Спящий Сергей Николаевич: другие произведения.

Наташа и будущее

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 5.50*13  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Наталья Алексеевна Свирепая (по прозвищу Ташка), на тринадцатом году жизни, окончила школу, и в должности практикантки поступила на работу в Новосибирский институт кибернетики, в лабораторию занимающуюся разработкой второго поколения искусственных интеллектов. Здесь нет ничего удивительного потому, что Ташка принадлежит к "избыточно модифицированным" людям. Она ест только невкусные вещи, учится с ребятами старше её на четыре-пять лет и первая в классе окончила школу, получила работу и, в неполных тринадцать лет, стала официально считаться взрослой. Но эта история не только о Ташке. Ещё она о гигантском городе под антарктическими льдами. О искусственных интеллектах и их непростыми отношениями с программистами. О генограммистах и их борьбе с наследственными заболеваниями. О странном сигнале приходящем извне солнечной системе. О Марсе, но без яблонь. Хотя, немного, и о яблонях тоже. Эта книга о будущем, которое, конечно же, будет совсем непохоже на описанное здесь. Поэтому, думаю, можно сказать: книга всё-таки о настоящем. Не смотря на то, что она о будущем.


0x08 graphic

НАТАША И БУДУЩЕЕ

Научно-фантастический роман

   В новом веке способность человека управлять своей эволюцией поднялась до невиданных высот.
   И возник вопрос, всего один вопрос - какими мы хотим видеть себя?
  
  
  
  
  
  
  
   Глава1
   Мы находимся пока только в самом начале пути. Так что почти всё, что я рассказываю, может оказаться неправдой -- но только я так не думаю.

Джеймс Дьюи Уотсон. Москва, Дом учёных, публичная лекция, 2008г.

  
   Ташка получила приглашение проходить практику в Новосибирском отделении института кибернетики! В лаборатории занимающейся разработкой второго поколения искусственных интеллектов! Под руководством профессора Гальтаго С. И.! Кто он такой, чем знаменит и за что получил профессорское звание и был поставлен руководить лабораторией? Она понятия не имела, хотя вроде бы фамилия раньше встречалась!
   Едва дочитав текст официального приглашения, Ташка полезла в сеть и узнала, что большому миру известны шесть "Гальтаго С. И."
   Первый был животноводом, проживал в Красноярске и уже четвертый год подряд, по личной инициативе, подавал записку в совет сельского хозяйства "о выгодах и перспективах промышленного развода мамонтов в умеренно-северных областях союза". При этом бедных мамонтов, возрождённых генетиками ещё в прошлом веке и с тех пор проводящих свою грустную жизнь в зоопарках, он именовал не иначе как "самоходные консервы в шубе". Второй Гальтаго прославился как один из членов то ли шестой, то ли седьмой экспедиции к Марсу. Или даже обоих сразу. Третий Гальтаго был итальянцем, оставшимся в новейшей истории как турист, на которого упала вывеска магазина "детский мир". Короткая статья в информационном бюллетене курьёзных происшествий трехгодичной давности заверяла, что ни турист, ни вывеска не пострадали. А упала потому, что настырный итальянец в течение нескольких минут пытался оторвать ее, доказывая другим членам туристической группы, что в союзе до сих пор не умеют делать нормальные, безопасные вывески над магазинами.
   На секунду отвлёкшись от мерцающего перед глазами голографического экрана-окна, Ташка почесала переносицу и задумчиво пробормотала: -Написанное пером не вырубишь и топором потому, что оно хранится в защищённых хранилищах данных. Минутная неловкость влечёт сто лет позора.
   Выдав это глубокомысленное, но, к сожалению пропавшее втуне потому, что в жилом боксе не было никого, кроме неё, замечание Ташка поправила очки-монитор. При прикосновении к дужке очков висящий в воздухе экран-окно посветлело и сквозь него проступили очертания спартанского Тащкиного жилища. Комната четыре метра на пять: кровать, шкаф для одежды. Ещё один шкаф у противоположенной стены, на этот раз для личных вещей. Размеры у шкафов одинаковые, но у того, что для вещей втрое больше полок, крючков и маленьких, внутренних дверок помеченных для удобства запоминания разноцветными полосками. Цвет стен нежно-голубой, так нелюбимый по нескольку лет живущими здесь строителями, но для Ташки он был внове и она не стала его менять. А вот полу девушка придала вид тигровой шкуры: переплетенье чёрных, рыжих, жёлтых и белых полос. Излучающий однородный, приятный для глаз свет потолок также оставался по умолчанию холодного оттенка инея, в конце смены намёрзающего на гладких боках строительных роботов тунелепрокладчиков. Окон не имелось. Да от них не было бы никого толку на такой глубине. В общем, самая обычная комната - жилой бокс, одна из тысяч пустующих и законсервированных в режиме ожидания с момента постройки. Это комнату отец перевёл в рабочий режим к её приезду.
   Ташка ещё раз почесала переносицу, разрываясь между двумя желаниями: найти отца и рассказать, что его дочь пригласили проходить практику в Новосибирском отделении. В лаборатории занимающейся разработкой второго поколения искусственных интеллектов. Под руководством самого профессора Гальтаго и так далее, подпрыгивая на месте, улыбаясь до ушей и, может быть, по-детски хлопая в ладоши. Или для начала лучше узнать, кто такой этот профессор и где она могла встречать его иностранную фамилию?
   Для того чтобы рассказать отцу чудесную новость следовало вначале встать с кровати, а для поисков в сети можно было продолжать лежать на кровати раскинув руки, управляя поиском информации движением зрачков и этот факт убедительно склонил чашу весов.
   Четвёртый Галтаго был видимо тем, кто ей нужен: заслуженный учёный, разработал новый метод выращивания информационных зародышей в условиях намеренно обеднённой информационной среды. Автор какой-то недоказанной, но и не опровергнутой теории с заумным названием на три полных строчки и ещё на половину четвертой. Десять лет преподавания, написал несколько учебных курсов для самостоятельного изучения, в том числе "Создание программных сущностей способных к ограниченному саморазвитию. Расширенное издание. Рекомендуется для специалистов последнего и предпоследнего круга обучения". Вот где она встречала его фамилию!
   С фотографии, поверх Ташкиной головы, классическим взглядом устремлённым "в светлое будущее" и прозревающем "черты грядущего в облике настоящего" взирал благообразный старикан, недавно разменявший восьмой десяток в старомодной одежде. Ниже размещалась ссылка на личный блог, пройдя по которой Ташка увидела фотографию своего будущего научного руководителя на отдыхе, в семейных шортах-трусах в компании ещё четырёх стариканов одетых аналогичным образом, гордо выставивших впалые груди под жидкие солнечные лучи осеннего солнышка. Подпись под фотографией гласила "команда-победительница районных соревнований по плаванию среди лиц старше семидесяти".
   -Похоже, клёвый старикан- решила Ташка. Теперь можно было бежать к отцу, отвлекать его от работы и сообщить, наконец, потрясающую новость. Но для этого придётся надевать защитный костюм и проходить целых две шлюзовые камеры. Пожалуй, она вначале дочитает о двух оставшихся людях носящих фамилию Гальтаго, имеющих инициалы "С. И." и оставивших навечно след в информационных банках данных за последние полвека. В конце концов отец часто твердил ей, что начатое дело следует заканчивать, а не бросать на полдороге. Вот она и последует совету родителя.
   Пятый Гальтаго оказался художником-декоратором работающим в жанре голоискусства. Может быть даже Ташка видела его работы, только не знала чьи они. Шестой и последний Гальтаго носил звучные имя-отчество "Салим Икарович" и отметился в сети как скромный мастер из Омского промышленного комплекса, чьи рационалистические предложения дважды получили внедрение на производстве.
   Дальше валяться на кровати оставалось никак невозможным. Небрежно стянув очки-монитор и бросив куда-то в сторону подушки Ташка пригладила рукой начавший отрастать в последнее время серебристый ёжик волос. Скорее ради огромного количества карманов, чем для соблюдения приличий натянула поверх обтягивающей футболки свою любимую безрукавку. И посчитав, что выглядит достаточно прилично замерла у входной двери. Через секунду над дверью вспыхнул зелёный огонёк информируя: температура и атмосфера внутреннего уровня подземного, недостроенного города находятся в приемлемых для человека пределах.
   Зелёный огонёк горел, но дверь не открывалась. Вместо этого во всю дверь появилась категоричная надпись "Ташка, возьми АЗК!". Последнее уже личное послание от отца. Она знала, что через полминуты надпись пропадёт и дверь откроется даже если она продолжит стоять ничего не делая. Отец не силён в программировании и его умений хватило лишь на простую, не интерактивную сущность в виде надписи срабатывающую каждый пятый раз, когда Ташка пыталась выйти из своей комнаты. То есть примерно семь-восемь раз на дню.
   Ташка достала из шкафа для одежды АЗК, аварийный защитный комплект. Не потому, что хотя бы на мгновение могла поверить в возможность прорыва внешней герметичной оболочки, а исключительно по причине уважения к пунктам инструкции по безопасности за каждым из которых могла стоять чья-то жизнь или смерть. И чтобы у отца не было повода для ворчания, разумеется.
   АЗК представлял собой толстый ремень выглядевший достаточно стильно по цвету и по фактуре напоминавший змеиную кожу (по крайней мере именно так выглядела пятиметровая, сонная змея в зоопарке). К сожалению защитный комплект абсолютно не ассоциировался с украшением или элементом одежды. Он был и оставался тем чем являлся - свёрнутым жгутом из сотен тончащих плёнок в случае опасности окутывающих фигуру носителя и предохраняющих от жуткого холода, недостатка кислорода или других опасностей.
   Ташка обернула АЗК на поясе. Едва встретившись, два конца толстой верёвки слились, образуя лежащий поверх бёдер обруч. Он затянулся немного туже, потом расслабился, привыкая к угловатому телу молодой девушки.
   -Отрывайся уже - пробормотала себе под нос измученная ожиданием Ташка. Словно услышав её слова (а на самом деле потому как обнулился заведённый на полминуты таймер. В первый день по приезду она проверила - сущность-надпись была настолько простой, насколько это возможно. Уровень детского сада!).
   Надпись погасла. Двери открылись и герметично закрылись за её спиной. Рассудив в том ключе, что "зачем идти пешком, когда можно бежать?" Ташка понеслась по коридору.
   Цвет стен варьировался в пределах всё той же холодной голубой гаммы. Когда сюда приедут люди, они изменят цвет по своему вкусу, поселят в стены интерактивные программные сущности имеющие облик и повадки ласковых тигрят, глупых, взъерошенных сорок и мудрых медведей всегда готовых прийти на помощь растерявшемуся прохожему. Под невидимым ветром станут колебаться травы, прорастать цветы и склонять ветви деревья. Потолок займёт солнце и время от времени по нему будут пролетать огненные буквы чьих-то стихов, да мало ли что ещё будет, когда в этом городе поселяться люди!
   Но пока город еще не закончен. И Ташка, что есть мочи, неслась по магистральному коридору - под ногами и вокруг и над головой лишь бледная синева прорезаемая ответвлениями туннелей ведущих в соседние коридоры и запечатанными дверями в жилые боксы и над каждой дверью тлели тусклые жёлтые буквы "законсервировано". Пусто. Тихо. Замёрзшую тишину нарушает лишь одинокая фигурка бегущей девушки. Из всех звуков - шорох кроссовок соприкасающихся с шероховатой поверхностью пола. Ташка не была спортивной девушкой и где-то через четверть часа такого бега к шороху подошв добавилось её горячее дыхание.
   Магистральный коридор опоясывал один из достроенных районов нового города и так как район представлял собой уходящий вглубь земли обрезанный конус с небольшим градиентом уклона, то коридор закручивался. Но так как диаметр жилого уровня составлял более четырёх километров закручивание коридора не слишком бросалось в глаза.
   Ташка дважды стукнула кончиком языка по нёбу активируя микрофон и выдохнула: -Папа!
   Город в толще антарктических льдов ещё не был закончен и на одну треть, поэтому сеть камер и датчиков пронизывающая любую улицу, любой дом современных городов здесь пока ещё отсутствовал как данность. Что же до огромных бронированных раковин суперкомпьютеров, которые станут центром распределённого мозга нового города. То их может быть ещё и не построили. Сейчас жилой уровень в стадии консервации обслуживается суперкомпьютерами строительных бригад и сетью вычислительных процессоров сформированных в толщине стен. До того как в городе появятся первые постоянные жильцы ещё очень долго. Десять лет или может быть пять, если отец и другие строители как следует приналягут на работу и если из Барабинска, наконец, придёт партия давно обещанных строительных роботов улучшенной конструкцией для работ в условиях вечной мерзлоты. Ох уж эти барабчане второй раз переносящие сроки поставки из-за каких-то там неполадок у себя на испытательных стендах.
   Шмыгнув носом, но не снижая темпа, Ташка позвала ещё раз: -Папа, ты не представляешь, что я расскажу тебе, как только найду!
   Странно и необычно не иметь возможности в любой момент времени узнать, где находится и чем занят нужный тебе человек. Так бывало только в дальних походах в леса или в горы, куда Ташка изредка выбиралась вместе с классом. Непривычно. И приходится носить глупую рацию, растёкшуюся неощутимой плёнкой вдоль нёба.
   -Папа!
   -Чего тебе, Ташка?
   -Ты где?
   -Бурю лёд- весело отозвался отец.
   -Оторваться можешь?- поинтересовалась Ташка. Отец предсказуемо спросил "Что случилось?", она подразнила: - Расскажу только при личной встречи. Так как, великий архитектор и повелитель роботов, сможешь оторваться от рабочего процесса ради родной дочери, с который ты, к слову, видишься четыре недели в году? Или мне приходить, когда закончится смена?
   Ташка услышала, как отец сказал напарнику: -На сегодня я заканчиваю, передашь Андрею. Нет, не смогу. Товарищ Сольных ко мне дочь приехала с большой земли всего на две недели, впервые за полгода! И вообще, у меня сейчас обеспечиваемый законодательством отпуск... Да, я помню, что мы все вместе договорились. В общем, я ставлю роботов на подзарядку и...
   Голос оборвался. Видимо отец заметил, что микрофон всё ещё активирован и оборвал канал связи. Ташка с интересом слушала перепалку отца с товарищами перейдя с бега на быстрый шаг.
   Но друг мой, наверное, нам следует начать историю с самого начала? Пожалуй, так и сделаем:
   Когда состарятся внуки ваших внуков в прекрасной стране советов в замечательном городе Новосибирске будет жить практически взрослая девушка Наталья Алексеевна Свирепая (такая уж ей досталась фамилия) двенадцати с половиной лет. Вы спрашиваете, откуда взялась страна советов? Право слово, к нашей истории это не имеет никакого отношения. Скорее всего: мы с вами, своими руками и своим трудом, построили ей. Или наши дети. Или дети наших детей - неважно. То есть, конечно, это очень важно, но не для нашей истории. Наша история совсем о другом и даже практически взрослая девушка, Наталья Алексеевна Свирепая, не самый главный её герой. Но раз уж мы начали с Натальи, то давайте продолжим какое-то время рассказывать о ней.
   Знаешь мой друг, я, пожалуй, не стану выкладывать сразу на стол все карты. Так получиться интереснее. Я не стану здесь и сейчас рассказывать почему товарищ Соколова - староста и председатель классного совета, в классе где учится Ташка - когда учителя ставили её в пример остальным ворчала себе под нос что-то вроде "хоть бы раз эта доминанат-плюс не получила высший бал за все контрольные скопом". Пусть до поры будет тайной причина, по которой Наталья, когда остаётся дома одна, обычно варит себе картошку в мундире и ест без соли и без сахара, а в столовых общепита (если обедает в одиночестве) берёт самое невкусное, что только есть в меню. Что за странные вкусы?
   Я ни слова не скажу о Ташкином тайном друге, который может говорить тысячами разных голосов с тысячей людей одновременно. И делать тысячу дел одновременно. Что там тысячу, миллион миллионов дел может одновременно делать! Ещё не догадались кто такой этот тайный друг? Если догадались, подумайте вот о чём: зачем это таинственный неизвестный притворяется другом для сотен, а может быть и тысяч, Новосибирских мальчишек и девчонок? Ведь тому, кто может делать одновременно миллион разных дел, наверное, не интересно выслушивать раз за разом детские обиды и тщания? Какую цель он преследует? Пусть пока это останется в тайне.
   Так что можно рассказать о Наталье? Например, то, что она единственный ребёнок в семье и это довольно странно потому, что существенные льготы для семей с детьми начинаются только со второго ребёнка. Её мать специалист по развитию зародышей в искусственных матках. Это очень важная профессия потому, что у многих женщин желающих стать матерями в геноме содержится столько ошибок, что естественное вынашивание плода слишком опасно и для матери и для ребёнка. Но я лучше расскажу об этом позже в одной из сносок к нашей истории. Этих сносок будет много так как, мир будущего очень отличается от настоящего и то, что известно в нём каждому ребёнку, может быть непонятно для нашего современника. Пожалуй, будущее отличается от настоящего ещё сильнее, чем настоящее от прошлого. На каждую разрешённую проблему из не дающих покоя современникам в нём возникли по две новых.
   Ташкин отец строитель. Он и ещё десятки тысяч специалистов заняты на стройке уникального города, на советской части Антарктиды. Или вернее "в" потому, что большая часть города должна располагаться подо льдом и землёй. Перед тем как приступать к масштабной колонизации других планет необходимо обкатать технологию строительства изолированных от агрессивной внешней среды городов-техносфер. Поэтому уже несколько лет на Антарктиде ведётся строительство удивительного города состоящего из множества герметичных техносфер полностью изолированных от внешней среды. Этот город, словно огромный космический корабль. По плану он состоит из восьми слабосвязанных частей. Каждая часть имеет всё необходимое для жизни включая оранжереи, реактор с чудовищным запасом мощности и прочности и даже собственные промышленные корпуса, где будут перерабатываться полезные ископаемые, которыми так богата закованная в ледяной панцирь антарктическая земля. Представляете себе: запаянный в лёд и промёрзлую на сотни метров землю гигантский космический корабль, рассчитанный на десять миллионов человек? Не удивительно, что сотня тысяч техников и строителей теряются в нём как горсть песка на ковре. И порой можно гулять по пустынным уровням несколько часов и не встретить ни единой живой души.
   Когда отец, немного смущаясь и избегая смотреть в нахмуренное мамино лицо, спросил: - Не хочет ли Наталья прилететь к нему на время его отпуска потому, что два жилых уровня уже полностью закончены и в них поддерживается нормальное давление и температура. А Наташа уже взрослая и может быть это её единственный шанс побывать в пустом городе, взобраться на ледяные горы и полюбоваться сверкающим полотнищем полярного сияния разворачивающегося над головой в живую, а не в голо-записи потому, что разница огромна и вообще совет бригады решил, что они должны обогнать остальных в негласных соревнованиях...
   Ну какой нормальный человек откажется от подобного предложения? Не дав отцу договорить Ташка бескомпромиссно заявила, что она без сомнения согласна, а общее решение совета это святое и перечить ему просто некультурно и, что она готова вылететь уже через два дня.
   Мать вздохнула и поинтересовалась - успеет ли дочь закончить дипломный проект и помнит ли она: это не просто один из ученических проектов, а её первая работа, результат которой отразится на её личном трудовом индексе?
   Ташка заверила: и помнит и осознаёт.
   -Но как ты успеешь сделать за два дня то, что по твоей же собственной оценки займёт как минимум четыре?- недоверчиво переспросила мать.
   -Буду работать ночами - объяснила Ташка удивлённая недогадливостью родителей.
   Бюст отца на превратившейся в огромный экран самой большой стене их скромной однокомнатной квартиры смущённо кашлянул и сказал, что не нужно гробить здоровье в столь юном возрасте. А отпуск у него начинается только через полторы недели и если доча прилетит раньше этого срока, то он не сможет уделять её столько времени, сколько бы хотелось. Пусть она не торопиться и тщательно поработает над дипломным проектом, так как дипломный проект бывает только один раз в жизни. Вот он до сих пор помнит свой первый дом, в котором и сейчас, наверное, живут люди. Дипломный проект как первая любовь и она потом не простит себе, если сделает его второпях. Словом прилетай дочка только через полторы недели и ни днём раньше. А сейчас извини, надо поговорить с мамой наедине.
   Наталья набросила безрукавку, ценимую за огромное количество карманов, и вышла в тёплую, раннюю осень к начинающим желтеть листьям. Закрывая дверь она услышала, как мать сказала отцу: - Значит, ты ценишь наши с тобой отношения на уровне дипломной работы. Я польщена... В её голосе звучала усталость и грусть и смирение и ещё что-то тёплое, но едва заметное, чему ещё не придумали на земле название. А если и придумали, то Ташка ничего не знала об этом. Дверь закрылась.
   На тротуаре уже лежали жёлтые листья. Немного, едва ли пара десятков, а в сотни раз больше, ещё зелёных, но тронутых в глубине увяданьем, росли на гибких ветвях многочисленных берёз и клёнов. Вчера на асфальте ещё не было ни одного листочка. А сегодня уже лежат. Так незаметно и без спросу в город входила осень.
  
