# Первое

Екатерина Валерьевна Сорока

Пиджак от Донны Каран летел с неимоверной траекторией к стене, ему мало чем посчастливилось, ведь психовать мне намного легче без него. Он с глухим звуком шлепнулся о стену, найдя перед собой преграду, чего обо мне сказать нельзя.

О, я была зла. В бешенстве. Будь в этом доме хоть один приличный человек, меня бы кололи ежедневной порцией транквилизаторов. Но тут такие не водятся.

- Ты переспала с моим историком в его же кабинете? - я отчеканивала каждое слово, направляясь в холл, где тут же смолк чужой смех.

Лишь за гневной тирадой явилась я, растрепанная и бешенная надеясь что-то разбить.

Энди застыла с чашкой кофе на полпути, поднесенной ко рту. Не долго думая я подлетела, вырвала ее, отчего мать отшатнулась, и я с дикой радостью расшибла керамику о стену.

За мимолетным гневом пришло отчаянье, я с трудом отворачивала голову пытаясь унять свою истерику.

- Неделя, - выдавила я.

- Спустя неделю ты отымела моего историка в стенах школы, - я повернулась к ней, - ну и как ты мне прикажешь поступить, а?

- Нейт, я прошу прощения, - мать неловко повела плечом, схватила мой локоть, на что я дико прошипела, как разъяренная кошка.

- Я прошу тебя, давай выйдем, - настаивала она.

В увлечении своим гневом, я мало осматриваюсь по сторонам, и в большинстве случаев нам с матерью удается попадать в неловкие ситуации.

Да, сегодня более чем неудачный день, ведь ее бешеная дочь опозорила в очередной раз честь семьи. Ха, а почему я то? Это вина Энджи, которая ноги сдвинуть никак не может!

Мать вывела меня в кухню, спокойно закрыла за собой дверь, и только после этого безнадежно облокотилась об столешницу рукой. Ее длинные смолистые волосы тут же завесили все ее лицо, которое не менее моего пылало. Вот только мое то от гнева, а ее, безусловно, от стыда. Хотя Энджи никогда не раскаивается в содеянном, но бывает и такое, что ей стыдно передо мной за глупости, на которые она способна.

- Я...Я не знаю как так получилось,- начало было она, - он молод и холост, и говорил так о тебе с восторгом, я подумала...

- Что ты подумала? - не удержалась я от издевки, - что будешь грудью стоять за отечество? Да, и не только! - залилась я истерическим смехом.

Я уселась на ближайший стул и обессилено уронила голову на руки. Объяснять, да еще как можно доходчивей сил у меня больше нет. Они, по-моему, иссякли еще в Брауне, когда директор Беркли завтракал вместе со мной диетическими хлопьями. А, еще одна деталь, его рубашка была как раз на моей матери гордо выплывающей со спальни.

Не могу я винить ее, то есть могу, но не хочу. Я рожденная в очень юном возрасте, даже с тем учетом, что я не старший ребенок в семье. Но все дело в том, что за молодость и распутство матери платить приходиться мне и брату.

- Я поменяю школу.

- Зачем? - Энди оторвалась от столешницы и принялась расхаживать по кухне.

- Он ублюдок мам, полный причем, - я откашлялась, пытаясь как-то сносней донести до нее новость, - после вашего..кхм...ну поняла ты все, он предложил мне оценку заработать, весьма оригинальным способом, - язва, которая до сих пор таилась во мне, вуаля, вышла погулять.

- Самое дикое, что я хотела сказать - пусть с такими предложениями к тебе обращается, но потом спохватилась и... - я застыла надеясь не получить сейчас чем-то по голове.

- И? - переспросила Энджи.

- Ну и, пять сломанных ребер и вывих челюсти, - увидев ужас на лице матери, я мгновенно пошла защищаться, прикрываясь дверкой холодильника.

- Я думала, легонько сначала получит, ну при этом он меня еще и зверской стервой назвал, ну так я и дошла до ребер.

Ситуация безнадежная как по мне. Я защищала честь и свою и матери, но кто, же знает, что на самом деле мне этого до смешного не хватало. Драк я имею ввиду. Шесть раз мы переезжали из-за матери, ну и я свои три добавила. У меня психика неустойчивая, хотя я на самом-то деле должна быть само очарование. Но как говориться "Ни один ветер не будет попутным для корабля, который не знает, в какую гавань плывет".

Вот я и есть корабль, и вроде буйный, когда ветер сильный и спокойный когда его нет.

Но вот только, ветер в моей жизни - повседневное явление и куда мне плыть я уж точно не знаю.

- Ладно-ладно, я разберусь со всем этим завтра, но еще хотя бы одно происшествие... - мать решительно сложила руки на груди и сложила губы трубочкой. Вот где ее решительность была, когда она с историком решила перепехнуться? Брр...

- Я пойду, в общем, - я собралась выходить из кухни.

- Когда Стиви домой вернется? - Энджи перед уходом настойчиво заглянула в мои глаза, но ответа так и не получила.

Нету у него дома.

Был когда-то, переездов так пять назад, но ты и это отобрала.


Обходными путями я пыталась избежать встречи с нашими гостями, хотя кто их знает сколько их. Зато встреча запоминающаяся.

Не каждый день вы будете пить чай с миссис "Трахни меня кто может" и извечно протестующим и психующим ее ребенком.

До моей комнаты подниматься на второй этаж и нужно миновать холл так, что бы не попасться им на глаза. Я добежала до входной двери, подхватила свой многострадальный пиджак и собралась подниматься по лестнице.

Дикое зрелище, как я колотила ногами по ступенькам при этом корча самую злую гримасу, на которую только была способна. За спиной раздались шаги и бурное обсуждение нескольких лиц. Я даже обернуться не соизволила.


