Соколова Надежда: другие произведения.

Блин-2. Возвращение

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 7.91*28  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Здравствуй, прошлое, или Иногда они возвращаются. Новые приключения Инки в Межмирье. Главы 1-5. Прода от 17.12.

  Глава 1. Топ, топ, очень нелегки В неизвестность первые шаги. Песня 'Топ, топ, топает малыш'
  Инна:
   В очередной раз получив втык от препода за неверно сделанную лабораторную, мы, студенты-медики, собрали вещи, выползли из аудитории, добрались до столовой и оккупировали столы. Хорошо, что Алла Львовна решила не домучивать бедных-несчастных третьекурсников и отпустила нас на пятнадцать минут раньше: успеем и поесть, и до очередной аудитории вовремя добраться...
   - Инка, ты как, идешь сегодня на дежурство? - Линда, высокая голубоглазая шатенка, миловидная, как кукла Барби, грациозно присела за мой столик.
   Я пожала плечами:
   - А есть выбор? До стипендии точно не дотяну.
   - Завтра ж зачет, - Виктор, паренек-крепыш, ненамного выше меня, вечно голодный кареглазый брюнет, плюхнулся на последний не занятый стул.
   - И? Ты мне пять косых подаришь?
   - Нашла, из-за чего ночами не спать. Ладно б, работа была.
   - Что попалось. И вообще, жмуриков бояться - врачом не работать.
   - Да при чем тут 'бояться'. Это ж копейки.
   Мы, наверное, и дальше привычно препирались бы ни о чем, если б на горизонте не появился любимый декан. Начальство. Всеми обожаемое, да. Ну, это он так думает.
   - Любова, завалишь сессию - исключу, - сообщив эту радостную весть, Филипп Филиппович бодренько направился к подавальщице.
   - И что он к тебе прицепился? - Линда доела бутерброд с сыром и говядиной и потянулась, привычно ловя восхищенные взгляды мужской части столовки.
   - Любит, не иначе, - язвительно фыркнул Витька, увернувшись от брошенной в него скомканной салфетки. Теперь поднимать придется. Не забыть бы.
   - Я ему экзамен на втором курсе трижды пересдавала.
   - Это гистологию, что ли? Так он тогда всех валил, больно жадный.
   - Он жадный, я бедная. Еле-еле свой трояк выцепила.
   - А, это когда ты без стипухи полгода ходила и в аптеке по выхам полы мыла?
   - Угу.
   Закончив обедать, собрала посуду и мусор, включая злополучную салфетку, поставила на столик для использованных тарелок и не спеша потопала на очередную пару. На пропедевтику лучше не опаздывать. Виктория Сергеевна - дама старой закалки, появится пораньше, по часам лекцию начнет, зайдешь хоть на пару секунд позже - без колебания за дверью оставит, будешь всю пару подслушивать.
   Три года... Как же быстро время летит... Казалось, еще вчера Жорт вытащил меня из БЛиНа, спасая от ненужной замужней жизни. А вот уже и очередная сессия на носу, середина третьего курса... Может, и не стоило тогда ершиться?
   За три года многое изменилось: после долгого, можно даже сказать 'интимного', общения с директрисой закончила колледж с отличием, поступила в не особо престижный медицинский институт, училась и работала, работала и училась. Постоянно нервничая и экономя, скинула пятнадцать килограмм, считала себя уже не толстухой, а пышкой, несколько раз даже на свидания сходила, но что-то как-то не срослось... Может, потому что одевалась по-прежнему немодно, пряча телеса в старьё и рубахи по колено, а может, потому что кавалеров то и дело сравнивала с... Да, с Конрадом. С этим сволочным, эгоистичным, нахальным... псом!
  Как бы то ни было, из всей группы только я и привереда Линда, дочка местного банкира, оставались без пары. На самом деле девчонку звали Ленка, но разве ж это имя для 'звезды'? Глупости какие. Имя должно подчеркивать индивидуальность носящего его, привлекать к себе внимание, влиять на восприятие и прочая чушь. Так что, начитавшись глупых статеек в Интернете, стала Ленка Линдой, пока неофициально, родители оказались людьми тёмными, всемирной Сетью не интересующимися, современные тенденции не поддерживающими, и воспротивились смене паспорта. Но все ж в жизни бывает. Пока и потерпеть гнет предков можно. А там - увидим, как жизнь сложится.
  Чем-то дочка банкира напоминала мне Сурину, только в более смягченном варианте: не было у Ленки-Линды ни выдвигающихся клыков, ни перманентной влюбленности в инкуба, ни злости и раздражения на всех, кто рядом. Однокурсница если кого и любила, так только саму себя, красивую, элегантную, с фигурой модели и умом столичного профессора. Ну, это она так полагала... На самом деле в ВУЗе Ленку терпели исключительно из-за денег папочки, красотой она не блистала, вот фигура, та да, имелась, годами тренированная в трех городских спортзалах и тренажерках. Мальчишки, рискнувшие позвать нашу 'звезду' на свидание, обламывались сразу, мол, не для тебя квиточка цвела, мне подавай принца, как минимум, а желательно и сынка одного из олигархов, неважно, какой страны, а то кто их, принцев, знает, может и нищий попасться.
  Мы с Ленкой сошлись к концу второго курса, когда ей грозило неминуемое отчисление, а я в очередной раз отчаянно нуждалась в хрустящих зеленых бумажках. Лекции для списывания и постоянная помощь на различных семинарах в обмен на милые сердцу каждого студента рублики помогли двум девчонкам-одногодкам если не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Соперницей дочери богатея я никогда не была, дорогу нигде не переходила, головой пользоваться умела, да и длительное общение с Суриной помогло: я научилась в свое время не обращать внимания на некоторые постоянные закидоны вампирши и теперь пользовалась этим умением при разговорах с местной умницей-красавицей.
  - Инка!
   Я обернулась: Витька, третий из нашей не особо сплоченной компашки, трусил следом.
  - Пропедевтика в другой аудитории.
  Тьфу ты, блин. Задумалась и свернула не туда. Так и пару пропустить недолго...
  
  Дежурство в морге... Ну вот что тут такого? Да, платят не очень много, да, работенка не в теплом офисе у компа с чашечкой кофе, но ведь пять 'косарей'; на эти деньги я смогу... Вашу мать, как же надоело это самовнушение! Что я смогу? Купить новое пальто в секонд-хенде и гордо носить его еще три года? Или отправить матери все заработанные копейки, чтобы она смогла дрова на зиму найти? Ну вот кого я обманываю, а? Ни раз и ни два пожалела одна гордая дура об отказе оборотню. Она, видите ли, самостоятельная, она сможет, она пробьется! А на самом деле что? Да при первой же возможности я шагнула бы за дивом, даже не раздумывая. И плевать на гордость! Когда выходные, оставшиеся до стипендии, проводишь на пустом чае и черством хлебе, уже не до нее. Дура. Права была Сурина, ой, права. От такого шанса отказалась. Ну, не носил бы на руках, ну, изменял бы по-тихому, зато голодом не мучилась бы и на шмотках больше не экономила...
  Этими приступами хандры я страдаю уже давно, привыкла периодически одергивать себя, постоянно напоминать, что гордость важнее сытости, а деньги не означают появление самоуважения, но срабатывал такой прием все реже. Да и, сказать по правде, зацепило меня то место: интересное, необычное, многорасовое. Если бы не мать... И снова вру... Мать меня и не ждет практически: привыкла справляться сама. Так что все это пустые отговорки...
  Дежурство прошло как обычно, без проблем: мертвецы не оживали, трупы не ходили, зомби не появлялись. Домой, в комнату в общаге, заскочила на полтора часа: выпила дрянного кофе, чтобы хоть как-то взбодриться, вместо полноценного завтрака пожевала пару галетных печенек, переоделась по-быстрому, схватила конспекты и помчалась на зачёт; вернувшись, завалилась спать.
  - И долго ты от меня бегать будешь?
  О, привет, личный глюк. Давно не виделись. Сколько времени ты мне не снился? Полгода, наверное...
  - Я думала, ты женился уже.
  В ответ - знакомая ухмылка на губах и непонятные всполохи в темно-синих глазах.
  - Так сбежала невеста.
  - Что, еще одна?
  Этот зараза расхохотался, заливисто так, будто в реальности.
  - Инка, прекращай.
  - В смысле?
  - Была б ты там счастлива, я б тебе не снился. А так, смысл упрямиться?
  И правда, что это я? Это же только сон, так?
  - Ну, допустим, ты прав. Дальше что?
  - То есть выйти за меня ты не отказываешься? - И смотрит хитро, с прищуром.
  - Угу. Если только снова работать там же буду, - и плечами пожала, дурында деревенская.
  Мой собеседник подозрительно как-то засиял.
  - Жди завтра, собери, что нужно, при себе держи.
  И я проснулась. Полежала, подумала, надавала мысленно себе подзатыльников, посмотрела на часы, удивилась, что шесть утра уже, и пошла завтракать. Овсяные хлопья в прикуску с давненько уже лежавшей в холодильнике копченой колбасой голод не утолили, но финансы уже закончились, так что привередничать не приходилось.
  В то, что оборотень на этот раз пришел в мой сон не просто так, я поверила сразу, как и в необходимость собраться и ожидать перехода. Страха не было, нервозности - тоже. Да, в принципе, я вообще ничего не чувствовала, кроме, может быть, непонятной, ничем не объясненной радости. И зачем сбегала, спрашивается, если при первой же возможности готова обратно рвануть?
  Собиралась я недолго: покидала в ту же практически вечную сумку-путешественницу сменную одежду качеством чуть получше прежней, конспекты, купленные мной лично учебники по анатомии, пропедевтике и еще паре предметов, оставила на обеденном столе записку, мол, не волнуйтесь, жива-здорова, на некоторое время по делам уехала, и села ждать в обнимку с сумкой.
  На этот раз спать меня не укладывали. Сине-зеленый див соткался из воздуха и приветливо ухмыльнулся широким ртом:
  - Привет, беженка!
  - И тебе не хворать, - вернула я ухмылку. - Почему беженка?
  - Так все время бегаешь туда-обратно.
  А, так ты чересчур умный, да? Ладно, я тебе эту 'беженку' позже припомню.
  Шаг, второй, третий. Приветствую, Межмирье.
  Гулена по мирам забросил студентку-третьекурсницу прямиком в дом оборотня. Мало того, я оказалась в кабинете господина аристократа. Тот при виде некогда сбежавшей невесты поднялся из-за рабочего стола и довольно осклабился:
  - Ну здравствуй, суженая моя.
  Здравствуй, ряженый. Впрочем, сказать эту откровенную глупость мне не дали: дверь резко распахнулась, практически впечаталась в стену, и в комнату влетел мини-ураганчик.
  - Кони, Кони, я...
  Ураганчик резко остановился, замолчал, трансформировался в невысокого голубоглазого мальчишку лет семи-восьми и с удивлением посмотрел на нежданную гостью.
  - Познакомься, Лотир, это Инка, моя невеста.
  Взгляд ребенка из удивленного мгновенно превратился в презрительный. Оглядев меня с ног до головы, дите процедило, чуть ли не с отвращением:
  - Вот эта нищенка?
  Я даже глазом не моргнула. Называли меня и похуже, не впервой. А вот блохастик пришел в ярость.
  - Лотир, сейчас же извинись перед Инкой. - вы ж посмотрите на него, практически шипит, у них что, в родословной наги затесались? - Иначе...
  Договаривать, что 'иначе', оборотень не стал, но пацан, похоже, просек, что дело пахнет керосином, прикинулся валенком и смиренно попросил:
  - Простите меня, о, сиятельная госпожа.
  Это я-то госпожа? Правда, что ли? Судя по напряженному молчанию со стороны мужской половины, от меня ждали ответа. Пришлось пожать плечами:
  - Прощаю.
  Конрад чуть нагнул голову, пацан, заметив данный жест, поклонился мне и тем же ураганчиком вылетел прочь.
  - Пойдем, я покажу твою комнату.
  Подошел, сумку поднял, направился в холл. Да уж, я смотрю, серьезно кое-кто отношениями озабочен - сам баул мой потащил, слугам не доверил. Прогресс, блин.
  По длинной железной лестнице, украшенной перилами с вычурной резьбой, мы поднялись на второй этаж. Коридор. Зеленая дорожка на полу, шары-светильники, похожие на магические, над головами, куча дверей по бокам. Хозяин открыл одну из них, пропустил гостью вперед, внес сумку и сообщил:
  - Через час ужин. Я пришлю служанку, она поможет переодеться и проводит в обеденный зал.
  Повернулся и ушел.
  Ужин - это хорошо, ужин - это просто замечательно, тем более я последнее время включила режим жесткой экономии и ела редко и мало, даже не потому что отчаянно пыталась сбросить лишний, по моему мнению, вес, а потому что пыталась наскрести хотя бы немного 'свободных' наличных, чтобы помочь матери с дровами. Сама она помощи не просит, да и сестры, неплохо устроившиеся по городам и весям, переводы иногда присылают, но когда в деревне работы шиш, а у тебя пенсия копеечная... В общем, жила я впроголодь. Собственно, это была одна из причин, по которой я согласилась перебраться в Межмирье: где ж еще мою тушку станут постоянно бесплатно кормить?
  Оставив вместительную сумку сиротливо стоять неподалеку от двери, с любопытством огляделась: комнатка оказалась побольше материнского домика раза в два точно, плюс из нее еще пара дверей вели непонятно куда. Я открыла обе: за одной - совмещенный санузел, за другой - гардероб. Последний был забит разнообразной одеждой и обувью. Женской. И судя по всему, моего размера.
  В дверь постучали.
  - Войдите, - откликнулась, не поворачиваясь и пытаясь осмыслить увиденное: что ж получается, блохастик заранее знал, что соглашусь? Или успел купить все это богатство буквально за несколько часов? А с размером как угадал?
  - Госпожа, - робко позвали сзади. - Я - Роза, господин прислал меня помочь вам одеться.
  Обернулась. На меня с кукольного личика смотрели большие фиалковые глаза.
  - Тебе сколько лет? - поинтересовалась, не сходя с места.
  - Тринадцать, госпожа.
  Великолепно. Здесь еще и труд несовершеннолетних нещадно эксплуатируется. Что-то меня снова начинают охватывать уже знакомые сомнения в правильности перемещения сюда...
  Переодеться, да? Это не переодевание было, а натуральная битва не на жизнь, а на смерть:
  - Роза, какой корсет? Ты на меня внимательно посмотри: я в нем за минуту задохнусь.
  - Но, госпожа... Так положено! К платью!
  - К какому-такому платью??? К этому??? И что получится??? Розовая свинья в кружавчиках и с передавленными корсетом ребрами??? Оригинально, блин!
  - Это же торжественный ужин, госпожа! Семейный! И господин приказал...
  - Господин??? Вот его в эти жуткие кружавчики и обряжай! Где моя одежда?!?!
  - У нас в таком нигде не ходят, госпожа! Это неприлично! Вы же женщина!!!
  - Роза, ты смерти моей хочешь??? Я тут скоро от голода окочурюсь! Давай джинсы!
  - Госпожа, за столом должна собраться вся семья, и господин приказал...
  В общем, в конце концов я не выдержала и перешла на великий и могучий народный язык. Меня, как ни странно, поняли, а лексику оценили. Девчонка густо покраснела, услышав красочные обороты, и сдалась: сразу и штаны стало можно надевать, и кофту безмерную Главное, чтобы госпожа не расстраивалась. А госпожа не расстроилась, нет, госпожа просто после всех волнений и перемещения жутко хотела есть, причем что угодно, можно даже оборотня.
  Служанка стояла в стороне, с неодобрением наблюдая, как я влезаю в сменные темно-синие джинсы и сверху напяливаю такого же цвета лонгслив на размер больше. Так, волосы, что уже по плечи отросли, забрать в пучок, на ноги - балетки, и можно спускаться к столу.
  Вместе с Розой спустились на первый этаж и направились к обеденному залу, расположенному в дальнем конце холла. Пока шли, я крутила головой: ох, мамочки, это здесь теперь жить придется? Вазочки, скатерки, картины... Музей, а не дом, самый настоящий Эрмитаж, каким его на фото в Интернете показывают. А самое пугающее - идеальная чистота вокруг. Я, конечно, тоже не неряха. Но вся эта вылизанность пугает до одури: идешь и вдохнуть боишься.
  - Госпожа, - служанка открыла широкую, даже на вид тяжеленную деревянную дверь и почтительно поклонилась, освобождаю проход. Вот же... Еще совсем ребенок, ей бы в куклы со сверстницами играть, а не девкам всяким иномирным кланяться. Ладно, зашла.
  Обеденный стол, длиной на всю немаленькую комнату, поражал глаз обилием блюд. На какое количество гостей тут накрыли? Судя по всего, человек на тридцать, не меньше, а то и на все пятьдесят. И где народ? Почему я вижу только оборотня, вставшего при виде суженой с самого дальнего стула?
  Дождавшись, пока блохастик дойдет до невесты, я заметила:
  - Служанка сказала, что ожидается семейный сбор, а я вижу только тебя.
  - Думаю, будет лучше, если первый раз мы поужинаем вдвоем, - улыбнулся оборотень и подал руку, красноречиво намекая на необходимость принять помощь. Да, Инка, попала ты, дорогуша, как та кура в щи. Сплошная галантность, одни манеры, постоянная обходительность. Интересно, как скоро я здесь взвою?
  Протянула ладонь, отметила про себя, что руки у Конрада на ощупь теплые и сухие, дошла до одного из стульев, уселась, опять же с помощью жениха и подавила тяжелый вздох: таким макаром я совсем передвигаться без посторонних разучусь... И в дверь перестану проходить, судя по объему продуктов...
  - Тебе не понравились наряды? - Оборотень сел рядом, вопросительно посмотрел в глаза.
  Хотела ответить нецензурно, но на этот раз сдержалась, лишь язвительно поинтересовалась:
  - Тебе так нравится любоваться на огромных розовых свиней в кружавчиках?
  Судя по задумчивому выражению лица, намек не поняли. Хм...
  - Ты сам-то эти платья видел? На мою фигуру они точно не сядут. Ну или я потом из них однозначно не вылезу - так и помру, в этих несчастных кружавчиках.
  Блохастик неожиданно залился краской:
  - Прости, пожалуйста, я попросил матушку подготовить твой гардероб, но и подумать не мог...
  Ага, то есть это будущая свекровь мне гадость сделала? Ок, учтем на будущее.
  Уже уяснив, что пополнение желудка для невесты действие священное, оборотень благоразумно с разговорами не лез, так что поедали приготовленное в тишине, жуя все, до чего только можно дотянуться. Как девочка умненькая, книжки разные в свое время читавшая, я догадывалась, что данный вариант трапезы - сильно упрощенный, специально для некоторых наивных переселенок с Земли, чтобы не тушевались в присутствии слуг. И если мои догадки были точны, значит, в будущем нужно постараться поменьше появляться на семейных обедах и торжественных мероприятиях...
  Кофе со сливками и двумя ложками сахара взбодрил тело, но не разум. По последнему, судя по выражению лица блохастика, сейчас начнут ездит, как, впрочем, и по ушам...
  - Инка...
  - Угум...
  - Ты собираешься возвращаться в больницу?
  - Предлагаешь запереться в спальне, просунуть тебе через окошко ключ и нежиться в постели, как кабачок на грядке, постоянно ожидая кое-кого и утром, и вечером?
  Язвительность, как и ожидалось, не достигла цели: это чучело и глазом не моргнуло.
  - Я понимаю, что ты - девушка деятельная, самостоятельная, в четырех стенах очень быстро заскучаешь, но, видишь ли, благородной даме не пристало...
  - Где тут эта дама? Пальцем ткни.
  - Не смешно...
  - Именно. Ты мне что обещал три года назад? Самолично, между прочим. Что больница пойдет довеском к замужней жизни? Или за это время стратегия поменялась?
  - Успокойся. Не надо пытаться гнуть ложку. Это особый сплав, его... Инка!
  - Не надо гнуть - значит, будем бросать.
  - Хорошо, я тебя понял. Завтра отправимся в этот рассадник паразитов. Вот инкуб обрадуется...
  Ну... Сортарин, может, и правда обрадуется, а вот Сурина точно завоет от счастья...
  