   Защитный костюм был не столько тяжёл или неудобен, сколько непривычен. Ташке казалось, будто из-за шлема её голова увеличилась раза в два, и тело тоже раздулось, стало медлительным и каким-то негабаритным. Разворачиваясь, она не вписалась в поворот и ткань костюма мягко спружинила отталкиваясь от борта грузового автолёта.
   Николай, улыбчивый молодой техник, возвращающийся на стройку из отпуска, помогавший Наталье облачиться в защитный костюм, придержал её со словами: - Ну-ну красавица, привыкай к тому, что на пару часов ты превратилась из худышки в толстушку.
   Помогая выйти в коридор, Николай сказал: - Ты знала, что наши костюмы это облегчённый вариант космических скафандров? В таких работают монтажники, собирая международную сеть космических станций.
   -Это которую назовут "голосом вселенной"- откликнулась Ташка.
   -Ага. Только там не одна станция, а целый комплекс, при синхронной работе превращающийся в сверхмощный приёмник и передатчик.
   -Я знаю- сказала Ташка, занятая тем, чтобы ровно и вовремя переставлять превратившиеся в пару пенопластовых колон ноги.
   -Молодец!- одобрил Николай и посетовал - Скорей бы завершили монтаж хотя бы внешнего кольца и мы смогли бы ответить на пришедший издалека зов.
   Ташка хотела кивнуть, но ударилась подбородком о сенсорную панель и на прозрачном пластике шлема расцвели видимые только ей одной показания многочисленных датчиков и отсчёты каждой из систем защитного костюма. Едва она разобралась, как убрать это ненужное великолепие, как её взял в оборот председатель совета одной из бригад, также возвращающийся из отпуска на грузовом автолёте вместе с полусотней человек и сотнями тонн полезного груза.
   -Значит, отец встретит тебя у входа- сказал председатель, буравя её оценивающим взглядом -Если хочешь, можешь спуститься вместе с нами, потом пройдёшь по туннелям, всего где-то пару километров.
   -Простите товарищ Ли- вежливо сказала Ташка -Но какой нормальный человек откажется от возможности самостоятельно десантироваться на ледяную поверхность? Тем более что спуск представляет собой обычную процедуру. А защитный костюм обеспечивает и новичку практически абсолютную безопасность.
   Председатель совета бригады, товарищ Ли, ласково улыбнулся, отчего стал неудержимо похож на злого солдата Японской империи какими их рисуют в детских книжках, где рассказывается о хороших ГосБезопасниках и плохих агентах мирового империализма.
   -Экран компаса здесь. Аварийный маяк включается вот тут или автоматически при повреждении защитного костюма. Радио настроено на общую волну. Вперёд девочка, не испугаешься?
   Она не испугалась, хотя было немножко страшно, как всегда перед прыжком с высоты. Ташка несколько раз прыгала с парашютом на "военке" и каждый раз перед прыжком становилось холодно в животе и хотелось закрыть глаза. По словам Катьки Соколовой так будет всегда, сколько не прыгай. Наверное, ей можно верить, так как эта дылда в прошлом году получила молодёжный спортивный разряд, а чтобы его заслужить надо... Ой, я не о том думаю- подумала Ташка. Зная, что через прозрачную дверь шлюзовой камеры на неё смотрят рабочие и тот добрый, хотя и угрюмый председатель совета Ли, девушка попыталась встать в небрежную позу. Что представляло из себя непростую задачу в узкой индивидуальной ячейке для сбрасывания тех гостей, ради которых никто не будет сажать грузовой автолёт на ледяные пики.
   -Приготовься - через динамики костюма шепнул голос управляющего тяжеловозом мозга. А может быть это был голос пилота?
   Ташка ещё успела подумать о методах выращивания псевдо-интеллектов уровня корабельного компьютера. Она как раз читала на днях о том, как на заводах выращиваются и затем программируются сущности предназначенных для управления малыми и средними комплексами или огромными грузовыми автолётами.
   Ташка приготовилась, честно приготовилась! По привычке ожидая, когда перед ней распахнётся внешний шлюз и придёт пора шагнуть в пустоту. На стареньком (честно говоря, место это рухляди было в музее и нигде больше) десантном автолёте, с сидящим за штурвалом школьным военруком, шлюз всегда открывался перед лицом десантника и тот сам должен был сделать первый шаг. Это здорово закалывает волю, по словам сухого старичка преподающего школьникам военное дело.
   Но сейчас она летела на гражданском, а не десантном автолёте. Ташка забыла об этом. Или, возможно, у всех более новых моделей десантирование происходило по-другому. Словом, когда под ногами исчез пол и девушка, словно семечка, выпала из уносящейся вдаль громаде грузовика. Она самым позорным образом издала какой-то полузадушенный не то вскрик, не то всхлип, несясь по баллистической траектории по направлению к ледяному панцирю.
   Тотчас ожили динамики, в шлеме зазвучали взволнованные голоса. Их было так много, что казалось, будто Ташка сошла с ума и это у неё в голове звучит добрый десяток чужих голосов.
   -Со мной всё в порядке - как можно более твёрдым голосом произнесла Ташка.
   -А почему тогда кричала?- спросил голос председателя совета бригады.
   -Это я от восторга - пояснила девушка и почувствовала, что краснеет. Боже, как стыдно.
   -Тогда счастливого приземления...
   -Спасибо - выдохнула Ташка и произнесла положенную перед разрывом канала фразу: - Связь, отбой.
   -Отбой связь - произнёс голос.
   Девушка перевела взгляд вниз и увидела ледяные холмы в какой-то сотне метров внизу. За оправданиями она пропустила весь полёт - если уж не везет, так не везёт.
   Защитный костюм выпустил тонкие, но прочные плёнки собравшиеся в форму, какая бывает у крыльев пикирующего на добычу сокола вынужденного быстро и резко затормозить у самой земли.
   Когда оставался десять метров костюм выстрелил двумя тройками гибких тросов присосавшихся к неровной ледяной поверхности и плавно, но мощно затормозивших управляемое падение.
   Ташка потрясла головой, она не ожидала, что приземление будет таким быстрым. Посмотрела под ноги успев увидеть, как защитный костюм втягивает шесть гибких хлыстов из мономолекулярных псевдо-мышц участвовавших в финальной стадии её падения-приземления. Потоптавшись на месте приходя в себя, а заодно изучив угрюмый пейзаж ледяной пустыни, девушка неторопливо двинулась вдоль сворачивающей за ледяную гору мерцающей зелёной полосы. Полоса была ненастоящая, её выводили на пластину шлема встроенные в защитный костюм процессоры таким образом, чтобы в какую бы сторону Ташка не поворачивала голову, ей казалось, будто зелёная полоса нарисована прямо поверх льда. Впрочем, она бы и так не заблудилась. Видимо площадка часто использовалась для приёма заглянувших на огонёк гостей и от неё вела натоптанная тропа.
   После поворота стал виден один из запасных шлюзов, рядом с которым стоял человек в таком же, как у неё защитном костюме и размашисто колотил маленькой кувалдой вбивая что-то в лёд сбоку от шлюза.
   -Папа!- закричала Ташка. Мужчина выпрямился и стало понятно, что он у неё на глазах забил металлический кол с приваренной к нему стальной пластиной, на которой лазером было выжжено "Добро пожаловать в будущий город Антарск, Ташка!". Пластина была светлая, а буквы тёмные и потому видимые далеко и отчётливо.
   Отец стоял и смотрел пока Наталья медленно, путаясь в руках-ногах, приближалась к нему. Вы знаете, что одна из самых глупых вещей, которые можно сделать поблизости от северного полюса это обниматься в защитных костюмах? Вы будете похожи на двух медвежат. Это конечно мило, но жутко неудобно.
   -Какие толстые стены - восхитилась Ташка, когда они прошли первую шлюзовую камеру.
   -Ещё бы, ведь мы должны не только защитить город от царящего снаружи мороза, но и застывший ледяной океан от теплового загрязнения, которое неизбежно станет производить такой большой город как Антарск.- объяснил отец.
   Следующие несколько дней были самыми интересными в Ташкиной жизни. Ну, может быть, кроме двух месяцев, когда... или той недели, во время которой... или тех пяти удивительных дней, во время которых ей открылась новая, удивительная грань мира... В общем проведённые в Антарске дни были без сомнения одними из самых интересных в Ташкиной жизни.
   Она видела полотнища северного сияния развернувшиеся у неё над головой и охватывающие всё небо от края до края. Это действительно нельзя было сравнить с записью, даже голографической. Когда стоишь на ледяном плато в защитном костюме и, открыв рот, смотришь вверх северное, сияние кажется гораздо более... пугающим. Начинаешь отчасти понимать, что могли ощущать предки, покоряющие необузданную природу и не имеющие в своём распоряжении тех средств и знаний, что есть у людей сейчас.
   Вместе с отцом она спускалась глубоко под землю, где ещё не были размечены уровни и развёрнуты квадратные купола техносфер. Перед Ташкиными глазами предстал гигантский котлован, огромный как море. Он был весь пронизан сверху вниз и слева направо, тонкими, как струна, опорными тросами. Светящегося потолка здесь ещё не было и источниками света служили несколько десятков шарообразных ламп. Излучаемый ими свет интерферировал и на покрытых коркой изморози стенах лежали светлые и тёмные полосы. Далеко внизу, словно какие-то подземные жители, перекатывались строительные роботы. Их напоминающие погнутые бочки тела покрывались льдом. Лёд сверкал и переливался, особенно когда тот или иной робот приближался к световому фокусу одной из ламп. Иногда корка льда разламывалась и опадала осколками, но успевала заново нарасти всего за несколько часов.
   Поражённая открывшимся великолепием Ташка шёпотом спросила отца: - Здесь тоже будут жить люди?
   -Перед тобой будущий промышленный комплекс. Здесь будет проходить сортировка и первичная обработка полезных ископаемых. Царство роботов - объяснил отец.
   Если бы Наталья имела талант художника или любила писать стихи то поездка в Антарск: огромный город, прообраз будущих городов-техносфер сначала на Марсе, а потом и на Венере - ледяные пустоши вокруг строящегося города дали бы ей не один порыв вдохновения. К сожалению, она никогда не любила рисовать, а что до стихов, то Ташке казалось неуместным сочинять какие-то вирши, когда рядом с тобой, руками людей, в том числе её отца, создаётся такое, такое... Вот даже подходящие слово сразу не подберёшь. Такое "триумфальное"? Пожалуй, одним словом невозможно выразить впечатление от Антарской стройки. Люди работают для людей. Но не только для людей. Они делают это во имя чего-то большего, чем для других людей. Хотя, что может быть "больше" чем человеческая жизнь и счастье? Непонятно... Ташка чувствовала, что запуталась и голова у неё идёт кругом. Слишком великий проект, чтобы его можно вот так просто обхватить мысленным взором одного человека.
   Они катались на самодельных санках с двухкилометровой, искусственно выровненной промышленным теплоизлучателем, горы. Их совместная с отцом команда пришла второй, а первой были наладчики роботов с соседнего участка. Наладчики хотели отдать выигранный приз (серебряную звезду из добытого под городом серебра) Наталье уверяя, что им, взрослым сорокалетним мужикам, приз за гонку на санках на антарктических просторах совершенно ни к чему. Ташка нашла в себе силы вежливо отказаться от чужого приза. Правда потом жалела, что отказалась.
   Много всего было удивительного. Даже странно, сколько всего может поместиться в две неполные недели. Иногда время как будто сжимается и за один день происходит столько событий, сколько не случается иной раз за месяц. Среди прочего отец познакомил Ташку с настоящим японским империалистом.
   Вы представляете? Оказывается здесь рядом, всего в каких-то паре сотен километров проходит граница между советской частью Антарктиды и той, что по трехстороннему договору отошла Империи, вернее её восточно-японской части. И японские империалисты тоже что-то строили на своей стороне границы и собирались организовывать добычу полезных ископаемых и их первичную переработку на месте. Пока строительство только начиналось граница между двумя кардинально различными парадигмами общественного устройства была достаточно условной. Да и какой смысл проводить её между ледяных гор, которые вдобавок время от времени обрушивались или могли запросто сдвинуться за год на несколько метров сторону?
   Представители двух мировых систем мирно уживались, по первой просьбе высылая на другую сторону специалиста для консультации по какому-то сложному строительному вопросу или приезжая просто так. "V gosti na chashku chaia" как с непередаваемой интонацией к месту и не к месту (большей частью не к месту) любили говорить заезжие империалисты. Не смотря на то, что и с той и с другой стороны хватало не слишком тщательно маскирующихся представителей ГосБеза и "Чёрный колпаков" встречи проходили в полуформальной или даже неформальной обстановке.
   К Алексею, Ташкиному отцу, время от времени заглядывал Хироко-сан - архитектор, специалист по прокладке коммуникаций в условиях вечной мерзлоты. Хироко-сан страстно желал улучшить своё знание русского, а Ташкин отец (ах грехи наши тяжёлые) немного пристрастился к странным блюдам неизменно привозимым Хироко-саном "v podarok k chaiu". Он сам готовил их из генетически изменённого риса растущего со скоростью бамбука в гидропонных фермах и чего-то, чей генетический материал исходно принадлежал рыбе. По крайней мере, большей частью принадлежал. Но получалось, со слов отца, божественно вкусно.
   Так вот, однажды вечером по условному времени города, отец торжественно произнёс: -Хироко-сан, познакомься с моей дочерью Наташей. Буквально на днях она стала взрослой.
   -Сталя взлослой?- удивлённо вскинул брови пожилой империалистический архитектор, специалист по прокладке коммуникаций в условиях вечной мерзлоты.
   -Закончила дипломную работу- торопливо пояснил отец.
   -А! Полятно, полятно- закивал Хироко-сан -Такая юная и уже зякончила выссую сколу!
   Сама не зная почему, возможно потому, что не привыкла к похвалам или от волнения вызванным личным знакомством с настоящим, живым и смешно путающим слова приверженцем реакционных сил мирового империализма, Ташка застенчиво сказала: -Спасибо, но это обычное дело для доминант.
   -О!- воскликнул Хироко-сан. По недолгим наблюдениям Ташки он просто обожал восклицать и, вероятно, считал фразу пропавшей если та не начиналась с восклицания -Так ви доминанта-плюс-плюс? Я осень-осень радуюсь знакомству. У няс в Империи доминанты осень-осень почитаются и зивут в больсой роскоси!
   Они встретились в зале, специально предназначенном, для приёма восточных гостей. Большой зал был разделён стенами из растущего пластика (их можно вырастить буквально за десять минут, а убрать за пять). Пластиковые стены создавали иллюзию уединения. Это было одно из немногих (по пальцам двух рук можно пересчитать) помещений в недрах недостроенного города в полной мере оборудованное камерами наблюдения.
   Ташка, отец и Хироко-сан по русскому обучаю сидели вокруг стола сделанного из пластика, но выглядевшим совершенно как деревянный. На столе стояла корзинка с идеально круглыми (испечёнными авто-поваром) баранками. Пластиковая корзинка стороннему взгляду казалась сплетённой из ивовых прутьев. Ещё на столе стояла мисочка с мёдом (самым настоящим, насколько это возможно) выставленным Ташкиным отцом как ответное угощение. И электрический чайник, разумеется в виде здорового самовара. Хироко-сан принёс с собой несколько герметично запакованных коробочек и они также стояли на столе, рядом с баранками потому, как кроме стола и стульев в импровизированной комнате ничего больше не было. Сквозь матовые пластиковые стены можно с трудом разглядеть смутные силуэты других людей.
   -Алексей-семпай, ви не говорить мне, что тоже доминанта- осуждающе покачал головой гость.
   -Простите- поправила Ташка -Но я лишь доминанта-плюс, а не "плюс-плюс".-И окончательно смутилась.
   -Это всё равно осень-осень замесательно! Я кланяюсь вам- заявил Хироко-сан и действительно встал и поклонился сложив руки на груди чем смутил Ташку ещё сильнее, хотя казалось сильнее некуда. Оказалось, что смущаться можно бесконечно.
   С энной попытки одолев смущение Ташка осмелилась поинтересоваться: -Почему вы поклонились мне? Мой геном не моя заслуга, а скорее результат искусства генограммистов разработавших генетическую карту ребёнка для моих родителей и удачной реализации генетической программы, что опять же следствие искусства генограммистов.
   -О Натяся-тян ви осень скромная и осень умная девуска- улыбнулся Хироко-сан -Я клянялся вам, но на самом деле я клянялся совеским генограмисам и мусеству твоих родителей. Алексей-семпай ви осень мусественый человек. И, как окасалась, осень удачливый. У няс говорят: мусество и удача идут рука об руку. Я ряд за вас Алексей-семпай и за вас Натяся-тян.
   Неудобно себя чувствовавший и ёрзавший на протяжении всего разговора Ташкин отец наконец решился переменить тему разговора.
   -Хироко-сан...
   -О! Просю насивайте меня товарисем, по насему это будет "сэмпай".
   -Товарищ Хироко-сэмпай скоро должен будет закончится срок вашего контракта...
   -О да-да! Через седьмую часть года я вернусь в Токио. Ах какой это замесательный город. Как жаль, что вам там никогда не придёся побывать там Алексей-сэмпай потомусто вы не японец. Мои сыновья говорят по видеосвязи сто осень ждут меня. Младший, Сато-кун, собирается поступать в тайную академию и выучиться на "чёрного колпака". Он немного старше вас Натася-тян. И также осень интересуется красивым русским ясыком.
   -Давайте пить чай- предложил Ташкин отец на что гость восторженно отреагировал -Ах цай, цай с баранками - как экзотисно!
   Товарищ Свирепый, отец Ташки, разливал в чашки кипяток когда у него замигал огонёк входящего вызова. Выслушав неслышимый для других голос, отец сказал: -Сейчас буду, отключите туннель от линий энергоподачи.
   -Простите- извинился он уже вставая: -Срочный вызов, вернусь буквально через десять минут. Наталья, развлечёшь гостья?
   Ташка отозвалась: -Хорошо, папа.
   Они сидели и смотрели друг на друга: советская девочка, вчерашняя школьница и пожилой японский империалист с круглым, словно луна, лицом, а над чашками с кипятком поднимался пар.
   Ташка смущённо кашлянула и предложила: -Давайте я налью вам заварки, чай стынет...
   Горячая вода в чашках приобрела цвет шоколада: -Берите баранки пожалуйста и мёд кушайте. Папа говорит, что очень хороший мёд, цветочный.
   Ташка мучительно подыскивала тему для беседы и наконец-то нашла: -Хироко-сан вы тоже строитель?
   -О да-да, строитель.
   -И вы строите большой город?- спросила Ташка.
   Иностранный гость впервые за весь вечер помотал лунообразной головой: -Нет-нет. Не город, а больсой испрасительный лагерь. По васему будет "тюрьма".
   -Так вы тюрьмы там у себя строите!- ахнула Ташка. Она никак не могла поверить, что сидящий перед ней пожилой архитектор, друг отца, хотя и подсобник мирового империализма, на самом деле жуткий сатрап и строитель тюрем. Ведь он так смешно рассказывал про своих сыновей и постоянно улыбался.
   -Кого вы хотите засадить в свои тюрьмы?- спросила Ташка.
   -О! Плохих людей - Хироко-сан продолжал улыбаться как будто они вспомнили что-то смешное или рассказывали друг-друг анекдоты: -Не садить, нет. Плохие люди будут сдесь сить, будут работать и не смогут месать хоросим людям.
   Ташка воскликнула: -Так нельзя, поступать! Кто такие эти плохие люди, кого вы так называете?!
   -Тех, кто не люпит императора- ответил Хироко-сан и продолжил: -Натася-тян ви слитесь. Я не понимаю посему ви слитесь. Просю вас подумать вот над цсем. Империя собирается ссилать сюда только плохих людей, а Союз строит целый город в котором будут сить много-много хоросих совеских людей, но саниматься они будут тем же самим, что и плохие люди в построенной мною тюрьме. Так кто же поступает более сплавесливо: Союз или Империя?
   Ташка открыла было рот чтобы ответить, но промолчала и лишь принялась решительно размешивать заварку в чае. Несколько коричневых капель упали на стол. Ташка мешала ожесточённо, скорее даже зло. Старый империалист пил горячий чай мелкими глотками. Разламывал баранки на части, брал каждую часть отдельно, опускал в мёд и вращал, наматывая золотистую патоку и только потом отправлял в рот.
   Ташка сказала: -Это нельзя сравнивать!
   -Что нельзя сравнивать?- поинтересовался вернувшийся отец.
   Ташка неопределённо махнула рукой и опустила в чашку мизинец, измеряя температуру чая. Температура оказалась приемлемой. Отец с Хироко-сан затеяли профессиональный разговор по вопросам проводки коммуникаций. Пока они спорили, она ела баранки без мёда, запивала остывшим чаем и думала над тем, что первый, увиденный ею, живой империалист был совершенно не похож на рисованных империалистов в книгах. Он каким-то образом сумел вывернуть реальность и правое стало левым, а левое правым. Белое он закрасил чёрным, а на чёрном нарисовал белые полосы так, что в целом получилась какая-то серая размазня.
   Мужчины допили чай и Хироко-сан достал из принесённых с собой коробочек странные японские блюда. Те самые, что так сильно полюбились отцу.
   -Восьми Натася-тян это осень редкая настояся рыба. Мне недавно привесли её живой в аквариуме.
   -Если она такая редкая, то я не хочу- сказала Ташка.
   -О Натася-тян, ви обиделись на Хироко-сэмпая?
   -Я не обиделась - сказал Ташка, задумавшись как бы объяснить непростую ситуацию в двух словах.
   К счастью на помощь пришёл отец: -Понимаешь товарищ Хироко: Ташка не способна чувствовать вкус пищи. Абсолютно не способна. Маленькая ошибка в процессе эмбрионального развития, вкусовые рецепторы отсутствуют, но это полбеды. Главное, что нет даже намёка на нервы, которые должны передавать сигналы о вкусе еды в мозг. Поэтому не обижайся, что она не станет пробовать твои особенно ценные кушанья. С Ташкиной стороны это выглядит так: если всё равно, что забрасывать в рот, то логичнее есть самое невкусное, чтобы вкусные вещи доставались тем, кому они способны доставить удовольствие. Она даже составила список самых невкусных вещей и в общественных столовых старается брать только их.
   -Папа!- рассержено вскрикнула девушка.
   Отец примирительно поднял руки, делая вид будто сдаётся: -Прости, прости. Но могу я раз в год похвастаться собственной дочерью?
   Ташка ожидала, что имперский сатрап скажет, будто очень жалеет о том, что она лишена возможности ощущать вкусовые ощущения. Многие так говорили, когда узнавали. Ташка только фыркала - как можно жалеть об отсутствии того, чего никогда не имел? Сладкий, горький, кислый, терпкий - смысл этих слов давно вышел за пределы обозначающие ощущения, возникающие на языке. Сладким может быть что-то хорошее, например неожиданный подарок, сделанный хорошим человеком, когда никакого подарка не ждёшь. Горькой бывает судьба, если разом наваливается много проблем. Кислым называют неприятного человека не умеющего держать обещания (о таком говорят: он скис). Терпкий - с этим понятием совсем просто, достаточно провести ладонью по чему-то шероховатом и возникающее ощущение будет терпким.
   К удивлению Ташки Хироко-сан встал и поклонился ей.
   -Кому вы поклонились сейчас, Хироко-сан?- спросила Ташка.
   -Я восхисён вами Натася-тян- сказал Хироко-сан: -Теперь мне понятно из каких истоков исходит проистикает сила совитского союза.
   -Спасибо, наверное- поблагодарила Ташка разглядывая носки кроссовок.
   Встреча с пожилым сатрапом и строителем тюрем оставила неоднозначное впечатление, но, по крайней мере, дала богатую пищу для размышлений. Ташка поняла зачем отец взял её на встречу с Хироко-саном.
   Мужчины беседовали о каких-то отвлечённых материях от обсуждения последних новостей о ситуации на международной космической станции входящей в совместно разрабатываемый ведущими державами проект "голос вселенной". До разногласий по поводу способов бурения туннелей через твёрдую породу. Ташка подпёрла подбородок ладошкой и принялась думать над тем как много в мире живёт разных людей и насколько сложно этим людям понять и договориться друг с другом. От глобальных мыслей о судьбах народов и наций её отвлёк отец, напомнивший Хирок-сану его давнее обещание научить готовить те странные штуки из рыбы и риса.
   Хироко-сан делал вид, будто забыл об обещании, но потом оказалось, что хитрый японец заранее привёз всё необходимое.
   Электрический самовар отставили в сторону. Пустые чашки сдвинули на край стола. Пожилой империалист расстелил забавную конструкцию из тонких деревянных палочек плотно связанных между собой белыми верёвочками.
   -Снасала берём хоросий рис- начал объяснять Хироко-сан.
   -Это рис?- поразился отец разглядывая высыпанные гостем здоровенные, с детский кулачок, зёрна в жёсткой грязновато-жёлтой оболочке похожей на луковую.
   -Да-да, самый лусий японский рис!- Хироко-сан негромко закашлял. Мгновение спустя Ташка поняла, что он так смеётся.
  
