Сэнь Соня: другие произведения.

Кошки не плачут 4-7

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Глава 4

- Мама! Ма-а!

- Что, Шеба? Котенок, ты плачешь? - мягкие руки подхватывают меня, прижимают к груди. - Ну, маленькая, кто тебя обидел?

- А Фэйт сказал, что, когда мы вырастем, вы с папой умрете! Он сказал, что вы станете старые и не сможете с нами играть, а потом вас закопают в землю! Мам, это ведь неправда, да?

- Конечно, неправда. Мы с папой вас никогда не оставим.

- И никогда не умрете?

- Никогда.

- Никогда-никогда? И будете жить вечно?

- И будем жить вечно. А ну, поцелуй маму и выкинь эту чушь из головы.

- А Фэйт - дурак и врун!

- Нельзя так говорить о брате, котенок.

- Почему?

- Потому, что он тебя тоже любит, даже когда говорит гадости. Вы не должны обижать друг друга, запомни. Когда-нибудь вы станете заботиться друг о друге так же, как сейчас я и папа заботимся о вас.

- Я все равно люблю тебя больше Фэйта, мам. Больше всех на свете!

- И я тебя люблю, Шеба.

... Ощутив осторожное прикосновение к своей руке, я открыла глаза и медленно повернула голову. У изголовья кровати сидела заплаканная Рэй и ласково гладила меня по внешней стороне ладони. Солнечный свет, заливающий всю палату, золотил растрепанные кудри девушки, делая ее похожей на ангела. Рядом, у самого уха, тихо попискивали какие-то мудреные медицинские приборы, а тело мое под тонким покрывалом покрывали датчики-присоски. Я поморщилась - в запястье левой руки, туго стянутом фиксатором, пульсировала ноющая боль. Сразу вспомнились и схватка под дождем, и глаза умирающего вервольфа, и все-все, отчего захотелось застонать и спрятать голову под подушку.

Увидев, что я пришла в себя, Рэй вздохнула и попыталась улыбнуться, но лишь скривила рот в попытке не зареветь.

- Привет, подружка. - еле слышно произнесла я, с трудом разлепив сухие губы.

- Привет, солнышко. Как ты себя чувствуешь?

- Если честно, я себя не чувствую... У меня все цело?

- Да. Была сломана рука, ребро и нанесено несколько глубоких ран, но все обошлось. Врачи тебя подлатали. Неделя постельного режима - и ты встанешь на ноги.

- И сколько я здесь уже?

- Третий день.

- И что, рука срастется за неделю?

- Ты же знаешь, в наши дни все быстро лечат. А тебе, вижу, уже не терпится отсюда слинять, а? И думать забудь! Ты еще слишком слаба. Кроме того, тебе нельзя делать резких движений - швы на животе могут разойтись. Хорошо же тебя потрепали, подружка... Кто на этот раз, кстати? Врачи мне ничего толком не сказали.

- Арк тоже не рассказывал?

- Арк? - Рэй презрительно фыркнула. - Ты же знаешь, как я к нему отношусь. Я и не спрашивала у него ничего. Тоже мне, опекун-Каратель... за девчонкой углядеть не может, зато гордо именует себя стражем порядка!

- Ты к нему несправедлива, Рэй.

- Разве? А по чьей вине ты валяешься здесь, заштопанная, как старый носок?

- Наверное, по своей. - я вздохнула, впрочем, не слишком убедительно.

- Да уж, мозгами тебя Бог явно обидел.

- Э, ты как с больной разговариваешь?

- Не была бы больной, так выпорола бы вообще. Засранка, ты хоть представляешь, как я за тебя переживала? Как боялась тебя потерять?

- Еще бы! Кто бы мыл за тебя посуду и терпел твое нытье?

Рэй лишь покачала головой, но по выражению ее глаз я видела - она не сердилась.

- Поправляйся скорее - у меня ведь день рождения как раз через неделю, без тебя отмечать не буду. Намечается большая гулянка...

- В общаге?

- Бери выше, подружка! - подмигнула девушка. - Папаша расщедрился, так что я приглашаю тебя в ресторан. Как ты на это смотришь?

- Глубоко положительно!

- Только придется одеть что-нибудь поприличнее, чем затертые до дыр джинсы и спортивная майка, хорошо?

- Издеваешься? - простонала я, воздев очи горе. - Приличное в твоем понимании - это декольтированная тряпка на бретельках и тесные туфли? О, ужас...

- Шеба, ты все-таки девушка, а не мальчишка-хулиган, - сурово напомнила Рэй. - Или ты намереваешься до самой смерти носить рванье, бренчать мечом, напиваться в притонах и бить морды отбросам общества?

- Вот это жизнь, - мечтательно протянула я. Рэй нахмурилась, но, покосившись на меня, не выдержала и фыркнула.

- Слушай, я с тобой и так все тесты пропустила, - сказала она вдруг, глянув на часы, - побегу, наверное. Сегодня занятия у профессора Даркеса, а у него уважительной причиной прогула может быть только смерть, сама знаешь. Ничего, если я тебя оставлю? Обещаю забежать вечерком!

- Да иди, ты мне надоела уже, - я с нарочито скучающим видом зевнула. Рассмеявшись, Рэй наклонилась, чмокнула меня в щеку и направилась к двери - в которую, кстати, как раз бодрым шагом входил Арк. Вернее, первым в палату вплыл огромный букет кроваво-красных роз, за которым маячило довольное лицо Карателя.

- Привет, - кивнул он Рэй, но девушка, шарахнувшись от него, как от чумного, пулей выскочила в коридор. Арк проводил ее задумчивым взглядом.

- Ты что, ее укусила?

- Нет, просто она к тебе неравнодушна и страшно засмущалась при виде твоей доблестной фигуры, - фыркнула я.

- Серьезно? - заинтересованно спросил Каратель, присаживаясь на краешек кровати. Та жалобно заскрипела под тяжестью натренированного мужского тела.

- Арк, ну ты вообще имеешь хоть какое-нибудь понятие о чувстве юмора?

- Жестокая шутка. Ну как ты, Кошка?

- Нормально, только убери, ради Бога, куда-нибудь этот веник, у меня от его запаха голова кругом!

- Вообще-то, я думал, цветы всем девушкам нравятся...

- Угу, давай еще их засушим на память об этом чудном дне.

- Так, вижу, ты идешь на поправку, рыжая злюка. Ну и поволновался я тут за тебя! Три дня в полной отключке лежала... Рука болит? Этот парень в нее так вцепился, я уж думал, придется отрубить ему пальцы, чтоб тебя отпустил... Эй, ты что?

Я откинулась на подушку, уставившись в потолок невидящим взглядом. Я и забыла, что Джой мертв...и убила его я. Раньше, какой бы серьезной ни была драка, до убийства никогда не доходило - ведь это своего рода спорт, пусть и жестокий. Вервольф-полукровка стал первым (и, надеюсь, последним), кого мне пришлось убить... Мысль об этом не так ужасна, пока ее не прочувствуешь в полной мере. Неужели больше никогда верзила Джой не выведет меня из себя очередной идиотской шуткой, не толкнет по-дружески в плечо, так, что улетаешь вперед на десяток метров, не займет свое обычное место в последнем ряду аудитории, откуда так удобно обстреливать мою спину бумажными шариками? Не попросит списать доклад по истории, не вызовет на бой в "Кусаке", не окликнет привычно: "Здорово, Кошка"!" Ну почему, почему так вышло? Почему жестокая шутка полукровки обернулась таким трагическим исходом? Неужели это только моя вина?

- Арк, - глухо произнесла я, глотая утекающие в горло слезы, - как я могла? Как могла убить его? Это ведь Джой, парень из общаги, обычный студент... я даже не ненавидела его!

- Это не твоя вина, детка. - посерьезнел Каратель. - Все мы когда-нибудь убиваем впервые. Звучит банально, но такова жизнь... И, поверь, другого выхода у тебя не было. Тебе повезло, круто повезло остаться в живых, Шеба, и не думай больше ни о чем. Так уж вышло.

- А что... что стало с его телом?

- Гм. Вообще-то, вампиры просто-напросто сбросили его в Пустошь. Никаких следов убийства...

- Вот так запросто взяли и скинули? - растерянно переспросила я. - На съедение его же сородичам, вервольфам?

- Да. Я не стал им мешать - меня гораздо больше волновало твое состояние, да и, сама понимаешь, та драка была не вполне законной. Надо держать язык за зубами, иначе у тебя будут серьезные неприятности за убийство Джоя...

- Арк, а я ведь хотела поблагодарить тебя. За тот нож, помнишь? Только это и спасло мою шкуру. Я уж решила, Медведь меня на лоскутки порежет...

- Не стоит благодарности, детка. Я сделал гораздо меньше, чем мог бы, поверь. Большого труда стоило вот так просто стоять там и смотреть, как избивают родного тебе человека. Зрелище было жуткое.

- Думаю, если бы не удачный фокус с ножом, ты все равно бы вмешался, - фыркнула я невесело. - Не верю, что ты бы позволил Джою меня прикончить.

- Ты, как всегда, права. Но, к счастью, все решилось само собой. Были у меня, правда, опасения, что Люций с дружками не отпустят нас так просто...

- И как только они позволили тебе дать мне нож!

- А они и не позволили, - хохотнул Каратель. - Но мой кулак бывает чертовски убедительным! Жаль, что у вампиров все так быстро заживает - могла бы полюбоваться сломанным носом Линна. Этот ублюдок пытался мне помешать!

- И он тебе ничего не сделал?

- Я - Каратель, как-никак. Это не пустой звук, - посерьезнел мой друг. - Персона Карателя неприкосновенна, ты же знаешь. С нами избегают связываться даже вампиры, и, будь Люций трижды Младшим Лордом, кое-какие законы распространяются и на него, молчу уж о его шестерках...

- А кем ему приходится этот, как его, Линн? - поинтересовалась я.

- Красавчик Линн? Он его кузен по матери и самый близкий друг. Поговаривают даже о несколько иной близости между этими двумя... но я не уверен в правдивости таких слухов. Хотя, принимая во внимание извращенные вкусы вампиров...

- Фу, мерзость! - скривилась я. - И чем он только привлек Рэй? Впрочем, ей всегда нравились плохие парни... она у нас та еще бунтарка.

- Бунтарка?

- Ну да. Выросла в богатой семье, под зорким оком папочки-магната... Короче, она сыта по горло элитной жизнью, сливками общества и постоянным контролем отца, вот и ушла из дома, поступила в самый обычный университет и всем своим поведением старается перечеркнуть образ девочки-аристократки. Может, поэтому она всегда поступает наперекор общепринятым правилам... но Люций - это, черт побери, уже перебор!

- Так вот почему Рэй недолюбливает представителей порядка? Все из-за этого бунтарского нрава?

- Скорее всего. Раньше у нее частенько возникали проблемы с полицией - то из дома сбегала, то устраивала какой-нибудь скандал, - я хихикнула.

- Два сапога пара, - покачал головой Арк. - Слушай, Кошка, я пойду, пожалуй. За ночь вымотался, как собака, с ног валюсь. Поспать бы до ночного дежурства... Ты же не в курсе - у нас тут такое творится! Два убийства за одну ночь, и оба, судя по всему, совершены оборотнем. Истинным, - уточнил он мрачно.

- То есть как это? - я даже подскочила от изумления. - Хочешь сказать, какой-то оборотень пробрался в город из Пустоши?! Это невозможно!

- Невозможно, - согласился он. - Но факты говорят за себя. Мы пару часов собирали куски человеческих тел по всему кварталу. Видела бы ты это зрелище... Только оборотню такое под силу. Кроме того, у обеих жертв были э... отгрызены и, по-видимому, сожраны разные части тела...

- Не вдавайся в подробности, я поняла. Но это же... кошмар просто!

- Вот именно, - Арк устало кивнул. - У нас и раньше были подозрения, что в Пустошь выселили не всех истинных вервольфов - проверка, пусть и тщательная, не могла выявить абсолютно всех. Кто-то наверняка остался и поныне живет в Нью-Эдеме под личиной обычного человека. При определенной сноровке можно очень долго водить всех за нос. Но, похоже, природа взяла свое... Теперь никто не может чувствовать себя в безопасности по ночам - даже несмотря на усиленное патрулирование города. Пока не изловим тварь, в Нью-Эдеме будет действовать комендантский час.

- И для вампиров тоже?

- И для них. Они, конечно, не в восторге - придется основную активность перенести на дневное время, а они ведь существа ночные, не привыкли к такому образу жизни.

- Ничего, как-нибудь потерпят. В конце концов, им солнечный свет не опасен, что бы они там не придумывали про свою повышенную светочувствительность. А жаль!

- Уймись, кровожадный звереныш, и отдыхай. Я загляну перед дежурством, пойдет?

- Лучше завтра приходи - вечером меня обещала навестить Рэй, можете столкнуться.

- Как скажешь, - вздохнул Арк. Устало потер виски, пригладил взъерошенную белую челку. От него пахло кровью...

- Эй, Арк, - тихо позвала я друга. Подняла здоровую руку и осторожно погладила его по небритой щеке. Серые глаза с покрасневшими от недосыпания веками посмотрели на меня, и отчего-то от этого взгляда сердце болезненно сжалось.

- Ты бы поберег себя, а? - почти жалобно попросила я. - Выглядишь паршиво. Я ведь, между прочим, за тебя переживаю!

- Удивительно, - невесело усмехнулся он, - хоть кому-то я еще нужен.

- Не кому-то, а мне. Разве это мало?

- Это слишком много для такого пропащего парня, как я. Никакой пользы от меня... Воспитал тебя черт-те как, да еще и не могу уберечь от всяких неприятностей. Знаешь, в последнее время все чаще вспоминаю о Фэйте... Думаю, где именно допустил ошибку, не углядел... Моя вина, что он ушел, и порой мне кажется, совесть меня вконец загрызет, Шеба.

- Чушь. Ты ни в чем не виноват. - я отвернулась, глядя в окно, за которым догорал солнечный сентябрьский день. - Фэйт сам сделал выбор. Он бросил нас, предал, и мы должны его забыть - забыть навсегда, вычеркнуть из нашей жизни, памяти, мыслей! Я не хочу о нем больше слышать, Арк... Не хочу, чтобы меня называли сестрой Рыжего Демона, вампира, моего врага! Я - Шеба Дикая Кошка... и никто больше.

***

Дома меня ждал сюрприз. У сюрприза была дымчато-серая шерстка и огромные голубые глаза, доверчиво смотревшие на мир. Стоило мне переступить порог комнаты, как серый клубок подкатился к моим ногам и замер, ткнувшись носом в ботинок. Пару минут я остолбенело таращилась на котенка, потом сообразила, что это, как пить дать, дело рук моей дорогой подруги. Наклонилась, осторожно подхватила невесомое, как пух, тельце и на вытянутых руках отнесла к кровати. Тоненько мяукнув, котенок кувыркнулся через голову и серым бесенком запрыгал по покрывалу.

- Не было печали, - вздохнула я, наблюдая, как это голубоглазое чудовище пытается растерзать мою подушку. Словно поняв меня, котенок смешно склонил головенку набок и уставился на меня с почти человеческой серьезностью. Поколебавшись, я протянула руку и пощекотала его пальцем за ухом. Как ни странно, меня не тяпнули, и даже облизали, оглашая комнату довольным урчанием. Я усмехнулась. Кажется, я начинала испытывать что-то вроде симпатии к зверенышу. Я ведь тоже Кошка, как-никак...

- Уже придумала ему имя? - весело спросила Рэй, заглядывая в комнату. Я как раз дубасила котенка подушкой, и немного смутилась оттого, что позволила "застукать" себя в минуту "слабости".

- Э... не знаю даже... пусть будет Лу. Так звали моего первого плюшевого мишку. Я его любила больше всех своих игрушек.

- Неужели и ты когда-то играла в куклы, Шеба? - Рэй покачала головой. - Просто не верится. А выросла такой хулиганкой!

- Ага, я уже тогда отрывала куклам руки-ноги.

- Ладно, убийца кукол, пошли обедать. Вечером идем в ресторан, помнишь? Надо будет подобрать тебе наряд и соорудить из твоих патл хоть какое-то подобие прически.

- О, Боже, ну за что? - простонала я, падая лицом в подушку. Лу немедленно взобрался мне на голову и вонзил зубки в мое ухо, после чего совершил красивый полет в воздухе и скрылся в неизвестном направлении.

- Я сегодня именинница, и мое слово-закон! - нахмурилась Рэй. - Кстати, где мой подарок?

- Вечером получишь, если я останусь жива после всех твоих пыток.

- Это не смертельно, Шеба. Тебе даже понравится.

- Я, может, и мазохистка, но не настолько...

... Мы молча допивали чай вприкуску с яблочным пирогом, который Рэй испекла специально к моему возвращению. За окном уже начало темнеть, но мы не спешили включить свет, позволяя теням сумерек ползать по стенам кухни. Я смотрела на дверной проем и помимо воли видела загородившего его черноволосого вампира, с треугольным и бледным, как зимняя луна, лицом и улыбкой, которую невозможно забыть. Как я ненавидела ту ночь, когда повстречала Люция, - лучше бы мне так и не узнать, кто приходит к Рэй, не увидеть две крошечные ранки у нее на шее... И, хотя внешне в наших с ней отношениях все стало по-прежнему и никто не вспоминал о той ссоре, я все же ощущала тонкую и незримую стену отчуждения, вставшую между нами. Быть может, именно она заставляла нас избегать взглядов друг друга и молчать в полутьме, точно нам не о чем было поговорить после недельной разлуки. Раньше мы и минуты не могли провести в тишине, оказавшись рядом...

Я скользнула якобы случайным взглядом по шее Рэй - но девушка как нарочно надела блузку с высоким воротником, и я так и смогла определить, продолжает ли Люций пить ее кровь. Судя по бледному лицу и лихорадочно горящим синим глазам - да, но не обязательно: эти симптомы могли быть последствиями банальной усталости. Ведь Рэй почти каждый день проводила в больнице, отказываясь оставлять меня надолго ...

- Ну, а теперь - примерка! - провозгласила Рэй после того, как мы вымыли посуду и покормили малютку Лу. - Пока ты была в больнице, я подобрала несколько платьев из своего гардероба, но не уверена, подойдут ли они тебе - я все же полнее буду. Хорошо, хоть размер ноги у нас одинаковый... Ну, давай примерим, а там решим.

- Надеюсь, наряды не слишком...э... развратные? - ворчливо поинтересовалась я, с ногами забираясь в кресло. Рэй засмеялась.

- Не волнуйся, Шеба, на тебе вряд что-то будет смотреться развратно. Кроме того, мы же не в ночной клуб идем, а в приличный ресторан. Вот, держи.

Мне на колени шелковой волной лег ворох пестрых нарядов, приятно холодя кожу. Глаза тут же разбежались от обилия цветов и фасонов...

- Ну-ка, встань, Шеба. Начнем с вон того красного длинного платья, потом, пожалуй, примерим черное, без рукавов - тебе должно быть к лицу. Желтое отложим, оно не для рыжеволосых и светлокожих. Давай, раздевайся же, а то мы точно никуда не успеем!

Я стиснула зубы и принялась покорно снимать футболку.

Через полчаса моего нытья и примерок пяти платьев и одного брючного костюма Рэй остановилась на длинном ярко-синем платье, которое, кстати, показалось мне наименее смешным из всех. По крайней мере, оно на мне почти не болталось, хотя свободно облегало фигуру едва ли не до пят. Интересный фасон: нижняя юбка - из тончайшего шелка, верхняя - невесомый газ, все одного цвета. Синего, как глаза Рэй. С корсетом на шнуровке, украшенным россыпью голубых и фиолетовых блесток, и газовым шарфом, таким легким, что и не ощущался на плечах. Шарф этот пришелся к месту - как раз прикрыл татуировку на лопатке. Единственное, что меня смущало, так это довольно длинные разрезы по краям платья, обнажавшие мои ноги до самого бедра при каждом шаге.

- Что тут такого? - Рэй пожала плечами. - У тебя нормальные ноги, нечего их прятать. Кроме того, именно благодаря разрезам платье не стесняет движений - ты же этого хотела?

- Хм... - я представила, как легко будет в случае чего задирать для удара в таком наряде ноги, и передумала возражать. Удивленная моей покладистостью подруга стала выгребать из шкафа обувные коробки, и я мысленно чертыхнулась - только не это, пожа-а-алуйста!

- Вот, одень эти милые босоножки. И не вздумай лягаться, - хихикнула Рэй, протягивая мне нечто блестящее на - о ужас! - длинных шпильках.

- Ну, погоди, подруга, - брюзжала я, наматывая на лодыжку тончайшие ремешки, - уж в свой день рождения я найду, как отыграться! Будешь у меня ходить в рваных спортивных штанах и грязных кроссовках, а отмечать пойдем в "Кусаку"...

- Вот она, черная неблагодарность. В кои-то веки тебя ведут в дорогой ресторан, одевают, как человека, а ты скулишь, точно побитая собака! - возмутилась девушка.

- Прости, - я вздохнула. - Просто все это так... непривычно.

- Погоди, мы еще не дошли до прически. Давай, мой голову и садись перед зеркалом, попробую что-нибудь сделать с твоими космами... Ах, да! Ты косметикой вообще пользуешься иногда?

- А? - как-то жалобно пискнула я. Рэй захохотала.

- Боже, ну ты и дикарка у меня! Как там тебя, говоришь, называют в твоем баре? Дикой Кошкой? Чертовски верно!

Через пару часов мы с Рэй рука об руку стояли перед зеркалом, но если подруга рассматривала свое отражение с довольной улыбкой, то я оторопело таращила глаза и не могла сказать ни слова. Цензурного, по крайней мере.

Струящееся синее платье, изящно уложенные (и, что самое невероятное, - гладкие!) волосы, серьги, цепочка, нежное лицо, выражение которого благодаря косметике заметно смягчилось. В зеленых, неестественно блестящих, глазах - испуг. Даже перед схваткой с вервольфом мне, похоже, не было так страшно. Да чего я, собственно, боюсь? Показаться на публике в элитном ресторане? Нет. Мне просто страшно не быть собой. Миловидная рыжеволосая девушка в зеркале была кем угодно, но не Дикой Кошкой из "Кусаки", сорвиголовой и забиякой, с тела которой не успевали сходить многочисленные синяки...

Кстати, о синяках. Я внимательно осмотрела свои голые руки - но от перелома и жестоких ударов не осталось и следа. При резких движениях все еще слегка ныло в боку, но и только: врачи знали свое дело. Они вернули мне тело, жаждущее новых драк и приключений... "Эх, Кошка, неужто та схватка под дождем ничему тебя не научила? По-прежнему ищешь неприятности? Впрочем, они сами тебя всегда находят..."

- Готова? - тронула меня за плечо Рэй. Она была обворожительна в коротком облегающем платье цвета запекшейся крови - странно, до чего же идет ей этот жуткий цвет...

- Только меч захвачу, - кивнула я, но остановилась, увидев изумление в глазах подруги. Пару секунд мы молча смотрели друг на друга, потом нас скрутило в приступе неудержимого хохота. Напуганный Лу кубарем скатился с кровати и удрал в коридор.

- Извини, не подумала, - отсмеявшись, я виновато развела руками. - Забыла про это чертово платье. А еще, подозреваю, вечер для меня закончится возвращением в больницу с переломом ног - проклятые шпильки, как только на них ходят!

- Не могу поверить, что для Шебы существует что-то невозможное, - усмехнулась девушка.

- Да раз плюнуть! Просто... можно я буду иногда за тебя держаться?

- Черт с тобой, хватайся. А про подарок не забыла? Мне страшно любопытно, что ты мне подаришь!

