# Игры бессмертных

Семен Евгеньевич Созутов

Чистый стеб на тему бессмертия, маргиналов и черного нуара.

Цикл. Бумага всё стерпит.


Игры бессмертных.


Часть первая. Сенька Кошмар.


Изначально здесь должен был быть эпиграф одного

известного автора. Но затем я по здравому

размышлению взял, да и удалил его на хер.

Авторитетов я не признаю никаких...


Для того чтобы жить, нужно уметь любить. Для того

чтобы не потерять при этом себя, нужно уметь

ненавидеть.


Своего первого человека я убил раньше, чем научился читать.

Ничего себе начало, да? Вообще это написано в самом зачине, для того чтобы привлечь ваше внимание. Однако самая соль заключается в том, что так оно и есть. Просто я, так сказать, несколько форсировал события. Вообще я не отвечу за подлинность своего повествования до мельчайших деталей, но в целом эта есть чистая и абсолютная правда. История моей непутёвой жизни. Если где-то найдёте исторические неточности или ещё чего, то извиняйте. Память порой вкидывает со мной странные штуки, ведь по всему выходит, что я уже давным давно глубокий старик...

Итак, я родился в 1800 году от рождества Христова в одной маленькой глухой сибирской деревушке. Детство моё было весьма тяжёлым даже в сравнении с остальными пострелятами нашей деревни, а ведь тогда непросто жилось всем. Первое что я помню, это здоровенный грубый мужик, пинающий меня сапогами, в то время как я сам, корчась, лежу на грязном деревянном полу нашей избы. Мне тогда было не больше трёх...

Вообще побои было единственное, что я получал в избытке. Всего остального, включая нормальную еду и банальную любовь и теплоту, мне явно не хватало. Спал я обычно на палатях в сенях, причём не только летом, но и зимой тоже, в то время как родители в избе на печке, ибо папашу своего я раздражал, а матушка боялась ему перечить. Мать моя Серафима была худой измождённой женщиной лет сорока, которую постоянно бил муж. Мой отец, если кто не понял.

Хотя какой он к чёрту отец? Мразь он последняя вот и весь сказ. Так впредь я его и буду называть. Сколько я себя помню, он постоянно приходил домой пьяным и колотил нас с матерью. До тех пор пока мне не исполнилось пять. Тогда во время одного из избиений я схватил с подоконника нож, которым эта мразь обычно брилась, и, глядя ему в глаза сказал, что если он ещё раз позволит себе подобное, я его зарежу.

Тогда он рассмеялся и попробовал отобрать оружие, но я ловко увернулся от его рук и располосовал ему бедро. Вид крови моментально выветрил всю его пьяную отвагу, и он отступил. Всякая мразь вообще обычно боится вида крови и реальных боевых стычек, предпочитая издеваться над теми, кто не может им ответить.

Вообще, скажу вам по секрету, мне до сих пор стыдно, что я не пресёк его издевательства над матерью раньше, как только это увидел. Ведь любой воин более всего на свете боится быть слабым и беспомощным. Даже если ему всего пять лет отроду...

Узнавал у других ребят, у них в семье подобного беспредела не было, хотя, конечно, и их иногда поколачивали. Тогда время такое было. Моя семья была типичной семьёй деревенских холопов. Чёрная кость. То бишь, по сути, мы не были людьми, а считались чем-то вроде говорящей скотины для дворян.

И вот к тем, кто говорит, что при Сталине было хуже, чем при царе. Да время было страшное. Но тогда мы хотя бы считались людьми. Хотя бы. А при царе мы людьми не считались. Практически все крестьяне. Большая часть населения нашей Великой и Могучей. Так что, дорогие господа, не пиздите всякую хуйню, пожалуйста...

Надо сказать, что после того как папаша получил от меня отпор, он не оставил свои попытки восстановить статус кво, и запретил моей матери давать мне еду. Тогда я ушёл жить в один из амбаров в нашей деревне, благо там я только спал, а в остальное время шатался по деревенским улицам.

Иной раз меня пыталась дразнить местная ребятня, но я в ответ на это молча демонстрировал нож папаши, который я благополучно экспроприировал у него, и насмешники тут же успокаивались. Когда растёшь в огне насилия, то взрослеешь быстро...

Питался я чем придётся. Вообще, голод постоянно беспокоил меня на протяжении всего моего детства. Голод, но не холод. Я родился в последний день осени в жуткий буран. Я был, если угодно, дитём холода. Нет, Холода с большой буквы. В него да во тьму ночную я заворачивался как в покрывало тёмными одинокими ночами, и они уносили меня в путешествия по таким местам, названия которым люди, наверное, ещё не придумали, и придавал мне новые силы.

А вот огонь я не люблю. Он слепит меня и как будто пожирает мои силы, когда смотрю на него. Слава богу, что эту мою особенность не заметили мои односельчане вследствие моего неопределённого статуса и места жительства, иначе меня, скорее всего, сожгли или что-нибудь в этом роде. Суеверия и предрассудки цвели тогда буйным цветом...

Однажды во время очередной встречи с матерью я вновь заметил у неё фингал под глазом. Я ничего тогда не сказал ей, но папаша по возвращении с поля получил от меня добрых пиздюлей. Я вообще заметил, что в драке скорость решает больше, чем грубая сила, но и грубой силы у меня тогда уже было больше чем у папаши. А ведь мне было всего десять...

Мои скитания продолжались лет до двенадцати. А потом мать оглохла на одно ухо. Наша деревенская знахарка, в роду которой вроде бы были цыгане, сказала, что это от частых ударов по голове. После этого я поймал своего отца и раздавил ему мошонку. Медленно. Глядя ему в глаза. Чтоб лучше понял, мразь, за что он стал скопцом. Теперь уже я жил в доме с матерью.

Я стал настолько силён, что легко выгнал стареющего отца из дому и запретил ему приходить к нам. Впрягаться за него никто не захотел, благо папаша обладал весьма паскудным характером, а со мной боялись без нужды связываться, зная мою недюжинную физическую мощь. Вскоре он и подох под забором, как собака. Замёрз или допился до чёртиков, не знаю. Туда ему и дорога. Заметили, я даже имя его не называю. И правильно. Не хер всякую паскудину известной делать.

Жили мы тем, что нарабатывали за лето. Что именно делали? Да много всего. Землю пахали, траву на сено косили, вам это всё вряд ли будет интересно. Молодёжь... А вот дать какому из вас в руки косу и заставить косить, так вы ж ни хера не сможете! Только хер себе отрежете на хер... Так ладно, что-то я отвлёкся.

Зимой же работы практически не было. Точнее это для нас её не было. Вы, современный люд, загнулись бы на хер от такой жизни. Я помню, уже в наше время как-то раз поехал с молодёжью на природу, так они ни дров нарубить, ни костёр развести толком не могут. А девчата их все ко мне липли... Правильно хер ли ходит там такая длинная умная рекурсия, и нудит чего-то невпопад. Синусы, косинусы эти... Бабу ебать тоже через логарифм будешь а, животное? И смех и грех, бля... Городские...

Вообще тогда ценности другие были. Мы обычно ходили или в лаптях летом, или в валенках зимой. А вот сапоги настоящие кожаные мало у кого были. Каждый из нас мечтал иметь такие... Да и я сам не исключение... Пожрать опять же от пуза! Это сейчас у вас всё есть мандарины, апельсины, а мы их, бля, и в глаза не видели! Нет, наверное, благородные то наши их жрали в три горла, не знаю. Точнее знаю. Жрали. Откуда расскажу после.

А всё-таки я отличался от своих односельчан. Во-первых, самогон не пил (и не пью). Даже запах этого дерьма не переношу. Вообще всего хмельного. А во-вторых, прости Господи, с бабами на сеновал не бегал. Потому что воняли. Вообще 19 век запомнился мне двумя вещами. Мраком и вонью. Мраком, потому что электричества не было, при лучине жили. А вонью, потому что мыться каждый день было нереально, а работа у всех тяжёлая. А я от природы брезгливый. Хм... быть брезгливым в наше время это нормально. Быть брезгливым в то время - немыслимо. Но я таки выжил. Может, я мирозданию еще нужен зачем-то, а? Интересный вопрос...

Ещё помню, все тупые были как пробки. Словарный запас там не знаю, сто простейших слов или и того меньше. Я и сам тогда не лучше был, это уже потом проанализировал. Но жило во мне всегда что-то... Стремление к Совершенству. К улучшению себя. Потому, наверное, и живой до сих пор.

У нас в деревни случались кулачные бои. Случалось, что приезжали бойцы с других деревень. Стенка на стену, это было любимое развлечение наших мужиков. Я тоже не оставался в стороне от этих забав. Правда более любил драться один на один. Толпа на толпу это всё-таки не моё... А во! Тут видал у некоторых авторов утверждение, что раньше мол дрались честно, да впятером ногами одного не пинали. Ну да не пинали. И даже лежачих не били. Вот только когда стенка на стенку бьешься, а иной бедолага упадёт, куда он упадёт, а? Правильно. Прямо под ноги бойцам. А там уж его стопчут на хер вот и весь сказ. Ненарочно, это да. Только ему какая хер разница нарочно его насмерть уработали али специально, а? Вот то то и оно.

Пару раз во время боёв я не рассчитал силу удара и убил соперника. Это обычное дело. Не я первый, не я последний. Так я в первый раз убил человека. Что почувствовал при этом? Да ни хера не почувствовал, тогда это нормой жизни было. Люди мёрли как мухи. В семье по пятнадцать детей, больше половины до юности не доживали. А вот я в семье был один. У матери раз спросил, были ли у неё ещё дети. Не сказала...


***


Сегодня в нашей стране много парней косят от службы в армии. Были такие косари и в наше время. Вот только воинская служба тогдашняя и нынешняя, хм, скажем так, рознились.

Сильно рознились. Манифест, введший Всеобщую воинскую повинность, был провозглашен, кажется в 1874 году. А до этого в России было такое явление как рекрутчина. Что это такое. Это когда в армию набирали не всех, а определённое количество людей с каждой деревни. Но срок службы был не три или два года, а, призывники держитесь за жопу, чтоб не обосраться ненароком, 25 лет.

То бишь, практически вся твоя грёбаная жизнь. У нас жил в деревне один отставной солдат. У него не было одно уха, и он был настолько зол и раздражителен, что его боялась вся местная ребятня. Под настроение он мог запустить в человека топором. Просто так. Чтобы не раздражал.

Короче говоря, отличаясь от природы изрядным свободолюбием, я не хотел попадать в солдаты, или там быть проданным другому помещику. Но, как уже говорилось, я отличался ещё изрядными физическими данными. А армии такие были всегда нужны.