Два дня спустя меня и мою мать вызвали к директрисе. Выглядело это вполне забавно, особенно взгляд секретаря, который с явным отвращением выговаривал каждое слово.

Честно? Меня даже не тронуло такое отношение. Не впервые я испытываю подобные унижения, и я думаю, что не особо они меня и ранят. Мы сидели у кабинета - я и моя мать, схожи внешне так словно нас вылепили из одного материала, вот только начинка разная.

У меня волосы до бедра всегда распущены, она же их всегда куда-то приделывает, макушка то или ухо. Да, я саркастична, и жизнь моя ирония, но я всегда говорю то, что в голове перебираю. Ногу Энджи закинула левую, а я правую, губы она подвела пылко бардовым, а я ничем не подводила, мои и без того цветные. Юбка на ней клеш выше колена, не дешевле 800 y.e., моя классика черного цвета выглядит куда дороже, хотя купленная по скидке из прошлой коллекции. Мы смотрим в разные стороны так, словно друг друга не знаем, и все равно мы единое целое, то от чего не отказываются ни при каких обстоятельствах.

- А вы это? Новенькие, да? - на чужеродный звук мы синхронно повернули головы, вот только Энджи скривила невероятно обольстительную улыбку, и я скривилась от отвращения.

Сидящий перед нами чернокожий позер светился от удовольствия, зубы белые, я таких даже в салоне после отбелки не видела. Я осмотрела его висящие на коленях джинсы, которые он нервно приподнял, опустилась на дико яркий шузы, и поняла, что смотреть не на что.

Дважды фыркнула и довольно сложила руки на груди. Парень развел руками, и отвернулся.

- Что б тебя хоть чуть-чуть уважали, иногда веди себя как обычная смертная, - в голосе Энджи послышался упрек.

- Это та, которая все знает об уважении, - съехидничала я.

- Чайлдс, Долли и Энджи, - мы одновременно подпрыгнули, понимая, что этот скрипящий старушечий голос принадлежит директрисе.

- Это мы.

Она оглядела нас, приспустив очки, одновременно улыбаясь и умудряясь проявлять свое недружелюбие. Старая стерва оказалась подтянутой и вполне приличной внешне женщиной, способной в своем возрасте быть еще стильной. Вот только нельзя было этого сказать о ее жестком и грубоватом лице.

Ну стерва же, она и в чем угодно стервой будет.

Мы с опаской присели напротив нее, и мать тут же съежилась. Ну, почему я думала, что хотя бы раз мне не придется отстаивать свои права в одиночку? Да не бывать же такому!

Человек, который сидит со мной рядом, только дома способен проявлять свой характер, на людях он становиться губкой, которую стоит только выжать и она тут же высохнет.

- Мне поведает кто-то из Вас, что произошло с мистером Гринбером? - она резко поджала нижнюю губу и сузила свои и без того малюсенькие глазки.

И в этот момент я поняла, что к черту сплетни, все будет по-честному.

- Он предложил мне развлекаться на его столе до тех пор пока меня не накроет с утроенной силой оргазм, - выпалила я с непроницаемым лицом, - а еще добавил, что таких мужчин у меня не было, и никогда больше не будет - "так что не утрать свой шанс, детка"!

На последнем я не удержалась и сгримасничала.

Я наблюдала, как меняется выражение лица директрисы, как летит муха к окну, я даже успела уловить боковым зрением камин столетней давности.

- А этот камин куплен за счет школьного бюджета, или вы сами оплачиваете свою роскошь?


Поседелки закончились, я Вам скажу быстро, крайне нервно, но насыщенно. Про камин она мимо ушей пропустила, да я и не думаю, что она вообще про него слышала. На кону была репутация школы, и она достаточно быстро разрулила нашу ситуацию.

Историка уволят, обвинения с меня снимут, но пообещали наказать, поскольку рукоприкладство карается даже в Африке. Главное - что эта сволочь вполне способна рассказать о похождениях моей матери, и тогда все претензии ко мне вернуться, но уже с утроенной силой.

Мать вышла на улицу и тут же закурила, и только когда заметила меня позади зло рявкнула что бы я шла на уроки. Немало хлопот я ей доставила.

Ну да ладно.

Третий урок как раз только начался, по расписанию я шла сейчас на социологию, сказать, что я сильно спешила? нет, я наслаждалась одиночеством.

Зайдя в кабинет, молчание вокруг стало слишком резким, я подняла глаза и увидела целую кучу людей уставившихся на меня. По всей видимости, здесь объединили два класса, и мест где можно было сесть, я не нашла.

- А я смотрю, вы шли шли, чуть не прошли мимо, потом вернулись и соизволили явиться на мой урок? - высказался учитель.

Ужасный ты брюзга мужик. Я глянула с таким выражение что-то вроде "Ты серьезно", и только потом позволила себе спросить:

- Ну, так не дайте мне пройти мимо, пустите к себе, - издевательство было явное, и он бы его не проглотил, если б не чей-то голос с задних парт.

- А вы мистер Берни не боитесь сломанной челюсти? А то ведь у нас теперь кого попало из псих лечебниц выпускают, а они людям за просто так кости ломают.

Я дико улыбнулась и ответила в пустоту:

- Я еще и длинные языки степлером к жопе прикалываю.

Бинго, смех, все довольны, и все перестали смотреть на меня с дикостью. Ну, помимо задних парт, где сидела компания парней угрожающей наружности и напыщенной строгости. Ненавижу снобов, к которым я как раз и направлялась. Именно одно заветное местечко перед их слащавыми и недовольными моськами звало и манило меня. С облегчением моя попа встретила стул, и я поняла какая жизнь прекрасная, когда тебя абсолютно не видно с первых парт.