- Ничего материального, скажу по секрету. У тебя и так все уже есть, так что я решила в виде подарка преподнести тебе кое-какой сюрприз... скажем так, абстрактного характера. Пойдет?

- Здорово! Только я умру от любопытства. Когда он будет, сюрприз этот?

- В ресторане. Если там есть то, что мне нужно, - я хитро улыбнулась.

- Хорошо. Ну, поехали? Такси ждет у ворот. Я предупредила охранника, что мы сегодня задержимся, ректор в курсе, так что все в порядке. Девочки гуляют допоздна!

***

Я нервно озиралась по сторонам, ощущая себя выброшенной на берег рыбкой. Или, что вернее, рыбешкой в окружении кровожадных и очень голодных акул. Не думала, что буду чувствовать себя так неуютно и беззащитно в компании роскошно одетых людей, составлявших цвет общества Нью-Эдема! Холеные мужчины в костюмах, одна пуговица на которых стоит больше всего моего гардероба, красивые женщины с лицами хищными и холодными... Элита!

Рэй же явно чувствовала себя в своей тарелке. В синих глазах - обжигающее презрение ко всем окружающим, показная небрежность, я бы даже сказала... Узнавая единственное чадо известного на весь город аристократа, люди подходили, подобострастно здоровались, поздравляли девушку с днем рождения. Рэй сухо благодарила, твердо пресекая любые попытки завязать светскую беседу, так что, к моему облегчению, никто к нашей компании не присоединялся. Пока подруга делала заказ выдрессированному, как чемпион собачьих выставок, официанту, я украдкой огляделась.

Ресторан "Два города" действительно соответствовал вкусам и запросам как людей, так и вампиров. Безумно дорогое заведение, попасть куда удавалось далеко не каждому богатому человеку. В основном здешний контингент составляла "чистокровная" знать. Если бы не связи отца Рэй, господина Санди, меня бы ни за что сюда не пропустили.

Огромный зал ресторана с затемненными стеклами окон во всю стену и куполообразным потолком украшали колонны из белого мрамора, статуи мифических богов и персонажей, портреты самых известных личностей города, в том числе, и вампиров. Стена напротив как раз щеголяла мастерски выполненным портретом Лорда Ночного Города, господина Руфио ле Флам. Странное имечко... Насколько я помнила, он был из Клана Скользящих Теней. Вообще, весь вампирский род делился на три основных Клана - помимо вышеупомянутого, существовали также Клан Ночных Звезд (что примечательно, его традиционно возглавляли женщины), и Клан Полночного Ветра. Названия вполне романтичные, однако именно они нагоняли ужас на все человечество еще пару веков назад, во времена кровавой вражды с нелюдями. Клан Скользящих Теней издревле считался сильнейшим. Принадлежавшие ему кровососы были прирожденными убийцами, жестокими и неуловимыми, как тени - отсюда и название Клана. Даже сейчас, в дни перемирия, его боялись и уважали - и люди, и сородичи-вампиры. И так было не только в нашем городе, но по всему миру. В Нью-Эдеме Руфио ле Флам избирался Лордом Ночного Города уже в третий раз, и одно это уже о чем-то говорило. Неужели именно с его сыном я умудрилась поцапаться? И, что вовсе невероятно, остаться в живых при этом? Воистину кошачья везучесть! Рассматривая портрет почтенного вампира, я невольно отметила поразительное сходство Люция с отцом: те же горящие угольно-черные глаза, насмешливый взгляд, надменное, как у самого дьявола, лицо... Только волосы заметно отличались: если у Младшего Лорда они непокорно торчали во все стороны (ну точь-в-точь вороньи перья!), то Старший щеголял "зализанной" на затылок прической. Быть может, потому-то и не проскальзывало в его облике той хищности, которую излучал каждой частицей своего существа Люций...

От мыслей о вампире меня отвлекла Рэй, спросившая, люблю ли я креветок. Я рассеянно кивнула - мне было все равно, что есть. В еде я, как и во многом другом, неприхотлива.

Забыла сказать - в ресторане играла живая музыка в исполнении целого оркестра, и каждый вечер на небольшой сцене в центре зала выступали самые известные певцы города (боюсь подумать, сколько им за это платили). В честь дня рождения дочери мистер Санди пригласил выступать саму Мэтти Хикс, молодежную певицу, которую так любила Рэй - и, хотя модные песенки не очень-то вписывались в атмосферу ресторана, публике они, похоже, пришлись по вкусу.

Сам мистер Санди был вынужден срочно уехать по какому-то неотложному делу, так что мы были избавлены от его присутствия. Рэй сей факт нисколько не огорчил. Она и так с огромным трудом дала отцу уговорить себя отмечать день рождения в ресторане, среди людей, так ей ненавистных. Что ж, по крайней мере, рядом была я, и нам было весело вдвоем.

Мы болтали, смеялись и поглощали еду в таких количествах, что даже у вышколенного официанта глаза полезли на лоб. Наверное, гадал, как на нас еще не треснули вечерние платья. А может, мы просто уж слишком отличались от манерных барышень из высшего общества, постоянно придерживавшихся всевозможных диет... Такие могли весь вечер жевать листик салата и давиться безалкогольными напитками, пожирая взглядами содержимое тарелок своих мужей, отчего у последних начинался нервный тик.

Мы как раз приканчивали десерт, как вдруг в затылок мне словно дохнуло ледяным ветром. Вздрогнув, я уронила ложечку с мороженым и резко обернулась.

Точно. Там, у входа, почти растворяясь в мерцании сотен огней, освещавших зал, стоял Люций. Стоял и смотрел на меня немигающим взглядом. Черт, черт, черт! А я даже не при мече! И вообще без оружия! Так, только без паники - ну не накинется же он на меня при всем честном обществе, да еще в таком элитном заведении... Или...

Когда я снова оглянулась, Люция с неизменным спутником - Линном - уже усаживали за один из центральных столиков, причем оба вампира были одеты явно не к месту - в стильные кожаные плащи и рубашки, расстегнутые чуть ли не до пупка. Какие там галстуки, какие фраки! Внезапно мне стало обидно - этим, значит, можно появляться в обществе в каком угодно виде, и никто по этому поводу даже не пикнет, а мне пришлось влезть в ненавистную тряпку и босоножки "а-ля мечта самоубийцы"!

Рэй ничего не замечала, продолжая уничтожать мороженое и весело подпевая очередной песне своей Мэтти. Я же просто окаменела, судорожно вцепившись в скатерть пальцами и пытаясь игнорировать сверливший мою спину взгляд. Оказывается, не только вампиры способны чувствовать нечто подобное. Ненависть Люция совершенно ощутимо жгла мне спину, и лишь ценой огромных усилий удавалось сохранять неподвижность.

Потом случилось ужасное. Белоснежную поверхность скатерти вдруг прочертили две длинные тени, и Рэй, подняв глаза, радостно вскрикнула. Я вжала голову в плечи, уже зная, кого сейчас увижу.

- Привет, птенчик. - промурлыкал Люций, наклоняясь и целуя Рэй так, словно кроме них, в зале не было ни души. Прискакавший официант немедленно принес вампирам по стулу, и они непринужденно присели за наш столик. Глаза Рэй светились такой неподдельной радостью, что я ощутила болезненный укол ревности в самое сердце. Как она могла променять меня на этого напыщенного кровососа?..

- Цветы даме, сию же минуту, - бросил Люций подобострастно кланяющемуся официанту. - Розы. Алые. Огромный букет.

- Будет сделано! - и парня точно ветром сдуло.

- Я вспомнил, что у тебя сегодня день рождения, и решил, что найду тебя здесь, - продолжил Младший Лорд, улыбаясь девушке. - Я не мог не поздравить свою синеглазку...

- Спасибо, Лю. - Рэй порозовела от удовольствия. - Я так рада тебя видеть!

"Лю?!" - я чуть не фыркнула. Что еще за нежности?

- Я присоединяюсь к поздравлениям, - склонил светловолосую голову Линн. Ну чисто ангел во плоти, будь трижды проклята его мать!

- С твоей подругой мы, кажется, знакомы. - холодно произнес Люций, наконец, "заметив" мою скромную персону. Я чуть не поперхнулась соком, такой безумной яростью полыхнули на миг его глаза.

- А... да... - Рэй смущенно почесала кончик носа, - было дело...

- Это та самая девочка, о наглости которой ты мне говорил? - лениво осведомился Линн, усиленно делая вид, что мы с ним незнакомы. Правильно, нечего Рэй знать обо всем, что имело между нами место. Так лучше для ее спокойствия.

- Моя лучшая подруга, Шеба. - сухо сказала девушка. Видимо, ей тоже не понравился тон лиловоглазого.

- А... Уж не сестра ли Ры...

- Просто Шеба. - резко оборвала я Линна. - Шеба Уайтли.

- Линн Зейн из Клана Скользящих Теней. - насмешливо представился он в ответ, продолжая ломать комедию.

- Я знаю, кто ты такой. Рассказывали.

- Охотно верю. Мы с Лю - персоны известные...

- О да, - растянула я губы в усмешке, - известные всякого рода делишками.

- Как и все мы, не так ли?

- Конечно.

Разговор был на минуту прерван появлением официанта с шикарным букетом, который Люций с торжественной миной вручил имениннице. Терпковато-сладкий аромат ударил в нос, заставив меня поморщиться. От внимания Люция моя гримаса не ускользнула.

- Не любишь розы? - вкрадчиво осведомился он.

- Мерзкий цвет.

- Красный? Цвет крови - самый желанный цвет на свете...

- Не сомневаюсь. Но только не для меня.

- Слишком много воспоминаний с этим цветом связано?

- Возможно.

- Кхе-кхе! Шеба, - обратилась ко мне Рэй, уловившая нашу злобу, которая перебивала даже аромат роз. - Ты мне сюрприз обещала, помнишь? Может, сейчас?

- Конечно. - я выдавила из себя улыбку, хотя более неподходящего момента для подобного рода сюрпризов подружка просто не могла придумать. Вот черт!

- Ну и?... Что за сюрприз?

- Песня.

- Что?!

- Я спою для тебя. Помнишь, когда мы только начали дружить, ты сказала, что мечтаешь, чтобы тебе когда-нибудь посвятили песню?

- Ты что же, будешь петь? Для меня? - кажется, эта идея привела Рэй в восторг. Я смущенно кашлянула.

- Ага. Ты же всегда хвалила мой голос. Так что не жалуйся, если я буду фальшивить. Песня, правда, не моего сочинения... это из репертуара Мэтти, твоя любимая. "Дождь". Слушай, а может, я ее тебе потом спою, как домой вернемся? Здесь такая публика, мне как-то неловко...

- Мы сейчас все устроим, - подозрительно вкрадчивым голосом произнес Линн и сорвался с места. Я проводила его тоскливым взглядом. Ох, и влипла ты, Кошка...

Линн подошел к сцене, где музыканты как раз сделали небольшую передышку между песнями, и поманил пальцем маячившего рядом управляющего. Пару минут они о чем-то шептались, потом управляющий поднялся на сцену, что-то сказал Мэтти, и та, пожав плечами, с удивленным видом передала ему микрофон. Передала... и яркой бабочкой упорхнула прочь. Ой-ой...

- Дамы и господа! - эхом прокатилось под сводами зала. - В честь дня рождения дорогой мисс Санди ее подруга...э... мисс Уайтли исполнит любимую песню именинницы - "Дождь", с позволения госпожи Мэтти Хикс, конечно. Итак, поприветствуем юную леди!

- Ну же, Шеба, - шепнул Люций, злорадно ухмыляясь, - порадуй нас, сделай одолжение!

- Давай, - Рэй весело подмигнула мне, и я на негнущихся ногах проследовала на сцену, где мне всучили микрофон и пожелали удачи. Тотчас зазвучала нежная мелодия, и я поднесла микрофон к губам, молясь про себя, чтобы голос не пресекся от страха. Черт возьми, лучше бы мне просто набили морду!

Арк часто говорил, что у меня неплохие вокальные данные. В детстве я, бывало, пела по просьбе мамы - она так гордилась моим голосом... Я и сама люблю петь, но одно дело напевать любимую песенку в душе, и совершенно другое - выступать перед залом, полным представителей высшего света, в глазах которых - одна пустота! Как страшно, Боже мой!

А потом я отыскала взглядом лицо Рэй - словно окунулась в теплый свет ее глаз и ласковой, ободряющей улыбки - и страх испарился. Исчезли сотни устремленных на меня взглядов, равнодушных и пренебрежительных, отошло за задний план все, что приводило в смятение мою душу: злость, ненависть, ревность. Остались только я, музыка и глаза Рэй. Я люблю тебя, Рэй, люблю за гордый нрав, за доброту и понимание, за дружбу, пусть и не проверенную временем... Будь счастлива, подруга, и помни, твоя жизнь и кровь - бесценны; не бросайся ими...

Я пою для тебя, Рэй.

Бродит дождь по городу,

Под покровом сна.

Обжигает холодом

Ночь в твоих глазах...

Звезды в воду падают...

Легкие следы

Манят неразгаданной

Тайной темноты.

Помню, как любила Рэй слушать эту песню одинокими вечерами, когда никуда не хотелось идти, и ночь скреблась в окно, как бездомная кошка... Я пела, слыша свой голос словно со стороны - нежный, обволакивающий, с легкой хрипотцой - и сама удивлялась, что способна так петь. Мой взгляд скользнул по лицу сидевшего рядом с подругой вампира, и уже не смог оторваться от полуприкрытых глаз, в которых сгустилась вся тьма мира.

Голос мой слегка дрогнул, когда я дошла до припева:

Слезы дождя - о тебе.

Ночи печаль - это ты.

Лишь одинокой луне

Я поверяю мечты.

Руки твои - огонь,

Голос - дыханье тьмы.

Холод - твоя любовь;

В ней замерзаем мы...

Черные глаза мягко мерцали в полумраке, окутавшем зал - лишь где-то высоко под куполом потолка переливались разноцветные звезды-огоньки. Правда ли говорят, будто в глазах вампира можно утонуть? Мне показалось, что впервые за время нашего знакомства взгляд Люция не источал яда ненависти. На его лице возникло странное выражение - подобное тому, что я уже однажды видела, там, по дождем, скорчившись в руках Карателя. Тогда Люций выглядел... удивленным. Забавно - это доставляло мне удовольствие!

По промокшим улицам

Сорванным листом

Закружусь, и сбудется

Мой волшебный сон.

В нем не будет горечи,

Грустных слез дождя.

Под вуалью полночи

Поцелуй меня...

Мне вдруг стало жарко; было ощущение, что не хватает воздуха. Закончив припев, я бессильно уронила руку с микрофоном - музыка стихла, и зал взорвался одобрительными аплодисментами. Рэй улыбалась мне со своего места, и глаза ее тепло блестели. Я вернула микрофон поднявшейся на сцену Мэтти и торопливо пересекла зал, направляясь в туалетную комнату. Страшно хотелось сунуть голову под струю ледяной воды. Губы пересохли, и вообще, чувствовала я себя на редкость отвратительно. Должно быть, переела мороженого...

Стоя перед зеркальной стеной, я прижимала к щекам мокрые ладони и смотрела на свое отражение - испуганную рыжую девочку с потеками туши под глазами. Что я тут делаю? Неужели здесь мое место? Безумно захотелось сорвать с себя дорогое платье, взлохматить волосы и глотнуть доброго "глоткодера", который умел смешивать лишь бармен "Кусаки". Тело, за неделю валяния на больничной койке отвыкшее от изнурительных тренировок, протестующе ныло. Эх, подраться бы сейчас...

- Неплохо поешь, котенок.

Вздрогнув, я резко повернулась - лишь для того, чтобы встретиться с взглядом черных глаз Люция. Вампир спокойно наблюдал за мной, привалившись спиной к двери и скрестив на груди руки.

- Что ты здесь делаешь? Забыл, где мужской туалет?

- Успел по тебе соскучиться.

- Жаль тебя огорчать, но это не взаимно, - процедила я. - Но почему ты один? Где верный пес - Линн? Я думала, вы и в туалет ходите вместе - кто-то же должен подтирать тебе задницу...

- Договоришься, крошка. - снова этот ледяной порыв ветра в лицо с привкусом дождя...

- Хочешь подраться?

- Ну не здесь же. Ни к чему заливать чистый пол твоей кровью.

- Не играй со мной, Люций! Только назови место и время - ты знаешь, я всегда рада набить тебе морду!

- Одолела Джоя и возомнила себя богиней смерти? - усмехнулся вампир. - Тебя спас Каратель, и ты это знаешь. Силенок у тебя маловато, чтобы драться по-честному, котенок.

- Я всегда дерусь честно!

- Хм. Да ну?

- Да! И прекрати называть меня котенком, ты!

- Чуть больше уважения, Шеба. Или ты забыла, кто перед тобой?

- Напротив, слишком хорошо это помню! Клыкастый урод...

Воистину, человеческое око неспособно уследить за скоростью движений вампира. Казалось, Люций лишь чуть подался вперед - и вот я уже намертво прижата к стене спиной, задыхаясь и бессильно дергаясь в его руках. Острые когти впились в горло, и я почувствовала, как скатилась по груди за корсет капелька крови. Младший Лорд приблизил свое лицо к моему, обжигая мою щеку горячим дыханием.

- Как думаешь, сумею ли я преодолеть брезгливость и прокусить твою тонкую шею? - прошипел он, глядя мне прямо в глаза. Поняв, что шутками тут и не пахнет, я принялась отчаянно вырываться. Тщетно! Несмотря на всю свою силу, я так и не сумела хоть немного ослабить железную хватку рук вампира. Люций явно наслаждался моим бессилием.

- Ты мне надоела, девчонка, - прошептал он, почти касаясь губами моего уха. - Я устал видеть твою рожу повсюду, куда бы ни пошел. Мало того, что с тобой дружит Рэй, которая кое-что для меня значит, мало того, что я уважаю твоего брата, так ты еще и лезешь на рожон! Ты не смелая, нет, котенок. Ты - дура. Просто ты сама не знаешь, с кем связываешься... и во что впутываешься. Будь у тебя в головенке хоть грамм того, что называют мозгами, ты бы поседела от ужаса, представив, что я могу с тобой сделать. Так что, мой тебе, крошка, совет - убирайся отсюда по-хорошему, на своих двоих, и дай нам с Рэй, наконец, побыть наедине. А еще лучше - убирайся навсегда из моей жизни и с моей дороги. Иначе терпению моему придет конец, как, впрочем, и твоему жалкому, омерзительному существованию. Я надеюсь, ты все поняла, Шеба.

С этими словами Люций издевательски чмокнул меня в висок и разжал руки. Когда я, прокашлявшись, подняла глаза, вампира уже и след простыл. Лишь тонкий запах озона витал по комнате, слегка кружа голову.

- Черт, черт, черт! - тихо выругалась я, едва не плача от обиды и злости. Ну почему в моем человеческом теле так мало сил? С каким непередаваемым наслаждением я бы вмазала кулаком по смазливой роже Младшего Лорда, так, чтобы клыки его превратились в крошку! Еще никто и никогда не заставлял меня пережить такое унижение. Кто так несправедливо устроил этот мир, наделив силой не людей, а исчадия ада?

... Из залитого огнями холла ресторана я вылетела пулей, стремясь поскорее покинуть противное мне место. Даже не стала прощаться с Рэй - ей сейчас не до меня, определенно. Интересно, она вообще заметит мое отсутствие?

Бегом преодолев длинную лестницу, ведущую к зданию ресторана, я очутилась на мощеной булыжником набережной реки Ночки - узкой, но, как поговаривали, очень глубокой. Ее черные воды вместе с мусором нередко прибивали к берегу трупы бродяг и пропавших детей...

Почти ослепнув от злости, я шла, точно пьяная, спотыкаясь и тихо чертыхаясь себе под нос. И тут удача решила мне окончательно изменить - каблук правой босоножки угодил в трещину между булыжниками, что-то громко хрустнуло, и нога у меня подвернулась. Нет, я не упала, но босоножка приказала долго жить: тонкая шпилька сломалась аккурат посередине. Сей инцидент меня добил. Сорвав с ноги несчастную босоножку, я размахнулась и с воплем ярости швырнула ее в темные воды реки.

... За спиной кто-то негромко рассмеялся, и я, растерявшая за вечер остатки самообладания, с крутого разворота вскинула в ударе ногу - прием, которым Арк иногда успокаивал особо шустрых преступников. Босая пятка встретила пустоту - ого, вот это реакция! - а мою лодыжку обхватили теплыми пальцами, крутанули, но грохнуться на асфальт не дали - подхватили и осторожно поставили на ноги. Я мгновенно отпрыгнула, оставляя между собой и незнакомцем безопасное расстояние. Глянула настороженно: кто же это у нас такой ловкий?

На вид парню было не больше тридцати. Выше среднего роста, стройный, но развитую мускулатуру не скрывали ни широкие джинсы со множеством карманов (именно такие носила и я), ни кожаная куртка-коротышка в металлических клепках, распахнутая на груди. Спортивная майка туго облегала рельефные мышцы. Я скользнула взглядом выше. Приятное треугольное лицо, открытый взгляд. Взъерошенный ежик темных волос, схваченных на затылке в хвостик, а глаза чуть раскосые, черные, азиатские. Сейчас они смеялись, наблюдая, как я стою - одна нога босая, на второй болтается босоножка - и обиженно шмыгаю носом.

- Хороший удар, - наконец, улыбнулся парень.

- Хорошая реакция. - я неохотно вернула ему комплимент.

- Прости, если напугал - я вовсе не хотел подкрадываться, просто ты не заметила меня в темноте. А когда ты запустила туфлей в воду, было трудно не засмеяться. Кто тебя так разозлил?

- Поверь, лучше тебе этого не знать. - я бросила тоскливый взгляд через плечо. Черт, надо было позвонить из ресторана Арку, чтобы забрал меня. Сотовый я, конечно, оставила дома, ибо сумочки у меня отродясь не было, как не было ни одного кармана на этом проклятом платье. Теперь придется либо ловить попутку до Университета, либо тащиться пешком через полгорода в одной босоножке и легком наряде... А холодно, мать-перемать!

- Может, тебя подвезти? - словно угадав причину моего недовольства, спросил парень. Очень как-то просто спросил - и почему-то я сразу поверила в то, что этот человек не может никому причинить зла. Улыбка у него была располагающая, озорная. С минуту я колебалась, хмуро рассматривая босую ногу, потом буркнула:

- Было бы неплохо, если б ты подбросил меня до Университета на Кленовом Бульваре. Знаешь, где это?

- Конечно. Только я на байке - не боишься? Я тебе свой шлем дам.

- А чего тут страшного-то? - фыркнула я. Потом вспомнила о своем вечернем платье и глянцево-прилизанном виде, и подумала, что со стороны выгляжу этакой пай-девочкой из богатой семьи, которая, конечно, жутко боится парней в кожанках и на рычащих железных конях. М-да... Хоть плачь, хоть смейся.

- Меня зовут Вик. - он улыбнулся, протянул руку. Легонько сжал мои пальцы, словно это были хрупкие крылья бабочки. Надо же, еще и нежничает!

- Я - Шеба.

- Будем знакомы, Шеба. Что ж, пойдем - тут рядом парковка. Слушай, тебе же неудобно в одной босоножке!

Не успела я ахнуть, как меня подхватили на руки и понесли, невзирая на возмущенные крики вроде: "Пусти, я сама!" Подобные фокусы прощались одному Арку, да и то лишь при особых обстоятельствах (вроде того когтистого желтоглазого обстоятельства, благодаря которому я угодила в больницу). Но - странное дело! - мне было приятно ощущать себя маленькой и слабой, нравилось тепло крепких рук Вика, запах трав и леса, который почему-то исходил от его тела... Захотелось закрыть глаза и довольно замурлыкать. Господи, как же устали за вечер мои бедные ноги!

