегор лукаво подмигнул Энне, - наш Владетель не терпит.
  
  Наконец обоз тронулся. Повозки, теперь тяжело нагруженные, стали выползать на дорогу. Там к ним присоединилась охрана. Постепенно ферма аттов скрылась вдали и опять потянулись голые заснеженные поля, перемежаемые деревеньками с одной стороны и дремучим тёмным лесом с другой. Потом кончились и деревни, с обеих сторон стеной стоял лес. Ближе к вечеру обоз свернул на узкую лесную дорогу. Примерно через 700 льюнелей выехали на большую поляну, на краю которой стоял дом, сложенный из толстых брёвен, одноэтажный, с несколькими узкими окнами, забранными какой-то мутной плёнкой неизвестного происхождения. По крайней мере, Энна не знала, что это такое, но Врегора спрашивать не стала. Повозки поставили около дома, возницы стали распрягать лошадей и кормить их, а купцы направились в дом. Энна и Врегор пошли следом. В доме была лишь одна большая комната. Сразу у двери стоял грубо сколоченный стол и несколько лавок, а дальше, вдоль стен, горой лежали тюфяки, представляющие из себя чехлы из грубого полотна, набитые соломой. Этот дом с незапамятных времён служил пристанищем для обозов, не успевающих засветло добраться до ближайшего города. В небольшом шкафчике на стене имелась кое-какая глиняная посуда, под лавками стояли вёдра для воды, у небольшого камина лежали дрова. Камин тут же затопили, возницы загремели вёдрами, направляясь к недалёкому ручью за водой. И вот уже люди сняли тёплые плащи и шапки, ужин и согретое вино привели всех в благодушное настроение. Для спанья Энне, как единственной женщине, выделили две составленных вместе широких скамьи. Сверху положили, один на другой, два соломенных тюфяка и постелили чей - то большой меховой плащ. Энна с удовольствием улеглась на импровизированную постель, укрылась своим плащом и закрыла глаза. Постель, казалось, покачивалась под ней в ритме мерно идущих лошадей.
  Утром опять поднялись чуть свет, позавтракали на скорую руку и быстро разошлись по своим повозкам. В повозку к Энне и Врегору подсел один из воинов-наёмников, охранявших ночью обоз. Он попросил разрешения подремать в их повозке. Конечно, они не возражали и сели потеснее, чтобы наёмник тоже мог укрыться лохматой шкурой гроона. Воин уснул, а пассажиры тихонько переговаривались, стараясь не разбудить его.
  Третий день прошёл однообразно. Дорога стала более оживлённой. Обоз обгоняли то одинокие всадники, то кареты, то крестьянские телеги и повозки, а то и владетельские гонцы на бешено скачущих андаринцах. Никаких признаков того, что Владетель ищет беглую жену, не было. Обоз никто не останавливал, Энну никто ни о чём не расспрашивал. Постепенно она стала успокаиваться.
  При въезде в очередной город стража на воротах никакого особого внимания обозу не уделила. Заплатили въездную пошлину и погромыхали к постоялому двору.
  Четвёртый и пятый день прошёл без приключений. Вечером пятого дня Врегор отлучился с постоялого двора на базар. Он хотел закупить на дорогу продуктов. Ехать предстояло ещё, как минимум, четверо суток, а их запасы подходили к концу. Энна с лекарем не пошла. Первые впечатления прошли, она устала от дороги, холода и неизвестности, которая ждала её в конце пути.
  Врегор вернулся довольно быстро, он выглядел озадаченным.
  
  - Энна, собирайся, мне надо, чтобы ты пошла со мной.
  
  Энна быстро собралась, не зная, что и подумать. Видя её тревогу, Врегор успокоил:
  
  - не бойся, ничего не случилось, но должен тебе сказать, что твой муж меня удивил.
  
  Они вышли с постоялого двора и направились в центр города. Подходя к площади, Энна услыхала громкие звуки. Они с Врегором присоединились к толпе людей. Оказалось, в центре площади, на высоком помосте, который использовался как для казней, так и для объявлений, стояли три герольда. Двое из них трижды протрубили в длинные, тонкие и блестящие трубы. Затем третий, стоящий между ними, выступил вперёд, важно развернул перед собою свиток и громко прокричал:
  
  - именем Владетеля Эристана лорда Дэниара аль Беррона! Женщина, покинувшая особняк "Серебристые Тополя", может в любое время дня и ночи обратиться к жерендалу выбранного ею города! Всем жерендалам приказано, с изъявлением всевозможного уважения и почёта, оказывать ей помощь и содействие в сопровождении её туда, куда ею будет указано!
  
  Энна потеряла дар речи. Остолбенев, она стояла неподвижно, пока Врегор не потянул её за руку.
  
  - Пойдём, Энна, если только ты не намерена немедленно отправиться к жерендалу.
  
  Они сидели в своей комнате на постоялом дворе. Энна не хотела обсуждать услышанное. Она плакала, не пытаясь
   скрыть свои слёзы от лекаря Врегора. Если бы он спросил, она не смогла бы объяснить причину своих слёз. Врегор ничего не говорил, всё было понятно без слов. Он лишь опять пожалел, что двое глупых влюблённых гордецов расстаются, похоже, навсегда.
  
  Утром шестого дня обоз въехал на территорию Владетельства Андарин.
  Всё Владетельство проехали за три дня. Врегор пояснил, что обоз пересекает Андарин в самой узкой его части. На самом деле, его территория лишь немногим уступает Эристану. Река Айранил, берущая начало далеко в горах Эристана, пересекает Андарин, а затем, уже на территории Теремиса, поворачивает на север и впадает в Зелёное море. Весной, когда тают снега в горах Эристана, Айранил широко разливается на равнинах Андарина. На раздольных заливных лугах вдоль русла реки быстро поднимается густая сочная трава, основной корм для знаменитых андаринских скакунов.
  Энне хотелось хоть одним глазком взглянуть на коней, которые воспевались в балладах, которыми восхищались и которые стоили баснословно дорого. Нет, конечно, она мельком видела этих коней у Владетельских гонцов, которые иногда скакали мимо обоза. Но ей хотелось посмотреть на них, когда они привольно пасутся на лугах, не скованные уздой и железной волей человека. Кстати, ей показалось забавным, что коней и жителей Владетельства называли одинаково - андаринцы. Посмотреть на коней не получалось, начиналась зима и животные были заперты в конюшнях. Путешественники могли лишь издали видеть высокие и длинные помещения с большими окнами. В окна было вставлено дорогое стекло, как в домах у людей. Очевидно, что хозяева прекрасных коней были людьми небедными. Но в конце третьего дня Энне повезло. По лугу, припорошенному первым снежком, совсем рядом с обозом промчался огромный табун андаринцев. Энна восхищённо замерла: кони были все, как один, насыщенного тёмно-каштанового цвета, без единого пятнышка. Блестящие гладкие шкуры, развевающиеся гривы и хвосты, горделиво выгнутые шеи, дробный топот копыт - и вот табун уже промчался мимо, проскакали по бокам его табунщики с огромными собаками у стремени и стихло всё.
  Купцы на повозках, наёмники по бокам обоза, все загомонили, обсуждая увиденное.
  
  - О боги! Дедушка Врегор, какие же они красавцы, правда? Мне так хотелось погладить хоть одного! Может быть, со временем, я когда-нибудь увижу ещё этих прекрасных коней не бешено летящих мимо, а спокойно пасущихся...
  
  Врегор улыбнулся:
  
  - знаешь, Энна, они ведь все полудикие и никогда не подпустят к себе чужого человека. Пастухов они знают и, скажем так, терпят рядом с собой. Для постороннего человека они очень опасны, да и жеребец, вожак табуна, убьёт любого, кто надумает подойти близко.
  
  - Но дедушка, их ведь как-то приручают?
  
  - Ну да, коней объезжают опытные наездники, но юных девушек среди них я не встречал! - Врегор ласково засмеялся, глядя на Энну. Она тоже улыбнулась, понимая, что её мечта вряд ли осуществится.
  Они опять переночевали на постоялом дворе и утром девятого дня въехали во Владетельство Теремис. Врегор сказал, что столица Теремиса, город Ирайдес, находится в двух днях пути, и совсем скоро они будут на месте.
  
  Подходил к концу одиннадцатый день путешествия лекаря Врегора и Энны. Обоз подъезжал к столице Владетельства Теремис. Столица Владетельства, город Ирайдес, вплотную подступал к Владетельскому замку. Его серая громада приближалась, и вскоре обоз потянулся мимо замковой стены. Энна с жадностью рассматривала замок и приближающийся город. Также, как в Эристане, вокруг замка не было рва с водой. Хорошая мощёная дорога упиралась в открытые ворота, за которыми виднелся выложенный гладкими каменными плитами большой замковый двор. Сам замок и стена выглядели не новыми, конечно, но содержащимися в порядке и ухоженными. Дорога, по которой ехал обоз, шла вдоль стены, а затем отклонялась вправо. Между нею и стеной Энна с удивлением отметила полосу невысокого, аккуратно постриженного кустарника. Сейчас, зимой, ветки его были голыми и безжизненными. Дорога, обогнув замок, устремилась к городу и превратилась в широкую улицу, застроенную двух - трёхэтажными добротными домами из камня или толстенных брёвен. Ажурные кокетливые балкончики и галереи украшали их. Над дверью почти каждого дома были вывешены самые причудливые вывески, сообщающие, что на первом этаже его находится лавка. У Энны глаза разбегались от разноцветья красок. Несмотря на вечерний час, улицы были заполнены народом. По тротуарам спешили пешеходы, а по мостовой обоз обгоняли разномастные кареты, всадники и лёгкие одноконные открытые повозки. Темноту зимнего вечера разгоняли фонари, подвешенные с двух сторон у каждой двери. Энна увидела, что сами фонари были разнообразной и причудливой формы и выкованы из металла, в них вставлены большие толстые свечи, сверху прикрытые стеклянными колпаками.
  Обоз миновал большую круглую площадь, вымощенную всё теми же гладкими каменными плитами, и на следующей улице остановился у длинного двухэтажного дома. Откуда-то из-за дома высыпали люди, стали споро разгружать повозки и уносить мешки и тюки туда же, за дом.
  Врегор с трудом, кряхтя, встал, распрямил затёкшие ноги:
  
  - ну, Энна, хвала богам, мы наконец - то добрались! Сегодня в последний раз заночуем здесь, на постоялом дворе, а уж завтра с утра пойдём к Коринору.
  
  Энна подняла голову и увидела болтающуюся над дверью вывеску: стоящая на задних лапах рыжая ухмыляющаяся лиса держит перекинутый через плечо туго набитый мешок. Надпись под ней гласила: " Рыжий Лис". К ним подошёл старший обоза:
  
  - рьенн Врегор, рьенна, надеюсь, вы остались довольны путешествием с нами?
  
  Врегор и Энна горячо поблагодарили его и просили передать их благодарность другим купцам, всю дорогу опекавшим их. Врегор передал купцу мешочек с серебром, плату за проезд. На этом они, довольные друг другом и расстались.
  Утром, позавтракав и попрощавшись со своими попутчиками, лекарь и Энна вышли с постоялого двора. Теперь, при солнечном свете, она с любопытством рассматривала город, где ей, как она надеялась, предстояло жить. Энна не могла определить, большой он или нет, но определённо за ним также, как за замком, хорошо присматривали. Улицы были чистыми и выметенными, дома и заборы покрашены. Она не увидела, как в Келаврии, сточных канав, куда жители выливали помои. Очевидно, было придумано что-то другое. Энна задумалась: в Эристане тоже как-то было по-другому устроено. По крайней мере, на улицах Беррона не витали ужасные запахи от помоек, протекающих перед домами. Она решила, что раз этот город будет её домом, она обязательно всё узнает о нём.
  Между тем Врегор всё дальше уводил её от центра Ирайдеса. Позади остались широкие и шумные улицы, запруженные каретами, повозками и всадниками, с толпами куда-то спешащих пешеходов и криками продавцов с лотками пирожков, лепёшек, горячих колбасок и прочей снеди.
  
  Глава 2. Дэниар
  
  Владетель Эристана пил. Он пил уже месяц с тех пор, как стало ясно, что Лориэнна не вернётся. Она ушла, исчезла из его жизни навсегда. Гордый и самолюбивый, он не мог примириться с тем, что его отвергли, что его страстная любовь, знатность, богатство, внешняя привлекательность оставили равнодушной молоденькую неискушённую девчонку. Она победила, ушла, оставив его в недоумении и тоске.
  Ещё, как заноза в сердце, его мучила мысль о том, что она без денег, без тёплой одежды, без защиты скитается где - то, возможно и голодает. Он долго ломал голову над тем, как ей помочь, как защитить от бед и несчастий, могущих обрушиться на голову глупой девчонки. Наконец, додумался и во все крупные города Эристана поскакали гонцы с приказами Владетеля жерендалам.
  
  Вначале он добросовестно пытался забыть её. Уязвлённая гордость толкнула его в объятия прежних подружек. Как правило, это были молодые служанки из замка. Он никогда не принуждал женщин к любви. Они сами охотно дарили её Дэниару. Владетель был ласков с ними, покупал дорогие подарки, а если находился мужчина, готовый жениться на его бывшей подружке, Владетель давал за ней хорошее приданое. От этих временных, мимолётных связей у девушек не было детей, так как Дэниар пил сам и просил подружку пить травы, препятствующие нежелательной беременности. Но любовь этих девушек не приносила ему, как раньше, радости и хорошего настроения. Ничего, кроме физической разрядки и раздражения на себя, Лориэнну и свою неудавшуюся любовь.
  
  Дэниар сидел в библиотеке. Перед ним, на столе, стоял кубок и начатая бутылка асхи, ещё две пустых валялось на полу. Он был небрит, грязные всклокоченные волосы торчали в разные стороны. Мутный взгляд Владетеля упёрся в Брандена, вошедшего в библиотеку и неодобрительно разглядывающего пьяного Дэниара.
  
  - Дэн, ты забросил все дела, не участвуешь в тренировках, не интересуешься строительством погранзастав. Может быть, тебе надо взять себя в руки и примириться с её решением? Есть и другой вариант. Ты знаешь, как наказывают беглых жён. Найди её и прикажи казнить. Или спусти с неё шкуру плетьми, привязав на площади к позорному столбу.
  
  - Что-о-о?!! Да ты!!.. Да я тебя!!.. - Задохнулся от гнева Владетель, хватаясь за меч и пытаясь встать со стула. -Убирайся к демонам и оставь меня в покое!
  
  Не обращая внимания на попытки Дэниара вытащить меч из ножен, Бранден подошёл к столу и спокойно сел в кресло. Некоторое время он молча рассматривал Владетеля, затем сказал:
  
  - я только что приехал с погранзастав в Келаврии. Там, на стыке нашей и Келаврийской границ, уже две недели собираются конные отряды кочевников. Они, пока что, лишь иногда появляются вблизи видимости наших воинов, не нападают и не угрожают. Но я полагаю, это дело времени. Как только кочевники сочтут, что их собралось достаточно много, они нападут. Эристану необходимо срочно перебрасывать войска к границе.
  
  Бранден замолчал, осуждающе глядя на Владетеля. Тот помотал головой, пытаясь отогнать хмельную одурь, затем с трудом встал со стула, шатаясь и цепляясь пристёгнутым к поясу мечом за мебель, потащился к двери, пробормотав:
  
  - подожди меня.
  
  Хватаясь за стены, побрёл к умывальне. Слугу, который хотел поддержать пьяного хозяина, оттолкнул, приказав позвать Анрия.
  Рьенн Анрий испуганно влетел в умывальню, увидел, как Дэниар, наклонившись над лоханью для купания, выливает на себя ведро холодной воды. Тот оглянулся на лекаря:
  
  - прикажи принести воды похолоднее, не из подвала, а сразу из колодца. Да дай мне что-нибудь, какую-нибудь микстуру для отрезвления.
  
  Ещё два ведра ледяной воды было вылито на Владетеля. Рьенн Анрий трясущимися руками самолично накапал в кубок зелье, добавил воды. Так что, когда Дэниар снова вошёл в библиотеку, он был вполне трезв и собран, хотя с него немного и капало.
  
   Глава 3. Энна.
  
  Наконец лекарь Врегор и его спутница добрались до нужного им дома. Он был невелик, выкрашен в зелёный цвет, имел два этажа и неизменную для Ирайдеса лавку на первом. Вывеска над дверью, изображавшая букет непонятно каких цветов и трав сообщала, что это лавка травника.
  Врегор толкнул дверь. Где-то в глубине помещения прозвенел колокольчик. Лекарь пропустил девушку вперёд, следом вошёл сам. Энна спустилась на две ступеньки вниз и оказалась в лавке травника. Небольшая комната была перегорожена прилавком на две неравные части. Меньшая предназначалась для покупателей, а вот большая сплошь уставлена стеллажами. На них, а также на полках, плотно развешанных по стенам, стояли, лежали, висели пучки трав, какие-то свёртки, стеклянные бутыли, банки и крохотные пузырьки. Всё это великолепие благоухало. Самым ощутимым был аромат сена из луговых трав.
  Энна смотрела во все глаза. Она и не заметила, как откуда-то из глубины лавки появился очень высокий и очень худой старик. Она очнулась, когда хозяин поздоровался с посетителями:
  
  - доброго вам дня, рьенн, рьенна!
  
  - Доброго, доброго! - Захохотал Врегор.
  
  Травник всплеснул руками: - спаси Заренья, да ты ли это, Врегор?
  
  - Это я, Коринор, - продолжал смеяться лекарь, - не признал, что ли, старый ты серышик?
  
  - Ах, да как же это?! Да откуда же?! Да ты... Да я просто... Суетился, топчась на месте, одновременно обнимая Врегора и украдкой смахивая слёзы, Коринор.
  
  Врегор тоже обнял приятеля, похлопывая его по спине: - ну, ну, Коринор, не позорься перед дамой!
  
  Травник только сейчас сообразил, что лекарь зашёл в лавку не один: перед прилавком стояла, растерянно и с любопытством озираясь, невысокая тоненькая девушка.
  
  - Ах, рьенна, вы меня простите, старого дурака! Я так обрадовался этому бессовестному... много лет назад пропавшему... а, да ну его!! - светло и доверчиво улыбаясь, Коринор поклонился Энне и развёл руками.
  
  Энна присела в реверансе, улыбнулась тоже. Врегор спохватился:
  
  - э-э-э, Энна, познакомься, пожалуйста, с травником Коринором! Коринор, эту девочку зовут Энна.
  
  Травник вновь церемонно раскланялся, а Энна присела в реверансе.
  
  - Да что же это я! Совсем от радости голову потерял! - Коринор распахнул дверь, ведущую в глубину дома, сказал умоляющим голосом: - да проходи же ты, Врегор! И вас, рьенна Энна покорнейше прошу!
  
  Врегор снова засмеялся, ткнул травника кулаком в плечо: - будет тебе суетиться, Коринор, успокойся. Давай, веди нас в своё логово!
  
  Спустя несколько минут они сидели в небольшой уютной комнатке за лавкой. Энна потихоньку осматривалась: два небольших диванчика, кресло, круглый стол под бархатной малиновой скатертью, довольно потёртый бежевый ковёр на полу, у окна высокое бюро с письменными принадлежностями, небольшое окно со ставнями, открытыми по случаю дневного времени, лёгкие белые шторы из тонкого полотна, стены закрыты светлыми деревянными панелями, небольшая печь, выложенная белой полированной плиткой излучает тепло.
  Коринор, блаженно улыбаясь, переводил взгляд кротких, небесно-голубых выцветших глазок с Врегора на Энну и обратно. Вдруг он подскочил, заклохтал, всплёскивая руками:
  
  - да что же это я! Вы ведь, наверно, голодные!
  