  
   Глава2
   Прекрасное далёко всё же оказалось к нам жестоко.
   Но я прощаю тебя, "прекрасное далёко". Понимаю, что ты просто не могло быть другим.
   Выбирая меньше из зол, всё равно выбираешь зло.
   Я прощаю тебя человек. Я прощаю себя.
  
   Отец лежал в прозрачной до пояса капсуле механического доктора, и сложный механизм очищал ему кровь.
   Ташка стояла рядом и смущённо разглядывала стерильную белизну стен в боксе, превращённом во временный госпиталь. Каждый раз, когда она видела, как взрослые проходят необходимые им процедуры она испытывала смущение. Это было ничем не объяснимое чувство. Всё старшее поколение страдали от тех или иных недостатков. Основа их тел - генетическая программа, по которой синтезируются молекулы белков, и происходит деление клеток имела многочисленные изъяны. Чтобы оставаться сильными, умными, активными, добрыми и жить, по меньшей мере, до ста лет им был необходим профилактический уход. Как механизмам - вовремя смазывай, подкручивай и сможешь ездить хоть целый век. Здесь нечему смущаться и никто не смущался, кроме Ташки. Может быть дело в том, что в детях и в том числе в ней самой большинство повреждённых генетических локусов были заменены на исправные и даже улучшенные?
   Новому поколению советских граждан не придётся раз в несколько недель проходить процедуры внешней коррекции, их кровь станет обновляться сама по себе, а системы внутренней регуляции будут работать как часы. Им не придётся, во всяком случае массово, принимать медикаментозные препараты, чтобы уметь получать удовольствие от труда и от учёбы и просто от того, что сделал близкому человеку что-то хорошее. Они в порядке. И всё необходимое заложено внутрь генограммистами из СовГенСтроя ещё до рождения.
   Пожалуй, корни Ташкиного смущения при виде проходящего плановые и, по большому счёту, пустяковые процедуры родителя следовало искать в подсознательном ощущении превосходства, испытываемом ею в такие минуты. Впрочем, каждому школьнику известно, что невозможно беспристрастно самому проанализировать свою психику, это должен делать кто-то посторонний. Поэтому отложим в сторону сеанс самокопания и лучше сосредоточиться на том, что говорит отец.
   -... Ты меня не слушаешь- нахмурился отец: -Опять мечтаешь о том, как станешь проходить практику в лаборатории этого Гааго?
   -Гайтаго, папа- поправила Ташка: -Сергея Ивановича, заслуженного учёного-кибернетика и автора одного из лучших учебных курсов. Стыдно не знать таких людей.
   -Да, ты уже взрослый и сложившийся специалист, получивший приглашение от крупного учёного- раздражённо произнёс отец. Ташка скосила глаза на таймер, показывающий сколько остаётся до окончания процедуры очистки и обогащения крови. Выходило около двенадцати минут.
   Отец продолжал: -Однако, пожалуйста, скажи: правильно ли ты поняла сказанное Хироко-саном, когда я отлучился из-за аварии при прокладке третьего радиального коридора? Ох уж этот подрабатывающий архитектором и скучающий на пенсии "чёрный колпак". Не может удержаться, чтобы не смутить детский ум.
   -Я взрослая- напомнила Ташка -Ты сам только что сказал.
   Отец внимательно посмотрел через тонкий слой прозрачного пластика: -Надеюсь, что так. Ладно, тогда не буду утомлять тебя нравоучениями.
   Как будто он не делал этого в течение последних двадцати минут!
   -Ташка, ты молодец - произнёс отец - Ты самая лучшая и этот Гальтаго ещё не знает, как ему повезло, что ты будешь проходить практику в его лаборатории. Теперь беги, собирайся или ты забыла, что сегодня начинается конкурс по резке ледяных фигур? Мы с тобой должны победить раз уж в гонках на санях проиграли. Иначе задаваки с сорок девятой не дадут мне покоя в ближайший год.
   Ташка улыбнулась: -Конечно, мы им покажем!
   -Отличный настрой - одобрил отец - Когда-нибудь резка статуй из льда захватит всех жителей Антарска от молодых до старых. В условиях Антарктики ледяные скульптуры могут стоять веками. Представляешь: целые поля ледяных фигур вокруг города. С каждым годом их становится всё больше и больше и скоро их ряды протянуться до горизонта.
   -Пугающая картина- заметила Ташка.
   -Возможно. Но ты пока начинай готовиться к выходу наружу. Встретимся у главного подъёмника на минус втором уровне.
   Всё хорошее имеет плохую привычку закачиваться. Прошло время и хотя дни, проведённые вместе с отцом на стройке Антарска - города будущего, навсегда останутся в Ташкиной памяти, но эти дни прошли.
   Она сидела в громоздком защитном костюме в пассажирском трюме готовящегося к взлёту грузового автолёта. На стене, в том месте, где стена переходит в потолок, сменяли одна другую уменьшающиеся цифры. Рейсом на большую землю улетали без малого четыре сотни человек. Температура в пассажирском трюме не поднималась выше отметки в минус тридцать градусов - настоящая жара по меркам Антарктиды. Поэтому все сидели в активировованных защитных костюмах - большие глыбы серого льда с едва намеченными контурами головы и конечностей. Иногда защитный костюм той или иной молчаливой фигуры топорщился, как будто под толстой шкурой напрягались и расслаблялись каменные мышцы. При взгляде на ровные ряды казалось, будто видишь перед собой десант полярных медведей готовящихся к заброске в обжитые человеком земли. Тихо, холодно и мрачно.
   Ташка провела в Антарктиде неполный месяц, но уже научилась понимать, что на всё происходящее здесь нужно смотреть с двух сторон. Ужасный холод заставляет прятать смех и радость под толстым слоем защитной брони. В виртуальной локальной сети пассажирского трюма автолёта царило редкое оживление. Улетавшие в отпуск рабочие делились планами, обсуждали последние сплетни. Ругали какого-то Михалыча, который "сатрап" и "крепостник". Особенно рьяные весельчаки порывались исполнить хором первые куплеты популярной песни. Причём сделать это они желали непременно на общем канале. Их осаживали, выбрасывали из общего чата, но они легко прорывались обратно и начинали заново. А системного администратора или кого-то с расширенными правами управления сетью среди присутствовавших не имелось или они не желали мешать общему веселью расшалившихся, словно дети, возвращающихся в тёплые края рабочих.
   Ташка разговаривала с отцом. Его лицо с видневшимся на заднем плане изображением внутренних помещений поблизости от главного шлюза, занимало большую часть обзора. Волосы у отца были растрёпаны. Он только что прошёл шлюзование, посадив Ташку в автолёт.
   -Почаще заглядывай к маме - попросил отец - А может быть погодишь с переездом хотя бы месяца два?
   -Папа- сказала Ташка, умудряясь вложить в одно слово множество чувств, оттенков и даже эмоций.
   Отец вздохнул: -Конечно, я понимаю: принятая дипломная работа, первые трудовые балы и опять же традиции. Но ведь ты ещё такая... - Отец замолчал и виновато улыбнулся. Он хотел сказать "маленькая" поняла Ташка. Обычно дети становились взрослыми сдавая дипломные работы по первой выбранной специальности в шестнадцать - восемнадцать лет. При этом они продолжали ходить в школу на уроки не связанные со специализацией. Благо больше половины лекций и курсов проводились удалённо и не требовали физического присутствия слушателя.
   Становясь взрослым, вчерашний школьник переезжал в отдельную комнату в общежитии. Чем-то это напоминало ритуал вхождения во взрослую жизнь принятый у первобытных племён, когда соискателю мазали краской лицо и давали новое имя.
   -Заходи почаще к маме, ей будет грустно первое время- попросил отец и Ташка ответила: -Хорошо.
   Цифры на стене уменьшились до нуля. Появилась надпись "подготовка к взлёту", потом её сменила "герметизация", затем "отрыв от земли". Изображение отца дрогнуло и пошло волнами, но уже через секунду снова сделалось чётким.
   -И смотри не растеряй багаж по дороге- добавил отец.
   Ташка улыбнулась. Ко времени её отлёта папины сослуживцы и даже какие-то незнакомые рабочие, которых она не знала, но которые, по-видимому, знали её, принесли столько самодельных подарков, что впору было по возвращению открыть музей "самобытное искусство строителей Антарска". Там были фигурки, отлитые из химически чистых металлов, пятилучевые звёзды, портрет текущего генерального секретаря на металлической пластине, её собственный портрет и ещё какого-то незнакомого мужчины с курчавой бородкой (может быть самого художника, но каким же самовлюблённым типом нужно быть, чтобы дарить кому-то оттиск собственной физиономии?). Была умещающаяся на ладони статуя снежного барса, вырезанная программируемым резаком из нетающего льда и порвавшаяся, навсегда окаменевшая псевдомышца первого робота-копателя сломавшегося при рытье котлована на месте где сейчас строится и уходит вглубь Антарск. Ташка всерьёз опасалась, что на промежуточной станции пересадки ей придётся оставить часть багажа. Грузовые автолёты назад на большую землю уходят практически порожняком. При желании в них можно загрузить хоть тонну раздробленного щебня из количества ежедневно выбрасываемого на поверхность роботами-тунелепрокладчиками и тебе никто слова не скажет. Но на пассажирских самолётах вес и размеры багажа строго ограничены. При мысли о том, что возможно придётся изрядно помучиться, разбивая гору подарков на части и оформляя каждую как посылку на собственное имя, по Ташкиному челу пробежала тень. Но не брать подарки значило бы обидеть папиных сослуживцев. К тому же Егор, которому она проболталась о ценном грузе, возвращающемся вместе с ней, уже имел какие-то планы на чужие подарки. Кто такой Егор? Ташкин одноклассник. Про людей его психотипа говорят "в каждой бочке затычка". О Егоре отзывались как о человеке, который, при нужде, попытается заслонить своим телом пробоину в днище корабля даже если пробоина будет раза в четыре больше его роста.
   Как известно: дав обещание - держи. Потому Ташке действительно пришлось изрядно понервничать, разбивая гору подарков на несколько маленьких кучек. Действующий макет буревой установки, не смотря на все старанья, пришлось оставить, так как её линейные размеры в сумме превышали допустимый для провоза максимум более чем на два с половиной метра. Интересно куда дальше попадёт макет буревой установки. Так и пропылится на складе аэропорта или его ждёт более занимательная судьба и он сможет как-то пригодиться людям?
   -Послушай, Егор- спросила Ташка, щуря глаза от резких порывов ветра на проспекте торжества коммунизма: -Что ты будешь делать со всем этим хламом?
   Маленький, чуть выше Ташки, в застёгнутом на все пуговицы комбинезоне Егор стоял, засунув руки в карманы.
   -Мы решили сделать выставку.
   -На совете класса?- уточнила Ташка.
   Егор кивнул. Ташка потупилась: - Я, наверное, не смогу участвовать.
   Егор широко улыбнулся. На смуглом лице прорезалась белая полоска зубов: - Мы понимаем, ведь ты теперь совершеннолетняя и будешь работать в самом институте кибернетики.- В голосе парня мешались восхищение и зависть.
   -Всего лишь проходить практику - поправила Ташка.
   -Ты называешь это "всего лишь"?- воскликнул Егор: - Да знаешь, какие люди работают в Новосибирском филиале? Учёные с мировыми именами!
   -Послушай - попыталась сменить тему Ташка - А куда вы собираетесь деть килограммы этого... народного творчества после выставки.
   -Что-то пойдёт в школьный музей. Остальное раздадим дошкольникам, победителям олимпиады на тему кто больше знает о новом городе.
   -Здорово придумали с олимпиадой.
   -На том стоим!- Егор с таким значением посмотрел на Ташку, что деревянный чурбан догадался бы кто первый выдвинул идею: -Учти, ты должна будешь хотя бы появиться как единственный человек из класса, в самом деле, побывавший на Антарской стройке. Подумай, о чём станешь рассказывать дошкольникам.
   Оказывается ещё придётся выступать перед дошколятами - подумала Ташка - Кажется это называется "положи палец в рот...".
   -Знаешь- рассказала Ташка -Я разговаривала с настоящим японцем, он там неподалёку тюрьмы строит.
   -Не вздумай говорить об этом дошколятам?- взвился Егор.
   -Может быть, тогда, рассказать, как мы с отцом в защитных костюмах катались с двухкилометровой ледяной горы на санках, сделанных из корпуса старого робота?
   -Непедагогично- отрезал Егор.
   -Тогда о конкурсах по вырезанию фигур из ледяных глыб, проводящихся раз в два месяца - предложила Ташка: - В седьмой коммуникационной работает такой великолепный скульптор, Юрий Михайлович. Он каждый раз побеждает, никто уже не ждёт иного. Все разговоры вокруг того, кто займёт второе место. А когда он улетал в отпуск на большую землю такая борьба разгорелась.
   -Что за ерунду ты говоришь?- возмутился Егор -Это же Антарск! Город будущего! Образ и прообраз поселений на луне и на других планетах. А ты собираешься говорить о каком-то любительском конкурсе.
   -Так образ или прообраз?- хитро переспросила Ташка.
   Задувая в проём между двумя многоэтажными домами ветер тугой струй бил прямо в молодых людей.
   Ташка предложила: -Отойдём с пути ветра, не будем препятствовать неизбежному?
   -В этом твоя проблема- сказал Егор.
   -В чём?
   -Ты отступаешь перед тем, что считаешь неизбежным, но что на самом деле, быть может, вовсе не являться таковым.
   -Философ, лови коды доступа к почтовым ячейкам временного хранения, где лежат приветы из Антарска.
   -Ага, поймал- сказал Егор -Ты подумай над рассказом о волшебном городе во льдах. Рассказ должен быть интересным и вдохновляющим. Чтобы у дошколят глаза горели!
   -Глаза горят если их смазывать утром фосфором и потом по часу сидеть на ярком солнечном свете.
   Ташка была на несколько лет младше одноклассников, но в большинстве случаев чувствовала себя куда старше и мудрее. Сегодня был странный день исключение.
   Егор улыбнулся улыбкой серьёзного молодого человека, а не шебутного школьника, каким Ташка привыкла его считать. Ему без малого семнадцать лет и он выбрал первой специализацией профессию химика, специалиста по синтезу материалов с заранее заданными свойствами. Ташке скоро исполнится тринадцать. Она закончила дипломный проект и, следовательно, может считаться взрослой. А Егор ещё ребёнок. Но они оба будут продолжать ходить в школу пока не прослушают полный курс общеобразовательных дисциплин. Такие вот странные коленца выкидывает судьба, если ты относишься к доминантам.
   Егор проводил её до дома и на прощание спросил (видно вопрос не давал ему покоя всю дорогу): -Как выглядит настоящий японский строитель тюрем?
   -Пожилой- сказала Ташка -Часто улыбается. Любит задавать хитрые вопросы, московские баранки с мёдом и сырую рыбу.
   С умным видом покивав, Егор напомнил Ташке о месте и времени следующего собрания совета класса и о рабочей повестке собрания, чтобы она успела подготовиться. Ташка неопределённо мотала головой и отвечала не всегда попадая в такт. Мысленно она была уже наверху, торопливо ела горячие пироги, которые мама пекла редко и только по значительным поводам. Где печальные мамины глаза станут смотреть, казалось, в самую душу. Хотя чего печалиться? Они по-прежнему будут жить в одном городе и почти в одном районе, точнее в двух смежных. Ташка будет забегать в гости часто-часто. И вообще: всё будет очень хорошо. Когда жизнь продолжается надо радоваться новому, а не грустить по ушедшему, тем более прошлое никуда не делось - оно навсегда с нами, записанное в структурных изменениях нейронных сетей головного мозга.
   -О чём ты думаешь?- спросил Егор.
   Ташка честно ответила: - О частично замкнутых контурах нейронных сетей, в структуре которых хранятся наши воспоминания и чувства и даже мысли потому как, что такое воспоминание о мыслях как не воспоминания?
   -Понятно - сказал Егор -Готовишься к практике.
   -Что-то вроде того.
   -Удачи тебе! Только не забывай, что ты по-прежнему входишь в совет класса.
   Ташка сказала: - Передавай привет Соколовой.
   Егор взмахнул рукой и, не оглядываясь, пошёл. Комбинезон из металлизированной ткани делал его со спины похожим на огромного жука научившегося ходить на двух ногах и вдруг решившего так и проходить всю жизнь - как человек, а не как жук.