Спустя какое-то время меня поставили на тротуар, укутали в куртку и сунули в руки шлем. У меня не было никаких сил протестовать. Сжав голыми ногами холодные бока байка, я привалилась щекой к спине Вика, словно мы были знакомы по крайней мере полжизни.

- Ты только держись, ладно? И не разжимай рук, даже если станет страшно.

- Страшно? Не пори ерунды. Я с двенадцати лет с байка не слезаю.

- Правда? - недоверчиво покосился на меня парень.

- Ага. Заслуга друга-Карателя, - я захихикала при виде его вытянувшегося лица. - Да поехали уже, промокнем ведь - дождь собирается...

- Не забывай держаться.

- Заткнись и поехали!

... До Кленового Бульвара мы добрались довольно быстро - я даже ощутила что-то вроде досады оттого, что начавшееся так необычно знакомство закончилось. Я велела Вику припарковаться у привычной части ограды, под сенью деревьев - хотя час для закрытия главных ворот был еще ранний, не хотелось привлекать лишнего внимания. Сегодня кое-кто уже видел меня при полном параде, так что шепотки в спину и любопытные взгляды мне обеспечены. А что станет с университетскими сплетницами, узнай они, что вечером меня подвез симпатичный парень на крутом байке? Кроме того, выглядела я не лучшим образом - остатки косметики окончательно размазались по лицу, прическа развалилась, одной босоножки нет, легкий шарф намок под дождем и обвис некрасивой тряпкой... Впервые в жизни я испытывала что-то вроде смущения по поводу своего внешнего вида, на который мне было наплевать даже в те дни, когда случалось ходить с заплывшим кровоподтеком вместо глаза. После драк в "Кусаке" и уличных стычек было бы странно беспокоиться о своей привлекательности, что бы там ни ворчал Арк о загубленной женской судьбе. Почему же сейчас, под пристальным взглядом глаз Вика, так хочется провалиться сквозь землю от стыда? Стареешь, Шеба...

Усилившийся дождь вынудил нас искать убежища под кронами деревьев, навалившихся на ограду. Было совсем темно; мокрые улицы мерцали в свете редких фонарей, да иногда слышались торопливые шаги какого-нибудь припозднившегося студента. Город, в обычное время оживавший с наступлением ночи, был непривычно тих и безлюден.

- Тебе лучше идти, - подал голос Вик, стоявший так близко, что я ощущала тепло его груди, на уровне которой как раз очутился мой нос. Я подняла глаза, не зная, сердиться или обижаться, но парень пояснил: - Ты босая, простудишься. Земля ледяная, да еще и мокрая...

- Да, точно. - я смущенно хмыкнула, взглянув на босую ногу - пальцы и пятка уже вымазались в грязи. Вот черт... Как бы действительно не схлопотать простуду - если до этого Рэй не прибьет меня за угробленную босоножку.

- Значит, ты здесь и учишься, и живешь? - задумчиво спросил Вик.

- Ага. Этим летом поступила.

- А в гости к тебе можно будет напроситься... как-нибудь?

- К нам мальчиков не пускают, - засмеялась я.

- Досадно. А если я переоденусь девочкой?

Вообразив себе эту картину, я и вовсе загоготала. Не выдержав, фыркнул и Вик.

- Ну, хорошо. А где еще тебя можно найти, Шеба?

- Зачем тебе меня находить?

- Кто знает... Может, ты мне понравилась.

- Хм. - я поскребла ногтем кончик носа. - Ну, если не испугаешься, приходи как-нибудь ночью в "Кусаку", это на окраине Веселого Квартала. Я там часто бываю.

- Ты? - темные глаза недоверчиво уставились мне в лицо.

- Не верится? Приходи, и сам увидишь.

- Но ты меня точно не обманываешь?

- Я ненавижу ложь...

- Прости. Я не это имел в виду... Просто такая девушка, как ты, не ассоциируется у меня с грязными трущобами, где опасность подстерегает на каждом шагу.

- Да-а? - заинтересованно протянула я. - И какая же я, по-твоему?

- Ты... нежная, хрупкая, милая. Ты напоминаешь сердитого, но слабого котенка, который не знает, у кого искать защиты. Это так трогает...

- Я? Слабая? Беззащитная? - хотелось засмеяться, но я лишь сглотнула вдруг застрявший в горле комок: почему-то слова Вика задели за живое.

- Ну, не настолько беззащитная, чтобы не суметь постоять за себя, конечно. Я помню твой удар пяткой, - улыбнулся он. Я молча кивнула, гадая, чем этот парень мне так нравится. Рэй бы он наверняка не пришелся по вкусу: она не в восторге от мальчиков-азиатов. Я же, сколько себя помню, всегда испытывала к ним странную слабость - возможно, из-за восхищения восточными единоборствами, которым пыталась научиться. Впрочем, несмотря на характерный разрез глаз, чуть приплюснутый нос и лицо "сердечком", Вик все же больше походил на европейца, и, быть может, поэтому был таким симпатичным.

- Мне пора, - сказала я, возвращая ему куртку и шлем. - Да и тебе лучше поторопиться - слышал о комендантском часе? Город прочесывают усиленные патрули...

- Мы еще увидимся, - он вдруг протянул руку, бережно провел пальцами по моей мокрой щеке, - жест, который я нескоро забуду, - и отстранился, растворившись в темноте. Через мгновение рев байка стих в отдалении, и я, очнувшись, привычным макаром полезла через стену. Внизу, у подножия дерева осталась мокнуть под дождем вторая, ненужная теперь, босоножка.

... В квартире было темно и зябко; на ходу стягивая с себя насквозь мокрое платье, я попутно включила свет в коридоре и шмыгнула в ванную. Раздевшись окончательно, юркнула в душевую кабину и отвернула на полную оба крана. От соприкосновения с горячей водой кожа вмиг покрылась цыпками, тело свело приятной судорогой. Бррр, как же я замерзла в этом чертовом платье и кружевном белье! Все, отныне - только теплые свитера и уютные джинсы. И пусть Рэй со своими нарядами катится к дьяволу.

Небрежно завернувшись в большое махровое полотенце, я, позевывая, поплелась в свою комнату. Толкнула дверь, включила на ощупь свет... и окаменела: на кровати, нагло поглаживая прибалдевшего Лу, полулежал мой брат собственной персоной и ласково мне улыбался. Весь в черном, точно сам он - сгусток ночи, столь им любимой. Золотисто-рыжие локоны стянуты на затылке в хвост, в ухе поблескивает платиновая серьга. И глаза - два ярких изумруда: так не способны отражать свет глаза человека. Ах, да... ведь Фэйт и не был им.

- Привет, сестренка. Я уж заждался. - вампир с интересом наблюдал, как я судорожно пытаюсь прикрыть полотенцем оголившееся бедро. Похоже, его забавляло мое смятение.

- Тебя никто сюда не звал, - почти обиженно огрызнулась я, стервенея от нелепости своего положения. Почему в момент опасности я постоянно оказываюсь невооруженной, да еще и одетой в черт-те знает что? Придерживая полотенце на груди, я рявкнула: - Сегодня всемирный день кровососов, что ли? Чего вы все ко мне пристали?

- Хм. Так я не первый? - красиво изогнул бровь Фэйт. Лу под его ладонью довольно заурчал. Вот маленький предатель!

- Надеюсь, последний! Чего тебе надо? Ты когда-нибудь оставишь меня в покое? - я устало потерла веки пальцами. Голова шла кругом - сил не хватало даже на ярость, неизменную спутницу наших с братом встреч. Фэйта это, кажется, озадачило.

- Ты что, даже не собираешься двинуть мне по морде?

- Убирайся, мертвяк! Я устала и не расположена к долгим приятельским беседам!

- М-да, это на тебя не похоже. Слышал, ты валялась в больнице? Ходят слухи, ты перешла дорогу кое-какому влиятельному вампиру, м?

- Слушай, а тебе-то что? Или тебе досадно, что кто-то из своих тебя опередил и первым бросил мне вызов?

- О, меня вовсе не опередили, сестренка. Ведь ты дралась с полукровкой-вервольфом, а не с Люцием, насколько мне известно. Это не в счет.

- А, уже настучали. Ну и что теперь? Я не пойму, чего тебе от меня надо? Отвяжешься ты когда-нибудь, а?

- Не верится, - Фэйт с нарочитым изумлением покачал головой. - Дикая Кошка разговаривает с проклятым кровососом вместо того, чтобы сразу вцепиться ему в горло! Куда катится мир?

- Повторяю вопрос для особо тупых: чего надо?

- А если я отвечу, что тебя? - маска насмешливости слетела с белого лица вампира так резко, что я невольно отпрянула. - Может, я тоскую по родной крови... Может, жажду ощутить ее на своих губах, Шеба...

Не успела я испугаться, как из прихожей донесся звук открываемой двери, потом громко засмеялась Рэй. Я неотрывно следила за каждым движением Фэйта - он настороженно прислушивался, но, кажется, не собирался предпринимать ничего, угрожавшего жизни Рэй. С него станется, думала я, с ненавистью сверля его взглядом.

- До скорого, - наконец, попрощалась с кем-то (этим "кем-то" наверняка был Люций) подруга, и входная дверь со скрипом закрылась. Я повернула голову - лишь на миг - но этого мига хватило Фэйту, чтобы метнуться с кровати к открытому окну и бесшумно раствориться в ночи. Лишь дождь продолжал выстукивать унылую дробь по подоконнику, наполняя комнату холодом и запахом озона. Кажется, скоро этот запах станет мне ненавистен...

Вздохнув, я подхватила на руки крошку Лу и пошла встречать подругу.

Глава 5

- Арк. - я ласково коснулась растрепанного затылка Карателя. Каким беззащитным выглядел во сне этот обычно суровый парень! Белые волосы небрежно падали на лицо, совсем еще молодое, привлекательности которого не умалял даже длинный шрам через висок - след от давней схватки с каким-то вампиром. Многочисленные шрамы украшали и обнаженную мускулистую спину, руки, покрытые сеткой причудливых татуировок... Глядя на друга и опекуна в такие минуты, я чувствовала нежность, которая редко проявлялась внешне в наших с Карателем отношениях. Это была странная, несколько грубоватая дружба двух людей, не привыкших открыто проявлять свои чувства. Драка с Джоем стала одним из тех редких моментов, когда проявлялось истинное отношение ко мне Арка - трепетное, почти отцовское. Или братское...

Напрасно я забыла о молниеносной реакции Карателя. Еще толком не проснувшись от моего прикосновения, он резко перевернулся на спину, одновременно хватая и выкручивая мое запястье, и одним рывком швырнул меня на постель. Пальцы второй руки сомкнулись на моей шее, и лишь после этого, проморгавшись, Арк понял, кто перед ним. Смущенно откашлявшись, он тут же отпустил меня и помог подняться.

- Какого дьявола ты входишь без стука? - проворчал он, торопливо натягивая брошенные у постели штаны. - Я ведь мог тебя убить! Да и вообще...если бы я был не один?

- Только не после ночного дежурства, - фыркнула я.

- Как ты вошла?

- Забыл, что у меня есть ключ от твоей берлоги? Пришла навестить тебя, узнать, как прошло дежурство...

- Оно прошло, и это главное. Та еще ночка выдалась! Еще две жертвы - юноша, возвращавшийся из бара, и старик, сторож зоопарка. Не пойму, что понадобилось оборотню в зоопарке. К корням потянуло, что ли?

- Быть может, его привлек волчий вой? - предположила я. - Там ведь есть клетки с волками? Собратья, как-никак...

- Возможно, ты права. Сторож, видимо, вышел на шум, и был, гм, сожран. Как обычно, отсутствует сердце - у обоих убитых. Парня жалко - единственный ребенок в семье. Родители чуть с ума не сошли...

- Я вот одного не пойму - вроде не полнолуние, а этот вервольф словно сбесился. Насколько я знаю, они не ведут себя так агрессивно в обычные ночи.

- Да, верно. Этот оборотень либо сам по себе дико злой, либо просто голод его допек - может, давно не охотился или долго сидел на сдерживающих трансформацию медикаментах. Такое возможно, есть учесть, что он живет в городе, маскируясь под человека. Просто сорвался, вот и все... Надо изловить его, пока не поднялась паника. Пресса и без того нагнетает обстановку. Ну, а ты где вчера была? Звонил тебе на сотовый, никто не отвечал. Я уж забеспокоился. Надеюсь, не шастала по городу ночью?

- Я законопослушная гражданка. Вечером мы с Рэй отмечали ее день рождения в "Двух городах", но всю ночь я находилась дома.

- В "Двух городах"? - Арк присвистнул. - Крут же ее папаша... Но как туда тебя пустили?

- Нормально. Нацепила платье, умылась, причесалась, и стала похожа на девушку, - я хихикнула. - Даже песню спела! Все были в восторге.

- Жаль, я этого не видел. Но у тебя точно все в порядке? Глаза у тебя невеселые, детка. Если кто-то посмел тебя хоть пальцем тронуть, я...

- Да нет, не выдумывай. Все хорошо. Просто... встретила вчера тех, кого совсем не хотелось видеть.

- Люция? - догадался Арк. - Он тебе угрожал?

- Как обычно, плел какую-то дурь и предупредил, чтобы я держалась от него подальше. Он просто милашка, тебе так не кажется?

- Ты бы и правда не совалась к нему, Шеба. С ним шутки плохи. В тот раз для тебя все обошлось, но удача не всегда будет сопутствовать тебе. Люций - орешек не по твоим зубкам.

- Скорее, это моя шея не по его клыкам, - буркнула я. О встрече с Фэйтом решила умолчать - как обычно. Каратель ничего не знал о том, что в последнее время вампир все чаще меня преследовал. Что ему было нужно, не могла толком понять я сама. Быть может, он искал со мной встречи по той же причине, которая толкала меня напиваться вдрызг и бродить до рассвета по трущобам и паркам города? Тоска... грусть... Страшно было признаваться в этом себе самой, но я скучала по Фэйту, скучала столь же сильно, сколь и ненавидела. Возможно, он это чувствовал и неосознанно приходил на мой мысленный, полный отчаяния, зов...

- Интересно, в каком режиме теперь работают бары? - решила сменить я тему. - Успела соскучиться по "Кусаке"!

- Ровно в одиннадцать вечера все бары, клубы и подобные заведения закрываются. В полночь вступает в силу комендантский час.

- Кстати, почему так поздно? Не разумнее ли разогнать людей по домам уже с наступлением темноты?

- Оборотни никогда еще не нападали ДО полуночи, - Арк пожал плечами. - Необъяснимо, но факт... Все убийства приходятся в промежуток с полуночи до четырех утра.

- Но вы хотя бы вычислили район, где чаще всего происходят нападения?

- Да, но нам это мало что дало. Оборотень убивает людей прямо на центральных улицах, и лишь старика-сторожа сожрал далеко на окраине, где расположен зоопарк и тянется обширная зона лесопосадок. Мы проверили все дома, подвалы и закоулки на центральных улицах, тщательно изучили информацию о всех жителях тамошних домов, но пока ничего не обнаружили. По-видимому, хитрая тварь обитает где-то на окраине, а охотиться приходит в центр...

- Следы заметает?

- Похоже на то. Не так уж они глупы, эти звери...

- Послушай, но неужели вы не обнаружили ни одной зацепки? ДНК, по крайней мере?

- Да, слюны зверя там было хоть отбавляй. Но в базе данных нет аналогов подобной ДНК - убийца и об этом позаботился. Похоже, кто-то его прикрывает. Кстати, - Каратель с подозрением уставился на меня, - ты что тут делаешь? У тебя разве сегодня нет занятий?

- Была одна лекция, а со второй нас отпустили, преподаватель заболел. Рэй пошла по магазинам, а мне там скучно, вот и решила к тебе заглянуть.

- Ясно. Что ж, я рад, только через полчаса мне придется уйти по делу - если хочешь, можешь составить мне компанию.

- А куда ты пойдешь?

- В Ночной Город. Нужно найти одного подростка-вампира, который мог быть свидетелем убийства. Неподалеку от места нападения мы обнаружили куртку, зацепившуюся за решетку ограды - видимо, парень, увидев оборотня, перетрухнул и дал деру через парк, обдирая одежду. Нам повезло - в кармане куртки обнаружились документы владельца. Отыскать его не составит труда, а разговорить - тем более: все же парнишка нарушил закон, причем дважды - когда пересек Стену в ночное время и проигнорировал комендантский час.

- Хм. И ты думаешь, его слова что-то прояснят? - я скептически хмыкнула.

- Не знаю, но сейчас любая информация важна. Так ты со мной?

С минуту я колебалась, разрываясь между любопытством и ненавистью к вампирам, но, наконец, первое победило. В Ночном Городе я была лишь однажды, да и то в детстве, когда ездила с классом на экскурсию. Мало что отпечаталось в памяти - запомнился лишь огромный готический храм Матери-Иншантры, почитаемой кровососами. Нет, она вовсе не была их богиней - у вампиров отсутствовали любые зачатки религии. Как говорили они сами, им не требовалась вера, чтобы оправдать свое существование. И силу, которую люди черпали в вере и молитвах, они искали в себе самих. Храм Матери-Иншантры они возвели несколько веков назад, в честь великой воительницы-вампирессы, ярой противницы всякого мира с людьми и оборотнями, правление которой пришлось на глухое Средневековье. То были столетья крови и ужаса для всех смертных... Потом Мать-Иншантру, как называли ее все три клана вампиров, каким-то чудом удалось убить в величайшем сражении людей и нежити, и ее гибель стала переломным моментом во всемирной истории - понемногу утихла жажда крови и вражды, и спустя несколько столетий две расы впервые заговорили о мире. Правда, и поныне кое-кто из влиятельных, истинных вампиров, происходящих из древнейших родов, открыто почитали Иншантру и призывали сородичей возродить ее культ. Пока, к счастью, безуспешно. Поговаривали, семейство ле Флам также являлось поклонником кровавой политики Иншантры - что ж, судя по Люцию, это вполне могло оказаться правдой.

- Ладно, пошли. Ты пока прими душ, а я попробую что-нибудь сообразить на кухне. - кивнула я. Арк страдальчески закатил глаза и ретировался в ванную.

Стену мы пересекли беспрепятственно - ворота были широко распахнуты, часовые-кровососы прятались в тени будки, спасаясь от солнечного света. Оставив байк на парковке, мы неторопливо зашагали по тротуару широкой и светлой улицы, окруженной самыми обычными домами, отличавшимися от людских разве что размерами и количеством окон. Стекла в них были затемнены. Я с любопытством рассматривала встречных прохожих, бледные и сонные морды которых носили отпечаток раздражения. Еще бы - изменить привычному, ночному образу жизни! Солнечные лучи едва пробивались сквозь толщу хмурого неба, но и этот свет, по-видимому, был неприятен кровопийцам - почти все они щеголяли солнечными очками и наглухо застегнутой одеждой. Одевались обитатели Ночного Города, кстати, весьма оригинально - в основном здесь почитали стиль "ретро": бархат, кружева, старомодные плащи и рубашки... Молодежь отдавала предпочтение коже, замше и спортивной одежде, но одно было общим: обилие ярких цветов и оригинальность фасонов. На меня тоже косились: во-первых, рядом невозмутимо вышагивал вооруженный Каратель при полном параде, а во-вторых, девчонка с взлохмаченными волосами, в широченных джинсах с полсотней карманов, на поясе которой болтались ножны с мечом, не могла не привлечь внимания. Вела я себя нарочито вызывающе: руки - в карманах, вальяжная походка, вскинутый подбородок. Мол, попробуй, подойди... На меня оглядывались, в основном, парни, одетые подобным же образом, подмигивали, недвусмысленно скалили клыки. Повыдергивала бы...

Наконец, мы очутились на центральной площади. Сверившись с электронным гидом, Арк отыскал нужный дом и махнул мне рукой:

- Погуляй пока, Кошка. Я лучше один пойду, он так быстрее разговорится. Только, Бога ради, не влезай ни в какие переделки! Купи себе мороженого и посиди у фонтана, лады?

- Лады, - вздохнула я, поправляя ремень с ножнами.

Взгляд мой обратился к устрашающей громаде храма Матери-Иншантры, который как раз располагался на центральной площади. Темный, устремленный в небо, со множеством готических шпилей и башенок, на карнизах - каменные статуи то ли горгулий, то ли древних монстров-носферату... Храм этот притягивал, точно магнит - железную стружку. Зачарованная, я медленно двинулась ко входу, не в силах оторвать от него взгляда. На широких ступенях сидела парочка юных кровососов - девушка, темноволосая и желтоглазая, повернула ко мне голову и тихо зашипела, обнажая клыки. Я пожала плечами - такие фокусы на меня давно не действовали. Ее приятель - мальчишка с вздыбленными красными волосами - проводил меня заинтересованным взглядом. Оба были вооружены - но угрозы, по крайней мере, отчетливой, от них не исходило, и я спокойно повернулась к ним спиной. Помедлив, навалилась плечом на массивную, украшенную изображениями древних воителей, дверь, и окунулась в прохладный сумрак зала.

Фрески, витражи, плитка, устилавшая пол зала - все было выполнено в одной кроваво-красной гамме; на миг мне почудилось, будто я оказалась в чьей-то огромной пасти. Холод, безмолвие, жестокие лица каменных статуй - знаменитых вампиров-воителей прошлого - все это давило, мешало дышать, застилало рассудок пеленой страха. Пересилив себя, я осторожно двинулась вглубь зала, где был расположен огромный трехъярусный фонтан, вершину которого венчала статуя самой Иншантры. Стройная двухметровая женщина смотрела свысока, надменно и холодно - косы-змеи тяжело ниспадали с плеч, крутое бедро очерчивал ремень с устрашающего размера ножнами. Легендарная воительница была облачена в тяжелые воинские доспехи, на ромбовидном щите топорщила крылья летучая мышь. Я скользнула взглядом по багровым водам фонтана - неужели то была настоящая кровь? Алые блики прыгали по стенам, теряясь в полутьме уходящего ввысь потолка, там, где зловеще сгустились тени-призраки древнего храма. Я вновь взглянула в пустые глазницы Иншантры. Вампиресса смотрела насмешливо, и каждая черточка ее лица, преисполненного какой-то дикой, неукротимой красоты, излучала ненависть. Ненависть ко мне, презренной смертной, посмевшей нарушить священное безмолвие храма той, одно имя которой когда-то заставляло трепетать от ужаса все человечество. Голова у меня пошла кругом; пол под ногами вдруг пошатнулся, уплывая куда-то вбок. Захрипев от нехватки кислорода, я упала на одно колено, вцепившись пальцами в каменный бортик фонтана. Красная вода застила глаза, в ушах нарастал глухой, угрожающий шум...

- Эй, мисс! - крепкая рука подхватила меня под локоть, рывком поставила на ноги. Я тут же стала оседать обратно, но меня бесцеремонно сгребли в охапку и куда-то потащили. Я не сопротивлялась, чувствуя, как утекает по капле из слабеющего тела жизненная энергия. Потом яркий солнечный свет резанул по глазам, тьма отступила, а с ней - и странная слабость; понемногу приходя в себя, я обрела способность видеть и уставилась на того, кто выволок меня на воздух. Им оказался тот самый красноволосый паренек-вампир, что сидел вместе с подружкой на ступенях храма. Сейчас он был один и с любопытством таращил на меня синие, как жаркое июльское небо, глаза. Обнаружив себя сидящей на пыльном тротуаре перед нагло рассматривавшем меня врагом, я стиснула кулаки - черт побери, да что же это - судьба у меня такая, повсюду сталкиваться с кровососами?..

