Сотников Игорь Анатольевич: другие произведения.

Клуб Запертых.Гл.4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:

  От пространства к плоскости.
  "Если к вам прибывают странные люди, то почему вас удивляет то, что с ними происходят странные вещи", - из головы Антипа так и не выходит это кем-то, где-то, что даже и не упомнишь, где услышанное, очень заметливое, отражающее суть жизни некоторых людей изречение. - Прямо-таки в воду глядел. Или вернее будет сказать, в технически сложный и одновременно простой прибор смотрел тот, кто это всё заметил за этими странными людьми. - Размыслил про себя Антип, продолжая со времени отправки поезда, но ни на секунду раньше, смотреть в окно поезда, ускользающего от прошлого и в тоже время от оставшихся позади пейзажей. - И я догадываюсь, кто это мог бы быть.
  И не успел Антип понять, плохо это или не очень, как ослеплённый выглянувшим из-за деревьев солнцем, вдруг осознал, что он по рядовому, так сказать обыденному счёту, скорее был бы записан в категорию этих странных людей, чем в какую другую социальную группу людей, которых между прочим исчисляется запредельным для счёта количеством - и всё это, он к тому же осознал только сейчас.
  - Да и жизнь моя, и окружающие меня люди, все запредельно странные и не пойми что за люди. - Окинув мгновенно свою жизнь и всё своё, теперь-то уж уточнённо ясно, что за странное окружение, сделал вывод Антип. - Хотя, наверное, всё относительно. И для какого-то моё не вписывающееся в обычность поведение, есть странность, тогда как для меня обычность этого кого-то, уже есть его странность. - Антип для подтверждения этих своих размышлений, перевёл свой взгляд из окна и, посмотрев во внутреннее пространство вагона, быстро пробежался по находящимся в вагоне пассажирам. Среди которых, он почему-то сразу же заметил и отметил для себя двух сидящих у самого выхода из вагона типовых лица, которые, судя по их беззаботному и отрешённому виду, с которым один из них надвинув на лицо шляпу дремал, а второй увлекательно читал газету, совершенно не интересовались всеми теми вопросами, которыми сам себя от безделья озадачивал Антип. Правда почему-то Антип позволил своим глазам всему увиденному не верить, а записав этих типов в категорию странных людей, быстро отвёл от них свои глаза в сторону - Антип, будучи и сам странным человеком, отлично знал, как их тревожит и побуждает к различного рода действиям, такой приметливый за ними взгляд.
  - И почему-то я не удивлён. - Поглядывая в отражение окна на этих типов, записанных Антипом в сообщество странных людей, горько усмехнулся Антип. И судя по тому, что ему отразилось сейчас в окне, то его догадки насчёт этих типов, получив свои видимые подтверждения, были верны.
  И стоило Антипу только отвлечься на окно, как тот тип с газетой, тут же проявил своё резкое несогласие с автором читаемой им статьи, который прямо-таки вывел его своей позицией по вопросу места спецслужб в жизни простого люда. Что и привело этого типа к тому, что он быстро посмотрел по сторонам, всего вероятнее для того, чтобы обнаружить этого гада, автора статьи. Но так как этот тип с газетой не знал в лицо этого, теперь столь им ненавидимого автора статьи, который посмел утверждать, что агенты спецслужб не знают удержу, а с недавнего времени, и вовсе вмешиваются во всё куда их не просят и не звали, то ему пришлось полагаться на свою интуицию и проявлять придирчивость взгляда к находящимся в вагоне лицам.
  - Так и должно быть. А как же иначе работать спецслужбам. - До степени закипания мозгов, потрясён узколобостью этого журналюги, тип с газетой, с самым обычным именем Сэм.
  Ну и видимо этому Сэму нужно было как-то выпустить пар из-за этого некомпетентного журналиста, раз он, остановившись взглядом на Антипе, решил, что этот тип вполне подойдёт на роль ненавистного журналиста и, пожалуй, было бы не плохо за ним присмотреть. А то если за этими журналистами не доглядишь, то они, отбившись от присмотра, уже всё несут в информационную плоскость.
  - Невмешательства в личную жизнь им подавай. Да не дождётесь. И без всяких санкций, - на этом месте Сэм, впав в когнитивный диссонанс из-за привычки слышать это слово в запретительном ключе, замешкался, но потом решив не придавать большого значения всем этим формальностям, принялся отстаивать свою точку зрения, пока что только перед собой, - если захочу, то буду не только подслушивать, подсматривать, но и если объект наблюдения окажется привлекателен, то и вмешиваться в личную жизнь объекта. Понятно. - Сэм прямо-таки пригвоздил своим взглядом ненавидимого им журналиста, у которого, наверное, даже шею свело, раз он отвести своего взгляда от окна не может.
  Что же насчёт второго, дремлющего рядом с Сэмом типа по имени Хайнц, то и он, что уже и не удивляет, одновременно вместе с Сэмом проявил единство взглядов на прежнюю свою занятость, переведя свой взгляд из под шляпы в сторону Антипа. И, пожалуй, трудно, вот так сразу сказать, что повлияло на взгляды Хайнца и на их направление, которое так удачно совпало с направлением взглядов Сэма, на которого он, только по чистой случайности и опрокинулся из своего сна. Возможно, что это было дружеское плечо Сэма, на которое время от времени наваливался Хайнц, а может и не устраивающий Хайнца своей оконцовкой его сон, где не он выкидывал противника под колёса поезда, а почему-то он сам оказался там под вагоном.
  А ведь на стороне Хайнца было практически всё, он был главным действующим лицом сна, за которым стояло его подсознание, вносящее свои правки в сценарий разворачивающихся событий во сне, различные сверхспособности, которые только в снах и снятся всякому человеку, что отвечало этой его действительности, и знание всех повадок и направлений действий своего бегущего от него противника. Но как неожиданно для Хайнца выясняется, то всего этого мало, и этот злодей, его противник, умело введя его в заблуждение, отправляет его висеть на подножке вагона.
  Правда надо отдать должное Хайнцу, и он не бросается с обвинениями на того своего противника, который так подло поступил по отношению к нему, да он уже и скрылся, а Хайнц принимается методично анализировать свои ошибки. - А я сам виноват. - Подвёл итог своему мысленному расследованию Хайнц. - Я самоуверенно посчитал, что ему от меня никуда не деться, вот и расслабился. А ему единственное, что и оставалось, как только пойти на хитрость, что он и сделал. Правда, откуда он мог знать, эту мою тягу к знаниям? - Хайнц с подозрением, краем глаза посмотрел на Сэма, после чего окинул взглядом Антипа, который определённо чем-то был похож на того злодея из его сна. И это показалось Хайнцу очень подозрительным совпадением, и он решил не сводить с него своего взгляда.
  - На этот раз, тебе не удастся так легко меня обмануть. - Решил быть непреклонным к наблюдаемому типу Хайнц, с болью за себя вспомнив, как тот злодей из сна, простым вопросом сбил его с толку и отправил в своё небытиё.
  - Я слышал, ты отличный агент и что даже во сне бодрствуешь. - Встретившись или эффектнее будет сказать, столкнувшись в тамбуре с Хайнцем, обратился к нему злодей из сна, как только сейчас понял Хайнц, один в один похожий на того типа сидящего у окна. И что мог на эти его слова ответить Хайнц, если всё это было истинной правдой? Не врать же в конце концов. Мол вы, сэр, меня с кем-то другим перепутали, и я не тот вами заявленный отличный агент и рубаха парень, а как раз наоборот, последний подлец, бездельник, и при удачном стечении обстоятельств и прохвост. Так что утвердительный ответ Хайнца, вполне был ожидаем.
  - Да, это так. - Сказал Хайнц, не отменяя своей суровости взгляда на этого злодея, который может и говорит правильные вещи, но всё же это не отменяет того, что за ним нужен свой присмотр.
  - Я также слышал, что в деле счёта, вам нет равных. - Продолжает удивлять Хайнца своей осведомлённостью и точностью воззрений на него этот злодей.
  И с этим тоже не может не согласиться не терпящий любой неправды в свой адрес Хайнц.
  - Не могу и с этим не согласиться. - Даёт ответ Хайнц.
  - И неужели, вы на такой скорости можете посчитать то количество шпал, которое наш поезд преодолевает за минуту времени. - Проявляет ничем неприкрытое сомнение насчёт умственных качеств Хайнца этот злодей. И тут же вслед за этим своим, практически вызовом Хайнцу, воротит свой нос в сторону дверей ведущих на улицу. А ведь Хайнц сразу же в глубине своей души почувствовал, что тут что-то не так, какой-то прямо-таки подвох сквозит в этом заявлении злодея. Но видимо этот злодей отлично знал Хайнца, с его затмевающим его разум нетерпением ко всякой несправедливости, в особенности, если она обращена к нему, раз Хайнц не придаёт значение тому, что ему подсказывает чутьё, и в ответ решительно опровергает эти заблуждения на свой счёт со стороны злодея.