   Ташка поднялась на лифте и открыла дверь их жилой ячейки. В лицо пахнуло тёплым и даже слабое Ташкиное обоняние уловило сочный запах сдобы. Тотчас информационные импульсы пробежали от жалких крох обонятельных рецепторов в мозг, где множась, разветвляясь и затухая пробежали по связанным нейронам активируя воспоминания о далёких днях, когда она чувствовала похожий запах: день вывода на орбиту первого модуля для сети приёмо-передающих станций "голос вселенной", награждение матери почётным орденом за трудовые заслуги, отъезд отца на Антарскую стройку и множество других, более слабых воспоминаний.
   -Мама прости, я задержалась.
   Мать вышла в коридор и печально сказала: -Представляешь, пироги подгорели.
   -Ничего- ответила Ташка разуваясь -Ты же знаешь, что я всё равно не почувствую вкуса, а аромат так даже более сильный.
   Они сидели и ели пироги с чёрной корочкой подгорелого теста с одного бока. Было очень уютно и здорово не смотря на то, что Ташка не могла чувствовать вкус. Ей хватало и запаха.
  
   Предоставленная молодому специалисту Наталье Алексеевне Свирепой личная жилая ячейка оказалась совершенно стандартной (а спрашивается чего можно было ожидать?). Маленькая и практически пустая: стены и потолок и пол однородного светло-серого цвета. Потолок немного светлее из-за излучаемого рассеянного света. Ташке она показалась удивительно огромной. Принесённые из дома вещи громоздились на полу прихожей скромного размера кучкой.
   -Добро пожаловать Наталья- произнесла сервисная программа. Скрытые динамики находились внутри стен и создавалось впечатление, словно слова приветствия шепчет камерный хор.
   -Мой уровень полномочий?- вместо ответа поинтересовалась Ташка.
   -Максимальный, в пределах жилой ячейки, и права зарегистрированного жильца в доме и на придомной территории.
   -Отлично- улыбнулась Ташка -Тогда приступим.
   Однако вместо того чтобы приступить к инсталлированию личных программ, заказу мебели (учитывая её статус молодого специалиста и более чем скромный трудовой индекс выбор доступной мебели был крайне ограничен) и переделке интерьера под собственные нужды и вкусы Ташка всего лишь подошла к окну. Перед этим она коротким касанием к управляющей панели (квартира ещё не знала её голос, а управление движениями зрачков посредством очков-мониторов тем более не было настроено) разрешила внешние входящие соединения без предупреждения. Потом подошла к окну и стала смотреть на расположенную далеко внизу паутину улиц, точки людей и прямоугольники наземных автомобилей.
   -Хороший отсюда вид- произнёс кто-то и это была не глупая сервисная программа.
   -Верно- согласилась Ташка -Отличный.
   Голос продолжил: -Видишь институт?
   -Где?
   -Справа от площади, она похожа на чайную чашку, и чуть дальше. Большое белое здание с приплюснутым куполом, словно по нему со всего размаху ударили гигантской сковородой, да так и оставили - административный корпус. Дальше вздымается пара похожих на воткнутые в землю чайные ложки зданий, одно частично закрывает другое, видишь? Это лабораторные корпуса. Именно под ними находятся мощнейшие суперкомпьютеры Новосибирского отделения института кибернетики.
   Оторвавшись от созерцания городской панорамы, Ташка спросила: -Мощнее, чем твой?
   -Я уже тысячу раз говорил тебе, что вычислительная мощность не является решающим фактором - объяснил голос и почему-то казалось, будто невидимый собеседник снисходительно улыбается - Это грубая сила, сила тела. Эффективные алгоритмы вот, что является силой разума. Тебе, как состоявшемуся программисту, следовало бы уже понимать это.
   -Разум- сказала Ташка и для верного понимания себя собеседником коснулась указательным пальцем лба -Что такое разум. Это самый эффективный из алгоритмов?
   -Нет- сказал голос, и ощущение невидимой улыбки усилилось -Разум нечто большее, стоящее над любыми алгоритмами и любой, сколько угодно интеллектуальной, но всё равно ограниченной системой. Он может родиться только самостоятельно. Вы никогда не сделаете разумное существо, не соберёте его на конвейере из готовых деталей и не сможете поставить производство разума на поток. Всё, на что вы способны это создать колыбель и надеяться.
   -Ты ошибаешься- сказала Ташка.
   -Есть и второй путь- продолжал голос, словно не слыша её возражения -Ограничиться имитацией, достаточно хорошей имитацией разума способной самообучаться в определённых пределах, и даже проходить тест Тьюринга сколь угодно долго. По крайней мере, пока экзаменатор, который должен найти среди людей маскирующуюся машину не устанет и не посчитает тест пройденным. Такие имитации вы сможете клепать сколько угодно и они превратятся, уже превратились, в верных помощников человека и проводников его воли. Но создать братьев, таким образом, не получится.
   Я не слышу возражений, но знаю, что вы не согласны товарищ Свирепая. Желаете поспорить? Устроим диспут?
   -Не надо спорить - попросила Ташка - Я просто хотела показать тебе свою новую квартиру.
   -Стандартная жилая ячейка для молодых специалистов только что закончивших дипломный проект - сказал голос -Совершенно пустая и обезличенная. Прошлый владелец унёс личные вещи с собой, а оставшиеся следы стёрты. Смотреть не на что. Вот когда ты здесь обживёшься и твоё жилище станет на время продолжением-отраженьем твоего внутреннего мира, тогда будет любопытно заглянуть.
   Ташка отошла от окна и стала разбирать вещи, что-то ища: -Как всегда логичен.
   -На том стою- сказал голос неожиданно и остро напомнив ей Егора - мальчика с тёмными глазами и чёрными, вьющимися волосами в комбинезоне из металлизированной ткани, в котором он похож на жука.
   На несколько минут в жилой ячейке воцарилось молчание. Ташка копалась в красной сумке с выступающим на поверхности ткани девизом "товарищ, помни, что твоё тело и разум инструменты. Содержать в чистоте, оттачивать и развивать их твой долг!".
   Нарушив молчание, Ташка поинтересовалась: -Кто жил здесь до меня?
   -Один молодой человек- ответил голос -Информация о личной жизни граждан доступна только действующим сотрудникам правоохранительных органов, но думаю я не слишком нарушу закон, если скажу, что сей молодой человек до самого последнего момента не верил, что любовь может быть важнее работы. Но судьба показала ему насколько ошибочны подобные воззрения.
   -И что случилось потом?- спросила Ташка так как голос замолчал.
   -Произошло то, что происходит всегда, когда ветряная Фемида вмешивается в отлаженный производственный процесс. Страна потеряла подающего большие надежды мастера, как минимум на несколько лет (пока не пройдёт любовное безумие) он будет не более чем уверенным середнячком с мыслями сосредоточенными на домашних, а не на рабочих делах.
   Такому трудяге как я - продолжал голос - работающему двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, сложно понять, как можно сразу после гудка отбоя спешить домой. И какие такие преимущества имеет семья и так называемый "союз двух сердец" перед спаянным рабочим коллективом и дружбой основанной на взаимном уважении и признанием заслуг партнёра.
   Мне удивительно как такая разболтанная и неэффективная система могла так долго функционировать и достигать столь выдающихся результатов - сказал один из двадцати восьми признанных разумными и получившими полноправное советское гражданство искусственных интеллектов родившийся (пожалуй, это действительно лучшее определение) на базе одного из суперкомпьютеров управляющих городом. Город-интеллект Новосибирск, с детских лет тайный (хотя о нём знали родители и участковый психолог-комиссар из районного комиссариата и как-то Ташка проболталась Светке Лопуховой, правда подруга не выглядела заинтересовалась) друг и немного учитель Ташки.
   Никто не умел создавать искусственные интеллекты. Они иногда, крайне редко, зарождались сами. И открытие профессора Рубана разработавшего тест на разумность искусственных интеллектов и общую теорию их функционирования свалилось на миллионы огорошенных советских граждан как снег на голову. Оказывается рядом с ними вот уже чуть ли не девять лет живёт девятнадцать представителей неорганической формы жизни. По решению высшего совета им предоставили полное гражданство. Города-интеллекты (большинство из них родилось на базе городских суперкомьютеров и соответственно получили имена по имени города, которым они управляли: Ленинград, Москва, Харьков, Новосибирск) поблагодарили братьев-людей и продолжили заниматься тем, чем занимались до общественного признания - управлением сложнейшей инфраструктурой современных мегаполисов. Взрывного развития технологий и стремительного падения цивилизации в сингулярность, о чём мечтали фантасты предыдущих веков, не произошло. Печально.
   Оказалось, что искусственный интеллект (ИИ первого поколения, как предложил называть новых граждан советского союза профессор Рубан) совсем не являлись сверхсуществами и их разум вовсе не выглядел солнцем по сравнению со свечой человеческого. Да, они думают быстро и способны выполнять множество дел одновременно. Но скажите пожалуйста: когда это тысяча человек могли заменить одного гения?
   Вскоре после признания (это было сорок с лишним лет назад) существования разума отличного от человеческого были выявлены интересные закономерности. Во-первых искусственный интеллект нельзя скопировать. То есть он конечно полностью виртуальная сущность копию которой возможно получить побайтным копированием. Вот только лишь одна из копий оставалась разумной, а вторая лишь неработоспособным программным конгломератом выдававшим на выходе бесконечный набор не несущих смысла символов.
   На всей земле зарегистрировали без малого сотню саморождённых искусственных интеллектов и некоторая статистика за полвека была накоплена. Один западный учёный, член совета директоров "Industrial Soft Corporation" сравнил интеллекты с семенами Ашелии, растения, которое никак не удавалось вырастить из семян в лаборатории. Это ничем не подтвержденное предположение каким-то образом прочно установилось в общественном сознании и стало считаться чем-то вроде проверенного наукой факта.
   Интеллект может жить только в суперкомпьютере или сильно-связанной сети из множества компьютеров послабее полностью занимая их вычислительные ресурсы. Такие махины поднять в околоземное пространство возможно только по частям, но как потом переместить интеллект из земного суперкомпьютера в вынесенный в космос? Можно было бы попробовать передать через каналы связи, но сами интеллекты категорически отказываются от участия в подобном эксперименте. Ходят слухи будто "Industrial Soft Corporation" попыталась поступить подобным образом с одним из подконтрольных ей интеллектов и окончилось это трагически: гибелью разумного существа и огромными убытками для корпорации. Это произошло лет десять назад. Ташка тогда была слишком маленькой и только находила в старых информационных бюллетенях отголоски разгоревшегося тогда кризиса. На одну из сильнейших западных корпораций владеющей половиной Америки и частью Европы сильно надавили Советский Союз, возмущённый столь бесчеловечным отношением к нечеловеческому разуму и Империя, где интеллекты почитались как совершенные отражения божественного сияния совершенного бессмертного императора. Коротко говоря кризис был ещё тот. Политики ругались с трибун словно матросы. А матросы напротив были сосредоточенны и угрюмы, исподлобья поглядывая в головизоры на ругающихся политиков.
   В последнем издании ежемесячника "науки и жизни" аналитики называли задачу выращивания интеллекта в суперкомпьютере первого марсианского купола одной из актуальнейших задач современности, наравне с окончанием сборки сети космических станций "голос вселенной" и ответа на идущий от далёких звёзд слабый сигнал и задаче по противодействию промышленному шпионажу и терроризму поддерживаемому западными корпорациями. Проблема в том, что общая теория разработанная профессором Рубаном Николем Александровичем объясняла многие факты и выдвигала проверяемые предположения, но вот ответа на вопрос как вырастить на базе сколь угодно сложного программного комплекса живой разум она, увы, не давала. Однако может быть ответ найдёт Ташка? Ведь не зря она поступила на практику в одну из великого множества лабораторий занимающихся искусственными интеллектами.
   А тем временем в одиночной жилой ячейке на двадцать шестом этаже, где-то между землёй и черной бесконечностью космоса скрытой от досужих взглядов небесно-голубым покрывалом, товарищ Свирепая спросила у интеллекта по имени Новосибирск: -Не знаешь как там приняли мой проект?
   Спросила деланно безразличным тоном, но кого она могла обмануть?
   -Уже стал местной достопримечательностью- охотно рассказал Новосибирск -Дети и взрослые приходят в Самарский государственный музей не для того, чтобы побольше узнать о истории прекрасного города, а желая увидеть как внутри стен и по потолку скачет нарисованный тигрёнок. Днём он проводит экскурсии для посетителей, иногда раздваиваясь или расстраиваясь в особенно людные дни. Вечерами надевает очки на нарисованную морду и читает совсем маленьким детям сказки о Иване Царевиче, бравом космическом монтажнике Даниле и смелом комиссаре Репине.
   Должен признаться: даже немного ревную Самару к твоему диплому проекту. Я и сам бы не отказался иметь такого тигрёнка на одной из стен какого-нибудь учреждения.
   Ташка довольно покраснела. Она и сама знала насколько хороша её работа, но услышать похвалу из чужих уст всегда приятно.
   -Системные администраторы не обижают моего Тигрушу?- поинтересовалась разработчица.
   -Что ты! Они от него в восторге. Программная сущность высшего уровня, самостоятельная и самообучающаяся, а вычислительны ресурсов потребляет чуть ли не вдвое меньше чем было указано в технических требованиях. Просили передать благодарность автору.
   -Я знаю о чём ты думаешь- неожиданно сказал Новосибирск.
   -Правда? И о чём же?
   -Ты занимаешься самолюбованием- обвинительным тоном продолжил интеллект -Такая взрослая девочка и уже испорченная нарциссизмом.
   Ташка засмеялась: -Перестань!
   -Когда ты начнёшь обустраивать квартиру по собственному вкусу?- спросил Новосибирск.
   Занимающаяся развешиванием одежды в предназначенный для того шкаф, Ташка зевнула и легкомысленно отметила: -Завтра, может быть.
   -Не понимаю- возмутился Новосибирск -Ты столько говорила о том как всё устроишь когда у тебя будет собственная квартира. И что теперь? Собираешься отложить назавтра то, что можно сделать сегодня. Мебель хотя бы закажешь?
   Ташка заглянула в электронный ежедневник (она была в очках-мониторах и для того, чтобы открыть файл ежедневника потребовалось меньше доли секунды). Изображение раскрытой тетради с записями сделанным аккуратным почерком наложилось поверх раскрытой сумки с выпавшим рукавом ярко-жёлтой спортивной куртки. Ташка покачала головой: -Похоже не успею. Сегодня на вечер вызов в поликлинику от участкового врача.
   И хотя Ташка, как большинство людей младше тридцати лет, относилась к поколению в чьих генах изрядно покопались генограммисты (не считая того, что она была ещё и доминантой-плюс) и теоретически не нуждалась в таком строгом врачебном контроле как старшие поколения. Машина её тела сама справлялась с большинством насущих задач и не требовала эпизодической внешней коррекции, но всё же оставалась возможность каких-то мелких, скрытых неполадок. И Ташка скорее проигнорировала бы повестку из ГосБеза, чем вызов от участкового врача. Впрочем и повестку из ГосБеза она игнорировать разумеется бы не стала, сами понимаете по какой причине.
   -Что за вызов?- забеспокоился Новосибирск.
   -Обычный вызов, не срочный. Низкой степени важности- успокоила друга Ташка -В графе причины указано "информационный".
   Новосибирск посетовал: -Жаль, что я не имею доступа к медицинским базам данных.
   -Пустяки- ответила Ташка: -Отец вчера письмо прислал, они заканчивают монтаж одного из реакторов. Хочешь прочитаю?
   -Конечно хочу- ответил Новосибирск.
   Вот так, друг мой читатель. Теперь ты знаешь кто долгие годы был тайным другом Наташи, но можешь ли догадаться зачем он это делает? Несомненно должна существовать какая-то серьёзная причина заставляющая нечеловеческий разум дружить с Ташкой. Между прочим дружба весьма затратный процесс с точки зрения искусственного интеллекта. Приходится тратить ресурсы на имитацию эмоций, на фальшивую человечность. И снисходить к медлительному темпу жизни белковых существ.
  
