Соколова Наталья Владимировна: другие произведения.

Чары Великого Леса (10.11.)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 7.30*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:

         Могла ли представить средняя дочь главы города Льдинки, что для того,чтобы женить на себе охотника Владира, ей придётся обратиться к ведьме? Только вот с колдовством всегда так: очень часто результат может выйти совсем не такой, как предполагался. Заплатить же за услуги колдуньи придётся не только дорогими украшениями, но и десятком лет собственной жизни... Только и Великий Лес хранит свои тайны и с помощью собственных чар способен круто изменить судьбу тех, кто решит доверить ему свою жизнь и судьбу...

    ВНИМАНИЕ! АВТОРСКИЙ ЧЕРНОВИК! БОЛЬШАЯ ПРОСЬБА НЕ ВЫКЛАДЫВАТЬ ЧЕРНОВИКИ НА СТОРОННИХ САЙТАХ.

    Обновление от 10.11.2017 г. Общий файл обновлён.

    Старая прода: комм. 14. Новая прода: комм. 47.

    Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!


    Для тех, кто хочет быть в курсе всех моих обновлений, моя группа в ВК "Туманика".




Пролог


     За окном разыгрался яростный зимний буран. Вьюга с досадой поняла, что Владир всё ещё не ушёл от неё только потому, что непогода не позволила. Она так и не смогла добиться, чтобы гордый и независимый охотник женился на ней. Прошло три года с тех пор, как он, останавливаясь в их городке, неизменно ночевал в её доме. Только назвать своей женой категорически отказывался. Серебристая блондинка с тёмно-карими, почти чёрными глазами, перепробовала все уловки, но так и осталась ни с чем. Годы утекали, как вода через пальцы, а поймать неуловимую добычу в коварно расставленные сети девушка до сих пор не смогла.

     На все мольбы мужчина всегда отвечал одно и то же:

     - Я слишком редко задерживаюсь на одном месте. Поэтому не могу быть мужем ни одной женщины. Тайны Великого Леса для меня интереснее, чем любовь. Довольствуйся тем, что есть, и не требуй от меня того, чего никогда не смогу тебе дать.

     Блондинка с ужасом поняла, что уже начинает бредить строптивцем и чахнет, когда не видит его дольше недели. Только, к сожалению, их встречи были слишком редки и мимолётны, чтобы она смогла почувствовать себя счастливой. Очень внимательно рассматривала каждую чёрточку лица мирно спящего рядом охотника, пытаясь впечатать в памяти даже самую незначительную мелочь.

     'Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, Владир! Неужели ты думаешь, что я позволю тебе поступить со мной как с теми, кто пытался войти в эту реку до меня? Есть много способов удержать даже такого, как ты. К сожалению, далеко не все они позволят заслужить уважение, если мои тёмные делишки когда-нибудь всплывут. Только после венчального обряда уже никто и ничего не сможет изменить', - циничная улыбка тут же зазмеилась на губах средней дочери главы города Льдинки. Она частенько помогала отцу, давая весьма дельные советы, и считалась завидной невестой. К величайшему сожалению родителей, её сердце было отдано совершенно, на их взгляд, неподходящему для семейной жизни человеку.

     Сейчас, чтобы провернуть то, что она задумала, Вьюге надо было сделать вид, что смирилась с очередным отказом и снова отпустила упрямца на волю. Остальное она обтяпает тогда, когда охотник снова будет бродить проторенными диким зверем тропами. Девица всегда чуяла перемены погоды, как охотничья собака, притаившуюся в глубокой норе лису.

     'К полудню непогода уляжется, и Владир снова уйдёт. Вот тогда я и обращусь к деревенской ведьме. Пусть сделает так, чтобы он и дня без меня прожить не мог. Пусть себе бродит до вечера в окрестных лесах, раз ему так по сердцу комаров на болоте кормить, а к вечеру возвращается домой. Да сёстры и подруги от зависти засохнут, когда увидят, как ловко я поймала того, кто шёл по жизни по разбитым сердцам'! - девушка лишь прикидывалась скромной и покорной, как того требовали обычаи. Очень немногие, кто имел несчастье перебежать дорогу именно этой блондинке, делали для себя одно весьма неприятное открытие. Она всегда была ненадёжным союзником и коварным и беспощадным врагом.

     Чутьё сразу подсказало Владиру, что Вьюга ещё потреплет ему нервы. Двум парам карих глаз хватило мига, чтобы понять простую истину. Легко и просто между ними ничего и никогда не будет. Девушка накормила мужчину завтраком и молча проводила за порог. Лишь прощальный взгляд был полон такой стылой тоски, что тот сразу понял, что чем скорее он окажется подальше от Льдинок, тем лучше. Да и то нет никаких гарантий, что дочь главы города не задумала очередную интригу, чтобы хитростью женить его на себе.

     - Иди. Возвращайся, когда сможешь. Я буду ждать, - несколько холодно проронила блондинка и тут же ушла, громко хлопнув дверью. Сейчас охотник мог лишь помешать её планам.

     Когда Владир выходил за ворота внешней стены, мимо, издевательски каркая, тяжело пролетел огромный чёрный ворон, пророча близкую беду.

     'А чтоб тебя'! - в сердцах выругался охотник и прибавил шаг. Ему с каждым разом становилось всё более неуютно и тревожно под крышей именно у этой подруги, которых у него было немало. Только большая часть из них оказалось намного мудрее Вьюги. Они умудрились найти более подходящую партию, чем мужчина, такой же дикий и непредсказуемый, как Великий Лес, которому он много лет назад подарил своё сердце.

     Идти к колдунье дочь главы Льдинок решила тогда, когда домашние разбредутся по собственным постелям. Верла жила в этих местах ещё во времена молодости ей прабабки, но при этом выглядела как девица лет восемнадцати от роду. Болтали о ней всякое, но чаще всего удивительную вещь. Кроме золота, серебра, пушнины, драгоценных камней или прочего добра, ведьма отбирала у просителя, как минимум, один год жизни. В особо сложных и запущенных случаях можно было расстаться и с десятком вёсен. Только даже это не испугало Вьюгу. Одержимость охотником с каждым днём ощутимо возрастала, а откликаться на все её мольбы и призывы Владир так и не собирался.

     Завернувшись в тёмный плащ, подбитый мехом куницы и накинув на голову капюшон, интриганка крадучись выскользнула за порог и во весь дух помчалась к поместью на самой окраине у городской стены, где проживала интересующая девушку колдунья.

     Тёмная одежда Вьюги помогла ей избежать ненужных расспросов городской стражи. Тонкий слух заранее предупреждал о возможной опасности, а небольшие закоулки надёжно скрывали девушку от чужих взоров.

     До процветающего даже в самые лихие и голодные времена поместья ведьмы просительница добралась уже в глухую полночь. На вид синеглазой черноволосой женщине можно было дать лет-семнадцать-пятнадцать, если бы не нечеловеческая мудрость, время от времени проскальзывающая во взгляде. Вельда мрачно посмотрела на позднюю гостью и равнодушно проронила:

     - Что тебе нужно от меня, дочь главы города? Расскажи, что за печаль привела ко мне.

     Присев в кресло, на которое небрежным взмахом руки указала хозяйка, Вьюга рассказала всё, как на духу. Вот чего не ожидала, так это презрения в мелодичном голосе колдуньи:

     - В твоём сердце нет и тени любви. Там царит только страсть. Неужели сама не понимаешь, глупая? Через пару лет Владир станет тебе не нужен! Совсем! Связать же свою судьбу с кем-то ещё уже никогда не сможешь. Мои чары в этом отношении гарантируют: либо проживёшь до гробовой доски с тем, кого притянула моим колдовством. Либо будешь коротать долгий век в гордом одиночестве.

     - Понимаю! Тут дело только в статусе! Хочу преуспеть там, где все остальные потерпели поражение! Многие мечтают об этом спесивом охотнике, но ещё ни одна не добилась успеха! - в карих глазах девушки царила январская стужа.

     - Я сделаю, что ты просишь, но нужна вещь мужчины, несколько капель твоей крови и клятва, которую ты дашь, когда буду отворять тебе вены. Не бойся, одно моё слово, и от пореза и следов не останется. Чем заплатишь за чудо, девочка?

     Горожанка извлекла из потайного кармана шкатулку с драгоценностями, и на стол Верлы легло золотое ожерелье с крупными изумрудами.

     - Высыпай всё, что есть, иначе и пальцем о палец не ударю! Только предупреждаю сразу. Те, кто слишком часто бродит тропами Великого Леса, слишком часто подвергаются действию его чар. Поэтому, приворот может и не подействовать на Владира. Не зависимо от результата ты уплатишь по счетам сполна, девочка. Пока что, ещё можешь отказаться от моих услуг. Тогда потеряешь только это ожерелье за причинённое беспокойство и не лишишься всего остального и десятка лет собственной жизни, - синие глаза насмешливо посмотрели на притихшую девицу, которая только сейчас осознала, насколько правдивы были шепотки кумушек, видимо, имевших дела с этой чародейкой.

     - Я готова рискнуть, - Вьюга высыпала всё скопленное тайком от родителей богатство на стол и протянула ведьме левое запястье.

     - Что ж, потом не говори, что не пыталась тебя отговорить и не предупреждала о страшных последствиях подобного шага.

     Верла поставила на стол две иссиня-чёрные и две алые восковые свечи. Выудила из поясной сумки нож из обсидиана и что-то неразборчиво пробормотала. Длинный узкий порез прочертил смуглую кожу. Три алые капли сорвались в ловко подставленную деревянную чашу.

     - Клянись, что будешь точь в точь выполнять всё, что потребую! Никогда не упрекнёшь в том, что помогла тебе в твоей беде! - сквозь синь вечернего неба в глазах ведьмы проглянул беспросветный мрак, которому она служила уже много веков.

     - Клянусь, - в душе Вьюги шевельнулось беспокойство, но она подавила слабый писк чувства самосохранения. Слишком уж соблазнительной была награда за все страдания и лишения.

     Верла меж тем продолжила что-то бубнить себе под нос. Когда последний звук растаял в комнате, где она принимала просителей, ранка закрылась, не оставив, как и было обещано, даже следа. Потом девушка почувствовала, как её тело объяли языки призрачного чернильного пламени, вызвав нестерпимую боль.

     - Терпи и ни звука! - прошипела колдунья. - Если, конечно, хочешь получить шанс добиться того, о чём просят твои амбиции. Надеюсь, понимаешь, что это никакая не любовь, которой грезят многие дурочки?!

     Серебристые искорки, похожие на огоньки на снежном насте, играющем под ярким светом февральского солнца, числом ровно десять упорхнули к ведьме. Через миг они растаяли на ладони чародейки. Дочь главы Льдинок с ужасом поняла, что добровольно подарила Верле десять лет жизни и молодости. Все слухи оказались горькой правдой: брюнетка жила, наживаясь на чужих страданиях или невыполнимых при обычных условиях желаниях.

     Хозяйка поместья жадно облизала, видимо, внезапно пересохшие губы и погасила свечи. Каждую она упаковала в отдельный холщовый мешочек, загасив пляшущие на фитилях язычки огня странным сгустком тумана алого цвета. От него отчётливо несло недавно пролитой кровью. В ответ на вопросительный взгляд девушки, ведьма соизволила пояснить:

     - В полнолуние закопаю каждую из них на перекрёстке троп, которыми чаще всего бродит твой охотник по Великому Лесу. Веди себя так, будто ничего не произошло. Он придёт к тебе через неделю сам. Не вздумай его удерживать или что-то требовать! Иначе колдовство может сработать не в полную силу, и ты останешься ни с чем!

     Холодно попрощавшись с колдуньей, Вьюга торопливо отправилась домой. До рассвета оставалось совсем немного, а в утренних сумерках опасность столкнуться нос к носу с отрядом городской стражи была неоправданно высока. Добравшись до собственной спальни без приключений, интриганка торопливо разделась и заползла под одеяло. Уже через час её ждали обычные ежедневные хлопоты, переложить которые на чужие плечи она не имела права.

     Владир собирался передохнуть от суеты, неизменно раздражавшей его любящую покой и тишину Великого Леса душу. Города и деревеньки были чересчур людными для него. Дышать полной грудью напоенным ароматами толпы и ежедневной жизни воздухом он не мог. Поэтому и был нечастым гостем в поселениях, граничащих с живым царством магии и зелёных исполинов. Охотник предпочитал наблюдать за жизнью местных обитателей, изредка беря заказы от знати и зажиточных горожан, чтобы привнести в свою жизнь необходимый минимум комфорта.

     В этот раз тот ворон словно накаркал. Неприятности сыпались на голову мужчины как из Рога изобилия: сначала он спугнул великолепного оленя, к которому почти подобрался на расстояние выстрела из лука. Увы, любопытная сойка решила посмотреть, а кто же там притаился в зарослях ивняка. Уже через миг скандальная птица разнесла печальную весть по всей округе. После чего дичь как вымерла. Потом он несчастный долго кружил практически на одном месте среди пяти крупных моховых кочек, скованных зимней стужей и припорошённых снегом.

     Устав и промёрзнув чуть не до костей, Владир отыскал небольшой овражек, чтобы разжечь костёр и сварить немудрёную похлёбку. Когда вода весело забулькала в стальном котле, туда полетели по горсти полоски вяленой оленины, лесные травы и пара пясточек заботливо высушенных ещё осенью грибов. Довершила парад ингредиентов перловая крупа, которая сделала не слишком богатый супчик сытнее. Поесть ему так и не удалось: чья-то злая воля чарами умыкнула и костёр, и котелок вместе с содержимым.

     К вечеру ещё и погода начала ощутимо портиться. Зябко закутавшись в не спасавший от пронзительного стылого ветра промасленный плащ из тёмной шерсти, подбитый мехом лесного зверя, Владир понял, что пора или искать сторожку лесника, или выбираться к ближайшей деревеньке или городу. Иначе его шансы выжить в так некстати начинающемся буране практически сводились к нулю. Помянув незлым словом вещую птицу, мужчина, отыскав явно протоптанную людьми тропку, торопливо пошёл по ней. Мечтая только об одном: как бы поскорее скрыться от жестоких когтей начинающегося бурана.

     Оказаться в Льдинках он был совершенно не готов. Увы, непогода всё набирала силу, поэтому снова постучался в знакомую дверь. Вьюга с чуть печальной улыбкой впустила его под крышу. Обычных расспросов не последовало ни сразу, ни позже. Его накормили, приголубили и утром без возражений отпустили на все четыре стороны, даже пожелав счастливого пути.

     Владир так и не понял, почему так насторожился, когда обернулся и поймал загадочный и чуть сумрачный взгляд карих глаз одной из многочисленных подруг, в жизнь которых он периодически врывался, чтобы потом снова умчаться под защиту Великого Леса и его древних чар. Сегодня дочь начальника города была какая-то совсем другая, не похожая на то, с чем он привык иметь дело в ещё совсем недавнем прошлом.

     Девушка едва дождалась глубокой ночи, когда должна была снова навестить Верлу. Ведьма прислала ей записку с одной из служанок, якобы для того, чтобы получить плату за лекарство от жуткой мигрени, на которую с лета жаловались мать и старшая сестра блондинки. Брюнет и не заметил, что Вьюга спрятала одну из стрел из колчана среди поленьев для очага. Вот её-то интриганка и прихватила с собой. И на этот раз она добралась до поместья колдуньи без малейших осложнений. Это гарантировали чары синеглазой чародейки.

     Брюнетка долго рассматривала трофей своей тайной союзницы, а потом решила посмотреть, что ждёт сладкую парочку в недалёком будущем:

     - Последний раз прошу тебя, подумай, как следует! Я покажу тебе ближнее и дальнее будущее. То, что произойдёт, если ты не отступишься от своей бредовой идеи. Не будет от этого никакого толка, девонька. Встретить того, кто по-настоящему тронет твоё сердце и не иметь возможности быть с ним даже тайком, что может быть большей карой за то, что ты задумала? - во взгляде ведьмы читалась застарелая боль от утраты.

     - Почему ты постоянно становишься на моём пути, Верла? Открой мне свою тайну. Клянусь, что никто ничего не узнает из моих уст.

     Выставив вон служанку, которая прилежно растирала деревянным пестом в ступке какие-то снадобья, благоухающие лесными травами и болотной тиной, женщина одарила гостью задумчивым и оценивающим взглядом. Она явно сильно сомневалась, что ей стоит посвящать девицу в дела давно минувших дней. Те и так уже, стараниями языкастых кумушек, обросли такими бородатыми подробностями, что отличить правду от вымысла могла теперь только сама Верла.

     Вьюга вся подобралась, как борзая на охоте. Именно про эту ведьму бродило столько противоречивых слухов, что понять, как всё происходило на самом деле, уже было совершенно невозможно. Подумав, брюнетка едва слышно проронила:

     - Когда-то, когда я была молодой и такой же глупой, как и ты, и совершила страшную ошибку. Только мне повезло: не только полюбила того, с кем меня навеки связали нити колдовства, но и сумела разжечь без всяких чар ответные чувства. В твоём случае подобного чуда не произойдёт никогда. Страсть - как спичка. Она быстро вспыхивает, ярко горит и очень быстро гаснет. Наказание за подобное принуждение может быть страшным, а не просто суровым.

     - Но ты же была счастлива? - девушка пытливо всматривалась в глаза колдуньи, чуя ужасный подвох.

     - Присядь, Вьюга. Моё колдовство заморочит всем голову. Подумают, что ты пришла на рассвете за снадобьем от мигрени для матери и старшей сестры. Прошу лишь об одном. Выслушай меня, не перебивая, и прими верное решение. В тебе нет и тени колдовских способностей, поэтому никогда не сможешь улизнуть от мучений по дороге, которую избрала я. Мне совсем не в радость отбирать за помощь чужие годы. Поэтому и стараюсь сделать всё, чтобы помочь добрым советом, а не чарами. Каждый из нас должен сам следовать дорогами своей судьбы, преодолевая препятствия и усваивая часто горькие уроки.

     Поздняя гостья присела на чисто выскобленную дубовую лавку и кивком головы дала знать хозяйке, что готова выслушать её историю до последнего слова.

     Верла долго молчала. Было видно, что она совсем не рвётся излить душу своей собеседнице. Только требовательный взгляд карих глаз дал понять ведьме, что от неприятного разговора ей уже не уйти. Судя по тому, как довольно нервно дёрнулся уголок вечно поджатых красиво очерченных губ, брюнетка была совсем не рада, что её пробило на откровенность. Впрочем, отступать уже было некуда, поэтому она несколько раз вздохнула, чтобы успокоиться и поудобнее устроилась в кресле за большим дубовым столом.

     - Обещала - выполняй! - Вьюга сразу почуяла, что колдунья совсем не рвётся пускать кого-то в собственную душу, и в своей любимой манере попыталась вытрясти всё наглостью.

     - Если мой рассказ поможет тебе не попасть в ещё более страшную ловушку, чем когда-то я, то слушай очень внимательно, девчонка. Не дай тебе боги уплатить такую же страшную цену, чтобы получить право искупить собственную вину и однажды снова вернуться к обычной жизни.

     - То есть каждый, кого ты отговоришь от совершения подобной твоей ошибки, уменьшает твоё бремя? - в карих глазах девушки было столько недоверия, что ведьма сразу поняла: она не поверила ни единому её слову.

     Неопределённо передёрнув обнажёнными плечами, Верла начала свой неторопливый рассказ. Оказалось, что тысячу лет назад молодая горожанка потеряла сон и покой из-за молодого рыцаря. Тот был красив, богат, знатен и, ясное дело, совсем не рад подобному повороту в своей судьбе. Несчастная же ничего не могла с собой поделать, находясь в когтях, как она запоздало поняла, обычной страсти.

     Гуляя по рынку в воскресный день, ученица златошвейки встретила странную даму с бездонными каре-зелёными глазами. Она была также неуместна в людской толчее, как пастушка с козой в бальной зале короля. Тёмно-каштановые волосы источали аромат утренней лесной свежести и цветущей поляны. Незнакомке хватило бросить всего один мимолётный взгляд на будущую ведьму, чтобы понять, что она угодила в переплёт, справиться с которым сама будет уже не в состоянии.

     Отозвав её в сторонку, казалось, заглянула в самую душу, и очень тихо сказала:

     - Если не хочешь попасть в беду, не ходи к ведьме, чтобы исполнить желание, продиктованное мимолётной страстью. Любовью тут и не пахнет, - а потом она попросту истаяла, словно утренний туман на болоте под яркими лучами солнца.

     Вьюга сразу поняла, почему ведьма рассказывает о себе, как о постороннем человеке. Застарелая боль ещё терзала измученное наказанием сердце, но винить больше было никого, да и уже незачем.

     Девушка попыталась занять себя работой до полного изнеможения, но уже ничего не помогало. К тому же, родители, решив, что дочери давно пора замуж, решили выдать несчастную за сына кузнеца, которого та на дух не выносила с самого детства. Деваться было некуда, поэтому она тайком направилась к ведьме, про которую болтали всякое, но сходились в одном. В делах помощи устройства человеческих судеб ей не было равных.

     Колдунья была чёрной, поэтому принимала посетителей только с наступлением темноты. Верла ускользнула за городскую стену Льдинок ещё засветло и укрылась в охотничьем домике. До заветного часа было ещё далеко. Услуги чародейки стоили дорого, поэтому она без зазрения совести забрала из тайника все серебряные украшения, которые родители собирали много лет в качестве приданного для своей единственной дочери. Все остальные дети были сыновьями. Трудолюбивая же и красивая дочь была предметом гордости всего многочисленного семейства.

     Верла с ужасом поняла, что уже наяву начинает грезить аристократом. Откуда ей было знать, что безымянная лесная колдунья попросту устала от слишком долгой жизни. Дар ей передать было некому, поэтому она и выбрала именно эту юную горожанку на роль той, что заступит на её место в свой срок. Да и рыцаря дурным ветром принесло в Льдинки совсем не по своей воле, как он самонадеянно думал.

     Во взгляде лесной чародейки разгоралось пламя триумфа, когда она почуяла, что очень скоро избавится от одежд дряхлого и уродливого от рождения тела и нырнёт в желанные объятия госпожи Смерти. Конечно, женщина прекрасно понимала, что Силы Леса попытаются помешать достичь заветного желания. Только сдаваться было не в её правилах. Улыбнувшись давно беззубым ртом, рыжеволосая женщина с хитрыми зелёными глазами поставила на огонь котелок с водой и принялась суетливо копаться среди мешочков с припасами. Она сноровисто отбирала нужные порошки и травы для того, чтобы передать тёмный дар той, которая никогда не была её кровной родственницей.

     Решив перестраховаться, наслала на Верлу сонные чары и запутала все лесные тропинки так, чтобы ни одна живая душа до срока не нашла пути к охотничьему домику в лесу. Состав отвара был сложным, он потребовал очень много времени для приготовления. Когда коварное варево было полностью готово, над лесом уже гордо шествовала полная Луна, заливая всё вокруг неверным серебряным светом. Именно в такие ночи Чары Великого Леса были особенно могущественны. На благоухающих полянах танцевали лесные и речные феи, устраивая весёлые праздники и состязания. Именно поэтому проделки старой колдуньи могли легко сойти ей с рук. Когда же её душа покинет бренное тело, измученное долгими тысячелетиями одинокого и несчастливого существования, всё остальное уже будет не важно.

     Девушка проснулась, словно кто-то потряс её за плечо, а в голове прозвучал ласковый голос ведьмы:

     - Иди ко мне, дитя моё. Тебе достаточно будет выпить волшебный напиток, чтобы все твои мечты о молодом рыцаре стали сладкой явью. Ему будет всё равно, что в твоих жилах нет и капли голубой аристократической крови. Поспеши же, в любой другой день мы не сможем так успешно и счастливо устроить твою судьбу. Поверь, такая работящая умница и красавица достойна всего самого лучшего.

     Верла, находясь под чарами, не послушалась собственного чутья, которое металось пойманной в силок птицей, пытаясь предупредить хозяйку о страшной опасности. Увы, сейчас оно было бессильно что-либо изменить в судьбе молоденькой златошвейки, которая так неудачно приглянулась древней лесной ведьме.

