Стафи Лин: другие произведения.

Интиндар. На грани - Глава 3.5. Тихая вода берега размывает. Ерилайс

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
 Ваша оценка:

23.03 (Льяла) 528 года - 22.04 (Мори) 528 года

Серые светящиеся нити в кромешной тьме. Толстые и тонкие, яркие и тусклые, пульсирующие и недвижимые. Это теперь его мир. Вместо прежнего, полного ярких красок и неповторимости. Для зрячих весь мир уникален, чтобы они не видели перед собой. Для сэлле, стоящего за посельем Голубое Лежбище, весь мир почти одинаков. Он прекрасно отличает деревья от заборов или мостовую от земли, но как распознать одинаковое, например, своего тигона от остальных, а то, пока зверь не откликнется на зов, Ерис не знает к которому подходить. И деревья с цветами различать тоже хочется. Из видений мужчина знает, что здесь встречаются как привычные растения, так и совершенно новые для него.

Но самая беда с разумными: двое стражников на воротах и Барх похожи друг на друга как братья-близнецы - мерцающая серая эрка, сплетённая в силуэт. Теперь не увидишь черт лица, не приметишь одежду, не узнаешь разумного по цвету волос (золотоголовый Барх остался в видениях). Одень всех в плащи, накинь на голову капюшон и глаза Тизза ничем ему не помогут, ровно опять слепым стал. Магическое зрение стало спасением: Ваня сыт, сам не запинается о кочки и ступеньки, не врезается в заборы - но захотелось большего, захотелось различать одинаковое.

Маг не гнал от себя такие мысли - он признавал их, а признав, нужно было что-то с этим делать. В Ажурных Скалах мужчина просил наррейна ейс Леасте разрешения поговорить с сэлле. Наррейн, не раздумывая ни минуты, послал за серым и в присутствии Ериса приказал ему отвечать на любые вопросы. Но полумаг наррейна ничем не помог. "У нас нет сложностей с идентификацией, - растерянно отвечал ему мужчина, - первые несколько дней все видят только Нуайю, мир энергий. Маги нойкхри почитают за честь любоваться миром своего бога. После магическое зрение соединяется с обычным, и физический мир остаётся перед взором. Правда, более приглушённый. Господин... Ерилайс, - серому с трудом далось имя погибшего княжича, - исцелите глаза и проблема исчезнет".

В тот момент Ерис сдержанно поблагодарил мага и отпустил его. Он не считал неудачей ответ серого - как можно после стольких дней в темноте плетение эрки считать неудачей! Он не может различать эрку как все, значит, найдёт свой способ. Научился же он немного ориентироваться вслепую, освоится и в эрке.

И помогли именно мысли о прошлом. Ерис заметил, что когда освоил глаза Тизза, стал хуже чуять себя во тьме. Не сразу, не за один день, но обострённое восприятие, которым он тихо гордился, постепенно исчезало. Чем больше времени проводил он в сером мире, тем больше врезался в косяки и садился мимо стула в обычном. Радуясь магическому зрению, Ерис долго не придавал этому особого значения, пока не оступился на крыльце и Барх не поймал его, иначе распластался бы сэлле на мостовой на потеху местному сброду. Ещё в Ажурных Скалах он обходился без помощи, хотя было уже девять дней, как к нему пришли глаза Тизза, а уже в Голубом Лежбище мужчина поймал себя на мысли, что ещё немного и прежде чем шагнуть, он посохом прощупает землю впереди себя, как в первый день, когда его выставили из дворца. Осознав это, Ерис тут же сократил время магического зрения. Может быть так, чутьё вернётся к нему.

Обдумав слова сэлле из Ажурных Скал, он решил, помимо наблюдения за местностью, вызывать глаза Тизза, когда точно знает что перед ним. У зрячих магов эрка накладывается на видимый образ - у него она будет накладываться на звук, на эмоцию, на запах, на предметы, после того, как он "осмотрит" их руками. Барх был немало удивлён, когда Ерис соскочил вдруг с койки и принялся ощупывать всё, что под руку попадало. Возьмёт деревянный стакан, покрутит его, чуть на зуб не попробует, глазами Тизза оглядит и поставит обратно. Дальше плащ, сакс, мебель в комнате...

- Ты и меня ощупывать будешь? - хохотнул нойкхри и осёкся.

Полумаг, не мигая, смотрел на Барха чёрной паутиной в глазах.

- Ерис, ты чего?

- Какого цвета наши тигоны? - вместо ответа спросил сэлле.

- Твой Рудый бардовый, полосы и грива коричневые - выбирал предельно отличного от княжеского. Мой зелёный с синим.

Мужчина кивнул и тут же следующий вопрос:

- За посельем безопасно? Мне к Откосу нужно.

- Ерис, - не сразу нашёлся с ответом Барх, - мне будет проще отвечать, если я буду знать немного больше.

- Например?

- Например, зачем тебе к Откосу?

Ерис застыл на полушаге к дверям, решая пойти одному или всё же продолжить разговор.

- Я должен увидеть искажённую эрку. - От кровати, где лежал нойкхри, послышался облегчённый выдох. - В тлене ведь она такая?

- Не знаю, я немаг. Хорошо, пошли. Но в тлене нет границ. Он начинается постепенно, и далеко заходить мы не будем. Так что Ваня запомни, если я схвачу твоего хозяина и поволоку его обратно - не нападай на меня.

Ерис улыбнулся весьма смущённому лису. Постоять за посельем не так страшно, как мчаться ночью по промысловой дороге навстречу неизвестной опасности. И хотя тогда их приключение обернулось к лучшему - опасность всё же была немаленькой.

Через южные ворота Лежбища они вышли на пологую каменистую равнину, поросшую небольшими чахлыми деревцами. Маги Скрепы кроме плодовых садов сажали много обычных деревьев по Интиндару и севернее поселья на такой же каменистой почве растут настоящие леса. Но тут слишком ощущается близость тлена. Природа затихла, притаилась, боясь поднять голову и выглянуть из-за камня, боясь расправить крылья и взмыть в небеса, боясь звонкой трелью или весёлым стрёкотом разбить поистине мёртвую тишину окраины тлена.

Барх и Ваня шли впереди. Ерис, запинаясь и громко постукивая посохом, брёл чуть поодаль, порой специально оббивая большие камни на пути, останавливался на минуту-другую и, внимательно оглядев препятствие, шагал за нойкхри дальше. Прошло уже минут тридцать, как они пробирались по бездорожью (упрямый сэлле, как обычно, поступил по-своему), пора и остановиться: Голубое Лежбище осталось выше - Откос потому и так и называется, что к тлену нужно спускаться; чахлые деревца перестали чахнуть и ощетинились тусклой, но густой листвой; вдалеке белёсое курево застилает небо - кажется, гнилостной дымкой курится и земля, и лес.

Ерис решил не вызывать магическое зрение пока не придёт. Сначала прочувствует место, услышит его, а потом и глазами Тизза осмотрит. А Барх по пути делился рассказами охотников: в тлене нет солнца, нет луны и звёзд - одна колышущаяся хмарь; не найти севера - мох на одиноких деревьях растёт как ему вздумается; не оставить знаков - любой ориентир искажается или исчезает - дерево сгниёт, камень рассыплется в песок, а земля обвалится оврагом или вздыбится бугром. Одна надежда на магов. Они чувствуют чистый неискажённый мир. Хотя, как хвастают немаги, и среди них есть охотники, которые пройдут сквозь тлен и вернутся обратно.

- Пришли. Осматривай. Только быстро.

Маг прошёл ещё немного и замер. Лёгкий ветерок доносил сладковато-приторный запах гнили. Ерис и в поселье ощущал его, но гораздо меньше. Птиц слышно не было, как и кузнечиков. Листва негромко шелестела, и, пожалуй, кроме привычного шума моря, это был единственный звук.

- Барх, там всегда так тихо? Ты же про боглов рассказывал...

- Они же не по краю скачут. Дальше зайти нужно ... Ерис! - Он схватил шагнувшего мага за руку, - стой! Очнись! Туда нельзя! Это не наезженная промысловая дорога!

- Ещё минуту, Барх.

Вызвав глаза Тизза, он разглядывал окраины тлена. Вместо искусно сплетённой - клочковатая, похожая на колтун, эрка земли и деревьев. Вдали всё сливается в сплошное серое марево. Мужчина видел раньше почти прозрачную и сильно разреженную эрку обычного воздуха. В тлене же воздушные энерголинии похожи на запутанную кудель, которая шапкой накрыла окруживший с трёх сторон поселье лес.

- Барх, а Откос большой?

- Треть княжества займёт... Погоди, ты ни разу карты не видел? - Ерис покачал головой. - А видения?

- Ещё не было.

- Тогда... надо как-то... - задумчиво протянул нойкхри, - Ерис, а если я наколю дырок в карте, ты пальцами сможешь их почувствовать?

- Надо попробовать. Только общие очертания и границы стран. И тебе придётся мне названия говорить.

- Само собой. Не переживай, дорога длинная. Будет чем на привалах заняться.

- Барх, я дальше один. Сколько успеем, в госпиции выучу.

Вернулась к нему восприимчивость или нет, но взгляд в спину Ерис почувствовал.

- Если ты не передумал уезжать из снежных княжеств, то всё же едем вместе, Ерис. Дорога-то одна.

Маг промолчал. Разглядывая мир глазами Тизза, он слышал, как Барх потоптался на одном месте, отшвырнул попавший под ногу камень, потом послышались удары кресала по кремню и через некоторое время донёсся запах табака. Мужчина оглянулся запечатлеть нойкхри в смятении, да ещё и курящим.

- Почему?

- Ты должен жить своей жизнью, Барх, а не моей.

- У меня отобрали мою жизнь. - Ерис удивился спокойному голосу нойкхри. - И ничего не дали взамен... а сам я ещё не нашёл...

- Вот и я говорю: каждый сам по себе. Так будет лучше.

- Как хочешь. Месяц до Лунного Льда едем вместе. А там дальше... Либо Кимрас и Восточный Интиндар. Либо сворачиваешь к морю Алой Пелены и вдоль побережья выезжаешь на Мшистый путь. За это время надо карту изучить и ещё... Хватит самостоятельности, Ерис. Спрашивай у меня любую мелочь. Ты же только со мной говоришь открыто. Пользуйся, пока можно, - не сдержал горечи Барх.

В Голубое Лежбище они возвращались молча. Ерис несколько раз, как только долетал ветерок, оглядывался на Откос, запоминая своё впечатление от тлена. Смотрел он и на Барха, когда тот запинался или ругался вполголоса. Странный был этот бывший наследник. До встречи с наррейном ейс Леасте, маг не замечал ничего необычного в его поведении. Но в Ажурных Скалах он услышал разницу между двумя нойкхри. Отстранённая манера общения, холодная вежливость и малая эмоциональность голоса наррейна Хискайла выдавали в нём прирождённую высокомерность дворянина, получившего надлежащее образование. Что входит в это образование, Ерис не знал, но не сомневался, что и Барх должен быть таким же. Однако заподозрить его попутчика в дворянстве было невозможно - нойкхри политесов не разводил, ругался не хуже простых воинов, но умело избегал ссор с разбуянившимися посетителями госпиций.

- Знаешь, Ерис, - свой парень в любой компании, неконфликтный Барх прервал размышления мага, - а ты, наверное, прав. В Ближней Вехе сделай вид, что не знаешь меня. Думаю, там мне придётся в разговоре до кулаков дойти... А то и до корда. Незачем тебе быть рядом.

* * *

Тихий стук поднял с постели почти уснувшего Барха. Ругаясь сквозь зубы: "Кого там на ночь принесло?" - он открыл дверь.