  Он выбежал в дверь, которую Энна сразу и не заметила. Она вышла следом. Это оказался коридор, в другом конце его нашлась небольшая кухня. Травник доставал из шкафчика на стене круглые маленькие посудины из белой глины с ручкой на боку, разукрашенные цветными узорами. Он назвал их чашками. Увидев Энну, Коринор обрадовался:
  
  - а-а-а, рьенна, не поможете ли мне собрать на стол? - Он смутился. - Понимаете, я не очень хорошо разбираюсь, что полагается ставить на стол, когда приходят гости. Бывают они у меня чрезвычайно редко, а сам я питаюсь в ближайшей харчевне. Здесь должны быть лепёшки, только они, наверно, очень чёрствые, где-то ещё было копчёное мясо... Да, вот ещё! - Он торжествующе вытащил откуда-то початую пузатую бутылку.
  Всё съестное было доставлено в комнату, где Врегор помог разлить по чашкам светло-жёлтое вино и нарезать мясо. Гости и хозяин уселись за стол.
  Друзьям, не видевшим друг друга около десятка лет, было о чём поговорить. Травник догадывался, что друг приехал с девушкой неспроста, но здраво рассудил, что лекарь сам обо всём расскажет.
  Энна украдкой рассматривала человека, в обществе которого ей предстояло прожить, как ей думалось, многие годы.
  Коринор был высок и худ. Приятель-лекарь с трудом доставал ему до плеча. Как все очень высокие люди, травник стеснялся своего роста и сильно сутулился. Волосы, когда-то рыжие, теперь, из-за седины, приобрели грязно-серый оттенок. Самым замечательным в хозяине были его глаза. Цвета выгоревшего летнего неба, они поражали своей доверчивостью и какой-то беззащитностью. Врегор веселился от всей души, подшучивая над другом, а то лишь смущался, иногда краснел, виновато поглядывая на Энну.
  За разговорами незаметно подошёл вечер. Ужинать отправились в харчевню, где травник столовался уже много лет. Харчевня была маленькой, на кухне распоряжалась хозяйка, румяная, толстенькая и улыбчивая. На столы накрывал муж, а помогала ему взрослая дочь. Кушанья были простыми, без изысков, но порции большие и пахло вкусно. Коринору подали половинные. Врегор снова посмеялся:
  
  - что, серышик, всё так и клюёшь помаленьку? Как только тебя ноги носят!
  
  Коринор опять смутился:
  
  - Так, Врегор, ты же знаешь, я не привык много есть. Если при моём-то росте я ещё растолстею, так люди от меня шарахаться будут.
  
  Хозяин, слышавший разговор, укоризненно покачал головой. Врегор серьёзно сказал:
  
  - знаешь, Коринор, мне кажется, ты ошибаешься. Твоя доброта и твой золотой характер не зависят от твоих размеров. Как бы ты ни выглядел, люди всегда будут любить и уважать тебя.
  
  Травник покраснел, растерянно заморгал, почти уткнулся носом в тарелку. Чтобы сгладить возникшую неловкость, Врегор спросил:
  
  - слушай, я помню, ты ведь хотел найти себе помощника. Что, никого не нашлось?
  
  - Найти-то находятся, - Коринор поморщился, - я уж троих сменил. Только вот не получается у меня как-то с ними. - Он погрустнел, глаза стали печальными.
  
  - Всем денег много надо, а какие у меня деньги? Нет-нет, - он стал оправдываться,- на жизнь хватает, да и помощнику на небольшое жалованье я бы нашёл, но всем хочется больше.
  
  Он тяжело вздохнул, виновато улыбнулся Врегору и Энне.
  
  Врегор не отставал:
  
  - то-есть, они все тебя обкрадывали?
  
  - Ну, - он мялся, - у меня отбирали всё, что удавалось получить за травы и снадобья.
  
  Врегор нахмурился:
  
  - и как же тебе удавалось от них отделаться?
  
  Под давлением приятеля, травник неохотно рассказал, что нанимаемые им помощники спустя некоторое время принимались хозяйничать в лавке. Желая получить как можно больше денег, они обманывали покупателей, утаивали выручку. Дело доходило до того, что последний из помощников стал отбирать деньги у хозяина, угрожая ему расправой. Спасло Кориара лишь вмешательство сестры Владетеля Теремиса леди Зелинны.
  Миледи была знакома с травником много лет. Время от времени она посещала его лавку, закупая лекарственные травы. Будучи женщиной умной и наблюдательной, она обратила внимание на наглое поведение самого первого, нанятого Коринором, человека и подавленное настроение хозяина. Заставив травника рассказать о причинах его плохого настроения, леди Зелинна явилась на следующий день в лавку травника в сопровождении двух стражников. Помощника выгнали, а миледи стала внимательно наблюдать за людьми, нанимающимися на работу к Коринору. Со вторым и третьим ситуация повторилась, и Коринор решил, что при его бесхарактерности он никогда не найдёт человека, который бы не стремился ограбить его.
  
  Врегор подмигнул Энне и сказал:
  - а знаешь, Коринор, может быть, ты согласишься нанять Энну своей помощницей? Обкрадывать тебя она не будет, это я тебе гарантирую.
  
  Травник нерешительно взглянул на Энну:
  
  - рьенна Энна, я был бы рад, если бы вы согласились, мне очень нужен хороший человек, который бы стал помогать мне с травами и снадобьями, но ведь я не могу предложить вам много денег...
  
  Энна смутилась:
  
  - рьенн Коринор, я тоже была бы очень рада помогать вам! Я немного разбираюсь в травах и с удовольствием стала бы учиться у вас. А о деньгах я как-то и не думала, я согласна работать и без денег...
  
  Врегор засмеялся. Глядя на него, засмеялись Коринор и Энна.
  
  Вернувшись домой, вновь расположились в маленькой комнатке за лавкой. Врегор и Коринор решили обговорить условия работы Энны у травника. Та не вмешивалась, с удовольствием разглядывая мелочи, которые украшали комнату. Самые разнообразные статуэтки животных, богов, большие морские раковины: совершенно круглые и длинные, витые. Раковины имели разную расцветку - нежно-розовые, зеленоватые, густо-синие. Одну из них она поднесла к уху: в раковине шумело море. На небольшом угловом столике стояло множество странных фигурок. Энна взяла одну из них в руки. Это оказалась статуэтка смешного щенка, вырезанная из корневища какого-то растения. Другие фигурки также когда-то были сучками деревьев, пеньками, корнями.
  
  Далеко за полночь Коринор повёл гостей в их спальни. Расположенные на втором этаже, комнатки были небольшими, но тёплыми и уютными. Те же печи, светлые деревянные панели, на полу вместо ковров домотканые половички. Кровати без балдахинов, а постельное бельё из толстого отбелённого полотна, но чисто выстиранное и отглаженное. Вещи путешественников остались на постоялом дворе и было решено, что заберут они их на следующий день.
  
  Глава 4. Дэниар
  
  Война с кочевниками приближалась. Дэниар бросил все силы на достройку погранзастав на Келаврийской границе. Рьенн Тайрани только кряхтел, доставая из сундуков Владетельской казны мешочки с золотыми и слёзно умоляя лорда Дэниара умерить свои аппетиты, поскольку казна не бездонная. Тот в ответ смеялся и обещал вернуть в сундуки все деньги, если таковые останутся после постройки погранзастав. Рьенн Главный Счетовод Владетелю не поверил, о чём тому незамедлительно сообщил. Мальчишка опять расхохотался и, прыгая через ступеньку, умчался из казначейского подвала, оставив рьенна Тайрани громко возмущаться легкомыслием и глупостью нынешней молодёжи вообще и Владетеля Эристана в частности, а также навешивать на толстенные двери из железного дерева хитроумные замки.
  
  Бранден дневал и ночевал в поле за Берроном, где в палатках разместилась развёртываемая армия Эристана. По дорогам в близлежащие города и посёлки скакали гонцы с Указами Владетеля. Жерендалам предписывалось немедленно начать призыв в войска резервистов и отправку их к городу Беррон.
  Бранден, вместе со своими офицерами, допоздна засиживался в штабной палатке. Формировались фаланги, решались вопросы снабжения армии, обмундирования прибывающих резервистов. Исходя из прошлого опыта, рассматривались вероятные места нападения кочевников. Владетель присутствовал на всех обсуждениях, касающихся военных действий.
  Полуфаланга лучников и арбалетчиков уже двигалась по дорогам Эристана по направлению к границе.
  Дэниар уставал так, что зачастую не имел сил доехать до замка, так и падал замертво, не раздеваясь, в палатке у Брандена. Тот тоже ночевать домой не ездил.
  В редкие ночи, когда Владетель всё же добирался до замка, он перво-наперво торопился смыть с себя накопившуюся пыль и грязь и нормально поесть. Затем поднимался в свои прежние холостяцкие покои и засыпал, едва добравшись до постели.
  В их супружеские с Лориэнной покои он больше не заходил. После того, первого раза, когда она бежала из особняка, а он в тоске перебирал её вещи, оставленные в спальне и гардеробной, он больше не был там. Слишком тяжело, слишком больно было видеть её ночную рубашку и халатик, брошенные на постель, шёлковые комнатные туфли, выглядывающие из-под кровати, наполовину пустую коробочку с её любимым мылом в умывальне, гребни на туалетном столике. В одном из них он увидел застрявший в зубьях русый волосок.
  Когда рьенна Ремилла пришла к нему с вопросом, что делать с покоями миледи, он велел закрыть мебель чехлами и оставить всё, как есть. Тогда он ещё надеялся, что Лориэнна вернётся. Но время шло, и надежда потихоньку угасала. Некоторое время спустя домоправительница решилась поговорить с Владетелем ещё раз. Постучав в дверь библиотеки и получив разрешение, она вошла и присела в реверансе:
  
  - милорд, позвольте мне ещё раз обратиться к вам по поводу покоев леди Лориэнны?
  
  - да, рьенна Ремилла, я вас слушаю...
  
  - Милорд, в покоях миледи находится около пятидесяти платьев, много совершенно нового тончайшего белья. Не прикажете ли как-то всем этим распорядиться?
  
  Дэниар пожал плечами:
  
  - рьенна Ремилла, но как я могу распорядиться платьями и бельём? Ну, отдайте всё служанкам, что ли... Я не знаю!
  
  Домоправительница всплеснула руками:
  
  - милорд, это невозможно! Платья расшиты драгоценными камнями, золотым и серебряным шитьём, а кружева на некоторых стоят столько же, сколько стоит вполне приличный небольшой дом! На белье ручная вышивка, кружева, оно всё из шёлка и аттахи! Я не могу отдать всё это служанкам, милорд!
  
  - Тогда, рьенна Ремилла, распорядитесь, пожалуйста, сами всей этой одеждой!
  
  Домоправительница, не долго думая, приказала перенести все платья из покоев Лориэнны в швейную. Там, засадив двух служанок за работу, она приказала спороть все драгоценные камни, а сами платья отдала служанкам, наказав строго-настрого в замке в них не появляться. Камни, а также драгоценности, валяющиеся в ящиках туалетного столика и в шкатулках, хозяйственная рьенна унесла в казначейский подвал, рьенну Тайрани. Тот с удовлетворением ссыпал их в сундучки и шкатулки, каждый камень к таким же. Браслеты, серьги, ожерелья, диадемы и кольца также нашли своё место. Бельё домоправительница оставила в шкафах: - оно ведь из моды не выйдет, пусть полежит пока, - решила она. Покои закрыли на ключ.
  За подготовкой по отражению надвигающегося нападения кочевников Дэниар забыл про собственные несчастья, вернее, они отодвинулись на второй план. Постоянная, незатихающая боль в сердце стала его спутницей, он привык к ней, смирился. Он не пытался искать Лориэнну. Дэниар умел выделить главную цель, направляя все силы на её достижение. Сейчас главным была защита населения от захватчиков.
  
  Глава 5. Энна.
  
  Наутро решили, что за вещами в "Рыжий Лис" пойдут все вместе, там и позавтракают. У дверей лавки травника с утра толпился народ: началась зима и простуда брала своё. Люди охотно покупали травы от насморка, от болезней горла, от жара. Коринор открыл двери лавки, запустил покупателей. Энна наблюдала, как внимательно он выслушивал каждого, безошибочно находил на своих стеллажах и полках нужные травы и снадобья, на специально нарезанных маленьких листках грубой серой бумаги быстрым мелким почерком писал дозировку или способ использования травы. Вручая пакетик, травник что-то строго внушал покупателю, порой повторял сказанное.
  Врегор и Энна медленно прохаживались вдоль стеллажей, рассматривая подписанные склянки и пучки трав. Наконец Коринор отпустил последнего посетителя и развернулся к ним. С огорчением сказал:
  
  - как часто люди не понимают, что неправильное применение самой, казалось бы, безобидной травки может причинить существенный вред здоровью! Уж и на бумажке им пишу, и на словах рассказываю, как отвар приготовить и как его применять, нет, всё равно по-своему делают!
  
  Врегор похлопал приятеля по плечу:
  
  - не огорчайся ты так! Вот скоро Энна разделит с тобой твои заботы, тебе полегче будет.
  
  Коринор с улыбкой глянул на девушку, она с удовольствием ответила ему тем же. Продолжая улыбаться, травник сказал:
  
  - ах, рьенна, вы не поверите, я очень рад, что вы согласились !
  
  Вмешался Врегор:
  
  - послушай, Коринор, я думаю, тебе не обязательно величать Энну "рьенной" и обращаться к ней на "вы". Ей всего 16 лет и она тебе во внучки годится. Зови её по имени. - И, уже обращаясь к Энне, спросил: - ты же не возражаешь, деточка?
  
  Энна с готовностью подтвердила, что не возражает и, наоборот, будет рада, если травник Коринор будет звать её по имени и обращаться на "ты".
  
  В "Рыжем Лисе" они с аппетитом позавтракали, забрали свои вещи и вернулись к травнику. По дороге зашли в несколько продуктовых лавок, потому что Энна предложила пообедать дома. Она решила, что попробует что-нибудь приготовить на обед.
  Вообще, она подумала, что может взять на себя покупку продуктов и приготовление еды для них двоих. Не то чтобы Энна могла похвастаться умением готовить разнообразные блюда, но рецепты самых простых супов и каш она знала. В своё время Верховная жрица Зан заставляла её ходить на храмовую кухню и, под диктовку жриц-поварих записывать премудрости приготовления пищи. Энна видела, что травник очень неприхотлив в еде, а значит, она будет готовить сама.
  
  - Да ведь и экономия денег будет немалая, - рассудительно подумала она.
  
  Так потянулись дни.
  Всё время Энны было загружено до предела. Полугодовое безделье и ощущение своей ненужности в замке мужа чуть не доконали её деятельную натуру. Теперь она с жаром принялась за новое для неё дело. По утрам, когда в лавке было больше всего покупателей, она помогала Врегору. Ближе к обеду, тепло одевшись и подхватив корзинку, она шла на базар или в ближайшие продуктовые лавки. Закупив необходимые продукты, Энна возвращалась домой и принималась за приготовление обеда. Старики только ахали, глядя на её кипучую деятельность. У Коринора оказалась неплохая библиотека, правда книги были, в основном, о травах и их лечебных свойствах, о способах приготовления снадобий и их применении, но было и несколько довольно потрёпанных книжек с кулинарными рецептами и советами по заготовкам овощей и фруктов. Энна просто вцепилась в столь необходимую ей литературу. Теперь они не ходили в харчевню, а питались дома. Конечно, её первые опыты были не всегда удачными: из кастрюльки на плиту упорно убегало молоко, коренея на сковородке частично пригорала, а частично оставалась сырой и хрустела на зубах, но Энна не сдавалась. Коринор посоветовал ей сходить в харчевню и поговорить с её хозяйкой, рьенной Эмирой.
  На следующее утро, освободившись от работы в лавке, Энна побежала в харчевню. Народу там было немного, и ей удалось поговорить с хозяйкой. Рьенна Эмира девушку узнала и встретила очень приветливо. Травник пользовался у соседей большим уважением, и часть этого доброго отношения распространилась и на Энну. Почти два часа она просидела в харчевне. Весёлая толстушка-хозяйка не утаила от неё премудрости приготовления еды и пригласила забегать, как только Энне захочется пообщаться. Та, кстати, удивилась, что рьенна Эмира не только не обиделась, что Коринор больше не будет питаться в харчевне, а наоборот похвалила девушку:
  
  - рьенна, вы молодец, что взялись экономить его деньги. Да и вам умение готовить обязательно в жизни пригодится. Вот выйдете замуж и будете мужу вкусные блюда готовить, а он за это будет любить вас сладко и горячо! - Рьенна Эмира весело расхохоталась, глядя на смутившуюся Энну.
  
  Врегор решил погостить у друга недельку и с попутным обозом возвращаться домой. Они с Энной решили, что пока не будут говорить Коринору о её прошлом. Он не спрашивал, кто она и откуда, целиком полагаясь на друга. Про себя Энна, которой травник очень нравился, решила, что расскажет ему всю правду, но немного погодя.
  Спустя неделю Врегор стал собираться в обратный путь. Укладывая вещи, он достал из своей дорожной корзины небольшой кошелёк и протянул Энне:
  
  - возьми, здесь четыре золотых и немного серебра. Мало ли, что тебе потребуется купить.
  
  Энна отшатнулась:
  
  - дедушка Врегор! Я не могу! Мой долг вам итак неизмерим!
  
  - Ну - ну, перестань, Энна! Я рад, что у нас так замечательно всё получилось. Теперь я спокоен за тебя. Коринор, хоть и слабохарактерный, но добрый и хороший человек. Я уверен, вы найдёте общий язык, а там, глядишь, - он, улыбаясь, подмигнул девушке, - тебе и муж по душе найдётся!
  
  Не слушая никаких возражений, Врегор положил кошелёк ей на стол. Энна понимала, что лекарь истратил на её одежду, купленную в Эристане, и дорогу в Теремис значительную часть своих накоплений, собранных им за долгие годы. Теперь вот ещё ей деньги оставляет, а ведь ему предстоит долгий путь обратно. Она чувствовала себя очень неловко. Неизвестно, когда она сможет вернуть лекарю потраченные на неё деньги, да и сможет ли. Коринор будет платить ей за помощь тридцать серебряных монет в месяц. Конечно, они договорились, что она не будет платить за питание, но всё равно, это очень маленькие деньги. Энна вздохнула. Слава Заренье, ей есть где жить, она не будет голодать и работа ей нравится. Это счастье, что богиня не оставила её в беде.
  
  На следующий день Коринор и Энна провожали своего друга в Эристан. Обоз уезжал рано утром, поэтому они встали затемно. Врегор уговаривал их остаться дома, но его никто не послушал.
  Постучав и получив разрешение, Энна зашла в комнату к лекарю. Он был готов спуститься вниз и в последний раз оглядывал комнату, проверяя, не забыл ли чего. Энна присела на диван, грустно на него посмотрела:
  
  - мне жаль расставаться, дедушка Врегор. Я не знаю, как я буду жить без вас...И ... ещё: не говорите, пожалуйста, ничего обо мне лорду Дэниару. Я боюсь, что он захочет вернуть меня. А Верейде от меня большой привет и сердечная благодарность!
  
  - Энна, конечно, я не буду рассказывать Дэниару, где ты теперь живёшь, но ведь он, я уверен, очень беспокоится о тебе. Не возражаешь, если я скажу ему, что у тебя всё хорошо?
  
  - Я не знаю... А вдруг он допытается у вас, где вы меня оставили? Я боюсь его, дедушка!
  
  - Ладно, деточка, я посмотрю на его поведение и решу, можно ли ему что-то говорить. Ты мне доверяешь?
  
  Энна кивнула головой, улыбнулась: - конечно доверяю. Можно, я буду вам иногда писать письма?
  
  - Боги, солнышко, что же ты спрашиваешь! Мы с Верейдой будем очень ждать от тебя писем и обязательно тебе ответим!
  
