Старец Виктор: другие произведения.

Юрий Грозный, Император Русский

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Ссылки
Оценка: 8.18*14  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Третья книга серии. Царь Юрий Грозный полностью разгромил армию Монгольской империи. И приступил к созданию Империи Русской - самой могучей европейской державы. Оставил текст с 15 главы. Начало убрал, чтобы "пираты" не растаскивали.

   15. Святая русская земля.
  Юрий отплыл из Италии на самых быстрых галерах русского Средиземноморского флота вместе со свитой, охраной и конвоем. Все время, пока готовилась церковная Уния, из портов Италии, Сардинии, Сицилии и Корсики выходили эскадры кораблей. Помимо военного флота, было мобилизовано до половины торговых кораблей, причем наиболее вместительных.
  Корабли перевозили на Родос и далее на Кипр два конных фема стратигов Истомы и Варуна, а также пеший фем стратига Меркула. Византийский флот тоже был задействован в перевозках. Предстояло перевезти около 30 тысяч воинов и более 80 тысяч лошадей с припасами и снаряжением.
  В планах Юрия на зиму 1241 года значилось завоевание Святой земли. Там располагались государства, основанные крестоносцами в конце 11-го века, после первого Крестового похода, когда крестоносцы отбили эти земли у сельджуков.
  Сами эти государства: Иерусалимское королевство, Антиохийское княжество и графство Триполи, не представляли собой большой военной силы. Чтобы их разбить, вполне хватило бы одного пешего фема. Однако, в соседях у них были на севере - Конийский султанат, с которым не смогли справиться объединенные силы Византии и Болгарии, а на юге - сильный Египетский султанат, находящийся под властью потомков великого Саладина, побеждавшего, во времена 2-го и 3-го Крестовых походов, войска крестоносцев. До сих пор государства крестоносцев держались в окружении сильных и враждебных соседей только за счет поддержки папского престола. А теперь они этой поддержки лишились.
  К середине октября все войска сосредоточились на принадлежащем Византии острове Кипр и начали переправляться на материк. Зима в восточном Средиземноморье была теплой и совершенно не препятствовала ведению боевых действий.
  Конный фем Истомы высадился в порту Газа, вблизи границы Иерусалимского королевства с Египетским султанатом. Фему был придан полк осадной артиллерии и полк полевой. Две рати фема выдвинулись к границе султаната, чтобы предостеречь султана от опрометчивых действий. Третья рать фема двинулась вдоль побережья в сторону города Аффа.
  В это же время фем Варуна высадился в порту города Александрета, расположенного рядом с границей Конийского султатата. Варун получил такие же средства усиления, как Истома. Две рати расположились вдоль границы султаната, а третья пошла через Антиохийское княжества к его столице - городу Антиохии.
  Пешие рати фема Меркула высадились в портах Триполи, Бейрут и Сидон, в центральной части восточного берега Средиземного моря. Каждая рать получила полк осадных пушек из 15 орудий, из них 5 больших и 10 малых.
  С кораблей войска высаживались прямо на причалы в портах. Пытавшихся помешать высадке крестоносцев сметали с причалов картечью. С русской артиллерией они ранее не сталкивались.
  Одновременная высадка столь крупных сил не оставляла крестоносцам никакой возможности собрать свои силы в кулак. Поэтому, узнав о высадке русских войск, рыцари предпочли запереться в своих замках и городах.
  Надо сказать, весьма хорошо укрепленных, по меркам 13-го века. Высокие каменные стены замков с выдвинутыми вперед башнями, окруженные глубокими рвами, вот уже два с половиной века позволяли рыцарям выдерживать длительные осады мусульманских войск. К тому же, замки, как правило, располагались на возвышенностях. В замках имелись мощные камнеметы с запасом греческого огня.
  Однако, против артиллерии 16-го века, эти замки устоять не имели никаких шансов. Стены их были недостаточно толстыми, к тому же, были сложены из блоков хрупкого песчаника.
  Эти благодатные земли были сравнительно малонаселенными, по причине постоянно прокатывающихся по ним волн завоевателей. Уже третий век на них, то крестоносцы резали мусульман, то мусульмане резали крестоносцев.
  Крестоносцы резали и населявших эти земли православных греков, армян, коптов и евреев. Резали и продавали в рабство. К чести мусульманина Саладина и его потомков, нужно заметить, они местных христиан и евреев особо не истребляли. Хотя, в рабство, бывало, обращали. Или продавали за выкуп.
  Так что, общее население этих трех владений крестоносцев не превышало четырехсот тысяч человек, или около 70 тысяч дымов. Большинство составляли местные православные христиане. Проживали, также, в относительно небольшом количестве евреи и арабы - мусульмане. Крестоносцев, в основном франков, и прибывших с ними слуг тут было не более 60 тысяч. Из них боеспособных - до 16 тысяч.
  Учитывая невообразимо огромное религиозное значение Святых земель, малочисленность их населения, а также его твердое православие, Юрий решил превратить Сирию в еще одну русскую землю. На Родосе с этой целью был сосредоточен отряд служак Поместного, Сельского и Городского приказов. Прибыла и большая группа священников, направленных патриархом Максимом.
  Войска получили приказ города и замки не сжигать, а по возможности брать штурмом, избегая больших разрушений и жертв среди местных жителей. Рыцарей же истреблять без жалости.
  Как обычно, рати продвигались вперед раскинув полки веером. Замки и города брали не спеша, вдумчиво. Подтягивали к стенам осадную артиллерию, а при каждом полку следовала артиллерия: большая или двух малая осадная пушка, шесть полевых пушек и четыре полевых гауфницы. Пробивали ядрами стену. Демонстративными атаками вынуждали обороняющихся выстраиваться в проломе для его защиты и выбивали их картечными залпами полевых орудий.
  Затем входили в пролом, затаскивали полевую артиллерию за стену и уничтожали обороняющихся артиллерией, избегая пешего боя.
  Пушки стреляли только ядрами и картечью. Разрывные и зажигательные бомбы почти не применяли. Только для уничтожения вражеских камнеметов.
  Полки Варуна взяли города Алеппо и Антиохия. При штурме Антиохии был убит князь Боэмунд младший.
  Истома взял города Яффа, Кесарея и осадил Иерусалим. Вскоре к городу подошла и пешая рать во главе с Меркулом. Стены города за последние два века не раз брались штурмом и разрушались. Последний раз стены были разрушены эмиром города Керака Ан-Насир-Даудом три года назад. Крестоносцы еще только начали восстанавливать стены. Поэтому, особой прочностью они не отличались. Хотя, окружающие город сухие рвы были глубокими.
  В городе засел король Боэмунд старший с главными силами крестоносцев. Всего их было около пяти тысяч, из них около тысячи рыцарей.
  Русских было примерно столько же. Осаждавшие имели шесть осадных пушек, полсотни полевых орудий и сотню пищалей. Близко к стене города подводили полевую пушку и делали несколько выстрелов, чтобы вызвать на нее огонь крепостных требушетов. Когда камнеметы обнаруживали себя, их накрывали навесной стрельбой разрывными и зажигательными бомбами. Баллисты с башен сбивали прямой наводкой ядрами.
  Уничтожив все камнеметы, подвели осадные пушки ближе к стенам и принялись крушить их. На пятые сутки осады в стенах были сделаны шесть больших проломов. Пленные засыпали рвы у проломов.
  На следующий день Святой город был взят. Потери русских составили около полусотни воинов убитыми и полторы сотни ранеными. Рыцарей перебили всех. Короля с родичами - тоже. Рядовых крестоносцев взяли в плен около двух тысяч. Местные жители от участия в обороне города постарались уклониться, поэтому, среди них потери были небольшими.
  17-го ноября в Иерусалим прибыл император Русский Юрий. Вместе с Императором прибыли патриархи Русский и Константинопольский. Улицы уже успели очистить от обломков разбитых ядрами зданий. Поэтому, царский конвой вступил в Яффские ворота во всем своем блеске, под грохот пушечных салютов, звон колоколов и пение труб. Через эти же ворота некогда въехал в город на ослике сам Спаситель Иисус Христос.
  Император Юрий Всеволодович со свитой расположился в королевском дворце. Патриарх Русский Максим занял бывшую резиденцию ордена рыцарей Госпитальеров, а патриарх Константинопольский Михаил - Патриарший дворец. Конвой Императора и прибывшая из Руси команда приказных служак, которой предстояло стать Управой Иерусалимской земли, заняли цитадель города - башню Давида.
  До конца ноября в город прибывали гонцы, сообщившие о захвате всех городов и земель крестоносцев.
  Остались не взятыми только Дамаск - столица султана Аль-Ашрафа из рода Саладина, династии Аюбидов, и сильно укрепленный город Керак - столица эмира Ан-Насир-Дауда, племянника султана.
   К этим городам Юрий двинул две конные рати, усиленные гуляй-городками и артиллерией. Полки пешей рати Меркула встали гарнизонами по крупным городам новой русской земли.
  Воевода Антип взял Керак. Однако, рать воеводы Зосима у стен Дамаска попала в трудное положение. Пушки еще не успели разбить стены города, как русские воины оказались окружены большим войском мусульман.
  Султан собрал своих эмиров и беев и выставил против Зосимы более 35 тысяч воинов, однако в решительное сражение вступать не спешил. Ратники Зосима оказались окружены у стен Дамаска в своем гуляй-городе. Попытки штурма городка русские воины отбивали огнем пушек и пищалей. Однако, выйти из городка не могли, не будучи немедленно атакованными легкой конницей арабов. А нести потери Зосима не хотел. Воевода сумел послать гонцов к императору.
  Юрий направил к Дамаску конную рать Антипа и пешую рать Бажена. Султан решил атаковать движущиеся к Дамаску русские войска на марше и подготовил засаду. Эмиры султана расположили свои войска с обеих сторон дороги за холмами, в полусотне верст от Дамаска, рассчитывая захватить противника врасплох.
  Однако, легкоконные дозоры русских обнаружили расположившихся в засаде мусульман. Полной внезапности эмиры не добились. Русские успели построиться в оборонительный порядок и изготовить к стрельбе пушки. Правда, единый гуляй-город поставить не успели. Выставили шесть отдельных стенок из повозок, за которыми расположили все пять десятков пушек и сотню пищалей. Фланги стенок пехота и спешившиеся конники прикрыли стеной щитов.
  Атакующих всадников султана встретили картечью и стрелами. Тяжело вооруженные русские воины устояли и отбили атаку легкой мусульманской кавалерии. После этого боевой пыл мусульман угас. Артиллерия, как всегда оказала свое ошеломляющее действие. Воины султана обратились в бегство. Конные полки Антипа пустились в погоню.
  Султан с эмирами укрылись в Дамаске. Хотя мусульмане понесли серьезные потери, в городе собралось около пятнадцати тысяч воинов. Осаждающих русских под стенами собралось около девяти тысяч. При сотне полевых орудий, пяти осадных пушках и сотне пищалей.
  Древний город имел внешние стены длиной в пять верст с многочисленными башнями цитадель в на холме в центре города. Правда, стены были сложены из рыхлого песчаника. Осаждающие, в силу недостаточной численности, не имели возможности плотно обложить город. Поэтому, воеводы поставили против пяти городских ворот по малому гуляй-городку из сорока повозок. В каждом разместили по одной осадной пушке, по десятку полевых орудий и по два десятка пищалей, по полутысяче пехоты и по три конных сотни.
  За два дня разбили воротные и соседние с ними башни. Затем, как обычно, имитируя приступы, выбивали картечью из проломов защитников. Через восемь дней осады силы осажденных значительно уменьшились. Надежда султана Аль-Ашрафа отсидеться в осаде до подхода помощи от брата - султана Египта Аль-Малик-Салиха развеялись, как дым от костра.
  В ночь на девятый день уцелевшие защитники спустились со стен между гуляй-городками русских, прошли через тайные подземные ходы и ушли в окружающие город холмы. Русские их не преследовали. Султан Аль-Ашраф с верными воинами ушел через горы в Египет к брату.
  Русские рати вступили в богатейший город Востока, ни разу не взятый крестоносцами, несмотря на многочисленные попытки. В городе взяли богатейшие трофеи, не уступающие венецианским. Весь восточный берег Средиземного моря, включая мусульманские Дамаск и Керат, был захвачен войсками императора Юрия Всеволодовича.
  За зиму Император провел перегруппировку войск. Весь конный фем стратига Истомы, усиленный полевой артиллерией, был сосредоточен на западной границе новой русской земли, на случай нападения султана Египта.
  Конный фем Варуна передислоцировался на восточную границу для боевых действий против Конийского султаната.
  Пеший фем Меркула остался полковыми гарнизонами в крупнейших городах, за исключением рати воеводы Бажена, целиком сосредоточенной в Иерусалиме - стольном граде новой русской земли.
  Столоначальники новообразованной земельной Управы нарезали уезды, волости и поместья. Расписывали туда наместников, волостителей, дворян и малодворцев. Определяли размеры податей с селян и горожан. Земли эти были богатейшими. Нужно было только дать им пару десятков мирных лет, избавив от грабежей крестоносцев и мусульман.
  Патриарх Максим утверждал епископов, приходских священников, настоятелей монастырей. Православные церкви и монастыри греков, армян и коптов не трогали.
  Католических священников, присягнувших императору тоже оставляли на местах, однако протоиереев в бывшие католические приходы назначали из русских. Как и архимандритов и игуменов в бывшие католические монастыри. Достаточное количество священнослужителей патриарх привез с собой. Митрополитом новой русской земли Максим назначил епископа Епифания.
   До собора всех христианских патриархов, который изберет Иерусалимского патриарха, пройдет еще немало времени. А в его будущей патриархии окажутся русские, армянские, коптские и греческие приходы. Большинство русских, само собой.
  В это же время, когда Император воевал Святую землю, конный фем стратига Ульяна был переброшен на кораблях Балтийского флота из Ирландии на запад Пиренейского полуострова в Гранадский эмират.
  Фем с боем высадился в порту Малага. За зиму воеводы Ульяна взяли штурмом все города эмирата. Взятые трофеи поражали воображение. Взятое золото и серебро, драгоценная утварь отправлялась на кораблях по Средиземному морю на Родос и далее на Русь во Владимир. На этих же кораблях плыли искусные мавританские мастера.
   На бывшей территории эмирата была образована Гранадская земля в составе Русской империи. Земля граничила на суше с королевством Кастилия. Ульяна Император назначил наместником, а его полки встали гарнизонами в городах новой земли.
  
   16. Конийский султанат.
  Чтобы полностью подчинить Руси все территории, оговоренные в мирном договоре с Великим ханом монголов, Юрию Всеволодовичу осталось покорить Конийский султанат. Мешкать с этим не следовало. Юрий знал, что вскоре Великий хан Угэдэй умрет. А что взбредет в голову его возможным наследником, было не понятно. Ведь известный царю Ивану Васильевичу наследник Угэдэя Гуюк погиб в битве у стен Рязани.