  - Засекай! - яростно говорит Хайнц злодею, сам тем временем принявшись прислушиваться к стуку колёс поезда об соединительные стыки рельсов. "Вот же придурок, - улыбнулся про себя Хайнц, презрительно посмотрев на столь недальновидного злодея, - мне нужно-то, всего лишь посчитать количество стыков и затем умножить их на количество шпал входящих в состав рельсошпальной решётки. И всё. - Хайнцу даже стало немного жаль этого злодея, который и злодеем стал лишь потому, что не образован и его никуда не берут".
  А злодей тем временем, пока Хайнц слегка отвлёкся, подошёл к двери ведущей на выход из вагона и открыл её. Что вызывает удивлённый взгляд на него Хайнца. Но злодей быстро успокаивает Хайнца, убедительно аргументировав свои действия. - Так тебе будет лучше слышен стук колёс.
  - И то верно. - Улыбнулся злодею Хайнц, начиная испытывать к нему недопустимые для агента симпатии. После чего Хайнц подходит к двери, смотрит на злодея, который уже приготовился следить за временем, засучив рукава своих обеих рук (-А злодей-то, совсем растерялся, - усмехнулся Хайнц, обнаружив такие ручные приготовления злодея, которому и на одной руке достаточно было бы оттянуть рукав, чтобы было лучше часы видно), затем переводит свой взгляд во внешние пределы вагона и, прикрыв глаза, начинает прислушиваться к стуку колёс.
  - Даже несколько укачивает. - Делает вывод из услышанного Хайнц, после чего он собирается было повернуться к злодею, для того чтобы дать старт отчёту времени, но не успевает это сделать, так как злодей уже дал старт, но только своему отчёту времени, - он резко навалился на Хайнца сзади, и без особых затруднений, в миг вытолкал его из вагона.
  И пока Хайнц летел из вагона, - а это практически мгновение, но его всё же хватило, - то ему в голову пришла довольно неожиданная мысль: "Так это я сам его подвёл к этому!". И только мелькание перед глазами несущихся в прошлое шпал, на которые сейчас беспрерывно смотрел оказавшийся в буквальной к ним близости, зацепившийся ногой за ступеньки Хайнц, не дало ему додуматься до того, что всё это значило и, вообще, почему ему в голову, в самый неподходящий для этого момент, именно это пришло.
  А ведь говорят, правда непонятно кто в таком случае, что в последние мгновения жизни человека, ему в голову, как им думается, приходят самые глупые и ничего незначащие мысли. А раз так, то наверное и Хайнц имел полное право на такого рода глупость, если бы конечно, это были его последние мгновения жизни. Но так как это было не так, то это мгновение не может не вызывать вопросов, но только не у самого Хайнца, чьё желание поработать агентом под прикрытием, полностью поглощало его, - а это в его понимании, вести двойную жизнь, нарушать закон и всё под сплошной вокруг обман, и себя в том числе, - и, пожалуй это и ограничивало его доступ к этой информации (но он всё же подспудно догадывался о том, каким образом он подвёл злодея под эти действия против себя - ведь он сам руководил им и вкладывал в его уста все эти хитрые вопросы).
   Но всё это осталось там, за пределами его сознания, когда сейчас Хайнц, очень для себя удачно натолкнулся на плечо Сэма, что уже хорошо, а то он бы даже и не знал, что и чем думать, разбитно упав головой прямо на пол.
  Так что то, что Хайнц с некоторой предвзятостью посмотрел на Антипа, невероятно похожего на того злодея из сна, то это было вполне обосновано его сном, ну и заодно и тем, что агентам внешней разведки Сэму и Хайнцу, было поручено незаметно следовать за этим объектом туда, куда он только не пожелает направить свой ход. Ну а так как все эти объекты слежения вечно куда-то спешат, да ещё и без видимых на то причин, стараются отстаивать своё право на личную жизнь, - они специально, для того чтобы запутать и сбить со своего следа наблюдателей, перемещаются по городу неравномерно, переходя в самые неожидаемые для наблюдателя моменты на бег или того хуже, запрыгивают на ходу в пойманное такси, - то нужно поистине обладать большим терпением и крепкими нервами, чтобы не вспылить и не раскрыться перед объектом наблюдения, которому уже с самого начала наблюдения за ним, так хочется дать в морду.
  - Нет, чтобы спокойно идти по улице и наслаждаться прекрасным днём. А он берёт, и прётся в эту тень. - Следуя по пятам за каким-нибудь объектом, больше похожим на подозрительного субъекта, частенько размышляли агенты внешней разведки, чья работа хоть и предполагала нахождение на свежем воздухе, но всё же в тех местах, где они всё своё время проводили, - подворотнях, подъездах домов и заброшенных людскими взглядами строениях, - было недостаточно для их лиц внимания со стороны солнца. Отчего, - от недостатка солнечного света и заодно от отсутствия при их обнаружении радости на лицах их ведомых объектов, - наверное, у всех агентов разведки и были такие суровые и хмурые лица.
  - Морду ему разбить мало. - Чувствуя озноб от нахождения в тени сырого навеса, сжимая кулаки, чтобы хоть так согреться, постепенно склонялся к кардинальному решению вопроса с этой мордой ведомого объекта ...Да самый обычный спец по наружному наблюдению.
  Но, как говорится, каждая профессия имеет свои плюсы и минусы, и накладывает свой отпечаток на своего носителя. И вот его-то (отпечаток профессии), видимо, тотчас и приметил за этими господами Антип, стоило ему только взглянуть на них. И, наверное, не надо объяснять факт того, что не работай Антип в тех же сферах, в которых были задействованы и эти господа, то он вряд ли их приметил. А всё потому, что их ритм жизни, существенно отличался от размеренного ритма жизни обычного человека, и этого живущий в той же интенсивности движения человек (в данном случае Антип), не заметить их не мог и не имел права.
  - У среднестатистического человека, его обычный ритм сердца находится в пределах 60-80 ударов в минуту, а его артериальное давление считается нормальным при 120/80 мм. рт. столба, что при нашем полным опасностей ритме жизни, совершенно недопустимо. А всё потому, что обычный человек проживает всего лишь одну свою жизнь, когда как в нашей жизни, зачастую на кону стоит, даже ни одна, ни две и не сотня жизней, а жизнь целого государства. И разве здесь обойдёшься каким-то 80-ти ударным рабочим инструментом. - Заявлял Антип, таким образом постоянно отвергая попытки врачей навязать ему свою точку зрения на его здоровье, которое по их и тонометра мнению, а это уже говорить о том, что их позиция не столь основательно крепка, никуда не годится.
   - Для обычного человека! - делал необходимое уточнение Антип, сминая листок с рецептом в руке.
  И теперь даже проясняется то, что имел в виду Антип, называя некоторых, явно лично ему знакомых людей, странными людьми. Хотя они, наверное, себя такими не считали, но это уже личное дело каждого.
  Нам же, понимание того, что имел в виду Антип под странными людьми, даёт возможность увидеть окружающий его мир в фокусировке его взгляда, где теперь всё видится и понимается иначе. К чему бы мы вслед за Антипом и приступили бы, не заяви в этот момент о себе, зазвонивший в его кармане пиджака телефон.
  И ведь, что интересно в данном случае, так это реакция окружающих людей на зазвонивший телефон, как будто у них у самих не лежат в карманах точно такие и даже лучше, средства коммуникации. Так всем сидящим в вагоне людям, почему-то в тот же момент становится любопытно, по поводу того, кто там так нарушает тишину. И они, кто краем глаза, кто сразу обоими, а кто и вовсе, развернув свою голову, немедленно обратили своё внимание на источник этого мелодичного звука и его носителя, Антипа, взгляды на которого, не всегда были единодушны. И если для возрастной и мужской категории пассажиров, он показался неинтересным, то живущая мечтами и лелеющая надежду на неожиданную встречу с принцем, которые все знают, иногда ездят инкогнито в самых задрыпанных электричках, легковерная публика из особ такого же возраста, определённо заинтересовалась такой возможностью встретить в лице Антипа принца.
  Ну и конечно, вслед за этим сигналом, который некоторых сонных тетерь привёл в раздражение, а кому-то (уже понятно кому) показался захватывающим дух, в растревоженных этим событием головах пассажиров, благодаря этому отвлечению от их сонных мыслей, возникло масса вопросов и размышлений.
