Стафи Лин: другие произведения.

Интиндар. На грани - Глава 2.3. Первая проба крыльев. Валерий-Лорав

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
 Ваша оценка:

22.02 (Веши) 528 года - 22.03 (Льяла) 528 года

Валера лежал, вжимаясь в землю, стремясь слиться с ней, надеясь, что его не заметят. Вот уже полдня он старательно избегает встреч с караванщиками. Первоначальный план - встретиться и объяснить, что он никого не нашёл - претерпел существенные изменения, стоило ему услышать голоса: "Лора́-а-ав, Лора-а-ав. Ты-ы где-е-е?". Готового выбежать навстречу Валеру вдруг осенило: а кто эти люди? Кто остальные, не совсем люди? Как их зовут? Кто они ему? И кто он сам? Он ничего не знал, и длинноволосый учитель с уроками в видениях больше не приходил. Надо быть осторожным. У него здесь новая счастливая жизнь начинается, и надо очень бережно к ней относиться, быть внимательным и предусмотрительным, чтобы невзначай всё не испортить. Вот и лежит парень, слившись с землёй, лишь чуть-чуть приподняв голову, следя за караванщиками. Те, наконец, угомонились и вернулись в поселье. Значит и Валере, т.е. Лора́ву - надо привыкать к новому имени раз у него новая внешность - пора возвращаться. Такой высокий частокол и крепкие ворота о многом могут сказать внимательному и знающему человеку, а именно таким он себя и считал. Оценив ещё раз надёжность стен, парень решил, что лучше ночевать под их защитой, чем в чистом поле.

Он пошёл вдоль забора, и часа через три, уже на закате солнца, добрался до противоположных ворот. Парень обрадовался своей догадке: раз поселье Зойсны стоит на Нагорном пути, значит, ворот должно быть минимум двое. Лорав снял комнату в недорогом трактире - благо здешних денег в кошельке было много - заказал ужин в номер и не выходил до следующего вечера, лишь поглядывая в окно, изучая новый мир пока таким образом. Мимо него проезжали обозы, одни ехали в Зойсны и останавливались на постоялых дворах, другие, наоборот, - покидали поселье. На следующее утро он увидел и свой обоз - вереницу повозок и охрану вокруг них - выезжающий на Нагорный путь. Парень обрадовался, что они уезжают, и мысленно пожелал им счастливого пути.

К вечеру осмелев, он спустился в общую залу, остро вдруг захотелось не только смотреть, но ещё и слушать.

- Слыхал, кто-то голодного духа призывал. Только я так и не понял, изгнали его или нет.

- Ага, о чём-то таком говорили. Если их тади не справился - не беда. В каждом поселье, считай, несколько магов есть, и сюда днём ещё один приехал, - разговаривала недалеко пара охранников, как две капли воды похожие на охрану обоза Лорава: кожаная одежда, перевязь с оружием, нож за поясом, нож за голенищем, цепкий взгляд.

- И кто у него на спине?

- Понятия не имею. Тади свои спины редко показывают.

... - Вот и вам по четырнадцать лет, Латанг-Руанак и Лорав-Руанак. Ваша очередь идти в лугард, круг камней. Переночуете там: сначала один, на следующую ночь второй. Если кто-то из вас белый маг, то к нему придёт зверь души, а с ним и болезнь духов. Три дня длится болезнь. Три дня на грани жизни и смерти. Прочувствуете всю боль этого мира, переродитесь в мага. И только после этого я смогу учить будущего тади магии душ. Если зверь не придёт, но болезнью духов кто-нибудь переболеет, меньше, всего сутки и легче, даже в сознании останется, значит, он серый маг, норытай. Если ночь спокойно пройдёт - то вообще немаг. Байгани вас уже просмотрел - чёрных в этот год нет. Вы - близнецы, так что сами выбирайте, кто пойдёт первым.

Подростки переглянулись:

- Я пойду, - Латанг, как всегда, шёл вперёд, прикрывая брата.

...

"Страшно. Очень страшно. Один, без брата. Как Латанг не побоялся ночевать здесь?" Полнолуние. Луна ярко освещает поляну, туман скользит по её краю, окутывает кусты, медленно, необратимо подползает к светящимся камням лугарда. Волной накрыл круг и обступил испуганного юношу со всех сторон. Тот вздрагивает от каждого шороха, часто оглядывается за спину. Неверное марево искажает все звуки, а то и добавляет свои, обманные. Топот... словно кто пробежал рядом. Всколыхнулись волосы... словно кто крылом их задел. В шею ткнулся мокрый нос... а самого зверя не видно. И взгляды, много взглядов. Туман клубится, складывается в фигуры и распадается. Камни лугарда тусклыми огнями светятся сквозь него, добавляют теней в игры тумана. Страшно на это смотреть. Жутко от призрачных фигур. Но закрыть глаза ещё страшнее.

Стремительный силуэт пронёсся над головой. Пронзительный крик в ушах. Говорят, только тади слышит голос тэйргана - своего зверя души! Ликующее, жгучее любопытство прогнало все страхи, заставило вглядываться в марево, пытаясь увидеть, кто к нему пришёл. Сделав ещё один круг, перед юношей зависла, словно сотканная из света и тумана, крупная птица. Пристальный взгляд в глаза, медленный взмах крыльев, и она влетела в грудь, растворилась в нём.

...

Утром его нашли без сознания, корчащимся от боли. Хранители заново собирали тело белого мага, перекраивали его, давали силу противостоять голодным духам Дуада.

- Призываете стихии? Швыряетесь ими в боях? Боитесь смерти? Думаете, что это конец? Мы, тади, на это только смиренно улыбаемся. Мы знаем, что ужас и боль могут быть и после смерти, когда голодный дух рвёт душу на части и пожирает её. И спасти, если ещё есть что спасать, можем только мы.

Даух-тади, старший маг верви - Лорав признал в нём учителя из первого видения - тихо разговаривал сам с собой, смотря на мечущегося в беспамятстве юношу.

- Болезнь духов. Все маги её проходят, все выдерживают и у всех она разная. Редко кто говорит, что с ним было. Меня, помню, чудовищный зверь пожирал, медленно, смакуя каждый кусок. А потом отрыгнул всё и слепил тело заново. - На спине больного, словно нарисованная белыми линиями, раскинула крылья птица - у нового тади проявился тэйрган.

Маг невесомо провел пальцами по линиям.

- Чайка: наблюдательность, стремительность, беззаботность и разносторонность. Какая черта твоего зверя в тебе проявится, Лорав? И насколько сильной она будет? Будешь ли ты наблюдательным в жизни и стремительным в бою? Это было бы хорошо. Голодные духи сильны. Без тэйргана против них не выстоять. А может, ты будешь беззаботным? Ладно, если в меру. Но чую, разносторонность станет главным в твоей жизни. Всё тебе будет интересно, и в верви ты надолго не задержишься. Ишь, чайка крылья-то как раскинула, будто уже в дорогу собралась, - приговаривал он, вытирая пот со спины юноши...

Лорав очнулся. Тэйрган. Зверь души. Наверное, что-то вроде тотема в родном мире. Чуть не бегом вернулся в свою комнату, скинул одежду и к зеркалу. На спине ничего не было. Ничего, кроме небольшого шрама как раз напротив сердца.

Всё правильно. В этом теле теперь другая душа, значит, и зверь должен быть другой. Лорав... как же трудно привыкнуть к новому имени, гораздо сложнее, чем к телу. Новое тело значило для него едва ли не больше, чем магия. Он радовался ему, как ребёнок. Быстро освоился с новым ростом и весом, с новой силой в руках. Целый час крутился перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Хорош, нечего сказать. И перед сном не удержался, приласкал себя. Осталась самая малость: причёску подправить немного. Убогий Валера остался в том, родном мире и надо забыть его как можно скорее. Здесь он Лорав-Руанак - тади, белый маг расы вахлов, нет вайхгдаль. Свою расу тоже нужно правильно называть!