     Словно во сне, она привидением проскользнула по веселящемуся в честь Полной Луны Великому Лесу, рыбкой нырнув в землянку, которая служила чародейке тихой обителью много веков. Разглядеть хозяйку пропахшего травами жилища гостье так и не удалось. Та словно пряталась в странной туманной дымке, не давая рассмотреть себя.

     - Сын кузнеца - совсем не пара для такой завидной невесты, как ты! - подтвердила колдунья. - Молодой рыцарь угодит в твои сети, тебе следует лишь выпить колдовской напиток. Его я сварила специально, чтобы сбылись самые заветные чаянья твоего сердца, дочь моя. Но ты должна знать, что просто так ничего не даётся. Поэтому тебе придётся смешать мою кровь со своей над жаровней и назвать меня матерью. Это единственное, о чём тебя попрошу. Ничего из принесённых тобой с собой серебряных украшений не осядет в моих сундуках. Ты согласна пройти обряд Слияние Родов и почитать меня не менее чем женщину, которая воспроизвела на свет и воспитала такое сокровище? Только знай, придётся добиваться любви рыцаря обычными методами, иначе счастливой быть не сможешь. Страсть, которая приведёт вас к алтарю, не будет гореть ярко и долго. Такова её природа, увы. Лишь превратив это пламя в чистый огонь взаимного чувства, сможешь достичь того, что удаётся далеко не всякой невесте или жене!

     Пока Великий Лес праздновал Ночь Полной Луны, колдунья спешила поскорее разрешить собственное затруднение. И во времена своей далёкой уже юности она была страшна, как смертный грех. Да и характер имела такой, что даже близкие родственники не могли выносить близкое соседство с ней. Поэтому, кипя злобой и ненавистью, ведьма прокляла собственный род и сбежала в чащу. Она справедливо опасалось, что за страшную гибель всех, в ком была хоть капля крови её семейства, могут обречь на мучительную смерть на костре.

     Не учла чародейка только одного: чтобы умереть, устав от беспросветных страданий одинокой никчемной жизни, придётся передать собственный дар дочери, рождённой совсем другой семьей.

     Опасаясь, что чары здешних мест встрепенутся и помешают ей преуспеть в мерзком деле, торопливо провела обряд и, околдовав гостью, заставила осушить деревянную кружку с адским пойлом до капли.

     - Когда я умру, Верла, а час мой уже близок, похорони меня под дубом около моей землянки. Помни, ты никогда и ни с кем не сможешь быть рядом. Кроме того рыцаря, страсть к которому и привела тебя под мою крышу. Подойди ко мне, дитя моё, - сморщенная рука, точно обтянутая пергаментной кожей, намертво вцепилась в запястье девушки. - У меня есть для тебя чудесный подарок.

     Только сейчас ученица златошвейки смогла разглядеть уродливую старуху, которая была настолько страшна, что девушка чуть не упала в обморок от ужаса. А потом с пальцев женщины в её ладонь ударил небольшой сгусток чернильной тьмы. бедняжка сразу же почувствовала, как когтистая лапа по-хозяйски сжала её объятое ужасом и терзаемое искренним раскаянием сердце. А потом в землянке колдуньи разом погасли все лучины и свечи, мигнул и потух жарко растопленный очаг. Передав дар, душа чародейки отправилась в запредельные дали за гранью привычного мира, куда живым, до тех пор, пока не пробьёт их час, хода не было...

     Верла заплакала, поняв, что изменилась настолько сильно, что даже постылый брак с сыном кузнеца принёс бы ей гораздо меньше горя и бед, чем дар лесной ведьмы. Повинуясь подсказкам своей новой сути, которую теперь сможет только отдать, испортив жизнь собственной родственнице, или жить, медленно сходя с ума, как её наречённая мать, упаковала всё весьма сомнительное наследство. Похоронила старуху под дубом, как было велено, а потом решила просто сигануть в омут искрящегося серебром озера. Увы, неведомые силы были категорически против подобной выходки.

     Взвыв от боли: словно обнажённую душу рвали звериные когти, Верла заплакала и забилась, точно пойманная в силок лисица. Только вот из этих пут было уже не вырваться. По щекам новоиспечённой лесной ведьмы текли горькие слёзы. Когда чары, навеянные колдуньей, развеялись, она поняла, откуда взялась в её сердце преступная страсть на грани одержимости молодым аристократом.

     - А что было потом? - голос Вьюги звучал едва слышно, но Верла сразу поняла, что от своей затеи она и не думает отказываться.

     Черноволосая женщина с немым укором посмотрела на глупую блондинку и выдохнула:

     - А потом мне пришлось платить страшную цену по счетам собственной глупости. Та лесная фея, которую я встретила на ярмарке, смогла несколько облегчить мою участь, но... Наказание за неосторожность и наивность оказалось слишком суровым и страшным.

     Дочь главы Льдинок требовательно посмотрела не ведьму, ожидая окончания истории, которая так и не заставила её отказаться от подлого плана.

     - Лесная фея, имени которой я так до сих пор и не знаю, помогла. Увы, даже она не могла полностью избавить меня от чёрного дара. Правда, мне удалось разжечь пламя любви в сердце моего избранника и прожить с ним долгую и счастливую жизнь. Только за то, чтобы мои дети и будущие потомки не узнали этого кошмара, я вынуждена жить вечно. Для этого и нужна плата в виде лет, полученных за колдовскую помощь. Не хочу никому портить жизнь, передав страшный талант древней колдуньи. В свой срок ушли тропами иных земель сначала муж, потом дети и внуки. Я же продолжаю жить и расплачиваться за собственную неосторожность. Отступись, Вьюга, твоя гордыня не стоит таких страшных жертв, - синие глаза заглянули в карие, и чародейка поняла, что достучаться до собеседницы так и не смогла.

     - Ты получила плату, Верла. Делай, что обещала! Остальное - уже мои заботы!

     - Я предупредила, ты не услышала! - голос ведьмы стал неприятным, похожим на тоскливый крик ночной птицы у разорённого куницей гнезда. - За все последствия своего выбора будешь отвечать сама!

     Под начищенным до блеска котлом, словно сам, собой вспыхнул огонь. Вода забулькала буквально через пару мгновений. Под монотонное пение в кипяток полетели порошки, благоухающие травами. Колдунья долго мешала варево ложкой на длинной ручке, которую сама выточила из древесины осины. Так посоветовала лесная фея, которая много добра сделала несчастной женщине, за что та ей была безмерно благодарна.

     Прекрасное лицо чародейки превратилось в равнодушную ко всему маску. Так бывало всегда, когда ужасный дар древней колдуньи творил вещи, которые его невольная жертва никогда не одобряла. Она пыталась уберечь безголовых просителей от беды. С кем-то ей везло, но большинство оставались глухи к искренним предупреждениям.

     Вьюга же жадно облизывала пухлые губы и меряла кабинет ведьмы торопливыми шагами, проявляя крайнюю степень нетерпения. Ей так хотелось утереть нос, в первую очередь, заклятым подружкам, тоже привечавшим Владира, что она утратила последние крохи благоразумия. Длинные пальцы нервно теребили кончик заплетённой косы, выдавая свою хозяйку с головой.

     Верла зачерпнула страшное пойло ложкой и перелила в деревянную чашу. После чего передала глупой девице, которая никак не желала понять, что для достижения даже самой заветной и благородной цели годятся далеко не все методы.

     - Пей. Как рассветёт, возьмёшь у меня травяной сбор от мигрени и вернёшься домой. Если всё пойдёт не так, как желало твоё чёрное сердце, не приходи сюда и не проси избавить тебя от страшной расплаты! Подумай, как следует, девушка! Ты, как я думаю, не понимаешь, чем придётся заплатить за сиюминутную блажь!

     Блондинка отмахнулась от чародейки, как от не в меру назойливой мухи. Она жадно выхлебала безумно горькое снадобье до последней капли, да ещё и губы облизала. Положив на стол Верлы четыре мелкие серебряные монетки, забрала два мешочка с травяным сбором. Потом присела на лавку в ожидании, когда сможет вернуться домой, не вызывая ничьих подозрений. Она уже предвкушала свой триумф, не допуская и мысли о том, что подобные грязные интриги ещё никому и никогда не приносили счастья. Увы, как и предвидела ведьма, ничего хорошего из затеи ушлой девицы не вышло.

     Владир сразу почуял, что охотничья удача равнодушно повернулась к нему спиной. До позднего вечера проплутал он на болоте, так и не выполнив заказ отца Вьюги. Ни одного кабана за весь день ему так и не удалось встретить. Да что тут говорить, даже следов копыт ни разу не заметил. Вся дичь словно решила дружно откочевать подальше от этих мест.

     Найти землянку, которую сам же по весне и возвёл на такой чёрный случай, оказалось тоже совсем непросто. Мужчина запер дверь на крепкий засов, завернулся в плащ из промасленной шерсти и, наконец-то, согревшись, нырнул в ласковые объятия сна. Столкнуться там с безголовой блондинкой бедолага никак не ожидал. Особенно ощутить, что почти начинает бредить одной из многочисленных подружек. Причём, на этот раз не возникло и тени желания тут же разорвать отношения, которые могли привести его к исходу, который был для него хуже всего. Только ни проснуться, ни что-либо предпринять он сейчас был не властен.

     Гневный окрик Верлы стеганул интриганку точно ременная плеть:

     - Даже не вздумай! Неужели ты сама хочешь развеять чары, которые я навела?

     Блондинка тяжело вздохнула и присела в углу на лавку, молча наблюдая и борясь с желанием подстроить наглецу какую-нибудь хитрую каверзу за то, что мужчина посмел вынудить её заплатить за желание такую неоправданно высокую и страшную цену.

     Владир так и не понял, отчего в его душе поселилось гложущее ощущение опасности. Он словно обложенный со всех сторон волк чуял, что беда на подходе, но загонщики были слишком осторожны, чтобы было можно обнаружить, где они укрылись. Словно его терзали когтями голодные кошки, разрывая будто пойманную птичку.

     На этот раз удача улыбнулась мужчине, позволив выполнить всё, что пообещал, но привычная радость и покой так и не снизошли. Вот это настораживало гораздо сильнее, чем даже непривычная тревога.

     Отец Вьюги, понаблюдав за гостем, с сочувствием посмотрел на давнего знакомого и глухо проронил:

     - Ты ведёшь себя, словно приворожённый. Сходи к Верле, может, она что-то путёвое посоветует. Если, конечно, она захочет тебе помочь. С этими чародейками никогда не знаешь, что будет! Только не требуй колдовать, иначе укоротишь свою жизнь на несколько лет. За всё надо платить. Бедняжка попала в ловушку лесной колдуньи, из которой выбраться ей не удалось до сих пор. И держись подальше от моей дочери, вы с ней совсем не ровня! Я никогда не благословлю ваш брак!

     - Успокойся, Дерен. В мои планы женитьба, пока что, совершенно не входит.

     - Тогда оставь её в покое. Или думаешь, что никто не видит, как вы втихую встречаетесь, думая, что никто не узнает?

     Получив туго набитый золотом и серебром кошель за дичь и шкуры, решил воспользоваться добрым советом. Снова мимо пролетел ворон, каркая и косясь на него умным глазом цвета глухой полуночи. Усадьба кудесницы встретила его потушенными в окнах огнями и равнодушным молчанием. Пожав плечами, предпочёл провести сегодняшнюю ночь в охотничьем домике в глубине леса подальше от Льдинок, где с ним в последнее время стали твориться странные вещи. Что-то подсказывало мужчине, что Вьюга плетёт какую-то свою интригу и просто так его в покое уже никогда не оставит.

     Неприятности начались сразу же за городской стеной. Пьяный стражник затеял драку с торговцами, которые только вернулись с ярмарки, которая проходила в соседнем графстве. За компанию намяли бока и Владиру, да так, что он с трудом добрался до сторожки. Там и провёл трое суток в ожидании, когда сойдут синяки и ушибы перестанут беспокоить при каждом движении слишком сильно.

     На рассвете четвёртого дня мужчина ступил на порог маленького замшелого домика и с удивлением увидел старого знакомца. Ворон, на этот раз, был молчалив, но взгляд чёрных бусинок глаз оказался красноречивее издевательского грая. В душе жертвы произвола ведьмы из Льдинок тут же поднялся иррациональный страх. Он чуял, что всё это неспроста, но совершенно не представлял, как теперь выбираться из слишком крутой для него передряги.

     Подумав, решил, пока что, не появляться в этих местах в надежде, что беда пройдёт стороной, точно безжалостная зимняя буря с бураном и стылым холодом. К сожалению, этим его чаяниям так и не было суждено сбыться. Знакомые лесные тропы, точно издеваясь, снова и снова приводили его к порогу лесного убежища, где он провёл несколько последних дней.

     Подумав, Владир решил пройти по самой кромки Проклятых Болот, про которые болтали всякое, но сходились в одном. Соваться без крайней нужды в эти богом забытые места было неоправданно опасно. Риск навеки сгинуть тут, превратившись в болотную нежить, занесённой над головой бедолаги секирой висел над каждым, кто имел глупость переступить невидимую для глаз границу.

     Проплутав в тумане среди кочек и замшелых стволов до глубокой темноты, Владир вышел на небольшой островок, густо поросший лесом. Небо над ним было ясным, и в нём величаво плыла серебряная монетка полной Луны. В неверном свете, заливавшем твёрдую землю, он расслышал негромкое женское пение, выводившее нечто, похожее на гимн. Только о чём пела неведомая хозяйка здешних мест, охотнику узнать было не суждено. Язык звенел как струи тёплого летнего дождя и был совершенно ему не знаком.

     Охотник только слышал про лесной народ, но видеть никого из жителей Великого Леса ему ещё ни разу в жизни не доводилось даже мельком. Нечеловеческая магия очаровала его настолько, что он без колебаний вступил на неверную тропку, скрытую под водой, не в силах противиться чарующим переливам играющего, точно весенний ручей, голоса.

     Владир, точно в полусне ступил на твёрдую землю острова, благоухающего летними и весенними цветами даже зимой. Только колдовству, которое он нёс в себе, тут было совсем не место. Мужчина судорожно вдохнул, словно ему совершенно нечем дышать, и кулём осел на землю у самой кромки болота, каким-то чудом не соскользнув в трясину.

     Пронзительные каре-зелёные глаза феи потемнели, когда она поняла, что смертная женщина посмела переступить грань допустимого. Несчастная явно не понимала, что обрекла себя на нечто большее, чем просто потеря десяти лет собственной скоротечной жизни. Впрочем, между этими двумя были определённые долги, отдавать которые друг другу им придётся в совсем недалёком будущем. Тёмно-каштановые, почти чёрные, волосы разметал неожиданный порыв ветра, подтвердивший, что её догадка верна. Смертный мужчина попал в переплёт, справиться с бедой самостоятельно он не сможет.

     Колдовство перенесло охотника на лесную полянку, погрузив в крепкий сон. Только вот, не посоветовавшись со здешними Силами, она не имела права вмешиваться в события. Древние Законы были слишком строги в этом случае, а последствия могли быть слишком долгими и тяжёлыми. Тяжело вздохнув, фея, которая некогда смогла помочь Верле, долго раздумывала. Она никак не могла решить, а стоит ли снова совать свой нос туда, куда её никто не просил. Подумав, обратилась к полной Луне, как делала всегда, не зная, как поступить.

     Эссианн воздела тонкие руки к серебряному диску и запела, вкладываю всю силу собственного дара в призыв. Слишком уж плохо последствия того, что затеяла Вьюга, могли сказаться не только на мире людей. Великому Лесу тоже в этом случае предстояло хлебнуть горя и пройти через страшные перемены в собственной судьбе. Этого лесная фея допустить не имела права, как одна из хранительниц этих заповедных краёв.

     Она прекрасно понимала, что прямого ответа стихии ей дать не смогут, но приготовилась внимать шёпоту ночи и неясным намёком на правильные тропы. Всё вокруг дышало явной тревогой. Темнота жалась к ногам девушки точно испуганная кошка. Только вот поднимающаяся в душе волшебницы горечь сразу дала понять, что несчастье произошло. Сожалеть о нём уже было слишком поздно и бесполезно.

     Серебристый свет выбелил волосы феи почти до полного отсутствия цвета, как бывало всего раз в месяц. Эссианн собиралась использовать собственное могущество в полную силу, чтобы довольно счастливая жизнь не обратилась в череду невыносимых страданий. К счастью, такой сильный колдовской дар, как у Верлы, встречался очень редко. Спасло же ведьму из Льдинок ещё и родство с волшебным народом.

     Правда, синеглазая чародейка была не в курсе секрета, который так никому и не открыла женщина, которую все считали матерью необыкновенно красивой девушки. В неё однажды и превратилась малышка, во взгляде которой проглядывало вечернее небо. Муж Марды однажды пропал и вернулся лишь через семь лет, но уже не один, а с Верлой на руках. Мужчина наотрез отказался что-либо рассказывать жене, проронив лишь, что это плата за то, чтобы он смог снова вернуться к людям.

     Эссианн никогда не одобряла довольно злых проказ, которые порой позволяли себе остальные жители Великого Леса. Слишком уж хорошо фея понимала, что это может принести неоправданно много горя и проблем по обе стороны Болот, которые смертные совсем не просто так именовали Проклятыми.

     Заунывно запел в ветвях цветущих точно в разгар весны деревьев тёплый ветер, напоённый ароматами лета и буйства жизни. Чуткие ноздри девушки затрепетали, уловив лёгкий аромат тления. Хозяйка одного из островов, затерянных среди трясин в сердце этого колдовского края, тихонько вздохнула, с сочувствием посматривая на незваного гостя. К сожалению, она мало что могла сделать, чтобы помочь ему. Хотя подарившая Верле жизнь фея и была одной из её многочисленных сестёр.

     Снова подул ветер. Мимо пронеслась, недовольно ухая, огромная сова. Её круглые жёлтые глазищи с явным неодобрением посмотрели на чародейку. Та воздела руки к небесам в примирительном жесте и, едва слышно, выдохнула:

     - Я знаю, Марла, что здешним девицам стоило бы поменьше заглядываться на смертных мужчин, которые время от времени вынуждены посещать эти места. Только их природа такова: они не смогут удержаться от соблазна, легко попадая в сети лесных чародеек.

     Серая птица, грузно опустившись на замшелый камень у самой чаши родника, обернулась зеленоглазой женщиной, возраст которой выдавал лишь бездонный взгляд. Волосы цвета полуночи лежали волосок к волоску. Узкие губы изогнулись в презрительной усмешке. Она оправила складки тёмного одеяния из тонкого льна с серебряной вышивкой и с сарказмом прошипела:

     - И когда вы уже повзрослеете, Эссианн? Даже самой младшей из твоих сестёр перевалило за тысячу лет. Только вот, кроме тебя, ни одна из них не спешит взяться за ум! Мне до смерти надоело исправлять последствия их безголовости! - и Хранительница Великого Леса снова обернулась совой и, горестно вздыхая, умчалась прочь в кромешную тьму, оставив фею в плену невесёлых размышлений.

     Эссианн же ещё было рано успокаиваться на достигнутом. Она так и не получила ответа на свой вопрос от Великих Сил, царящих в здешних землях. Марла год от года высказывала всё больше недовольства тем, что не только лесные феи повадились смешивать тропы своей Судьбы со случайными странниками. Дело зашло гораздо дальше. Теперь, впуская под свою крышу незнакомца, попросившегося на постой, было невозможно предугадать, чем аукнуться хозяевам древние законы гостеприимства.

     Далеко не все гости приходили с добрыми намерениями. Такое положение дел не могло сохраняться долго. Возможные последствия могли аукнуться слишком большими неприятностями обеим сторонам. Те в последнее время неоправданно сильно разрезвились. Больше всего Марле приносили хлопот именно лесные чародейки и мужчины эльфийских кровей. Почему так происходило, Хранительница Великого Леса так и не дозналась.

     Только одна из них свято соблюдала завет: Тропы фей и смертных не должны пересекаться по велению сердца. К сожалению, заплатить за проступки собственных сестёр, возможно, придётся именно ей. Душа Леса страдала от того, что всегда была в курсе, что творят те, за кого она несла ответственность перед здешними Силами. Охотники и жители окрестных деревень и городов Проклятые Болота не жаловали заслуженно. Увы, они всё чаще наведывались к кромке зачарованного сердца здешних мест в поисках дичи, ягод или лекарственных трав. Иногда на роковой шаг бедолаг толкало исключительно неистребимое человеческое любопытство.

     Марла камнем ринулась к земле, на ходу превращаясь в прекрасную женщину без возраста. Её слово было решающим в любом споре. К сожалению, советы Хранительницы в большинстве случаев игнорировались. Присев в огромный яркий цветок, который служил ей вместо кресла, Душа Великого Леса снова нырнула в размышления, как теперь исправлять всё это безобразие. Последствия могли быть достаточно страшными, чтобы заставить Волшебный Народ, как встарь, сняться с насиженных мест и отправиться на поиски нового угла.

     Эссианн снова и снова возносила свои мольбы к Силам, охранявшим магию этих заповедных краёв, но ответа так и не дождалась. Она с ужасом поняла: решение придётся принимать самостоятельно, как и полностью отвечать за последующие события. Мужчину, который мирно дремал под дубом, выращенным заботливыми руками хозяйки острова из спелого жёлудя, назвать красивым было нельзя. Внешность была приятной, но лишённой утончённости. Больше всего фею раздражала борода, делавшая не слишком высокого человека удивительно похожим на ворчливого гнома.

     Фея смолкла, так и не дождавшись отклика. Опустившись на замшелый ствол, некогда бывший могучей елью, девушка крепко задумалась. Она то наматывала тёмно-каштановую прядь на длинный полупрозрачный палец, то отпускала на волю. Выходило, что за проступки сестёр ей было ниспослано испытание в виде этого смертного. Тяжело вздохнув, решила ослабить путы приворота, наложенного на незваного гостя Верлой и отправить на постоялый двор подальше от Великого Леса и Льдинок. Слишком уж много хлопот в последнее время приносил в жизнь Волшебного Народа именно этот большой людской город.

     Распутав паутинки принуждающих чар, Эссианн с помощью собственного волшебства привела одежду и вещи охотника в достойный вид. Подумав, отправила бедолагу в одну из комнат 'Могучего Кабана'. Заведением владел гном Карвин. Невысокий крепыш был ещё и талантливым кузнецом, которого знали и уважали по обе стороны от границы Проклятых Болот. В качестве платы, как обычно, получил от именно этой феи редкие лекарственные травы, росшие только на острове его давней знакомой.

     - Будь осторожна, Эсс. Я совсем не хочу видеть, как твоё сердце разобьётся от любви к этому юбочнику и бродяге! Не вздумай потерять голову от Владира! Он ещё никому не принёс счастья! Конечно, твоим сёстрам этот ухарь был нужен исключительно в качестве мимолётного развлечения. Только вот не все вы безголовы и блудливы. Марла просила передать тебе, чтобы заковала свою душу в ледяные доспехи равнодушия. Если почувствуешь, что начинаешь испытывать тёплые чувства к этому беспардонному смертному, сразу же дай ей знать.

     В глазах цвета полуночи было столько искреннего беспокойства, что девушка пообещала исполнить просьбу точь в точь. Сыновья гнома унесли гостя отдыхать. Они прекрасно понимали, что человек проспит несколько дней, чтобы чары Эссианн создали для него несколько лазеек. Воспользоваться ими или нет, решить предстояло уже ему самому. Фея попрощалась с хозяевами и вернулась в свои владения.

     В душе от одного взгляда на смертного возникало предчувствие беды. Лесная чародейка запретила себе даже думать о чужаке. Забот у неё всегда хватало, а безделье грозило не только скукой, но и неприятностями. Выудив из воздуха прялку, выточенную из светлой древесины ясеня, волшебница поймала лучик лунного света и принялась за работу, свивая серебристую нить. Только из такой пряжи местные модницы ткали почти невесомые сияющие одеяния. На такую ткань смертные женщины, даже благородных кровей, выменивали то, что нельзя было добыть в Великом Лесу.

     Эсс засиделась до самого рассвета. Немного подумав, решила, что слишком взвинчена, чтобы отправиться на отдых. Поэтому скрылась внутри дуба, который служил ей дворцом. Достала ткацкий станок и снова принялась за работу, превращая мотки в тонкую, как паутинка, ткань, украшенную рунами и причудливым узором. Почувствовав приятную усталость, счастливо улыбнулась и заснула, где сидела, прижавшись щекой к собственной руке.

