Соколов Юрий Михайлович: другие произведения.

"Аврора" пришвартуется в Сочи

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


   ЮРИЙ СОКОЛОВ
  
   "Аврора" пришвартуется в Сочи.
   Посвящается С.И.
   Все великое земное
   Разлетается, как дым:
   Ныне жребий выпал Трое,
   Завтра выпадет другим.
   В.А.Жуковский "Торжество победителей"
  
   Глеб, подражая праздным зевакам, прохаживался вдоль витрин. Обводил их пустым взглядом и шел дальше. Неужели ему показалось? Видно, все-таки сдают нервы. А чему удивляться? Рано или поздно это должно было произойти. Но, несмотря на то, что внутренне Глеб был давно готов к этому, все-таки все произошло совершенно неожиданно. Чему там учили на курсах выживания? Он быстро свернул в безлюдный переулок, прошел пару кварталов и резко оглянулся. Почти сразу ему удалось заметить высокого плечистого мужчину в серой куртке, который хоть и на внушительном расстоянии, но все-таки следовал за ним. Глеб прошел еще пару кварталов и, выйдя на широкую улицу, заполненную людьми, снова поспешил смешаться с толпой.
   Что же делать? Вышеупомянутый курс по выживанию включал в себя способы ухода от слежки и варианты самосохранения в людном городе. Но это был скорее факультативный, прикладной курс. Основные методы выживания были направлены на действия в горах, лесах пустынях, в океане, наконец. Именно их Глеб неоднократно проверял на себе в горах Северного Кавказа. Как мог офицер спецназа предполагать, что ему придется действовать скрытно не где-нибудь, а в многолюдном городе, у себя в родной стране, за которую приходилось не раз проливать пот и кровь. Глеб зашел в небольшое кафе, присел за свободный столик, затем резко поднялся и поспешил к выходу.
  
   А еще совсем недавно он был элитой вооруженных сил России. Глеб и трое его друзей были почти легендой в своей Сибирской бригаде специального назначения ГРУ. Бригаде, которая так громко заявила о себе при выполнении специальных задач на территории Северного Кавказа. Бригаде, которая прошла такой славный боевой путь, и которую ожидал такой бесславный конец. В 2009 году бригада была просто расформирована по приказу свыше. Объяснения по поводу расформирования были весьма туманные. Говорилось что-то о наличии двух бригад спецназа в одном округе, укомплектованных на 50 % каждая. О необходимости слияния. Но никто не дал вразумительного ответа, почему из двух бригад сокращению подлежала наиболее подготовленная и проявившая себя в боевых условиях. Бригада, более трех тысяч бойцов которой имели государственные награды. Шестеро спецназовцев удостоены звания Героя России, трое из которых, посмертно. Один из погибших героев входил в вышеназванную троицу. Глеб с товарищами, как могли, помогали семье погибшего друга. И вот наступило время, когда им самим понадобилась помощь.
   Офицерам, конечно же, сулили безбедное будущее, обещали найти всем места на новом месте. Но в итоге все получилось как всегда. Спецназовцам предлагали перейти в мотострелковые части, охрану и даже в милицию. С этим согласились не все. А Глебу, как старшему инструктору по минно-подрывному делу, и вовсе не нашлось применения. Он был отправлен на пенсию, благо боевого стажа хватало с лихвой.
   Но все оказалось гораздо сложнее. В относительно небольшом городке с разрушенной в лихие девяностые промышленностью было довольно сложно найти достойную работу. Достойную, чтобы обеспечить себя и свои семьи. Офицеры, привыкшие поддерживать друг друга в экстремальных ситуациях, пытались и в мирной жизни держаться вместе. Но эта незнакомая, чужая для них жизнь оказалась слишком сложной для большинства из них. И здесь их пути разошлись.
   Один, соблазнившись легкими деньгами, устроился телохранителем к олигарху местного разлива. Но во время одной из бандитских разборок был убит, поговаривают, даже своими.
   Второй, пошел работать начальником охраны сети супермаркетов. Но во время кризиса сеть дала трещину, несколько магазинов закрыли, охрану сократили, и он был вынужден работать простым охранником рядом с обычными пацанами, многие из которых не просто пороха не нюхали, но и в армии никогда не служили. Заработки резко упали, начались задержки с выплатой зарплаты, следствием чего - конфликты в семье. То, что не смогла сделать война, довершило мирное время. Товарищ сдался. Он запил, лишился работы, жена выгнала его из дома. Он был вынужден вести полуголодное существование на холодной даче. И однажды, не выдержав обрушившихся на него несчастий, тихо повесился в дачном сарае.
   Один из бывших бойцов бригады сошел с ума. Он после возвращения с боевой операции по ночам часто просыпался с криками: " Врете, сволочи! Живым я вам не дамся!" Заползал под кровать и после долго буравил темную спальню безумными глазами, постепенно приходя в себя. Как-то раз, не сумев справиться с приступом безумия, он попросту выбросил жену из окна девятого этажа. Хорошо еще, дети в эту ночь находились у бабушки.
   Глебу, к счастью, удалось избежать таких крайностей, но и у него в жизни не все было гладко. Прежде всего, возникли трудности с работой. С его специальностью было трудно куда - то устроиться. После долгих мытарств по различным шарашкам, Глеб был вынужден работать таксистом, чтобы хоть как-то свести концы с концами. Но кризис постарался и здесь. Сократилось количество потенциальных пассажиров, а количество такси росло. Кроме того, старая "Тойота" Глеба, на которой он "бомбил" почти круглые сутки, постоянно требовала денежных вливаний, а о новой машине не приходилось и мечтать.
   Дети подрастали. У одного из сыновей Глеба было обнаружено серьезное заболевание. Лечение опустошало семейный бюджет. Требовалась сложная и дорогостоящая хирургическая операция, но денег и без этого катастрофически не хватало. А время шло. Жизнь в стране дорожала. Росли коммунальные платежи, налоги, оплата детского сада и бесплатного образования. Поджимали кредиты. От такой гонки дала трещину семейная жизнь Глеба. Он не мог смотреть в уставшие укоряющие глаза жены. Все больше времени проводил на работе. Ел, спал в машине. Домой приходил лишь для того, чтобы помыться, сменить одежду и внести очередной скромный вклад в семейный бюджет. Перспектив на будущее не было никаких. Но однажды ...
   ***
  
   Однажды в машину Глеба подсел импозантный, шикарно одетый, несколько вальяжный мужчина.
   - Куда едем?- поинтересовался Глеб.
   - Вот что командир,- ответил мужчина,- отвези-ка меня в гостиницу поприличней, но сначала заедем куда-нибудь покушать. Где тут у вас кормят вкусно и без выпендрежа, чтобы не отравиться ненароком, знаешь?
   - Конечно, знаю.
   - Тогда, вперед!
   Голос мужчины показался ужасно знакомым, и он всю дорогу разглядывал пассажира в зеркало. Тот оказался на редкость разговорчивым.
   - Ну, как у вас в городе, жить можно?- начал расспросы незнакомец.
   - Кому как, как, наверное, везде сейчас. Есть приличная работа - живешь, нет - выживаешь. Большинство, конечно, выживает, но и тех, кто живет, стало тоже немало.
   - А с работой туговато? У вас же в городе были мощные заводы, полгорода работало на трех крупнейших предприятиях. Не удивляйся, я здесь бывал, правда, очень давно.
   - Это сразу чувствуется. Из трех крупнейших заводов после приватизации уцелел всего один, правда, работников осталось раза в два, два с половиной меньше. Сейчас у нас в городе сплошной базар, одних супермаркетов десятка два.
   - Так это же хорошо. Много рабочих мест.
   - Много рабочих мест для низкоквалифицированных, малооплачиваемых работников, а специалисты сейчас не особо нужны.
   - Значит, нынешней жизнью вы не довольны?
   - Значит, нет. Не о такой жизни я мечтал.
   - Но ведь никогда не поздно круто изменить свою жизнь, правда, Глеб?
   Лицо пассажира растянулось в довольной улыбке. Этот голос, эта манера говорить казались очень знакомыми. Глеб снова оглядел незнакомца. Круглое, даже пухлое, гладко выбритое лицо, слегка курносый нос, карие, почти черные озорные глаза выглядывали из-под надвинутой на лоб кожаной фуражки, короткие, с густой проседью, темные некогда волосы. Одет он был, как щеголь, в дорогое пальто из натуральной шерсти, на шее ослепительно белое шелковое кашне.
   - Так как же, Глеб, будем круто менять свою жизнь?- снова спросил незнакомец. Он приподнял кепку, обнажая широкий лоб, переходящий в блестящую гладкую лысину.
   - Серега! - Глеб от неожиданности резко нажал на тормоз. Сзади с ревом промчался обогнавший их автомобиль.
   - Козел!- крикнул рассерженный водитель. - Научись ездить!
   Но Глебу было не до него.
   - Серега! Как ты здесь? Откуда? Не узнал, бродяга! Где твоя знаменитая борода?
   Он выскочил из машины и кинулся обнимать пытающегося подняться с низкого сиденья, пыхтящего Сергея.
   - Полегче, полегче, задавишь, медведь сибирский,- отшучивался тот.
   - Что, раздобрел, майор? А как мы с тобой по горам порхали когда-то, помнишь?
   - Во-первых, полковник, во-вторых, борода ушла вместе с майором, а в-третьих, да черт с ним, этим в - третьих. Конечно, я все помню. Как забыть боевую дружбу! Рад тебя видеть, Глеб! А ты все такой же, почти не изменился, только слегка измученный. Ну, думаю, это легко поправить. Где твой обещанный ресторан?
   ***
  
