Старец Виктор: другие произведения.

О Сталинизме

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 3.72*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Выдержки из разных источников о Сталинизме и Коммунизме.

  +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++========================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================================== Для удобства чтения рекомендую сузить окно винды. ============================================================================================================================================++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++1. Я помню, в мелком детстве (4 - 5 лет мне было), на улицах было очень много инвалидов войны: одноногих на костылях, совсем безногих на тележках с колесами-подшипниками, безруких, слепых. Многие были пьяными. Многие просили милостыню. А потом они все куда-то исчезли с улиц, буквально за пару лет. А исчезли они вот куда. Благодарность властей увечным воинам.
  
   "Доклад МВД СССР в Президиум ЦК КПСС о мерах по предупреждению и ликвидации нищенства. 20.02.1954 Секретно.
  
   МВД СССР докладывает, что, несмотря на принимаемые меры, в крупных городах и промышленных центрах страны все еще продолжает иметь место такое нетерпимое явление, как нищенство. За время действия Указа Президиума ВС СССР от 23 июля 1951 г. "О мерах борьбы с антиобщественными, паразитическими элементами" органами милиции... было задержано нищих: во 2-м полугодии 1951 г. - 107 766 человек, в 1952 г. - 156 817 человек, в 1953 г. - 182 342 человека... Среди задержанных нищих инвалиды войны и труда составляют 70%...
  
   Борьба с нищенством затрудняется... тем, что многие нищенствующие отказываются от направления их в дома инвалидов... самовольно оставляют их и продолжают нищенствовать... В связи с этим было бы целесообразно принять дополнительные меры по предупреждению и ликвидации нищенства. МВД СССР считает необходимым предусмотреть следующие мероприятия:
  
   ...3. Для предотвращения самовольных уходов из домов инвалидов и престарелых лиц, не желающих проживать там, и лишения их возможности заниматься попрошайничеством, часть существующих домов инвалидов и престарелых преобразовать в дома закрытого типа с особым режимом...
   Министр МВД С. Круглов." http://www.alexanderyakovlev.org/almanah/inside/almanah-doc/1007415
  +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
  
  2. Общеизвестно, что перед войной в РККА дела с радиосвязью обстояли, мягко говоря, неважно. Причины этого:
  'При наркоме НКВД Ежове радиосвязи не повезло особенно. Причины тому были личные. Ежов когда-то был военным комиссаром радиошколы 2-й базы радиотелеграфных формирований. В составе базы сложился сильный коллектив специалистов, которые позднее станут столпами отечественной техники военной связи: А.Т. Углов, А.В. Дикарев, А.Г. Шмидт, К.П. Иванов, Л.В. Виткевич и другие. Комиссар не смог вписаться в творческую среду русских интеллигентов. Мало того, показал себя совсем не на высоте своей должности. В приказе, подписанном начальником базы А.Т. Угловым, отмечалось, что 'революционный военный трибунал Запасной армии республики своим приговором от 2 февраля 1920 года за принятие в радиотелеграфную школу двух дезертиров без соответствующей проверки военному комиссару Ежову объявляет строгий выговор с предупреждением'.
  Позднее А.Т. Углов стал первым директором ЦВИРЛ, в этой лаборатории (точнее, институте) будут в 1930-е созданы основные средства связи для РККА. Ежов погубил и А.Т. Углова, и его дело. Погубит и всех прежних своих коллег по работе во 2-й базе радиотелефонных формирований, и множество других специалистов.
  Погибнет доктор технических наук Валериан Иванович Баженов, руководитель кафедры радиотехники МАИ, участвовавший в разработке авиационной радиоаппаратуры, погибнет Бронислав Антонович Валюсис, старший конструктор завода 208 в Ленинграде, где разрабатывалась и изготовлялась радиоаппаратура. Были расстреляны начальники отделов НИИС РККА Н.Н. Астахов и А.Н. Шахвердов.
  Л.Л. Кербера, который тоже занимал пост начальника отдела НИИС РККА и выпустил наставление по радионавигации, единственное тогда в советских ВВС, арестовали и отправили в лагерь. Ему-то и было суждено стать летописцем 'шарашки' Туполева.
  Аресты прошли и в Научно-исследовательском институте техники связи разведуправления РККА. Начальник института, Александр Иосифович Гурвич, был также репрессирован. Любопытно, что советские разработки тех времен по скрытой связи - как проводной, так и беспроводной - были лучшими в мире.
  Был арестован будущий академик С.А. Векшинский, главный инженер завода 'Светлана', где производились радиолампы. Во время отсутствия этого крупнейшего специалиста по вакуумной технике завод будет производить плохие лампы.
  В 1936-1937 годах были репрессированы такие крупные специалисты в области средств связи, как А.В. Водар, П.И. Епанешников, Л.Д. Исаков, Ф.А. Миллер, К.Ф. Престин, Г.М. Петухов, Л.И. Сапельков.
  Неудивительно, что во время Второй мировой немцы имели лучшую технику связи.
  Но наибольший урон Красная Армия в 1937 году, на мой взгляд, понесла из-за арестов, связанных с производством военной радиоаппаратуры.
  Николай Михайлович Синявский был расстрелян 29 июля 1938 года. Хотя он был русским, родом из Брянска, польский вид фамилии дал основание причислить его к 'Польска организация войскова'. (По обвинению в причастности к этой организации были арестованы И.С. Уншлихт, Р.В. Лонгва, корпусной комиссар Я.Л. Авиновицкий, комдив В.Ф. Грушецкий, К.Ф. Квятек и другие.)
  Н.М. Синявский был начальником 5-го Главного управления Народного комиссариата оборонной промышленности. Именно здесь производилась военная радиоаппаратура и часть оборудования, которое могло иметь военное применение.'
   http://worldcrisis.ru/crisis/2846427
  Любимец усатого Ежов простарался.
  +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
  