     Владир долго непонимающе хлопал глазами, очнувшись через трое суток в небольшой комнате. Лекарь сердито зыркнул на него, когда охотник попытался встать и тихо сказал:

     - Настоятельно рекомендую вам поумерить пыл, любезный Владир. Вы и так допрыгались, если ещё не поняли. Виэнна, объясни этому глупцу, что бездумные игры с женскими сердцами до добра не доводят.

     Ещё не полностью пришедший в себя брюнет с удивлением воззрился на лесную ведьму. Они покидали полог Великого Леса очень редко. Только в случаях, когда события несли опасность не только для соседей. У незнакомки были серебристо-зелёные волосы и бездонные изумрудные глаза. Только и они выдавали, что колдунья повидала на своём долгом веку многое.

     - На тебе приворот, наложенный полукровкой из Льдинок, - глубокий голос вибрировал, завораживая любого, к кому обращалась его хозяйка, не давая перебить или отвлечься. - Фея сделала всё, что могла, но многое будет зависеть и от тебя самого. Не ищи ту, что ослабила зубья капкана, в который ты угодил, сам знаешь по чьему капризу!

     - Вьюга, - стало понятным непривычное поведение девицы. Она считала, что он уже никуда не денется, поэтому сделала вид, что покорно отпустила его снова бродить по округе, не пропуская ни одной привлекательной юбки.

     - Предупреждён, значит, вооружён. Кажется, так принято говорить у вас, людей. Советую держаться от Льдинок как можно дальше в течение, как минимум, года. Иначе даже Хранительница не сможет вытащить тебя из переплёта, который вполне может привести к тому, что нам придётся снова сняться с обжитых мест в поисках нового дома! До конца этой недели будешь набираться сил, а потом уходи.

     Приворожённый мужчина тихонько спросил у лекаря:

     - Мне снится прекрасная женщина с каре-зелёными глазами и почти чёрными волосами. Она с опаской смотрит на меня и молчит. Кто это может быть? - Владир чувствовал, что однажды встречался с ней, но ни на одну из его многочисленных подружек незнакомка даже отдалённо не была похожа.

     - Похоже на одну из хозяек острова в Проклятых Болотах. Не вздумай позариться на фею, иначе только умножишь свои печали. Ты не из тех, кто сможет сделать женщину счастливой. А лесная чародейка с разбитым сердцем может принести много бед не только тебе. Забудь. Избавься от приворота и живи, как жил. Раз тебя тяготят устойчивые привязанности, не стоит ломать жизнь той, которой по силам отомстить так страшно и жестоко, что потом в веках будут вспоминать! - лекарь напоил охотника сонным зельем и долго стоял около его постели.

     Владир упрямо боролся со сном, но дикие травы оказались сильнее. Убедившись, что беспокойный постоялец до утра, вряд ли, причинит хлопоты, целитель отправился на поиски хозяина 'Могучего Кабана'. В его жилах тоже текла изрядная толика крови Волшебного Народа Великого Леса. Поэтому он привык доверять своему чутью. То ещё никогда не давало осечки.

     Карвин, снедаемый мрачными предчувствиями, жестом пригласил лекаря присесть и велел жене принести по кружке бодрящего травяного настоя. Глаза цвета непроглядной полуночи требовательно посмотрели на Арла, который тут же сам поделился собственными опасениями.

      - Эссианн ещё ни разу не покидала своего острова в Великом Лесу. Она свято чтит законы, запрещающие любить смертных мужчин. Только Владир не успокоится. Этот ухарь просто не способен пройти мимо прекрасной молодой женщины, не разбив ей сердце. Он не смог подарить счастье ни одной из своих многочисленных подруг. Если бы Верла не была наполовину феей и племянницей, Эсс никогда бы не вмешалась. Только Марлу терзают мрачные видения, что если Владир покорит сердце Эссианн, и она уступит ему, жди беды. Волшебному Народу снова придётся пуститься в долгие странствия, чтобы найти новую родину. Хранительница уже не единожды была вынуждена искать другое пристанище для тех, за кого несёт полную ответственность перед Силами Великого Леса.

     - Надо сделать всё, чтобы это охотник никогда не нашёл дороги на заветный остров среди Проклятых Топей. Как и удержать Эсс от опрометчивого шага. Она молода и может наделать глупостей просто в силу юного, по меркам фей, возраста, - гном с такой силой сжал дубовую кружку с железными ободьями, что она превратилась в труху.

     Арл неопределённо узкими плечами и проворчал:

     - Значит, надо наложить чары, которые будут держать этого неудобного человека не только вдали от Великого Леса, но и от Льдинок.

     - И от моего трактира и постоялого двора тоже. Эссианн частенько навещает меня и моё семейство. Мы не имеем права так рисковать, - Карвин слишком хорошо понимал, какой страшной и жестокой может быть месть отвергнутой феи с разбитым вдребезги сердцем. Он ещё помнил те времена, когда Волшебный Народ пел под Лунами другого мира. Как и причину, по которой им пришлось покинуть собственные рощи и дома и ввести строгие табу на общение с чужаками не их крови.

     Марле снова не спалось, хотя за день она устала даже больше обычного. События катились на Великий Лес точно неотвратимая снежная лавина в маленькой горной долине, встречи с которой избежать не удалось бы никому. Перед глазами снова встал призрак её дочери Мэйвин. Старшая из детей Хранительницы принесла много бед и слёз Волшебному Народу просто потому, что позволила страсти к обычному смертному мужчине взять верх над мудростью и чутьём вошедшей в возраст лесной чаровницы.

     Всё окончилось катастрофой. Девушка нарушила все мыслимые и немыслимые законы. Добившись своего, вскоре разочаровалась. Снедавшее душу и тело пламя погасло слишком быстро, а уголья подёрнулись стылым пеплом. В награду она обрела только горечь, боль и разбитое на тысячу осколков сердце. Вместо того чтобы тихо удалиться на заповедный остров, воспылала лютой ненавистью к недавнему возлюбленному, погубила его и принялась мстить людям за то, что не оправдали сокровенных надежд. Когда её попытались урезонить, досталось и тем, кто жил рядом под поющими на ветру кронами и недалеко от заповедных мест.

     Силы Леса, посовещавшись, пытались вразумить несчастную, но та так и осталась глуха ко всем их уговорам и гневным требованиям. Поняв, что что-либо менять уже слишком поздно, чары наказали бедовую юную фею, превратив в обычную смертную женщину, лишённую и тени дара. Она прожила долгую, по человеческим меркам, жизнь в горьком одиночестве в ветхой землянке в глубине обычного леса без капли волшебства вокруг.

     Марла тоже получила свою долю наказания за то, что не уследила за бедовой девицей. Теперь большую часть времени она пребывала в теле серой совы-неясыти. Хранительница тяжело пережила смерть любимого ребёнка, хотя и понимала, что Мэйвин сама заслужила такой печальный конец. Только сердцу не прикажешь. Призрак опальной бывшей лесной колдуньи незримо следовал за матерью, давая знать о себе только тогда, когда события могли привести к катастрофе.

     В тот раз Волшебному Народу пришлось покинуть обжитые места, чтобы иметь возможность хотя бы отчасти исправить причинённый людям вред. Они долго скитались, пока Силы Великого Леса не отыскали для них новую тихую обитель. Всё могло повториться, но, на этот раз, всему виной была страсть смертного мужчины к прекрасной дочери Проклятых Болот.

     - Не в твоей власти вмешаться в эту историю, Марла! - голос был явно мужской, наполненный печалью и могуществом. - Каждая фея в начале своего пути, став взрослой, проходит самое главное испытание. Твоя дочь выбрала яркий и мимолётный всполох страсти. Она никогда не любила Дарэя. Каждый получает только то, чего достоин! Таковы нерушимые законы здешних мест, и в этом есть великая Правда! Если Эссианн тоже не устоит перед искушением, то с ней произойдёт то же самое, что с Мэйвин или матерью Верлы. Тэлиан же стала вечной пленницей амулета, который носит на груди синеглазая ведьма. За любой поступок, дурной или хороший, не важно, немедленно следует справедливое воздаяние. Мы строго следим за этим. Если Эсс сумеет отказаться от страсти, предпочтя подождать того, кого полюбит всем сердцем, её жизнь сложится счастливо. Каждый, кто находится под сенью этих заповедных мест, должен доказать, в первую очередь самому себе, что достоин доверия. Иначе как понять, что ребёнок стал взрослым и может принимать самостоятельные решения и отвечать за последствия собственных поступков и мыслей?

     Марла ничего не стала говорить, только поклялась, что донесёт до всех волю Сил Великого Леса и сама не станет вмешиваться в тёмную историю с Владиром. Та уже была готова затянуть в свою пучину ни о чём не подозревающую Эссианн. Обернувшись большеглазой птицей, промчалась сквозь объятую дрёмой чащу и топи, неся весть от тех, от кого напрямую зависело благополучие этих мест.

     Охотник покинул постоялый двор 'Могучий Кабан'. Он сразу почуял, что ему тут совсем не рады. Причём, не только всегда становившийся мрачным при встрече с ним хозяин, но и лекарь, в котором чувствовалась изрядная примесь нечеловеческой крови. Решив, что позволить обоим заиметь на себя зуб будет откровенной глупостью, заплатил до медной монетки за постой и лечение и вышел в сумрак наступающего утра. Поклялся себе: обязательно разыщет приютившую его на долгую зимнюю ночь фею, чего бы это в итоге не стоило.

     Арл проводил Владира обеспокоенным взглядом и едва слышно выдохнул, делясь собственными опасениями с гномом:

     - Вся надежда на чутьё и благоразумие Эсс. Надеюсь, её никогда не постигнет горькая участь Мэйвин, Тэлиан и всех, кто мотыльком бездумно летел на пламя страсти, чтобы сгореть дотла, оставив после себя без числа боли и горя.

     - Кто знает, дочь Марлы и мать Верлы тоже казались рассудительными, пока не повстречали свою судьбу в виде смертных мужчин. Увы, выпить эту горькую чашу обеим пришлось до самого дна, - Карвин не скрывал своего беспокойства за дальнейшую судьбу юной феи. К этой волшебнице он относился как к родной дочери, которой у него никогда не было. - Самое страшное, что этот ухарь поднаторел в искусстве прокрадываться в девичьи сердца. Очень жаль, что после себя он оставляет лишь пустоту в душе и груду хрустальных осколков. До самих бедняжек ему нет совсем никакого дела. Такие люди живут одним днём и стараются урвать как можно больше удовольствий и благ. Им нет дела до тех, чьи судьбы в итоге будут исковерканы до неузнаваемости.

     Арл мрачно посмотрел на старинного друга и не стал ничего говорить. Гном и полунимф прекрасно понимали друг друга без трескучих и часто лживых или пустых слов. Потом лекаря позвали к захворавшему ребёнку молодой пары, которая въехала в комнату, которую совсем недавно покинул Владир, и он поспешил исполнить свой долг целителя.

     Эссианн проснулась от звука того, что где-то разбилось хрустальное зеркало. Ничего такого на её острове было, поэтому девушка сразу поняла, что это предупреждение Сил Великого Леса. Испытания на зрелость, через которые в здешних местах проходит каждый, уже буквально топчутся на пороге. Брюнетка присела на ветвь дерева и крепко задумывалась, прислушиваясь к своим способностям предвиденья. Что-то внутри настойчиво предупреждало от опасности повторить те же страшные ошибки, что и Мэйвин и Тэлиан, которые потом жестоко расплатились за собственную недальновидность.

     Лесная чародейка поклялась себе, что будет предельно осторожна и никому не позволит втереться себе в доверие и разбить сердце на тысячу осколков. Слишком уж ещё свежи были в памяти воспоминания о страшной судьбе её старшей сестры, которая была матерью Верлы. Вздохнув, подновила чары, которые должны любого чужака уводить обратно на твёрдую землю за пределами Проклятых Болот и медленно растворилась в вечерних сумерках, оказавшись внутри любимого дуба. Его она посадила тут в тот самый день, когда Волшебный Народ выбрал для постоянного житья эти благодатные земли.

     Владир в это время целенаправленно топал в сторону диких мест, где встретил фею, которая, на свою беду, пожалела смертного мужчину и спасла от неминуемой гибели в жадных объятиях бездонных топей. Перед его мысленным взором всё чаще вспыхивал пленительный образ колдуньи с каре-зелёными глазами. Платье было похоже на то, что носили зажиточные горожанки. Местные девицы не встречали гостей из мира людей в невесомых полупрозрачных одеяниях, в которых танцевали в Полнолуние на заповедных озёрах, куда чужакам был путь заказан. Если конечно не собирались соблазнить незваного гостя.

     Охотник далеко не сразу заметил, что незнакомые чары ненавязчиво отправляют его туда, откуда он пришёл. Разозлившись, достал из мешка верёвку с узлами и стал помечать путь. Благо, чахлые деревца росли буквально на каждой моховой кочке. Мимо пролетела неясыть, ударив нахала крылом по щеке. Огромные медные глазищи выражали крайнюю степень неудовольствия. Марла не могла повлиять на судьбу Эсс, но могла попытаться отговорить мужчину от опрометчивого шага, который может принести слишком много горя и слёз по обе стороны от границы Великих Топей и Леса.

     Серая сова-неясыть, грузно опустилась на замшелый камень у самой чаши родника. Ударившись оземь, обернулась зеленоглазой женщиной. Её возраст выдавал лишь бездонный взгляд. Волосы цвета полуночи лежали волосок к волоску. Узкие губы изогнулись в презрительной усмешке. Платье было настолько многослойным, что даже полупрозрачный шёлк не позволял рассмотреть ладную фигуру Хранительницы этих мест. В глубоком голосе плескался гнев:

     - Не по себе ты берёзу выбрал, чужак! - она посмотрела на мужчину с таким видом, словно он был раздавленным червяком или гнилым яблоком.

     - Не лезь не в своё дело, чародейка! Я привык сам решать, куда мне направить свои стопы и кого любить моему сердцу! - тёмно-карие глаза не выражали ничего, кроме уверенности в собственной правоте.

     Марла сразу поняла, что ни словами, ни чарами предотвратить встречу этих двоих уже не удастся. Она снова превратилась в неясыть и с печальным криком помчалась прочь, оплакивая несчастливый жребий, выпавший Эссианн. Владир же продолжил путь, старательно вспоминая, как он шёл в тот раз, когда из-за приворота Вьюги чуть не стал добычей трясины. Наконец, ему удалось заметить огромный валун, на вершине которого рос ясень. Как такое могло быть, мужчина понять не мог, но именно мимо этого стройного дерева он проходил, когда воспользовался гостеприимством лесной феи.

     Эсс уже успела облачиться в полупрозрачный наряд из тех, в которых феи танцевали в честь Полнолуния, и укладывала волосы в подходящую случаю причёску, скрепляя блестящие пряди серебряными шпильками. Одеяние практически ничего не скрывало, лишив охотника даже тех жалких остатков благоразумия, которые ещё не покинули его бедовую голову. Не оборачиваясь, девушка равнодушно проронила:

     - Оставь меня в покое, смертный! Нам никогда не идти по одной дороге. Запомни одну простую истину. Кто охотится лишь за страстью, не пожнёт ничего, кроме осколков собственного сердца. Она горит ярко, но всего несколько мгновений. Опаляет и калечит тех, кто принимает её миражи за настоящее чувство. Пламя же любви может быть не менее сильным, но ровным, и радовать обоих долгие годы. Оно всегда дарит полноту бытия и не иссушает душу, - фея истаяла за краткий миг до того, как потерявший голову охотник успел сомкнуть объятья. В руках у Владира остался только кусок полупрозрачного лесного шёлка, за который любая модница была готова отдать даже собственную душу.

     Силы Леса решили на этот раз не карать наглого пришельца, а погрузили его в полный кошмаров сон и перенесли в полуразвалившуюся землянку на самом краю своих владений. Конечно, испытание Эссианн только началось, но первый раунд в борьбе за собственное счастье она выиграла.

     Марла попыталась снова вразумить чужака, но словно ударилась об невидимую стеклянную стену, которая отозвалась печальным звоном разлетающегося на мелкие осколки хрусталя. В голове набатом прозвучал голос, в котором не было и тени эмоций:

     - Мы понимаем, что тебе жалко Эссианн, но не можем позволить вмешаться. Она должна доказать, что не все лесные чародейки ветрены и безголовы. Если Владир разобьёт ей сердце, то она тоже станет призраком, как Мэйвин. Тэлиан не переступила роковую черту, как твоя старшая дочь. Поэтому мы смягчили наказание за то, что она ослушалась заветов, которые должны строго соблюдать все дети Великого Леса без исключения, - тело Хранительницы окутала туманная дымка, а когда она рассеялась, на островке, исторгнутой топью зашелестел серебристыми листьями стройный ясень. - Если охотник не собьёт девушку с правильного пути, получишь свой прежний облик. В противном случае всё останется так навечно, а нам придётся избрать новую Дочь Луны, наделённую этой нелёгкой долей. Нельзя жалости позволять одерживать верх над благоразумием, иначе слишком велика опасность наломать дров.

     Эссианн славно повеселилась вместе со всеми в самом сердце Великого Леса, который вырос среди опасностей Проклятых Топей. Была она ещё совсем юной по меркам Волшебного Народа, поэтому могла не забивать себе голову такими серьёзными вещами, как брак. Полная Луна струила свой серебристый свет, выбелив почти чёрные волосы феи. Она лихо отплясывала танцы, такие же древние, как сама Вечность, смеялась и пела причудливые гимны в честь Царицы Ночи, которая сегодня вошла в полную силу.

     Только людям было невдомёк, что во время каждого такого праздника Силы сплетали охранные чары, не дающие обоим мирам, соседствующим друг с другом, причинить соседям много бед и горя. Ещё слишком свежи были в памяти воспоминания о проступке Мэйвин, который та совершила во власти страсти.

     Волшебство сделало своё дело, о чём свидетельствовали льющие нежное сияние мелкие белые цветочки с едва уловимым ароматом, будящим в каждом самые светлые стороны его души. Добыть Поцелуй Луны и подарить будущей жене на счастье считалось у людей верхом доблести и самым лучшим свадебным подарком. Только вот далеко не каждому мужчине удавалось исполнить свою заветную мечту. Кто шёл не с открытым сердцем и чистой душой, часто или возвращались ни с чем, или и вовсе пропадали без следа.

     Эсс с удивлением заметила, что всё чаще кружится в танце с эльфом с серебристыми волосами и пронзительными карими глазами. Ночной ветер, смеясь, сообщил, что Кириэль давно уже засматривался на ладную и не по годам рассудительную лесную чародейку. Просто никому не позволено искать любви феи, которая ещё не доказала Силам Великого Леса, что стала достаточно взрослой, чтобы отвечать за собственные желания и поступки.

     Владир с удивлением увидел замшелые стены полуразвалившейся от старости землянки. В утлом жилище с протекающей крышей из лесного дёрна явно уже много лет никто не жил. В первый раз в жизни мужчина столкнулся с тем, что ему категорически отказали. Обычно любая женщина или девица, на которую падал его благосклонный взгляд, была готова на что угодно, лишь бы видеть охотника как можно чаще. Фея оказалась строптивой и посмела перечить его желаниям.

     В карих глазах зажёгся нехороший огонёк. Бедолага и не заметил, что и для него Силы Великого Леса подготовили собственное испытание на зрелость. Устоит Эссианн перед соблазном в его лице, или нет, он тоже получит награду или кару сообразно полученному результату. Прикинув и так, и этак, решил, что обычными ухаживаниями горю не поможешь. Поэтому решил поискать лесную колдунью, чтобы попытаться решить неприятную проблему не совсем честными методами.

     От стены отделился полупрозрачный призрак болотной ведьмы, которая одарила Верлу собственным даром. Голос незваной гостьи был похож на шелест ветра в сухой траве:

     - Меня звали Марда, - лицо женщины при жизни было настолько уродливым, что взглянуть на него второй раз никому бы и в голову не пришло. - Что ты можешь мне предложить за то, что я помогу тебе соблазнить Эсс?

     - Была бы ты живой, проблем бы не было, но что тебе может быть нужно от меня? И почему сама предложила свои чародейские услуги? - в глубоком голосе было столько недоверия, что призрак поспешил развеять малейшие опасения собеседника.

     - Это личное, Владир. Верла - племянница Эссианн. У них обеих есть то, чего нет, и никогда не было у меня: внешняя красота. Они живы и радуются каждому прожитому дню, а я вынуждена прозябать на границе между Миром Живых и Обителью Мёртвых только потому, что моя преемница умудрилась не нарушить древних законов Великого Леса. Да и люди стараются придерживаться тех же правил. Конечно, к таким как ты это, конечно, не относится.

     - И в чём же состоит мудрость, овеянная веками? - охотнику становилось всё скучнее. Больше всего на свете он не терпел, когда кто-то смел указывать, как ему жить и с кем быть.

     - Без любви в сердце нельзя создать ничего, даже собственную жизнь.

     - Я беру всё, что мне нравится, а когда надоедает, ухожу прочь. Ничего менять в обозримом будущем не собираюсь, ведьма. Так ты мне поможешь просто потому, что завидуешь им обеим? - в таких делах мужчина не был искушён, но предпочёл свести возможность возникновения неприятностей к минимуму.

     - Мне тоже хочется получить новую судьбу и долю. Пока не избавлюсь от ненависти, злости и зависти, Чары Великого Леса не позволят мне получить желаемое.

     - Приворожи ко мне фею. Уверяю, что она быстро мне наскучит, как и все остальные до неё. Этого будет достаточно? Невозможно повзрослеть, не разбив сердце вдребезги, хотя бы, один раз! - мужчина прямо лучился от самодовольства, томясь от предвкушения исполнения самой заветной на данный момент мечты.

     Болотная чародейка помрачнела, предчувствуя, что с этим человеком у неё возникнет много неприятных хлопот. Просто потому, что он так и не научился ждать. Владир привык получать всё и сразу, совсем не считаясь с тем, а чего желают сами несчастные, угодившие в его сети.

     - Я помогу тебе, но взамен потребую то же, что Верла у Вьюги: десять лет твоей жизни. Согласен? - призрачная женщина ничего и никогда просто так не делала, а мужчин ненавидела лютой ненавистью даже сильнее, чем других особ своего пола.

     - Только в том случае, если Эссианн будет всегда готова откликнуться на каждый мой призыв, пока я жив, - охотник тоже оказался не лыком шит. - Да и Верлу тоже присуши. Они - родственницы, а совсем не похожи друг на друга ни лицом, ни манерами.

     - Хорошо. Принеси мне тринадцать бутонов Поцелуя Луны, тогда обе поганки будут в тебе души не чаять, пока бьётся твоё жадное до утех и ретивое сердце. Любое желание будет выполняться ими, как своё собственное.

     - При этом никто из моих подруг не будет ничего от меня требовать, довольствуясь тем, чем захочу одарить их! - предвкушение исказило благородные черты лица Владира, превратив его в уродливую маску.

     Марда что-то прошептала, и на предплечье у обоих появилась руна, которая любому посвящённому сразу говорила, что между этими двоими заключён колдовской договор. Изображение засияло призрачным светом обманчивых болотных огоньков и погасло.

     - Договорились. Но учти, если ты не разожжёшь в них обеих сильное пламя страсти, все наши планы могут пойти прахом.

     - Молчи ведьма! Что такая, как ты, может понимать в тонком деле обольщения?! Главное, чтобы они обе и дня прожить без меня не могли.

     - Ты жесток, Владир. Такое впечатление, что у тебя совсем нет сердца.

     - Пусть так, зато мне никто не сможет его разбить. Меня устраивает такая жизнь. Ничего менять в ней не намерен и впредь. Сделай, что посулила, и я выполню свою часть сделки, - и он снова вернулся на ворох шкур, которые всегда брал с собой, собираясь заночевать в лесу.


Глава 2


     Болотная ведьма долго ждала, пока охотник, пробираясь неверными болотными тропами, добудет ровно тринадцать бутонов Поцелуев Луны. Только в этом случае она могла сварить зелье и навести такие чары, что и Вьюга, и Эссианн могли потерять голову от брюнета, забыв про себя и не требуя ничего взамен за мимолётную ласку или страстный взгляд.