- Не надо было заходить в храм, - произнес мальчишка и сочувственно улыбнулся. Хорошенький зубастик, невольно отметила я про себя. - Ты разве не знала? Людям туда нельзя - отрубятся и умрут от потери сил. Такова природа храма.

- А, ну да. Его же строили вампиры, - фыркнула я.

- Верно. Тебе уже лучше?

- А тебе-то что? Небось, только и ждешь, чтобы я отрубилась, а? - огрызнулась я, кое-как поднимаясь с асфальта. - Клыки чешутся?

- Зачем ты так? - спокойно, немного удивленно, спросил он. - Я же тебя спас. Если бы хотел, просто бросил бы там и дождался, пока ты не отрубишься.

- Логично. Тогда зачем ты меня вытащил?

- А ты хотела остаться там?

- Не особенно. А где твоя маленькая подружка? Та, что шипела мне в спину?

- Криста? - он хихикнул. - Она немного невоспитанна, это точно. Она разозлилась, когда я пошел тебя вытаскивать, и убежала. Криста недолюбливает смертных.

- Взаимное чувство. Ладно, - я неохотно повернулась к нему. Несмотря на то, что пацан был явно младше меня, я с трудом доставала ему макушкой до уха - точнее, до золотой серьги-крестика (какой дурак придумал, что нелюди боятся крестов и святой воды? Чушь несусветная!). - Как тебя зовут, вампир-альтруист?

- Лолли.

- За что это тебя родители так? - прыснула, не сдержавшись, я. Парень немедленно надулся:

- Нормальное имя! Вообще-то, меня зовут Лолит, но для друзей я - просто Лолли.

- Мы с тобой скорее враги, чем друзья, зубастик.

- Все равно. Не люблю свое полное имя. А ты кто?

- Шеба.

- Рад знакомству. Ты прикольная, - сощурил он синие глаза, опушенные длинными темными ресницами, которым явно обзавидовалась не одна девчонка.

- Ты тоже... ничего. - я усмехнулась, разглядывая мальчишку: широкие штаны-милитари, заправленные в армейские бутсы, черная майка, бежевая ветровка в серебряных клепках, шея увешана цепочками и всевозможными кулонами... Щупловат - но у вампиров комплекция не является показателем силы. За поясным ремнем - пара ножей. Красные вихры довершали образ "городского дикаря". Ну хоть кто-то здесь похож на человека...

- Ты - подружка Карателя, да? - продолжил Лолли. - Я видел, как вы вместе ходили по площади. У него крутой меч!

- Меч крут, это точно, - сдерживая улыбку, кивнула я. - И Каратель - действительно мой друг. Давний.

- То есть, он не твой парень?

- Тебе-то что? Маленький еще, чтобы о таком спрашивать, усек?

- Чего это? - обиделся он. - Мне через месяц пятнадцать будет!

- Для вампира это - ничто, - отрезала я. - Так что не спорь, кроха.

Лолли оскалил по-кошачьи острые и тонкие клыки, видно, намереваясь выдать достойный ответ, но я лишь отмахнулась: заметила спешившего к нам через площадь Арка. Судя по выражению его лица, он собрался разнимать меня и юного вампира.

- Эй, спокойно! - крикнула я издали, подняв руку. - Драки нет, никто не пострадал. Мы просто беседуем.

- Ага, точно, - поддакнул Лолли, глаза которого так и загорелись при виде самого настоящего Карателя.

- Ты ему ничего не сделала? - с подозрением спросил Арк, переводя взгляд с меня на мальчишку. Я возмутилась:

- Я не поняла, кто из нас двоих - вампир? Ты, кажется, за меня переживать должен! Клыки - у него, а не у меня, если забыл!

- С тебя станется, к детям начнешь приставать, - ворчливо заметил мой друг.

- Это кто тут ребенок? - на этот раз оскорбился Лолли. Шмыгнул курносым носом и враждебно уставился на Карателя.

Мой беловолосый друг скрестил руки на груди и грозно глянул на мальчишку с высоты своего внушительного роста:

- Я не понял, юноша, вы почему не в школе? Прогуливаем?

- Школа закрыта на время чрезвычайного положения,- буркнул тот. - Ученикам сложно заниматься в дневное время - не могут сосредоточиться и теряют силы... А вообще, не понимаю, какого фига надо было вводить этот дурацкий комендантский час в Ночном Городе, если нападения происходят только на территории смертных? Это их проблемы.

- Меры предосторожности. Шеба, - Арк тронул меня за плечо, - пойдем, нам тут больше нечего делать. А ты, мальчик, топай-ка домой, а то на солнце кровь пойдет носом.

- Слушай, все Каратели - такие зануды? - повернулся ко мне обозленный кровосос. Я вздохнула:

- Только Арк. И я бы не советовала тебе, зубастик, испытывать его терпение. Беги домой.

- А кто спасибо скажет? За спасение из храма? - обиделся Лолли.

- Какое еще спасение? - зловещим шепотом поинтересовался Каратель. Я бросила на паренька уничтожающий взгляд.

- Ты заходила в храм, Кошка? - не унимался Арк. Серые глаза сузились от гнева. - У тебя в голове хоть капля разума осталась или Джой остатки вышиб? Мне что, по пятам за тобой ходить, как за маленькой, чтобы ты никуда не вляпалась?

- Слушай, отцепись! - вспылила я, по большей части из-за того, что друг принялся отчитывать меня при едва знакомом сопляке. - Кто знал, что там ловушка? Я просто решила поближе познакомиться с древней культурой вампиров!

- Могу быть гидом, - встрепенулся Лолли, но я лишь отмахнулась: банный лист, а не кровосос, ей-богу!

- Шеба, нам пора. - Арк ухватил меня за шиворот и бесцеремонно поволок через площадь, встряхивая каждый раз, когда из горла моего вырывалось очередное ругательство. Я оглянулась на ходу: Лолли все еще стоял у подножия храмовой лестницы, засунув руки в карманы и глядя нам вслед с веселой ухмылкой. Интересное, должно быть, у него сложилось мнение о Карателях и их подружках...

Что-то подсказывало мне, что я еще увижу красноволосого подростка-вампира.

***

- Значит, разговор с парнем ничего не прояснил? - я задумчиво отхлебнула из банки пиво (сегодня предстояло драться, следовало воздержаться от крепких напитков).

- Увы. - Арк тряхнул белой челкой. - Говорит, почти ничего не успел рассмотреть, так перепугался. Вот только... хм, знаешь, странно, но он утверждает, что оборотень был не черным, а светло-серым, почти белым...

- Серым? Но это не зацепка. Что нам дает цвет его шерсти?

- Не знаю, Кошка. Обычно вервольфы светлого окраса в человеческом обличье имеют светлые же глаза, часто - и волосы. Правда, с волосами накладка - сейчас они у всех поголовно крашеные.

- Не обобщай, прошу.

- Ну, мы с тобой - исключение, - он улыбнулся.

- Глаза тоже вряд ли можно посчитать зацепкой. Линзы, операция... цвет изменить проще простого. Да и, честно говоря, абсурдно считать всех светлоглазых и светловолосых потенциальными оборотнями!

- Конечно, ты права. Вот я и говорю - никаких прояснений. Кстати, - он взглянул на часы, - надо проверить пару-тройку заброшенных складов на окраине, вернусь к закрытию бара, отвезу тебя домой.

Он поднялся, хлопнул на прощание меня по плечу и упругим шагом двинулся через задымленный зал. Я мысленно потерла руки - вот-вот начнутся бои, и в отсутствие "надзирателя" можно будет как следует подраться. Заодно и деньжат заработаю. Не все ж у Арка клянчить...

Народ прибывал - со мной здоровались, дружески кивали, спрашивали, куда я запропастилась. Перед приходом в "Кусаку" я успела как следует размяться в университетском спортзале, и теперь довольно прислушивалась к слегка ноющим мышцам. Кулаки чесались в предвкушении доброй драки.

... Внизу, в подвале, на возвышении была устроена небольшая арена, огороженная по периметру. Вокруг толпились зрители, а у самой отдаленной стены жались к импровизированной барной стойке стулья. Судьей был Дин, вышибала с мрачным и грубым лицом. Услышав, что я хочу выйти на ринг первой, он согласно кивнул:

- Хорошо, у нас тут как раз пара для тебя нарисовалась, девчонка одна, новенькая. Кажется, неплохой боец. Ты уверена, что у тебя все кости срослись, Кошка? А то твой дружок-Каратель мне потом башню оторвет...

- Не оторвет. Мы ему не скажем.

Я отстегнула ремень с ножнами, стащила с себя куртку, свитер и, оставшись в майке с узкими бретельками, позволявшими видеть мою татуировку на лопатке, и спортивных штанах, под одобрительный рев толпы полезла на арену. Заученным движением скрутила рыжую гриву в жгут и закрепила на затылке. Если драться предстоит с девчонкой, лучше позаботиться о волосах - в них непременно вцепятся.

Кто-то подсадил на арену мою противницу - она встала напротив меня, взглянула изучающе. Я спокойно встретила ее взгляд, в свою очередь, рассматривая девушку. Выше меня на полголовы, жилистая и крепкая, несмотря на кажущуюся хрупкость; милое овальное личико с широко расставленными голубыми глазами и алыми, чувственно-пухлыми губами. Родинка в уголке рта. По-мальчишески короткая стрижка, волосы модного цвета "металлик", отливают серебром в тусклом свете ламп. Руки вытатуированы непонятными символами. Вызывающе-короткий топ, спортивные шорты, кроссовки - обычная девчонка, правда, на пару-тройку лет явно постарше меня. Смотрит холодно, чуть свысока - уверена в себе. Что ж, мы тоже не лыком шиты.

- Дикая Кошка против Анж! - заорал Дин, перекрывая царивший в подвале шум.

"Когда-нибудь и у нее появится бойцовская кличка", - подумала я, отрывая взгляд от миниатюрной фигуры девушки. В галдящей разномастной толпе я вдруг краем глаза заметила лицо, показавшееся мне смутно знакомым, - оглянулась... и обомлела: на ближайшем к арене стуле сидел не кто иной, как Вик. Спортивный черно-красный комбинезон с рукавами три четверти, на руках - массивные шипастые браслеты, недавно вошедшие в моду. Темные волосы, гладкие, как шелк, отливают синевой в электрическом свете. Словно ощутив мой взгляд, Вик медленно поднял глаза, и лицо его озарила радостная, чуть удивленная, улыбка узнавания. В последний (и единственный) раз, когда мы виделись, я выглядела пай-девочкой из богатой семьи - вечернее платье, дорогие босоножки, красивая прическа, макияж... Теперь же перед Виком стояла растрепанная забияка с татуировкой на спине, небрежно одетая, с торчащими худыми локтями и сжатыми в предвкушении драки кулаками. Сердце мое забилось, как бешеное. Он все-таки пришел, нашел "Кусаку", хотел меня увидеть! Он мне поверил...

Чувствуя, как расплывается по лицу глупая улыбка, я повернулась к сопернице. Надеюсь, обойдется без расквашенных носов и разбитых губ - не хотелось, чтобы Вик увидел меня такой. Он все же запомнил меня изнеженной принцессой, а не грубиянкой-драчуньей.

Дин поднял руку, призывая зрителей к тишине, и, помедлив, резко опустил, тем самым подав сигнал к началу схватки. Пару секунд мы с Анж продолжали смотреть в глаза друг другу, потом девушка лениво, с непередаваемой грацией хищницы двинулась по кругу, точно готовясь к прыжку. И тут меня ожидал неприятный сюрприз. Глаза Анж вдруг начали мерцать ярко-голубыми искрами, точно два драгоценных камня - а это могло означать лишь одно. Девушка была полукровкой-оборотнем. Черт, ну что за судьба такая - всю жизнь драться с вервольфами и кровососами!..

Анж прыгнула бесшумно - и совершенно неуловимо, точно скользнувшая по полу тень. Изящная, но крепкая рука с острыми коготками прошлась по моему плечу, словно проверяя на прочность мое тело. Кожу обожгло - по майке на грудь заструились тонкие ручейки крови. Я отскочила, не в состоянии поверить, что кровь эта - моя; еще никогда и никому не удавалось ранить меня в самом начале схватки. А ведь не прошло и минуты!

Злость ударила в голову, вытесняя рассудок, но усилием воли я подавила неуместные сейчас эмоции. Это лишь мешает драться.

Удар, еще, и еще - девушке пришлось отбиваться без передышки под моим стремительным натиском. Стоило ей отвлечься на мои кулаки, как я сделала ловкую подсечку и повалила соперницу на пол. Но, едва коснувшись лопатками земли, она крутанула в воздухе ногами и снова приняла вертикальное положение. Вот это прыть! Пожалуй, гибкости этой девочки позавидовала бы и кошка...

Анж разозлилась - это было видно по запылавшим голубым огнем глазам - и ее маленький кулак устремился к моему носу. Я поймала его раскрытой ладонью, сжала до хруста в костяшках. Девушка пустила в ход вторую руку, но я и ее перехватила, и, чуть разжав стиснутые пальцы, с наслаждением вывернула аккуратный мизинец. Полукровка заорала - да уж, больно, знаю не понаслышке - и вдруг, склонив голову, цапнула меня чуть повыше запястья. Вскрикнув, я отпустила ее и отпрянула - рука была серьезно рассечена, кожу уродовал оттиск волчьих клыков. Зал заволновался, кто-то крикнул: "Нечестно!" Наверное, новичок. Завсегдатаи прекрасно знают, что в "Кусаке" приняты бои без правил. Исключение - не добивать противника.

Я подняла глаза: Вик у барной стойки приподнялся на стуле, бледный и встревоженный, но - вот гад! - его взгляд был устремлен вовсе не на меня, а на стоявшую напротив Анж. Вот так дела!

Кипя от ярости (или ревности?), я резко повернулась к девушке, намереваясь как следует разукрасить ее симпатичную мордочку, и остолбенела: та оседала на пол, не спуская с меня потускневших глаз. Не раздумывая долго, я бросилась к ней, подхватила под мышки и осторожно опустила на землю - Анж судорожно вцепилась в мое плечо и пожирала взглядом заляпанную кровью майку. Не нравилось мне выражение ее лица, ох, не нравилось...

Нас мигом окружили - первым подскочил Вик, вырвал девушку из моих рук, затормошил:

- Анж! Анж, слышишь!

- Полукровка? - проревел Дин, протискиваясь сквозь возбужденно гудевшую толпу. - Ну-ка, принесите девчонке крови!

- Крови? - прошептала я, ничего не понимая. Вик оглянулся.

- Да, Анж забыла принять лекарства. Ее мучает голод... Такое случается.

- Ее возбудил вид моей крови, - усмехнулась я. - Не знала, что полукровки так уязвимы. Она могла броситься на меня и вцепиться в горло...

- Вряд ли. Я знаю свою сестру, она на такое не способна.

- Сестру?! - я изумленно вытаращила на него глаза. - Но... вы... я хочу сказать, вы не очень-то похожи...

- И что с того? - Вик пожал плечами, озабоченно наблюдая, как Анж жадно приникла к принесенному ей стакану с синтетической кровью. Щеки девушки начали розоветь на глазах. Когда стакан опустел, Вик поднял сестру на руки и, бережно прижимая к груди, спустился с арены. Помедлив, я спрыгнула следом, подобрала ворох брошенной одежды, меч. Пока мы вдвоем кое-как устраивали все еще слабую Анж у барной стойки, бои продолжились - на арену поднялся громадный мулат и какой-то мрачный бродяга с длинными спутанными волосами. Но я уже потеряла интерес к драке - меня слишком занимал вопрос родства нового знакомца Вика и соперницы-полукровки. Кто бы мог подумать? Воистину, пути Судьбы неисповедимы...

- Анж, - парень тронул сестру за плечо, - может, домой? Тебе плохо, я вижу. Давай не будем снова рисковать...

- Не пори ерунды, - она сердито оттолкнула его руку. - Я в норме. Просто не ела весь день и забыла о лекарствах.

- Не следовало лезть в драку, вот и все.

- Я еще отделаю тебя, рыжая, - фыркнула Анж, повернувшись ко мне. Вблизи ее лицо с заостренными чертами и большими, холодными, как лед, глазами показалось мне не таким уж и симпатичным. Ничего общего с Виком! Его привлекательность заключалась именно в странном обаянии, силе, которая ощущалась столь же отчетливо, как и у его сестры, но от которой становилось тепло и спокойно. Мне, по крайней мере. А глядя в глаза Анж, я не чувствовала ничего, кроме неприятного холодка по коже.

- Мечтай, полукровка, - парировала я, однако, не испытывая враждебности к сопернице. Бой есть бой, но в жизни мы не останемся врагами - к чему лезть на рожон?

- Анж, - вмешался Вик, явно испытывавший неловкость, - это Шеба, девушка, о которой я тебе говорил. Познакомься.

- А, это ее мы тут искали? Ну, я ее себе немного иной представляла, братец, - прыснула Анж. - Это же настоящая дикарка, а не... юная прелестница.

- Именно так. - кивнула я, воспринявшая ее слова как комплимент.

- А ты неплохо дерешься. Жаль, мы не закончили.

- У нас еще будет шанс.

- Точно.

- Никаких шансов, - отрезал Вик. - И лучше всего нам сейчас собраться и уйти из этого места. Мне не улыбается отбивать вас у какого-нибудь набравшегося громилы.

- Ой, гляди-ка, он трусит, - толкнула меня локтем в бок Анж. Я хихикнула.

- Спелись, - вздохнув, констатировал парень.

Он заказал водки и, смочив ей носовой платок, принялся протирать мои раны. Я пыталась отбиваться - подумаешь, пара-тройка ссадин да укушенная рука! - но Вик был непреклонен. Его сестра, наблюдая за нами, как-то нехорошо улыбалась, и я подумала, что поостереглась бы жить с ней под одной крышей. Если у нее периодически случаются неконтролируемые приступы, как сегодня, то Вику стоило лишь посочувствовать. Или они живут порознь?..

- Что ты делаешь тут одна? - тихо спросил Вик, осторожно ощупывая мою посиневшую в месте укуса руку. - Этот квартал - не для одиноких девушек, Шеба. Даже для тех, что могут за себя постоять.

- Кто сказал, что я одна? Обычно я бываю тут вместе с другом, Арком. Он - Каратель, и рядом с ним я в полной безопасности. Он обещал заехать за мной к закрытию бара...

- Да, я помню, ты что-то говорила о нем при нашей прошлой встрече. Ну, а семья, родители? Как они позволяют тебе шляться по злачным местам?

Я отвернулась, глядя на арену, где сцепились в отчаянной схватке покрытые кровью и потом мужчины. Анж, сидевшая рядом, возбужденно вскрикнула, когда один из дерущихся с глухим стоном осел на землю. Глаза девушки пылали жутким голубым огнем. Вик ждал ответа, и, передернув плечами, я сухо произнесла:

- Нет у меня семьи. Я сирота.

Он молчал, но по глазам было видно, что мои слова его потрясли. Я пошарила по карманам штанов, выудила смятую пачку сигарет, щелкнула зажигалкой. Усмехнулась, вспомнив о данном Арку обещании бросить курить. Бросишь тут... с такой жизнью.

- Шеба. - теплая, чуть шершавая, ладонь легла на мое плечо, покрытое коркой засохшей крови. Я неохотно подняла глаза на Вика, в который раз поразившись ощущению силы, волнами исходившей от его тела. Она переполняла меня, даря чувство покоя и защищенности. - Я не буду говорить тебе слов соболезнования, потому что совершенно не умею этого делать. Знаешь, если бы я был всесилен, то любой ценой вернул бы тебе семью. Теперь мне ясно, почему у тебя всегда такие грустные глаза. Ты ершишься и норовишь выпустить когти по поводу и без, но все равно выглядишь страшно беззащитной. И я хочу, чтобы ты знала - я всегда буду рядом, буду оберегать тебя от обид и опасностей, откуда бы они ни исходили. Знай, что можешь рассчитывать на меня, как на себя саму, Шеба.

- С чего бы это? Мы едва знакомы, - невесело усмехнулась я. Слова парня отчего-то тронули меня, хоть я и старалась не показать этого. Никого, кроме Арка и Рэй, никогда не волновала моя судьба, и тем удивительнее была неподдельная нежность, сквозившая в голосе Вика.

- Ну и что? Мне кажется, я знаю тебя всю жизнь, и не только эту, но и все прошлые, если они были, - он улыбнулся, но темные глаза оставались печальными.

- Но я тебя совсем не знаю. Как я могу тебе доверять?

- Я не прошу тебя о доверии, Шеба. Просто позволь мне быть рядом.

- Как хочешь. Но вынуждена предупредить - неприятности ходят за мной по пятам, так что находиться со мной рядом очень небезопасно.

- Тем более, я должен быть всегда с тобой.

- У меня складывается впечатление, что ты - мой ангел-хранитель! - я фыркнула, глядя на него сквозь сизую пелену сигаретного дыма.

- Быть может, так оно и есть. Быть может, нам было суждено встретиться... Мы ведь в чем-то очень похожи - мы с Анж тоже потеряли родителей. Потом расскажу, если захочешь.

- Договорились.

Мы взяли по коктейлю и какое-то время продолжали наблюдать за боями. Я чувствовала легкое раздражение - из-за "приступа" Анж я лишилась положенных за одержанную победу денег. Мысль о том, что могла проиграть я, а не девушка-вервольф, даже не пришла мне в голову. Я редко проигрывала. Бывало, уходила из "Кусаки" избитая до потери пульса ("уходила" - громко сказано; частенько Арку приходилось тащить меня на себе), с вспухшим от ударов лицом и кровоподтеками на ребрах, но с честно заработанными деньгами в кармане. И, отлежавшись, снова рвалась в драку. Сама порой не понимаю этого упорного стремления ввязаться в мордобой. Я словно хотела доказать миру, что ничто не сумеет сломать меня, что у меня хватит сил противостоять всему, что сваливается на мою голову. Постоянная злость кипела в моих жилах, ожидая малейшего повода вырваться на свободу и завладеть моим существом. Странно - в детстве я считалась "ребенком-ангелом", кротким и ласковым котенком. А в двенадцать лет моя жизнь перевернулась, и я сошла с ума...

Внезапно Анж ойкнула и согнулась пополам, схватившись за живот. Лицо ее на глазах принялось белеть. Вик мгновенно кинулся к сестре, обнял за плечи:

- Нам лучше уйти. Я же говорил, надо домой!

- Все в порядке, - выдавила та сквозь стиснутые, словно от боли, зубы.

- Нет, Анж. Мы уходим.

Ухватив девушку за локоть, он стащил ее со стула и повернулся ко мне:

- Шеба, прости, мне надо идти. Если хочешь, подкину тебя домой - лучше не оставаться тут одной.

- Все хорошо, Арк заедет за мной с минуты на минуту, - отмахнулась я от него. - Иди. Я же вижу, твоей сестре плохо...

- Ладно. Еще увидимся, - пообещал он и поволок вконец обессилевшую полукровку к выходу. Я недоуменно таращилась им вслед. Общаясь с Джоем, я никогда не подмечала за ним тех странностей, что творились с Анж. А ведь оба они - полукровки...

Скоро за мной приехал Арк. Всю дорогу до кампуса я думала об этой паре - Вике и Анж. Если девушка - полукровка, то почему Вик - нормален? Кровь-то общая... В принципе, такое случается: гены вервольфа не обязательно передаются от родителей детям, но все же было в парне что-то настораживающее. Несмотря на всю его положительность.

