# Чёрный сон. Ягура. Гл.8

Андрей Стригин

Гл.8


Вновь громыхнуло. В дом проникли отблески вспышек молний.

- Вовремя спрятались, - Аскольд зажёг свечку, осматривая в подвале образовавшийся от обвала тоннель. - Нужна верёвка.

- Гнусный ход. Я бы замуровал его от греха подальше, - Прелый с сомнением глянул на Аскольда и перевёл взгляд на Ефима.

- Свет до сих пор есть, - Аскольд склонился над провалом. - Вроде движений никаких не наблюдается. На разведку я схожу один, а вы займите оборону. Это касается и вновь влившихся в нашу команду, - он внимательно посмотрел на бородачей Степана и Артёма. Те равнодушно приподняли дубины и добродушно оскалились, всем видом показывая свою доблесть. Аскольд про себя сплюнул, он понял, они явно не бойцы. Ну, да ладно, при случае и их дубины пригодятся. С этими мыслями он скинул верёвку в тоннель.

Где произошёл обвал, незнакомый ход был засыпан, но с другой стороны тоннель шёл далеко вперёд и смыкался за поворотом. Откуда сочился свет было непонятно, словно тлел сам воздух. Виднелись многочисленные ответвления, и слышалось слабое гудение, словно просыпающиеся в дупле шершни.

Около обвала Аскольд заметил напоминающие кровь тёмные разводы, словно кого-то придавило камнями, но тот выбрался и скрылся в одной из комнат. Подняв топор, Аскольд двинулся по кровавым следам.

Тоннель явно технологически превосходил бомбоубежище. Стены были не из бетона, а словно из высокопрочного пластика. Пол идеально ровный, очевидно его шлифовали машины с программным обеспечением. То, что сначала показались кабелями, на самом деле были всевозможных диаметров трубы.

Аскольд остановился у первого ответвления, кровавый след вёл именно туда. Прислушался. Было тихо, как в склепе, лишь удары собственного сердца заглушали трезвые мысли. Ведь не стоит лезть, хрен знает куда! Совершенно было понятно, подземный ход не человеческой цивилизации. Это чужой мир со своими законами. Но "смелым покоряются моря". Аскольд глубоко набрал в лёгкие воздуха, сгруппировался и бесшумно, но стремительно влетел в боковой ход. Это оказалась большая квадратная комната. Топор едва не описал дугу, целясь в неподвижно лежащего на полу достаточно высокого роста белокожего человека. На нём была странная чешуйчатая одежда, плотно пригнанная к телу, как мокрый гидрокостюм. На поясе виднелся длинный пистолет и плоский кинжал. На стене открыта дверца, а на выдвинувшийся полке лежал предмет, странным образом напоминающий безыгольный шприц. Аскольд всмотрелся в лицо человека и перекинул топор за спину. Затем, вытащил узкий клинок. В данном случае это оружие было более уместное, чем махать топором в тесной комнате.

Незнакомец лежал без движений. Глубоко посаженные глаза были закрыты. Полупрозрачные волосы поникли, как у медузы, выброшенной на берег. Тонкие губы слегка открыты и виднелись белые крепкие зубы. Длинные сухие руки лежали плетью, пальцы плотно сжаты. Ужасная рана на груди была покрыта густой уже подсыхающей кровью.

Аскольд присел рядом. Потрогал одним пальцем жёсткую, покрытую полупрозрачными волосами кожу на руке. Никакой реакции. Странный пистолет постоянно притягивал взгляд, но снять прямо сейчас, он пока передумал. Он обошёл комнату. В ней не было никакой мебели. Одни голые стены, но едва заметные щели показывали, что здесь имеются скрытые полки. Вот и полочка не просто так появилась. Шприц. Аскольд осторожно взял его в руки. Но ведь точно, безыгольный шприц, не такой привычный, но типовой! Принцип один и тот же, подача инъекции под большим напором без иглы. Очевидно, этот человек пытался им воспользоваться, но не смог. Аскольд присел рядом. Пощупал пульс. Неожиданно ощутил слабые толчки. А ведь он ещё жив! Может облегчить ему страдания? Аскольд поднёс к его груди клинок. Одно движение и ... можно без проблем обыскать незнакомца и забрать его пистолет. Неожиданно он нахмурился. Его взгляд переместился на безыгольный шприц. Больше из любопытства, он не верил, что инъекция может помочь этому человеку, направил его в плечо и нажал на курок. Почти бесшумно жидкость ушла в мышцу. Ничего не произошло, незнакомец даже не пошевелился. "Что и требовалось доказать, теперь моя совесть спокойна" - с удовольствием подумал Аскольд, не сводя жадного взгляда с пистолета. Он вновь пощупал пульс и с разочарованием понял, что тот продолжает тихо стучать и быть может даже сильнее.

