Спынь Ксения Михайловна: другие произведения.

Осень побед

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Осколок номер четыре (Ника). Почти классическая история об идейной преданности и преданной идее. Те, кто через многое прошли, конечно, не станут сдаваться так быстро.

obl [Ксения Спынь]
  

В бой роковой мы вступили с врагами,

Нас ещё судьбы безвестные ждут.

  
   Ничто особо не выделялось, кроме разве что совпавшей цифры числа и месяца: обыкновенный сентябрьский день. Работы в архиве не больше и не меньше, чем всегда: ровно столько, чтоб со всем закончить к глубокому вечеру и с почти чистой совестью (и чуть-чуть - тревогой, въевшейся настолько, что даже не замечалась) отправиться домой. Звонок от неизвестного прервал на середине очередного документа.
   - Да?
   - Георг? - голос Ники звучал спокойно и самую малость напряжённо. - Мне нужна твоя помощь.
   Он прикрыл трубку рукой, приглушил голос:
   - Сейчас буду. Где ты?
   Это же Ника, которая почти никогда не просила о чём-либо (за двадцать с лишним лет их брака можно пересчитать по пальцам). Это же Ника из "команды поддержки", летавшая с исполосованной, наскоро перевязанной ладонью между баррикадами - "да ладно, пустяки". Если уж ей понадобилась помощь, значит, дело серьёзно.
  
   Ника шла по проспекту. В середине дня здесь было довольно пустынно: не самый центр, хоть до него и близко. И к лучшему: беспрестанные славословия порядком надоели. Прозрачно-голубое небо без единого облачка лишь у самого края расчерчивал белый след самолёта, но ветер уже похолодел и сгребал охапки сухих листьев вдоль бордюра. Ника приостановилась, вгляделась внимательнее: контуры огрубели, стали резче и чётче, чем раньше. Но так легко рассыпаются...
   Жаль, подумалось ей, нельзя взять пять минут на перекур (Ника не курила). Ладно-ладно, всего лишь Тереза. Всего лишь не самая приятная особа - но, как-никак, они давние знакомые, и не сказать чтоб отношения были плохими. Несколько напряжёнными, не без того.
   Ника взглянула на часики на руке. Неброские, чуть вытянутые, с тонким браслетом, - их ей подарил Георг на годовщину свадьбы, и до сих пор они точно следовали за временем. Почти два. Что ж, всё как полагается.
   Стараясь не обращать внимания на флаги в вышине, Ника свернула в переулок. Такой же цвет, как остальные, не лучше, не хуже... В конце концов, когда-то и они выступали под такими знамёнами. Только тогда полотнище было без вкраплений - чисто-красным.
   Кстати, забавно: в тот достопамятный день она отметилась и в Троевском переулке тоже. Тогда здесь, конечно, было совсем по-другому. Мало кто теперь помнил как.
   А всё-таки, грустно улыбнувшись, подумала Ника, мы увидели лучший мир. Пусть только на два-три десятка лет, но увидели же.
   Жаль, но всё хорошее имеет обыкновение заканчиваться.
  