   Ресторанчик оказался вполне приличный. Все тихо, культурно. Никакой спешки. Никаких пьяных морд. Конечно, еще не вечер. Посетителей было немного. Скорее всего, успешные менеджеры среднего звена и раскрутившиеся предприниматели. Звучала негромкая ненавязчивая музыка, нисколько не мешавшая разговору. Между красиво сервированных столиков сновали молодые, симпатичные официантки в белых рубашках и черных юбках. Вполне прилично.
   Вымуштрованная официантка приняла заказ и быстро удалилась.
   - Ну, что, за встречу!- Сергей взял графинчик с водкой и наполнил маленькие стопочки. - Какая-то посуда у них игрушечная. Помнишь, как бывало, из эмалированной кружки, а то и вовсе из фляжки?
   - Конечно, помню. Я все помню,- помедлил с ответом Глеб,- помню все настолько отчетливо, что порой мне кажется, что именно там была настоящая жизнь, а здесь она как бы остановилась. Иногда мне кажется, что я сплю. Вот только сон почему-то слишком долго не заканчивается.
   - Значит, в новой жизни ты своего места не нашел?
   - В такой жизни мне просто нет места. Как говорили классики, "мы чужие на этом празднике жизни!"
   - Неужели все так мрачно? Тогда давай выпьем за то, чтобы ты нашел свое место в этой жизни!
   - Ты забыл, я за рулем. Мне еще работать.
   - А ты и так на работе! Я же тебя нанял,- Сергей вытащил из бумажника две стодолларовые купюры. - Вот задаток. Остальное - по окончании работы.
   - И что я должен делать?- Глеб взял со стола купюры и замялся, перед тем как положить их в карман.
   - Пока, пей!
   - Тогда давай выпьем за тех, кто не вернулся. За наших боевых товарищей!
   Они выпили не закусывая. Немного помолчали. Как раз в это время принесли заказ. Налили по второй.
   - Ну, расскажи, товарищ майор, как ты дошел до жизни такой?
   - Катиться вниз гораздо быстрее и проще, чем карабкаться вверх.
   И Глеб рассказал Сергею о бесславной кончине его прославленной бригады и гибели боевых товарищей. Многих из них Сергей знал не понаслышке. С ними он сражался плечом к плечу во многих антитеррористических операциях. Его разведрота относилась к спецназу ВДВ и была расквартирована рядом с частями сибирской бригады. Офицеры обоих подразделений часто участвовали в совместных боевых операциях. Да и в редкие часы отдыха любили захаживать друг к другу в гости, поиграть в футбол или сразиться в картишки, попить чайку или просто поговорить о жизни. Не один пуд соли съели они вместе. Видели кровь, смерть товарищей, и сами не раз находились на волосок от смерти.
   Потом ВДВ вывели из операции, и следы Сергея затерялись где-то на просторах нашей необъятной Родины.
   - А ты, я вижу, в этой жизни преуспел,- сказал Глеб, разглядывая знак депутата Госдумы на лацкане пиджака Сергея.
   - Не жалуюсь,- улыбнулся Сергей. - Не дрейфь, разведчики своих не бросают! Нам надо еще о многом поговорить. Давай вызовем такси и махнем ко мне в гостиницу.
   ***
  
   В гостинице для Сергея был забронирован роскошный люкс, оказывается, в нашем городе есть и такие. Возможно, по московским меркам номер не дотягивал да люкса, но по меркам провинции выглядел очень внушительно. Комната метров двадцать пять - тридцать. На полу - толстые шерстяные ковры. Мягкая мебель, обитая натуральной кожей, большой стол из стекла, двухметровый холодильник. На стене - огромный телевизор, в углу - компьютер с выходом в интернет и, конечно, телефон. В задрапированной спальне возвышалась большая двуспальная кровать, телевизор поменьше. Но самое удивительное находилось в ванной - слепяще - белое, блестящее хромированными деталями, настоящее джакузи.
   Вся ночь прошла за разговорами.
   - Знаешь, за что я люблю провинциальные гостиницы?- спросил Сергей. - В них можно разговаривать без опаски. В столице давно все прослушивается и записывается.
   - А тебе есть что скрывать?- поинтересовался Глеб.
   - Каждому человеку есть что скрывать. Идеальных людей, как известно, у нас нет,- задумчиво произнес Сергей.
   - Был бы человек, а статья найдется. Так что ли?
   - Что мы в прятки играем,- Сергей заговорил решительным тоном. - Ты сам не просто все видишь и понимаешь, но уже прочувствовал все на собственной шкуре. Уже, наверное, сыт по горло нашей новой демократией. Как сказал Гиляровский, "в России две напасти: внизу - власть тьмы, а наверху - тьма власти".
   - Но ведь ты сам депутат - представитель этой новой демократии.
   - И среди депутатов есть приличные люди. И поверь, их не мало. Думаешь, ты один недоволен существующим положением в стране? Нет, конечно. Нас таких много. Недовольные есть и среди депутатов, и среди губернаторов, и среди министров, даже среди олигархов. В армии, в МВД - у нас везде есть свои люди. А уж про простой народ нечего и говорить. У нас одна беда - мы разобщены и неорганизованны. Если помнишь нашу историю, на лицо два из трех факторов революционной ситуации. "Низы не хотят, верхи не могут". И только когда мы сможем, как Владимир Ильич, сказать: "Есть такая партия!",- мы сможем рассчитывать на реальную победу.
   - Но ведь у нас, по сути, есть только одна партия.
   - Правильно, я сам в ней состою, и многие мои коллеги-патриоты. Но это вынужденная мера. А когда мы окончательно сплотимся, тогда наша "Аврора" и произведет свой исторический выстрел.
   - И как скоро это случиться?
   - По нашим расчетам, совсем скоро, в 2014 году. Кстати, именно тебе предоставляется возможность произвести исторический выстрел. Именно об этом я хочу с тобой поговорить. Насколько я помню, твоя последняя должность называлась "инструктор по минно-подрывному делу?"
   - Старший инструктор!
   - Тем более. У меня к тебе есть пара вопросов по специальности. Как можно взорвать объект, который будет усиленно охраняться? И перед часом "Х" пройдет полную проверку на наличие взрывчатых веществ, а пронести их туда будет практически невозможно?
   - Всегда можно найти какую-нибудь лазейку. Чаще всего, слабым местом являются люди. Завербуйте, подкупите кого-нибудь из обслуги.
   - Это исключено.
   - Тогда внедрите своих людей. Вы же сами сказали, у вас практически неограниченные возможности.
   - Это так, но здесь не тот случай, хотя и в этом направлении мы работаем. Но все-таки если бы такое дело поручили профессионалу... Как бы действовал ты в таком случае?
   - Интересно. Ты меня интригуешь. Я ничем не смогу вам помочь, пока не увижу этот объект собственными глазами. Так же меня интересуют необходимые масштабы разрушения и цель.
   - В том - то все и дело, что объект пока не существует.
   - В каком смысле?
   - Он еще не построен.
   - Мне необходимо больше данных об объекте. Где он находится, в поле, в лесу, в городе? Схема подъездных путей. Охрана и так далее.
   - Ты ставишь меня перед сложным выбором. Если я дам тебе всю необходимую информацию, то после я должен буду тебя убить.
   - И ты сможешь?
   - Я буду вынужден.
   - Спасибо за честность.
   - Не благодари. Пойми, я не трясусь за свою шкуру, просто мы не имеем права на ошибку. Если у нас что-нибудь пойдет не так, мы, может быть, так никогда и не поднимемся с колен. Это поставит под угрозу существование России как самостоятельного государства. А время уходит. Ты ведь боевой офицер, неужели ты будешь равнодушно наблюдать за тем, как разрушают твою родную страну? Разве ты не чувствуешь себя виноватым за то, что не поддержал ее в девяносто первом. Мы же давали присягу на верность Союзу, и никто нас от нее не освобождал. Решай, ты с нами?
   - Но я против гражданской войны. Это же снова кровь, ненависть, разруха.
   - Никакой гражданской войны не будет, если действовать быстро и решительно. Я обещаю тебе, что мы обойдемся без крови, а уж если, не приведи Господи, случится, то постараемся обойтись минимальной кровью. Опыт последних десятилетий показывает, что народ давно потерял доверие ко всякой власти и вряд ли кинется на ее защиту. И если в этот короткий промежуток мы успеем убедить народ, что мы действуем в его интересах, в интересах Родины, думаю, народ нас поддержит. Решайся. Ты с нами? Учти, обратного пути не будет. У нас нет права на ошибку.
   - Конечно, я вами. Но у меня семья, дети. Им и сейчас не сладко, а если со мной что-нибудь случится, то и вовсе умрут с голода.
   - Я же тебе сказал, что в средствах мы не ограничены. Ты будешь получать ежемесячное вознаграждение, которое намного превосходит твое офицерское жалование, даже с боевыми. Эти суммы в валюте будут зачисляться на твой счет в одном из зарубежных банков. Если, не дай Бог, что - о детях твоих позаботятся. У нас с этим строго. Кроме того, за каждую успешную операцию выплачиваются премии, плюс проживание, плюс командировочные. В средствах ты не будешь стеснен, обещаю. Вот только одно обстоятельство. Ты должен быть неуязвим. Понимаешь, о чем я?
   - Не совсем.
   - Ты должен быть свободен от любого давления и шантажа. На это способен только одиночка. Ты можешь помогать семье, это твое право, но семья- это твое самое слабое место. С семьей надо расстаться.
   - Вот с этим не будет никаких проблем, гарантирую. С моей женой меня уже давно связывает только штамп в паспорте.
   - Это значительно облегчает и упрощает наше дело. Завтра же займешься разводом. Итак, по рукам?
   - По рукам!
   - Тогда вот тебе твой первый аванс,- Сергей открыл кейс и извлек оттуда пачку тысячерублевых купюр. - Это подъемные. Остальное получишь на месте. Распишись, пожалуйста. Как понимаешь, твоя подпись будет расценена как твое официальное согласие. И обратной дороги уже не будет.
   - Как то некрасиво выходит. Вроде ты меня покупаешь.
   - Брось, не принимай близко к сердцу, наше дело правое, а бухгалтерию пока никто не отменял.
   ***
  