- Мать Тереза! Мать твою! - выругал сам себя Аскольд и, более не сдерживаясь, потянул руку к пистолету.

Внезапно он ощутил холодный взгляд. Незнакомец очнулся и, не мигая, смотрел прямо на него. Из его глаз струится багровый свет, мгновенно подавляющий волю. Аскольд захотел отползти, но не смог. Внезапно он понял, жить ему осталось не больше нескольких секунд. Сердце вошло в аритмию и скоро, после бешеного галопа, разорвётся. Собрав волю в кулак, Аскольд взглядом указал на пустой шприц. Может это как-то отсрочит неизбежную смерть.

Гипнотическая хватка слегка ослабла, и вроде ухмылки мелькнуло на лице незнакомца. Внезапно полилась тягучая, болезненная для восприятия, мысль: "Это ты мне его ввёл? Мне непонятна твоя логика".

Аскольд с усилием сформулировал свою мысль: "Раз ты желал им воспользоваться, значит, то было лекарство. Я хотел тебя спасти".

"Зачем тогда пытался украсть моё оружие?"

"Я мужчина и любое оружие у меня вызывает трепет. Не мог удержаться. Но о вреде тебе и не думал"

Гипнотическая хватка ещё ослабла. Сердце вернулось к прежнему режиму работы, но пошевелиться Аскольд не мог и ругал себя последними словами, за то, что так необдуманно спас белокожего незнакомца. Ведь говорил когда-то один умный деятель: "Нет человека - нет проблем".

Незнакомец с трудом встал, вытянул из стены гибкую трубку с таким же наконечником как на безыгольном шприце, поднёс к руке и нажал на курок. Трубка окрасилась в красный цвет, некая жидкость быстро полилась ему в вену. Спустя несколько минут незнакомец вдохнул воздух полной грудью.

"Полегчало?" - как можно язвительнее пустил мысль Аскольд.

Незнакомец освободил его от гипнотической хватки и вроде улыбнулся, хотя от этого оскала Аскольда пробил холодный пот. Вновь заструились тягучие мысли: "У тебя в голове хаос, словно у ребёнка или идиота. Их клубок сложно развязать, но я понимаю, что тебя мучает. Я нур, мы стражи. С поверхности никто не должен проникать в наш мир. Тебе повезло, что ты меня спас. Теперь по закону я не могу причинить тебе любой вред ... в ближайшие десять минут. Я даже подарю кинжал, раз ты заявляешь, что мужчина, но огнестрел тебе не положен. Об этом тоннеле забудь" - страж-нур снял с пояса кинжал и протянул Аскольду. Затем, словно что-то решив, выдвинул из стены полку, поднял необычный лук и колчан со стрелами.

"Мы не такие примитивные, как ты думаешь" - позволил себе усмехнуться Аскольд, но оружие принял с огромной радостью.

"Теперь иди. В тоннель больше не спускайся".

"Вопрос можно?" - уже привычно пустил мысль Аскольд.

"Безусловно, но минуты идут. Опоздаешь хоть на секунду, потеряешь и подарки, и жизнь".

"Как у вас всё сложно. Обосраться можно. Хорошо, постараюсь успеть. По некоторым признакам к вам проникла женщина с поверхности. Но она не совсем человек, это мутант пришельцев. Она несёт угрозу не только жителям поверхности, но, я так думаю, и обитателям подземного мира. Мне необходимо её найти".

"Они пахнут грибами?" - незнакомец поднял на Аскольда заинтересованный взгляд.

"Так и есть. Эти твари не люди и могут принимать любое обличие" - кивнул Аскольд.

"Бывали встречи с ними. С одними справлялись легко, с иными были проблемы, но мы их всегда убивали. Я не думаю, что они несут нам хоть какую-то угрозу. Своими проблемами занимайтесь сами. В тоннели доступ вам закрыт, но в пещерах можете её искать сколь угодно долго. Пещеры, это пограничные территории между нашими цивилизациями. Но тебе пора идти, сюда уже идёт подкрепление и рабочие для заделки пролома".