- Вы сами сказали предупредить, как котерия приедет, чтобы не проморгать её, - недовольный голос девушки, нимало не волнующейся о сне других постояльцев, погорланил на весь коридор, - зачем ругаетесь?

- Это я не на тебя. Вот, возьми за беспокойство, - Барх протянул ей нимм и, дождавшись её ухода, обратился к Ерису, - завтра с утра пойду с командиром договариваться. Подождёшь меня здесь?

- Почему ты так против моей... самостоятельности? - маг сидел на кровати, привалившись спиной к тёплой каменной стене, руки на истыканной иглой карте. Рядом свернулся клубком Ваня.

- Почему это поселье называется Голубым Лежбищем? Почему следующее - Ближней Вехой?

- Наверное, есть ещё и Дальняя?

- Почему тебе не холодно от манорила? Почему ты до сих пор со мной говоришь на языке нойкхри? Почему... - Барх прервал сам себя. Вопреки ожиданиям голос у него был спокойным, только немного уставшим, хотя после своего вопроса Ерис не удивился бы всплеску эмоций. - Ерис, я не против, можешь делать всё сам. Но реши чего ты хочешь: чтобы все знали кто ты или скрыть это? - Барх отвернулся от него и приглушённо добавил, - если, конечно, ты не пытаешься от меня избавиться. Тогда скажи прямо. Я не де́вица, слёзы лить не буду.

- "...могу сказать о клятве... я не клялся молчать о ней..." - чуть подумав, всё же ответил сэлле.

Дьёлиз встрепенулся при его словах, смотрел то на одного, то на другого, после подобрался, готовый в любую минуту кинуться на защиту хозяина.

- Не прощаешь ошибок, да, Ерис?

- Ошибка? Как у вас всё просто... - маг неосознанно потёр безымянный палец, - это была не ошибка. Я не могу рисковать.

- Рисковать? - уставший голос Барха заметно повеселел. - Мы уже рисковали не раз. Вместе. Не думал, что ты бояться меня будешь.

- Барх... - маг поморщился.

- Нет, погоди. Объясни уж до конца! С чего я вдруг опасный стал? Как же ты со мной спокойно в Ажурные Скалы ехал? Слова-то эти я тебе ещё в Тиши сказал... А сторониться ты меня в Скалах начал... - Барх помолчал и совсем тихо добавил, - чего ты боишься, Ерис?

- Того, что в обмен на изгнанного деинхэ, тебе пообещают вернуть твою жизнь и заклеймят. Или скажешь, что ты не надеялся на полное прощение, когда меня в Скалы вёз?

Опешив от неожиданного, нойкхри застыл. Ерис видел, как он несколько раз беззвучно открывал рот, словно пытался что-то сказать, но утратил дар речи. Наконец, выталкивая из себя слова, Барх медленно заговорил:

- Она заклеймила тебя, ослепила и выгнала. И детей у тебя никогда не будет. Но ты договорился с ней. Так договорись со мной тоже...

- И правильно поступила. На её месте я сделал бы так же, - маг запнулся, - за исключением глаз...

Барх стоял у стола: голова опущена вниз, плечи ссутулены, руки еле заметно подрагивают. Сэлле с интересом рассматривал новое состояние нойкхри. Вот тот глубоко вздохнул, выпрямил спину, повёл плечами, словно груз с них скинул, и, глядя в тёмный угол комнаты, глухо заговорил:

- Раньше здесь много тюленей было. Шкуры голубым отливали. В голодные года их чуть всех не съели. Ближняя Веха и Дальняя. Тут ты угадал. Манорил. Или горячий лёд. Или каменный лёд. Ещё горячим камнем называют, - монотонно перечислял Барх. - Светлый, тёплый и немного светится. Откуда взялся - неизвестно. Но такой породы раньше не было и встречается он только на севере. Подозревают, что без элементалей тут не обошлось. По летописям, по оплывшим развалинам - карнбы тут знатно воевали. Из манорила вырезают тонкие пластины и обшивают тауры изнутри. Помогает тепло сохранять. Когда таур сносят - выкидывают всё, но манорил оставляют для следующей башни.

- Если это магия, то разве он не должен потерять магические свойства?

- Должен. Но тепло в нём остаётся. В любой мороз. Даже на улице. И свет. Почему - никто не знает. Теперь дальше: как только покинул любую страну - переходи на всеобщий. - Барх и сам заговорил на языке людей. - В Лежбище практически одни nojkkhri, но это ничего не меняет. Язык nojkkhri только для княжеств. Это не закон, но так принято. Ты понимаешь, что я говорю?

- Да, - ответил Ерис и, немного запинаясь, но всё же продолжил на людском, - и что, никто не говорит на других языках?

- Ну почему же - говорят. В основном приветствие, прощание. Или о магии. Например, ponissa - запяст, vijveri - здравствуй, ajkyul`i - айкли, taur-ejs - тарейс или коротко - тар. Могут коверкать слова. Все знают, что Dejnir`yuzh означает Последний Приют, но исказят нашу столицу до Дениружа. Или, - нойкхри развернулся к Ерису, - вместо rajz`yu-nierin услышишь разинир, хотя сеть миров гораздо понятнее звучит, да?

- Bonve`ro - чей язык?

- И тебе aru bonve`. Не думал, что княжич речь карнбов знал. Мы с тобой только что поздоровались на мёртвом языке. Ты только слова помнишь или понимаешь их?

- Понимаю. Что тут странного? Ты же понял меня.

- Все в приграничных нарах знают карнбский. А охотники и подавно. Но княжичу-то он зачем?

Ерис безразлично пожал плечами:

- Ему - не знаю, но мне пригодится. Я заметил, тут часто здороваются на нём.

- Выёживаются друг перед другом. В Диких Землях ещё и вывески на четырёх языках иногда пишут. Купцы рассказывают: во многих местах он в ходу. - Барх, не раздеваясь, лёг на свою койку. - К командиру утром пойдём, а то уедут ещё... Ты se`lle назовёшься? Или простым nojkkhri?

- Не решил ещё. Завтра скажу.

- Если магом, запяст тебе купить надо...

- У меня есть. Наррейн Хискайл дал. Но тренироваться мне ещё рано, надо e`rka научиться различать.

Нойкхри кивнул и, не произнеся больше ни слова, они уснули.

* * *

Брошенный вдаль камень размером с кулак достиг верхней точки траектории и невредимый упал на землю. Ни один из зелёных потоков его не задел. Следом ещё один, описав дугу, нетронутый приземлился рядом. Дьёлиз обиженно заскулил. Лис провожал глазами каждую мишень, и казалось, переживал промахи хозяина больше чем он сам. Невдалеке подогнув передние лапы, улеглись тигоны. Вначале они с поистине кошачьим любопытством наблюдали за странной игрой разумных, но поиграть их не звали и звери, потеряв интерес или обидевшись, решили отдохнуть.

Молодой сэлле недовольно выдохнул и через плечо кивнул Барху.

- Ерис, может, по неподвижной цели потренируешься? Я тебе башенку построю...

Узнав утром, что котерия только на следующий день отправится в путь, нойкхри уговорил мага опробовать запясты. Тварей из тлена от разумных Ерис отличит, значит и в бою поможет, если не воинам, то Ване. Как бывший наследник и командир отряда Барх разбирался в использовании магии и его довод: "Если на Ваню насядет два-три трийеаха, то тэя поможет. Расстреливай их землёй. Убить не убьёшь, но на время парализуешь. А там и дьёлиз их добьёт", - окончательно убедил упрямого деинхэ. К тому же заодно Ерис решил потренироваться своего Рудого отличать.

На удивление Барха маг его послушался и начал тренировку с улы. Уже часа два Ерис пытается водой сбить летящие камни. Некоторые из них зелёный поток сносил за собой, но большинство валялось сухими.

- Так как на счёт башенки, Ерис?

- Огонь и воздух практически невесомые. Так? Вода больше похожа на землю, и легче учиться на ней. Так? Твои слова? Полдня учусь на воде, потом на земляной перейду.

- Ну так на недвижимой цели и учись.

- Барх, неужели трийеахи башенками застынут? - нойкхри не поверил своим глазам, но Ерис действительно улыбнулся ему, и тут же стал привычно серьёзным, - я встретился всего с одним из них и на месте он не стоял...

... - Вот именно, княжич, вот именно. Приятно учить такого умного юношу.

Умный юноша, пропустив похвалу мимо ушей, самодовольно улыбаясь смотрел на учителя.

- И вы, конечно, ваше высочество, выучили виды трийеахов...

- Хотел. Даже книгу открыл. А потом подумал: а зачем мне это? Всё равно всех тварей кустодия переубивает. Разве нет? - княжич нагло смотрел на смутившегося мужчину.

- Кхе, кхе... конечно... вы правы... охрана, - учитель бросил взгляд на застывших у двери воинов, - защитит вас. Но представьте невозможное, хотя бы на секунду, что вы остались один. Кого вам стоит бояться, как посту...

- Вы неправильно задали вопрос, учитель. - Юноша откинулся на спинку и, выделяя каждое слово, произнёс, - кто будет бояться меня?!

- Да, да, конечно. Вы правы, - вновь согласился пожилой нойкхри. - Итак, трийеахи бывают разных видов и действуют по-разному. Вускол: похож на червя; поедая эрку, растёт до размеров большой змеи; прячется среди кустарников и низкорослых деревьев. Преос: паразит в виде мыши; кусками выедает эрку жертвы, как дырки в сыре; по мере... питания... больше не становится, но сила и скорость увеличивается; предпочитает прятаться в россыпи камней, часто по берегам водоёмов. Савуад. Этот вроде скорпиона: жалит эрку хвостом, а потом, когда она размякнет - поедает. Скрывается в пещерах и норах. Далее: ругр. С виду напоминает мелкого зубастого шакала или слабого дьёлиза...

- Что?!

- Я сказал - слабого! Ваш дьёлиз силён, да и немного подрос уже. Но шакал... лис... Некоторые путают и стоят до последнего, а потом... бежать уже поздно. Ругр укусит несколько раз, а после его жертва сама к нему в лес идёт. Впрочем, как и ко всем кого я перечислил. И последний - тхис. Единственный трийеах, который убивает жертву сразу. Если ему удаётся, конечно. Выглядит как большая обезьяна. Очень сильная и опасная.

- То есть, если трийеахи с тварями напали на обоз, и покусали кого-нибудь... А воины всех не убили... То жертва после сама уйдёт к энергохищнику?

- Верно, княжич. Как я и говорил, вы чрезвычайно умный юноша! А насчёт жертв... маги постоянно осматривают обозников. И после нападения, и после ночёвок. Тут, правда один нюанс есть... Трийеахи питаются эркой живых. И при нападении он выдерет кусок "живой" эрки из разумного через "мёртвую" эрку одежды. Повредит её, конечно, но мёртвая эрка быстро затянется. Поэтому желательно осматривать обозников быстро, не откладывая на потом, чтобы сразу заметить...

- И залечить.

- Это само собой, ваше высочество. Но самое главное - найти уцелевшего энергохищника и убить. Иначе своей жертвой он и на расстоянии питаться может.

- Какие мы незаменимые! А вы говорили, что многие разочаровываются в участи сэлле!..

...- Ерис, Ерис, что с тобой?! - обеспокоенный голос Барха врывается в видение. Молодой маг хочет оттолкнуть нойкхри, чтобы не мешал, но вместо этого вцепляется в его одежду...

- Ох, вы это помните, княжич... Ну, давайте вернёмся к трийеахам. Как вы определите, что разумный подвергся нападению?