В общем, когда в нашу деревню неожиданно нагрянуло с десяток солдат с мушкетами да ружьями, я спрятаться не успел. Кстати тогда ж война была с Бонапартом, но это раньше я тогда ещё маловат был, тогда у нас чаще забирали людёв. Вообще знатная байка есть. Французики когда с наших земель то драпали, то к нашим холопам выходили и орали "шара ми, шара ми". Это по ихнему: "помоги мне". Вот и прозвали их шаромыжниками. А у нас в деревне их не было. Она ж на отшибе, места глухие... Видать, не добрались...

Так вот пришли, значит, солдаты за рекрутами. Если кому-то из историков интересно, какая у них там была форма, и как они назывались, то я не помню. Прошло больше двух веков, а мелочи я всегда пропускал мимо себя. Я вычленял главное.

Твою мать, да я даже не помню, какого цвета были их мундиры! Красные, кажется... А может и нет. Вообще сейчас я и сам с трудом верю, что всё это происходило именно со мной а не с кем-нибудь другим... Слишком многое изменилось... Слишком многое...

Построили всех молодых парней в одну шеренгу. Их набольший, урядник там или сержант, хер его знает, ходит вдоль ряда и придирчиво оглядывает каждого потенциального новобранца. Зубы смотрел! Как скотине, бля... Нужно было им десять человек. Отбирают, значит, отбирают... На меня особо не смотрят, я худой как щепа, во мне всего пятьдесят кило будет, а о моей силе они не знают. И тут, блять, надо же было этим долбоёбам выцепить сына старосты! А его папашка то как заверещит благим матом.

-Ой, не берите моего сыночка! Вот лучше Сеньку (меня, значит) возьмите! Он силён как чёрт!

-Этот что ль? - Пренебрежительно хмыкнул сержант. - Да он загнётся в дороге!

-Да нет, это он с виду хлипкий! А так он троих зараз пересиливает! Вон и люди скажут!

-Да!

-Да!

Раздалось со всех сторон. "Да, да"... Манда, бля...

Короче, взяли меня, им со старостой лишний раз ссориться резона нет, как-никак всё же деревенских держать, да оброк благородным мудакам собирать кто-то должен. Взяли меня, значит, под белы рученьки, ну а я не будь дураком, как звезданул одному промеж глаз! А второй мне прикладом по затылку. Ожидал, что ль... Не знаю...

Очухался уже в телеге. Те говорят, слишком буйный, того солдатика насмерть уработал. Колодки нацепили, паскуды! Это такое бревно на шее, хуй пошевелишься, запястья тоже в колодках, пока до каторги доехали, я все руки всю шею на хуй до крови стёр. И то хорошо, что не загнили. А почему не загнили, не знаю. А нет, знаю. У меня ж метаболизм другой, всё заживает быстро (хотя и не так быстро как у Самхейна) и шрамов не остаётся. Но все эти слова я уже после выучил и... Вот интересная вещь! Сейчас рассказываю о своём прошлом и ... реально тупею сообразно своему тогдашнему уровню интеллекта! Слова подобрать не могу, устаревшим языком шмондячу. Чудеса, да и только...

Каторги мне дали пятнадцать лет. Считай пожизненно. Столько там единицы выживали да и то чудом. А то базарят, мол, на Колыме норма выработки в день была восемьсот кило, а при царе сорок кило всего... Не знаю, сколько там норма, да только пахали мы там по шестнадцать часов в сутки. Каждый божий день. Мы ж не благородные декабристы... А попробуй ка похлебай одну постную баланду, да поломай камень столько времени! Загнёшься на хер вот и весь сказ. На каторгу нас гнали пешим этапом. Колодки с меня после сняли, но набили кандалы. Тавро поставили на лоб, суки! Как скотине... Ну да у меня этот ожог напрочь сошёл за год. Так то. Даже шрама не осталось.

Так вот гнали нас пешим этапом, пушечное ядро на ногу не надевали, а то заебёшься идти до места наказания, но всё равно хер сбежишь, по обоим концам строя конные солдаты с ружьями. Чуть что не так, палили по чём зря. Кое-кто пытался, правда, бежать. Там и легли. Да и главное ведь ни суда не было ничего. Хер ли я ж бесправный! Это сейчас чуть что сразу судебное разбирательство. А тогда, голову даю на отсечение, какой-нибудь местный чиновник, а то и сам командир всё и порешал! Не знаю как там по закону. Только посудите сами, я Алексашкиного солдата завалил? Завалил. Но я холоп помещика. Но этому дворянчику не нужны лишние проблемы.

Вот и отдал он меня на произвол местным армейским набольшим, а те уж меня на каторгу и определили, ибо для службы я не годен, слишком буйный. А вообще, думаю, всё ещё проще было. У них на такие случаи скорее всего заранее договоренность была. Станут они из-за одного холопа себе голову забивать. У них и других проблем хватает.

В общем пригнали нас на каменоломни недели через три, значит надели ядро на ногу, чтоб вообще никуда не делся, а мне четырнадцать али пятнадцать годков, худой... Завели в бараки, а там своя власть. Приглядывались ко мне первые дни, а потом к себе подозвали. Ну, ихний старшой здоровый такой чернявый, цыган, наверное, и говорит: "Мы тебе сейчас абрунгерн делать будем". Я не понял ни хера, что это за абрунгерн, но почуял, что ничего хорошего, ну и врубил ему промеж глаз так, что он вместе со своим абрунгерном вверх тормашками полетел, только пятки засверкали. Потом узнал, что это они из меня девку хотели сделать. Обломались...

А этот, значит, всё лежит. Смотрим, не дышит. Убил. Ну, кликнули держиморд. Набежали, начали мол расспрашивать, что да как. Ну, я им объяснил, что тот первый начал. Поверили. Правда, в яму всё равно на всякий случай посадили. Это у них заместо карцера было... Вы вообще извиняйте за мат да за простой язык, это я когда фэнтези пишу, умничаю, а тут... навроде как душу изливаю...

В яме просидел три дня. Вонища страшная. Там и до меня кого-то держали, всё зассано, засрано, а я брезгливый... На дальняк ходи чуть ли не под себя, яма то тесная, там даже вытянуться во весь рост не выйдет. Гуманизм был при царе, эт точна! Вытащили потом, от меня несёт как от прокажённого, мышцы ломит, руки ноги не поворачиваются. Ну, повели к ручью мыться, а то вонь просто жуткая. Вымылся, значит, обратно привели. А там эти дружки то "абрунгерна" сидят, на меня волками глядят. Но и только. Поняли, что со мной лучше без нужды не связываться...

Ага щас! Это я так подумал. А ночью просыпаюсь, чую неладное. И точно! Один из них ко мне подкрадывается. Я то далеко от них спал, у этих отдельный угол. Баре доморощенные... Подкрадывается, значит, ко мне и руку заносит... Ну я, не будь дураком, руку ему перехватил, смотрю, а у него деревянная заточка в руке. Это простой кусок дерева заточенный, они украдкой его от рукояти кайла отбивали и заостряли. Чем не оружие?

Я ему руку-то перехватил, заточку вырвал и сжал ему кисть. Энтот как заорёт благим матом, его дружки подрываются к нему, а я, значит, заточку зажал и говорю: "Рыпнетесь, сучьи дети, зарежу на хер". Обратно легли. Того я отпустил. Лишний раз в яме тухнуть неохота...

Ага, а наутро просыпаюсь, а меня держиморды хватают, показывают заточку и говорят.

-Твоё?

Я говорю.

-Нет.

Они.

-Как нет, сучий выблядок, у тебя ж нашли!

-Не моё, этих заточка. - Показываю на татей.

В общем, опять меня в яму посадили. Сказали ещё одна такая выходка, и смерть мне. Опять трое суток просидел, вышел, ноги не держат. Ну, повели опять к ручью мыться. Теперь уже один держиморда. А я то смекнул, что если так продолжаться будет, то я ноги протяну, меня ж в этой яме не кормили даже. А стражник молоденький... Ну я выждал когда он совсем расслабиться. Чё я еле иду, он меня не боится. А зря. Я на него набросился как дикий зверь, шею прокусил и начал кровь пить аки упырь. ( У меня и челюсти сильнее, и клыки острее, чем у обычного человека, так что мне это удалось). Чую, сила моя начала прирастать, а он кричать то пытается, а не может ни хера, я ему рот рукой закрыл, он только стонет...

Короче, напился крови аки упырь, свернул ему шею для верности и кинулся в бега. Вдоль ручья шёл. Как то сообразил, что так они мой след не возьмут. Инстинкт, наверное, не знаю. А совсем забыл. Я ж от природы погибче людей то буду. Сильно погибче. Я из кандалов вывернулся, хотите верьте, хотите нет. То же и с ядром (мне его на каторге нацепили). Больно, правда, было, всё себе ободрал. Ну да ничего. Зато живой остался.

Поплутал я по сибирским лесам с месяцок наверное. Примерно в свои края то и вернулся. А потом на ухоронку набрёл. Разбойничью. Ну, стал с ними на дорогах озоровать. А чё мне ещё делать оставалось? Я ж вне закона был, беглый. Не знаю, искали меня там, не искали. Главное что не нашли.

Как разбойнички живут? Херово. Путников не так часто встретишь, светиться часто тоже нельзя, войска на логово наведёшь, так что в основном охотой жили. А ежели узнавали про какого несчастного купчишку (у атамана человек был в городе Н возле которого располагалась наша ухоронка. Почему не называю города? Об этом далее) то не повезло ему. Протянем верёвку меж стволов и ждём. Как только лошади на неё напарываются, тут и мы набегаем. Нас тогда немного было десятка полтора от силы...

Жестоко мы конечно с ними расправлялись. И пальцы отрезали, чтоб перстни добыть и мочки уха обрывали вместе с серьгами, это всё было, правильно говорят. А вот баб на месте никогда не насильничали, токмо уже в ухоронке. Чтоб значитца растянуть удовольствие. Я то в этих забавах участия не принимал, неча на меня волком-то смотреть. А мужиков ихних губил, не без этого. У меня тогда сильная ненависть к богатым была...

Ко мне, кстати, в ухоронке то же пару раз пристать пытались. Думали я мужиков люблю, раз баб не трогаю. Пришлось поучить уму-разуму... Так что те, кто говорит что гомосексуализм с запада пошёл, тот брешет. Всегда он был. Это в генном коде что-то не так, учёные ж доказали. Читать больше надо. Неучи...

А ухоронок у нас было две. Одна неподалёку от дороги, яма заваленная ветками, а другая совсем в глуши, полноценная землянка, ни один жандарм не сыщет. В первой мы перед делом отсиживались, ну а во второй облавы пережидали. Грязно там было конечно и воняло сильно... Но всё лучше, чем под открытым небом.