Не долго думая, я улеглась боком на парту и стала монотонно просматривать страницы учебника.

Хрень, хрень, хрень. Где достойные трактаты? К чему эта вся чушь о мнимой важности принадлежности человека к обществу? Я ненавижу людей по отдельности, а уж их скопление вообще не переношу.

На двадцать пятой минуте я почувствовала еле ощутимое прикосновение к собственной талии. Оно становилось все крепче, и вскоре ко мне прижалась какая-то незнакомая тушка.

- Слышь, красавица, говорят, что ты схожа с самкой черного тарантула, - чужое дыхание щекотало мне ухо, - не повезло нашему Гринбергу, не повезло, не успел он убежать после спариванья.

Ооо, это ты зря.

Я схватила чужие пальцы и сжала их с такой силой, с какой меня только учили переламывать кости. Послышался дикий писк, заглушенный гулом людей вокруг. Парень возле меня весь напрягся. Довольная я повернулась к нему, и поняла, что теснее уже быть не может, и тихо прошептала:

- Ты забыл добавить - "моя госпожа", сопляк несчастный, - когда его глаза от боли сузились до невозможного я разжала свои пальцы, и его тут же ветром сдуло.

Ну, черт, не хватало мне еще заклятых врагов в лице этих снобов. Я осторожно повернулась, и наткнулась на искривленный недовольством фейс. Парень, который ко мне подсел, сейчас упал по всей видимости под парту и зализывал свои раны, да вот остальные даже не пошевелились. Единственное что, я поняла по их лицам - не избежать мне проблем.

Я почувствовала, как мелкая дрожь прошлась по рукам. Я неотрывно смотрела в глаза одному из них, и понимала, что получу сполна сегодня.

С трудом вернувшись в изначальное положение, я досидела этот урок словно на взрывчатке, готовая вот-вот сорваться и убежать с минного поля.

Но стоило прозвенеть звонку, как я мигом схватила свою сумку, книгу под мышку и вон из класса, который на мой ужас продвигался к выходу слишком медленно.

Я попыталась затеряться среди толпы, и было подумала, что у меня вышло, как тут меня жестко толкнули к двери, отчего каблуки шмякнулись друг об друга, а я лишь успела отлететь на ближайшую парту. Заметив это, люди начали посмеиваться, а я без сомнений уже знала, кто это сделал, ведь самодовольству самих виновников не было предела.

Заметив под собой свои искореженные туфли, отдельно от каблуков, я не выдержала и жестко выругалась.

Хорошо, что только эти ублюдки расслышали мою нецензурную речь. Дважды за день к директору - это полная хрень была бы.

Ну и как мне, босиком теперь?

Я в отчаянье боролась сама с собой. Стыд срам, протест, гордость все плещется, норовя первым достигнуть берегов.

Эй, Долли, ты же просто безнадежно сумасшедшая, так какая тебе разница, о чем сегодня будут говорить другие - о том, что ты босиком разгуливаешь, или о том, что ты избила учителя?

Пока толпа проталкивалась к дверям, я коронно уселась на парту, и с решительностью и гордостью сняла туфли, толкнула каблуки под парту, и стала на ноги.

Ну, поначалу понимаете, я скривилась, ну а потом приняла победное выражение лица, увидев отвращение на лице ублюдков. Ну что не сиплая курочка Вам попалась? Подожди, я еще и не такое умею!


На меня оборачивались, возле меня останавливались, меня даже на телефоны снимали! Абсурд, который я устроила этой школе, так и норовил сделать меня самой известной и самой ненормальной брюнеткой этого заведения. А я продолжала идти босиком по школьному коридору, сворачивая снова и снова, надеясь, что эта дорога когда-нибудь закончиться.

У меня не было в планах идти на ленч, но поскольку ноги сами меня тащили в непонятном направлении, останавливаться не было смысла. Я дошла до отдельной пристройки, как и в любой другой школе для богатеньких, ее с полной уверенностью можно назвать кафе, заказала себе жареного лосося, овощей и свежего сока, и уселась в самый дальний угол.

Чушь какая-то, а не день. Даже если брать для сравнения все предыдущие коллапсы моей жизни, такое случилось впервые.

Только доев и собираясь позвать официанта, как он тут же появился передо мной, и вместо счета подсунул мне записку из неплохого, кстати, на вид папируса. Я с удивлением смотрела то на нее, то на официанта, и когда он, наконец, без слов положил мне рядом счет, я удовлетворенно кивнула.

А записка то была не особо обнадеживающая.

Меня ей приглашали на еженедельную вечеринку для новеньких.

Ммм... Да еще и главное братство школы. О! Еще и отказаться нельзя.

Красотень прям.

Знаю я, чем все это заканчивается. Тебя либо в грязь, либо в ближайшее болото.

А вот адресок то я на всякий случай запомнила, потом скомкала бумажку и с первого раза попала ей в мусорник.


Когда я подъехала к дому, то с обреченным видом подметила, что помимо маминой машины, припаркован еще и чужой GT, Альфа Ромео между прочим.

Кого она на этот раз подцепила, какого-нибудь международного деятеля? Что за номера дурацкие, такое ощущение, что вообще не Американские.

Я медленно вповзла в дом, забросила испорченные туфли в угол, и пошла опустошать холодильник. Дай Бог, если там не будет сладостей иначе мне недели не будет достаточно что бы сжечь все эти калории. А я предпочитала ту талию которую двумя руками можно обхватить, а не ту которую пол часа ищещь.