   С провизией и медикаментами они проулками двигались к проспекту на востоке: там сейчас держали линию повстанцы. Проще всего было срезать по Троевскому - тогда бы вышли почти напрямую. Но на углу пришлось остановиться: в конце переулка виднелось какое-то движение, доносились голоса.
   - Это они? - тихо спросила Лена. - Да?
   - А как же, - Ника цепко и пристально высматривала фигуры в отдалении. - Наша доблестная гвардия.
   - Перекрывают, сволочи... - Лена, как бы эмоционально она ни говорила, ни на йоту не повышала голос.
   - Что теперь?
   Вопрос повис в воздухе.
   - Обходить?
   И ещё один.
   Вперёд вдруг выскочила Юлия - черноволосая девчонка с худым заострённым лицом и огромными глазами.
   - А может, прорвёмся? - выпалила она. - Давайте попробуем!
   Ника будто её не слышала:
   - Так, девочки, их больше. Отходим.
   - Почему отходим? - вскрикнула Юлия, во взгляде сверкнула непонарошечная ненависть. - Почему мы всегда только отходим! Так, сейчас они получат...
   Она рванулась в переулок.
   Никто не успел понять, как Ника мгновенно оказалась перед ней.
   - Так, - она перегородила Юлии путь, глаза отливали сталью. - Хочешь с кем-то из них поквитаться, давай позже и самостоятельно. А наша сейчас задача - не ввязываться, а донести еду и медикаменты. Это понятно?
   Юлия дёрнулась было ещё раз, но под взглядом Ники остановилась. Та тихо и железно проговорила:
   - Назад.
   В конце переулка пробежало движение, голоса стали громче. Похоже, там заметили и собирались сюда.
   Ника оттолкнула Юлию, сама напоследок швырнула зажжённую дымовуху. В следующую же секунду раздались выстрелы, в доме на углу с дребезгом разлетелась витрина.
   Они ушли довольно далеко за дымом и шумом, когда Ника попросила остановиться. Рука у неё была порезана, по ладони стекала кровь.
   Опустившись у одной из сумок, она торопливо, левой рукой начала перевязывать кисть. Юлия протиснулась ближе.
   - Ника! - голос у неё дрожал. - Ника, извини, я не...
   - Не лезь ко мне! - рявкнула та. Юлия отпрянула.
   Тихо подошла Тереза, тронула Нику за плечо:
   - Как ты? Не очень сильно?
   - В порядке, это ладонь. С запястьем было бы хуже, - она поднялась, посмотрела на девушек. Юлия всё так же стояла поодаль от остальных и сдавленно всхлипывала. Ника шагнула к ней:
   - Ну всё, всё нормально, - она обняла Юлию левой рукой, крепко прижала к себе. - Просто, когда я говорю отходить, надо отходить, а не рваться в одиночку на целую толпу.
   Та, ещё чуть всхлипывая, кивнула.
   Когда двинулись дальше, Тереза ненавязчиво переместилась к Нике, чуть отвела её вперёд.
   - Не думаешь, что следует отстранить её? - заговорила она тихо, почти Нике на ухо. - Если она не может держать себя в руках, то что будет потом... От таких людей вреда больше всего.
   - Юлия - просто глупый ребёнок. Сердце на месте, мозгов ещё нет, - Нику, по-видимому, не смущало, что сама она немногим старше. - Мне больше интересно, где была ты, Тереза.
   - Я? - та с видимым изумлением остановилась.
   - Да, - Ника прямо и открыто смотрела на неё в упор. - Ты же пошла вперёд, чтоб разведать дорогу. Неужели не заметила целый отряд? Прямо-таки странно.
   - Почему не заметила... - Тереза растерялась на миг, но тут же уверенность вернулась к ней. - Я заметила, я как раз шла обратно, чтобы предупредить... Немного не успела.
   Но Ника не сводила с неё взгляда.
   - По какой дороге ты возвращалась?
   Тереза пожала плечами, недоумённо покачала головой:
   - По Проточной.
   - Я несколько раз сворачивала на Проточную, - с сомнением заметила Ника. - Тебя там не было.
   - Подожди, ты... ты что, меня подозреваешь? - Тереза оскорблённо повысила голос. - Что я с ними?
   - Этого я не говорила.
   Обе застыли, вперив друг в друга холодные взгляды. Невнятное пока напряжение повисло в воздухе и передалось остальным. Ника была на полголовы ниже Терезы, но чувствовалось, что, если что, это не будет иметь значения.
   - Девочки, - неуверенно подала голос Соня - немного пухлая, круглолицая девушка, прирождённая сестра милосердия. - Может, не будем ссориться?
   - Да, сейчас не время, - по-прежнему глядя на Терезу, согласилась Ника. - Все разборки потом, когда победим.
   Она протянула руку.
   - Мир?
   - Мир, - подумав, согласилась Тереза.
  
   Тереза жила у набережной, в большом помпезном доме "не для всех". О том, кто из её дружков оттуда подарил ей квартиру (и за какие именно заслуги), Ника не спрашивала. Она ещё раз посмотрела на часы: два ровно. Поправив сумку на плече, вошла.
   Лифт, столь же помпезный, как и всё здание, с тихим гудом домчал наверх. Ника нашла нужную дверь, позвонила.
   - Открыто! - ответили с той стороны. Похоже, ей было откуда знать, кто на пороге.
   Годы не пошли Терезе на пользу (Ника редко встречала её теперь, а потому могла это заметить). Носогубные складки пролегли резче, глаза немного опухли и казались меньше. Впрочем, косметика это несколько исправляла, а лисьи рыжевато-бурые локоны по-прежнему рассыпались по плечам.
   Тереза отвернулась от окна и отпустила штору (та снова мягко и плотно закрыла обзор). Улыбнулась несколько напряжённо:
   - Здравствуй, Вера.
   - Здравствуй, - ответила Ника.
  