- Шурсы на эрке жертвы глазами Тизза увижу, - юноша брезгливо поморщился. - Вы же сами мне их показывали. Грязно-жёлтые отметины. Ну и тело в этом месте как желе постепенно станет. Противно.

- Это всё, что вы можете мне про трийеахов сказать?

Юноша с наигранным стоном уронил голову на парту и сжал в руках светло-голубые пряди коротко остриженных волос.

- Свою жертву трийеах призывает раз в неделю, - приглушённым голосом отвечал княжич. - Разумный не помнит ничего, только больше одежды одеёт... одевает...

- Надевает.

- ...надевает, чтобы шурс заметен не был. Четыре-пять раз жертва к энергохищнику ходит. И всё. Как только разумный не может встать, трийеах съедает его эрку полностью. Это я знаю, - княжич поднял голову, - расскажите мне про остальных тварей.

- Ещё раз? - в ответ часто закивали. - Хорошо. У людских магов три вида каждой магии и стихаров от любой стихии тоже три. Например, огонь, сияние и стужа соответствуют...

- Смага, спыш и хиуз.

- Верно. Хоть мы и не люди, но противостоять стихарам почти удаётся... Почти... Голодные духи. Тут проще. Призвать духа некому, а через одно место тлена может пройти только одно отражение. У нас тут только Откос. Видите, княжич, насколько изолированность оправдывает себя.

- Проходит одно отражение одного духа! А духов шестьдесят четыре!

- Не беда. Пошлём за тади. Отказать-то не имеет права. Ну, или когда станете князем, наймёте тади на постоянную службу, как ваш батюшка витара нанял. Ну и демоны. С этими сложнее, но не только у нас. Все расы страдают от них... - Учитель задумчиво оглядел своего не в меру заинтересованного ученика и медленно заговорил, - приходят через тлен из Хейлала и либо ходят по миру в настоящем обличье, либо вселяются в разумного. Год могут пробыть в чужом теле...

- А зачем? Так же они сильнее...

- Дольше в Ану пробудут. Навеселятся вдосталь. Ута выставит напоказ все недостатки разумных, перессорит даже лучших друзей. Жители вьели возненавидят не только соседей, но и своих близких. До смертоубийства дойдёт. Рау... этот, наоборот, заставит стыдиться себя... Разумный в отчаянии от своей никчёмности прячется от мира. Сначала просто кутается в плащ, словно ищет преграду между собой и остальными, потом запирается в тауре, и, наконец... Если вы, княжич, когда-нибудь увидите вьель, все жители которой в порыве самоуничтожения лишили себя жизни, знайте это рау повеселился... Боала. Тут всё просто - зависть и болезнь. Но не менее опасно. И последний - чата. Лишает разумных всех ощущений и этим сводит с ума. И ещё одно: если "повезёт", демоны, пока в разумном сидят, наследие своё оставят... Но это в следующий раз...

- Как скажете... - пробормотал Ерис. Слишком длинное видение. Он может записать его, но вот прочитать... Помощи у Барха просить не будет, значит, придётся напрячь память и запомнить. Придя в себя, мужчина оглянулся: сидит на земле да ещё облокотился об нойкхри. Когда успел?

Маг сам поднялся на ноги, хотя и видел протянутую руку.

- Большое видение было, - как ни в чём не бывало заметил Барх.

- Да. Меня с тварями познакомили.

- Ну и как?

- Удивляюсь, как вы ещё живы. Нам вдоль Откоса-то безопасно ехать?

Нойкхри от души расхохотался.

- Завтра увидишь.

- Как скажешь, - повторил Ерис, - обедаем и продолжаем тренировку.

* * *

На следующий день небольшой обоз выехал из Голубого Лежбища. Небольшой - это по мнению Барха: "А что ты хочешь, - объяснял Ерису нойкхри, - считай все волчьи камни и хитин в Фанид уходят. И находки карнбов тоже. Думаешь, я только нар от тварей защищать к Откосу ездил? Купцы подобрали, что после нас осталось, плюс ярь, ликань и чадар. Nojkkhri из княжества иногда лишки тут продают. И всё. Торговцы сюда везут больше, чем отсюда. Тут же не перекрёстки торговых путей. Большим обозам тут делать нечего. Хорошо хоть такие ходят: новости, ткани с Тамрана, опять же часы с Лиддеона привозят. Как и дарналь. Эх, мне бы сюда мой клинок". Наличие местных галлюциногенов Ериса покоробило. И вроде бы всё естественно и объяснимо, но, узнав от Барха особенности ликани, мужчина ощутил вполне понятное беспокойство. После, увидев, что воины котерии используют только свои приправы, маг успокоился и ел без опаски.

Ваня, не таясь, бежал рядом с Рудым у всех на виду. И бельма на глазах Ерис больше не закрывал банданой. Вспомнив, как Барх, когда ему надоело скрываться, решил рискнуть и открыться наррейну ейс Леасте, маг тоже решил больше не прятаться. Поэтому честно предупредил командира, что хоть он и сэлле, но со слепотой ещё не освоился и в возможном бою участвовать не будет. Но его дьёлиз поможет котерии, хоть после увечья хозяина энергозверь и помельчал.

Это лучшее, что мог придумать Ерис, объясняя рост Вани. Другие серые маги могут, не нагибаясь, положить ладонь на холку своим лисам, а Ваня выше колен пока не вырос. Командир, как решил Ерис, удивился: осмотрев дьёлиза со всех сторон, мужчина отмахнулся от такого помощника - пусть не мешается эта мелочь у них под ногами, а лучше за немощным хозяином присмотрит, чтобы не обворовали его в госпициях.

Притихший Барх держится рядом. Не балагурит с торговцами, не рассказывает Ерису про места, по которым они проезжают. Нойкхри едет молча, угрюмо (как предположил Ерис, учитывая к чьим бывшим землям они подъезжают) рассматривая дорогу под лапами тигона. Изредка, когда всполошено закричит птица, поднимет голову и оглядит окрестности, и опять взгляд долу.

Сам же маг с интересом наблюдает за миром. Конечно же, тлен рядом и твари могут напасть в любой момент, но Ерис ощущал необычайную свободу и спокойствие в душе. Все разногласия с Элийрие они разрешили. Княжна оказалась довольно разумной женщиной и приняла его предложение. Наррейн Хискайл, вежливо поинтересовавшись о дальнейших планах, дал внушительный кошель и намекнул, что и Барху вручил кошелёк, правда немного поменьше, но нойкхри кроме как в Арэта ехать некуда, а господин... Ерилайс... ведь намного дальше собирается. Маг еле сдержал улыбку: наррейн ейс Леасте, как и его сэлле до этого, с трудом произносил имя бывшего княжича.

Насколько дальше он собирается, Ерис ещё не решил. Но точно знает - в Кимрасе жить не будет.

Во-первых, слишком памятен разговор с Бархом. Жаль, конечно, что наррейн ейс Тибралле умер, не дождавшись допроса, но рассуждения его сына кажутся вполне разумными, а значит, ни Кимрас, ни, на всякий случай, Тамран ему не подходят.

Во-вторых, и это самое главное, слово, данное княжне, надо держать и если останется жив, то через семь лет ему предстоит встреча с Элийрие.

Осталось найти тихое, по возможности хорошо защищённое поселье в Диких Землях и спокойно ждать положенный срок. Маг тихо улыбнулся своим мыслям: кажется, жизнь в новом мире понемногу налаживается.

* * *

На большой поляне воины котерии и торговцы разбивали лагерь. На место ночёвки караван приехал раньше положенного - за всю дорогу не было ни одного нападения - и ночевать путешественники обустраивались при свете высоко висевшего над горизонтом солнца. Да ещё сумерки на севере длинные, можно не спешить и спокойно насладиться ужином и неторопливой беседой у костра.

Высоко ли солнце или уже скрылось за горизонтом, Ерису не важно, но неторопливые беседы - это хорошо. Многое о чём разговаривают торговцы, он уже понимает, но есть и такое, о чём приходится просить разъяснения у Барха. Хоть магу и не хочется.

- Taur у nojkkhri разные. У нас просто башни ставят. У пещерных в скалах вырубают: фасад башни наружу, а другая половина в скале утоплена. - Барх уже выскребал по дну чашки. - Ни разу там не был... Может сейчас побываю... Ну а лесные вокруг кориала возводят. Nojkkhri друг от друга отличаются, Ерис.

- Ну-у, вы, господин полумаг, если на солнце немного загорите, то за любого нокки сойдёте, - непрошенным влез в разговор низенький человек, - вы же волосы сбрили. Теперь и не поймёшь снежный вы или пещерный.

Ерис улыбнулся торговцу. Которую ночь подряд он устраивается рядом с ними. Но делать нечего - этот словоохотливый человек разрешает ему в дороге на краю повозки посидеть, когда Ерис спешивается, чтобы отдохнуть от седла. Памятную гонку в Ажурные Скалы он не забыл и знал, что при необходимости выдержит такую скачку ещё раз, но куда приятнее медленный размеренный шаг тигона, когда можно в любое время пройтись пешком рядом с Рудым или проехаться на краю телеги доброго человека. Емансий сам предложил им отдохнуть от седла. Ерис с удовольствием согласился, а вот Барх - нет.

Чуть поодаль ещё один примелькавшийся торговец. Тоже человек. Неразговорчивый, неприметный. Он так бы и остался для Ериса неотличимым от других, если бы маг не заметил шурсы на его эрке. Почти излеченные, но ещё видные глазам Тизза. На одном из привалов путники спустились умыться к небольшой заводи. Там-то Ерис и увидел бледные грязно-жёлтые следы на эрке - торговец всем на удивление не только умылся, но и пару раз окунулся в прохладную водичку. Круглые шурсы хаотично разбросаны по телу мужчины, как дырки в сыре. Видимо, когда-то с преосом встретился. Свои раны от вускола выглядят куда более ярко. После купания шурсы скрылись под одеждой, но Ерис его теперь ни с кем не перепутает - проверял несколько раз.

Оба торговца держаться около них. Невысокие, плечистые. Один волосы в низкий хвост собирает, другой - ёжиком стрижёт. Густые бороды похожи как у братьев-близнецов. Но меж собой общаются мало. Как-то раз Ерису довелось услышать их обычную "беседу".

- Кому теперь Кедровый Утёс достанется... - глядя в сторону гор, задумчиво протянул у ручья Емас.

Нейборой или Нейб, как он разрешил себя называть, сплюнув, повёл плечом и откинул хвост на спину.

Глядя на них, поначалу маг думал, что все здешние люди похожи на этих двоих: низкорослые и коренастые. Но позже Ерис увидел в обозе и других представителей людской расы: пару торговцев и несколько магов. Почти все они были выше, а иногда и стройнее. Да и княжеский витар - вспомнил Ерис - сухощавый, высокий мужчина.

С первого дня пути молодой маг, не стесняясь, разглядывал новых разумных. Одно дело знать, что нойкхри не единственная раса в Интиндаре, другое - видеть их, пусть даже только эрку. Жаль что ни ганоора у норытаев, ни солара у стихийников и зодчих он рассмотреть не может: одежда хорошо скрывает их от глаз Тизза. Только разноцветные венцы айкюльи и серые обручи сэлле видны магическому взгляду, когда маги расчёсываются по утрам. После все знаки скрывались за повязками, банданами и небольшими шапками с меховыми околышами. Обычай у них такой или бояться чего? Барх говорит, что обычай.