  Конийский султанат, занимавший большую часть территории Малой Азии, был сильным государством, а султан Кей-Кубад - сильным правителем. Он сумел отразить нападение монголов на восточные границы султаната. Он остановил на горных перевалах совместное нападение византийских и болгарских войск, инспирированное русским Императором. Однако, византийцы серьезно потеснили султана, захватив всю западную равнинную часть Малой Азии. Болгары захватили земли бывшей Трабзонской империи, вассальной султану.
  Всю среднюю часть Малазийского полуострова занимало Анатолийское нагорье, ограниченное довольно высокими горными хребтами. С севера - Понтийскими горами, лежащими вдоль берега Черного моря, а с юга - Таврскими горами, протянувшимися вдоль средиземноморского берега. На этих естественных оборонительных рубежах и остановил султан наступление болгар и византийцев.
  Захватив Иерусалим, Юрий Всеволодович направил посольство в столицу султаната город Иконию. Послы обещали султану Кей-Кубаду, что, если он принесет вассальную присягу Русскому императору, тот использует свое влияние для остановки наступления византийцев и болгар.
  В противном случае Юрий угрожал присоединиться к нападающим. Условия вассалитета были обычными: выплата умеренной ежегодной дани, прием имперского пристава и русского гарнизона в крепости вблизи от столицы. Разрешение русской православной церкви основывать приходы на землях султаната. Взаимная свободная торговля. За это император обещал султану защиту от внешних врагов: монголов и других сельджукских эмиров.
  Султан ответа послам не дал, взяв время на раздумье и совет с эмирами.
  Пока султан раздумывал, Юрий Всеволодович решил посетить святые места Святой земли. Прежде всего, он вместе с патриархом Максимом посетил святые места Иерусалима: Храм гроба Господня, воздвигнутого на горе Голгофа, где Христос принял свои страдания, смерть на кресте и положение во гроб; Сионскую горницу, где прошла Тайная вечеря; крепость Анторию, где Понтий Пилат судил Христа, часовню Вознесения Христова; прошел пешком весь Крестный путь Господа.
  Император совершил трехнедельное паломничество по святым местам Святой земли вне Иерусалима: побывал в Базилике Рождества Христова, посетил монастырь Преображения Господня, монастырь Малой Галилеи, где Христос явился ученикам после смерти, часовню Воскресения, а также многие другие места, связанные с деяниями Христа, библейских пророков и апостолов Господних.
  Султан Кей-Кубад, будучи сильным и умным правителем, прекрасно понимал, что против объединенных сил Руси, Византии и Болгарии ему не выстоять. От своих купцов, торговавших с византийцами, он знал, что от русских пушек спасения нет. Они ломают любые стены. Однако, самолично принимать предложения, а точнее, ультиматум императора Юрия он поостерегся, опасаясь быть смещенным своими эмирами. Султан созвал совет эмиров, где огласил предложения Русского императора.
  Эмиры, услышав, что им со своих владений придется, помимо податей султану, платить еще и дань императору сильно возмутились и потребовали воевать до победного конца.
  Султан провел перегруппировку войск. Выявив наиболее агрессивно настроенных эмиров, повелел им выдвигать свои рати к границам Сирии, занятой русскими. Свои же собственные войска, он направил на западную границу воевать против византийцев. А оставшимся лояльными султану эмирам повелел держать оборону против болгар.
  Юрий сообщил императору Византии Ватацу и царю Болгарии Александру, что намеревается вторгнуться в султанат, как только растает снег на перевалах, то есть, в начале мая.
  Византийцы и болгары, стремясь прихватить побольше конийских земель, атаковали султанат в конце апреля. Но прорвать укрепленные позиции турок - сельджуков на перевалах не смогли.
  За зиму турки серьезно укрепили горные перевалы, ведущие с приморских равнин в Анатолию. Они построили на перевалах стены и установили за стенами камнеметы. С перевальных высот требушеты и баллисты метали горшки с греческим огнем на большие расстояния. А камнеметы наступающих, стреляющие с низу, до них не доставали.
  2-го мая 1241 года конный фем Варуна вторгся на территорию султанта. Каждая рать фема была усилена гуляй-городом и артиллерийским полком из пешего фема Меркула, также девятью осадными пушками. Рати вступили в равнинную область, именуемую Малой Арменией. Лет двадцать назад они принадлежала Армянскому царю, затем была захвачена сельджуками. Большую часть населения области составляли православные армяне и греки. Поэтому, Юрий намеревался присоединить ее к Иерусалимской земле.
  Рать воеводы Творимира двинулась прибрежными равнинами на запад вдоль морского берега к городу Адана. Рать воеводы Ферапонта пошла на восток к городу Антеп. Третья рать воеводы Порфирия, с которой следовал сам Варун, продвигалась в двух дневных переходах за ратью Творимира.
  Варун надеялся, что полководцы сельджуков не будут отступать через перевалы на Анатолийское нагорье, а сочтут разделение русский войск ошибкой русского стратига и атакуют одну из ратей.
  Варун переоценил сообразительность эмиров султана. Имея двух кратное численное превосходство над русским фемом, они атаковали бы и весь фем целиком, понадеявшись на свой численный перевес. Как только эмиры выяснили расположение русских ратей, они собрали все свои отряды в одно войско и ударили. Удар сельджуков пришелся на рать Порфирия.
  Заблаговременно предупрежденные разъездами конных стрелков о подходе с севера крупных сил турок, Варун и Порфирий выстроили гуляй-город полукругом в обширном поле на высоком западном берегу небольшой речки. С севера и юга поле ограничивали лесистые холмы.
  Зная, что русских в гуляй-городке не более четырех тысяч, эмиры бросили 23 тысячи своих воинов на штурм с напольной стороны. С востока атаковать было затруднительно из-за необходимости переходить быструю речку вброд и взбираться на береговой откос.
   По русским меркам, большую часть турецкого войска составляли легкоконные стрелки. Средняя конница, по вооружению примерно равная русской, составляла не более пятой части.
  В середине дня 6-го мая турки с трех сторон атаковали русский лагерь. Чтобы не напугать противника раньше времени, Варун приказал пушки и гауфницы в бою не применять. Только пищали и луки. С каждой повозки гуляй-города по противнику стреляли одна пищаль и два лучника.
  Пищальники били картечью. По 12 четырех линейных (диаметром 1 см) свинцовых картечин в заряде. Один выстрел в минуту. Лучники гуляя через амбразуры в щитах повозок стреляли прицельно. По 10 - 15 стрел в минуту. Картечины и стрелы мощных русских луков пробивали щиты и кольчуги сельджуков. Конные стрелки, спешившись за стеной, осыпали противника стрелами навесом. Воины гуляя рубили турок, пытавшихся перебраться через стенку.
  Первый натиск был отбит. Поле вокруг гуляя усеяли трупы воинов и коней. Тогда, сельджуки закрутили карусель конных стрелков вдоль стены городка, навесом посылая стрелы в городок. Стрелять им приходилось с дальней дистанции, поскольку ближе их не подпускали лучники гуляя. Русские конники выстроились в плотном конном строю в каре внутри гуляя, прикрывшись щитами. Большого вреда падающие сверху на излете стрелы сельджуков не наносили. Зато, пули пищалей валили с ног лошадей и вышибали всадников из седел.
  Понеся значительные потери, эмиры прекратили штурм и окружили русский городок своими станами. Они решили дождаться подхода камнеметов с греческим огнем. Так прошла ночь.
  Творимир, получив сообщение от Варуна о появлении крупных сил турок, сразу развернул свою рать и в максимальном темпе двинулся на соединение к Варуну.
  Ратники Творимира успели раньше, чем к сельджукам подвезли камнеметы. Они вышли на поле боя в конце второго дня.
  Выйдя из прохода между холмами, ограничивающими поле боя с запада, Творимир развернул повозки гуляя в шеренгу поперек дороги. Между повозками гуляя двигались артиллерийские упряжки, прикрытые спешенными воинами одного из конных полков, а также пищальниками и лучниками легкоконного полка.
  Обычный состав конного фема из трех конных, одного пищального и одного легкоконного полка был усилен артиллерийским полком и полком гуляй-города. В усиленную таким образом рать входило четыре тысячи воинов, полсотни пушек, сотня пищалей и сотня боевых повозок.
  Завидев подходящего нового противника, еще не огородившегося повозками, эмиры бросили всех своих воинов в атаку, надеясь задавить русских числом.
  По команде Творимира повозки развернулись бортом к неприятелю. На них выстроились расчеты пищалей и лучники. Пушки и гауфницы установили между повозками и изготовили к бою. Все орудия зарядили картечью. Перед орудиями встали в одну шеренгу воины.
  Когда атакующая лавина турок сблизилась на сотню шагов, по сигналу труб пехотинцы расступились в стороны, открывая жерла пушек навстречу врагу. По второму сигналу все орудия и пищали грянули единым залпом.
  Эффект, как всегда, был ошеломляющим. Первые ряды атакующих просто смело. Остальные были ослеплены пламенем выстрелов и оглушены грохотом залпа. По замешкавшимся туркам артиллеристы успели дать еще один залп, а пищальники - целых три, прежде чем турки опамятовались и бросились бежать. Они намеревались обтечь гуляй-город, стоящий на берегу речки, с флангов и переправиться вброд.
  Однако, когда вал бегущих воинов достиг берега, из гуляя грянул залп. Орудия били вдоль берега. Два десятка гауфниц смели картечью всех, кто оказался ближе двухсот шагов к гуляю. Пушки стреляли ядрами, а пищали - пулями. Ядра прошивали ряды бегущих турок насквозь и врезались в склоны окружающих поле холмов. На своем пути чугунные ядра рвали на куски тела людей и коней. Пули тоже выбивали всадников, но поодиночке.
  Те турки, кто соображал медленнее и оказался в задних рядах, развернули лошадей и поскакали к холмам. Однако, продраться на конях через густой лес с подлеском из колючего кустарника, которым поросли холмы, было невозможно. Турки бросали коней и удирали через кусты пешим ходом.
  Разгром сельджуков был полным. На поле осталось около 12 тысяч убитых и тяжело раненых, которых добили, что бы, не мучились. По полю бродили около 9 тысяч лошадей, лишившихся всадников.
  Потери русских убитыми и тяжело раненными составили менее сотни воинов.
  До конца мая вся область Малая Армения с крупными городами Антеп, Адана, Кадир и Мерсин была захвачена русскими. Все города области сдались без боя. Там где турецкие гарнизоны вознамерились обороняться, их вырезали восставшие христиане. Малая Армения стала пятым уездом Иерусалимской земли.
  5-го мая в черноморском порту Синоп русский военный флот высадил пеший фем стратига Дивея. Береговые башни порта с установленными на них камнеметами были разрушены артиллерией. Сколь-нибудь крупных воинских сил турок в городе и его окрестностях не оказалось. До конца мая вся провинция Синоп до Понтийского горного хребта была захвачена. Юрий объявил ее еще одним уездом Крымской земли.
  29-го мая к императору Юрию Всеволодовичу прибыли послы от султана Кей-Кубада с согласием на все условия императора. Юрий отправил послов назад, подписав договор с дополнением, что провинции Малая Армения и Синоп отходят под его власть. Султан вынужден был согласиться.
  Болгар и византийцев Кей-Кубаду удалось удержать на прежних рубежах.
  26-го июня в городе Икония состоялся, после подписания договора между Русским императором Юрием Всеволодовичем и Конийским султаном Кей-Кубадом, торжественный смотр русских ратей из фемов Варуна и Дивея. Присутствовали император Византийский Дука Ватац и царь Болгарский Александр. Они тоже подписали с султаном мир на достигнутых ими рубежах. В смотре участвовали войска всех присутствующих государей.
  После последовавшего за смотром пира государей, состоялась церемония обручения племянника императора Русского Святослава с дочерью султана Азизой.
  Стратегические задач, поставленные Юрием Всеволодовичем были решены.
  Вся разграничительная линия между зонами влияния Руси и Монголиьской империи была занята русскими войсками или войсками вассальных Руси государств.
  Католическая церковь в Европе была уничтожена. Православие стало единственной христианской религией.
  Все сильные католические государства Европы были разгромлены и оказались под властью Русского императора.
  Император Юрий со свитой и конвоем из Иконии отбыл в Синоп, а оттуда во Владимир.
  
   17. Дела текущие.
  На пути из Синопа Император, по обыкновению, посетил все земли, оказавшиеся на его пути: Крымскую, Приднестровскую, Переяславскую, Новгород-Северскую, Мценскую и Рязанскую.
  Императорский поезд ехал по главной стратегической дороге, соединившей все стольные города русских земель. По всей дороге велись строительные работы. Дорога переустраивалась по древнеримскому образцу. Засыпалась песком, щебнем и мостилась известняковыми плитами или булыжником. Вместо деревянных мостов строились каменные.
  Рабочих в Дорожном Приказе хватало. Благодаря последним завоеваниям императора, зафрактованные Казенным Приказом купеческие караваны по морю и по суше везли взятых в Европе пленных. Хватало и нанятых в Европе дорожных и горных мастеров. Ремесленники со всей Европы жаждали поступить на службу к великому Императору Руси. Так, как на Руси, мастерам не платили нигде. Да и статус мастеров был на Руси был выше, чем где либо еще.
  По обыкновению, Юрий устраивал во всех стольных и уездных городах смотр войск, проверял работу наместников и управ, заслушивал земских представителей. Наказывал нерадивых и жаловал добросовестных. Так что, во Владимир Император добрался только в середине октября, как раз к началу затяжных осенних дождей.
  По всему пути императорский поезд встречали восторженные толпы селян и горожан. Конвой с трудом оттеснял простой люд, рвавшийся хотя бы прикоснуться к колесу императорской кареты. В народе Юрия Всеволодовича считали исключительным счастливцем, над которым простер свою длань сам Господь.
  И в самом деле, за все свое царствование, длившееся уже почти 30 лет, Юрий не потерпел ни единого поражения в сражениях, и все его замыслы завершались большой прибылью для государства. Жизнь русских людей, и селян, и горожан, и мастеров, и купцов, и священнослужителей, и само собой, дворян, за время его правления стала куда богаче и куда спокойней.
  Про между усобицы князей и бояр уже забыли, почти всех татей переловили. Внешние враги Русь больше не тревожили. Во всех храмах на каждой воскресной службе священники пели осанну императору Юрию Всеволодовичу и рассказывали о его подвигах во имя христианской православной веры.
  Из зачитываемых глашатаями на площадях и развешиваемых на специальных местах императорских манифестов люди знали, что император в неимоверном далеке поверг в прах злобного Римского Папу, всех католиков обратил в православие, поверг в прах неверных мусульман в далеких Гранаде, Сирии и Анатолии. Отбил у католиков Святую землю и Гроб Господень, совершил вместе с патриархом Максимом паломничество по всем Святым местам.
  Простые люди уверовали, что на того, кто коснется какой-либо царской вещи, перейдет частица удачи Юрия. Обожание народом Юрия Всеволодовича превзошло все мыслимые пределы. А если кто спьяну или по дури возводил хулу на Императора, того люди сами хватали и волокли в местные службы Тайного Приказа. Там им воздавали по заслугам. В Дорожном Приказе работы хватало всем.