  3. Почему РККА встретила войну без самоходных орудий?
  
  'В 1931 году Реввоенсовет СССР принял решение о разработке новых систем, смежных с танками. В 1930-е годы, двигаясь в атаку, танк почти не стрелял, поскольку танковые пушки качались и прицельный огонь был невозможен. Да и мощность танковых орудий была невелика из-за того, что орудия требовалось поместить во вращающейся башне. Чтобы поддержать атаки мех-корпусов, было решено придать им артиллерийские установки большого (по тем временам) калибра. В частности, предполагалось для поддержки атак танковых частей разработать самоходку с 76-мм орудием на базе Т-26 (для подготовки и поддержки танковых атак), 122-мм гаубицу на базе среднего танка, 45-мм противотанковую установку, а также 37-мм зенитную установку на базе Т-26.
  Уже в 1932 году появилась первая самоходная установка, названная СУ-1. Она была создана на базе недавно созданного в СССР легкого танка Т-26 - но если танк в то время имел две башни с пулеметами, то у самоходки было 76,2-мм орудие. СУ-1 была разработана под руководством П.Н. Сячинтова и Л.С. Троянова. СУ-1 стала первой в целой серии самоходных машин на базе Т-26 - за ней последовали СУ-5 и (на удлиненной базе) СУ-6. Для мехсоединений и сопровождения конницы был разработан в 1934 году единый 'малый триплекс' СУ-5, включавший универсальный лафет на шасси Т-26 и устанавливаемые на нем 76-мм пушка образца 1902/30 года (СУ-5-1), или 122-мм гаубица образца 1910/30 года (СУ-5-2), или 152-мм мортира образца 1931 года (СУ-5-3). Полигонные испытания дали положительные результаты.
  В 1933 году завод ? 185 приступил к проектированию на базе Т-26 артиллерийского танка АТ-1 с 76-мм танковой пушкой ПС-3 для сопровождения танков дальней поддержки пехоты и танковых групп 'дальнего действия' при прорыве обороны противника. Эта самоходная установка имела боевую рубку с верхним поясом в виде откидных щитов, что улучшало обзор поля боя и условия работы орудийного расчета при поддержке атаки из второго эшелона. Документация была готова в 1935 году.
  В 1933-1934 годах в СССР по программе 'Большой дуплекс' на основе узлов и агрегатов Т-28 и Т-35 были созданы экспериментальные самоходные установки: гаубичный вариант (с 203-мм орудием) имел индекс СУ-14, пушечный (с 152-мм орудием) - СУ-14А. Прототип был готов в 1935 году.
  За свои заслуги создатель самоходных орудий Павел Николаевич Сячинтов был награжден в 1936 году орденом Ленина.
  В том же году его арестовали, поскольку его имя во время пыток произнес один из арестованных конструкторов. 5 мая 1937 года выездной сессией Военной коллегии Верховного суда СССР в г. Ленинграде Сячинтов был приговорен по статье 58 (пункты 6, 7, 8, 11) УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрел был приведен в исполнение на следующий день.' https://www.litmir.me/br/?b=550161&p=10#section_7
  