Парень подумал немного и решил, что всё к лучшему: появилась первая задача в новом мире - призвать зверя души. Теперь будет целенаправленно собирать информацию, чтобы решить её. Слушая разговоры вокруг, Лорав два дня просиживал в общей зале, но услышал кое-что другое.

- Saim bajsha.

- Saim, - поприветствовали друг друга вайхгдаль за соседним столом. Лорав вздрогнул - это именно приветствие и ни что иное. В поселье разговаривали на языке людей, всеобщем в Интиндаре. Но Лорав понимал все три надписи на указателях и вывесках. И сейчас отчётливо понял, что это традиционное приветствие на языке его новой расы.

- Утром караван пришёл, ко мне за помощью обратились. Вдвоём вернее. Поможешь?

- Конечно. Что там?

- Или Безумец, или Цепень. Дикий или призванный - не знаю. По жертве ничего не определишь. Больше месяца прошло: печать не видна.

... - Ракшас Кэхэ-Ур или Цепень...

- Так Цепень или Кэхэ-Ур?

- Настоящее имя голодного духа Кэхэ-Ур, но не стоит звать его. Знать надо, звать - нет. Потому тади и дали им прозвища. А то голодный дух услышит своё имя, да в гости придёт с неприятностями.

- А тогда зачем знать надо? Цепень-то легче запомнить!

- Затем, что настоящими именами их хранители в верхнем мире зовут. И в мире теней. Духи природы тоже их имена знают. И изгонять его ты будешь настоящим именем.

- А какие неприятности?

- Большие. Очень. Ещё раз перебьёшь и от меня неприятностей схлопочешь. Выслушай всё, а потом спрашивай.

- Я не запомню.

- Ты маг, должен всё замечать и запоминать! Расскажи-ка мне лучше, что уже выучил о голодных духах.

Подросток исподлобья посмотрел на даух-тади, опустил глаза в пол и затараторил как по писанному:

- Голодные духи живут в Дуаде, нижнем мире. Их шестьдесят четыре. У каждого есть своя неделя и в неё он очень сильный. Ещё у каждого есть печать, она проявляется на душе жертвы и её видно взглядом хагву - глазами зверя души. Прийти духи могут через тлен. Это дикие. Много сил тратят на переход. Раз дикие слабее - убить их легче, но они, когда душу наполовину разрушат, могут перейти в другого разумного. Ещё голодного духа можно призвать, для этого камень призыва с печатью духа нужен, тади их делают. Тогда дух сильнее. Если призвать в его неделю - самый сильный. Призванный жертву не меняет. - Паренёк немного подумал, кивнул своим мыслям и продолжил, но уже с запинкой, - голодные духи делятся на четыре группы... Ласхи - приносят из Дуада болезни. Самые слабые их всех духов, их неделя самая первая. Камень призыва хануд - тяжёлый, белёсый, мутный, полупрозрачный... Дальше шута - вредитель, всему мешает, портит вещи и еду. Сильнее ласхи. Вторая неделя месяца их, и камень у них чохар - бледный, тускло-охристый, полупрозрачный. Шута могут не вселяться в разумного, тогда с ними даже, - он посмотрел на соседа, - серый норытай справится. А с ласхи нет! Даже если норытай изгонит дикого ласхи, когда тот жертвы меняет, то болезнь-то останется. Только я, тади, смогу и духа изгнать, и вылечить. - Даух-тади лишь тихо вздохнул: если научишься. - Потом ракшасы идут. Вселяются в разумного и управляют им. Их время - третья неделя каждого месяца. Камень призыва гийна - овальный, блёкло-болотного цвета, полупрозрачный. С ними только мы, тади, поможем. Ну и самые последние, и самые сильные - найрриты. Разрушают души разумных, могут даже их из тела вырвать. Это запретная магия - возможность тлена на новую ступень поднимется. Чёрные за это убьют. Если найррита призывать - нужна жертва. Камень призыва для них дахмаш - мёрклый, пепельно-серый, полупрозрачный. Неделя найрритов последняя в месяце. Справиться с ними может только жнец. Учитель, а как обычный тади жнецом может стать?

- Рано ещё об этом.

- А печать на душе это где?

- Это, - мужчина показал на грудь парня, - здесь. Итак, ракшас Кэхэ-Ур или Цепень, третья неделя веши, второго месяца воды. Если ракшас дикий, то вселяется в любого разумного и управляет им. Если Цепня призвали - вселяется в определённую жертву, и заставляет делать то, что приказывает хозяин. Жертва в обоих случаях всё понимает, но сил сопротивляться нет. Вот так рисуется печать духа. Линию ведут с нижнего конца вверх. Чтобы изгнать ракшаса печать рисуют наоборот, с верхнего конца вниз. Тренируйся.

- Учитель, а если я призову Цепня, то остальные тади призвать его уже не смогут? И через тлен он не пройдёт?

- Смогут. И через тлен пройдёт столько раз, на сколько сил хватит. Голодные духи живут в Дуаде и сами никуда из него не выходят.

- Но...

- Если вокруг тебя поставить пять зеркал, сколько отражений у тебя будет?

- Пять.

- Любой камень призыва, это как зеркало для духа. Он посылает своё отражение к нам и душа, которую это отражение загубит, уносится в Дуад. Один призыв - одна душа. Тлен для голодного духа тоже как зеркало, только на переход он сам силы тратит, а не тади. Потому, пришедшие через тлен в силе слабее, но жертв могут много собрать. Прыгают как зайцы по разумным... Лорав, чего застыл? Продолжай печать рисовать. Норытаи могут идти на воинский двор. Ни призывать, ни изгонять духов вы не можете, но знать, как печать выглядит, надо. Так что запомните её...

...

- Ракшас Зоол-Ур или Безумец. Вселяется в разумного, заставляя его вести себя как... как безумец. Но не управляет им. Разумный при этом всё понимает. Его время - третья неделя мори, четвёртого месяца воды. Вот печать Безумца.

- А разумные всегда понимают, когда в них голодный дух вселяется?

- Нет, не всегда.

- А если разумного убьют? Это изгонит духа в Дуад?

- Изгонит. Но душу, он заберёт с собой. И для мира она будет потеряна... Мы, тади, спасаем души разумных. Только мы и можем это сделать... Иногда, если заметят, что кто-то начинает себя странно вести, его закрыть в подвале могут и за тади отправить. Но такое редко случается.

- И много нам за спасение платят?

- Мы не устанавливает цену. Сколько заплатят - столько заплатят. Отказать в помощи не имеем права.

- На хлеб и воду хватит? - приуныл будущий маг.

- Хватит на мясо и глаурэль.

- Но могут же обмануть и не расплатиться!

- Не могут... Если кто обманет тади или норытая, то его душа словно огонь в ночи - всех голодных духов в округе притянет, - даух-тади посмотрел на ученика, - не переживай. Изгнание духа оценивают от пяти серебряных до пяти золотых. Найрриты дороже. Но встречаются, конечно, и нищие с бродягами. Эти в лучшем случае медный четвертак дадут, а то и просто сухарём поделятся.

- А зачем вообще голодных духов призывают?

- Иногда очень хочется навредить... отомстить... уничтожить...

...