  Въезд Императора во Владимир прошел как обычно: под гром пушек, звон колоколов и ликующие вопли народа.
  Юрий Всеволодович ожидания людей не обманул. Вечером состоялись народные гуляния по высшему разряду. Такие же, как после разгрома монголов. Низвержение католической церкви и завоевание Святой земли того стоили.
  В городе Юрия Всеволодовича уже дожидались послы от венгерского короля Андраша с предложением своего монарха заключить с Юрием вассальный договор.
  Неожиданно для Императора, во Владимире оказались также послы от короля Кастилии и Леона Фердинанда, короля Арагона Хайме и короля Португалии Саншу. Монархи королевств Иберийского полуострова, впечатленные мгновенным разгромом Гранадского эмирата, с которым они с переменным успехом воевали вот уже пять веков, сами решили просить вассалитета у Русского императора, не дожидаясь участи Французского и Английского королей.
  Само собой, архиепископы этих королевств добровольно присоединились к церковной Унии. Послы архиепископов ожидали прибытия патриарха Максима для установления меж церковных отношений и получения из первых уст сведений о предстоящем Вселенском церковном Соборе в Иерусалиме.
  Прежде чем вплотную заняться делами империи, Юрий решил разобраться с посольствами.
  Прежде всего, был подписан и отмечен торжественным пиром давно назревавший вассальный договор с Венгерским королем. На подписании присутствовал брат Иван с супругой Елизаветой Венгерской, дочерью Андраша, и их детьми.
  Затем, поочередно, Юрий принял послов испанских королей. Каждому вручил проект вассального договора и предложение об обручении дочерей монархов с одним из его многочисленных племянников. Условия вассалитета были вполне милостивыми, примерно такими же, как с православными Грузией и Арменией.
  Патриарх Максим принял архиепископов церквей Кастилии, Леона, Арагона и Португалии. Проинформировал их о грядущем всецерковном соборе в Иерусалиме и будущих выборах Иерусалимского патриарха. Подписал с ними договоры о межцерковных отношениях. Само собой, на территориях королевств разрешалось свободное открытие приходов русской православной церкви.
  После совместного со всеми испанскими послами и архиепископами пира, они были отпущены по домам, в сопровождении послов Императора к королям Кастилии и Леона, Арагона и Португалии.
  Юрий надеялся, что его будущий наследник, через будущих внучатых племянников мирно и почти добровольно приберет к рукам эти монархии.
  Затем Юрий заслушал подробный доклад дьяка Тайного Приказа о положении в Монгольской империи.
  Малюта доложил, что по сведениям от купцов - соглядатаев монголы продолжают завоевательные войны.
  Империя Сун изнемогла от постоянных нпаденией монголов. Император Ли-цзун запросил у монголов перемирия. Они подписали договор, по которому Сун платит монголам ежегодную дань в 200 тысяч слитков серебра, это по нашему примерно 300 тысяч гривен и 200 тысяч кусков шелка.
  Империя Корэ тоже запросила мира и платит монголам ежегодную дань. Император Коджон отдал своих дочерей монголам в качестве заложниц.
  Чагатай захватил северные области Индии. Однако, султану Ала-ад-Дин Аль-Хильджи пока удается отбиваться. Боевые действия продолжаются с переменным успехом.
  Нойоны Чормаган и Субэдэй успешно воюют в Персии. Чорманган завоевал земли Хорасан, Фарс и Мазандаран. Субэдэй взял земли Мосул и вторгся в землю Ирак.
  - Соблюдают ли монголы разграничительные линии, установленные нашим с ними договором? - вопросил Император.
  - В основном соблюдают. Мелкие стычки бывают, но наши вассалы, цари Армении и Ширвана с ними договариваются, пограничные споры урегулируются.
  Тут имеется интересное обстоятельство. Чормаган действует от имени хана Чагатая. А Субэдэй - от имени хана Бату. Однако, Персия, как и Индия, по завету Чингис - хана отданы в улус Чагатаю. Но, хан Бату, не сумев захватить Русь, половецкие степи и Булгарию, оправившись от тяжелого поражения, подавил восстания башкир, туркмен и буртасов и решил влезть в земли, выделенные Чагатаю. В результате между Бату и Чагатаем возникла вражда. Дело доходит до вооруженных стычек отдельных отрядов.
  - Что же Великий хан Угэдэй? Как он на это смотрит?
  - Угэдэй болеет, и болеет тяжело. Он долгое время злоупотреблял вином и хмельным айраком. Не до этого ему.
  - Ну, что же, это хорошие новости! Завтра приходи ко мне вместе с дьяками Пафнутием, Потапом и Остромиром. И своих подъчих, кто в монгольских делах разбирается, с собой прихватите.
  Дьяки с подъячими уже собрались в малой палате Императора, когда вошел он сам. Поздоровавшись, сел во главе стола и вопросил:
  - Что скажете дьяки? Как нам использовать свару между Бату и Чагатаем?
  - Хорошо бы их стравить между собой, - высказался дьяк Посольского Приказа Остромир.
  - Правильно молвишь, - сказал государь, - и драться они должны подольше. Какими силами они располагают?
  - По моим сведениям, Чагатай может собрать до 60 тысяч воинов. - Первым высказался Малюта. - Из них 20 тысяч уже воюют в Индии.
  - Кроме того, имеется еще корпус Чормагана, а это около 30 тысяч воинов, по поручению Великого хана действующий в Персии в интересах улуса Чагатая. - Дополнил дьяк Воинского Приказа Потап.
  - По моему мнению, Чормаган в усобицу между чингизидами без прямого указания Великого хана встревать не будет, - высказался Остромир.
  - Вот что я вам скажу, дьяки. Было мне видение. Умрет в скорости Угэдэй. - Это Иван Васильевич помнил совершенно отчетливо. - И начнется в империи Чингиза замятня. И мы должны в этот огонь дровишек подбросить.
  Дьяки уважительно замолчали.
  - Неужели, Государь, тебе снова архангел явился? - С трепетом спросил дьяк Приказа Заграничной торговли Пафнутий.
  - Он самый, Гавриил. Во всем блеске. Похвалил, от имени Господа, за успех в объединении церкви Христовой. И благословил на дальнейшие свершения. Так что, будем и дальше стараться, други мои!
  - У Бату всего может быть до 30 тысяч воинов. Из них 20 тысяч под водительством Субэдэя и сына его Урянхая воюют в Месопотамии. Если Чагатай нападет на Бату, то ему не удержаться. Захватит Чагатай его улус. - Высказался Потап. - А Субэдэй не успеет вмешаться. Да и побоится, вероятно, в свару между чингизидами встревать.
  - Тогда нам имеется прямой смысл поддержать Бату. Лучше иметь под боком слабого Бату, чем сильного Чагатая. - Заявил Остромир.
  - Если у них начнется смута, тогда имеет прямой смысл хану Бату помочь нашей воинской силой. - С воинской прямотой заявил Потап.
  - Ну что же. Похоже, наша стратегия вырисовывается. Сделаем так. - Заключил Император. - Остромир! Готовь посольство в Каракорум, к великому хану. Посольство пышное, с дарами богатыми. Сам поедешь. Повезешь мое предложение хану. Включить в мою зону влияния еще и Египет. Самим им в Египет пробраться трудно. Только через Синайскую пустыню, поскольку Сирию мы себе взяли. Предложишь за это выкуп - 30 тысяч гривен. Они не согласятся. Потребуют больше. Ты будешь с ними долго торговаться. Нам нужно иметь в Каракоруме свои глаза и уши, когда там начнется смута. Это первое.
  Теперь второе. Остромир и Пафнутий! Вы готовьте тайное посольство к Бату. Под видом богатого купеческого каравана с охраной. Пафнутий, поедешь сам. В феврале следующего года. К этому времени в Сарае уже будут знать о смерти Угэдэя. Тайно войдешь в контакт с Бату, и пообещаешь ему военную помощь, в случае войны с Чагатаем. Конкретно пообещаешь: один русский конный фем с пищалями, по одному фему от грузин, армян и ширванцев с греческим огнем и баллистами. Всего - 40 тысяч воинов. Чагатая мы разгромим. Даже если к нему присоединится Чормаган.
  За это Бату признает за нами право на Египет. Пока вы доберетесь, Великий хан уже умрет. Так что Бату согласится. Договор не пишите. Пусть все будет на словах.
  И третье. Пафнутий и Малюта! Снарядите побольше купеческих караванов в циньские земли. Знаю, что по вашим последним данным, они еще далеки от успеха с порохом. Но, работы они ведут. Нам нужно точно знать, как у них сейчас идут дела с огнестрельным оружием.
  Само изготовление пороха нас не интересует, да и охраняют его, наверняка, строго. А вот восковые испытания и войсковые учения в тайне не сохранишь. Слишком много народа в них задействуется. Мне нужно точно знать, какую дальнобойность и скорострельность они смогли обеспечить. Какая у них сила снарядов, разрывных и зажигательных. Ну и, если это возможно, когда наступит смута, хорошо бы взорвать самые лучшие мастерские вместе с мастерами. Но, что бы нас в этом обвинить не могли. Вроде как, сами взорвались. Порох он такой, взрывоопасный.
  На этом все, дьяки! Выполняйте!
  На следующий день Юрий вызвал к себе дьяков Секретного, Бронного и Воинского приказов.
  - Побывал я, дьяки, в военных походах и в Италии и в Святой земле. Посмотрел как наши рати сражаются. Хорошо сражаются. Добрые войска мы воспитали и хорошим оружием снабдили.
  Однако, заметил я одну слабость. Конным фемам для штурма городов приходится придавать артиллерию. Пищали стены разрушить не могут. А полевые пушки сразу вдвое снижают темп движения фемов. А быстрый маневр - главное преимущество конных фемов перед пешими. Все же, эти пушки хороши в пеших фемах.
  А для конных фемов нужно сделать специальную легкую пушку. Перевозиться она должна во вьюках лошадей. И разборный лафет ее тоже должен перевозиться во вьюках.
  Что скажешь Потап?
  - Истину глаголешь, государь. Сам я уже об этом думал. Нужно огневую мощь конных фемов усилить. На сотню пищалей в конную рать нужно бы добавить десятка два - три таких легких пушек.
  - А ты что скажешь Ратмир?
  - Думаю, государь, сделать это не сложно. Отозвался дьяк Секретного Приказа. - Пищаль у нас имеет дюймовый калибр, а полевая пушка - трехдюймовый. Такая вьючная пушка может иметь калибр в два дюйма. Весить она будет примерно четыре пуда с половиной, то есть, лошадь ее в специальном вьюке легко свезет. И лафет сделаем сборный из двух половин, под каждую половину специальный вьюк. Так придумаем, чтобы пушку на лафете за час собирать. Ствол сделаем длиной в 40 калибров, чтобы скорость ядра была выше. Стены из песчаника толщиной в сажень такие пушки, если долбить в одну точку, пробьют. Для перевозки ядер и бочонков с порохом тоже сделаем специальные вьюки.
  - Ратмир, тебе месяц даю на выпуск пяти пробных пушек и месяц на испытания. Испытывать будете вместе с Бронным Приказом. Испытывайте стрельбой не только по чучелам, но и по стенам.
  Ты, Савва, по результатам испытаний, определи вместе с Потапом, сколько таких пушек нужно иметь в конном феме. И сделаете заказ Ратмиру. Именовать их будем 'большими пищалями'. Что бы враги не догадались, раньше времени. На окончательные испытания не забудьте меня пригласить. Люблю я это дело. Сам хочу пострелять, побаловаться.
  Затем Юрий повелел собрать внеочередное заседание Синклита. Повестку дня заранее, вопреки обыкновению, он не объявил. Войдя в палату заседаний Синклита, прошел к своему столу, стоявшему на возвышении напротив места председательствующего, сел и оглядел собравшихся дьяков Приказов. Дьяки при появлении Императора встали со своих мест и поклонились в пояс, насколько позволил им стол, за которым они сидели.
  - Разреши открыть заседание, Государь, - обратился к Юрию председательствующий на этом заседании дьяк Челобитного Приказа Матвей.
  - Разрешаю.
  - Прошу садиться, уважаемые дьяки. Государь дозволяет открыть заседание. Заседание от сего числа 26 октября месяца 1241 года объявляю открытым.
  - Вот что други, хочу я вам сказать - начал Государь, - свои большие планы, задуманные без малого 30 лет назад, по воле Господа и научению Архангела Гавриила, я исполнил. Русь объединил, монголов разбил, соседние царства покорил. Теперь думаю, что дальше делать. Хочу вот, с вами посоветоваться.
  Дьяки надолго озадаченно замолчали. Юрий их не торопил.
  - А давай, Государь, монголов до конца разобьем! И все их царства захватим, - азартно воскликнул дьяк воинского Приказа Потап.
  - Мысль хорошая, потом ее обсудим, - не стал расхолаживать дьяка Юрий. - Что еще предложите?
  - Можно все мусульманские государства на западном берегу Средиземного моря покорить, это попроще будет, - предложил дьяк Посольского Приказа Остромир.
  - Незачем нам так разбрасываться! Ты, Государь уже столько земель покорил, дай бог нам их освоить, - остудил пыл товарищей дьяк Сельского Приказа Арсений. - Нужно продолжать освоение всех уже завоеванных земель: Прибалтики, Дикого поля, Крыма, Святой земли, островов. Туда еще много денег и людских ресурсов потребуется вложить.
  - Прежде всего, чтобы земли осваивать, нужно дороги строить, - высказался дьяк дорожного Приказа Алферий. - Мы еще в коренных русских землях дороги не переложили по древнеримскому образцу, а теперь нам нужно дорогу через Ширван, Армению и Грузию до самой Святой земли строить. А также дорогу через германские, французские и испанские земли до Гранады. Хорошо бы еще и дорогу до Святой земли через Болгарию, Византию и Конийский султанат проложить.
  Это будет не так уж затратно. Мой подъячий Идар по тем местам проехал. Он доложил, что древние римские дороги в тех землях почти полностью сохранились. Хоть и прошло с римских времен восемь веков. Крепкие дороги строили римляне. Лишь кое-где местный люд булыжник из них растащил. Нужно только их расчистить, да мосты восстановить порушенные. И кстати, пленных из тех мест незачем на Русь гнать. Можно их там же на строительство и ремонт дорог задействовать.
  - Вот это правильная мысль, Алферий, готовь про это решение Синклита!
  - Коль уж дороги будем строить, так и почтовую службу нужно расширять. - Выступил дьяк Почтового Приказа Асташ. - И ямскую тоже. У монголов, я знаю, на ямских станциях по полутысяче подменных лошадей содержат, а у нас лишь по паре десятков. Перво-наперво, хотя бы по сотне подменных лошадей на станцию нам нужно иметь.
  - Это еще зачем? - возмутился дьяк Казенного приказа Конон, - Это ж какие затраты казны на их содержание потребны!
  - А вот как раз, чтобы казну пополнять! - ответил Асташ. - Предлагаю не только письма по почте за плату возить, но и грузы в виде посылок. За хорошую плату! За срочную доставку грузов купцы, я думаю, хорошие деньги согласятся платить!