Глава 6

На следующий день, спускаясь после занятий по лестнице университетского корпуса и вполуха слушая болтавшую о чем-то Рэй, я вдруг ощутила прикосновение знакомого уже тепла к телу - силы, которой обладал лишь один человек. Я подняла глаза, шаря взглядом по людному холлу, и вздрогнула: у широкого окна в лучах утреннего солнца стоял Вик собственной персоной. Привычный уже мотоциклетный комбинезон он сменил на строгий вельветовый френч и узкие черные джинсы, в руках сжимал букет алых пионов. Сразу две мысли одновременно пришли мне на ум: как охрана пустила Вика за ворота и откуда он узнал, что пионы - мои любимые цветы?

- Ты чего? - удивилась Рэй, когда я остановилась и судорожно вцепилась ей в руку.

- Там... у окна. - прошептала я вдруг пересохшими губами. - Парень с букетом...

- А, вижу. Ну и что? Это твой знакомый?

- Это тот самый парень, который подвез меня домой после твоего дня рождения. Я тебе о нем говорила...

- А-а, - понимающе протянула Рэй и внимательнее пригляделась к Вику, который мерил холл нервными шагами. - Симпатичный. Ты в него влюблена?

- Дура, - смущенно фыркнула я и потянула ее за собой: надо увести из университета Вика, пока его не приметили местные студентки-сплетницы.

Мы не подошли к парню и на десять шагов, как он обернулся, да так резко, словно почувствовал наше приближение. Лицо его, которое в дневном свете показалось мне болезненно бледным, озарила широкая улыбка.

- Привет. - он подошел, неловко сунул мне в руки цветы. - Я тебя жду.

- Вижу. - вздохнула я. - Ну, знакомьтесь: Рэй, это Вик, Вик, это - моя лучшая подруга и соседка по комнате, Рэй. А теперь потопали-ка отсюда, пока наши девицы не разорвали тебя на части.

Покинув мрачное здание университета, мы зашагали по парковой аллее кампуса. Встречные студентки бросали на Вика заинтересованные взгляды, оглядывались, шептались. Еще бы! Парень видный, одно удовольствие на него смотреть.

- Как ты сюда попал? - поинтересовалась я, когда мы свернули с аллеи вглубь парка и медленно побрели по пожухшей траве.

- Это было несложно, - он пожал плечами. - Это университет, а не секретная военная база, Шеба. Я сказал, что иду к своей девушке, вот и все.

- Кхм! - сердито хмыкнула я, заметив лукавый взгляд Рэй. Страшно захотелось треснуть ее по голове тяжелым рюкзаком. - Но... ведь это неправда.

- Неправда, - легко согласился Вик и белозубо улыбнулся. - Но только пока, я надеюсь.

Я закашлялась, не зная, куда деваться от смущения. Обычно мой острый язычок выручал меня в любой, самой щекотливой ситуации, но тут позорно капитулировал. Быть может, дело было в симпатии, которую почему-то вызывал у меня этот сильный, но такой нежный парень? Рэй за его спиной корчила мне рожи, означавшие, вероятно, полное одобрение с ее стороны моим выбором. Я вздохнула и обреченно покачала головой. Только влюбиться и не хватало... до полного хаоса в моей жизни.

- Я пришел не просто, чтобы повидать тебя, Шеба. - Вик остановился, глядя мне в глаза. - Можно пригласить тебя в кафе?

- Конечно, можно! - вмешалась Рэй до того, как я успела открыть рот. - Ей не помешало бы немного развеяться. Да и общение с противоположным полом пойдет на пользу, - и она хихикнула, игнорируя мои отчаянные гримасы.

- Шеба? - Вик вопросительно смотрел на меня.

"Ну зачем мне это? Ненавижу свидания, телячьи нежности, прогулки под луной, воркование за столиками в кафе... Но, черт возьми, как же меня влечет к этому парню!"

- Уговорил, - мрачно кивнула я. - Сейчас сбегаю рюкзак брошу, и пойдем. Подожди у ворот.

- Не забудь поставить цветы в воду! - крикнул он мне вслед.

... Очутившись в своей комнате, я задержалась перед зеркалом, смахнула толстый слой пыли с гладкой поверхности. Отчего-то захотелось увидеть свое отражение. И что только он во мне нашел, этот Вик? В нескладной, низкорослой, хмурой девчонке с вечно взлохмаченными рыжими космами и хриплым голосом...

Я плохо помнила маму, но Арк часто утверждал (особенно в состоянии подпития), что я - ее точная копия. Врал, конечно. Моя мама была красавицей. Об этом говорили сохранившиеся фотографии и помнившие ее люди. Хрупкая и миниатюрная, как японская статуэтка, женщина с большими печальными глазами и короткой стрижкой. А ее голос... Мамин мелодичный смех преследовал меня во снах долгие годы после ее гибели. Нет, мы с ней совсем разные!

Подумав, я стянула с себя выцветшую старую водолазку и отыскала в недрах шкафа изумрудно-зеленый тонкий свитер, который, по утверждению Рэй, очень шел к моим глазам. Прошлась расческой по непокорным волосам и схватила их в низкий хвост на затылке. Пара коротких прядей тут же выбились из прически, топорщась на висках. Ну и черт с ними.

- Отлично выглядишь, - одобрительно кивнула Рэй, проводив меня до дверей. - Смотри, веди себя хорошо и попробуй хотя бы один день обойтись без хамства. Подружка, ты отхватила классного парня - не упусти его!

- Пока еще не отхватила, - рассмеялась я. Мне было странно легко, хотелось запеть или совершить какую-нибудь глупость. Давно со мной не было такого. Однажды - около года назад - я испытывала нечто подобное, когда встречалась с мальчишкой-одноклассником, но чувство это быстро угасло. Романтика первого увлечения закончилась дракой и последовавшим расставанием, и воспоминания о тех днях были одними из самых неприятных. Оставалось лишь надеяться, что на это раз все пойдет по-другому...

Вик ждал меня за оградой, сидя на бордюре тротуара с сигаретой в руке. Чуть поодаль возбужденно чирикала стайка юных первокурсниц, пожиравших парня плотоядными взглядами. Я злобно покосилась в их сторону.

- Ты - просто чудо, - с искренним восхищением произнес Вик, поднимаясь мне навстречу. Приобнял за плечи и нежно, почти неощутимо, коснулся моего виска поцелуем. Наблюдавшие эту сцену девчонки, кажется, дружно заскрипели зубами. Боже, до чего приятно!

- Ты пешком? - я оглянулась, ища взглядом байк. Вик кивнул:

- Хотелось немного погулять с тобой по городу. Пойдем?

И мы зашагали по тротуару, в обнимку, точно влюбленная парочка, причем мне это чертовски нравилось. Прильнув щекой к груди Вика, я жмурилась и втягивала ноздрями исходивший от его тела душистый травный аромат. Встречавшиеся на нашем пути студенты и просто прохожие с любопытством глазели на нас, но, как ни странно, теперь меня это не волновало.

Дорога в кафе пролегала через небольшой парк с разбитой посередине детской площадкой; Вик, дурачась, сгреб в охапку сухую листву, заботливо наметенную дворниками у деревьев, и вывалил мне на голову. После чего я с воинственным кличем прыгнула ему на спину и повалила в эту же кучу листвы. Не обращая внимания на обалдевших от такой наглости прохожих, какое-то время мы с хохотом катались по земле, мешая друг другу подняться; потом невесть откуда появился разгневанный дворник, и мы поспешно ретировались. В кафе мы ворвались сплошь облепленные жухлыми листьями и порядком перепачканные. Волосы Вика растрепались, глаза блестели, - глядя на него, трудно было поверить, что он меня старше.

Когда опасливо косившаяся на нас официантка принесла заказ - по молочному коктейлю и булочке с корицей - я решилась задать вертевшийся у меня в голове вопрос:

- Слушай, а как твоя сестра? Оклемалась? Вчера она выглядела и вела себя так...

- Странно? - приподнял тонкую бровь парень. - Я же говорил, с ней это бывает. Гены оборотня дают о себе знать, Шеба, и у каждого они проявляются по-разному. Это индивидуально.

- А ты? - тихо шепнула я. - Ты - тоже?...

- Да, но не так, как ты подумала, - кивнул он. - У нас общие родители, и кровь отца-полукровки передалась нам обоим, но мне - в гораздо меньшей степени. Она почти никак не проявляет себя.

- Это я уже заметила...

- Возможно, этим я обязан лекарствам. На Анж они действуют слабее, приходится постоянно увеличивать дозу и комбинировать медикаменты. Раньше за этим следил отец... он был ученым-биологом и неплохо разбирался в генной инженерии. После его смерти за сестрой присматриваю я - у нее ведь больше никого не осталось.

- Ваши родители... погибли? Прости, если я проявляю бестактность, просто...

- Да нет, не волнуйся. Это было давно, и я уже свыкся с утратой. Несчастный случай. Пожар в лаборатории. Мама работала с отцом, вот и...

- Не продолжай. Мне очень жаль, Вик.

- Как и мне. И твоих родителей тоже. Я знаю, как тебе больно...

- Да. - я отвела взгляд, уставилась за окно, где ветер заставлял сухие листья танцевать на тротуаре. Теплая ладонь Вика легла на мою, словно утешая.

- Мне кажется, ты очень сильный, - сглотнув, тихо произнесла я. - Анж с тобой повезло, правда. Я... мне... тоже иногда не хватает старшего брата, который бы заботился обо мне. Хотя бы изредка...

- Я понимаю. Но теперь у тебя есть я, верно?

- Разве? - с удивившей меня саму горечью воскликнула я, поднимая на него глаза.

Вик не ответил - он просто перегнулся через столик и коснулся моих губ легким, почти неощутимым, поцелуем. Огонь кинулся мне в голову, в глазах все поплыло. Зажмурившись, я подняла руку и несмело, точно боясь обжечься, обвила его шею, притянула, запустила дрожащие пальцы в его волосы. И тогда Вик поцеловал меня по-настоящему.

Никогда прежде я не целовалась с вервольфами. Это было странно, но... восхитительно. Меня не покидало ощущение, будто в тело мое толчками вливается теплая, бодрящая, слегка хмельная сила, живым огнем струится по жилам, переполняя все мое существо отчаянным счастьем. В идущей кругом голове проносились смутные образы лугов, густой травы, колеблемой вольным ветром, таинственного леса, алой крови заката на лезвие горизонта, золотой монеты луны, впечатавшейся в синий бархат неба... Не знаю, были ли то образы, которыми пытался поделиться со мною Вик, или я сама придумала их, опьяненная древесным ароматом его кожи и волос - неважно. Словно цветок - к солнцу, я всем существом тянулась к Вику, к сильному, нежному, загадочному парню, так щедро делившегося со мной теплом...

Не знаю, сколько времени прошло вот так - но оторвались мы друг от друга, лишь когда начались задыхаться от нехватки кислорода. Увидели изумленные глаза посетителей за соседними столиками, смущенное лицо официантки и прыснули со смеху.

- Я уж и забыл, где мы, - улыбнулся Вик припухшими губами. - Хорошо, не зашли еще дальше.

- Дальше - это куда? - поддела его я, делая невинные глаза. - Вообще-то, ты посягнул на честь несовершеннолетней, так что...

- Твой друг-Каратель снимет с меня скальп, - кивнул Вик и фыркнул. Я тоже засмеялась. Было легко и радостно. Пожалуй, такой эйфории я не испытывала уже лет пять...

- Вик... - я принялась мять в руках салфетку, избегая его взгляда. - Почему у меня такое чувство, будто мы всегда были вместе? Рядом с тобой мне так... тепло. И надежно... Словно ты - родной мне человек. Так ведь не бывает.

- Почему же? Очень даже бывает. Просто мы - те самые половинки друг друга, так что наше взаимное влечение вполне объяснимо. По-другому и быть не может, Шеба. С первой секунды, когда я тебя увидел, я уже знал, что ты - та самая, что предназначена мне одному. Там, ночью, на набережной, ты казалась такой одинокой, беззащитной, хрупкой...

- А на самом деле я жестокая, сильная и невоспитанная, - хмыкнула я мрачно. Вик усмехнулся, покачал головой:

- Неправда. В тебе нет ни капли жестокости. Уж я-то много о ней знаю, поверь, и могу сказать, что ты - одна из самых добрых девушек, когда-либо мне встречавшихся.

- И много их было, этих девушек?

- Ага! Мы уже начинаем ревновать?

- Пфф! Еще чего! Мы, слава Богу, не женаты.

- Это поправимо, - хихикнул он и тут же схлопотал в нос скомканной салфеткой.

... Это был волшебный день. Мы ходили в новый молодежный кинотеатр (о чем был фильм, оба мы потом так и сумели вспомнить, поскольку все два часа посвятили страстным поцелуям), были в зоопарке, гуляли по центральным улицам, после чего Вику взбрела в голову идея отправиться в парк аттракционов. Особой популярностью здесь пользовалось новейшее колесо обозрения, с высоты которого, поговаривали, можно было увидеть всю Пустошь и отгороженные от нее окрестности города. С этого-то аттракциона мы и решили начать посещение парка.

Начинало темнеть, но народу лишь прибывало - люди отдыхали после долгого рабочего дня. К нашему приходу колесо обозрения было забито до отказа - пришлось подсаживаться в кабинку, в которой уже сидела какая-то парочка. Улыбаясь в ответ на очередную шутку Вика, я скользнула на прохладное сиденье, взглянула на расположившихся напротив пассажиров - и улыбка медленно сползла с моего лица. О, нет, только не это...

Я чуть не застонала, встретив насмешливый взгляд чуть раскосых, угольно-черных глаз. Господи, ну за какие страшные грехи ты так надо мной измываешься?!

Люций выглядел шикарно: черная шелковая рубашка, модные узкие джинсы, серьга в ухе, надменная усмешка. Сидя вразвалку, с присущей ему одному ленивой грацией, он небрежно обнимал... Вот черт! Я изумленно вытаращила глаза. Это что же... выходит, Арк был прав, намекая на несколько... необычные пристрастия вампиров?

- Шеба? - растерянно уставился на меня синеглазый Лолли. Даже привстал, но рука Младшего Лорда рывком усадила мальчишку на место.

- В чем дело? - Вик обеспокоенно взглянул мне в лицо. Я лишь сжала зубы и вцепилась пальцами в кожаную обивку сиденья. Сохраняй спокойствие, девочка. У тебя свидание, в конце концов. Да и затевать драку на такой высоте, в тесной кабинке... нет, мысль явно безумная.

- А где Рэй? - не выдержав, все-таки выпалила я. Люций приподнял бровь, обжигая просто космическим холодом нечеловеческих черных глаз.

- А я почем знаю? Я ей не сторож.

- Я думала, ты - ее парень.

- Так ты еще и думаешь? - очень натурально удивился он. Сарказм его голоса действовал на мое тело, как удар током - я так и затряслась от бешенства.

- Я не понимаю, что тут происходит, - тихо вмешался Вик, и я почувствовала, как напряглось все его тело, - но мне очень не нравится тон, которым ты обращаешься к моей девушке, парень. Потрудись проявить немного вежливости!

- Хм. Так рыжеволосая оторва - твоя подружка? - похоже, вампир развеселился. - Уму непостижимо! Сочувствую, что тут скажешь... Что ж, Шеба, я рад за тебя: наконец-то и тебя настигло половое созревание!

Я не успела и рта раскрыть: совершенно бесшумно и неуловимо для человеческого глаза Вик кинулся на кровососа и впился пальцами в его горло. Лолли охнул и сполз на пол кабинки, которая от возни намертво вцепившихся друг в друга нелюдей угрожающе закачалась. Я поджала ноги и испуганно следила за страшной схваткой: страшной, потому что и Вик, и Люций боролись без единого звука, но из светящихся глаз обоих выплескивалась ощутимая, просто убийственная сила. Я всей кожей ощущала ее прикосновения, ледяные, смертельные, полные невообразимой ненависти. И, быть может, оттого, что среди этих четырех я оказалась единственным человеком, слабым и уязвимым, мне вдруг стало нехорошо. Голова закружилась, тело вмиг обмякло, а из носа густой струей ударила кровь, заливая чудесный изумрудный свитер. В тесноте кабинки Лолли таки умудрился подхватить мое сползшее с сиденья тело, прижал к себе, что-то отчаянно крикнул.

Вкус крови во рту - последнее, что я запомнила, прежде чем окончательно погрузиться в космически черное забвение.

***

- Хватит реветь, Шеба. Ты уже не маленькая. Все, вытри сопли. Мир не рухнул.

- Но... Фэйт... она ушла! Мама... наша мама... ушла навсегда! Бросила нас! Она же не могла, Фэйт! Мама бы так никогда не поступила, она сама говорила, что любит нас больше всех...

- Мама ушла, сестренка. И не вернется. Не надо плакать. Проживем и без нее... Она нас предала, мы не нужны ей больше.

... Я оттолкнула обхватившие меня за плечи руки, рывком села, отбиваясь от неведомого врага и упрямо повторяя:

- Неправда, неправда, неправда!

- Что неправда, малыш? - терпеливо спросил Вик, по груди которого я, оказывается, и молотила кулаками. Проморгавшись, я опустила руки и осела обратно но постель. Постель? Вот те раз... Я завертела головой: похоже, меня перенесли в чью-то спальню. Маленькая уютная комната с двуспальной кроватью, столиком, белым мохнатым ковром и единственным, плотно зашторенным окном. В углу - электрический камин. Все в темных, красновато-коричневых тонах, не вызывающих, однако, отрицательных эмоций - скорее, наоборот. Все здесь дышало теплом и спокойствием той силы, что исходила от каждой клеточки парня-полукровки, той, что так сводила меня с ума.

Разом припомнив события на колесе обозрения, я вся похолодела и схватила Вика за руку:

- Где Люций?

- Понятия не имею, - проворчал он, и темные глаза гневно сощурились. - После того, как тебе вызвали врача, он поспешил убраться восвояси, прихватив своего юного дружка. Все же я успел ему хорошенько двинуть, - мстительно добавил он и усмехнулся.

- Тебе, как я погляжу, тоже перепало на орехи, - буркнула я, только сейчас заметив багровый кровоподтек у парня на скуле - чуть прикрытой растрепанной челкой.

- Ерунда. Через пару часов рассосется. Впрочем, и у вампира отрастет выбитый зуб... к сожалению.

- Ты выбил зуб Младшему Лорду?!

- Он обидел мою девушку. Следовало убить его...

- Вик, я...

- Нет, молчи. Все в порядке. Как ты? Я страшно за тебя переживал. Прости меня, малыш - я забыл, как разрушительна сила нелюдей для человека...

- Забудь. Я испугалась за тебя, вот мне и стало плохо. Кроме того, я ужасно боюсь высоты.

- Серьезно?

- Ну да. У меня всегда голова кружится, и...

- Да нет, я не о том. Ты правда за меня испугалась?

- Конечно. Люций очень опасен, уж я-то знаю. Он мог запросто свернуть тебе шею!

- Ну, это мы еще посмотрим, кто кому!

- Ничего мы смотреть не будем. Я рада, что все благополучно закончилось. Ты выбил ему зуб, он дал тебе по морде - вы квиты. Мне только мальчишку жалко, поросенка несмышленого...

- Какого мальчишку? - не понял Вик.

- Лолли, того, что был с Люцием. - мрачно пояснила я. - Мы с ним знакомы: он, можно сказать, спас мне жизнь. Вытащил из вампирского храма... хотя мог бы и бросить. Черт, ну чем их всех так привлекает этот кровосос-извращенец?! Сперва Рэй, теперь Лолли...

- У паренька своя голова на плечах, - хмыкнул полукровка. - Это его осознанный выбор.

- А если нет? Ты не знаешь Люция! Это сущий дьявол во плоти, жестокий, аморальный ублюдок!

- Шеба, это не наше дело. Ничего плохого Люций твоему мальчишке не сделал - по крайней мере, когда мы их застали в кабинке, они вовсю зажимались и выглядели вполне довольными друг другом. Разве нет?

Я насупилась, не зная, что ответить. Похоже, Вик был прав: красноволосый вампиреныш связался с Младшим Лордом по собственному желанию. Интересно, знает ли его юная подружка - Криста, кажется, - о существовании соперника? Я досадливо передернула плечами - никогда мне не понять этих кровососов с их извращенными пристрастиями и диким нравом. Чтоб они все пропадом пропали, твари клыкастые!

- Послушай, где я нахожусь? - задала я, наконец, интересовавший меня вопрос. - Это твоя квартира?

Вик кивнул.

- Почти. Это место, где я живу - вернее, мы: я и Анж. Комнаты при лаборатории моего отца - после его смерти ее закрыли, но здание с прилежащим участком принадлежит мне по закону. Лабораторный комплекс заброшен, но примыкающие помещения годятся для проживания. Большинство комнат пустуют: нам с сестрой много не надо. Пара спален, кухня, кое-какие подсобные комнаты.

- Почему вы не переедете? - удивилась я. - Заброшенную лабораторию можно сдать в аренду под какой-нибудь торговый комплекс или что-то в этом роде...

- Лаборатория - все, что осталось нам в память о родителях. - покачал головой Вик. - Нам нравится здесь жить. Кроме того, по призванию я - ученый, как и мой отец. Иногда я копаюсь в лаборатории, экспериментирую, вспоминаю прошлое... не пытайся это понять, малыш. Это место - наш с сестрой дом; другого нам не надо.

- Ладно, я тебя поняла. А давно я тут вообще?

- Ну, домой ты уже не попадешь. Комендантский час...

- Черт! Рэй наверняка волнуется. Да и Арк с меня три шкуры спустит...

- Ты не взяла мобильник?

- Забыла в рюкзаке. Вот зараза!

- Послушай, в доме нет телефона, а я на днях разбил свой мобильник. Но внизу, на углу улицы, стоит телефонная будка. Ты можешь спуститься и позвонить - минут десять у тебя есть. Я покажу тебе дорогу, но пойти с тобой не смогу - пора делать укол Анж, она опять забудет.

- Все в порядке, я сбегаю и быстренько вернусь, - вскочила я.

- Потом хорошенько отмоешься от крови, - вздохнул он, кивком указав на перепачканный потеками засохшей крови свитер. - Я не решился тебя переодеть.

- Правильно сделал, - проворчала я и, наверное, покраснела.

- Думаю, у Анж найдется что-нибудь для тебя. Ну, идем.

Выйдя из спальни, мы миновали длинный и темный коридор с вереницей запертых дверей вдоль стен, и спустились по лестнице в тускло освещенное помещение без окон, больше всего напоминавшее подвал. Как выяснилось, оно служило чем-то вроде холла. Вик провел меня к массивной металлической двери, быстро набрал нужный код на электронной панели, и дверь бесшумно отъехала в сторону.

- Система безопасности, - улыбнулся он в ответ на мой удивленный взгляд. - Иди, я оставлю дверь открытой. Просто захлопнешь ее потом.

Я молча кивнула и выскользнула в прохладу ночи. Сбежав с крыльца, я огляделась: ну и жуткое же местечко! Дом Вика оказался совсем маленьким по сравнению с темной громадой лабораторного комплекса, окруженной забором с провисшей и порванной местами сеткой - когда-то к ней, скорее всего, подавался ток. Мокро поблескивала асфальтовая площадка вокруг здания, плавно переходившая в извилистую улочку, да неяркий свет фонарей отражался от стеклянных стен перехода, соединявшего лабораторию с жилыми помещениями. Судя по всему, Вик жил в отдаленном районе, где-то на задворках города - трущобы, к счастью, он не напоминал, то было просто очень пустынное, угрюмое до дрожи в коленках место.