  - А я считаю, что в поездах, как и на сеансе кино, нужно ввести мораторий на использование телефона. Спать, падлы, не дают. - Первыми, само собой, мгновенно среагировали сонные тетери, которые может быть и ездют на этих поездах, чтобы отвлечься от окружающего мира и хорошо поспать.
  - А у меня между прочим, тоже есть телефон. Но я с помощью его, никого не отвлекаю на себя, а мог бы. - Занервничал прыщавый, пока ещё не молодец, но стремящийся к этому, юнец Антон, возмутившись тому, что сидящая на соседнем ряде, чуть слева, лицом к нему, само для него совершенство в женском обличие, на которую у него уже были составлены далеко идущие планы, и она время от времени отвечала ему тем же, как только прозвучал этот звонок, то сразу же выказала себя во всей красе, но только не ему, а тому типу с телефоном. И теперь прыщавый юнец Антон не знал, что дальше делать, ведь она на него больше не смотрела, а вот на того типа, не отрываясь.
   - Убью его, затем её, а затем себя. - Пришёл к этому самому логичному выводу для юнцов максималистов, Антон. После чего повернулся, для того чтобы ещё раз посмотреть на своего кровного противника и оценить его шансы выжить после встречи с собой, где-нибудь в тёмной подворотне. И видимо шансы у этого типа были куда предпочтительней, чем у прыщавого юнца Антона, раз он немедленно решил изменить свою схему построения отношений с этими незнакомыми для себя лицами.
  - Убью её, затем убью его, а затем себя. И это не обсуждается. - Неумолим в своём новом решении Антон. Но стоило ему только посмотреть на то совершенство, ради которой он готов был на всё и даже убить её, как вдруг сердце Антона облилось кровью, воззвав его к милосердию, хотя бы к ней.
  И что же мог ответить Антон, когда к нему с такой просьбой, хоть и посредством его сердца, но всё же, обращается девушка? Наверное, ответ очевиден, да и к тому же к Антону никогда ещё не обращалась ни одна девушка, и было бы совсем неразумно за это её наказывать. В общем, Антон немедленно пересмотрел свои взгляды на своё последнее решение и составил новую логическую цепочку.
  -Убью себя, затем его и напоследок её. - Решил Антон. Но что-то и на этот раз, в этой его цепочке последовательных действий, подспудно напрягло его. - Ах, вот оно что! - Догадался ахнувший про себя Антон. - Так вот они чего добиваются! - Антон, воочию увидев, к чему, - их, до боли в глазах, близкому соединению, - может привести им задуманное, глазам своим поверить не может, при виде такого многоуровневого коварства девушки и этого типа.
  - Они значит, хотят, чтобы я своими собственными руками, убрал единственное мешающее им соединиться препятствие в виде себя, чтобы потом никого не стесняясь, обниматься и даже целоваться. Да никогда не бывать такому! Только через мой труп! - Грозно заявил про себя Антон. Правда только стоило ему осознать, что его угрозы или вернее, те меры, которые он собирался предпринять против этого соединения их сердец, ведут к тому же, как он не понимая, как так вышло, опустил руки и решил уснуть.
  Ну а кому-то, даже если и хотелось до этого момента со звонком спать, - да потому что скучно, и внушающих доверие и интерес лиц не видно, - то после того как Антип таким образом себя всем представил, этим молодым и очень симпатичным лицам, не только не спалось, а не сиделось на месте, в желании хотя бы показать этому, определённо молодчику, что он замечен и интересен.
  - Надеюсь, это ему не его подружка звонит. А то я ей все её лахудры из головы повыдёргиваю, за такую навязчивость к моему парню. - Рассудительно про себя решила, то в глазах Антона совершенство, с прекрасным именем Елена и, прищурив свои глазки, принялась внимательно наблюдать за ним.
  И скорей всего очень повезло звонившему Антипу типу, что он оказался всего лишь суровым типом, со шрамом через весь правый глаз, а не какой-то лахудрой, которой точно бы не поздоровилось от нетерпящей конкуренции на любовном фронте Елены.
  Что же касается самого Антипа, то он прежде чем ответить на этот звонок, отметил для себя самое главное - те двое сидящих в проходе у двери типа, несомненно ведут за ним наблюдение.
  - Что ж, посмотрим, что из всего этого выйдет. - Хмыкнул Антип, нажимая кнопку приёма вызова.
  - Заставляешь ждать. - Усмехнулся в трубку звонивший.
  - Могу себе позволить. - Сгрубил в ответ Антип.
  - Мне бы твою самоуверенность. - Смеётся в ответ абонент.
  - Что, чужое вечно не даёт покоя. - Усмехнулся Антип. Что на этот раз не понравилось и вызвало раздражение у его оппонента, который решил прекратить все эти предисловия.
  - Всё, хватит тратить моё время. У меня есть к тебе предложение. - Жёстко сказал телефонный абонент. На что Антип мог бы заметить, что именно он первым ему позвонил, а раз так, то скорее он растрачивает его время, нежели, как заявляет абонент, он, Антип, его. Но Антип, зная прижимистый характер своего оппонента, посчитав, что того бесполезно в чём-то не укладывающемся в его мировоззрение убеждать, и поэтому коротко спросил. - Какое?
  Ну а тот (оппонент Антипа) в свою очередь оказался не только полной различных не вписывающихся в обычность характеристик личностью, но и натурой весьма злопамятливой и язвительной. И он, не желая забывать Антипу его выходки, а иначе авторитет бескомпромиссного и жестокого типа можно потерять, решил подловить его на слове, ответив на его вопрос язвительностью: Внятное.
  Антип же не даёт возможности своему оппоненту насладиться весельем, в которое он закатился в трубку, посчитав, что его искромётный ответ того стоит, а резко перебивает его смех, заявив. - Я не слышу внятного ответа. Ты или сейчас же говори, чего хотел, или я бросаю трубку. - На что сбитый со своего смеха оппонент Антипа, бросается в другую крайность - злобу, и, отчеканивая слова, говорит. - Это тебе впору задаться вопросом: Куда тебя твоё упрямство, в конечном счёте, приведёт?
  - Не знаю. Но, по крайней мере, я буду уверен в том, что я сам выбрал этот путь для себя. - Без промедления даёт ответ Антип, своим ответом неожиданно заставляя задуматься своего таинственного абонента.
  - А знаешь, - после небольшой паузы заговорил оппонент Антипа, - мне, пожалуй, было бы не интересно и даже скучно, если бы всё так быстро завершилось. И я так уж и быть, дам тебе шанс проявить себя, и отпущу тебя в свободное плавание. Всё равно тебя, как бы ты не старался изменить себя, в конечном счёте, прибьёт ко всё тем же берегам, которые всегда ограничивали и ограничивают твоё умственное сознание. - Сделал паузу говоривший и, не услышав возражений от Антипа, заявив: "Тогда как всегда. С красной строки", - тем самым запустил некий, незнакомый для посторонних лиц процесс.
  Чего (о таких незнакомых характеристиках) не скажешь об Антипе, который был в курсе того, что говорил тот, с несущим угрозы голосом человек из телефона, и он не испытывая к тому типу никакого доверия, в тот же момент, как закончился разговор, перевёл свой взгляд на теперь уже открыто не сводящих с него своих взглядов Сэма и Хайнца.
  - Скорей всего это новички. - Подумал Антип, глядя на своих оппонентов, которые поняв, что теперь скрывать свои намерения насчёт Антипа бесполезно (ну, совершили оплошность, с каждым бывает), тоже прицельно к его лицу, не отвлекались своими взглядами, пока, что за неожиданность такая для них, но только не для Антипа, из кармана Сэма не донёсся мелодичный звук звонка телефона. И что интересно, так это, что он в точности повторял мелодию звонка телефона Антипа. И это музыкальное совпадение, даже несмотря на то, что одна марка телефонов подразумевает в них наличие одинаковых типовых мелодий для звонка, было всеми пассажирами в вагоне замечено и само собой встречено понимающими полными толерантности кивками и в зависимости от фантазии пассажиров, своими пересудами (скукота нахождения в замкнутом пространстве вдохновляет людей на безумные мысли).
  - И откуда их столько развелось, что даже яблоку упасть некуда. - Первыми разнервничались всё пытающиеся уснуть бессонные тетери.
  - Я так и знал, что у них ничего не выйдет. - Воспылал надеждой Антон, посмотрев на побледневшую Елену, которая определённо такого подвоха со стороны Антипа не ожидала и была застана врасплох таким поворотом событий (справедливости ради надо сказать, что и Антип был вне ведении всего этого и, наверное бы заявил, что всё это кем-то, и он даже предполагает кем, заранее спланированная, направленная против его незапятнанного толерантностью имиджа, провокация).