  - Что скажешь, Аникей? - обратился Император к дьяку Городового приказа, который ведал в том числе и внутренней торговлей.
  - Считаю, нужное это дело. Купцы за быструю доставку грузов платить готовы. А коль скоро мы дороги расширяем, то и перевозку грузов по ним следует увеличивать.
  - Целиком поддерживаю, для внешней торговли это тоже будет весьма полезно, - поддержал предложение дьяк Приказа Заграничной торговли Пафнутий.
  - Да и перевозку казенных и воинских грузов можно будет ускорить! - присоединился дьяк Бронного Приказа Савва.
  - И воинские подразделения до сотни включительно, можно будет ускоренно перебросить, в случае нужды! - поддержал товарищей дьяк Воинского Приказа Потап.
  - Ну, раз вы все за это, готовьте решение Синклита. - заключил Государь. - Но, в уложении о Почтовой службе четко пропишите, какие именно казенные грузы могут перевозиться в срочном порядке по почте. А то вы все ямские станции ими забьете, и на купеческие грузы места совсем не останется. И прибыли казне с этого не будет. Так и напишите: под казенные грузы задействовать не более половины лошадей на станциях. Остальное - купцам!
  А если это дело хорошо пройдет, так число лошадей на станциях и до монгольской полутысячи доведем.
  Однако же, как и письма, содержание посылок нужно досматривать на почте при приеме грузов.
  Что еще предложите?
  - Государь! Если мы дороги расширяем и укрепляем, и о старых водных путях не след забывать, - снова подключился Аникей. - Считаю, нужно все судовые пути на речных волоках камнем замостить, и держать на них ямские станции с лошадьми, чтобы ладьи по волокам тащить. Сделаем это дело государственным, и будем с купцов деньги за волок брать!
  - Тут и обсуждать нечего! Как то, мы это дело упустили. Действуй!
  Много еще чего высказали дьяки. Но, заключил заседание Император так:
  - Предложения ваши ценные и полезные. Но все они касаются вопросов частных. А я хочу услышать от вас мысли стратегические. Как нам империю Русскую укрепить, что бы стояла она не меньше тысячи лет, подобно древней Римской империи. Думайте, дьяки. Через неделю хочу мысли ваши по этому поводу услышать.
  
   18. Русский мир.
  - Ну, что надумали, дьяки? - Начал Император следующее заседание Синклита.
  Юрий специально задержался с выходом в палату заседаний Синклита на полчаса, давая возможность дьякам обменяться мнениями.
  - Мы тут, Государь - батюшка, между собой переговорили, - начал, по долгу председательствующего, дьяк Матвей, - и пришли к выводу, что скудными своими умишками ничего принципиально нового не смогли придумать. Опять мы разные мелкие улучшения придумали. Сами меж себя их в Синклите обговорим, примем и на твое державное рассмотрение представим.
   Вроде бы, по крупному, все у нас в державе Русской по уму устроено: и уложения, и приказы, и управы, и Синклит, и войско. Весь люд русский при деле: и дворяне, и купечество, и мастеровые, и селяне, и горожане, и священство. Все довольны и тебя славят. Весьма крепкое государство, ты, Юрий Всеволодович, с Божьей помощью построил.
  Ты уж надоумь нас, Император - батюшка, в какую хоть сторону нам мыслить, а уж мы твои наказы обдумаем и в дело претворим!
  - Ну, что же... Быть по сему! Слушайте меня, дьяки.
  Что бы империя крепко стояла, нужно чтобы изнутри ее гниль не точила, и чтобы внешние враги ее сокрушить не могли.
  Начну про внутреннюю крепость государства. Не должно быть в государстве сил, которым выгоден его распад. Главное я уже сделал. Отменил наследственное землевладение и ввел майорат. Теперь в империи один землевладелец - император, и только он один. Других нет.
  Весь государственный люд у нас служилый. Служишь государю, значит, имеешь землю или жалование государственное, или и то и другое. Не служишь - сам крутись, как можешь.
  А не государственному люду единое сильное государство выгодно: и купцам, и мастеровым и селянам. Ибо нет ни границ, ни войн, ни татей, ни мздоимцев, и подати фиксированы.
  Что еще нужно для внутренней прочности государства? Три слагаемых нужны: единая вера, единый язык, единство власти и народа.
  Единство веры мы обеспечили. Теперь дело за православной церковью, её патриархом и священством. Пусть веру во все умы во всей империи вкладывают. А все ереси мы совместно с патриархом выполем.
  Язык наш русский в старых русских землях родной для всех. В новых славянских землях: Князьградской и Поморской, языки похожи на русский.
  А в трех прибалтийских, двух мокшанских, Крымской, Приднестровской, Иерусалимской и Гранадской землях языки совсем иные.
  Поэтому, обучение в школах при церковных приходах и управах во всех этих землях следует вести только на русском языке владимирского говора. И всё делопроизводство в управах и земстве вести только на нем. Для этого нужно преподавателей школ в большом количестве готовить во Владимирской, Рязанской, Мценской и Смоленской землях. И направлять их во все нерусские земли.
  Далее, нужно поощрять переселение крестьян из старых русских земель в новые. А нерусей из этих земель поощрять к переселению в земли бывшего Дикого поля. Там они смешаются с русскими и сами начнут говорить на русском языке.
  И кстати, народ наш в Диком поле уже поселился, посему, пора образовать там три новых русских земли: Поволжскую в междуречье Волги и Дона, Черноморскую в междуречье Дона и Днепра, и Днепровскую от Днепра до Карпат и Приднестровья.
  Далее, чтобы ремесла и науки разные у нас процветали, нужно создать в империи два университета, как в Европе принято. Один в Турове, другой в Ростове. Там образовать факультеты: юриспруденции и финансов, для подготовки государственных служащих, богословский, для подготовки священнослужителей, медицинский для подготовки врачей, архитектурный для строителей, землеустройства для подготовки землемеров и картографов, и горный для подготовки рудознатцев и горных мастеров.
  В Боголюбове при Секретном Приказе создать ремесленное училище, для обучения мастеров.
  В Юрьеве-Польском образовать военное училище, куда набирать способных сотников и обучать их полководческому искусству.
  В Херсонесе и Князьграде образовать морские училища, где готовить кораблестроителей и капитанов кораблей.
  Обучение везде вести только на русском языке.
  Теперь про единство власти и народа. Чтобы народ был доволен, нужны неизменный размер податей, строгое соблюдение уложений, возможность для простолюдинов пожаловаться на несправедливость и честный разбор жалоб на местах. А также возможность для всех сословий во всех уездах и землях донести свои нужды до Синклита и Государя.
  Для этого нужны, прежде всего, четкая работа Челобитного, Земского и Судебного приказов. А также их столов в местных управах. Кстати, Варгас, почему прошлой зимой не было Земского Собора?
  - Так ты же, император- батюшка Святую землю воевал, как же без тебя Собор проводить?
  - Если меня здесь нет, так и делать ничего не нужно? У земства что, никаких ходатайств к государству нет? А в мое отсутствие, государство - это вы, Синклит! Смотри у меня Варгас, еще раз такую глупость сотворишь, пеняй на себя! Соборы созывать ежегодно, не взирая ни на что! Готовь об этом поправку в Уложение. Ну, на первый раз тебя прощаю! Когда Собор созываешь?
  - Как обычно, в начале февраля, император - батюшка!
  - Вот и готовь, нам новые земли в состав государства на соборе принимать нужно!
  Ну и само - собой, как у нас уже повелось, обо всех делах государственных народу нужно сообщать манифестами. Этим у нас Канцелярия успешно занимается.
  Все ясно вам, дьяки?
  Дьяки утвердительно загудели.
  - Все ясно, надежа - Государь! Все твои указания обдумаем, обсудим и тебе на утверждение представим. - Ответил за всех Варгас.
  - Теперь о делах иноземных. Было мне откровение. Великий хан Монгольский вскоре помрет, и начнется у них смута. Так что, монголов опасаться нам пока не следует. - О своих планах стравить Чагатая с Бату Юрий всему Синклиту решил не сообщать. Ибо дело это секретное.
  - Чтобы другие наши границы были безопасны, нужно, чтобы со всех сторон окружали нас союзные нам или вассальные нам государства.
  Исключениями являются Египетский султанат, граничащий с Иерусалимской землей и халифат Альмохадов, отделенный от нашей Гранадской земли только узким проливом. Оба этих государства достаточно сильны. И у обоих мы отхватили земли, которые они считали своими. Чтобы наши границы были в безопасности, необходимо их разбить.
  Так что, дьяки, готовьте на следующий год войну с султаном и халифом. Нужно посадить там на троны вассальных нам правителей. К тому же, Египет нам нужен для снабжения продовольствием наших средиземноморских владений. Поэтому, начать следует с Египта. Воевать там лучше следующей зимой, поскольку летом там слишком жарко.
  Малюта, ты проследи, чтобы слухи о предстоящей войне с Египтом не расползлись раньше времени.
  Теперь про подданные германские, французские и английские земли. Наша задача, чтобы там не появились новые сильные государства. Для этого мы их разоряем высокой данью. Но, этого мало.
  Думаю, нужно нашим приставам в этих землях присвоить судебные функции. И организовать прием челобитных от населения. Если бароны местные над населением своим бесчинствуют, приходы православные притесняют, баронов этих будем судить и ссылать на поселение в Дикое поле.
  А если в баронстве уже много православных приходов появилось, то такие баронства делить на волости и поместья по две сотни дворов и селить в каждое поместье нашего дворянина или десяток малодворцев. А вместо баронства делать там уезд и вводить в действие наши уложения. Делопроизводство в уездах вести на русском языке.
  Переход приходов в лоно Русской православной церкви мы поощряем снижением дани с прихожан. Нужно еще больше заинтересовать священников. Службы в церквях тоже вести на русском. Священников учить языку.
  Теперь про города. Продолжаем сманивать на Русь хороших мастеров. Во всех местных университетах оставить только факультеты богословия и медицины. Все другие факультеты закрыть. Преподавателей из них сманить на Русь. Предлог для закрытия найти. Это дело приставов.
  - Все ясно?
  - Слишком много всего нового ты на наши бедные головы вывалил, Государь - император, - за всех ответил дьяк Канцелярии Данислав. - Дозволь всем нам твои повеления обдумать. Вот я всем дьякам протокол разошлю, они все обдумают, тогда и вопросы появятся.
  - Тогда на этом все, уважаемый Синклит. Думайте! Но, что бы через два месяца у меня на столе были решения Синклита по каждому вопросу.
  Через три дня Юрий вызвал к себе Малюту и Остромира.
  - На Синклите я еще одно, а точнее, два важных дела не упомянул, ввиду их деликатности. - Начал разговор Юрий. - Мы граничим на суше с тремя государствами, которые не являются нашими вассалами: это Дания, Болгария и Византия. Они нам союзники, а я хочу, чтобы они стали вассалами.
  Сыну моему Всеволоду, уже 30 лет стукнуло. И я им доволен. Думаю, пора его сажать на византийский престол. Женат он, как вы знаете, на племяннице императора Евдокии, а она - потомок аж трех византийских императоров. Так что, больших затруднений не будет, я думаю, и обойдется нам не дорого.
  Император Ватац должен помереть от болезни, он уже в возрасте преклонном. Это на тебе, Малюта. А ты Остромир добейся, чтобы наследником его стал Всеволод. В расходах не стесняйся. Но и лишнего не плати. Вельможи ромейские не слишком богаты.
  Спешить с этим не нужно, но и затягивать не следует. Сперва - Византия, за ней - Дания, потом - Болгария. Сын мой Владимир женат на Софии датской. Пора ему датскую корону надевать на чело.
   Болгарский Александр женат на дочери моей. Сыну их старшему семь лет уже. Наследником должны его назначить, а Добраву - регентом при малолетнем царе.
  И в Византии, и В Дании, и в Болгарии будут несогласные с выбором наследников. Возникнет смута. Тут мы вмешаемся вооруженной силой, по просьбе наследников. И вассалитет будет естественным продолжением.
   Все ясно?
  - Не волнуйся, Государь сделаем все как надо. Опыт есть. - Ответил Малюта.
  - Я полагаю, в 43-ем году - Византия, в 44-ом - Дания, а в 45-ом - Болгария? - уточнил Остромир.
  - Если все успеете подготовить, то так. Но сделать это нужно без шума, якобы, естественным путем.
  - Может, Александра Асеня на царстве оставим? - Предложил Остромир. - С Добравой у него мир да любовь. Переживать она сильно будет. Да и полководец он знатный. Пригодится нам еще.
  - А я не против. Попробуй его уговорить добровольно принять вассалитет. Кстати, призовите его с болгарским фемом в поход на Египет. Посмотрит наши пушки в действии, и станет сговорчивей. К тому же, после Византии, он будет со всех сторон окружен нами и нашими вассалами. Византия, однако, посильней Болгарии. Если Византия станет вассалом, то ему сам Бог велит. Деваться Александру некуда будет.
  Теперь дело посложнее. У нас два славянских вассальных государства: Польша и Чехия. Требуется, что бы они добровольно, по решению своих королей и народных Соборов, вошли в состав Руси на правах земель. Как это сделать, думайте. Точных сроков не ставлю. Но, почву для этого готовить нужно.
  А следом должна присоединиться Болгария. Тогда все славянские народы будут в составе Руси. Такую задачу я себе поставил. И она еще не выполнена.
  Все эти дела нужно сделать до 48-го года, когда у нас договор с монголами закончится.
  Дьяки вышли от Императора сильно озадаченными.
  Всю зиму и весну 42-го года Юрий плотно работал с дьяками Приказов, готовя решения Синклита по всем поставленным им вопросам. Даже с внуками повозиться времени почти не оставалось. Не говоря уже об охотах и пирах. Очередную молодую наложницу посещал не чаще раза в неделю.
  
   19. Междуцарствие в Монголии.
  В середине февраля посольство Русского императора прибыло в Каракорум. По почтовым трактам со сменой лошадей доехали за четыре месяца. Возглавляли посольство подъячий Посольского Приказа по восточным делам Опанас и подъячий разведки Тайного Приказа Вышата.
  На полпути посольство узнало о кончине Великого хана Угэдэя. В Каракоруме посольство разместили на том же подворье, что и четыре года назад.
  Приема послы ожидали долго. За это время удалось прояснить расклад политических сил в империи.
  Угэдэй перед смертью повелел назначить наследником своего любимого внука Ширамуна. До достижения им совершеннолетия править должна была его мать Дорегене.
  Однако, первыми собравшиеся в Каракоруме сыновья Угэдэя Хашин, Хайду, Кучу и Кадан порешили поставить императором старшего Хашина.
  Младший брат Чингиза Тэмуге тоже претендовал на трон и тоже собирал своих сторонников. Его поддержали некоторые из толуидов.
  Ставшие самым многочисленным родом чингизидов чагатиды вознамерились поставить Великим ханом ставшего после смерти Угэдэя старшим из сыновей Чингиза главу своего рода Чагатая, признанного всеми знатока и толкователя Ясы.
