Ведьмин Евгений Николаевич: другие произведения.

Так звучит тишина

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.94*4  Ваша оценка:


  
   Не открывали долго, и я уже думал уйти, но дверь осторожно приоткрылась. Немолодой арканец сдержанно наклонил голову в приветствии, я быстро ответил тем же и хлопнул ладонью по зачехленной гитаре за спиной. Инопланетянин колебался несколько секунд, синие глаза едва заметно потемнели, - он не хотел, чтобы кто-то видел, как порог его дома переступает человек. Хотя между обеими расами установились партнерские отношения, людей не слишком-то жаловали среди "певчих". Ходили слухи, будто некоторые арканцы считали непристойным приводить домой человека без необходимости. К счастью, вечерние улицы Бартиса пустовали, и арканец отошел в сторону, давая войти.
   В просторной комнате находилось еще четверо сородичей хозяина: видимо, жена и трое детей.
   Арканец коснулся моего плеча, и указал на стул в углу комнаты. Я кивнул и, усевшись, принялся расчехлять инструмент. Инопланетяне сели полукругом напротив, и когда глава семьи позволил, я коснулся струн.
   - Меня зовут Максим, о чем бы вы хотели услышать? - отозвалась гитара.
   Арканец очень красиво и ритмично запел: голос мелодично переливался от фальцета до баса:
   - Зовите меня Атти. Расскажите немного о себе, - понял я.
   По большому счету им неважно кто перед ними. Простая формальность - оценить насколько хороша игра человека.
   Ноты - те же буквы, только язык музыки, как мне кажется, намного богаче и ярче. Струны послушно сплетали бархатный звон в причудливый рисунок. Иногда мелодия была радостной, а ритм - бойким, а порой - печальной и отрывистой. Так звучала моя краткая биография. Когда я закончил, подруга арканца с явным одобрением пропела:
   - Славная техника. Вас научил Искусству один из наших? - последнее прозвучало с опаской.
   Вопрос застал врасплох. Людям сложно обучать друг друга музыкальной речи "певчих". Хорошее мастерство мог передать только арканец. Их настороженность была обоснованной - когда-то секрет пения добывали насильно. И хотя такие методы жестко преследовались законом обеих рас, подобное варварство существовало до сих пор.
   Даже вздумай я соврать, ничего бы не вышло, Искусство не терпит лжи.
   - Меня обучил друг, - прозвучала в ответ гитара.
   Они некоторое время молчали. Глаза всех пятерых посветлели, - удивление.
   - Друг... - задумчиво протянул Атти. - Как его звали?
   Я послушно наиграл имя. Повисла тишина.
   - Маттисс... Слышал о нем, - нарушил молчание хозяин, голос едва уловимо дрогнул. - Он... он погиб. Вы хорошо его знали?
   Я не стал отвечать звуками, просто покачал головой. Арканец хотел было задать очередной вопрос, но вмешалась мать семейства:
   - Мы небогатая семья. У каждого из нас только по одной мелодии: для поиска воды, спокойного сна, утоления голода, поиска мелких потерянных вещей и способность лучше видеть в темноте.
   - Меня устроит, - учтиво проиграл я. В глазах арканки отразилось понимание.
   - Торговец? - коротко запела она.
   Я улыбнулся и отрицательно мотнул головой, пояснил:
   - Скорее сборщик, увлеченный коллекционер. - И небрежно добавил: - Ищу в Бартисе одного арканца. Его зовут Пахадтин... мне сказали, что он обладает очень интересной мелодией. Может, подскажете, где его можно найти?
   Они удивленно переглянулись, затем Атти с подобием насмешки пробасил:
   - Паха живет на восточной окраине, вам вряд ли будет интересна его мелодия.
   - Отчего же? - искренне удивился я.
   Арканец вздохнул, тихо пропел:
   - Мелодия Пахи - от запахов.
   Маленькие инопланетяне поспешно спрятали лица в складках тоги. Но задорно сверкнувшие глазки выдали их.
   - От особых запахов, - многозначительно добавил арканец и очень картинно закрыл ноздри двумя мясистыми пальцами.
   На моем лице, видимо, очень красноречиво отразилось замешательство и разочарование.
   - Что ж, такой мелодии в моей коллекции точно нет, - попытался шутливо отыграть я.
   Дети арканца прыснули, и Атти строго пропел:
   - Не будем задерживать гостя расспросами. К делу... Нам очень интересны человеческие эмоции.
   - Какие именно? - пробежал я пальцами по струнам.
   - Любовь и печаль, в частности. Мы слышали, они очень мощные по воздействию.