   На следующий день Глеб зашел к жене. Он сразу отдал ей деньги, сказал, что будет оказывать ей ежемесячную материальную помощь. Увидев деньги, жена растерялась, на глазах выступили слезы. Глеб сочинил какую-то путаную историю о будущей службе в качестве военного специалиста в одной из африканских стран. Но преимущество дается неженатым кадрам. И если она согласится на развод, то Глеб обещал, что через год сможет оплатить операцию ребенку. На том и порешили. Все произошло несколько буднично, без эмоций, словно не было долгой семейной жизни, радостей и горестей, боли разлук и ожидания встреч, страстных объятий и рождения детей. Ничего.
   В Москву Глеб прибыл совершенно новым человеком, не отягощенным грузом прошлого. Все надо было начинать с чистого листа.
   Глеба поселили в гостиницу. Не люкс, конечно, но вполне приличный номер со всеми удобствами. По прибытии Сергей выдал деньги на текущие расходы, и почти целую неделю Глеб был предоставлен сам себе. Он ходил в кино и театры, посещал музеи и галереи, питался в дорогих ресторанах. От него требовалось лишь не покидать пределы Москвы и всегда находиться на связи.
   Где-то через неделю позвонил Сергей и попросил завтра не покидать гостиницу.
   На следующий день в дверь постучали. В номер вошли два молодых человека и попросили Глеба собраться. На улице их ждал автомобиль. Это был микроавтобус со светонепроницаемыми окнами. В салоне оказалось на редкость уютно. Приятный мягкий свет, мягкий диван, мини бар и компьютер с большим монитором, закрывающим стенку, отделяющую салон от кабины водителя. На жестком диске компьютера Глеб обнаружил обширную фильмотеку и множество музыкальных файлов. Кроме того, компьютер имел выход в интернет, так что скучать в пути не пришлось. Глеб так отвлекся, что не заметил, сколько продолжалась эта поездка: час, полтора, два... Да и какое это имело значение?
   ***
  
   Не успел Глеб насладиться всеми прелестями своего путешествия, как машина остановилась. Водитель посигналил, и через пару минут они продолжили движение. "Видно, проехали КПП",- решил Глеб. И он не ошибся. Машина снова остановилась, дверь распахнулась. Глеб выбрался наружу, щурясь от яркого солнечного света, и остановился в нерешительности. Перемены произошли разительные. Если в машину он садился в душном, пропахшем раскаленным асфальтом и автомобильными выхлопами городе, то, выйдя из машины, он очутился в настоящей сказке. Прямо посередине леса располагался большой участок, обнесенный высоким сплошным забором. Во всем чувствовалась рука опытного дизайнера. Нетронутая, на первый взгляд, природа, на самом деле дополняла или, точнее, прикрывала деяния рук человеческих. Высокие ели и березы, остатки некогда большого дикого леса, были аккуратно прорежены, создавая впечатление роскошной дорогой декорации. Лучи летнего солнца задерживались в густых зеленых кронах, но свет равномерно распределялся по всей площади, не создавая мрака. Трава была аккуратно подстрижена, но не под корень, как на дачных лужайках, а гораздо выше, что добавляло пейзажу естественности и в то же время не захламляло, не загружало его. Дополняла эту красоту скалистая альпийская горка, украшенная разноцветными пучками диковинных цветов. С вершины горки спускался журчащий водопад, переходящий в аккуратный живописный пруд с плавающими лилиями. На берегу возвышался двухэтажный бревенчатый домик. Не модерновое шале, которые заполонили окрестности мегаполисов, а скорее сказочный русский теремок, только очень большой.
   Глеб с сопровождающими проследовали внутрь. Интерьеры избушки напоминали скорее офис, чем сказочную избушку бабы Яги, с одной лишь разницей: все здесь было изготовлено из натурального материала, преимущественно дерева. Никакого пластика.
   В одной из комнат Глеба поджидал Сергей в окружении двух представительных мужчин среднего возраста. Судя по их выправке и манере держаться, офицеров или, по крайней мере, бывших офицеров. Сергей представил им Глеба.
   - Мы в курсе, вы уже ознакомлены с поставленной задачей. Что вы на это скажете? Справитесь?
   - Я не совсем уверен, так как не располагаю достаточной информацией об объекте. Мне нужна документация на объект, чертежи и схемы. Кроме того, понадобятся кое-какие расчеты. Возможно, понадобится помощь эксперта по проектировке сооружений. Также хотелось бы побывать на самом объекте или поблизости. Ну и, конечно, взрывчатка, детонаторы и все необходимое техническое обеспечение.
   - Отлично! Все это у вас будет. Считайте, что все это у вас уже есть. Но дело в том, что объект еще не построен, а взрыв надо будет произвести после его сдачи.
   - Насколько я понимаю, объект режимный и будет усиленно охраняться после ввода в эксплуатацию?
   - Вы верно понимаете. Более того, накануне операции охрана будет усилена, и пронести взрывное устройство вряд ли представится возможным. Задача ясна?
   - Ясна. Но я не смогу быть вам полезным, пока не увижу документацию на объект.
   Незнакомец открыл ноутбук, пальцы забегали по клавиатуре. На стене засветился экран огромного, больше напоминающего школьную доску, монитора. На экране появилась схема какого-то сооружения. Глеб подошел поближе. Часть чертежа была окрашена в красный цвет.
   - Именно этот участок подлежит уничтожению,- пояснил незнакомец.
   Глеб провел по экрану рукой, картинка сменилась на следующую. Он внимательно рассмотрел предложенные чертежи и обратился к незнакомцам.
   - Как я понимаю, эта ложа в каком-то крупном комплексе, стадионе, концертном зале и тому подобное. Вы представляете, к каким последствиям может привести ваша акция. Я не смогу вам ничем помочь, пока не буду уверен, что не пострадают ни в чем не повинные люди.
   Незнакомец недовольно посмотрел на Сергея, потом перевел взгляд на Глеба.
   - Именно поэтому для проведения этой акции мы привлекли вас. В противном случае, мы бы просто оставили на месте этого стадиона дымящуюся воронку.
   - Значит, все-таки стадион. Может, вы, наконец, посвятите меня во все подробности операции? В противном случае я отказываюсь принимать в этом участие.
   - Конечно, неужели вы думаете, что мы в вас сомневаемся? Вы человек военный, и не мне вам говорить о секретности этой акции и последствиях разглашения любых сведений о ней. Это дело государственной важности. История не простит нам ошибки.
   - Позвольте, я,- поднялся Сергей.
   - Да, конечно.
   - Я уже тебе говорил, что существует тайная организация патриотов. Наверное, нет смысла тебя убеждать или что-то доказывать, называть имена. Все это ни к чему. Организация глубоко законспирирована. Цель организации - возрождение. Возрождение если не Союза, то великой и сильной России точно. Дальше будет видно. В нашей организации люди разных национальностей, социальных слоев, вероисповеданий. Нас объединяет одно - любовь к Родине и вера в ее великое будущее. Без возрождения великой России, мир погрузится в хаос, куда его толкает американский экспансионизм. Американские транснациональные монополии уже довели мир до финансового кризиса, доведут и до третьей мировой войны. И в наших силах не допустить этого. Главное, действовать решительно. Обойтись совсем без крови не получится, но мы должны приложить все усилия, чтобы обойтись малой кровью. Необходимо также, чтобы весь мир увидел нашу силу и понял серьезность наших намерений. Этот, как ты его назвал, выстрел "Авроры" должны увидеть все. Поэтому для данной операции мы выбрали церемонию открытия зимних олимпийских игр в Сочи. На ней будут присутствовать президент, премьер-министр, министр внутренних дел, министр обороны и многие другие высокопоставленные лица. Если мы сумеем взорвать правительственную ложу, паралич власти обеспечен. Согласен?
   - Да, но могут пострадать простые зрители, стадион наверняка будет заполнен до отказа.
   - Это зависит именно от тебя. Надо сработать почти ювелирно. У тебя же бесценный боевой опыт. Кроме того, неужели ты думаешь, что в сотне метров от правительственной ложи можно будет найти хоть одного простого человека? Вряд ли.
   - Я никогда не проводил подобных операций. Хотя есть одна мысль.
   - Поподробней, пожалуйста,- вмешался молчавший до этого незнакомец.
   - Если подорвать опорные конструкции, несущие на себе основную нагрузку козырька, то рухнувший козырек похоронит под собой правительственную ложу со всеми присутствующими. В этом случае урон для окружающих будет минимальным. Задача облегчается тем, что элементы опорных конструкций выполнены из массивных стальных труб. Если заложить взрывчатку на этапе строительства, то обнаружить ее по завершении работ будет практически невозможно. Не возьмут ни собаки, ни детектор. Но активизировать заряд придется по проводам откуда-то извне. Дистанционный взрыватель могут отследить. Лучший вариант расположить провода в обычном кабельном канале, вместе с проводкой освещения и прочими служебными линиями. А повернуть ключ можно, например, из центра управления стадиона.
   - Что вам для этого потребуется?
   - Взрывчатка, кабель, идентичный проектной документации на строительство, кое-какое спецоборудование, квалифицированный специалист с архитектурно-строительным образованием, способный произвести кое-какие расчеты.
   - И все?
   - Конечно, мне нужно достаточное время на объекте. И главное, для полной гарантии необходимо, чтобы право на строительство принадлежало нам, тогда нас не будет никто беспокоить.
   - Не беспокойтесь, об этом мы уже давно позаботились. Тендер на строительство выиграла компания, принадлежащая нашей организации. Когда вы сможете приступить?
   - Да, хоть завтра.
   - Отлично, отправляйтесь завтра. Билеты и деньги вам доставят сегодня в гостиницу. Все необходимое получите на месте. Счастливого пути!
   Глеб поднялся и пошел к выходу.
   - Постойте,- окрикнули его.- Как вы там говорили? Это будет нашей "Авророй"?
   Глеб, молча, кивнул.
   - Назовем этот проект операция "Аврора". Не возражаете?
   ***
  