  Энна не знала, имеется ли в Ирайдесе почтовый двор, хотя и собралась писать Врегору письма. В Эристане почтовые дворы были в каждом крупном городе, как ей было известно. Во время своего путешествия их обоз не раз обгоняли красные почтовые кареты, запряжённые тройкой лошадей. Конечно, такая почта шла долго.
  Они спустились на первый этаж и вместе с Коринором вышли на улицу. Солнце ещё не встало, было морозно и как-то влажно: сказывалась близость моря. Несмотря на плотный завтрак и горячий шинайя, Энну пробрала дрожь, она зябко поёжилась, сунула руки поглубже в меховую муфту. Коринор нёс большую дорожную корзину Врегора, набитую под самую крышку вещами лекаря и продуктами, которыми Энна постаралась его снабдить. Обоз отправлялся от "Рыжего Лиса". Подводы уже стояли, нагруженные товаром, возницы выводили из конюшни лошадей. Врегор подошёл к одному из купцов, о чём - то поговорил, затем махнул рукой друзьям и направился к одной из подвод. Она была нагружена аккуратными небольшими тюками. Врегор засмеялся и сказал, что у него под задом будет лежать огромное богатство. На подводе лежали тюки с мехами. Выделанные шкуры диких зверей везли в Эристан, где из них сошьют меховые плащи, женские сапожки, муфты и капоры.
  Врегор расцеловался с Энной и Коринором и полез на подводу - устраиваться. Травник подал ему корзину, расстроенно моргая глазами и шмыгая носом. Возница закончил впрягать лошадей и бодро прикрикнул на них. Подвода тронулась вслед за другими. Врегор, улыбаясь, махал друзьям рукой. Коринор попытался бежать рядом с подводой, о чём - то наставляя друга, но отдохнувшие лошади прибавили ходу, и травник отстал. Подошла Энна, взяла его за руку и потянула в сторону дома. У неё начиналась новая жизнь.
  
  Глава 6. Дэниар.
  
  Четвёртый день Дэниар, во главе двух фаланг конницы, скакал к границе Эристана. Когда подойдут ещё три фаланги, которыми сейчас в лагере под Берроном занимался Бранден, весь кулак в составе пяти фаланг обрушится на кочевников. Дэниар решил раз и навсегда отбить у них охоту внезапно нападать на мирные городки и деревни. Владетель торопился. Если он опоздает, кочевники, обрушившись на пограничные заставы, сомнут их защитников. Ранее высланная полуфаланга лучников и арбалетчиков не сможет выстоять против многотысячной конной орды. Дэниар торопил людей, но вынужден был давать отдых лошадям. Высланные вперёд, за несколько дней, фуражиры приказывали жерендалам и старостам городков и деревень спешно открывать резервные склады с зерном на корм лошадям, развёртывать на ближайшем лугу или поле палатки и в больших котлах варить пищу для воинов. Дэниар заблаговременно и обстоятельно, как и всё, что он делал, позаботился о том, чтобы в случае нужды его армия была обеспечена всем необходимым.
  
  Фаланги были в полуторадневном переходе от границы, когда Дэниар и капитан первой фаланги, едущие впереди, увидали двух всадников, скачущих им навстречу. Владетель остановился и, привстав на стременах, высоко поднял руку. Конница остановилась. Во встречных всадниках Дэниар узнал воинов своего передового дозора. Один из них вёз перед собой раненого, придерживая его одной рукой. Всей тяжестью раненый навалился на всадника, обвиснув и грозя упасть с лошади. Второй дозорный вёл в поводу его коня.
  Обернувшись к едущим сзади него пятерым порученцам, Дэниар крикнул:
  
  - трое - быстро помогите ему! Двое - за Анрием и его помощниками!
  
  Двое порученцев подскочили к всаднику и приняли у него раненого. Третий уже расстилал на снегу толстый, в ладонь толщиной, войлок, раскатывал по нему шкуру гроона. Пока раненого осторожно укладывали на войлок, воины разожгли небольшой костёр. Дэниар наклонился к человеку. Его голова без шлема была залита запёкшейся кровью, разрубленный кожаный нагрудник также был весь в крови. Подскакал лекарь Анрий, с ним два его помощника. Дэниар обернулся к ним:
  
  - Анрий, давай, посмотри, что сможешь сделать. Потом приведи его в сознание хоть ненадолго. Мне надо узнать, что произошло.
  
  Владетель приказал всем отойти, издалека наблюдая за действиями лекаря и его помощников. На раненом разрезали одежду и сняли её. Анрий быстро осмотрел раны. Тем временем помощник достал из своей сумки лечебную мазь, подал лекарю. Раны обмазали мазью, наложили корпию и забинтовали. На голове оказалась рассечена кожа, но череп не повреждён. Очевидно шлем, бывший на воине, смягчил удар. Анрий достал из пузырька с асхой нить и иглу и зашил рану. Затем наложил тугую повязку. Раненый застонал, открыл глаза. Порученцы спешно, но осторожно одели его, укрыли толстым шерстяным одеялом, подложив скатанное второе под голову. Дениар приказал:
  
  - дайте ему немного асхи!
  
  Раненому приподняли голову, поднесли ко рту флягу с асхи. Он глотнул, скривился. Крепкий напиток обжёг горло. Нашёл глазами Владетеля, просипел:
  
  - милорд! - Закашлялся и уже громче сказал: - милорд, я Франжен, порученец капитана Хрисьена.
  
  Капитан Хрисьен командовал гарнизоном пограничной заставы на стыке с Келаврией.
  
  Дэниар подошёл, встал на колени в снег, близко к раненому.
  
  - Я слушаю тебя, Франжен.
  
  С трудом, задыхаясь и кашляя кровью, воин рассказал, что два дня назад на заставу налетели кочевники. Их было немного, примерно одна фаланга, очевидно, это была разведка боем. Лучники и арбалетчики встретили их градом стрел, но значительная часть конных кочевников прорвалась во двор заставы. Воины встретили их мечами, но силы были неравны. Сотне пограничников и полуфаланге лучников и арбалетчиков удалось, ценой больших потерь, выбить врагов с территории заставы. При этом погиб капитан Хрисьен. Кочевники, добив своих раненых, ускакали за холмы, но защитники понимали, что это лишь временная передышка. Сержант Меранен, принявший на себя командование после гибели капитана Хрисьена, решил отправить Франжена, как легко раненного, навстречу основным силам с просьбой поспешить на помощь. В пути раны Франжена, открылись, и он с трудом дотянул последние льюни до встречи с фалангами Владетеля.
  Во время всего рассказа лекарь Анрий осуждающе хмурился и качал головой. Состояние раненого ухудшалось и, вскоре, он снова потерял сознание.
  По приказу Владетеля Франжена переложили на походные носилки, закрепленные между двух коней. Раненого дополнительно завернули в одеяла и всадники с носилками повернули в сторону близлежащего посёлка.
  Фаланги спешились. Из походных мешков доставались кольчуги, кожаные нагрудники и прочее. Воины спешно надевали доспехи, проверяли оружие и конскую сбрую. Немного времени спустя фаланги скорым маршем устремились на встречу с врагом.
  Ещё издалека Дэниар услышал звуки боя: звон мечей, ржание коней, дикие крики кочевников. Он послал жеребца в галоп, на ходу выхватывая меч и поднимая его над головой. Сзади, многоголосым лязгом,, отозвались фаланги. Вылетев из-за небольшой рощицы, Дэниар увидел впереди, примерно в двух льюнях, колышущееся море всадников на низкорослых мохнатых лошадях. Оно захлёстывало стены погранзаставы, кое-где разрушенные и дымящиеся. Яростный вопль "Эри-ста-а-ан!", в едином порыве вырвавшийся из двух тысяч мужских глоток, грозное сверкание поднятых над головами всадников длинных мечей, было неожиданным для нападающих. Настёгивая в спешке своих коней, разворачиваясь и сталкиваясь, задние ряды устремились в бегство. Передние, втянутые в рубку с защитниками заставы, оказались зажатыми с двух сторон и были быстро уничтожены. Дэниар не разрешил преследовать беглецов, понимая, что люди и кони, вымотанные длительным переходом, нуждаются в отдыхе. Было ясно: как только кочевники обнаружат, что эристанцы значительно уступают им в численности, они нападут. До этого необходимо накормить людей и коней, оказать помощь раненым, а затем продержаться до подхода основных сил.
  
   Глава 7. Бранден.
  
  Бранден делал всё, чтобы ускорить движение армии, но задача осложнялась тем, что за тремя фалангами всадников тащились повозки, гружённые фуражом для лошадей и продовольствием для людей. Планировалось, что затем на повозки будут уложены раненые, а, следовательно, везли тёплые одеяла, шкуры и рулоны войлока. Всё это значительно замедляло движение, а потому Бранден решил, что оставляет полуфалангу мечников для охраны обоза. Остальное войско спешно двигалось к границе. На душе у Командующего было неспокойно. Зная повадки кочевников, он понимал, что вначале они проведут разведку боем, чтобы узнать, какова численность защитников погранзаставы. Лишь потом они навалятся всеми имеющимися силами. Не давала покоя мысль о второй погранзаставе на территории Келаврии. Если та, к которой они двигались, была практически достроена, то вторая не имела пока даже защитной стены. Правда, у неё была естественная защита в виде не слишком широкой реки, огибающей погранзаставу с двух сторон. Перебраться через неё вплавь ничего не стоило, но при этом, несомненно, будет утеряна скорость и нападающие станут хорошими мишенями для арбалетчиков и лучников. Разведывательные группы, высланные Бранденом ко второй заставе, время от времени присылали воинов с сообщениями, что врагов в окрестностях пока не наблюдается. Создавалось впечатление, что кочевники решили не распылять силы на две заставы. Тем не менее, из Беррона по направлению ко второй погранзаставе выступила ещё одна фаланга мечников и сводная полуфаланга лучников и арбалетчиков под командованием капитанов Таирина и Варристайра.
  
   Глава 8. Дэниар.
  
  Пока воины, под руководством капитанов фаланг и сержантов спешно развёртывали лагерь на поле у рощицы, Дэниар проводил осмотр погранзаставы. Её помещения разрушены не были, пострадала лишь каменная стена вокруг заставы. Сами помещения забиты ранеными. Единственный лекарь не справлялся даже с перевязками. Тяжёлый запах крови не давал продохнуть. Владетель вошёл, встал на пороге. Увиденное его ужаснуло. Раненые лежали на голом полу, плотно друг другу. Наверное, здесь были и умершие. Лекарь виновато разводил руками, было видно, что он с трудом стоял от недосыпания и усталости.
   Дэниар повернулся к порученцам, неотступно следующим за ним:
  
  - Узон, быстро приведи ко мне Анрия. Шейрон! Ты скачешь в первую фалангу. Пусть капитан отправит сюда своего лекаря вместе с помощниками. Файрар, ты отправляешься с тем же поручением к капитану второй фаланги. Оба капитана должны выделить по десятку воинов в помощь лекарям. Отправляйтесь!
  
  На поле перед заставой Дэниар увидел несколько воинов, собирающих своих раненых. Врагов они добивали ударом кинжала. Владетель поморщился. Что ж, деваться было некуда. В Эристан их никто не звал, они сами выбрали свою судьбу.
  
  Из всех уцелевших защитников погранзаставы не было ни одного, кто не имел бы ранения.
  
   Глава 9. Энна.
  
  Решительно, Энне нравилась её новая жизнь. Коринор с восхищением взирал на неё, удивляясь её энергии и деловитости. Уже через две недели он полностью передал в её руки все денежные дела в лавке. Энне очень нравилось вести толстую книгу прихода и расхода. Она аккуратно заносила в неё всю выручку, полученную от продажи трав и снадобий в течение дня. В соседней графе она тщательно суммировала все расходы на продукты, одежду, покупку чёрного камня для печей. Не забывала заносить и своё жалованье. Когда, в результате её хозяйственной деятельности их доходы стали понемногу расти, травник вознамерился увеличить её жалованье, Энна воспротивилась. Она не тратила ни одного медяка из денег, которые получала. Всё необходимое у неё было, жизнь они вели уединённую и скромную. Конечно теперь, когда Энна успокоилась, она часто думала о своём неудавшемся замужестве. Нет-нет, она ни на секунду не пожалела о своём бегстве, но со сладкой грустью она вспоминала единственный поцелуй мужа у алтаря, бережный и нежный. Задумавшись, видела его решительный и смелый взгляд, твёрдый рот и упрямый подбородок, высокую гибкую и сухощавую фигуру. А эти глаза! Ждущие, ласковые. Не наглые! Она вспоминала, как буквально купалась в его обожающем взгляде. Но часто за этими воспоминаниями наплывало другое, ужасное: грубые нетерпеливые руки, перекошенное похотью лицо, пустой бессмысленный взгляд. И боль! И кровь! Много липкой, алой крови и её звериный дикий крик! Эти воспоминания надолго выводили её из равновесия. Тогда ночью она плакала и думала, что если может любить и ненавидеть одного и того же человека одновременно, то, верно, у неё не всё в порядке с головой и никогда ей уже не быть счастливой. У неё портилось настроение, но утром, в лавке, она обо всём забывала. У Энны появились поклонники. Каждый день в лавку забегали молодые люди. Это были сыновья и приказчики соседей-лавочников. Однажды увидев у травника большеглазую большеротую девочку с ясными серыми глазами и ямочкой на щёчке, многие из них потеряли голову. Парни находили всё новые причины, чтобы заглянуть в лавку. Чаще всего они делали вид, что им необходимо прикупить какой-нибудь травки для себя или своих домашних. Изредка наезжали знатные лорды, и тоже старались задержаться в лавке подольше. Благодаря таким посещениям выручка росла, чему Энна несказанно радовалась. Коринору такая её популярность не нравилась, он хмурил брови и неприветливо взирал на молодых посетителей. Те смущались и краснели, а Коринор находил какое-нибудь заделье и отправлял Энну вглубь дома. Внимание молодых людей не могло не нравиться молоденькой девушке, но любой из них не шёл ни в какое сравнение с её Дэниаром, грустно думала она.
  
  Однажды перед лавкой травника остановилась карета с Владетельскими гербами на дверцах. Карету сопровождали двое конных стражников. Когда Коринор выбежал из-за прилавка, дверь в лавку открылась и вошла хорошо одетая дама. Она была высокой и статной. Полное лицо дышало добротой и спокойствием. Живые карие глаза с любопытством остановились на Энне, та присела в реверансе, догадываясь, что приехала сестра Владетеля Теремиса, леди Зелинна аль Ирайдес.
  
  - Добрый день, рьенн Коринор, добрый день, рьенна! - поздоровалась она.
  
  - Добрый день, леди Зелинна! - Радостно приветствовал её травник. - Прошу вас, будьте нашей гостьей!
  
  Улыбаясь, он открыл дверь в заднюю комнату. Леди Зелинна, не спеша вошла, расстегнула тяжёлый меховой плащ, развязала капор. Коринор помог леди раздеться, унёс вещи на вешалку в коридоре. Вернувшись, застал леди Зелинну уютно устроившейся в большом кресле у печки. Энна, сидя у стола, что-то с жаром рассказывала собеседнице. Увидев травника, вскочила:
  
  - рьенн Коринор, я сварю шинайю! - И уже, обращаясь к миледи: - леди Зелинна, позвольте угостить вас печеньем моего собственного изготовления! - Выскочила в коридор, только юбки взметнулись.
  
  Сестра Владетеля внимательно посмотрела на Коринора:
  
  - Я вижу, у тебя появилась помощница. Не слишком ли она юна для такой ответственной работы?
  
  - Что вы, леди Зелинна! Энна очень умненькая девочка! Вначале я боялся, как бы она не перепутала снадобья и травы. Сами знаете, ведь у меня есть и очень ядовитые растения: болиголов, волчьи ягоды и другие. Они, правда, хранятся в отдельном шкафу, но всё же... Теперь я спокоен. Энна лучше лишний раз у меня спросит, прежде чем что-то продать покупателю. Да она и сама теперь неплохо разбирается в травах. Я на неё нарадоваться не могу, у неё в руках всё кипит. - Лекарь мягко улыбнулся, глядя леди Зелинне в глаза: - стыдно признаться, миледи, я, рядом с этой птичкой, даже моложе себя чувствую. Она ведь и денежные дела у меня ведёт.
  
  Леди Зелинна покачала головой:
  
  - Коринор, жизнь ничему не научила тебя. Кто она, эта девочка? Откуда? Кто её родители?
  
  - Ах, миледи, я ничего не знаю о ней, - смутился Коринор, но тут же воспрянул духом и бросился на защиту любимицы: - но её привёз ко мне мой старый друг, лекарь Врегор из Эристана! Врегору я доверяю, как самому себе, даже больше, потому что я могу и ошибиться, мне все люди кажутся хорошими. Но Врегор не такой, он не посоветовал бы мне взять плохого человека!
  
  - Из Эристана? Так далеко? - Леди Зелинна задумчиво смотрела на травника. - Коринор, я где - то видела эту девушку, не могу вспомнить, где, но мне знакомо её лицо.
  
  Тот пожал плечами, растерянно глядя на собеседницу:
  
  - я не знаю, миледи, где вы могли видеть Энну. Она ни разу не была в Теремисе, да и нигде, насколько я понял, не была. Ах, да, она была в Келаврии, по-моему.
  
  Дверь распахнулась, впустив Энну с подносом, на котором стояли чашки, большой кувшин, из-под крышки которого ароматно пахло шинайей. На большом блюде горкой лежало довольно неказистое печенье, от которого вкусно пахло, сахар и молоко в небольших расписных посудинах из белой глины. Энна поставила поднос на маленький столик, другой, ловко и споро двигаясь, придвинула поближе к травнику и гостье, поставила перед ними чашки, сахар, молоко и печенье, кувшин с шинайей. Леди Зелинна взяла печенье, с опаской откусила. Энна, затаив дыхание, смотрела на неё. Прожевав, гостья с улыбкой посмотрела на девушку:
  
  - рьенна, у вас прекрасное печенье. Умеренно сладкое и рассыпчатое. Мои повара, мне кажется, такое печь не умеют. Не поделитесь ли рецептом?
  
  Энна зарделась от радости:
  
  - миледи, я с удовольствием напишу вам рецепт!
  
  - Очевидно, печь его вас научила ваша матушка?
  
  - Нет, миледи, - Энна замялась, - это хозяйка соседней харчевни учит меня.
  
  Беседуя с Коринором и Энной, леди Зелинна попыталась осторожно расспрашивать девушку о её родителях и прошлой жизни. Энна мучительно мялась, краснела и прятала глаза, лепетала невразумительные ответы. Коринор с удивлением и тревогой смотрел на неё, теряясь в догадках. Наконец Энна, которой было тяжело лгать, расплакалась и, пробормотав извинения, выскочила из комнаты. Коринор укоризненно посмотрел на гостью, та ответила ему виноватой улыбкой.
  
  - Право, миледи, вы были очень жестоки с бедной девочкой! Очевидно, что ей не хочется вспоминать о своей прошлой жизни. Наверно, она пережила какую-то трагедию или большое горе, а вы так настойчиво стали допытываться!
  
  Добрый травник был глубоко расстроен. Он искренне привязался к Энне и жалел её. Леди Зелинна вздохнула, поднялась, нашаривая глазами плащ и капор:
  
  - да, Коринор, признаю, я была излишне настойчива и мне тоже жаль девочку. Передай ей, пожалуйста, мои извинения и благодарность за угощение. Я не хотела её обидеть, просто я боюсь за тебя, ведь у тебя уже были помощники, от которых пришлось избавиться. Я надеюсь, она меня поймёт и простит. И всё же я где - то видела её!
  
  С этими словами гостья, надев плащ, поданный ей Коринором, и завязав капор, покинула лавку, а травник, постояв некоторое время и в растерянности качая головой, потащил на кухню поднос с грязной посудой, бормоча про себя:
  
  - бедная девочка, бедная девочка! Ах, миледи, ну разве же так можно! Ай-яй-яй, как плохо, Эни так расстроилась!
  
   Глава 10. Замок аль Ирайдес.
  