  - Да что же это делается на белом свете. Куда это всех мужиков несёт-то? - Ахнула про себя Елена, с ненавистью посмотрев вначале на малосимпатичного и срывающего все её планы Сэма, а затем с потерянным взглядом на более чем приглянувшегося ей Антипа. - Нет, не верю. И пока собственными глазами не увижу, то не поверю. - Обдав холодным взглядом уже намозолившего ей всё своей прыщавой физиономией Антона, что стоило последнему потери себя в пространстве, Елена решила идти до последнего в своих воззрениях на Антипа.
  Что касается самого Антипа, то его взгляды на Сэма не предполагали все эти надуманные глупости, а как и следовало, содержали в себе одну только конкретику и мгновенный анализ всего происходящего в стороне своего вероятного противника.
  - Телефон с одной стороны делает тебя уязвимым, где каждый твой шаг и действия прослеживаются, а с другой стороны он даёт широкие возможности для...- Антип вдруг оборвал себя на этой, может показаться, что довольно-таки запоздалой мысли, но только не для людей крепких задним умом (а может причиной всему было что-то совсем другое), и незаметно для ведущих за ним своё наблюдение Хайнца и Сэма, переключил своё внимание на рядом с собою сидящего потрёпанного жизнью человека.
  - Вот, наверное, он обрадуется, нежданно, негаданно, обнаружив у себя в кармане телефон. - Прикинул Антип, сверяя отвлечённость от него этого незнакомца и внимательность к нему Хайнца (Сэм тем временем был занят своим телефоном). - И как не обрадуются этому факту нахождения телефона заинтересованные лица. - Краем губ улыбнулся Антип.
  И видимо стоящее потрясение на лицах заинтересованных людей, когда они, запеленговав, поймали этого незнакомца на сигнал телефона Антипа, было столь велико и радостно представлять последнему, что это всё решило для него. Правда, оставалось главное, как-то незаметно для глаз Хайнца (насчёт потрёпанного жизнью человека Антип не беспокоился, исходящий от него стойкий запах его образа жизни, благодаря которому он пришёл к такому своему потрёпанному состоянию, очень отчётливо подавал сигналы о том, что на его счёт можно не мучиться сомнениями) подложить свой телефон в карман этого типа. А для этого было необходимо как-то отвлечь этого Хайнца и при этом не так, чтобы при этом привлечь всеобщее внимание к себе. А это значит, что нужно применить прямое обращение к этому Хайнцу. - Но как? - задумался Антип.
  И как часто бывает в таких, казалось бы, безвыходных ситуациях, то на помощь пришёл случай в виде открывшихся дверей, ведущих на выход и в другой вагон. Что на одно лишь мгновение отвлекает на себя Хайнца, которого как раз и хватает Антипу, чтобы избавиться от своего телефона. После чего можно успокоиться, и если тот гад, не решит ещё раз позвонить, то начать придумывать план того, как от этого "хвоста" избавиться. Но если с первой частью им задуманного, всё прошло без заминки, то вот с тем, чтобы успокоиться, то с этим придётся повременить.
  И всё потому, что дверь в вагон открылась не просто так, лишь для того чтобы только отвлечь на себя одного Хайнца, для которого слишком жирно будет такого счастья, а через неё в вагон вступила такая носительница самой себя, особа самого, что ни на есть прекрасного пола, что просто глаз не отведёшь. Из чего даже можно сделать вывод, что Антип нисколько не рисковал, вкладывая свой телефонный сюрприз тому растрёпанному типу - Хайнц там надолго завис, не сводя своего взгляда с вошедшей молодой особы, которая совсем была не подорожному одета, а прибыла сюда прямо-таки с какой-то презентации, и скорее всего, самой себя (а разве на что-то другое будет интересно смотреть, когда она рядом стоит).
  Ну а стоило ей только войти в вагон, то это сразу же всем бросилось в лицо, и даже сонные тетери в миг прозрели и, глядя на неё начали поправлять свои усики и причёски, терзая себя надеждой на то, что будут замечены этим ангелом во плоти. Ангел же во плоти, тем временем носящая другое, но не менее звучное, вместе с интеллектуальным подтекстом имя Ация, остановившись в проходе, пока не спешила без предварительного изучения находящихся в вагоне пассажиров, кому-то из них отдать предпочтение, и тем самым осчастливить его в глазах других, обойдённых ею пассажиров.
  И вот это-то появление в вагоне Ации, и не дало Антипу успокоиться и отвлечься от окружающего на свои полные различных планов и комбинаций мысли. К тому же Антип кроме красоты Ации, не мог не заметить за ней то, что она на него особенно как-то посмотрела и возможно даже, что он ей приглянулся. Что, пожалуй, спорное утверждение и каждый из находящихся в этом вагоне пассажиров, с не меньшим основанием мог бы заявить тоже самое, а некоторые даже и полезть в драку. И, наверное, всё это было так. И, не дай бог, случись возникнуть спор насчёт того, на кого эта фея больше всех смотрела или вообще, на один момент остановила свой взгляд, то Антипу пришлось бы довольствоваться местом в последней десятке.
  Так что вполне им ожидаемо, но только не всеми остальными пассажирами, в один момент ошеломлёнными её выбором, Ация взяла и пренебрегла всеми их усиками и причёсками, и даже лысинами (вот же привередливая дамочка, ничем ей не угодишь), усевшись рядом с Антоном, потрясённым от такого её выбора и её благоухающей раем близости. А ведь она ещё к тому же, не просто так к нему подошла, а с очень впечатляющим ходом, - подиумной походкой, - для следящей за каждым её шагом публики. После чего она очень мило ему улыбнулась, отчего Антон мгновенно вспотел, и таким незабываемым голосом его спросила о чём-то, что Антон так и не понял о чём, пребывая в обездвиженном положении, в мысленном ступоре, с открытым ртом.
  - Ну, тогда я присяду. - Поняв Антона без лишних слов, сказала Ация, занимая соседнее место рядом с ним. После чего Ация под наблюдением стольких глаз, о чём она не просто догадывалась, а знала (ей не в первый раз ездить в гуще народа, в поездах, а может причина была в чём-то другом), открывает свою сумочку, и как все невольные (при виде Ации только о подчинённом ею положении и думаешь) свидетели её действий предполагали и даже убедительно считали, само собой достаёт оттуда небольшое зеркальце.
  - Свет мой, зеркальце! Скажи. Да всю правду доложи: Я ль на свете всех милее, Всех румяней и белее? Тьфу. Видеть её никаких нет больше сил. - На этот раз первыми вознегодовали на такую податливость и тягу к красоте мужиков, пренебрегаемая ими прекрасная половина, которой конечно нет никакого дела до их взглядов, но и пренебрежения собой, они терпеть не намерены.
  - У. Насмотреться всё на себя не может. Любовала. - Стиснув зубы, запричитали те, кому не то чтобы не на что было любоваться в зеркало, а скажем так, у них помимо себя было куда смотреть, отчего они даже поистёрли своё зрение об эту окружающую их занятость и всегда носили очки на носу и в кровати. - Все они такие. - Нервно заявила, вздёрнув вверх свой нос, мадам Бандаж, посмотрев сверху вниз на эту "любовалу" через свои запотевшие от негодование очки.
  - Кто? - не удержалась от искушения спросить свою вечную подругу мадам Бандаж, точная копия её, мадам Липьен. На что мадам Бандаж с некоторым укором в глазах смотрит на свою не слишком далёкую подругу, и так уж и быть, язвительно ей говорит. - Красотки.
   - У. Терпеть их не могу. - А вот ответ мадам Липьен вполне удовлетворил мадам Бандаж, которая и сама была такого же невысокого мнения об этой особой категории дам, которым так и хочется выделиться из общей массы людей.
  - И этот туда же. - Вознегодовала Елена, обнаружив, что этот прыщ Антон, как оказывается, имеет успех. А такое его демонстративное предпочтение этой красотки ей, не может ревностно не взволновать Елену, у которой тоже в сумочке есть зеркальце и в нём она всегда наблюдает прекрасное во всех отношениях личико. - Да и к тому же, кто знает эту "жердь" на ...- Елена оборвала свои размышления на полуслове, вытянув голову, чтобы разглядеть туфли этой дамы и сделать не предвзятый аргументированный вывод. - Вполне сносные туфли. - Елена поморщившись на Ацию за то, что у той всё же, что удивительно, есть вкус и даже деньги, тем не менее не сдаётся. - Это ещё ни о чём не говорит. - Надув губы, Елена решила быть начеку и если что, то поймать эту "жердь" на чём-нибудь не привлекательном.