Но как мы ни хоронились, а в итоге нас всё равно поймали. Человек атамана, наверное, сдал... Десятков пять солдат прибыло по наши души. Ну, тут уж никто даже и не рыпался, а я бежать кинулся. Ну, в меня значит пальнули. Пару раз мимо, а одна пуля попала в бедро. Ну, я на них зарычал как зверь. Они смотрят, а у меня пластика и внешность... ну несколько отличаются от обычной, кожа бледная...

-Смотри, чистый зверь! - Говорит один из солдат.

-А давай его в поместье к нашему графу отвезём, пусть поглядят на такое диво!

Тогда теликов с Интернетами не было... Я, значит, ещё больше распалился. Лучше уж в поместье, чем опять на каторгу. Ихний набольший капитан вроде бы затею одобрил. Посадили меня в железную клеть, они с собой привезли для душегубов, но по такому делу поместили в неё меня одного. Остальных моих товарищей кого тут же пристрелили, слишком старые, а кого помоложе в кандалы да на каторгу (это я из разговоров солдат понял). Повезли в поместье.


***


Поместье было роскошным... Я таких хором отродясь не видал. Для меня это был всё равно что дворец. Но меня понятное дело внутрь не пустили, а поместили в клетке во дворе. И вот теперь к тому, почему я не упоминаю название города. А потому что дворянская фамилия, чьё было поместье, очень известна даже по сей день. И называть я её не буду. А то ещё отпрыски по судам затаскают. Я на своём веку уже достаточно натерпелся, чтобы у меня ещё ото всякой бюрократии башка болела. Кому надо, пошарьте по книгам, кто в Сибири наделы имел. Заебётесь смотреть. Сибирь она большая...

Пулю я сам вынул, рана запеклась, ожог от клейма к тому времени сошёл, мы долго от солдат хоронились, года полтора где-то. Ну, прислуга тамошняя на меня дивится, а я соответственно на них. Ещё бы! Они ж по сравнению с деревенскими чистенькие, да одеты богато. Для меня прям люди из другого мира! Мне ж тогда ещё и восемнадцати годов не было...

Детишки прибежали, каменьями с грязью в меня стали швыряться. Ну да то я не в обиде. Я детей люблю... Своих то у меня никогда не было, да теперь уж наверное и не будет... На дворе осень, я в рванине, но холода не чувствую, я ж особенный в этом плане...

И вот тут то мне и подфартило. Я встретил её. Марочку. От слова мара, морок. Вообще её, конечно, Марией звали, но я только так. Она была дочерью графа. Черноволосая с белой, как мрамор кожей и огромными чёрными глазами, она покорила моё сердце раз и навсегда. Ни до ни после неё у меня не было ни одной женщины. И, наверное, уже не будет. Так то. Бляди рази женщины...

Хозяин тогда был в Петербурге по делам его Величества Государя Императора всея Руси, чтоб у него хер отсох. Посмертно. Так что всем заправляла она. Мать её умерла при родах, всяких там тёть с дядями почему-то не было, братья служили где-то далеко, так что за ней смотрел только управляющий. Но он же не дворянин! Чего он ей сказать-то мог!

В общем, когда она на меня впервые посмотрела меня словно током ударило и слабость я ощутил такую, какую никогда в жизни не чуял. Это я то, колода бесчувственная! Она долго смотрела мне в глаза... Как потом Мара мне призналась она тогда ощутила тоже самое.

Короче говоря, хотите верьте, хотите нет, но ночью она отперла мою клеть, отвела к себе в покои там стоял таз с тёплой водой, я бороду себе обрил, и вот странно даже ни разу не порезался! А ведь в первый раз сподобился... Помылся всё чин чинарём... Она мне одёжу ихнию дворянскую дала. Порты, чулки эти как у гомосеков, парик белый, дурацкий, камзол красный... Всё неудобное до жути, но зато благородное! Я о таком ранее и помыслить не мог...

Ну, а потом... А потом, думаю сами догадаетесь, что было! Чай не дураки... А вообще я узнавал, у дворян раньше вроде как нравы то строгие были, не то что у нас холопов. Хотя и у нас такого разврата, что сейчас творится, не было. Куда катится этот грёбаный мир...

Да только, мне кажется, херня всё это. Только на словах мерси-пожалуйста, а там... Мужики и бабы не хуже нас. Марочка отличалась от этой братии в лучшую сторону тем, что умела живо мыслить и обладала великолепным чувством юмора. Я то был дуб дубом, оно и понятно, мы другие университеты кончали... Но она была само совершенство. Я ощущал с ней некое глубинное духовное родство. Это я потом понял, а тогда я просто был счастлив. Наверное, впервые в жизни.

Наутро Марочка сказала, что это прибыл её кузен. Я то бишь. Как уж она там порешала со слугами, они ж понятно не дураки, и лошади нет, и "кузен" похож на зверя из клетки, который якобы сбежал, я не знаю. Но думаю, просто они закрыли глаза и всё. Раз хозяйка говорит, значит, так оно и есть. Их дело маленькое...

А потом начался мой рай. Всё время мы поводили или в комнате Марочки или в различных комнатах отдыха. Она играла мне на рояле и пела, аккомпанируя себе. В эти моменты мне хотелось свернуться клубком и лежать у её ног подобно верному псу. Вечность. Я ей тоже подпевал, у меня голос то огого! Не современным пидорасам в колготках чета. Оперный, етит твою мать... Ей богу, не вру! Эх, слыхали бы вы, как я пою Шаляпина...

А Марочка играла романсы. Но не только. Сейчас большинство из них я уже не помню. Но вот одна мелодия мне запомнилась. Её написал, как я потом выяснил Тамаза Альбиони, кажется в веке шестнадцатом. Ну, кто знает эти темы, тот поймёт. Остальным и объяснять нечего. Если захотят, сами найдут.

А вот один из этих романсов, если угодно.


Куплет 1

Полон стакан. Пуст стакан. Выпьем с тобой, подруга.

Влево и вправо качнула стан. Жаль, что нет рядом друга.

Влево и вправо качнула стан. Жаль, что нет рядом друга.


Припев.

Ай, яй, яй, яй, яй, яй, яй, яй...

Лей, лей, лей, лей, горечь залей!

Если в груди жжёт.

Лей, лей, лей, не робей. Кто нибудь да поймёт (в последнем припеве "нальёт")


Куплет 2

Я напьюсь, да пойду гулять. Выпьем с тобой, подруга.

Жизнь проходит да наплевать. Лишь жаль, что нет рядом друга.

Жизнь проходит, и наплевать. Жаль, что нет рядом друга.


Припев.


Куплет 3

Я проснусь вся румяная, а над рекой рай.

Спит ватага пьяная, эй подруга вставай, слышишь, наливай!


Припев


Вообще то романсик то этот довольно фривольный, конечно. Я его запомнил, потому что вроде как про нас. Про разбойников. Но ничего пела... Марочка и сама была, как вы уже, наверное, сами поняли, далеко не пай девица. Я у неё всё спрашивал, а ежели кто из родственников приедет, что она им скажет? Она смеялась и говорила, что отец вернётся очень нескоро, братья тоже (Тогда путешествия месяцами длились, а то и годами, это вам не фэнтези, где я нарочно всё сокращаю, чтобы вам мозги не заёбывать и не нарушать динамику действий) так что нам пока ничего не грозит, а там... Там что-нибудь придумаем. Молодёжи вообще свойственно жить сегодняшним днём.

Марочка часто пыталась меня учить чтению и письму, но у меня ни хера не выходило, башка-то с детства отбита, кулачный боец, твою мать, да и не было у меня тогда к этому никакого стремления. Мне другое интересно было с Марочкой делать...

Один раз мы с ней чуть не спалились. В поместье приехал погостить друг её отца капитан по фамилии Майоров. Маленький толстый человечек с усталыми серыми лазами. Мне тогда ещё смешно сделалось Капитан Майоров. Понизили что ли? Ну да ладно. В общем, на наше счастье дальнюю родню этого графа он не знал, вот я и прикинулся одним из кузенов о котором он слышал, но никогда не видел. Я всё же не совсем дурак, да и Мара меня кой чему из их этикета обучила.

Тот кузен вроде как был воякой, так что на некоторую грубость, да незнание французского (хотя иные выражения типа "мон шер" и "бон жур" я выучил) внимания Майоров не обращал. Он вообще оказался очень тихим и интеллигентным человеком этот дворянин с такой необычной для его звания фамилией. С расспросами не лез, интересовался только самочувствием Марочки, да в общих чертах положением дел в поместье.

А ещё он признался, что очень любит кулинарить.

-Если бы я не был военным из меня получился бы хороший повар, - Смеялся он - да и вообще... - И тут он неожиданно осёкся. Мне это почему-то хорошо в память врезалось. Уже потом, намного позже, анализируя эти его слова, я понял, что он хотел сказать. Что для него было бы лучше, если бы он был кулинаром.

А вслух он этого не сказал, потому что раньше для дворянина не было профессии почётнее и престижнее чем военная стезя. Стряпня же удел челяди. Признаться в желании исполнять работу прислуги значило для него непоправимо уронить свой авторитет в наших глазах. Так то. Гостил он у нас недолго, с неделю, кажется, а потом уехал. Так же тихо и незаметно как прибыл. Хорошие люди вообще, как правило, тихие да незаметные. Только от них энергетика такая идёт, что хоть совсем от себя не отпускай... Зато уж всякая мразь всегда в каждой жопе затычка... Блядский мир...

А потом в наше поместье пришла беда. Тиф. Это болезнь такая, если кто не знает. Я от природы не болею, а вот Марочка оказалась послабже. Три дня в лихорадке билась, а потом померла. У меня на руках. Лекари ихние ни хера сделать не смоли. Тогда половина прислуги слегла... После этого я ушёл из поместья. Пока слуги не вспомнили, что я вообще то отнюдь не благородных кровей.


***


И вновь начались мои скитания. Прикидываться благородным я больше не пытался, расколят ведь на раз два, а решил двинуться на восток там в самой сибирской глуши, как шепнули мне добрые люди, жили свободные общины. Поморы. Вроде бы из их числа сам Михайло Ломоносов был.

Долго шёл... Ну а потом набрёл на лесную избу. А там знахарь жил. Ну, разговорились, он мне тогда много о своём деле рассказал. Как травы собирать, что какими травами лечить, и тому подобное. Я это всё подмечал, в жизни пригодится. Ещё он меня обучил азам гипноза, но это не со всеми работает, но всё равно, ежели у человека дурные намерения, то при должной сноровке можно его одним взглядом успокоить. Что б не рыпался, значитца...