Телефонную будку я приметила сразу - она стояла аккурат под фонарем, на самом углу улочки. Миновав ограду - звук моих шагов гулко отдавался в безмолвии ночи - я почти бегом припустила по тротуару. Перво-наперво надо позвонить Арку - беловолосый, глядишь, весь город на уши поставит, не застав меня дома.

Поорав минуты две, Каратель, наконец, угомонился, и уже спокойнее спросил, где я. После моего честного ответа крики возобновились. Мне напомнили о моем юном возрасте, намекнули на полное отсутствие мозгов и клятвенно пообещали оторвать Вику все выступающие части тела в случае, если "этот парень" вздумает меня хоть пальцем тронуть. Заверив друга, что спать мы будем в разных комнатах при запертых дверях, я пожелала ему удачного дежурства и бросила трубку.

Рэй отреагировала адекватнее: зевнула, хихикнула и пожелала нам с Виком бурной ночки. Чего от нее еще ожидать?

Я задумчиво толкнула стеклянную дверь будки, вышла... и уткнулась носом в широкую и твердую, как камень, грудь. Отпрянула: в лицо мне сверху вниз глядели глаза, которые я привыкла видеть в зеркале - зеленые, по-кошачьи раскосые. Правда, мои глаза никогда не лучились таким жутким, неестественно ярким светом. Точно два ярко-зеленых светлячка...

Волосы Рыжего Демона, как и в прошлую нашу встречу, были стянуты в конский хвост, пара прядей выбились и золотистыми полосками прочертили скулы. Плащ вампира был небрежно распахнут, и мой взгляд невольно приковало ярко-алое пятно на белоснежной рубашке, украшенной старинным жабо. Фэйт ранен? Конечно, нет. Это явно не его кровь...

- Вкусно поужинал, - осклабился он, перехватив мой взгляд. Промурлыкал, довольно щуря глаза и обходя меня по кругу ленивой, скользящей походкой: - Славная была девчушка, сладкая... Вот что бывает, когда не слушаешься родителей и гуляешь допоздна по темным улицам...

- Ты убил человека? - раздельно, очень медленно спросила я, пытаясь унять вскипевшую в жилах ярость.

- Выпил, - уточнил он. - Только не надо на меня так смотреть. Твои глаза светятся, почти как у вампира, сестренка. А это мысль! Что, если тебе присоединиться к нам? Мы будем парочкой что надо. Рыжий Демон и... ну, скажем, Рыжая Бестия. Как тебе?

- Дерьмово! И если ты думаешь, что убийство сойдет тебе с рук...

- Конечно, сойдет. У тебя нет доказательств, и ты это знаешь. Быть может, меня и нет здесь сейчас... быть может, я - лишь плод твоего больного воображения.

- Как ты меня нашел?

- Ментальная связь. - он коснулся своего виска пальцем с изящно загнутым когтем, на котором блестел черный лак. Любитель дешевых эффектов!

- Что тебе от меня нужно, урод?

- Ага, ты сердишься. Мне это так в тебе нравится! Я вижу, ты ранена, - он скользнул взглядом по моей груди, отчего кровь прилила к щекам горячей волной. Фэйт неожиданно вырос прямо передо мной, его грудь оказалась в каком-то сантиметре от моего лица. Взяв меня за плечи, он мягко толкнул меня назад, но я так и отлетела, больно впечатавшись спиной в телефонную будку. Фэйт одной рукой скрутил мои запястья и завел их мне за спину, другой сгреб в кулак мои волосы и заставил откинуть голову. Горячее дыхание обожгло кожу на моем горле.

- Как жаль, что я - не истинный вампир, - прошептал мне в самое ухо брат. - Я мог бы обратить тебя прямо сейчас, и мы бы уже никогда не разлучались, Шеба. Но, по крайней мере, я могу попробовать родную кровь... всегда мечтал ощутить ее вкус...

- Извращенец проклятый! - пискнула я, придавленная тяжестью его мускулистого тела, точно мышка - удавом. Слезы бессильной ярости защипали глаза.

- Зачем же так грубо? Я знаю, тебя тоже тянет ко мне...

- Больной кретин!

- Все, умолкни. Ни слова больше.

Сухие прохладные губы коснулись моей шеи, напрягшейся от ужаса, но аккуратные клыки лишь слегка оцарапали кожу - Фэйт вдруг дернулся, отпрянул, и мое освобожденное тело медленно сползло на асфальт. Все мои мышцы стали ватными от пережитого потрясения, перед глазами стояла какая-то мутная пелена. Проморгавшись, я уставилась на двух замерших друг напротив друга нелюдей: стоя посреди сонной пустынной улочки, они переговаривались явно враждебными голосами. Я едва удержалась от изумленного возгласа, узнав в собеседнике брата - невысоком (по меркам вампиров) и тоненьком - давнишнего знакомца, Лолли. Лицо у него было чересчур бледное даже для кровососа, какое-то испуганное и одновременно решительное. Такое выражение лица бывает у самоубийц, до конца не уверенных в правильности своего решения.

Я перевела взгляд на Фэйта: он стоял, потирая рассеченный висок - кажется, в него кинули камнем. Выходит... юный зубастик снова меня спас?

- Какого дьявола ты лезешь в мое дело? - прошипел, щелкнув клыками, Фэйт. - Следил за мной?

- Не за вами. За ней. - Лолли ткнул пальцем в мою сторону. - Господин велел.

- Кому ты служишь, маленькое отродье?

- Господину Люцию ле Флам, Младшему Лорду Ночного Города. Вы должны простить меня, но господину не понравится, если с Шебой что-то случится. У него на нее свои виды.

- Вот как? - вампир заметно расслабился, опустил руку с растопыренными когтистыми пальцами. - Что ж, это все меняет. Думаю, я знаю, в чем тут дело... Ладно, - он повернул ко мне голову, свет фонаря очертил изящную линию губ и подбородка, идеально прямого носа. Полыхнули огнем рыжие локоны. - До скорой встречи, сестричка. Мы еще... поговорим.

И он просто растаял в ночи вместе со своим негромким, полным издевки, смешком. Лолли пару секунд растерянно стоял на месте, потом кинулся ко мне со всех ног, попытался приподнять за локти. Я отшвырнула его от себя со всей силой нерастраченной злости, поднялась, ощупала шею. Капелька крови - пустяк. Главное зло не успело свершиться. Благодаря этому синеглазому ублюдку... тьфу!

- Ты на меня злишься? - робко спросил мальчишка, не решаясь приблизиться. Правильно делал - руки чесались дать кому-нибудь в морду.

- Какого хрена ты связался с этой мразью Люцием?!

- Он мой хозяин. Он - сын повелителя нашего клана, - отвел взгляд Лолли. - Ему нельзя не подчиниться, Шеба.

- Значит, ты из Клана Скользящих Теней, - сообразила я. - Но, кроме того, что ты лижешь ему задницу, вы еще и любовники? Это тоже входит в обязанности слуги?

- Не твое дело! - вспыхнул он - лицо стало почти таким же красным, как и волосы. Я думала, вампиры не умеют краснеть... - Ты не понимаешь! Его нельзя не любить!

- Чушь собачья, - холодно сказала я. Почему-то вспомнились восторженные, полные преданного обожания глаза Рэй - такими они становились в присутствии ее ненаглядного Лю. И это притом, что моя подруга всегда отличалась редкостным здравомыслием.

- Ты бы тоже полюбила его, если бы не ненавидела так вампиров. За Люция любой был бы счастлив отдать жизнь. Даже бессмертную.

- Ты обкурился, что ли? - разозлилась я. - Что за ахинея! Размазать бы сейчас твою глупую рожу по асфальту, да возиться неохота. Кыш отсюда, зубастик! Надоели вы мне, кровососы, сил нет!

- Не надо переходить границы, Шеба. - голос парнишки прошелся по спине ледяным шелестом. - Не стоит недооценивать меня и мои силы. А ведь я гораздо сильнее тебя - и это несмотря на мою молодость. С годами я буду становиться все неуязвимее. Даже сейчас, схватись мы, я легко уложу тебя на обе лопатки. Я вообще при желании могу сделать с тобой все, что захочу - укусить, выпить, покалечить, убить. Не надо меня унижать презрением, которого я не заслуживаю.

Изумленная этой тирадой, я обернулась, но на тротуаре не было никого, кроме гонявшего листья ветра. По спине против воли побежали мурашки. Жутко. Умеют эти вампиры эффектно исчезнуть...

- Да будьте вы прокляты, Дети Иншантры! - прошептала я прямо в черную пасть ночи, в равнодушный ветер, в тусклый свет фонарей, в таинственные тени, скользившие в глубине переулка. Я не торопилась возвращаться в дом Вика, парня-полукровки, который так стремительно становился для меня кем-то гораздо ближе, чем просто друг. С ресниц капали злые горячие слезы - да, кошки не плачут, но этой ночью во мне не было ничего от дикого зверя, презиравшего опасность и не боявшегося боли.

Маленький беззащитный котенок стоял посреди пустынной улицы и беззвучно плакал в ночи.

Глава 7

Красно-коричневая спальня встретила меня гостеприимно: на столике примостились тарелка с умопомрачительно пахнувшей едой и открытая бутылка темно-красного, почти рубинового, вина. Камин был включен, и блики, отбрасываемые огнем, придавали комнате таинственный, просто волшебный, вид.

Вик переоделся в разношенные линялые джинсы и белую майку, в которых выглядел в сто крат аппетитнее приготовленного для меня ужина. Я впервые увидела его голые руки, крепкие, рельефные, с выбитыми на бледной коже татуировками - теми же непонятными символами, что и у Анж.

- Глоток вина, моя леди? - улыбнулся Вик, протягивая мне наполненный на треть пузатый бокал. Я молча взяла, пригубила, забыв чокнуться. Выдохнула - вино оказалось крепким - и безжизненным кулем плюхнулась на кровать.

- Эй, что такое? Что-то случилось?

- Да нет, все в порядке. Просто... я очень устала. Все эти события...

- Понимаю. Вот, возьми - Анж кое-что подобрала тебе из своих вещей.

Я бросила взгляд на аккуратную стопку одежды - футболка, достаточно длинная, чтобы в ней спать, и красный спортивный свитер на молнии. Сойдет. Повезло еще, что сестра полукровки не носит все эти кокетливо-розовые рюшечки и кружева, столь любимые девушками. Все правильно - изнеженная кукла и не пришла бы в "Кусаку", не полезла бы на арену против известной своим диким нравом драчуньи - меня.

- Спасибо, - кивнула я. - Это подойдет. Я верну потом.

- Забудь, у сестры куча шмоток. Ты сперва поужинаешь или примешь душ?

- Хочется отмыться от крови, - брезгливо поморщилась я, взглянув на коричневатую корку, въевшуюся в свитер.

- Хорошо. В ванной есть халат и полотенце. Бери все, что понадобится.

Ванная была в конце темного коридора, большая, холодная, с мертвенно-голубыми кафельными стенами. Сама ванна, старинная, на нелепых гнутых ножках, была прикрыта клеенчатой занавеской - единственным ярким здесь пятном. На размывчато-зеленом фоне пестрели морские рыбки, отчего вся квадратная занавеска походила на большой аквариум. Напротив ванны, над раковиной, висело огромное круглое зеркало, полочка под которым была завалена мелочью вроде тюбиков от зубной пасты, зубными щетками, какими-то кремами и склянками с разноцветными жидкостями. М-да... еще более впечатляющий беспорядок можно увидеть разве что у меня дома.

Приблизившись к зеркалу, я заметила одну странность, привлекшую мое внимание: почти в самом центре его прочертила широкая уродливая царапина - вернее, четыре параллельные царапины, словно от чьих-то когтей. Какова же должна быть сила того, кто так изуродовал зеркало! Царапины были очень глубокими, и, судя по расстоянию между ними, когти у их владельца были нешуточного размера. Кто мог такое сделать? И зачем?

Потом я вспомнила, что нахожусь в доме двух вервольфов-полукровок, и на душе сразу стало как-то неуютно. Припадочная Анж вполне могла треснуть по зеркалу в порыве дурного настроения. Надо взять на заметку - и не попадаться ей на пути в такие минуты. А еще лучше - не лезть против нее на арену в следующий раз. Одного вервольфа, уложившего меня в больницу, мне хватит на всю оставшуюся жизнь...

Я снова взглянула в зеркало - из-за царапин мое отражение исказилось, и бледное лицо кривилось, точно от невыносимой боли. Я отвернулась.

Стянув пропахшую кровью одежду, я отшвырнула ее в угол и, отдернув занавеску, шагнула в холодную ванну. Отрегулировала под свой рост ситечко душа и подставила лицо под теплый, ласкающий водопад.

Почему-то я не переставала думать о Фэйте. Хотя вот уже пять лет я запрещала всем говорить о нем, как о своем брате, мысленно я продолжала его так называть. Мой брат. В детстве я любила его какой-то безумной до отчаяния любовью, несмотря на внешнее презрение и постоянные драки. Я всегда гордилась им, старалась заслужить его одобрение. Он был для меня примером во всем, единственным непререкаемым авторитетом. Он часто обижал меня, доводил до слез, жестоко высмеивал - но когда то же самое пытался делать кто-то другой - мальчишки с улицы, одноклассники, кто угодно - горой вставал на мою защиту. Он лез в драку со всяким, кто осмеливался меня тронуть. Мои слезы, пусть и редкие, доводили его до бешенства - он всегда мстил тому, кто был их причиной. Мой старший брат. Защитник и опора. Братишка. Вампир.

Теперь, оглядываясь в прошлое, я понимаю, что у Фэйта всегда были задатки потенциального вампира. Он с малых лет был гордым, как дьявол, смелым, насмешливым, тщеславным и высокомерным. Он презирал человеческую слабость, недостатки, поведение, и людей в целом. Единственными дорогими ему людьми были я и родители - и то любовь эта носила отчетливый оттенок какого-то снисходительного превосходства. Он всегда считал себя выше всех. Он мечтал о силе, власти, могуществе, бессмертии в том возрасте, когда мальчишки обычно не помышляют дальше уличных потасовок, выкуренной тайком сигареты и девчонок-одноклассниц. Фэйт всегда был другим. Особенным. Мама верила, что в будущем он еще удивит нас всех. Бедная мама! Она никогда не узнает, насколько права оказалась. Правда, совсем не так, как она предполагала.

Ну почему ты так поступил со мной, братишка? Почему? Бросил именно тогда, когда я так нуждалась в твоей поддержке! Перешел на сторону тьмы. Стал вампиром. Одной из тех тварей, что сгубили нашу мать. Зачем, Фэйт?..

Я уже никогда не спрошу тебя от этом. А ты и не ответишь. Ты уже давно не мой брат, не тот Фэйт Уайтли, которого я знала и любила. Ты изменился. Все хорошее и светлое, что в тебе было, исчезло. Вампиризм всегда усиливает именно темную суть человеческой души - тайные желания, подавляемые моралью инстинкты, сдерживаемую силу хищника. Ты превратился в демона с лицом и голосом моего брата. Просто оболочка, наделенная памятью о былой, человеческой, жизни. Я - единственная нить, оставшаяся от той жизни, человек, который все еще не дает тебе покоя своим существованием. С моей смертью ты, наконец, успокоишься и целиком погрузишься во тьму. А пока я продолжаю тревожить твою душу, будить болезненные воспоминания, сниться. Ты думаешь обо мне так же часто, как и я о тебе, Фэйт. Ты слышишь мой безмолвный зов даже тогда, когда сама я его не осознаю. Известно, что вампиры способны чуять человека, называющего его имя или часто о нем вспоминающего. Вот почему ни в коем случае нельзя произносить вслух (а лучше - и мысленно тоже) имя своего врага - вампира. Никогда. Ибо рано или поздно он к тебе придет.

Умывшись, я наскоро вытерлась полотенцем, натянула длинную футболку цвета морской волны и кое-как пригладила расческой влажные волосы. Хотелось сна и забвения. Впрочем, это почти одно и то же...

Вик сидел на краешке кровати со страшно удрученным видом и вертел в пальцах пустой бокал. Стоя в дверях, я молча любовалась им - широкими плечами, контрастирующей с ними узкой талией, сильными руками, копной блестящих, иссиня-черных волос... Ощутив мой взгляд, полукровка обернулся, и взгляд его потеплел - потеплел почти ощутимо, так, что и меня бросило в жар.

- Искупалась? - улыбнулся он.

- Да, наконец-то. Непередаваемое ощущение... Ты уже позаботился об Анж?

- Да, она легла спать. - мне показалось, или по лицу Вика скользнула тень беспокойства?

- Она не против, что я переночую тут?

- Нет, конечно. Честно говоря, ей все равно. У нас такое правило: каждый может приводить...э... гостей когда захочет, лишь бы мы не мешали друг другу. Я не слежу за ее личной жизнью, и она отвечает мне тем же.

При мысли, что прежде Вик приводил сюда каких-то других девушек, ревность впилась в мое сердце острыми зубками. Вот это да! Знакома с парнем всего ничего, а уже предъявляю на него какие-то права. Дура.

- Ужин стынет, - напомнил Вик.

- Знаешь, что-то не хочется. Спасибо за беспокойство, но я бы лучше спать легла, устала.

- Конечно, как хочешь. Можешь ночевать здесь, а я буду спать внизу, на диване.

- Я.. э... - замямлила я, чувствуя, что отчаянно краснею. - Короче, тебе необязательно уходить. Я не против, если ты... если мы... ну...

- Я понял. - он опустил голову, словно пряча улыбку. - Нет, малыш, я переночую внизу. Так будет лучше.

- Лучше для кого? - обиженно выпалила я. И почему только слова Вика так меня задели?..

- Для нас обоих. Послушай, Шеба, - он поднялся, неторопливо подошел, опустил ладони мне на плечи. - Ты мне очень нравишься, меня к тебе тянет, и, как мне кажется, это взаимно. Но не стоит торопить события. Ты... я не хочу тебя ничем обидеть. А если я останусь с тобой в одной комнате на ночь, я просто не сумею с собой совладать.

- Ну и что? Что тут такого? Ты мне тоже нравишься, так почему мы не можем...

- Просто не можем. Поверь мне на слово. Не сейчас. Не сегодня.

- Я не понимаю...

- Иногда... во сне... я бываю агрессивен. - помолчав, очень неохотно произнес он. - Понимаешь... волчья кровь... и потом, бывают сны... короче, я не всегда могу вовремя с собой совладать.

- Ну не загрызешь же ты меня? - я засмеялась.

- Нет. - глаза Вика чуть расширились от ужаса - видимо, он представил себе эту картину. - Нет, что ты. Но...

- А еще я слышала, что полукровки очень агрессивны в постели, - хихикнула я. - И многие просто мечтают проверить это на себе. Я никогда раньше не встречалась с вервольфами... но сейчас и я не против убедиться в хваленой страстности полукровок.

- Маленькая негодяйка, вот ты кто. - Вик улыбнулся, притянул меня к себе, поцеловал - но очень нежно и коротко, словно боясь самого себя. Его дыхание заметно участилось, и в глазах, кажется, начали разгораться желтые мерцающие огоньки. Потом он отстранился, тряхнул волосами, словно отгоняя морок, взял поднос с нетронутой едой и тихо вышел. На пороге оглянулся через плечо, как-то криво усмехнулся:

- Спокойной ночи, Шеба.

Я сердито засопела и захлопнула за ним дверь.

... Сон мой был беспокойным - как это всегда бывает, если ночуешь в чужом доме. Даже успокаивающая атмосфера тепла и уюта, царившая в спальне парня-полукровки, не помогла мне полностью расслабиться. Видимо, сказывалось напряжение этого богатого событиями дня - драка Вика с Младшим Лордом, встреча с братцем-кровопийцей, разговор с Лолли... Сам дом, в котором я ночевала, был жутким, таинственным, зловещим. Пустующая лаборатория погибшего ученого-генетика, двое полукровок под одной крышей, темные помещения, полные невидимых человеческому глазу призраков прошлого... Что-то здесь было, страшное, смутное, но явно опасное - какая-то тайна. И я не была уверена, хочу ли ее узнать.

До самого рассвета я проворочалась в большой теплой постели, ощущая липнувшие к взмокшему от пота телу простыни. Меня преследовали видения и образы моего детства, мерещилась кровь, а посреди ночи я проснулась от звука приглушенного, но явственного волчьего воя, исходившего откуда-то снизу. Пару минут я лежала в постели, чутко вслушиваясь в безмолвие дома, мелко дрожа от смутного страха. Вой не повторился. Должно быть, почудилось или приснилось - откуда бы в доме взяться волку? Полукровки не воют, по крайней мере, без причины. Быть может, то был бродячий пес снаружи... или ветер... Так, немного успокоив себя, я вновь провалилась в пучину полусна-полубреда, и спала до самого утра.

Первой мыслью, пришедшей мне в голову сразу после пробуждения, было неприятное осознание того, что сегодня я на занятия точно опоздала. Само по себе это не было бы так страшно, если бы на моем счету уже не числилось великое множество прогулов без особо уважительной причины. Если и в этот раз удастся отделаться лишь выговором, прекрасно - но в противном случае Арк с меня шкуру спустит. При желании мой беловолосый друг мог чертовски убедительно изображать строгого папашу. Ерунда. Мой настоящий отец никогда не был строг со мной. Фэйту он еще мог устроить нагоняй, но мне...

Воспоминания о погибших родителях не прибавили мне бодрости. Чертыхаясь, я кое-как выползла из постели, нащупала брошенные в изножье джинсы, натянула, оставив футболку свободно болтаться поверх. Обулась. Ежась, накинула и свитер - осеннее утро было прохладным не только снаружи. А уж в этом заброшенном и не слишком уютном доме и вовсе царил жуткий холод.

Умывшись, я спустилась по лестнице в холл, куда выходила дверь кухни - это я запомнила со вчерашнего вечера. В холле у стены примостился небольшой выцветший диван с горкой пестрых подушек и пледом - здесь, видно, и ночевал Вик. Сейчас диван пустовал. Из кухни доносились приглушенные голоса и веяло аппетитным ароматом свежих гренок - наверняка с джемом или медом... Я сглотнула. Есть хотелось до одури.

У вервольфов, даже у полукровок, необычайно острый слух. Я всегда считала, что умею двигаться совершенно бесшумно - и ошиблась. Быть может, на людей мои способности и действовали, но только не на оборотней. Еще до того, как я пересекла холл и коснулась дверной ручки, входя в кухню, голоса брата и сестры смолкли. Мне показалось, или они тихо переругивались? Тогда понятно, почему они так резко замолчали при моем приближении. Не хотели втягивать меня в домашнюю ссору.

Анж, хмурая и растрепанная, сидела за столом на табурете, поджав под себя одну ногу. Она была в серой майке на голое тело и пижамных шортах, подчеркивавших белизну ее длинных ног. В руках она сжимала чашку с какао - судя по сладкому аромату. Вик стоял у плиты, скрестив руки на груди, и неодобрительно смотрел сестре в затылок. Похоже, она его чем-то вывела из себя.

- Доброе утро, - в один голос поздоровались они со мной. Вик улыбнулся, и эта теплая улыбка немного скрасила выражение досады на его красивом, пусть и излишне бледном, лице.

- Привет. - я кивнула и присела на кожаный угловой диванчик, примыкавший к столу со стороны окна.

- Гренки с какао? - предложил Вик все с той же мягкой улыбкой.

- Да, было бы здорово.

- Как тебе спалось?

- Отлично, - соврала я. - Правда, мне почудилось, будто ночью во дворе выла собака. А может, мне просто приснилось...