Кстати о Бархе. Возможно, нойкхри прав, предполагая беседу на кордах в Ближней Вехе. Ерис нет-нет да замечал косые взгляды воинов на бывшего наследника нара, да и некоторые обозники на него иногда посматривали. Кто удивлённо, а кто и с недоброй усмешкой. Но до открытых издёвок и унижений дело не доходило. Скорей всего, в дороге этому нет места или Барх, хоть наследник уже и бывший, но мечник всё ещё настоящий. Сам нойкхри, как заметил Ерис, последние пару дней в сторону гор без особой нужды не смотрит. Даже спать ложится спиной к ним.

На последней ночёвке перед Ближней Вехой Ерис, укладывая попону поверх лапника, как бы между прочим заметил:

- До Кедрового Утёса четыре дня пути, Барх. А ты от гор отворачиваешься, будто taur-ejs в паре метров от нас.

- Малым отрядом за два дня доехать можно. Как раз из Ближней дорога к Утёсу идёт. - Нойкхри вытянулся на лежанке, заложил руки за голову. - Ерис-Ерис, я же тут все горы со своим разъездом излазил. До Откоса доходил. А уж сколько агути переловил... Звучит избито, но мне тут каждый камень, каждое дерево знакомо. И каждый ручей, через который мы перебираемся, течёт из моего нара...

- Сколько ещё мимо твоих... бывших... земель ехать?

- Два дня уже едем. После Ближней ещё два. Я же говорил: не бедные мы были.

* * *

В посельях Диких Земель все расы живут свободно и жилища ставят кто какие привык, однако Ближняя Веха почти сплошь была застроена таурами, как и Голубое Лежбище. Сказывалась близость княжеств и отдалённость иных стран. Но хоть княжества и близко, в Ближней исчезла чёткая планировка улиц: ни тебе колец, ни лучей, расходящихся от главной площади. Ерис подозревал, что башни в поселье сложены там, где будущему хозяину место приглянулось, ну а что она стоит посреди улочки, так это и не улочка вовсе, а просто мощёная дорожка от одного таура к другому.

Караван почти полпоселья проехал, прежде чем появились госпиции. И всю дорогу им смотрели вслед. На воротах один стражник толкнул локтём другого и кивнул на Барха. Пока проезжали мимо тауров, всякий встречный или откровенно пялился на нойкхри, или скрывался с глаз. Впрочем, некоторые женщины улыбались бывшему наирру как ни в чём не бывало. Барха только изредка были рады видеть, чаще показывали на него пальцем, отворачивались, сплёвывали или презрительно ухмылялись. Не помогла нойкхри ни бандана, ни новая причёска - бывшего наследника нара, некогда наводившего порядок в Ближней, узнали все.

- Ерис, ты же помнишь, не показывай виду, что знаешь меня, - напомнил Барх на пороге госпиции.

Маг ничего не ответил и пошёл за нойкхри к хозяину.

- Ты поглянь, сам наирр Барахейм... - доносились до Ериса тихие голоса посетителей. - Никакой он уже не наирр... Что, не удалось свои лапы на Ближнюю наложить?.. Тише ты... А что, вру я что ли? Нечего было свои обозы отправлять! Самый умный нашёлся?.. Гррррах... Жили себе тихо-мирно, кормились с продажи. Так нет, наррейн ейс... ой, уже не ейс... Тибралле залез в Дикие Земли, и сынка своего отправил! Ждали их тут! Но ничего, теперь он за всё... - Ваня невзначай показался посетителям, и шушуканье стихло до неразличимого шёпота.

- Господин Барахейм, - не дожидаясь приветствия Барха, хозяин госпиции начал разговор, - к нам, стало быть? А господин полумаг ваш товарищ?

- Нет, я сам по себе. - Барх знаком показал налить в кружку глаурэль. - Что нового в поселье?

- У сапожника с соседней улицы собака в Откос убежала. Правда потом она вернулась. Но лучше бы не возвращалась...

- Это та, которая кинулась на меня?

- А вы её ещё потом плетью огрели... Дурная была псина, но дети её любили. Своих-то она не трогала. - Барх невозмутимо пил чёрное пиво. - Вдовушка, отсюда через три таура живёт, так двойню родила. Да вы, наверное, её помните, с вашими из разъезда посидеть у костерка она любила...

- Я не могу сейчас найти отца детей...

- Да нам и не надо. С сада прокормиться, в остальном мы ей поможем. В Ближней соседей в беде не оставляют... Хм, - мужчина поднял к потолку взгляд и нахмурил брови, - что ещё у нас тут было?.. А, геари в Дальнюю переехал. Теперь мы без мага остались...

- Хороший был зельевар: его дурь агути высоко ценили.

- А нам-то что с того? Мы в глотки никому насильно ярь не вливаем и чадар не впихиваем. Это дело добровольное, - сочувственно вздохнул хозяин. - Ну-у-у, тварей почти нет...

- А это чем вам не нравится? - Ерис поразился металлу в спокойном голосе нойкхри. Таким Барха он ещё не видел. - Помниться, когда я атаку на поселье отбил, так вы моему тигону едва лапы не целовали...

- За ту помощь мы до сих пор в башне Тизза здоровья вам желаем, - серьёзно ответил мужчина и тут же быстро добавил: - да и всех тварей потрошить вы нам оставили. А они на волчьи камни богатыми оказались. - Нойкхри отвлёкся на посетителя, налил ему и вернулся к Барху. - Больше такого подарка вы нам не делали. И камней мы больше не видели, и хитина, и поярка...

... - Такого плаща, как у меня, точно больше ни у кого нет? - юноша небрежно откинул серебристый мех с плеча.

- Нет, княжич. Вы в Фанид единственный обладатель плаща из поярка. Этого зверя всего лет семьдесят назад в Откосе обнаружили.

- У сестры шкатулка из хитина? Дорогая... - Ерилайс нахмурился, - я хочу себе хитиновый трон. А что? Он же ослепительно белый будет. Цвета княжества...

- Нежно-кремовый.

- Что?

- Цвет нежно-кремовый.

- Почти белый.

- Как вам будет угодно, княжич. Но это будет сложно сделать, - юноша недовольно посмотрел на учителя, - мы мало знаем про костяных змей, хоть и повстречали их в тлене больше ста лет назад. Они не живут на поверхности...

Вперив взгляд в пустую тетрадь, Ерилайс, останавливаясь на каждом слове, забормотал:

- Ну так может в Текучих Камнях хитина много... Может, змеи туда умирать ползут... Может тот человек знал об этом.

- Нет, княжич! В Камнях пусто! Кустодия не раз уже их осматривала! Нет там ни хитина, ни людей! На всякий случай скажу: поярки туда тоже не забредают! Ни умирать, ни размножаться! - закрыв глаза, мужчина вздохнул и уже мягче продолжил: - и поярок, и костяная змея живут и умирают в тлене...

...- Вы же со своим разъездом всех тварей поблизости извели, господин Барахейм. Уезжайте отсюда, вам здесь все не рады, - проходящая мимо подавальщица улыбнулась бывшему наирру, - почти все не рады - поправился хозяин.

- Через день уеду, - невозмутимо ответил Барх, - ну а кроме хороших слов обо мне, какие в поселье новости?

- Кимрас чудит: мост надумал отстроить, чтобы как при карнбах был. Убогий старичина из Метти сестру свою искал. Она лет сто назад из дома ушла и с котерией Зорника ходила. А он теперь её ищет. - Хозяин недолго о чём-то раздумывал, качая головой в такт мыслям, после воззрился на Барха, - новость о наррейне ейс Тибралле рассказывать?

- Нет, это я лучше тебя знаю. Давай ключ. Ужин и завтрак в номер.

* * *

Ночь в госпиции прошла относительно спокойно. Пару-тройку раз изрядно подвыпившие недовольные жители поселья обходили госпицию кругом и, не зная, где точно остановился бывший наследник Кедрового Утёса, выкрикивали свои обиды всем окнам башни. Ерис даже поначалу испугался, что слишком много народу захочет воспользоваться выпавшим шансом прогорланить претензии когда-то всесильному наирру. Однако нет - ночной ли холод остудил горячий нрав или хмель окончательно затуманила головы, но с полуночи маг спал спокойно. Хоть магический взгляд не пробивает плотную эрку стены, Ерис, оценив тяжёлую дверь и крепкие засовы в своей комнате, предположил, что и у Барха они такие же, а значит, нойкхри ничего не угрожает.

Услышав после завтрака стук засова у нойкхри, маг кубарем скатился с кровати и приоткрыл дверь.

- До вечера прогуляюсь, - на ходу заговорил Барх. - И не переживай, - он криво улыбнулся, - в драки ввязываться не буду.

Дело его - пусть гуляет. Ерис же отдохнёт от дороги в нормальных условиях с удобной кроватью и горячим душем. Тренировки с запястами он оставит на потом, когда найдёт свой дом в этом мире. Или когда отдых в поселье будет дольше.

Утром следующего дня, запрыгнув в седло Рудого, Ерис не удержался и спросил:

- Ты вроде бы не хотел умирать на потеху толпе. Что-то изменилось?

- Навестил тех, с кем дружил. Попрощаться захотелось...

- Ясно.

- В трёх местах меня через закрытую дверь попросили убраться. В двух пустили, но задёрнули занавесь на окнах. Ну а в одном попрощался, как и планировал.

- До позднего вечера?

- Да, - Барх невесело усмехнулся, - всё, что ей не понравилось, это то, что я волосы остриг. Но я не только за этим шёл...

- А что ещё?

- Хотелось узнать, правду мне хозяин говорил или нет.

- И?

- Правду, - безразлично ответил нойкхри, и всадники поехали в сторону сбора каравана.

Путь до дневного привала Барх ехал, чуть покачиваясь в седле и гордо посматривая на торговцев и воинов. Нойкхри даже отшучивался Емансию, когда тот спрашивал с пользой провел Барх время в Ближней или нет. Он улыбался, поддерживал разговор, не прятал взгляд, но Ерис чувствовал, что нойкхри буквально оцепенел, застыл, если не телом, то душой. Магу казалось, что эрка Барха замерла, не пульсирует, как у остальных разумных, возможно даже потускнела. Ерис порадовался за себя: он начинает различать одинаковое! Мужчина уверен, что теперь и среди толпы его узнает. И не важно, в каком настроении будет нойкхри.

А Барх? А что Барх? Нойкхри не сломился, когда узнал, что не только агути обрадовались падению его семьи - почти всё поселье затаило злобу на Тибралле. Он нашёл в себе силы выпрямиться, а значит, и дальше не пропадёт. Да, Ваня? Дьёлиз, почувствовав настроение хозяина, весело заюлил под лапами Рудого, радостно затявкал, словно он неразумный кутёнок, а не магический энергозверь уже вступавший в смертельный бой.

От поляны, где расположились путешественники, отходила в лес неширокая тропинка, тянущаяся вдоль ручья, который, как и все предыдущие ручьи, вытекал, видимо, из бывших владений Тибралле. По услышанным разговорам маг знал, что там стоит небольшой выселок, жители которого подходили иногда к караванам, чтобы что-нибудь купить или продать, а возможно и просто узнать новости.

И сейчас по тропинке шли несколько разумных. Мельком глянув на них, маг отвернулся. Они Ериса не интересовали. На привале он недовольно разглядывал глазами Тизза остальных попутчиков: торговцев в пути мало что взволновать может, а стало быть, и сильных эмоций у них нет, у воинов котерии и того меньше - все спокойны и деловиты, как хорошо отточенный механизм. Волнения от нападения тварей не в счёт, да их ещё и не было. Может быть дело в том, что с Бархом они много общались, и поэтому нойкхри стал для него так легко различим? Тогда следующие, за кем ему предпочтительнее наблюдать - это Емансий и Нейборой. С остальными в караване он в лучшем случае лишь здоровался по утрам. Поэтому, взяв Рудого под уздцы, Ерис повёл его на водопой, куда Емас и Нейб уже отвели своих коней.