     Марда поклялась, что проучит наглого смертного за излишнюю самонадеянность. Но этот узор будет выткан только тогда, когда сама лесная чародейка получит возможность родиться под светом Луны и звёзд в ослепительно прекрасном женском теле. Именно поэтому Верле и был передан дар, о котором та никого и не просила.

     Женщина злилась на Силы за то, что никак не хотели уступить её мольбам дать ей новый шанс пробежаться босыми ногами по росистой траве на рассвете. Так она любила делать в ранней юности, пока не озлобилась и не отвернулась от красот окружающего её Великого Леса.

     Владир не утоп в Проклятых Болотах, как она втайне надеялась. Он швырнул ставшие ненавистными цветы на пень, служивший призраку столом, и вопросительно посмотрел на свою неожиданную союзницу, почти прорычал:

     - Твори своё колдовство, раз взялась.

     Злой, уставший и колоритно искусанный голодными комарами охотник выглядел грозно, только что он мог сделать призраку? Марда презрительно посмотрела на такого бесполезного во всех отношениях союзника и что-то пробормотала. На поверхности дерева вспыхнул призрачно-зелёный огонь. Через пару мгновений появилась металлическая тренога с котлом, в котором уже весело побулькивала болотная водица с характерным запахом затхлости и тины. От этого аромата мужчина брезгливо поморщился, но промолчал, лениво наблюдая за непонятным для него действом.

     Полупрозрачная женщина, не прикасаясь к бутонам, ловко отделила их с помощью чар от стеблей и листьев, которые тут же сгинули в языках колдовского пламени, оставив после себя странный привкус несбывшихся надежд и сожаления о потерянной навеки любви. Не привыкший к подобного рода размышлениям мужчина даже побагровел от гнева, но благоразумно промолчал. Слишком уж мало смыслил в волшбе, а навредить самому себе не желал даже в малом.

     Потом колдунья что-то неразборчиво запела настолько неприятным, почти каркающим голосом, что у бедолаги почти сразу заныли зубы. Только вот он и на этот раз не проронил ни звука. Красноречивый взгляд, брошенный на призрак болотной ведьмы, говорил сам за себя. Если бы она ещё была жива, то была бы в страшной опасности. Владир только помрачнел и время от времени потирал нижнюю челюсть, густо заросшую бородой. Желваки, время от времени ходившие на скулах, сразу подсказали чародейке, что в её силу мужчина практически не верит.

     Сердито сверкнув глазами болотного цвета, она затянула затейливый мотивчик без слов. На этот раз голос звучал на редкость приятно, что сразу же насторожило охотника. Покопавшись в памяти, тот решил, от греха подальше, оградить себя от потусторонней приворотной жути и принялся истово молиться богам, о которых вспоминал крайне редко. С удивлением почувствовал, как по сердцу разливается успокаивающее тепло, и сразу понял, что его мольбы были услышаны.

     Марда долго возилась, но полученное зелье, играющее всеми цветами радуги, было прозрачным, как капля воды из горного родника, и благоухало упоительным ароматом Поцелуя Луны. Самодовольная ухмылка на безобразном отталкивающем лице говорила сама за себя. Болотная ведьма осталась довольна полученным результатом волшбы.

     Потом она с презрением посмотрела на Владира и прошипела змеёй, которой тяжёлым сапогом на хвост наступили:

     - Ты должен придумать, как опоить всех трёх интересующих тебя красоток этим зельем. По глотку на каждую будет вполне достаточно, чтобы всё сбылось, как желаешь.

     - Это не твоя забота, ведьма! - лихорадочный огонёк, вспыхнувший в глазах цвета глухой полуночи, сразу дал понять Марде, что жертва надёжно заглотила наживку и уже не сможет сорваться с крючка. - Даже отправить меня в Льдинки просить не буду! Сам доберусь.

     Призрачная женщина загадочно улыбнулась и что-то неразборчиво пробормотала. Между двумя замшелыми стволами заклубился зеленоватый туман, а полупрозрачная в первых лучах утреннего солнца чародейка приглашающим жестом предложила охотнику продолжить свой путь.

     Владир с удивлением обнаружил себя рядом с усадьбой Верлы. Пожелав страшной союзнице захлебнуться собственным ядом, вежливо постучал в запертые ворота. Мужчина решил не рисковать и обратиться к колдунье с просьбой о помощи. Тем более что она сама и приворожила его. Да и, в данном случае, не придётся платить за очередную блажь годами собственной жизни.

     Хозяйка небольшого, но неизменно процветающего поместья, мрачно посмотрела на незваного гостя, а потом холодно проронила:

     - Ты, разбивший столько сердец и поломавший без числа женских судеб! Зачем потревожил мой покой? - синие глаза веяли таким холодом, точно открывались в склеп с неупокоенным мертвецом.

     - Меня приворожили. Очень не хотелось тревожить вас, но Вьюга наложила чары именно с вашей помощью, - мужчина прекрасно понимал, что ходит по лезвию отравленного кинжала, но охота была пуще неволи. Поэтому он так и не смог заставить себя вовремя остановиться. - Лучше всего, чтобы колдовство такого рода было снято той, что его наложила.

     - К сожалению, ничем не могу помочь. Есть плетения, которые невозможно распутать, не убив вас и девушку. Я просила её отступиться, но так и не смогла переубедить.

     - Дочь главы города Льдинки никогда не умела следовать добрым советам, - Владир потянулся до хруста в суставах, чуть насмешливо посматривая на брюнетку, заледеневшую от недовольства. - Тогда, хотя бы, пусть ваши служанки поднесут мне бокал подогретого вина со специями. Я изрядно продрог. Погода сегодня чересчур морозная и ветреная.

     Верла чуяла подвох, но, пока что, не знала, в чём он состоит. Подозвав старую служанку, попросила исполнить просьбу гостя. Сама же продолжала сердито сверлить наглеца многообещающим взглядом. Женщина, совсем поседевшая от времени, так и не смогла скрыть своего отношения к ловеласу, который и её внучке разбил сердце и бросил.

     - Совести у тебя как не было, так и не появилось! - проворчала та, наградив хозяйку поместья предостерегающим взглядом. Конечно, родством с Волшебным Народом она похвастаться не могла, но её чутью могла бы позавидовать и чистокровная фея или эльфийка. - Грех тратить благородный напиток на такого пропащего во всех отношениях человека.

     - Матушка Занна, Илга сама пожелала подарить мне своё сердце. Я ничего не обещал. Так что, все ваши претензии вы можете предъявить исключительно ей. К тому же, насколько знаю, эта ушлая красотка уже лет пять, как замуж выскочила. Сами знаете, как говорят мудрые люди: 'Кто прошлое помянет, тому глаз вон!'

     - А кто забудет, тому оба! - рассерженной змеёй прошипела служанка. Уходя, едва слышно, предупредила чародейку: - Не верьте ни единому слову этого прохвоста. У него одно на уме: соблазнит, натешится и бросит. Я едва успела, чтобы увидеть, как бедовая девчонка в омут сигануть собирается. Откуда только силы взялись, чтобы оттащить подальше? Полгода пришлось ни днём, ни ночью из-под неусыпного присмотра не выпускать. Всё хотела, глупая, с жизнью счёты свести. Было бы из-за кого! - она дождалась от Верлы клятвы, что та будет осторожна и не позволит провернуть с собой тот же фокус, что и с её недалёкой и наивной родственницей.

     - Не волнуйтесь, Занна. Я слишком давно живу на этом свете. Мои глаза многое повидали. К тому же, в моих жилах течёт и кровь Волшебного Народа. Распознать чары ведьм Великого Леса в состоянии даже только начавшая обучение ученица колдуньи. Если Владир, хотя бы, попытается провернуть подобный фокус в моём отношении, горько пожалеет о содеянной глупости. К сожалению, недобрые предчувствия уже не первый месяц тревожат меня. Чую на происходящем недобрую руку моей умершей наставницы Марды.

     - Зря она всё это затеяла. Лучше б перекинулась через осиновое бревно и умерла б чистой смертью, не испортив жизнь вам, госпожа моя.

     Старушка вернулась так быстро, как могла, неся в руках чашу с красным вином, благоухающим лесными травами и мёдом.

     - Пей, Владир, быстрее и уходи. Верла ничем не может тебя помочь. Твоё же присутствие в доме честной вдовы, как сам понимаешь, не допустимо.

     Охотник недовольно скривился, но он сейчас явно был в меньшинстве, поэтому решил переночевать в доме у Вьюги. Подлить зелье оказалось не так просто, как ему грезилось. Только сейчас поделать с этим он ничего не мог. Поэтому вежливо распрощался с черноволосой ведьмой и вышел вон.

     Вьюга сразу почуяла, что приворотные чары привели в её сети того, о ком тайком плакали в подушку слишком многие. Даже знатные особы попадали под очарование бездушного охотника. Он так и продолжал идти по разбитым сердцам, считая, что мимолётных романов вполне достаточно для счастливой жизни. Ему не было никакого дела до того, что кто-то может считать иначе.

     Увидев, что мужчина порядком продрог, подогрела вина со специями, плеснув в него щедрую порцию зелья, чтобы усилить действие колдовства Верлы. Она с улыбкой протянула исходящую ароматным парком кружку долгожданному гостю и томно выдохнула:

     - Выпей вот. У тебя уже и губы побелели от холода. Не дай боги, простудишься и заболеешь.

     Не чуя подвоха, Владир выхлебал подогретое красное вино, раздумывая над тем, как бы опоить даром болотной ведьмы не в меру прыткую и строптивую девицу.

     - И себе принеси. Только того, светло-медового цвета. Если, конечно, в погребах твоего отца ещё осталась 'Летняя вьюга', которую из трав Волшебного Леса варят феи.

     - Я припрятала пару бочонков, любимый, - блондинка, старательно пряча торжествующую улыбку, опрометью метнулась прочь.

     В поясной сумке в склянке, за которую она выложила целый кошель полновесного золота, плескался зарок того, что Владир попадётся в её сети навсегда. Только дочери главы города Льдинки не в слишком умную голову не пришла отрезвляющая мысль, что в эти игры можно играть и вдвоём. Никто не защищён от подлых происков такого скверного и подлого толка.

     Нацедив две кружки вина, достать которое было довольно сложно, поставила их на красивый поднос и тут же вернулась обратно в собственную гостиную.

     - Я бы поел. Пить горячительное на голодный желудок, согласись, будет только совсем уж зелёный и глупый юнец, - охотник дождался, пока хозяйка комнаты упорхнёт выполнять его просьбу, а сам влил в ёмкость треть приворотного зелья и с комфортом развалился в мягком кресле, неторопливо потягивая приятно согревающую горло янтарную жидкость.

     Владир давно уже заметил, что в последнее время смена подружек не приносит и тени радости. Все они были словно скроены по одному портновскому лекалу. Блондинка вернулась довольно быстро. В расписной деревянной миске исходила ароматным парком гречневая каша с мясом, сдобренная грибами и пряностями. Пока гость расправлялся с угощением, умильно смотрела на него, откровенно кокетничая и строя глазки. Только особого отклика в ответ на свои старания так и не дождалась.

     Допив вино до последней капли, равнодушно посмотрел на Вьюгу. Потом, потянув за рукав платья из дорогой узорчатой ткани, увёл подругу в спальню сразу же, как та опустошила собственную кружку. При этом с его губ не сорвалось ни единого слова. Охотник привык чувствовать себя хозяином в этом доме, беззастенчиво пользуясь тем, что очередная возлюбленная была готова без возражений исполнить любое желание непостоянного и ветреного мужчины. Естественно, в надежде, что лесные тропы однажды снова приведут гуляку к её порогу.

     В этот раз всё пошло совсем не так, как надеялась девушка. Видимо, тот, кого прочила себе в мужья, уже увлёкся кем-то ещё. Интриганка с ужасом поняла, что в эту ночь ей была отведена почётная роль постельной грелки. Уже через пару мгновений охотник уткнулся носом в шею подруги и раскатисто захрапел.

     'Эх, стареет он что ли? - с досадой подумала она. - Надеюсь, что пойло, за которое я отдала свои янтарные браслеты лесной чародейке, поможет. Мне нужно привязать этого неблагодарного мужлана до последнего удара его сердца. Любовь - любовью, а надо заранее позаботиться о собственном будущем! Пусть досужие кумушки бросают на меня полные осуждения взгляды и тайком перемывают мне косточки! Посмотрим, как все позеленеют от зависти и злобы, когда Владир самолично отведёт меня к алтарю и назовёт своей женой'! - и она принялась неторопливо продумывать, какой следующий шаг ей следует предпринять, чтобы стать ещё на один маленький шажок ближе к заветной цели. Вьюга и не заметила, как уплыла в царство туманных и причудливых сновидений.

     Охотник с трудом дождался, когда блондинка уснёт так крепко, что разбудить девушку случайным прикосновением станет уже невозможно. Ночь Новолуния была беспросветна и темна. Только серебристые искорки звёзд на непроглядном бархате ночи немного разгоняли мрак. В голове у мужчины зазвучал скрипучий голос Марды, которой совсем не пришлось по вкусу, что тот попусту тратит время, которого осталось совсем немного:

     - До полнолуния тебе надо опоить ещё и Верлу и Эссианн. Иначе чары спадут совсем. Творить подобное колдовство в отношении любой женщины можно лишь однажды. Надеюсь, мы правильно поняли друг друга, милый? Хочешь прибрать к рукам всех трёх красоток - нечего отлёживать бока на мягкой лебяжьей перине! Вьюгу-то ты опоил, но вот ведьма и фея ещё не попали в твои коварные сети. Сложнее всего будет именно с Эсс. Потому что у тебя уже есть соперник в лице лесного эльфа.

     Помянув призрак колдуньи недобрым словом, Владир спустил босые ноги на деревянный пол и принялся спешно одеваться. Идея обратиться за помощью к бывшей наставнице синеглазой ведьмы уже не казалась ему такой уж стоящей. К сожалению, изменить ничего уже было нельзя. Оставалось лишь осторожно пробираться вперёд к заветной цели и решать возникающие проблемы по мере их возникновения.

     В словах призрака были свои резоны. Поэтому охотник не спеша оделся и выскользнул в зимнюю ночь, ругая, на чём свет стоит, Марду. Добровольная сообщница начинала откровенно раздражать мужчину. Увы, он уже совершил глупость, заключив с ней договор. Оставалось лишь исхитриться и попытаться свести вред именно для него к минимуму. Подумав, решил начать с синеглазой колдуньи. Прекрасно понимал, что Силы Великого Леса не станут помогать чужаку разрушить жизнь собственной дочери просто потому, что на того очередная блажь напала. Подумав, отправился под крышу постоялого двора 'Могучий Кабан'.

     Гнома Карвина, как на грех не оказалось в общей зале маститого заведения, чьи пиво, вино и кухня славились не только на все Льдинки. Синие глаза Арла встревоженно сверкнули из-под шапки серебристых волос. Полунимф очень настороженно относился к людям. Естественно, на это были весьма веские причины. Ему претило, что местные жители относились к разного рода приворотному колдовству недостаточно серьёзно.

     Глупые смертные, не задумываясь, калечили свои и чужие судьбы. Как водится, больше всего от такого рода интриг страдали несчастные избранники и мнимые соперники вне зависимости от возраста и пола. Лекарю слишком часто приходилось сталкиваться с последствиями необдуманного обращения за помощью к ведьмам и колдунам. И ещё было неизвестно, чем подобные переплёты могли закончиться для всего рода тех, кто решил встать на эту кривую и тёмную дорожку.

     Владир сразу почуял, что тут совсем не рады видеть бравого брюнета. Вежливо поздоровавшись с блондином, отозвал в сторонку и попросил совета:

     - Вы поднаторели в делах по распутыванию приворотов и с последствиями дело часто имели. Мне нужен совет и помощь.

     - И чем же я могу быть вам полезен, господин Владир? Проблем со здоровьем не наблюдаю. Снять наложенный Вьюгой приворот вы способны и сами. Всего лишь, придётся в течение одного года держаться подальше от Льдинок, - Арл неторопливо готовил какую-то сложную смесь их травяных порошков и основательно высушенной ивовой коры, измельчаемой в серебряной ступке до состояния зеленоватого порошка.

     - Не могу: у меня договор на поставку дичи с её отцом. И как мне теперь быть? - заплатив за постой, охотник присел за соседний дубовый стол и заказал себе сытный завтрак.

     Молоденькая служанка с блудливыми глазами торопливо принесла глубокую миску с исходящим паром рагу из оленины и кружку с жиденьким элем.

     - А с каких это пор господин Карвин велел не дополнять еду хлебом? Или хозяин в отъезде, и в 'Могучем Кабане' уже и горелой корки не получишь? - в другое время девица удостоилась бы более пристального внимания, но сейчас у охотника была добыча посолиднее, чем обычная горожанка. Пусть даже прохвостка и приложила все силы, чтобы привлечь к себе внимание приглянувшегося ей мужчины. Казалось, под длинной юбкой добротного льняного платья с затейливой вышивкой дралась из-за кошки пара дюжин озверевших котов.

     Наградив не оценившего её доброты постояльца неторопливо ушла и вернулась с небольшой плетёной корзиночкой с кое-как нарезанными ломтями ещё горячего хлеба и куском сливочного масла в глиняной миске:

     - Желаете что-нибудь ещё, господин Владир? - и кокетка склонилась так, чтобы намеренно сильно ослабленная шнуровка лифа платья позволила мужчине увидеть гораздо больше, чем того требовали строгие правила приличий, ставя свою ношу на белоснежную скатерть.

     - Нет, Малира. Вот возьми, сдачу оставь себе, - на стол легла мелкая серебряная монета. - А теперь оставь меня. Я хочу спокойно позавтракать и немного поспать.

     - С каких это пор, любезный, вы предпочитаете отдых в гордом одиночестве? Неужели все сплетни, касающиеся вашей скорой женитьбы на Вьюге, истинная правда? - и она насмешливо посмотрела на неожиданно заупрямившегося охотника.

     - Нечего слишком прислушиваться к досужей болтовне кумушек! Иди, лучше, поработай. А то, не только я ждал, когда меня покормят, - и он неторопливо принялся за еду, гадая, когда Эссианн снова явится навестить своих друзей из народа гномов и лекаря-полукровку.

     Тщетно просидев пару часов, затребовал ключ от комнаты и отправился подальше от не в меру любопытных сегодня постояльцев. Многие из которых и людьми-то не были.

     Служанка не привыкла, что её призывы остаются без ответа. Поэтому нацедила в кружку ароматного травяного напитка, заменявшего в здешних краях чай, и, торопливо поднялась по скрипучей дубовой лестнице на второй этаж. Девушка постоянно озиралась, не желая, чтобы хоть одна живая душа прознала о задуманной ею гадкой проделке. Она заведовала Вьюге чёрной завистью, не зная, что и та так и не достучалась до каменного сердца Владира.

     От стены отделился полупрозрачный призрак болотной ведьмы, а завывающий голос Марды не дал наглой девице спутать той все карты:

     - Ах ты, бесстыжая девка! Ишь что удумала! Опоить гостя кузнеца Карвина приворотным и возбуждающим зельем! Убирайся! Вот ужо доберусь я до тебя, поганка такая! - Малира с испуганным визгом уронила поднос на пол и чуть ли не кубарем скатилась вниз, истошно визжа от ужаса под восторженное улюлюканье своей жуткой обидчицы.

     Черноволосая гномка Занна вжалась в тёмный угол. Она сразу почуяла, что служанка на этот раз допрыгалась. Пожелав блудливой девице выйти замуж как можно быстрее, тихонько вернулась общую залу и принялась терпеливо ожидать возвращения супруга. Чертовщина, которая начала твориться в их доселе тихом заведении, ясное дело, черноволосой хозяйке совершенно не понравилась. Оставалось посоветоваться с мужем.

     Нужно было что-то решать на счёт этой девицы. Её слишком фривольное поведение уже привело к тому, что ряд постоянных клиентов из Волшебного Народа предпочли останавливаться у полукровки Литаны, чей отец был чистокровным гномом, а мать - старшей дочерью владельца постоялого двора 'Серебряная Луна'. Гэссе пришлось нелегко. Маленький рост помешал ей усадить за свадебный стол мужчину, о котором долго плакало её сердце. Только Тануру и удалось растопить стылый лёд в сердце смышлёной и доброй брюнетки.

     Малира была вне себя от ярости. Она терпеть не могла, когда в её планы вмешивались. Особенно отвратительный призрак ведьмы, которая при жизни явно не была человеческой женщиной. Пожелав той навеки упокоиться, белокурая служанка глубоко задумалась. Просто так Владир тут бы не задержался. Ей оставалось только узнать имя той, которой удалось так сильно заинтересовать известного ловеласа. Светлые волосы и огромные голубые глаза могли ввести в заблуждение кого угодно, только не этого охотника. Слишком уж часто особы женского пола доставляли ему массу хлопот, стоило лишь чуть ослабить бдительность.

     Арлу сильно не понравились вопросы бедовой служанки. Он сразу почуял, что девушка совсем не просто так выспрашивает, кого поджидает Владир на их постоялом дворе.

     - Вам лучше вернуться к своим обязанностям, Малира. Иначе, вы вполне можете остаться без хлебного места. Подумайте об этом на досуге. Этот проходимец совсем не стоит того, чтобы так рисковать собственным будущим. Уж поверьте мне на слово.

     - Что тебе за печаль из-за моих затруднений, полукровка?! Далеко не всякий может любить такую женщину, как я! Что касается работы, то меня давно уже зовут в 'Серебряную Луну', где мой родственник готовит великолепные блюда. К тому же, там нет наглых призраков болотных жителей! Многие предпочитает останавливаться там. Честно говоря, мне не в чем упрекнуть их. Это мало того, что она - приведение! Вы видели отвратительное лицо этой уродины?! Да у меня чуть сердце не остановилось от омерзения! Я! Я! Я могла скатиться с лестницы кубарем и сломать себе шею! - служанку уперла руки в бока и придвинулась так близко к целителю, что тот мог по достоинству оценить сокрытые под тоненькой тканью платья прелести Малиры.

     До этой девицы мечтали добраться многие, но ей, как и Вьюге, попала шлея под хвост. Ни о ком другом и слышать не хотела, не стесняясь пускать в ход не только кулаки, но и всё, что в момент 'праведного гнева' попадало в её сильные руки.

     Арл остался равнодушен к блондинке, он предчувствовал, что призрак болотной ведьмы легко избавится от глупой девицы при первой же возможности. Оставалось выяснить, почему та, что была Мардой и наставницей синеглазой Верлы, повсюду сопровождает охотника. Неясные предчувствия беды мужчине, чьей матерью стала озёрная нимфа, нравились всё меньше и меньше. В слишком уж крупные неприятности и лихие времена они могли в итоге вылиться. Оставалось рассказать обо всём Карвину и решить, кого ещё можно привлечь на свою сторону, чтобы предвестья не стали мрачной реальностью, переполненной смертями и страданиями.

     Все, кто обращался за помощью к этой уродливой болотной ведьме, очень быстро погибали. Было совсем не важно, по какой причине. Кто от отчаяния, любопытства или просто по глупости решался встать на эту сомнительную дорожку. Волшебный Народ и простые смертные, как и полукровки, изрядно пострадали от последствий её чёрной волшбы. Эта женщина была всегда только на своей собственной стороне. До окружающих ей не было совершенно никакого дела.

     Хозяин 'Благородного кабана' явился домой далеко за полночь. Он устал, проголодался и явно был чем-то не на шутку встревожен.

     - Что случилось, старый друг? - взгляд лекаря потемнел.

     Это говорило только об одном: его дар предсказания снова был готов выдать предостережение. Страшные времена уже топтались на самом пороге жителей здешних краёв. Не избежать испытаний и тем, кто радовался жизни среди волшебства Проклятых Топей.

     - Источник Вайрин затянуло странной мертвенно-зелёной дымкой. Если Эсс и Верла оступятся, мало никому не будет. Только вот Силы Великого Леса запретили Марле предупредить обеих, вмешаться не дали. Обратили в дерево. Слишком уж всё это плохо пахнет. А ещё в моём заведении, помимо Владира, шастает приведение Марды. Она и при жизни мне много крови попортила, да и после смерти не прекращает пакостить, словно какая-нибудь не в меру прыткая болотная дева.