  В распоряжение каждой из соперничающих групп имелись значительные вооруженные силы. Каждый из чингизидов прибывал в сопровождении нескольких тысяч воинов. В степях вокруг Каракорума расположились многочисленные воинские станы.
  К июню стало ясно, что в сложившемся равновесии противоборствующих сил реальная власть оказалась в руках вдовы Угэдэя Дорегене, поскольку казной империи распоряжалась именно она.
  Вскоре Тэмуге с помощью верных ему войск попытался сместить Дорегене. Остальные претенденты, объединившись вокруг регентши, разгромили его отряды. Тэмуге схватили и заточили в темницу.
  В результате власть вдовы Угэдэя упрочилась. Однако, для сохранения власти ей приходилось искать компромиссы и лавировать между всеми другими группировками. Их лояльность она покупала раздачей другим претендентам всяческих льгот и прямым подкупом из средств имперской казны.
  Дорегене отстранила от власти и попыталась арестовать влиятельных сановников, ближайших советников покойного Угэдэя, которые пытались ограничить разбазаривание казны и ослабляющую государство раздачу привилегий. Махмуд Ялвач и Чинкай сумели бежать и нашли убежище у Хубилая, сына Толуя. Масуд-бек, сын Ялавача бежал к Бату.
  На их места Дорегене назначила верных ей людей. Упрочив свое положение, она, наконец, приняла послов русского императора. Благосклонно приняла дары, но предложенный послами выкуп за Египет в размере 30 тысяч гривен нашла не заслуживающим ее высочайшего внимания. Она потребовала 150 тысяч гривен (или 30 тонн серебра). Деньги были крайне нужны регентше для подкупа чингизидов. Послы в ответ заявили, что должны посоветоваться с Императором. С тем и были отпущены.
  Опанас отправил на Русь гонцов с подробным донесением о положении в Каракоруме.
  В это время Чагатай двинул войска своего улуса против хана Бату. Сорокатысячное войско в середине апреля вышло из Бухары в сторону Сарая-на-Яике.
  Чормаган со своим корпусом остался воевать на востоке Персии, не желая встревать в усобицу чингизидов. Субэдэй с войском остался в Месопотамии. Однако своего сына Урянхатая отправил к Бату.
  На помощь Бату, как и было оговорено, выдвинулись два пеших фема из Армении и Шервана. А также конный фем из Алании. В аланский фем вошли семь тысяч аланов и две русских конных рати, однако же, действующие под стягом царя Алании. Чтобы не раздражать Каракорум, юридически все было оформлено как наём этих войск ханом Бату. Командовал вассальным войском архистратиг Назарий, имеющий богатый опыт сражений с монголами в Булгарии.
  Армяне и ширванцы прибыли на кораблях по морю, а затем по Яику. Царь Армении Закария и шах Ширвана Фарибурз не слишком удивились повелению сюзерена выслать войска для участия в междуусобной войне монголов. Несмотря на то, что за десятилетие до того монголы весьма сильно разорили и Армению и Ширван. Обычное дело в усобицах. Сегодня воюем против одного государя в союзе с другим, а завтра - наоборот.
  Бату смог собрать шестнадцать тысяч воинов, сведенных в два конных тумена, в основном из кипчаков, башкир и ногаев, под командованием нойонов Таягата и Тумбера. Командовал ими Урянхатай. Личная гвардия Бату, состоящая из монголов, в количестве двух тысяч воинов составляла гарнизон города.
  В середине июня войска Чагатая подошли Яику. После марша в две тысячи верст остались позади покрытые весенним разнотравьем и алыми маками степи. Степные травы уже начали желтеть и подсыхать. Каждый нукер, как и было завещано Великим Чингизом, имел помимо боевой еще заводную лошадь и двух вьючных. Хотя за время перехода запасы провианта подрастратились, сами вьючные лошади могли кормить все войско еще долго.
  Туменами командовали сын Чагатая Качу, нойоны Байджи и Хугэн. Большую часть воинов составляли туркмены, за исключением личной тысячи Качу и тумена самого Чагатая. С войском следовал конный обоз и осадный корпус общим числом пять тысяч человек. Чагатай предполагал, что Бату, значительно уступая в числе воинов, сядет в Сарае в осаду.
  Последний бивак армия разбила в десятке верст от города Бату хана. Разведчики еще на подходе к городу сообщили, что к Бату на кораблях прибыли наемники из Ширвана и Армении - два пеших тумена. Это не слишком огорчило Чагатая. Пеший конному не противник, да общее численное превосходство сохранялось за чагатидами.
  Однако, высланные в ночь разведчики доложили, что накануне к Бату подошли конные наемники из Алании, числом поболее тумена. Чагатай удивился. Он не предполагал наличия у Бату серебра в количестве, достаточном для найма 30 тысяч воинов. Однако, отступать чагатай не намеревался.
   Две армии встретились утром 17 июня у стен стольного города улуса Джучи - нового Сарая, расположенного в нижнем течении Яика на его левом берегу.
  Город - крепость располагалась в большой излучине реки, образующей почти замкнутую петлю, выпуклостью обращенную на запад. За три года, прошедших со времени переноса столицы, город успели изрядно укрепить. Каменная стена длиной почти 10 верст с полусотней башен опоясывала по берегу реки весь город. Правда, стена по берегу была еще невысокой.
  Перешеек, соединяющей внутреннюю часть излучины с левобережной степью, уже был укреплен лучше, перекрыт валом, стеной и заполненным водой рвом. На перешейке высота стены составляла три сажени, а толщина в основании - полторы сажени. На башнях стояли баллисты, а за стеной - требушеты. Большую часть площади города занимали юрты. Ханский дворец и цитадель еще строились.
  Однако запасы продовольствия и фуража в городе уже были накоплены и укрыты в обширных погребах. На случай, если бы помощь от императора Юрия не пришла вовремя, хан Бату подготовился к длительной осаде.
  Ширванский и армянский фемы прибыли в Сарай в начале июня. Вслед за ними приплыл в город архистратиг Назарий с пехотным и артиллерийским полком, приданными для усиления конного фема. Выгрузку пушек производили ночью. С этого момента из города никого не выпускали, караулы на стенах увеличили вчетверо.
   Император Юрий Всеволодович сомневался, следует ли посылать артиллерию. По его мнению, сил было собрано и так достаточно. Но, Назарий убедил его, что лишний раз познакомить хана Бату с возможностями русских пушек будет не вредно. Да и чагатидам это тоже будет полезно. Ведь в Булгарии они видели в действии только ручные пищали.
  Хан Бату, учитывая, что количество присланных Императором войск вдвое превышало его собственные силы, согласился отдать командование объединенным войском в руки Назария.
  Первым делом архистратиг распорядился вырыть с напольной стороны еще один ров и насыпать еще один вал. Высота вала достигла полутора сажен, а глубина рва - двух сажен. Во рву наставили кольев, рогаток и насыпали 'чеснока'.
  Войска Назарий построил без изысков: два пеших фема в центре перед новым рвом, слева ширванцы, а справа армяне. На левом фланге - аланско-русский конный фем, а монгольские тумены Урянхатая под командованием нойонов Таягата и Тумбера - на правом фланге.
  Полсотни пушек и полсотни тяжелых пищалей разместили на городской стене, прикрыв, до времени, бойницы щитами.
  На новом валу пищальники и пехота выстроили стену щитов, за которой расположили две сотни пищалей.
  Чагатай свои войска тоже расположил как обычно. Свой отборный тумен оставил в резерве. Хорошо вооруженный тумен Кучу - в центре, а вооруженные поплоше тумены Байджи и Хугена - на флангах.
  Сражение Чагатай начал по монгольскому канону. Сначала лучники закрутили 'карусель' перед пешими фемами, засыпая их стрелами. Пехота отвечала тем же. С городских башен по монголам тяжелыми стрелами били баллисты.
  Карусель крутили два часа. Монголы несли безрезультатные потери в людях и лошадях, поскольку обороняющаяся пехота спряталась за ростовыми щитами.
  Поняв это, Чагатай приказал атаковать центр пехотного строя. Опять же по канону. Конница накатывалась на стену щитов, некоторое время рубилась, потом имитировала бегство. Чагатай надеялся соблазнить противника начать преследование отступающих.
  Но, Назарий и Бату знали монгольские уловки не хуже Чагатая. Эта беготня продолжалось до полудня. Затем монголы отступили в свой лагерь. Чагатай понял, что с налету опрокинуть войска Бату не удастся. Циньские мастера начали собирать полевые катапульты и баллисты.
  Ночь прошла в непрерывных стычках дозорных отрядов. Со стороны союзников в дозоры ходили только воины туменов Тумбера и Таягата. Так что, взятые чагатидами в плен дозорные о наличии у Бату артиллерии ничего сообщить не могли.
  Следующим утром войска выстроились в том же порядке. Только, перед строем монголов циньские мастера начали устанавливать три десятка полевых баллист и камнеметов. Закончить это дело им не дали. Крепостные баллисты с башен, расположенные на три сажени выше уровня поля, легко туда добивали.
  Тяжелые стрелы с полупудовыми железными наконечниками разбивали каркасы камнеметов, убивали мастеров. А требушеты метали туда же двухпудовые горшки с греческим огнем. Так что, лишь некоторые машины монголов успели сделать один - два выстрела, прежде чем были разбиты.
  Чагатай ввел в сражение главные силы. С высокой надвратной башни, на боевой площадке которой стояли архистратиг Назарий, хан Бату, Урянхатай, стратиги, нойоны и сигнальщики, вся степь просматривалась на полтора десятка верст.
  Было отлично видно, как всадники центрального тумена монголов расступились в стороны, и вперед двинулся резерв. Половина отборного тумена Чагатая, на ходу выстраиваясь в клин, постепенно ускоряясь, пошла в атаку на центр пехотного строя в стык армянского и ширванского фемов.
  Всадники Чагатая выделялись качеством доспехов и ростом коней. Все они имели панцири поверх кольчуг, а их кони - латные нагрудники.
  Пехота прикрылась стеной щитов и ощетинилась длинными копьями, уперев их концы в землю. Баллисты и камнеметы крепости дали залп, но, конечно, не смогли остановить накатывающуюся конную лавину. За три сотни шагов монголы перешли в галоп и опустили копья к земле.
  Хотя, до тяжелой конницы русских или византицев воинам Чагатая было далеко, по причине мелковатости всадников и коней, зрелище было внушительное.
  Разогнавшись, 5 тысяч всадников врезались в пехотный строй глубиной в 25 рядов. Звон железа перекрыл топот коней.
  Одновременно, левофланговый тумен монголов тоже начал выдвигаться вперед, охватывая слева русскую и аланскую конницу. Центральный тумен начал атаку на тот же левый фланг в лоб. А оставшаяся часть резервного тумена двинулась вслед за ударным отрядом. Правофланговый тумен Хугена пошел в лоб на монголов Урянхатая.
  Замысел Чагатая стал очевиден Назарию и Урянхатаю. Разрезать союзное войско надвое, сковать правый фланг одним туменом, а тремя туменами навалиться на аланско-русский фем и ширванцев. Разбив левофланговые войска, атаковать правый фланг.
  Видимо, Чагатай решил сначала разбить более сильный фланг, поскольку русские рати качеством коней и доспехов значительно превосходили воинов Урянхатая.
  Тем временем отборный тумен монголов проломил пехотный строй. Спешившись, монголы принялись забрасывать новый ров подручным материалом: тушами убитых коней и трупами пехотинцев.
  Вторая часть отборного тумена добралась до пехотинцев и начала теснить армян и ширванцев на фланги. Пехотинцы гибли, постепенно отступая, но боевой порядок не теряли.
  Дождавшись, когда разрыв в пехотном строю достиг трехсот шагов и сравнялся по ширине со строем русской пехоты, прикрывавшей пищальников, Назарий дал команду сигнальщику. Тот сильно дернул за веревку, давая дополнительный толчок предварительно раскачанному языку сигнального колокола. На полем боя поплыли звонкие удары: бом - бом - бом.
  По первому удару пищальники выставили свои пищали в прорези ростовых щитов, по второму взяли прицел, по третьему приложили горящие фитили к запальным полкам пищалей. Из двух сотен стволов навстречу монголам сверкнуло пламя, ударил громовой раскат.
  Пищальники, согласно приказу, никуда специально не целились. Стреляли прямо перед собой, держа стволы по горизонту. Поскольку они стреляли с ростовых щитов с вала полутора саженной высоты, пучки картечи перелетели через головы передних рядов всадников, и, рассеиваясь по фронту и по глубине, накрыли ряды монголов на две сотни шагов в глубину. По 12 свинцовых картечин калибром в 4 линии в каждом пищальном стволе.
   Эти картечины наносили тяжелые раны, пробивая кольчуги, поражая открытые участки тел воинов, головы и шеи коней. Латные панцири, одетые поверх кольчуг и поддоспешников, картечь не пробивала, однако, наносила крепкийу дар по корпусу воина. У многих воинов, кому повезло так легко отделаться, были тяжело ранены кони.
  А сигнальный колокол, между тем продолжал: бом - бом - бом. Артиллеристы и пищальники на крепостной стене отодвинули закрывающие орудия щиты, выкатили пушки вперед, и по шестому удару колокола грянул залп. Вместо картечин тяжелые пищали и полевые пушки были заряжены свинцовыми пищальными пулями калибром в 10 линий. Наводчики стреляли прямо перед собой, наводя орудия по горизонту. Поскольку линия выстрела располагалась на три сажени выше уровня окружающего поля, пули, рассеиваясь, поразили ряды монголов на удалении от двух сотен до пяти сотен шагов.
  По 12 пуль в стволах двух сотен тяжелых пищалей и по полусотне пуль в стволах полусотни пушек. Увесистые пули пробивали даже латные панцири и выносили всадников из седел. Отрывали нукерам руки, ноги и головы. Убивали наповал коней.
  Центральную часть поля заволокло дымом. Назарий снова дал команду сигнальщику. Над полем понеслись сдвоенные удары колокола: бом - бом, бом - бом.
  Стратиги и нойоны продублировали команду. На стене взревели сигнальный трубы, в строях пехоты и конницу раздались удары полковых барабанов и свистки сотников.
  Пехотинцы рассыпали строй и быстрым шагом двинулись вперед, охватывая с флангов расстроенный потерями и ошеломленный артиллерийскими залпами тумен Чагатая, уцелевшие воины которого пытались опомниться в пороховом дыму.
  Конный фем и тумены Урянхатая двинулись навстречу противнику. Западный ветер сносил дым в сторону атакующих монголов. Поэтому, их военачальники не могли оценить урон, который понес тумен Чагатая.
  Пищальники и артиллеристы быстро перезарядили орудия. Дальше огнем командовали полковники пищальников и артиллеристов. Пищальники, зарядив в стволы пули, принялись осыпать ими сгрудившиеся перед ними остатки ударного тумена, окружаемого пехотой.
  Артиллеристы, заряжая пушки и тяжелые пищали ядрами, открыли беглый огонь по накатывающимся с флангов монгольским туменам.