- А теперь самое главное. Запомни, лучше позвать другого тади на помощь, чем пойти одному. Даже с простым воином идти вернее - в бою поможет. Норытаи так и делают - берут себе хорошего напарника. С ласхи или шута помогает им справляться. С ракшасом уже нет... Голодные духи охотятся за душами. Они хитры и сделают всё возможное, чтобы их не изгнали. Особенно опасно, когда прошёл месяц и печать духа на душе жертвы уже не видна. Вы даже не знаете, с кем имеете дело и чего от него ожидать.

- Все так делают? Все тади изгоняют духа вдвоём?

- Если бы... В бою используется тэйрган, он соединяется с магом. Тади в состоянии зверя души быстрее и сильнее. Длится это не долго, всего час-два в день. Но тади в это время вполне может справиться один. Вот потому и рискуют. И собой, и жертвой.

- А в состоянии зверя тади с тварями из тлена справится?

- Если запяст есть, то лучше человеческих магов будет, тем более магов нокки. - Учитель улыбнулся. - Это ещё один источник заработка - караваны торговцев сопровождать.

- Я не понимаю, если дух жертву безумной делает или недвижимой, зачем вдвоём идти?

- Как только ты сделал для изгнания любой камень хранителя - голодный дух полностью управляет жертвой. И перед тобой уже не безумный паралитик, а злобный, сильный и хитрый противник, который, не жалея жизни жертвы, будет биться за своё, терять-то ему нечего...

- А где их тади? Или караван без него шёл?

- Сначала с ним. Потом... потрепало его в бою очень. В Фонарях оставили.

- А в Стиадоре?

- Как всегда. Только людские маги.

- Ясно... Я так понимаю, жертву искать не надо?

- Да как сказать... У караванщиков только подозрения пока. Причём сразу на нескольких. То они нормальные, а то чудят. Ловить и связывать не стали - побоялись: там воин отличный, многих бы положил... Они недалеко от поселья остановились. Часа два ехать. Кони на постоялом дворе есть? Мой хорт пару ран получил, не залечил ещё.

- Есть. Завтра утром поедем?

- Да. Буду ждать у ворот. Be`jsaj

- Be`jsaj.

Вайхгдаль ушли, а Лорав всё сидел за столом, перебирая в уме слова из ведения и запоминая их. После поднялся к себе и зарисовал печати призыва голодных духов. "Шестьдесят четыре... И у каждого своё имя, своя печать. И всё запомнить надо! Хорошо, что разговор услышал. Завтра поеду, посмотрю, как изгонять будут. Надеюсь, на том постоялом дворе смирные кобылки есть?.. Вдвоём, конечно, лучше... только вот я здесь один...", - с этими мыслями Лорав уснул.

* * *

Опять он лежит, вжимаясь в землю. Но сейчас труднее. Надо, чтобы и его не заметили, и он всё видел. Высокая трава надёжно скрывает его, но пыльца от полевых цветов также надёжно лезет нос. Едва сдерживая громкий чих, проклиная всех магов и всех голодных духов, Лорав лежит на небольшом пригорке, пристально наблюдая за парой вчерашних тади. Подобрался к ним как можно ближе. Заметят - скажет, что разговор случайно услышал и интересно стало. Но те сами прятались за поваленным деревом, внимательно разглядывая обоз, находившийся чуть ниже их в ложбинке.

Видимо, договорившись, маги стали действовать. Один поранил себе палец и, выговаривая чьё-то имя, водил им перед собой. На удивление Лорава, кровавая дорожка осталась висеть в воздухе. Это и есть печать? Но такой вчера в видении не было. Лорав подполз ближе. Вокруг мага, казалось, заискрился сам воздух. Светящиеся кристаллики притянулись к кровавой печати, налипли на неё, сплавились между собой, печать уменьшилась, и через мгновение маг подхватил небольшой кристалл цвета ржавчины с яркой оранжевой фигурой, сверкающей внутри него...

... - Итак, прежде чем изгонять голодного духа из жертвы, нужно выяснить, что это за дух, узнать его имя. И в этом нам помогают хранители. Давай Лорав расскажи мне, что уже знаешь про хранителей.

- Хранителей шестьдесят четыре, как и голодных духов. И у каждого своя неделя и свой велий, так камень хранителя называют. Они помогают разумным... Всё.

- Каким образом? Камин за нас топят? - Улыбнулся даух-тади.

- Нет же. Помогают с душой. Например: справиться с печалью, со страхом. Уверенным стать тоже помогут. Я как научусь велии делать, обязательно какой-нибудь для брата смастерю. Его на воинском дворе хвалят. Дам ему... велий на хорошую реакцию в бою. Или ещё какой. А себе...

- Себе не сможешь. Тади их только для других делают.

- А что же нам хранители не помогают?

- Помогают. По мирам путешествовать, голодных духов изгонять, свадебные обряды проводить.

Лорав приуныл:

- То есть сильным и ловким мне самому надо становиться?

- Правильно понял. Вернёмся к изгнанию. Для начала определи дикий это дух или призванный. Хранитель Мо-Геруй поможет. Кстати, какие хранители бывают, Лорав?

- Лэвманы. Их неделя первая в каждом месяце. Помогают с болезнями справляться. В каждой душе есть своя частичка магии, своя жизненная сила... Совсем немного. Вот лэвманы и направляют её к больному месту. А потом норытаи своими зельями лечат... Долго... Но геари же и витары у людей сильнее. Зелья наших норытаев, как вода по сравнению с геари. Почему так? - обиженно спросил юноша.

- Геари и витары магией жизни владеют. Во всём Интиндаре в целительстве никто с ними не сравнится. Но они лечат только тело. А мы можем и душе помочь. Так что не завидуй им - тади тоже на многое способны. Да и совместное лечение самое сильное, особенно, если ещё целебные запясты нокки добавить... Так что там дальше про хранителей?

- Веноцо, вторая неделя в месяце их. Побуждают к действиям. Принимать решения или учиться новому. В общем, не только мечтать, но и действовать. Дальше третья неделя, это... мэдрай. Развивает чувства и способности, наделяет желаниями... Например: чувство порядка, долга или способность к анализу.

- Правильно. Последние?

- Это... Ну-у-у.... Эти....

- Лорав! У тебя от зубов должно отскакивать!

Юноша широко улыбнулся и без запинки оттараторил:

- Последняя группа хранителей - гданци. Помогают в трудных и опасных ситуациях, учитель. Собраться с духом, не растеряться, найти решение. Гданци сильнее всего в последнюю неделю месяца. Хранитель Мо-Геруй - это веноцо. Всех разумных он побуждает поддерживать порядок в хаосе, найти равновесие между... - Лорав запнулся, видимо учил наизусть, не вдумываясь в смысл слов, - духовными и материальными желаниями. Велий хранителя - прозрачный кордиерит насыщенного серо-оранжевого цвета. Ржавчину напоминает. Время Мо-Геруя - вторая неделя древи, первого месяца земли... Но это не для тади. Мне он поможет увидеть дикого голодного духа в душе разумного... Через взгляд хагву, правильно? Велий, как фонарь, вокруг светить будет? - Учитель согласно кивнул. - Я только не понял, как дух определит, что я именно на него охочусь, а не создаю велий для кого-нибудь другого?

- Как ты для других создаёшь?

- Беру его кровь, рисую печать и одновременно проговариваю имя хранителя...

- Вот именно - его кровь. А для себя, ты берёшь свою кровь... Как только ржавый велий на твоей крови появился в воздухе, голодный дух понимает, что тади вышел на охоту. И теперь будь вдвойне осторожен, ибо дух лучший охотник, чем ты...

Лорав словно на двух стульях пытался усидеть: и видение надо смотреть, и за магами следить. И то, и другое для него сейчас ценно.