   Назад в гостиницу Глеб возвращался на том же автомобиле, с теми же сопровождающими. С одной лишь разницей, что садиться за компьютер ему не хотелось. Голова распухла от разных мыслей.
   Правильно ли он поступил, что согласился на предложение Сергея? Теперь обратного пути уже нет, слишком уж серьезные люди замешены в этом деле. А сомнения не отпускали. Неужели чтобы очиститься, надо сначала пройти сквозь кровь и смерть? Почему у нас никогда нельзя обойтись без насилия? А как же "слеза ребенка"? Или это все "карамазовщина"? Глеб вдруг вспомнил своего больного сына. А кто поможет ему, кроме меня? Кому он нужен? Государству? Родине? Никому. "Нет, никому он не нужен. И никто ему не поможет кроме меня,"- подумал Глеб. Но легче ему не стало.
  
   ***
  
   Через несколько часов в гостиницу приехал Сергей. Посмотрел на друга, видимо что-то заподозрил и решил задержаться.
   - Тебя что-то беспокоит? Я даже в мыслях не допускаю, что ты испугался, но все же. Что не так?
   - Никогда не думал, что придется работать в городе, полном народа. Я ведь не террорист какой-нибудь. А если пострадают невинные?
   Сергей слушал Глеба внимательно, не перебивая. Молча, курил. Долго собирался с мыслями.
   - А сколько невиновных пострадало от всех этих реформ, если можно назвать реформами разрушение собственного государства? А сколько невиновных погибают сейчас? Вспомни хотя бы своих друзей. Да, могут пострадать невиновные люди. Но ты прав, это не террор, это - война. А на любой войне неизбежны потери среди гражданских. Не мы придумали термин "допустимые потери".
   А кроме того, когда ты был в командировке на Северном Кавказе, ты что, там только разминированием занимался и сгущенку населению раздавал?
   - Нет, конечно. Если помнишь, основная моя работа - минирование, а не разминирование.
   - И что, когда ты минировал тропы и подходы к селам, на твоих ловушках подрывались только боевики? Нет, конечно! Подрывались пастухи, и мальчишки, и старики. Это же тебя не остановило!
   Глеб весь скривился, словно Сергей разбередил незаживающую рану.
   - Это мой самый большой грех, и мне нести его с собой всю жизнь. Но там была война, мы вынуждены были защищаться. Или мы их, или они нас.
   - Да брось ты эту демагогию! Война - вооруженные действия против армии противника. А где там ты видел вражескую армию? Партизаны, повстанцы, если хочешь, но не армия. А почему ты, офицер боевого элитного подразделения из далекой Сибири, воевал где-то на Кавказе против горстки боевиков, находящихся все-таки на своей земле? Не все так просто! Всегда возникают вопросы. Так что не парься. Ты все-таки офицер, считай себя мобилизованным. Приказ ясен?
   - Так точно!
   - Выполняйте!
   Сергей подошел и обнял друга.
   - Ну, вот и все, не дури. Я рекомендовал тебя именно для того, чтобы не было ненужных жертв. Я в тебя верю! От тебя, кстати, зависит и мое будущее.
   ***
  
   На следующее утро автомобиль доставил Глеба к вокзалу. Посадка на поезд была в самом разгаре. Глеб вошел в свое купе и обмер. У окна сидела девушка приятной наружности.
   - Здравствуйте,- сказал Глеб.- Я, кажется, буду вашим соседом на ближайшие сутки. Вы не против?
   - Здравствуйте, Глеб,- улыбнулась девушка.- Можно я буду вас так называть? Я, как вы понимаете, не против.
   Глеб присел от неожиданности.
   - Я что, стал настолько популярным? Мы знакомы?
   - Пока нет,- снова улыбнулась девушка,- Аня. Девушка протянула руку. Глеб взял эту красивую маленькую ручку, и сразу вспомнилось что-то давно забытое. Рядом с этой молодой раскованной девушкой он и сам чувствовал себя молодым, раскованным.
   - И все-таки, мы знакомы?
   - Ой, простите,- спохватилась девушка.- Вы искали специалиста с архитектурно-строительным образованием. Это я. На время этой командировки я буду вашим экспертом и помощницей. Вы удивлены?
   - Признаться, удивлен. Я ожидал какого-нибудь старого седого профессора, а тут приятная молодая особа,- Глебу было очень легко разговаривать с девушкой, словно они были давно знакомы.
   - Седой профессор, возможно, занимался проектными работами, а произвести необходимые расчеты и сделать выводы, уверяю вас, я смогу не хуже.
   - Аня, чем больше я с вами общаюсь, тем больше радуюсь, что на вашем месте не оказался старый седой профессор.
   ***
  
   А в Сочи их ждала работа. Днем на стройке следили за производством работ, вечером - за расчетами. Даже позагорать было некогда. Глеб числился инженером по технике безопасности, а Аня играла роль представителя заказчика. Работа продвигалась ударными темпами, и вскоре были заняты даже ночи. Устанавливать заряды и тянуть кабели приходилось, когда на объекте не было строителей. Конспирация полная. Благо, снабжение было на высоте. Все, что бы ни заказал Глеб, появлялось на объекте, буквально, на следующий день. Видно, где-то поблизости располагались армейские склады. Кроме основной работы Глебу иногда приходилось заниматься халтурой. По заданию Сергея он изготовил несколько портативных взрывных устройств с дистанционным взрывателем. Сергей платил исправно, не скупился и всегда вовремя, поэтому об использовании своих изделий Глеб не особо задумывался.
   Но, несмотря на полную загруженность работой, чувство тревоги ни на минуту не покидало Глеба. Правильно ли он поступает? Уж слишком скоропалительно он дал свое согласие. Он пытался отгонять эти мысли, все более погружаясь в работу. Особенно тяжелыми оказались последние две недели. Времени на сон почти не оставалось. Благо, что рядом находилась Аня. Девушка оказалась на редкость грамотным и смышленым специалистом. Пыталась вникнуть во все тонкости. Рассчитывала и проверяла, корректировала расчеты и снова проверяла, и так бесконечно. Глеб жалел девушку, старался лишний раз не таскать ее на объект. Несколько раз пытался уехать с утра пораньше в одиночку. Но Аня не давала себя провести. Всегда опрятная, собранная, была готова работать двадцать четыре часа в сутки. Только слегка похудела, и под глазами появились темные круги, но это придавало ей какую-то детскую трогательность. Глеб все больше проникался к ней симпатией. Иногда он думал: "Вот закончим работу, разлетимся, кто куда и, может быть, больше не увидим друг друга". И от этой мысли больно щемило сердце.
   ***
  