  - Умеет же надувать губы. - Поразились полученному эффекту сонные тетери, невольно потянувшись руками к своим кошелькам, чтобы как-то облегчить муки капризов этого ангела во плоти, который таким кошмарных для них образом, выразил своё недовольство ими, глядя в это своё зеркальце.
  - Она в нём видит, не как можно подумать, своё совершенство, а всю нашу никчёмность в сравнении с ней. - Убирая обратно в карманы свои кошельки, с которыми они готовы были расстаться по мановению одного взгляда души этого ангела во плоти, похолодели от своих безнадёжных насчёт себя мыслей сонные тетери, решив незамедлительно вернуться к своему сну, где куда проще обстоят дела со всеми этими ангелами, но только не во плоти.
  - И чего она там нового для себя увидела. Ума не приложу. - Всё не успокоится, пожимая плечами мадам Бандаж, время от времени бросая свой полный презрения взгляд на Ацию.
  - Наверное, у неё память плохая, вот и смотрит на себя, чтобы не забыть. - Вставила своё слово мадам Липьен, чем нимало повеселила мадам Бандаж, удовлетворённо посчитавшей, что это её замечание насчёт "любовалы", попало в точку.
  А между тем, если посмотреть на обращённый к зеркальцу взгляд Ации под правильным углом, то можно заметить одну странную особенность - он почему-то был обращён, не как все могли подумать, на саму себя, а назад, по направлению, кто бы мог подумать кроме Антипа, - на него!
  При этом, несмотря на то, что Антип совершенно не обращает своего внимания на эту пренебрегшую им, наверняка высокомерную особу, - ну, нет у него яхт и дорогостоящих машин, и даже часы простые, хоть и командирские, - да и вообще он гордый и не собирается валяться в ногах у той, кто им первой пренебрёг, всё же возникает такое ощущение, что Антип ещё не готов только на равнодушные с ней отношения. К тому же ... Но вдруг неожиданное, - без вникания в более глубокий подтекст, да и хотя бы потому, что не ждали, - появление в дверях незнакомца, с его вмешательством в спокойный ход мыслей пассажиров, заставило замереть все их размышления и перевести все взгляды пассажиров в сторону чуть ли не вылетевших с петель дверей.
   Ну, а такое появление, с открытием дверей ногой и яростным криком: "Что, падлы, не ждали?!", - всегда выглядит неожиданно страшным, и заставляет вздрогнуть чувствительные сердца сидящих на пока что (что не есть должные основания для вошедшего, который в любой момент может оспорить эту данность кулаком в лоб) своих местах пассажиров.
  И понятно, что этого яростного типа здесь никто совершенно не ждал и не желал бы увидеть, и тогда зачем об этом спрашивать. Но видимо остановившийся в проходе дверей, ураганного типа неизвестный, в этом своём громком обращении к пассажирам этого вагона, что-то другое, с глубоким подтекстом предполагал, раз эта его остановка в дверях, это не только, держась за дверь руками, возможность устоять на своих, как оказывается расшатанных вагонной качкой ногах, а не как многие подумали, его не знанием во всём меры, но и его желание быть к окружающим объективным.
  - Говорят, большое видится на расстоянии. И я это большое, определённо вижу. - Громко заявил этот пугающий своим видом субъект и, к напряжению лиц пассажиров вагона, принявшись пугающе вглядываться в лица пассажиров. При этом этот тип решил не ограничиваться одним своим и так нервирующим всех здесь сидящих в вагоне взглядом, а он к нему присовокупил свою руку (возможно она ему потребовалась для привязки к объекту наблюдения, что при его раздвоении зрения, было разумным шагом). И выставив вперёд свою руку, с выдвинутым вперёд указательным пальцем на конце, принялся водить своей рукой по лицам пассажиров, приводя их на одно то самое мгновение, в обморочное состояние.
  - Вот ты, мурло! - яростно заявил этот тип, уткнувшись пальцем в одно безуспешно притворяющееся спящим лицо пассажира из категории сонных тетерь. А такое слышать, да ещё когда тебе тыкают пальцем в лицо, невыносимо для любого слуха, а что уж говорить об этой сонной тетери, к которой никогда так фамильярно не обращались, да и, вообще, она привыкла к самоуважению, преумноженному льстивым обращением подчинённых: "Достопочтенный Пал Палыч". А ведь при этом нельзя сказать, что Пал Палыч не был знаком и, вообще, был не в курсе того, кто или что, это за мурло такое. Ведь его в основном такие, не обогащённые умом лица, и окружали на его государственной службе, и Пал Палычу на дню не раз приходилось использовать эту, так нравящуюся его подчинённым, фамильярность по отношению к ним.
  - И с этим мурлом мне приходится работать. - В конце рабочего дня, Пал Палыч, как правило, подводил итоги и переходил на обобщения, от усталости перестав различать лица всякого мурла.
  И, конечно, этот Пал Палыч, когда к нему таким образом обратились, то он в ответ делает не понимающий вид, и смотрит по сторонам в попытке отыскать то мурло, за которое его по ошибке этого типа посчитали.
  Но судя по непроницательным лицам соседей, никто из них, вот так просто и возможно даже под пытками, на себя не собирается брать эту вину за мурло Пал Палыча, да и всего вероятней, и этот, до чего же нервный, даже на ногах не может крепко стоять тип, не согласится на оплаченную Пал Палычем замену. И Пал Палычу ничего не остаётся делать, как смириться со своей неподкупной гордыней и под красноречивыми взглядами соседей: "Мурло и есть мурло", - повернуться лицом к лицу к опасности в виде указательного пальца этого типа.
  А ведь этимология этого слова, так часто привлекаемого к обозначению, почему-то больше лиц мужского пола, ещё недостаточно изучена и в желании разобраться, что к чему, вызывает множество яростных споров даже в кругах в своём состоянии близких к значению этого слова. Вот почему оно, как правило, и звучит в устах тех людей, чьё состояние близко к этой ипостаси - им непременно хочется выяснить правду, и для себя понять, что это такое. А иначе ошибка будет дорого стоить бармену, который вполне может перепутать одно мурло с другим, и ошибочно выставить счёт не тому мурло, которое и знать не знает, что такое счёт, если его сюда, как оказывается, то ещё мурло пригласило.
  В общем, из всего этого можно сделать вывод, что этот ураганного поведения тип в дверях, не так-то прост, как видится, и он не только, как всем в вагоне думается, хочет лишь по испытывать им нервы и в особых случаях, кулаком проверить крепость невыносимого для него вида голов пассажиров, но и найти для себя ответы на мучающие его вопросы.
  Ну а так как путь к истине всегда тёмен и тернист, то, наверное, нет ничего в том удивительного, что он не сразу нашёл для себя ответы на поставленные им вопросы, и для поиска ответов, ему пришлось преодолеть ни один вагон. И судя по стоящей в его глазах усталости, здесь-то он и собирался закончить свой поисковый путь.
  - Ну, я тебя слушаю. - Обратился к Пал Палычу этот тип, чем поставил Пал Палыча в невероятную для него ситуацию - он совершенно не представлял, что от него требует этот тип и поэтому не знал, что ответить. Но при этом, судя по нервному виду этого типа, его Пал Палыча не ответ, будет воспринят этим типом как личное оскорбление, а там до кулака в нос всего лишь два шага этого типа. И Пал Палыч глубоко вздохнув, задаёт наводящий вопрос.
  - Чтобы ответить на ваш вопрос, мне хотелось бы знать, какой вы вкладываете в него подтекст. - Но Пал Палычу не удаётся завершить свой вопрос, как его тут же перебивает вдруг разъярившийся тип, теперь с дулей на руке вместо указательного пальца. "Хочешь знать подтекст!", - вдруг заорал этот тип, которого все пассажиры тут же, - непонятно на каких основаниях (может быть потому, что все его заявления были многоуровневого характера и понимания), и насчёт того, что так увиделось, то это не аргумент, а всё тот же подтекст, - об именовали Подтекст.
  - А это ты видел! - заорал Подтекст, сунув дулю в нос Пал Палычу. И хотя расстояние между ними не позволяло говорить о том, что дуля Подтекста оказалась прямо в его носу, всё же Пал Палычу этого хватило, чтобы обмякнуть на сидении и начать стекать на пол. Но не успевает Пал Палыч достичь собой глубины местного дна, пола, как до него доносится чем-то обрадованный голос Подтекста. - Оба, что я вижу.