   Как в то время было принято, после ареста главного конструктора, его направление работ было объявлено 'вредительским', все работы по нему прекращены.
  +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
  4. О 'целесообразности' репрессий.
  
   В августе 1937г. начались аресты на крупнейшем советском автозаводе ГАЗ. Сначала арестовывали специалистов и начальников цехов, к апрелю 1938г. добрались до директора С.С.Дьяконова. По данным НКВД директор был сущим дьяволом: работал на разведки Японии, Германии и еще нескольких государств, 'срывал работу завода', 'специально назначал' на руководящие должности антисоветские элементы, и т.д., и т.п. Через 5 месяцев следствия директора расстреляли. Заодно выяснилось, что 'врагами народа' были главный бухгалтер Чуйко, 19 старших бухгалтеров, почти все инженеры, конструкторы, технологи, заведующие детсадом и кинофотобазой, главврач района. Поголовны истреблены были специалисты, прошедшие стажировку в США и американские специалисты, помогавшие строить завод: И.Тучельский, Д.Сиглер, М.Кадарьян и прочие. По данным НКВД, только за первую половину 1938г. на ГАЗе были 'изобличены' 407 'шпионов иностранных разведок' из таких стран, как: Германия, Япония, США, Италия, Латвия, Франция, Румыния, Болгария. Многие из них работали на разведки сразу нескольких государств. Интересно, что именно специалистам ГАЗа ГУ НКВД поручило разработать и выпустить партию спецмашин для перевозки заключенных, которую затем в народе прозвали 'черный ворон'. В этих 'воронках' специалистов потом и перевозили. Аналогичное положение складывалось и на другом автомобильном гиганте - заводе 'ЗИС' в Москве. Главный конструктор завода ЗИС Важинский Е.И., под руководством которого были созданы такие знаменитые модели, как ЗИС-5 и ЗИС-6, в 1938 г. был арестован, а затем расстрелян, как и руководитель проектного бюро ЗИС Бондарев Д.Д.; та же участь постигла директора Ярославского автозавода Еленина В.А. и многих других видных работников отрасли.
  
  В 1940 начались расправы в Наркомате боеприпасов, осенью были арестованы: начальник 2-го Главного управления Борис Ефремов, заместители наркома Николай Хренков, Василий Шибанов и Михаила Иняшкин, в мае 1941 г. дошла очередь до наркома Ивана Сергеева и члена Совета по оборонной промышленности при СНК СССР Александра Ходякова. Летом 1941г. взяли еще трех ответственных работников Наркомата боеприпасов: Сергея Горина, Даниила Ирлина и Георгия Толстова. В своих показаниях все они под копирку обвиняли друг друга во вредительстве и прочих стандартных для того времени преступлениях. Для экономии времени следователи организовывали перекрестное обвинение: Иняшкин уличает Сергеева, Сергеев уличает Иняшкина. Этот метод применялся широко и считался достаточным основанием для вынесения расстрельных приговоров.
  