     - Малира собирается уходить в 'Серебряную Луну'. Говорит, там и спокойнее, и платят больше, и проблем с приведениями нет, - лекарь сердито сверкнул ставшими бездонными глазами.

     - Пусть идёт. От этой девки ничего, кроме проблем, не дождёшься. Работает спустя рукава. Дерзит всем часто без малейшего повода, - гном тяжело вздохнул и велел дочери налить им с лекарем по кружке крепкого подгорного пива, секрет которого не доверял никому, кроме своего наследника. - Надо вызнать, что задумала Марда. Её подлая душонка и после смерти никак не желает угомониться.

     Владиру так и не удалось выспаться. Прекрасное лицо феи, которая на свою беду приютила его на своём острове, то и дело всплывало среди видений. Правда, его тут же вытесняла Вьюга. Презрительная гримаса ясно говорила всему миру, куда он может катиться, когда дело касается её планов на именно этого охотника. Полупрозрачные тени Верлы и призрака делали картину ещё более запутанной и непонятной. Мужчина то и дело просыпался, а на рассвете в дверь к нему негромко постучались.

     Чем-то разозлённая Малира буквально швырнула на крепкий дубовый стол поднос, на котором исходила ароматным парком гречневая каша с мясом и густой пряной подливой. Рядом с ним возвышался кувшин с жиденьким элем и деревянная кружка. На аккуратно накрахмаленной льняной салфетке с растительной вышивкой хозяйка заботливо положила два толстых ломтя свежеиспечённого ржаного хлеба. Причина гнева блондинки стала ясна чуть позже. Голубоглазая бестия выудила из-за корсажа скромного платья свёрнутое в свиток письмо и, презрительно фыркнув, протянула охотнику:

     - Запомни, котик, избавиться от притязаний Вьюги ты сможешь только двумя путями! Тебе либо придётся сдохнуть, либо жениться на другой! И что она только о себе возомнила, курица недощипанная?!! Да какой кретин в здравом уме и трезвой памяти польстится на такой лежалый и порядком потасканный товарчик? Хвостом надо было меньше крутить! Либо делать это с умом! Так, чтобы ни одна живая или мёртвая душа не учуяла!

     - Малира, уймись! Меня, по большому счёту, особо не интересуешь ни ты, ни Вьюга! - брюнет не торопясь расправился с сытным завтраком, запивая некрепким пивом.

     На скандалистку он не обратил должного внимания, чем изрядно обидел служанку. Девушка решила, что, как следует, проучит гордеца. Соблазнит, мозги запудрит и бросит. Сама же захомутает богатого, а то и знатного, молодого красавца.

     - На тебе чары Верлы! Никуда ты от дочери главы Льдинок уже не денешься! Зря она не прислушалась к предупреждениям ведьмы! Чем хочешь поклянусь, что у неё в роду кто-то из Волшебного Народа из Проклятых Топей есть! Не может быть у простой смертной такой сильный дар! - девушка так и не смогла скрыть чёрной зависти к прекрасной и успешной вдове и владелице процветающего поместья, которой никакие беды не рисковали испортить сытую и довольно счастливую жизнь.

     - Это уже мои проблемы, Малира! Мне их и решать! Не мешай думать! Тебе что, детка, больше заняться нечем? Так я шепну пару слов хозяйке 'Благородного кабана'. Негоже служанке докучать постояльцам по причине того, что свободного времени слишком много!

     Белокурая интриганка не стала ничего говорить. Она с достоинством поклонилась и тут же вышла вон. На свою беду охотник не заметил, что та затаила на него обиду. 'Тоже мне, какой завидный жених нашёлся! - сердито думала про себя девушка, пробираясь в прачечную, где её ждал очередной ворох грязного белья для стирки и чистого для глажки. - Я придумаю, как усадить тебя в лужу, Владир! Клянусь! Даже если для этого придётся изрядно пощипать запас полновесных серебряных монет, которые припасла в качестве приданого. Каждый сам кузнец своего счастья. У моих родителей нет такого влияния и богатства, как у поганки Вьюги. Только это не значит, что не смогу устроить себе выгодное замужество. Только будет такой поворот в моей судьбе заслуженной наградой за то, что во многом себе отказывала'.

     Малира и не заметила в трудах и хлопотах, как день сменился вечером. Время до полудня ушло только на то, чтобы наносить и нагреть воды в три огромные бадьи для стирки. Пока развесила чистое на верёвках во внутреннем дворе и перегладила постельное бельё, скатерти и салфетки и накрахмалила, на небе загорелись первые звёздочки. Спина начинала ощутимо побаливать, но вместе с неприятными ощущениями пришла и довольно здравая мысль. Малира решила сходить к травнице за мазью и, заодно, посоветоваться с дальней родственницей, к кому ей лучше обратиться по поводу такого тонкого и деликатного дела. Она не привыкла спускать даже мнимых обид, а тут сами боги велели усадить Владира в самую глубокую и грязную лужу, в какую только удастся.

     Подумав, решила посоветоваться с целителем, вдруг поможет или что-то путёвое посоветует. Скромно опустила бесстыжие голубые глазищи, старательно изображая смущение, и выдохнула тихим голосом:

     - Господин Арл, не могли бы вы помочь мне? Кажется, я перетрудила спину. Поясница болит так сильно, что, боюсь, завтра будет сложно справиться с ворохом ежедневных дел.

     Полукровка сразу почуял, что девушка совсем неспроста обратилась к нему за помощью. Дело тут не только в проблеме со здоровьем.

     - Подождите тут, Малира. Посмотрю, осталась ли у меня ещё мазь на лесных травах. Она быстрее всего сможет решить вашу проблему, - и он торопливо ушёл в собственную комнату, которую предоставил ему Карвин.

     Вернулся лекарь довольно скоро и отрицательно покачал головой:

     - Увы, снадобье закончилось, но я могу подсказать целительницу, которая сможет вам помочь. К сожалению, одного воздействия моего дара в данном случае будет недостаточно. Он действует в полную силу только при условии соблюдения строгого постельного режима и полного покоя. К сожалению, такой роскоши вам себе позволить не получится, - и он протянул девушке небольшой прямоугольник бумаги, на которой был витиеватым почерком написан адрес. - Гария живёт через два квартала от 'Благородного кабана'. Если отправитесь прямо сейчас, то успеете вернуться обратно до наступления темноты.

     - Благодарю вас, господин Арл. Я немедленно последую вашему совету, - и она, старательно пряча торжествующую улыбку, торопливо удалилась.

     Откуда полукровке было знать, что эта лекарка была ещё и сильной колдуньей? Поэтому вполне могла помочь служанке достичь обеих целей визита к ведьме и целительнице в одном лице.

     Малира вернулась на постоялый двор весёлая, приветливая и не обращающая ни малейшего внимания на охотника. Владира сразу же насторожили резкие перемены в поведении одной из многочисленных бывших подружек, поэтому он счёл за благо попросить у Карвина поменять ему комнату.

     - Чем тебе эта-то не угодила? - хозяин 'Благородного кабана' никогда не скрывал, что терпеть не может беспардонного и ушлого ловеласа.

     - Из главной залы доносится слишком громкий шум пирушек и драк. К тому же, там недостаточно крепкая дверь, чтобы чувствовать себя в полной безопасности. Согласитесь, господин гном, хорошо отдохнуть в подобном бедламе не сможете даже вы.

     - Демоны с тобой, несносный побродяжка! - на барную стойку с лязгом лёг ключ отпирающего помещение во флигеле. Там обычно любили останавливаться путешествующие маги, колдуны и парочки, которые не желали лишний раз светиться на публике. - С тебя три полновесных золотых за беспокойство и королевские покои в тишине и полной безопасности.

     Мужчина без возражений расплатился с владельцем и торопливо ушёл, постаравшись не попасться на глаза ушлой служанке. Он сразу почуял, что блондинка задумала что-то предпринять в его отношении. Как брюнет понимал, девушка так и не простила ему, что соблазнил и бросил. Пылающее пламя страсти превратилась в стылый пепел всего через неделю. Обиженная женщина с разбитым сердцем могла отомстить так, что содрогнулся бы и самый искусный палач или отравитель. Это дамский угодник прочувствовал ещё в пору далёкой юности. Тогда и приобрёл бесценный опыт, как обезопасить себя от жестоких и изобретательных козней несостоявшихся невест.

     Загадочно улыбающаяся Марда возникла в полумраке покоев из трёх богато обставленных комнат. В ответ на вопросительный взгляд своего союзника лениво пробулькала:

     - Гария продала белобрысой поганке сильный приворотный амулет. Она уже подложила подарочек под подушку. Откуда дурёхе было знать, что господин Карвин сдал освободившуюся конуру орку-наёмнику? Представляю, как удивится наша красавица, когда этот бугай начнёт выть серенады под её окнами и следовать за ней по пятам точно тень. Естественно, угощая крепкими затрещинами и тумаками любого мужчину, который остановит свой взгляд на ней дольше нескольких мгновений! - и уродливое приведение мерзко захихикала. - Будет знать, как совать не в меру длинный нос в наши дела!

     Владиру, ясно дело, стало совсем скучно. Поэтому он разделся и скользнул в постель. Потом велел беспокойной соседке не беспокоить его ни при каких обстоятельствах. Пока сам не проснётся.

     - Смотри, проспишь своё счастье! Кто знает, когда Эссианн взбредёт в голову навестить почтенное семейство гномов, которые относятся к юной фее, как к собственной дочери. Она любит их всем сердцем. Честно говоря, мне никогда не понять за что! - презрительная гримаса на отталкивающем лице красноречиво говорила, что невысокий народец не достоин счастья коптить небеса в виду своей абсолютной бесполезности.

     Малира напялила самое лучшее платье из своего гардероба, расчесала и уложила волосы, как носили богатые горожанки, по последней моде. И со спокойной душой выплыла в коридор. Даже немного нервный смешок соткавшейся в тёмном углу Марды не насторожил ушлую девицу, а должен был бы.

     Малира напялила самое лучшее платье из своего гардероба, расчесала и уложила волосы по последней моде, как носили богатые горожанки. И со спокойной душой выплыла в коридор. Даже немного нервный смешок соткавшейся в тёмном углу Марды не насторожил ушлую девицу, а должен был бы.

     Волриадд Бездонная Глотка всегда с должным вниманием относился к собственным доспехам и оружию. Именно поэтому и заслужил себе славу надёжного соратника, которому было не чуждо ничто человеческое. О пирушках, в которых он принимал участие, как правило, ходили настоящие легенды. Под конец попойки могучий зеленокожий герой, как правила, разносил своих вышедших в тираж собутыльников по домам или снятым ими комнатушкам на постоялых дворах. После чего у него ещё оставались силы осчастливить какую-нибудь красотку своим вниманием.

     Сегодня на мужчину накатила непривычная усталость. Пожав могучими плечами, скинул сапоги. Потом, не раздеваясь, растянулся на коротковатой для него кровати. После чего завернулся в лоскутное одеяло и смежил веки. Могучий храп вскоре уже сотрясал стены добротной спальни, на совесть сработанный артелью гномов.

     Малира ещё раз придирчиво осмотрела себя в огромном зеркале. Его специально для служанок повесили в небольшом закутке рядом с большим окном неподалёку от кухни. Блондинка осталась полностью собой. Отягощённая подносом с обедом для охотника, накрытый белоснежной льняной салфеткой, поплыла в комнату, которую до этого занимал Владир.

     Постучавшись, она обнаружила, что дверь не заперта. Порадовавшись про себя такой удаче, без задней мысли спокойно переступила порог. Оркский воин по смешной для его соратников детской привычке завернулся в одеяло как в кокон с головой. Поэтому незваная гостья сразу и не заметила подмены.

     Интриганка чуть ослабила шнуровку, заставляя соблазнительные округлости стать ещё аппетитнее для любого мужчины, взгляд который задержит взгляд дольше, чем на несколько мгновений. Поставила тяжёлую ношу на крепкий дубовый стол и отправилась будить жертву собственных интриг. Приворотный амулет - вещь действенная. Только не вечная. Поэтому надо было подсуетиться и сделать так, чтобы ловелас не ускользнул из расставленной на него ловушки.

     Расставила миски и тарелки на чистой скатерти и отправилась будить счастливца, ещё не знающего о том, каким чудесным образом изменилась его серая и унылая судьбина. Изящные пальчики потянули за край одеяло. Выражение смазливого личика больше всего походило на хищную мордочку ласки, загнавшей жирную белку в смертельную ловушку.

     Волриадд открыл осоловевший от чар и сна наглый карий глаз и довольно осклабился. Представшая перед глазами соблазнительная картина сразу настроила его на великолепный лад. Служанка едва успела увернуться от жадных рук, тут же попытавшихся сцапать добычу в охапку и утащить под одеяло.

     Девица торопливо вернулась на кухню, костеря на все корки мужчину, из-за которого попала в такую неприятную ситуацию. Вопрос, куда скрылся охотник так не вовремя, так и остался для неё тайной за семью печатями. Служанка переделала за день вдвое больше работы, лишь бы не появляться в общей зале. Она уповала только на то, что орк-наёмник вскоре покинет 'Благородного кабана'. Приворотный амулет не действовал только на неё саму. Его ещё предстояло вытащить из-под подушки. Только вот как это сделать, пока что, даже не представляла.

     В полночь Малира проснулась от чересчур громкой серенады под окнами собственно комнаты. Конечно, голос у орка оказался довольно приятный, но совсем не его она пыталась завлечь в свои сети. Блондинка прекрасно понимала, что, только вернув амулет, сможет избавиться от зеленокожего воздыхателя. Да и то не сразу. Приворотные чары рассеются лишь через пару месяцев. Если, конечно, не сжечь его, наплевав на солидную цену, которую пришлось за него заплатить. Хитроумные плетения городской ведьмы будут заставлять грозного воина следовать за ней повсюду точно ягнёнок на привязи. Через несколько мгновений в 'Ромео' полетело из соседних окон всё самое тяжёлое, что только попалось под руку. Постояльцы хотели спать, а не выслушивать: 'Вопли ополоумевшего от приступа крайней похоти вонючего орка'!

     Бедный воин не находил себе места, мучаясь крайними приступами ревности. Волриадд Бездонная Глотка ни разу в жизни не попадал в такое глупое и обидное положение. Ещё ни одна особа женского пола, привлёкшая его избалованное и весьма избирательное внимание, не посмела ему отказать.

     Окно приглянувшейся ему служанки оказалось на третьем этаже семиэтажного трактира. Отправив лёгкий налёт цивилизации в глубокий нокаут, мужчина принялся карабкаться по стене, сложенной из желтоватого известняка, призвав на помощь малейший выступ или неровность. Увы, неуловимая добыча снова ускользнула. Малира благоразумно вернулась на кухню. Девушка прекрасно понимала, что только в людном месте сможет избежать неприятных последствий несчастливого стечения обстоятельств. Проследовав за ней, понял, что более близкое знакомство придётся отложить до лучших времен.

     Малира никогда ещё так много и старательно не работала. Все, кто знал не слишком работящую и скандальную девицу пребывали в полном недоумении. Она была кроткой и молчаливой, как ягнёнок. Раздавшаяся под окнами кухни орочья серенада на каркающем языке этого степного народа быстро расставили всё по своим местам. Женщины с искренним сочувствием посматривали на бедняжку, прекрасно понимая, что та попала в лихой переплёт.

     Марда тихонько позвала несчастную служанку, не рискнув показаться на глаза кому-то ещё:

     - Я помогу тебе вернуть твой приворотный амулет. Естественно, не задаром.

     - Платить годами своей жизни не стану! - в голосе блондинки прозвучала такая уверенность в своей правоте, что призраку пришлось придумать иное возмещение.

     - Хорошо. Мне нужно, чтобы Эссианн и Верла выпили зелья, которое сварила для Владира, - улыбка, вспыхнувшая на отвратительном лице, сделала его ещё ужаснее. Как такое вообще могло быть, девушка так и не смогла понять.

     - Ты предлагаешь мне заявиться к самой влиятельной городской ведьме и влить ей в глотку твоё отвратное пойло? Или скакать по кочкам Проклятых Топей в поисках феи? Прости, но на болотную деву ни разу не похожа! Да и вовсе не хочу превратиться в подобную нечисть!

     - Глупая девка! Ты мне нужна живая, здоровая и в своём уме! Я избавлю тебя от страсти этого зеленорожего воина. Ты взамен подольёшь обеим мой эликсирчик в вино. Погода, обещаю, будет такой, что от горячего вина со специями не откажется ни одна. Потом сможешь попытаться добиться своего в отношении этого оголтелого охотника. Мне ведомо, что просто хочешь отомстить за проявленное пренебрежение. Так что, твои планы моим никак не мешают. Вмешиваться не стану.

     - Этого мало. Хочу, чтобы твои чары помогли устроиться в этой жизни так, чтобы забыла о ежедневной нудной работе, - в голубых глазах интриганки застыло такое выражение, что Марда поняла, что та не уступит ей ни на воробьиный шажок. - Ещё хочу прожить долгую и счастливую жизнь, чтобы мне всегда везло. Да, и деньги сами плыли в руки.

     - Не много ли ты просишь, мерзавка? - уродливая призрачная женщина была вне себя от яростного гнева. Давно ей не приходилось сталкиваться с подобной наглостью и беспардонностью.

     - Дело твоё. Чтобы снять с этого ухаря приворотные чары, нужно, всего лишь, уничтожить амулет. Владира же я могу покорить и с помощью старых добрых женских уловок. Слишком уж часто колдовство даёт досадные осечки.

     - Посмотрим, как ты справишься, красавица моя. Только теперь за мою помощь тебе придётся расплатиться десятью годами собственной жизни. Да и выглядеть ты будешь не так юно и свежо, как сейчас.

     - Пошла вон, мерзавка! - Малира была не робкого десятка.

     Она привыкла просчитывать даже самые далеко идущие последствия своих авантюр. Поэтому удивительно часто выходила сухой из воды там, где другие не просто терпели сокрушительное фиаско, но и потом страдали, если им удавалось выжить.

     Дождавшись, пока орк ушёл по делам службы в караульную Городской Стражи, блондинка пробралась в его комнату и выудила из-под матраса злополучную безделушку. Растопив камин, бросила деревянное украшение в жарко пылающее пламя. Конечно, с его помощью она смогла бы добиться цели гораздо быстрее. Только вот возникшие при этом проблемы грозили слишком крупными неприятностями. Девушка не собиралась сдаваться на милость Марды. Слишком уж дурная слава ходила об этой болотной ведьме даже после смерти.

     Дело оставалось - за малым: пропасть с глаз влюблённого орка-наёмника и выждать положенную неделю. Тогда он и не вспомнит об её существовании. В который раз Малира отругала себя за то, что слишком увлекается поиском лёгких путей. Увы, когда дело касалось колдовства, результат в итоге мог получиться совсем не таким, каким все ожидали.

     Эссианн блондинка знала очень давно. Даже пару раз обращалась к фее за советом или помощью. Гостья из Проклятых Топей была самой безобидной из всех своих сестёр, но наивной дурочкой никогда не была. Решив перестраховаться, служанка попросила заглянуть в будущее, чтобы снова не наломать дров. Каре-зелёные глаза хозяйки потаённого острова словно вывернули душу интриганки наизнанку. Их хозяйка сразу поняла, что к чему, и помрачнела. Обычно нежный голос зазвенел ледяной сосулькой:

     - Ты влезла в слишком опасную игру, девушка. Даже детям Волшебного Народа приходится нелегко, если всколыхнулись древние Силы, - взгляд феи были полон искреннего сочувствия к смертной, которая сунула свой любопытный нос туда, куда ни в коем случае не следовало. В нём не было и намёка на осуждение или укор.

     Малира с удивлением почувствовала симпатию к Эссианн, поэтому решила предупредить об опасности:

     - Владир заказал у Марды какое-то сильное приворотное зелье. Будь осторожна, иначе даже твой врождённый Дар не убережёт тебя от беды. В жизни больше не буду пробираться даже к самой заветной цели колдовскими тропами. Главное, не попасть в лапы к тому орку до тех пор, пока не спадут наведённые амулетом ведьмы чары.

     - Я помогу тебе, - чародейка из Проклятых Топей улыбнулась и что-то пропела. Служанка с радостью заметила, что Волриадд Бездонная Глотка не обратил на неё ровным счётом никакого внимания.

     - Знаешь, никто и никогда за всю мою жизнь не помог мне, не потребовав чего-то взамен. Обязательно придумаю, как отплатить тебе добром за добро, - задумчивая и удивительно молчаливая блондинка вызвала у остальной дворни 'Могучего Кабана' продолжительный шок.

     Основательно подумав, Малира решила, что даже не будет пытаться захомутать охотника. Ей в голову пришла более удачная идея. Она сама вызвалась убраться в дальнем флигеле. Придирчиво осмотрев плоды своих трудов, оставила на столе под белоснежной льняной салфеткой с обережной вышивкой кувшин с подогретым вином на травах, ломти свежего ржаного хлеба и миску исходящего ароматным паром рагу из овощей и оленины. Потом зашарила в поисках тайника с зельем из болотных цветов.

     Природное чутьё сделало своё дело. Небольшой флакон оказался в кармане накрахмаленного передника, а небольшой амулет не позволил призраку болотной ведьмы узнать о пропаже. В тайник же была подброшена похожая бутылочка с безобидным освежающим настоем на лесных травах.

     Лишь скользнула равнодушным взглядом по тому, кто некогда разбил ей сердце, когда мужчина переступил порог комнаты. Потом вежливо попрощалась и вышла вон. Владиру оставалось только гадать, к добру или к худу такой неожиданный поворот событий. Слишком уж давно и хорошо он был знаком с этой не в меру ушлой блондинкой.

     На всякий случай проверил тайник и убедился, что флакон с зельем никуда не пропал. Потом с большим аппетитом пообедал и растянулся на огромной кровати прямо поверх покрывала. Увы, когда он провалился в тревожный сон, то видения не были приятными. Они пророчили близкие неприятности, если только у него не хватит силы воли и выдержки отказаться от своих планов на фею и ведьму-полукровку.

     Использовать же редкостный отвар, чтобы добавить звонкого золота в копилку собственного приданного Малире никто не мог запретить. Подумав, решила сделать гадость чужими руками. Всего-то и надо было, что продать сопернице за сердце Владира великолепный состав. Им та воспользуется при первой же встрече с заранее обречённым на сокрушительное фиаско мужчиной.

     Тем временем Вьюга металась по потайной кладовке, где ею были припрятаны разные занятные вещицы, которые должны были заставить неуловимого охотника отвести одну из своих многочисленных подружек к алтарю в качестве невесты. Больше всего на свете дочь главы города Льдинки не любила, когда кто-то противился исполнению её многочисленных прихотей и часто безумных желаний. Любить она не умела, зато свято блюла свой высокий социальный статус. Не упускала же ни малейшей возможности, чтобы вызвать в остальных девицах на выданье жгучую злобу и иссушающую сердце и душу зависть.

     Ничего путёвого в голову девице не приходило, поэтому она вернулась в собственную спальню. Там всегда думалось лучше всего. Взяв в руки любимые пяльцы с натянутым куском добротного тёмно-синего бархата, занялась вышивкой золотой и серебряной нитью. На празднике в честь основания Льдинок в канун Середины Зимы она была обязана выглядеть как некоронованная особа королевских кровей. Оставшиеся до торжеств две недели промелькнут быстро. Отец же не станет слушать никаких оправданий. Он всегда следил за тем, чтобы репутация его семейства была на высоте. На мелкие же шашни любимой дочери смотрел сквозь пальцы, здраво рассудив, что не перебесившаяся девка никому не сможет стать приличной женой.

     Тяжело вздохнув, интриганка снова уплыла по волнам собственных грёз о мужчине, который никак не желал попадаться в её коварные сети. Из сладкого кумара девушку вырвал осторожный стук в дверь.

     Вьюга помянула Проклятые Топи недобром словом и, выскользнула из постели, накинув поверх льняной сорочки в пол ажурную вязаную шаль из козьего пуха. Увидеть в такой поздний час служанку Малиру у порога собственной спальни девушка совсем не ожидала.