"Мне бы ещё хотелось с тобой пообщаться и рассмотреть варианты взаимовыгодного сотрудничества" - Аскольд с тревогой вслушался на пороге слышимости шум.

"Ты что, торговец?" - удивился страж-нур, на лице возникло брезгливое выражение.

"Я офицер" - недовольно блеснул глазами Аскольд. - "Но о благе своего народа также должен думать. А у вас не так? Или вы, как муравьи, разделены по кастам. Каждый выполняет свою функцию?"

"Дурак" - равнодушно произнёс страж-нур и зевнул, обнажая крепкие белые зубы. Затем, усмехаясь, всё же пустил мысль: "Ладно. Для связи со мной возьми именной амулет. Он будет для тебя пропуском на нашу территорию. Я вижу ты не простой человек и не случайно мы с тобой встретились. Я страж-нур так же офицерского звания, а в роду у меня князья и жрецы, поэтому я в совершенстве владею безмолвной речью".

"Я тоже князь" - Аскольд не смог сдержать улыбку.

"Даже так? Это несколько меняет наши отношения, князь ...".

"Аскольд" - кивнул Аскольд.

"Аскольд? Какое странное имя. В наших лесах нет опаснее змей аскольдавов" - у стража-нура в глазах полыхнуло багровое пламя.

"Шутишь?" - тут и Аскольд широко зевнул, демонстрируя свои не менее крепкие зубы, и спросил: "Ну, а тебя как величать?"

"У меня имя, думаю попроще твоего. Я князь Орка".

"Охренеть!" - Аскольд театрально схватился за сердце.

"Слово твоё не переводится" - нахмурился страж-нур.

Аскольд внезапно громко рассмеялся, но быстро успокоился: "Оно у нас тоже не переводится. Считай, что я выразил удивление вместе с восторгом".

"Ты не совсем учтив" - нахмурился страж-нур. "Но это доказывает, что мы на равной социальной ступеньке" - он протянул коготь хищного зверя, украшенного золотым орнаментом. "Никогда не снимай с шеи. Это твой пропуск и защита от ненужных вопросов. А сейчас я предлагаю выпить за нашу необычную встречу".

"Десять минут уже на исходе" - напомнил ему Аскольд.

"Да брось ты. Какие мелочи. У тебя на шее висит мой амулет".

"Вообще-то у нас Сухой закон" - так некстати вспомнил Аскольд.

"А у нас другие обычаи. Поэтому не стоит отвергать дружбу, это смертельно опасно. К тому же мы не будем сильно увлекаться" - понял значение слова "Сухой закон" страж-нур.

*******

Изрядно пьяный Аскольд с невероятным трудом выбрался из тоннеля, упал в руки обалдевших товарищей и моментально уснул.

Он проснулся рано. Очаг слабо тлел. Аскольд поворошил угли, подкинул щепок. В больной голове роились всевозможные мысли. А на самом ли деле с ним всё произошло. Он нащупал на своей груди коготь, увидел лук странной конструкции и острый кинжал с золотым узором на лезвии. Значит не приснилось. Аскольд покосился на Прелого и Ефима, которые мирно спали на шкуре медведя, брошенной прямо на пол. Вновь прибывшие тоже спали, но в углу, накрывшись каким-то тряпьём. На кухне уже хлопотала Алевтина, её пацанов видно не было, скорее всего ещё тоже спали. Аскольд бесшумно встал, воткнул за пояс кинжал, перекинул через плечо колчан со стрелами, в руки взял лук и вылез наружу.

Утро его встретило прохладой и весёлым щебетанием птиц. Всё живое радовалось, что ужасающая ночь сгинула, как дурной сон. На траве виднелись проплешины от ударов молний. Часть хозяйственных построек сгорело. Непогода бушевала конкретная.

"Надо Алевтину с её "волчатами" как можно быстрее переправить в Град-Растислав. Без мужика пропадут" - с беспокойством подумал Аскольд.