   Наконец, работа на стадионе была закончена. Нет, строители продолжали трудиться, и работы было непочатый край, но свою задачу Глеб выполнил. Им с Аней были уже заказаны билеты на ночной поезд. И вот они в последний раз прибыли на объект. Стадион поражал своим величием. Правительства никогда не жалели средств на олимпийские объекты, от этого во многом зависел престиж страны. Так было в Москве, так было в Пекине, так, без сомнений, будет и в Сочи.
   Глеб с Аней стояли на правительственной трибуне и представляли, как внизу будут проходить пестрые колонны олимпийцев.
   - Глеб,- сказала вдруг Аня,- а ведь за всю командировку мы ни разу не были на море. Может быть, сходим на пляж?
   - Когда, Аня? Мы сегодня ночью уезжаем. Хотя жалко, конечно, быть в Сочи и не побывать на море.
   - Так давайте сходим. Мы уже все закончили, заскочим в гостиницу за купальными костюмами и вперед! Успеем еще. Ну, пожалуйста!
   Сказать по правде, Глебу не очень хотелось тащиться на пляж с его жарким солнцем и раскаленным песком. Он бы предпочел этому два-три часа здорового сна в прохладном номере с кондиционером.
   - Жарко, Аня. Может быть, лучше отдохнем перед дорогой?
   - Ну, что за мужики пошли!- обиделась Аня.- Девушка приглашает на свидание, а им то некогда, то жарко, то еще что-нибудь.
   Глебу вдруг стало жалко эту маленькую хрупкую девушку, как она стояла, поджав губы. Казалось, вот-вот расплачется. И до чего она была красива в этой своей обиде! Глеб и раньше сознавал это, но сейчас, после стольких часов, проведенных к плечу плечо, он вдруг понял, как ему будет нелегко с ней расстаться. А ведь она ему в дочери годится! Наверное, если бы у самого Глеба была дочь, он бы и к Ане относился соответственно, но у него были сыновья, и сравнивать было не с кем.
   - А что я себе возомнил, старый дурак?- подумал он. - Девчонке просто неудобно одной в чужом городе, да и не всегда это безопасно. Чего я испугался?
   Ему почему-то вспомнился эпизод из кинофильма "Простая история", когда героиня Нонны Мордюковой в ответ на нерешительность героя Михаила Ульянова с горечью произнесла: "Хороший ты мужик, но не орел!" И после Аниных слов Глебу стало обидно за всех мужиков, ему хотелось быть с ней орлом.
   - Хорошо, Аня,- сказал он. - Поедем на пляж. До ночи еще есть время. Никуда наш поезд от нас не убежит, правда?
   - Правда,- обрадовалась девушка,- конечно, не убежит.
   Лицо ее сразу засияло, глаза заблестели.
   - Давай же быстрее,- заторопила она.
   ***
  
   - Аня была права,- думал Глеб, выходя из воды,- побывать в Сочи и не искупаться в Море, это просто глупо.
   Он прилег на расстеленное на теплой гальке покрывало рядом с Аней. Надо же, еще вчера Глеб не мог о таком и мечтать. Юг. Теплое море. Солнце. И красивейшая девушка рядом. Когда Глеб увидел Аню в купальнике, он просто лишился дара речи. До чего хороша! При сравнительно невысоком росте ее фигура была необычайно пропорциональна. Высокая, не слишком большая грудь, скорее средних размеров, подчеркивалась, а не скрывалась довольно открытым купальником. Изящные округлые бедра, без капли лишнего жира, длинные стройные ноги и изящная тонкая талия. Богиня! О такой девушке можно только мечтать. А она здесь, рядом, стоит только протянуть руку.
   Аня чувствовала на себе взгляд Глеба. Она догадывалась, о чем он думает, глядя на нее, но это нисколько не пугало ее. Наоборот, она томно потянулась и с улыбкой посмотрела прямо в глаза.
   - Пойдем еще искупаемся!- произнесла она, приподнимаясь на локтях.
   - Да мы же и так еще не обсохли,- Глеб провел рукой по влажным волосам.
   - Это ничего. Пойдем, я хочу вся пропитаться этим морем. Хочу запомнить эти запахи, эти ощущения надолго. Когда еще представится такая возможность?
   Глеб медленно заходил в теплую прозрачную воду, щурясь от яркого солнца. Было так хорошо идти, расслабившись, чуть прикрыв глаза. Никуда не спешить, ни о чем не думать. Права была Аня, что притащила его сюда. Ему так не хотелось возвращаться в пыльный город, а еще более тащиться на вокзал, трястись в душном вагоне, ехать в эту чужую для него Москву, где его точно никто не ждет.
   Плеск воды сзади отвлек Глеба от грустных мыслей и заставил обернуться. Взметая столбы брызг, прямо на него летела Аня. Глаза ее были широко раскрыты, золотистые волосы развевались на ветру. Она, казалось, не бежала, а летела над водой. И так с разбега, оттолкнувшись от воды, взмыла вверх и приземлилась уже на руках Глеба. Он прижал ее к груди, она плотно обхватила его руками за шею и поцеловала в губы. От неожиданности Глеб ослабил объятия, и девушка медленно начала сползать вниз в бурлящую морскую воду, не прерывая страстного поцелуя.
   ***
  
   В гостиницу они возвращались пешком. Аня, молча, шагала впереди, Глеб, задумавшись, чуть поодаль.
   - И почему судьба преподносит нам такие подарки, когда большая часть жизни уже позади?- думал он. - А сейчас, зачем я этой девчонке? Она наиграется и бросит, а я? Я уже не в том возрасте, когда все можно каждый раз начинать заново. Да и не в моем это характере.
   Конечно, в жизни Глеба были женщины. И каждую из них он любил, как ему казалось, любил всем сердцем, всей душой. Но потом что-то происходило не так, они расставались. И каждая женщина оставляла на сердце Глеба глубокую незаживающую рану. Исцеление наступало только после встречи с очередной любовью.
   Двадцать лет совместной жизни связывали Глеба с его женой, и потом все это ушло и растаяло за какой-то год. Растаяло без следа. А была ли любовь? Если бы кто раньше спросил бы его об этом, он бы, не задумываясь ни на секунду, ответил утвердительно. Но сейчас его уже начали терзать сомнения.
   - Что же это за любовь, если от нее и следа в сердце не остается,- сомневался он. - Да и любовь ли это? А Аня? Это что? Баловство? Похоть? Боязнь одиночества? Или это и есть та самая единственная и неповторимая любовь? Любовь, которую ждешь всю свою жизнь, и за которую не страшно отдать и саму эту жизнь!
   Смеркалось. На юге темнота наступает неожиданно быстро. Вот уже и фонари зажглись, а на еще не черном, а каком-то темно - сером, тусклом небе высыпали первые звезды, такие большие и яркие.
   Проходя мимо уличного кафе, Аня уселась за белый пластиковый столик и помахала Глебу рукой.
   - Иди сюда,- позвала она.
   - Аня, нам некогда, поезд,- качал головой Глеб, но девушка не унималась.
   - Иди сюда, Глебушка, ну пожалуйста,- голос Ани был таким нежным и жалостливым, что Глеб не устоял. Он покорно сел рядом.
   - Ну, что мы будем делать?
   - Глебушка, а у меня сегодня день рождения.
   - Как день рождения? Какой день рождения? Вот те раз! И сколько тебе? Прости, но ты еще в таком возрасте, что в этом вопросе нет ничего неприличного.
   - Двадцать четыре,- сказала Аня.- Старая уже?
   - Двадцать четыре? Совсем еще девчонка! Между нами двадцать лет разницы, мне уже сорок четыре. А ты: "Глебушка, Глебушка"... Такая пропасть! Постой, да что же я?
   Глеб выскочил из-за стола и исчез за стеклянной перегородкой, разделяющей импровизированный зал на две части. Через несколько минут он вернулся с бутылкой шампанского и парой пластиковых стаканчиков. Хлопнула пробка. Глеб разлил шампанское по стаканчикам.
   - За тебя, Анечка! За то, что ты есть, такая молодая и красивая! С днем рождения!
   Французы были не дураки, когда придумали шампанское. Шампанское, фрукты, красивая девушка, вечер, огни, звезды... Что может быть романтичней? Прошло совсем немного времени, и Глеб уже не спешил, ни на какой поезд. Да и куда было спешить? Что ждало его в этой неприветливой чужой Москве? А здесь! Вот она настоящая жизнь! Это именно те моменты, которые хотелось бы растянуть навечно. Именно в такие моменты жалеешь о бесцельно потраченных годах.
   ***
  
   Глеб проснулся. Слегка побаливала голова. Рядом, прижавшись к нему, спала Аня.
   - Господи, значит это все-таки не сон, спасибо тебе!
   Он смотрел на спящую девушку, боясь пошевелиться.
   - Неужели это правда? Слава тебе, Господи за этот подарок! Разве мог я мечтать об этом?
   Девушка зашевелилась и открыла глаза.
   - Привет,- она приподнялась и чмокнула Глеба в губы. - Как спалось?
   - А разве я уже не сплю?- захлопал ресницами Глеб. - Это не сон?! Я что, уже проснулся?
   В это время раздался настойчивый стук в дверь.
   - А вот и будильник! Кто там?
   - Извините, это горничная,- донеслось из-за двери.- Прошу прощения, но вам необходимо освободить номер до двенадцати часов дня. Он уже забронирован. Если вы решили остаться в гостинице, вам надо переоформить документы.
   - Хорошо,- крикнул Глеб. - Мы обязательно освободим номер, спасибо.
   Глеб с сожалением посмотрел на Аню. Та натужно улыбнулась.
   - Пора,- решился, наконец, Глеб. - Встаем?
   Он встал с постели и начал одеваться. Аня потянулась, взяла пульт и включила телевизор. На одном из федеральных каналов шел выпуск новостей. Показывали очередную катастрофу. Кажется, в последнее время все наши новости состоят исключительно из войн, катастроф и стихийных бедствий. На экране мелькали какие-то обломки, кареты скорой помощи, санитары с носилками. Глеб взял у Ани пульт, добавил громкость и, замер.
   - ... сошли с рельсов четыре вагона,- комментировал голос за кадром.- Очевидцы утверждают, что непосредственно перед катастрофой слышали громкий хлопок. Сейчас на месте аварии работают специалисты МЧС и ФСБ, не исключается возможность теракта. Пострадавшие размещены в больницах ближайших населенных пунктов, наиболее тяжелые отправлены самолетом в Москву. Сведения о пассажирах, пострадавших при крушении поезда "Сочи-Москва", вы можете узнать по телефонам.
   Далее следовал список, состоящий из нескольких телефонных номеров.
   Глеб побледнел, подошел к телефону и набрал один из номеров.
   - Я бы хотел получить информацию о пассажирах поезда "Сочи-Москва". Да, мои родственники ехали в этом поезде. Какой вагон наиболее пострадал? Седьмой? Да, фамилия?- Глеб резко положил трубку на рычаг и посмотрел на Аню. - В какой вагон нам были забронированы билеты?
   - Кажется в седьмой,- неуверенно произнесла она. - Да, точно в седьмой, я вспомнила, седьмой вагон и места семь, восемь.
   - Похоже, мы кому-то помешали. Я не верю в случайности. Думаю, мы слишком много знаем и кто-то подстраховывается.
   - Но кто? Как, неужели ты думаешь, они способны на это? Ведь пострадали люди. Нет, я не верю.
   - Я тоже не совсем уверен, но для полной уверенности, нам надо вернуться в Москву на автобусах. Береженого Бог бережет. Пока идентифицируют убитых, составят списки всех раненых, мы уже будем в Москве. А там... Страна большая, да и в ближнее зарубежье проникнуть не сложно. Не пропадем!
   ***
  