Изба травника неподалёку от деревни поморов находилась. Они к нему частенько обращались, то скотину пользовать, то самих какая хворь одолела... А потом знахарь то преставился. Это, значит, помер, если кто не знает, а я то этим языком думаю, а молодёжь иной раз у меня через слово переспрашивает, что я хотел сказать. Так что примечайте, расширяйте, так сказать, словарный кругозор...

Ну, я навроде его преемником стал. Селяне спервоначалу на меня косились, а потом ничего привыкли, я им помогал, они меня кормили, хотя конечно я старику был не чета в этом деле. У меня лучше получается кулаками махать. Это моё.

Ага, привыкли то, привыкли, а потом у них там девочка померла непонятно с чего, тогда часто люди мёрли, и какой-то дурогон возьми да и брякни, что это я порчу навёл. У деревенских разговор короткий, так они мне ночью избу то и подпалили, сукины дети. Насилу спасся.

Да и хер с ней с избой, всё равно не моя, у меня там кот жил большой чёрный, Васькой кликали. Ласковый был, умный... Потом наутро вернулся, зову: "Вася, Вася", ни хера не откликнулся. Или сгорел или сбежал. Жалко... Хотя теперь всё равно уж от старости давно помер.

Думаю, что дальше делать, с поморами не срослось, так пойду хоть мать напоследок повидаю. Извелась вся, поди. Поймают, да и хер с ним. Не всю же жизнь бегать. Ну, добрался до родной деревни. Не сразу, конечно, долго шёл, очень долго.

Дошёл, значит, себя не раскрыл, стал у тамошних про их житьё бытьё спрашивать. Ну, они меня не признали. Хер ли уходил четырнадцать годков было, а сейчас уже все двадцать пять или больше, не помню уже, борода отросла, так и все тридцать можно дать. Сам помором представился.

В общем, узнал, что померла матушка моя, а в доме нашем теперь тётка хозяйничает, я её не знал почти, у неё муж суровый был, меня не жаловал. Ну, спросил за могилку, где матушка похоронена, постоял там немного, помянул её добрым словом и пошёл восвояси.

Бродяжничал... Долго бродяжничал. Это в фентези всё интересно, красочно, то и дело новые приключения, в жизни совсем не так. Так что не обессудьте. В избы стучал, спрашивал, нужна ли какая работа.

Бля, не знаю, кто-то пишет, что сначала, мол, работника за стол сажали, а потом уж работу задавали. Ни хера подобного. Сначала ты поработаешь вволю, а уж потом тебе может чего и дадут. Могли и в шею погнать! Правильно, кто ты - бродяга, голь перекатная. Ещё бесправнее их самих. Тебя фактически то и нет на белом свете. Зато свободный... А у холопов еды и самим не всегда хватает...

Короче, в итоге опять осел в одной деревушке у поморов, чтоб с дворянами проблем не было. Травником. Жил на отшибе, как и в прошлый раз. Токмо у меня возраст тогда к пятидесяти уже подходил. Думал спокойно свой век дожить. На этот раз вроде хорошо прижился, насовсем.

Только смотрю, все мужики моего возраста потихонечку горбиться начинают, чахнут, а я наоборот. Всё крепче и крепче становлюсь. Что самое интересное, простите за такие подробности, в туалет стал ходить всё реже и реже. И потребности не чувствую. Холод, в нём всё дело. Внутренний холод. А вообще не знаю, может чего в генном коде не так, кто там в то время разберёт.

В общем, когда уже седьмой десяток пошёл, а я всё не старею, на меня начали недобро коситься, и я ушёл из своего дома, хотя и было жалко. Как говорится, костьми в него врос.

Внешне я остался молодым человеком лет тридцати, двадцати пяти, ну, может сорока на худой конец, это кто как видит. Опять скитался по деревням, избегая больших городов, а потом в России отменили крепостное право. Тогда великая смута началась в умах русских. Я это хорошо помню и понимаю. Как будто небо на землю рухнуло. А над моей головой наконец-то убрали Дамоклов меч. Ощутив дыхание свободы, я как-будто стал другим человеком. Я себя... осознал как личность, что ли?

Короче говоря, теперь ничто не мешало мне путешествовать по матушке России без оглядки. Решил посетить Петербург. До этого ни в каких других городах не бывал. Боялся. Дошёл. В первое мгновение чуть рассудка не лишился. Совсем другой мир. Как тот лапотник в анекдоте, который стоит и башку чешет. Вот это точно про меня тогдашнего. Ну, побродил по Столице, поглядел на то, как люди живут, да и обратно двинул. Чё, я эту городскую жизнь не знал, там свои законы, не знаешь законов, так тебя враз схарчат и не подавятся. Закон жизни.

Опять взялся за старое, нашёл подходящую деревушку, заделался знахарем. Потом не помню, вроде бы опять место жительства сменил, память не та уже, конечно. Короче, дальше уже только помню, как революция началась. То-то я возрадовался! Сколько веков мы от этих благородных притеснения терпели, и тут такая возможность им отплатить за всё. Но злорадствовал, конечно, по стариковски, в красном движении не участвовал, я ж не сопляк какой-нибудь, чтобы за чьи-то идеалы помирать. Ведь ежу ж понятно, что у власти всё равно не народ будет.

Вообще конечно, тогда беспредел начался полный. Дворянок насиловали, поместья сжигали... Это, не правильно, понятно. Но вот что касается ихних мужиков,... они нас за людей не держали... Так что правильно вас, благородных, пиздили! Заслужили. Запросто так у нас даже кошки не родятся, им перед этим делом еться нужно! Не хер было...

Да эпоха царизма подошла к концу. Как там в одном романсе.


Где же вы, гусары, синие мундиры.

Где же ваши дамы, что затянуты в корсет.

Белые перчатки, платья кружевные.

Молодой неистовый корнет.


Он бросает взгляды, он сердца тревожит.

Лихо по-гусарски он закручивает ус.

И сегодня ночью кто осторожно

Посягнёт на святость брачных уз.


Где же ты, Россия, нищая Россия.

Разорили вороны твою казну дотла.

Нету больше чести. Всё лежит в руинах.

Да идёт недобрая молва.


Где же вы, гусары, синие мундиры.

Где же ваша выправка и злато эполет.

Может, повезёт нам. Вспять вернётся время.

И не будет страшных этих лет.


Тут сейчас ещё один умник хочет монархическое движение возродить. Чтоб, значит, опять благородные над нами верховодили. Ага, возродишь! Как возродишь, так полетишь кверху сракой вперёд тормашками из матушки-России. Возрождатель хуев... То что крепостное право царь отменил ни хуя не значит. Мы с дворянами вровень тогда всё равно не встали. Вон в Англии до сих пор сословные различия имеются... А люди должны иметь равные права. Или хотя бы относительно равные...

Но большевики это палка о двух концах. Если при царе меня не трогали, то теперь я попал в список их врагов. Хер ли знахарь! Почти поп, бля... Я, кстати, попов с детства не терпел, хотя в церкви иной раз бывать приходилось, тогда без этого никак. Лживые они какие-то, не знаю что ли... Крест деревянный, правда, при себе всегда имел на всякий случай, хотя в бога никогда и не верил. Ещё бы при моей то жизни. Потом при совках уже выбросил его на хер куда подальше. У меня перед этими вещами пиетета нету никакого...

Короче, началась коллективизация и прочая херня, и теперь чтобы быть в тени, нужно было уже держаться не деревень, а городов. Тогда в городах сам чёрт мог ногу сломить. Смута. Разруха. Людской муравейник. Воняющий муравейник. Кем я там мог стать без документов и прочей херомудии? Правильно. Им и стал. Бандитом, если кто не понял. Правда, документы я потом себе таки выправил кой какие. Понятно как.

Сначала Ленин паспорта то вроде бы упразднил, удостоверением личности стала считаться любая справка, выданная в их коммунистических парткомах и т. д. Потом при Сталине их вернули. А вот ещё интересный факт. Тут наткнулся в Интернете, что оказывается паспорта крестьянам выдавали ещё при Петре I.

Ебаться в кружку, а чё ж у меня то его сроду не было? Видать теория и практика сильно рознятся в нашей Великой и Могучей. Это всё равно что менты с тобой при задержании навроде как должны вежливо разговаривать, права там зачитать... А на практике вы хоть одного вежливого мента видали? Я лично нет. Что уж говорить про то время...

Короче говоря, первый паспорт у меня появился, кажись в 1932-ом (в Инете прочитал, что именно тогда они и были введены, сам то я такие мелочи вроде точных дат не шибко запоминаю. Заебёшься за два с лишним века запоминать). А вот как он выглядел я хорошо помню. Тёмно-зелёная такая книжечка. Ну да не суть. Вам эта херня всё равно не интересна.

Что помню из того времени? Немного. Ночевал всё время на каких-то левых хазах да малинах. Попробуй тогда жильё найди при моих тогдашних константах! Беспокойное было время. Так... жил я тогда в Москве, а там всё время ухо держать в остро надо. От патрулей НКВДшников бегал. Они тогда там всё ходили, документы проверяли. Ну, какие законы теневой жизни... Город поделён на территории между ворами в законе там и прочими. Хочешь промышлять на районе, плати мзду законнику или иному смотрящему. Ну, платил, конечно, как же без этого.

Я вообще гопстопщиком был. Или по старинке атасником. Босота... То бишь останавливаешь дядю в дорогом костюме и давай, петух городской, выворачивай карманы. Убивать больше не убивал. Не хорошо это, возвращается потом... Иногда бакланов малолетних каких на дело брал. Они со мной любили ходить. Бандиты они ведь тоже люди, страх испытывают. А ну как жертва обернётся охотником? А со мной ничего. Знали, что Сенька Кошмар кому угодно рога сшибить может. Ежели, конечно, людей супротив не больше трёх. Кстати это прозвище мне как раз в Москве то и дали. Уже не помню, когда и за что.

Вообще когда на деле, злиться не полагается, но иной раз остановишь петуха какого расфуфыренного... А ты в вонючей коммуналке, а то и вовсе в бараке живёшь... Ну и изваляешь его в грязищи, что б, значитца поближе к народу оказался! Я ж тоже живой, у меня какие никакие эмоции имеются...

Однажды помню один из наших "клиентов" рыпаться начал, ствол достал... Ну я его маленько и приголубил по уху. Чтоб не озоровал. Ствол забрал. Хотя я это огнестрельное оружие не люблю. Шума от него много. Да и вообще мне было бы выгодно, чтоб его и вовсе на свете не было! Всё моё преимущество в силе на нет сводит.

И вот к этому... Помню, автомобиль первый раз увидел. До того разговоры всякие по деревням слыхал, мол, есть такие чуда-юда железные, что без лошадей сами ездиют. Думал, брешут. Ни хера подобного! Стоит, голубчик...