  Конные массы столкнулись, началась сеча. Пушечные ядра, пролетев над головами своих воинов, врезались в плотные ряды конников чагатидов. Прежде чем ядро теряло свою смертельную силу, они убивало десяток всадников или пяток лошадей. Убивало страшно, разрывая людей и коней на куски.
  Крепостные баллисты и требушеты тоже вносили свой вклад в истребление войск Чагатая. Долго такой огонь выдержать было невозможно.
  Пешие фемы, между тем, закончили добивание тумена Чагатая, и, повинуясь сигнальным трубам воевод, развернулись на фланги: армяне на правый, а ширванцы на левый. Конница монголов в сече потеряла скорость и скучилась. В таком бою конные воины уже не имели преимущества перед хорошо вооруженной пехотой.
  Пищальники тоже перенесли огонь на фланги, стреляя по монголам навесом через головы своих.
  Военачальники союзных войск отлично видели происходящее избиение. Русские и их вассалы - с глубоким удовлетворением, а монголы - с трепетом.
  Не прошло и получаса, как нукеры нойона Хугэна, окруженные значительно превосходящими силами армян и монголов Урянхатая, начал выходить из боя. Несмотря на строжайшую дисциплину монголов, нукеры сначала поодиночке, потом группами, а затем и толпами побежали.
  Армяне развернулись, перестроились и двинулись на левый фланг на помощь ширванцам, вместе с русскими и аланами сражавшимся с примерно равными силами туменов Кучу и Байджи.
  Нойоны Урянхатая развернули своих, погнавшихся было за бегущими, нукеров на левый фланг, обошли поле боя по широкой дуге, и атаковали с тыла тумены Кучу и Байджи. Через полчаса нукеры чагатидов побежали.
  Легко вооруженные конники Урянхатая бросились в погоню. Рубить бегущего противника в спину - любимое дело конников всех народов. Уставшие в сече русские и аланы в погоне не участвовали.
  Остатки войска чагатидов гнали по степи до самого вечера. Весь обоз достался победителям.
  Самому Чагатаю и его сыну Кучу удалось оторваться от преследования. Их личные отборные тысячи прикрыли бегство чингизидов.
   Когда ветер унес пороховой дым, все поле боя, густо усеянное трупами людей и коней открылось взору военачальников. Глубоко впечатленный увиденным хан Бату сказал архистратигу Назарию:
  - Не дайте мне, Вечные Земля и Небо, столкнуться в бою с русской артиллерией. Так и передай, архистратиг, своему Императору. Хочу я союза с ним, и буду ему верным союзником. Даже, если сам Великий хан монголов будет против.
  В плен взяли восемь тысяч рядовых нукеров, трех тысячников и около сорока сотников. Сумели уйти лишь около шести тысяч монголов.
  Три дня союзники собирали и делили трофеи, затем два дня пировали.
  Назарий увез во Владимир подписанный ханом проект договора с Императором Русским о вечном мире, свободной торговле и военном союзе. А также подтвержденное устное согласие на захват Египта. И предложение женить своего сына Сартака на одной из племянниц Императора, а младшую дочь Наргис выдать замуж за одного из племянников.
  В обратной дороге Чагатай, до того вполне здоровый, внезапно заболел и умер. От огорчения, вызванного поражением. Послы доносили, что в Каракоруме ходят упорные слухи, что Чагатай был отравлен по приказу Дорегене.
  Послы сообщили регентше, что Император Юрий согласен повысить выкуп за Египет до 40 тысяч гривен. И намекнули ей, что после сражения войск Бату и Чагатая в обоих улусах не осталось достаточных сил для похода на Египет. Дорегене согласилась снизить выкуп до 100 тысяч гривен. Послы снова попросили времени для снесения с Императором.
  Дорегене никак не удавалось собрать Курултай для утверждения Ширамуна Великим Ханом. Бату приезжать не торопился, опасаясь мести со стороны чагатидов, Хубилай продолжал воевать с империей Сун.
  Чагатиды, потеряв отца, теперь намеревались продвинуть на престол старшего из братьев Байдара. А угэдэиды продолжали настаивать на кандидатуре Хашина.
  Между тем, раздрай в империи под властью Дорегене усиливался. Фавориты регентши растаскивали казну.
  Свара между Бату и Чагатаем никого особо не удивила. В свое время, при выборе Чингис-ханом наследника, Джучи с Чагатаем подрались на саблях прямо в присутствии Великого хана. Их с трудом растащили.
  Курултай удалось собрать только летом 46 года. Вместо Бату на Курултай приехал его сын Сартак. Отец повелел Сартаку вести себя тихо, наблюдать и 'не высовываться'.
  Угэдэидам удалось продавить избрание Великим ханом Хашина, поскольку толуиды и угэдэиды объединились вокруг его кандидатуры против самого многочисленного клана чагатидов.
  Новый Великий хан Хашин отменил все распоряжения Дорегене, казнил ее сторонников, а ее саму заключил под стражу. Вернул к власти изгнанных ею соратников Чингиса и Угэдэя.
  В благодарность за поддержку, новый Великий хан приоритетом внешней экспансии провозгласил завоевание империи Сун, которая должна была войти в улус Толуя.
  Прославленный полководец, сын Толуя Хубилай в 1247 году возглавил новый поход на Сун.
  Завет Чингиса насчет похода на запад к 'Последнему морю' был временно забыт.
  Бату сохранил за собой богатую Месопотамию. Однако, отбирать у Байдара, ставшего после смерти Чагатая ханом улуса, западную Персию не стал, опасаюсь недовольства со стороны нового Великого хана. Все же, улусы сыновьям определил сам великий Чингис.
  
   20. Египетское царство.
  Прибывшие в феврале 43-го года из Монголии послы, доложили императору, что замятня в Монголии продолжается и конца ей не видать.
  Поскольку ближайшие улусы Джичи и Чгатая были обескровлены, новых на падений с Русь с востока в ближайшие десять лет можно было не опасаться. Переброска больших воинских масс за многие тысячи верст из улусов Толуя и Угэдэя была невозможна.
  Все это еще более укрепило Юрия в его намерении навести окончательный порядок в Средиземноморье. Из всех сопредельных с его империей государств наиболее сильным в военном отношении был Египетский султанат. Подготовкой к его завоеванию он и занимался всю осень 42-го года.
  Зимой во все концы империи гонцы повезли повеления Императора. Войска южных земель, Черноморский и средиземноморский флоты готовились к новому походу.
  Правивший в Египте султан Аль-Малик-ас Салих из династии Аюбидов, потомок прославленного Салах-ад-Дина, управлял обширными землями вдоль великой африканской реки Нил включая вассальную ему Нубию, вдоль обоих берегов Красного моря до самого Йемена и Эфиопии. Основу богатства султаната составлял контроль морской торговли с Индией, маршрут которой проходил через Красное море до порта Кульзум. Далее товары караванами верблюдов перевозились через короткий сухопутный перешеек между Красным и Средиземным морями, грузились на корабли в портах Каира, Дамьеты и Газы, и развозились по всему Средиземноморью.
  Кроме того, долина Нила издревле была главной житницей Средиземноморья. Ежегодные разливы Нила, плодородные почвы долины, исключительно благоприятный климат позволяли снабжать пшеницей и текстильными изделиями все прибрежные города Средиземноморья. Еще древний Рим кормился египетской пшеницей.
  Основой военной мощи султана составлял корпус мамлюков - профессиональных воинов - рабов. Их двенадцатилетними мальчиками закупали на рабских рынках в Сирии и на Кавказе. В основном, курдов, туркмен, черкесов и грузин. Мальчиков жестко обучали воинским искусствам: верховой езде, владением луком, арбалетом и всеми видами холодного оружия до двадцати лет. Затем, тех, кто выдерживал весь суровый курс обучения, зачисляли в корпус мамлюков. Воинам-мамлюкам султан выделял на весь период службы земельные владения.
  Корпус мамлюков султана включал в себя 5 тысяч воинов, отлично вооруженных и обученных. Их вооружение и подготовка не уступали русским кадровым войскам. Еще до 20 тысяч мамлюков могли выставить правители провинций - эмиры султана, каждый из которых содержал собственный отряд мамлюков. Хотя, их вооружение и подготовка уступали султанским.
  Дети мамлюков и младшие сыновья эмиров составляли отряды вольных наемников, общим числом до 12 тысяч, тоже представлявших серьезную силу. В случае военной опасности султан мог привлечь их к службе.
  Завоевание султаната позволило бы обеспечить надежное снабжение продовольствием всех русских земель в Средиземноморье, а также обеспечить значительный приток денежных средств в казну империи.
  К участию в войне с султаном Юрий назначил два конных фема, сосредотачиваемых в Сирии в районе Газы и два пеших фема, за лето и осень 43-го года сосредоточенных в Акке и Бейруте. Воевать штаб Юрия рекомендовал зимой, поскольку летом жара в тех землях стояла непереносимая для русских.
  Разведка Аль-Малика, пустившая глубокие корни на ранее принадлежавших султану землях Сирии, заблаговременно донесла о сосредоточении русских войск на границе султаната.
  Зная о грозной силе войск императора Руси, султан, тем не менее, решил сражаться. Созвал всех своих эмиров и призвал на службу наемные отряды. Двадцатитысячное войско, состоящее из эмирских дружин, под командованием эмира Фаттаха-аль-Джебель, он сосредоточил на Синайском полуострове у восточной границы. Два корпуса наемников по 6 тысяч воинов в каждом, разместил в дельте Нила в портовых городах Александрии и в Дамьете, чтобы отразить возможную высадку десантов русским флотом, господствующим в Средиземном море.
  Султанскую гвардию оставил в Каире, что позволяло быстро выдвинуть ее на любое атакованное направление.
  Кроме того, во всех приграничных и приморских городах были приведены в порядок оборонительные сооружение, отремонтированы камнеметные машины, подготовлены боевые припасы и продовольствие, усилены гарнизоны, призваны на службу городские ополчения.
  Прусские пешие фемы погрузившись на корабли в начале ноября, и 4-го ноября одновременно атаковали с моря Александрию и Дамьету. Портовые укрепления и камнеметы разрушили огнем осадной артиллерии. Большие осадные пушки были установлены на крупных кораблях. Затем портовые сооружения подверглись бомбардировке зажигательными снарядами.
  Когда местное ополчение занялось борьбой с огнем, пытаясь спасти имущество горжан, началась высадка пехоты с кораблей прямо на причалы. Пытавшихся воспрепятствовать высадке наемников султана сметали с причалов картечью залпами полевых пушек и гауфниц. Каждый десантный корабль нес от 4 до 8 орудий.
  Эмиры наемников, поняв, что в городах им не устоять, начали отступать к Каиру, надеясь нанести урон русской пехоте на марше. Однако, стратиги Меркул и Кондрат, оставив по паре полков для взятия под контроль городов, снова погрузили свои фемы на корабли и двинулись вверх по протокам Нила к Каиру, не вступая в стычки с наемниками султана. Остатки корпусов наемников вынуждены были спешно отступать к Каиру.
  При подходе к Каиру на ночной якорной стоянке русские корабли были атакованы речным флотом султана. Дозорные не дремали. Передовые корабли египтян были подожжены зажигательными снарядами, в свете пожаров остальные корабли были расстреляны ядрами и потоплены.
  Султан Аль-Малик, порлучив донесение о высадке русских в портах дельты Нила, немедля направил повеление эмиру Фаттаху половину сил срочно направить на помощь наемника. Эмир направил десятитысячный корпус мамелюков к Дамьете. На марше военачальник этого корпуса эмир Джафар-аль-Тумбер получил известия об отходе корпусов наемников к Каиру, и тоже повернул свой корпус туда.
  Архистратиг конницы Галаш, получив донесение разведки об отходе части сил мамелюков от границы, немедленно обрушил на оставшихся свои два конных фема. В ожесточенном сражении мамелюки были рассеяны. Их остатки бежали к Каиру. Главную роль в битве, как обычно сыграли пищальники.
  В итоге, 8 ноября у стен Каира собрались два войска. У султана остались его личная гвардия, 7 тысяч наемников и 10 тысяч эмирских мамлюков. У архистратига пехоты Лавра было 17 тысяч воинов, у архистратига конницы Галаша - 19 тысяч.
  Двух кратное численное преимущество русских было подкреплено тремя сотнями полевых орудий, двумя десятками осадных пушек и семью сотнями пищалей, из которых полтораста больших. И еще сотня орудий на кораблях, из которых два десятка малых осадных пушек.
  Учитывая соотношение сил, Аль-Малик решил сесть в осаду. Город был весьма хорошо укреплен. Стена высотой в пять - шесть саженей имела длину около 12 верст, с полутора сотнями башен, высотой до десяти саженей и десятком ворот с подъемными мостами, была окружена глубоким рвом, заполненным нильской водой. Население города превышало полмиллиона человек, и было весьма пестрым по составу: арабы, иудеи, эфиопы, нубийцы, копты и множество других народностей. Городское ополчение насчитывало около 50 тысяч человек, но вооружены ополченцы были плохо, и еще хуже обучены. Они годились тольто для обороны на стенах. Снабжаясь продовольствием по Нилу, в осаде можно было сидеть сколь угодно долго.
  Каир был крупнейшим городом, не уступавшим по размеру Константинополю. Богатство Каира основывалось на торговле. В нем пересекались торговые пути из Индии, Европы, Китая, арабских государств, из Африки и Магриба. На крупнейшем рынке города - Фустате можно было купить тончайший фарфор, ароматические вещества и шелка из Китая, пряности, изумруды, сандаловые и тиковые резные изделия из Индии, слоновую кость из Занзибара, рубины из Шри-Ланки, жемчуг из Оманского залива, рабов из Византии и Конийского султаната, меха и янтарь из Руси, хрусталь из Магриба, великолепное оружие из Дамаска, шерстяные ткани из Европы. Не говоря уже о любых яствах со всего мира, египетском текстиле и папирусной бумаге.
  Сжигать город император Юрий Всеволодович не велел, поэтому, командующий русскими войсками архистратиг Лавр к осадным работам приступил со всем тщанием.
  Первым делом русский флот поднялся по Нилу и блокировал подвоз продовольствия и подкреплений по реке. Против каждых из трех речных ворот, вне досягаемости городских камнеметов, встали на якорь вооруженные пушками корабли. Против всех сухопутных ворот построили земляные укрепления, в которых разместили по нескольку осадных пушек, по батарее полевых орудий, по сотне пищалей и по паре полков пехоты. На осадные работы согнали жителей из окрестных селений.
  Конные отряды мамлюков, пытавшиеся совершать вылазки из города с целью помешать осадным работам, были рассеяны огнем артиллерии. Конные полки рассыпались по всей округе, захватывая усадьбы мамлюков, и свозя припасы из них в лагерь осаждающих.
  Через неделю все было готово к началу штурма. Стены крепости, хотя и внушительные с виду, были сложены из непрочного известняка, имели толщину в основании не более сажени, и не выдерживали попаданий чугунных ядер осадных пушек.
  За два дня непрерывной бомбардировки все воротные башни и прилегающие к ним участки стен были разрушены. На соседних участках стен и соседних башнях полевыми пушками были снесены заборолы.