Зайдя в холл я не сразу подметила что у нас кто-то есть. Я остановилась, как солдатик розвернулась к ним лицом, и обомлела.

Упырь, козел, напыщенная сволочь все это и прочее в лице того ублюдка из школы сидело сейчас на моем дивание в компании какого-то дядьки и моей счастливой, что аж зубы сводит, мамки.

Видимо это его папаша. А они ничего так, смотрятся очень даже солидно.

Нотка итальянского происхождения судя по темным глазам и смуглой кожи, ааа, с меня никакой историк, но я буду их называть итальяшками.

- Долли, познакомься с мистером Альваро и его сыном Джино, - мама пропела их имена, и я почувствовала как смех тихо подкатывает к горлу.

- А я счастлива с Вами познакомиться, - видимо мою иронию пронюхала лишь Энджи, и с жестким звуком прихлопнула себя по ноге.

- Взаимно Долли, - о! не она одна. Джино так и сузил свои темные огромные глаза. Миндальные между прочим, мой любимый миндаль осрамлен в лице этого подонка. Перейду ка я на лесные орехи.

- Присойденяйтесь к нам юная леди, вы кажется в одной школе с Джино учитесь? - мистер обходительный такой, с глубоким тембром голоса, что аж мурашки по спине.

- Думаю да, - вполне серьезно отвечаю я, - но к сожалению мы еще друг-друга не встречали.

- Да? - удивленно приподнял брови его сын, - а это случайно не вы сегодня так эффектно опоздали на урок? Если вы, тогда я Вас уже видел.

- Может быть, - всего то, ответить, откланяться и уйти. Но чего он так двусмысленно на меня смотрит?

- Я бы випела кофе, извините, но я вынуждена удалиться, - только я собралась уходить, как этот ублюдок спохватился со словами: "я бы не отказался еще от одной чашечки, к тому же Долли не будет против моей временной компании". И черт, я спинным мозгом запечатлела ужас с которым удалялась от них в компании этого опасного маньяка.

А голос то с акцентом, легким таким. И что? Да хоть на итаьянском пусть изъясняется, мы все равно на разных и без того языках общаемся.

Я не успела добежать вглубь кухни, меня больно схватили за кисть, причем не простым захватом. Сразу чувствуется определенная школа, ведь та точка на руке которую он придавил известна не всем. Я только и успела ахнуть, как меня развернули к себе лицом. Он давил на меня своим ростом и своим превосходством.

- Тебе разве кто-то давал право так себя вести? - он был серьезен настолько, что желваки ходящие на его скулах казалось вот-вот лопнут. Ооо, это истинный мужской гнев.

- Что, никогда девчонка руки не выкручивала? - ухмыльнулась я, - не тебе ведь.

Моя рука вполне испытала всю дикость его натуры, и серьезность намерений.

- Я советую тебе быть более благоразумной. Никто из нас не станет тепреть брыкающихся сучек, - он сказал это тихо и угрожающе, на что моя реакция была незамедлительной.

Я влепила ему свободной рукой смачную пощечину, и молила Бога что бы не получить ее в ответ. На секунду гнев пленил его разум, я видела это, наблюдала как он плещеться в его глазах, и только после этого вывихнула из последних сил его руку. Хватка ослабла, а вскоре он вообще отпустил мою кисть.

- Ты не посмеещь меня оскорблять в моем же доме, - произнесла я это с абсолютно невозмутимым лицом.

Я становлюсь непроницаемой только тогда когда меня поистине оскорбляют, и цепляют за живое. Знаете, все былые унижения и гроша ломаного не стоят, по сравнению с тем что случилось сейчас.


Я с трудом высидела у всех на виду сжимая чашку так, будто в любой момент была готова защищаться кипятком. Я становлюсь мнительной, правда.

Никто из присутствующих не услышал нашей перепалки с Джино, и мы преспокойно сидели и буравили друг друга взглядами. Моя челюсть сжалась, что аж зубы заскрипели. Но самое классное произошло в тот день, когда сама суть разговора дошла и до меня. Мистер "обходительность" оказался маминым начальством, который нанял ее, дабы навести порядок в своем отделе по импорту и экспорту дорогих спортивных машин. А я Вам наверное не сказала - моя мать очень умна, не смотря на большинство ее явных недостатков, она что-то вроде перекупщика в третьем лице. Когда кто-то обращается с просьбой подороже продать или подешевле купить и без того ценный товар, она лучший кандидат на роль подставного лица, который исчезнет как только выполнит свою задачу. Не сказать что это законно, но Энджи вполне в состоянии справляться с собственными проблемами. А вы думаете, оплатили шесть переездов ее бывшие хахали? Нет, сама трудилась. И живем мы роскошней обычного, на хорошие машины и дорогие украшения хватает. Так вот, что на счет разговора этого товарища с моей мамкой - это катастрофа.

Ежегодные командировки, увеселительные поездки не обходят мимо мою мать, будь они даже в абсолютно левой фирме.

И вот стоило нам приехать именно на кону очередной вылазки?

- Я думаю, это будет уместно, даже не смотря на ваше недавнее пополнение в компании, к тому же, - Мистер сделал паузу и повернулся ко мне, - нам нужно поближе познакомиться, Джино ведь едет вместе со мной.

И пошла целая эпитафия, фанфары, похвалы в сторону делового сыночка, который ни одной пьянки не пропускает. А я в это время как в старых фильма - одним глазом поблымала, потом вторым, затем вместе, что-то вроде "не верю собственным ушам".

- Ну, по-моему, я не имею отношения к вашему бизнесу, и вполне могу мешаться под ногами, поэтому, - я выдавила из себя снисходительную улыбку, - зачем я там нужна?