   Я кивнул. Среди арканцев было распространенным явлением слушать человеческие чувства и переживания, переданные через музыку. И не из праздного интереса. Выраженное музыкантом чувство действовало на инопланетян подобно катализатору, толчку, пробуждающего новую мелодию. Одни называли это вдохновением, другие - допингом. Зачастую арканцы сторонились бродячих бардов, считая позором прибегать к подобным услугам. В таком городке, как Бартис, много бедных семей, так что желающих обменяться предостаточно. Чем большим количеством мелодий владел арканец, тем большим выбором профессий он обладал, и соответственно - благополучием. Обычно мелодии раскрывались очень медленно, с годами. К преклонному возрасту их могло развиться, в среднем, три-пять. Но выраженные через Искусство эмоции людей значительно ускоряли этот процесс.
   Я степенно начал перебирать струны, собирая первую мелодию, выражавшую любовь - то яркую и нежную, то грустную и кроткую. Когда закончил играть, арканцы некоторое время возбужденно перебрасывались щелчками, после чего меня попросили изобразить печаль...
   Закончив, я выбрал из имеющихся у семьи мелодий две: для спокойного сна и утоления голода. На рынке подобные песни ценились не высоко и не особенно пользовались спросом. Куда более желанным для торгашей были сложные и редкие мелодии - поиска ценных металлов, перемещения на большие расстояния... Но добыть их было очень сложно.
   Арканцы по очереди напели мне свои мелодии, - достаточно простые, запомнить и повторить их труда не составило.
   Когда я уже собрался уходить, у самых дверей Атти попросил меня задержаться. Приблизившись, он тихо, чтобы не слышали остальные, прошипел:
   - Друг успел передать вам свою мелодию?
   Широко открытые сапфировые глаза часто мерцали в сумраке комнаты - он не скрывал волнения. Я ответил не сразу. Взглянул через плечо арканца, дабы убедиться, что никто не смотрит в нашу сторону, затем кивнул. Он прищурился, всматриваясь в мое лицо.
   - Я знал силу его песни... большая редкость, - прощелкал он, ступив еще ближе. - Его убили из-за нее. - Арканец крепко сжал мое запястье. Глаза его потемнели.
   - Мне тоже очень жаль. - Обычные человеческие слова прозвучали грубо на фоне голоса инопланетянина. Возможно, наша речь для них и примитивна, часто не ясна, но я знал, что он меня отлично понял. Арканец выпустил мою руку, отступил на шаг, и как бы извиняясь за вольность, коротко поклонился. Я кивнул.
   Когда я был уже снаружи, он не удержался и спросил:
   - Вы пользовались ею? Хоть раз?
   Некоторое время я смотрел в его бледное лицо, но отвечать не стал.
   Голубое сияние глаз медленно растаяло в темноте, и Атти затворил дверь.
   Что ж, две мелодии тоже хорошо. Как сказал бы старина Маттисс: "тоже звук". Я взглянул в чужое небо, щедро запорошенное звездами, и двинулся по узенькой улочке, ведущей на восток.
   С каждым шагом во мне росло волнение. Пахадтин поселился в Бартисе полгода назад. Арканец, видимо, искренне считал, что сбил со следа службы розыска. Надо признать, ему это почти удалось: он изменил внешность, прикинулся простаком, оборвал связи с подельниками. Не постыдился даже наняться на малооплачиваемую работу. Он был приветлив и вежлив с местными, кое с кем водил дружбу. Паха стал почти своим. Почти.
   Мы долго его искали, а когда нашли не стали устраивать облаву - боялись спугнуть, риск слишком велик. Позволили пожить тихо-мирно, дабы чувство опасности притупилось. Периодически подсылали сюда бардов, чтобы негодяй попривык к подобным визитам. Правда, он частенько менял жилье, селился в разных уголка Бартиса, - видимо, постоянная травля оставила свой отпечаток. Из-за этого и приходилось расспрашивать о нем жителей городка.
   Его хибара, - домом это назвать было сложно, - одиноко стояла на пустыре, обнесенная ветхой оградкой из сухой лозы. В окошке еще светилось, и я постучал.
   Я просто очередной бродяга, собирающий мелодии...
   Паха был одет в обычную одежду арканцев - тогу до колен. Голова перевязана запятнанным платком. Лицо строгое, но ничем не запоминающееся. Он действительно выглядел здесь своим. Вот только оценивающее, выискивающее мерцание глаз выдавало его.
   - Чего тебе? - небрежно бросил он. Я указал рукой за спину, на гитару, потом заткнул нос и изобразил неловкую, стеснительную улыбку. Пахадтин фыркнул, затем махнул рукой, приглашая войти.
   - Что, свое говно тоже воняет? - отпел он, подставив мне низкий неудобный стул. Я, как бы извиняясь, пожал плечами. Паха шумно выдохнул, с понимаем так, совсем как человек, и опустился на зашарканную подстилку на полу.