   Все вышло, неплохо, как и запланировал Глеб. Они прибыли в Москву на автобусе. Это хоть и заняло немного больше времени, зато им удалось вернуться инкогнито, нигде не оставляя своих паспортных данных. Аня хотела заскочить домой за вещами, но Глеб не пустил ее из соображений безопасности.
   - Пока мы не разберемся с тем, что происходит, мы не должны обнаруживать себя. Пока они не знают, что с нами, мы будем в безопасности. Если эта катастрофа не случайна, мы так же тихо исчезнем из города, а может быть, и из страны. Аня, ты не знаешь, где нам можно остановиться на пару дней? Только эта квартира не должна принадлежать твоим близким друзьям или родным. Такие места они проверят в первую очередь.
   Аня стала очень серьезной. Она ненадолго задумалась и решила.
   - Есть одна квартирка на окраине, правда, метро недалеко. Хозяин сейчас за границей на заработках. Я о ней не рассказывала никому из своих друзей.
   - Хорошо, тогда поехали сразу туда. А ключи? Как без ключей-то?
   - Ключи там же, у соседки. Это коммуналка, соседнюю комнату занимает старушка, ключи у нее.
   - Тогда быстрее в метро, а то у меня такое нехорошее ощущение, словно каждый второй здесь за нами следит.
   - Это нервы.
   На метро они быстро добрались до окраины, впрочем, окраиной этот район можно было назвать весьма условно. Москва разрасталась бешеными темпами, за серыми громадами "сталинских" домов уже устремились вверх многоэтажки нового микрорайона.
   Только в комнате Глеб смог расслабиться и перевести дух.
   - Аня, а чья это квартира? Впрочем, если тебе это неудобно, не отвечай.
   - Почему неудобно? Неудобно, когда между нами тайны. Эта квартира одного моего друга. Мы с ним встречались, но недолго, именно в этой квартире. Я о нем никому не рассказывала. А когда мы поняли, что не подходим друг другу, решили остаться друзьями. Он хороший человек, но, видно, не судьба. А когда он уезжал за границу, то просил присматривать за квартирой. Вот и все.
   - А Сергей?- Глеб давно не решался спросить, что связывало Аню с Сергеем.
   - Ты хочешь узнать, в каких я отношениях состою с Сергеем?
   - Не только. Я хочу узнать, почему ты работаешь на него?
   - Не на него, а на фирму,- Аня улыбнулась. - Ты что ревнуешь? Напрасно. Сергей мне вместо отца. Не буквально, конечно, но он дал мне вторую жизнь.
   - Это как же?- удивился Глеб.
   - Мне повезло. У меня была счастливая семья. Мой отец был военным. Он погиб. А мать не смогла этого пережить. Всю жизнь она прожила с отцом, как за каменной стеной. Она и не работала никогда, отец не разрешал. Он считал, что настоящий мужчина должен сам содержать свою семью. Но все остальное, весь быт, дом лежали на матери. И когда погиб отец, все рухнуло. Мать пыталась что-то делать, устроилась на работу, но она была сломлена. Жизнь для нее потеряла всякий смысл, даже я. Я видела все, что происходило с матерью, но ничем не могла ей помочь. И однажды случилось то, что должно было случиться: она покончила собой.
   - Бедная ты моя, бедная,- обнял Аню Глеб.- Такая юная, и уже столько пережила. Вот откуда твоя серьезность и настойчивость. Извини, я тебя перебил. Так что же дальше?
   - Дальше?- девушка призадумалась. - Дальше, я решила последовать за матерью. Я в последний раз пришла на кладбище, постояла у родных могил и поняла, что больше никто и никогда не будет любить меня так же сильно и бескорыстно. Я поняла: это все. Но судьба иногда преподносит нам такие сюрпризы. Там же, на безлюдном кладбище на меня напали два каких-то поддонка. Они избили меня и потащили в лес. И вот парадокс, еще минуту назад я хотела расстаться с жизнью, а сейчас цеплялась за эту ненужную и никчемную жизнь руками и ногами. Не знаю, как я, хрупкая слабая девчонка, могла сопротивляться этим здоровым отморозкам. Я брыкалась, царапалась, кусалась. К счастью, мои крики услышал Сергей, который приходил на могилу своего боевого друга. С необычайной легкостью, словно тряпичных кукол, разбросал он этих амбалов. Они и сообразить ничего не успели, как оказались в отключке.
   - Еще бы, он ведь инструктор по рукопашному бою,- не удержался Глеб. - Прости, продолжай, пожалуйста.
   - А что продолжать? Он мне здорово помог. Когда он узнал, что я дочь погибшего офицера, он пробил для меня путевку в санаторий. Там меня научили любить жизнь. А Сергей взял надо мной шефство. Он заменил мне родного отца. Это именно он посоветовал мне поступать в архитектурную академию, после помог с аспирантурой. Да и в фирму он меня устроил, когда еще я была студенткой.
   - Это в какую такую фирму?- заинтересовался Глеб.
   - В проектно-строительную. В ту самую, в которой мы с тобой работаем. Ты что не знаешь, где работаешь?- теперь удивилась Аня.
   - Я же в отдел кадров не ходил. Я вольный каменщик. И почему это Сергей предложил тебе поступать в архитектурный?
   - Говорил что мой отец, как и он сам, был военным, а военные не только защищают, но и разрушают. И было бы справедливо, чтобы я что-то построила взамен.
   - Красиво.
   - Красиво, но после я узнала, что он один из совладельцев фирмы.
   - Это многое объясняет, но сейчас нас должно интересоваться не это. Нам надо решить, что нам делать дальше. Как жить? И позволят ли нам жить.
   - Глеб, неужели все настолько серьезно? Может быть, это все случайное совпадение?
   - Нет, Аня, вряд ли,- Глеб с грустью посмотрел на девушку. - У таких людей, как Сергей, случайностей не бывает. Он профессионал. Он, как хороший шахматист, просчитывает все на десять - двадцать шагов вперед. И надо сказать, до сих пор ему это удавалось. Одного лишь он не сумел предугадать - наши отношения. Ведь если бы мы в тот вечер не пошли на пляж, мы бы сели на ночной поезд, и сейчас бы нас уже хоронили за казенный счет. И это в лучшем случае.
   - А в худшем?
   - В худшем, взрыв поезда можно было повесить на меня. Бывший военный подрывник, уличенный в связях с террористами, вез взрывчатку для теракта в Москву, но произошел непреднамеренный подрыв. Скорее всего, так бы и было. И боюсь, когда они узнают, что я жив, на меня объявят охоту все силовые ведомства. И за свою голову я не дам и гроша ломаного. Поэтому нам надо срочно выехать из города, а позже из страны. Автобусом это будет сделать проще всего. Я сейчас съезжу на парочку автобусных станций, разузнаю все. Возможно, куплю билеты, а ты никуда не выходи из комнаты. Потерпи еще немного.
   ***
  