  28 ноября русские войска пошли на штурм. Гауфницы картечью снесли со стен обороняющихся. Под прикрытием их огня местные селяне забросали вязанками тростника и мусором из разобранных домов в посаде рвы перед проломами. Опят штурма городов у русских военачальников и пехотинцев был богатейшим. Штурмовые отряды в составе полка пехоты, двух десятков полевых пушек и гауфниц и полусотни пищалей каждый вошли через проломы в город и стали продвигаться по улицам к центру города. Очаги сопротивления в домах гасили огнем артиллерии. Ядра легко проламывали тонкие известняковые стены.
  Однако, войска несли серьезные потери. Особенно в центре города, где дома достигали высоты в пять - шесть этажей. Арбалетчики и лучники стреляли по атакующим с верхних этажей. Каждый такой дом приходилось штурмовать снизу вверх по лестницам. При этих штурмах оказались весьма полезны пищали. Их выстрелы в темноте лестничных пролетов ослепляли и оглушали обороняющихся.
  Существенную помощь русским войскм оказали христиане - копты. Их ополчение под командованием эпископа Феодора Шекуда, оборонявшее северо-восточную часть стены, после начала штурма перешло на сторону русских во главе со своим начальником. В дальнейшем копты оказали неоценимую помощь в качестве проводников штурмовых отрядов по узким извилистым улочкам.
  До конца дня вся материковая часть города была захвачена. Остатки мамелюков во главе с самим султаном отошли на остров Гезира, расположенный напротив центра города, и отделенный от него узкой протокой.
  Штурм Гезиры продолжился на следующий день. Чтобы не нести лишние потери, Лавр распорядился бомбардировать остров зажигательными снарядами. С реки пушки простреливали остров насквозь. Отделявшая остров от города протока исключала возможность прехода огня на город. Сопротивление мамлюков и наемников общей численностью до семи тысяч человек было подавлено к полудню.
  Пытавшихся спастись вплавь с пылающего Гезиры безоружных мамлюков вылавливали из воды. Султана среди выживших не было. В плен взяли около четырех тысяч мамлюков и тридцать тысяч ополченцев, не проявлявших особого упорства в бою.
  Сбор трофеев в огромном городе занял целую неделю. Неоценимую помощь снова оказали копты. Они знали, где богатые арабы и иудеи обычно прятали свои ценности.
  После приведения себя в порядок, русская армия выступила в поход вверх по Нилу. Пехота, следуя на кораблях, последовательно занимала крупные города верхнего Египта Бохнаса, Исна, Асуан. Серьезного сопротивления нигде не было. Все воинские силы султана были уже разбиты. Городские ополчения сдавались без боя.
  Конница следовала вдоль Нила по обеим его берегам, занимая малые города и селения. Трофеи грузили на корабли.
  Поход закончился в марте следующего, 1244 года в Нубийском городе Бербере. Оттуда войска двинулись в обратный путь. На лето русские фемы остановились в дельте Нила на побережье Средиземного моря.
  На территории Египта было провозглашено Египетское христианское царство. Копт Феодор Шекуд был назначен царем. Его сподвижники по ополчению заняли поместья мамлюков и стали его дворянами. Царь Шекуд подписал вассальный договор. Как обычно, вблизи столицы царства разместился русский гарнизон и императорский пристав. На царство была наложена ежегодная дань в 110 тысяч гривен, которая, впрочем, могла выплачиваться товарами по согласованным с приставом ценам.
  В октябре конные фемы двинулись в обратный путь на Русь через Иерусалимскую землю, Армению, Грузию и Шерван. Правителям этих царств было не лишне напомнить о мощи русских войск.
  За лето русские моряки, вместе с египетскими, на захваченных в красноморском порту Кульзум кораблях, прошли вдоль западного берега Красного моря до самого его горла, захватили все прибрежные селения и присоединили их к Египетскому царству. Однако, красноморский город и порт Айла, вместе со всем Синайским полуостровом, по велению Императора, присоединили к Иерусалимской земле. Так у Руси появился Красноморский военный флот. Русские купцы начали осваивать морской торговый маршрут в Индию.
  
   20. Дания.
  В начале июня 1242 года во Владимир почтовые голуби принесли неожиданную весть от имперского посла в Дании. Умер король Вальдемар. Причем, Малюта заявил, что Тайный Приказ тут не причем. Секретную операцию по воцарению в Дании царевича Владимира только - только начали готовить. Сам Владимир в это время находился на посту наместника Поморской земли.
  Тем не менее, упускать такую благоприятную возможность было нельзя. В столичный город Поморской земли Деммин к Владимиру голуби понесли повеление Императора. Другие повеления полетели в Князьград наместнику Князьградской земли Платону и командующему Балтийским флотом адмиралу Власию.
  Получив весть, царевич Владимир немедленно созвал войско Поморской земли и выступил в поход к датской границе. Впрочем, сбор войска занял 9 дней. Наместник Платон не мешкая собрал регулярное пешее войско Князьградской земли, погрузил на корабли флота и под командование воеводы земли стратига Сидора отправил к берегам Дании.
  Владимир вел сводный фем в составе одной конной и двух пеших ратей, а флот в составе 30 боевых и 50 торговых кораблей вез еще две пеших рати.
  В датской столице Роскилде, между тем, соблюдали траур королю и готовили коронацию сына усопшего от тяжкой болезни Вальдемара 26-летнего принца Эрика. Посол Императора в Дании Елпидифор, также получивший послание от императора, подкупил нескольких влиятельных баронов, и поручил им выступить в поддержку коронации младшего сына Вальдемара 24-летнего Абеля. Сам Абель самостоятельно, без всякого влияния со стороны русского посла высказал претензии на трон. Абелю посол тайно передал 2 тысячи гривен. В итоге деятельности посла, партии претендующих на трон братьев оказались примерно равносильными.
  Коронация откладывалась. Начались стычки между сторонниками братьев. Обе противоборствующие партии собирали войска, готовясь к решительной битве.
  24 июня у стен Роскилде сошлись два войска. У принца Эрика было более четырех тысяч воинов - верные ему бароны и их ярлы с дружинами. У Абеля - три с половиной тысячи конных дружинников и около тысячи пеших швейцарцев. Полученными от посла деньгами Абель нанял оставшуюся без короля королевскую гвардию - швейцарских наемников.
  Имеющий преимущество в коннице Эрик атаковал первым. Его всадники ударили в центр строя Абеля, где стояли пешие швейцарцы. Удар тяжелых рыцарей проломил стоявших в 12 рядов швейцарцев, но, потерял скорость и завяз в стоявшей за швейцарцами личной дружине младшего принца. Швейцарцы на флангах приняли конницу в копья и устояли. Когда наступательный порыв дружинников Эрика иссяк, конные дружины Абеля начали охватывать войско Эрика с флангов. После часовой сечи воины эрика начали пятиться, а затем и побежали. Сам Эрик с ближниками тоже сбежал. Его личная дружина полегла, прикрывая бегство принца.
  В то время как две армии сражались, посол Елпидифор со всем штатом посольства и охраной выехал из Роскилде и скрылся.
  Через день, когда Абель уже праздновал победу, в столицу примчались гонцы, сообщившие, что со стороны русского Поморья в Данию вступили войска царевича Владимира. И, якобы, царевич намеревается восстановить попранные Абелем права принца Эрика на престол. Слухи эти распускали разведчики тайного приказа шедшие с передовыми отрядами.
  Абель снова объявил о сборе войска и городских ополчений. Но, времени для этого у него не осталось. 27 июня в порту Кобмансхан, что в 60-ти верстах от Роскилде, высадились с кораблей русские войска. В скорее в столицу стали приходить вести, что все порты Дании, один за другим, блокируются русским флотом.
  В итоге Абель оказался осажден в Роскилде с полутора тысячной дружиной. Город был окружен пятнадцати тысячным пешим войском и трехтысячной конной ратью. При войске обретался и принц Эрик с полутора сотнями воинов. Услыхав о том, что русские войска идут, что бы утвердить его на престоле Эрик поспешил присоединиться к войску царевича Владимира. Однако, вопреки ожиданиям принца, Владимир не принял его, ссылаясь на занятость делами.
  Городское ополчение насчитывало почти три тысячи воинов, но воевать горожане отнюдь не горели желанием. Всем было известно, что русские войска легко берут любые крепости, а всех сопротивлявшихся обращают в рабство. В то же время те, кто сидит тихо, отделываются небольшой вирой. Городской магистрат, прозаседав весь день, постановил, городское ополчение распустить, а принцу предложить сдаться на милость победителя. Абель заключил всех членов магистрата род стражу.
  30-го июня русские пошли на штурм. Осадные пушки легко проломили стены. К концу дня город был взят. Как обычно, в плен русские благородных баронов и ярлов не брали. Убившему рыцаря воину доставался весь рыцарский доспех в качестве трофея. Напротив, рядовых дружинников в плен брали охотно. За них полагалась денежная награда. Сам Абель и все его ближники пали в бою.
  С началом штурма бивуак принца Эрика оказался окружен плотным концом русских конников. Выходить с бивуака никому не позволяли. Когда город был взят, Эрика и его дружинников разоружили и взяли под стражу. Ночью Эрика и всех его баронов и ярлов посадили на купеческий корабль и повезли на Готланд под конвоем двух военных кораблей. Следующей ночью корабль, на котором плыл Эрик наскочил на камень и затонул. Никто с корабля не спасся. Так было сообщено освобожденным членам магистрата Роскилде.
  Через неделю в столице собрались немногие уцелевшие бароны и все епископы датского патриархата. На соборе церковных и светских владетелей королем Дании, ввиду отсутствия потомков мужского пола, единогласно был назван царевич Владимир, женатый на дочери покойного короля Вальдемара Софии.
  Все епископы проголосовали за это добровольно, а двоих несогласных с этим баронов на собор не допустили. Вскоре, оба они умерли. Одного хватил удар, а другого убили разбойники.
  Вскоре после торжественной коронации, проведенной патриархом датской церкви Густавом, король Владимир подписал вассальный договор с императором Руси. В Датском королевстве были отменены все старые законы и введен в действие свод уложений Руси.
  По русскому образцу в королевстве были созданы приказы, наместничества, управы, уезды и волости. Все вотчины баронов и ярлов Эрика отошли в собственность короля Владимира, а все владения сторонников Абеля отошли к императору Руси. Во все владения погибших баронов и ярлов были посажены волостителями, помещиками и малодворцами дворяне императора Юрия Всеволодовича.
  Отныне в Датском королевстве воцарились мир и покой. Все возможные возмутители порядка упокоились в битвах. А те из уцелевших феодалов, кто был втайне не согласен, предпочитали не высовываться. Городские магистраты и сельские общины введение в действие русских уложений поддержали безоговорочно, поскольку уложения прекращали произвол местных феодалов.
  
   23. Вассалитет Византии.
  Ромейская империя, или Византия, как ее называли русские, была крупнейшим из соседних с Русской империей государств. Она занимала восточную часть Малой Азии, Грецию, Эпир, Македонию и Фракию. Империя была восстановлена царем Руси Юрием Всеволодовичем, после того, как в 1227 году из Константинополя им были выбиты крестоносцы.
  Конечно, ей было далеко до могущества, достигнутого Ромейской империей во времена Юстиниана, когда она охватывала все Средиземноморье. Тем не менее, ее население насчитывало 5 миллионов человек, и она была самым населенным и самым богатым из сопредельных с Русью государств. С Русью Византию связывал союзный договор и династические узы. Старший сын императора Юрия был женат на племяннице императора Ватаца Евдокии.
  Однако, в военном отношении Византия была не слишком сильна, поскольку ее национальный состав был весьма пестрым: греки, итальянцы, сирийцы, копты, армяне, евреи, эллинизированные малоазийские племена, фракийцы, даки, болгары, славяне. Сформированное из столь разношерстных народов византийское войско было рыхлым.
  Единственный сын Ватаца Феодор погиб четыре года назад на войне с Конийским султанатом, когда турки - сульджуки устроили засаду в узком ущелье и перебили весь конвой командовавшего византийским войском царевича Феодора. Сам Ватац здоровьем был слаб, страдал эпилепсией и гипертонией.
  14 октября 1244 года императора Византии Дуку Ватаца на 52 году жизни хватил удар. Его парализовало и лишило речи. Император мог только слабо мычать и шевелить пальцами левой руки. Через два дня император умер, не оставив наследника и завещания. Через год, на Вселенском церковном соборе Дука Ватац был причислен к лику святых за его заслуги в восстановлении православия в Константинополе.
  Отсутствие завещание и наследника сделало неизбежной очередную смуту в империи. Среди высшей знати империи: сенаторов, логофетов, префектов, стратигов, было немало потомков прежних императорских династий: Ангелов, Комнинов, Ласкарисов, Македонян, Дуков. И все они не преминули поучаствовать в борьбе за императорский престол.
  Наиболее сильны были сторонники логофета Феодора Ласкариса и префекта Александра Комнина. Некоторые другие предпочли объединиться вокруг прославленного полководца архистратига Михаила Ангела. Все претенденты собирали войска.
  В это же самое время, во Фракии обнаружился конный фем стратига Жадена, только что переправившийся через Дарданельский пролив на пути из Египта в русские земли. А на входе в Босфор со стороны Черного моря появилась большая эскадра кораблей Черноморского флота, перевозившая три пеших рати на замену войск, оставшихся гарнизонами в Иерусалимской земле, Египте и Гранаде. С эскадрой следовал царевич Всеволод Юрьевич, назначенный наместником в Гранадскую землю. Следовал вместе с супругой Евдокией Ласкариной Ангелиной Комниной. Такая синхронность событий была достигнута неустанными трудами дьяка Тайного приказа Малюты и дьяка Воинского приказа Потапа.
  Развил бурную деятельность и Посольский приказ. Посол императора Юрия Хризостом встречался со всеми знатными ромеями, еще не примкнувшими к одному из претендентов. Таковых еще не определившихся было много, поскольку, ни один из претендентов на престол не превосходил явно других по своим военным силам. Каждому из вельмож после успешных переговоров вручал немаленький сундучок с серебром. В зависимости от влияния вельможи в сундучке лежало от сотни до полутысячи гривен. Посетил он и патриарха. На нужды церкви пожертвовал три тысячи гривен. Префект Константинополя, командующий императорской гвардией и начальник городской стражи получили от посла по тысяче гривен.
  Вскоре среди простого ромейского народа, войска и рядовых государственных служащих пошли упорные разговоры о том, что единственный способ избежать смуты и кровавой усобицы - это призвать императора со стороны. А именно - старшего сына императора Руси Всеволода Юрьевича, женатого на потомственной ромейке Евдокии, в жилах которой текла кровь трех императорских династий: Ласкаринов, Комнинов, Ангелов и Дуков. Русский Император Руси был чрезвычайно популярен среди простого ромейского люда. Именно он изгнал из империи крестоносцев и восстановил главенство истинной православной веры над католической.
  Однако, русский фем остановился лагерем в сотне верст от Константинополя. А русский флот встал на якоря у входа в Босфор.