  Заключение
  
  Краткие итоги репрессий в оборонной отрасли: на конец 1939г. в среднем лишь 35-40% директоров заводов имели высшее образование, около половины директоров имели стаж руководящей работы не более 1 года. Неудивительно, что когда к технологической отсталости отрасли добавилось некомпетентное управление, выпуск качественной продукции был под большим вопросом. Упали и показатели по количеству: например, на ГАЗе в 1938г. было выпущено 139 тыс. автомобилей, в 1939г. - 110 тысяч, а в 1940г. - всего 65 тысяч. Всего в автомобильной отрасли за 1937 было произведено 200 тыс. автомобилей, а за 1940 - 145 тысяч. В общем, нельзя отрицать, что для развитии советской оборонной индустрии было сделано очень много и СССР вступил в Великую Отечественную войну отнюдь не с самыми худшими образцами вооружения и боевой техники. Однако совершенно ясно, что было уничтожено немало остро необходимых специалистов отрасли, и репрессии не могли не сказаться негативно на работах оборонного характера.
  
  Очевидно, что в других отраслях машиностроения: авиастроении, танкостроении, судостроении, радиотехнике репрессии повлияли на объемы производства вполне аналогичным образом. Не говоря уже о провале в новых разработках. И это перед самой войной. Сталин рулил!
  +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ Интересная статья. Заслуживает внимания: "ПРОБЛЕМЫ УСТАНОВЛЕНИЯ МАСШТАБА ЛЮДСКИХ ПОТЕРЬ СССР В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ" Виктор Земсков публикатор khazin.ru [khazin.ru] Темы: politpros , великая отечественная война , виктор земсков , история и философия ЗЕМСКОВ ВИКТОР НИКОЛАЕВИЧ, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН По этой проблеме существует масса литературы, и, может быть, у кого-то создаётся впечатление, что она достаточно исследована. Да, действительно, литературы много, но и остаётся немало вопросов и сомнений. Слишком много здесь неясного, спорного и явно недостоверного. В данной статье показана эволюция официальной статистики по этим потерям (с 1946 г. и по настоящее время она неоднократно менялась) и сделана попытка установить действительное число потерь военнослужащих и гражданского населения в 1941-1945 годах. Решая эту задачу, мы опирались только на действительно достоверную информацию, содержащуюся в исторических источниках и литературе. В статье приведена система доказательств того, что на самом деле прямые людские потери составляли около 16 млн. человек, из них 11,5 млн. - военные и 4,5 млн. - гражданские. В течение 20 лет после войны все людские потери СССР в Великой Отечественной войне (суммарно военные и гражданские) оценивались в 7 млн. человек. В феврале 1946 года эта цифра (7 млн.) была опубликована в журнале 'Большевик'. (См.: Большевик. 1946. N 5. С. 3). Её же в марте 1946 года назвал И.В.Сталин в интервью корреспонденту газеты 'Правда'. Вот дословно цитата Сталина, опубликованная в этой газете: 'В результате немецкого вторжения Советский Союз безвозвратно потерял в боях с немцами, а также благодаря немецкой оккупации и угону советских людей на немецкую каторгу около семи миллионов человек'. (Правда, 14 марта 1946 г.). На самом деле Сталину была известна совсем другая статистика - 15 млн. (См.: Волкогонов Д.А. Триумф и трагедия: Политический портрет И.В.Сталина. - М., 1989. Кн. 2. Ч. 2. С. 26). Об этом ему было доложено в начале 1946 года по результатам работы комиссии, которой руководил кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б) председатель Госплана СССР Н.А.Вознесенский. Слово 'комиссия' в данной ситуации надо понимать условно, так как, по всем признакам, это была рабочая группа госплановских специалистов, осуществлявших соответствующие подсчёты по заданию председателя Госплана. О работе этой комиссии (рабочей группы) пока мало что известно, и непонятно, какую методику она использовала при исчислении 15 млн. людских потерь. Причём, как утверждал Д.А.