  Сестра Владетеля в задумчивости возвращалась домой. Почему же ей так знакомо лицо этой девушки? Она не могла вспомнить, где её видела, хотя на память не жаловалась и не считала себя старой. Она была старше своего брата на восемь лет, ей было сорок восемь. Леди Зелинна никогда не была замужем. Те, кто сватались к ней в молодости, категорически ей не нравились, а брат был настолько добр, что никогда не настаивал на её замужестве, а предоставлял право выбора ей. Её устраивала жизнь, которой она жила. Полная, добродушная, она целый день была чем-нибудь занята. Миледи ненавидела праздную жизнь, поэтому не имела приятельниц среди высокородных леди. Она не любила обсуждать наряды, презирала сплетниц и никогда не стремилась заполучить богатого жениха. Леди Зелинне вполне хватало забот, связанных с хозяйством замка. Немногочисленные слуги были всегда чисто и аккуратно одеты, добросовестно выполняли свои обязанности, получали приличное жалованье. Весной миледи руководила огородницами, которые готовили рассаду овощей для позднейшей высадки на гряды. Да, как ни странно, замок сам обеспечивал себя некоторыми овощами на зиму. Позднее леди Зелинна некоторое время проводила в саду, определяя вместе с садовниками, какие деревья и кусты требуют обрезки, какие цветы должны быть посажены. По осени, когда наступал массовый сбор овощей, ягод и плодов, миледи, засучив рукава, вместе с поварами и домоправительницей занималась заготовками к зиме: солила, квасила, варила варенье. При этом она не забывала о том, что постельное бельё должно быть белоснежным и накрахмаленным, ковры вычищены, столовое серебро блестело, а брат, Владетель Теремиса лорд Эйжен, одет в свежую рубашку, приличные, не рваные, брюки и добротные удобные сапоги. Лорд Эйжен женат не был. Вернее, он был вдовцом. Когда - то, в молодости, родители женили его на девушке, которую он видел один раз. Жена оказалась глуповата, но милорд был готов с этим мириться. Плохо оказалось то, что супруга имела склочный и вздорный характер. Лорд Эйжен, как человек добродушный и несколько ленивый, изо всех сил пытался ублажить супругу, потакая ей по мере сил и финансовых возможностей. Его огорчало, что миледи с первых дней замужества возненавидела его сестру и всеми силами пыталась выжить её из родного дома. Леди Зелинна терялась в догадках о причинах столь открытой к ней неприязни и старалась как можно реже попадаться невестке на глаза. Когда та забеременела, жизнь брата и сестры превратилась в сущий ад. Ежедневно замок сотрясали скандалы с битьём посуды и громкими рыданиями. Попытки лорда Эйжена ласками и уговорами смягчить супругу заканчивались тем, что в его голову летела очередная ваза или ночная посудина. Наступление беременности ознаменовалось тем, что миледи улеглась в постель и категорически отказалась вставать. Лекари, приглашённые к супруге Владетелем, в один голос убеждали её о вреде постельного режима для здоровой женщины, необходимости длительных пешеходных прогулок на свежем воздухе. Лорд Эйжен, которого лекари предупредили о возможных тяжёлых родах в связи с расслабленностью мышц, вызванной малоподвижностью, был серьёзно обеспокоен. Он уговаривал жену погулять с ним по саду, может быть, выйти в город и присмотреть у ювелира новые изделия из золота и драгоценных камней или посетить портных и меховые лавки. Всё было напрасно. Миледи требовала привести ювелиров и портных к ней в спальню, а в случае отказа устраивала скандал, и милорд не раз покидал жену с отпечатком дамской ручки на щеке.
  Время родов приближалось. Три лекаря, привезённые Владетелем Теремиса из близлежащих городов и специализирующиеся на родовспоможении, озабоченно качали головами. В довершение ко всему, миледи решила, что отныне ей ни к чему следить за фигурой, которой итак нет. По её приказу на кухне ежедневно выпекалось сдобное печенье, сладкие булочки и пирожные. Лорд Эйжен пытался робко протестовать, указывая супруге, что она быстро поправляется, а это неблагоприятно для будущих родов. В ответ с женой случилась истерика. Рыдания перемежались воплями о том, что её пытаются уморить голодом. Милорд махнул рукой и, обняв жену, долго и униженно просил прощения.
  Однажды ночью тишину замка разорвал душераздирающий крик. Лорд Эйжен, спавший в соседней спальне, в одних нижних полотняных штанах и босиком ворвался в спальню жены. Миледи вопила и извивалась на постели. Муж, как был, выскочил в коридор. Навстречу уже бежали лекари и горничные миледи. К жене в спальню его не пустили. Он сел на пол у двери и в ужасе сжал голову руками. Всю ночь и следующий день прошёл для него, как в тумане. Он не помнил, как сестра принесла ему одежду и заставила одеться. Чуть не за руку оттащила его в умывальню. Ни завтракать, ни обедать он не пошёл. Владетелю казалось, что стоит ему отойти от дверей спальни, как случится что-то ужасное. На грани рассудка, зажимая уши и не имея сил уйти, он слушал вопли и хрипы жены.
  Весь день леди Зелинна простояла на коленях в храме Всех богов, пред статуей богини Зареньи, плача и умоляя спасти бедную женщину.
  К вечеру к милорду вышел лекарь и сказал, что, если роженице не вскрыть живот и не достать ребёнка через маленький разрез, она и ребёнок погибнут. Эйжен смотрел, ничего не понимая. Лекарь повторил и пояснил, что миледи не соглашается, надо бы, чтобы её уговорил муж. Тот с трудом поднялся на ноги, содрогаясь, вошёл в спальню. На роженицу накинули простыню, но он успел увидеть на постели лужу крови. Увидев мужа, та в бешенстве закричала:
  
  - не-е-ет!! Ни за что!! Будь ты проклят, подонок!!! Не подходи ко мне!! Не-на-а-а-ви-и-и-жу-у!!
  
  Лорд Эйжен упал на колени у изголовья жены, уговаривая согласиться. Та вцепилась ему длинными ногтями в лицо, в кровь раздирая кожу.
  Вечером леди аль Ирайдес скончалась. Погиб и ребёнок.
  Лорд Эйжен не любил жену и едва бы смог полюбить. Но, будучи по натуре человеком добрым и, в некоторой степени, слабохарактерным, он жалел бедную женщину и искренне горевал. До слёз ему было жаль и ребёнка, о котором он мечтал украдкой от жены.
  Случившаяся трагедия навсегда отвратила Владетеля Теремиса от женского общества. Его давний приятель, Владетель Андарина лорд аль Тагран, не раз предпринимал попытки познакомить Эйжена с очаровательными женщинами. Но, не будучи писаным красавцем, а, скорее, наоборот, милорд женщин не привлекал. Видя их довольно прохладное к себе отношение, он смущался, тушевался и норовил сбежать.
  Спустя сколько-то лет Лорд Эйжен вошёл во вкус одинокой жизни. Никто не трепал ему нервы, требуя новых драгоценностей и платьев, не устраивал скандалов по поводу того, что от него плохо пахнет, так как за обедом он полил гарнир из коренеи острым соусом из резко пахнущего растения джириго.
  Сестра осторожно намекала ему, что отсутствие наследника приведёт к тому, что, со временем, Владетельство перейдёт в чужие руки, но милорд отвечал, что потом, когда их обоих уже не будет, этот вопрос вряд ли станет его волновать. Кроме того они оба знали, что несколько их двоюродных братьев с радостью примут на себя Владетельские заботы.
  
   Глава 11. Дэниар.
  
  Наступил вечер. Перед тем, как отправиться в лагерь, Владетель ещё раз навестил раненых. Ситуация существенно улучшилась. Воины, выделенные капитанами фаланг, разобрали деревянные постройки во дворе заставы и сколотили двухъярусные нары. Раненых с пола перенесли на нары, предварительно застелив их толстым войлоком и шкурами. Сверху укрыли шерстяными одеялами. Многие одеяла с себя сняли, так как в помещениях заставы стало тепло, помощники протопили печи. Всех умерших вынесли к задней стене двора и закрыли куском полотна. Позднее, когда прибудут повозки, их перевезут домой и похоронят с воинскими почестями. Прибывшие с фалангами лекари поменяли на раненых повязки с мазями и отварами. Многим пришлось накладывать швы.
  В лагере Дэниар принял от порученца большую миску с горячей похлёбкой и хлебную лепёшку, подошёл к сидящим у костра капитанам фаланг. Они подвинулись, освобождая Владетелю место на куче лапника, застеленного шкурой.
  Он устало сел, протянул Кариарду, доставшему флягу с асхи, небольшой походный кубок. Тот плеснул напиток Дэниару, затем капитану второй фаланги Дарньену, и себе. В молчании выпили, с жадностью стали хлебать густую наваристую похлёбку. Каждый думал о предстоящем сражении. Дэниар нарушил молчание:
  
  - вы дозоры выслали?
  
  - Давно. Как стали лагерь разворачивать, три тройки сразу же выдвинулись в степь.
  
  - Хорошо.
  
  - Надеюсь, Бранден где-то на подходе, иначе нам не поздоровится.
  
  - Надо продержаться. Он торопится, знает, что, если задержится, нас раскатают в лепёшку.
  
  - Ну, люди и кони не каменные, тоже и отдыхать надо.
  
  - Давайте спать. Кариард, Дарньен, у вас есть место в палатке? Меня примете?
  
  Они передали порученцам пустые миски и направились в палатку. Уставшие за день воины расходились от костров, где осталась лишь первая смена ночного караула.
  Капитаны, упав на застеленный шкурами лапник и завернувшись в плащи, тут же захрапели. Дэниар, несмотря на усталость, уснуть не мог. В голову лезли всякие мысли: о Брандене, о раненых, о фураже для лошадей и продовольствии для людей. Занозой в сердце ныла и не отпускала боль - Лори, где она, что с ней, помнит ли о нём? Тяжело вздохнул и усилием воли заставил себя не думать. Надо поспать, завтра тяжёлый день.
  
  Под утро, как от толчка, проснулся, вышел из палатки. Было темно, только на востоке небо, в преддверии наступающего утра, порозовело. Дэниар, зябко поёжился, подошёл к сидящим у костра воинам. Те, увидев Владетеля, встали. Он махнул рукой, чтобы не вставали. У соседнего костра громко заговорили. Повернувшись лицом на восток, воины повскакали на ноги. Дэниар повернулся, посмотрел. Вдалеке на высокий холм вылетели три всадника. Один выхватил из-за пазухи белое полотнище и поднял его над головой. Утренний ветер развернул его и заполоскал над головами людей и лошадей.
  Воины утреннего караула бросились к ближайшей палатке. Оттуда выскочили два трубача. Над лагерем разнесся оглушительный сигнал тревоги.
  В боевой порядок чётко и слаженно строились лучники и арбалетчики. За их спинами надевала доспехи и седлала коней фаланга мечников.
  По приказу Владетеля, переданному одним из порученцев, пограничная застава закрыла ворота. Стена ощетинилась луками и арбалетами.
  Дэниар приказал отступить за линию костров, чтобы огонь был между фалангами и нападающими. Дозорные быстро скакали от холма к лагерю. Вот из-за него появились первые ряды кочевников, а вскоре чёрная лавина на низкорослых мохнатых лошадях с дикими криками обрушилась на равнину.
  Не сбавляя скорости, кочевники подняли и натянули луки. Туча стрел взвилась в воздух, но не долетела до неподвижно стоящих фаланг. Ещё чуть-чуть. В передней фаланге разом поднялись луки и арбалеты. Град стрел и арбалетных болтов обрушились на атакующих. Их ряды смешались, замедлили движение. Вновь прозвучали команды, и опять залп из стрел и болтов.
  Нельзя сказать, что кочевникам был нанесён существенный урон. Одетые в кожаные нагрудники и кожаные шлемы, они не боялись стрел. Арбалетные болты пробивали такие нагрудники лишь с близкого расстояния. Издалека они, в основном, выбивали всадника из седла. Другое дело ничем не защищённые лошади. Те страдали больше.
  Дэниар взмахнул рукой. Вновь пропели трубы. Фаланга конных мечников вылетела, разделившись и охватывая противника с флангов. Лучники и арбалетчики, закинув своё оружие за спину, запрыгивали на осёдланных коней и, на скаку выхватывая мечи, устремились на поле, где кипело сражение.
  
  Дэниар, пожалуй, единственный из владетелей, не придерживался строгого разграничения между теми воинами, которые сражались на мечах и теми, что стреляли из луков и арбалетов. Его мечники неплохо управлялись со стрелковым оружием, а лучники и арбалетчики, при необходимости, рубились на мечах.
  
  Эристанцам приходилось тяжело. Противник почти втрое превышал их число. Дэниар, рубившийся в гуще сражения, понимал, что если Бранден с фалангами не подойдёт в ближайшее время, никого из защитников заставы в живых не будет. За несколько часов битвы перевеса в чью-либо сторону так и не наметилось. Кочевников было много. Волна за волной накатывали они на эристанские фаланги. На место убитого тут же вставали другие. Эристанцы имели более длинные мечи, что давало им преимущество по сравнению с короткими мечами противника. Кроме того, лошади воинов, значительно выше и крупнее мохнатых лошадок кочевников, являлись самостоятельным оружием. Они кусались и крушили врага подкованными копытами.
  
  Тем не менее, перелом, считал Дэниар, вот-вот произойдёт и будет он не в их пользу.
  
  Внезапно ворота погранзаставы заскрипели и открылись. Владетель выругался. Теперь раненых ничто не спасёт, они будут вырезаны. Но тут из ворот вылетели всадники. Высоко поднятые мечи сверкали на солнце. У многих на головах, из-под шлемов, белели повязки. Это те из легкораненых, кто мог держаться в седле и держать в руках меч, решили умереть в бою, не дожидаясь смерти от кинжала врага. Вёл их сержант заставы Меранен, чья голова представляла сплошной забинтованный шар с дырками для глаз и рта.
  Этой сотни человек оказалось достаточно, чтобы противник дрогнул. Кочевники внезапно развернули лошадей и, нахлёстывая их плетьми, поскакали в степь. Преследовать врага не стали.
  
  Обессиленные, воины сползли с коней, едва переставляя ноги двинулись к погасшим кострищам.
  
  Дениар спешился, ведя коня в поводу, подошёл к раненым, устало покачал головой:
  
  - не могу сказать, что одобряю ваш поступок, но вы спасли нас и заставу. Я не забуду ваш героизм, друзья. - Он перевёл взгляд на сержанта: - а ты, Меранен, будешь наказан за самоуправство.
  
  Меранен согласно кивнул головой, нимало не испугавшись. Раненые потянулись к кострам. Для себя они решили, что помещения заставы пригодятся для тяжелораненых в сегодняшней битве.
  
  Пока собрали и разместили раненых, разожгли костры, вычистили и накормили лошадей, приготовили пищу для людей, стало смеркаться. Дозоры, отправленные Дэниаром в степь, вслед за отступившими кочевниками, пока не появлялись. Видимо, враг копил силы для решающего удара. Дэниар тоскливо думал, что Бранден опаздывает и, кажется, пришла пора подумать о том, как подороже продать свою жизнь. Он послал Шейрона за капитанами фаланг. Дарньен подошёл быстро, Кариард замешкался. Когда он появился, Владетель увидел, что тот ранен: правая рука повисла плетью, разорванный рукав толстой кожаной куртки окровавлен. В разрыв виднелась повязка. Сам Дэниар тоже получил скользящий удар мечом в левый, незащищённый кожаным нагрудником, бок. Рана была неглубокой, но беспокоила. Лекарь наложил мазь и повязку, а на неудобства Владетель внимания не обращал. Не до того сейчас. Только вскользь пожалел, что утром не надел кольчугу.
  Капитаны повалились рядом с ним на расстеленный у костра войлок, молча смотрели на огонь, ждали, что скажет Дэниар. Порученец Дарньена раздал им ложки и миски с кашей, разлил в походные кубки асхи. Так же молча выпили и стали есть. Дэниар нехотя выловил из каши кусок мяса, прожевал, отложил ложку.
  
  - Кариард, если завтра меня убьют, ты примешь командование на себя. - Кариард кивнул: - понял, милорд.
  
  - Если убьют Кариарда, ты, Дарньен, становишься на его место. - Да, милорд. - Уточнил: - а если и меня убьют?
  
  Дэниар усмехнулся: - тогда командовать будет сержант Меранен, благо, опыт у него есть, вон он как раненых организовал. Если б не их внезапная вылазка, мы бы не устояли.
  
  Кариард засмеялся:
  - да уж, вылетели калеки пополам с инвалидами! Чем только и напугали кочевников, не иначе - своими воплями!
  
  - Эффект неожиданности, - заметил Дарньен.
  
  Доев кашу, они ещё немного поговорили о завтрашнем дне. Решили, что в связи с малочисленностью лучники и арбалетчики укроются за стенами заставы, оттуда и будут стрелять по нападающим. Оставшиеся в живых мечники встанут за задней стеной заставы, которая спрячет их от глаз кочевников, а затем ударят по спешившимся врагам. А спешиться им необходимо, потому что надо будет лезть на стены. Все понимали, что план опасный. Несмотря на большие потери, враг, всё же, имел значительный перевес в живой силе. Но выхода не было. В открытой степи эристанцам не выстоять.
  
  Капитаны отправились к своим фалангам, вернее, к их остаткам, а Дэниар завернулся в плащ и решил немного поспать.
  И опять, несмотря на крайнюю усталость, сон не шёл. Вдруг он подумал, что, если погибнет, у него есть кому наследовать Владетельство. Ведь он всё ещё женат, и Лориэнна станет наследницей. Эта мысль показалась ему забавной, и он обдумал её. Да, его большеглазая ледзини будет хорошей Владетельницей. А потом она выйдет замуж, и будет этого мужа любить, и родит ему детей и будет счастлива с ним. Он криво усмехнулся: вот так додумался! Итак настроение хуже некуда. Нет такого человека, который с лёгкостью бы думал о близкой смерти, а тут ещё мысли о Лориэнне. Сон окончательно ушёл. Дениар встал, накинув плащ пошёл от костра к костру. Сидящие там в карауле воины тихо переговаривались, точили мечи, пили горячую шинайю Владетель обошёл лагерь, вернулся к своему месту и снова лёг. Казалось, только закрыл глаза, и вдруг прямо над ухом заревели трубы. Он вскочил. Далеко в степи, от высокого холма к лагерю скакали трое дозорных, над средним, на фоне ещё тёмного неба, развевалось белое полотнище. Лагерь ожил. Воины седлали коней, надевали доспехи. Лучники и арбалетчики, согласно диспозиции, занимали места за стеной, во дворе заставы.
  С болью в сердце Дэниар скользил взглядом по торопливо проходящим мимо него людям. Ранения имели все, без исключения, но, казалось, его воины и думать забыли о них. Хмурые лица были сосредоточенны и целеустремлённы, никто не разговаривал, торопясь занять своё место в строю. Дэниар вздохнул, посмотрел на розовеющее небо на востоке. Кочевники пока не появились. Дозорные были уже близко. Он перевёл взгляд на юг, затем на запад. И замер. Далеко у горизонта, на белоснежной равнине, шевелилась и изгибалась длинная чёрная змея. Подошёл Дарньен, проследил за взглядом Владетеля и заорал:
  
  - Милорд! Это же Бранден!
  
  Его услыхали, люди повернулись на запад, послышались возбуждённые и радостные возгласы. Дэниар перевёл взгляд на восток и увидел, как далеко, в степи, переваливается через холм первая волна всадников на мохнатых лошадках. Он махнул рукой трубачам. Они повторили сигнал тревоги, призывая воинов на свои места. Заскрипели, закрываясь, ворота заставы. Дэниар вместе с мечниками устремился за заднюю стену. Он поглядывал, попеременно, то на восток, то на запад. По всему выходило, что фаланги Брандена и кочевники прибудут одновременно. Враги тоже увидели, что неприятель получил подкрепление, но остановиться уже не могли. Первые их ряды подскакали к стенам заставы и были встречены залпом из арбалетов и луков. Ряды смешались. Кто-то пытался повернуть назад, кто-то, спешившись, карабкался на стены. Очевидно, что вожди кочевого народа не ожидали, что эристанцам прибудет подмога, и рассчитывали сегодня завершить разгром.
  
  Как ураган пронеслись фаланги Брандена через лагерь защитников заставы у рощи и сходу врубились в колышущееся море, захлёстывающее стены. Из-за заставы вылетели всадники Дэниара и ударили врага во фланг. Лязг и скрежет металла, крики врагов и хрипы раненых и умирающих, ржание коней и боевой клич "Эриста-а-а-ан!" слились в единую безумную какофонию битвы.
  