- Отец, я ведь там и без того один подросток, - как только запахло жаренным вмешался и Джино.

- Теперь Вас будет двое, - мистер Альваро говорил вполне дружески и не настойчиво, но видно было, что все, что он мог решить, уже решил.

- Если только вы не подпустите их к алкоголю, - Энджи свела все к шутке.

Черт, я никуда не поеду, не нужно мне этого, да еще с этим ублюдком!

Дотерпев до их ухода, я уже полна решимости ждала мать в холле.

- Ты не заставишь меня тащиться за собой! - ох, не с того я начала.

Энджи развела руками, но удовлетворение до сих пор не сходило с ее лица. Она была настолько рада этому, что меня аж выворачивало от отвращения.

- Ты работаешь у них всего ничего, почему ты думаешь, что это весело ехать не зная с кем отдыхать? - я пыталась прикрываться своей правильностью, хотя мать давно раскусила все мои приемы.

- Тебе не помешает отдохнуть, и прошу, - Энджи стала намного раздражительной в последнее время, - не надо мне портить репутацию в обществе коллег, раз уж пригласили нас обоих, мы обязательно согласимся. Не гоже отказывать такому влиятельно мужчине.


Берд все это. Я не буду идти у нее на поводу.


Каждый раз, когда я в полной уверенности и решительности действую вразрез со своими принципами, выходит так, словно я намеренно делаю всякую хрень.

Я запомнила тот адрес, время встречи, и конечно же пошла на поводу у своего интереса.

Нужно же было знать, на что способно главное братство.

Пока я ехала к местному пляжу в двух кварталах от нашего дома, меня не покидало чувство, что сегодня я получу вполне приличную порцию адреналина.

Три часа ночи, я сижу в машине лишь в бикини и легком кардигане, не решаюсь дойти до самого пляжа, где как раз шабаш только начинался.

Костер разгорался, люди таскали мини холодильники, и становились все большей и большей кучей.

До смешного нелепо лишь то, что я собралась в этом участвовать.

Но что сидеть и рассуждать, жизнь и без того мнительна, прям как я, лучше сейчас воспользоваться возможностью, чем потом ныть, что меня преследуют на каждом углу школы.

Я захватила ключи, свой телефон, а мало ли что? И вынырнула в ночную прохладу. Морской бриз окутал мою кожу, и впервые за всю неделю, проведенную здесь, я почувствовала как это приятно - жить рядом с океаном. Ноги утопали в песке. Впереди компания вела себя до невозможного шумно, никто даже не потрудился осмотреться по сторонам. Копы, по всей видимости, в этой части пляжа дикая редкость.

Когда я почти добралась до костра, мою руку кто-то перехватил.

- Эй, новенькая из Вашингтона? - блондиночка струсила свою гриву, и приятно улыбнулась.

- Да, - незатейливо ответила я ей, - так это и есть все составляющие вашего братства?

Девчонка звонко рассмеялась, и подозвала кого-то жестом руки. Позади выплыла еще одна девчонка, на этот раз рыжеватая. Лицо вполне дружелюбное.

- Эмми, а эта блондиночка Тара, - рыженькая протянула ко мне руку, которую я охотно пожала.

- Вас трое здесь, новеньких, я имею ввиду, - Тара по всей видимости хорошо выпила прежде чем попыталась донести до меня эту информацию.

- Дай ей Джима, - похохотала она.

Не стоило и пытаться спрашивать какого Джима они мне должны дать, ведь в моей руке неожиданно оказалась целая бутылка Джим Бима.

- Я не пью, - попыталась я сгладить свою категоричность, но девушки на это лишь синхронно рассмеялись.

- Давай, новенькая, - заливалась смехом блондинка, - если ты хочешь что бы тебя называли по имени в этой школе, устрой нам праздник.

- Расслабься, все пить не нужно если не хочешь, но для разогрева обязательно, - Эмми однозначно мне нравилась.

Недолго думая, я открутила бутылку, сделала изрядный глоток, и продолжила говорить даже не кривляясь.

- Так какое испытание нынче в моде? - я пошла за девушками к самой гуще событий.

- Ты не первый раз в новой школе? - уставилась на меня Тара.

А глаза то у нее огромные, но ленивые такие, словно она вообще с мимикой не дружит.

- Седьмой, если быть точной.

- И ты во всех школах проходила эти испытания? - Эмма стала стягивать с себя легкую рубашку и шорты, демонстрируя свой пылко красный бикини. А девочка совсем не дурна!

- Да, но были и поражения, - я ухмыльнулась, вспоминая позапрошлый год.

Ну да ладно, история не для лишних ушей.

- Ха, ну у нас все примитивно, - Тара начала размахивать своей бутылкой разливая весь алкоголь. Девочке больше не наливать.

- Заплыв, - уточнила Эмма.

Ну, это мы можем.

- На самом то деле, испытание ты уже проходишь, на проф-пригодность, - Эмма виновато улыбнулась, - если человек нам понравиться в общении, то почему бы не принять в лигу.

- И вы, я так понимаю, здесь самые проницательные? - отшутилась я.

- Что-то вроде того, - ответила Эмма.

Девушки на секунду исчезли в толпе, но стоило мне поставить бутылку на землю, как все принялись шумно хлопать.

- Ну так как леди и джентльмены, еженедельное, ежемесячное, ежегодное испытание на мужество открывает перед нами возможность пополнить свои ряды, так что если вы не тряпка, добро пожаловать на лунный обрыв, - дикий оратор двух метров ростом повернулся вправо, и моему взору предстала скалистая часть пляжа.