  И не будь Пал Палыч высокопоставленным чиновником, которого сюда в этот поезд занесло лишь недоразумение, о котором он кое-кому вскоре на службе припомнит, для которого умение интриговать и лицемерить есть важная составляющая способствующая его продвижению по карьерной лестнице, то он бы эти слова Подтекста ошибочно уразумел на свой счёт. Но так как Пал Палыч был тем, кем он был, то он сразу же почувствовал здесь какой-то подвох, который и заставил его открыть глаза, чтобы убедиться в верности его догадки. И точно, Подтекст, расплывшись в невероятно противной улыбке, так эмоционально выражал себя по отношению к замеченной им Ации.
  - Ну, славу богу, - облегчённо вздохнул решивший расслабиться Пал Палыч, - что есть... - но на чём хотел акцентировать своё и внимание бога Пал Палыч, так и не удалось узнать, а всё по причине забывчивости Пал Палыча. Так он забыв о том, что сейчас находился не в том устойчивом на кресле положении, в котором ранее был, несколько преждевременно расслабился и в результате чего, не удержался на сиденье и, как решили его соседи по местам, впал в свой собственный маразм, а не как Пал Палыч ощутил своим задом, на пол.
  И если это происшествие с падением Пал Палыча, в какой другой момент, бурно бы повеселило пассажиров вагона, всегда готовых радостью вознаградить за смелость и за такие акробатические способности, что и говорить, смелых пассажиров, решивших таким образом разнообразить скучное пребывание в вагоне, то сейчас на него мало кто обратил внимание, так как всё внимание пассажиров было приковано к разворачивающимся событиям вокруг Подтекста и Ации. Где заводилой, неоспоримо никем, был Подтекст, который как только заметил Ацию и выразительно об этом всех здесь в вагоне оповестил, решил сразу же навести на себя лоск, для того чтобы не ударить в грязь лицом (а то что он это на профессиональном уровне умел делать, то в этом совершенно никто здесь не сомневался) перед такой шикарной дамой.
  Впрочем, для этого много времени не понадобилось, да и особенных средств не на надо, и Подтекст, смочив руки плевком, быстро делает укладку на голове, где его волосы, как и его мысли, находились в растрёпанном состоянии. Ну а как только Подтекст таким образом привёл себя в образцовый порядок ("Хоть прям женись", - усмехнулся Подтекст), то он выдвинулся по направлению Ации, которая всё также увлечённо всматривалась в зеркало, и как казалось со стороны, то она даже не подозревает о том, какая опасность в виде этого жениха на неё надвигается.
  Но это, то, что Ация была не в курсе того, что происходило сейчас в вагоне, действительно только казалось, когда как на самом деле, то она умела видеть не только себя в своей жизни, но и себя в жизни окружающих её людей. А сейчас её, прежде всего волновало то, почему тот тип у окна посмел не обращать на неё внимание, всё продолжая пялиться в окно.
  - И что там есть такого более интересного, чем во мне? - нахмурив свои брови, строго спросила этого типа Антипа, Ация. Но разве он, находясь на таком расстоянии от неё, может услышать то, о чём его спрашивает Ация. Скорее нет, чем да. Так что если Ация хочет того, чтобы её услышали, то ей придётся что-то более существенное, да и поскорее придумать, пока её новоиспечённый жених не подошёл. И Ация, бросив взгляд в сторону окна, а затем на своё зеркальце, придумала. Так она подлавливает в своё зеркальце солнечный блик и в виде солнечного зайчика перенаправляет его в сторону глаз Антипа.
  Ну а сам Антип, несмотря на свою такую внимательную отвлечённость в сторону окна, как оказывается, не на 100% был поглощён пейзажем за окном, а держал на постоянном контроле всё, что происходило в вагоне. И когда его глаза осветились солнечным светом совсем не с той стороны, которая время от времени его тревожила, он не так уж и сильно удивился этому, а лишь радостно усмехнулся про себя. - Значит, говоришь, что у тебя есть насчёт меня один пунктик. - Антип вспомнил свой давнишний разговор с Ацией, с которой он, как можно было уже догадаться, не почему-то, а потому, что по-другому в данных обстоятельствах и быть не могло, был близко знаком.
  - Есть. - Ничего не собирается скрывать от него Ация.
  - Какая ты пунктуальная. - Улыбаясь в ответ, говорит ей Антип, готовясь подойти к ней поближе и уточнить на ушко, что она подразумевает под этим своим заявлением. Но Ация своим преждевременным ответом, которого Антип ранее от неё не слышал: "Значит, скоро будет остановка", - останавливает его и выводит из его воспоминания в действительность.
  - Я понял. - Антип едва заметным кивком дал знать Ации, что он её понял. И хорошо, что Антип всё это так вовремя понял, а то новоиспечённый жених Подтекст, очень требовательный к своим невестам жених и он не терпит любых препятствий на своём пути.
  И только Ация закрыла своё зеркальце, как вдруг перед ней нарисовалась переполненная радости и сопутствующими ей напитками, физиономия Подтекста, который к потрясению головы напротив Ации сидящего пассажира, для устойчивости своего стояния, опёрся рукой на его голову - на что только не пойдёшь для того чтобы во всей своей красе выглядеть перед невестой. И этот его поступок по отношению к голове, даже не сильно и сопротивляющегося пассажира, показывал, не как можно было подумать, пренебрежение Подтекстом личных свобод окружающих людей или того больше, его хамское отношение жизни, а он подчёркивал насколько Подтекст большой хозяйственник - ничего не пропустит мимо себя.
  Правда Ация не смогла сразу оценить самого Подтекста, и его готовности ради неё пойти на многое, и поэтому вместо призывной улыбки, несказанно удивилась при виде его. Что ж, Подтекст, судя по всему, был не гордым, о чём он мог бы немедленно утвердить в таком мнении насчёт себя всех вокруг сидящих пассажиров, но посчитав, что это и так видно, отпустил голову пассажира-подставки и всем своим весом бухнулся на него. И видимо пассажир-подставка был к тому же скользким типом, раз он как-то незаметно для Подтекста выскользнул из под него и растворился в глубинах вагона.
  Но Подтекста, несмотря на потерю мягкости сидения, это всё не волнует, когда у него есть масса заманчивых предложений к своей будущей невесте, Ации. Правда он их сейчас, от неожиданного наплыва чувств, внятно выразить не может и поэтому, пока что ограничивается немигающим плотоядным взглядом, которым он одаривает Ацию с ног до головы. Где в самых интересных её и видимо для него тоже местах, смеет выразительно, - облизывая губы, - подчёркивать своё удовлетворение им увиденным, и всего вероятней, уже опробованным в его голове полной всяких нескромностей.
  И вполне вероятно, что такое положение вещей вполне устраивало Подтекста, но вот насчёт Ации, то этого не скажешь, судя по её удивлённому виду. Чего она и попыталась изменить, обратившись с вопросом к Подтексту:
  - И что же вы такое увидели, что не можете сомкнуть своих глаз?
  - Возможности. - С таким неприкрытым, до чего же грязным намёком это сказал облизнувшийся Подтекст, что даже злорадствующие тётки и мадам, до этого занимающие критическую позицию по отношению к Ации, вознегодовали на этого Подтекста за то, что он так распускает свои слова и полные вожделения взгляды.
  - Я не позволю! - вдруг к полной неожиданности всех окружающих и в том числе Подтекста, в этот разговор встрял весь красный Антон.
  - Чего? - удивился изумлённый Подтекст, хлопая глазами в сторону Антона.
  - Так себя непозволительно вести по отношению к девушке. - Сбиваясь на свой повышенный сердечный ритм, проговорил Антон, полный страха и счастья оттого, что на него смотрит, не только этот злодей Подтекст, но и эта красавица Ация. Ну, а что можно ожидать от выбравшего для себя путь злодея человека, кроме как только подлости и провокаций. И Подтекст не преминул пустить вход все эти инструменты своих злодеяний, подло приметив за Антоном то, что у него ещё молоко на губах не обсохло, чтобы встревать в разговор взрослых дяденек и тётенек.
   Что и говорить, а это был подлый удар со стороны Подтекста, на который вот так сразу, даже после того как Антон невольно проверил на своих губах несоответствие заявленного с действительным, и не ответить. При этом Антон, пока, что только сопляк, а не дурак, и он конечно же уловил скрытый подтекст в заявлении Подтекста, который в очередной раз показал, что его недооценивать не стоит. Но и промолчать Антон не может, когда на него так заинтересованно смотрит Ация.
  - Это к делу не относится. - Набравшись духу, заявил Антон. - Я сказал, что не позволю, значит, не позволю. - Но Подтекст уже пришёл в себя от неожиданности встревания этого прыща, и теперь его лицо вновь обрело суровость для окружающих и в особенности для несогласных с ним, типа Антона.
  - А если я не соглашусь? - спросил Антона Подтекст, взяв свои руки в замок и звучно щёлкнув пальцами.