  Сурина:
   Три года интернатуры пролетели, как вихрь: я успела привыкнуть и к частым ночным дежурствам, и к постоянно нывшим и явно обнаглевшим пациентам, и к невозможности отказать прямому начальству, когда тому не хватало энергии. Три года, без выходных, мы, интерны, в прямом смысле слова жили в больнице, потихоньку начиная взаимодействовать с людьми, как с докторами, так и с пациентами. Шарахались нас по-прежнему, но ужаса в глазах поубавилось, и в особо тяжелых случаях, когда речь шла о жизни и смерти, Сортарин посылал одного из группы спасать этих мелких никчемных человечек.
   Неделю назад были сданы многочисленные теоретические экзамены, по каждому предметы выучены сотни вопросов, написан и защищен доклад по основному направлению каждого из нас, получены долгожданные дипломы, и вся группа дружно переехала на пятнадцатый этаж, поближе к коллегам, 'матёрым' врачам. На наше место уже взяли новых интернов, так что по коридорам теперь озабоченно бегали молоденькие дриады, тролли, лешие и вампиры. К моему удивлению, вампиров оказалось двое, оба - парни, близнецы, чуть моложе меня, что была при поступлении. И как только умудрились из клана сбежать? Мужчин у нас берегут...
   Со своими драгоценными родственниками я по-прежнему не общалась: Джеральд, не сумев заполучить Инку, исчез с горизонта, потеряв интерес к младшей сестре, остальная 'родная кровь' показываться в стенах больницы не спешила, предпочитая брать измором. Душу все чаще грызла чёрная тоска, и я, к своему немалому удивлению, начала понимать дурную человечку, так стремившуюся попасть за стены этого заведения. Одногруппники вчера, в свой первый законный выходной, дружно отправились куда подальше, в основном - навестить многочисленных родных и друзей, я же... Я сидела у небольшого окошка в своей комнате и угрюмо смотрела наружу: да, город закрыл плотный туман, да, погода не радовала теплом, да, ни к кому меня не тянуло, но... Но сама возможность подышать во всех смыслах свежим воздухом, бесцельно побродить по улицам, раствориться в толпе, понять, что ты наконец-то свободен от учебы... Ничего такого мне не 'грозило'...
   С утра настроение испортил какой-то идиот из людей, посмевший на приеме дыхнуть мне в лицо чесноком. Понятия не имею, сколько головок этой гадости он осилил и как после подобного ужаса жив остался, но я сама чуть не вырвала от одного запаха. Бездна, за что? Почему я? Того же Инола или Аринора никто и не думает бояться. А ведь разъяренный тролль тоже не сахар. Я же, как обычно, собираю все шишки...
   На пятнадцатом этаже, кроме нескольких ординаторских, кабинета для куратора интернов и пары комнатушек для отдыха младшего медицинского персонала, больше ничего не находилось. Впрочем, всем местным обитателям некогда было задумываться о необходимости 'украшательства' коридора, как до этого додумались люди. Вот кто, скажите на милость, решил, что цветы в вазах и растения в кадках помогут нуждающимся в медицинской помощи пациентам одним своим видом улучшить самочувствие, а врачей избавят от постоянного перенапряжения? Как избавят? Даже лешие сырые растения стараются не есть. Или подразумевалось нечто другое? Тогда что конкретное? В общем, человеческие врачи упорно занимались чушью, о подобном же начали задумываться интерны, и только здесь всё было тихо и спокойно. Относительно, конечно же...
   - Ар, не пори чушь! Быть такого не может!
   - Я тебе говорю! Сам видел, своими собственными глазами!
   - Что ты его слушаешь, Ин. Ару после трех дежурств подряд еще и не то привидится.
   - Не веришь мне - загляни к Сортарину. Сам убедишься.
   - Почему нет. Жур, ты сам говорил, что...
   - Дамы и господа, попрошу минутку внимания.
   Голос инкуба с легкостью перекрыл гул, стоявший в комнате. И что опять... О, нет! Бездна! Мне это только снится! Этот кошмар...
   - Инка! Ты вернулась!
  
  Инна:
   Ночевала я в той же самой комнате, не запираясь. Не то чтобы так уж хотелось побыстрей прыгнуть в объятия ненаглядного женишка, но смысл закрываться, если уже приняла предложение и совсем скоро станешь... Кем именно стану, узнать я до сих пор не удосужилась: титула жениха мне известно не было. Впрочем, какая разница... Скоро всё будет известно... Брачные клятвы тут произносят, надеюсь... В общем, пытаться играть в недотрогу я не стала. Но воспользоваться моей невинностью, как ни странно, никто не спешил, и ночь прошла тихо. А утро началось с неожиданного мурчания.
   Дома, в деревне, мы с сестрами и окрестной детворой всегда активно подкармливали и кошечек, и собачек, и воробушков, и прочих уменьшительно-ласкательных зверюг и птиц, обитавших вокруг, в кровати тоже таскали, было дело, хоть мать и яростно этому противилась, так что просыпаться под кошачье 'пение' мне не было в новинку. Да вот только откуда в помещении, наполненном волками, вдруг взялись мурлыки? Но вспомнила одна дурная девчонка о данном, вполне логичном вопросе уже после того, как с криком: 'Ой, киса!', начала душить в объятиях нечто мягкое и пушистое. Нечто на какое-то время озадаченно замолчало, видимо, прифигев окончательно, а потом замурлыкало с удвоенной силой.
   Кое-как продрав глаза, я все же соизволила заметить, что тискаю непонятно что, на кошку похожее так же, как пума - на волка. Создание ростом с обычную уличную мурку и формой с шар сидело на шести коротких лапах, его шерсть переливала всеми цветами радуги, на месте мордочки я обнаружила плоский блин с глазами-жгутиками, щелкой для рта и двумя дырками для носа. Ушей не имелось (или же их просто не было видно). Ужастик, ты кто?
   В дверь постучали.
   - Инка, ты не спишь? - послышалось из коридора.
   Не дождавшись ответа, незваный гость повернул ручку и зашел в комнату:
   - Инка, ты...
   Оборотень замолчал и ошалело уставился на балдевшее под моими руками животное.
   - Инка... Ты... Что... Ты хоть понимаешь...
   Понимаю. Судя по шокированному 'экстерьеру' блохастика, я опять куда-то влипла.
   Не известное земной науке создание недовольно зафырчало, словно командуя не отвлекаться от крайне важного занятия почесывания его любимого, и я послушно возобновила свои действия. Тот же звук помог Конраду прийти в себя.
   - Откуда здесь норг?
   - Понятия не имею. Утром нашла. Лежал и урчал. А кто это?
   - Тот, с кем и магу лучше не встречаться в узком переулке. Эти создание в Межмирье не прижились: тут слишком тесно для них. Да и рацион крайне скуден.
   Последнюю фразу оборотень произнес с явным намеком. Так... Похоже, я догадываюсь, кто именно входит в их рацион...
   - Людьми питаются?
   - Не только. Любыми мыслящими созданиями. Странно, что ты до сих пор жива-здорова...
   Договорив последнее слово, блохастик нахмурился, пробормотал себе под нос нечто неразборчивое, резко повернулся и ушел. И что вот это сейчас было?
   - Норг, значит? - заинтересованно повернулась я к зверю. - И как тебя зовут, норг?
   В ответ - вполне ожидаемый игнор. Пушистая лужица растеклась по покрывалу и не собиралась отвлекаться на пустяки.
   - Ну и ладно. Тогда будешь Снежком.
   Возражений не последовало. Я собралась было вставать, когда в коридоре снова послышались шаги, на этот раз более торопливые. Да и не один гость у меня будет...
   В комнате тем временем появился ненаглядный женишок, тащивший за шкирку активно упиравшегося пацана, того самого, что обозвал меня нищенкой.
   - Лотир! - Конраду надоело играть в паровозик, и паренек, уловив в голосе старшего раздраженные нотки, послушно застыл каменным изваянием. Или он окаменел, потому что моего нового питомца узрел? Я ж правильно поняла: норг переселился сюда не по своей воле?
   - Лотир!
   И пацаненок отмирает.
   - Ты ЭТО вызвал? Отвечай!
   Оборотень говорил негромко, наверное, боясь спугнуть пушистую лужицу на постели, но железные нотки в его голосе точно напугали бы любого, менее подготовленного жизнью, чем я. На мальчишку точно подействовало:
   - Я... Простите... Я не думал... Я... Пошутить хотел...
   Стоит мямлит, шалые глаза от моего нового питомца отвести не может. Ох, разбаловали его родители...
   - Давайте, вы потом разберетесь, кто прав, кто виноват, и как кого наказывать, - 'щедро' предложила я, устав от спектакля. - Нам со Снежком завтракать давно пора.
   Живность, словно почувствовав, что разговор зашел о самом важном действии в жизни каждого индивида, согласно муркнула. Оба гостя вздрогнули.
  