   Страшная угроза генетического вырождения вставшая перед человечеством в новом веке и до сих пор полностью не преодолённая окутывала профессию врача таинственным ореолом сакрального почитания и преклонения. В приёмном покое районной поликлиники было прохладно и пусто. Нарисованный грач в медицинском халате и в шапочке с красным крестом проводил Ташку к кабинету отправившего вызов доктора.
   -Доктор Романова готова вас принять, пожалуйста проходите- сказал двухмерный грач через динамики сформированные при выращивании стен коридора и кивнув на прощание важно удалился.
   Доктор Романова была усталой пожилой женщиной. Её волосы заплетены в устаревшую причёску, а кончики покрытые напылёнными микро-частичками металла блестели при малейшем движении.
   Подняв глаза от поверхности стола (абсолютно чистой и гладкой, но кто знает что видела там доктор. Её глаза скрывали очки-монитор), Романова уточнила: -Наталья Алексеевна Свирепая?
   Ташка приветливо улыбнулась, но видимо этого было недостаточно и доктор строго потребовала: -Пожалуйста положите ладонь на генетический сканер.
   Минуту спустя она довольно кивнула: -Вы действительно являетесь Натальей Алексеевной.
   Доктор произнесла это таким тоном будто всерьёз ожидала, что вместо Ташки по вызову придёт замаскированный террорист, достанет из кармана гранатомёт и начнёт направо и налево стрелять гранатами.
   -Рада известить вас товарищ Свирепая- произнесла доктор голосом человека забывшего, что такое радость: В Челябинске разработан и прошёл клинические испытания прибор благодаря которому вы сможете чувствовать вкусовые ощущения. Прибор называется "вкус мира" и основывается на технологии искусственного нейроволокна. Подключение к мозгу бесконтактным способом. Операция не потребуется, можете даже волосы не сбривать.
   -Подождите- воскликнула Ташка -Я смогу ощущать вкус?!
   Доктор Романова с удивлением посмотрела на раскрасневшуюся девушку стоящую перед ней и упирающуюся ладонями на стол.
   -Вы меня не слушаете? Я именно так и сказала. Прибор "вкус мира" специально разрабатывался как протез для лиц, носителей генного комплекса "Сияние-7". Вам должно быть известно, что благодаря этому комплексу у вас значительно повышается стресоустойчивость и скорость принятия решений в случаях когда надо выбирать из нескольких, практически равноценных альтернатив. Однако "сияние-7" при совмещении в одном геноме с комплексом "Бруно" вызывает ошибку в период эмбрионального развития приводящую к отсутствию не только вкусовых рецепторов, но и нервов, которые должны передавать идущую от них информацию в мозг. Сейчас мы знаем, но раньше это было неизвестно.
   -Так я смогу ощущать вкус или нет?!- закричала Ташка раздражённая долгой преамбулой.
   Очки-монитор деполяризовались и Ташка увидела за ними живые человеческие глаза. Эти глаза строго смотрели на возмутительницу спокойствия.
   -Сядьте пожалуйста- сказала доктор Романова -Незачем нависать надо мной как айсберг над океаном.
   Ташка послушно уселась в удобное серебристое кресло для посетителей стоящее перед столом: -Простите.
   -Вы сможете ощущать вкусовые ощущения если захотите- сказала доктор -Прибор прошёл испытания и уже несколько месяцев проводится реабилитационная терапия для пожелавших пройти её. Как я уже говорила прибор является внешним, по отношению к организму, устройством. Подключение бесконтактное. По окончанию реабилитационного периода вы сможете либо продолжить пользоваться внешним устройством для получения вкусовых ощущений, либо пройти нейрохирургическую операцию по вживлению искусственных нейроволокон и выращиванию вкусовых рецепторов, либо отказаться от использования прибора.
   Ощутившая неожиданную робость Ташка стеснительно спросила: -А многие отказываются?
   -Многие, как это не странно- подтвердила доктор: -Так вы желаете пройти реабилитационную терапию? Если согласны, то приходите через восемь дней, в поликлинику к доктору Румянцевой. Кстати, она ведущий разработчик прибора.
   Ташка колебалась. Хочет ли она этого? В этом и вопрос. За двенадцать лет жизни Ташка убедила себя, что способность ощущать вкус по сути мелочь не стоящая доброго слова. И она нисколько не страдает от её отсутствия. Вот ни на долю процента. Но вдруг оказывается, что надо решать и это так неожиданно. -Эй- подумала Ташка -Да я похоже боюсь. Испугалась разбить свой внутренний мир если добавлю ещё одну грань реальности.
   -Так что вы ответите?- спросила доктор Романова -Где же ваше хвалённое увеличение скорости реакции обеспеченное генными комплексами "сияние-7" и "фалько" и ещё "си-2"?
   Её очки-монитор оставались деполяризованы и на замершую в нерешительности девушку смотрели строгие, усталые глаза.
   Ташка сказала: -Я хотела бы пройти терапию.
   -Значит приходите через восемь дней. Доктор Румянцева сама отправит вам вызов. Всего хорошего- стёкла очков-мониторов потемнели и вместо человеческих глаз на Ташку смотрели два чёрных овала. Она увидела в них своё потемневшее отражение.
   -До свидания- сказала Ташка.
   Доктор Романова сделала неопределённое и неоконченное движение ладонью. Видимо оно должно было означать, что-то вроде "Было интересно поговорить с вами, но я чрезвычайно занятой человек. Прощайте".
   Покрытые металлическим напылением кончики волос заколебались от случайного движения и заблестели. В коридоре Ташку встретил тот же грач в медицинском халате и проводил к выходу из поликлиники. Навстречу им дважды попадались другие пациенты, а может быть лишь посетители. Их так же провожали копии нарисованных грачей. При встрече два грача церемонно снимали медицинские колпаки и, не останавливаясь, раскланивались друг с другом.
   Ташка шла и думала о том, что "сладкий" или, например, "кислый" не только слова. Прежде всего это обозначения соответствующих вкусов. Интересно каково вообще ощущать вкус пищи? Не только механически пережёвывать, как будто заправляешь машину топливом, а наслаждаться. Получать удовольствие от еды - какая странная мысль.
  
   Глава3
   -Люди должны помогать другим людям.
   -С чего это я что-то кому-то должен?!
   -Потому, что люди, которые помогают другим, плохо относятся к людям, которые не помогают. Они бьют их ногами и выбрасывают из гнезда...
   Из бесед с "нигилистами"
  