   - Пригодится. - Я лихо сложил пару аккордов, давая почувствовать свой уровень. Паха понимающе кивнул, глаза сверкнули. Он пожевал тонкими губами, с интересом рассматривая мою гитару, потом тихо пропел:
   - Боль и оргазм. Одновременно. - В этом был весь он. Совсем на одно мгновенье, он открылся в этих коротких звуках, обнажая свою чудовищную сущность. Я щелкнул "хорошо", стараясь не выдать волнения. И принялся играть, стараясь совместить два ощущения.
   Мелодия получилась отвратительной и долгой, но Пахадтин явно был другого мнения. Некоторое время он сидел, прикрыв глаза и вслушиваясь в затихающий отзвук последнего аккорда.
   - Ты нервничаешь... - не открывая глаз, запел Паха. - Твоя балалайка говорит мне.
   Спина взмокла. У него был хороший слух, я знал. Но чтобы настолько...
   - Впервые играю подобное сочетание, - быстро пояснил я.
   - Впервые... Твоя игра никуда не годится.
   Сердце предательски часто застучало.
   Паха приоткрыл веки. Безгубый рот карикатурно растянулся в улыбке.
   - Да брось, я же шучу. Отличный стиль, мне нравится, явно наш учил...
   Он не очень удачно изобразил человеческий хохот, больше походивший на кашель.
   - Да, арканец. - Отвечать было вовсе не обязательно, но пальцы как-то сами скользнули по струнам, губы растянулись в фальшивой улыбке.
   - Ладно, вот, слушай свою мелодию.
   Он пропел коротенькую песнь, совсем простую. Подождал пока я повторю, а затем поднялся, явно намереваясь выпроводить меня. Дело шло под откос, и я наиграл, как можно более заговорщицки:
   - Есть в городе, что-нибудь стоящее? - Выдержал паузу, он обернулся, и поймав в его глазах интерес, добавил: - Или, быть может, у вас найдется кое-что необычное.
   Ход рискованный, но стоило понадеяться на его алчность. А имелось ли у Пахадтина "кое-что" сомневаться не приходилось. По сведениям сыска - арканец владел немыслимым числом мелодий: больше ста.
   Он отошел от дверей, задумчиво покосился в окно, потом вернулся на подстилку.
   - Найдется, - отозвался Паха. Я вопросительно развел руками. - Есть мелодия... - он ухмыльнулся, - для женщин. Споешь себе - а потом идешь в людное место, ну или где полно девок, и кому первое слово скажешь - та твоя. - Он хитро прищурился, мурлыкнул: - Сделает все, что пожелаешь. Правда, действует только три часа, но, я думаю, тебе хватит.
   О таком я даже не слышал. Конечно, существовали разные, казалось бы, странные мелодии, но с подобной столкнулся впервые. Паха не врал, я понял по тону - такая мелодия у него действительно есть. Держу пари: он ею часто пользовался.
   Каким надо быть, чтобы раскрывать в себе подобную мерзость?
   - Класс, - восхищенно отозвались струны. - То, что надо.
   - Возьму дорого: пять эмоций, два впечатления, ну и с пару интересных воспоминаний. Желательно попикантней.
   - А вы ценитель, - заметил я.
   - Еще какой. - Голос прозвучал неожиданно резко, грубо. Он замолчал, пристально глядя на меня. Я хотел уже нарушить тишину, но Паха процедил, не отводя взгляда: - Начинай со страха. Дикого, густого, животного. Вроде того, какой бывает у овцы, понимающей, что ее сейчас разорвет матерый волчара.
   За одно короткое мгновение мысли сжались в очень явственное чувство - он просто играл со мной. Паха раскусил меня, но делал вид, будто его одурачили. Забавлялся. А теперь открылся. Я не успевал сыграть мелодию Маттисса в любом случае: она звучала шестьдесят три секунды. Мелодия Пахадтина, его врожденная песнь, убивала за одиннадцать. Радовало только одно - он тоже не успевал.
   Перехватив гриф, я изо всех сил махнул гитарой, надеясь угодить декой в голову Пахи. Арканец ловко прижался к полу, и инструмент лишь рассек воздух. Я ушел в сторону, и обрушил гитару на Пахадтина. Корпус разлетелся в щепки, глухо лопнули струны. Преступник успел уклониться и удар задел только его плече. Главное - не дать инопланетянину время на песнь.