Он пристально огляделся по сторонам. Безмятежность ласкового утра может быть обманчива. Аскольд бесшумно скользнул в траву и принялся осматривать ближайшие окрестности. С едва заметной тропы он свернул к кромке леса. Замер, изучая обстановку. Сосны вперемешку с лиственницами замерли. Ветер затих, ничто не колыхалось. Казалось, что всё благополучно. Вот и птицы беззаботно прыгали в ветвях, змея скользнула в траву и скрылась в сочных зарослях. Но нет, виднелись расколотые молниями деревья. Потоки воды размыли хвойную постилку, обнажив корни. Несколько воронов взмыли вверх и, недовольно каркая, уселись на ветви деревьев. Аскольд пригнулся. До ноздрей донёсся запах горелого мяса. Перебегая от ствола к стволу, мужчина приблизился к заинтересовавшему его месту. Вороны, недовольно ругаясь, перелетели на другое дерево. Около лесной тропы лежали обгорелые туши нескольких зверей. Дыхание сбилось от увиденной картины. Это были настоящие гиганты: горбатые, морды, как у хищных динозавров, но со свинячьими пятаками, а на ногах блестели грубые копыта. Аскольд сразу их окрестил свинозаврами. Зверей лежало четыре туши, но на лесной тропе виднелись свежие следы. Один из их группы остался жив и сейчас бродил где-то неподалёку или отсыпался после ночи в чаще леса. Мужчина с сомнением вытянул стрелу из колчана. С такими гигантами он встретился впервые. Новый мир не переставал удивлять. Пятясь, Аскольд вышел к кромке леса, кинул взгляд на бурелом из поваленных стволов, веток, земли и травы. А ведь хорошее место для логова хищников. Будет странно, если кто-то им уже не воспользовался. Он осторожно отошёл в сторону и, бесшумно шагая, направился в сторону обрывов. Внезапно Аскольд увидел мужчину и женщину выползающих из груды густо заросших мхом камней. Они выбрались наверх и испуганно замерли. Женщина держалась за плечо мужчины, у неё была повреждена нога. Аскольд сразу их узнал, они были с мутантшей у дома. Старика только не видно. Аскольд бесшумно перебежал от одного дерева к другому. Замер, высматривая мутантшу. Её поблизости не было. Тогда он тихо свистнул. Женщина вздрогнула и спряталась за спину своего мужчины. Аскольд негромко выкрикнул:

- Всё нормально, идите ко мне!

Они, словно не веря в спасение, медленно побрели к нему. Аскольд вышел к ним навстречу с вопросом:

- Где мутантша?

Молодой мужчина тоскливо повёл глазами:

- Она со своей зверюшкой в пещеру полезла. Увела собой деда, а нас почему-то отпустила. Может, потому что Вика вывихнула ногу?

- Старика жалко. Что с ним будет? - тоскливо вздохнула женщина. - Но ведь мы ничего не могли сделать, правда, Гоша?

Мужчина угрюмо кивнул, испытующе разглядывая Аскольда.

- Сожрёт она его, - подтвердил их мрачные ожидания князь.

- Какой ужас! - Вика дёрнулась вперёд, стараясь быстрее уйти от груды камней.

- Там пещера? - догадался Аскольд.

Гоша нервно оглянулся и, торопливо подойдя совсем близко, свистящим шёпотом произнёс:

- Вертикальная дыра. Спуститься невозможно. Но Алёна не знает страха. По скользким склонам, держа старика за шиворот, полезла вниз и, смею заметить, не сорвалась. Мы звук падения не слышали. Они точно спустились. Вот не понятно, зачем ей это было надо. Но, мне кажется, она искала именно эту пещеру и когда её обнаружила, даже засмеялась ... почти как обычная девушка. Но Алёна людоед, она старуху убила, а её мужа сожрала.

- Знаю, - нахмурился Аскольд. - В пещере нам её не достать, а жаль. Вся надежда на моего приятеля князя Орка. У них опыт есть.

- Он спелеолог? - округлил глаза Гоша и тут же в недоумении спросил: - Вы её хотите поймать? Зачем? Ушла и славу богу! Она монстр!

- А ещё носитель информации, - криво усмехнулся князь. - Много б я дал, чтобы выведать секреты о пришельцах. Но видно не судьба. Хотя, пост у её пещеры установить следует.

Аскольд ещё раз оглядел счастливую парочку, скользнул взглядом по Викиной распухшей ноге и деловито приказал:

- Гоша, усади барышню на мох, посмотрим, что у неё за вывих.

После этого ощупал лодыжку и ободряюще заметил:

- Перелома нет.

- Надо чем-то забинтовать, - страдальчески морщась, посоветовала Вика.