Высокий обрыв, уходящий в воду казался невероятно угрожающим. И это их заплыв? Скорее беспощадная попытка самоубийства. В этот момент я поняла, что бутылка как раз кстати.

Глотнула, набралась храбрости и приготовилась бежать к машине. В это время толпа обезбашено рванула к скалистому склону, он как раз был вполне удобен для подъема.

Меня прихватили с собой какие-то два спортсмена с шикарными бицепсами, и вот вы думаете, я в такой момент о прыжке думала? Пока я не успела опомниться меня со смехом и что-то вроде "номерок дашь, если выживешь?" тащили по скале, но когда чья-то ладонь легла на мою задницу что бы подтолкнуть, я не воздержалась от злобного рыка.

Спасибо что хоть склон был покатистым, хоть как-то взобралась.

Залезла и вся толпа. Пока я металась, пытаясь отыскать Эмму и Тару, я вовремя наткнулась на компанию ублюдков стоящих в стороне. На пляже их не было, значит эти снобы изначально всех избегали. Как только я собралась сделаться невидимкой, в меня вперили свой взор.

Парень, которому я утром скрутила пальцы, собрался идти в мою сторону, да с такой злобной моськой, что тут же стал похож на расверепевшего Крюгера. Но в самый напряженный момент Джино одной рукой перегадил ему путь и что-то серьезно прорычал. Казалось так, будто он в этой компании отдает приказы, и ему тут же подчиняются.

Но я никогда не буду благодарить его за этот поступок.

- Новенькая, - Тара подкатила ко мне и потащила в гущу людей. Ну, вот что-что, а хоть искать ее не пришлось.

Девушка довольно таки громко свистнула, и компания постепенно затихла.

- Я беру на себя ответственность объяснить всем правила, - прохохотала блондинка, - осмелились, прыгнули, поплавали по лунной дорожке, и поплыли к берегу пляжа, доходчиво?

Да, красноречиво однако.

- Ну, ведите остальных.

Ко мне подтолкнули двух девчонок, низеньких таких, маленьких, я вдруг усомнилась в их возрасте.

- Ну так как? - Тара подначивала толпу, и при этом надрывно свистела.

- Кто из Вас, действительно прыгал туда? - не удержалась я от сарказма.

Люди недовольно загудели.

- Мы все прыгали, - ответила блондинка, - а как ты думаешь мы сошлись друг с другом?

Две новенькие выглядели такими загнанными, словно сейчас разрыдаются.

- У этой, - на меня двусмысленно тыкнули пальцем, - напыщенной сучки хватает смелости лишь на то что бы молоть языком, да руками размахивать.

Я даже не сомневалась в том, кому принадлежали эти слова. Ну скрутила я ему пальцы, ну причинила боль, зачем же нарываться и дальше?

- Ты забыл кое-что, - я медленно шла к нему, а он разгильдяйски шел ко мне.

- Что, сучка? - он конкретно нарывался.

В такой момент мне нужно лишь малое, отвернуться, ухмыльнуться и попытаться взять себя в руки, но даже это не помогло. "Сучка" - я до такого ненавижу это слово, всеми фибрами своего естества. Оно бьет меня хлыстом, оно причиняет неимоверную боль. Всегда.

- "Моя госпожа", ублюдок - я с размаху ноги вперила ему по яйцам, да так грандиозно, что не успела рассчитать силу удара. Я лишь отдаленно, сквозь бешеный стук собственного сердца, услышала голос разума. "Зря, ох как зря". Но что поделать.

Знаете, вот бывают такие моменты, когда ситуация выходит из-под контроля. И у меня всегда так, на протяжении всей жизни.

Я лишь глаза успела поднять с корчившегося парня, как на меня летел еще один из их чокнутой компании. Джино пытался схватить его, но тот улизнул, и я лишь затравленно начала уклоняться и отступать быстрым шагом назад.

Мы оба голову потеряли. Он бешено летел на меня готовый разорвать в клочья, а я лишь пыталась сконцентрироваться. И все бы удалось избежать - я, скорее всего бы врезала ему пару раз, и пошла бы баиньки, но он прыгнул на меня, и эта тушка столько весила, что у меня подкосились ноги. Да самое ужасное, что опоры под ними уже не было - мы оба уже летели в овраг.

Вокруг шумел океан, и я медленно наблюдала за перепуганными лицами наблюдавшими откуда-то сверху. Летели мы, я Вам скажу долго. Я как-то успела перевернуться лицом вниз, хотя жуткий порыв ветра колотил меня словно грушу. У самой воды меня боком занесло, и все что я запомнила в последний момент, как дикой силой удара с меня сорвало накидку.

А дальше... А дальше ребятки было страшно. Меня занесло глубоко, пару раз встряхнуло, и когда я опомнилась от боли, то пыталась выискать поверхность. А вокруг темно, дышать нечем, все давит, жутко колит в ребрах.

Страшно однако.

И вот в момент, когда уже просто начинаешь паниковать - видишь частичку света над собой, и всеми силами тянешься к ней.

Когда я поплыла и почувствовала руками воздух, это показалось мне самым лучшим за всю мою жалкую жизнь.

Он вперемешку с водой попал в легкие, и у меня все запротестовало внутри. Я дико вертела головой пытаясь понять, что происходит и куда мне плыть. Шум и сила воды дезориентировала. Что может быть хуже - быть такой слабой и беззащитной?

Когда я с трудом разглядела очертания пляжа, а на нем маленькое оранжевое пятно, то поняла, что жизнь продолжается.

Как бы ужасно это не звучало, но меня настигла неописуемая радость.

Сквозь дикий пульс в ушах я услышала свой собственный смех, и тут же поняла что конкретно повредила голову. Плыть оказалось дико тяжело, у меня разгоралась настоящая агония в правом боку, а ветер хлыстал по лицу каждый раз все сильнее.