  В горячке боя Дэниар почувствовал, как что-то обожгло его многострадальный левый бок. Он опять с сожалением подумал, что снова пренебрёг кольчугой. В следующую секунду он с удивлением понял, что валится с коня и потерял сознание.
  
  Бранден, сражавшийся недалеко от Дэниара, видел, как того ударили мечом, как тот покачнулся и сполз с седла под ноги коню, но ничем не мог помочь другу. Его самого атаковали трое кочевников, и он прикладывал все силы, чтобы избежать поражения.
  
  Наконец, ему удалось достать длинным мечом одного врага, другого убил его вовремя подскочивший порученец.
  Двое оставшихся в живых кочевника отвернули коней в сторону. Бранден не преследовал их, он пробивался к Владетелю.
  
   Дэниар лежал на земле и снег под ним покраснел от крови. Его конь встал над хозяином и, ощерив зубы, захрапел, когда несколько воинов попытались забрать Владетеля. Бранден спрыгнул со своего жеребца и подошёл к коню. Тот знал его, поэтому безропотно позволил взять себя под уздцы и отвести в сторону. Порученец принял поводья, а Бранден с воинами осторожно поднял Дэниара и положил его на свой плащ. Приказав срочно доставить Владетеля к лекарям, Главнокомандующий вернулся к своим делам.
  
  В сражении наметился перелом. Несмотря на отчаянное сопротивление, врага уже оттеснили от стен заставы. Помня о том, что Владетель планировал нанести кочевникам сокрушающий удар, Бранден решил преследовать отступающего противника.
  
  Глава 12. Энна.
  
  Встреча с леди Зелинной растревожила Энну, спокойствия как не бывало. Она знала, что многие владетели были на их с Дэниаром свадьбе. Очевидно, Владетель Теремиса приезжал с сестрой. Девушка металась по комнате, ломая руки и не зная, что предпринять.
  В дверь осторожно постучали, и вошёл травник:
  
  - Эни, милая, да что же ты так расстроилась-то! Леди Зелинна вовсе не хотела тебя обидеть. Просто она волнуется за меня. - Коринор смутился, отвёл глаза. - Считает меня совершенно беззащитным, представляешь? Ей трижды приходилось спасать меня от мошенников, поэтому ей и хотелось узнать о тебе побольше. - Он заулыбался, поднял на Энну глаза: - она просила меня извиниться перед тобой, ты ей очень понравилась.
  
  Энна недоверчиво на него посмотрела:
  
  - извиниться?
  
  - Да - да! Она сожалеет, что нечаянно обидела тебя и просила передать тебе свою благодарность за угощение. Ей очень понравилось твоё печенье.
  
  На душе у Энны полегчало. Возможно, такая придирчивость миледи действительно объясняется тревогой за травника?
  
  - Да, Энна, представляешь, ей кажется, что она тебя где-то видела! - со смехом добавил Коринор.
  
  Душа у неё ушла в пятки.
  
  - Но, рьенн Коринор, где она могла видеть меня? Я никогда раньше не была в Теремисе. Возможно, она меня с кем-то путает?
  
  - Конечно, путает, золотко! Я так ей и сказал! Я объяснил ей, что среди людей не так уж и мало двойников и даже тройников! Мы даже не представляем себе, что где-то ходит человек, похожий на нас, как две капли воды.
  
  И Коринор пустился в пространные и многословные рассуждения о повторяемости событий, происходящих с человеком, только на более высоком витке развития, о поразительных случаях встреч двойников с разных концов света.
  Слушая травника, Энна успокоилась. Может быть, Коринору и правда удалось убедить леди Зелинну, что она ошиблась. Не сбегать же, на самом деле, от травника! Да и бежать некуда. Теперь Энна была уже не та глупенькая девчонка, которая считала, что вполне способна сама найти себе хорошую работу, самостоятельно заработать
  большие деньги и счастливо жить в одиночестве, без друзей и родных. Она решила, что ей следует быть очень осторожной и следить за тем, что говорит, при общении с леди Зелинной.
  
  Проходили дни и недели. Время от времени миледи навещала их. Она не спрашивала более Энну о её прошлой жизни. Они много разговаривали о книгах, о растениях. Леди Зелинна рассказывала о море, которое омывало Теремис на севере. Ещё миледи учила Энну, как правильно солить овощи и варить варенье. Девушка добросовестно записывала все рецепты. Ей и на самом деле хотелось больше знать о премудростях ведения домашнего хозяйства. Она надеялась, что это хозяйство у неё когда-нибудь будет.
  
  Однажды миледи приехала встревоженной. Энна, которая уже довольно хорошо изучила спокойную и уравновешенную натуру леди Зелинны, спросила:
  
  - вы чем-то встревожены, миледи? У вас что-то случилось?
  
  Та нехотя улыбнулась, ответила:
  
  - какая же ты чуткая, Энна! Я не хотела тебе говорить... На твою родину напали кочевники. Говорят, в таком количестве они никогда не собирались. Эристану предстоят тяжёлые дни.
  
  - Эристану? - Энна хотела сказать, что её родина не Эристан, а Келаврия, но вовремя опомнилась. Очень хорошо, что миледи считает Эристан её родиной. - А откуда вы узнали?
  
  - Из Эристана приехал обоз. Купцы привезли нам несколько бочонков грединийского вина и рассказали, что Владетель Дэниар собрал огромную армию и выдвигает её к своим границам.
  
  - Энне хотелось поподробнее расспросить о Владетеле, но она сдержалась, аккуратно перевела разговор на другую тему. Вскоре миледи засобиралась домой.
  
  - Врегор, Энна, не желаете ли как-нибудь навестить нас с лордом Эйженом?
  
  Энне очень хотелось посмотреть, как живёт Владетель Теремиса. Она вопросительно глянула на травника. Тот улыбнулся:
  
  - я благодарен вам за приглашение, от себя и от Энны, миледи. Мы с удовольствием наведаемся к вам, когда вам и Владетелю Эйжену будет угодно!
  
  Леди Зелинна рассмеялась:
  - ну что за церемонии, Врегор! Да хоть сейчас поехали!
  
  Энна испугалась:
  
  - нет - нет, миледи, извините, только не сейчас! У меня нет даже приличного платья, в котором не стыдно предстать перед Владетелем!
  
  Леди Зелинна фыркнула:
  
  - Эни, да он не заметит, что на тебе надето, хоть в мешок завернись! Мой брат сам неприхотлив в одежде и не обращает внимания на то, что надето на других! Поверь, он очень скромный и невзыскательный человек!
  
  Энне странно было слышать о скромности Владетеля Теремиса. Те двое, которых она знала, владетели Келаврии и Эристана, скромностью отнюдь не грешили, да и одежде уделяли немало внимания. Но, всё-таки, ей хотелось предстать перед братом леди Зелинны прилично одетой. Договорились, что в конце недели леди Зелинна пришлёт за ними карету, хотя Врегор и Энна протестовали, утверждая, что вполне могут прогуляться до замка пешком.
  На следующий день Энна, тепло одевшись, отправилась в лавку модной одежды. За время работы у Коринора она скопила немного денег, так как совсем не тратила своё жалованье. Деньги, полученные от Врегора, она берегла на случай непредвиденной ситуации. Лавок модной одежды было много. Все они располагались в центре города и завлекали покупательниц яркими разноцветными платьями, выставленными в витринах. Энна нерешительно толкнула дверь одной из них. Навстречу ей уже спешила хозяйка, высокая молодая женщина в идеально сшитом ярко-жёлтом платье, отделанном узкими кружевами.
  
  - Добрый день, рьенна! Не хотите ли присмотреть что-либо в моей лавке?
  
  - Добрый день. Будьте добры, рьенна, покажите мне какое-нибудь платье, не слишком дорогое, но из хорошей ткани и модного фасона, - сказала Энна и тихонько добавила: - если можно, конечно...
  
  Хозяйка засмеялась:
  
  - да сколько угодно, рьенна! Пройдите, пожалуйста, в примерочную, а я принесу вам платья.
  
  Спустя час Энна, довольная, вышла из лавки. В руках она несла небольшой свёрток. Хозяйка модной лавки посоветовала ей купить изумрудного цвета платье из шелковистого блестящего бархата. Умеренно открытое декольте, узкий рукав три четверти, юбка мягкими складками окутывает неширокие бёдра и спадает вниз. Кружева из блестящей серебристой нити аттахи украшают вырез горловины, низ рукавов и подол платья. Оно изумительно смотрелось на тоненькой стройной фигурке Энны. Стоило это чудо портновского искусства дороговато, но хозяйка немножко уступила в цене, видя огорчение девушки от невозможности купить такую красоту. Итак, Энна весело бежала домой, радуясь своей покупке.
  
  В день нанесения визита девушка встала рано. Карета за ней и Коринором должна была прибыть к обеду, так что время ещё было. Они позавтракали на кухне вчерашними котлетами с овощным гарниром, а затем травник ушёл в лавку, не желая терять покупателей из-за поездки к Владетелю, а Энна вымыла посуду, аккуратно расставила её на полке и придирчиво осмотрела кухню. Удовлетворённо кивнула головой и отправилась в свою комнату. С Коринором они договорились, что с утра она займётся своим внешним видом. Даже себе Энна не хотела признаться, что монотонная однообразная жизнь стала её угнетать. Правда, наступила весна и, хотя было ещё холодно и кругом лежал снег, солнце светило по-весеннему ярко, а птицы суетились в поисках материала для строительства гнёзд. У травника за домом был небольшой огород. Они уже спланировали, где и какую лекарственную травку будут сажать. А ещё Коринор обещал свозить Энну в лес, где они также смогут набрать необходимые им для снадобий растения.
  Это было важно и интересно, но где-то в душе девушке хотелось другого. Теперь она всё чаще вспоминала, с каким трепетом ждала приезда в Келаврию эристанцев, как впервые увидела двух статных воинов в запылённой одежде на тропинке сада. Улыбалась, вспоминая, как плыл Владетель Эристана за цветами, росшими на середине пруда, и как ручьём лилась с него вода и хлюпала в сапогах.
  
  Энна вздохнула и вернулась к своему платью. По крайней мере, сегодня её ждёт какое-то разнообразие: знакомство с лордом Эйженом и обед в замке. Знакомства с Владетелем Теремиса Энна не боялась. По слухам, он был человеком не злым, доброжелательным и справедливым. Хорошо отзывался о Владетеле не только добрый и наивный травник, но и все, с кем приходилось ей общаться. Многие его жалели и с сочувствием говорили о том, как не повезло ему в молодости с женой. Слушая это, Энна представляла, что люди также жалеют Дэниара и осуждают её.
  Она принесла из кухни несколько ведер воды и наполнила медную лохань. Ей хотелось, чтобы от неё хорошо пахло, так что душистое мыло, подаренное ей ещё жрицами Зареньи в Келаврии и которое она очень берегла, было как нельзя кстати.
  Вымывшись, Энна принялась сушить и расчёсывать волосы. Они уже немного отросли и доставали ей почти до лопаток. Спокойная жизнь, хорошее питание и отвары из целебных трав сделали своё дело. Её волосы снова стали густыми и пушистыми, блестели на солнце, а, будучи короткими, стали завиваться мелкими кудряшками, чему Энна несказанно удивлялась. Она просушила их полотенцем и приподняла пряди на висках, заколов простенькими заколками. Нарядившись в новое платье, Энна вертелась перед зеркалом. Она себе нравилась! Пусть у неё нет драгоценностей, которыми его можно украсить, а старые сапожки пережили не один ремонт, но глаза весело блестели, а улыбка демонстрировала ямочку на щёчке.
  В дверь постучали и, дождавшись разрешения, вошёл травник. Он замер на пороге, любуясь девушкой. Та, шутя, отвесила ему изящный реверанс, и Коринор вдруг подумал, что его Эни совсем не та, за кого себя выдаёт. Эти манеры, образованность, грамотная речь не могут принадлежать девочке - сиротке из простой семьи, как представил её Врегор. Сам травник тоже приоделся. Не новый, но опрятный тёмно - синий камзол, свежая бледно - жёлтая рубашка, тёмно - серые шерстяные брюки и почти новые сапоги.
  
  - Рьенн Коринор, вы выглядите очень импозантно! - смеясь, сказала Энна.
  
  - А ты, девочка, просто красавица! - Нисколько не покривил душой тот.
  
  Улыбнувшись друг другу, они рядышком спустились на первый этаж. Пока Энна надевала свой старенький плащ, искала капор и муфту, во входную дверь постучали, и вошёл стражник, дюжий краснолицый мужчина:
  
  - рьенн, рьенна, по приказу миледи карета ждёт вас!
  
  Коринор повесил на дверь лавки замок и они уселись в карету. Она не была столь роскошной, как кареты Владетеля Эристана, но чистой и удобной. Сиденья мягкие и обтянуты немаркой тёмно-сиреневой тканью, занавески на окнах из обычного тонкого полотна, но чистые и отглаженные. Энна с удовольствием откинулась на спинку сиденья, радостно улыбнулась Коринору. Тот ответил кислой улыбкой. Травник не любил покидать свой уютный дом.
  Карета въехала во двор замка и подкатила к крыльцу. Широкие каменные ступени вели к высоким дверям из светлого дерева, окованным фигурными медными полосами. Сопровождавший их стражник соскочил с коня и распахнул перед ними дверь. Энна, а следом за ней Коринор вошли в холл первого этажа. К ним навстречу поспешил слуга, пожилой мужчина. Низко поклонился, сказал:
  
  - рьенн, рьенна, леди Зелинна ждёт вас в малой гостиной. Позвольте проводить?
  
  Он повёл гостей по широкому коридору, уходящему вправо от холла. Энна с любопытством оглядывалась. Она подумала, что это третий Владетельский замок, который ей довелось увидеть. Широкий коридор вёл вглубь правого крыла. Высокие стрельчатые окна давали много света. У каждого окна стояла объёмистая расписная посудина из белой глины с большим растением. Целые небольшие деревца с густой зелёной кроной. Некоторые из них были усыпаны крупными белыми цветами. Энна зачарованно остановилась, разглядывая их. Коринор тихонько потянул её за руку. По длинной ковровой дорожке вслед за слугой они дошли до дверей, створки которых были открыты. Слуга вошёл, поклонился вглубь комнаты:
  
  - миледи, ваши гости прибыли. - Он отошёл в сторону.
  
  Коринор шагнул первым. Энна вдруг оробела и спряталась за его спину, но затем тоже вошла, присела в реверансе перед леди Зелинной. Травник поклонился. Миледи встала с кресла, на котором сидела, улыбаясь и протягивая к ним руки, пошла навстречу:
  
  - Я рада видеть вас, Коринор, Энна! Проходите, прошу! Сейчас у вас заберут плащи, и мы что-нибудь выпьем. Или съедим! - Она подмигнула Энне. Девушка сразу почувствовала себя свободнее, заулыбалась. Подошёл слуга, помог им снять плащи и унёс с собой. Леди Зелинна позвонила и попросила вошедшую горничную принести кувшины с шинайей и фруктовым соком, а также печенье. Повернувшись к гостям, снявшим плащи, миледи восхищённо ахнула:
  
  - деточка, да ты у нас просто красавица!
  
  Энна радостно зарделась:
  
  - спасибо, леди Зелинна, это всё новое платье!
  
  - Эни, оно идёт тебе просто необыкновенно! У тебя, оказывается, такие зелёные глазки!
  
  - Миледи, перестаньте смущать девочку! - пришёл на помощь Коринор.
  
  Неловкость разрядилась с приходом горничной, та несла поднос с красивыми стеклянными кубками, чашками и кувшинами с горячим шинайей и фруктовым соком. В высокой вазе на тонкой ножке уложено горкой печенье. Миледи лукаво улыбнулась:
  
  - Энна, снимай пробу! Выпечено по твоему рецепту.
  
  Девушка осторожно взяла фигурное печенье, откусила:
  
  - миледи, оно гораздо вкуснее того, которым мы вас угощали!
  
  Та рассмеялась:
  
  - знаешь, наш Главный повар решил немного изменить рецепт и вместо растительного масла положил коровье. Тебе как, нравится?
  
  Не кривя душой, Энна с жаром сообщила, что печенье изумительное. Коринор согласно покивал головой, наливая себе уже вторую чашку шинайи.
  
  Энна потихоньку осматривала комнату. Чувствовалось, что убранству её, созданию уюта уделялось немало времени.
  На стенах панели из светлого дерева, выше панелей стены забраны светло-жёлтым шёлком с серебряным узором,
  Картины, красивые большие вазы и скульптуры, уютные кресла и диванчики, небольшой столик, шкаф с резными дверцами, инкрустированными серебряными вставками, лёгкие шёлковые шторы, большой тёмно-зелёный ковёр на полу.
  Внезапно дверь открылась, и в комнату вошёл коренастый широкоплечий мужчина. Коринор быстро вскочил, согнулся в низком поклоне. Энна поняла, что это Владетель Теремиса и тоже быстро встала, присела в глубоком реверансе.
  
  Леди Зелинна сказала:
  
  - Эйжен, познакомься: это рьенна Энна, помощница травника Коринора, которого ты знаешь. Эни, это мой брат, Владетель Теремиса лорд Эйжен аль Ирайдес.
  
  Не поднимая головы, Энна услышала глубокий низкий голос:
  
  - рьенна, я рад знакомству с вами. Прошу вас, присаживайтесь! Коринор, ну что же ты! Перестань, ради богов, кланяться! Я рад тебя видеть, старина!
  
  Энна робко подняла взгляд на Владетеля. Он смотрел на неё с улыбкой, отчего его довольно грубые черты лица смягчились. Все вновь расселись вокруг инкрустированного серебром столика с печеньем и напитками. Владетелю кубка не досталось и он, к удивлению девушки, шустро выскочил за дверь, заявив, что сам сбегает на кухню быстрее, чем слуга.
  Вскоре гости вполне освоились. Энна даже удивилась, как легко и просто она чувствует себя, разговаривая с Владетелем Теремиса. Она украдкой разглядывала его. Лорд Эйжен имел средний рост. Её лоб был, наверно, на уровне его носа, прямого и довольно большого. Вообще, все черты лица у него крупные, грубоватые. Кожа загорелая и обветренная. Карие глаза под густыми бровями смотрят внимательно и остро. Чёрные, коротко остриженные волосы на солнце отливают синевой, и лишь на висках серебрится едва заметная седина. Одет милорд без изысков: простецкая серая куртка из грубого шерстяного полотна и такие же, только чёрные, брюки. Куртка на широкой груди расстёгнута и под ней видна темно-синяя рубашка, полотняная, без рюшей и жабо.
  
  Владетель шутил, расспрашивал гостей о работе в лавке, о свойствах некоторых, известных ему травок, заразительно хохотал, лукаво поглядывая на Энну, когда травник рассказал ему о некоем лорде, пытавшемся очаровать девушку с помощью своих ярких, красочных нарядов, отделанных воланами, рюшами и кружевами.
  
  Вскоре в дверь заглянул слуга и доложил, что обед подан.
  
  Владетель галантно предложил Энне руку, на которую она с удовольствием оперлась, ощущая под пальцами каменные мускулы.
  Обед был прекрасен и прошёл весело. Лорд Эйжен оказался талантливым и остроумным рассказчиком. В молодости ему случалось бывать даже во владетельствах за Зелёным морем. Там они называются захайратами и управляются захайрами. В захайратах стоит вечное лето, растёт буйная диковинная растительность и водятся необыкновенные животные. Люди там обладают коричневым цветом кожи и говорят на странном певучем языке. Кстати, растения, которые цветут у леди Зелинны на первом этаже, привезены в виде семян именно оттуда.
  
  Энна слушала милорда, забыв про обед и неприлично приоткрыв рот. Он запнулся и, подмигнув ей, сказал:
  
  - рьенна Энна, я боюсь, что совсем заговорил вас! Вы ничего не едите, и мы с сестрой будем расстроены, если вы уедете от нас голодной!
  
  Энна покраснела и схватилась за вилку.
  