  И если по растерянному Антону видно было, что он к этому вопросу как-то совершенно не был готов, и он в ответ только захлопал ртом, пытаясь наловить ответов, то того же не скажешь по Подтексту, который не только был готов на ответ, но и знал, что дальше будет. А дальше будет то, что всегда бывает с теми, кто смеет встать на пути Подтекста.
  И не успевает кто либо вокруг сидящих пассажиров, и главное сам Антон сообразить, как так быстро его голова оказалась накрыта массивной правой рукой Подтекста, как последовавший удар оттянутого Подтекстом пальца этой руки, вместе с черепом Антона, от жуткого отзвука "пиявки", содрогнул сердца пассажиров всего вагона.
  Дальше наступает практически мёртвая пауза, где только стук колёс вагона об стыки рельсов нарушает эту тишину. И только когда Антон обмяк в теле и бессознательно повалился головой на Ацию, то только тогда пассажиры начали приходить в себя. И первым, кто пришёл в себя, был Подтекст, который, в общем-то, никуда не уходил и не собирался этого делать. И он, посмотрев на дело рук своих, усмехнулся и своим последовавшим заявлением, прямо-таки всех добил. - А парень то не промах и с головой. Знает, как воспользоваться ситуацией. - Засмеялся Подтекст, и это оказалось последней каплей терпения для мадам Бандаж. Которая и так не отличалась терпеливым нравом, а тут на её глазах происходит такое. Ну а то, что она первоначально имела свои критические взгляды на Ацию, то всё это в прошлом. К тому же перед лицом опасности, которую источал Подтекст, все обиды нужно забыть и единым фронтом встать против общего врага.
  - Да сколько мы ещё можем терпеть всё это издевательство. Неужели среди нас не найдётся настоящих мужчин, которые наконец-то утихомирят этого, всего-то одного хулигана?! - подскочив на ноги, прогремела на весь вагон мадам Бандаж, принявшись озираться по сторонам в поисках настоящих мужчин. Ну, а мужчин всегда украшала скромность, особенно в таких востребованных случаях, так что мадам Бандаж не сразу удалось отыскать этих представителей исчезающего рода человечества. Так что к ней даже пришлось прийти на помощь, и с очень неожиданной для неё стороны - со стороны Подтекста.
  Так Подтекст, явно видя, в каком оказалась затруднении эта, по его взглядам противная тётка, - возможно, что этот не привлекательный факт и сказался на её поиске, а так будь на её месте привлекательная особа, то и от желающих показать себя настоящим мужчиной, не было бы отбоя, - решает оказать ей помощь и, поднявшись на ноги, грозно орёт. - Ну что. Кто-нибудь желает стать покойником?
  И надо признать, что до чего же Подтекст ловок, умеет он манипулировать человеческим сознанием - кто спрашивается, в твёрдой памяти и здравом уме, захочет утвердительно ответить на заданный им вопрос. И, конечно, среди пассажиров никто не спешит, таким образом себя выделять. И Подтекст определённо догадываясь о том, что так и будет, ещё раз обводит взглядом вагон и, не обнаружив среди пассажиров нарывающихся на неприятности пассажиров, уже было собрался вернуться к своему требующему его внимательности делу, как вдруг там натыкается на устремлённый на него, полный недоброжелательства к нему взгляд пришедшего в себя Антона.
  Ну, а разориентированный в пространстве Антон, вполне вероятно, ещё не соответствовал всем тем параметрам, - твёрдой памяти и здравости ума, - которые не позволяли основной здравой массе пассажиров откликнуться на жуткий вызов Подтекста, и он решил попробовать. А вот что попробовать, то это так и осталось не совсем ясным, но всем тем, кто заметил этот бросок Антоном своего телефона, показалось, что он хотел сбить с лица Подтекста эту, смотреть уже тошно, улыбку. А вот это-то ему вполне удалось сделать, но и только. При этом, на удивление многих, Подтекст проявил неожидаемое от него проворство, с которым он достаточно умело уклонился от встречи с брошенным ему в лицо телефоном.
  Чего правда не скажешь о Сэме, который к своей полной неожиданности (а мог бы предусмотреть, ведь сам же видел где сидел), оказался под ударом этого телефона, который в один миг, с треском выбивает из его прижатых к уху рук, уже его телефон. Но прерванный таким образом разговор, не самая большая неприятность, которая случилась с Сэмом. А вот то, что его голова, рефлекторно откинувшись назад на стенку, сотряслась и вынесла из неё все его доброжелательные мысли, оставив там только чёрную злость, то от этого даже самому Сэму стало страшно.
  Что, впрочем, некоторыми, а в частности Антипом, видится в ином, продуктивном для себя свете. И, вообще, он на всё происходящее смотрел со своей, отличной от всех других точки зрения, которая окончательно была сформирована после истеричного заявления мадам Бандаж, которой так не терпелось отыскать настоящих мужчин. И тогда-то Антип и увидел в истинном свете Сэма и Хайнца, которые сделав рожу кирпичом, что у них лучше всего получается, не откликнулись на этот призыв, сославшись на непонимание местных языков
  - А эти типы, стопудово принадлежат не дружественной нам спецструктуре. - Сделал для себя вывод из их поведения Антип. - Они предпочли долг службы, долгу чести. - И, наверное, можно было те же претензии выдвинуть и против Антипа, с его таким недобросовестным поведением. И он, пожалуй, и сам-то ничем не лучше их, - отсиживался в кустах. Но у него были неоспоримые причины для такого своего поведения, о которых вскоре всё будет рассказано.
  Но Антип на одном таком понимании ведущих за ним наблюдение людей в штатском, не ограничивается, он также понимает, что те, кто решил вести его по следу, непременно будут последовательны, и своими людьми также заблокируют и второй выход из вагона. Куда бы не мешало заглянуть, чтобы посчитать свои шансы на успех и шансы противника на его оплошность.
  - И там двое. - Посчитал Антип, посмотрев назад с того трудного угла, на который он развернул свою голову в бок, чтобы отсюда можно было одновременно смотреть назад и позволять сзади находящимся наблюдателям, только догадываться насчёт его оборотных действий. - И что будем делать? - задался вопросом Антип и немедленно получил ответ солнечным зайчиком в лицо. - Я всё понял. - Улыбнулся Ации Антип, приготовившись ловить момент и действовать по обстановке.
  И этот подходящий для своей ловли момент, как не трудно догадаться, наступил в тот самый момент, когда Антон со всей своей яростью обрушился на Подтекста, но попал в Сэма. Что приводит к некоторой растерянности в рядах сотрудников из группы Сэма, который как вскоре выяснилось, был старшим группы. Ну, а временная потеря управления, часто приводит к несогласованности и ошибочным действиям рядовых членов группы. И вторая, находящая у другого выхода из вагона группа сотрудников, неверно оценив ситуацию, - они увидели в ней угрозу целостности группы, - бросились на выручку Сэма. Чем и воспользовался Антип, хлёстким ударом скосив с ног остановившегося для присмотра за ним, сзади шедшего сотрудника.
  И хотя всё это произошло в одно мгновение, всё-таки проследовавший быстрым шагом вперёд мимо месторасположения Антипа первый сотрудник, услышал отзвук удара и последующее за ним грузное падение, что и заставило его остановиться. Только вот ненадолго, а стоило ему попытаться выяснить для себя, что же послужило причиной всех этих звуков, как его лицо в своём повороте натолкнулось на летящий прямо на него кулак Антипа, после чего оно без ненужных промедлений на оханье, вместе с собой утянуло на пол и всё его тело.
  Антип же тем временем стрясывает свой кулак и переводит свой взгляд на изумленные, с опаской на него поглядывающие лица Сэма и Хайнца, которые явно не рассчитывали, что всё так повернётся. Где теперь их прежнее явное численное преимущество не столь явно, а после того, что они сейчас видели, то и их кунг-фу уже не столь грозно в их руках выглядит, и даже за результат столкновения с этим, как оказывается непредсказуемым типом, уже не столь предсказуем. И ведь не сошлешься на то, что ударился головой и не находишься в форме.
  Правда можно сослаться на своё главенствующее положение в группе и выдвинуть вперёд Хайнца, а самому остаться на подстраховке, что и попытался сделать Сэм, вытолкав Хайнца вперёд - мол иди первым, у тебя удар послабже. Ну а Хайнц, совершенно не видит никакой связи между этим, скорее спорным обстоятельством и тем, что ему идти вперёд, но Сэм главный и он должен подчиниться. И он, нехорошо посмотрев вначале на Сэма, затем перевёл свой грозный взгляд на Антипа, быстро оценил окружающую обстановку, - всё внимание окружающих было приковано к нему и всех интересовало, что же он сейчас предпримет, - и воодушевлённый поддержкой зрительским вниманием, выдвинулся вперёд.