   Еду принесли в комнату. Две молоденькие служаночки на дрожавших ногах вкатили в спальню наполненную снедью тележку и тут же исчезли в неизвестном направлении.
   - Так... Вот это блюдо с сырым мясом, похоже, тебе, - задумчиво пробормотала я, разглядывая продуктовый запас.
   Через десять минут с завтраком было покончено: я, доев нечто, похожее на творожную запеканку, предложила сыто потягивавшейся живности:
   - Давай-ка ты, дружок, отдохнешь здесь немного. А мне нужно на работу устраиваться.
   Норг согласно икнул.
  Глава 2. Такая-сякая, сбежала из дворца. Мультфильм 'По следам бременских музыкантов'
   Оборотня долго искать не пришлось: работал с бумагами в том же кабинете; увидев невесту, встал и кисло улыбнулся:
   - Джинсы и рубашка? Собралась-таки?
   А он решил, что за ночь передумаю? Наивняк...
   - Когда едем?
   - Дай мне пять минут - закончить письмо.
   Да пожалуйста. Села на диванчик неподалеку, осмотрелась: кабинет как кабинет. Стол у окна, кресло для владельца и стул для посетителей, тот же диван возле двери, шкаф с бумагами, пара полок с книгами. В общем, вполне земная обстановка, разве что вместо ручек и карандашей чернильница с пером.
  Именно эта деталь завладела моим вниманием. Средневековье какое-то... В очередной раз лавиной погребли под собой сомнения: куда я, дура такая, полезла? Какой иной мир? Какая свадьба? Где он и где я? В зеркало давно смотрелась, аристократка недоделанная? Сидела б в том морге сутками напролёт и в тряпочку помалкивала. Нет, жить сытно кому-то захотелось, работать, не думая о завтрашнем дне. Ну вот, ты тут, довольна? А дальше что? Встреча с обожаемыми родственниками? С одним уже встретилась, вон последствия той встречи в спальне на кровати распластались, завтрак сытный переваривают. Свекры, уверена, так добры не будут: найдут что посильней и поопасней, и прощай, Инка, только тебя и видели.
   - Поехали.
   Это пять минут уже прошли? Быстро. Закончила самокопание, встала, вышла следом за блохастиком.
   Три года назад все мое окружение составляли врачи и пациенты больницы. В городе появляться из-за собственной дурости я не могла. Наверное, этот факт тоже повлиял на желание вернуться назад. Теперь же, выйдя следом за женихом из дома, я с удовольствием вертела головой: камень, отесанный камень, что в стенах, что под ногами, на мостовой. Не поняла. А где зелень? Деревья там, кусты?
   - Инка, садись.
   Повернулась: карета, без лошадей, правда, но роли это не играет. Типична карета с кузовом и колёсами. Дверь открылась автоматически. Опять магия, видно. Подошла, залезла. Обивка - красный бархат, между сидениями - журнальный столик с блюдцами, наполненными сладостями, на окнах - занавески. Ощути, товарищ, во время путешествия комфорт по полной.
   Оборотень уселся напротив, вальяжно развалился на сиденье, постучал по стенке нечто, напомнившее мне азбуку Морзе, и транспортное средство плавно двинулось вперед.
   - Конрад, дома я вижу. А деревьев почему нет?
   - Зачем? - искренне удивился блохастик. - Мы же не в лесу.
   Действительно. О чем ты спрашиваешь, глупая женщина?
   Из-за занавесок рассмотреть город не удалось, но не последний же раз я выбралась из дома, успею еще. Надеюсь, по крайней мере. А вот больница, возле которой карета остановилась, впечатление произвела. Этакое высоченное здание, этажей тридцать точно. Настоящий небоскреб. И, конечно же, как и остальные здания здесь, сложен из отёсанного камня. Никакой фантазией, смотрю, строители похвастаться не могли.
   Тролль-вахтер на входе был не знаком. Оборотень подсунул охраннику под нос какой-то значок, и нас беспрепятственно пропустили. Привычный подъемник, вместительный, чистый, герметичный, пара минут, и вот уже мы на пятнадцатом этаже, у двери в кабинет Сортарина.
   Инкуб стоял у окна, рассматривал городской пейзаж. Повернувшись на звук открываемой двери, пару секунд молча смотрел на гостей, затем покачал головой:
   - Иногда ночами лучше спать.
   Какое шикарное приветствие.
   Моему спутнику, очевидно, такая манера здороваться тоже пришлась по душе: Конрад широко и довольно пакостно ухмыльнулся.
   - И мы рады вас видеть, норн куратор.
   - Так... Галлюцинации говорить не могут... Инка, скажи, что ты к нам надолго?
   Ну хоть кто-то рад меня видеть.
   - Надеюсь, норн куратор, - улыбнулась я.
   - Тебе - больше не куратор, как и остальным из твоей бывшей команды. Официально, по крайней мере. Присаживайтесь оба. Побеседуем.
   Сели. В кресла за столом, напротив инкуба. Общение получилось продуктивным.
   Оказалось, оборотень еще вчера успел обсудить сложившуюся ситуацию с главврачом. Горный тролль дал добро на мою работу в больнице, причем вместе с остальным народом, то есть теперь я официально считалась не интерном, а молодым специалистом; вопрос, зачем такая головная боль местному начальству, остался открытым. В договоре, предложенном мне на подпись, значилось, что Инка Любова, двадцати двух лет от роду, является врачом третьей (низшей) категории с допуском на двадцать пятый этаж включительно и возможностью работы с особенными больными. Под последними, как объяснил Сортарин, подразумевались те же русалки, дивы и домовые. Угу, не спорю, полностью мой контингент. Вот уж с кем я влёт нахожу общий язык.
   Конрад, как и ожидалось, повторно устраиваться не стал, но допуск в здание в любое время дня и ночи получил. Действительно, надо же за невестой приглядывать. А то еще сбежит ненароком.
   - Пойдем, покажу твоё новое рабочее место.
   Новое место кардинально отличалось от старого лишь количеством столов и стульев - семь, каждому по специалисту свое личное место, - а также цветом занавесок: здесь они были тёмно-серыми. В остальном ничего не изменилось: большая, светлая комната, пара мягких кресел для посетителей и желающих комфорта измотанных врачей, посередине - небольшой раскладывающийся диванчик, неподалеку от входной двери - невысокий шкафчик с кучей ящичков, аппарат в углу, очень похожий на земные, те, в которых кофе/чай разливают. Несколько полок с папками на стенах. Видно, для хранения личных дел пациентов. Рядом с полками - неприметная дверца в туалет и душевую. Ну и гомон, тот самый, от которого я уже отвыкла - кричит, что-то доказывая, Астон, его легко перекрывает рык Инола, к ним обоим присоединяется возмущенный бас Аринора. Зикара и Сурина привычно молчат.
   - Дамы и господа, попрошу минутку внимания.
   Замолчали. Обернулись. Смотрят с недоверием и удивлением. До вампирши дошлой первой: скривилась, будто лимон разжевала. Жур радостно потер руки:
   - Инка! Ты вернулась!
   Ага, всем теперь весело будет.
   Подскочил гном:
   - Ты, надеюсь, появилась здесь не с пустыми руками? Книги...
   Кто о чем, а Астон о знаниях...
   - Отлично. У нас как раз последний стол пустовал.
   Инол. Приветливо улыбается.
   Зикара и Аринор просто доброжелательно кивнули.
   Да, я тоже рада всех видеть.
   Жених и 'больше не куратор' ушли, я осталась с народом.
   - Ты надолго?
   - Навсегда, думаю.
   - Сури, не кривись, косой останешься. Ай!
   - Так книги привезла?
   - Несколько штук. Вряд ли от местных отличаются.
   - Вот и проверим. Жить где будешь?
   - С оборотнем.
   Молчание. Потом Инол, осторожно уточняя:
   - Ты согласилась?..
   - Выйти за него? Во сне - да. Как оказалось, в реале - тоже. Да, Сурина, я в курсе, что дура.
   Всеобщий смех и по-прежнему кислая физия вампирши.
   - Шестнадцатый этаж, третья палата - раненый кентавр, - равнодушно прервала наше теплое общение сирин, - семнадцатый этаж, первая палата - каменная горгулья, одиннадцатый этаж, пятая палата - домовой в депрессии.
   Знакомый голос, знакомые проблемы. Но вот существа появились новые.
   - Инка - домовой, мы с Ином к кентавру, Ар и Ас - горгулья, - привычно скомандовала вампирша и устремилась к двери.
  Я только плечами пожала. Да как скажете. Заодно пару-тройку новых баек 'обкатаю'. Если, конечно, пациент раньше не сбежит.
  
  Сурина:
   Если вы не идете к Бездне, она сама придет к вам... С доставкой на дом, так сказать... Пришла, родимая, объявилась, всей своей пустотой обняла... Здравствуйте, демоны... Соскучиться успела... Туша, блин, вернулась... Похудела, правда, слегка, но все равно как беременная слониха топает. Интересно, она понимает, что нужна высшему только для развлечения? Или стремится как угодно, но пролезть куда повыше? Дура... Полная, во всех смыслах...
   - Сури, ау. Мы на месте.
   Встряхнувшись и выбросив из головы все лишние мысли, зашла следом за Ином в палату.
   Кентавры - существа чересчур крупные, места много занимают, поэтому кладут их в палаты по одному. Этот, кем-то раненный в ляжку, ревел диким зверем и еще не разнес все вокруг только из-за четверых санитаров-троллей, бдительно следивших, чтобы привязанный к койке пациент не сумел порвать веревки. Судя по замученным выражениям лиц младшего медицинского персонала, данный экземпляр оказался сильным и буйным.
   Пока оборотень на столе неподалеку от койки готовил нужный для обезболивания раствор и заодно складывал отдельно таблетки для будущего лечения уже на дому, я начала тщательно подбирать на подоконнике перевязочный материал. Осмотрела предложенное, тяжело вздохнула: бинты здесь не подойдут - рана глубокая, хоть и для жизни не опасная, любая ниточка, попав внутрь, вызовет дискомфорт и поспособствует быстрому разрушению половины квартала. Немного поколебавшись, все же повернулась к кровати, взяла не использующийся пододеяльник, порвала его на несколько кусков, помогая себе ножом с того же подоконника. Больной, перестав реветь, с интересом следил за моими манипуляциями. Конечно, ему что: не у него из зарплаты эту тряпку вычтут. Каюсь, если бы не туша, так неожиданно объявившаяся на горизонте, я бы даже не подумала о подобном варварстве. Но у Инки нестандартные методы лечения проходят, а я чем хуже?
   Закончив перевязку и снабдив полулошадь болеутоляющими таблетками, отправились назад, в ординаторскую. Не дошли: сирин объявила о водяном, нуждавшимся во врачебной помощи. Переглянулись с Ином, вспомнили случай трехлетней давности и русалку-мутанта, поняли друг друга с полувзгляда и поспешили на девятый этаж. Нужно сказать, правильно сделали: двое интернов, высокий вампир и низенькая дриада, в буквальном смысле слова наседали с двух сторон на коричневую массу, распластанную на коряге. Масса булькала, ругалась и отчаянно пыталась увернуться от лекарства, которые в нее пыталась влить настырная молодежь.
   - Что здесь происходит? - заинтересованно спросил Ин от двери. Парочка вскинулась, повернулась к нам и враждебно буркнула вместо приветствия:
   - И без вас справимся.
   Оригинальное приветствие, что и говорить. Мой напарник хмыкнул и покачал головой:
   - Я спросил не это. Что здесь происходит?
  
   - Поздравляю, дети, вам вернули куратора.
   Сортарин альт Новус, высокий, мускулистый, широкоплечий инкуб с синими глазами и копной темно-коричневых волос, любимец женского пола во всей больнице, медленно раскачивался в кресле-качалке, задумчиво поглядывая на двух нарушителей спокойствия - меня и оборотня. Мы молчали. Не знаю, о чем думал Ин, а я с горечью и тоской вспоминала тихие, беспроблемные годы работы здесь. Похоже, Бездна снова одарила несчастную вампиршу своим благосклонным вниманием, и покой мне отныне только снится. А все туша с ее возвращением...
   - Инол, что, по инструкции, необходимо было делать в подобной ситуации?
   - Перекрыть выход и с помощью амулета над дверью вызвать подмогу, чтобы обезвредить злоумышленников, - припомнил и наизусть выдал текст напарник.
   - Именно. Перекрыть выход. Кто из вас двоих этим занимался? Сурина, помогавшая тебе отбирать настойку? Или, может, вы привлекли к такому важному делу несчастного водяного, обитавшего в бассейне палаты? Не слышу ответа.
   Да какой тут может быть ответ. Дураки оба, это и не обсуждается. Вспомнили Инку, решили показать свою крутизну и научить молодежь уму-разуму. Оказалось, интерны всего лишь хотели испытать самодельную настойку от простуды. Пациент, правда, страдал от несварения... Ну так парочка решила, что хуже ему не станет. Ну да. Им - выговоры и дежурства, а нам... Даже думать не хочется, что достанется нам. У Сорти, когда нужно, фантазия изощренная...
   - Ладно, забудем на несколько минут про выход. Для чего понадобилось выливать в воду жидкость? Вы ее сами готовили и поэтому точно знали состав? Нет? И кто теперь будет отвечать перед главврачом? Больной подал жалобу на неправомерные действия лекарей, требует наказания того умника, из-за которого вынужден следующие три месяца жить ярко-зеленым существом. Он, между прочим, домой собирается. А в родном озере данный цвет не приветствуется - на дне как фонарик сиять будет. Сурина, не хочешь предоставить пострадавшему свою личную комнату для проживания на эти три месяца? Заодно и правила общежития вспомнишь. Нет? А что так?
   Я молчала. Вопросы были риторическими. В ответах инкуб не нуждался.
   - В общем, с данной минуты вся ваша компания, оставаясь врачами третьей категории, в правах приравнивается к интернам. Доступ на верхние этажи остается, технически его тяжело убрать, но работать начнете так же, как и раньше: в любой спорной ситуации вызывать меня или старших врачей. Наказание объявлю позже. А пока свободны. Глаза б мои вас, обормотов, не видели.
  