     - Что за демоны принесли тебя по мою душу? - взгляд тёмно-карих глаз рассказал незваной гостье гораздо больше, чем сорвалось с привыкшего осторожничать языка.

     - Знаешь, я нашла себе подходящего жениха. Только вот нужно требование посолиднее того, которое мне удалось скопить. Могу помочь тебе разрешить твои затруднения с Владиром. Если, конечно, ты готова основательно раскошелиться за редкостное зелье, ?- служанка упивалась собственной властью над совсем потерявшей сон и покой девицей.

     - Сначала покажи, что принесла. Только в этом случае смогу решить, а стоит ли игра свеч, - дочь главы города Льдинки тоже была не лыком шита. Она отдавала себе отчёт, что эта интриганка никогда не была в числе желающих ей добра людей, да и не могла быть.

     Длинные пальцы ловко извлекли из поясной сумки флакон из особого хрусталя, в котором по самые плечики было налито какое-то серебристое зелье. Когда фигурная пробка в виде цветочного бутона со всеми предосторожностями покинуло узкое горлышко, по комнате поплыл едва уловимый упоительный аромат. Перепутать его ни с чем было бы невозможно.

     - Откуда у тебя снадобье из Поцелуев Луны, мерзавка? - глаза сузились до узких щёлочек. Вьюга славилась тем, что всех считала сродни себе и везде и всегда искала скрытый подвох. Даже если имела дело с ближайшей роднёй, которая ничем и никогда ей не вредила.

     - Дар одного полукровки. Он был счастлив со мной. Обещал весной снова вернуться. Так что, нам понадобится звонкое золото, чтобы ни в чём себе не отказывать. Как сама понимаешь речь шла о свадьбе. Зачем мне теперь проходимец Владир. Я встретила того, кто сумел взять в плен моё сердце. Чего и тебе желаю, милочка.

     С губ Вьюги сорвалось только короткое:

     - Сколько?

     - Пятьсот полновесных золотых, сестрёнка.

     - Ты что, белены объелась? Откуда у меня такие деньжищи, безмозглая ты курица?! - перекошенное от ярости лицо жаждущей уволочь к алтарю неуловимого охотника сейчас больше всего напоминало морду чудовища из жуткого ночного кошмара.

     - Ну, тогда сама вынуждаешь меня обратиться к Владиру. Пусть он приберёт к рукам и Эссианн, и Верлу, да и тебя на закусь. Причём, уверяю, о честной свадьбе можешь позабыть навсегда. Этот мужчина не из тех, кому нужно такое ярмо на шее, как законная супруга. Тем более такая, как дочь главы города Льдинки.

     - Жди тут, мерзавка! - девушка на ходу придумывала, что бы такое наплести в три короба отцу, чтобы тот раскошелился не только на золотые украшения, не посрамившие честь королевы или герцогини.

     Должно было остаться ещё и на зелье. Без него ушлая блондинка снова останется с носом. В этом бойкая и наглая девица не сомневалась и на мгновение. Напустив на себя убитый горем вид, тихонько постучалась в дверь отцовского кабинета и, дождавшись разрешения, зашла.

     Должно было остаться ещё и на зелье. Без него ушлая блондинка снова останется с носом. В этом бойкая и наглая девица не сомневалась и на мгновение. Напустив на себя убитый горем вид, тихонько постучалась в дверь отцовского кабинета и, дождавшись разрешения, зашла.

     - Что случилось, Вьюга? Почему в твоих глазах стоят невыплаканные слёзы? Кто посмел обидеть мою любимую дочь?

     - Никто, клянусь! Просто украшения из золота с сапфирами чистой воды оказались гораздо дороже, чем думала. Боюсь, мы не сможем позволить себе такие огромные траты, - прирождённая актриса жалобно всхлипнула и опустила распутные глазищи. - Даже праздник в честь основания Льдинок не достоин таких сокровищ.

     - Сколько, Вьюга?! Говори, не бойся!

     - Тысячу золотых, - прошептала девушка, заставив себя покраснеть, словно от смущения.

     - Возьми полторы тысячи. Помни, мы не имеем права ударить в грязь лицом! На празднования очередного Дня Основания Льдинок съедутся знатные вельможи, преуспевающие купцы и много влиятельных и богатых людей. Они попытаются унизить нас, заставив потеряться в блеске их величия. Им не удалось этого достичь, да и мы с тобой обязаны посрамить этих выскочек! Охотник - не слишком хорошая пара для такой благородной девицы на выданье, как ты, дочь моя. Выкинь его из своей умной и прекрасной головы. Лучшая доля уже заждалась свою роскошную госпожу.

     Девушка сбивчиво поблагодарила родителя и торопливо ушла, прихватив увесистый кожаный кисет, расшитый узором, привлекающим достаток и удачу и отпугивающим беды и бедность.

     - Пятьсот полновесных. Как ты и просила, Малира. А теперь проваливай! Надеюсь, у тебя хватит ума не портить мне праздник своей жабьей мордой полной неудачницы?

     - Да я сама готова приплатить, лишь бы не видеть твою постную рожу, Вьюга. И вообще, с такими деньгами вполне могу купить себе небольшое поместье и жить там с любимым мужем, - спрятав золото в поясную сумку, служанка торопливо ушла, посмеиваясь над недалёкой и дурной соперницей за сердце Владира.

     Гном Карвин был несказанно удивлён, когда обычно не слишком-то учтивая Малира, вежливо попросила дать ей расчёт.

     - Решила поработать в другом трактире, девочка? Уверяю тебя, вряд ли, там ты будешь получать столько же, сколько у меня, - недобрые предчувствия, поднимающиеся в душе, терзали мужчину точно когти дикого зверя.

     - Нет, господин мой. Я получила наследство от дальней родственницы. Хочу купить небольшое поместье и начать новую жизнь. Годы летят. Ваша жена не раз пеняла мне, что всё еще не остепенилась. Так скорее найду достойную пару. Бесприданницы, как известно, никому не нужны и даром, - и она печально вздохнула.

     - Вот твое жалованье за этот месяц, - брюнет деловито отсчитал две золотых монеты и пять тысяч серебряных. - Будь осторожна, Малира. Вокруг полно прохвостов, - хозяин 'Благородного Кабана' и не знал, радоваться ему или посыпать голову пеплом. При всех нюансах характера именно эта служанка привлекала своей яркой красотой сюда многих. Быстро найти достойную замену ему, вряд ли, удастся.

     - Мой отец уже подыскал для меня подходящую землю с довольно хорошим хозяйством. А вот чтобы не прогадать с будущим мужем, придётся спросить совета у Верлы. За такие услуги она берет только звонким золотом или серебром.

     - Очень рад, что свалившееся на голову богатство, не затмило тебе разум. Прощай, Малира. Пусть боги твоего народа будут добры к тебе, - потом гном снова завозился с книгой доходов и расходов, подсчитывая, насколько успешно прошел вчерашний день для его постоялого двора.

     Поблагодарив теперь уже бывшего господина, девушка торопливо распрощалась с остальной прислугой и переступила порог заведения, в котором служила с пятнадцати лет, чтобы наскрести хоть мало-мальски приличное приданое. Теперь ей не было нужды вкалывать от зари до зари на хозяина.

     Поместье оказалось в прекрасном состоянии. Оставалось лишь отсчитать сто золотых и нанять помощников. Она прекрасно понимала, что в одиночку с таким огромным хозяйством не справится даже она. Больше в этом городе служанку никто не видел.

     Родне же тоже нашлась работа в поместье, носившем задорное название 'Три короны'. Очень быстро сыскался и супруг. Им оказался сын одного зажиточного ремесленника из Захрусталья. Этот город славился своими ювелирами и стеклодувами и раскинулся неподалеку от Льдинок. Вскоре там появился и постоялый двор с таким же названием, добрая слава о котором вскоре разнеслась далеко за пределы этих земель.

     Вьюга долго думала, как бы с наибольшей пользой использовать дорогущее приворотное зелье, попавшее к ней в руки по милости Малиры. Решила, что очередной виток интриги начнет в День рождения Льдинок. Тогда большее количество народа станет невольными свидетелями её триумфа. Самолюбие девушки требовало отмщения за все годы пренебрежения. Владир был ещё ни сном, ни духом, в какую страшную ловушку она собирается его загнать, точно дикого зверя.

     Раздался негромкий звук в дверь. Это пришёл ювелир. Девушка отсчитала тысячу золотых и стала полновластной хозяйкой огромного сундука с изящными украшениями. Такое богатство могло бы позволить ей стать графиней или герцогиней. При удачном стечении обстоятельств даже воссесть на трон. Только это, отчего-то, не прельщало дочь главы города. Хотя в жилах рода и текла небольшая толика благородной крови. Потом охотница на строптивого женишка снова принялась за свое платье. Она совсем не хотела выглядеть бедной родственницей среди многочисленных аристократов. Те ежегодно съезжались на великолепный приём. Отец блондинки не скупился на расходы, прекрасно понимая, что все траты очень скоро окупятся сторицей.

     Вьюга нечаянно уколола палец серебряной иглой и сунула его в рот, чтобы поскорее унять выступившую кровь. Когда ранка перестала сочиться, снова завозилась с изящным золотым шитьём по тёмно-синему бархату. Снова раздался стук.

     - Кто там? - лениво проронила хозяйка комнаты.

     - Это я, Верла. Открой мне. Ты в большой беде, Вьюга.

     - У меня есть к тебе парочка дел, ведьма. Вечером сама приду в твое поместье. Там и поговорим. Сейчас у меня нет времени на праздные разговоры, ведьма, - и она снова склонилась над шитьем.

     - Однажды ты подавишься собственной спесью, Вьюга. Только рядом не окажется никого, чтобы вызволить тебя из беды. Хорошо, жду тебя после заката в моей гостиной. Только за совет уже придется заплатить звонким золотом.

     - Я не бедствую, колдунья. Поэтому вправе не учитывать ничьи интересы, кроме собственных. Заплачу, сколько скажешь. Если будешь мне полезна, Верла. Теперь уходи. Совсем не хочу, чтобы злые языки ославили меня, что без твоих чар даже замуж не в состоянии выйти!

     - Гордыня ещё никому не приносила счастья, девушка, - выдохнула ведьма и истаяла точно морок на лесном болоте.

     В углу комнаты соткался призрак Марды:

     - Гони эту дрянь как можно дальше и скорее, милая! Хочешь, помогу тебе заполучить Владира? - голос уродливой женщины звучал так вкрадчиво, что дочь главы Льдинок невольно насторожилась.


Глава 2



     - Я тебе не верю, Марда! - блондинка нажала на грани амулета, прикупленного у чистокровного эльфа, заставляя страшную гостью истаять без следа. - Нашла дуру! Только полная кретинка довериться именно этой болотной ведьме! Так и знай, что никому не позволю водить меня за нос!

     За возней с платьем и манто из шкурок куницы дочь главы города Льдинки и не заметила, как наступил поздний вечер. Защитив свои покои от происков Марды, она накинула на плечи плащ из черной промасленной шерсти и осторожно выскользнула за порог. Раствориться в полумраке приближающейся ночи не составило для нее ни малейшего труда.

     Верла встретила гордячку совсем неласково:

     - Ты могла получить предупреждение, не потратив и медного грошика! Теперь тебе придется заплатить пятьсот золотых. Иначе ты не доживешь до весны, глупая самонадеянная девчонка! - синие глаза веяли таким холодом, что гостья невольно поежилась, словно ее пробрала до костей свирепая январская стужа.

     - Слишком много просишь. Поэтому можешь оставить его себе, наглая ведьма. Впрочем, сейчас ты мне нужна, поэтому не нашепчу отцу, что ты смертельно оскорбила меня! - Вьюга настолько привыкла к собственной безнаказанности и вседозволенности, что год от года характер вздорной девицы становился все хуже и хуже.

     - Зачем пожаловала, госпожа Вьюга? - брюнетка не скрывала, что совсем не рада безголовой интриганке, но той не было совсем никакого дела до того, что окружающие думают о ней.

     - Мне удалось приобрести приворотный эликсир из Поцелуев Луны. Сколько капель и как надо добавлять в питье и еду мужчины, чтобы он не только женился на мне, но и остался рядом, пока жив? Пусть все остальные юбки перестанут для него существовать, пока смерть не разлучит нас!

     - Не вздумай пользоваться этой отравой! Не выйдет из этого и толики добра. Марда частенько ловила наивных простушек на этот коварный крючок. Об этом зелье и хотела тебя предупредить! Пользоваться им нельзя ни в коем случае! Владир не для тебя. Он вообще не сделает никого счастливым. Оставь его. В свое время ты станешь женой аристократа. Если сможешь противостоять сердечной пагубе. Это, всего лишь, мимолетная страсть, а не любовь!

     - Какое тебе дело, что со мной будет? - блондинка была возмущена тем, что её желанием посмела противиться какая-то древняя колдунья, хотя и выглядящая совсем молоденькой девушкой.

     - Марда становится сильнее от страданий, которые люди и иные дети иных рас испытывают по милости этой болотной чародейки. Когда-то и я угодила в подобные сети. Неужели ты думаешь, Вьюга, что можно безболезненно пережить естественную смерть любимого мужа и всех, кто тебе дорог? Фея Марла сказала мне, что однажды нечеловеческая кровь в моих жилах сделает так, что я стану одной из хранительниц острова в Проклятых Топях. Только для этого мне придется проводить долгие дни и ночи в гордом одиночестве и стараться, чтобы мое колдовство не приносило слишком много зла. Эссианн не нужен охотник Владир. Тебе тоже. Вбей это в свою прекрасную голову! В этом случае, сможешь удачно выйти замуж и стать герцогиней или графиней. Тебе этого мало, вздорная девчонка?

     - Я не особо родовита. Мой отец не слишком богат. Что за радость быть взятой в супруги лишь для того, чтобы получить здоровое потомство?

     - Он будет любить тебя больше жизни, девочка. Твой отец просто так не отдаст тебя даже за принца. Ты - самое дорогое, что есть у него. Твоя внешность радует его, создавая иллюзию, что женщина, подарившая ему столько потомков, все еще рядом.

     - Я заплачу тебе пятьсот золотых, если ты откроешь мне интересующую меня тайну! - больше всего на свете дочь главы города Льдинки не любила, когда что-то получалось совсем не так, как она хотела.

     - Уходи. Никто не должен пользоваться методами, которые гарантированно приведут тебя к гибели. Ты не понимаешь, какую медвежью услугу тебе оказала та, кто продала своей сопернице эту отраву! Что хорошо для Волшебного Народа в качестве легкого свадебного вина, от которого в душе разливается радость и чуть кружится голова, то может быть страшнее яда для простого смертного. Марла пообещала Владиру, что он приворожит всех троих. Только для Эссианн эликсир безвреднее обычного горячительного. На меня почти не подействует, как на полукровку. Ты же выпьешь эту горькую чашу до самого дна. Если не отступишься от своего необдуманного желания, Вьюга.

     - Что ты понимаешь в любви, ведьма?! - поняв, что тут ей ловить уже нечего, вышла вон, даже не попрощавшись и хлопнув входной дверью так, что та жалобно заскрипела.

     - Глупая девица, ты сама выбрала свою судьбу! - прошипела Верла, сокрушенно покачав головой.

     Ей было трудно понять, почему некоторые в угоду собственной гордыне не способны признать, что их желания преступны. Они и не принесут им ничего, кроме разочарований и разбитого сердца. Пожав плечами, колдунья вернулась к изготовлению напольного амулета, который будет оберегать все семейство ювелира от бед, потерь и болезней. Времени на вздорную девицу у нее попросту не было. Она предупредила Вьюгу о последствиях. Как поступать дальше, решать было только дочери главы Льдинок.

     Эссианн снова пошла по Мосту Снов, чтобы увидеть, почему душу терзают неясные предчувствия близкой беды. Опасность, что неудивительно, исходила от того самого охотника и девушки, которая хотела выйти за него замуж любой ценой. Фея часто не понимала, почему смертные не в силах противиться собственным желаниям. Даже в том случае, если велика была опасность умереть, а то и что похуже. Дернув себя за прядь темно-каштановых, почти черных волос, хранительница острова запела, заставляя проступить под ногами ажурную арку, точно сотканную из яркого света полнолуния.

     - Силы Леса, - взмолилась она. - Покажите мне, чего следует опасаться уже завтра.

     Призыв не остался без ответа. Она увидела Вьюгу, которая раненой волчицей металась по собственной комнате. Потом как на крышке сундука из красного дерева, где девушка прятала самые красивые и дорогие из своих украшений, появилась книга в черном сафьяновом переплете. На обложке ярким золотом было выведено: 'Как приворожить смертного мужчину при помощи зелий, сваренных из трав и цветов, произрастающих в Проклятых Топях. Полное руководство'. Ниже от руки было приписано: 'Дополненный список исключений и противопоказаний смотреть в приложениях в конце фолианта'.

     - О боги! Надо поскорее предупредить Карвина и Арла, что нашлась еще одна копия колдовского гримуара Марды. В руках безголовой Вьюги он может натворить таких бед, что нам снова придется сниматься с места. Я была совсем маленькой, но еще помню боль и ужас долгих скитаний! Далеко не каждый мир был готов принять тех, чья дочь так страшно оступилась! - и Эссианн тут же перенеслась в кабинет хозяина постоялого двора 'Благородный Кабан'.


Глава 3


     Гном с невозмутимым лицом выслушал свалившуюся ему на голову фею, а потом задумчиво проронил:

     - Каждый из нас проходит свои испытания, Эсс. Мне совсем не жаль эту безголовую смертную. Верла предупредила ее, но та пропустила добрый совет от души мимо ушей. Она не понимает, какой страшной и горькой может быть расплата. Эсс, пообещай мне, что будешь держаться подальше и от Владира, и от этой глупой блондинки.

     - Не волнуйся. Ты заменил мне отца, которого я не помню. Он погиб задолго до моего рождения, пав жертвой интриг феи Мэйвин, - девушка печально улыбнулась, жалея о том, что у неё отняла та, что не смогла пройти испытания, которым её подвергли Силы Великого Леса.

     - Тебе лучше уйти прямо сейчас. Я предупрежу Марлу о произошедшем, - Арл не был в курсе, что Хранительница Великого Леса посмела ослушаться своих покровителей. За что и была за это сурово наказана.

     - Она посмела попытаться вмешаться в ход моих испытаний, но... Чары Проклятых Топей не делают исключений ни для кого, - в каре-зеленых глазах плескалась такая печаль, что хозяйка 'Благородного Кабана' погрозила пудовым кулаком в сторону флигеля, где сейчас окопался бедовый охотник

     - Я ему шевелюру, бороду и усы по волоску выщипаю, если он посмеет навредить тебе, девочка моя! - Ганора слишком много повидала на своем веку, а эту фею знала с самого рождения, вырастив как собственное дитя.

     Рыжие волосы хозяйки 'Благородного Кабана' по обычаю были заплетены в две тяжелые толстые косы, перевитые кожаными ремешками, украшенными золотыми и серебряными колокольчиками. Мать ночной гостьи не пережила гибели мужа, отправившись за ним следом всего через два месяца после того, как подарила Эссианн жизнь и наследные права на остров. У этого волшебного народа наследницей всегда была самая младшая из дочерей. Старшие же сестры были легкомысленны сверх всякой меры даже по меркам фей.

     Карвин буркнул что-то совсем уж нелицеприятное в адрес Марды и Вьюги и отправился проверить, не отлынивают ли сыновья от работы. Юнцы предпочитали общество пивных кружек и бочонков, частенько забывая выполнить многочисленные поручения собственного отца.

     Эссианн сочла за благо вернуться домой, от греха подальше. Что-то подсказывало ей, что Силы Великого Леса не позволят никому вмешаться в испытание Вьюги, Верлы и Владира. Как и то, что нужно быть очень осторожной, чтобы с честью пройти через всегда нелегкие испытания на зрелость. Их не избежать ни одному представителю Волшебного Народа. Увы, далеко не все справляются с этим периодом в своей жизни благополучно. Исход не смогла бы предсказать и сама Хранительница Великого Леса Марла.

     Девушка налила в глубокую чашу одного из гигантских листьев воды из собственного родника и попыталась избавить с помощью чар дочь главы города Льдинки от опасного подарка Марды. Происки этой наглой и беспардонной болотной ведьмы и при жизни не принесли никому ничего доброго. Что уж говорить о бесконечных веках существования в виде неприкаянного призрака, которые озлобили ее сверх всякой меры. В душе бывшей колдуньи не было ничего, кроме зависти и жажды навредить любому живому существу, которое имело несчастье попасться той на пути.

     Бестелесные голоса в голове лишь подтвердили догадку, что все четверо проходят своеобразные испытания. Они частенько сваливались как снег на голову на жителей по обе стороны границы Проклятых Топей, в которых был сокрыт Великий Лес Волшебного Народа:

     - Марла была наказана за то, что попыталась помочь и мне тоже. Можно ли как-то смягчить ее участь? - Эсс было неприятно, что Хранительница пострадала отчасти и из-за нее тоже.

     - Она станет прежней, если ты и Верла устоите перед многочисленными искушениями страстью, властью и богатством.

     - А если этого не произойдет? - фее было жутко, сердце замирало в груди от ужаса и птицей, угодившей в силок, пыталось вырваться из груди и умчаться в ясное голубое небо над головой. Только она всегда предпочитала даже самую горькую правду благодушному неведению.

     - В здешних местах появятся уже три новых дерева. Если Волшебный Народ вновь будет вынужден покинуть эти места, вы останетесь тут в качестве напоминания любому, кто способен услышать вашу повесть. Будь осторожна. Нам будет очень жаль, если ты и Верла оступитесь. Владир и Вьюга слишком слабы духом, чтобы выстоять в горниле этой бури.

     Арл так всю ночь и проворочался с боку на бок. Все, чего хотела его замершая от ужаса происходящего душа - это хоть полшанса на то, чтобы удержать безголовую Вьюгу от рокового не только для нее шага. Лекарь слишком хорошо знал, как аукнется землям по обе стороны от Проклятых Топей подарочек от вздорной Марды. К тому же, Силы Леса так и не дали отыскать дерево, в которое они обратили Хранительницу Марлу.

     Рассвет снова призвал взяться за обычные для полукровки в зимнее время хлопоты. Нужно было варить мазь и готовить отвары от хворей, которые мучают здешних жителей в холодное время года. Страждущих было столько, что сын озерной нимфы Ниреи опасался, что собранных трав и кореньев до весны может и не хватить. Синие глаза выдавали, что мужчина не просто сильно устал, но больше измучен недобрыми предчувствиями надвигающейся беды.

     Негромкий стук в дверь отвлек его от невеселых размышлений о будущем, которое могло оказаться очередной катастрофой не только для Волшебного Народа. За порогом оказалась Верла. Синеглазая ведьма вежливо поздоровалась с блондином и попросила разрешения войти, проронив, словно невзначай:

     - Грядет буря, против которой в одиночку нам не выстоять! Одарившая меня даром колдовства Марда снова плетет свои интриги на беду всем. Придется действовать сообща, чтобы и повелений Сил Великого Леса не нарушить, и не дать дочери главы города Льдинки наломать из-за страсти к охотнику Владиру таких дров, что мало не покажется никому. Быть мне, Эссианн и Марле деревьями-сказителями, если не придумаем, как избежать слишком больших бед! - чародейка присела у жарко растопленного камина, с мукой посмотрев на хозяина уютной целительской.

     - И что ты предлагаешь, госпожа Верла? - полукровка с ужасом понял, что дела, на самом деле, оказались гораздо хуже, чем они с Карвином предполагали.

     - Вмешиваться напрямую в судьбы нас трех чревато слишком большими проблемами. Силы не станут щадить тех, кто вмешивается в Испытание на Зрелость. Остается придумать, как отнять у безголовой блондинки зелье из Поцелуев Луны и книгу, которая никогда не должна была попасть той в руки.

     - Честно говоря, не знаю, как это дельце можно провернуть. Вьюга - не простая служанка, а знатная зажиточная горожанка. Дочь главы города. Как ты представляешь себе такую картину: кто-то войдет в комнаты безголовой девицы и отнимет опасные вещицы? Да такого наглеца быстро бросят в самую глубокую и грязную городскую темницу на долгие годы!