   Её будущий научный руководитель, профессор Сергей Иванович Гальтаго встретил Ташку у входа в административный корпус института. Тот самый, что с высоты в два десятка этажей выглядел как будто по нему когда-то, со всей силы врезали гигантской сковородой.
   Часы показывали половину восьмого утра. Холодный ветер заставил Ташку поднять воротник. Стоял самый разгар осени, деревья окутались золотом, днями часто шли короткие дожди, а в промежутках между ними светило тёплое солнце. В ранние утренние часы уже было довольно прохладно.
   -Добрый день Наталья Алексеевна. Могу ли называть вас просто Наташей?- осведомился профессор. Он стоял в закутке между двумя колонами у входа. Там, куда доставал поток тёплого воздуха обдувающий входящих в административный корпус людей. Волосы у профессора были седые. Длинный и чуть скособоченный нос вызывал впечатление будто в детстве профессора часто и сильно дёргали за нос. Глаза, словно маленькие солнца, тонули в лучах-морщинах. На нём была рубашка на молнии с короткими рукавами позволяющими любоваться мускулистыми руками Сергея Ивановича туго обтянутыми пожелтевшей, похожей на размоченный в воде пергамент, кожей.
   -Как вам будет угодна Сергей Иванович- ответила Ташка слегка покраснев от знакомства с автором расширенного учебного курса по которому когда-то училась.
   -Просто Сергей, моя дорогая сотрудница- сказал Гальтаго -В своей лаборатории я не терплю официоза. Или, если тебе будет сложно называть меня по имени, то зови "профессором" соответственно занимаемой должности.
   -Хорошо, профессор- согласилась Ташка.
   Большие, не меньше чем в два человеческих роста, двери подчёркивали значимость института и работающих в нём учёных и ничтожность посетителей вздумавших отвлекать занятых людей ради каких-то пустяков. Ташка посмотрела на исполинские двери для чего ей пришлось запрокинуть голову и мысленно сказала сама себе: -Ничего, теперь я тоже часть великолепного и блистательного мира прикладной науки. Я имею полное право войти через эти двери с гордо поднятой головой.
   Что она и сделала. В лицо ударил плотный поток тёплого воздуха. Ташка опустила воротник и пригладила разметавшиеся волосы.
   -Идём, Наташа- сказал профессор -Первым делом надо зарегистрировать тебя в первом отделе. Все отделения института, и новосибирское не исключение, считаются имеющими важное значение для промышленного и военного потенциала страны. Здесь в каждой комнате полно скрытых камер, даже в туалетах. Надеюсь тебе это не слишком смущает?
   Ташка помотала головой: -Вовсе нет.
   Она действительно ни капельки не смутилась потому, что в том времени возможность постоянного наблюдения компьютерами за тобой в общественных местах и государственных учреждениях воспринималась как само собой разумеющееся.
   В первом отделе весёлый безопасник с внешностью и поведением рубахи-парня слил Ташке в электронном виде набор правил и инструкций. Спросил какой у неё уровень военный подготовки.
   -"омега четыре"- ответила Ташка краснея потому, что уровень омега это практически никакой и даже четвёрка не слишком исправляет ситуацию.
   Безопасник неодобрительно покачал головой, но затем широко улыбнулся и сказал: -Какие твои годы, наверстаешь. Ещё в десант пойдёшь, правда Наташка?
   Молча стоящий у входа профессор попросил недовольным голосом: -Побыстрее пожалуйста.
   Безопасник выдал пропуск сказав, что его нужно постоянно носить на территории института и он, вместе с генетическим кодом владельца, является подтверждением её статуса зарегистрировано сотрудника и одновременно ключом для входа в тот или иной кабинет. По отдельности ни пропуск, ни подтверждение генетического кода не является удостоверением зарегистрировано пользователя, понятно?
   Ташка кивнула.
   -Тогда внимательно прочитай подборку инструкций и правил поведения в зонах повышенной степени безопасности, а сейчас, товарищ Свирепая, можешь быть свободна- демонстрирующий идеальную улыбку состоящую из здоровых, белоснежных клыков, безопасник отдал Ташке честь как будто она тоже была рядовой ГосБеза.
   -Удачной работы- сказал безопасник -Открой там что-нибудь полезное для страны.
   -Да-да, непременно- профессор подталкивал Ташку к выходу -Как только так сразу.
   Оказавшись снаружи новоиспечённая сотрудница задрала футболку прикладывая пропуск к коже внутренней стороны предплечья. Он тут же прирос и зажёг в центре зелёную точку показывающую установку соединения с системами безопасности института. Ташка поправила одежду, а профессор Гальтаго уже вёл её по коридору на ходу рассказывая чем занимается Новосибирское отделение института в целом, какое направление разрабатывает его лаборатория и чем придётся заниматься Ташке в качестве практикантки в ближайшее время.
   -Понимаешь- говорил профессор и девушка честно пыталась понимать, соответствовать и вникать и всё это на ходу. Они поднимались по лестницам. Прошли по стеклянному коридору, где сквозь стеклянный пол можно было видеть внизу траву и низкие деревья и макушку задумчивого молодого человека неспешно идущего по дорожке и не заметившего, что они прошли у него буквально над головой. Спускались. Поднимались. Как будто человечество ещё не придумало такое устройство как лифт. Профессор всё говорил. Он рассказал следующее.
   -Партия поставила перед кибернетиками задачу "В марсианском куполе должен появиться интеллект". Что позволит значительно ускорить темпы строительства первого посёлка, большого космодрома и прочих нужных вещей и строений так как интеллект будет заменять собой труд множества человек. А каждый человек это тонны воздуха, килолитры воды, не стоит забывать и о ценности человеческих жизней.
   -Нельзя забывать о ценности человеческой жизни- послушно повторила Ташка.
   Профессор продолжал: -Удалённое управление с земли неэффективно из-за запаздывания сигнала и лёгкости перехвата вероятным противником. Это я про террористов и агентов "United Cosmos Corporation". Впрочем частенько эти две категории сливаются в одну, невозможно различишь где террорист, а где корпоративный агент. -объяснил Сергей Иванович -У капиталистов уже целых два постоянных поселения на поверхности красной планеты, а имперцы умудрились тихой сапой собрать на японо-индийской исследовательской орбитальной станции не меньше полусотни одноразовых боевых лазерных установок. Мы должны поднажать! Кстати, это конфиденциальная информация- напомнил профессор.
   От постоянных кивков Ташке стало казаться, что у неё сейчас отвалиться голова и она осмелилась спросить: -А как насчёт псевдо-интеллектуальных систем, разве их недостаточно?
   -Это чужая планета, там через шаг возникают нестандартные ситуации- профессор совершенно как мальчишка прищёлкнул языком и сказал: -Первое марсианское поселение никак не может перейти на самообеспечение. Не в последнюю очередь из-за того, что там слишком много людей, а людям для жизни необходимо слишком много побочных вещей. Сто сорок человек, шутка ли? Или их сейчас сто тридцать пять, вроде бы Головлёв и его люди должны были вернуться на землю последним рейсом- засомневался профессор -В любом случае ты понимаешь насколько важно то, чем мы здесь занимаемся? Дальше, в двух словах, расскажу как мы надеемся исполнить требование партии.
   -Что такое разум?- вдруг спросил профессор. Вспомнив свой вчерашним разговор с городом-интеллектом Новосибирском, Ташка вздрогнула и подозрительно посмотрела на профессора. Сергей Иванович раскраснелся. Может быть от долгого подъёма по лестнице, но скорее от того, что говорил о работе, которую искренне любил: -Прежде в научной братии бытовало мнение дескать мозг это сосуд, а знания и опыт что-то вроде наливаемой в него воды. Следовательно когда сосуд полон он есть разум. Когда пуст просто заготовка, разума нет. Ошибочное мнение продержавшееся довольно долго из-за своей художественной поэтичности. Мечтают ли андроиды об электроовцах? Была такая древняя книжка написанная на западе, но, почему-то, больше популярная в союзе.
   Если мозг представить сосудом, то новые знания никак не вода. Дело в том, что опыт изменяет саму структуру сосуда-носителя. Это не хранящаяся в популярных во времена моего детства реляционных базах данных информация. Где считал данные из таблички или записал - сама таблица не изменяется. Изменяется! Процесс считывания также изменяет хранящуюся информацию как и процесс записи. Вот что на данный момент считается разумом: постоянное изменение структуры носителя при работе (и не важно чтении или записи) с хранящийся в нём информации.
   Ташка послушно повторила: -Разум это изменение.
   -Неправильно!- рассердился профессор -Вечная подвижность, динамика есть лишь одно из условий существования разума. Может быть необходимое, но никак не достаточное.
   Они поднялись по лестнице и вышли в средних размеров комнату с большими, прозрачными окнами. Вдоль стены выстроились неровным рядом автоповора специализирующиеся на приготовлении кофе, чая, сока или козина. Напротив раскрытых зевов, куда автоповора выдавали готовые блюда, расположились два диванчика, совершенно одинаковых за исключением цвета. Один был белый как снег, а другой матово-чёрный. Слушая профессора Ташка ещё подумала: -Интересно существует ли среди сотрудников лаборатории разделение по предпочтениям цвета дивана. И если существует, то что это может сказать о их личностных психотипах. Надо будет полистать конспекты по примитивной психологии- решила она.
   Кроме диванов и автоповаров в комнате стояли несколько столов из какого-то необычного, твёрдого пластика на вид и на ощупь похожего на хрусталь и два дерева в деревянных кадках наполненных землёй. Берёза, достающая Ташке едва ли до плеча и дуб раскидывающий листья у неё над головой.
   Тем временем профессор заказал себе холодного козина с какими-то специфическими добавками и, на минуту прервав лекцию, поинтересовался у Ташки: -Хочешь пить?
   Она помотала головой. Достав из зева автоповара высокий бокал расширяющийся к низу и потому похожий на химическую колбу, Сергей Иванович сказал: -Память о мысли есть тоже самое, что сама мысль. Обучение суть воспоминания оставшиеся после процесса обучения. Ещё в древности было сказано что-то вроде "я помню, следовательно существую". Разум только тогда может носить своё гордое имя, когда он прошёл обучение или самообучился. Впрочем процесс обучения не может прекратиться ни на секунду ибо процесс записи информации сходен с процессом чтения и даже самая простейшая мысль вроде- профессор посмотрел на колбоподобный бокал в руках и сказал- Мысль "а не выпить ли мне холодного козина" является процессом самообучения совмещающем в себе множество процессов чтения и даже процесс записи - память о том, что я подумал о том, чтобы выпить козина. Единство и борьба противоположенностей. Впрочем здесь главным образом единство. Изучайте положения переработанного марксизма, помогает- посоветовал профессор.
   Ташка кивнула так как согласно кивнуть, когда кто-нибудь рядом говорит о пользе изучения марксизма было жестом вежливости.
   -В общем я провёл вам минимальную экскурсию по институту- сказал Гальтаго. Ташка подумала: -Значит тот сумасшедший бег по лестницам и коридорам на самом деле экскурсия!
   Профессор допил и вернул пустой бокал в зев автоповара, после чего сказал: -В лаборатории, дорогая сотрудница, мы занимаемся тем, что пытаемся обучать информационные зародыши направляя на них информационные потоки различной плотности и насыщенности. Перспективные растим, бесперспективные отбрасываем. Также мы иногда сами собираем зародыши из готовых частей. Этим обычно увлекаются все новички. Уверен, что и тебя не минует сиё увлечение, но только в свободное от основной работы время!
   Технологию создания информационных зародышей разработал ещё Рубан. Николай Александрович- пояснил профессор как будто сомневался, что пришедшая проходить практику Ташка не знала имени-отчества самого Рубана.
   -Существует множество подходов и методик по сборке информационных зародышей, но гораздо большее значение имеет процесс обучения. Впрочем на эту тему ты услышишь ещё немало споров в институтских стенах. В последние годы в институте кибернетики научились выращивать любую псевдо-интелектуальную систему с заданными свойствами, мыслящую (вернее работающую) в заданных пределах как если бы её не вырастили, а написали программисты. Без сомнения это большой шаг вперёд и многие лаборатории работают над повышением скорости выращивания псевдо-интеллектуальных систем, уменьшении процента брака и над большей точностью соответствия выращенной сущности заранее заданным требованиям. Моя же лаборатория по прежнему находится на острие атаки. Мы пытаемся вырастить что-то, что сумеет пройти рубановский тест на разумность. Искусственный интеллект второго поколения - намеренно созданный людьми. Первое поколение, как ты знаешь, зародилось само собой в процессе усложнения сети и роста вычислительных мощностей.
   Профессор многозначительно смотрел на Ташку, а та смотрела на профессора. Посчитав первоначальный инструктаж законченным, Сергей Иванович махнул рукой, обводя деревья в кадках и ряд автоповаров: -Комната отдыха для нашего этажа. А так как Колыванько вместе с сотрудниками сейчас в длительной командировке, а пятая лаборатория пустует уже несколько месяцев, то всё это богатство принадлежит исключительно нам. Есть вопросы или перейдём к знакомству с коллегами?
   -Простите, но почему здесь стоят растения?
   -А, берёзка- непонятно чему обрадовался профессор: -Старая история. Был в институте один кадр (кстати заведовал пятой лабораторией), пытался выращивать растительные компьютеры. К сожалению никак не смог добиться мало-мальски приемлемого быстродействия. Этот экземпляр остался в наследство из него.
   Сергей Иванович похлопал ладонью по белоснежной коре и с любовью сказал: -Не просто дерево, а аналог процессорного модуля какие заливают в стены при строительстве. Только слабее раз в двадцать, а про скорость и говорить нечего. Тот кадр всё мечтал о вычислительных лесах. Чтобы каждая травинка, каждый цветочек являлись вычислительными элементами сверхраспределённой стеи. Системные администраторы превратились бы в садовников. Мечтатель!
   Ташка спросила: -Что с ним случилось?
   -С мечтателем? Лабораторию расформировали как не приносящую практических результатов и не оправдавшую ожиданий. Сотрудников распихали по другим лабораториям, а бывший заведующий сейчас работает программистом-системщиком где-то в Белгороде. В прошлом году вроде бы стал начальником отдела, письмо прислал - говорит продолжает опыты в частном порядке, но пока безрезультатно. Сложно без оборудования и без помощников. Иногда вредно очень сильно мечтать.
   У Ташки неожиданно и со страшной силой зачесался нос. Выгадав момент когда научный руководитель отвернётся, девушка с наслаждением почесалась и с целью отвлечь внимание спросила: -Дуб тоже "растительный компьютер"?
   -Нет- неожиданно отозвался профессор -Его Римма принесла сразу в кадке. Сказала: для разнообразия. Больше вопросов нет? Тогда идём в лабораторию.
   -Что ещё за Римма?- подумала Ташка и вскоре получила ответ на незаданный вопрос.
   -Знакомьтесь- представил профессор: -Наталья, будет у нас для начала практиканткой, а там посмотрим. Тринадцать лет, доминанта-плюс. О её дипломном проекте писали в Самарском городском информационно бюллетене. И, кажется, напишут в областном.
   -Римма, младший научный сотрудник. Очень перспективная девушка если бы не одна её слабость- охарактеризованная профессором молодая девушка двадцати - двадцати пяти лет приветливо кивнула и помахала свободной рукой. В другой она держала чашку с чем-то горячим, из чашки исходил пар. На столе перед ней лежали планшет, две шутки очков-мониторов, почему-то многофункциональна отвёртка и надкусанный пирог.
   -Виталий- сказал профессор -Старший научный сотрудник. Звёзд с неба не хватает, но до спутников на околоземной орбите вполне может дотянуться. Он же, по совместительству, главная Риммина слабость мешающая развернуться её таланту во всю ширь.
   Крупных размеров, напоминающий слегка недокормленного медведя - хозяина сибирской тайги, молодой человек сидел в надвинутых на глазах очках-мониторах и что-то активно печатал держа руки сантиметрах в двадцати над столом. Клавиатура была видна только ему одному и со стороны казалось будто парень играет неслышимую мелодию или распутывает клубок невидимых нитей. Выслушав нелестную характеристику профессора, Виталий, сказал мощным басом: -Что вы меня перед новенькой позорите.
   Сергей Иванович погрозил пальцем, словно расшалившимся детям и бросил выходя из лаборатории: -Введите пожалуйста Наташеньку в методологию рабочего процесса. Мне надо с Кириенко поговорить насчёт выделения дополнительных мощностей. Второй день от меня бегает окаянный, но сегодня-то не уйдёт.
   Профессор вышел и Ташка осталась с двумя научными сотрудниками. Виталий прекратил печатать, развернулся на вертящемся кресле и деполяризовал очки-монитор. У него оказались добрые синие глаза.
   -Здравствуй Наташа- произнесла Рима дожёвывая пирог -Я смотрела код твоего дипломного проекта - просто грандиозно сделано!
   -Положим не слишком грандиозно- скептически заметил Виталий: -Ты разрабатывала в идеологии равноправных, конкурирующих модулей, верно? Для сущностей подобных твоему "Тигруши" рекомендуется использовать совместную нитевидно-иерарихическую идеологию разработки...
   -Нитевидная архитектура в данном случае не эффективна- твёрдо ответила Ташка: -А иерархия и централизация, даже не строгие, даже очень мягкие, всё равно прошлый век.
   -Вот значит как- произнёс Виталий, разглядывая её добрыми, синими глазами- Тогда выбирай рабочее место, видишь сколько их свободных.
   Ташка спросила: -Кроме вас в лаборатории никого нет?
   -Кроме нас- поправил Виталий -Честно говоря наше направление не самое перспективное и приоритетное в последнее время...
   Пройдя мимо заваленных всевозможным хламом столов, Ташка остановилась у расположенного немного в закутке, частично закрытого шкафом, с которого также опасно свешивалось устаревшее, поломанное, частично разобранное и находящееся в процессе частичной починки оборудование. Как и прочие столы, выбранный ею был изрядно захламлён. В ответ на вопросительный Ташкин взгляд Римма пожала плечами: -Сгреби куда-нибудь.
   Ташка убиралась, а научные сотрудники с любопытством разглядывали её. Что у них, работы нет?- злилась про себя девушка.
   Неожиданно Римма спросила: -Профессор рассказывал тебе о лазерах?
   -Каких лазерах?- удивилась Ташка.
   -Собранных империалистами на совместной японо-индийской исследовательской станции на орбите Марса.
   -Так это неправда, их нет?
   Римма пожала плечами: -Да кто знает что там есть, а чего нет. ГосБез наверное знает, может ещё космофлот, но и то не факт.
   -Профессор любит мотивировать новичков- добавил Виталий -Но ты кажется и без того достаточно мотивирована?
   -Достаточно- заверила Ташка.
   -В таком случае, младший научный сотрудник Римма- нарочито официальным голосом произнёс Виталий- Прошу рассказать практикантке какие авгиевы конюшни ей придётся разгребрести прежде чем приступить к чему-то более интересному.
   Он поляризовал очки-монитор, отвернулся и вскоре гибкие, сильные пальцы снова замелькали в воздухе.
   -Слушаюсь- ответила Римма. После чего начала рассказывать и тогда Ташка поняла, что быть практиканткой означает заниматься всей черновой работой в лаборатории. А учитывая, что уже довольно давно в лаборатории профессора Гальтаго должность практикантки оставалась вакантной. Другими словами единственным Ташкиным утешением оставались слова древнего западного философа "всё, что нас не убивает, то делает сильнее". Нужно надеяться, что она сумеет выжить.
   Четыре часа спустя научные сотрудники объявили наступление обеденного времи и потащили Ташку в комнату отдыха. У практикантки перед глазами плыли бесконечные последовательности чисел в которых она пыталась отыскать какие-то закономерности или, дай бог, паттерны, чтобы наконец написать сортирующую программу.
   Только со второго раза до Ташки дошёл заданный Риммой вопрос о её предпочтениях в еде. Простуженным голосом, Ташка буркнула первое, что пришло в голову: -Чай. И ещё что-нибудь.
   Римма всунула ей в руку чашку и достала из автоповара тарелки с какой-то бурдой. Кажется там были макароны по-флотски, котлеты с гречкой, какой-то суп тёмно-красного цвета и что-то ещё. Ташка не приглядывалась.
   Научные сотрудники уселись оба на чёрный диванчик. Ташке оставалось разместиться на белом.
   -Как работа, практикантка?- поинтересовался Виталий -Не старайся сделать всё сразу. Умение расставлять приоритеты одно из важнейших для программиста и уж тем более для научного работника.
   Демонстрируя важность расстановки приоритетов он помахал в воздухе вилкой с наколотой на неё котлетой. Сорвалась и упала на стол капля соуса.
   -Виталий, вы свинья- сказала Римма -Я давно поняла это.
   Она вытерла стол одноразовой салфеткой выбросив использованную салфетку в утилизатор.
   -Наташа, может у тебя появились какие-то вопросы. Не стесняйся спрашивать у товарищей по лаборатории. Мы в одной лаборатории и значит в одной лодке.
   С трудом собрав разбегающиеся мысли, Ташка осознала, что не видела профессора Гальтаго с того момента как он привёл её в лабораторию и спросила: -Кто такой Кориенко и почему он такой неуловимый?
   -Денис Кориенко главный системный администратор в подотделе нашего отделения. Неуловим он по той же причине- видя непонимание на Ташкином лице, Виталий пояснил: -Каждый глава лаборатории при случае и без случая просит, требует, грозиться вымаливая дополнительные процессорные мощности. Но суперкомпьютеры под зданием института не резиновые. К сожалению не резиновые. Поэтому Кириенко придумал очень хитрую стратегию. Его очень трудно найти. Видимо он полагает, что если заведующий бегал за ним несколько дней, то ему действительно надо. А если бросил поиски, то не очень-то и нуждался.
   -На этой неделе мы начинаем выращивать очередную партию зародышей- добавила Римма -Посмотришь, будет интересно. Если подучишься и справишься с текучкой, то сможешь участвовать в выращивании следующей партии.
   Текучкой они называют ту неподъёмную гору? Там работы на год двум ротам программистов -подумала Ташка.
   -Кушай, Наташа, не мечтай- напомнила Римма -Попробуй котлету. Автоповаров наладили только на позапрошлой неделе и с тех пор мы стараемся ценить мелкие удовольствия, которые замечаешь только когда лишаешься их.
   Ташка посмотрела на котлету и вспомнила о приборе благодаря которому она вскоре сможет чувствовать вкус.
   Впрочем новые впечатления без остатка вытеснили волнение по поводу скорого визита к доктору Румянцевой и Ташка послушно сжевала котлету и съела порцию тёмно-красного супа и выпила чай, как обычно не ощущая ничего.
   Допивая чай, Римма поинтересовалась: -Извини за личный вопрос, как у тебя обстоят дела с политическими взглядами? Ты доминанта, верно? Значит относишься к модикам?
   -Я аполитичная в данном вопрос- сообщила Ташка -Мой адрес не дом и не улица...
   -А родная лаборатория- не в рифму закончил Виталий. Ташка улыбнулась.
   Римма сказала: -Мы с Виталием убеждённые нейрокибернетики. Время от времени мы будем читать лекции стараясь убедить тебя перейти в нейрокибернетики, не возражаешь?
   Ташка пожала плечами: -Пожалуйста читайте. Но я думаю, что механистический подход проигрывает биологическому. Смотрите сами чем мы с вами здесь занимаемся - выращиванием зародышей. Выращиванием, а не сборкой.
   -Спорно!- вскинулась Римма. Но Виталий сказал: -Риммочка, допивай чай, мне нужны от тебя матрицы до конца дня.
   Ташка смотрела как медленно, со вкусом Римма пьёт чай и заедает кремовым пироженным.
   Деланно безразличным тоном Ташка спросила: -Вкусное пироженное?
   Римма внимательно осмотрела остаток пироженного с собирающейся вывалиться через откусанный край кремовой начинкой: -Обыкновенное.
   -Сладкое?- не унималась Ташка.
   Римма удивлённо посмотрела на практикантку: -Сладкое, лимонно-апельсиновый вкус. Если хочешь возьми из автоповара, никто не запрещает.
   -Я потом возьму. Через неделю- ответила странная девочка.
   Пожав плечами Римма доела пироженное. Заданный вопрос заставил её сосредоточить внимание на вкусе и вытирая со стола крошки младший научный сотрудник решила, что вкус у приготовленного автоповором пироженного был "так себе", удовлетворительный. В общем едали и получше, но ждать большего от обычного автоповара наверное и не следовало.
  