Маг незаметно вслушивался в разговор торговцев, вглядывался в их эрку, ждал любых эмоций, но самым эмоциональным оказался Барх. Пока люди вели неспешную беседу с лошадьми: "Пей-пей, каурко... я те забалую, шельма ты этакая..." - нойкхри буквально остолбенел. Шагнув одной ногой в воду, и кажется, забыв где он, Барх ошалело смотрел на жителей выселка, подошедших как раз к стоянке.

Двое мужчин вели за собой запряжённого в тележку такина, женщина несла небольшую корзинку и позади всех шла девушка, ничем для Ериса не примечательная, но Барх с неё глаз не сводил. Маг вгляделся в неё пристальнее: среднего роста, худенькая, с головы до ног закуталась в длинный плащ. Он обернулся к нойкхри: что тот в ней увидел? А Барх протёр глаза, даже головой помотал, будто отгоняя видение, а потом направился ей навстречу, с трудом переставляя ноги, словно его враз оставили силы. Девушка его не замечала. Не поднимая взгляда от земли, она остановилась на краю поляны, ничего не продавая, ничем не интересуясь. И только когда нойкхри подошёл близко, она подняла голову и тут же испуганно прикрыла рот ладошкой. Барх же прижал её к себе как самое ценное в жизни.

- Тира... Тира... - услышал маг несвязную речь.

"Неожиданно, - подумал Ерис, - но, наверное, так будет лучше".

* * *

Лёгкие и порывистые энерголинии огня колыхались над эркой дров. Молодому сэлле нравилось смотреть на огонь. Его эрка светилась ярче всех остальных. Кроме, пожалуй, солнца. Сверкающий плотный клубок энерголиний на небе одним своим существованием дарил Ерису успокоение и тихую радость. Даже чёрной пыли, постоянно витавшей в воздухе, как будто становится меньше.

Вокруг их костра сегодня собралось много народа. Кроме привычных Емаса и Нейба, кроме неожиданной Тиралие, после ужина к ним подсели торговцы, и даже некоторые воины. Все знали о сходе озера и всем было интересно услышать историю чудесного спасения из первых уст. Но Тира примостившись рядом с Бархом, целый вечер молчала. "Хватит того, что командир тебя целый час расспрашивал. Сам всем любопытным отвечать буду", - проворчал нойкхри и кратко рассказал, как ей удалось спастись.

- Тварей было слишком много. Сестре сказали убегать. От атаки она убежать смогла, от воды - нет. Хорошо, что поток разделился на несколько частей. Её догнал боковой, несильный, к тому же Тиралие уже мчалась по широкой долине. Камней поток не нёс, деревьев и землю тоже. На наводнение походил... Сильное наводнение... Пришлось тигона отпустить и уцепиться за ствол тёсового...

- Центральный ствол? - серьёзно спросил Емансий со знание дела.

- Да.

- Это правильно... Тёсовое самое устойчивое.

- Вот на нём и провисела... В воде...

- То-то до сих пор бедная согреться не может ... - сердобольная женщина всплеснула руками.

- Тигон тоже спасся. Кошка... что с него взять. Но к сестре потом вернулся и на нём она до выселка добралась. Там её приютили.

- А чего она тогда на твоём тигоне едет? Её-то где?

Ерис отчасти понимал удивление путешественников. Барху с Тирой пришлось делить одного тигона на двоих, и нойкхри большую часть пути шёл пешком. Сесть на предложенный Емасом угол повозки Тира тоже отказалась.

- Мы оставили его добрым nojkkhri. В благодарность.

Маг улыбнулся. Из слов Барха, он уже знал, что не они "оставили" тигона, а "добрые нойкхри" забрали его за спасение измученной замёрзшей девушки.

- А не проще деньгами их отблагодарить было?

- А котерии за охрану я чем заплачу?

Это правда. После разговора с командиром, больше похожим на допрос, Барх заплатил котерии за Тиралие. Вряд ли теперь ему хватит до Арэта, но это проблема нойкхри. У Ериса своих хватает. И главная на сегодняшний день - Тира.

Барх сказал, что сам всё объяснит сестре. Обещал, что неудобств она не доставит. Поговорить он и вправду с ней поговорил. Отвёл в сторону и долго что-то объяснял, развернув девушку спиной к магу. И правильно сделал: Тира несколько раз порывалась посмотреть на бывшего жениха. Но Барх пресекал все её попытки, гладил девушку по голове, иногда легонько встряхивал за плечи, обнимал сестру, убеждал и, наконец, добился желаемого: Тира за всю дорогу до ночёвки взглянула на деинхэ не более трёх-четырёх раз.

Но Барх - это одно, а Ерису нужно самому убедиться, что Тиралие не начнёт всем доказывать, что его душа пришлая в мире Ану или что это бывшее тело княжича. И неизвестно что хуже.

Меж тем, повздыхав ещё немного и пожалев бедную девушку, торговцы разошлись. Барх готовил лежанки, а Ерис решил воспользоваться моментом.

- Тиралие, - девушка вздрогнула, - не проводишь меня к ручью?

- Ерис, - ощетинился нойкхри, - может ей на сегодня хватит? Завтра поговорите. Или...

- Всё хорошо, Барх, - тихо промолвила девушка, и нойкхри тут же замолчал, - я поговорю... Он же волнуется...

Ерис подал ей руку, помогая подняться, и под пристальный взгляд Барха и улыбку Емаса они пошли за круг циркад. Ручей протекал в метрах пяти, и маг выбрал место чуть ниже лагеря, чтобы их никто не услышал. Зайдя в воду, мужчина снял бандану и не спеша умылся, давая время Тире разглядеть его новый облик - обритую голову и бельма на глазах. Хоть полнолуние будет через неделю, но луна уже хорошо освещала полянку.

Он хотел, чтобы девушка воочию убедилась, что в нём мало что осталось от княжича, что образ бывшего жениха в её голове не соответствует действительности. Ерис даже мысленно попросил Ваню патрулировать окрестности, не приближаясь к ним (Тиралие ведь наверняка видела княжеского дьёлиза).

- Как ты?

- Немного странно, Ерис, - девушка присела на поваленное дерево, - слишком много необычного случилось.

- Я знаю, ты была невестой Ерилайса. Я видел в видении...

- Да. Отец с детства говорил мне: "Ты должна гордиться своим предназначением, Тира. Должна полюбить его высочество".

- Ты любила его, а он... - неловко начал Ерис, не о любви хотел он с ней говорить.

- Да, я гордилась и любила его за то, что этот брак возвысит семью Тибралле.

- Э-э-э, и это всё? - опешил Ерис.

- Да. А что? Что-то ещё нужно? - невинно спросила девушка, но Ерису показалось, что она еле сдерживает улыбку.

- Ничего. Не моё это дело, - опомнился мужчина. - Я понимаю, что тебе...

- Вы зря сбрили волосы, Ерис. У княжича был удивительный светло-голубой цвет. Вас и так бы никто не узнал. Дворянам княжна объявила, а остальные видели его высочество только издали и узнавали Ерилайса по одежде, тигону и кустодии.

- Ну, сбрил и сбрил, чего теперь... - Ерис не нашелся, что ей ответить.

- И за меня вы зря переживаете. За эти полдня я провела рядом с вами больше времени, чем с его высочеством за всю жизнь. Никакой грусти ваше лицо у меня не вызывает.

- А Кедровый Утёс грусть вызывает? - едко спросил маг.

- Уже нет. Всю грусть вода смыла, - не сразу ответила девушка. - Рада, что живая осталась. Барх обещал меня к матушке отвезти. Так что со мной всё будет хорошо.

- Извини, - Ерису стало стыдно за свою вспышку, - пошли обратно.

- Вы, наверное, в свой мир вернётесь? - задумчиво глядя на воду, пробормотала Тира, - только это трудно сделать...

* * *

Каменистая земля, падающая ступенями к Откосу на юге и вздымающаяся отрогами гор на севере, редкий лес вперемешку с большими валунами и многочисленные ручьи, бегущие из княжества в тлен - вот однообразный пейзаж, окружавший Ериса по дороге от Голубого Лежбища. Почти то же самое было в Фанид, когда они с Бархом шли к границе. Почти, да не то. В княжестве и дорога была ровнее, и вьелей несоизмеримо больше, и мосты наведены через ручьи. И там рядом с ним не было Тиралие. Нечего сказать, девушка смогла его удивить: обоз уже завтра доедет до Дальней Вехи, а Ерис до сих пор не может забыть её слова...

- Ты ошибаешься, Тира, - сердце тогда от её слов стучало как бешенное, но голос был спокоен, - Элийрие сказала, что обратной дороги нет.

- Извините, Ерис. Наверное, это было глупо с моей стороны. Я просто подумала... - девушка смутилась, - княжич, он... пусть сам ponissa плести не может, но его знакомили с любой магией. Он же княжич. - Она глубоко вздохнула и на выдохе выпалила: - а значит, вы увидите это в видениях!

- Почему ты считаешь, что такая ponissa есть?

- Я не знаю, извините, мне, наверное, не стоило, - она снова замялась, - я подумала, что если какой-нибудь пришлый маг в прошлом сплёл ponissa возврата в ваш мир, то в княжеских книгах обязательно написано об этом. И княжна могла не знать: она же не была наследницей. Извините, Ерис, я порой говорю не подумав.

- Ничего страшного. Может быть ты и права, но видения приходят случайно и не всегда те, которые ждёшь...

Ерис встряхнул головой, отгоняя воспоминания: придёт видение, тогда и думать будет, а пока нечего тревожить себя и расстраивать Ваню. После разговора с Тирой, дьёлиз подолгу смотрел на хозяина и мужчина не раз съёживался под его печальным взглядом. И искры в чёрных глазах лиса сверкали также, и потявкивал он весело, и хвостом вилял, но маг чуял - Ваня замер, всё его естество словно остановилось на вдохе и пока он не выдохнет, прежним не станет. Лис смотрел на него, ждал слова, мысли, хотя бы мимолётной эмоции, но Ерису нечего было ему дать. Он лишь подзывал к себе энергозверя на привалах и под удивлённые взгляды Барха крепко обнимал дьёлиза, как в первые свои дни. Нойкхри удивлялся, хмурился, но молчал. И на том спасибо.

* * *

Почти полная луна освещала последнюю стоянку перед Дальней. Осталось совсем немного, один день и чёткий красноватый диск гордо засияет на небе. Сейчас же левый край ночного светила словно размыт, затуманен, но изредка проплывающие по нему тёмные облака скрывают этот изъян.

Светло-синее сумеречное небо, тёмные облака, красноватая луна, чёрные горы на горизонте и тёмный лес. Небольшой караван, кажется, затеряется в них, пропадёт, утонет и не спасут его ни костерки, разведённые глупыми разумными, ни маленькие серые циркады, разложенные людским магом по периметру стоянки. Сколько уже было их, разорённых стоянок, растерзанных обозов. Луна не раз освещала догорающие костры и остывающие возле них тела. Лес не раз скрывал тварей, крадущихся к разумным, которые осмелились покинуть защищённые поселья. Ветер не раз разносил крики и ругань, последние стоны и довольное рычание. Вся эта какофония смерти сливалась в боевой сигнал атаки для бродящих поблизости тварей, а может и в набатно-тревожную мелодию, то ли зовущую на помощь, то ли предупреждающую об опасности.