     - Посоветуйся с Ганорой. Ее глаза слишком многое повидали на долгом веку. Может, она сможет найти выход там, где мы потерпели поражение? А теперь мне пора. Силы Великого Леса не сильно довольны тем, что не посчитала за унижение попросить помощи. Выбраться из слишком крутого переплета без посторонней помощи нам не удастся. Об этом предупредил мой Дар, - после чего Верла истаяла без следа, прекрасно понимая, что идет буквально по лезвию остро отточенного гномами кинжала.

     Арл не стал тянуть кота за хвост, а сразу разыскал рыжеволосую хозяйку 'Благородного Кабана'. В ответ на вопросительный взгляд черных, как глухая полночь, глаз женщины тихо выдохнул:

     - Нужно поговорить с тобой и Карвином без лишних глаз и ушей. Дело жизни и смерти...

     Гномка сразу почуяла, что беда уже вытянула отравленный меч из ножен, готовясь собирать кровавую жатву по обе стороны от границы Проклятых Топей. Она не стала тратить время на пустую болтовню, а просто потянула целителя за благоухающий лесными травами рукав полотняной куртки, направляясь прямиком в кабинет супруга.

     - Карв, у Арла есть важный разговор. Надеюсь, ты понимаешь, что это дело не терпит проволочек?

     - Раз твой Дар Предсказания советует мне уделить часть моего бесценного времени прямо сейчас на благое дело, то так и сделаю. Присаживайся, Арл. В ногах правды нет, - гном усадил жену к себе на колено и приготовился слушать, не перебивая.

     Когда недолгий рассказ был завершен, Карвин с трудом сдерживал приступы гнева. Заставив себя успокоиться, мужчина прошипел рассерженным драконом, на хост которого упала раскаленная кузнечная наковальня:

     - Демоны раздери эту глупую и беспардонную девицу! - владелец постоялого двора курил можжевеловую трубку только в моменты страшной опасности. Так ему всегда лучше думалось.

     Ганора и лекарь одинаково сильно чуяли, что дела грозят обернуться катастрофой не менее ужасной и кровавой, чем в те времена, когда оступилась фея Мэйвин. Опять же, с подачи болотной ведьмы Марды. Именно за этот проступок Силы Великого Леса и наказали ее такой страшной судьбой. Неприкаянный призрак главной виновницы того, что Волшебный Народ был вынужден пуститься в полный лишений и опасностей путь, слишком часто тревожил живых, сводя их с ума или подталкивая к необдуманным поступкам.

     - Мы должны найти выход, - в голосе рыжеволосой и весьма воинственной женщины, которая во времена своей далекой юности командовала целым десятком гномских хирдов, ревели фанфары и звенела сталь обоюдоострых секир.

     Карвин на несколько мгновений задумался. После чего активировал все защитные магические и механические контуры. Лишь потом выудил из тайника старинный фолиант. Древняя книга была написана в седые времена Сотворения Гномов и содержала массу полезных секретов и жизненных уловок. Они нередко позволяли его народу оставаться на плаву во время глобальных неприятностей. Ставшие совсем круглыми от удивления глаза супруги и Арла говорили сами за себя.

     - А, вот оно! - владелец 'Благородного Кабана' сдул челку, упавшую на хитрющий левый глаз и торопливо пояснил: - Надо подменить гримуар Марды. Оригинал сжечь. В копию внести относительно безопасные ритуалы и снадобья самых слабых из людских колдуний. Так мы не дадим глупой Вьюге навредить не только себе!

     - И как ты собираешься провернуть это скользкое дельце? Как ты собираешься осуществить рокировку? - лекарь непонимающе посмотрел на старого друга и неопределенно пожал плечами.

     Ганора, видимо, догадалась, что задумал муж, но просвещать целителя не стала, выдохнув:

     - У Марды могут быть и тут свои уши. Поэтому не будем говорить об этом. Потом я все тебе объясню, Арл, клянусь Самоцветными Пещерами, в которых раздался мой первый крик! - после чего гномка развила кипучую деятельность, выуживая из многочисленных коробочек нужные ингредиенты для их проделки.

     Карвин собирался использовать бадью с водой в кузнице, которая по совместительству была и магической лабораторией предприимчивой парочки, в качестве Зеркала Вора. Они с женой переглянулись и синхронно улыбнулись, вспомнив, как обули наглого дракона Кафра. Тот заказал свадебные украшения для своей невесты, но наотрез отказался платить. В результате, гномы взыскали со своего должника согласно приписке договора об ответственности сторон: в двенадцати кратном размере. Бедолага в результате лишился двух третей своего состояния. Избранница предпочла более богатого соплеменника. Отомстить же парочке ювелиров ящер не имел права. Кроме себя винить было некого и не за что. Так и остался несолоно хлебавши. Был и один важный плюс: с тех пор Кафр не пытался никого обжулить. Что, в конечном итоге, пошло ему только на пользу.

     Ганора что-то неразборчиво пробормотала, засыпая разнообразные порошки в небольшой холщовый мешочек, пропитанный специальным составом, чтобы сгореть за несколько мгновений без остатка от воздействия крошечного файербола. Потом все трое спустились в тайный покой, куда мало кто был вхож. Жена владельца постоялого двора разожгла огонь в горне и бросила туда заветный мешочек. Её муж тем временем плел древние чары своего народа, чтобы уберечь и людей, и жителей Проклятых Топей от страшной опасности потерять собственную реальность из-за происков Марды.

     Призрак болотной ведьмы, видимо, проходил свои испытания на зрелость, раз за разом, бегая по замкнутому кругу. Ее главным уроком был почти невыполнимый для этого создания отказ от зависти и мести. Силы Великого Леса все еще оставляли той шанс на новую жизнь, которая вполне могла оказаться счастливой. Увы, лесная колдунья продолжала игнорировать все их попытки указать ей единственно правильный путь.

     Бывшая воительница не жаловала тех, кто слишком сильно искал легких путей к достижению целей. Слишком уж хорошо понимала, что бесплатные артефакты могут быть только в коварных ловушках. Их она в пору своей бурной молодости она повидала много. В составе отряда искателей редкостей для Короля Самоцветных Пещер они с Карвином и познакомились. Единственная гномка в отряде пользовалась бешеной популярностью не только у соплеменников, но будущий супруг отвадил всех соперников за ретивое сердце рыжей забияки, получив в итоге согласие на брак.

     В огонь полетел невесомый пепел, оставшийся после взаимодействия ингредиентов для магического воровства. Потом супружеская чета запела, вскоре и полукровка вплел в этот узор свой звучный и красивый голос, оттенявший низкие голоса союзников.

     Ганора подошла к чану с родниковой водой и бросила в него заговоренную для подобных целей на полную Луну серебряную монетку. Им крупно повезло, что сегодня Великое Полнолуние. Поэтому многие чары ведьм и фей на время становятся гораздо слабее. Идеально гладкая поверхность показала комнату Вьюги.

     Дочь главы города Льдинки с горячечным блеском в глазах склонилась над лежащим на специальной подставке гримуаром. Призрак болотной колдуньи притаился в темном углу и исподволь подбивал блондинку сделать роковой шаг. Впоследствии он гарантированно аукнулся бы крупными и долгими неприятностями не только людям.

     Воровски оглянувшись, блондинка прислушалась: не раздадутся ли шаги в коридоре. Кто знает, а не взбредет ли родителям, братьям или еще кому навестить ее в еще не очень поздний час. Потом заперла входную дверь на все задвижки и замки. Прошептав заветное слово, активировала все амулеты, сделанные на заказ еще в тот злополучный день, когда впервые повстречала Владира. В тот день она и узнала впервые, что такое страсть, не признающая никаких запретов и преград.

     Что странное помешательство бравым охотником имела мало общего с любовью, дочь главы города Льдинки прекрасно понимала. Только сделать ничего не могла. Да и, положа руку на сердце, не хотела. Она предвкушала, как будут выть от зависти и злости самые завидные окрестные невесты, когда ловелас по доброй воле отведет к алтарю именно ее.

     Убедившись, что никого не принесет злым ветром проверить, что поделывает бедовая девица, птицей метнулась к дальней стене и выудила из тайника флакон с приворотным зельем, сваренным из Поцелуев Луны. Марда, победно улыбнувшись, прошипела:

     - Ты имеешь право получать то, чего просят твоя душа и тело! Будь храброй! Покажи этому охотнику, кто будет хозяином в вашем доме!

     - Да, он будет делать только то, что прикажу ему я! - девушка жадно облизнула губы и склонилась над гримуаром своей страшной гостьи, приняв окончательное решение.

     Откуда дамам было знать, что их темные делишки уже раскрылись. Ганора по-мужицки сплюнула на не слишком чистый пол и прошипела:

     - Как же мне надоела эта мерзкая болотная ведьма! И ведь уничтожить зловредный призрак нам не позволят Силы Леса. Она тоже проходит свое испытание, раз за разом роняя кузнечный молот на ту же ногу! Почему некоторые не способны понять, что любой поступок имеет свои последствия?

     - Потому что считают, что выше всех. Месть же в них настолько сильна, что затмевает даже жалкие остатки скудного разума.

     - Так, поддержите меня магией! - бывшая воительница спешно вспоминала воровские навыки, которые не единожды спасали ей и ее подчиненным жизнь. Из тайника появилась заговоренная веревка с гроздью странных каменных шариков, сияющих серебристым светом. - Мабнух должен идеально подойти для наших целей. Он поможет стащить и флакон с приворотной отравой, и поганую книжонку! - рыжеволосая гномка что-то неразборчиво пробормотала и заставила хитрую липучку отправиться в путешествие в другой дом.

     Призрак неугомонной колдуньи взвыл от бессильной злобы, когда увесистый томик и флакончик с опасным зельем попросту исчезли неведомо куда. Гномьи чары сработали, как часы. Вскоре злосчастный гримуар уже весело полыхал в плавильной печи. Зелье было вылито в пламя, заставив то окраситься в серебристый цвет и стать жарче. Чем и воспользовался Карвин, выковав меч из сплава, получить которого при обычных условиях не удалось бы даже эльфам и феям.

     Владелец 'Благородного Кабана' с помощью жены заклял клинок и нанес особую вязь рун. Хозяин этого разящего амулета будет редкостно везуч, а его раны будут заживать на теле быстрее, чем у болотного орка.

     - Марда почует, что последняя книга с ее запретными знаниями сгинула. В призрачном состоянии она не сможет сделать копию. Условия наказания не позволят ей продиктовать заклятья Вьюге или кому-то еще. Учениц у нее не было, кроме Верлы. Синеглазая же ведьма не намерена ввязываться в эти дурно пахнущие для всего сущего игры.

     - Болотная колдунья все не желает угомониться. Неужто не понимает, что будет наказана за все свои злые проделки? - лекарь никак не мог взять в толк, почему призрачная женщина так и не смогла смириться с поражением.

     Наказание она, естественно, считала незаслуженным. Озлобившаяся за века душа требовала не просто новой, более счастливой и долгой жизни. Марда жаждала упоения мести. При этом в выборе средств и союзников чародейка никогда стеснялась.

     - Такие женщины даже после смерти умудряются портить кровь окружающим, - Ганора изготовила ножны для Лунниры и, вложив в них клинок, отдала зачарованный меч мужу.

     Клинок повел себя странно: он вспыхнул неярким лунным светом, а все трое сразу поняли, что служить это стальное создание верой и правдой будет только целителю Арлу. Полукровка оказался совсем не готов к такому щедрому дару. Ведь артефакт мог рубить одинаково легко не только препятствия и живую и мертвую плоть, но и любые чары или отражать заклинания. Ничего подобного из-под рук Карвина не выходило за всю его долгую карьеру кузнеца и ювелира.

     Лекарь предчувствовал, что одолеть порождения черного колдовства Марды придется именно им с Луннирой. Он порядком попутешествовал с тогда еще будущими супругами, оттачивая мастерство исцеления даже самых безнадежных ран и воинское мастерство. Восхищенный взгляд синих глаз, горящих из-под шапки серебристых волос, был хозяину 'Благородного Кабана' дороже всех богатств мира. Слишком много мрачных дорог одолела эта троица, став родными душами.

     - Когда придет твое время, Арл, именно вы с клинком склоните чашу весов в нашу сторону, - предрекла Ганора, чей сильный дар предсказательницы помогал им избежать слишком многих коварных ловушек, которые многим их товарищам по нелегкому ремеслу искателей сокровищ и артефактов стоили жизни.

     - Нам надо держаться вместе, - хозяин постоялого двора и трактира 'Благородный Кабан' тяжело вздохнул. Его чутье тоже говорило, что грядут такие времена, что мало никому не покажется. Впрочем, когда Марда плела свои кровавые интриги, по-иному не было, да и не могло быть.

     - Марда попытается отомстить за то, что мы спутали ей все карты. Как же мне надоел этот зловредный призрак. Увы, так и не нашла ответа на вопрос: 'Как отправить неупокоенный дух болотный ведьмы в новое воплощение'? - Ганора была мрачна как пасмурный день поздней осени.

     - Никак, пока ее пакости не преодолеют невидимую границу. Только тогда Силы Леса сами решат, что пора прекращать этот фарс с непредсказуемыми последствиями, и примут меры, - лекарь неопределенно передернул плечами и принялся снова деловито перетирать травы, чтобы приготовить сбор для лечения захворавших от зимней немочи.

     - Жаль, что Они всегда часто вмешиваются тогда, когда уже ничего нельзя исправить, - жена хозяина дома тихонько выругалась сквозь плотно сжатые зубы, вспоминая давнее несчастье, которое по воле феи Мэйвин произошло со всем Волшебным Народом. - Мне тут нравится. Не хотелось бы снова сниматься с насиженного места и отправляться в изгнание на неопределенный срок.

     - Мы сделаем все, что от нас зависит, - черные глаза Карвина были полны такой решимости, что все сразу поняли, что тот просто так не отступится от своей цели.

     - Главное, никак напрямую не влиять на Испытания на Зрелость Эссианн и Верлы. Силы Великого Леса ни для кого не делают поблажек. Правила одинаковы для всех! - полукровка тяжело вздохнул, вспоминая, сколько боли и горя пришлось испытать лично ему, чтобы доказать, что вполне может обойтись без присмотра невидимых нянек и наставников по совместительству. Луннира издала мелодичный звон, подтверждая, что действовать придется крайне осторожно, иначе Скорбящих Стражей может после ухода Волшебного Народа из этих мест остаться шесть вместо трех.

     Тяжело вздохнув, хозяйка дома ушла проверить, не отлынивают ли служанки и сыновья от порученной им работы. Лекарь отправился посетить собственных больных. Мрачный как грозовая туча Карвин остался наедине с невеселыми мыслями о ближайшем будущем. Подумав, решил изготовить напольные амулеты от призраков, чтобы Марда ничем не смогла навредить Эсс и Верле хотя бы под этой гостеприимной для них крышей.

     А в это время Вьюга, решив, что в ее случае, лучшая защита - нападение, устроила сообщнице грандиозный скандал:

     - Ты мнишь себя могучей и непобедимой, а сама даже не можешь сказать, кто обнес нас на гримуар и зелье из Поцелуев Луны! И где я тебе найду новое приворотное? Да и без заклятий из твоей книги мало что могу сделать, чтобы переломить ситуацию в нашу пользу! - в темно-карих глазах уже разгорался огонек безумия, что не могло не порадовать бывшую болотную ведьму.

     Именно этого она, на самом деле и добивалась, желая погубить всех четверых, а не только смертную парочку. Больше всего Марда завидовала богатству и красоте Верлы и способностям Эссианн, а также тому, что та владела собственным Островом. Где была полновластной хозяйкой.

     - Возможно, треклятые Силы Великого Леса снова сунули нос туда, куда их совсем не просили! Эти древние духи мнят себя мудрее и сильнее всех, поэтому не считаются ни с чьим мнением, - ведьма что-то недовольно пробурчала себе под нос, но слишком сильно шуметь поостереглась. Этот противник был ей явно не по зубам. Зазря же рисковать собой интриганка не собиралась.

     - И что нам теперь делать? - блондинка со злости изорвала в мелкие клочья лист дорогущей бумаги, благоухающей ее любимыми духами, и зло посмотрела на сообщницу, которая не уберегла бесценные сокровища для грозной волшбы.

     - Послать Владира за Поцелуями Луны. У меня достаточно умения, чтобы заставить охотника выполнить эту просьбу еще раз, - в голове призрака быстро вызревал хитроумный план.

     Марда быстро учуяла, что мужчина готов сделать первый шаг, в шахматной партии, в которой мнил себя королем. Увы, ему была предложена лишь участь обычной пешки. Причем, стать ферзем ему не дадут свои же 'союзники' по интриге. Владир, посмотрев на амулет, который помогает узнать, когда поблизости окажется одна из больше всего интересующих его девушек, понял, что Эссианн снова решила навестить старых друзей под крышей 'Благородного Кабана'.

     Фея вежливо поздоровалась с гномами, их домочадцами и лекарем и с тревогой во взгляде, выдохнула:

     - Грядут мрачные времена. Нечто подобное тем, когда Мэйвин оступилась и чуть не погубила весь Волшебный Народ и смертных, имеющих несчастье обитать неподалеку от Великого Леса.

     Ганора подобралась, как дикая кошка перед прыжком, и принялась расспрашивать гостью, почему у нее возникли такие страшные подозрения:

     - Эсс, признавайся, что творится сейчас на твоем острове в Проклятых Топях, в сердце которого и таится заповедная для чужаков Обитель Сил Леса.

     - Вы все помните, - девушка выпустила все известные ей чары, чтобы никто и ничто не смогло подслушать их разговор. - В тот год, когда душа Мэйвин обратилась во зло, лепестки Поцелуев луны померкли и стали иссиня-черными. Они источали чернильный мрак, который наполнял души любого, кто видел это страшное чудо, безысходной тоской и жаждой смерти.

     - Деточка, может, тебе приснился дурной сон? - гномка налила гостье успокоительного травяного отвара, списав увиденное на не в меру расшалившиеся нервы.

     - Увы, нет, - брюнетка выудила из поясной сумки несколько ужасным образом изменившихся бутонов. По нежной щеке скатилась одинокая слезинка, оставляя влажную дорожку на бледной коже лесной волшебницы.

     - Скорее, Эссианн. Нам надо немедленно попасть в нашу мастерскую и сжечь эти цветы, а пепел развеять по ветру. Страшный дар Чар Леса не должен попасть в руки Марды, Вьюги или тех, кто ради собственной корысти никого не пожалеет. Даже родную кровь или любимых, - рыжеволосая женщина решительно потянула девушку за рукав.

     Ее дар Предвиденья пророчил ужасные беды и много ужасных смертей, если из этого ингредиента кто-то сварит Зелье Раздора и Похоти. Естественно, подобного поворота событий Ганора позволить не могла. Оставалось надеяться, что Силы Великого Леса не позволят ни одной смертной душе заполучить в свои руки такое страшное и безжалостное оружие.

     Фея и сама прекрасно понимала, что может произойти, если они не будут достаточно бдительны, чтобы не допустить такого ужасного несчастья. Им с женой хозяина постоялого двора удалось незаметно по тайным коридором пройти в кузницу. Ганора собственноручно раскочегарила горн, который уже несколько веков служил Карвину верой и правдой. Заклятья, усиленные жарким пламенем, не оставили от Поцелуев Темной Луны даже праха. Слишком уж хорошо гномка была в курсе, что с помощью даже таких бренных остатков может натворить даже совсем слабая лесная или смертная ведьма.

     Эсс, вернувшись в общую залу, сразу почувствовала взгляд, уколовший девушку аккурат между острых лопаток. Украдкой обернувшись, поймала потемневший от страсти взгляд Владира. Охотник и не скрывал, что желает пополнить дочерью Проклятых Болот свой и без того внушительный список любовных побед.

     Думая, что приворотное из Поцелуев Луны все еще находится в его руках, решил воспользоваться советом, нашептанным охотнику на ухо Мардой 'дружеским советом': 'Плесни зельем в лицо фее. Хоть несколько капель да попадут в цель. Против Верлы это снадобье тебе никак не поможет, она заговорена от приворота. Вьюга же и так бегает за тобой, высунув язык, словно собачка знатной дамы на коротком поводке. Не упусти момент. Кто знает, когда счастливый случай снова сведет вас. Неужели ты думаешь, что Эссианн еще не догадалась, что ты открыл на нее настоящий сезон охоты, мальчик?'

     Подумав несколько секунд, усилила муки страсти очень древним и темным заклятьем. Оно должно было еще больше усилить одержимость Владира Эсс и гарантировать, что хотя бы он своими страданиями усилит могущество призрачной ведьмы. Не в ее правилах было оставлять на волю случаю даже малейшие оттенки интриги, которые она обожала сплетать на горе всем живущим, даже после смерти.

     Прозрачный как слеза младенца отвар оставил на зеленом лифе платья феи безобразное мокрое пятно. Несколько капель угодило на приоткрытые губы, но желаемого эффекта не оказали. Ведь во флаконе из небьющегося стекла был 'Федот да не тот'.

     - Общение с дочкой главы города Льдинки лишило тебя последних остатков разума! Убирайся отсюда! Чтобы и ноги твоей больше никогда не было в 'Благородном Кабане'! - Карвин чуть не взашей вытолкал наглеца.

     Он слишком хорошо понимал, что тот, находясь под действием чар призрака болотной ведьмы, вполне может отправиться на поиски бутонов Поцелуя Черной Луны. Тогда ситуация ухудшится настолько, что и для смертных, и для Волшебного Народа наступят уж совсем мрачные и беспросветные времена.

     Марда соткалась в темном уголке и прошептала

     - Как же ты промухал свое счастье, Владир? Кто-то подменил приворотное зелье в твоем тайнике. Ну, ничего. Есть более верное средство, чем отвар из бутонов болотных цветочков. Только готов ли ты рискнуть, чтобы Верла и Эссианн сами выбросили белый флаг?

     Охотник с большим недоверием посмотрел на призрачную женщину и задумчиво проронил:

     - Однажды я уже доверился тебе. Результат оказался совсем не таким, как ты мне сулила, ведьма.

     - Ты не должен был выпускать флакон из вида, иначе найдутся те, кто не упустит возможности насолить тебе как можно сильнее, - привидение не скрывало того, что сильно разочаровано поведением того, на кого имело определенные планы. - Впрочем, все еще можно исправить. Если ты, конечно, не побоишься отыскать Поцелуи Черной Луны среди зыбей Проклятых Топей. Хотя, риск навсегда сгинуть в трясине велик. Как никогда, велик! Подумай хорошенько перед тем, как принять окончательное решение.

     - Ты не должен был выпускать флакон из вида, иначе найдутся те, кто не упустит возможности насолить тебе как можно сильнее, - привидение не скрывало того, что сильно разочаровано поведением того, на кого имело определенные планы. - Впрочем, все еще можно исправить. Если ты, конечно, не побоишься отыскать Поцелуи Черной Луны среди зыбей Проклятых Топей. Хотя, риск навсегда сгинуть в трясине велик. Как никогда, велик! Подумай хорошенько перед тем, как принять окончательное решение.

     - Хорошо. Я сама покажу тебе заветную тропку, которая приведет тебя туда самым безопасным путем.

     - Хватит тянуть медведя за хвост, колдунья! Я заключу с тобой договор: если Эссианн и Верла не станут моими женщинами, ты будешь вечно служить мне! Иначе, и пальцем о палец не ударю! Слишком много ты о себе мнишь, неудачница!

     - Закрой рот, сморчок. Иначе сделаю так, что навеки сгинешь в болотах!

     - Если открою тебе тропу, ты сможешь переломить ситуацию в свою пользу. Помни, что должен добыть ровно тринадцать черных бутонов. Если сорвать и на один больше или меньше, Силы Великого Леса придут в неописуемую ярость и накажут тебя так, как тебе и в самом страшном кошмаре не привидится! - полупрозрачная женщина в который раз горько пожалела, что давно лишилась тела и не может собственными руками задать нахалу взбучку. Впрочем, ей с трудом удалось удержаться, чтобы не проклясть наглеца. Голос призрака прозвучал деловито. В нем не было и следов бушующих в ее душе разрушительных эмоций. - Послушайся моего доброго совета, Владир. Тогда все твои тайные и явные желания станут сладкой явью.