   Обстрелы наконец прекратились.
   - И надолго это они? - поинтересовался Георг.
   - Не знаю, нам не докладывают, - мрачно отшутился конопатый парень рядом с ним. - Может, сейчас снова начнут. Может, уже ночью.
   Георг поколебался, стоит ли озвучивать то, что ему думалось. Всё же осторожно заметил:
   - Я просто к тому, что если они затихли... То мы могли бы успеть отойти к остальным.
   Где эти "остальные", Георг не очень представлял, но по всему выходило, что повстанцев куда больше, что они рассыпаны по всему Ринордийску - на севере и на юге...
   - Отойти хочешь? - конопатый серьёзно посмотрел на него. - Ну так отходи, пока ручки не испачкал. Мы эту улицу не сдадим.
   - Погоди, - к ним перебрался другой, смуглый и чернявый. - А если он крыса? Так ему того и надо - убраться втихую к своим!
   Первый отмахнулся:
   - Крыса бы лучше маскировалась...
   Смуглый, похоже, не удовлетворился этим. Он присел рядом, пристально, недоверчиво вгляделся в Георга.
   - Зачем ты здесь? Что тебе до революции?
   - Просто... - он развёл руками, как бы говоря, что и сам не знает.
   - Попал же ты, парень, - даже как-то сочувственно отозвался конопатый. Георг только кивнул.
   Да уж, с корабля на бал. Всего два дня как с северо-запада, а уже на баррикадах. Впрочем, что: должен же был проходить стажировку в столице - пожалуйста, получи, лучшей стажировки и не найдёшь.
   В историческое время живём!
   Кто-то ещё появился нежданно, будто принёсся с ветром. Георг с некоторым удивлением разглядел девушку.
   - День, граждане! - выкрикнула она, опуская неуместное словечко "добрый". - Держимся или не очень?
   - Сами пусть держатся!
   - Не дождутся!
   Конопатый поднялся ей навстречу:
   - Ничего, прорвёмся. Дай пять.
   Она было протянула ладонь в ответ, но тут же отвела:
   - А, не сегодня, - кисть у неё была перемотана.
   - Что с рукой?
   - Ерунда, порезалась.
   Она немного запыхалась - видимо, бежала сюда. Скинула на землю несколько мешков.
   - Так... Здесь еда. Здесь тоже... Нигде не пройти толком, всё перекрыто! Тут бинты, кое-что другое... Ещё вот, - она приткнула к камню бутылку коньяка, посмотрела строго. - Это не чтоб пить, это снаружи. Медицинского спирта нет во всём городе.
   Мешки охотно открывали и уже разбирали содержимое. Девушка быстро кинула взгляд вокруг, словно чтоб убедиться, что всем всего довольно, и собралась, похоже, исчезнуть снова.
   - Я смотрю, у нас пополнение, - бросила она напоследок.
   Конопатый фыркнул:
   - Это не пополнение, это недоразумение, - он повернулся к Георгу. - Как тебя зовут, опять забыл.
   - Георг, - представился он.
   Девушка остановилась на секунду и обернулась.
   - Вероника, - короткие светлые кудряшки были засыпаны пылью, но глаза её улыбались с хитрецой. - Я ещё вернусь вечером.
   Она скрылась из виду.
   - А что это? - погодя спросил Георг. Между камней под ногами он обнаружил латунное колечко с простенькой угловатой звездой, аккуратно поднял. - Его же здесь не было?
   Несколько человек обернулись к нему.
   - А, это Ники, - проговорил белобрысый юноша с тонкими аристократичными чертами лица. - Если вернётся - отдай ей. Думаю, она будет рада.
   - Почему "если"? - не понял Георг.
   Конопатый пододвинулся, хлопнул белобрысого по плечу:
   - Так, давай тут без декаданса. Все вернутся.
   Успело порядком стемнеть, когда Вероника действительно вернулась. Она сразу сказала, что только на минуту, но, казалось, уже не так спешила нестись куда-то, как днём.
   - Вот, - она положила на землю ещё два мешка. - Это про запас, если завтра не придём.
   - Где твои? - спросил кто-то.
   - За две улицы отсюда, - Вероника неопределённо мотнула головой. - Там надёжно.
   Когда она прошла рядом с Георгом, тот всё же решился и протянул ей раскрытую ладонь:
   - Не твоё?
   - Моё. Спасибо, - она улыбнулась вдруг почти по-детски. - Я думала, я его потеряла.
   Георг вернул ей кольцо, спросил негромко:
   - Что у тебя всё-таки с рукой?
   - Витрина разбилась, - она беззаботно пожала плечами.
   - Ты хоть обработала чем-нибудь?
   - Некогда было, мы отходили.
   Георг неодобрительно покачал головой:
   - Ты понимаешь, что может быть заражение крови?
   - Ладно, не пугай, - она отмахнулась и собиралась было снова скрыться.
   - Подожди.
   Вероника обернулась.
   - Давай я тебе сделаю нормальную перевязку.
   Она торопливо и убеждённо затрясла головой:
   - Меня девочки ждать будут. Я им сказала, что сейчас вернусь.
   - От того, что ты вернёшься на полчаса позже, ничего не случится. А вот если ты потеряешь руку - а такое может быть, - Георг пристально и настойчиво посмотрел ей в глаза, - согласись, это будет нехорошо.
   Веронику, судя по её лицу, такая перспектива тоже совсем не прельщала.
   - А ты умеешь? - наконец спросила она.
   - Умею.
   - Ну ладно, - видимо, смирившись, Вероника села на землю рядом с Георгом и протянула ему руку.
   Вот тут ему стало несколько не по себе. Так-то он умел (на северо-западе медкурсы были обязательны для всех), но применять эти знания в полевых условиях ему пока не доводилось...
   - Погоди, ты этим хочешь? - Ника с сомнением покосилась на бутылку коньяка, к которой он потянулся. - Дай тогда...
   Она отхлебнула из горла, поставила бутылку на место.
   - Вот теперь орудуй.
   Тем временем с сумерками все притихли и вполголоса обсуждали новости и слухи, что успели донестись. Слышалось разное: что-то внушало надежду, что-то рушило её до основания. Сходились на том, что пытаться атаковать самим нет никакого смысла: слишком неравная борьба. Если бы они не были отрезаны, если бы всем вместе...
   - На севере вроде ещё хуже. Нам, по сравнению, так ничего.
   - На север сейчас не пройти, - Ника внимательно слушала и в сторону Георга не смотрела. - Мы пытались три раза, там пальба без перерыва.
   - Это не пальба, - уверенно вдруг заявил смуглый. - Это кто-то из гвардейцев на пороховом складе прикурил.
   Все рассмеялись, напряжённо и нервно. Вероника тоже засмеялась и только потом обернулась на Георга.
   - Что, всё? - глаза у неё закрывались. - А ты правда умеешь, я даже не заметила... Я полежу немного?
   И, прежде чем Георг успел что-то ответить, положила голову ему на колени и сразу же отключилась.
   - Вера? - встревоженно позвал он. - Что с ней?
   - Да пусть поспит, - кивнул конопатый. - Она же не засыпает только потому, что носится туда-сюда. Мешает - переложи.
   - Да ладно, - Георг неловко улыбнулся. Он был совсем не против, чтоб она так лежала.
  