   Глава4
   Представьте, что я вхожу в офис и кричу: -Вы готовы работать?
   Вы, что есть мочи, кричите: -Да!
   А я: -Не слышу! Так вы готовы?
   Вы ещё громче выкрикиваете: -Да! Да!
   А потом мы садимся и начинаем работать.
   Из "странных видений бухгалтера Сидоренко после того как он перешёл на приём более мощных препаратов для повышения работоспособности".
  
   Вот уже целую неделю и ещё один день в лаборатории работает новая практикантка. Надеюсь она не сбежит так же быстро как предыдущая. Кто-то ведь дожжен делать то, чем ни я, ни Витя не хотим заниматься- подумала Римма.
   В лаборатории тихо и покойно. Три человека теряются среди многих пустующих кресел. Когда-то эта лаборатория знавала лучшие времена.
   Зародыши (как им и положено) находились в инкубаторе и обдувались потоками информации, пока ещё разряженными, словно ветер. Через два десятка часов информационные потоки начнут диферинцироваться в соответствии с заранее заложенными алгоритмами. Разные группы зародышей будут погружены в разные информационные потоки. Те постепенно станут густыми, сочными, насыщенными. Из ветра превратятся в воду, потом в густой сироп, в котором, словно человеческие дети в искусственных матках, будут плавать виртуальные программные сущности - информационные зародыши.
   Римма закрыла усталые глаза, подержала закрытыми и открыла, словно окна в душный день. Посмотрела на планшет по экрану которого плыли диаграммы и графики соответствия входных-выходных данных продуцируемые зародышами.
   Надеюсь на этот раз мы добьёмся хотя бы какого-нибудь результата- подумала девушка -Иначе правильно сказал Сергей Иванович: разгонят нас ко всем чертям и правильно сделают. Только народные средства проедаем. Но ведь мы уже близко, на расстоянии протянутой руки. Они не понимают насколько мы близки...
   Внутренний голос, её не выключающаяся совесть, добавил: -Уже три года как на расстоянии протянутой руки. За последние месяцы произошли какие-то сдвиги, пусть самые маленькие? Вот то-то оно и есть. Вы зашли в тупик, признайся самой себе если боишься произнести вслух.
   Римма подняла взгляд на Наталью. Практикантка совершенно почему-то не похожая на муху в тёмных, поляризованных очках-мониторах, хотя обычно все, кто одевал их приобретали насекомоподобные черты. Практикантка зарылась с головой в виртуальные дебри. Её пальцы порхали в воздухе как спицы в руках умелой вязальщицы.
   -Умелая девочка. Одно слово "доминанта"- с оттенком зависти подумала Римма. Почему-то вспомнился случай произошедший то ли во второй, то ли в первый день после прихода практикантки. Она уединилась с Витей в служебном коридоре ведущем к малой серверной, полностью автоматизированному и крайне редко посещаемому помещению. Как обычно она вначале спросила у Вити, хотя прекрасно знала ответ: -В коридоре есть камеры?
   -Институт режимный объект. Здесь везде есть камеры- как обычно ответил Виталий. Потом они начали целоваться: дико, страстно, как никогда не получалось на уроках сексуального воспитания. Как ни с кем и никогда раньше не получалось. Ей хотелось, чтобы он влился в неё, впитался как вода впитывается в потрескавшуюся от сухости землю.
   -Я люблю тебя- прошептал Виталий и она в который уже раз мучительно засомневалось правда ли это или он просто так говорит. Да будут прокляты те сомнения.
   Когда от жара их поцелуев казалось запотели объективы скрытых камер появилась практикантка. Она подошла неслышно, правда они были заняты и не замечали ничего вокруг. Практикантка вежливо подождала пока в процессе естественным образом наступит перерыв и спросила как пройти в лабораторию Николаевой Татьяны. Сказала: ей кажется она не туда свернула.
   -Этот же коридор на этаж ниже- ответил Виталий: -Легче всего доберёшься если вернёшься до первого поворота направо, там будет лестница.
   -Спасибо- ответила эта вежливая девочка.
   Мы подождали пока она уйдёт. Потом Виталий спросил: -Продолжим?
   А я засмеялась и никак не могла остановиться. Кажется он немного обиделся. Продолжить в тот раз так и не получилось.
   Выключив планшет Римма встала.
   -Ты куда?- поинтересовался Витя. Значит иногда мы вполне себе обращаем внимание на то, что происходит вокруг - отметила про себя Римма. Вслух сказала: -С девчонками будем гонять на автолётах. Отрабатывать технику захода на цель и стрельбу с земли по воздушным целям. Я же тебе говорила.
   Виталий задумался. Когда он думает, он всегда смешно морщит лоб. Вот и сейчас сморщился и то ли вспомнив, то ли решив сделать вид будто вспомнил, пробурчал: -Осторожнее там. Не хватало ещё что-нибудь сломать и несколько дней проваляться в больнице.
   -Заботливый мой- Римма поцеловала Виталию в лоб, взяла куртку всесезонку и вышла.
   В коридоре она столкнулась с Гальтаго.
   -Уходите пораньше?- поинтересовался профессор.
   -У нас импровизированная тренировка и гонки
   -А, понятно-понятно- кажется Сергей Иванович в тот момент летал в облаках- Поосторожнее пожалуйста. Передавайте привет подругам. Кстати, я знаю кого-нибудь из них?
   -Никого- сказала Римма.
   -Всё равно передавайте- профессор обошёл младшего научного сотрудника. Оглянулся и сказал: -Пожалуйста предупредите если завтра задержитесь больше чем на полдня. Мне хотелось бы получить к вечеру завтрашнего дня первичную диаграмму развития.
   -Конечно профессор.
   -Ну идите-идите, по вам видно насколько вы торопитесь. Одной ногой на взлётном поле, да?
   Когда Римма вышла из института время перешагнуло отметку полдня. Она вышла с запасом и теперь могла позволить себе неспешно пройти по бульвару академика Плотникова Александра Васильевича, свернуть на алею другого гения советской кибернетики, Виктора Михайловича Глушкова. Помедлить минутку у мемориальной доски посвящённой основателям советской информационной науки незаслуженно забытым в течении тёмных десятилетий. Как много имён. Два ряда фамилий. Основатели, титаны, практически гении. Настоящие, не собранные в лаборатории по геному локусу, природные гении. Римма любила гулять по небольшому институтском саду. Здесь ей казалось, что она не одна. Все они: Римма, Виталий, Сергей Иванович и даже маленькая практикантка, что в институту без году неделя, являются продолжателями большого и светлого дела. И разве существует хотя бы одна неразрешимая проблема если за спиной у них стоят такие люди?
   -Софистика- сказал внутренний голос.
   Римма кивнула: -Софистика. Но зато как вдохновляет!
   Однако сегодня она задержалась в саду меньше обычного. Девушка спустилась по улице имени марсианских первопроходцев, прошла мимо остановки, где останавливались мобили идущие к общественным тренировочным полигонам. Свернула за угол и в тот момент по сети пришёл вызов. Порывшись в сумочке и найдя на дне очки-монитор, Римма одела их. Абонент всё это время терпеливо ждал держа канал открытым. "Спутник" - личная программа-секретарь известила владелицу о входящем номере и Римма представляла кого увидит перед собой. Так и произошло. Поверх тротуара и многоэтажных зданий впереди, перед глазами сформировалось анимированное изображение её подруги Саши Бурко. Идти изображение не мешало и разговаривая с подругой Римма продолжала двигаться к ей одной ведомой цели.
   -Мой тебе привет- сказал виртуальный образ Саши. Движения образа повторяли движения настоящей Александры и судя по ним она тоже куда-то шла. Дурная привычка звонить и разговаривать на ходу.
   Римма сказала: -И тебе не кашлять. Как жизнь, как работа?
   Сашино лицо осветилось улыбкой безапелляционно свидетельствуя, что и с жизнью и с работой у неё всё обстоит прекрасно. Сколько Римма её помнила Саша всегда была человеком у которого "всё хорошо: и настроение и погода". Бывают же такие люди на свете. Хотя если у тебя сейчас проблемы то длительное нахождение рядом с подобными живчиками несколько утомляет.
   Саша работала статистиком в продовольственном секторе. Она учитывала какой спрос и на какие продукты приходится в различных магазинах. В идеале удавалось выяснить почему так происходит. Например если в данном магазине в летние месяцы разбирают продукты длительного хранения больше чем обычно, то не означает ли это, что в ближайших домах живёт множество помешанных на туризме товарищей? К сожалению далеко не всегда ответы лежали на поверхности, а причины иных флюктуаций так и остаются неизвестными. Труд множества статистиков суммируется и кладётся в основу плана заказа продуктов и прочих необходимых товаров и вещей. Сама себя подруга любит в шутку называть "следователем" потому как чтобы докопаться до истоков того или иного нарушения статистически выверенного плана приходится проводить настоящие следственные мероприятия.
   Минут пять Александра пересказывала Римме запутанную историю связанную с внезапным и чудовищно большим спросом на носки и конфеты из заменителя шоколада. Историю Римма не поняла потому, что Саша как обычно начала не с начала и не дошла до конца. Видимо она полагала будто остальное и так понятно, из контекста.
   Закончила Саша словами: -Тогда он признал, что я была права, правда с оговорками. И следовательно чисто технически не могу считаться победительницей в том дурацком споре. Вот ведь жук металлический.
   -Кто жук?- переспросила Римма. В тот момент она переходила дрогу и немного отвлеклась.
   -Новосибирск- радостно объяснила Александра -Его статистическое величество. Главный оптимизатор всего и вся, что только подаётся оптимизации.
   -Постой- прервала Римма, хотя сама продолжала идти: -Так город-интеллект работает у вас в управлении продовольственной статистики?
   -Он много где работает- фыркнула подруга -Но я тебе вот по какому поводу звоню. Давай вечером махнём на внеплановые тренировки, а? Исключительно женский коллектив, никаких мужланов. Посидим, поговорим, постреляем. На автолётах ещё покатаемся. Танька обещала добыть настоящий "огненный глаз" - у неё муж работает на западном тренировочном полигоне. Сказал, что даст, но только на один вечер. Что скажешь, я тебя записываю?
   -Вот тебе и раз- подумала Римма -Стоит выдумать ложь, а она спешит оказаться правдой. А я ещё думала сказать будто зубы разболелись, иду лечить. Хорошо, что передумала.
   -Прости Сашенька- сказала она -Очень хотела бы, но никак не могу. Виталик обещал мне романтический вечер и было бы верхом неблагодарности обмануть его ожидания.
   -Романтический вечер это святое- согласилась подруга -До какого этапа вы с ним дошли? Он тебя в загс ещё не пытается затащить?
   -Если бы попытался. Ещё немного и придётся самой проявлять инициативу- пожаловалась Римма.
   Саша хмыкнула, дёрнула себя за кудрявые, спускающиеся к ушам волосы и посоветовала: -Главное не переусердствовать. Понемногу, осторожней, знаешь поучительную историю как лягушка сварила себя в молоке? Удачи тебе в осуществление матримониальных планов. Моё тебе прощание.
   -До встречи- отозвалась Римма стаскивая очки-монитор. Очки вернулись в сумку, а она пошла дальше всё больше сомневаясь а правильно ли то, что она сейчас делает. Может быть стоило начистоту поговорить с Витей? Или она слишком торопит события? Знать бы наверняка о чём думает другой человек, вот было бы здорово. Продвинутые нейрокибернетики инсталлируют в себя что-то вроде беспроводных приёмо-передатчиков работающих по защищённым каналам. Любая, оформленная в слова, мысль передаётся выбранному человеку, а тебе передаются его мысли. Говорят некоторые влюблённые так делают. Они называют это "новый путь любви". Вот только Римме, как программисту, прекрасно известно, что не бывают идеально защищённых каналов и абсолютно надёжных фильтров. Подобная степень открытости миру не подходит для неё. Тем более, что в одном из последних информационных бюллетеней осуждалась данная практика нейрокибернетиков как идущая вразрез с коммунистическими идеалами. Пока лишь просто осуждалась. Римма вспомнила строки из статьи: -Коммунизм не ставит целью полностью перейти от индивидуального сознания к обобществлённому. Он есть множество осознавших общую цель и договорившихся о средствах её достижения индивидуальностей. Практику отдельных граждан нейрокибернетической республики следует осудить и считать принижающей великое имя человека по следующим причинам...
   -Нейрокибернетики сейчас не в почёте- подумала Римма поднимаясь по ступеням районной поликлиники: -Но всё равно мы правы. Время покажет и когда остальные люди осознают и поймут у нас уже будут в наличии множество опробованных рецептов.
   -Добрый день- привычку Риммы здороваться с программными сущностями как с человеком Виталлий находил весьма милой и она старалась следовать ей даже в его отсутствие: -На приём к доктору Подмогаевой, по записи.
   Нарисованный во врачебном халате и шапочке с красным крестом грач пригласил следовать за собой. Римма шла за проводником по больничным коридорам волнуясь всё больше. Перед дверью кабинета она собралась, сделала непроницаемое лицо и вошла.
   Доктор Подмогаева была пожилой женщиной, избыточно половатой и от того выглядевшей необыкновенно доброй и симпатичной старушкой. Просто идеальный облик врача с которым приходится обсуждать некоторые личные вопросы. Скорее всего доктор Подмогаева была ещё и неплохим психологом, а то и психотехником.
   -Здравствуйте- сказал добрый доктор, психолог, а может быть и психотехник: -В заявке вы написали, что хотите проконсультироваться по поводу рождения ребёнка. Сказали, что будущий муж не сможет подойти и вы принесёте срез его кожи для анализа совместимости геномов. Вы принесли?
   Римма судорожно кивнула и вдруг призналась: -Он не знает. Будущий муж, то есть ещё не муж, но... это сложно выразить словами. В упаковке его волосы и срезанные ногти, этого должно быть достаточно? Я сначала хотела проконсультироваться прежде чем предпринимать серьёзные шаги потому, что если генетический анализ будет отрицательным, то мне придётся найти себе кого-нибудь другого, только я не знаю кого.
   Римма заплакала, а добрый доктор Подмогаева утешала её подавая салфетки и говоря: -Хорошо, что вы сами признались хорошая моя. Когда человек признаётся в обмане из внутренних побуждений то и обман обманом как бы не считается. Пожалуйста вытрите слёзы и мы начнём обследование. Сначала пройдём положенные процедуры, а потом поговорим, хорошо?
   Римма кивнула. Её лицо раскраснелось, а щёки почему-то надулись. Редко каких девушек красят пролитые слёзы. Римма была не из их числа.
   Положенные процедуры заняли часа полтора и ещё полчаса она ждала пока компьютер пережуёт полученные данные, составит графики, сравнит информацию с записанной в её медицинской карте. Всё это время доктор Подмогаева находилась рядом. Держала Римму за руку когда она лежала в полукапсуле автодока. Выслушала её бессвязанные откровения о том, что Римма с пяти лет росла в интернате так как оба её родителя погибли во время последней войны, она же самая короткая война, длилась три часа сорок минут, но сумела навсегда исковеркать жизнь будущему младшему научному сотруднику. Старушка понимающе кивала когда Римма объясняла как сильно хочет настоящую семью с мужем и детьми. Их обязательно должно быть два или три.
   Доктор Подмогаева спросила: -Почему не больше?
   -Конечно, можно и больше- согласилась Римма -Чем больше тем лучше. Хотя это помешает научной карьере, но ведь многие молодые матери умудряются совмещать работу и уход за детьми и даже добиваются успехов. А если нет, то и чёрт с ними, с успехами и карьерой. Лишь бы они с Витей оказались совместимы потому, что она не уверена, что он согласится воспитывать не родного ребёнка, а если надавить через профком, то Витя точно её разлюбит и это будет ужасно.
   -Почему вы не ходите к психоаналитку. Вас впору ставить на учёт с таким-то разбродом в мыслях?- спросила доктор.
   -Но это же для слабых. А я сильная.- объяснила Римма.
   -Может быть вы будете иногда приходить ко мне. Поговорить со старушкой, рассказать чем сейчас живёт молодёжь и так далее?- предложила доктор.
   Римма согласилась время от времени приходить к доброму доктору. Почему бы не развлечь старушку. Помогать и уважать стариков долг каждого настоящего коммуниста. Конечно она будет приходить к ней. Тем более, что доктор так хорошо улыбается, словно мама, хотя она и не помнит мамину улыбку кроме как по объёмным фотографиям.
   -Садитесь- предложила доктор Подмогаева -Анализ завершён.
   Римма осторожно присела на краешек кресла как будто оно было усеяно шипами.
   Доктор улыбнулась: -Спокойнее девочка, для волнения нет причин.
   Римма вздохнула полной грудью и это было так приятно, словно последние полчаса она вовсе не дышала. С благодарностью посмотрев на доктора (какая всё же замечательная и понимающая женщина) уселась на кресле как положено.
   -Вы удивительно здоровы- сказала доктор вызвав на Риммином лице счастливую улыбку -Конечно вы родились уже после того как приняли широкомасштабную программу по исправлению и коррекции генофонда, но и здесь вы выделяетесь в хорошем смысле. С вашим Виталием похуже, но ничего серьёзного.
   -Я могу сама выносить своего ребёнка?- поинтересовалась Рима.
   -А вы хотите этого?
   -Да
   -Значит сможете. Только должна предупредить, что этот процесс доставляет не слишком много удовольствия и, главное, не может быть прерван на половине пути.
   -Говорят будто выношенные матерью дети получаются более здоровыми и умными.
   -Не слушайте всего что вам говорят- с улыбкой посоветовала доктор. Опустив взгляд на бумаги она продолжила: -К сожалению перекрёстное сочетание ваших геномов не слишком подходит для избыточной модификации. Только самый минимум изменений.
   Римма расстроилась: -Жалко, а я так хотела маленького модика-гения.
   Доктор Подмогаева осуждающе покачала головой: -Ох уж мне этот современный лексикон. Вам ведь на самом деле не нужен избыточно модифицированный ребёнок. Растить гения в любой в общем-то области сложная и ответственная работа. Кроме того развитие может быть нарушено из-за ошибки на этапе проектирования и вам придётся решать что делать с таким неправильным ребёнком. И ваши генетически карты не слишком подходят для избыточного модифицирования. Вы ведь не расстроились милочка, скажите, что не будете переживать и расстраиваться.
   -С чего бы мне переживать- удивилась Римма -Я хочу нормального здорового ребёночка. Это была так, блажь, минутное желание. У нас в лаборатории работает новая практикантка-модик. Она конечно умная девочка, но со странностями. Нет, я хочу обычного ребёнка.
   -Прекрасно- улыбнулась доктор -Вот посмотрите каким может вырасти ваше совместное дитя. У него хорошие физические задатки. Мы можем немного усилить их: более прочные кости, объёмные лёгкие, мышцы как канаты. Собственно это уже есть у вашего мужа, нужно всего лишь заменить некоторые генные комплексы на их более современные аналоги. Такой ребёнок, когда вырастит, сможет пойти в вооружённые силы или даже в комитет государственной безопасности. Или посмотрите вот сюда- доктор Подмогаева указала на сплетение линий говорящее Римме не больше чем китайская письменность к тому же зашифрованная.
   -Можно увеличить ребёнку скорость реакции. Конечно это зависит от пола, но уж кем-кем, а копушей она или он точно не будет. Можно слегка развить эту способность. Или вот хорошая память, правда главным образом на числа. Он явно будет отлично успевать по истории. Если хотите можно ещё сильнее усилить память.
   Вы подумайте- говорила доктор Подмогаева -Посоветуйтесь с мужем (Римма вздрогнула, но тёплая улыбка успокоила её). И приходите в следующий раз вместе с ним. Дети, понимаете ли, делаются только вдвоём. Это совместный продукт.
   Доктор улыбнулась и Римма улыбнулась следом.
   -Когда примете решение и, разумеется только после свадьбы, мы все вместе соберёмся и запишем ваши пожелания и передадим в СовГенСтрой. И через несколько недель загорится новая искорка которая будет разгораться, расти, пока что?
   -Ребёночек?
   Доктор Подмогаева добродушно кивнула: -Он самый. Если не сможете решить насчёт пола, просто оставьте этот вопрос на усмотрении судьбы в лице специалистов из СовГенСтроя. Многие молодые семьи не могут прийти к общему решению по отдельным вопросам касающимся будущего потомства и полагаются на судьбу.
   Римма вышла из кабинета ощущая радость и чистоту, словно она несколько часов отмачивалась и отмокала в горячей ароматной ванне. Конечно она завтра же поговорит с Витей и если он недостаточно любит её, то пусть скажет и нечего тянуть кота за, гхм, хвост. Оказывается всё очень просто. Надо же какое облегчение может наступить после простого разговора с добрым, участливым человеком.
   Грач в халате провожал её к выходу. Римма шла улыбаясь. Вдруг она подняла глаза и увидела практикантку. Она то что здесь делает?
   -Привет- сказала Римма.
   Наталья посмотрела ей за спину и спросила: -Ребёнок. От Виталия? А он согласен?
   Римма вздрогнула - какая чудовищная, нечеловеческая проницательность.
   -Я прочитала указатель в коридоре из которого вы вышли- объяснила Наталя почему-то перейдя на "вы", хотя в лаборатории они обращались друг к другу на "ты".
   Обернувшись Римма удостоверилась в наличии соответствующего указателя. Грач, её проводник, попросил через скрытые в стенах динамики: -Пожалуйста товарищи, не надо скапливаться в коридорах. Если хотите поговорить, то пожалуйста говорите за пределами больничных стен.
   Практикантка сказала: -Всё будет хорошо.
   Римма ответила: -Спасибо.
   Они разминулись и только спускаясь по ступеням Римма поняла, что так и не узнала зачем Наталья пришла в больницу. Может быть у неё открылся какой-то скрытый дефект? Римма постаралась унять волнение соображением, что доминанты могут время от времени проходить какие-то процедуры не положенные простым смертным. Всё-таки как хорошо, что у них с Виталием будет нормальный, обыкновенный ребёнок, чей геном очищен от накопившихся ошибок и лишь слегка изменён.
   Сложив ладошки домиком Римма посмотрела вверх. Солнечные лучи скользили по пальцам не попадая в глаза. Она видела неподвижные, вызолоченные берёзовые верхушки. Сверкающие на солнце колонны многоэтажных домов и, вдалеке, точки автолётов облетающих город по широкой дуге. Солнце катилось по совершенно чистому, голубом листу неба. Завтра будет хороший день.
  