  Инна:
   До одиннадцатого этажа доехала на лифте. Пока добиралась, встретила несколько знакомых существ. На меня смотрели с недоверием и интересом, но пока заговаривать не пытались. Ничего, это временно. Чувствую, ближе к концу рабочего дня народ по всему зданию сплетню разнесет и снова начнет собираться 'на Инку'. Мастер-классы, что ли, платные давать? 'Как нахамить и при этом остаться в выигрыше'? Заодно на рюшки и заколочки заработаю. Подумала о рюшках, по аналогии вспомнила жениха, представила себе яркую реакцию его аристократичной семейки на весь цирк, что тут скоро начнется после моего появления, и довольно ухмыльнулась: развлечемся, девочки и мальчики, никто скучать не будет. Попавшийся навстречу гном с перевязанной рукой, едва разглядев эту ухмылку, сразу же побледней и забился в ближайший угол. Ну вот не надо ля-ля. И совсем не страшно.
   Пациент лежал лицом к окну, заставляя каждого зашедшего любоваться заросшим затылком. К парикмахеру кому-то пора, пусть под ноль обстрижет...
   - Вот распустёхи пошли! Часами их ждешь, а они не шевелятся! Что ты там молчишь? Садись давай!
   Сколько, говорите, прошло, три года? Да быть того не может. Как будто вчера все случилось. Ничего, я тебя, миленький, сейчас взбодрю, в восторг точно придешь.
   - Распустехи, говоришь, ждешь долго? Что ж ты за домовой такой, если врешь и не краснеешь?
   Мелкий подскочил на постели, резко обернулся, демонстрируя мне растерянную рожицу, закрытую почти наполовину длинной серой бородой. Ба, какие люди. 'Маска, я тебя знаю': самый первый клиент, любитель ужастиков.
   - Инка? - и улыбка чуть ли не до ушей. Плохо я влияю на пациентов, просто отвратительно...
   Села на кровать напротив, прищурилась, вспоминая, и начала заунывно вещать:
   - В темную-темную ночь в темном-темном доме была темная-темная комната с темным-темным потолком и черными-черными стенами, с черной-черной мебелью, в темном-темном углу стоял черный-черный гроб...
   Уже через несколько минут радостный клиент выскочил с криком ужаса из палаты. Я удовлетворенно хмыкнула и потянулась: легче легкого. Нет, однозначно: надо было с собой не только учебники брать, но и сборник страшилок. Представила б как авторскую методику. Сортарин без сомнений одобрил бы.
   Решив, что лучше всего проводить рабочее время в столовой, без колебаний направилась в то волшебное помещение: посижу спокойно, позавтракаю (или уже обед?), привычно подействую на нервы подавальщице: гоблинша, помнится, тогда все понять не могла, почему одна глупая человечка с аппетитом уминала мясо, не обращая ни малейшего внимания на народ вокруг и не желаю давиться воздухом при виде вампиров и оборотней. А уж как мне пытались лешачий рацион скормить... Мне, ни разу не вегетарианке... Древесный сок, угу. Брат Сурины тогда очень вовремя подоспел на подмогу.
   - Инка? - неподалеку от подъемника туша столкнулась с тушей, звон послышался по всему этажу. Знакомый тролль-санитар, этакая огромная зеленая гора с конечностями, напоминающими столетние дубы, налетел на мое степенное величество и, даже не подумав извиниться, неверяще рассматривал, как древнюю статую в музее.
   - И тебе не хворать, Дирт.
   - Точно, Инка. Мне говорили, что видели тебя у инкуба. Не поверил. Зря, оказывается. Ты надолго?
   - Фиг его знает.
   - Ясно-понятно. Сейчас куда?
   - Глупый вопрос. Куда еще может стремиться всякое мыслящее существо?
   - Пожрать, что ли? Ну так пошли. Я туда же.
   Да не вопрос. Пошли. Гоблинша, крупная низенькая женщина с усами, крючковатым носом, небольшой бородкой и гривой густых черных волос на голове, не скрывая эмоций, скуксилась при виде моей скромной персоны, я в ответ довольно осклабилась и заказала мясное рагу, пирог и кофе. Хватит пока. Все же у оборотня утром первый голод утолила.
   Нашли свободный столик, сели. Дирт, радуя ненасытную утробу плохо прожаренным бифштексом, умудрялся жевать и рассказывать последние новости. Как оказалось, Мастер и Сортарин скооперировались и теперь действовали совместно: нечисть в особо запутанных случаях проверялась на людских аппаратах, а людей, когда было необходимо, лечили магией. Казалось бы, обе стороны должны быть довольны таким положением дел, ан нет, предрассудки все еще слишком живучи, и сказочный народец предпочитает в медицине магию, а 'человеки' шарахаются от вампиров и оборотней. Да и остальным расам попадает.
   - В общем, особо тут ничего не поменялось, - вынесла я вердикт, дослушав до конца.
   - За три года? - хмыкнул, запивая мясо фруктовым морсом, мой собеседник. - Шутишь? Лет тридцать, если не пятьдесят, пройти должно, чтобы мы друг друга шарахаться перестали.
   Я только присвистнулаа, услышав такое предсказание. Столько времени у меня, увы, нет. А жаль. Хотелось бы увидеть, как Сурина будет от ухаживаний того человеческого доктора отбиваться.
  
   В ординаторской народ бурно обсуждал похождения вампирши и оборотня. Я прислушалась. Вау. Кое-кто, похоже, копирует замашки одной маленькой скромной человечки. Повязать интернов и вылить непроверенную жидкость в бассейн к водяному? На такое только я способна, вообще-то. Отбирают хлеб, блин.
   - С горгульей как? - перебив всеобщий стеб, спросил Инол. Тролль красноречиво развел руками:
   - Увы. Похвастаться нечем. Жива-здорова, камень сбросила и домой порталом вернулась. Нам с Асом до вас с Суриной еще расти и расти.
   Язва.
  
   Первый рабочий день наконец-то подошёл к концу, и все, кроме проштрафившихся Сурины и Инола, с радостью отправились по домам. Инкуб придумал-таки изощренное наказание: вампирша и оборотень должны были стать единственными дежурными врачами. До утра. На двадцать пять этажей, включая людские палаты. Нет, у людей дежурил свой врач. Но все равно - приятного мало. Не дай Бог, что-то серьезное случится, не присядут ни на секунду ни один, ни вторая. Младший медперсонал сможет, конечно, в случае чего помочь, но 'подай-принеси' - это не операции и организация родов. В общем, козлам отпущения я не завидовала, и, судя по переглядываниям остальных членов нашей компашки, такие мысли крутились не у меня одной.
   У входной двери уже стояла карета.
   - Герцогская, - со знанием дела определила Зикара, внимательно рассматривая непонятные завитушки на дверце. Знаток генеалогии и геральдики, блин. Еще бы понять, какая именно черточка указывает на титул... - Вот это новость... Инка, твой жених - родственник одного из Сиятельных Глав?
   - Если б я знала, кто это такие, может, и ответила бы, - пожала я плечами.
   - Завтра поговорите. Запас магии у таких вещей не вечен, - прервал нашу содержательную беседу Астон.
   Дельная мысль. Топать пешочком до нового дома ой как не хочется, пусть и каменные достопримечательности осмотреть успею, но и потеряюсь в местных закоулках в два счёта. Кивнув на прощание коллегам, оперативно залезла внутрь, с наслаждением откинулась на спинку сидения. Вперед, залетные.
   Словно подчиняясь невысказанному желанию пассажира, транспортное средство отправилось в путь.
   Что там эльфийка говорила о Главах? Сиятельные? Что-то такое проскальзывало три года назад. Вспомнить бы еще, что именно и чем мне вся эта ерунда грозит...
  
  Сурина:
   Что такое проклятие и как его пережить без защиты амулета? Амулет присутствовал, и даже не разряженный, но проклятие явно имело место быть. Ничем другим объяснить происходившие в больнице события я была не в состоянии.
   Три врача на двадцать пять этажей даже с десятью помощниками из числа младшего медперсонала (семеро у нас и трое у людей) с не иссякающим потоком больных, решивших нахлынуть в БЛиН именно в эту ночь, явно не справлялись.
   Кто и когда мог предположить, что между людьми и оборотнями произойдет пьяная драка, да еще и в квартале вампиров? В итоге половину смены я, Инол и Люций, новенький человеческий врач, мотались как взмыленные по коридорам и лестницам, осматривая пострадавших, назначая самым тяжелым лечение и пытаясь не материться вслух. Хоть и очень хотелось...
   Присесть не удалось ни на секунду: не успел уйти из больницы последний легко отделавшийся пациент, как в задние 'пожаловали' тролли и гоблины. Пятеро товарищей наперебой уверяли всех, готовых их слушать, что отравились непонятно чем и прямо сейчас испустят дух, на пороге больницы, угу. Время шло, дух не испускался. Однако у всех прибывших действительно стали проявляться признаки отравления: сыпь, рвота, головокружение. Ни я, ни оборотень, ничего не обнаружили. Лучший диагност, Жур, спал сейчас сном праведника. Пришлось идти на поклон к Люцию. Взяли кровь на анализ. И долго гоняли эту банду по всем этажам, причем в компании человека: симптомы отравления оказались банальным перееданием вкупе с аллергией на определенные продукты.
   Ближе к утру, едва собрались втроем выпить чай у нас в ординаторской, объявились три человеческие женщины с криками о приворотах. Кто приворожил? Да вон же, гном. Стоит рядом, бороду в руках мнет. Мы с коллегами переглянулись, мысленно покрутили пальцами у виска, а потом Люций, как самый бесстрашный, поинтересовался у самок своего вида, когда они последний раз наслаждались жизнью вместе с мужчинами. От неминуемой гибели несчастного врача спасло наше с Ином присутствие: женщины шипели хуже разъяренных кошек и обещали накатать жалобу на всю нашу троицу главврачу, якобы за нежелание заниматься профессиональными обязанностями.
   Ладно, проверили на приворот. Глазам не поверили, проверку повторили. Потом внимательно осмотрели гнома: настоящий, борода не накладная.
   - С ума сошел? - чересчур ласково, зверея прямо на глазах, поинтересовался вымотанный до предела оборотень.
   В ответ нахальный малорослик равнодушно пожал плечами:
   - Скучно мне.
  Глава 3. Кто людям помогает, Тот тратит время зря. Хорошими делами Прославиться нельзя. Мультфильм 'Чебурашка и крокодил Гена'
  Инна:
   Доехала быстро, выползла из транспорта в расслабленном состоянии, поднялась по каменным ступенькам, молоточком шириной в собственную ладонь трижды постучала по железной двери, чуть не оглохнув от жуткого звука. Если честно, думала, что открывший дверь чопорный слуга, одетый в черную ливрею, пошлет меня куда подальше, как минимум за милостыней в квартал похуже, но нет, мужчина поклонился, пропустил мою тушку внутрь и величаво сообщил:
   - Ваше Сиятельство, ваш питомец ожидает вас в общей кухне.
   Я недоуменно нахмурилась, еще услышав титул, когда же до уставшего мозга дошла информация о питомце, колесики заклинило, и в 'технике' случился сбой.
   - Кто и где ожидает?
   - Норг. Я провожу.
   О. А вот и тот, кто задолжал мне несколько долгих часов объяснений. Объявился непонятно откуда, как будто из воздуха соткался. Сиятельство, значит. Обращение к высшей знати. Сиятельные Главы? Убивать кого-то я буду долго и с наслаждением...
   - Что? Инка, у тебя сейчас совершенно зверское выражение лица.
   - Потом. Все расскажу. В подробностях. Что со Снежком?
   - С норгом? Что с ним может быть? Заблокировал челядь, ждет хозяйку и пожирает месячный запас продуктов.
   - Моя ж ты лапочка, - умилилась хозяйка.
   Жених хмыкнул, но комментировать данное утверждение не стал. Правильно, и не надо. Я сейчас не в том настроении.
   Живность действительно оказалась в кухне - этаком большом помещении, способном вместить в себя три-четыре студенческие аудитории. Сытое создание все той же пушистой лужицей растеклось неподалеку от входной двери и довольно урчало, не обращая ни малейшего внимания на дрожавших осенними листьями слуг, сгрудившихся у противоположной стены. Пол перед Снежком устилали объедки и не доеденные мясные куски. Я смотрю, кое-кто знатно попировал...
  Норг лениво покосился на вновь прибывших, заметил якобы хозяйку и заурчал еще сильней.
  - Ну и кто тут шорох наводит?
  Мать всегда утверждала, что мозги в моей голове и не ночевали, а если и появлялись, то редко и ненадолго. Наверное, только этим фактом можно объяснить мое бездумное поведение. Наклониться к страшному хищнику, потрепать его там, где у кошек обычно находятся уши, погладить по шерстке - судя по слаженному вздоху, донесшемуся со стороны челяди, одной дурной особе пора было к психиатру: убирать суицидальные наклонности. Впрочем, руку мне не съели.
  - Забери его отсюда, - попросил сзади оборотень.
  'На людях отношения не выясняют. Закройтесь где-нибудь и убивайте друг друга на здоровье', - наставляла нас с сестрами мать, так что я кивнула и поинтересовалась у тушки:
  - Ну что, шарик, пойдем в комнату? А то народ здесь пуганый, при тебе готовить не может. Кто нам с тобой еду принесет, если повар трясется у окна?
  Уходить питомец не очень-то хотел, но довод насчет еды все же пересилил лень. Уже через пять-семь минут я растянулась на постели рядом с норгом, запустив руку в густую шерсть.
  - И что еще ты успел натворить, пока меня не было? Да чешу тебя, чешу.
  Еду вкатили в тележке вчерашние служанки. Я оценила объем сырого мяса на блюде, внимательно посмотрела на подопечного и поинтересовалась в пустоту:
  - Интересно, норги лопаются?
  Живность недовольно рыкнула. Намек был понят, и каждый занялся своим делом: Снежок трапезничал на полу, я задумчиво рассматривала кучу тарелок.
  - Не нравится еда?
  Здравствуй, милый, давно не виделись. Зашел в спальню без разрешения, привалился к дверному косяку и внимательно за нами с живностью наблюдает.
  - Почему же, думаю, отбивные и тушеное мясо неплохо получились. Но я же не норг, меня одним мясом кормить.
  - Прости, остальное приготовить не успели.
  Что это? Сарказм?
  - Так надо моего пушистика кормить вовремя.
  Жених поперхнулся воздухом, внимательно обозрел чавкавшего 'пушистика' и пришел к неутешительному выводу:
  - Я так через месяц разорюсь.
  Мои брови резко взлетели вверх:
  - Правда? А я-то думала, что родственник Сиятельных Глав не настолько беден.
  Молчание, во время которого я успеваю прожевать кусок мяса, и затем осторожное:
  - Как давно ты знаешь?
  - Недавно. Сегодня вечером услышала.
  Оборотень отлепился от косяка, подошел, бесстрашно уселся на кровать возле невесты. Я смотрю, кому-то жить надоело. Снежок подумал так же: напрягся и начал рычать.
  - Не посягаю я на твою чесалку, - отмахнулся Конрад. Живность звук поумерила, но клыки не убрала. Жених меж тем чуть откинулся на подушки. Сибарит, блин-оладик.
  - Ты, Инка, не из Межмирья, без предрассудков и страхов, свойственных местным жителям. Скажи я той же Сурине, что являюсь племянником одного из Сиятельных Глав, вампирша мгновенно посереет и чуть ли не в ножки кланяться начнет. Не ухмыляйся. Знаю, о чем говорю. Проходили уже. Ты дружишь с кем-либо, в разные переделки с ним попадаешь, а потом по пьяни о своем родстве пробалтываешься, и все, как отрезало и дружбу, и память: начинается чинопочитание и лизоблюдство. Достало...
  - 'Толстый и тонкий'...
  - Что, прости?
  - Да так. Есть в моем мире такой рассказ о двух старинных друзьях-приятелях. Когда один узнает, чего добился второй, дружба мгновенно забывается, остаются поясные поклоны.
  - Вот-вот. Только в твоем бывшем мире.
  Да-да. Помечтай. Я и замужняя сбежать смогу.
  - В общем, я о своей родословной особо не распространяюсь. Так жить проще...
  Дурь полная. Хотя со здешними обычаями да привычками...
  - Так все же кто такие Сиятельные Главы?
  - О войне между людьми и другими расами слышала? После нее народа здесь маловато осталось. Чтобы те же оборотни и вампиры больше друг друга не истребляли, всем им сделали привязку на крови к главе рода. Его самого стали именовать Сиятельным. Оттуда и пошло: Сиятельные Главы. Постепенно наименование превратилось в титул, а с развитием политической системы сами Главы выбрались наверх и стали чем-то вроде символа власти для представителей иных миров.
  