  Осторожно расспрашивая девушку об её жизни в городе Ирайдесе и работе в лавке Коринора, лорд Эйжен совершенно не касался её прошлой жизни и не задавал неудобных вопросов. Настороженная вначале, к концу обеда Энна совершенно осмелела, расслабилась и смеялась над шутками милорда. Он откровенно любовался милым девичьим лицом и радовался её веселью. Леди Зелинна внимательно наблюдала за братом, а Коринор с аппетитом поглощал все выставляемые слугами блюда.
  
  Наконец обед закончился, карета подана к крыльцу и Владетель с сестрой вышли проводить гостей. Лорд Эйжен взял с Коринора и Энны слово, что те регулярно, хотя бы раз в неделю, будут наведываться в замок, где им всегда рады. Милорд вышел на улицу как был, раздетым и Энна забеспокоилась, что лорд Эйжен простынет. Тот засмеялся, уверил девушку, что ему совершенно не холодно, но её забота ему очень приятна. Энна смутилась, особенно когда, подсадив её в карету, Владетель легко поцеловал её руку.
  
   Глава 13. Замок аль Ирайдес.
  
  Проводив гостей, брат с сестрой не спеша вернулись в малую гостиную. Милорд плюхнулся в кресло, выжидающе посмотрел на леди Зелинну, изящно присевшую на диван.
  
  - Ну, Зел, и что? Ты хотела знать моё мнение?
  
  - Эйжен, ты ведь тоже раньше видел эту девочку?
  
  Лорд Эйжен покачал головой:
  
  - знаешь, я в сомнении. Она из Эристана. Последний раз мы там были на свадьбе Владетеля. Она очень похожа на невесту Дэниара, но вспомни ту бледную немочь, которая сидела за столом рядом с ним и сравни её с Энной! И если это его жена, что она делает так далеко от мужа? Неужели сбежала от него? Тогда остаётся только её пожалеть. Беглую жену Дэниар обязательно найдёт, как развяжется с кочевниками, и ей не поздоровится. Он вполне может казнить её.
  
  - Эйжен, Владетель Эристана, кажется, очень нехороший и жестокий человек. Не знаю, почему родители отдали за него свою молоденькую дочь, но вспомни ту ужасную ночь после их свадьбы, как страшно она кричала! Я несколько дней не могла успокоиться! Не удивительно, если она сбежала от такого монстра! И, Эйжен, я думаю, мы должны ей помочь.
  
  Брат ласково улыбнулся:
  
  - хорошая ты у меня, Зел. Я не против помочь девочке, но что мы можем сделать? Если аль Беррон её найдёт, он имеет полное право увезти её, а в Эристане она будет в полной его власти.
  
  - Может быть, спрятать её у нас в замке? Я думаю, Энна его ненавидит и охотно согласится принять наше покровительство.
  
  - Слушай, Зел, а ведь жену Дэниара звали как-то по - другому?
  
  Леди Зелинна задумалась:
  
  - постой, да, её звали... Лориэнна! Да, я слышала, как он назвал её "Лори".
  
  Лорд Эйжен усмехнулся:
  
  - Ну что ж, Лориэнна, Энна... Да, похоже, это беглая жена Владетеля Эристана! Отчаянная девочка... И очень решительная и смелая.
  
  Леди Зелинна вздохнула:
  
  - будешь смелой и отчаянной при таком-то муже. Вспомни, как все удивлялись, глядя на неё. Заплаканная, в лице ни кровинки, худющая, одни косточки. Как только аль Беррон не постеснялся настаивать на этом браке! Даже посторонним было видно, как он ей ненавистен.
  
  Владетель расхохотался:
  
  - а сегодня - то, посмотри, малышка светилась, как весеннее солнышко! Видать, уже отдохнула от муженька! Никаких костей, вся кругленькая, где нужно, а на щёчке, ты видела? У неё ямочка, когда она улыбается!
  
  - Сестра улыбнулась:
  
  - Эйжен, ты пошляк! Она тебе в дочери годится, а ты глаз с неё не спускал. И, да, Эйжен, ты сегодня улыбался и смеялся больше, чем за весь предыдущий год.
  
  - Зел, у меня хорошая идея. Пригласи её к себе компаньонкой. Приличия будут соблюдены, и она не будет торчать в лавке у Коринора приманкой для всяких проходимцев.
  
  Леди Зелинна подошла к брату, обняла его и чмокнула в щёку.
  
  - Эйжен, ты гений! Только мне, всё же, надо будет убедиться, что мы не ошиблись. Пусть поживёт лето у Коринора, а там посмотрим.
  
  - Хм, так пошляк или гений?
  
  - Гениальный пошляк!
  
   Глава 14. Энна.
  
  
  Через неделю Коринор и Энна, посоветовавшись, решили, что в замок пока не пойдут. Им показалось неудобным надоедать хозяевам так часто. Да и в лавке было много работы. Сырой весенний воздух благоприятствовал простуде, и лечебные травы и препараты травника были востребованы населением Ирайдеса. Спустя ещё две недели их навестила леди Зелинна. За чашкой шинайи она передала привет от брата и его сожаление, что они не навестили хозяев замка в прошедшие недели. Коринор оправдывался, ссылаясь на рост заболеваний среди сограждан.
  Некоторое время спустя Леди Зелинна внимательно посмотрела на Энну, как будто не решаясь что-то сказать. Девушка насторожилась:
  
  - миледи, вы что-то хотели спросить?
  
  Та криво усмехнулась, затем решилась:
  
  - Энна, помнишь, я рассказывала вам с Коринором, что на Эристан напали кочевники и Владетель собирает большую армию, чтобы дать им отпор?
  
  Сердце девушки сжалось в предчувствии недоброго. Она тревожно посмотрела леди Зелинне в глаза. Коринор поставил свою чашку и тоже смотрел на гостью с тревогой.
  
  - Ну да, миледи, я помню... Что - то случилось ещё?
  
  Леди Зелинна замялась:
  
  - понимаешь, Энна, говорят, там была очень тяжёлая битва... Много убитых и раненых... кочевников, правда, чуть ли с лица земли не стёрли, но...
  
  Энна смертельно побледнела, губы затряслись:
  
  - Дэниар... он убит? - Она даже не заметила, как назвала Владетеля Эристана по имени. Сейчас ей всё было неважно. Коринор с удивлением уставился на неё.
  
  - Нет...лорд Дэниар не убит, но тяжело ранен. Я не знаю, как он сейчас, но две недели назад, когда торговый обоз выезжал из Эристана, он был очень плох.
  
  Энна вскочила с диванчика, уронив чашку с шинайей и даже не заметив этого. Обезумевшими глазами она смотрела на леди Зелинну, не в силах вымолвить слово побелевшими губами. Миледи подскочила к ней, обняв, усадила обратно. Кивком головы показала Коринору на кувшин с водой, стоящий на столике у окна. Недоумевающий, растерянный травник схватил кувшин и, не наливая в чашку, поднёс Энне. Стуча зубами о край кувшина, та глотнула воды и вдруг залилась слезами:
  
  - миледи, рьенн Коринор, мне надо срочно к нему! Мне надо в Эристан!!
  
  Коринор, наконец, обрёл дар речи:
  
  - миледи, Энна, да что случилось - то? Ранен Владетель Эристана, а ты почему так убиваешься?
  
  Миледи, сидящая на диване рядом с Энной и крепко обнявшая её, подняла голову и ответила:
  
  - Коринор, это леди Лориэнна аль Беррон, жена Владетеля Эристана.
  
  Травник ошарашенно замер на месте с открытым ртом. Энна тихо плакала, уткнувшись леди Зелинне в плечо.
  
  Помолчав, та сказала:
  
  - я попрошу брата отправить в Эристан гонца, но для этого мне придётся всё ему рассказать. Ты согласна?
  
  Энна утвердительно кивнула головой.
  
   Глава 15. Дэниар.
  
  Врегор осторожно приподнял голову Дэниара и попробовал влить отвар через плотно сжатые зубы. Не получилось. Целебный отвар вылился мимо, на подставленную Анрием салфетку. Владетель находился без сознания уже десятый день.
  
  Когда Бранден, наголову разгромив кочевников, двинулся в обратный путь, его обоз с ранеными растянулся на несколько льюней. Добравшись через двое суток до ближайшего городка, Главнокомандующий решил оставить там раненых, чьим жизням ничего не угрожало. Эти воины были в сознании, их раны хорошо заживали. Они нуждались лишь в покое, тепле и хорошем питании. Их разместили в домах граждан, где хозяева своих защитников только что на руках не носили. Благодаря тому, что до полуфаланги людей остались в городке, продвижение обоза существенно ускорилось. Бранден смертельно боялся не довезти тяжело раненного Владетеля. Тот не приходил в сознание, бредил, звал Лориэнну. Рана воспалилась, и никакие усилия лекаря Анрия не помогали. Бранден с ужасом думал, что, если Врегор не вернулся из какой - то своей дальней поездки, то Дэниару уже никто не поможет и он умрёт. Всадники и обоз останавливались лишь для того, чтобы покормить лошадей да перепрячь в повозки с ранеными свежих, благо лошадей в городке вместе с ранеными не оставили. Сами ели на ходу, всухомятку, не тратя время на приготовление горячей пищи. Таким образом, до Беррона доехали за три дня вместо пяти. На счастье, лекарь Врегор уже был дома. Бранден приказал Анрию отправляться за Врегором и слёзно просить у того прощения, а также умолять приехать в замок. Анрий упирался, не желая унижаться перед обиженным им лекарем, но Бранден был неумолим да ещё пригрозил плетьми, если тот немедленно не поедет и не уговорит Врегора.
  Всех раненых разместили в замке, чтобы лекарям было удобно их лечить. Дэниара осторожно подняли в его покои под причитания рьенны Ремиллы.
  Анрий старика - лекаря привёз, тот был озабочен и хмурил брови. Поднялся к Дэниару и вскоре слуги бегали бегом, выполняя приказы Врегора. Владетеля раздели догола, просто разрезав на нём всю одежду. После этого тщательно обтёрли его мягкими тряпками, смоченными в тёплой асхе. Осушив тело осторожными прикосновениями тёплых простыней, Владетеля укрыли, оставив на виду лишь страшную рану. Врегор выгнал всех из спальни, приказав остаться Анрию. Старый лекарь снял швы, наложенные Анрием, вскрыл рану и тщательно вычистил её и промыл соком травы крипицы. Сок Врегор заготавливал летом, долго его кипятил и заливал в бутылки, ошпаренные кипятком. Горлышки бутылок, закрытые пробками, он окунал в расплавленный воск. Рану он зашил нитками, которые, вместе с иголкой, хранил в пузырьке с крепкой асхи. Сверху, вокруг шва, не касаясь ниток, обмазал тонким слоем заживляющей мази и осторожно забинтовал.
  Сегодня шёл десятый день, но Владетель не приходил в сознание. Краснота вокруг раны спала, Дэниар уже не стонал и не метался. Врегору казалось, что тот находится где - то между сознанием и забытьём. Он глотал целебные отвары и сок крипицы, когда их вливали по капельке ему в рот. Его поили, также, насыщенными мясными бульонами и соками различных овощей, которые были заготовлены на зиму. Владетель очень исхудал. Врегор с жалостью смотрел на его осунувшееся, бледное лицо и запавшие глаза. Он приказал установить у постели раненого круглосуточное дежурство и сам, порой, часами просиживал там. В его внимании нуждались, также, и другие тяжелораненые, размещённые в замке Владетеля. Приказания Врегора исполнялись незамедлительно и скрупулёзно.
  
  -Каждый, кто посмеет ослушаться лекаря или недостаточно быстро исполнит его приказание, будет наказан плетьми, независимо от пола и возраста. - Пригрозил Бранден.
  
  Раненые потихоньку поправлялись, лишь Владетель застыл в каком - то безвременье.
  
  Врегор и Бранден сидели у постели Дэниара и тихо переговаривались.
  
  - Как ты думаешь, рьенн Врегор, почему его состояние не меняется? Может быть, рана не заживает где - то глубоко внутри?
  
  Врегор покачал головой:
  
  - нет, рана заживает, как положено. Мне кажется, дело в жизненных силах. Он устал бороться с обстоятельствами. Я хочу попробовать вернуть ему интерес к жизни. Не знаю, поможет ли. - С этими словами лекарь наклонился к раненому и медленно сказал:
  
  - Дэниар, открой глаза, я расскажу тебе, как живёт Лориэнна.
  
  Бранден скептически фыркнул, напряжённо вглядываясь в лицо друга. У того задрожали веки, затуманенные глаза приоткрылись. Шевельнулись сухие, спёкшиеся губы:
  
  - Врегор, прошу, расскажи...
  
  - Она живёт у моего друга - травника. Он хороший человек и не обидит её.
  
  Опять тихий, чуть слышный шёпот:
  
  - сколько ему лет?
  
  Врегор и Бранден облегчённо захохотали. Врегор ответил:
  
  - можешь начинать ревновать. Он холостой мужчина и ему восемьдесят три года.
  
  С этого дня Владетель Эристана стал потихоньку поправляться. Худоба и слабость ещё не прошли, Дэниар не мог подолгу сидеть, но пытался вставать и ходить. Безделье мучило. Его деятельная натура с трудом переносила немощь тела. Бессонница терзала его, насылая тяжёлые и мрачные мысли.
  Ежедневно Бранден и лекарь Врегор просиживали у него два, а то и три часа. Бранден подробно рассказал о последней битве с кочевниками, их сокрушительном поражении и довольно серьёзных потерях эристанцев. Все погибшие были похоронены за счёт Владетельской казны. О выплате компенсаций их семьям Дэниар распорядился сразу, как только смог разговаривать. Он, также, назначил наказание сержанту погранзаставы Меранену, как и обещал. Меранену было приказано принять под своё командование полуразрушенную заставу и заняться её восстановлением. Сержант грядущую колоссальную работу наказанием не воспринял, тем более, что он был повышен в звании и стал капитаном. Его соратники, которых он, раненных, повёл в бой, были награждены крупными суммами из казны Владетеля.
  Врегор ежедневно докладывал Дэниару о состоянии здоровья нескольких, ещё находящихся в замке под его присмотром, раненых воинов. Тот долго мялся, но однажды попросил:
  
  - Врегор, расскажи мне о Лориэнне. Где она? Не бедствует ли? Может, ей отправить денег побольше, чтобы она не нуждалась?
  
  Врегор помолчал, подумал, наконец, сказал:
  
  - дай мне слово, что ты не будешь её искать, домогаться тем или иным способом и вообще предоставишь ей самой решать её судьбу!
  
  - Клянусь! Ни словом, ни делом я не буду пытаться вернуть её!
  
  Врегор подробно рассказал, как Лориэнна сбежала из особняка, как он увёз её к своему другу - травнику, который с удовольствием взял её своей помощницей. Всё же, не совсем доверяя Дэниару, он не назвал владетельство, где обосновалась девушка. Того интересовало всё: тепло ли она была одета в дорогу, что они ели, где ночевали, что видели и что говорила Лориэнна. В ответ на рассказ Врегора о том, как обоз заехал на ферму пауков - аттов, с сожалением сказал:
  
  - я так и не свозил её на паучью ферму. - Ласково усмехнулся: - она такая любопытная, ей всё интересно, всё хочет знать.
  
  Услышав о сумме, которую будет платить травник ей за работу, Дэниар поморщился:
  
  - при всей её скромности и невысоких запросах этих денег ей не хватит даже на пару туфель.
  
  Врегор пожал плечами:
  
  - мой друг совсем не богат и платит ей столько, сколько может. Она и этому была рада. Ведь Энна собиралась наняться к кому-нибудь в гувернантки, то есть в прислуги. Это было бы гораздо хуже.
  
  Дэниар был неприятно поражён, откинувшись на подушки, задумался. Потом сказал:
  
  - согласна была даже в гувернантки! - Повернувшись к Врегору, сказал: - помоги мне, пожалуйста, встать.
  
  Лекарь молча повиновался, подставив плечо, за которое тот ухватился и медленно встал. Хватаясь за спинки стульев и кресел, Дэниар подошёл к высокому узкому шкафу и открыл дверцу. Пошарив на полке, он вынул объёмистый и тяжёлый на вид кошель. Подошёл к Врегору и положил его тому на колени:
  
  - Возьми, Врегор. Ты ведь, наверняка, истратил на Лориэнну все свои сбережения, да и ей оставил, когда уезжал, я ведь тебя знаю... Может быть подвернётся оказия и ты сможешь отправить ей некоторую сумму.
  
   Увидев протестующе поднятую руку, добавил:
  
  - не строй из себя богатея! Тебе ещё внучку замуж выдавать. Впрочем, если найдётся хороший человек, я сам займусь её приданым. И да, Врегор, ты прости меня за прошлое.
  
  Подумав, лекарь деньги взял. На самом деле, от всех его накоплений после такой дальней поездки осталась лишь горсть серебра.
  
  Однажды зашёл Бранден, протянул Владетелю распечатанное письмо. Тот глянул на обёртку: письмо было адресовано Главнокомандующему армией Эристана лорду Брандену аль Орашу. Дэниар вопросительно взглянул на друга:
  
  - читай, читай, тебя касается! - Усмехнулся Бранден.
  
  Письмо было от Владетеля Теремиса лорда Эйжена аль Ирайдеса. Тот спрашивал Главнокомандующего о тяжести ранения Владетеля Дэниара и предлагал любую помощь, какую он может предоставить.
  
  - Ого, Бран, слухи о нашей битве докатились даже до Теремиса!
  
  - Мало того, письмо ведь гонец доставил, не обычной почтовой каретой пришло. Парень говорит, доскакал за семь дней. У него подорожная, по которой на почтовых дворах ему немедленно предоставляли сменных лошадей. Он и сейчас торопится. Пока его кормят, пока конюшие чистят и кормят его коня, ты сам напиши лорду Эйжену, что жив.
  
   Глава 16. Энна.
  
  Энна не находила себе места, у неё всё валилось из рук. Леди Зелинна стала частой гостьей в лавке травника. Махнув рукой на свою тайну, девушка всё рассказала миледи и травнику. Тот только всплёскивал руками, ахал и порой смаргивал слёзы. Он жалел свою девочку и изо всех душевных сил осуждал лорда Дэниара.
  Леди Зелинна не была столь категорична. Она думала, что если бы молодые люди доброжелательно выслушали друг друга, постарались понять и простить, возможно, их только что созданная семья не распалась бы. Жаль, конечно, что мать Энны держалась с дочерью так холодно и отчуждённо. Как девушка рассказала, родители ни разу не поинтересовались её жизнью в замужестве.
  
  Энна не могла дождаться возвращения Владетельского гонца. А ещё ей было ужасно стыдно показаться на глаза лорду Эйжену. Конечно, врунья, беглая жена! Какой позор! Лорд Эйжен ей очень понравился, и невыносимо было думать, что он презирает её и считает легкомысленной вертихвосткой.
  
  После откровенного разговора с леди Зелинной и травником с души Энны как будто камень упал. Ей тяжело давалась ложь и необходимость всё время быть настороже, чтобы не проболтаться о своей прошлой жизни. Её дорогой хозяин и миледи не изменили доброго к ней отношения, и если бы не постоянный, сжимающий сердце страх за жизнь Дэниара, тягостное ожидание известий о нём и ужас при мысли, что он может умереть, она была бы, пожалуй, даже счастлива.
  
  Две долгих, тягучих, наполненных мрачными мыслями недели, наконец, прошли. Уже затемно перед лавкой травника остановилась карета и, улыбаясь, вошла леди Зелинна. Коринор и Энна тревожно смотрели на неё, пока не сообразили, что она привезла хорошие вести. Миледи протянула Энне лист бумаги, на нём та увидела герб Владетеля Эристана. Нерешительно взяв письмо в руки, вопросительно посмотрела на гостью:
  
  - миледи, это... письмо от Дэниара? Но я не понимаю...
  
  - Читай, глупышка! - засмеялась леди Зелинна.
  
  Энна перевела глаза на письмо. Оно было адресовано Владетелю Теремиса лорду Эйжену аль Ирайдесу. Лорд Дэниар благодарил за проявленную о нём заботу и предложение помощи, довольно подробно сообщал о битве с кочевниками и приглашал лорда и леди Ирайдес посетить Эристан в любое удобное для них время.
  