- Именно так и сделаем, - и резко с поворотом дёрнул. Женщина громко вскрикнула от неожиданности и боли, но мгновенно почувствовала облегчение. - Вот и всё. Похоже этот вывих спас вам жизнь, - без улыбки изрёк Аскольд. - Теперь отдохните минут десять, а я гляну вашу пещеру.

Из дыры в земле несло сыростью и холодом. Она, как кишка, извиваясь уходила в кромешную тьму. Аскольд хотел кинуть камень, чтобы вычислить глубину, но благоразумно передумал. Действительно, спуститься без верёвки было невозможно, но размазанные следы на скользких склонах указывали, что мутантша успешно преодолела непроходимый маршрут. Это было невероятно, особенно если учесть, что она за собой волокла старика. "Действительно монстр" - подумал Аскольд, оглядывая местность вокруг пещеры, на предмет установления засады. Сделав определённые выводы, он вернулся назад. Вика уже пыталась ходить, опираясь на палку и на плечо своего друга. Увидев Аскольда, они нетерпеливо улыбнулись:

- Может мы уже уйдём отсюда?

- Вероятно, да, - князь пригладил чуть растрепавшуюся бороду. - Переночуем в доме, а завтра направимся в Град-Растиславль.

*******

Должно быть сейчас ближе к двенадцати, но серость утра лишь слегка разбавилась светом, словно сквозь грозовые тучи безуспешно пыталось вырваться солнце без шансов на успех. Вдали виднелись стены купола, которые должны состыковаться со сводом, но на его месте клубился белый туман. Стайка птиц или птеродактилей весело шныряла у отмелей, не обращая внимания на ракообразных мокриц, которые деловито ходили на передних конечностях и выхватывали клешнями из тины всякую живность.

За каменным валом, у которого произошла схватка с амфибией, виднелись силуэты заброшенного города. Где-то в развалинах прятались Светочка и Игорь.

Пещерная женщина, держа в руках автомат, первая прыгнула на берег. Поморщилась. Для неё скудное освещение было слишком ярким. Красные зрачки растянулись в едва заметные щели. Она не стала надевать шлем и её волосы искрились на плечах, как хвост породистой лошади.

Никита придержал рвущуюся вперёд женщину, взглядом указывая, чтобы та шла между ним и Семёном, не следует ей подвергать себя первой опасности. Она без ропота пристроилась за его спиной. Огибая место трагедии, небольшой отряд двинулся к каменной лестнице.

- Надо бы похоронить, - грустно изрёк Семён, глядя на изувеченные трупы.

- Пусть она сама решает. Может, не в их традициях хоронить тела, - заметил Никита. Огромная рептилия лежала на том же месте, а вокруг уже шныряли шустрые ящерки-пираньи. У лестницы пришлось идти мимо первой жертвы. От спецназовца почти ничего не осталось. Его кости были разбросаны вдоль стены, из которой угрюмо смотрели тёмные проёмы окон. У останков одного из людей женщина замедлила шаг. Из её горла вырвалось отрывистое рыдание, но она мужественно сдержалась и пошла дальше. Это были её первые эмоции относительно своих товарищей.

Ступени из грубо оттёсанных глыб вели вверх между потемневших от времени стен. Следы некогда металлических перил ржавчиной опоясывали весь сектор лестницы. Разноцветные ящерки, как искорки, носились по плитам, нападали на толстых жуков, с бесстрашием кидались на белых скорпионов и забавно хлестали по сторонам своими тонкими хвостами.

Так называемое небо было закрыто клубами плотного тумана и будто всасывалась навстречу. Неожиданно пелена, разбросанная ветром, поблекла. На мгновенье проступили далёкие контуры пещерных сводов. Иллюзия нахождения на поверхности мигом исчезла.

Через некоторое время небольшой отряд вышел на верхний уровень. Отсюда хорошо был виден серый город с его разбитыми автомобильными дорогами, проржавевшими металлоконструкциями и бетонными опорами. Почти не было растений, но их заменил мох, который забил все расселины, да бледные грибы на длинных ножках, которые источали неприятный запах. Их яд капельками свисал с мшистого цвета шляпок и даже смотреть на них было неприятно.