   Глеб вышел из дома и направился к метро. Сел на поезд и проехал несколько остановок до ближайшей автобусной станции. Но что-то его остановило, он не пошел прямо к зданию автовокзала, задержался на другой стороне площади и огляделся. Ничего подозрительного. Подходят и отходят автобусы. Спешат пассажиры. Возле входа в здание вокзала стоят и курят два милиционера. Вполне обычная картина. Но было как-то неспокойно. Обостренное чувство опасности не покидало Глеба. И не напрасно. Наблюдая за посадкой в автобусы, он обратил внимание на молодых людей в штатском, которые внимательно осматривали салоны автобусов перед отправлением.
   - Похоже, вариант с автобусами отпадает,- подумал Глеб,- дороги наверняка перекрыты и на постах ГИБДД идет повальная проверка всего автотранспорта. Ну, ничего, есть множество других способов покинуть город. Можно уехать на товарном поезде, на велосипедах, пешком, наконец. А если жизнь заставит, то захватить самолет. Ничего, что-нибудь придумаем. Для начала, надо забрать Аню.
   Глеб подошел к газетному киоску, купил газету. Делая вид, что внимательно рассматривает ее содержание, на самом деле смотрел на отражение в стекле ларька. Его внимание привлек высокий мужчина в серой куртке. Было что-то знакомое в этом взгляде, в этой фигуре. А в таких вещах Глеб не ошибался. Он резко развернулся и, оторвав голову от газеты, внимательно посмотрел на незнакомца. Тот выдержал взгляд, затем опустил глаза, достал из кармана куртки сигареты. Закурил. Глеб свернул газету и пошел по оживленной улице, пытаясь смешаться с толпой.
   Подражая праздным зевакам, он прохаживался вдоль витрин. Обводил их пустым взглядом и шел дальше. Неужели ему показалось? Видно, все-таки сдают нервы. А чему удивляться? Рано или поздно это должно было произойти. Но, несмотря на то, что внутренне Глеб был давно готов к этому, все-таки все произошло совершенно неожиданно. Чему там учили на курсах выживания? Он быстро свернул в безлюдный переулок, прошел пару кварталов и резко оглянулся. Почти сразу ему удалось заметить высокого плечистого мужчину в серой куртке, который, хоть и на внушительном расстоянии, но все-таки следовал за ним. Глеб прошел еще пару кварталов и, выйдя на широкую улицу, заполненную людьми, снова поспешил смешаться с толпой.
   Что же делать? Вышеупомянутый курс по выживанию включал в себя способы ухода от слежки и варианты самосохранения в людном городе. Но это был скорее факультативный, прикладной курс. Основные методы выживания были направлены на действия в горах, лесах пустынях, в океане, наконец. Именно их Глеб неоднократно проверял на себе в горах Северного Кавказа. Как мог офицер спецназа предполагать, что ему придется действовать скрытно, не где-нибудь, а в многолюдном городе, у себя в родной стране, за которую приходилось не раз проливать пот и кровь. Глеб зашел в небольшое кафе, присел за свободный столик, затем резко поднялся и поспешил к выходу.
   В дверях нос к носу он столкнулся с незнакомцем. Инстинктивно Глеб сунул правую руку в карман, но мужчина оставался на месте. Он вытянул обе руки вперед, демонстрируя пустые ладони.
   - Спокойно, Глеб, я безоружен. Не волнуйтесь, я ваш друг. Нам надо поговорить, я могу помочь вам,- произнес человек, водя перед Глебом вытянутыми руками.
   - Руки опустите,- тихо, но настойчиво произнес Глеб, не выпуская руку из кармана. - Предупреждаю, если что не так, я стреляю без предупреждения.
   Он кивнул в сторону зала. Незнакомец согласно прошел вперед, Глеб последовал за ним.
   - Откуда вы меня знаете? Мы знакомы?- спросил Глеб, внимательно разглядывая незнакомца, продолжая держать руку в кармане.
   - И да, и нет,- произнес мужчина загадочно. Говори он тоже необычно, чувствовался легкий акцент. Например, звук "Г" в слове Глеб звучал, как "К", а звук "Р" он вообще не выговаривал. - У нас была мимолетная встреча на Кавказе. Не помните?
   - Не припоминаю,- напряг память Глеб. - Корреспондент? Но тогда вы выглядели не так презентабельно.
   - Все-таки вспомнили. А кто там выглядит презентабельно? Но нас связывает не только война,- продолжил незнакомец.
   - Постойте, вспомнил, я видел вас несколько недель назад на строительстве олимпийского стадиона. Тоже по профессиональным делам?
   - В некотором роде. Вы давно находитесь в поле моего зрения.
   - И чем я заинтересовал ЦРУ? Не удивляйтесь, как вас - Джон? Джордж?
   - Марк, если вам угодно. А с чего вы решили, что я из ЦРУ?
   - Наша разведка, конечно уже не такая как прежде, но кое-что еще может. Там на Кавказе все знали, что вы работаете на ЦРУ. И если вас никто не трогал, это не значит, что вы не были раскрыты. Сами понимаете, раскрытый разведчик не так опасен. Задержи мы вас, пришлют нового, и кто знает, что от него ждать. А так все под контролем, все довольны. Так что вам от меня надо?
   Подошел официант. Разговор оборвался. Марк заказал два бокала пива и заговорил, как только официант ушел.
   - Как у вас говорят , "давайте начистоту". Мы оба профессионалы и ходить вокруг да около не имеет смысла. Я знаю, в каком положении вы находитесь. Я знаю даже больше вас. Поэтому я предлагаю вам работать на нас.
   От такого предложения Глеб грохнул бокалом об стол. Пена выплеснула через край и начала растекаться по столу.
   - За такое предложение можно и того. Вы предлагаете изменить Родине мне, офицеру. Неужели вы, американцы, всерьез думаете, что все можно купить за деньги? Мне жаль вас.
   - Успокойтесь, никто вам не предлагает никому изменять. Да и о какой родине идет речь? Той родине, которой вы присягали, или которая существует сейчас?
   - Родина - она одна и навсегда.
   - Тогда, следуя вашим принципам и кодексу чести, вы еще в девяносто первом должны были выйти на баррикады или тихо застрелиться где-нибудь в укромном месте. Вспомните, как это было после вашей революции. Но сейчас не об этом. Я не пытаюсь вытянуть из вас вашу военную тайну или какие-то секреты. Все это мы и так знаем. Я просто хочу нанять вас на работу. Купить не вас, как офицера и патриота, а приобрести в наем ваш профессионализм, ваши навыки и умение. У нас много работы и в Ираке, и в Афганистане, и Южной Америке. По-моему, это честно. Никто не заставит вас действовать против вашей страны, хотя все в этом мире относительно. Более того, я готов вам признаться, что вы уже работаете на меня.
   Глеб чуть не поперхнулся пивом. Он поднял глаза и внимательно посмотрел на Марка. Не сбрендил ли он? Нет, не похоже. Сидит спокойный, уверенный и излагает все гладко.
   - Да, Глеб. Это так. Вы уже давно получаете зарплату у нас в Лэнгли. Если судить по бухгалтерии, вы наш сотрудник, правда, без договора о найме. Но важно ли это? А вы думаете, что ваши олигархи настолько щедры, что готовы вкладывать деньги во все сомнительные предприятия? Да они лучше в Куршевель пару самолетов с топ-моделями отправят с собой на каникулы или еще один футбольный клуб за рубежом прикупят. Много они у вас в стране вкладывают? То-то же. Это мы финансируем вашу оппозицию, ваших ура-патриотов.
   - Хочешь сказать, что это вы запланировали акцию на олимпийском стадионе?
   - Не совсем мы, но мы одобрили и профинансировали.
   - Врешь!
   - А зачем мне врать? Откуда, ты думаешь, мне все это известно? Я как раз и занимаюсь вопросами финансирования. Все проходит через меня.
   - А вам-то это зачем? Ну, придут к власти эти ястребы, начнут создавать диктатуру. Вам-то зачем? Зачем вам сильная Россия?
   - По нашим меркам у вас и сейчас диктатура, только вы разрушили железную сталинскую диктатуру и создали коррупционно-чиновничью, как в одной из банановых республик. Только масштабы у вас побольше. И чиновников, и коррупции гораздо больше. Такая Россия нам не нужна - опасная и непредсказуемая. Вся ваша беда от ваших гигантских размеров. Вы ни управлять не можете нормально, ни жить. Только воевать и умеете.
   - Но это все наши проблемы. Вам то что с того?
   - А мы вам поможем! Когда вы осуществите свою акцию и в стране наступит хаос и неразбериха, Совет Безопасности поднимет вопрос о положении в вашей стране. Это же грозит не просто гуманитарной, а вселенской катастрофой! В целях безопасности человечества необходимо будет взять под контроль ООН все ваши ядерные объекты и оружие. А осуществить это смогут только войска НАТО, которые давно находятся возле ваших границ и только ждут сигнала. Кроме того, при взрыве наверняка пострадают некоторые руководители других стран, прибывшие на Олимпиаду. За санкцией ООН дело не станет. А когда мы оккупируем вашу страну, мы попросту поделим ее на несколько частей.
   - Ты несешь полный бред! Наверное, насмотрелся ваших Голливудских блокбастеров. У вас, у американцев, у самих мания величия. Вы почему-то верите, что только вы способны спасти мир. Причем это спасение никогда не идет в разрез с вашими интересами. И как, интересно, вы будете делить Россию?
   - О, за этим дело не станет. Всегда найдутся желающие урвать кусок пирога! Например, Карелию и Ленинградскую область можно присоединить к Финляндии и бывшим вашим прибалтийским республикам. На острова вашего Дальнего Востока и часть Приморья давно претендует Япония. Сибирь можно отдать китайцам, это только укрепит наши отношения. А вы будете существовать в границах Допетровского государства. Впрочем, и его можно разделить, например, на христианское и мусульманское.
   - Хорошо,- Глеб не верил своим ушам. - Ты забыл про себя. Вам - то что от нашего пирога?
   - Если вы не возражаете, мы возьмем Чукотку, побережье Северного Ледовитого Океана вместе с прибрежным шельфом.
   - Мы возражаем. Боюсь, вы на этот раз надорветесь!
   - Ну, почему? До сего момента все шло довольно гладко.
   - А ты не боишься, что я пойду в соответствующие органы и все там расскажу?
   - Но ведь ты сам сказал, что это полный бред! И кто тебе поверит? Да и не советую я тебе идти не в какие органы. Думаю, в данный момент твое фото демонстрируется по всем телеканалам страны. И все, как ты выражаешься, соответствующие органы уже получили соответствующую ориентировку. Уж ты поверь! А как поступят с террористом, взорвавшим пассажирский поезд и готовящим новые теракты, тебе не надо объяснять. Ведь поезд подорвали одним из твоих устройств, клянусь тебе.
   - Значит, меня использовали?
   - Тебя это удивляет? Брось, неужели ты не понимал, на что идешь? Но сейчас не об этом. Я могу вывезти тебя из Москвы, если мы сумеем договориться. Советую подумать и принять мое предложение.
   - Если я не соглашусь?
   - Тогда мне придется искать другого специалиста, а вашей участи я не позавидую. Так что подумай.
   Глеб откинулся на спинку стула. Голова шла кругом. Он терял связь с реальностью. Словно он сейчас находится не в крошечном кафе в центре Москвы, а как герой шпионского романа, узнает тайну, грозящую гибелью всему человечеству. Но вынужден скрываться от своих и чужих, мечется и не знает, как предотвратить грядущую катастрофу. А может быть, все не так плохо. Сейчас главное исчезнуть из Москвы, растаять, раствориться, а потом уже думать, что делать дальше. А раз они используют меня, то почему я не могу использовать их? А, будь что будет!
   - Хорошо,- Глеб повернулся к собеседнику. - Я подумаю, но я не один. Со мной девушка, я ее не брошу.
   - Это будет немного сложнее ...
   - Или вдвоем, или никто!
   - Нет, нет, я не отказываюсь, просто это будет немного сложнее. Так ты решил?
   - Не совсем. Мне надо еще подумать.
   - O'кey! Если решите, просто позвоните по этому телефону,- американец протянул Глебу мобильник. - Просто позвоните, не называясь, и получите дальнейшие инструкции. Да не убивайся ты так! Гибель империй -это нормальный жизненный процесс. Как говорил ваш идеолог, закон диалектики. Ты же офицер, учил историю. Сколько империй было на вашей территории до России? Ученые до сих пор не могут дать точного ответа. Иранцы, аланы, гунны, скифы, готы, хазары, булгары, печенеги, варяги, монголы, славяне - вот далеко не полный перечень народов, заселявших вашу землю. От многих остались только названия. И ничего, цивилизация не умерла. History repeats itself. А сейчас, извините, я должен все подготовить. До свидания.
   - До свидания,- Глеб поднялся. - Но я уйду первым. O'кey?
   - O.K.!- улыбнулся Марк.
   ***
  