  Энна была вне себя от радости. Забывшись, она бросилась на шею миледи и расцеловала её в обе щёки, чем насмешила леди Зелинну. Затем также расцеловала Коринора, от чего тот смутился и порозовел, а гостья окончательно развеселилась:
  
  - о-о-о, Коринор, гляди-ка, тебя ещё юные девушки целуют! Да ты у нас, оказывается, мужчина не промах!
  
  Все рассмеялись и дружно решили, что выздоровление Владетеля Эристана надо отпраздновать. Энна вихрем умчалась на кухню, откуда быстренько принесла большой поднос с кубками, бутылкой светлого виноградного вина и блюдом с бутербродами. Коринор посетовал, что такое вино надо бы закусывать фруктами, но, по причине ранней весны, своих фруктов уже не сохранилось, а привозные они с Энной не покупали, потому что дорого. Леди Зелинна сказала, что и бутерброды с сыром тоже хорошая закуска. В общем, все шутили и смеялись. Сначала выпили за здоровье лорда Дэниара, а потом Энна, покраснев, предложила тост за лорда Эйжена и леди Зелинну, которые проявили такую доброту и великодушие, что отправили гонца в Эристан. Вечер прошёл очень весело, а перед уходом миледи сказала:
  
  - Эни, у меня есть к тебе предложение. Что, если ты переедешь в замок и будешь моей компаньонкой?
  
  Энна растерялась, беспомощно переводя взгляд с миледи на Коринора:
  
  - э -э, леди Зелинна, вы приглашаете меня в качестве горничной?
  
  Та досадливо поморщилась:
  
  - Энна, ну что ты говоришь, какая горничная! У меня есть горничная. И у тебя будет, если согласишься! Я приглашаю тебя компаньонкой, подругой, если хочешь. Коринор, - она перевела взгляд на травника, - ты что думаешь на этот счёт? Хорошего помощника мы с братом тебе найдём...
  
  Коринор тоже растерянно моргал глазами, не зная, что сказать. Он очень привязался к девушке и втайне мечтал, что позднее сможет передать ей лавку, а когда она выйдет замуж, будет нянчить её детей. Теперь, когда травник узнал, что его помощница - высокородная леди, он понимал, что торговать в лавке ей не суждено, а что будет дальше, он не мог предположить. Леди Зелинна предлагала хороший выход, но что будет с ним?
  
  Признаться, Энну начинала страшить перспектива посвятить всю жизнь лавке травника, возможно, выйти замуж за пекаря или мясника. Это было бы ужасно! Но ведь и рьенна Коринора она не могла вот так оставить. Он помог ей, приютил и дал работу, многому научил и был ей очень дорог.
  
  - Леди Зелинна, простите меня, я не могу ничего вам сейчас сказать, - ответила Энна. - Мы с рьенном Коринором всё обсудим и решим, как нам быть дальше. Не обижайтесь на меня, пожалуйста! - Умоляюще добавила она.
  
  Леди Зелинна усмехнулась:
  
  - Эни, я всё понимаю и тоже не хочу, чтобы наш дорогой рьенн Коринор как-то пострадал. Я думаю нам нужно подумать, как быть дальше, а потом мы встретимся и всё обсудим.
  
  На том и порешили.
  
  На следующий день, после того, как Коринор и Энна обслужили всех покупателей и, на время закрыв лавку, решили пообедать, девушка подумала, что им необходимо поговорить о предложении леди Зелинны.
  
  - Рьенн Коринор, а вы что думаете о предложении миледи?
  
  Коринор виновато посмотрел на неё:
  
  - знаешь, Энна, я думаю, тебе надо соглашаться. Конечно, что это за жизнь для высокородной леди? Ты привыкла совсем к другому, я думаю.
  
  - А как же вы, рьенн Коринор? - Растерянно посмотрела она.
  
  - Ну что я, - травник успокаивающе ей улыбнулся. - Я привык к одиночеству. Буду жить, как прежде, а ты иногда станешь ко мне забегать...
  Энна, которой было до смерти жаль старика, задумалась.
  
  - Рьенн Коринор, а что если мы пригласим поработать у вас в лавке внучку лекаря Врегора, Верейду? Она очень хорошая и добрая девушка. Да и вас никогда не обманет!
  
  Совсем было приунывший, Коринор обрадовался предложению, но засомневался:
  
  - хорошо бы, конечно, но вдруг она не захочет уезжать от дедушки?
  
  - А мы напишем письмо ей и лекарю Врегору. Всё равно я поживу у вас до осени, помогу с огородом и заготовками, а там и ответ от Верейды придёт.
  
  Не откладывая дело в долгий ящик, Энна побежала к себе в комнату и села за составление письма. Она подробно описала дорогим друзьям свою жизнь, знакомство с Владетелем Теремиса и его сестрой, а также рассказала о предложении леди Ирайдес. В заключение предложила Верейде оставить работу служанки в замке Владетеля Эристана и приехать в Теремис, чтобы стать травницей под руководством рьенна Коринора.
  
  Коринор письмо одобрил и они, быстренько собравшись, отправились на почтовый двор, где и вручили его почтовому сопровождающему, строго-настрого наказав не потерять его.
  
  Вечером их снова навестила леди Зелинна, передала привет от брата, чем ужасно смутила Энну. Коринор рассказал ей о письме и приглашении Верейде. Миледи была очень рада, потому что глубоко уважала травника и не хотела его огорчать.
  
   Глава 17. Дэниар.
  
  Весна была в разгаре. Владетелю Эристана не хватало времени, чтобы погрустить о неудавшейся семейной жизни. Нет, он не вникал в тонкости управления громадным хозяйством Владетельства. В конце концов, он немало поработал ради того, чтобы во главе городов и больших и малых поселений стояли умные и деятельные люди. За собой Дэниар оставил решение наиболее важных для Владетельства вопросов. Тем не менее, он не ленился в горячее весеннее время наезжать в ближние и дальние сельхозпоселения, где сейчас закладывалась основа для будущего продовольственного благополучия Эристана.
  
  В один из вечеров, вернувшись из трёхнедельной поездки по Владетельству, Дэниар сидел в библиотеке, лениво потягивая из кубка грединийское и перелистывая накопившиеся за время его отсутствия бумаги. В дверь тихонько постучали, и вошёл слуга:
  
  - милорд, главный садовник просит вашего разрешения войти к вам...
  
  - Ну, зови.
  
  Вошёл садовник, поклонился:
  
  - милорд, я хотел отдать вам вот это!
  
  Он подошёл поближе к столу, протянул раскрытую ладонь. Дэниар удивлённо посмотрел: на заскорузлой от постоянной возни с землёй ладони лежало обручальное кольцо Лориэнны. Кольцо попытались отмыть от земли, но она въелась во все причудливые изгибы золотой проволоки, набилась под оправу драгоценных камней. Дэниар задумчиво взял кольцо, повертел его в пальцах:
  
  - где ты его нашёл?
  
  - Это не я, милорд. Харен копал клумбу под окнами - садовник замялся, - под окнами покоев миледи. Там и нашёл кольцо. Мы подумали, что миледи его потеряла, и решили отдать вам...
  
  - Спасибо, Жанир. Она, действительно, его потеряла. Я хотел бы как-то отблагодарить вас. Деньги?
  
  Главный садовник снова поклонился:
  
  - нет, милорд, не надо денег, но мы были бы вам очень благодарны, если бы вы взяли на работу в замок мою дочь и жену Харена. Если можно, милорд. - Он вопросительно посмотрел на Дэниара.
  
  - Я думаю, это возможно. - Дэниар позвонил и, когда вошёл слуга, приказал пригласить к нему рьенну Ремиллу.
  
  Оставшись один, он снова взял кольцо в руки. Нахлынули воспоминания: радостные и светлые о днях, проведённых в Келаврии, мечтах и надеждах, которым не суждено было сбыться. Он вновь любил, страдал и не знал, как донести до любимой своё раскаяние и душевные муки.
  
  Теперь Дэниар часто встречался с лекарем Врегором. Бранден редко появлялся в замке. Войска Эристана были сокращены. Из-за весенней распутицы тренировочные занятия воинов временно приостановлены. Кроме того, у супругов аль Ораш родилась долгожданная дочь, и Бранден стал неинтересен в общении. Все его разговоры неизменно возвращались к обсуждению крошечных пальчиков на ручках и ножках, цвету глаз и волосиков, наличии молока у леди Элинэ, потому что она никогда не брала кормилиц и кормила всех детей сама.
  
  С Врегором можно было говорить обо всём. Он многое повидал на своём веку, был наблюдателен и умён. А ещё старый лекарь обладал замечательным качеством - он никого не боялся и ни перед кем не заискивал. Они много говорили о Лориэнне, или, как предложил Врегор, о леди Энне аль Тириен. Ведь Дэниар сам назвал её так. Исподволь, потихоньку, Врегор приучал Дэниара к мысли, что тому нужно устраивать свою жизнь без неё.
  Несмотря на возобновившуюся дружбу, переезжать в замок лекарь категорически отказался, объяснив это тем, что на старости лет ему хочется тишины и покоя, которых нет в доме Владетеля.
  
  Обручальное кольцо Дэниар отмыл от земли, и теперь оно висело у него на шее, на тонкой серебряной цепочке. Своё он упрямо носил на пальце, в глубине души не веря, что Энна решится на развод.
  
  Дни катились один за другим. Наступило лето, расцвели голубые хризантемы, корешками привезённые из Келаврии. Владетель приказал беречь их, как зеницу ока. Он тосковал, не желая признаться в этом даже себе. Ему казалось, что жизнь утратила свои краски. Нет, его день был заполнен важными и необходимыми делами: тренировки с гвардейцами, рассмотрение и подписание множества документов, встречи с жерендалами городов и старейшинами ремесленных и торговых гильдий и прочее и прочее. Но вечером, когда Дэниар оставался один, тоска накрывала его чёрной волной. Врегор всё видел и понимал и однажды устроил молодому Владетелю жёсткий и безжалостный разнос, указав ему на слюнтяйство, нежелание взять себя в руки и понять, что то, что прошло - не вернёшь. Между тем на лорде аль Беррон лежит огромная ответственность за благополучие тысяч людей.
  
  В то день Дэниар, преодолев гордость и обиду, впервые решился задать Врегору вопрос:
  
  - послушай, рьенн Врегор, ну за что она так жестоко со мной обошлась? Ты хорошо её знаешь, она откровенна с тобой. Та, наша первая ночь, была несчастным случаем, я не раз говорил ей, что жалею о происшедшем. Почему она оттолкнула меня? Пошла на всё, лишь бы избавиться от меня? - В имени не было необходимости. Врегор знал, что "она" для Владетеля Эристана это только Энна и никто более.
  
  Лекарь покачал головой:
  
  - Дэниар, в твоём неудачном браке виноват лишь ты сам. Твоя юная жена была слишком неопытной и наивной. Я даже не говорю о тех безобразных поступках, что ты совершил. Ты должен был откровенно с ней поговорить. Не поддаваться на её попытки изводить тебя, не пытаться её задобрить, а объясниться с ней.
  
  - Врегор! Я же пытался! Но каждый раз, когда я хотел с ней поговорить, она доводила меня до белого каления, и я уходил, чтобы ещё больше не ухудшить наши отношения. Я не знаю, что ей ещё надо было! Я дарил ей драгоценности, наряды, я купил бы ей всё, что она пожелала!
  
  - Ты убедился, что к нарядам и драгоценностям она равнодушна. Ты не был внимателен к ней, иначе увидел бы это раньше. Если не ошибаюсь, Энна оставила всё, ничего не взяв с собой.
  
  Владетель, опустив голову, виновато кивнул.
  
  - А о том, что ты её любишь, ты ей говорил?
  
  Дэниар запнулся, смешался:
  
  - ну, я не знаю, какие ещё признания ей нужны... .Она сама должна была догадаться!
  
  - Да ты дурак, Дэниар, прости меня Заренья!! Безмозглый, самоуверенный, самонадеянный дурак!
  
  - ...И потом, она ведь смотрела на меня с такой ненавистью и презрением, что я дар речи терял! Какие уж тут признания в любви...
  
  Врегор устало махнул рукой:
  
  - жаль, что ты так рано остался без родителей. Был бы жив отец, он скоренько вправил бы тебе мозги. Мой тебе совет: женись, роди детей и забудь об Энне. Она не вернётся к тебе.
  
  Дэниар, упрямо нахмурив брови, уставился взглядом в пол.
  
  Глава 18. Энна.
  
  Энна готовилась начать новую жизнь. Настроение было прекрасным. По весне травник нанял дюжего парня, который тщательно вскопал и разровнял гряды в огороде за домом. Затем они были засеяны лекарственными травами. Когда те взошли, Энна убила две недели, ползая по огороду и выдёргивая сорняки. Хотя она и носила широкополую шляпу, её лицо и руки загорели, как у работницы в поле. Однажды их навестил сам Владетель, лорд Эйжен. Энна чуть не села от неожиданности между грядок, когда увидела, как по огороду к ней, шагая через эти грядки, идёт плотный, широкоплечий, черноволосый мужчина в тёмно-серых шерстяных брюках и белой полотняной рубашке, небрежно расстёгнутой у ворота. Она узнала лорда Эйжена и растерялась, смутилась, стесняясь своих грязных рук и сельского загара. Кроме того, ей до сих пор было стыдно за свой обман.
  Лорд Эйжен, улыбаясь, остановился напротив неё. Карие глаза искрились смехом и весельем:
  
  - леди Энна, я рад видеть вас в добром здравии! Не дождавшись, когда вы осчастливите нас с сестрой своим посещением, я решил, что вы, возможно, не выгоните меня, если я сам явлюсь к вам с визитом!
  
  Энна отметила, что он назвал её "леди", не "рьенна". Она видела, что он смеётся, но смех не был обидным. У Владетеля, как и у неё, замечательное настроение. Девушке сразу вспомнилось, как легко и свободно она чувствовала себя в гостях у милорда. Растопырив грязные руки и присев в шутливом реверансе, Энна, улыбаясь, церемонно ответила:
  
  - милорд, я рада вашему визиту, так же, как и рьенн Коринор, я думаю. Пожалуй, мы не выгоним вас, а угостим прохладным травяным отваром или шинайей, по вашему выбору. Прошу вас, милорд! - С этими словами, ещё раз улыбнувшись Владетелю, Энна направилась в дом.
  
  Шествуя за ней по центральной дорожке огорода, милорд расспрашивал её о травах, растущих на грядах, о сборах, которые будут из этих трав приготовлены.
  
  В доме их уже ждали. Владетель, оказывается, приехал не один, а с сестрой. Леди Зелинна хлопотала на кухне, Коринор накрывал на стол в гостевой комнате.
  Пока никто не обращал внимания на вошедших, Энна попыталась оправдаться:
  
  - милорд, мне очень стыдно, что я обманывала вас и леди Зелинну. Я боялась, что вы захотите вернуть меня в Эристан!
  
  Лорд Эйжен серьёзно, не перебивая, выслушал её:
  
  - леди Энна, вы взрослый человек и, надеюсь, отдаёте отчёт своим поступкам. Ни в коей мере мы с сестрой не намерены вмешиваться в ваши с аль Берроном отношения. Я хорошо отношусь к Дэниару, но думаю, у вас были веские основания покинуть его. Для нас с Зелинной вы леди Энна аль Тириен, - он ласково и успокаивающе ей улыбнулся.
  
  Энна вздохнула с облегчением, но затем спросила:
  
  - милорд, леди Зелинна пригласила меня стать её компаньонкой, но не будете ли вы против?
  
  Лорд Эйжен рассмеялся:
  
  - дорогая леди Энна, это была моя идея, за которую меня назвали гениальным!
  
  Обед в обществе Владетеля и его сестры прошёл восхитительно. Они привезли с собой большую корзину с уже приготовленными блюдами, оставалось лишь разложить всё по тарелкам. Коринор и Энна пытались протестовать, уверяя, что в состоянии накормить гостей обедом, но миледи в шутливом ужасе подняла руки:
  
  - друзья, вы не представляете, как ест мой брат! Он в состоянии опустошить все ваши кастрюли!
  
  Милорд надулся и сделал вид, что смертельно обижен:
  
  - Зел, ты представила меня страшным обжорой! Если Коринор меня всё же знает, то леди Энна испугается и больше никогда не пригласит меня к обеду!
  
  Энна шутку поддержала:
  
  - нет - нет, милорд, скоро в огороде вырастут наши травы, в том числе и многочисленные съедобные. Они очень полезны для здоровья, поэтому мы с удовольствием будем приглашать вас отведать летних салатов!
  
  Все рассмеялись. Застольный разговор продолжился в том же духе.
  
  Прошёл ещё один летний месяц, пошёл второй год замужества Энны. Нельзя сказать, чтобы она забыла Дэниара. Любовь к нему, обида на него были запрятаны глубоко в её душе. Она старалась не вспоминать его, потому что воспоминания причиняли боль. Они всколыхнулись с новой силой, когда приехала Верейда.
  
  Лекарь Врегор поддержал предложение Коринора и Энны. На самом деле ему вовсе не хотелось, чтобы любимая внучка прожила жизнь служанкой в замке. Конечно, со временем Верейда выйдет замуж и оставит работу, но всё же знание трав, новые знакомства послужат во благо. Кроме того, Врегор был в курсе, что Коринор, в силу преклонного возраста, хотел бы обучить, а затем передать лавку хорошему человеку. Вот так Верейда с попутным обозом, под присмотром давнего знакомого, приехала в Теремис.
  
  Однажды тёплым летним вечером в дверь лавки постучали. Коринор поспешил открыть и увидел перед собой необъятных размеров пожилого мужчину, истекающего потом. Из-за его спины выглядывала тоненькая молодая девушка с небольшой дорожной корзиной в руках. Коринор с недоумением посмотрел на посетителей:
  
  - доброго вам вечера, рьенн, рьенна! Что привело вас ко мне в столь поздний час?
  
  Девушка высунулась из-за спины спутника и неуверенно спросила:
  - простите, вы рьенн Коринор? Я - Верейда, внучка лекаря Врегора.
  
  Коринор всплеснул руками:
  
  - ну конечно! Проходите же, ради Зареньи! Мы с Энной давно вас поджидаем!
  
  На шум из внутренних комнат вышла Энна, увидела подругу и с радостью бросилась к ней. Спутник Верейды, видя, что девушка доставлена по назначению, заходить отказался, раскланялся и ушёл по своим делам.
  Забрав из рук Верейды корзину, Энна потащила внучку лекаря вглубь дома. Коринор, закрыв дверь на засов, отправился следом. Девушка смыла дорожную пыль, переоделась и вместе с Энной пришла на кухню. Там уже хлопотал Коринор, выставляя на стол тарелки с ужином. Пока Верейда ела, Энна в нетерпении вертелась на стуле. Коринор строго-настрого запретил ей приставать к подруге с вопросами, пока та не поужинала.
  Наконец с едой было покончено, и девушки перебрались в комнату Энны. Следом пришёл Коринор.
  
  - Верейда, не томи, рассказывай! - нетерпеливо попросила Энна. - Как поживает дедушка Врегор, как ты ехала и что видела по дороге? Нам всё очень интересно!
  
  Коринор утвердительно покивал головой, также желая услышать о своём дорогом друге.
  
  Больше всего Энне хотелось услышать в подробностях о жизни Владетеля Эристана, но спрашивать при Кориноре ей показалось неудобным: - ничего, - подумала она,- расспрошу Верейду попозже, когда рьенн Коринор уйдёт спать.
  Рассказ девушки надолго не затянулся, она устала с дороги и всё время украдкой зевала. Пожелав им спокойной ночи, Коринор ушёл к себе, а Энна принялась стелить Верейде постель. Та пыталась протестовать, чувствуя себя неловко оттого, что леди ухаживает за ней, но хозяйка отмела все возражения. Энна уступила подруге свою кровать, а себе постелила на вполне удобном и мягком диванчике.
  