Ерис замер у костра, слушая доносимую ветром песню ночи. Красивая и мелодичная мелодия, но от неё разливался жар по венам и шёл холод по позвоночнику, она стучала кровью в ушах и шевелила волосы на голове, в такт ей дрожали колени и отбивали дробь зубы. Музыка заставляла оборачиваться за спину, всматриваться в лица ближних и проверять на месте ли сакс. Вот отзвучали последние напевы, и маг, затравленно оглянувшись на путешественников - Емансий и Нейборой уже легли, Барх и Тира шли от ручья - и направился в лес, кинув по пути нойкхри:

- Умоюсь. Там никого уже нет?

- Нет. Ручей весь твой, - помогая Тире подняться по берегу, ответил Барх.

Ерис перешёл ручей и углубился в лес. Совсем немного, чтобы только скрыться за деревьями. Тварей он не боялся - если что Ваня предупредит. Поэтому, успокаиваясь после знакомой песни, мужчина пару раз глубоко вздохнул и поздоровался, в глубине души надеясь, что ошибся, что никто ему не ответит и он вернётся на стоянку.

- Доброй ночи тебе, Этияр. Не думал, что услышу тебя ещё раз. Разве спев мне один раз, ты не должна улететь к другому?

- Будь жив, деинхэ. Сёстры Лиори поют не чаще, чем раз в месяц, но кому петь, мы выбираем сами.

Птица рока вспорхнула с ветки. Глазами Тизза маг изумлённо смотрел, как в полёте преображалась эрка духа природы. На ветке он видел птицу, а на землю мягко опустилась невысокая девушка: пышный хвост, обвив лапы, стал платьем, из крыльев показались руки, а хохолок на голове вытянулся в длинные волосы.

- Почему мне?

- Ты не доволен?! - ахнула она. Опустив голову, Этияр развернулась уходить. - Даже нойкхри не помнят нас. А мы ещё удивляемся другим расам, - тихо пробормотала она.

- Постой. Погоди, - маг попытался взять её за руку, но его пальцы прошли через её эрку, не зацепившись ни за одну энерголинию. Мужчина, боясь, что она уйдёт, поспешил объяснить, - Этияр, я же пришлый. Не уходи, - девушка остановилась и посмотрела через плечо на него, - мне объяснили, что твоё пение смерть приносит, - Ерис ещё плохо разбирал эмоции на лицах, но, кажется, в улыбке птицы рока была одна печаль. Уже медленнее маг продолжил, - и чтобы остаться живым лучше на месяц в башню Тизза спрятаться. Так и со мной было... Ты спела, я поехал к сборщикам и чуть не умер... Ты ведь помнишь? Ты спела, и я поехал... А... - от осознания Ериса словно холодом обдало, руки обессилили и во рту пересохло. - А мог и не ехать... Ты не несёшь опасность, Этияр. Ты предупреждаешь о ней. - Девушка еле заметно кивнула головой. - Но почему тогда...

- Не всем посчастливилось понять, откуда смерти ждать. И избежать её. Ты вот знал, но поехал. А если бы погиб? Обвинили бы меня, так деинхэ?

- Наверное... Извини за это. Но ты второй раз мне поёшь... Опять трийеахи?

- Я не знаю. Я лишь чую, что смерть рядом и предупреждаю... Будь осторожен.

- Буду, - мужчину охватило непонятно веселье, - теперь мне хочется и твоих сестёр услышать, раз уж с тобой познакомились!

- Думай что говоришь, деинхэ, - зло прошипела Этияр, - молись Витаэ, чтобы никогда не услышать Валвир и Миарас. Даже песни Еалан могут навредить, а ведь она этого не хочет.

- Неужели вас четверых никто никогда не слышал?

- Когда-то нас молили петь на праздниках. Когда-то одаренный пером хотя бы одной из сестёр считался счастливчиком. Когда-то владелец четырёх перьев мог по праву призвать нас. Но об этом никто уже не помнил, - девушка посмотрела поверх плеча Ериса, - даже когда мы жили на Сюрфэ. Прощай, деинхэ, - и Этияр, обернувшись птицей, скрылась в лесу.

Смолкло хлопанье крыльев, смолк шум листвы, даже перекаты ручья по камням, казалось, звучали тише, а молодой маг всё не спешил возвращаться. Мужчина перебирал в уме разговор с птицей рока и гадал, откуда ему ждать беды. Твари? Но он под охраной котерии, у них даже витар есть. Обозники? Но между бывшим княжичем и простыми торговцами нет ничего общего, а сам он никому из них дорогу не перешёл. Неужели всё-таки Барх?

- Барх, как ты не побоялся Тиру одну оставить? - маг обратился к ночному лесу.

- Её тут все талисманом считают. Думают, раз она и от тварей, и от кустодии, и даже от воды ушла, то и до Лунного Льда с ней ничего не случится. А заодно и с ними, - нойкхри вышел из-за дерева, - тебе Ваня сказал про меня?

- Дьёлизы не говорят, но он дал понять, что ты рядом. Барх, она сказала, что не предрекает обязательную кончину. А даже наоборот - предупреждает, чтобы разумный осторожнее был.

- Может и так, - нойкхри привалился к стволу, - пару раз слышал о таком от лесничих, но кто в это поверит. Думал, обычный трёп у костра. А оказывается правда.

- Они же с Сюрфэ. Этияр со мной на языке nojkkhri говорила. Почему вы про них ничего не знаете?

- Снежные едва успели спастись, - не сразу ответил Барх, - не до духов нам было. У пещерных и лесных сам спрашивай. Но мне кажется, что за пятьсот лет смысл их песен мы бы узнали. Так, может, дело не в разумных, а в сёстрах Лиори?

Ерис недовольно поджал губы: с ним Этияр общалась!

- А ты зачем за мной пошёл?

- Видел бы ты своё лицо, тоже бы пошёл, - хохотнул Барх и тут же посерьёзнел, - ты так же меня просил в бой с трийеахом не ввязываться.

- Как она выглядела? И, - маг замялся, - почему я не смог дотронуться до неё?

- Птица с бело-красным оперением. А девица... ярко-красные волосы, платье тоже красное с белыми узорами. Глаза, пока она на меня не глянула, не видел. Далеко же было.

- Ну...

- Золотые. Да, чистое золото у неё в глазах. - Барх улыбнулся магу, - Ерис, она дух, бесплотный, потому и притронуться не можешь, пока она сама не захочет. Когда в физическом мире полностью проявится - трогай сколько хочешь. Рассказывали, что духи природы детей с разумными приживали.

- Рассказывали сказки?

- Почему же. В Печальном Бризе Алирэ-Ислэ живёт. Правда старая уже и умом тронулась. Но кто-то из её родителей - дух природы.

- И откуда это известно? - мужчина не скрывал своей иронии, - слухи, сплетни или она сама это утверждает?

- А чего тут утверждать? В глаза посмотреть достаточно, да и прорицательница она. А такими умениями только родитель-дух одарить может.

Ерис какое-то время молчал, осмысливая услышанное. Нойкхри ему не мешал. Мужчина искоса видел, как тот потянулся было за своей любимой трубкой, но, спохватившись, спрятал её обратно.

- Как думаешь, откуда беды ждать? - решился спросить маг.

- Не знаю. Сам удивился. Если только ток тварей из тлена пойдёт... Не знаю, но на всякий случай подготовлюсь. - Барх передёрнул плечами, - холодно, пошли отсюда.

Ерис кивнул. Свой плащ Барх отдал сестре, то рваньё, в котором она к ним пришла, годилось только на ночёвках поверх попоны стелить. Тира куталась в теплый меховой плащ брата, но всё равно временами девушку сотрясала дрожь. Витар осмотрел её и успокоил: всё с ней в порядке, не болеет. Почему мёрзнет? Так проведите вы, господин нойкхри, час-два в холодной воде, в одиночестве, когда твари могут рядом вынырнуть, посмотрим, что с вами будет. Со временем плохие воспоминания уйдут, девушка забудет этот кошмар и успокоится. Всему своё время.

Мужчина был согласен с целителем. Раз в пути он заметил, как Тиралие резко отвернулась от большого раскидистого дерева. Ерис пригляделся - тёсовое. Его ни с чем не спутаешь, даже если видеть только мир Нуайю. Множество стволов сплелись в один, но не плотно. Он напомнил мужчине скрученную сетку Рабица. Вот и забилась Тира как можно дальше в центральный ствол, провисев в нём, пока не спала вода. И тут маг согласен с Емасом: даже такое толстое дерево вряд ли бы помогло спастись девушке, не будь у тёсового несколько крайних стволов. На высоте крупные ветви выпускают побеги, которые, достигнув земли, укореняются и разрастаются вширь без сучков и гнили. Через какое-то время крайние стволы "созревают" и падают на землю, где их уже ждут сборщики лесного урожая. Как Барх рассказывал Ерису, другие деревья на древесину не идут, да и лесные духи отомстят, если взять не своё, а тёсовое, рудное, дерево-ёж и подобные им маги разумных вывели и посадили в лесах. Только такая мощная корневая система как у тёсового помогла дереву устоять под напором воды и спастись Тиралие. И теперь к Барху кроме радости пришли новые траты. А Ерису тревожные мысли. Если кому понадобится кровь княжеского рода, предаст его нойкхри или нет? Теперь ведь Барху и о сестре ещё думать надо!

* * *

Караван застыл на повороте к Дальней. Что там впереди колонны, видно не было - каменный уступ всё надёжно скрывал, но Ерис заметил как тут же подобрались воины и притихли торговцы. Пять минут. Десять. Насколько легче ждать, когда знаешь причину задержки. Наконец, воины просигналили руками: "едем" и "прижаться к правому краю".

Мужчине не терпелось скорей узнать, что там произошло - всё какое-никакое разнообразие в пути, но, завернув за выступ, Ерис ничего странного не увидел. Поселье как поселье. Караван им навстречу едет, прижимаясь к левому краю. В этом причина?

- Барх, перед встречным обозом всегда тормозят?

- Как придётся, - сухо ответил нойкхри, - там другое. Твари разорили Дальнюю.

Больше Ерис не спрашивал. Напрягая зрение, он пытался разобраться в плетении энерголиний. Бесполезно. Слишком далеко для него. Но не для зрячих. Мужчина видел, как торговцы вставали на ко́злах, чтобы лучше разглядеть разрушения. Уже обозы поравнялись, воины и торговцы переговаривались друг с другом, а для него только-только что-то начало проясняться. Ерис рассматривал порушенное поселье, краем уха улавливая ответы встречных путешественников.

- Подъезжаем вчера вечером, а тут бой... Говорят, демон тварей вёл... Исчез куда-то... Помогли, а как иначе... Но защиты у Дальней теперь нет...

Это маг и сам увидел. Севи, защитный контур вокруг поселья, разорван во многих местах, значит, защиты от трийеахов у Дальней нет. Сколько времени понадобится айкли пока новый сплетёт? Бетхи, камни, защищающие от голодных духов, испорчены. Не все, но многие. Если своего тади у поселья нет, придётся чужого нанимать на целый год, а для жителей это в круглую сумму выльется. Дальше маг заметил мелкие осколки сфер. Всё что осталось от амулетов зодчих? И стихарам вход открыт?

- Барх, твари всегда такие умные?

- Нет. Не знаю, что тут было. Обычно твари волной идут. С одной стороны. А тут - точечные удары по всей границе поселья.

- Может демон им скомандовал?

- Нет. Демон мог в кучу их собрать, но командовать... Скорей всего он их сюда привёл, и пока местные с ними рубились, демонюка защиту и уничтожил.

- Ну живут же как-то маленькие выселки... И Дальняя справится.

- В любом выселке есть маг. И хоть одну защиту да поставит. Остальные со временем купят. Не поверишь, но маги не отказываются пожить в выселках год на дармовых харчах, а потом ещё плату получить. Многие отдыхом это считают.