  И не просто так выдвинулся, а демонстрируя на лице такую ехидную улыбку, которую в кино всегда бросали в лицо злодеям любимые Хайнцем киногерои, по большей части шпионы. И одна только эта улыбка, как не раз было доказательно продемонстрировано в кино, уже деморализует противника, который тут же начинает сомневаться в своих собственных силах и хвататься за нож. Что конечно говорит о его слабости и неуверенности в своих собственных силах. А ведь он ещё не знаком с кунг-фу Хайнца. Да уж, не позавидуешь Антипу, на пути которого встал такой грозный противник, каким был Хайнц. И только его, Антипа, не знание всех этих преимуществ, которыми был против него наделён Хайнц, - а улыбка на его лице только ввела Антипа в заблуждение насчёт умственных способностей Хайнца, - не повергла его к немедленному желанию рвануть отсюда.
  Правда и сам Хайнц, будучи поглощён самоуверенностью, - а как не быть, если он чётко следовал показанным в кино инструкциям, - находился вне ведении мысленастроения Антипа, который по его расчётам уже дрогнул и ему осталось только лишь продемонстрировать какой-нибудь эффектный приём из кунг-фу, с обязательным криком, побуждающим противника к панике.
  И вот с этими мыслями Хайнц, сократил расстояние до Антипа до критичного, с которого будет самый раз продемонстрировать ...- Что же лучше на него обрушить? Удар тигра или дракона? - неожиданно перед Хайнцем встала дилемма выбора, чего он совершенно от себя не ожидал, тем более в такой неподходящий момент. А всё, наверное, потому, что всё это зрительское присутствие сбивало его с мысли, и Хайнцу подсознательно хотелось поэффектнее себя перед всеми показать, тем более, кто знает, может среди пассажиров есть кинопродюсеры и быть замеченным, на будущее не повредит.
  - А может когти орла? - вопросил себя Хайнц, как вдруг обнаружил перед собой физиономию того самого возмутителя спокойствия, прозванного Подтекстом, который по своему разумению сообразив, в какой он находится растерянности насчёт выбора удара, вот и решил ему по-своему помочь. И пожалуй Хайнцу, уже ранее видевшему, на что способен этот непредсказуемый тип, не нужно было бы вот так искренне удивляться тому, как этот Подтекст своеобразно подошёл к оказанию ему помощи. А быть готовым к тому, что тот выкинет какой-нибудь сюрприз, на которые он был такой мастер, то это не помешало бы.
  Но Хайнц всем этим пренебрёг, а может быть, просто не успел, так как этот Подтекст, к изумлению всех находящихся в вагоне пассажиров, в глазах которых он уже заслужил для себя соответственную никчёмную репутацию, вдруг показал себя с неизвестной для всех, мастерской стороны. Так он не стал привередничать в выборе приёмов, а проявив себя с неприхотливой стороны, где эффективность удара стоит на первом месте, провёл очень резкую и короткую серию ударов, которой хватило Хайнцу, чтобы понять, что сегодня не слишком удачный для него день и до чего же жестка сидушка сиденья, об которую он затылком треснулся, прежде чем оказаться дальше на полу.
  Но и это ещё не всё, а стоило только событиям вокруг Хайнца так неожиданно для всех завертеться, как стоящий за его спиной Сэм, мгновенно сориентировался и рванул прочь из вагона к дверям. И, наверное, в какой другой раз, ему бы дали убежать, но вот эта его поспешность в принятии таких нетоварищеских решений, видимо сильно разозлила Подтекста, да и Антип не собирался стоять в стороне, и они бросились за ним вдогонку.
  Ну а эта погоня, как можно было предположить, могла закончиться, либо в самом конце состава поезда, где Сэм, уткнувшись в двери ведущие к машинистам, чуть ли не плача, будет безуспешно пытаться до них достучаться, чувствуя на своей мокрой спине взгляд презрения нагнавших его Подтекста и Антипа, либо же он может попытаться на ходу спрыгнуть с вагона и свернуть свою шею об удачно попавшийся на его пути столб. Но до этого всего дело не дошло, а всё потому, что в поездах любого следования, всегда найдётся место бескультурью, с которым некоторые пассажиры льют крепкие напитки мимо своего рта, заливая ими пол, который на удивление, почему-то становится липким.
  И вот когда ты находишься в состоянии спешки, где совершенно нет времени смотреть себе под ноги, то вероятность того, что ты наступишь на это препятствие, не просто существует, а оно невероятно близится к непременному осуществлению того, что ты обязательно в него, не только вступишь, но и как ожидается догоняющими тебя людьми, среди которых может быть и тот, кто это всё предусмотрел, споткнёшься и всю свою рожу об стенку размажешь. Что, как можно было уже догадаться, и случилось с Сэмом, для которого всё это так неожиданно произошло, что он даже не понял, как оказался висящим вниз головой на улице, лицом к лицу к колёсам поезда. Где ему сразу же вспомнилась мама, о которой он столько времени не вспоминал, а вот сейчас вспомнил и изо всех голосовых сил позвал: Мама!
  И видимо она его услышала, раз его начали подтягивать за ноги вверх. Правда, как вскоре оказалось, что это была и не мама Сэма, которая, если честно сказать, когда-то давно ему сказала, что она его и его безработное состояние души, и семью не потянет, и поэтому маловероятно было то, чтобы она отступилась от своих слов и сейчас оказалась на месте тех, кто его наполовину подтянул из выводящих на улицу дверей в тамбур. А вытянули его, чего бы не очень сейчас хотел Сэм (правда окажись на их месте Хайнц, то кто знает, не был бы это для него куда хуже), Антип и Подтекст и, судя по их суровым лицам, то они не просто так его ещё не отпустили, а им определённо, что-то от него было надо. О чём Антип незамедлительно, а сложившаяся обстановка, где ветер заглушал звуки голоса, а проносившиеся в буквальной близости от головы Сэма столбы интриговали его мысли, мало способствовала обстоятельному разговору, и спросил его:
  - Кто?
  И надо отдать должное благоразумию Сэма, он не стал выкручиваться и уходить от ответа, ссылаясь на своё непонимание вопроса, вызванное его головокружением от нахождения вверх ногами, что может привести к нервозности в отношениях и дрожи в руках держащих его за ноги людей, и он сразу даёт ответ: Ты его знаешь.
  Что всё-таки не слишком устраивает держащего его за одну ногу Антипа, который начинает ослаблять свою хватку. А это уже не может устраивать Сэма, затылком чувствующего гравий насыпи, об который если он треснется головой, и то в результате стечения удачных стечений обстоятельств, миновав столб, то ему мало не покажется. Правда при этом, такое перевёрнутое его положение, начало сказываться на нём и, ударившая ему в голову кровь, повлияла на его дерзость ответа.
  - Не беспокойся, он за тобой вскоре придёт. Он всегда за всеми приходит. - Рявкнул в ответ на молчаливый взгляд Антипа Сэм, приподнявшись головой вверх. А вот этого ему, пожалуй, не нужно было делать, так как Антип с Подтекстом не удержались оттого, чтобы не выразить своё отношение к сказанному им, и одновременно отпустили свои руки. Ну а Сэм на этот раз, даже не успел вспомнить свою маму, - хотя ему вполне хватило времени для того чтобы послать Антипа и Подтекста ко всем их чёртовым родственникам, - и он пролетев в створ ворот из столбов, вначале смягчился встречей с подросткового возраста деревьями, а потом собрав собою вставшие на его пути деревца, уткнулся в край дренажной канавы.
  Что касается Антипа и Подтекста, то они удовлетворённо переглянулись между собой, после чего Подтекст спросил Антипа. - Это он про кого говорил?
  - О Скриптуме. - Дал ответ Антип.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Л.Каминская "Как приручить рыцаря: инструкция для дракона" (Современная проза) | | Е.Лабрус "Заноза Его Величества" (Любовное фэнтези) | | Д.Хант "Королева-дракон" (Любовное фэнтези) | | A.Maore "Мой идеальный дракон" (Любовное фэнтези) | | Н.Лакомка "Монашка и дракон" (Женский роман) | | Я.Ясная "Игры с огнем" (Любовное фэнтези) | | М.Славная "У босса на крючке" (Женский роман) | | М.Старр "Мачеха для наследника, или К черту дракона! " (Юмористическое фэнтези) | | А.Платунова "Искры огня. Академия Пяти Стихий" (Приключенческое фэнтези) | | К.Корр "Императорский отбор. Поцелованная Тьмой" (Приключенческое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"