Ну, посмотрел на этот шедевр мысли... Не понравился он мне. Говорят там, на заре человечества у нас был выбор идти духовным путём или технологическим. Лучше бы уж духовным пошли. Не ту дорогу мы выбрали. Ох не ту... хотя может я и не прав, конечно. Да и свернуть всегда можно, кто бы там что не говорил. Ты вон лучше коню в глаза погляди, в морду ему пофыркай. Может он тебе больше расскажет, чем вся твоя машинерия вместе взятая, а вы...

Молодёжь вообще хилая пошла. Болеют то и дело... Ну да ладно, зато хоть умные в отличие от нас тогдашних.

Помню, кинотеатры появились. Как это... синематограф! Ну, решил сходить... фильм "человек с бульвара Капуцинов" видали? Когда там ковбои от нарисованного поезда убегают. Почти про меня. Останавливаюсь, значит у афиши, а там накалякано чего-то, я читать-то не умел ещё тогда. Останавливаю девушку одну, говорю.

-Дочка, прочти мне, пожалуйста, что там написано.

Она на меня так удивлённо глянула, а потом всё же прочла.

-"Свинарка и Пастух".

Я думаю, чего это она на меня так вылупилась, а потом дошло, я ж её дочкой назвал, а сам на вид навроде её ровесника. Да, чудны дела твои, Господи...

Ну и во время просмотра постоянно дёргался как припадочный. То мне казалось, что актёр ко мне обращается, то ещё что... Всё на других поглядывал, как они себя ведут. Те спокойные были, ну и я, тоже старался...

Да ощущения, конечно, незабываемые были... Сколько раз потом в кино не ходил, с первым всё равно не сравниться. Кстати, для справки тем, кто не знает, один из актёров "Свинарки и пастуха", не буду называть фамилии, жив и по сей день. Ему уже более 90 лет. Хотя по сравнению со мной всё равно ещё пацан пацаном...

В Великой отечественной не воевал. Не довелось. Я тогда в Москве кантовался, так что помню, какой ажиотаж был, когда фашисты к ней почти вплотную подступили. Москву то мы отстояли, если кто не помнит...

Потом война закончилась, помер Сталин, расстреляли Берию, Маленков тоже недолго продержался у власти, началась хрущёвская оттепель. А я ещё при Сталине с одним профессором скорефанился, фамилию называть не буду. Я его тогда от хулиганов спас, ну он меня к себе на чай пригласил. Всё расспрашивал меня о моём житье-бытье. Ну, я ему и насвистел, что, мол, там, на заводе работаю и прочая. Вот только, говорю, читать не умею, сам сирота, родителей нет, беспризорщина.

Он мне значит отвечает.

-Не вопрос, обучим.

Ну, начал учить. Сперва читать, потом писать. Я это дело быстро освоил, это я с Марочкой был дурак дураком, а тут уж мне годов незнамо сколько. Стыдно было бы спасовать. Короче, научился писать, решил парочку рассказов о нашей нелёгкой жизни накропать. Это уже как раз при Хруще было. Накропал на печатной машинке профессора...

Какой марки была, не знаю! А то меня тут один уже заебал за полдня... Да я в них и по сей день не шарю. Также как и в марках машин и в названии огнестрелов. Чё мне от этих названий? Ни жарко, ни холодно...

А то прочитал тут у одного, всё про технические херни эти пишет, а про жизнь ни хера. Токмо в самых общих словах. Блять, так мне, если надо будет про эту технику узнать, я могу и инструкцию прочитать! Зачем писал, чё хотел? Непонятно... А ещё один умник намерено открещивается от самых жёстких жизненных тем. На хуй ты это делаешь? Чтоб воспитывать дебилов? А то эти, которые ничё не видали люди, а остальные так, мусор... Так и я могу сказать что этот хуёвый, тот хуёвый, этот вообще говно... На хуй ты это делаешь? А потом жалуетесь, что у нас засилье дебилов и инфантов. Ни дела нормального сделать, ни, прости господи, бабу отъебать как следует не могут... Ай, бля расстроили вы меня!... Читайте лучше дальше, ну вас на хуй...

Пошёл сдавать в издательство... Ага, щас кто в то время жил, небось, ржёт надо мной, как подорванный, а я то не знал тогда всю эту бюрократию. Короче, раньше была такая херня, щас не знаю уже есть или нет. Союз писателей. Если не являешься его членом, хер чего издашь.

Ну, захожу значит туда, а там, в кабинете боров жирный сидит, морда красная...

-Чего надо?

-Так это... вот рассказы принёс...

-Интересно... а вы значит член союза писателей?

-Чего...

-А в коммунистической партии нашей состоите?

-А что надо?

-Так, а ну-ка пошёл вон отсюда! Щенок! Он у меня ещё время тут отнимать будет!

Ну, я ушёл, не забыв перед этим хорошенько шваркнуть крикливого мудака об стол жирной ряхой. Что, значитца, впредь повежливее был. Ну, потом скитался опять по Москве, да по её областям. Потом в Питер подался. Там я встретил Любу. Это уже было при Брежневе в 70-ых. Люба была маленькой девчушкой лет пяти тогда, отца у неё не было, а мать беспробудно бухала. Ну, забрал её к себе. Жил я тогда в одном деревенском домике, мне его один кореш завещал после смерти. Люба росла очень непослушной девочкой. Наверное, вся в своих непутёвых родителей. Мне постоянно хамила... Сейчас я жалею, что у меня тогда не хватило духу дать ей хорошего ремня. Может быть, тогда сейчас она была бы жива...

Однажды помню, Любка пришла домой с порезанной рукой. Я говорю.

-Что случилось?

Она мне.

-На стекло упала.

Ага, конечно, кого обмануть-то хотела. Меня? Я ж все эти порезы хорошо отличаю. Нож это был, а не стекло. Тут и к гадалке не ходи. Говорю.

-Кто?

Молчит. Всё одно дознался. Пошёл в её школу. Там деревенская школа-то, документы её особо никто не проверял (я их подделал, понятно). Там понятно, какая публика. Ну, выцепил огольца, который сие сотворил, родители алкашня и знать не знают чем их сынок занимается. Отвёл в лесок. Говорю.

-Ещё раз такое увижу, убью.

А он на меня смотрит, а в глазах одна чернота. Ну, я этот тип людей знаю, таким по хуй, что говорить, ещё и назло мне сделает. Хуй ли мне теперь её в другую школу переводить? Так куда? А вдруг там такой же умник заведётся? А мне в городе за ней следить и вовсе несподручно будет. А Любка у меня одна. Ай бля... Короче, там недалеко пещера была... В общем, зашли мы туда вместе, обратно вернулся я один...

Потом Любка выросла и уехала в город. Как вы щас говорите, затусила там с одним. Он ко мне раз приходил, я говорю.

-Не связывайся с ним. Дурной он человек.

-Чё ты мне жить мешаешь!

Ну, уехала. Даже адреса мне не оставила. Сказала её не искать. Года два терпел, потом не удержался, навёл справки о её хахале, выяснил, где живёт. Приезжаю, оказалось поздно. Совсем чуть-чуть опоздал. За три недели до моего приезда Люба умерла от героина. Передоз. Хахаль её тоже от этой дряни скопытился. Его счастье. Случись иначе, он бы у меня так легко не отделался...

Книги стал читать. Точнее читать то я их начал намного раньше. Но теперь в особенных количествах. Тоска навалилась после Любкиной смерти такая, что хоть помирай. Спасался. Я до этого у профессора книги то почитать брал, ну, когда в Москве был. А сам ни разу не покупал их до этого, если я правильно помню. Пришёл, значит, в магазин.

-Дайте мне Ефремова "Туманность Андромеды".

-Пожалуйста. А вот вам в "нагрузку" сочинения Ленина (или Брежнева уже не помню).

Щас, кто в то время не жил, думает. Какие добрые продавцы! Забесплатно дополнительную книгу дают! Ага, держи карман шире. В "нагрузку" означает, что если хочешь купить Ефремова должен купить и сочинения Вождя революции. Не купишь Ленина, хуй тебе продадут Ефремова. Причём на совершенно законных основаниях. В советские времена жилось лучше, чем сейчас... по любому...

Ну, я Ефремова взял, деньги на стол кинул, и пошёл своей дорогой. Она мне.

-А Ленин?

Я ей кукиш (факи тогда ещё не придумали). Она.

-Милиция, милиция...

Хуиция! Пока мусора туда подойдут, меня уже и поминай как звали. Чё у меня денег что ли до хуя этого Ленина покупать? А в магазин больше не ходил, книги доставал через знакомых. Бля, у меня Ефремова была вся коллекция романов. В чёрном таком переплёте. Проебал. Дом пришлось оставить, там чё то менты мной заинтересовались, уже не помню почему, пришлось срочно валить. Жалко книженции...

Потом ещё у меня случай был, я значит на одной хазе всё зависал, а потом смотрю, какой-то интелигентик в очках по нашему подъезду ходит. Я говорю ему.

-Дай в долг 10 рублей! (Тогда довольно большая сумма).

Ну, он дал (попробовал бы не дать). Я их прожил, пошёл к нему на хату чтоб отсрочку попросить, а вместо этого... Правильно. Ещё попросил. Ну и их прожил. А потом у него жена померла, меня чё-то совесть заела, и я ему долг ещё и с процентами вернул. Так что не совсем я ещё пропащий...

Опять скитался по хазам да малинам. Долго скитался... На малине вообще тоже свои законы. Кто левый туда за просто так не попадёт. Ну, я с людьми общий язык давно находить научился. Главное, не выёбывайся без нужды, и нормально. Но и в обиду себя, понятно, тож давать не след. Ежели кто сильно докучает, то можно так сказать: "сгинь, овца, пока при памяти". Только не вору. А то проблемы будут. Если силы нет, то лучше так конечно вообще не базлать... У меня есть! Вы же как хотите...

А то был у нас там один, то ли солдат бывший, то ли кто... Тупой как валенок! Всё ходил к молодым сявкам приставал: "Давай чухаться, давай чухаться!" Я кроме этого "давай чухаться" больше от него, по-моему, ни одного слова то и не слыхал. Ну, кого уламывал. Хер ли, здоровый, мог и силой взять, чего ему надо. Один раз он по пьяни перепутал меня с молодняком и обратился с этим вопросом ко мне... С тех пор в нашей Великой и Могучей на одного жопошника стало меньше... За того мудака, кстати, никто даже и впрягаться не стал. Заебал он всех там... А чё терпели, непонятно... А то бы так можно было б любого неугодного убирать! Нет, господа хорошие! Если кого из того мира замочишь, то 99% что проблемы потом будут. У всех же кореша, подельники... бездельники... Ну, 99 всё одно не 100...