У погасшего кострища Никита остановил свою группу. В углях валялся кусок сгоревшего мяса, на земле сиротливо лежал перевёрнутый котелок, в камнях виднелся подсумок с рожками для автомата и прибор похожий на рацию. Здесь находился разведчик спецгруппы, который погиб, спасая их детей. Никите даже показалось, что он ощутил эмоциональную дорожку напитанную ужасом и страданием их ребятни, которая тянулась в молчаливые каменные джунгли мёртвого города. Идти туда не хотелось. Страх, как паутина, опустился на сердце. В городе не было людей, но там кто-то жил и чувствовал себя хозяином. Он терпеливо ждал людей. Никита неожиданно это чётко понял, поэтому замер, не решаясь сделать шаг. На него в недоумении поглядела их спутница. Её глаза мерцали странными багровыми огнями. Семён, который уже давно изучил своего друга, нахмурился и тихо спросил:

- Там опасность?

- Если б я знал, но мне почему-то не по себе. Нехорошее предчувствие, словно нас кто-то ждёт и сознательно поставил ловушку ... давно.

- Я так понимаю нам надо готовиться к бою, - неунывающе резюмировал Семён.

- Нам бы ту лазерную установку, что не смогли взять, - печально произнёс Никита.

- Неужели всё так серьёзно?

- Думаю да. Мои ноги, словно гири, руки, как ватные.

- А давай вернёмся на тот уровень, где мы убили мокрицу и возьмём лазер, - Семён не на шутку встревожился.

- Времени нет. Там, в западне, наши ребята, - твёрдо сказал Никита и, загоняя страх в глубину сознания, сделал шаг.

В развалинах кто-то зашевелился. Прокатилась тяжёлая волна странной радости, почти осязаемо накрывая удушливой волной. Впереди возникла неземной красоты ажурная конструкция. Словно из хрустальных нитей был соткан тоннель и вёл он к сияющему куполу, затаившемуся между стен.

Никита остановился, с прищуром осматривая хрустальные нити.

- Что это? - в восхищение спросил Семён.

- Паучий ход, - Никита облил его словно из ушата ледяной водой.

- Неужели такое бывает?

- На Земле не бывает. Этого хищника давно привезли сюда. Он ждёт нас.

- Ты убьёшь его?

- Мне с ним не справиться.

- Тогда почему мы идём?

- Мы стоим, - усмехнулся Никита.

- Не понимаю, - повёл широченными плечами Семён, поглядывая на замершую в диком ужасе пещерную женщину.

- Не мешай, - оборвал его Никита, лихорадочно соображая, чтобы такого предпринять. В данном случае их оружие будет малоэффективно, паук запредельно огромный. Даже непонятно, для каких целей его создала природа. Хотя, природа ли? Может это эксперимент Пришельца в создании монстров. Но характерного запаха грибов не ощущалось, но и Алёнка-мутант тоже почти не излучала этот запах. "Вы раньше таких тварей видели?" - неожиданно даже для самого себя Никита обратился к пещерной женщине на мысленном уровне.

"Таких размеров нет, а так имеются. Но больше на заброшенных Пустошах. С этим чудовищем нам не справиться", - как не в чём не бывало также мысленно ответила она.

"Это понятно, но и уйти мы не можем", - Никита удивился своим новым способностям, но дальше развивать свой восторг не стал, так как в данный момент лихорадочно думал обо всех способах способных одолеть этого монстра. Только тяжёлый бластер способен отправить мегалитического паука на тот свет. Никита был полностью уверен, их дети в западне. Здание, в котором они укрылись, сейчас плотно опоясано паутиной. Как только они откроют дверь, в ту же секунду попадут в клейкие нити. Только б они оставались внутри. Но как убить паука, или хотя бы выманить из этой норы? Никита присел на корточки, сбросил на землю свой импровизированный рюкзак, уныло начал перебирать свои вещи, всё ещё не понимая, зачем он это делает. На него с удивлением посмотрел Семён, да и пещерная женщина покосилась с недоумением. Было непонятно, зачем Никита вытащил металлическую колбу и держит её перед глазами. Неожиданно он встрепенулся и послал пещерной женщине мысль:

"Здесь есть скопления муравьёв?"

"Колония убийц всего живого находится уровнем ниже, но их разведчики иной раз забредают и в эти места".

Никита открутил крышку металлической колбы. Запахло муравьиной кислотой и чем-то непонятным и очень тревожным.

"Это же муравьиная метка смерти!" - пещерная женщина в ужасе отшатнулась. "Они выплёскивают это для обозначения объекта нападения! Зачем ты это с собой таскаешь?"

- Она чего-то испугалась, - Семён не услышал её мысли, но заметил, как изменилось её лицо.

- Помнишь, как я собрал эту муравьиную жидкость?