  Спала я снова одна. Если не считать урчавшей рядом туши, конечно. Жених предупредил, что завтра вечером планируется торжественное знакомство родичей, мол, Инка, наберись терпения, пожалуйста. Я только плечами пожала: ничего не могу обещать, если будут прилично себя вести, то мне и сдерживаться не придется.
  Утром позавтракала гречневой кашей с мясом и местными оранжевыми овощами, по вкусу напоминающими соленые помидоры, проследила, чтобы моего песика накормили до отвала, прихватила с собой земные учебники, оделась в привычные джинсы с кофтой и в карете направилась в больницу. Надо будет у народа выяснить, кто такие эти Главы, а потом сравнить с информацией, полученной от Конрада. Мало ли, что оборотень попытался утаить.
  Пока ехала, смотрела в окно. Ничего интересного, один камень. Да уж, разнообразия здесь не признают, по крайней мере, внешне...
  Подсунув под нос незнакомому троллю-охраннику выданный вчера инкубом пропуск, направилась к подъемнику. Народа у заветной кнопки не оказалось, так что вверх поднималась в одиночестве. На нужном этаже было непривычно шумно. Первая ассоциация, которая пришла мне на ум: дежурные врачи ночью прибили кого-то из пациентов, и теперь все доктора решают, как побыстрее и поаккуратней избавиться от трупа. Тем более что дежурила Сурина, а от вампирши можно ожидать любой гадости.
  Ошиблась, но не сильно.
  - Нет, ты представляешь, они втроем заперли гнома с человечками в комнате и заставили женщин делить бородатого. - Жур хихикал, рассказывая новость.
  Налив себе кофе из автомата, я приподняла левую бровь:
  - Как это - делить?
  - Да вот так. Кому достанется, на той и женится.
  - Так, стоп. Дурной гном, привороживший от скуки трех женщин, - это понятно. Но брак между двумя расами...
  - Кто б говорил. Сама за оборотня выходишь. Да и последнее время власти буквально насильно смешивают расы. Уж понятия не имею, зачем им это надо.
  Я имею. Гном со способностями к обороту - чудесный экземпляр, как и тролль, пьющий кровь...
  - Нет, ну так нечестно! - Аринор, показавшийся в дверях, выглядел расстроено. - Эту парочку, значит, отпустили отсыпаться, гнома с тетками тоже спровадили, мол, сами в своих любовных проблемах разбирайтесь; кто ж теперь нас развлекать будет?
  - Инка, - хмыкнул леший и в предвкушении потер руки. - Сегодня как раз русалки собирались на нерест приплыть.
  Обормоты. Что он, что тролль.
  - Вы еще билеты на шоу продавать начните, - ляпнуло Мое неумное Сиятельство и по загоревшимся глазам обоих прохиндеев поняло: кто-то очень серьезно попал. - Эй, я в доле! Мне норга кормить надо.
  Парочка жуликов вытаращилась на меня в полном изумлении.
  - У меня сегодня что-то с ушами. Слышится всякое, - протянула задумчиво Зикара, появляясь в ординаторской. - Например, что у Инки страшный зверь появился.
  - И она его якобы кормить собирается, - подхватил Астон, заходя следом.
  - Да ну вас. Очень милое создание: поест и урчит, ласки просит. Астон, не надо падать в обморок. Жур, базедову болезнь не изображай.
  - Как тебя это милое создание еще с потрохами не сожрало? - заинтересованно спросила эльфийка.
  - Так вовремя живность кормить надо.
  - Этого? Его и стадо коров не прокормит.
  - Ничего не знаю. Повара оборотня пока справляются.
  - Кстати об оборотне. Я оказалась права?
  - Да. Он племянник одного из Сиятельных Глав.
  Тишина, установившаяся в ординаторской после данной новости, мне не понравилась.
  - Попробуете в обморок дружно грохнуться - сами роды у русалок принимать будете, - пригрозила я.
  Как ни странно, подействовало. Народ заухмылялся.
  - Астон, книги в сумке возле моего стола.
  Что еще может отвлечь этого зануду? Правильно, только книги, да еще из другого мира, да еще и по выбранной профессии. В общем, гнома мы на ближайшие часы потеряли.
  Народ разбежался по вызовам, я осталась ждать рожениц, гном все так же вчитывался в земные книги. Налив кофе, я уселась на диванчик.
  - Нет, Инка, ты только посмотри! Это же пещерный век, а не диагностика! Даже люди у нас давно такие методы не используют! Так же пациента можно угробить!
  Здравствуй, Астон. Давно не тебя не слышали. Не знаю, что еще хотел добавить гном, но он вдруг насторожился, отложил несчастный учебник в сторону, прислушался, нахмурился:
  - Жар-птица поет.
  Этого еще не хватало для полного счастья. Насколько я помню, пение птички обозначает красную тревогу - высший сигнал если не опасности, то, по крайней мере, интенсивности работы. Данное полумифическое создание издает звуки, мало похожие на настоящее пение, довольно редко. Но каждый раз приходится мобилизовывать все силы больницы, включая и людей, чтобы справиться с наплывом пациентов. Вот и сейчас мы с гномом подняли свои пятые точки с удобных сидений и поспешили на выход. Что там могло приключиться?
  В холле больницы творилось светопреставление: белые, синие, светло-зеленые халаты врачей, практикантов, медсестер то и дело мелькали в толпе существ разных рас.
  Узнать подробности произошедшего можно было и позже, от пациентов или коллег, сейчас же следовало оказать первую помощь пострадавшим.
  Мне достался относительно простой случай: пострадавший, очевидно, в драке, гоблин - светло-зеленый приземистый парнишка с куцыми, частично выдранными волосёнками, подбитым правым глазом и сломанной левой рукой.
  Мы с пациентом расположились в небольшом приемном кабинете возле самого входа. Небольшой стол, два стула, узенькая кушетка, двустворчатый шкаф с препаратами - все оборудование. Даже окошка не было предусмотрено - свет лил с потолка, нежно-розовый, явно магического происхождения.
  - Ты новенькая? - стоически терпя мои манипуляции с шиной, подмигнул мне паренёк.
  Упс. Со мной пытаются заигрывать?
  - Нет, я уже работала здесь, уезжала на три года, потом вернулась, - честно пересказала часть своей биографии пациенту.
  - А оно и правильно. Здесь лучше всего. Что ты там забыла, у Глав прислуживая?
  Моя рука чуть дернулась, благо, что осталось только узел завязать. Это кем меня только что посчитали? Уборщицей или шлюхой?
  - В смысле 'прислуживая'?
  - Да ладно тебе, - левый, здоровый глаз, сально подмигнул. - А то я не знаю, чем занимаются у Глав.
  - С чего ты взял, что я туда уезжала?
  - Куда ж еще? Тут вокруг только город и имения Глав. С твоей внешностью тебе лишь кашеварить.
  
  - Инка...
  - Да, норн куратор?
  - Скажи, пожалуйста, зачем было подбивать несчастному второй глаз?
  - Исключительно для симметрии, норн куратор.
  Инкуб хрюкнул и опустил голову на столешницу.
  - Объясняться с главврачом будет твой жених, - сквозь всхлипывания пробормотал мужчина.
  - Я передам, норн куратор. Могу идти?
  - Иди уж. Воительница.
  
  В ординаторской вымотанный народ пил кофе с кексами, купленными в столовой, и обсуждал утреннее светопреставление. Причем среди обсуждающих затесались и чужаки: полноватую гномиху средних лет я здесь раньше не видела, как и молоденькую симпатичную горгулью рядом с ней. Кто это и что им здесь надо?
  - А вот и наша героиня, - первым Моё Сиятельство заметил тролль. - Инка, ты вообще умеешь жить без приключений?
  Тебе правду или как?
  - Пусть не оскорбляет, - пожала я плечами с деланым равнодушием.
  - То есть ты ему не просто так въехала? - наивный леший.
  - Жур, я тут не первый день работаю. Кого и когда я просто так била? Не Сурина вроде.
  Народ дружно зафыркал: любовь вампирши к рукоприкладству стала уже притчей во языцех.
  - Гоблины - хамы и пошляки, так что я не удивлена ни разу, - вступила в разговор гномиха и тут же представилась. - Энга, реаниматолог. Зинта - моя помощница.
  Мы с девушкой вежливо кивнули друг другу.
  - Что это было утром? Откуда столько пациентов?
  - Какой-то идиот церберов на улицу выпустил.
  - Стражей Ада?
  На меня снова посмотрели, как на полную дуру. Какие знакомые ощущения...
  - Инка, понятия не имею, что за Ад, - Астон, как самый умный и терпеливый, - но церберы - это огромные собаки с ядовитыми зубами и длинным хвостом. Тоже ядовитым, кстати. Их, если можно так выразиться, одомашнили вампиры и оборотни. Теперь эти создания стерегут особо ценные части домов или же важных существ. Сегодня кто-то 'особо умный' то ли нарочно, то ли случайно выпустил на улицу трех церберов. Результат ты видела.
  О, да. И надо сказать, впечатлена.
  - А голов у них сколько?
  - В смысле? Одно животное - одна голова.
  Да? А жаль... Я почти поверила, что попала в преддверие Ада.
  - Девятый этаж, седьмая палата - беременные русалки, девятнадцатый этаж, третья палата - грифон со сломанной лапой, десятый этаж, пятая палата - гном с аллергической реакцией, четвёртый этаж, первая - оборотень, подготовка к операции.
  Сирин четко определила направления, по которым нам всем необходимо было отправиться, и я порадовалась, что пациентов сегодня более чем достаточно: никто не придет 'на Инку'.
  Поездка на лифте заняла несколько минут, и скоро я уже открывала дверь в нужную палату.
  В оборудованной под мини-бассейн комнате находилось шесть серых невзрачных существ невероятных размеров. Больше всего роженицы напоминали боксерские груши, увеличенные раза в три-четыре. Как они все поместились в довольно-таки небольшую ёмкость, для меня было загадкой, но факт оставался фактом: две русалки вольготно расположились у бортика глубокого бассейна, обложенного зеленым кафелем, остальные находились в середине резервуара, что-то доказывали друг другу, азартно размахивали руками и громко орали. Ни одна из особей не обратила внимания на появившуюся в палате человечку.
  Подойдя поближе к пациенткам, я набрала в легкие как можно больше воздуха и рявкнула:
  - Отряд! Стройся!
  Оглядевшись, удовлетворённо потерла руки: дамы с животами исчезли, как и не было.
  