Маг опутал велий шнурком, повесил на шею под рубаху и, как ни в чём не бывало, неспешно пошёл к обозу. Пошёл медленным прогулочным шагом, скучающе глядя по сторонам. Даже травинку сорвал мошек отгонять. На подходе его встретил... наверное тот, кто помощи просил. Уже вдвоём, переговариваясь, они обходили стоянку вокруг.

По всей ложбине то тут, то там росли деревья. Меж них стояли по кругу повозки, создавая своеобразную защиту. Все были заняты делом: кто запрягал лошадей, кто прибирал место стоянки, кто седлал странных животных. Маг и встретивший его мужчина, словно и не обращая ни на кого внимания, продолжали обход. У Лорава от досады и нетерпения кулаки сжимались. Что же видит этот маг? Как найдёт голодного духа?..

... - Лорав, ты слушаешь меня?! - парнишка вскинул удивлённый взгляд, - точно не спишь? Показалось, - улыбнулся даух-тади. - Значит так, когда голодный дух только вселится в разумного, то ближайший месяц ты сможешь увидеть печать духа на душе жертвы магическим взглядом хагву.

- Это я уже знаю.

- Позже хагву уже не хватает.

- Помню. Мо-Геруя на помощь надо звать, чтобы дикого духа увидеть.

- Молодец. Создашь велий хранителя и лучше всего повесь его на шею под одежду. Смотреть это не мешает, но голодный дух не увидит камень. Почувствует, но не увидит. Как и твой тэйрган. Вайхгдаль - единственная раса в Интиндаре, у кого знак мага видят все, если, конечно, он под одеждой не спрятан. Солар у людей и венец у нокки скрыты от взгляда немагов, но при желании показать они их могут. Если верить книгам, - учитель кивнул на полки у стены, - крылья карнбов тоже видели все... Ты понял? Под одеждой голодный дух не увидит ни тэйрган, ни велий. Но как только подойдёшь ближе - дух обязательно почует и тебя, и камень.

- А что я увижу через кордиерит?

- Простым взглядом ничего. Хагву используй... Велий словно факел или фонарь зальёт всё оранжевым светом около тебя. Но недалеко, метра четыре или пять в радиусе...

- Я и это знаю! Кроме размеров...

- Лорав!

- Молчу.

- Как пройдёт месяц, печать на душе жертвы уже не различить, но зато появляется вторая тень.

- Это как?

- Посмотри на землю. У тебя одна тень? А у жертвы две будет. Только вторая не его. Это отражение голодного духа в нашем мире. Сначала тень еле видна, но чем больше времени пройдёт, тем она темнее становится.

- И печать на ней?

- Обязательно.

- Значит, если через кордиерит увижу вторую тень с печатью - это дикий дух вселился?

- Именно. Дальше своей кровью делаешь камень изгнания с печатью духа и вешаешь ему на шею. Всё просто - если, конечно, он тебя не убьёт ...

Ясно. Маг с камнем на шее обходит стоянку, высматривая у кого две тени. Лорав недовольно выдохнул. Его начинал раздражать прежний хозяин тела: до конца учителя не выслушает, постоянно перебивает. В своём бывшем мире, будучи Валерой, парень на уроках буквально ловил каждое слово учителя, потом только засыпал вопросами. И как итог - отличник в учёбе. А какой итог у этого неуёмного мальчишки? Нож в спину! Вот и сейчас после видения у Лорава два вопроса появились: как через серо-оранжевый кордиерит выглядит призванный дух и как его изгнать.

Между тем тади с провожатым зашли за повозки. Второй маг, прикрываясь кустами и валежником, незаметно пробирался к стоянке. Что было дальше, Лорав при всём желании не смог бы сказать. Только что все занимались своими делами - торговцы собирались в дорогу, охранники лишний раз проверяли вооружение - и вот уже тади, крикнув своему напарнику: "Безумец" - дерётся с одним из них. Парень только успел заметить, как маг по касательной поймал на тесак лезвие противника и увёл его в сторону. Дальше всё завертелось словно в вихре: все бегают, кричат, кто под повозку забирается, кто рядом встаёт с оружием наготове - дух там или нет, тади с ним справится или нет - им заплатили за охрану, значит надо отрабатывать. И посреди поляны дерутся двое. Лорав сглотнул и с трудом отвёл глаза - бой просто заворожил его. Правду говорят: "Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать". Он уже слышал про состояние зверя, про силу, ловкость и скорость в бою. А теперь увидел. Движения клинков скорее угадывались, чем их было видно. Звон, блики на оружии, по полянке кружатся противники, нападают, отступают, блокируют - насколько же всё это Лораву интересно, будто кино с безопасного места смотрит. Только сейчас нужнее, как второй маг камень изгнания ракшаса будет делать.

Тади за обозом уже чертил кровью в воздухе печать, губы шевелились. Имя ракшаса проговаривал?..

... - Да помню я всё, учитель. Давайте новое что-нибудь изучим!

- Лорав, я все семь лет буду тебя спрашивать обо всём, чему успел научить. Даже если это просто названия миров. Потому что повторение...

- Я понял-понял, - поспешил согласиться юноша. - Камень изгнания любого ракшаса - морион, чёрный кварц. Продолговатый, полупрозрачный, на гранях блестит. Чертить своей кровью с именем духа, одеть на шею жертве. Активировать морион кровью жертвы. И всё. Ракшаса, точнее его отражение в нашем мире, утянет в Дуад. Жертве ещё месяц, не снимая, носить морион. Духи приносят с собой из Дуада боль, страх и тоску нижнего мира. Морион избавит жертву от ночных кошмаров, от безразличия к собственной жизни. Если это дикий дух, то у него могут быть другие жертвы - те разумные, чьи души он успел наполовину разрушить. - Лорав пару секунд помолчал. - Их не вылечить и разумные в течение года умрут. Обычно. Говорят, некоторые до десяти лет живут? Душа не по зубам голодному духу оказалась? - Даух-тади кивнул. Юноша снова помолчал и продолжил, - спасти не можем, но облегчить их страдания в наших силах. Хранитель Эл-Турар поможет в этом. Он лэвман, при болезнях зовут его. Так-то он помогает при слабоумии, падучей и при остальных очень плохих болезнях. Не вылечивает, конечно, только болезнь слабее делает, но и этому рады. И истерзанной духом душе тоже поможет. Время хранителя - первая неделя гори, четвертого месяца огня. Велий хранителя - баццит. На краях прозрачный кристалл бледно-голубой, а внутри яркий, как небо. Делаю его своей кровью, кровью жертвы активирую. Сколько жертв - столько и велиев делать надо. Жертвы я через ржавый кордиерит увижу. Тень у них бледная, на куски порванная, хотя тени духа уже нет. Только не пойму, почему своей кровью черчу? Это же не для меня, а изгонять уже никого не надо.

- Велий для больного чертишь кровью больного. Велий для жертвы духа - своей кровью. За все увечья от голодных духов тади расплачиваются.

- Понятно. И ещё, учитель, названия миров, - Лорав хитро посмотрел на даух-тади. - Иалу, верхний мир - хранители там живут и Зур-Галь, наш бог. Шеол, мир теней - туда душа разумного после смерти уходит. Сиань, мир духов природы вместе с нашим обычным составляют Хат, средний мир. Туда и немаг попасть может. Места, где физический мир и мир духов пронизывают друг друга, где пройти из одного в другой можно, называют мороком. Норытаи на самой границе морока дома себе строят... И Дуад - мир голодных духов. Мы в эти четыре мира ходить можем. Тэйрганы нам дорогу показывают. В остальные три ходу никому нет.

- И?

Парень притворно вздохнул.