Перестройка началась. Горбач проебал страну, развалив её на республики. Пришёл Ельцин, начались лихие девяностые. Время было страшное. Я тогда перешёл дорогу одной группировке, но рассказывать в подробностях об этом не могу пока. Думаю, сами врубаетесь, почему. Короче, кое-как выкрутился. И понял, что пора становится человеком. Время подходящее (это уже при Путине было). А для этого нужно постоянное жильё. Ну, в Москве при моих константах такое хуй купишь, да и не люблю я её. Грязный город.

А вот в Кёниге мне понравилось. Я сперва поехать то туда решил только потому, что до этого не бывал ни разу. Ну, надо ж, в конце концов, посмотреть, что за трофей мы у фрицев отбили! Приехал. Ничего понравилось. Зелени много, воздух куда чише, чем в Первопрестольной.

Ну, купил однушку, деньги понятно как добыл. Паспорт тоже... Ага, щас если кто из фэбэшников думает, что меня на этом поймать можно, то ни хера! Я в конце повести так и напишу, что произведение, мол, художественное и к реальной жизни никакого отношения не имеет! Поди, докажи, что не так!

У нас щас вообще, знаете, какая эпоха, нет? Скажу, подумаете, что я совсем того, вот увидите... Ренессанса! Нет, я не шучу. Скажете ренессанс у нас был там в семнадцатом, восемнадцатом и так далее веках? Хуёв как дров! Ни хера его у нас не было... В Европе был. У нас шиш с маслом! Я же немного ту эпоху застал. Хуже средневековья, бля... Почему сейчас Ренессанс? Да потому что творчеством стали заниматься все кому ни лень! Писак развелось, как собак нерезаных... Это всё от 90-ых ноги-то растут... Кто застал начало всей этой катавасии, тот помнит... Тогда вообще был амбец... Но вообще, и хорошие авторы есть, без этого никак... Я, например!... Кто сказал, графоманствующее быдло! Щас как...

Ну чё там дальше, стал романы писать. Теперь цензуры то нема. А вот те старые рассказы я проебал. Ну да ничего. Восстановлю по памяти. Она у меня как вы уже, наверное, поняли, крепкая... До этого я с пацанами молодыми скорефанился, ну они меня и компьютером пользоваться обучили, и "Властелина колец" почитать дали, я до этого честно признаюсь, ничего лучше в руках не держал! Фантастика хорошо, а фэнтези лучше. Моё мнение.

Ну, подсел на фэнтези, а после уже стал романы писать, как и говорено было. Ну, чё, кто меня как писателя знает, тот в курсе, что я пишу и как. Щас три романа вышли про бессмертного оборотня Самхейна, кому интересно, покупайте книги, да читайте.

А вообще к современной жизни мне приспособиться тяжеловато. Выживать то легко, а вот жить... Хотите верьте, хотите нет, но когда я плачу за мобильный в терминале, то постоянно отдёргиваю руку. Мне кажется, что этот чёртов автомат откусит мне пальцы. Или в этом ёбаном Интернете. Как вылезет какая-нибудь херня, и у меня уже паника! Не знаю, чё делать. Пацаны ржут надо мной... Ей богу, мне в подворотне с гопотой комфортнее, чем в хате за монитором! Чувствую себя как на вулкане... А когда мне сказали, что всякие там хакеры могут у меня деньги спиздить или ещё чего, то вообще невмоготу стало...

Но, вообще, жизнь, конечно намного лучше стала, это ни взять, ни отнять. Кто говорит иначе, тот долбоёб стоеросовый, своего счастья не понимает... Ладно что-то запизделся я с вами. Пора и честь знать. Так что за сим заканчиваю, это был Великий бессмертный, человекобог и король всея гопников, распиздяев и долбоёбов Сенька-Кошмар!


Часть вторая. Мастер порока.


Я как обычно сидел в своём любимом баре, разглядывая танцующие пары. В их танцах есть нечто завораживающее. Во всех этих девушках, что слетаются, словно мотыльки на огонь на запах порока, в их беспечных парнях, налитых здоровой нерастраченной силой. Во всех них. Но самое смешное то, кое-кому из них сегодня не дожить до завтрашнего утра. Так уж распорядилась судьба. Точнее я в лице её.

Жизнь моя уже давно напоминает ночной кошмар во плоти, но это всё же лучше, чем небытие. Поэтому я развлекаюсь, как могу. Меня зовут Кирилл, мне двадцать четыре года отроду. Но я не человек. Я вампир. С недавних пор. До того как стать им я был обыкновенным закомплексованным парнем, над которым постоянно издевались все кому ни лень. Но теперь всё иначе. Я изменился. И теперь ни одна тварь не посмеет ни то что посмеяться, но даже и косо взглянуть на меня. Ибо теперь у меня есть сила...

Своего создателя я встретил примерно год назад, когда он охотился на ночных улицах Кёнигсберга. Эту нашу встречу я до сих пор помню как сейчас...


***


Аргус неторопливо оторвался от шеи тщедушного парня лет двадцати и с наслаждением вдохнул прохладный осенний воздух. Да, давненько он не бывал в славном Кёнигсберге и теперь наслаждался его неповторимой архитектурной красотой и пока ещё практически неизгаженной человеком природой.

Аргус терпеть не мог людей, никчёмные грязные совокупляющиеся создания были омерзительны для старейшего вампира на Земле, первого в своём роду, если верить слухам, ведшего своё происхождение чуть ли ни с легендарной Атлантиды. Однако этот юноша чем-то неуловимо отличался от них. Отличался настолько, что Аргус, прежде чем брезгливо отбросить его тело в сторону, ещё раз взглянул в его затуманенные болью и вампирьим ядом глаза.

-Добей... - Слабо прохрипело тщедушное создание слабым прерывающимся голосом.

-Зачем? - Равнодушно произнёс Аргус. - Ты и так скоро истечёшь кровью.

-Ненавижу... - Вновь прохрипел человек, и слабо закашлялся.

-Кого, меня?

-Всех вас, ничтожных людишек...

-Вот как? - Удивлённо поднял бровь вампир, этот странный парнишка его явно заинтересовал. - И за что же ты так ненавидишь людей?

-Вы все... издевались надо мной... с самого рождения... твари... - Просипел обессиленный человек, а затем глаза его закатились, и он потерял сознание.

Аргус задумчиво прищурился. У него давно уже не было учеников, а одиночество и скука - самый страшный враг бессмертных. Попробовать что ли... По крайней мере у этого юнца есть огромный запас ненависти, его дух горит, в отличие от давно погасшей чёрной как самая непроглядная ночь души самого вампира... Что ж... Прикинув все за и против, Аргус решительно закатал рукав своего дорогого чёрного пальто и прокусил себе запястье. Это будет славное развлечение...


***


Вот так я и стал тем, кто я есть. Очнулся я через несколько часов в том же грязном переулке и с удивлением понял, что рана на шее полностью затянулась. Чуть позже пришло и осознание собственной физической мощи и... жажды. Эх и знатно же я тогда позабавился с теми пятью гопниками, что столь опрометчиво напали на меня возле моего подъезда! Было очень весело... Мне. Им, я думаю, не слишком... Интересно было бы узнать, что подумали полицейские, обнаружив пять разорванных на куски тел местной шпаны. Наверное, до сих пор гадают...

Тот странный вампир так и не объявлялся боле. Видимо, забыл о своём детище. Ну, да и пусть его. Главное, что он дал мне силу. Или даже не силу, а Силу с большой буквы. Того чего мне так не хватало на протяжении всей моей жизни. Все эти байки насчёт того, что угнетённый ранее человек, получивший силу вдруг становится ласковым и пушистым, полная брехня.

Лично я, как только стал вампиром, первым делом уничтожил всех своих одноклассников, которые издевались надо мной в школе. Их громкие вопли, когда я заживо сдирал с них кожу, медленно... казались мне самой сладкой музыкой на свете. Моей собственной лунной сонатой. Моей симфонией Света, если угодно.

В нашем мире нет ничего прекраснее насилия. Ничто не сравнится с ним. Ни любовь, ни секс, ни наркотик, ничто. Ни один порок. Видеть своего врага, хрипящего в луже собственной крови, ощущать собственную силу, своё величие, вот высшее счастье. Раньше я не понимал этого. Не понимал, почему надо мной смеются и унижают, почему ни одна девушка даже не смотрит в мою сторону, но теперь я прозрел.

Самой судьбой мне была уготована иная участь. Мне изначально суждено было подняться выше остальной человеческой массы. Или, если угодно, скота. Именно так теперь я и называю всех обычных людей. Да и необычных тоже. Ибо что человек даже самый известный и талантливый перед бессмертным вампиром? Ничто. Даже меньше чем ничто...

Да теперь мне не нужны девушки. Я итак могу взять любую, какую пожелаю, но даже сама мысль о сексе теперь вызывает у меня лишь омерзение. Совокупляться с этими грязными созданиями? Нет уж увольте... Кстати, все эти басни по поводу того, что вампиры сгорают на солнце, полная брехня. Лично я могу ходить в любое время суток, где мне вздумается. А ещё теперь я бессмертен. Откуда я это знаю? Изнутри себя. Простому человеку такого не объяснишь. Это надо чувствовать. Конечно, меня можно убить, но сделать это для человека крайне затруднительно. Время же не властно надо мной вовсе. Кровь моего создателя пылает во мне дивным огнём, наделяя меня доселе невиданными силами, и впервые в жизни я могу сказать, что по настоящему счастлив...


***


От толпы танцующих отделилась одна невысокая рыжеволосая девушка и неровной походкой направилась прямиком к выходу. А вот и моя потенциальная жертва. Я сегодня уже питался, но людишек можно не только выпивать досуха, можно ещё и...

-Сегодня прекрасный вечер, не правда ли? - К изрядно подвыпившей рыжеволосой девушке неслышно подошёл невысокий молодой человек с дерзкими чёрными глазами и длинными русыми волосами.

-Ой, а ты кто? - Шаловливо проворковала девушка, на которую уже начало действовать колдовское очарования детей ночи.

-Ваш покорный слуга! - Обольстительно улыбнулся незнакомец, и девушка звонко захохотала.

-А у меня вообще-то есть молодой человек!...

-Правда? - Искренне удивился незнакомец. - И где же он? Что-то я его не вижу... А оставлять такую прекрасную девушку одну даже на секунду на мой взгляд есть наитягчайшее преступление. - С этими словами Кирилл решительно взял девушку за руку и повлёк за собой. Она не сопротивлялась. Во-первых, она была уже изрядно пьяна, а во-вторых, на её сознание был наброшен колдовской морок, не дающий ей предпринимать какие-либо решительные действия.