  26 октября в Большом императорском дворце, что в константинопольском Акрополисе, собрался Собор Ромейской империи. Присутствовали патриарх Константинопольский, архиепископы, сенаторы, логофеты, префекты, стратиги фемов. Город наводнили вооруженные отряды претендентов. Впрочем, было их не слишком много, по три - четыре тысячи воинов у каждого из трех главных претендентов. В основном наемники. Городские ополчения повсеместно от участия в смуте уклонились.
  Заседали три дня. Никто из претендентов и близко не набирал необходимого большинства голосов. Неожиданно с патриарх Никодим при поддержке всех остальных церковных иерархов предложил призвать на престол царевича Всеволода Юрьевича. Некоторые из светских властителей присоединились к мнению Церкви. Заседание закончилось большим скандалом, переросшим в драку. Однако, погибших не было, поскольку все присутствовавшие на заседании при входе сдали оружие гвардейцам императора.
  Вооруженные столкновения между сторонниками претендентов начались по всему городу сразу по окончании заседания. Всем было ясно, что на следующем заседании предложение патриарха будет принято большинством Собора. Поэтому престол претендентам нужно было брать силой. Горожане заперлись в домах. Городская стража и гвардия от участия в стычках устранились.
  Патриарх Никодим послал гонцов к стратигу Жадену и царевичу Всеволоду. Смута продолжалась три дня. На четвертый день через все морские ворота в город вошли пешие русские полки, высадившиеся с кораблей. А через напольные ворота в город вступили русские конные полки. Всех замеченных на улицах с оружием в руках порубили. Городская стража и гвардия остались в казармах. На этом смута и закончилась.
  3-го ноября Собор, заседавший в окруженном русскими войсками дворце, единогласно провозгласил императором Ромейской империи царевича Всеволода Юрьевича. 7-го ноября Патриарх в присутствии всей знати империи короновал Всеволода в храме Святой Софии. Народ константинопольский гулял два дня. Причем за свой счет. Горожане искренне радовались быстрому и сравнительно бескровному окончанию смуты. Погибло лишь пара тысяч наемников и примерно столько же феодалов.
  Повелением нового императора все владения убитых мятежников - землевладельцев были взяты в его собственность и поделены на поместья, куда заселили русских дворян и малодворцев. При полном одобрении большинства народа. Все понимали, что только благодаря вмешательству русских войск удалось избежать длительной кровавой смуты в империи. Личные владения покойного императора были отданы во владение императрице Евдокии.
  Назначенные императором судьи начали разбор дел всех участников беспорядков. Уличенных в грабежах и насилиях лишали земель и обращали в рабство. Их земли тоже отходили императору.
  Всеволод Юрьевич заключил с отцом вассальный договор. В Константинополе в качестве императорской гвардии разместилась русская пешая рать.
  По договору Византия должна платить ежегодную дань в размере 100 тысяч гривен. На ближайшие пять лет в качестве дани была зачтена передача Руси острова Крит. У русского флота появилась главная база в центре Средиземного моря - порт Суда, расположенный в удобной закрытой бухте. Тут же решили разместить главную судостроительную верфь флота. Продовольственные ресурсы острова полностью обеспечивали потребности русского военного флота.
  
   24. Вселенский Собор.
  Пока военачальники русских войск сражались с монголами у стен Сарая, воевали в Египте, в Магрибе, в Дании и Византии, император Руси тоже не сидел праздно. Весь 42-й год Юрий Всеволодович тщательно разбирался с деятельностью приказов. На каждый приказ тратил не менее двух недель. Заслушивал всех столоначальников, смотрел принятые приказами решения, отчеты об их исполнении, ведомости расходования казенных средств.
  С важнейшими приказами: Воинским, Казенным, Тайным, Поместным, Земским, Судебным и Челобитным занимался по месяцу. Вникал во все тонкости делопроизводства. Пятерых подъячих и почти три десятка столоначальников понизил в должности. Двух подъячих и семерых столоначальников отдал под суд. Наибольшие непорядки обнаружились в расходовании казенных денег.
  По итогам проверки Император решил образовать Счетный Приказ, которому поручил проводить внезапные проверки расходования казенных средств во всех приказах и управах. Служителей в него набрали из Тайного, Казенного и Податного приказов. Дьяком Приказа Юрий назначил одного из подъячих Казенного приказа - Вахромея, обнаружившего наибольшее рвение в сбережении казенных денег. Инспекторы Счетного Приказа получили право и обязанность внезапно проверять расходные книги в каждом приказе и в каждой управе.
  Хотя, в общем и целом, дела в приказах шли неплохо. Принятый порядок перемещения наместников земель в дьяки приказов, и наоборот, себя оправдывал. Каждый вновь назначенный служитель начинал с выявления недочетов, допущенных предшественником, чтобы самому не оказаться виновным в них.
  Затем Император решил объехать все новые русские земли, что бы лично убедиться, как там обстоят дела. Летом 43-ем году проехал все земли, образованные в бывшем Диком поле: Поволжскую, Черноморскую, Крымскую, Днепровскую и Приднестровскую. Подолгу задерживался в стольных городах этих земель: новом Царицыне, древних Азове и Херсонесе, в только что отстроенном в устье Днепра Росиче и в Херсоне. А также, и во всех оказавшихся на его пути уездных городах. Осенью перебрался в Иерусалимскую землю.
  Как раз к этому времени, в ноябре месяце в Иерусалиме собрался давно ожидаемый всеми патриархами Вселенский церковный Собор. На Собор прибыли патриархи Константинопольский, Русский, Армянский, Грузинский, Египетский, Болгарский, Венгерский, Чешский, Италийский, Французский, Испанский, Германский, Польский, Английский, Нидерландский, Ирландский, Швейцарский и Датский. Каждый прибыл с внушительной свитой из виднейших митрополитов, архиепископов, ученых богословов, охраны и слуг.
  Заседали патриархи прямо в храме Гроба Господня. Собор обсудил текущие вопросы Церкви, из которых важнейшим был поднятый патриархом Французским Адальбертом вопрос об отмене целибата не только для приходских священников, но и для церковных иерархов всех рангов белого духовенства, как это было принято в православной церкви. В итоге целибат отменили, с целью искоренения соблазна блуда для иерархов церкви. За исключением, понятно, всего монашеского чина - черного духовенства.
  По конец Собора перешли к другому волнующему всех вопросу: выборам Иерусалимского патриарха, согласно договору о церковной Унии, первого среди всех патриархов поместных церквей. Правда, особых привилегий у него не было, кроме права созывать Вселенский Собор. Но само звание патриарха Святой земли было притягательным.
  В Иерусалимской русской земле имелись многочисленные приходы коптской, армянской, константинопольской патриархий. Остались и немногочисленные бывшие католические приходы, ныне отнесенные к французской и германской патриархиям. Большая же часть бывших католических приходов перешла в юрисдикцию русской церкви.
  Опираясь на многочисленность своих приходов в Святой земле, патриархи Коптский, Армянский и Константинопольский предложили избрать Иерусалимским патриархом одного из своих архиепископов, возглавляющих их церкви в Иерусалиме.
  Патриархи Италийский, Французский и Испанский предложили выбрать первым патриархом митрополита Парижского Амбросия.
  А патриархи Болгарский, Венгерский и Чешский ратовали за митрополита Пражского Григория.
  Ожесточенные споры продолжались семь дней. Все это время император Юрий Всеволодович совершал паломничество по святым местам Иерусалима. Патриарх Максим ежедневно сообщал Императору о делах Собора.
  В конце концов, непрекращающаяся свара патриархов надоела Юрию. Он пригласил к себе патриархов русской, коптской, армянской, грузинской, чешской, польской и болгарской церквей, с которыми патриарх Русский Максим поддерживал наиболее близкие отношения.
  И предложил им соломоново решение. Постановить на соборе, что Патриарх Иерусалимский должен избираться из числа архимандритов - настоятелей наиболее знаменитых монастырей. Тем самым, будет обеспечена независимость Иерусалимского патриарха от всех других поместных церквей. А патриарх Максим предложил избрать патриархом Иерусалимским присутствовавшего на Соборе архимандрита Егория, настоятеля монастыря Святой Екатерины, что в Синайских горах - старейшего и знаменитейшего православного монастыря. Это предложение было принято всеми присутствующими.
  На следующий день патриарх Константинопольский Михаил внес кандидатуру архимандрита Егория. А патриарх Русский Максим добавил, что эту кандидатуру поддержал и сам Император Русский, посетивший монастырь Святой Екатерины, и впечатлившийся благочинием служб в этом монастыре. Сам Юрий со своим конвоем в это время присутствовал на хорах храма Гроба Господня и наблюдал за заседанием. Ахимандрит Егорий был избран патриархом Иерусалимским единогласно. Перечить Императору Руси патриархи не без оснований опасались.
  Положение об избрании Иерусалимского патриарха только из числа архимандритов монастырей было принято и внесено в договор о церковной Унии. Кроме того, по предложению Константинопольского патриарха было установлено, что на содержание патриарха Иерусалимского все приходы Иерусалимской русской земли будут ежегодно отчислять десятую долю от всех своих доходов. На этом Собор работу завершил. Все патриархи направились в паломничество по Святым местам Иерусалимской земли.
  После завершения Собора Император посетил все островные владения Руси на средиземном море: Родос, Крит, Мальту. Весной он был уже в Гранадской земле. Из Гранады по отремонтированным старым римским дорогам Юрий Всеволодович выехал через вассальные испанские королевства, через французские и германские подданные земли в Поморию. В поездке по базам флота Императора сопровождал дьяк Морского Приказа Арефий.
  Посетил островные владения на Балтике: Рюген, Буян и Готланд. Затем проехал сухим путем по прибалтийским землям и вернулся во Владимир осенью 44-го года.
  Еще зимой 43-го года, обдумывая пути дальнейшего развития Руси, Юрий Всеволодович сделал вывод, что наряду с ремеслами нужно всемерно развивать и торговлю, в первую очередь морскую. Ведь благосостояние богатейших государств: Византии, Венеции и Египта основывалось на контроле морских торговых путей. Константинополь контролировал морской путь из Черного моря в Средиземное и восточную часть Средиземноморья, Египет контролирова морской путь из Средиземного моря в Красное, а Венеция с Генуей торговали в западной части Средиземного моря.
  Теперь же все эти пути оказались под контролем Русской империи. Нужно было осваивать торговые пути из Красного моря в Индию и далее в покоренный монголами Китай. До сих пор по этому пути ходили только корабли арабских купцов, перевозившие небывалые в Европе товары: фарфор, ароматические вещества и шелка из Китая; пряности, изумруды, сандаловые и тиковые резные изделия из Индии; рубины из Шри-Ланки; жемчуг из Оманского залива.
  А для того, чтобы вести морскую, а точнее сказать океанскую торговлю, нужны были океанские корабли. В отроческом возрасте царь Иван Васильевич интересовался географией и кораблями. В царской библиотеке имелись купленные за большие деньги испанские и португальские карты, на которых были обозначены лежащие за Индийским океаном Индия, острова пряностей, Китай. А за Атлантическим океаном на картах были изображены сказаочно богатые земли Нового света, которые достались Испанской короне.
   В бытность Ивана Васильевича Русь была заперта на суше. Турецкие султаны не давали ей выхода к Черному морю, а европейские короли препятствовали выходу к Балтийскому морю. Иван Васильевич вел многолетнюю тяжелую войну с Речью Посполитой, Данией и Швецией за выход к Балтике, но, потерпел поражение.
  Юрий Всеволодович уже достаточно поплавал на византийских нефах и дромонах, ганзейских коггах, венецианских галерах, видел в Египте арабские корабли - дау. Все это были корабли для внутренних морей, которые ходили вдоль берегов, не уходя далеко в открытое море.
  Для того, чтобы ходить через океаны в Индию и Новый свет нужны были новые корабли, знакомые Ивану Васильевичу - каракки и каравеллы. Отроком он имел подаренные шведским послом деревянные модели этих судов, и даже пускал их в кремлевской пруду и по Москве реке. Он упорно вспоминал конструкцию этих кораблей и их отличия от кораблей 13-го века. И в итоге, однажды ночью во сне вдруг увидел чертеж каракки: общий вид с боку, разрезы вдоль и поперек корпуса. Проснувшись потребовал бумагу, перо, тушь и за день воспроизвел эти чертежи. Как понял Юрий Всеволодович, это был еще одни подарок от архангела Гавриила.
  Корабль имел длину 20 косых саженей, ширину посередине корпуса 5 саженей. Три мачты: фок мачту с прямыми парусами блиндом и фоком, грот-мачту с прямыми парусами гротом и грот-марселем, бизань-мачту с косым латинским парусом. Корабль мог брать на борт до 20 тысяч пудов груза и при этом имел осадку в две косых сажени.
  Самые главные отличия от современных кораблей: плоская корма с подвижно закрепленным на ахтерштевне рулем, снабженным румпелем, вместо рулевых весел по бортам; обшивка бортов досками вгладь, а не внакрой; завал бортов выше ватерлинии внутрь корпуса; высокие нос и корма. Эти отличия обеспечивали более высокую грузоподъемность, автономность плавания, мореходность и устойчивость к штормам.
  Проезжая через базы русского военного флота, в которых имелись крупные кораблестроительные верфи: Херсонес в Черном море, Родос, Кипр и Малагу в Средиземном, Готланд и Князьград в Балтийском, Юрий вызывал к себе главных мастеров - корабелов, и поручал им строительство новых кораблей - каракк. В каждой базе оставлял комплект чертежей. Повелел мастерам строить два корабля. Один по чертежу, а другой - вдвое меньше по размерам.
  После постройки кораблей повелел адмиралам эскадр принять у мастеров корабли и начать их освоение командами. Дьяку Морского Приказа Арефию Юрий поручил после освоения новых кораблей сформировать из них две эскадры. Одну из них направить за Геркулесовы столпы вдоль африканского берега до известных арабам Канарских островов. На островах устроить базу флота.
  Вторую эскадру отправить на поиски островов, лежащих в Атлантическом океане за две тысячи верст на запад от Геркулесовых столпов. На этих островах тоже устроить базу флота.
  Затем отобрать корабли, получившиеся особенно удачными, и начать строить их в базах в Малаге и в Айле на Красном море. Построить 10 больших кораблей и 5 малых в Малаге, и столько же в Айле. Сформировать из них эскадры и готовить их к плаванию через океаны.
  Арефий, получив все эти указания осведомился:
  - Насчет эскадры в Айле мне все понятно, она пойдет в Индию. А вот куда пойдет эскадра из Малаги?
  - Ты же знаешь, Арефий, конструкцию новых кораблей мне Архангел подсказал. И он же поведал, что за Атлантическим океаном, который имеет ширину в 12 тысяч верст, лежат сказочно богатые земли, где золото и серебро лежат грудами. А острова эти лежат как раз на пути туда.
  Арефий вышел от Императора потрясенный до глубины души. Как будто до него самого, через государя Юрия Всеволодовича коснулась божественная длань.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
Оценка: 8.18*14  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"