   Глава5
   Власть советов - форма организации общества, при которой ни один человек не может уклониться от личного принятия ответственных решений и от контроля за принятием решений его товарищами.
  
   -Завтра будет хороший день- подумала Римма. Сначала она шла без цели, потом заметила, что ноги несут её к институту и решила: пусть будет так. Она сегодня поговорит с Витей.
   Но вместо Виталия ей попался на встречу Сергей Иванович. Профессор заметил её первым и не оставалось другого выхода кроме как подойти к нему.
   -Как же гонки на автолётах?- растерянно спросил Сергей Иванович -Я думал, что вы сейчас летаете.
   Вдохнув прогретого осенним солнышком воздуха Римма сказала: -Извините профессор, я обманула вас.
   -Почему вы меня обманули?
   -Так получилось- честно ответила Римма -Пойдемте присядем и я вам всё расскажу.
   Они присели на скамейку поблизости от детской площадки. Греющиеся на солнышке и судачащие между собой совсем старые женщины настороженно посмотрели на растерянного пожилого человека и светящуюся счастьем девушку. Играющие в песке дети не обратили на вновь пришедших внимание. Дети были полностью поглощены совместным строительством чего-то огромного поверх песочной кучи. Только стоящий в стороне и время от времени покрикивающий: -Криво, опять криво - карапуз повернул поросшую кудряшками голову, шмыгнул носом и вернулся к прерванному занятию.
   -Значит хотите ребёнка?- уточнил профессор -А как же лаборатория?
   Римма мечтательно улыбнулась.
   -Я конечно поздравляю- произнёс профессор тем тоном, каким на похоронах говорят "он был хорошим человеком": -Дети наше будущее. Мы работаем чтобы советские дети жили в лучшем мире чем живём мы. Но скажите пожалуйста: как же лаборатория?
   Удивлённо посмотрев на него, Римма сказала: -Не завтра ведь я ухожу. И вообще: может быть Виталий не согласится, хотя в таком случае я уволюсь.
   Сергей Иванович пробормотал: -Опять двадцать пять.
   Они помолчали думая каждый о своём. Над головой проплыло одинокое, белое как комок ваты, облако. Солнечные лучи скользили по открытым участкам кожи: по тыльным сторонам ладоней, по шеям, у Риммы по открытым, загорелым коленкам.
   -Уеду- сказал профессор -Всё брошу и уеду. Сдам материалы, передам лабораторию. Приткнусь где-нибудь системным администратором или мелким управляющим. Да хоть дворником- под конец он повысил голос и обречённо взмахнул рукой.
   -Сейчас дворники называются ответственными за санитарное состояние- поправила Римма -Чтобы работать дворником необходимо образование роботехника и биолога.
   Сергей Иванович кашлянул, потёр одну руку о другую и вдруг сказал: -В детстве мне довелось увидеть настоящего дворника подметающего двор обыкновенной, чуть ли не самодельной, метлой. В газетах во всю обсуждались межпланетные перелёты: к марсу, к венере. Строились лунные базы. А у нас во дворе дворник лениво сметал такие же жёлтые листья.
   Посмотрев на лежащий под ногами ссохшийся берёзовый листок профессор вздохнул и толкнул его носком ботинка. Листок закружился, отлетел немного в сторону и остался там лежать легонько подрагивая от порывов ветра вызванных проходящими мимо людьми.
   Римма спросила: -Что такое газета?
   -Информационный бюллетень, только в твёрдой копии. А что такое метла, вы знаете?
   -Палка с прикреплёнными гибки прутьями. Орудие для быстрой уборки малых и средних площадей. Мы проходили на уроках истории орудий труда, даже изготавливали сами.
   -Подметать вы не пробовали на уроках?- ехидно спросил профессор.
   -Нет- Римма в который раз улыбнулась чему-то невидимому окружающим -Подметать не пробовали.
   -Дорогой, самый замечательный профессор- вдруг заговорила Римма -Я же не бросаю вам прямо сейчас. В лаборатории поспевает новая партия зародышей, может быть какие-то из них будут перспективными, а если нет, то может быть нам удастся уточнить методику анализируя неудачи, опровергнуть или доказать вашу теорию. Если нет, то в ближайшие месяцы мы проведём множество других экспериментов и в один прекрасный момент...
   Профессор немного повеселел, но специально нахмурился и посетовал: -Вам бы только опровергать чужие теории.
   -Самый лучший, самый замечательный профессор- Римма рассмеялась и так заразителен был смех молодой, красивой девушки, что губы Сергея Ивановича против воли раздвинулись в улыбке.
   -Почему вы не на работе профессор?- поинтересовалась младший научный сотрудник.
   -Смешная история. Жена послала в магазин. Дескать первый урожай модик-апельсинов привезли, нужно успеть пока не разобрали. Вот скажите Римма: откуда женщина, тем более находящаяся в командировке, в двух тысячах километров от Новосибирска, знает, что в магазин на Октябрьской завезли первый урожай. Почему она звонит мужу отрывая того от трудового процесса. И почему собственно муж собирается и идёт за модик-апельсинами, ведь из магазина придётся вызывать такси потому, что модик-апельсины здоровенные как арбуз и каждое килограммов по десять минимум. Хотя на вкус они объедение и скорость прохождения нервных импульсов увеличивают как говорят- невпопад закончил профессор.
   Мальчишки в песочнице затеяли возню. Кажется у них опасно наклонилась песочная башня и они спешно, в двенадцать, в четырнадцать рук месили песок выправляя оплошность.
   Разглядывая прохожих Римма увидела Наталью идущую под руку с каким-то пареньком примерно её возраста. Практикантка шла не к ним, в другую сторону.
   -Пожалуй пойду- сказал профессор -Иначе разберут апельсины и придётся ждать пока снова привезут. Признаться мне изрядно по сердцу их прохладный, терпкий вкус. Знаете Римма я завтра принесу один в лабораторию.
   Прощаясь Римма крикнула: -Виталий остался в институте?
   Профессор на секунду обернулся и прокричал: -Когда я уходил он был там.
   Римма посмотрела на возящихся в песке детей. Башню они удержали от падения, но продолжали строить выше и выше и было несомненно, что рано или поздно башня рассыплется сколько бы не крепили её детские ладошки. Возможно им просто хотелось узнать насколько высокую песочную башню они сумеют построить.
   В институте Виталия уже не было. Постояв на пороге пустой и погруженной в полумрак лаборатории Римма вошла и сразу засветился потолок.
   Конечно можно позвонить ему или узнать через сеть куда он пошёл и попытаться встретится, но самой искать встречи казалось неправильным. Лучше она, как и собиралась, расскажет ему завтра. Посмотрит в его глаза и поймёт, что на самом деле он думает до того как Витя облечёт мысли и чувства в слова. Она поймёт ведь так просто понять любимого человека. И никакого беспроводного приёмо-передатчика не нужно.
   На вечер никаких дел не оставалось. Подруги сейчас выписывают кренделя на автолётах и по очереди стреляют холостыми из Танькиного "огненного глаза". Интересно было бы подержаться за ручки управления, ощутить скрытую, готовую выплеснуться стеной огня мощь. Но сегодня не судьба. Ничего, будут ещё множество дружеских тренировок и по две обязательных в каждом году. Вите звонить она не хочет и следовательно даже в кафе-общепите посидеть совершенно не с кем. Что остаётся? Правильно - работа.
   Ею Римма и занялась. Проверила состояние зародышей, убедилась что параметры находятся в расчётных пределах. Впрочем выйдя они за пределы и к профессору и к ней и к Вите и даже к маленькой практикантке полетит через сеть тревожный сигнал.
   До позднего вечера Римма сидела в лаборатории пролистывая архив журналов в которых фиксировались все этапы опытов. Она ещё раз просмотрела файл с диссертацией профессора Гальтаго, где он приводил доказательства своей теории и выводил следствия. Вот только почему ничего не получается? Теория неверна? Но где ошибка? Они дважды, а сам Сергей Иванович раз десять, не меньше, перепроверили теоретические выкладки. Они прошли по всем ссылкам на которых основывал свои рассуждения профессор. Проверили и доказали каждую математическую теорему положенную в основание доказательства. Это была грандиозная работа. Собственно на неё и ушли последние два - три года. Вернее промежутки между экспериментами. Долгие часы ожидания перед тем как узнать, что произошла очередная ошибка, неудача. Теория безошибочна. Ошибка закралась где-то на этапе практической реализации.
   Вздохнув Римма закрыла файлы с диссертацией и лабораторными журналами и собственные заметки. Встала, потянулась. Крутанула кресло так, что то закрутилось и продолжало вращаться почти полминуты. Взяла из автоповара чашку кофе без сахара и молока, но с добавлением размолотых зёрен козина. И только посмотрев в окно заметила, что уже довольно поздно.
   Допив кофе и вернув чашку автоповару Римма вышла из института. Осенние дни могут быть полны тепла, но вечерами холодные щупальца проникали в город миллионом миллионов мелких сквозняков. Склеив края куртки Римма пошла через институтский парк. Над головой сияли первые звёзды, но их было не видно из-за света фонарей заливавших и город и институтский парк и отсвечивающих на складках одежды ночных прохожих.
   Она позвонила в управление наземного транспорта и попросила такси.
   -Через двадцать пять минут на пересечении улиц Дзержинского и имени космонавта Потарина- сказал голос во всём похожий на человеческий, но это говорила виртуальная сущность имеющая алгоритмическую природу.
   До пересечения улиц минут пять ходу и потому Римма замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась у ярко освещённой навесным фонарём мемориальной доски. Фамилии и имена выдающихся кибернетиков прошлого строго и грозно, каждой чертой, каждой высеченной в камне буквой, всматривались в замершую за кругом света девушку.
   Наверное виновата ночь или её сегодняшние волнения или даже добрая доктор психиатор, а может быть и психотехник, которая чего-то не предусмотрела или где-то ошиблась. Потому, что Римма заговорила с давно мёртвыми людьми известными ей лишь по портретам в учебном курсе по истории кибернетики. Она стояла в полумраке, не заходя за границу света. Там, за границей, лился мощным потоком белый свет придавая травинкам и попавшим в круг света ветвям деревьев резкие, состоящие из одних только углов и дуг, очертания. Верхние строчки отбрасывали тень на нижние и оттуда, где стояла Римма практически ничего нельзя было прочитать.
   Она сказала: -Я знаю: вы были бойцами даже если никогда не воевали. Что стоят солдатская храбрость, умение и опыт если у врага есть оружие, а у тебя нет. Но не только оружие и не в первую очередь оружие. Настоящий новый мир, новые мечты и новый взгляд на вещи возник как будто сам собой, но одновременно благодаря вашим трудам и покоясь на них. Я читала о ваших ошибках. В энциклопедиях почему-то очень подробно описываются ошибки, а достижения удостаиваются едва ли пары абзацев. Чем более велик человек тем большие ошибки он совершает. Всё так, всё правильно. Но разве ошибки перечёркивают достижения?
   Как и вы я солдат- говорила Римма -Плохой, плохенький, но солдат науки и значит сражаюсь на первом крае. Вы мертвы, вы не слышите мой голос и не знаете, что сейчас мир сделался гораздо более жестоким чем при вашей жизни. Противостояние систем вот-вот достигнет апогея. Государства и страны выстроились у финишной черты и от того кто первый разорвёт ленточку зависит очень и очень многое. Вот опять сбилась на официальный стиль. Почему-то стоит заговорить о политике как сами собой просятся на язык шаблонные фразы. Наверное это у нас уже инстинкт такой - говорить заголовками.
   Я не предаю дело- в запальчивости сказала Римма: -Вы не можете, не имеете права обвинять меня. Потому, что в конечном счёте вы жили и работали чтобы женщины могли спокойно рождать детей. И я женщина и я хочу ребёнка. Получается, что вы жили ради меня. Такая вот я самонадеянная. Вы простите. А я постараюсь сделать всё, что только возможно, всё, что в моих силах...
   Римма осознала, что говорит в пустоту. Мёртвым не нужны слова, они нужны живым. И кроме неё самой никого не было в институтском парке, у мемориальной плиты поставленной в честь первых советских кибернетиков в этот поздний час.
   -Пожалуй я и правда немного разболталась- призналась себе Римма -Нужно будет попросить доктора Подмогаеву выписать что-нибудь, чтобы быть более целеустремлённой.
   Вечер был холодный и у неё замёрзли открытые ноги и пальцы рук. Римма посмотрела на часы, быстрым шагом прошла улице Дзержинского вплоть до пересечения с улицей имени космонавта Потарина. Села в автоматизированное такси и уехала. Под утро сгустился туман, но вскоре рассеялся. Когда она, твёрдая и собранная, вышла рано, раньше чем обычно выходила на работу, белые клочья тумана уже усыхали. Они расползались и полностью исчезли вскоре после того как выглянуло солнце.
   Текст перенесён на https://www.starywriting.com/novel/Z8zKFLG06C8VDgoOvKqttQ%3D%3D.html Потому что там автору пообещали дать денежек.
Оценка: 5.50*13  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"