Анж и Вик быстро переглянулись, но я не поняла значения этого немого диалога. Отхлебнув из чашки, девушка преувеличенно равнодушно пожала плечами:

- Тут много бродячих псов. Иногда они мешают спать.

Глядя на нее, я была готова охотно поверить в то, что этой ночью ей не спалось. Глаза ее, все того же холодного голубого цвета, запали и покраснели, и без того резкие скулы заострились, а кожа приобрела болезненный желтоватый оттенок. С этими своими неестественно светлыми глазами и металлическими волосами она напоминала бестелесное привидение. Я перевела взгляд на Вика. Никогда еще не встречала настолько непохожих брата с сестрой. И не скажешь, что у них одни родители.

Вик поставил передо мной тарелку с горкой гренок, баночку с клубничным джемом, большую чашку с дымящимся какао, и вернулся к плите, вновь заняв прежнее положение - спиной прижался к навесному шкафчику, а руки скрестил на груди. Точно высеченная в камне статуя. Красивая и внушающая внутренний трепет. Сейчас в его взгляде, устремленном на меня, сквозила нежность, но она больше не могла меня обмануть: я видела выражение его лица, когда он дрался с Люцием. Да, полукровка мог быть опасен. Чертовски опасен.

- Кто тебя тренировал? - вдруг спросила Анж, рассматривавшая меня из-под растрепанной челки. - У тебя крепкое тело, выносливое. Очень неплохо для твоего роста и комплекции.

- То же самое могу сказать и о тебе, - усмехнулась я с набитым ртом. - Драться меня учил мой опекун, Каратель. А еще - улица. Это лучший учитель.

- Верно. - она чуть склонила изящную голову, полные губы дрогнули в ответной улыбке. Глаза при этом по-прежнему оставались двумя равнодушными льдинками. - А меня учил брат. Он, знаешь ли, здорово дерется.

- Охотно верю. - я посмотрела в спокойные глаза Вика, такие добрые... такие опасные.

- Тебе повезло, что на арене была я, а не он. - продолжала девушка. - Впрочем, думаю, я тебя сильнее.

- Разве сила решает исход схватки? Я считала, дело в ловкости и опыте.

- Отчасти, Шеба, отчасти. Уж ловкости во мне побольше твоего, как ты думаешь?

- Ты полукровка. - я пожала плечами.

- Точно. Мне повезло.

- Это как посмотреть.

Анж фыркнула, но промолчала, снова уткнувшись в чашку.

- Мне пора домой. - я отложила надкушенную гренку. - Вик, отвези меня, пожалуйста. Быть может, я еще успею на последнюю лекцию.

- Конечно, как скажешь. Тебе сильно влетит за прогул?

- Одним больше, одним меньше, - хмыкнула я, хотя настроена была далеко не так оптимистично.

Оставаться в одной комнате с Анж почему-то было очень неприятно. Я не могла объяснить этого чувства, но рядом с ней было даже труднее дышать. В компании с Виком было тепло и спокойно. От его сестры исходил холод открытой настежь морозильной камеры. Еще одно необъяснимое различие между двумя полукровками-родичами...

- Доешь, пожалуйста, - Вик кивнул на почти нетронутый мной завтрак, - а я пока выведу машину из гаража.

- Мы поедем не на байке? - удивилась я.

- Слишком холодно для байка. Думаю, пойдет дождь. Ты легко одета.

- Как он печется о твоем здоровье! - фыркнула Анж, едва Вик вышел. В ее голосе не было ни намека на ревность или злость, но я все равно поежилась. Общение с вампирами плохо сказывается на моих нервах. Везде мерещится угроза...

Допив какао - гренки не лезли в горло - я поспешно поднялась из-за стола.

- Спасибо за свитер, - сказала я, задержавшись в дверях. Анж смотрела на меня усталым, равнодушным взглядом.

- Не за что. Красный тебе к лицу, ты знаешь?

- Ненавижу этот цвет. - прошептала я и тихо прикрыла за собой дверь.

Вик оказался прав - едва я забралась на переднее сиденье старенького джипа, как по капоту забарабанили первые капли дождя. В футболке и свитере даже такой мелкий дождик промочил бы меня до нитки.

Вик молча сел за руль, повернул ключ зажигания. Через ослепшее от дождя окно я наблюдала за проносящимся мимо пейзажем унылых городских окраин с приземистыми серыми коробками домов и огороженными сеткой двориками. Все здесь было этого мерзкого серого цвета - тротуар, дорога, здания, лица редких прохожих. Даже небо. Только кроны раскиданных вдоль улиц деревьев радовали глаз пестрой осенней окраской - золотой, багряной, рыжей. Так, бездумно вглядываясь в улицы утреннего города, я прильнула щекой к мягкой обивке сиденья и сама не заметила, как задремала.

От легкого прикосновения к своему плечу я подскочила, как ужаленная. Мне снилась ночь, плывущие в полумраке улиц тени, телефонная будка и два ярко-зеленых светлячка глаз вампира, пытавшегося выпить мою кровь.

- Нет, Фэйт! - вскрикнула я, упираясь ладонями в нависшую надо мной грудь.

- Шеба, проснись. - Вик осторожно перехватил мои руки, разжал пальцы, судорожно вцепившиеся ему в куртку. - Это был сон, просто сон.

- Прости, - я смущенно отдернула руки. - Я уснула?

- Да, и я не стал бы тебя будить, но мы приехали. Машина стоит у ворот кампуса.

- Вижу.

- Кто такой Фэйт? - поколебавшись, спросил он.

Я отвернулась, нервно обхватив себя руками.

- Лучше не спрашивай меня о нем. Никогда. Это больная для меня тема, Вик.

- Хорошо, прости. Больше не буду. Просто если тебе снятся кошмары, связанные с реальностью... если тебя кто-то обижает... я хочу знать об этом, Шеба.

- Нет. Нет. Ты не должен в это вмешиваться. Это мое дело.

- Шеба, - он протянул руку и ласково коснулся пальцами моей щеки. Я с трудом поборола желание потереться о его ладонь, как жаждущий ласки котенок. От его руки исходило приятное, умиротворяющее тепло. - Шеба, я же вижу, что у тебя неприятности. Что связывает тебя с Младшим Лордом? Ведь вы знакомы - это понятно. Отчего он так на тебя взъелся? Если ты в беде, я должен знать. Я хочу помочь.

- Нет. - я упрямо покачала головой. - Тут никто не поможет. И с ним я уже рассчиталась. Я десять дней провалялась на больничной койке со сломанной рукой и распоротым боком, и сполна заплатила ему за нанесенное оскорбление. Если он еще что-то имеет против меня, это его проблемы.

- Это он уложил тебя на больничную койку? - брови полукровки сошлись на переносице. Взгляд стал очень нехорошим. Ну очень.

- Нет. Я дралась с его прихвостнем, полукровкой, как ты. Я победила. Но тебе не нужно знать подробностей, Вик. Все позади. Рано или поздно он от меня отстанет.

- Предположим. Но тебя окружает слишком много загадок.

- Тебя тоже, Вик. Тебя тоже. - я наконец-то повернула к нему голову и взглянула прямо в его темные азиатские глаза. Пару мгновений он молча смотрел на меня, потом моргнул и отвел взгляд - кажется, смутился.

- Да. У каждого есть свой скелет в шкафу. Прости, я больше не буду лезть в твою жизнь. Ты должна понять, что я просто хочу тебя защитить, не больше.

- Я понимаю. То есть, я это вижу, но не могу понять, зачем тебе это. Не из одной же симпатии?

- Нет. Это больше, чем симпатия, малыш.

- Не преувеличивай.

- Но это так. Меня к тебе влечет, и влечет неудержимо. Неужели ты не испытываешь того же?

- Скажи мне. Ты же наполовину вервольф, должен чувствовать такие вещи. Разве нет?

- Я бы хотел услышать это от тебя, Шеба.

- До скорого, Вик.

Я открыла дверцу и выскользнула в прохладу осеннего утра прежде, чем он успел что-нибудь сказать. Запахнув на груди свитер, я пригнула голову от моросящего дождя и бегом припустила к воротам. Меня подмывало оглянуться, но не хотелось увидеть огорченное лицо Вика. А мне почему-то казалось, что он огорчен.

* * *

По квартире гулял сквозняк. В сумрачной прихожей в ноги мне радостно ткнулся серый пушистый комок - Лу. Я подхватила котенка на руки, прижала к груди. Два больших голубых глаза смотрели с жалобным упреком.

- Ну ладно, признаю, я - порядочная свинья, - вздохнула я. - Но ведь Рэй тебя кормила в мое отсутствие, да?

Лу неопределенно мяукнул и ткнулся холодным носом мне в ладонь. Кажется, он действительно по мне соскучился. Маленький подлиза.

Я двинулась было в свою комнату, но мое внимание привлекла полоска света из-под двери в спальню Рэй. Странно. Разве она не должна быть на занятиях?

Я толкнула дверь. Шторы на окне были плотно задернуты, и электрический свет отражался от стен жизнерадостного персикового цвета. Рэй, одетая в спортивные штаны и длинный разношенный свитер, лежала на кровати поверх покрывала, поджав ноги и тупо глядя перед собой. Кажется, она даже не причесывалась с утра. Да и косметики, насколько я могла судить, на ее лице не было ни грамма. Плохой признак.

- Эй, в чем дело? - я прошла в комнату, осторожно опустилась на краешек кровати. Лу серым мячиком скатился с моих колен и ткнулся носом Рэй в живот. Она вздрогнула, словно только сейчас нас заметила, как-то рассеянно потрепала котенка по голове.

- Что-то случилось? - настойчиво продолжала я. Рэй повернула голову и взглянула на меня страдающим взглядом. Синеву ее глаз еще больше подчеркивали покрасневшие веки. Она что, плакала?

- Да нет, все нормально. - ее голос был глухим и хриплым, из чего я заключила, что догадка моя верна. Рэй плакала, и, судя по ее виду, не один час.

- Послушай, скажи, кто это, и я отрежу ему уши.

- Что?

- Кто тот козел, из-за которого ты ревела?

Рэй опустила глаза.

- Ты знаешь, что я могу плакать только из-за одного... - она хотела сказать: "человека", но запнулась и сказала: - парня.

- Люций.

Я помрачнела. Чем этот зубастый выродок ее огорчил?

- Он тебя тронул?

- Господи, нет!

- Тогда что же?

- Мне... я узнала... короче, его видели в компании другого вампира.

- Линна?

- Да нет же. Другого... какого-то юноши. И... они вроде как... любовники.

- Так, ясно. - теперь мне действительно все стало понятно. - Это Лолли. Я тоже видела их вместе.

- Что? Когда?

- Вчера вечером. В парке аттракционов. Они выглядели, как два голубка. Потом Вик и Люций сцепились, а я отключилась. Вику пришлось тащить меня к себе домой на ночлег.

- Постой... они подрались? Из-за чего? И кто такой Лолли? - Рэй приподнялась на локте, слишком озадаченная, чтобы снова расплакаться, услышав об измене ненаглядного Лю.

Я нетерпеливо повела плечом.

- Лолли - мальчишка-кровосос, мы с ним недавно познакомились, не спрашивай, как. Он в принципе неплохой паренек, только, пардон, трахнутый на всю голову. Ведь только последний кретин станет встречаться с Люцием.

- Ну спасибо, - проворчала она, и я поспешно добавила:

- Я не тебя имела в виду. Ты все же девушка, и это выглядело не так... извращенно. А подрались мальчики из-за меня. Люций снова обгадил меня с ног до головы, а Вику это почему-то не понравилось. Когда они сцепились, там был такой всплеск ментальной силы, что я просто вырубилась.

- Ты серьезно пострадала?

- Нет, конечно, нет. Немного полежала в отключке, и все.

- Значит, это правда. - обреченно прошептала девушка, и прекрасные синие глаза наполнились слезами. - У него другое увлечение. Он не звонит с того вечера в ресторане, сбрасывает мои звонки на мобильник, избегает меня. Теперь все ясно. Какая же я дура!

- Ну, это не я сказала, - сказала я как можно тактичнее, но Рэй обозлилась и лягнула меня пяткой в бок.

- Эй! - я поймала ее ногу и прижала к кровати. - Прекрати. Ты знала, что это ни к чему хорошему не приведет. У этих отношений не было будущего. На что ты надеялась - на чудо?

- Похоже, что так.

Ее губы кривились, и я поспешно сказала:

- Только не вздумай реветь. Я этого не выношу, ты же знаешь. Возьми себя в руки, черт возьми!

- Тебе легко, - огрызнулась она дрожащим от слез голосом, - не тебя бросил любимый человек!

- Он не человек.

- Не придирайся к словам!

- Человек бы тебя не бросил, Рэй. Вся мужская половина нашего факультета готова ползать за тобой на коленках, а ты хнычешь, потому что какой-то парень с гнилыми клыками и нечесаной башкой изменяет тебе с несовершеннолетним пацаном!

- У него не гнилые клыки, - возразила она, но плакать передумала: в глубине ее глаз уже заплясали искры смеха. Черт, кажется, все-таки удалось ее немного растормошить.

- Тебе лучше знать, - хихикнула я. - Меня он не удостоил великой чести быть укушенной своими аккуратными зубками.

- Вампирофобка несчастная.

- Не обзывайся, не то у меня появится соблазн тебе нагрубить, а я в этом смыслю побольше твоего, папенькина дочка.

- Иди в задницу, - беззлобно посоветовала Рэй и спихнула меня с кровати ногами. - Пойди, сделай нам какао. Расскажешь, как прошла ночь в постели с прекрасным принцем.

- Он не прекрасный принц. - я вздохнула. - И в постель свою он меня не пустил. К сожалению.

Пока Рэй приводила себя в порядок, закрывшись в ванной, я вскипятила молоко и принялась рыться в кухонных шкафчиках, разбрасывая баночки с пряностями и перетряхивая жестянки из-под круп. Наконец, мне повезло - в старой сахарнице обнаружилась припрятанная от себя самой же полупустая пачка сигарет. Предполагалась, что курить я бросила, но после всех пережитых неприятностей организм просто вопил, требуя дозу никотина. Я не собиралась противиться. Кофе, алкоголь и сигареты - вот что еще помогало мне держаться на плаву. Чертовы вампиры когда-нибудь сведут меня с ума!

Рэй вошла в кухню - свеженькая, причесанная, слегка подкрашенная - и замахала руками, разгоняя густой сигаретный дым.

- Что, так плохо? - спросила она сочувственно, глядя, как я прикуриваю вторую сигарету, с ногами забравшись на свой любимый подоконник. - Обычно ты хватаешься за сигарету, когда уже совсем невмоготу.

- Терпимо. - я выдохнула облачко сизого дыма, закашлялась. - Какао на столе.

- Спасибо. Прости... я что-то и правда разнюнилась сегодня.

- Не за что просить прощения, Рэй. Я - твоя подруга и все понимаю.

- Уж ты бы не стала лить слезы, если бы тебе изменил парень.

- Ага. Я бы просто взяла меч и посекла бы гада в капусту. А заодно и его подружку, - я хихикнула.

- Охотно верю. Надеюсь, Вику хватит мозгов хранить тебе верность, - она улыбнулась, садясь за стол.

- До этого уровня наши отношения еще не дошли. Мне кажется, он хочет быть со мной и в то же время страшно этого боится.

- С чего бы это?

- Быть может, с того, что он - полукровка?

- Вик - вервольф?!

- Его отец был полукровкой. То есть, часть крови оборотня передалась Вику и его сестре. Волчьи гены. Правильнее было бы называть его "на четверть вервольфом", но мы зовем полукровками всех, кто хоть в какой-то степени унаследовал волчьи гены.

- Да, знаю. Но, послушай... по нему и не скажешь. Помнишь громилу Джоя? Вот это был всем полукровкам полукровка! Кстати, пропал он куда-то. Преподаватели его обыскались. Сообщили в полицию, но там считают, что Джой просто сбежал. Он всегда водился с шантрапой.

- Знаю. - кивнула я, борясь с подступившим к горлу комком. Печаль коснулась сердца холодными пальцами. Рэй не знала, что я убила Джоя. Я так и не рассказала ей о драке на Стене. Ни к чему. Пусть думает, что меня так отделали в очередной уличной потасовке. Будет крепче спать. Не всякий человек сможет спокойно жить с мыслью, что твоя лучшая подруга - убийца.

- Думаешь, он опасен? - тихо спросила Рэй.

- Кто?

- Вик. С виду он добрый и пушистый, но... мелькает у него в глазах что-то такое... темное. Не могу объяснить толком, что именно.

- Я понимаю, о чем ты. Он может быть очень опасным, если захочет. Но не со мной.

- Ты уверена?

- Да. Это единственное, в чем я еще хоть немного уверена.

- Ну, если ты так говоришь...

- Послушай, кто из нас двоих встречался с вампиром? - не выдержала я. - Твой крошка Лю вряд ли безобиднее какого-то полукровки, тебе не кажется? По крайней мере, мой парень не станет пробовать на вкус мою кровь!

- А что в этом такого? - с вызовом спросила Рэй. - Я же тебе объясняла, это было абсолютно добровольно. Кроме того, ранка быстро затянулась...

- Вот только ты целый день после этого провалялась в постели, бледная, как поганка. Я действительно не понимаю, Рэй - как можно причинить вред человеку, которого любишь? Как можно желать ему боли?

- Ты не понимаешь. Шеба, ты просто не понимаешь. - она вздохнула и расчесала пальцами непослушные короткие вихры. - Рядом с Люцием возникает чувство, что ты был бы безумно счастлив даже принять смерть от его руки.

- Ты в точности повторяешь слова Лолли, - с горечью заметила я. - Это глупо. И это не любовь. Гипноз, внушение, что угодно - но не любовь.

- Откуда ты знаешь? Ты никого не любила.

- Я уйду от Вика, если он будет со мной так обращаться.

- Посмотрим, Шеба. Посмотрим.

Какое-то время мы молча отхлебывали остывшее какао из чашек, потом Рэй, не глядя на меня, хмуро спросила:

- Он что, так хорош?

- Кто?

- Этот Лолли. Что он вообще из себя представляет?

- Тебя это волнует? Не на другую же девушку Люций тебя променял.

- Тем более. Он хорош собой?

- Ему нет и шестнадцати, так что вопрос о внешности отпадает. Закон о совращении несовершеннолетних распространяется и на вампиров.

- Возможно, он только выглядит на шестнадцать, Шеба. Ты же знаешь, как обманчива бывает юность вампира...

- Нет, Рэй. Тут я права. Он сам мне сказал. Он еще ходит в школу, а твой Лю с ним спит!

- Он больше не мой. И с кем ему спать, решать не тебе.

- Правильно. Ты ведь тоже несовершеннолетняя.

- Была ею еще пару дней назад. В Нью-Эдеме совершеннолетием считается достижение восемнадцати лет, а не двадцати одного года, ты забыла?

Черт возьми, я и правда забыла. Нью-Эдем - город-государство, которым управляют человек и вампир, контролируемые Городским Советом. Многие законы здесь трактуются слишком вольно. Взять ту же Пустошь: сколько скандалов было вокруг этого решения! Держать оборотней практически у себя под боком, за городской стеной! В остальных странах вервольфов вылавливали и вывозили на отдаленные, тщательно охраняемые острова. Жить там можно было. Точнее, существовать. Зато не страдали невинные граждане. На мой взгляд, подход жестокий, но разумный и более чем оправданный. Куда большей жестокостью было выселить оборотней Нью-Эдема за Стену, в безжизненную Пустошь, отгородив их от внешнего мира лазерными сетками и заборами, к которым подавался ток убийственного напряжения, и периодически устраивать их отстрел. Забава для любителей острых ощущений и экзальтированной молодежи. Тьфу! И мало кто помнил - или хотел помнить - о том, что монстрами эти изгои становились только ночью. Днем они по-прежнему были людьми - с такими же точно чувствами, мыслями, желаниями. Кошмар.

Но больше всего мне не нравился закон, допускавший свободу передвижения вампиров по территории Города Смертных. Да, ворота открывались лишь в дневное время, когда две трети упырей смотрели свои кровавые сны, но оставшаяся треть беспрепятственно гуляла по нашим улицам! Впрочем, при желании они могли делать это и ночью, и подловить их было почти невозможно. Убийства продолжались - только на законных основаниях. И все старательно делали вид, что ничего не происходит.

- Так каков он с виду? - не отставала Рэй. Она что, мазохистка? Что ж, если ей нравится расковыривать кровоточащую рану, это не мое дело. Надоело учить людей уму-разуму.

- Он довольно мил, если тебе интересно.

- Мил? Хочешь сказать, он симпатичный?

- Даже очень. Я бы сказала - очаровательный. Большие синие глаза, невинное личико. Стройняшка-милашка. Теперь ты довольна?

Губы ее скривились, но в глазах загорелся гнев. Такой она мне больше нравилась. Уж лучше злость, чем боль.

- Красивее меня?

Я против воли расхохоталась.

- О чем ты? Как можно сравнивать парня с девушкой? Он хорош, и ты хороша, но вы разные, совсем разные, Рэй! Кроме того... Люцию явно не одна сотня лет, а ты все еще наивно веришь, что он способен на вечную любовь? Он не может быть с кем-то слишком долго. Особенно - со смертной.

- Ты права, я знаю. Я веду себя глупо. Но я так надеялась... так верила, что...

Она замолчала, спрятав лицо в ладонях. Мне хотелось протянуть руку и погладить ее по плечу, но я удержалась - Рэй все-таки была крепким орешком и не любила, когда ее жалели. Даже близкие люди.

- Ладно, - сказала она, отнимая ладони от лица и глядя на меня странно сухими, ничего не выражавшими глазами, - хватит ныть. Сегодня мы обе прогуляли пары. Надо срочно наверстывать упущенное, или нас пинками погонят из Университета.

- Ну, тебе это вряд ли грозит, а вот мне... У некоторых преподавателей давно пятки чешутся навешать мне пинков.

Рэй фыркнула.

- Сильно сомневаюсь, что кто-то на это отважится.

* * *

... Пара недель пролетела без происшествий. Убийства сбесившегося оборотня прекратились, и комендантский час было решено отменить (не без участия возмущенной молодежи, тягу к развлечениям которой не сумела бы отбить и стая вервольфов). Тем не менее, я почти не покидала кампус после наступления темноты. Не потому, что опасалась вновь столкнуться с Фэйтом или, того хуже, Люцием, - просто учеба отнимала все мое время. Я решила всерьез взяться за ум. Долгими октябрьскими вечерами мы с Рэй сидели на полу, обложившись учебниками, справочниками, тетрадями и пухлыми томами энциклопедий, потягивали какао и лениво переговаривались о всяких пустяках. Рэй за эти пару недель заметно осунулась и похудела, и в синих глазах больше не было того задорного огонька, который меня так в ней притягивал, но, кажется, она пошла на поправку. Один раз даже сходила на свидание с капитаном университетской футбольной команды. Я ее понимаю - высоченный накачанный блондин, не лишенный, как ни странно, зачатков интеллекта, был причиной бессонницы половины наших однокурсниц.

С Виком мы встречались регулярно, пару раз в будни и обязательно - по выходным. Дома у него я больше не бывала - из кинотеатра или кафе он подвозил меня в кампус, провожал до двери и чуть ли не целомудренно целовал в щеку (или в губы, если я была достаточно настойчивой). Он обращался со мной, как с маленькой девочкой, и это меня просто бесило. Но порой мне казалось, что он почему-то боится продолжения наших отношений, боится, что они могут привести к чему-то серьезному. Я видела и чувствовала, что его влечет ко мне, и с каждым днем все сильнее, и что ему все труднее с этим бороться, но не понимала, зачем он так себя сдерживает. Словно боясь самого себя.