- Ну да, никак не мог понять, для чего ты это делаешь.

- Я сам не мог понять, но оказывается она может спасти Светочку и Игоря.

- Но как? А ... я понимаю! Мы с помощью её приманим всю колонию, и они расправятся с пауком!

- Или выгонят из логова, - кивнул Никита и обернулся к пещерной женщине. Та удивлённо повела глазами и неожиданно произнесла: "Я перехватила ваши мысли и всё поняла. План идиотский, но план. Осталось найти хотя бы одного муравья и чтоб он наткнулся на "метку смерти". Необходимо обозначить ею дорогу к Хозяину развалин" - она с ужасом посмотрела на ажурную конструкцию. Я готова отыскать разведчиков и пометить для них дорогу".

"Но не израсходуй всю жидкость. Остатками мы должны кинуть в паука" - предостерёг её Никита.

"Мог бы не говорить" - насмешливо произнесла она, взяла колбу, и с грацией кошки отступила назад. Один миг и женщина исчезла из поля видимости.

Стараясь не делать резких движений, Никита и Семён медленно двинулись вдоль ажурной конструкции. Она была безупречна, словно Эйфелева башня, лежащая на боку. Паутина была соткана недавно, поэтому её нити ещё не запятнал мусор, и она светилась при тусклом освещении дня собственным светом.

- Что скажешь? - вздрагивая от ужаса, спросил Никита.

- Если он выскочит из своей норы, убежать мы не сможем, - Семён до судорог в руках стискивал топор.

- Он предпочитает другой способ охоты. Вот если мы зацепим одну из сигнальных нитей, то да, даже подумать жутко, что с нами будет.

- Вот они ... рядом с нами! - Семён резко остановил Никиту.

На их дороге, почти у самой земли, светилась тонкая нить. А чуть дальше виднелись другие.

- Однако мы заигрались, - отступил назад Никита.

- Но в любом случае нам придётся подойти ближе, чтобы метнуть в него приманку для муравьёв. Вот только смогут они с ним справиться? - с сомнением покачал головой Семён.

- Нам бы только, чтобы его выгнали из норы, а там мы успеем освободить детей, - Никита прошёл немного вбок и оцепенел от страха, он увидел в паутинном тоннеле шевелящиеся лапы. Они деловито щупали паутину. Одному богу известно, что произойдёт, если Хозяин высунется из своего логова и увидит людей.

- Просто жесть, - прошептал Семён, обливаясь холодным потом.

"Вы подошли слишком близко" - послышалась мысль пещерной женщины. Она показалась из-за поваленной бетонной балки, держа откупоренную колбу.

- Получилось? - почти хором выкрикнули мужчины.

"Нашла их совершенно случайно. Они мокрицу разбирали на части. Дорогу я им обозначила, скоро сюда нагрянет колония убийц" - она оглянулась. "Я их уже вижу. Теперь ты" - она кинула металлическую колбу.

Никита ловко её поймал, вытащил подготовленный для этой цели кусок кожи, пропитал остатками муравьиной жидкости, остатки расплескал рядом с паучьим ходом. Затем, посмотрел на Семёна:

- Уходи. Возьми мой карабин. Дальше я сам.

- Нет, мы сделаем это вместе, - воспротивился его друг.

- Ага, кидать будем в две руки, - хмыкнул Никита.

- А если ...

- Даже не намекай, - содрогнулся Никита. - Иди, уже!

Семён попятился и вскоре оказался за каменной балкой рядом с пещерной женщиной.

Оставшись один, Никита ощутил нестерпимый прилив ужаса. Для того, чтобы исполнить задуманное, ему будет необходимо пройти вдоль сигнальных линий. Если он коснётся одной из них, то сразу прилипнет, и как следствие паук мигом на него бросится.

"План идиотский" - вспомнил Никита скептическую мысль пещерной женщины.

"Но единственный" - в ту же секунду послышался ответ, пещерная женщина чётко отслеживала его размышления.