  В столовой, кроме меня, обедали только два гнома-медбрата. Равнодушно скользнув по ним взглядом, я заказала любимое мясное рагу и картофельное пюре, добавила к заказу кусок аппетитного вишневого пирога и чашку чёрного чая с медом и уселась у ближайшего окна, неподалеку от медперсонала.
  - Эй, красавица, а ты этажом не ошиблась? Не твой уровень.
  Нахальные ухмылки медперсонала аппетит не уменьшили, хотя порядком удивили. Да, я отсутствовала здесь три года, да, эти морды мне не знакомы, но приставать к человеку просто потому, что тот решил пообедать в столовой для нелюдей как минимум неучтиво.
  - В самый раз, - я отправила в рот очередной кусок мяса и начала медленно, со вкусом его жевать, с любопытством наблюдая, как раздраженно прищуривается один из собеседников.
  - Детка, ты не наглей. Или думаешь, раз приехала из своей деревни, так тебе всё можно? Здесь, малышка, ГОРОД, здесь и наказать могут.
  Да что ж сегодня за день-то? Один на внешность намекает, другой - на возраст.
  - Что ты с ней церемонишься, - ухмыльнулся товарищ говорившего. - Вспомни Журита, дай ей свою бороду подержать.
  Оба заржали, как кони. Я, с трудом сдержавшись от ненормативной лексики, как можно спокойней продолжила есть. Журит, значит? Помню, как же его забыть. И Конрад, думаю, тоже помнит...
  - Эй, девка! Мы еще не закончили!
  То есть от красавицы через детку и малышку мы дошли до девки? Как низко я пала, боже мой!
  Оба обормота, оставив не доеденные блюда, решительно встали из-за стола. Я, мысленно ухмыльнувшись, состроила умильную физиономию и вытянула в их направлении руки:
  - Мальчики, давайте свои бороды. С удовольствием их пощупаю. Люблю белое и мягкое.
  'Мальчики' застыли статуями и нерешительно переглянулись. Угу, дура, в курсе.
  - Где б еще можно было найти Инку, - прогрохотал, не вовремя появляясь в столовой, Аринор. - А чем это вы тут занимаетесь? Куда ты руки тянешь? Тебе оставшихся двух женихов мало?
  Несостоявшиеся женихи, едва услышав мое имя, исчезли с 'места преступления' быстрее ветра.
  - Вот кто тебя просил? - пробурчала я, возвращаясь к недоеденному рагу. - Такой воспитательный момент 'обломал'.
  - Воспитательный момент им устроил бы твой жених, когда уши к ногам приклеивал бы, - добродушно хмыкнула зеленая гора, аккуратно присаживаясь напротив. - С русалками как?
  - Да что им сделается. Дома уже. С ляльками.
  - Чудно. На гарпий в полуобороте посмотреть не хочешь?
  Конечно же, я ответила 'хочу'. Такой шанс может долго не представиться. Но вышли мы из столовой только после того, как пирог оказался на своем законном месте - в моем желудке.
  Гарпий селили на девятнадцатом этаже, там же, где и грифонов. Естественно, туда мы добрались на лифте. Нет, тролль, при желании, мог бы за пару минут по лестнице взбежать. Но то гора мяса и мышц, а то я - девушка нежная, хрупкая, избалованная земной цивилизацией.
  Нужная нам палата охранялась двумя собратьями Аринора. Под их снисходительными взглядами я почувствовала себя этаким добровольным ужином для трёх мифических существ, находившихся в запертой комнате. Ну вот что за шовинизм?
  Мой спутник потянул за ручку. Дверь начала открываться. В следующую секунду меня оглушил визг, смешанный со скрежетом. Такие звуки обычно издавала пила у матушки дома, когда ею пытались распилить деревяшки для печи. Ну или когда мы, неразумное племя, ради прикола подложили полупьяному соседу Ваське вместо полешка кусок стекла. Гонял нас тогда тот сосед, помню, около часа по всей деревне.
  - Уши заткни, - прогрохотал тролль и шагнул внутрь.
  Как будто от этого ора затычки помогут. Но ладно, крепко приложила пальцы к ушам, ненамного уменьшим таким образом громкость, и нырнула следом.
  Частично шерстяные, частично перьевые огромные комки непонятно каких созданий, привязанные веревками к кроватям, на гарпий были похожи мало. Да они на кого угодно были похожи мало, скорее напоминая перепутанные мелким шкодным котенком мотки пряжи.
  - Это женщины такие? А мужики у них есть? - задумчиво, ни к кому не обращаясь, пробормотала я.
  Как ни странно, меня услышали: в палате на пару-тройку секунд установилась тишина, а затем послышался треск, такой же громкий, как как и ор, и уже через несколько мгновений на меня уставились уродливые женские лица: практически полное отсутствие волос на голове, низкий сплющенный лоб, широкий короткий нос, длинные узкие губы, впалые щеки и блестящие злобой и ненавистью маленькие черные глазки.
  - Инка, беги, - вдруг рявкнул тролль, и я, то ли подчиняясь приказам, то ли подсознательно ощущая, что эта троица готова меня растерзать прямо здесь и сейчас, рванула на себя входную дверь и действительно побежала куда подальше.
  
  - Права была Сурина, - тоскливо вздохнул Астон, сочувственно глядя на одну глупую человечку.
  - Это в смысле 'дура'? - привычно поинтересовалась я.
  - Именно. Инка, ну кто же гарпиям о мужиках говорит.
  - А что, они мужененавистницы?
  - Скорее наоборот.
  - А, то есть внешность мешает.
  - Угу. И характер далек от идеального.
  - Зато отличный способ безо всякого постороннего вмешательства вернуть им человеческий вид.
  - Не смешно, Жур. Это Инка на особом положении, а любого из нас за такую выходку давно бы из больницы выставили, да еще и диплом отобрали бы.
  - Прекрати, Ас. Получилось - и то хлеб. Инке надо спасибо сказать, что не пришлось этих уродин от троллей отдирать.
  - Ты это Ару скажи. В глаза. Когда Зикки закончит ему перевязки делать.
  - Исцарапанные руки и лицо - это не домогательства. Ничего с ним не случится. Слюна и когти гарпий не ядовиты.
  Глава 4
   Домой добралась в той же карете, чуть не уснув по пути: все же насыщенно и плодотворно день прошел, что и говорить.
   Встретивший мою тушку дворецкий (мажордом? Надо бы узнать у женишка, кто здесь кто), почтительно поклонился и объявил, что мне необходимо пройти в кабинет будущего супруга. Это после работы-то. Впрочем, если кому-то хочется нервы пощекотать...
   - Инка, наконец-то!
   Блохастик ощутимо нервничал. Подскочив со стула при виде невесты, он, едва ли не заламывая трагично руки, сообщил:
   - Мои родители сегодня собираются с нами ужинать. Через час. Уже...
   Песец. Голубой. Где там моя личная лошадка для прыжков по мирам?
   - Инка?
   - Что? Я не нежная леди, чтобы падать в обморок от таких известий. Конрад, издевки терпеть не намерена.
   Да, лучше сразу чётко обозначить свою позицию. Так, на всякий случай.
   Тёмно-синие глаза изумленно расширились:
   - Какие издевки? Мои родители никогда не позволят себе оспорить мой выбор!
   - Ага. И поэтому твоя матушка накупила кучу розовых шмоток исключительно моего размера.
   - Инка... Такое ощущение, что мы говорим на разных языках. Ты - молодая, невинная, ты моя невеста, в конце концов. Розовый цвет был выбран исключительно по этим причинам, чтобы подчеркнуть твой статус, поверь, ничего другого.
   О, да. Статус хрюши на блюде.
   - Ладно. Что от меня требуется?
   - Переоденься, пожалуйста, и спустись вместе со служанкой к столу.
   - Еще и служанка...
   - Инка... Так положено. У тебя обязательно должно быть сопровождение...
   Просившийся на язык мат пришлось проглотить. Кивнув, вышла из кабинета, потопала по лестнице к себе.
   В спальне устало плюхнулась на кровать:
   - Снежок, тебя хоть кормили сегодня?
   Пушистая лужица, привычно растекшаяся по постели, сыто икнула и подставила пузо. Хмыкнув, я запустила пальцы в мягкую шерсть.
   - Госпожа...
   Дверь приоткрылась, внутрь робко заглянула уже знакомая мне девчонка. Как там её? Роза, вроде.
   - Я. Заходи, не бойся, он, когда сытый, людей не ест.
   Умница, схохмила, называется: ребенок пошел красными пятнами, но все же вполз внутрь. Вот что выучка и страх перед наказанием с людьми делают...
   Живность лениво наблюдала за служанкой, не делая ни малейшей попытки как-то изменить местоположение.
   Мелкая тем временем на цыпочках добралась до уже знакомого мне платяного шкафа.
   - Опять розовые платья с рюшками?
   Живой не дамся.
   - Нет, госпожа, господин просил примерить тёмно-зелёное...
   Просил, значит... Эй, а откуда там другие цвета?
   - Его ж там раньше не было?
   - Господин привёз... Днем... Сегодня...
   О, как. Все для тебя, милая невеста, только оденься к ужину, как здесь привыкли, не смущай маму с папой.
   Норг недовольно фыркнул, когда личная чесалка убрала руку, но спорить не стал, и я, к облегчению ребенка, все же изволила примерить новый наряд. М-да... Лучше, конечно, чем было, намного. Но... Вот не мое это - платья. По крайней мере, с таким весом. Не вижу я себя в них. Джинсы с рубашками по колено - это мое. А тут... Грудь чуть ли не вся вывалилась, четвертый размер, между прочим, жирок на талии хоть и скрыт чуть, но видно же по формам... Да и нижние '90', вернее почти '120'... О руках-сосисках в таких узких рукавах я вообще молчу... В общем, была бы моя воля, отправилась бы я вниз в рабочей одежде, и плевать на нервных родственников. Но, увы... Мне тут еще жить, вроде как даже с ними бок о бок... Надо начинать как-то притираться...
   К платью пришлось обуть туфли такого же цвета, на невысоком и устойчивом каблучке. Волосы забрала в пучок, не обращая внимания на тихие стоны мелкой, но от колье и серёг с изумрудами отвертеться не удалось. Зато отвоевала макияж, вернее, отсутствие оного, едко поинтересовавшись, не на рынок ли меня ведут, чтобы там перепродать. Девчонка покраснела и больше с указаниями не лезла.
   Оставив живность дрыхнуть на постели, вместе с Розой спустилась вниз.
   Зал как зал. Стол как стол. Да, свечи в подсвечниках по стенам и в канделябрах на столе, да, салфетки, скатерка, куча столовых приборов, и прочая муть. Но если убрать всю праздничную обстановку, то большого отличия от деревенских праздничных столов не обнаружится.
   А вот гости, то бишь хозяева... Жених, тот мелкий, что меня норгом 'наградил', парочка во главе стола, судя по возрасту, мама с папой, и девчонка, чуть моложе меня. Эй, на детей мы не договаривались! Я ж в такой обстановке и ответить-то достойно не смогу: не захочу травмировать нежную детскую психику!
   Народ что-то тихонечко обсуждал, пока в дверях не появилось Мое Сиятельство.
   Пока мы с Розой шли к месту рядом с женихом, я с интересом наблюдала за реакцией: Конрад и будущий свёкор разглядывали мою тушку с интересом; 'любимая свекровь', не скрываясь, недовольно кривила губы - обломали мадам, похоже, не удалось ей полюбоваться хрюшей в рюшах; паренек смотрел настороженно, будто бы пытаясь понять, какую еще гадость ожидать от пришлецы, не побоящейся приручить пушистую нечисть; а вот неприкрытый восторг в глазах девчонки мне не понравился. Знаю я этот взгляд, сама так рассматривала в далеком детстве редких гостей матушки, появлявшихся в нашем доме из далекого и загадочного 'большого города', мысленно составляя список каверз и прикидывая, над кем первым начну издеваться с утра пораньше. Чувствую, от этой красавицы нужно держаться как можно дальше, если не хочу последних нервов лишиться...
   Служанка почтительно отодвинула кресло, я умостила свои телеса на сидении, обшитом какой-то не знакомой мне мягкой тканью. И? Дальше что? Так и будем в молчанку играть и взглядами общаться? Я - девушка голодная, могу и погрызть кого ненароком.
   - Инка, рад, что ты смогла к нам присоединиться!
   А то у меня выбор был. Да что ж у тебя, милый мой, улыбка такая искусственная. От нее все молоко в округе скиснет через минуту. Что, мама с папой еще те подарочки?
   - Надо же где-то поужинать, - и глазки в пол. Блохастик поперхнулся, его матушка раздраженно фыркнула, остальная троица с трудом сдержала смех, а я, пока народ в себя не пришел, сделала Розе знак, и расторопная служанка сразу же наложила своей хозяйке побольше салатика, мясного, судя по всему, с майонезом. Няма.
   - Милая, вы предпочитаете темные цвета в одежде?
   Змея среднего роста и средней полноты. Ну тебе-то точно не мешало бы одеться в эти самые темные цвета. В твоем возрасте нежно-зеленый носить не стоит: он и морщины выгодно подчеркнет, и пятна старческие чудесно выделит.
   - В них меньше объемы заметны, - ответила - и жевать. Пусть теперь думают сами, только ли себя я имела в виду.
   Слуги за креслами молодых господ тоже стали наполнять тарелки своих подопечных. Вот, правильно, в данном случае явно лучше жевать, чем говорить.
   - Инка, ты правда из другого мира? А зачем за Кони выходишь? Он тебя заставил, да?
   - Вилис!
   Очень непосредственная девочка. А вообще, вопрос хороший: зачем мне за оборотня-то? Может, просто невестой остаться, пока на свою крышу не заработаю?
   Ответить и как-то разрулить ситуацию не успела: в коридоре послышались крики и шум, через пару секунд дверь в комнату распахнулась, и внутрь вломился пушистик. Привет, Снежок, давно не виделись. Ой, а что вы все замолчали-то, дамы-господа? Моя живность вроде накормлена уже. Правда, милый?
   Милый добрался до моего сидения и по-хозяйски улегся на пол рядом. Люди и нелюди, дышать тоже нужно, хотя бы изредка. Нафига тут зал, полный трупов. Да отомрите вы! Вон, у ненаглядной свекровушки уже глаза из орбит вылазят.
   - Инка... Он твой???
   Вилис, да? Миленькая девочка, радующая маму с папой послушанием и розовым платьем за обедом...
   - Сложно сказать. Похоже, Снежок считает наоборот.
   Живность с пола что-то ворчливо поддакнула.
   - Кони, а почему ты раньше нас с Инкой не познакомил?
   Ребёнок, похоже, воспользовался вынужденным молчанием матушки и решил допросить братца.
   - Инка училась в другом мире.
   Вот она, выдержка. В отличие от родителей, даже не побледнел. Действительно, что ему, оборотню, племяннику одного из Сиятельных Глав, какой-то норг.
   - Вилис, не докучай брату вопросами!
   О, 'заморозка' закончилась. А жаль. Я еще не весь салат доела.
   Снизу недовольно фыркнули. Вот же проглот.
   - Роза, покорми Снежка, пожалуйста.
   Нет, а что? Ждать, пока это чудо решит всех на зуб попробовать? И не нужно прожигать меня взглядом.
   Бьюсь об заклад, живность скоро начнет понимать речь окружающих. По крайней мере, на 'покорми' реакция была однозначной: гортанный звук, намекающий на желание повторить ужин. Негодующая свекровь вновь замерла памятником самой себе, а служанка, наконец, решилась исполнить мою просьбу, и возле стула материализовалась тарелка с мясом непонятного происхождения.
   - Инка, у вас, похоже, дар: привлекать к себе друзей и союзников, - высокий брюнет, мой будущий свекор, тоже решил вступить в разговор. Оно и верно: пока жена молчит, надо пользоваться моментом.
   - Ну... Друзей у меня мало...
   Договорить мне не дали.
   - Я! Я буду твоим другом!
   Ох... Похоже, я действительно попала... Почему меня никто не предупредил, что в дополнение к непонятной живности-проглоту женишок подсунет своей наивной невесте еще и восторженного ребенка с горящими глазами и шилом в одном месте?
  