А тем временем Кирилл завлёк девушку в один из подъездов пятиэтажки, стоящей неподалёку от бара и повёл на крышу.

-А куда мы идём? - У девушки, наконец, проснулся слабый интерес к происходящему.

-Увидишь. - Загадочно пообещал вампир. - Это будет сюрприз.

-Ой, как я люблю сюрпризы... - Мечтательно протянула девушка и поднялась следом за Кириллом на самый верх.

На крыше было довольно прохладно из-за пронизывающего ветра, который продувал насквозь.

-Холодно. - Пожаловалась девушка.

-Потерпи, это ненадолго. - Успокоил её Кирилл. - Подойди сюда к самому краю... Да не бойся, я не дам тебе упасть... А теперь подними юбку... Вот так...

-Секс на крыше... - Промурлыкала девушка. - Экстрим...

-Да... - Согласился Кирилл, брезгливо оглядывая её голую задницу- экстрим... А теперь... - Вампир неожиданно сделал шаг назад и дал девушке грубого пинка под зад, от которого она с коротким криком исчезла внизу. - Сюрпрайз! Вот тебе и экстрим, тварь...


***


Проводив взглядом падающее тело девушки, Кирилл позволили себе презрительную усмешку. И это ничтожество подумало, что я стану с ней трахаться? Какая наивность... Пускать теперь с ней занимаются патологоанатомы... чем хотят. Ему же здесь делать больше нечего.

Неторопливо спустившись обратно на улицу, Кирилл неспеша направился к своему чёрному джипу хаммеру, который он купил совсем недавно, благо его новые возможности открыли ему доступ к новым источникам дохода. И довольно немаленьким, надо сказать.

Проезжая одну из подворотен, вампир заметил пару активно совокуплявшихся бомжей. Сперва он хотел проехать мимо, но неудовлетворённая жажда насилия вновь взыграла в его душе, и он неспеша притормозил за углом. Взяв в руку свой длинный, отточенный до немыслимой остроты мачете, Кирилл неслышно направился в занимающейся сексом парочке.

Незаметно подкрасться к двум оборванцем не составило никакого труда для исчадия ночи, а затем он примерился и одним отточенным движением отсёк мужчине половой член. Бич истошно заорал и рухнул на асфальт, забрызгивая его собственной кровью. Бичиха сперва с пьяных глаз ничего не поняла, но потом завопила в унисон с любовником, с ужасом вынув из себя окровавленный обрубок его члена.

Кирилл же, который к тому времени уже успел добежать до своей машины, лишь злорадно ухмыльнулся. Он нарочно не стал убивать этот человеческий мусор, чтобы воспоминания об этой ночи мучили их до конца их никчёмной жизни. А опознать его они не сумеют. Слишком уж быстро он движется для их человеческих глаз...


***


И вновь мчится чёрный хаммер по дорогам славного Кёнигсберга. Именно так, по старому предпочитал называть его Кирилл. Это казалось ему... более изысканным, что ли? Из динамиков магнитофона звучала песня какой-то популярной группы. Вампир сперва хотел было переключить на свою любимую оперу, но затем что-то заставило его прислушаться.

-Девочки-открывашки... - Надрывался неизвестный для Кирилла певец.

"Девочки-открывашки" - Завертелось в мозгу вампира - "Девочки-открывашки, девочки-открывашки,... а почему бы и нет?" - Наконец, пришёл к окончательному умозаключению Кирилл и, переключив свой магнитофон на оперу, повернул в сторону окружной.

Выехав недалеко за город, вампир остановился перед двумя грубо размалёванными путанами, стоящими на "точке".

-Девочки, свободны? - Негромко поинтересовался он.

-Свободны... - Нагло отозвалась одна из девиц, жуя жвачку.

-Сколько?

-Штука за час.

-Понятно... Сутенёр есть?

-А зачем тебе? Мы с ним потом сами расплатимся...

-А на точке его нет?

-Чего пристал, вон он в тачке... - Недовольно протянула одна из девиц, указывая на чёрный "бумер", стоящий неподалёку.

-Сейчас я быстро... - Успокоил вампир проституток и направился к машине сутенёра.

Сам сутенёр, худой кавказец в "Адидасе" и чёрных очках обнаружился на переднем сидении своего авто.

-Ну? - Довольно неприветливо буркнул он, нагло уставившись на Кирилла.

-Извините, уважаемый, я бы хотел снять у вас девочек на всю ночь. - Вежливо начал вампир, украдкой косясь на путан.

-Ну и чё, с ними и договаривайся... - Гнусаво протянул сутенёр, но тут рука Кирилла резко дернулась вверх и одним молниеносным движением вырвала ему кадык. Сутенёр сдавленно захрипел и через несколько секунд бессильно обмяк на своём сидении, а вампир, брезгливо вытерев руку об обивку кресла машины, направился обратно к путанам.

-Ну, девочки, всё в порядке. - Жизнерадостно резюмировал он. - Я вас снял на всю ночь, ваш сутенёр не против.

-А мы чё говорили! - Обрадовалась одна, что теперь её и её подруге не придётся мёрзнуть тут всю ночь. - Слышь, Любань, ну чё, поехали?

-Поехали... Согласилась её подруга, и хаммер загрузив в себя двух обалдевших от счастья блядей, двинулся в путь...


***


-Эт чё такое? - Недовольно поинтересовалась одна из путан, крашеная блондинка с наглыми голубыми глазами. - Ты куда нас завёз? Гаражи... Слышь, мужик, ты не извращенец?

-Нет, нет, что вы, девчата... - Поспешил успокоить их кровосос. - Даже близко нет... Сейчас зайдём... я кой чего заберу... а уж потом... - Не прекращая говорить вампир вышел из машины, направившись к ближайшему гаражу, а затем резко дёрнул на себя тяжёлую металлическую дверь и не обращая внимания на обломившийся у основания толстенный замок распахнул её настежь.

-Слышь, мужик, мы, пока ты возишься, покурим? - Крикнула из машины одна из проституток.

-Давайте, курите. - Согласился Кирилл и, дождавшись, когда девушки выйдут из машины, вынул из багажника моток прочной верёвки и две грязные тряпки.

-Идите сюда, кой чего покажу. - Позвал он девушек за собой, и когда они неохотно зашли в тёмный гараж, быстро подскочил к ним и смачно звезданул обеим сразу кулаком по лицу. От его удара девчата рухнули как подкошенные, а Кирилл, не теряя времени даром начал сноровисто обматывать их верёвкой. Крепко привязав их друг к другу, вампир сунул каждой по грязной тряпке в рот.

-Ммммм... - Беспомощно замычали девицы лёгкого поведения, осознав в какую же, простите, задницу, угодили.

-Мычите, мычите... - Зловеще прошипел вампир, и направился к выходу. - Скоро я вернусь...


***


Отогнав машину в свой собственный гараж, который, к слову сказать, был у него совсем неподалёку, Кирилл быстрым шагом направился обратно.

-Эй, дядя, время не подскажешь? - Нагло протянул какой-то местный гопник, неспеша выходя из-за угла и лениво поигрывая выкидухой.

-А как же! - Радостно согласился вампир и, походя, одним молниеносным движением сломал отморозку шею. Его тело рухнуло только тогда, когда Кирилл был уже в десяти метрах от него. После этого кровосос резко ускорил шаг. Время дорого. Мало ли, что могут выкинуть эти потаскушки, пока его нет...

Дойдя, наконец, до нужного места, он обнаружил путан в том же положении, в каком и оставил, правда, видно, что они пытались ползти и не прекращали мычать, но это им не помогло. Кирилл грамотно спеленал их по рукам и ногам, не дав им ни малейшего шанса ускользнуть.

-Ну что, твари, вот и пришёл ваш конец. - Ласково обратился вампир к своим жертвам, а затем принялся медленно раздеваться. Сняв с себя всю одежду, кровосос вынул из кармана пиджака небольшой, но очень остро заточенный нож, а затем, встав рядом с путанами, двумя точными быстрыми движениями взрезал им обеим сонную артерию. Кровь фонтаном брызнула из рассечённых шей, а Кирилл резко вздёрнул им головы вверх, чтобы ни капли драгоценной влаги не пролилось мимо. Поток крови, что был особенно сильным из-за страха жертв, окатил вампира с ног до головы, и тот довольно зарычал, ловя языком восхитительно-алые капли.

Наконец, когда через несколько минут напор иссяк, а жертвы перестали дёргаться, Кирилл брезгливо отпустил их, и наскоро обтеревшись загодя прихваченным с собой полотенцем, особенно тщательно вытерев руки, оделся. Не беда, что на нём осталось ещё много этой влаги жизни, благо одежды у него тоже немало, да и салон его автомобиля как никак кожаный...


***


Вот уже третьи сутки Кирилл метался по своей шикарно обставленной квартире, не зная, куда себя деть. Всего год. Один лишь год! Прошел с момента его превращения в вампира, а он не знал чем себя занять. И это при его-то возможностях! Родители его давно умерли, семьёй он по понятным причинам не обзавёлся, друзей тоже не нажил, вот и оставалось ему только мстить всему белому свету за свою искалеченную судьбу.

Но тупо убивать смертных ему уже приелось. Однако мозг вампира - совершенная машина, не знающая сбоев, и, наконец, Кирилл понял, чего ему не достаёт. Риска! В нём всё дело. Неинтересно убивать тех, кто не может тебе ответить, однако если найти... По лицу вампира пробежала зловещая улыбка. Кажется, он наконец-то понял, что ему делать дальше...


***


-Бля, ну не знаю, Варлам три года в десантуре отрубил, ебашится как зверь... - Не слишком уверенно протянул молодой гопник в спортивном костюме, со страхом глядя на Кирилла. Этот парень, несмотря на интеллигентную внешность и спокойные манеры подспудно внушал хулигану прямо таки животный ужас.

-Где он живёт? - Спокойным голосом спросил вампир, вытаскивая из кармана тысячерублёвую купюру.

-Да вон в доме напротив в ближайшем подъезде, квартира 5. - Указал гопник на обшарпанную пятиэтажку явно довоенной немецкой постройки.

-Ещё кто с ним живёт?

-Да не, он один на хате кантуется, бухает, баб ебёт... в общем охуенная у него житуха... - С завистью протянул хулиган, сам пока ещё живший с родителями, которые не слишком-то жаловали весьма специфический образ жизни своего обожаемого отпрыска.

-Ясно. Пошли, покажешь квартиру.

-Э не, я не хочу в стукачи загреметь! - Помотал головой гопник, явно пересиливая себя. Его инстинкты заставляли его безоговорочно подчиняться Кириллу, как более сильному самцу. - Ты уж как-нибудь сам...