Никита подобрал камень, завернул в него пропитанную кожу и, не сводя взгляда с шевелящегося купола, двинулся вдоль сигнальных линий. Холодный пот застилал глаза, пальцы дрожали, но ему надо было подойти настолько близко, чтобы попасть в паука пропитанной муравьиным секретом куском кожи. Он случайно едва не наступил на спрятавшуюся между мхом и мелкими камнями паутинку. Замер с уже занесённой ногой, аккуратно отвёл назад и посмотрел в паучий тоннель. Хозяин слега подёргивал лапами сигнальные нити, словно искусный рыбак, затаившийся в зарослях камыша. Вот он завозился в своей норе, поддался вперёд и ... у Никиты волосы поднялись дыбом. На него смотрели несколько красных глаз. Более не размышляя, Никита размахнулся и метнул обвёрнутый кожей камень прямо в их центр. Паук от неожиданности юркнул в нору обратно, но сразу же испытал дикое раздражение. Он выскочил из своего лаза, но Никита уже нёсся прочь.

- Сюда! - закричал Семён и, схватив его за руку, затащил в щель между поваленными каменными плитами. В тот же час совсем рядом скрипнули паучьи лапы, дурно запахло ядом и из брюха монстра потянулись клейкие нити, закрывающие все выходы.

"Могу вас поздравить, мальчики, мы в ловушке" - выскочила нервная мысль пещерной женщины и её уловил даже Семён.

- Где карабин? - протянул Никита руку, а сам не в силах был отвести взгляд от мельтешащих лохматых лап и грязно белого брюха из которого выползала липкая лента.

Холодный ствол несколько успокоил хаотично скачущие мысли. Никита дёрнул карабин на себя и прицелился в показавшийся бок паука. Палец судорожно нажал на курок. Прозвучал выстрел, жёлтая субстанция запуталась в клочьях паутины и не достигла цели. Но всё же положительный эффект был. Липкие ленты воспламенились, и Хозяин с недовольным писком отскочил. Внезапно показался муравей. Он покрутил круглой головой, усики целеустремлённо ощупывали воздух. Мощные хелицеры мгновенно перекусили его пополам. Выскочило ещё несколько насекомых. Паук без труда отбил атаку и раздражённо поднял передние лапы. В этот момент он был особенно страшен. Рубиновые глаза горели лютой злобой, хелицеры, наполненные ядом, открылись до придела. Послышался скрежет бесчисленного количества лап.

"Теперь молитесь своим богам, чтобы муравьи нас не почуяли" - пещерная женщина забилась в самый угол их убежища.

- Удобный момент, я могу ещё раз выстрелить! - возбудился Никита, увидев открывшееся брюхо паука.

"И не думай! Ты выдашь наше расположение! Замрите и постарайтесь почти не дышать!" - её мысли просто кричали.

Хозяин скрылся в паутинном тоннеле и раздражённо заскрежетал. Полчища муравьёв ринулись в его логово. Мгновенно сотни из них, а то и тысячи, прилипли к паутине, но по ним побежали другие. Паук кидался то на одного, то на другого, но муравьёв было настолько много, что ажурная конструкция Хозяина потемнела и прогнулась к самой земле. Вскоре пятнистая орда насекомых набросилась на паука. Послышался скрежет и хруст, а также разъярённый шипящий писк. Паук отчаянно сопротивлялся, но против такого несметного количества насекомых ему было не совладать. Тогда он бросился наутёк, но тут же оказался в полном окружении. Муравьи облепили всё его тело и мощными челюстями принялись раздирать его плоть. Внезапно лопнуло брюхо, склизкие внутренности вывалились на землю, лапы паука безвольно сложились и, чудовище, никогда не знавшее поражений, рухнуло набок и его мгновенно начали растаскивать по частям. Не прошло и часа, а от Хозяина осталась лишь мокрая земля и паутина усеянная бесчисленными трупами муравьёв.

Ещё долго сидели в своём убежище Никита и его спутники. Но вот пещерная женщина поддалась вперёд и с опаской выглянула из щели.

"Муравьи ушли. Твой план был грандиозно идиотский, но как всё здорово вышло!" - эротично вильнув безупречными бёдрами, она вылезла наружу.

Следом за ней выбрался Никита и Семён. Картина перед их глазами была просто запредельная, вся паутина была забита пятнистыми телами муравьёв. Многие из них были живы и пытались перегрызть крепкие нити. Никита вскинул карабин и принялся лихорадочно стрелять. Его сжигало нетерпение. Желтая субстанция воспламенилась, и вся липкая конструкция воспламенилась, попутно уничтожая страшных муравьёв.

Не дождавшись пока всё выгорит, Никита бросился к дому и схватился за ручку двери. Он сразу услышал детские крики. Радость всколыхнула сердце, но густой чад горящей паутины забил ему лёгкие и его сознание померкло.