- Нуайю - мир энергий, мир эрки, линий силы, место обитания Ткача, бога нокки. Ллита - мир стихий, дом богов людей. Элнире - мир элементалей. Всё. - Лорав улыбнулся...

... Искристый воздух вокруг мага сплавился в чёрный кристалл. Лорав разглядел зелёный свет печати внутри камня. Дальше, как говорили в его бывшем мире, дело техники. Второй маг вступил в бой, и у ракшаса не осталось и шанса. Вдвоём они быстро его скрутили и повесили морион на шею. Как духа утягивало в Дуад, Лорав не понял, для его простого зрения человек просто потерял сознание. Что там видели маги через хагву, он не знал. Никаких видений на этот счёт не было.

Ему нужен тэйрган. Жизненно необходимо призвать своего зверя души. Он же не передумал стать магом?

* * *

Лорав был доволен собой. Пусть это новый мир, но знания, полученные Валерой за время учёбы, помогают ему. Жаль, здесь нет его одноклассников. "Зачем тебе всё знать?", "Зубрила", "В жизни это не пригодится", - так и сыпалось на него во время учёбы. Лорав улыбнулся: уже пригодилось. Пусть немного, пусть только мир лучше познать помогает, но кто знает, что будет в будущем.

Первое, на что он обратил внимание - день равен ночи. По разговорам всегда. В любой сезон. О чём это говорит? О том, что ось здешней планеты - если предположить, что солнце - это звезда, а не огненная колесница - стоит под прямым углом к своей орбите. Отсюда следует, что никакой смены времён года здесь нет. Абсолютно. За весной не следует лето, зима не приходит на смену осени. Здесь всегда одно время года. И весь год условно разделён на сезон воды, воздуха, огня и земли. Погода, естественно, меняется. Но под действием ветра, возможно течений и последствий местного катаклизма. По крайней мере, по вечерам в трактирах на все ошибки в прогнозах один ответ: "Из тлена принесло".

А катаклизм здесь случился не малый. Это слишком очевидно, и к гадалке не ходи. Раз уж от всего мира осталась малая часть, то что-то же его уничтожило.

Лорав купил в лавке старьёвщика большую карту Интиндара. Надеяться на одни воспоминания не стоит, хорошо бы их хватило на все нюансы его магии, а остальное он сам изучит - не маленький! Карта была основательно потёртой, но названия ещё читались.

Единственный материк нового мира вместил в себя государства всех рас. Общих границ не было - страны разделялись Дикими Землями. Как раз по ним и проходили торговые пути. Надо сказать, что и сам материк разделён, вероятно, всё тем же катаклизмом, на две части с большим Срединным морем между ними. В разговорах то и дело звучало Западный да Восточный Интиндар. Разглядывая карту, Лорав заметил некую справедливость этого мира: все страны, посредством отдельных городов-анклавов, имели выход и во внутреннее море, и во внешние. Та же империя - самое большое государство, омываемое только внешними водами - основала анклав Аккардес на берегу залива Цепей. И это не беда, что по суше добираться до него больше двух месяцев - морем всяко больше.

Следующее открытие Лорава неприятно удивило: люди, то есть разумные, здесь достаточно образованы и уже всё нужное изобрели. А он ещё в первый день, когда прятался в траве от караванщиков, мечтал улучшить этот мир. Вспоминая все книги и фильмы о фэнтези, Лорав представлял себе нецивилизованную цивилизацию средневековья. Но, оказалось, здесь знают, что канализация самотёком сбегает по трубам, нужно только наклоном вниз их проложить. На удивление Лорава, исходившего, осмелев, всё поселье, даже пресловутого запаха нигде не чувствуется - видимо, отстойники работают хорошо... Знают то, что горячая вода в батареях сама поднимается по стоякам на второй и третий этажи. Главное не давать ей остыть. Ну и трубы прикрепить наклоном вверх... Знают, что напор воды в кранах добавляют поршневые насосы. Лорав в полном разочаровании минут тридцать простоял перед ними, рассматривал поршни качающие воду по трубам, запряжённых в коленчатый вал лошадей, шагающих по кругу и приводящих всю эту систему в действие, слушал смотрителя, хвастающегося своей нужностью жителям. Пусть электричество здесь не получают и паровые машины не построены, зато механику используют вовсю. А додуматься до этого одной жизни не хватит, какая бы светлая голова не была. Учат этому где-то, и учат хорошо.

Возвращался в свой трактир, не поднимая головы и глядя под ноги на мостовую. Опять же... мостовая... И дорога, по которой за магами ездил, тоже вымощена камнем была. Интересно, все дороги в Диких Землях уже обустроены? Судя по разговорам, торговля тут только последние сто-двести лет оживляться начала. Лорав удовлетворённо усмехнулся: в его мире за это время торговые союзы под себя всех прогнули, а тут только обозы чаще, чем раз в год научились отправлять.

В своей комнате, не зная чем заняться - настроя карту изучать не было - он тихо просидел полночи на подоконнике, тоскливо разглядывая полузнакомые созвездия, и раздумывал о себе. Он не хочет быть никем. Никем был Валера в бывшем мире. Умным и ничтожным никем, всей смелости которого хватало только на то, чтобы каждое утро идти в ненавистный класс. И что теперь? Он и тут никому не нужен? Он хочет помогать, хочет быть полезным, хочет ловить на себе восхищённые взгляды. Он хочет признания! Он не хочет быть Валерой. Валера умер в том кафе под ехидную улыбку Берестова.

Берестов... Странное дело, именно воспоминания о заклятом однокласснике придали ему уверенности. Чего он так расстроился? Мир оказался более развит? Тем лучше - проще прожить и санитария в норме, никакую заразу не подхватит. Нет, не это его расстроило. Временно огорчило, но не расстроило, а некоторые вещи так даже восхитили. Например, востра - выбритые виски ей смазал и, как обещал геари, волосы год расти не будут. К тому же, если хорошо подумать, внедрять что-то новое слишком неблагодарное занятие - инициатива в любом мире наказуема.

Так в чём дело? С содроганием вспоминаешь бой с голодным духом? Думал, что будешь стоять на пригорке и метать молнии с огненными шарами? А оказалось, надо лицом к лицу сойтись с врагом, да ещё и драться с ним? Да!.. Именно это оказалось страшнее всего. Валера никогда не убегал, преодолевал свой страх и не сгибал спину, пока не получал первый удар, но в ответ не бил. Рука на человека не поднималась. Понимал, что защитника семьи из него не получится, но переступить через себя не мог. Переродившись в Лорава, увидев бой, он понял: поднять оружие на человека, вайхгдаль или нокки, тоже не сможет, сколько бы духов в разумного не вселилось. Вдобавок он и фехтовать не умеет. В памятную вылазку за город, чуть не забыл тесак на пояс прикрепить. Какой из него воин? Не разобравшись, что ему делать, но разобравшись в себе и в своём страхе, Лорав лёг спать, надеясь на извечную поговорку бывшего мира: утро вечера мудренее.

* * *

Поговорка оправдалась.

На следующее утро Лорав дальше рассматривал карту - тэйргана в любом случае надо призвать, глупо отказываться от силы. С фехтованием он после разберётся, когда пообвыкнет здесь немного, к тому же может память тела проявится. И ещё он надеялся, что через хагву одержимые выглядят иначе. Хотя бы когда голодный дух управлять разумным начнёт.

Зверь души приходит в лугарде - значит надо ехать во владения вайхгдаль или, на крайний случай, в земли альянсов, там магию всех рас изучают. Круг камней - магическое место, где попало его не построят. Вот Лорав с утра пораньше и обдумывал, куда ему податься.