  - Верейда, мы не знали, когда тебя ждать, да и не были уверены, что вы с дедушкой Врегором согласитесь на твой переезд, поэтому комнату тебе не приготовили. Завтра мы с тобой этим займёмся, а пока поспишь на моей кровати.
  Девушки улеглись и потушили лампу. Немного помолчав, Энна тихо попросила:
  
  - Верейда, расскажи, пожалуйста, мне о Дэниаре...
  
  К сожалению, девушка, бывшая всего лишь служанкой в замке, мало что могла рассказать о жизни Владетеля. Она и видела- то его нечасто. Более подробно Верейда знала о его ранении. Со слов дедушки, он был при смерти, и к жизни его вернуло лишь напоминание о жене.
  
  - А, да, леди Энна, дедушка велел передать вам эти деньги, - она соскочила с кровати и быстро прошлёпала босиком к своей корзине, - этот кошелёк милорд отдал ему для вас.
  
  Она вытащила со дна корзины увесистый кошель и протянула его Энне. Та не знала, что делать. Отказаться не было никакой возможности.
  
  - Верейда, положи его куда-нибудь. Мы разделим эти деньги с тобой пополам. И пожалуйста, не зови меня "леди" и на "вы".
  
  - Хорошо...миледи! - Девушки расхохотались.
  
  Хлопоты с устройством Верейды на новом месте целиком захватили Энну. К её большому удовольствию, подруга оказалась опытным поваром. И то сказать, ей с детства пришлось хозяйничать в доме лекаря Врегора. Травник тоже обрадовался, что его не отлучат от домашнего питания, к которому он привык. Верейда споро и энергично приняла на себя все заботы о домашнем хозяйстве, успевая по вечерам помогать Энне с поливом и прополкой в огороде. В довершение ко всем её замечательным способностям девушка оказалась не столь неопытной в лекарском деле, как приехавшая полгода назад Энна. Лекарь Врегор исподволь передавал внучке свои знания не только в распознавании болезней и способах их лечения, но и рассказывал ей о травах, их свойствах и применении.
  Вскоре Верейда уже помогала Энне в лавке. Девушки привлекали травника лишь в особо неясных случаях. Теперь Коринор мог посвящать больше времени своему любимому занятию - составлению сборов, разработке рецептов новых лекарственных мазей и зелий.
  
  Леди Зелинна по-прежнему часто наведывалась к травнику. Она долго беседовала с Верейдой, и осталась вполне довольна новой помощницей Коринора. Иногда вместе с ней наезжал и Владетель, лорд аль Ирайдес.
  
  В конце лета, когда Коринор счёл, что Верейда вполне освоилась и справится в лавке без него, Энна перебралась в замок.
  
  Долгое время она чувствовала себя скованно. Впервые в жизни девушка не могла определить, в качестве кого она находится в замке Владетеля Теремиса. Её представили слугам как леди Энну аль Тириен, у неё снова появилась горничная, Имра, молодая смешливая девушка. Её покои находились рядом с комнатами леди Зелинны на втором, хозяйском, этаже и нисколько не уступали им по убранству. В гостиной до середины стены панели из розового дерева, выше, до потолка, стены обиты шёлком с вытисненными на нём причудливыми цветами и птицами. Мебель вычурная, с гнутыми ножками, шкафы, шкафчики, столики и бюро из светлого блестящего дерева, с инкрустацией и узорчатыми дверцами. Окна стрельчатые, высокие, тонкие шёлковые шторы, а сверху тяжёлые, бархатные поддерживаются витыми шнурами. На полу большой ковёр.
  В спальне широкая кровать под балдахином на витых столбиках из розового дерева, панели, диванчики, большое зеркало на туалетном столике. За кроватью, в стене, две двери. Одна в гардеробную, другая - в умывальню.
  В первый же вечер Энна обратилась к леди Зелинне с вопросом:
  
  - миледи, не могли бы вы уточнить мои обязанности? Что я должна буду делать?
  
  Та рассмеялась, обняла девушку за плечи:
  
  - Эни, пожалуйста, не будь такой чопорной! Я надеюсь, ты будешь заниматься тем же, чем целыми днями занимаюсь я. А если какое-то из этих занятий тебе не по душе, ты выберешь в библиотеке у Эйжена интересную книжку и будешь её читать. Или пригласишь портных и закажешь себе новое платье, или мы можем поехать с братом на охоту, или устроить в замке бал и пригласить на него множество гостей! Как видишь, выбор у тебя большой.
  
  Постепенно Энна освоилась в замке, к ней вернулась её жизнерадостность и весёлость. Вместе с лордом Эйженом и леди Зелинной они подолгу гуляли по аллеям сада, разбитого за замком. В саду росло множество старых толстых деревьев и кустарников, но цветов было мало. Леди Зелинна объяснила это тем, что у неё совершенно не было времени заниматься садом. Теперь, если Энна согласится руководить садовниками, на следующую весну можно будет закупить рассаду разнообразных цветов.
  Женщины принялись активно обсуждать, что можно посадить с осени, а какие растения подождут до весны. Милорд активно участвовал в разговоре, подшучивая над ними.
  
  Лето заканчивалось, наступила пора заготовок. Энне нравились домашние хлопоты, нравились кладовые, заполненные разнообразными продуктами. Вместе с леди Зелинной, домоправительницей рьенной Молони и двумя поварами она солила и мариновала овощи, варила из ягод и фруктов варенья, джемы и пастилу.
  Вечером, после ужина, они отправлялись в гостиную миледи и обсуждали дела на следующий день. Частенько к ним присоединялся Владетель.
  
  Осень, а за ней и зима пролетели незаметно. Энна вполне освоилась в замке Владетеля Теремиса. Слуги были с ней вежливы и почтительны, хозяева дружелюбны и приветливы. Леди Зелинна как-то в шутку заметила, что с её появлением они с братом буквально помолодели на десяток лет. Лорд Эйжен старался проводить рядом с Энной каждую свободную минуту, и она не раз ловила на себе его задумчивый и грустный взгляд. Тогда она смущалась, терялась в догадках, но не могла решиться и спросить его, что этот взгляд означает. Энна совершенно не видела большой разницы в их возрасте, наоборот, в характере милорда она с большим удовольствием нет-нет, да и замечала некоторое мальчишество. Например, он любил шутки и сам был не лишён остроумия. Он никогда не обижался, если подшучивали над ним и охотно смеялся первым. Энне не было с ним скучно. Лорд Эйжен много знал и видел. Он рассказывал ей о битвах, в которых ему довелось участвовать, об андаринских скакунах, о захайратах за морем. Расспрашивал Энну о её родной Келаврии, о родителях, прочитанных книгах. Правда, почувствовав, что она неохотно говорит о матери и отце, он ловко перевёл разговор на другую тему. Оказывается, в Теремисе разводили хищных птиц негресони. Их выращивали на специальных фермах и кормили отходами со скотобоен. Мясо этих громадных птиц считалось настоящим деликатесом, его охотно закупали соседние владетельства. Лорд Эйжен пообещал, что летом они обязательно съездят на такую ферму, на что леди Зелинна, гуляющая вместе с ними по зимнему саду, вскричала:
  
  - только без меня! Терпеть не могу негресони!
  
  На что милорд лукаво спросил:
  
  - а жаркое из негресони любишь?
  
  - ну, оно же не нападает с намерением откусить голову, так что к жаркому я отношусь хорошо! - парировала леди Зелинна.
  
   Глава 19. Энна.(Продолжение) Добавлено 9.03.13.
  
  Весна принесла распутицу. Служанки-огородницы, под руководством миледи, готовили рассаду овощей. Энна возвращалась из сада, где наметила, примерно, места посадки цветов и новых кустарников. Центральная аллея, вымощенная гладкими каменными плитами, давно очистилась от снега. Энна, медленно шагая к замку, закрыла глаза и подняла лицо вверх, наслаждаясь ярким весенним солнцем, звонким пением птиц и журчанием талой воды в многочисленных ручейках по бокам аллеи. Внезапно на лицо упала тень, а в следующее мгновение она наткнулась на препятствие. Тут же её подхватили мужские руки, не давая упасть. Она открыла глаза и близко перед собой увидела насмешливые карие глаза и улыбку лорда Эйжена.
  
  Энна возмущённо воскликнула:
  
  - милорд, как вам не стыдно, вы напугали меня!
  
  Тот покаянно опустил голову:
  
  - я прошу меня простить, леди Энна! Мне совсем не хотелось вас напугать, но я подумал, что вы можете запнуться и упасть...
  
  Энна фыркнула:
  
  - ну хорошо, если вы чистосердечно раскаиваетесь, я вас прощаю!
  
  - О - о, какая радость! Благодарю вас, леди! - продолжая смеяться, он шутливо раскланялся: - позвольте поцеловать вашу руку, миледи!
  
  - Нет, позвольте, я лучше возьму вас под руку, милорд, и мы отправимся в замок.
  
  - Прошу вас, леди Энна!
  
  Просунув замёрзшую руку под локоть милорда, Энна со спутником направились к замку. У выхода из сада лорд Эйжен остановился и повернулся к Энне:
  
  - леди Энна, - сказал он, серьёзно глядя ей в глаза, - я искал вас.
  
  - Энна удивлённо посмотрела на него:
  
  - милорд, что-то случилось?
  
  - Случилось, леди Энна. Я долго думал и решил всё же вас спросить...
  
  - Он глубоко вздохнул, решаясь, как пловец перед прыжком в ледяную воду:
  
   - миледи, не согласитесь ли вы принять мою руку и сердце и выйти за меня замуж?
  
  Энна растерялась:
  
  - но, милорд, вы же знаете...
  
  Он перебил:
  
  - да -да, леди Энна, я знаю, что ваш развод с Владетелем Эристана возможен лишь через полтора года, но я готов ждать, сколько потребуется.
  
  Посмотрел ей в глаза:
  
  - я люблю вас, леди Энна, и если вас не смущает разница в двадцать четыре года я был бы счастлив назвать вас своей женой.
  
  Энна не знала, что сказать. Видя её растерянность и замешательство, лорд Эйжен спокойно сказал:
  
  - не волнуйтесь, время подумать у вас есть. Даже если вы мне откажете, вы можете быть уверены: я никогда, ни словом, ни делом не напомню вам об этом разговоре.
  
  Энна облегчённо вздохнула и вновь просунула свою руку ему под локоть. Рядышком, дружной парочкой они проследовали к замку.
  
  Ночью Энна опять не спала. Ей было необходимо разобраться в своих чувствах. Лорд Дэниар. Ненависти к нему уже не было, но не было, как ей казалось, и любви. Разочарование, глубоко затаённая боль, уязвлённая гордость, ещё какие-то чувства. Она подумала: - а если бы сейчас вернулась в Эристан? Принял бы её муж? Как бы повёл себя после стольких месяцев разлуки? Выпорол плетьми? Отвернулся и не замечал её, как было в последнее время перед переездом в "Серебристые Тополя"? - Она содрогнулась. Нет, ни за что! Опять золочёная клетка, наряды, бельё, драгоценности, выбранные мужем, скрытая неприязнь и доносы слуг, роль красивой игрушки. И страх, что однажды ночью ОН придёт. Энна подумала о своей жизни в Теремисе. У неё не было столько роскошных платьев и совсем мало драгоценностей, но с её мнением считались, она могла спорить, отстаивая свою правоту, вместе с леди аль Ирайдес обсуждала вопросы хозяйственной жизни замка. Независимо от времени года, целый день Энна была занята. Леди Зелинна с большим удовольствием спихнула на неё решение множества вопросов, и Энна была в восторге!
  Ей очень нравился лорд Эйжен. Не то чтобы она была в него влюблена, как когда-то была влюблена в Дэниара. Её сердце не трепетало при взгляде на него, но неосознанно она стремилась к его обществу, ей был приятен тёплый взгляд карих глаз, сдержанная улыбка, низкий глубокий голос. Когда он не видел, Энна не раз рассматривала милорда. Длинные сильные ноги, узкие бёдра, широкие плечи, крепкая загорелая шея в распахнутом вороте рубашки. От левого виска, немного захватывая щёку, тянется старый, еле заметный, шрам - след удара мечом. Энне иногда хотелось провести по нему пальцами, а, может быть, поцеловать - вдруг исчезнет? Из-за шрама волосы на виске росли неровно, ей хотелось пригладить их, стереть седину.
  
  Утром, после завтрака, Энна села писать письмо Верховной Жрице Зан. В конце концов, ей не с кем было посоветоваться. Леди Зелинна любила брата, и едва ли её мог обрадовать его брак с молоденькой девочкой. Лекарь Врегор стал бы уговаривать её вернуться к мужу. Он любил и Дэниара, и её и переживал из-за их разрыва.
  Травник Коринор вообще не годился в советчики по причине доброты и мягкости характера, ну а обращаться за советом к родителям даже опасно. Владетель Келаврии вполне может выслать за ней вооружённых воинов и, связанной, вернуть мужу.
  
  Энна просидела за письмом всё утро. Оно получилось большим, потому что, к своему стыду, Энна не писала Жрице Зан с момента своего бегства из Эристана. Теперь она в подробностях описала всё, что произошло с ней с момента их последней встречи и до сегодняшнего дня.
  
  Через два месяца пришёл ответ. Верховная Жрица горевала, что ничем не смогла помочь своей девочке, удивлялась её мужеству и решимости начать жизнь заново в далёком Теремисе. Касательно предложения лорда Эйжена она писала, что не решается советовать что-либо Энне, памятуя о том, что её предыдущий совет о браке с лордом Дэниаром принёс её любимице только горе. Жрица Зан советовала лишь повнимательнее присмотреться к милорду и решать, как подскажет сердце.
  Несколько строк в письме было уделено родителям Энны. Верховная сообщала, что у них всё по-прежнему: отец пьёт, мать сплетничает, перемеривает и перешивает старые наряды.
  
  Энна подумала, что среди искренне любящих её людей не оказалось никого, на чей совет она могла бы опереться.
  
   Глава 20. Дэниар
  
  Прошло полтора года. Ясным летним днём Владетель Эристана, размахивая мечом и уворачиваясь, прыгал на тренировочной площадке вместе с гвардейцами капитана Нориса. Последние три года он несколько забросил тренировки, а потому сейчас ему приходилось прикладывать все силы и умение, чтобы не получить укол мечом. Внезапно он вскрикнул и выронил оружие. Бранден бросился к нему, гвардейцы остановились, с недоумением глядя на милорда. Крови не было видно, значит, он не ранен. Лорд Дениар, прижав к груди правую руку, быстрым шагом направился к замку. Бранден устремился за ним, крича на ходу:
  
  - Дэн, что случилось? Тебя ранили? Куда?
  
  Не отвечая, Владетель рванул входную дверь, Бранден вбежал следом. Когда он вошёл вслед за Дэниаром в библиотеку, тот торопливо сдирал с пальца обручальное кольцо. Приятель молча сел в кресло напротив, глядя на Владетеля округлившимися глазами. Тот взглянул на Брандена и криво усмехнулся:
  
  - только что Лориэнна развелась со мной.
  
  Наконец кольцо поддалось, и Дэниару удалось его снять. Протянув его на ладони другу, он сказал:
  
  - возьми его в руку.
  
  Недоумевающий Бранден принял кольцо, подержал его и положил на стол перед Владетелем.
  
  - И что? Я что - то должен почувствовать? Откуда ты узнал, что Лориэнна с тобой развелась?
  
  - Кольцо вдруг нагрелось и стало таким тяжёлым, что палец чудом не сломался.
  
  Бранден покачал головой, ещё раз взял кольцо и взвесил его на руке: кольцо как кольцо. Вздохнув, положил обратно:
  
  - Ну что ж, по крайней мере, теперь ты перестанешь её ждать.
  
  В этот вечер лорд аль Ораш не поехал ночевать домой. Вместо этого он послал рьенну Ремиллу в винный подвал, наказав принести несколько бутылок грединийского столетней выдержки. Под утро старый слуга Влеон, бывший в тревоге всю ночь, осторожно заглянул в библиотеку: собутыльники мирно спали, уронив головы на рабочий стол Владетеля.
  
  В обед страдающий похмельем милорд приехал в домик лекаря Врегора. С порога спросил его:
  
  - ты знал, да?
  
  - О чём? Что Энна разведётся с тобой?
  
  - Это произошло вчера.
  
  Врегор пожал плечами:
  
  - ты должен был быть к этому готов. Проходи, чего стоять на пороге. Отвар от похмелья будешь пить?
  
  Дэниар прошёл в чистенькую гостиную, сел в кресло, огляделся:
  
  - послушай, Врегор, я что-то давно не вижу твою внучку, Верейду. Где она? Неужели замуж вышла?
  
  - Нет, она уехала из Беррона. Ей предложили другую работу.
  
  - К Энне уехала, да?
  
  Врегор нахмурился:
  
  - нет, не к Энне. Ты что, даже после развода не собираешься оставлять её в покое? Сколько раз тебе говорить, что ты должен заняться устройством своей жизни и предоставить Энну её судьбе?
  
  Дэниар глянул на собеседника несчастными глазами, тихо прошептал:
  
  - я не могу, я её люблю...
  
  Лекарю оставалось лишь покачать головой.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Владетельство Эристан
  
  Анрий - личный лекарь Владетеля
  Бранден аль Ораш - Командующий войсками Эристана, друг детства Дэниара
  Беррон - город у замка Владетеля
  Влеон - личный слуга Дэниара
  Врегор - старик-лекарь
  Верейда - внучка Врегора, служанка в замке Дэниара
  Варристайр - капитан арбалетчиков
  Гренира - старшая горничная
  Дэниар аль Беррон - Владетель
  Дарньен - капитан фаланги
  Жанир - главный садовник
  Кариард - капитан лучников
  Керелейн - город на берегу Зелёного моря
  Люста - молодая горничная
  Меранен - сержант на погранзаставе
  Норис - капитан личной гвардии Владетеля
  Невегрин - Управляющий поместьем
  Полежен - Главный Повар
  Ремилла - домоправительница
  Таирин - капитан мечников
  Тайрани - Главный Счетовод
  Узон - порученец Владетеля
  Франжен - порученец капитана погранзаставы
  Файрар - порученец Владетеля
  Хрисьен - капитан погранзаставы, погиб
  Харен - садовник
  Шейрон - порученец Владетеля
  Шеграз - город
  Элинэ - жена Брандена
  
   "Серебристые Тополя" - особняк на улице Зристанской
  
  Герания - домоправительница в особняке
  Кари - горничная в особняке
  Энна аль Тириен - новое имя Лориэнны
  
  Владетельство Андарин. Выращивают породистых коней
  Аль Тагран - Владетель
  
  Владетельство Дженерда. Славится драгоценным дженердийским стеклом.
  
  Владетельство Теремис
  
  Эйжен аль Ирайдес - Владетель
  Зелинна аль Ирайдес - сестра Владетеля
  Имра - горничная
  Коринор - травник
  Эмира - хозяйка харчевни
  Молони - домоправительница
  
  
  
  Аттахи - тончайшая ткань из радужных шелковистых нитей, которые производят пауки-атты
  Асхи- водка
  Айранил - река, пересекающая Эристан, Андарин и Теремис
  Гроон - крупный хищник вроде медведя
  Грединийское - вино с виноградников в Эристане
  Джириго - растение с острым запахом
  Жерендал - наместник Владетеля
  Захайрат - другое название владетельства за Зелёным морем
  Захайра - правитель захайрата
  Крипица - трава с крупными листьями
  Коренея - корнеплод вроде картофеля
  Ледзини - травоядное животное вроде лани
  Ламати - грубая ткань
  Негресони - очень крупная хищная птица
  Ониридий - редкий камень, переливающийся белым, голубым и сиреневым цветом
  Паления - морская рыба
  Рьенн, рьенна - уважительное обращение к низкорожденным
  Серышик - маленькая птичка
  Урьен - маленький травоядный зверёк, зимой питается корой кустарников
  Фаланга - воинское формирование из 1 тыс. человек
  Шинайя - аналог кофе
  Чеманса - тяжёлое детское заболевание
  Ярга - растение, из которого изготовляют суррогат шинайи
  1 льюнь - мера длины, примерно 1 км.
  1 льюнель - мера длины, около 1м.
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"