Подплывая ближе к берегу я заметила в отдалении от себя человеческую голову, и что самое странное выдохнула спокойно. Он хоть жив.

Единственным от чего он падет, будет мой кулак.

Люди толпились у берега, кто-то залез по пояс в воду и что-то кричал.

А мне то что? Я тут плаваю!

Знала же, что нельзя мне впутываться в такие ситуации, ведь они всегда заканчиваются одним и тем же.

Тут и силы стали меня покидать, и вот теперь я плыла уже на автомате.

Когда мои ступни коснулись песка в воде, я поблагодарила Бога, и начала глазами выискивать этого ублюдка, дабы совершить очередной грех.

Как только впереди себя я разглядела его макушку, то стало ускорять темп.

Были у меня силы, или не были, плевать, я размозжу ему рожу!

Как только воды оказалось мне по пояс и до него осталось руку протянуть, я заметила, что к нам уже бегут на встречу.

Ну нет, вы его этим не спасете.

Я дотянулась до плеча, от чего он резко развернулся, и из последних сил ударила по переносице.

Я не чувствовала своих рук, и по всей видимости удар лишь легонько его зацепил. Теперь попыталась компенсировать это ногами, но стоило мне это сделать, как нас тут, же расцепили.

Его дикое, но не менее перепуганное лицо смотрело на меня так, словно больше ничего не замечало.

На что я лишь кричала и извивалась в чужих руках. Но боль в боку, дикие тиски отрезвили меня, и постепенно возвращали в человеческое обличие.

- Ну давай же ну, чего уставился? - яростно кричала я, - надо было меня еще там утопить, потому что теперь я переломаю тебе все кости!

Я многозначно махнула рукой на утес, и это был мой последний жест, на который я была способна, и тут же обмякла в чужих руках.

- Джино уведи его! - крикнула Эмма кидаясь мне на встречу. Она обхватила обеими руками мое лицо и перепугано прошептала.

- Что болит?


Все были в диком ужасе. Я была в нем, хотя боль в боку отрезвляла настолько, насколько была способна. Меня Эмма усадила на камень у утеса и пол часа допытывалась что да как. После моего нечленораздельного ответа, единственное, что она могла сделать, это протянуть мне бутылку алкоголя. Я не долго думая пила ее, захлебываясь собственными внутренними слезами. Я давила и не пускала их наружу.

Когда ко мне начали подходить люди с вопросами "как я?", я лишь неоднозначно кивала.

Но сил сдерживать истерику вперемешку с яростью уже не находилось.

- Я пройдусь, - выдавила я из себя.

- Твой телефон и ключи у меня, как только ты отойдешь, я отвезу тебя домой.


Мне оставалось лишь отодрать свою тушку от камня, что я таки сказать и сделала, но тут же поняла что просто хочу лечь и здохнуть.

Пока я направлялась в сторону стоянки, успела ощупать свои ребра и всю правую сторону, которую я так и не почувствовала. Плохой признак.

Шла куда-то, даже не видела дороги, а как возвращаться собиралась, не пойму. С меня капала вода, я была в одном купальнике и знаете, замерзла. Когда передо мной внезапно возникла стена, а за ней темный проулок я вдруг прозрела, и уж точно стала лучше слышать. В этом проулке кто-то смачно матерился, периодически кричал от гнева, и бил по всей видимости ближайшую стену. От неожиданности у меня ослабли руки.

Бутылка Джим Бима раскалолась тут же, стоило ей достигнуть асфальта. Я нутром чуяла что не стежать мне и получит еще ни за что вообще.

- Что за нахрен? - послышалось из темноты.

Только я обомлела, когда из переулка вышел расверепевший ублюдок, который кинул меня со скалы.

- Хаха, - он удовлетворенно кивнул самому себе и меня аж скривило, - кости говориш переламаешь? Тварь да я тебя прикончу ты глазом не успеешь моргнуть!

И тут он потянул ко мне свои ручища.

А я что? Я пыталась управлять своим телом, которое теперь уж точно перестало слушаться.

Меня успели со всей дури вперить в ближайшую стену, и я жалобно выдавила лишь "ай".

Но последующего удара не последовало ведь рядом откуда то взялся Джино, схватил меня за плече и швырнул на асфальт, и принялся захватом удерживать этого ублюдка.

- Вали отсюда! - прорычал он сквозь зубы.

Я, не долго думая, оторвала себя от асфальта, и быстрым шагом ускакала обратно.

Это просто издевательство. И... И я не хочу так дальше жить. Я всегда получала за двоих - за себя, и за издержки воспитания.


Вернувшись на пляж, я еле выдержала на себе маску непроницаемости. Эмма, тут же спохватилась везти меня домой. И в этот момент мне стало так тяжело, от их сочувствующих и снисходительных лиц.

Из любой ситуации я выходила либо с юмором, либо победителем, но уж точно не побитой и раненной.

Я выговорила свой адрес, и тут же запрыгнула на сидение.

Всю дорогу назад я кивала на вопросы "Ты как?" и "Все нормально?", и тихонечко сжимала кулак возле ноги. Терпеть осталось всего-то минут пять от силы.

Как только я кивнула в сторону дома и Эмма остановилась, я не находила желание говорить о чем либо вообще.


- Мне жаль что так вышло, - девушка говорила так искренне, что я было подумала ей поверить, - никто не прыгает на самом деле оттуда после того как парень с нашей школы годы четыре назад разбился.

Она повернулась ко мне и начало нервно жестикулировать.

- Мы останавливаем всегда тех кто решается, это защитывается, но все так быстро произошло, что Вас просто не успели перехватить.