- Поселья, вроде Дальней, тоже даром кормят и жильё дают?

- Чаще нет. И в посельях обычно к ajkyul`i и зодчим не лезут, а к тади чуть не каждый день пристают. Удивительно, стоит магу вахлов появиться, как сразу голодных духов в каждом углу начинают видеть.

- Но твари...

- Мутанты по двое-трое бродят. Один маг с тигоном с ними почти на равных бьётся. Особенно если остальные жители выселка помогать будут. Стихары же выбирают то место, где магов больше. Тянет их к ним что ли... И желательно чтобы защиты не было. Поэтому первое, на что нападают - это караваны, потом поселья, ну и в последнюю очередь маленькие выселки.

- А...

- А голодные духи и демоны - общая беда. Но их мало. Я последний раз лет семь назад демона видел. А духа - пять. Хотя, может на юге их больше. Не знаю. Но ты понял, что в выселках жить опасно, но можно? - Ерис со скептической улыбкой пожал плечами и кивнул. - Ничего себе! - воскликнул Барх. Насколько раньше у нойкхри был голос спокойным, настолько сейчас - взволнованным. - Хлябь! Аккуар? Или савир? Без разницы! Это же пятый уровень! Я людских-то магов мало видел, а высшего уровня вообще впервые! В кого это он? Жуки?! Тогда понятно...

Ерис рассматривал залитый грязью первый этаж таура. Это и есть хлябь? Стихия, стоящая на стыке земли и воды и доступная как земляным, так и водным магам?

Густое месиво застыло студнем ниже верхнего края окон, но под лопатами нойкхри оно не дрожало и не отламывалось кусками, а чавкало, нехотя отдавая свою добычу. Мужчина пригляделся: из грязи торчали лапки, усики, жвала. Множество жуков размером с ладонь увязло в хляби. Мага передернуло. Страшно подумать, на что способны жуки-мутанты.

Нойкхри без устали разгребали вход в башню. Двое грязных по пояс мужчин орудовали лопатами уже на пороге, женщина и девочка лет двенадцати отбрасывали ошмётки хляби с жуками дальше от таура.

- Зачем маетесь? - спросил людской маг из котерии Ериса, - не сегодня-завтра хлябь исчезнет, маг же не на неделю её ставил. После сметёте жуков и вся недолга.

Взрослые окинули его взглядом и продолжили свою работу. Только вымазавшаяся по самые уши девочка затараторила:

- Там наш дяденька-тади лежит. Как твари полезли к нам, мы на самый последний этаж убежали. А тут чудищ ка-а-ак сломает дверь. Я ка-а-ак закричу. Дяденька-тади запястом его огненным. А он... А его... - дальше одни всхлипывания.

- Демон его плетью перешиб надвое, - не отрываясь от работы, объяснила женщина, - а следом жуки полезли. Хорошо, что рядом аккуар проезжал, иначе от нас бы одни кости остались. Сегодня мёртвых сжигают. Потому откапываем.

- Так и завтра жечь будут. Народу много полегло, - влез в разговор Емансий.

- Будут, - согласилась нойкхри, - но мы постараемся сегодня откопать.

Уже проезжая мимо двора, Ерис заметил верёвку из окна второго этажа, по которой, видимо, спустилась семья - хлябь есть хлябь, затянет любого. Мужчина видел выбитые окна и двери в таурах, бреши в стенах. Повсюду жители поселья разгребали мусор и обломки, которые ещё вчера были их домами.

- Барх, а дыры в стенах откуда? Тоже демон?

- Скорее жом. Земляной стихар. Вон воронка в мостовой - оттуда, наверное, вылез. - Нойкхри посмотрел на заинтересованного деинхэ и пояснил: - выглядит как большой, облепленный камнями червяк. Этими "камнями" и кидается. В полёте они вырастают и после очень сильно бьют. Но и без этого червь может обвить кольцами и раздавить. Если ему попадёшься. - Барх оглядел ближайшие тауры и вздохнул, - мало того, что жом тут был, так ещё и смага... Огнём многое порчено.

Ерис сузил глаза, разглядывая через бреши мебель в таурах. Бесполезно. Обгорелые вещи отличить от целых он не может. Тихие радостные восклицания торговцев прервали его занятие. Мужчина обернулся к Барху.

- Госпиция цела, - ответил тот на невысказанный вопрос.

И правда, две жилых башни госпиции не тронули ни стихары, ни магия защитников. Стойла тоже были целы. На радость путешественникам работали и водопровод, и канализация. Но командир котерии дал только одну ночь на отдых и завтра снова в путь. Приунывшие торговцы поспешили распрячь лошадей и такинов и воспользоваться уцелевшими благами цивилизации. Ерис последовал их примеру.

Вечером, когда освежившийся после душа мужчина сидел за столом, одновременно стучась и открывая дверь, к нему вошла Тира.

- Можно? - Маг кивнул. - Благодарю. Я ненадолго, свечи зажигать не буду. Вижу, вы опять карту изучаете, - девушка кивнула на истыканный лист, лежащий перед ним, - Барх дороги добавил. Помню, сколько времени на привалах он потратил, делая отверстия разными, чтобы вы с границами не перепутали. Не зря хоть?

- Не зря.

- Ерис, выслушайте меня, пожалуйста. - Девушка присела на краешек стула у дверей. - Брат помогает вам освоиться, но он и мысли не допускает, что вы, может, не хотите здесь жить, что будь у вас возможность, вы бы вернули свою настоящую жизнь. - Тира перевела дух и посмотрела на него, видимо ожидая ответа. Но и Ерис, и сидевший на постели Ваня молча ждали продолжения. - Ерис, если вы решитесь на это, возьмите меня с собой. Я помогу вам всем, чем смогу. Может быть, тогда моя жизнь обретёт смысл и...

- Тира, разве вы не в Арэта к матери едете?

- Кем я там буду? Ненужной дочерью, которую побыстрее спихнут замуж? Ой, что это я! Мне же ещё жениха найти надо! Но вот беда: после деяний семьи Тибралле, ни один дворянин не согласится на брак со мной! - Всплеск эмоций прошёл, девушка поникла и заговорила совсем тихо, - мой отец всё это сотворил. Разрушил и наши с Бархом жизни, и вашу. Наши уже не вернёшь, но вашу ещё можно. Я лишь хочу помочь вам, хочу хоть как-нибудь исправить его зло.

- Ты знала о том, что...

- Нет, что вы! Отец один раз обмолвился, чтобы я к свадьбе готовилась и всё.

Ерис внимательно смотрел на неё, но энерголинии не покажут румянец на щеках или испуганный взгляд. Можно разглядеть слёзы, но совсем близко. Приходится вслушиваться в голос и посматривать на Ваню.

- Тира, у меня не было видений о возвращении домой. И я не думаю, что...

- Даже после того, что вы сегодня видели? Ерилайс, - мужчина поморщился: "Ерис" давно уже привычно звучало для него, а имя "Ерилайс" - словно тень погибшего княжича, - у нас легко умереть! Никакая защита не спасает...

- Вы же как-то выживаете.

- У живущих в Ану выхода нет. А у вас есть. - Не зная, что ей ответить, маг уткнулся взглядом в карту. - До Лунного Льда шесть-семь дней пути. Подумайте над моими словами, пожалуйста. Byonsi n`yuve, Ерис.

- Доброй.

Девушка вышла, а маг поспешно вскочил и запер дверь, от всей души надеясь, что Барх не узнает об этом визите. Талисман талисманом, но нойкхри очень не любил повышенного внимания к сестре и Ерис не хотел ему объяснять, что делала Тиралие поздно вечером в его комнате.

Взволнованный мужчина вернулся к столу, но карта его больше не занимала. Спать тоже не хотелось. Второй раз Тиралие лишила его спокойствия. Ведь и правда, Барх ни разу не спросил: хочет ли Ерис обратно. Нойкхри принял своё новое положение, сознательно отгоняя от себя прошлые воспоминания, наверное, думает, что и Ерис поступает также. Тира тяжело перенесла крах привычной жизни, и поняла потаённые чувства деинхэ куда лучше брата. Но из них двоих прав Барахейм: нужно жить дальше. Правда, Ваня? Лис, увидев, что хозяин обернулся к нему и, почувствовав зов, навострил уши и замотал пушистым хвостом. Маг поранил себя, выпуская кровь на эрку, и, улыбаясь, смотрел, как Ваня слизывает рютни с энерголинии.

Никаких видений о возвращении домой у него нет. А на нет и суда нет.

...- Княжич, неужели вы забыли, сколько раз я вас ловил на чтении этой книги? - немолодой мужчина иронично посмотрел на взрослого парня, - пришла пора изучить запретное... Это важнее, чем изводить кустодию, сбегая в Текучие Камни.

Развалившийся на стуле Ерилайс снисходительно посмотрел на учителя.

- Кто знает, учитель, что важнее...

* * *

Караван подъезжал к Алмазному заливу, на берегу которого стоял Лунный Лёд - место выбора для Ериса. Куда он повернёт дальше? Можно обогнуть с этой котерией Откос, поехать в Таль и дальше по Мшистому на юг Западного Интиндара. Таль - большое поселье у моря Алой Пелены и цель у него с Лунным Льдом одинаковая: снарядить обозы. Только в Таль стекается добыча из посельев по южной границе Откоса, а в Лёд - по северной. Все купцы останутся в Лунном ждать котерию в Кимрас, в Таль поедут только странники, к торговле не имеющие никакого отношения. Поехать с ними или направиться в Кимрас?

Ерис ломал голову над этим вопросом, а все остальные путешественники радовались лёгкому пути - ни разу твари не напали на них. Вот и граница Откоса! Кое-кто, сдавшись червячку жадности, поддевал воинов котерии: "Что, ребятки, прогулялись? Отдохнули? А вам ещё и денег заплатили!" - правда, при этом приглушал голос, чтобы эти самые воины его не услышали.

Но не только твари подарили тишь обозникам в пути. На подступах к Лунному Льду вокруг установилось удивительное спокойствие. Как покровительственно объяснил Емас, с Алмазного постоянно дуют сильные холодные ветра. Они вымораживают мелкие капли в льдинки, и искрящиеся марево плавает над водой, переливаясь на солнце яркими цветами. Когда первые снежные нойкхри увидели эту красоту, то название залива само собой пришло им на ум. Алмазный! И никак иначе!

И Лунный обязан названием погоде. Морская вода, не сдающаяся в заливе ветру и холоду, попав на камни, замерзает в светло-голубой полупрозрачный лёд. Красиво, но причалы для рыбацких лодок пришлось делать выше по реке, практически на другом конце поселья. Благо под парусом можно спокойно пройти против течения.

Почему лёд покрывал именно это побережье и, самое непонятное, почему он не таял - нойкхри не знали. "Карнбы начудили, - вот обычный их ответ, - находят же здесь манорил, горячий камень. Почему бы и холодному не быть?" Как бы то ни было, Лунный знаменит своим ледяным побережьем, искрящимся воздухом и сильными ветрами.

И сейчас этих ветров не было.

Деревья стояли спокойно-величественные, трава вальяжно раскинулась на каменистой почве, кажется, тронь рукой любую ветку или цветок и сам воздух зазвенит, разобьёт тишину и наполнит её звуками. Ерис замотал головой, развеивая наваждение: кажется или мельком издалека и в самом деле что-то донеслось? Обоз как раз спускался в распадок между двумя холмами. Перевалить через следующий и Лунный Лёд как на ладони.