   Он прытко вывернулся, оттолкнулся и, обхватив руками мои ноги, рванул на себя. Гриф я не выпустил и, падая, попытался им отбиваться, и даже попал, но, на противнике это не отразилось. Цепкие руки сжали запястья, мне удалось вырваться и, оттолкнув Паху от себя, сильно ударить его ногой в живот. Он завалился на бок, с хрипом втягивая воздух, попытался встать. Я занес гриф, уже надеясь закончить поединок, но арканец отразил удар голой рукой. Что-то хрустнуло, Паха вскрикнул и яростно отмахнулся второй рукой, метя мне в лицо, но промахнулся и получил хороший пинок под дых. Закрывшись руками, он обреченно завел песнь. Неприятные, утробные звуки сдавили голову, в груди кольнуло, и я пнул его еще раз, обрывая убийственное соло. Паха захлебнулся, дернулся и затих.
   Я быстро перевернул его на живот, снял пояс и туго перехватил арканцу руки за спиной. Потом среди разбросанной мебели и обломков отыскал какие-то тряпки, сделал Пахе кляп. Арканец вяло попытался отвернуться, но из-за боли долго не сопротивлялся.
   Руки дрожали. Опустившись на пыльный пол, я достал крошечный передатчик из внутреннего кармана, поднес к губам и произнес:
   - Принесите гитару. Быстро.
   Через минут десять дверь в лачугу распахнулась, ввалились люди в форме, яркий свет брызнул в глаза.
   Кто-то протянул инструмент. Я присел рядом с Пахадтином, и, не обращая внимания на саднившие пальцы, начал играть мелодию Маттисса. Преступник замычал, заворочался, кто-то из ребят прижал его коленом к полу и приставил оружие к виску. Арканец шумно сопел, буравя меня ненавидящим взглядом. Песнь тишины медленно пожирала в нем все мелодии.
   Когда я выбрался на улицу, чтобы закурить, то увидел, собравшихся вокруг жителей Бартиса. Они тихо перекликались между собой, наблюдая, как Паху грузят в полицейский флаер. Я присел на скамейку у лачуги и зажег сигарету, заметив, как от толпы отделился один местный и направился в мою сторону.
   - Он был добрым соседом, - с присвистом сообщил Атти, встав напротив. Я не смотрел на него, затягивался покрепче и пытался прийти в себя. - Он был хорошим другом, - упорно гнул свое арканец, - Паха приходил ко мне домой, мы делили кров, пищу... вы схватили хоро...
   Я не выдержал, швырнул окурок прочь, встал и, схватив "певчего" за грудки, привлек к себе. Ветхая одежда затрещала.
   - А теперь послушай меня, Атти. - Плевать, что инопланетянин с трудом понимает человеческую речь, эмоции били через край, а их-то он поймет отлично. - Паха убивал людей. Он родился с мелодией, способной отнимать жизнь. Но вместо того, чтобы заткнуться и попытаться от нее избавиться, раскрыть в себе что-то иное, Паха стал убивать. Ты же знаешь, человеческие эмоции здорово щекочут вам то место, в котором сидят ваши чертовы мелодии. И он купался в воплях боли своих жертв, впитывал их агонию и выдавливал из себя еще больше поганых мелодий. Паха, твой добрый друг, погубил моего товарища, твоего сородича, когда тот пытался его остановить. Паха...
   Пальцы разжались, и Атти отступил на шаг, глаза его тревожно мерцали.
   - Простите... не знал...
   Я достал новую сигарету, прикурил и махнул рукой, вновь усаживаясь на скамейку. К моему удивлению, арканец не ушел, присел рядом. Когда я погасил окурок о землю, Атти спросил:
   - Она красивая?
   Я не сразу понял, о чем он, и вопросительно взглянул на арканца.
   - Тишина, песнь Маттисса, - пояснил он.
   - Красивая, - сказал я, и запоздало кивнул, чтобы он понял наверняка. Помолчав, добавил тихо: - Вот только стоит ее услышать, и еще очень долго в душе свищет пустота. - Я посмотрел на инопланетянина. Скорее всего, он ни слова не понял, но глаза его тревожно сверкнули.
   - Пойду. - Атти поднялся и, поклонившись, двинулся домой.
   Флаер с "ценным грузом" поднялся в воздух, два патрульных составили его эскорт. На земле остались еще три аппарата. Меня окликнул пилот одного из них, поторапливая к отлету.
   Прежде чем забраться в флаер, я зашел в хибарку Пахадтина, забрал чехол и отбитый гриф. Почему-то не хотелось его здесь оставлять. Может, отнесу хорошему мастеру для новой напарницы...
   Бартис лежал внизу россыпью светящихся точек-окон. Взгляд невольно скользнул в сторону, где находился домик семьи Атти. Я улыбнулся и потянулся к принесенной мне гитаре, - хорошему инструменту, но, все же, пока чужому, не обыгранному. Перелет до столицы предстоял долгий, поэтому, сначала я наиграл себе мелодию утоления голода, а затем спокойного сна...
  
  

Оценка: 8.94*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Кристалл "Покорение небесного пламени"(Боевое фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Алиев "Проклятый абитуриент"(Боевое фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"