Что ж, его дело. Я не собиралась облегчать ему работу. Наоборот, поддразнивала его при всяком удобном случае. Даже купила пару откровенных кофточек, что раньше бы и в голову мне не пришло. Мне нравилось наблюдать, как разгораются мерцающими золотистыми огоньками его темные глаза, теплыми, но опасными, как напрягаются все мышцы его сильного тела, такого родного, такого желанного. Пусть сопротивляется сколько угодно, все равно победа будет за мной - это вопрос времени. И моего терпения. Это было даже забавно.

Арк настоял, чтобы я познакомила его со своим "ухажером". Я не стала утаивать от друга тот факт, что Вик - полукровка. Это, конечно, не изменило отношения к нему Карателя в лучшую сторону, но я не привыкла лгать Арку ни в чем. Пусть между этими двумя и не было взаимной симпатии, но и вражды, по крайней мере, открытой, не наблюдалось. Они просто терпели существование друг друга в моей жизни. Арк был вынужден признать, что Вик - надежный парень: привозил меня в кампус не позднее одиннадцати вечера, вел себя примерно, обращался бережно. С таким парнем нечего было бояться. Впрочем, для меня это не играло такой большой роли - я и сама могла (и умела) за себя постоять. И все же - надо это признать - было приятно иметь такого заботливого и нежного защитника.

Я все реже порывалась нацепить ножны с мечом на наши свидания и вообще куда бы то ни было. Ограничивалась спрятанным под рукавом или штаниной кинжалом. Огнестрельным оружием я никогда не пользовалась, не умела, да и не имела права. Надо будет подумать об этом по достижении совершеннолетия. Осталось не так уж долго ждать - какой-то месяц. Повезло, что особого разрешения на ношение холодного оружия в Нью-Эдеме не требовалось. Единственное условие - возраст не менее шестнадцати лет. В этом городе быть безоружным - значит быть мертвым.

Я сильно скучала по "Кусаке", но, во-первых, никак не хватало времени туда заглянуть, а, во-вторых, Вик ясно дал мне понять свое негативное отношение к визитам в подобные заведения. Нет, он не запрещал мне ходить туда (посмел бы!), но его точка зрения была ясна. "Хватит с меня сестры-оторвы", - как-то раз сказал он с таким мрачным выражением лица, что у меня пропало всякое желание его огорчать. Я привязывалась к нему все больше, и иногда меня это всерьез беспокоило. Я привыкла к тому, что дорогие мне люди либо гибнут, либо предают меня. Даже не знаю, что из этого хуже...

Было воскресенье. Прохладный, но ясный октябрьский день, располагающий к долгим прогулкам по паркам и чистым городским улицам. В воздухе носился запах дыма и увядания, грядущих холодов - но дышать им было приятно. Солнце было какое-то блеклое, негреющее, но после долгих дней унылого дождя и оно радовало глаз.

Я неторопливо шагала по тротуару, кутаясь в "дутую" спортивную куртку. Она была слишком коротка, чтобы согревать тело ниже пояса, а широкие джинсы не спасали от ветра. Из-под куртки свисал длиннющий, полностью закрывавший бедра, зеленый свитер грубой вязки. Завершали наряд высокие ботинки на шнуровке с рифленой толстой подошвой. Должно быть, со стороны я выглядела этакой уличной оборванкой, потому что все прохожие старше тридцати задерживали на мне взгляд дольше, чем положено, и вряд ли из-за восхищения моим видом. Учитывая то, что мои рыжие космы были заплетены в причудливую крученую косу, толстой змеей струившейся по моей спине, а одно ухо украшали серьги-колечки самой фантастической раскраски, повышенное внимание к моей персоне было понятно. Ну и плевать. С Виком я встречаюсь только вечером, успею переодеться во что-нибудь поприличнее. Хотя Вик никогда не говорил этого вслух, но я-то знаю, что нравлюсь ему гораздо больше в платьях и юбках, чем драных джинсах и растянутых свитерах.

Рэй куда-то укатила со своим белокурым воздыхателем, а торчать дома в компании крошки Лу в воскресный день не хотелось. Я села в автобус и добралась до центра города, оживленного и веселого, помогающего на время отвлечься от собственного одиночества.

Слопав хот-дог, два мороженых и клок сахарной ваты, я отправилась бесцельно шататься по Бульварам Грез - элитному району, сплошь забитому всевозможными развлекательными заведениями: кинотеатрами, клубами, ресторанчиками, казино. Улицы богатеньких подростков. Зря, конечно, я сюда завернула в таком вызывающем наряде - можно было и на драку напороться. Прилизанные девочки-блондинки на шпильках, глянцевые мальчики, элитная молодежь - основной контингент Бульваров Грез. Попадались подростки, одетые так же, как я, но таких было совсем мало. "Грезы" не каждый мог себе позволить. Неудивительно, что на меня косились - ишь, плебейка нашлась!

Бульвары Грез плавно заканчивались узкими кривыми переулками, где публика была попроще - здесь в основном теснились недорогие отели, кафешки, бары, прочие забегаловки. Мое внимание привлекла кроваво-яркая неоновая вывеска на стене порядком обшарпанного дома: "ТАТУ-САЛОН "ВАМП". Вся стена была разрисована гротескными летучими мышами и какими-то клыкастыми и грудастыми тетками. Я хмыкнула. У молодежи считалось особым шиком сделать тату у мастера-кровососа. Своеобразная проверка на вшивость. Кроме того, вампиры делали ни на что не похожие, оригинальные татуировки, и это было правдой. Сама не проверяла - не собиралась и сейчас. Черт возьми, я не доверила бы вампиру даже подтереть мне задницу!

Я уже было двинулась дальше по тротуару, но тут до слуха моего долетел тихий, приглушенный всхлип из подворотни, где, скорее всего, располагался черный вход в здание. Поколебавшись, я вернулась и осторожно заглянула за угол - все эта проклятая слабость, не позволявшая мне пройти мимо плачущего человека. Арк говорил, эта черта присуща стражам порядка, в том числе, Карателям. И называлась она - сострадание. Сострадание и сильное желание помогать слабым и беззащитным...

Я не ошиблась - в грязный сумрачный переулок выходила дверь черного хода. У крыльца, привалившись спиной к стене дома, прямо на заплеванной и пестревшей окурками земле сидел паренек в кожанке и рваных джинсах - голова уткнулась в сложенные на коленях руки, худенькие плечи едва заметно вздрагивали. Красные вихры мальчишки и золотая серьга-крестик в ухе были до боли знакомы...

- Лолли? - неуверенно позвала его я.

Паренек вскинул голову, и я увидела, что нос и верхняя губа у него разбиты, и кровь мешалась с дорожками слез, прочертившими щеки. Глаза его удивленно расширились.

- Ты? Что ты тут делаешь?

- Шла мимо. - я неторопливо приблизилась, осторожно, стараясь не коснуться коленом земли, присела рядом. - Кто это тебя так?

Пошарив в кармане, я выудила мятый, но относительно чистый носовой платок, сунула ему в руку. Все еще глядя на меня своими невинно-синими глазами, Лолли благодарно кивнул и принялся размазывать кровь и слезы по своей заметно вспухшей мордахе.

- Ну, ты ответишь на вопрос? Кто тебя поколотил?

- Тебе какое дело? - буркнул он сердито.

- Слушай, если это дело рук Люция...

- Нет. - он качнул головой, пожалуй, слишком поспешно, чтобы это было ложью. - Это не он. Он меня не бьет.

- Тогда кто?

- Линн.

- Что?!

- Линн, его кузен. Это он сделал.

- За что?

- Он был мной недоволен. Этот тату-салон принадлежит ему, и я тут вроде подмастерья. Мастер - неплохой парень, мы с ним ладим, но Линн недоволен тем, что я медленно учусь. Он вообще редко мной доволен.

- Какое, на хрен, право он имеет тебя лупцевать? Разве ты не слуга... то есть, друг Люция?

- Да. Но Линн - его кузен, его правая рука, и... ну, и они раньше...э...

- Я поняла, - проворчала я, чувствуя, что краснею. - Продолжай.

- Линн сильно ревнует ко мне господина. Люций бывает со мной ласков, а к нему охладел.

- И поэтому Линн вымещает не тебе злобу каждый раз, как подвернется возможность?

- Да.

- А Люций? Он тебя не защищает?

- Нет. Он не вмешивается. Все это не так серьезно, чтобы он мог запретить Линну ко мне прикасаться...

- А когда будет серьезно? Когда он тебя прибьет, что ли?

- Поверь, побои - не самое страшное, что может сделать со мной Линн. - мальчик поднял на меня все еще красные от слез, не по-детски печальные, глаза. - Ему лучше не перечить. Несколько дней назад он нарочно толкнул меня, а когда я выронил и разбил чашку с кофе, которую ему нес, он избил меня плетьми и бросил в подвал на всю ночь. Связанным. Меня чуть не сожрали крысы...

- Боже мой. - я ошарашенно смотрела на него, едва веря в услышанное.

- Ничего, рубцы быстро заживают, я же вампир. - он невесело усмехнулся, и из ранки на губе скатилась капелька крови. Он нервно ее слизнул. - Гораздо хуже другое.

- Что может быть хуже этого?!

Прежде чем ответить, он посмотрел по сторонам, словно желая убедиться, что никто нас не подслушивает. Лицо у него стало невероятно серьезным.

- Понимаешь, я еще ни разу не пробовал живой крови.

- И что? - недоуменно спросила я. - Насколько мне известно, вам по закону положена только синтетическая кровь. Не считая этого долбанного Права Смерти.

- Это по закону. - он смотрел мне в глаза, не отрываясь.

- Э... не хочешь же ты сказать...

- Да, Шеба. Старшие вампиры часто организовывают охоту за человеком для молодых учеников. Таков закон стаи. Древняя традиция, которой мы не перестали следовать и после принятия всех этих официальных законов. Просто теперь нам приходится быть осторожнее, и только.

- Значит, тебе предстоит участие в охоте на человека?

- Да. Я не хочу, но Линн настаивает. И Люций не возражает. Он говорит, для вампира из Клана Скользящих Теней я слишком мягкотелый. А я не хочу убивать, Шеба! Я боюсь... и я не должен был тебе это рассказывать... но больше некому...

- Черт возьми.

Не обращая больше внимания на грязь вокруг, я плюхнулась рядом с пареньком и тупо уставилась в пространство. Бред какой-то!

- Вряд ли это можно предотвратить, - пробормотала я себе под нос. - Их так-то просто не подловишь. И улики они прячут ловко, уж я-то знаю.

- Ты не должна никому об этом рассказывать, Шеба. - теперь в голосе Лолли отчетливо звучал страх. - Особенно своему приятелю, Карателю. Этим ты ничего не добьешься, но мне не жить. И, думаю, тебе тоже.

- Это точно, зубастик. Ну и влип же ты... Да и я вместе с тобой.

- Ты-то почему?

- Да потому, что не могу я вот так просто бросить тебя в беде, в лапах этих...этих монстров. Кроме того, погибнет какой-нибудь человек, наверняка парень вроде тебя или девчонка - вампиры обожают молодую кровь.

- Стариками они брезгуют, - кивнул Лолли, едва не рассмешив меня этим своим "они", словно отделяя себя от сородичей-кровососов. Что ж, родственников не выбирают, к сожалению. Почему-то мне казалось, что Лолли не так уж безнадежен, и оттого мне было его еще больше жаль. Стоит ему раз убить, и он уже не остановится. Будут ли эти огромные синие глаза такими же невинно-доверчивыми после кровавой охоты на человека? Вряд ли.

- А что твои родители? - тихо спросила я. - Они не пытаются тебя защитить?

- У меня только отец. Мать была смертной и умерла при родах.

Я изумленно уставилась на него.

- Э... то есть как это? И твой отец жил со смертной женщиной, не обратив ее? Разве законы вампиров это позволяют?

- Нет. Они не были женаты. Это была... случайная связь. Отец не знал, что она беременна. Кто-то рассказал ему обо мне... когда мать умерла, а меня отдали в детский дом. Он меня отыскал и взял к себе.

- Удивительно сентиментальный вампир - твой папаша.

- Он бы не признал меня, если бы я родился человеком. Но я унаследовал гены вампира.

- Вампиризм - чертовски заразная штука, - мрачно пошутила я.

- Ага. Я, конечно, считаюсь полукровкой, и многие меня за это презирают, но на самом деле я очень силен для полу-человека.

- И все же ты не бессмертен.

- Да, я буду жить долго, может быть, пять-шесть столетий, но все же состарюсь и умру.

- И тебе нужно пить кровь, как другим вампирам? Неужели нет никаких лекарств, вроде тех, что сдерживают волчьи гены у оборотней-полукровок?

- Не знаю. Среди вампиров крайне мало полукровок. Такие дети обычно не выживают.

Он был прав. Необъяснимо - но плод любви вампира и человека редко бывал удачным. Не то, что у оборотней. Возможно, это было вызвано тем, что вервольфы зачинали детей в человеческом обличье, а вампиры всегда оставались вампирами и не могли хотя бы на время становиться людьми. Не знаю.

- Но, может, стоит попробовать...

- Теперь уже поздно. Я с детства питаюсь синтетической или животной кровью. Лекарства мне уже не помогут, да и человеческая пища меня убьет. Шеба, я вампир. У меня есть клыки, я силен, вынослив, нечеловечески быстр. Я не умею улавливать мысли людей, как другие вампиры-телепаты, не могу левитировать и не владею телекинезом. Зато дневной свет переношу намного легче. Но все же я вампир. Я даже немного гипнотизировать могу!

- Хочешь сказать, что кровососы умеют все, что ты перечислил? - снова вытаращилась на него я.

Он хихикнул, шмыгнув окровавленным носом.

- Ты не знала? Обычно мы скрываем свои способности, чтобы люди не сильно пугались. Ну... и чтобы они нас слегка недооценивали. Это полезно.

- Не сомневаюсь. И что, все "ваши" это могут?

- Ну, нет. В большинстве случаев вампиры владеют той или иной способностью, и очень редко - всеми сразу. Но очень старые это могут, да.

- Например, Люций?

- Может быть. - он перестал улыбаться, глядя на меня встревоженно.

- Мог он внушить кому-нибудь любовь к себе?

- Любовь? Не думаю. Гипнотическое влияние вампира на сознание человека действует лишь при условии непосредственного контакта, понимаешь?

- То есть, он не может заморочить кому-то голову, не находясь рядом?

- Вроде того. А что?

- Да так... Думала, а не запудрил ли он этими своими штучками мозги моей подруге, - буркнула я неохотно.

- Зачем ему это? Его и так все любят.

- Я - нет!

- Только потому, что твой брат ушел к вампирам, - выпалил он и мгновенно прикусил язык. Наверное, взгляд мой в тот момент был очень красноречив, потому что и без того бледное лицо Лолли стало мертвенно-белым.

- Никогда больше не говори о Фэйте в моем присутствии. Хорошо? - обманчиво спокойным голосом сказала я, предварительно сделав пару глубоких вдохов. - Кое-кто лишился двух зубов только за то, что назвал его имя в моем присутствии. Договорились?

- Д-да, - поспешно кивнул он и на всякий случай немного от меня отодвинулся. Мне стало смешно.

- Ну ладно. И что, твой отец одобряет действия Линна и Люция?

- Конечно. Как можно не одобрять Младшего Лорда?

- Прекрати пороть чушь. Ну... а если я поговорю с Линном?

У него отвисла челюсть. Пару мгновений он не мог вымолвить ни слова, потом сдавленно произнес:

- Ты спятила! Поговорить с Линном? Не всякий вампир осмелится напрямую к нему обратиться, а ты вот так запросто хочешь с ним поговорить! Ну и что ты ему скажешь? Он же и тебя, и меня на куски порвет! Или... или еще что похуже... - голос его задрожал.

- Что может быть хуже?

- Шеба, - он придвинулся ближе, так, что его длинная челка защекотала мне лоб, - ты слышала, что случается с теми людьми, которых обращают после их смерти?

- То есть, как это - после смерти? Такое возможно?

- Их называют ходячими трупами, зомби, иногда - упырями и вурдалаками, но это уже не совсем верно. Зомби - более уместное слово. Это люди, которых выпил вампир, а потом обратил. То есть, сперва дал человеку умереть, и лишь потом влил ему в горло своей крови. Это делается в первый час после смерти жертвы. Ясно тебе?

- Не очень...

- Такие "обращенные" не становятся полноценными вампирами. К примеру, твоего брата обратили при жизни... - он виновато покосился на меня, - прости, что снова о нем упоминаю, просто ты должна понять. Он стал вампиром. А те, кого обращают в мертвом состоянии - в не слишком мертвом - восстают в виде живых мертвецов, зомби. Они почти не соображают, у них заторможенные реакции, и они разлагаются столь же быстро, как обычные трупы, но продолжают функционировать до конца. Они подчиняются приказам того, кто их обратил, и ничьим больше. Если ими вообще не управлять, они начинают жрать все живое на своем пути, и их чертовски трудно убить. Убить по-настоящему.

- Господи, я думала, это все байки! - потрясенно выдохнула я. - Жуть какая...

- Ага. Ты-то хоть ее не видела, этой жути. А я - да. У Линна несколько подвалов с такими слугами-зомби. Его излюбленное наказание для провинившегося ученика - бросить его на пару деньков в такой подвал к зомби и посмотреть, кто кого. Иногда зомби побеждает... А иногда выживший вампир сходит с ума.

- Ты серьезно?! Боже мой... мерзость какая! Но... неужели даже вампира может сожрать восставший труп?

- Еще как может. Особенно если труп еще свежий, а вампир - молодой и неопытный. Теперь ты понимаешь, почему я так боюсь прогневить Линна?

- Но Лолли... и Люций вот так запросто отдаст ему тебя на растерзание?

- Не знаю. - он опустил голову. - Раньше я был уверен, что нет. Но Люций быстро остывает к своим любимчикам. У него куча игрушек.

- Бесчувственная мразь, - сплюнула я, охваченная дрожью ярости. - Его бы самого в такой подвальчик... уж я бы с радостью понаблюдала, как перемалывают его изящные косточки!

- А ты не боишься, что он сам в любой момент может проделать то же самое с тобой? Как я понял, вы друг друга ненавидите...

- Зато ты по уши влюблен в этого монстра. Как ты можешь?

- Слушай, ты тоже встречаешься с нелюдем, разве нет? - вспылил он.

- Это... это обычный полукровка. Вик - добрейшая душа.

- Чужая душа - потемки. Так, кажется, вы говорите? - очень неприятно усмехнулся парнишка, и из-под разбитой губы блеснули маленькие острые клыки. Мне показалось, он хотел еще что-то добавить, но тут землю между нами прочертила длинная тень - кто-то вышел из дома и остановился на крыльце. Мы дружно повернули головы.

На верхней ступеньке, щурясь от яркого дневного света, стоял самый необычный вампир из всех, когда-либо мною виденных. Высокий по людским меркам - но ниже Фэйта или Люция - очень худощавый, даже тонкий. Стройность длинных ног подчеркивали черные кожаные штаны в облипку, заправленные в высокие кожаные же сапоги до колен с серебряными наклепками. Темно-зеленая шелковая рубашка на шнуровке свободно облегала тело, позволяя видеть верхнюю часть груди - гладкой, белой, точно алебастр. Мой взгляд скользнул выше и уже не отрывался от удивительного лица вампира. Таких тонких, изящных, почти кукольных черт я еще ни у кого не видела. Слишком большие для человека глаза должны были отталкивать, но они были прекрасны. Продолговатые, чуть раскосые, невообразимого бирюзового цвета. Бледные лучи солнца преломлялись в этих глазах и плавали в их глубине, точно золотистые рыбки в сине-зеленой морской воде. Кожа у незнакомца была белой, но словно светилась изнутри, как поймавшая солнце перламутровая ракушка. Волосы были прямые, совершенно белые, как у Арка, но с виду мягкие и тонкие, переливчатые, как жемчуг. Они мягким водопадом обрамляли узкое лицо, едва достигая плеч, и не скрывали странных ушей вампира - аккуратных, но заметно заостренных на кончиках, точно у классического фэнтезийного эльфа. Вот это тип!

- Лолит, - обратился к мальчишке незнакомец, и голос его обволакивал, как шелковое покрывало, - вот ты где. Я тебя искал.

Он вдруг нахмурился - Лолли поднялся, и стали видны следы побоев на его лице.

- Линн? - мрачно спросил вампир, кажется, уже зная ответ. Лолли понуро кивнул. Взгляд незнакомца обратился ко мне. Я уже была на ногах, отодвинувшись к противоположной стене подворотни. Не доверяла я незнакомым вампирам, и точка. Бледно-розовые, четко очерченные губы беловолосого дрогнули в легкой улыбке.

- Здравствуйте, мадемуазель. Лолит, ты не представишь нас друг другу?

- Это Эльф, - буркнул тот и снова замолчал. Беловолосый укоризненно покачал головой и в следующую секунду оказался прямо передо мной, точно переместился в пространстве, а не сбежал по ступеням вниз. Я ошарашенно уставилась в прищуренные бирюзовые глаза, чувствуя, как волоски на руках встали дыбом. Черт возьми, это еще что за фокусы такие?

- Эльфом меня называют близкие друзья, - тихо сказал вампир и нарочито медленным движением протянул мне руку - понял, что мне не понравились его трюки с перемещением. - Меня зовут Эжен, мадемуазель.

Эжен. Имя такое же легкое, воздушно-кружевное, как и он сам. Поколебавшись, я все же вложила свои пальцы в его прохладную ладонь.

- Шеба.

- Рад знакомству, Шеба. - прежде чем я успела ему помешать, он наклонил голову и коснулся губами моей ладони. Настоящий джентльмен, чтоб его! Я поспешно отдернула руку, борясь с желанием потереть кожу, горевшую в месте поцелуя. Этот жест меня на самом деле испугал.

Бирюзовые глаза смеялись. Кажется, мой испуг позабавил Эжена.

- Не делайте так больше. - холодно посоветовала ему я и внутренне удивилась тому, что обратилась к вампиру на "вы". Язык почему-то не поворачивался ляпнуть что-нибудь колкое. Эжен выглядел и вел себя как истинный джентльмен, и меня даже не интересовало, было ли то искусно замаскированное притворство. В конце концов, все мы выбираем себе те или иные маски.

- Это мастер "Вампа", - пояснил Лолли, и я отметила, что рядом с Эженом он держится просто и непринужденно. Это говорило в пользу белокурого красавчика.

- Ясно.

- У вас изумительный цвет волос, Шеба. - Эжен протянул было руку, словно намереваясь коснуться моей косы, но я нахмурилась, и рука немедленно убралась. - Золото и осенний багрянец. Очень удачное сочетание цвета волос и глаз, надо отметить. Потрясающе! Я бы хотел нарисовать ваш портрет...

- О чем это он? - я посмотрела мимо Эжена на Лолли. Тот пожал плечами:

- Эльф - художник, и очень хороший. Его картины висят в "Двух Городах" и многих музеях.

Я вспомнила мастерски выполненный портрет Лорда Ночного Города. Да, таланта беловолосому вампиру явно не занимать.

- Я не хочу, чтобы вы меня рисовали. Лолли, - я повернулась к мальчишке, кивнула: - Мы позже продолжим наш разговор. До скорого.

Я развернулась и быстрым шагом двинулась из переулка, но успела услышать тихий голос Эжена, ласковым ветерком погладившим меня по спине:

- Воистину кошачья грация...

И дьявол меня побери, если я не покраснела.


Оценка: 8.50*4  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Кретов "Легенда"(ЛитРПГ) Н.Екатерина "Амайя"(Любовное фэнтези) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"