Подул едва заметный ветерок и тут же отчаянный звон ворвался в караван, сметая беспечное настроение путешественников. Торговцы заволновались, закопошились. Емас привстал на облучке, всматриваясь вдаль, Нейб схватился за сакс, Тира испуганно вцепилась в гриву тигона. Кажется, один Барх остался с виду спокоен. Нойкхри положил руку на пальцы сестры, успокаивая её, и смотрел на воинов, словно ждал чего-то. И видимо дождался: большая часть котерии сорвалась в галоп и унеслась по дороге.

- Колокольный звон, Ерис. На Лунный напали, - пояснил Барх. - Все кто его слышит либо прячутся, либо спешат на помощь.

- А мы? Без охраны? - опешил маг.

- Все твари с округи там, у Лунного. Нам нечего бояться. С такой скоростью, как мы едем, - Ерису показалось презрение в голосе бывшего наследника, - бой уже закончится. Отдельных тварей может только добивать будут.

- И хорошо, господин Барахейм, - Емас, оттирая пот со лба, сел обратно на ко́злы, - что все твари там и что бой закончится.

Как заметил Ерис, все остальные обозники были согласны с Емансием: никто не возмущался, что воины уехали на помощь, но никто и не пришпорил лошадей или такинов. Мужчина бы даже сказал, что и подгонять их перестали. Оставшиеся арий и трое воинов-немагов внимательно осматривали окрестности дороги: все твари, несомненно, у Лунного, но вдруг какая-нибудь да отстала. Оглядываясь на успокоившихся торговцев, на бдительных охранников, Ерис странно себя чувствовал. С одной стороны ему хотелось умчаться вслед котерии, увидеть бой всех магов Интиндара, не только нойкхри. Хотелось попробовать собственные силы. С другой - он отчётливо вспомнил предупреждение Этияр и, возможно, твари в Лунном и есть предсказанная опасность? Тогда ему тоже желательно не спешить в атакованное поселье.

Меж тем обоз перевалил последний холм и медленно спускался к Лунному Льду.

Бой шёл у северных ворот. Подъезжая ближе, Ерис увидел знакомую картину: порушена вся защита. Но, как и предполагал Барх, всё уже закончился. Кое-где маг заметил бледные вспышки чужой магии: добивали последних тварей. Своя, родная сверкала намного чаще, что и немудрено: запястами в Диких Землях владели почти все. Мужчина сдерживал себя, чтобы не подгонять Рудого вперёд. Крайне хотелось посмотреть на последних тварей, а может быть и опробовать запясты в бою. Однако, к его разочарованию, доехав до поселья, обоз повернул на заросшую объездную дорогу к южным воротам. Но воинов котерии можно понять: им заплатили за безопасность, вот они и направили повозки к самому дальнему от боя проезду.

- Ну и ну, - ошеломлённо воскликнул Барх, - у них тут и от демонов защита была, - и уже к стражникам: - это же стонгри? По сторонам ворот?

- А что толку, - угрюмо возразил один из стражей, - какая-то сволочь их испортила.

- А я тебе говорил: подозрительный это старик, не надо было пускать его. А то, сказки он нам рассказывает, сестру ищет, сто лет назад она из дома к Зорнику ушла. Тьфу, - сплюнул мужчина, - гнать его надо было...

- Он и в Ближней искал. Там нападения не было, - бросил стражникам Барх.

- Барх, - шепотом позвал его Ерис, - стонгри это...?

- Серые кругляши с печатью видишь?

- Да. Но они светятся. Значит, не испорчены.

- Это защитная магия карнбов. Как и амулеты зодчих, они вплавляются в камень, дерево... Или из чего там стойки для ворот сделаны... Их не сломать, не унести. Только уничтожить.

- Говорю же: здесь целые!

- Так бой и не здесь идёт!

- Что вы там шепчитесь? - сердито спросила Тира. Девушка плотнее зашнуровала плащ. - Закончилась хорошая погода.

- Грах! - раздалось позади. Путники оглянулись, - Нейб, слышишь, что госпожа Тиралие говорит. Плохая погода.

Молчаливый купец, как обычно, только кивнул.

Караван доехал до госпиции - трёх башен у крепостной стены и торговцы стали поспешно обустраиваться. Ерис, расседлав Рудого, невольно подумал, что можно было найти свободную госпицию и на другой стороне поселья. Ветер, гремевший всем, что плохо закреплено, шум прибоя по ту сторону стены обещали им беспокойную ночь. Ещё стража, наверное, будет бряцать оружием и выкрикивать команды. Мужчина перевёл взгляд на стражника, спускающегося с крепостной стены и поражённый замер на месте. От вида шурсов в эрке у Ериса закололи кончики пальцев, словно кто ледяные игры в них втыкает. Маг растерянно оглянулся: где сэлле?! Кругом одни немаги. Может среди стражи и есть стихийники или тади - он заметил уже много людей и вахлов - но тут нужен только серый маг нойкхри. Ерис оглядел стражника ещё раз: шурсы яркие и порванные энерголинии не втянулись внутрь, а висят как растрёпанная нить - вероятно, энергохищник только что напал на него. Кто это из трийеахов - молодой маг не знает. Нет у него ещё опыта по шурсам врага определять. Мужчина обвёл глазами улицу ещё раз и решился.

"Ваня, действуем как тогда. Пока он не нападёт - не появляйся". От лиса пошли тревожные эмоции, но он скрылся с глаз немагов в Нуайю.

- Барх, я прогуляюсь, - нойкхри, занятый Тирой, машинально кивнул ему. Ерис дошёл до стражников и проявил серый обруч на голове, - я se`lle. Можно по стене пройтись?

- Да пожалуйста, господин полумаг.

У них стонгри испортили, защитные амулеты разбили, бетхи в пыль разнесли, севи разорвали, а они чужого мага на стену пускают! Ерис ожидал большей строгости. Но, может быть, потому и пускают, что беречь больше нечего...

"Помоги нам, Тизз, и сохрани, Витаэ. Вперёд, Ваня", - и сэлле резво взбежал на крепостную стену по каменной лестнице внутри угловой башни.

* * *

Ерис высунулся наружу меж двух зубцов. Крепостная стена у Лунного не слишком высокая, около пяти метров, когда-то он, будучи Иваном, с такой высоты в бассейне прыгал, но сейчас, если верить Емансию, внизу бурное море и обледенелые скалы. Ещё человек упомянул, про небольшие приливы в Лунном на рассвете и закате (это на юге море в двери стучится, а у нас вежливо мимо проходит), но, несмотря на крутой берег, до крепостных стен вода добирается, особенно в полнолуние и новолуние. До новой луны несколько дней осталось и солнце скоро холмов коснётся. Вот-вот полная вода будет.

Внизу тёмные волны ярятся, бьются о камни. Или это текучие энерголинии накатывают на высокий берег и прибоем взмывают вверх?

Мужчина улыбнулся: опять воспоминания прежней жизни играют с ним, накладываются на эрку. Маг выпрямился и осмотрелся - неширокий, метра два, обход стены захламлён. Непонятные мешки, ящики, мусор. Парапет между зубцами раскрошился и в темноте можно легко шагнуть не туда. Барха на них нет!

Сколько он здесь стоит? Минут десять-пятнадцать? Запал прошёл. Может, зря сюда пришёл и трийеаха тут нет и не было?

Треск за спиной и тревожные эмоции от Вани. Ерис развернулся - за ним два дьёлиза: Ваня и ещё один на каменном зубце стоит. "Нет, - молниеносно пронеслось в голове мага, - не дьёлиз. Мельче, костлявее и глаза пустые, белёсые. Ругр". Мгновение в один удар сердца и звери бросились друг на друга. Визг, рычание, треск энерголиний. Ерис опомнился, активировал тэю, но куда бить? Ваня и ругр сцепились в клубок, кто где - не разобрать! Мужчина испугался за дьёлиза: что ни говори, но Ваня мелкий ещё для боя. Это планировать легко, а когда видишь, как трийеах твоего зверёныша гоняет, всё по-другому воспринимается.

С хрустом и скрежетом схватили воздух длинные зубы - Ваня успел подскочить вверх. Шанс!

- Получай, паскуда, - закричал сэлле и метнул в шакала длинную струю оранжевой стихии, напрочь забыв от волнения, что землю лучше частями кидать.

Липкий и вязкий, как тесто, поток протянулся от руки мага и, коснувшись стены, мгновенно затвердел камнем. Но - Ерис едва поверил глазам - земляная струя краем задела спину трийеаха. Шакал взвизгнул, замер, припал на задние лапы. Ваня тут же вцепился ему в крестец и вырвал небольшой клок энерголиний, после отскочил и требовательно взвизгнул, глядя на Ериса. Мужчина улыбнулся и вступил в бой. Дальше они дрались вдвоём: маг расстреливал ругра тэей, а дьёлиз откусывал куски из эрки полупарализованного врага. Трийеах удивлял. Энергохищник почти не мог двигаться, безостановочно терял эрку, но не сдавался. Энерголинии шакала затягивали раны, сплетаясь бугристыми узорами. Плотность эрки при этом редела, но у ругра оставались силы отгрызаться в ответ, он даже сумел цапнуть Ваню за бок, когда дьёлиз замешкался, ухватив слишком большой кусок. Увидев это, Ерис взвыл и закидал уже полуживого трийеаха сгустками земли, а лис быстро завершил бой.

Тяжело дыша, сэлле и дьёлиз смотрели на раскиданные по обходу стены мелкие обрывки энерголиний - всё, что осталось от ругра, потом глянули друг на друга и рассмеялись. По крайней мере, весёлое тявканье зверёныша Ерис расценил как смех.

- Поздравляю, - раздалось позади, - из тебя получится хороший se`lle.

Из тёмного проёма башни вышла Тиралие. Капюшон надвинут на глаза, плащ всё также плотно зашнурован. Она в госпиции-то была? Или сразу за ним поднялась?

- Из меня? Всю работу Ваня делает, - улыбнулся маг и, чуть помолчав, добавил, - я дальше один, Тира.

Девушка кивнула и, осторожно ступая между останками ругра, подошла ближе.

- Тира, Тира, - из глубины башни донёсся голос Барха. Нойкхри выбежал на стену и, увидев сестру, крепко её обнял. - Нашёл. Как же я испугался. Там на лестнице Нейб лежит. Кто-то ему горло его же саксом перерезал. Ерис, - он отпустил Тиру и шагнул вперёд. - Драться? Один? А если бы тут мутанты были? Твоя самостоятельность тебя когда-нибудь убь... - Барх захрипел, выгнулся дугой и упал.

Тиралие показательно стряхнула кровь с сакса, перешагнула через брата и молниеносным движением откинула прыгнувшего на неё дьёлиза. Ерис застыл на месте, не веря в происходящее: поигрывая ножом, Тира приближалась к нему; Ваня раз за разом бросался на неё, кусал, но она, не обращая внимание на раны, далеко откидывала лиса; Барха же за раздуваемым, словно парус, плащом девушки даже не было видно.

- Вы такие проблематичные, деинхэ, - из-под капюшона сверкнули глаза, - то богами себя мните, то спасателями. Хотя попадаются интересные экземпляры. Но всё равно, - девушка удобнее перехватила сакс, - не люблю я вас.

Сильные руки обняли Тиралие сзади и крепко прижали к груди. На левом запястье жемчужным светом ярко сиял белый запяст.

- Сказал же: нашёл, - выдохнул Барх и из последних сил попятился к разрушенному парапету.

Послышались щелчки. Энерголинии девушки рвались. Через них, откуда-то из глубины её тела проявлялась странная сплошная эрка непонятного существа. Тира кричала, билась, но, не разжимая объятий, Барх шагнул в море.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Киберпанк) Э.Моргот "Злодейский путь!.. [том 7-8]"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"