Нагорный путь проходил через Зойсны с юго-востока на северо-запад. В южном направлении ехать не стоило совсем. Почти через месяц пути приезжаешь в Стиадор, анклав королевства Стемма. Дальше, через два с половиной месяца, обойдя с юга Сутемь - тлен на самом краю Западного Интиндара - на Нагорном пути расположился анклав Спайранд, принадлежащий королевству Спада. Ещё через три недели доберёшься до княжества Урайт. Королевства принадлежат людям, княжества - нокки. И то, и другое ему без надобности.

Северное направление гораздо привлекательнее. Через неделю на берегу Лазурного залива стоит анклав Луш-Ринес, относящийся к владениям Арз-Руим. А владения - это уже то, что надо. Владения - это страны вайхгдаль. Жаль анклав ему не пригодится. В лугарде должно быть тихо, спокойно, чтобы подросток не отвлекался ни на что. А какие тишина и спокойствие в портовом городе? Да и магии там вряд ли учат. Лораву нужна сама страна, а не её отдельно стоящая вервь - так города у вайхгдаль называют.

Сама страна нашлась севернее. Неделя дороги и ты на месте, в пограничной верви Луш-Хейва. Итого две недели пути. Если Лорав по видениям правильно понял, никаких единых школ магии у вайхгдаль нет. В каждой верви старшие маги учат новое поколение. Значит и лугард должен быть обязательно. Осталось обоз найти и можно в дорогу. Знакомую уже лошадку только купит на постоялом дворе.

... - Что я людь какой на лошади ездить?! - Возмутился Лорав. - Для вайхгдаль - хорты, для нокки - тигоны. Лошади для людей.

- Ты, кажется, путешествовать хочешь, Лорав? - Юноша насторожился. - В Диких Землях на чём придётся, на том и ездят. Представь: ранили твоего хорта, на месяц слёг. И ты вместе с ним? А если это в пути? Если ехать дальше надо? Если на постоялом дворе хорта нет? А оно часто так и бывает, - учитель внимательно посмотрел на юного мага и уже мягче добавил, - Лорав, если ты хочешь посмотреть мир - наши обычаи оставь дома. Не все, но многие. И к слову "вахлы" привыкай, и не обижайся. Так же, как нойкхри уже давно не обижаются на "нокки".

- Ясно... А если хорта сильно ранили, мне что, его бросить? Он же за меня дерётся! Ой... - парень смутился, - давно на воинском дворе учили. Забылось чего-то.

- Вспомнил?

- Да, - и, вздохнув на вопрошающий взгляд учителя, продолжил, - раненого хорта в лесу никто не трогает. Даже твари, если, конечно, рядом вайхгдаль нет. Сам найдёт какую травку съесть, чтобы раны затянулись быстрее. И сам придёт к любому жилью. Иногда хорты хозяина отыскивают, если ухаживать за ними хорошо. Тигоны у нокки такие же. А вот лошади у людей другие. В бою проку от них нет, бегают только хорошо. И хозяина не помнят: где их кормят, там и будут жить. Так?

- Да... Вроде бы так...

Хорты значит? Это те зверюги, что одновременно волка и медведя напоминают? Ростом с лошадь хорошую? Но, учитель сказал: "... на чём придётся, на том и ездят", - и ему придётся ездить на знакомой смирной лошадке!

Детские голоса привлекли его внимание. Чего они так расшумелись? Детей в поселье немного и играют они обычно у храма Стихий. Сегодня, кажется, праздник? Местный храм - маленький и ветхий - обычно пустой стоит, а тут с самого утра народ в него тянется...

... - Лорав, Зур-Галь - наш бог, и что бы ни случилось он им останется. Он создал хранителей, дал душу всему живому. Он создал нас, вайхгдаль. Научил жизни и магии. Он бог вайхгдаль и так будет всегда... Но он ушёл, как и все остальные. Теперь с нами только Витаэ, богиня жизни. Все разумные Интиндара почитают её.

- Я знаю! Учитель! Это все знают! Говорят Витаэ уже тысячу лет одна тут. У нас дома на алтаре стоит её статуэтка. Мы всегда ей подносим, как и Зур-Галю.

- Не тысячу. Может быть лет семьсот. По хроникам именно в то время боги нам отвечать перестали. И именно с того времени мы платим кровью за магию. Кроме магов жизни. Они одни обходятся без кровавой дани. Но я не об этом... У нас алтарь богов в каждом доме. У людей другие правила. Алтари ставят только в храмах Стихий. Витаэ - богиня людей, и в Диких Землях её почитают по их обычаям. Храмы там строят, один на всё поселье. Иногда два. Поэтому не забывай подношения ей в храмах делать. Благодари богиню, что мы ещё живы.

- Понял...

Теперешний Лорав тоже всё понял.

* * *

Внутри храм выглядел также, как и с наружи - маленьким и ветхим. Пара свечей у каждого алтаря совсем не разгоняла полумрак. Светлое деревце у статуи богини смотрелось неуместным, будто выкопали его в ясном цветущем саду и принесли сюда. Храм удручал. Может быть, когда-то он и выглядел пусть и небольшим, но аккуратным. Теперь же двери перекосились, пол ушёл вниз, потемневшее дерево растрескалось. Зато маленькие окошки были вымыты, пыль вытерта и пол подметён. Наверное, служитель расстарался, прибрал храм к празднику. Сейчас он как раз подливал воду в небольшую чашу у ног богини воды.

Лорав, отгоняя мысли, что зря сюда пришёл, подошёл к статуе Витаэ...

... Храм? Нет. Небольшая комната... Алтарь у стены, две статуэтки. Перед каждой чаша с землёй...

- Лорав, говорят, близнецы чувствуют друг друга. Я вот всегда знаю, когда тебе плохо. - Брат, точная копия его самого, в кои-то веки стоял не впереди, прикрывая его от всех бед, а рядом, и шептал на ухо так тихо, что взрослые мельком глянули, улыбнулись и сделали вид, что ничего не слышат. - Когда станем взрослыми, если почую, что ты в беде, я обязательно-обязательно приеду. Клянусь зверем племени, - малец кровью нарисовал закорючку на руке и показал брату. - Ты только дождись меня. Договорились?

- Договорились...

Взрослый Лорав похолодел. Его что, ищут? И узор на ладони показался знакомым. Капля крови под корни и быстрее на выход. Дома Лорав нарисовал такую же закорючку, что и близнец в видении и после задумчиво разглядывал проявившийся узор. Майконг, чёрный лис. Майконг проявляется не только на ладони, это ещё и герб его страны, Арз-Анэх. Лорав опять взялся за карту. Если ей верить - а карты не лгут - родина бывшего хозяина этого тела далеко на севере - жаль, что не на самом крайнем - в отрогах Млечных гор. Значит, путь туда ему заказан. Будет крайне неловко, если он встретит кого из знакомых прежнего Лорава. Хорошо, что близнец дома остался, не поехал с братом путешествовать. Парень не представлял, как бы он с ним общался.

Тем не менее задача не изменилась - необходимо призвать тэйргана.

Рассматривая дальше карту, Лорав увидел нечто настолько интересное, что все его невесёлые мысли растаяли, как мороженное в жару. Осенний лес! Ни больше ни меньше, а именно Осенний лес. Откуда здесь, в мире, где нет осени, такое название? Лишь один вариант приходит на ум: кто-то до него, такой же земной попаданец, стал настолько влиятельным и почитаемым, что название местности давал. Мысленно Лорав поблагодарил предшественника. Он понял, для чего тот это сделал. Это был своеобразный посыл всем попаданцам: "Выше нос. Не унывайте. До вас тут уже были земляне. Здесь тоже можно жить и многого добиться". Лорав с улыбкой вспомнил все технические и житейские достижения. Теперь неизвестно: местные сами до всего додумались или многие новшества с другого мира принесены.