   - Можно? - Ника кивнула на обтянутое белой кожей кресло (в последнее время становилось тяжело долго стоять на ногах).
   - Садись, - всё так же напряжённо улыбаясь, Тереза пробралась за стол, заваленный бумагами, журналами и разными мелочами. - Может, кофе?
   - Спасибо, не хочется, - она не стала снимать плащ, только отложила недалеко сумку.
   - Ну как хочешь, - несколько разочарованно протянула Тереза. Словно в поисках чего-то обозрела стол. - А что в редакции тебя не видно? Совсем не появляешься...
   - Большую часть я могу сделать и дома, ты знаешь. А когда прихожу, тебя там нет.
   - Ну да, да, я помню, тебе разрешили... - взгляд её вскинулся было нервно на Нику, но тут же снова забегал по сторонам. - Доверяют, стало быть. Но всё-таки... нехорошо получается - вот так отрываться от коллектива...
   - Я думаю, это проблема моя и моего начальства, а не твоя, - спокойно ответила Ника.
   - Это конечно, конечно, уж в начальство тебе я не напрашиваюсь, - Тереза рассмеялась, глаза злобно сверкнули на мгновенье. - Но всё равно... Когда не с коллективом, так много пропускаешь, а не знать некоторые вещи... нехорошо не знать, - она понизила голос и заговорщически посмотрела на Нику. - Такие дела иногда творятся.
   - И что за дела?
   Тереза оглянулась, будто опасалась кого-то увидеть за окном, громким шёпотом заговорила:
   - Представляешь? Выискался один, прямо в редакции, в твоём отделе. Костя Костиков, если помнишь такого, - она примолкла, ожидая, по-видимому, реакции, продолжила дальше. - Говорят, он созванивается с иностранцами. И принимает их у себя на квартире. Они там напиваются в хлам, а потом... потом обсуждают государственный переворот!
   - Какой кошмар, - нарочито ужаснулась Ника. - А ты откуда знаешь, тоже там бывала?
   - Нет, ну ты что, - опешила Тереза. - Мне... рассказывали...
   - У тебя уже есть свои осведомители?
   - Осведомители? - Тереза изумлённо выпучила глаза и тут же рассмеялась. - Ну вот, скажешь тоже! Осведомители!
   Ника подхватила её смех, но тут же остановилась:
   - Ладно, давай начистоту, что тебе от меня надо?
   - Ну что сразу так грубо, - Тереза обиженно надула губы. - Сразу "что надо", "что надо"... Может, ничего, я, может, просто поговорить.
   - Когда "просто поговорить", так разговор не начинают. Давай, выкладывай - чего ты хотела.
   Тереза поглядела с недовольством, но всё же начала почти ровно:
   - Тут вот какое дело, Вера. Конечно, оставлять это так нельзя... Ты ведь согласна? - вдруг словно испуганно уточнила она.
   Ника не ответила.
   - Так вот... Но трудность в том, что это никак не докажешь, - Тереза коротко развела руками, опять что-то поискала на столе. - Я тогда подумала... написала тут немного... Посмотри.
   Она пододвинула к Нике листок. Та уже механически нацепила очки, вчиталась.
   Будь дело в Костикове, Тереза прекрасно справилась бы и сама, это понятно - с её-то связями. Ну а про то, что при необходимости сейчас доказывается что угодно, она знала не хуже Ники. Значит, дело в чём-то другом...
   Тереза следила внимательно и чуть встревоженно, пока она читала.
   - Там всякое такое... что на работе высказывался... что постоянно всё срывает... так, по мелочи ещё разное. Я этого, конечно, не могла знать, но ты, например... Ты же всё-таки иногда появляешься.
   Ника сняла и отложила очки:
   - Иными словами, ты хочешь, чтоб я это подписала.
   - Да. Да. Именно, - Тереза с некоторым облегчением откинулась на спинку стула, подобрала карандаш, покрутила его в пальцах. - Ты, как человек вне этих скандалов... если мы подпишем вместе, будет смотреться убедительнее. К тому же он ведь твой протеже, да?
   Она сощурилась в почти непритворном сомнении. Значительно подняла карандаш и с уверенностью закивала:
   - Да-да, он твой протеже. Я помню.
   Ах вот чего она хочет. Повязать с собой, утащить в свою трясину.
   В Терезе, казалось, жила странная иррациональная уверенность: обладай кто-то другой чем-либо, чего нет у неё, достаточно подобраться к этому другому поближе, заверить в своей дружбе и встать за спиной ненавязчивым кукловодом - тогда желаемое само собой перейдёт к ней. А Тереза была завистлива - болезненно, до крайности завистлива.
   И кукловод из неё был не очень.
   - Ну, Тереза, ты же понимаешь, что я не буду этого делать, - Ника отодвинула листок.
   - Почему? - удивилась та.
   - Во-первых, это заведомый подлог.
   - Но это ведь для пользы...
   - Во-вторых, я же не знаю, так ли всё, как ты сказала, или нет. Лично, как можешь догадаться, не наблюдала.
   - Ты мне не веришь?
   Ника пожала плечами, медленно покачала головой: "не особо".
   - Ну вот это ты зря, - Тереза обиженно и напряжённо посмотрела на бумагу, не стала подбирать. - Это ты очень зря, просто тебе говорю. Считай, твой человек и такое дело... Я бы на твоём месте ещё сто раз подумала.
   - Ты не на моём месте, можешь не беспокоиться.
   - Вообще, да, да... - она, словно бы вспомнив что-то, задумчиво поиграла карандашом. - У меня-то семьи нет. И дочери тоже нет.
   - Ну и дрянь же ты, Тереза, - сказала Ника. - Не зря Терновольская тебя послала.
   Карандаш сломался у Терезы в пальцах. Магда Терновольская была, наверно, самым крупным её провалом за последнее время. Сколько бы ни вращалась вокруг неё Тереза, Магда так и не соизволила выделить её из числа прочих зрителей и признать в ней свою самую верную поклонницу (которой в каком-то смысле и являлась Тереза... в каком-то очень своём). Когда же Терновольскую пришли арестовывать (Ника была уверена, что и здесь без Терезы не обошлось), та неведомым образом ускользнула и, похоже, была теперь не в городе.
   Даже за слоем краски стало заметно, как побелело лицо Терезы; губы сузились, сжались в полоску.
   - Осторожнее, Верочка, - процедила она. - Я ведь и позвонить могу, куда следует.
   - Ну, звони, - Ника откинулась в кресле, отбросила кудряшки со лба. - Звони-звони. Ты ведь стукачка со стажем.
   Похоже, не надо и Терновольской, чтоб это существо чувствовало себя глубоко уязвлённым. Достаточно кого-то вроде Ники.
   - Ну так?
   - Позвоню, - кивнула Тереза. - Только не сейчас, попозже. Так что у тебя есть время подумать.
   - Спасибо, я уже, - Ника накинула сумку на плечо и, поднявшись, направилась к двери.
   Тереза, не глядя на неё, изобразила улыбку.
   - Наших сообщников юные очи может ли вид эшафота пугать?..
   - Наших сподвижников, - Ника обернулась. - А ты по-прежнему путаешь текст.
  