     - Разве я похож на наивную простушку, какие часто попадаются в мои сети? - темно-карие глаза воззрились на собеседницу с откровенной издевкой. - Если я принесу тебе эти проклятые цветы, ты исполнишь все мои желания? Мне не надо будет подливать приворотное в еду или питье Верлы и Эссианн?

     - В том-то и дело. К тому же, даже кровь Волшебного Народа не спасет их от страсти к тебе. Они будут умолять тебя о каждой встрече и выполнять даже самые безумные твои желания. Подумай, Владир, как много потеряешь, если откажешься от моей помощи.

     - Прямо сейчас ничего не стану делать, приходи завтра за час до полуночи.

     - Неужели думаешь, что стану плясать под твою дудку, мальчишка? - Марда прекрасно понимала, что охотнику придется пойти на любые условия. Иначе он никогда не сможет получить желаемое никогда. - Хорошо, сейчас я уйду. Только не думай, что буду миндальничать с таким неудачником, как ты, - и призрачная колдунья истаяла, точно болотный морок.

p align=justify>      Владир тяжело вздохнул и отправился в общую залу ближайшего трактира, чтобы залить собственное разочарование крепким вином. В 'Синем Вечере' кормили не так вкусно и сытно, как в 'Благородном Кабане'. Только туда ему теперь хода не было. Дожевав сильно подгоревшую кашу с кусочками откровенно пережаренного мяса и так и не допив кислое вино, которое подала неряшливого вида служанка, ушел в грязную комнатку с серым постельным бельем, которую давно не проветривали. Расплатившись несколькими медяками за ужин и постой, мужчина удалился в довольно грязную комнатку. Он уже не один раз пожалел, что не может переночевать под крышей заведения Карвина и Ганоры.

     Спать среди пыли и паутины у него не было ни малейшего желания. Решив стребовать назад серебряную монету, которую затребовали с него за ночлег, спустился вниз и отправился разыскивать хозяина этого сомнительного заведения. Естественно, так и не обнаружил. Мелкий для своей расы болотный тролль Выгх показываться мужчине на глаза наотрез отказался и денег, естественно, не вернул.

     Злой, как неприкаянный болотный призрак, Владир торопливо покинул город. Ему удалось добраться до уютной и чистенькой сторожки в лесу, где он частенько останавливался, так как не любил толчеи и многолюдности Льдинок или любого другого города.

     К сожалению, покоя он не обрел и тут. Как только языки пламени в печи отбросили на пол, потолок и стены единственной в домике комнаты тени, Марда почтила его своим личным присутствием.

     - Вьюга снова спутала нам карты обоим. Она настолько глупа и спесива, что иногда пугает даже меня. Впрочем, есть одно средство, которое еще может переломить ситуацию в нашу пользу...

     - Ты все еще не оставила надежды утопить меня в Проклятых Топях, ведьма? - темно-карие, почти черные глаза недобро буравили бестелесную собеседницу, довериться которой мог только полный идиот либо утратившая последний стыд девица.

     - Странные дела снова творятся под пологом Великого Леса. Расцвели на изумрудных кочках Поцелуи Черной Луны. Если ты сможешь добыть их, в чем я сильно сомневаюсь, то еще сможешь украсить список своих побед над дамами этими тремя жемчужинами.

     - Это чересчур опасно, колдунья. Чего ж сама не нарвешь цветочков на варево. Ведь ты и так давно мертва, Марда... - мужчина никак не желал рисковать своей шкурой в слишком уж беспросветной авантюре.

     В Час Полнолуния топи Волшебного Народа были очень опасны. Слишком у многих смертных они отняли разум, превратив их в блуждающие по кочкам полумертвые тени с безумными глазами. Несчастные тщетно искали то, без чего или кого, как они ошибочно считали, никогда не смогут обрести счастье в этой жизни.

     - Вьюга продешевила! Я всем расскажу, что великолепный Владир стал трусом! Неужели так боишься за свою никчемную жизнь, что отказываешься от единственного пути, который приведет тебя к победе без всяких 'если' и осечек? Потерявшая от страсти голову девица допускает одну ошибку за другой. Ей не дано исполнить желание своего сердца. Ты ведь не собираешься жениться на дочери главы Льдинок?

     - Вьюга продешевила! Я всем расскажу, что великолепный Владир стал трусом! Неужели так боишься за свою никчемную жизнь, что отказываешься от единственного пути, который приведет тебя к победе без всяких 'если' и осечек? Потерявшая от страсти голову девица допускает одну ошибку за другой. Ей не дано исполнить желание своего сердца. Ты ведь не собираешься жениться на дочери главы Льдинок?

     - Невелика птица, чтобы за обладание ею расплачиваться собственной свободой.

     - Да, соколик, ведь у тебя нет ни земель, ни иных богатств. Радуйся жизни, пока старость не лишила тебя единственной возможности морочить простушкам не слишком умные головы, - Марда сразу почуяла, что затронула нужную струну в душе строптивца. Владир уже разменял четвертый десяток, поэтому стал замечать, что удостоившиеся его благосклонного взгляда молодые селянки и горожанки все чаще обращают внимание на более молодых или успешных мужчин.

     - Это не твоя забота, Марда. Сколько у меня есть времени, чтобы все обдумать?

     - С рассветом Поцелуи Черной Луны исчезнут без следа. Кто знает, когда Чары Великого Леса снова решат, что пришла им пора насылать безумие страсти на наши головы в качестве жестокого, но очень поучительного урока.

     - Хорошо, я принесу тебе бутоны. Ровно тринадцать. Ты сваришь для зелье и больше не будешь ничего требовать от меня! Согласна?

     - Да, принеси мне растения. Мою душу будут греть страдания этих гордячек! Я говорю об Эссианн и Верле! - и призрачная ведьма безумно расхохоталась, так как Силы Леса давно лишили ее остатков разума.

     Решив, что дальше тянуть с этим делом больше нет никакого смысла, неторопливо оделся, прихватил с собой верное ружье и растворился в ночной мгле под довольное улюлюканье болотной колдуньи.

     Проклятые Топи встретили чужака совсем неласково: огромная сова пролетела так близко от его лица, что жесткие серые перья неприятно царапнули обветренную от вечных скитаний кожу. Круглые желтые глазищи пророчили мужчину неминуемую беду, если тот не уберется туда, откуда пришел в эти переполненные чарами земли.

     Под ногой жадно чавкнула ненадежная кочка. Проклятые Топи почти каждый день сбирали кровавую жатву с тех, кто посмел сунуть нос в эти опасные и суровые земли. Особенно, если наглец осмелился на путешествие в ночной темноте, да еще в Новолуние. Неверного света звезд было слишком мало, чтобы достаточно хорошо видеть едва заметную тропку под собственным носом.

     Один неверный шаг мог привести к тому, что Владир навеки сгинет в этих болотах. Он станет одним из многочисленных призраков, которые охраняли эти просторы от тех, кто пытался поживиться за их счет. Охотник поскользнулся на оказавшимся слишком скользким пятачке относительно твердой земли и с трудом удержал равновесие. Только хозяин ближайшего омута не собирался выпускать из жадных лап такую роскошную добычу.

     Зеленая чешуйчатая лапа с ногтями, сильно смахивающими на звериные когти, намертво вцепилась в голенище добротного сапога. Мужчина слишком хорошо понимал, чем такое положение дел может окончиться конкретно для него. Для начала попытался вызволить из плена добротную и почти новую обувь. Он тыкал лапищу острым охотничьим ножом, но правитель этой части болот не собирался отступать, хотя капли черной крови все чаще тревожили зеркало заросшей ряской воды.

     Тогда несчастный попросту скинул сапог и постарался как можно скорее добраться до знакомого островка твердой каменистой земли. На его вершине, точно лесная корона, высились три чахлые березки. Опершись ладонью на чуть шершавую бело-черную кору, незваный гость замер каменной статуей. Сердцеед и кутила только сейчас понял, что топчий получил только обувку с левой ноги. А ведь мог оттяпать и всю его никчемную и временами совершенно бесполезную жизнь на веки вечные в качестве бессменного стража собственных угодий.

     Несколько раз глубоко вздохнув, развел небольшой костерок, собрав относительно сухого мусора. Надо было достать из мешка новый сапог и приготовить горячую похлебку из полосок вяленого мяса и крупы, щедро сдобренную сушеными травами. Отступать не привык, поэтому не собирался возвращаться к Марде без вожделенных тринадцати бутонов Поцелуев Черной Луны. Он и не заметил, что увлечение Эссианн уже граничит с одержимостью феей. Даже две остальные женщины почти не вызывали в его душе такой неуемной жажды обладания, как в случае со спасшей его на болотах дочери Волшебного Народа.

     Покрепившись и чуть обсохнув, Владир решил, что света явно недостаточно, чтобы провернуть темное дельце, на которое его сподвиг призрак болотной колдуньи. Поэтому заправил маслом карии специально изготовленный кузнецом фонарь и только потом осторожно отправился дальше, внимательно глядя себе под ноги и не жалея фитиля. Подводные жители Проклятых Топей яркий свет не жаловали, поэтому предусмотрительно убирались прочь с дороги строптивой добычи, которая никак не желала попадать в их сети.

     Отовсюду из тьмы за пределом серебристого круга доносились возмущенные вопли и неприкрытые угрозы. Только охотник не привык учитывать чьи-то интересы, кроме своих собственных. До поляны, где струили чернильное сияние Поцелуи Черной Луны, было еще далеко. Даже самая же темная и длинная ночь году не могла длиться вечно. Владир с досадой понял, что ему придется поторапливаться. Если он, конечно, по-прежнему хочет заполучить неуловимую фею в свои жаркие объятия.

     Перед глазами в тот же миг соткался нежный образ дочери этих коварных и смертельно опасных мест. На этот раз девушка и не думала упрямиться, а с мольбой в каре-зеленых глазах сама протягивала к искусителю руки, похожие на крылья волшебной птицы Аллирр. Та, по поверьям, приносила тем, кто ее хотя бы раз в жизни видел, счастье, удачу и баснословное богатство.

     Охотник криво усмехнулся и едва слышно выдохнул:

     - Мне плевать, человек ты или нет, Эсси! Ты будешь моей ровно до тех пор, пока я не утрачу к тебе интерес! Я всегда добиваюсь своего! Никто не смеет противиться моим деланиям! Будь то ведьма-полукровка Верла, ветреная и эгоистичная Вьюга, или ты, болотная колдунья, мимоходом похитившая мой покой! - ответом мужчине послужила равнодушная тишина, которая ворочалась и дышала, словно живая, но продолжала держать свое мнение при себе.

     Тяжело вздохнув, незваный гость принялся осторожно пробираться на заветную полянку, где росли зачарованные Новолунием цветы. Тринадцать бутонов отделяли его от самой желанной в настоящее время мечты. Отказывать же себе, даже в малом, брюнет не привык и учиться этой важной житейской премудрости не собирался никогда.

     Эссианн вздрогнула, когда ночная мгла заунывным голосом прокричала: 'Владир! Владир! Владир!'. Да так громко, что эхо до полусмерти перепуганной птицей заметалось в тщетной попытке обнаружить заветную лазейку на волю.

     Кириэль, почувствовав, что его возлюбленная чего-то безумно боится, ласково обнял девушку за хрупкие плечи и тихо спросил:

     - Что случилось, Эсс? Помни только об одном: Чары Великого леса никому не дают заведомо невыполнимых испытаний. Как только ты пройдешь испытания на зрелость, уже никто и ничто никогда не сможет разлучить нас. Это, всего лишь, возомнивший о себе невесть что смертный. На наше счастье, он не маг и не колдун. Иначе все это могло бы стать слишком сложным даже для феи.

     - Ему помогает призрак Марды. Ты забыл, что в Сердце Болот раскрыли свои лепестки Поцелуи Черной Луны? - девушка вздрогнула всем телом, уж она-то слишком хорошо представляла, на какие мерзости способен неприкаянный призрак болотной колдуньи. Женщина когда-то была наставницей тогда совсем еще юной Верлы.

     Эльф прекрасно понимал, чего боится его спутница, только вмешаться и в малом не имел права. Даже советом. Кара для них обоих была бы слишком велика. Поэтому мужчина просто ласково посмотрел на свою подругу и осторожно прижал к себе. Эсс расслабилась, наслаждаясь теплом и покоем. Их в ее жизни с каждым улетевшим днем становилось все меньше.

     - О Дану! - всхлипнула Эсс. - Владир даже не замечает, как безумие гасит остатки разума в его и без того не шибко умной голове! Он! Он! - фея уткнулась в плечо блондина и испуганно всхлипнула.

     - Польстился на лживые посулы Марды и посмел сунуться в Проклятые Топи в такую опасную и страшную ночь. Запомни, Эссианн, ты - не простая смертная, а дочь Дану. Поэтому даже Поцелуи Черной Луны не смогут заставить тебя что-то сделать против твоей воли.

     - Так-то оно так, но призрачная колдунья может сделать нечто подлое и ужасное, что и мы с Верлой будем вынуждены уступить принуждению сваренного ею зелья. Неужели ты не видишь простой истины? Мешать охотнику самому идти, куда вздумается, никто не имеет права. Как и Вьюге уплатить за сиюминутную блажь собственной жизнью и душой, - лекарь слишком хорошо видел, какие изменения уже претерпели эти двое смертных людей. Ничего хорошего их в будущем не ожидает, если они не смогут найти себе силы и свернуть с заведомо гибельного пути.

     Брюнетка тихонько вздохнула, соглашаясь, что похитивший ее сердце мужчина совершенно прав. Она может отвечать перед Силами Леса только за собственные решения и поступки. Никого впутывать в Испытания на Зрелость никто не вправе, как бы не было тяжело и плохо.

     Отогнав невеселые мысли, девушка слабо улыбнулась и поспешила вернуться внутрь своего дерева, чьи чары могли ощутимо снизить воздействие на него колдовства Марды. Призрак болотной ведьмы всегда считал, что 'цель оправдывает средства' и 'после нас хоть потоп'. Кириэль наложил на остров своей возлюбленной все защитные плетения, какие только знал. Лекарь не мог напрямую вмешиваться в хитросплетения интриг Сил Великого Леса, но ему не возбранялось ослабить негативные эффекты, если кто-то из актеров разворачивающейся драмы решался на слишком грязные по здешним законам приемы.

     Подумав, решил обратиться к Марле за советом, как можно было ослабить воздействие зелья, изготовленного из Поцелуев Черной Луны, не нарушая правил этой жестокой игры, через которую каждый из них обязан пройти раз в жизни. Только в этом случае сын или дочь Народа Дану считались взрослыми и могли принимать самостоятельные решения, которые не имели права оспаривать даже родители.

     Дополнительно Кириэль укрыл маленький оазис среди болот 'Пеленой Волшебства'. Он совсем не хотел, чтобы надоедливый смертный, не дай Богиня, свалился Эссианн как снег на голову в тот самый момент, когда она растеряна и наиболее уязвима на радость тем, кто не умеет играть честно. Как оказалось, мужчина прошел свое собственное испытание. Силы Леса даже похвалили лекаря за заботу о молодой фее, не вмешиваясь напрямую в ход Испытания на Зрелость.

     Раздались хлюпающие шаги, перемежаемые крепкой бранью, и эльф воочию увидел своего соперника в нелегком деле завоевания любви Эсс. Владир, жестоко искусанный комарами и болотной мошкой, взмокший от пота и перемазанный как кабан, намеренно вывалявшийся в жирной грязи. Бедолага, на чем свет стоит, ругал и Проклятые Топи, и мерзкую ведьму, которой позволил втравить себя в такую сомнительную авантюру.

     Упитанная летучая мышь с противным писком пронеслась мимо, больно ударив незваного гостя по давно небритой щеке, предрекая позорное фиаско чужаку. Потом она исчезла в непроглядном мраке ночи под аккомпанемент карканья старого ворона. Мудрая птица тоже была очень недовольна беспардонным вторжением простого смертного в тишину Великого Новолуния, когда в здешних местах бродило такое зло, что избегать встреч с ним старались даже Дети Дану.

     Из зеленоватых вод заводи посреди трясины показалась бледная женская рука. Потом Владир увидел непередаваемо прекрасное женское лицо с бездонными серыми глазами. Голос незнакомки был тих, но он разобрал каждое слово:

     - Послушай доброго совета болотной девы, Владир. Когда-то и я была не в меру самонадеянной колдуньей. Посмотри, кем стала из-за собственной глупости и самонадеянности. Обычной болотной нежитью. С тобой может случиться нечто гораздо более ужасное, - несчастная судорожно всхлипнула, снова и снова коря себя за то, что доверилась Марде и ее жизнь окончилась, так толком и не начавшись. - Она тоже посылала меня за Поцелуями Черной Луны. Я приглянулась хозяину этого омута, и болото поглотило меня навсегда. Ты не понимаешь, что значит стать бессмертной и вечно юной, утратив все свои способности и человеческую суть! Такой страшной жертвы не стоит даже награда в виде сильно возросшего ведьминого дара. Беги отсюда, пока еще можешь.

     - Мне нужна фея! Я не ищу любви простой смертной женщины! Если уж на то пошло, всего-то и надо, чтобы она молча подчинилась моим желаниям. Не более того. Не думаю, что наша сказка продлится долго... Все, с кем сталкивала меня судьба, слишком быстро мне приедаются.

     - Остановись, пока не стало слишком поздно, - выдохнула девушка и снова ушла под воду.

     Увы, она с горечью поняла, что ей так и не удалось достучаться до разума глупца, которого Чары Великого Леса уже наградили безумным влечением к Эссианн. Оно будет день ото дня разгораться подобно лесному пожару в жаркое и засушливое лето. Только эта страсть не будет никогда утолена, если дочь Волшебного Народа сможет устоять перед искушением и колдовским принуждением варева из бутонов Поцелуев Черной Луны.


********

     Под болотными сапогами жадно хлюпала жирная топкая грязь. Увы, Владир уже не был в состоянии прислушаться к доводам даже собственного здравого смысла. Слишком уж мимолетно было цветение Поцелуев Черной Луны. Как он уже понял, что иначе строптивая фея никогда не станет плясать под мелодию его желаний. Плотские утехи давно уже наряду с охотой стали единственной радостью в жизни. Любовь не входила в число способностей мужчины, а еще крепкое тело требовало удовольствий и ласки.

     Незваный гость не сразу заметил, что все тропки свиваются в клубки, точно рассерженные змеи, вот-вот готовые вонзить в наглеца ядовитые клыки. Силы Великого Леса уже поняли, что этот смертный падет жертвой своей слабости. Как и безголовая и импульсивная Вьюга. В отношении же Верлы и Эссианн они пока еще ничего не могли сказать, но надеялись, что никто из них не повторит печальной судьбы Мэйвин.

     Владир сразу заметил странные бутоны, чьи лепестки струили странное черное сияние. Торопливо срывая хрупкие головки, не отвлекался ни на что. Их должно быть ровно тринадцать, иначе сам сгинет из-за собственной невнимательности в этих гиблых местах.

     Осторожно уложил добычу в специальную плетенку, такой частенько пользовались целители. После чего, соблюдая все меры предосторожности, двинулся в сторону человеческой деревни у самого края этих заповедных земель. Незваный гость и не заметил, что из ночного полумрака на него смотрят властители здешних мест. Три пары изумрудных глаз смотрели с нескрываемым осуждением, щедро приправленным печалью. Они сразу поняли, что смертный отказывается прислушиваться к все более слабому писку собственного чутья. Поэтому выпустили лесные чары на полную мощь.

     Теперь оставалось подождать, чтобы узнать, справятся ли дочери Волшебного Народа со свалившимися на них испытаниями не так плохо, как бедовый брюнет. Бедняга Владир мнил себя вправе требовать взаимности от любой особы женского пола, на которую падет его благосклонный взгляд.

     Эссианн проснулась от осознания того, что охотник, все же, совершил самый ужасный поступок в своей жизни. Именно из-за него охотник и понесет тяжелую кару за собственную неосмотрительность и глупость. Даже несмотря на то, что его пыталось остановить даже собственное чутье. Фея на пару мгновений задумалась, а потом отправилась к превращенной в дерево Марле. Настало время получить ответы на тревожащие ее чуткую душу вопросы. Дочь богини Дану хотела узнать, чем опасно для нее и Верлы зелье из источающих полночный мрак бутонов и что теперь со всем этим делать.

     'Ты должна не откликнуться на все его призывы. На любые предложения четко отвечать, что тебе не нужен никто, кроме Кириэля. Только в этом случае чары Черной Луны не навредят, а лишь усилят вашу с твоим эльфом любовь. Не допусти той же ошибки, которая стоила жизни моей дочери Мэйвин, - невольно прозвучавший среди шелеста ветвей вздох Хранительницы Великого Леса сразу дал учуять девушке, что Марла именно себя считает себя главной виновницей тех давних несчастий. - Запомни, никто не вправе считать себя выше остальных и требовать исполнения любой прихоти, которая придет не в шибко умную голову. Вы с Верлой еще можете с честью справиться с этими испытаниями. Вьюге и Владиру такой подвиг, к моему сожалению, не по силам'.

     'Они, всего лишь, слабые духом смертные, не наделенные достоинствами и талантами Детей богини Дану. Неужели нельзя отпустить их и сделать так, чтобы им не пришлось слишком сильно пострадать из-за своей врожденной слабости'? - брюнетка чувствовала, что неугомонная парочка получит слишком жестокие уроки благодаря спеси и собственной глупости.

     'Силы Великого Леса каждому дают только те испытания, с которыми он сможет справиться. Если, конечно, возьмет себя в руки и не позволит себе сделать ни одного не правильного шага', - голос старшей феи прозвучал с плохо скрываемой тревогой за будущее.

     Эсс сразу поняла, что эти двое обречены просто потому, что привыкли идти на поводу у собственных желаний. На окружающих же им было абсолютно наплевать. Не было совсем никакого дела ни до чего, кроме личных интересов. Ей не оставалось ничего, кроме как вернуться на свой остров и ждать, как будут дальше развиваться события. Терзаемая неизвестностью, брюнетка вернулась на свой остров и попыталась с помощью снов получить подсказки, чего следует ожидать к концу уже сегодняшнего дня.

     Вьюга сразу почуяла, что Владир пытается вырваться из клейкой паутины ее лихо закрученной интриги. Естественно, такой поворот событий в планы дочери главы Льдинок никак не вписывался. Вкрадчивый голос Марды над самым ухом не заставил девушку ни содрогнуться от омерзения, ни даже вздрогнуть:

     - Хочу предупредить тебя об опасности, госпожа моя, - голос, похожий на шелест сухого тростника. - Тот, кого ты хочешь видеть своим мужем, желает развлекаться в обществе сразу трех подруг. Одна из них - чистокровная фея. Вторая - ведьма-полукровка. Какую жертву ты готова возложить на алтарь своей страсти?

     - Все, что угодно, кроме собственной молодости, красоты и жизни! Она не должна стать короче ни на один миг! - серебристый локон лишь оттенил бездонный взор темно-карих, почти черных глаз. - Что ты потребуешь за дельный совет, ведьма? Как ты понимаешь, я слишком долго иду по этой дороге, чтобы теперь повернуть обратно!


Оценка: 7.30*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Респов "Небытие Демиург"(Боевое фэнтези) У.Соболева "Пока смерть не обручит нас"(Любовное фэнтези) В.Казначеев "Искин. Игрушка"(Киберпанк) В.Пылаев "Видящий-2. Тэн"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) Ф.Вудворт, "Эльф под ёлкой"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Минаева "Академия запретной магии-2. Пробуждение хранителя"(Любовное фэнтези) М.Боталова "Беглянка в империи демонов 2. Метка демона"(Любовное фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Боевая фантастика)
Хиты на ProdaMan.ru Невеста двух господ. Дарья ВеснаТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-Подари мне чешуйку. Гаврилова АннаЧудовище Карнохельма. Суржевская Марина \ Эфф ИрТайны уездного города Крачск. Сезон 1. Нефелим (Антонова Лидия)Проклятье княжества Райохан, или Чужая невеста. ИрунаОфисные записки. КьязаВОЗВРАЩЕНИЕ. Конвалюция. Лана ЛэйВолчий лог. Сезон 1. Две судьбы. Делия РоссиКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова Дана
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"