Через два дня парень, наконец, дождался обоза до владений племени манула Арз-Руим.

* * *

Пятнадцать дней и он в Луш-Хейва, пограничной верви Арз-Руима. Кто-то умный сказал: "Чтобы что-то понять, нужно это пережить". Как же это верно... Лорав решил, что хорт ему не нужен, решил, что обойдётся одной лошадью, и вот после первого боя в пути, который он разглядывал из-под повозки, парень диаметрально поменял своё решение. Хорты дрались наравне с охранниками. Как и тигоны у нокки. Защищали спины хозяевам, сбивали с ног тварей, вспарывали им животы. На глазах парня хорт лапой перебил хребет напавшему зверю. Не стихару, нет, а, как Лорав предположил, разглядывая труп, барсуку-переростку, с огромными клыками и когтями. Откуда бы он ни пришёл, это место изменило его, превратило, в общем-то, безобидного зверя в чудовище.

Стихаров, стихийных тварей, тех - Лорав едва поверил увиденному - которые сами атаковали стихией, уничтожали маги. Они останавливали их, не давали подойти к остальным бойцам и главное, к каравану. На простых чудовищ не обращали внимание. Зачем? С простыми чудовищами простые воины разберутся. Из-под повозки было плохо видно, но парень разглядел, что приблизиться вплотную к стихару осмелился только тади. Остальные били издалека. По быстроте и ловкости он понял, что тади вошёл в состояние зверя. Но ведь как рискует маг! В таком темпе он может драться не больше двух часов в день. Лорав даже восхитился им - сам вряд ли бы тратил ценные часы на обычный бой.

Свое место в бою ему обозначили ещё в Зойсны, когда он пришёл к обозникам. Выслушав его, торговец отправил Лорава к командиру котерии: договариваться о дороге надо было с ним.

- С нами до Луш-Хейва хочешь? - Командир мельком глянул на него и продолжил выбивать трубку. - Можно. Плата обычная: за тебя - пара медяков, за каждую повозку ещё один. Это в день. Маг? - на него с интересом глянули. Лорав замешкался, - с мага четвертак, но тварей с нами бьёшь. Точнее из-за наших спин, вперёд не лезешь. Запяст свой.

- Я не маг.

- Тьфу... а чего молчал?

- Интересно. И повозки у меня нет. Верхом я.

- Тогда два медяка в день. Как твари нападут, лезь под любую повозку. И носа из-под неё не высовывай. Твой хорт...

- Я на лошади.

- Ясно, - мужчина, кажется, разочаровался. - Сам за ней присматриваешь. Лошади не убегают, пока натиск тварей сдерживаем... Скотина, а понимает, где безопаснее. Но поводья всё ж держи в руках. С нас охрана и еда. На охоту тоже сами ходим. Ты никуда со стоянки не отходишь. - Лорав кивнул. - До Луш-Хейва ехать четырнадцать дней. Плюс в Луш-Ринес и Торжине по одному дню отдыхаем. Оплата только за охрану в Диких Землях. С тебя два серебряных и восемь медяков. Деньги вперёд.

- А если дольше ехать будем?

- Дольше - за наш счёт.

- А если быстрее?

- Значит, нам награда.

Пятнадцать дней - тринадцать в пути и два в городах - котерия получила награду.

* * *

В пути Лорав внимательно наблюдал за охранниками. Торговцы не так интересны - все разговоры у них о ценах, вся забота о товаре. Иногда семьи вспоминают, родные города. Это пока Лораву без надобности. Охранники интересовали его намного больше.

Котерия была весьма разношерстна. Маги всех рас - вот залог выживания в Диких Землях. Лорав заметил стройных нокки, увидел свою расу. Были в отряде и люди. Парень немного позавидовал им: только маги людей выпускали стихию из рук. Все остальные, в том числе и серые зодчие у людей - Лорав уже узнал о делении магов на три группы - использовали запясты.

"Повезло им, что айкли есть. Запясты не покупают. Да и зодчие у них свои... Это нам повезло нам с котерией", - слышал Лорав слова торговцев.

Зодчие... Лорав, после этих слов, на стоянках глаз с них не сводил, пытаясь понять, какое везение они принесли. Те на охоту не ходили, дежурство ночью не несли. Однажды, уже после ужина, когда бо́льшая часть караванщиков легла спать, Лорав заметил, как зодчий... вернее зодчая, ладонями водила по воздуху, словно снежок лепила. Лучики серого света поблёскивали у неё сквозь пальцы, уплотнялись, заворачивались в клубок и через какие-то минут десять-пятнадцать это уже был мягко сияющий шарик. Женщина улыбнулась, подкинула его, не дав упасть, поймала и пошла за черту лагеря.

- Циркад сделала. За час уже пятый. И каждый медяк стоит. Неплохая подработка, - Лорав покривился: торговец очень уж любит чужие деньги считать. Покривился, но к разговору прислушался.

- Не завидуй, не на продажу. Она делает пять и второй зодчий - три. Итого восемь, как раз на барьер хватит. Видишь, пошла ставить. Для нашей же охраны барьер ставит, - отозвался другой.

- Не завидую. Но ты сам подумай. Котерия в пути не каждый день. Когда в поселье приходим, никакой барьер не нужен. Значит, в это время для себя делает, а потом продаст. - Не унимался первый. - А если бы второй зодчий сильнее был, то больше циркадов мог сделать, и в пути у неё лишние оставались бы. А так всё на барьер уходит... Жаль барьер только обычных чудовищ отгоняет, - посетовал он.

- Зато об остальных предупреждает! Обычных больше! Раз не лезут - значит, спим спокойно! Спим! Спокойно! Чем я и хочу сейчас заняться!

- Да спи, спи. Я что мешаю... - тихий вздох, - а ведь из циркадов зодчие ещё и амулеты защиты делают. У меня дома шесть штук таких - полная защита... Пятнадцать золотых отдал... Вот кто зарабатывает хорошо... Ну ещё айкли...

... - Ты понял, Лорав? - Учитель серьёзно смотрел на него. - Не жалей денег на циркады. Даже если путешествуешь по стране, а не в Диких Землях. Твари границ не признают. Везде встречаются.

- Да понял я. И помню: каждую ночь новые циркады нужны. - Лорав улыбнулся: когда уже учитель поверит в него? - Мы же ночевали в дороге. И разбрасывали их вокруг. Помню, как циркад разбудил меня. Словно толкнул кто изнутри. И сна ни в одном глазу.

- Не разбрасывали!

- Ага... Строго по сторонам света раскладывали и кровью каждый активировали... Странно, арз - знак активации - везде используется: хоть гесу на руке проявить, хоть циркад поставить, хоть голодных духов призывать... Магия разная, а знак один...

Лорав тогда тоже улыбнулся видению - оно показало то, о чём торговцы умолчали. Значит та закорючка, которую он на руке рисовал, арзом называется и активирует всё, что можно?

- Сударь, обед в номер. Как и заказывали, - осторожно постучался слуга, - можно войти?

- Конечно.

В Луш-Хейва парень остерегался много гулять. Вервь хоть и незнакомая, но живут-то здесь вайхгдаль. А если заговорит здесь кто с ним? Да спросит про его страну? Опасно это! Он и еду в номер заказывал. Еда... Как и обещал командир котерии, едой в пути обеспечивали они. Овощи-фрукты собирали вдоль дороги, а на охоту - Лорав покривился - ходили две ищейки. Крупные псы выгоняли дичь из леса прямо под меткие выстрелы охранников. За подстреленной птицей тоже псы бегали. Вот и вся охота! Никто голодным не оставался, но за две недели - Лорав удивился себе - сплошное мясо, разбавленное фруктами и овощами, ему приелось. Видимо, так сказывался полный кошелёк на поясе. Сегодня он устроит себе пир - повод есть: ночью пойдёт зверя души призывать - а завтра начнёт экономить. Как бы много денег не было - всё когда-нибудь заканчивается. Но сегодня, да, пир!