После ее слов наступило тягостное молчание. Я на секунду опустила голову и скорчила гримасу вроде - "мне тоже жаль".

- Едь домой на моей машине, меня завтра подбросят, - выпалила я и вышла на улицу.

Я все же доковыляла до дома, открыла дверь запасным ключом, и придерживаясь стеночки в темноте дошла до лестницы. Каждый мой шаг на возвышение давался с болью, на что я лишь сцепила зубы.

В ванну ввалилась уже с накатывающими рыданиями. Все и вся мне причиняло боль, и мне это было дико.

Казались странными рыдания, капли слез, чувство обиды и беззащитности.

Включила кран, пустила на всю мощность воду, и провалялась на кафеле всю ночь, неспособная унять истерику.


Школа стала самым невыносимым испытанием уже потому что, меня узнавали все те люди которые были в тот день на пляже. И все со мной здоровались.

Меня бесило их внимание. Меня убивали их глупые вопросы вроде - "ты сильно ушиблась?"

Нет черт, я ж тут прям скачу как сивка бурка на пастбище!

А отбила я на самом деле весь свой правый бок. Гематома была темной, и адски болючей.

Ходить приходилось медленно и осторожно, а еще было тяжело дышать.

И все это гребаное время я попадалась на глаза этому выродку и он тут же порывался накинуться на меня с кулаками. Его второй друг, который получил от меня по яйцам, как только меня заметит, тут же хватается за затылок и уходит унимать свою ярость.

А я звезда иду такая, с явной болью на лице, и не знаю что делать.

Мать даже не заметила того, что веду я себя нынче осторожно. Ну не показывать же ей гематому, а потом пальцем на того кто ее поставил?

Нет, девочка моя, ты с детства решаешь все свои проблемы сама.


И вот близился тот день моего окончательного краха.

Мать заставила меня согласиться поехать с ней, притащила свой красный чемодан и сказала "набивай".

Ну я и набила. Хренью всякой. Платья вечерние, причем не мои, а ее, трусов полно кружевных накидала, лифчиков прозрачных, а еще тихонечко припрятала в отдельный карман нормальную спортивную одежду, так, что б незаметно было.

Когда она открыла мой чемодан, сначала округлила глаза, а потом начала нервно все оттуда выбрасывать. Оказывается, едим мы на горные ручьи в какой-то отдаленный уголок леса, где стоит пятиэтажный дом из дерева. В общем, далеко едем.

Перед самым отъездом надела большой и свободный свитер и что бы не замарачиваться - плотные легинсы. Кому я там нужна в платье от дольче? Главное что б комары не загрызли. Фу.

Мы с матерью выехали на пол часа раньше и явились в условленное место на границе штата, как раз к шести часам утра.

Ну, я же конечно знаю, что добра от меня ждать в такое время не придется - напялила огромные солнцезащитные очки, дабы скрыть мой дико мечущийся взор.

Когда подъехали еще три машины, а из одной выплыли сами виновцы торжества,

я не сдержала вздох горечи.

Ну папаша же у него нормальный, почему гены то не те?

Я прислонила попу к капоту машины, скрестила руки на груди и состроила абсолютно безучастный вид.

- Доброе утро леди, Энджи, - мистер обходительность приобнял ее за талию, и сразу стало понятно к чему все идет. Он томно пожирал ее взглядом. Ага, для того она и напялила обтягивающие до невозможного гольф и джинсы.

Джино тактично поздоровался с моей матерью, а для меня даже очки снял, дабы еще раз опалить своим отвращением.

Но надо ж было ему хоть отсалютировать? Тут "Ut salutas, ita salutaberis" и никак иначе.

Мать уже вовсю ржала с шуток товарища, и дико парировала руками. Когда все дошло до логичного заключения я вздрогнула.

- Вы не против Долли поехать с моим сыном, все же одного возраста как никак, а нам с Энджи еще много дел обсудить нужно, - он присвистнул Джино от чего тот дико взъерошил волосы.

- А чего, там обсудить это нельзя? - парень явно проявлял свое недовольство, - я вообще-то хотел с тобой по дороге поговорить.

- Нет, обсудим с тобой все дела там, а пока вези девушку в место назначения, - вот и все, жуткий авторитет сказал свое слово, и сыночек с недовольством, но подчинился.

Я же с кислой миной и поджатыми губами стала разглядывать свои кеды.

Блин, блин, блин!

Когда все оказались взборе, я тихонечко материлась в сторонке, но к машине все же подошла. Когда этот козел приоткрыл дверцу со стороны водителя, то на секунду замер, глядя на меня. И поверьте, выражение его лица говорило, что ему определенно противно сидеть со мной в одной машине.

Ха, ну так пусть будет, я ж не должна от этого неудобства ощущать?

Но ведь ощущаю.

Залезла я все таки на заднее сиденье, и получила очередную порцию еле сдерживаемого ехидного смеха.

Пошел ты Джино! Пошел к черту, в самые далекие глубины ада!


А дорога длинная и напряженная. В любой момент мы могли что-то ляпнуть оскорбительное друг другу, ну я настолько обессилела от этой бесконечной борьбы, что просто упала на сиденье и раскинулась как звезда.

Стоило терпеть, что бы наконец-то провалиться в сон.

На кочках машина спортивная подлетала и с жестким ударом падала обратно, все это било мне по ребрам и отдавалось такой болью, что во сне я, кажется, застонала и схватилась за бок. Открыла глаза уже злая и недовольная, потом поняла в чей машине еду - стала зверем.

- Права к черту, да? Езжу как хочу, и ничего мне за это не будет? - съязвила я.