   В темноте грянул залп. За ним ещё один. И ещё. Ещё.
   Прежде, чем Георг успел сообразить, Вероника уже была на ногах и всматривалась в небесные сполохи. Вспышки мелькали, подступали всё ближе - с севера, с юга и со всех сторон.
   - Началось!
  
   Она вышла из дверей, ступила на крыльцо. В лицо дохнул сентябрь.
  
   В ту весну, когда гремит торжество в честь последнего восстания и Ника стоит на углу, у старой кирпичной стены, слушая вместе со всеми победный гимн, среди людей вдруг появляется Георг. Он узнаёт её.
   - Вера! - он протискивается между стоящими, протягивает ей руку. - И ты здесь?
   Она сжимает его ладонь в своей.
   - Ника. Меня зовут Ника.
  
   Она спустилась по лестнице подъезда. Семь ступенек, площадка, ещё семь ступенек.
   Пока не здесь.
  
   - Как мы её назовём?
   - Мария? - предлагает она.
   Георг улыбается:
   - Машенька? Подойдёт...
  
   Она сошла с тротуара, размеренным шагом пересекла небольшую дорогу. Коротко взвизгнули тормоза, но авто пронеслось за спиной (за мыслями Ника почти не обратила внимания).
   И даже не здесь, подумалось ей.
  
   - Если что, копия в...
   - Я знаю, где копия, - прерывает она Георга. Медленно мигает, вновь открывает глаза. - И я забыла.
  
   Ника так и не обзавелась сотовым, хотя мода на них держалась уже с десяток лет. Но телефонная будка очень кстати стояла невдалеке.
   Ника направилась к ней. Ветер заметил, предупредительно убрал с дороги жёлтые листья, лишь всколыхнув взамен полы плаща.
   Войдя в кабину, она сняла увесистую трубку, набрала нужный номер. С той стороны почти сразу спросили: "да?".
   - Георг? Мне нужна твоя помощь.
   - Сейчас буду, - ответил он приглушённо. - Где ты?
   - На углу Звёздной и Крестовой, - через стекло Ника окинула взглядом пустые пока улицы, что тянулись притворно и мирно под голубым небом. - Вихри враждебные веют над нами.
  
  
  
сентябрь 2016
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"