Лорав уже выяснил, где тут лугард! Нашёлся он недалеко от верви. Сходил, посмотрел на него. Одно жаль - ошибся в своих расчётах: в Луш-Ринес круг камней тоже был. Узнал об этом только поздно. И о своей расе он неправильно думал. Предполагал, что на одном месте они долго не задерживаются, что увидит у них переносные жилища, что их верви - это стоянки для кочующих племён. Но нет. Вайхгдаль давно уже живут осёдло.

Лорав сидел на широком арочном окне и, поедая мороженное, смотрел на вервь: дома каменные, сады кругом, мостовые. Вода и прочие удобства тоже присутствуют. Но память о далеком прошлом осталась: дома у вахлов как юрты - круглые с пологими крышами. Только в два этажа. Постоялый двор, где остановился Лорав, составляли пять такие "юрт", соединённых переходами. Из самой дальней каждое утро доносилось звонкое кукареканье, никакого будильника не надо. Лорав с интересом разглядывал живность скотного двора. Рослых гуанако он ещё в дороге видел: охранники на них свой скарб перевозили. Парень тогда очень удивился выносливости и неприхотливости животных. Среди них гуляли длинношёрстные альпака, прыгали откормленные кролики, ростом с хорошую свинью, ну и обязательные куры с гусями. Лорав заметил, что привычных коров и свиней, в отличие от Зойсны, тут нет. Оно и понятно: другая раса - другая жизнь.

Но парень не только осматривал вервь. В этот последний день он словно подводил черту всей своей жизни. Вспоминал кем он был, кем стал и думал кем будет завтра. Все знания, что он получил из видений, аккуратно записаны в тетрадку. Лорав по нескольку раз на дню её перечитывает. Хранители, голодные духи, камни, велии, печати, всё это нужно помнить, как... как таблицу умножения!

День подходил к концу и солнце, притушив яркий свет, клонилось к горизонту. Пора!

... - Латанг, Лорав! Да не забудьте в лугарде сесть лицом к своему хранителю. Надеюсь, знаете, в чью неделю вы родились!

- Конечно...

* * *

"И ведь на земле сижу, а не холодно. Место что ли тут такое? - Лорав помотал головой, - не те мысли мне в голову лезут".

Уже скоро два часа, как он сидит в центре круга из камней. Сидит напротив Ру-Аэвыта, своего хранителя в новом мире. И пусть, пока шёл в лугард, имени хранителя он ещё не знал, но какой день считать своим рождением сомнений не возникало. 22 веши - день переноса его души в мир Ану. И никак иначе!

Лорав отсчитал восемь зелёных камней - новый год тут с сезона воды начинается? - и...

... - Ру-Аэвыт, гданци, помощник в трудных ситуациях. Его время - последняя неделя второго месяца воды. Вот его печать, Лорав, зарисуй её.

- Чем он помогает?

- Надеяться на самого себя, на свои внутренние силы. Помогает эмоции и чувства в узде держать. Мысли не показывать.

- Это как?

- Это так, чтобы на лице они у тебя написаны не были.

- Хм, понятно. Значит тем, кто родился в его неделю, Ру-Аэвыт помогает больше всего?

- Да...

...и видение услужливо подсказало ему имя хранителя.

Парень стоял, как вкопанный, пристально разглядывая прозрачный бледно-салатовый кристалл. Печать хранителя ровным зелёным светом сияла внутри него. "Надеяться на самого себя...", - для него это не ново, всегда так поступает. Жаль для себя велий сделать нельзя, только для других.

И вот он почти два часа сидит напротив Ру-Аэвыта. На поляне светло, как в полнолуние, хотя от луны на небе половинка осталась. Но свет идёт не от камней - они лишь приглушённо сияют в темноте - Лорав решил, что светится воздух лугарда. Он оглядывается на каждый шорох, очень уж не терпится увидеть своего тэйргана. Так разволновался, что никакой хранитель не поможет. Лорав невольно задумался: кого он хочет увидеть? Любому тэйргану будет рад, но пусть лучше это будет тигр или лев. Волк тоже сойдёт. Перед глазами промелькнул дорожный бой и тади-охранник. Сверкающий фиолетовый запяст на левой руке, а в правой - золотисто-красный, словно сделанный из меди, корд. "Дарнальский клинок", - шептались торговцы. Что такое "Дарналь" - имя, место, металл или магия - Лорав не знал, но захотел себе такой же. Тади, ловко им орудуя, отводил в стороны магию стихаров, да и простых тварей рубил намного легче, чем остальные. Если же наседало много врагов, то маг, управляя запястом, просто откидывал их подальше, а то и пробивал насквозь мощным потоком воздуха. На стоянках, когда охранники чистили оружие, Лорав углядел ещё два таких клинка. И это на всю котерию... Парень улыбнулся: фехтовать не умеет, на разумного руку поднять не может, а об исключительном оружии мечтает. Воспоминания успокоили его. Будь, что будет. Он обрадуется любому зверю.

Лорав глубоко вздохнул и посмотрел на салатовый кристалл Ру-Аэвыта. И вздрогнул. Пока он размышлял, не поднимая глаз, туман подступил к границам круга. Как прилив - медленно, но верно - белёсая пелена затягивала поляну. Он и сам не мог сказать, когда полупрозрачная мгла превратилась в непроглядное клубящееся облако. Только что видел сквозь неё деревья и небо. И вот уже всё исчезло в безумной пляске тумана. Лишь камни круга тускло светятся сквозь него. Хорошо, что он видел это в видении. Иначе было бы слишком жутко. Туман танцует вокруг него, уплотняется в фигуры, тут же распадается, чтобы снова предстать в новом обличье. Свет от камней не помогает, не успокаивает - он вносит свою лепту в игру тумана, добавляет страха. Вот подсвеченная зеленью мглистая лапа потянулась к нему и, едва задев, опала на землю. Искоса увидел, как фиолетовые горящие глаза презрительно разглядывают его. Обернулся - никого. С другого бока взметнулся чей-то оранжевый хвост, да так, что дреды на грудь перекинулись. И позади, за спиной, кто-то оскалился. Голубоватая слюна капает рядом, и тут же растворяется в дымке.

Стало страшно. Что, если зря сюда пришёл? Что, если для чужой души зверя нет? Что, если нужно было тихо жить, где-нибудь в глуши, и не мечтать о славе и признании? Что, если нужно и в этом мире быть никем? Не-е-ет! Пока есть надежда, он будет пытаться стать кем-то бо́льшим. Лорав упрямо сжал губы и вцепился дрожащими руками в землю. Пересиливая желание закрыть глаза, он упорно вглядывается в туман.

Сбоку сквозь марево пробились лучики света, не цветные, как от камней лугарда, а словно солнце просветило сквозь облака. Лучики пробились, ласково коснулись щеки парня и исчезли. Нет! Не исчезли! Теперь свет позади него - Лорав спиной ощущает тепло. Свет стал ярче, лучи складываются в фигуру. Кто-то, негромко пофыркивая, обходит его по кругу. Камни больше не играют с туманом, больше не раскрашивают его, пугая и испытывая будущего мага. Они горят яркими факелами, приветствуя нового тади.

Навстречу Лораву, пристально глядя ему в глаза, из тумана медленно шёл его зверь души.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"