  Сурина:
   Тяжелое ночное дежурство, закончившееся срывом у всех трех докторов, плавно перетекло в спокойный дневной сон. Странно, но, сделав гадость в Инкином стиле, я почувствовала себя чуть ли не счастливой. Я, аристократка в двенадцатом поколении, дочь и невеста уважаемый вампиров из двух влиятельных кланов, опустилась до мелкой мести дурному пациенту! Невероятно, но факт: заперев гнома вместе с тремя человечками, я почувствовала спокойствие и удовлетворение, словно именно так и должен был закончиться этот ночной эпизод.
   Едва добравшись до постели в общаге, я рухнула навзничь и мгновенно улетела в мир сновидений. Первый раз за долгие годы мне снился нормальный, цветной сон. Правда, тема была неожиданной: далекое и не всегда счастливое детство. Спокойные, весёлые, беспечные моменты и сцены из жизни словно хотели намекнуть на что-то или же подчеркнуть разрыв между сном и реальностью. Как бы то ни было, я наконец-то выспалась и проснулась поздно ночью отдохнувшая. До утра лежала, бездумно уставившись в потолок, категорически не желая вспоминать и анализировать увиденное.
   Работа началась с вызова к вновь обретенному куратору. Вместе с Инолом выслушали 'приговор': несколько дней работы на этажах у людей. Раньше я, наверное, взъелась бы на инкуба, а теперь лишь плечами пожала: как скажете, норн куратор. Можно и к людям. В ответ на удивленный взгляд улыбнулась во все зубы. Жизнь действительно прекрасна, если не стремишься следовать многочисленным правилам. Вы, норн куратор, восхищаетесь человечкой? Будет вам вторая Инка. Тем более что с возвращением оригинала больница и так встанет на уши, а значит, моей скромной помощи в этом нелегком деле могут и не заметить.
   - Что ты задумала?
   Оборотень, как и инкуб, похоже, готов был подозревать меня чуть ли не в самоубийственном желании прогуляться до Бездны, заодно прихватив с собой весь персонал БЛиНа.
   - Ничего, - ответила абсолютно честно, но напарник не поверил. Что ж, его право.
   Третий этаж встретил привычной дверью, деревянной, оббитой железом, с некоторых пор служившей только декорацией и больше не запиравшейся.
   - Сурина, Инол, - на скрип открывавшейся конструкции выглянул из ординаторской Ирген. За прошедшие годы он похудел, накачался и все так же был в меня влюблен, правда, теперь уже тщательно скрывал свои чувства. Встречались мы по работе часто, так что парень не удивился, увидев нас с напарником.
   - Пришли на отработку, - приветливо улыбнулся человеку оборотень.- Снова.
   - Из-за гнома? - понятливо спросил Ирген, освобождая проход в комнату.
   - Из-за этого идиота, - фыркнула я, правда, без особого раздражения. - Хотя ему, судя по слухам, наоборот, все понравилось.
   Парень поперхнулся смешком.
   - Я сегодня один. Джадд был в ночь, у Люция что-то дома случилось, Мастер отпустил его на сутки.
   Три пошарпанных деревянных стола, пять таких же стульев, небольшое окошко с занавеской и неизвестным мне цветком на подоконнике - практически вся обстановка. В дальнем углу синий и продолговатый морозильный ящик. Еще небольшой шкафчик возле окошка с кучей папок на полках. Бедно, скудно, непривлекательно и совершенно не уютно. Но уж что заслужили. Сорти так расплывчато сообщил: на несколько дней. Значит, пока инкуб не смилостивится, придется давиться отвратным кофе или есть всухомятку то, что заранее куплю в столовой. Странно, но если раньше меня подобные моменты дико раздражали, то теперь я успокоилась, что ли. Видимо, из-за того, что заранее предвкушала ошарашенные взгляды народа. Поведение человечки полностью мне не скопировать, но попить кровь, пусть и выражаясь фигурально, у этого заведения я смогу. Теперь даже замужество как возможное наказание после вылета с работы практически не пугало: муж всяко лучше практически навечно прописавшейся здесь ходячей катастрофы из другого мира. От него хотя бы знаешь, что ожидать...
   - Сурина, ты здесь, мы с Инолом на приеме?
   - Неа, - я широко, радостно и довольно пакостливо улыбнулась, показывая все длинные зубы. - Хочу на прием.
   Ирген вздрогнул, посмотрел шокировано на свою 'любовь всей жизни', потом перевел вопросительный взгляд на мгновенно напрягшегося оборотня.
   - Пусть идет, - и завуалированно: 'Я за ней присмотрю'. Ну попробуй.
   Три маленьких комнатки неподалеку от входа для людей были оборудованы под смотровые. Стол, стул, софа, полки на стенах, занавеска на окошке - вся обстановка. Я уселась за стол, достала из ящичка лист желтоватой бумаги и железное перо вместе с чернильницей и приготовилась воплощать в жизнь свой план.
   Первые две девушки, 'заглянувшие на огонёк', на меня просто косились, не делая никаких попыток испугаться или отгородиться. Получив свои рецепты на необходимые лекарства, они вежливо попрощались и спокойно вышли из комнаты. А вот третья...Едва зайдя в смотровую, девчонка той же комплекции, что и туша, выпучила глаза испуганно ойкнула и стала судорожно шарить по карманам.
   - Что стоишь? - дружески улыбнулась я, позволяя пугливой пациентке полюбоваться длинными клыками. - Садись, пообщаемся.
   Правая рука вскинулась вверх, вроде как в жесте защиты. Э, а что в кулаке-то зажато?
   - Чеснок? Молодой? Обожаю! - встала, потянулась к овощу.
   Пациентка завизжала практически на ультразвуке и выскочила из комнатки. Ну вот, а я только настроилась поразвлечься немного...
  
   - Сурина...
   - Да, норн куратор.
   - Уволю.
   - Увольняйте, норн куратор.
   Изумление в синих, практически васильковых глазах. Не ждал, милый? Сюрприз!
   - Замуж пойдешь.
   - Как скажете, норн куратор.
   Вот, шок - это хорошо, это правильно. Тебе ж нравится поведение туши? Получи ее двойника.
   - Сури... Что ты хочешь?
   - Жить.
   Ответила максимально честно, но мена, похоже, не поняли.
   - В смысле?
   - В самом прямом. Вы взяли тушу назад, а значит, конец света и появление Бездны не за горами.
   - Не пори чушь. Хотя я тебя понял: если нельзя предотвратить бардак, надо его возглавить, так?
   - Примерно. Куда мне?
   - Назад. Иди работай у людей. Может, одумаешься.
   Наивный.
   - Как скажете, норн куратор.
   Повернулась к двери и, чуть пританцовывая, направилась трудиться на благо общества.
  
  Инна:
   Этой ночью я практически не спала: шило в заду по имени Вилис, мелкая худющая шатенка с серыми глазами, решила прямо с места в карьер осчастливить несчастную попаданку, по ее мнению, страдавшую без друзей, и прилипла ко мне, как банный лист. Блохастик посмеивался и отдирать от невесты сестренку не спешил. Я с трудом нашла пару секунд, чтобы сообщить ненаглядному женишку, что его желают видеть в больнице.
   - Что-то случилось? - поинтересовался Конрад.
   Я пожала плечами:
   - Один из пациентов нахамил мне, а когда получил ответку, страшно обиделся.
   - Даже так, - задумчиво протянул племянник Сиятельных Глав, кивнул и вышел из спальни.
   - Бедный пациент, - злорадно хихикнула присутствовавшая при разговоре мелкая заноза.
   - Почему? - удивилась я.
   - Так ты теперь важная шишка, можешь делать практически все, что пожелаешь, и никто тебе слова поперек не скажет. А этот дурачок посмел не только нахамить, но и нажаловаться. Кони теперь с ним разделается.
   Упс...
   - Вилис, ты сейчас серьезно?
   Вместо девчонки ответил норг, заворчав рядом.
   - Вон, даже Снежок меня поддерживает. Правда, Снежок? Никому не позволено обижать верхушку аристократов!
   Ой, как все запущено... Вторая Сурина, только без жениха...
   - Инка, а расскажи о том мире? Как ты там жила? Ты была аристократкой? А как в больницу устроилась? А почему...
   Мозги у меня сварились и закипели уже на третьем вопросе. Боги, её бы энергию да в мирных целях... Человечество давно вечный двигатель изобрело бы...
   Проснувшись, обнаружила, что мелкой рядом нет. А вот норг сидел на кровати слева, позевывал и недвусмысленно намекал, что его нужно почесать и накормить.
  
   В больнице моего опоздания на целых десять минут никто не заметил: народ снова ходил на ушах, когтях, рогах и других выступающих частях тела.
   - Астон, - отловила я гнома, собиравшегося выскакивать из ординаторской, - что произошло?
   - Двадцать раненых! Двадцать! И все погрызены и исполосованы непонятно какой сущностью! - мой собеседник скрылся из глаз быстрее пули.
   Оп-па...
   - Инка, тебя куратор хочет видеть, - в комнату влетел леший, подхватил какой-то пузырек с полочки и выскочил вслед за гномом.
   В моей помощи, похоже, никто не нуждался, поэтому я потопала к инкубу.
   - В ножки падать не буду, - сбило меня с толка прямо в дверях саркастическое замечание Сортарина.
   Я удивленно моргнула:
   - Простите, норн куратор?
   - Здесь объявлялся твой жених. И у меня, и у главврача. Настоятельно просил проявлять вежливость и уважение к невесте племянника Сиятельных Глав.
   А, так вот почему ты такой нервный. С блохастиком я разберусь дома, а здесь...
   - Я не прошу особенного к себе отношения, норн куратор.
   - Ну вот и славно, - Сортарин явно расслабился: из тела ушло напряжение, глаза перестали блестеть. - Пока народ работает с вновь поступившими, можешь отдохнуть, потом впрягайся в рутину.
   - Ясно, норн куратор.
  