-Ладно. Но смотри, если ты меня обманул, я тебя из под земли достану и вырву кадык. - Спокойно проговорил вампир, и от его холодного шипящего голоса хулиган чуть было не обмочил штаны.

-Да не, не ты чо... да у любого на районе спроси, Варлама все знают... - Испуганно зачастил гопник, тихонько пятясь от Кирилла.

-Хорошо, верю. Вот тебе деньги. - Кровосос протянул пареньку измятую тысячу. - И давай вали отсюда. Если хоть кто-нибудь узнает о нашем сегодняшнем разговоре, долго ты не проживёшь, это понятно?

-Ппонятно... - Кивнул паренёк и поспешно ретировался, направившись прямиком к ближайшему ларьку. После такого задушевного разговора ему срочно требовалось снять стресс.


***


-Кто? - Грубо рявкнул Варлам, вальяжно подходя к входной двери в ответ на раздавшийся в его прихожей звонок. Эта манера стала его неотъемлемой частью сразу после того как он уволился из вооружённых сил РФ.

Как и сказал молодой гопник, Варлам три года отрубил в ВДВ ещё в 90-ых. Два - срочную, и один по личной просьбе комбата. Просьбе, которой Варлам по понятным знающим людям причинам никак не мог отказать. За время службы Варлам научился многим полезным вещам. К примеру, драться как зверь и бухать как лошадь. Отличаясь с детства завидным здоровьем и силой, он сумел пройти духанку по более лёгкому пути. То бишь скорешился с дембелями и от души пиздил свой призыв вместе с ними.

Таким образом, из армии вчерашний хулиган уже вернулся законченным быдлом, обладающим непомерным самомнением и считающим что тот, кто не служил в армии, у того праздник 8 марта. Обладая изрядными бойцовскими навыками, Варлам быстро набрал авторитет среди местной гопоты, и теперь считал себя чуть ли не королём района.

-Кто, бля?! - Нетерпеливо рявкнул Варлам во второй раз, поняв, что неизвестный не желает отзываться.

И в этот момент дверь слетела с петель, вывернутая одним мощным, но при этом мягким ударом. Варлам едва успел отпрыгнуть, чтобы не оказаться придавленным ею.

-Ты чо... - Изумлённо протянул вэдэвэшник, глядя на хрупкого парня в чёрном пальто и глухой чёрной маске, спокойно стоящего перед ним.

-По твою душу... - Усмехнулся вампир и с силой толкнул Варлама в грудь обеими руками, отчего тот пролетел через весь коридор и впечатался спиной в один из шкафов. Удар был такой силы, что шкаф завалился на бок, подняв при этом жуткий грохот. Варлам ошалело вскочил и затем, приняв боевую стойку, нанёс Кириллу серию быстрых ударов руками и ногами.

Это оказалось слишком просто. Удары человечка, которого его жалкие собратья считали сильным бойцом, были слишком слабы и медленны для молодого вампира. Легко увернувшись от них, он резко вскинул кулак и нанёс своему сопернику молниеносный удар в кадык. Удар был настолько сильным, что смял Варламу трахею и переломил шейные позвонки. Вэдэвэшник, хрипя, рухнул на землю, а кровосос поспешил удалиться, пока на шум боя не сбежались соседи.


***


-Это было слишком просто... Ещё кого из бойцов знаешь?

-Да не... - Замялся гопник. После того как Варлама убили какие-то неизвестные, а его квартиру на время опечатали, Кирилл не появлялся в этом районе три дня, а затем вновь вернулся и нашёл того же самого гопаря, которого, кстати говоря, звали Вовой.

-В общем, так. Если найдёшь мне подходящего кандидата, получишь десять штук. Только мне нужен настоящий боец, а не та размазня, которую ты мне подсунул. Искать меня не надо, я тебя сам буду периодически находить. Будешь болтать про меня языком... Знаешь, что с тобой случится. Всё, бывай. И постарайся не разочаровывать меня. Я этого очень не люблю...


***


-Ну что, есть новости?

-Ага, есть. В общем, короче, в районе Вагонки есть такой Сенька Кошмар. Я поинтересовался у знающих людей, говорят, сильнее человека они ещё не встречали.

-Да... ну хорошо. Вот тебе пять штук. - Кирилл нехотя отсчитал синеватые купюры. - Если твой этот Кошмар меня не разочарует, получишь остальное. Всё, бывай. И ищи дальше. Мне нужно много воинов...


***


Вычислить, где именно обитает Сенька Кошмар, не составило для Кирилла никакого труда. Достаточно оказалось лишь порасспрашивать нужных людей из теневого мира, с которыми он с недавних пор был на довольно короткой ноге. Оказалось, что личность этого субъекта окутана мраком и таинственностью.

Как выяснилось, живёт он в небольшой однушке. В криминале не замешан, хотя имеет знакомых из этого мира, которые его очень уважают. Занимается он... написанием книг, причём в жанре фэнтези, что как-то совсем не вязалось с имиджем крутого парня. Ну да ладно. Решил про себя Кирилл. Со всем этим разберёмся на месте.

Подъехав к дому Сеньки Кошмара, вампир увидел невысокого худого черноволосого человека лет двадцати пяти, выходящего из подъезда и замер как громом поражённый. Что было в этом мужчине неуловимо неправильное, чуждое, как и в самом Кирилле. Однако незнакомец не был вампиром, это кровосос почувствовал сразу.

Несомненно, это и был Сенька Кошмар, почему-то Кирилл сразу же уверился в этом. Однако теперь при виде своего потенциального соперника, в кровососа закрались определённые сомнения. А если быть более точным, он просто испугался.

Всю свою вторую жизнь, будучи вампиром, он доказывал этому миру, что не является тем слабым и закомплексованным лохом и задротом, которым он был в школе, да и вообще всю свою жизнь, в бытность человеком.

Но это было просто. Слабые люди не представляли для него практически никакой угрозы. Сейчас же всё было иначе. Сенька Кошмар оказался воистину достойным противником. Быть может, даже чересчур достойным.

У Кирилла даже сперва возникла трусливая мысль прикончить эту неведомую тварь при помощи пистолета, который у него тоже на всякий случай имелся. С безопасного расстояния. Однако внутренний голос шепнул, что именно победа в рукопашном бою над таким могучим соперником, как Сенька Кошмар и даст ему, наконец, то, чего ему не хватало на протяжении всей его жизни. А именно самоуважение.

Жажда схватки оказалось такой сильной, что кровосос наплевал на все меры предосторожности и решил закончить все дела прямо сейчас, благо на улице стоял поздний зимний вечер и прохожих практически не было.

-Эй, ты! - Грубо окликнул вампир неведомого, и тот немедленно обернулся. Тем плавным, но вместе с тем хищным, стремительным движением, которое сразу выдаёт опытного, бывалого кулачного бойца.

-Чего тебе? - Не менее грубо ответил Кошмар, но затем, повнимательнее вглядевшись в собеседника и в его горящие лихорадочным блеском глаза, молча шагнул вперёд.

Сенька Кошмар никогда раньше не видел вампиров и не знал, что они вообще существуют, однако то, что его соперник не человек, он почувствовал сразу, тем особым внутренним чутьем, что есть у каждого бессмертного. И осознал, что предстоящий поединок лёгким не будет точно.

Некоторое время противники молча кружили друг напротив друга, а затем, Кирилл, не выдержав напряжения, стремительно атаковал. Сенька Кошмар молча выбросил вперёд кулак и кровососа отбросило на несколько метров, однако его острейшие ногти расцарапали бессмертному щёку, и оттуда обильно закапала кровь.

Сильнейший удар, который наверняка бы убил обычного человека, как оказалось, не произвёл на кровососа сколько-нибудь значительного воздействия. Глухо взрыкнув, он тряхнул головой и вновь бросился на соперника, на этот раз умудрившись обхватить его поперёк туловища и свалить на землю.

Соперники принялись кататься по земле, от души дубася друг друга могучими кулаками. Оба они уже были залиты чужой и собственной кровью. Наконец, ценой невероятного напряжения сил Сеньке Кошмару удалось отшвырнуть от себя вампира, сильно толкнув его двумя ногами в грудь. От этого толчка Кирилл отлетел далеко вперёд, но тут же опомнился и совершил стремительный прыжок на врага.

Его оппонент же рефлекторно успел схватить кусок тонкого стального листа, которым обшивают крышу, и который валялся прямо у него под ногами и резко ударил им прямо в распахнутый рот кровососа.

Эффект оказался поразительным. Широкий стальной лист начисто отделил верхнюю половину головы вампира от нижней. Тело Кирилла ещё с секунду стояло, а затем рухнуло на землю единым куском мёртвой плоти. Теперь уже окончательно мёртвой.

Сенька Кошмар устало вытер пот со лба, опускаясь на землю. Да, с таким опасным противником ему встречаться ещё не доводилось... Ещё несколько секунд он просидел неподвижно, окончательно приходя в себя, а затем нехотя поднялся на ноги и встряхнул затекшими руками. Ему ещё предстояло избавиться от тела.

-Это хорошо, что ты его уничтожил. - Негромко произнёс спокойный, чуть глуховатый голос с незнакомым акцентом, от которого Сенька Кошмар мгновенно вскочил на ноги.

Перед ним стоял, хотя мгновение назад бессмертный был готов поклясться, что его там не было, невысокий черноволосый человек довольно хрупкого телосложения, однако сила, исходившая от него, воистину сшибала с ног. - Он стал привлекать к себе излишнее внимание. Однако это было забавным развлечением. Редко когда встретишь настолько озлобленного человека. Но ты... ты ещё более особенный. Ты бессмертен, однако же не нашего племени... Кто ты?

-Тебе то что за дело? - огрызнулся Кошмар.

-Да так... я живу уже очень давно, и мне не так уж часто попадаются интересные персонажи. - Пожал плечами кровосос. - Ты - один из них.

-И что теперь?

-Да ничего. Просто возьму тебя на заметку. Глядишь, у меня подвернётся для тебя какое-нибудь стоящее дельце. - Усмехнулся вампир, а затем как будто бы растаял в воздухе.

Сенька Кошмар даже со своими обострёнными рефлексами бессмертного не успел заметить, как тот ушёл.

С секунду постояв, ошарашенный от свалившихся на него событий, бессмертный наклонился чтобы убрать труп Кирилла, однако на месте тела кровососа остался лишь один чёрный пепел, который уже был практически развеян холодным северным ветром. Аргус сумел позаботиться о своём ученике вместо него...


Повесть является полностью художественным

произведением, не имеющим никакого

отношения к реальной биографии автора.