   Глеб целый час болтался по городу, путая следы, пытаясь обнаружить слежку. Но все было как обычно. Жизнь в Городе шла своим чередом, и никому не было дела до одинокого маленького человечка, бредущего в необъятном людском водовороте.
   Наконец, он спустился в метро и через полчаса был у Ани.
   - Глеб! Ну, наконец-то! Где ты пропадал? Я чуть с ума не сошла! Рассказывай!
   Глеб вкратце рассказал ей о встрече с Марком, про объявленную на них охоту и о предложении янки.
   Аня слушала, недоверчиво покачивая головой. Не перебивала, просто слушала и мотала головой.
   - Глеб, неужели ты веришь во все это? Да разве можно верить этому шпиону?
   - Анечка, сейчас вопрос не о вере, а о спасении, о наших жизнях. Потом, можно будет во всем разобраться, все взвесить, а сейчас мы просто должны выжить!
   - Но должен же быть какой-то другой выход! Почему мы должны верить этому америкашке? Ты же сам сказал, что он наш враг.
   Словно в ответ на ее вопрос в дверь постучали. Глеб прижал палец к губам и на цыпочках подошел к двери. Стук усилился. Затем послышался лязг открываемого замка. Дверь приоткрылась.
   - Глеб! Я знаю, что ты здесь. Без глупостей, просто поговорим. Я один.
   Дверь открылась. На пороге стоял Сергей.
   - Рад вас видеть в добром здравии, - произнес он, разглядывая присутствующих.
   - Не могу того же сказать о тебе,- Глеб, не сводя глаз с Сергея, подошел к Ане. - Как ты нас нашел?
   - Обижаешь. Если смог выследить ЦРУшник, неужели не сможем мы? Зря вы так ребята,- Сергей медленно приближался. - Если бы вы знали, какую кашу заварили. И главное, зачем?
   - Вот видишь, Глеб,- обрадовалась Аня, - все не так, как ты думал. Сергей нам поможет. Правда?
   - Конечно, помогу. Для того и пришел.
   - Сергей, я все знаю. И про финансирование, и про ООН.
   - Знаешь? Да что ты знаешь?- взорвался Сергей. - Кто позволит этим янки делить Россию? Это им не Гренада! Надорвутся! Мы будем действовать решительно! Они просто ничего не успеют сделать, запутаются в своих бюрократических лабиринтах. А когда ядерная кнопка окажется у нас, тогда и поговорим. А то, что все это на их деньги, так "деньги не пахнут".
   - Сергей, почему-то, я тебе не верю.
   - А тебя никто и не заставляет мне верить. Ты уже выполнил свою функцию, теперь ты уже просто отработанный материал. Ты же никому не нужен и никого не интересуешь.
   - А я? Я тоже никого не интересую?- Аня опомнилась и вступила в разговор. - Или меня ты тоже использовал?
   - Что ты, лапочка, именно ты меня сейчас и интересуешь.
   Сергей резко повернулся в сторону Ани. Послышался легкий свист, затем шлепок, и только тогда Глеб заметил в его руках дымящийся пистолет с глушителем.
   Этим шлепком Аню резко качнуло назад, и она со всего маха рухнула на спину на стоящий позади нее диван. Глеб бросился к ней, но с первого же взгляда было ясно - девушка уже мертва.
   - Зачем?!- даже не закричал, а заревел Глеб и кинулся на Сергея.
   Оказавшись на полу, он понял: силы были неравные. Сергей по -прежнему находился в отличной физической форме.
   На крик в комнату ворвались два здоровенных детины. Увидев Глеба, лежащего на полу, громилы в нерешительности замялись и остановились у открытой двери.
   Глеб поднялся с пола, подошел к дивану и рухнул на колени над бездыханным телом Ани.
   - Зачем?- тихо повторил Глеб, проводя рукой по рыжеватым волосам девушки, обращаясь уже не к Сергею, а куда-то вверх. - Господи, зачем?
   Но небо молчало. Зато заговорил Сергей.
   - У вас с самого начала не было никаких шансов. Прости, друг, ничего личного. Ты просто выполнил свою боевую задачу и исчерпал свой запас живучести. Ты же профессионал и понимаешь, свидетелей быть не должно. Как говорил Бенджамин Франклин, "трое могут хранить секрет, если двое из них мертвы". Но могу тебе обещать - ты не умрешь. Вот только не пойму, зачем ты убил девушку?
   - Какую девушку?- Глеб удивленно уставился на Сергея.
   - Эту девушку,- кивнул тот в сторону тела, аккуратно протирая пистолет носовым платком.
   А его подручные уже заламывали Глебу руки.
   - Добрых снов!
   ***
  
   - Вы мне верите? Я понимаю, в это трудно поверить. Но ведь в ваших силах все проверить. Достаточно вскрыть опоры на стадионе.
   - Конечно, проверим,- следователь писал что-то в протоколе. - А сколько взрывных устройств вы изготовили?
   - Пять, или шесть. Я не помню точно, да и какое это сейчас имеет значение.
   - А зачем вы убили девушку?
   - Да не убивал я Аню, я ее любил. Это все Сергей. Это все он подстроил. Вы проверьте.
   - Мы проверим, проверим.
   - А где я нахожусь. Это тюрьма?
   - Вы находитесь в следственном изоляторе ФСБ.
   - Это и есть знаменитые подвалы Лубянки? А почему я нахожусь здесь, а не с простыми уголовниками?
   - Именно из-за вашей террористической деятельности.
   - Но я требую суда! Я не вру. Когда вы все проверите, убедитесь сами!
   - Конечно, проверим и убедимся. Конвой! Увести подследственного.
   Когда Глеба увели в камеру, в кабинет вошел Сергей.
   - Ну как, он готов?
   - Думаю, да. В спецлечебнице его особо слушать никто не будет. Там фигуры покрупнее. У них там даже свой Бен Ладен есть, не то, что рядовой террорист-бомбист. У нас с ними длительный опыт совместной работы. Его там подлечат, вправят мозги. Ну, а в случае чего, суициды в психушках не редкость. Так что, оформлять документы?
   - Оформляй! "Избави меня, боже, от друзей, а с врагами я сам справлюсь".
  
  
  
   Январь 2010 г.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   И. Ильф и Е Петров "Двенадцать стульев".
   Владимир Алексеевич Гиляровский (8 декабря (26 ноября) 1855, имение в Вологодской губернии -- 1 октября 1935, Москва) -- писатель, журналист, бытописатель Москвы.
   Владимир Ильич (Ульянов) Ленин (1870-1924).
   История себя повторяет - английская пословица.
   Веспасиан - римский император (969-79гг.н.э.)
   Бе?нджамин Франклин (англ. Benjamin Franklin; 1706--1790) -- учёный, журналист, издатель, дипломат. Один из лидеров войны за независимость США. Первый американец, ставший иностранным членом Российской академии наук.
   Усама Бен Ладен - лидер исламской террористической организации "Аль-Каида". Признан террористом N 1 в США[2] и других странах. За предоставление информации, приведшей к поимке Бен Ладена, правительство США предлагает награду в $27 млн.
   Изречение это уже с конца 18 века приписывается Вольтеру. Между тем, в сочинениях Вольтера его нет.
  
  
  
  
  
  
  
  
  

21

  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"