   В ординаторской я налила из автомата кофе в пузатую керамическую кружку с дракончиком и с ногами уселась в одно из кресел. Кто ж успел за ночь порезвиться? Двадцать пострадавших за ночь, да еще и погрызенных и располосованных, - это круто... Я бы подумала на Снежка, но того очень плотно перед сном накормили, а Конрад вроде утверждал, что норги с добычей не играют - убивают и поглощают. Тогда кто? И зачем?
   - Инка, ты своего живоглота вчера кормила? - тролль, уставший, с дрожащими руками и взлохмаченной шевелюрой.
   - Приходи сегодня, познакомлю вас, сам спросишь, - предложила я, не отрываясь от чашки.
   - И останутся от Аринора только волосы, и те - небольшим пучком на макушке, - гном. Видок не лучше, чем у тролля.
   - Ар, чушь не пори. Норги добычу живой не оставляют, - леший. Синий какой-то, как тот покойник.
   - Жур, ты в порядке?
   -А?
   - Синий почему?
   - А, это. Пройдет скоро, когда силы восстановятся.
   - Не понимаю... Кто их так... И кому вообще было нужно калечить случайных прохожих? - Зикара. Вся дрожит, как на сильном морозе. Круто их всех приложило.
   - А свидетели есть?
   - Угу, щаз. Тогда было бы все намного проще, - тролль плюхнулся во второе кресло с чашкой зелёного ароматного чая. - Смазанная тень на тротуаре - и больше ничего.
   - Тень? Человек? Животное?
   - А никто не скажет. Тень была - тень исчезла. На все про все две-три секунды.
   Бред. Быть такого не может. Должны же остаться следы. Хоть какие-то.
   - Магов туда отправили, конечно, но... Вряд ли... - Астон уселся за свой стол с чашкой кофе. - Инка, я перелопатил твои книги, можешь забирать, ничего интересного там нет.
   - Угу. Где?
   - Да вон на шкафчике лежат.
   Встала, подошла, нахмурилась, протерла глаза.
   - Астон, на каком шкафчике? Тут пусто.
   Гном, ворча под нос не особо приятные эпитеты в мою честь, кое-как поднялся, дошел до меня, неверяще уставился на пустую поверхность.
   - Да быть того не может! Сам же ставил!
   Книги искали всем отделом. Индейская народная изба, блин.
   - Девятый этаж, вторая палата - опоенная русалка, девятнадцатый этаж, пятая палата - одурманенные грифоны, четвёртый этаж, седьмая палата - оборотни в полуобороте, одиннадцатый этаж, вторая палата - раненый домовой, там же, третья палата - кикимора со сломанной конечностью, - бесстрастно перечислила сирин фронт работ, и молодые лекари дружно застонали.
   - Да что ж за день такой, будто проклял его кто, - в сердцах сплюнул леший, теперь уже светло-голубой. Вот что с существом три чашки какао делают...
   - Может, интерны поработают? - без особой надежды спросила я, тоже не горя желаем трудиться во славу больницы.
   - Ага, эти так поработают, что пациентов потом не откачаешь, - ворчливо заметил тролль, приканчивая четвертую плюшку. И куда в него столько влезает? - Так, народ, пока Сури с Ином на людских этажах повинность отрабатывают, давайте уж тут неучей к пациентам не допустим. Кто куда?
   Русалку взяла практически пришедшая в себя эльфийка, грифоны достались троллю, оборотни - лешему, гном пошел к кикиморе. На меня же свалили домового.
   До нужного этажа добралась без приключений, открыла дверь и застыла, пораженная открывшейся картиной: два вампира склонились над телом в углу. Тело визжало, причитало, плакало и тщетно пыталось вырваться.
   - Мальчики, вы палатой не ошиблись? Кровь вроде на другом этаже выдают.
   'Мальчики' повернулись ко мне, осмотрели Мое Сиятельство с ног до головы и с непередаваемым презрением посоветовали:
   - Иди, куда шла, болезная.
   - Да я, собственно, сюда и шла, - пожала я плечами. - Вы пошто домового мучаете? Что он вам сделал, ироды?
   Ироды переглянулись, мрачно улыбнулись, сделали пару шагов вперед и протянули руки к моему телу. Не дотронулись, не успели - отправились в плавный, бреющий полёт.
  Так... И что это было? В прошлый раз меня подобным образом защищал Джеральд, брат Сурнины, малахольный вампир, решивший обзавестись новой игрушкой. А теперь кто? Конрад? Или, может, чем чёрт не шутит, Снежок?
  Стон из угла привлек мое внимание. Ах, да. Раненый домовой. Подошла, склонилась над пациентом. С первого взгляда никаких повреждений не видно. И куда он ранен?
  - Эй, дядько, тебе плохо? Чем помочь?
  Маленький мохнатый человечек с бородой и небольшими рожками на голове посмотрел измученно и устало:
  - Ногу, ироды, задели. Прямо по любимой мозоли прошлись. Болит она, девонька.
  Угу. То есть вызвали врача из-за больной мозоли. Весело...
  Пока нянчилась с домовым, забыла о вампирах. Когда вспомнила и обернулась в нужную сторону, никого не увидела. Странно, шагов вроде не было...
  В ординаторской народ, присосавшись к наполненным кружкам, обсуждал своих пациентов.
  - Какой идиот налил в бассейн русалке валерьянку? Опоенная, как же, - ворчала обычно спокойная и сдержанная Зикара. Ей зелёные волосы мотались из стороны в сторону, серые глаза то и дело раздраженно вспыхивали. - Там песни по всему этажу.
  - Это ты грифонов не видела, - Аринор выглядел отвратно, словно его постирали, а потом чересчур сильно отжали. - Лежат такие туши, каждый на свой кровати, смотрят на тебя мутным взглядом, недвусмысленно лыбятся и пытаются свидание назначить. Мне, троллю!
  - Молчите уж, это не вы от оборотней по потолку улепетывали. Я думал, сквозь вентиляцию научусь просачиваться, - хмурый Жур теперь был серым от усталости. Обычно светло-коричневая кожа сейчас больше напоминала по цвету туманный день.
  - Судя по всему, повезло только Асу и Инке, - ворчливо заметил Аринор.
  Гном пожал плечами, неспешно потягивая синюю бурду из своей чашки.
  - Не все ж мне за вас отдуваться. Наложил девушке шину, мы мило поболтали и разошлись.
  - Ребята, а оборотни умеют ставить защиту? - задумчиво поинтересовалась я, с удовольствием плюхаясь в кресло с чашкой крепкого сладкого кофе.
  - Это какую?
  - Да обычную, которую на меня тогда брат Сурины ставил.
  Уже привычная тишина в кабинете дала понять, что я сморозила очередную глупость.
  - На тебе защита? - первым отмер гном.
  - Да фиг его знает. Я зашла к домовому, там два клыкастых урода, прижали мелкого в углу и не понять чем занимаются. Ну я их отвлекла немного, они на меня попытались наброситься. Красиво так летели, плавно, и приземлились без шума. Что опять?
  - Инка... Ты нам ничего рассказать не хочешь? - Аринор. Смотрит внимательно, задумчиво. Будто препарирует.
  - Что рассказать?
  - Да вот и мы пытаемся понять, что именно рассказать...
  - Ар, прекращай. Видишь же, Инка не понимает.
  - Вижу. Но тогда ты мне объясни. Она ж невеста, официально. Так? Откуда тогда вампирская защита?
  - То есть оборотни такое накладывать не могут, - вычленила я для себя главное.
  - Могли бы. Если бы были вампирами.
  'Если б мишки были пчелами'... Значит, все же Конрад...
  - Человечку Инку к куратору, - проинформировала персонал сирин.
  - А вот и твои вампиры объявились, - ухмыльнулся леший.
  Да, тяжела ты, врачебная доля. Ладно, встала и потопала.
  У инкуба действительно ждали вампиры. Причем ждали стоя, несмотря на пустые кресла рядом.
  - Инка, садись, - Сортарин альт Новус кивнул мне на одно из кресел. Глаза кровососов яростно сверкнули, но ни один жалобщик не посмел возразить.
  - Что произошло в палате у домового?
  Смотрит заинтересованно, заранее ждет шоу. Ну да, появился местный клоун, теперь постоянное развлечение гарантировано.
  - Да ничего особенного, норн куратор, - пожала я плечами, отчаянно завидуя вампирам: сразу видно породу, аристократы, блин. Хоть и летали сегодня, а тёмно-синие врачебные халаты чистенькие, выглаженные, как с иголочки. Не то что у одной хрюши: вроде и стараюсь ходить аккуратно, а все равно мну эту несчастную униформу. - Я зашла, увидела, что эти двое пытаются что-то непотребное сотворить с пациентом, вмешалась, они попытались на меня напасть, в результате улетели к стенке напротив. Вот и всё.
  - Непотребное? - вскинулся один из парней. - Мы его осматривали, дубина ты стоеросовая!
  - В углу? - пропустив оскорбление мимо ушей, удивленно подняла брови я.
  - Сам виноват! Он от нас сбежать пытался!
  - Это что ж надо делать с пациентом, чтобы он попытался от вас сбежать? - нет, мне правда было интересно, я не пыталась никого провоцировать, но вот собеседники, похоже, посчитали иначе. Ко мне снова протянули руки. Ничему мальчиков жизнь не учит... В этот раз вампов просто оттолкнуло. До стенки. Послышался глухой звук, затем - стоны и ругань.
  Синие глаза куратора посмотрели на добровольную местную циркачку с удивлением.
  - Ты ж за оборотня замуж собралась.
  Ещё один...
  - Норн куратор, все вопросы к Конраду, - сдала я жениха.
  - Даже так, - задумчиво пробормотал Сортарин. - Хорошо, Инка, можешь быть свободна.
  Глава 5
  Сурина:
   Через час после моего возвращения от куратора к людям привезли троих потерпевших: молодых симпатичных мальчишек лет пятнадцати-семнадцати. Мистические события трехлетней давности научили меня внимательно присматриваться к деталям, возможно, именно поэтому я и заметила, что все трое были блондинами. Понять, почему так и есть ли связь между нападением и цветом волос, не успела: люди находились между жизнью и смертью, длинные равные раны на их телах сильно кровоточили. Ирген, используя новейшее оборудование, позволяющее просматривать внутренние органы, определил, что у парней повреждены почки и печень. Нужно было как можно быстрей зашить порезы и вызвать кого-то из наших спецов - проверить, можно ли 'починить' проблемные органы. Инола оставили в смотровой, сами отправились в стерильную операционную со стеклянными стенами и потолком и кафелем на полу.
   Ирген оперировал, я ассистировала. В принципе, не так уж долго мы там провозились, час, не более. Что там те раны продезинфицировать и зашить. Комната, в которой проводились операции, была полностью изолирована от остальных помещений больницы. Находясь тут, нельзя было услышать ни звука извне. Точно так же крики отсюда не были слышны снаружи. Закончив, оставили находившихся без сознания парней под присмотром троллей-санитаров, сами сняли хирургические халаты и открыли дверь, возвращаясь в реальность. Лучше б мы оставались в изолированном помещении...
  Визг, шум, крики ударили по ушам.
  - Кого-то режут вне операционной? - удивленно подняла я брови.
  - Если б я знал, - пробормотал не меньше моего изумленный Ирген. - Тут обычно тихо...
  Наивный мальчик. Теперь тут появилась я, а значит, тишина отсюда исчезла.
  Вышли, прошли по коридору, немного не доходя до ординаторской заметили растерянного оборотня, что-то говорившего, по виду оправдывавшегося, верещавшую на весь коридор и фурией набрасывавшуюся на него дамочку формами побольше Инки раза в два, двух человеческих санитаров, явно пытавшихся растащить эту пару, и Мастера, внимательно наблюдавшего за сценой.
  Народ упорно поговаривал, что старик, больше всего напоминающий классического сказочного чародея, длиннющий, скелетообразный, с густой белой бородой практически до пола и синим удлиненном колпаком с непонятными узорами на голове, является личем. Не знаю, может, и так, но тогда уж очень грамотный и медицински подкованный лич получился. Дело свое он знал великолепно, держал в железных рукавицах персонал, и представшая перед нами с Иргеном ссора (или что там было?) меня сильно удивила. Одно слово Мастера, и вкруг снова воцарятся тишина и покой. И почему же он тогда молчит?
  Подошли поближе, удостоились внимания всех участников этого сумасшедшего действия.
  - Сурина, рад тебя видеть.
  Внимательный взгляд бесцветных глаз, и я склоняю в поклоне голову:
  - Благодарю, Мастер.
  - Мастер... Что здесь происходит?.. - Ирген. Осмелился-таки задать вопрос, интересовавший нас обоих.
  - Он меня обесчестил! Пытался!
  Визгливая тетка нагло встряла в разговор и замерла под взглядом 'лича'.
  - Инол?
  - Мастер, я и пальцем к ней не прикоснулся! Она пожаловалась на боль в спине, я предложил ей снять кофту, она завизжала.
  Оборотень выглядел неважно: бледный, с дрожавшими руками, судя по расширенным зрачкам, шокированный происходящим.
  - Снять кофту! Мне, почтенной матери семейства!
  Опять визжит. Свинья недорезанная. В голову пришла оригинальная мысль.
  - Мастер...
  - Да, Сурина?
  - Вы позволите провести диагностику пациентки? Мне кажется, ей следует обратиться к врачу своего пола... - и улыбнулась, показал длину клыков.
  Нахальная тетка резко замолчала, сглотнула, попятилась.
  - Хорошая идея, - мне показалось, или в вечно сухом голосе появилась насмешка? - Где смотровая, ты знаешь.
  И уже пациентке:
  - Или отправляетесь с врачом на осмотр, или вас сейчас же выведут из здания.
  - Я... Я пойду... Спина уже не болит...
  Трусиха. А я только собралась немного развлечься.
  
  - Да я и пальцем ее не тронул!
  - Ин, не ори. Ирген, налей нам всем крепкого чая. Тебе попалась истеричка, бывает.
  - Спасибо, утешила. Сури, что это за идея с осмотром?
  - А что? Спасибо, Ирген. М-м-м-м... Божественно. Что? Что вы оба на меня так уставились?
  Мужчины молча переглянулись.
  - Сури... Ты еще не забыла, как кровь пить? Ай! Да, Ирген, это Сурина. Только она дерется без повода. Сури! Прекрати!
  - Обормот. Да, я действовала в стиле туши. И что?
  - Не туши, а Инки. Она похудела, если ты не заметила. Что? То, что тебе это не идет. Не твой стиль.
  - Будешь умничать - стукну. И вообще, раз эта...м...Инка... здесь снова появилась, можно сразу к Бездне готовиться. Дай мне развлечься перед этим.
  
Оценка: 7.91*28  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  В.Старский ""Академия" Трансформация 3" (ЛитРПГ) | | О.Герр "Защитник" (Любовное фэнтези) | | С.Даниил "Темный остров" (Научная фантастика) | | С.Панченко "Ветер" (Постапокалипсис) | | Д.Владимиров "Киллхантер 2: Цель - превосходство" (Постапокалипсис) | | Л.Кайфуций "Чужой клан" (ЛитРПГ) | | Г.Александра "Пуля для блондинки" (Киберпанк) | | В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда" (Боевик) | | Ю.Королёва "Эйдос непокорённый" (Научная фантастика) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | |

Хиты на ProdaMan.ru Я хочу тебя трогать. Виолетта РоманТитул не помеха. Сезон 1. Olie-Снежный тайфун. Александр МихайловскийПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаШерлин. Гринь АннаВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиВедьма и ее мужчины. Лариса ЧайкаОтборные невесты для Властелина. Эрато НуарОфисные записки. КьязаИЗГНАННЫЕ. Сезон 1. Ульяна Соболева
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "То,что делает меня" И.Шевченко "Осторожно,женское фэнтези!" С.Лысак "Характерник" Д.Смекалин "Лишний на Земле лишних" С.Давыдов "Один из Рода" В.Неклюдов "Дорогами миров" С.Бакшеев "Формула убийства" Т.Сотер "Птица в клетке" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"