Волкогонов в своей книге 'Триумф и трагедия', Вознесенский якобы уверял Сталина, что реально потери составляют более 15 млн. человек. (См.: там же). Спрашивается: а куда же они, эти данные, делись? Получается так, что в документе, представленном ему Вознесенским, Сталин произвёл 'редакторскую правку', исправив 15 млн. на 7 млн. А иначе как объяснить, что 15 млн. 'исчезли', а 7 млн. были обнародованы и стали официальными данными? О мотивах поступка Сталина можно только гадать. Конечно, здесь имели место и мотивы пропагандистского характера, и желание скрыть как от своего народа, так и от мировой общественности реальные масштабы людских потерь СССР. Утверждение, что Сталину была известна статистика в виде 15 млн. жертв войны, иногда подвергается сомнению, поскольку такую информацию (без ссылки на источник) привёл Д.А.Волкогонов, известный своей склонностью к фантазированию. Но мы полагаем, что в данном случае его информация близка к истине. Уже к осени 1945 года существовали два документа: подготовленная Управлением учёта и контроля за численностью вооружённых сил Наркомата обороны СССР справка 'О боевых потерях личного состава Красной Армии в Великой Отечественной войне' и справка Чрезвычайной Государственной Комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников (ЧГК) 'Об итогах расследования кровавых преступлений немецко-фашистских захватчиков и их сообщников'. Согласно первому из этих документов, потери военнослужащих составили 9 675 тыс. человек (включая 3 344 тыс. пропавших без вести и попавших в плен) (см.: Михалёв С.Н. Людские потери в Великой Отечественной войне. 1941-1945 гг.: Статистическое исследование. - Красноярск, 2000. С. 97 (со ссылкой на: ЦАМО РФ. Ф. 14. Оп. 3 028. Д. 8. Л. 1-2); см. также: Лопуховский Л.Н., Кавалерчик Б.К. Когда мы узнаем реальную цену разгрома гитлеровской Германии? // 'Умылись кровью'? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне. - М., 2012. С. 26), а согласно второму - на оккупированной территории СССР было убито и замучено 6 716 660 мирных советских граждан. (См.: Лопуховский Л.Н., Кавалерчик Б.К. Указ. статья. С. 27). При суммировании этих цифр получается 16 392 тыс. человек (9 675 тыс. + 6 717 тыс. = 16 392 тыс.). Но, поскольку эта величина включала в себя попавших в плен и пропавших без вести военнослужащих, часть которых (предположительно) осталась в живых, то тогда, действительно, общее число военных и гражданских потерь погибшими и замученными вполне могло оцениваться величиной приблизительно в 15 млн. человек. Предположение, что Сталин мог не знать об этом, несостоятельно, так как соответствующие службы обязаны были довести до его сведения эту чрезвычайно важную информацию. В свете этого значительно убедительней выглядит наша версия о произведённой Сталиным 'редакторской правке' в виде 'исправления' 15 млн. на 7 млн. Основным аргументом оппонентов, утверждающих, что Сталин и Вознесенский обладали неполной информацией о потерях, является тезис о том, что данные, которыми они пользовались, не учитывали даже ленинградских блокадников. Но это не так. Они, ленинградские блокадники, учтены в приведённой выше статистике ЧГК, которая слагается из 6 074 857 убитых и замученных советских граждан на оккупированной территории СССР и 641 803 умерших жителей блокадного Ленинграда. (См.: ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 116. Д. 246б. Л. 1-3). Арифметически это выглядит так: 6 074 857 + 641 803 = 6 716 660. Статистику смертности ленинградских блокадников мы склонны считать близкой к достоверной, хотя в условиях блокадного города у кладбищенских работников существовала предрасположенность делать в соответствующих актах приписки (и, безусловно, такая практика имела место), так как они получали прибавку к пайку за перевыполнение установленных норм захоронений. Что же касается статистики гибели гражданского населения на оккупированной территории, то она, как будет показано, является существенно преувеличенной. В дальнейшем, уже после смерти И.В.Сталина, для нового политического руководства страны во главе с Н.С.Хрущёвым не являлось секретом, что официальная статистика людских потерь в войне сильно занижена. Начальник ЦСУ СССР В.Н.Старовский в своей докладной записке в ЦК КПСС от 14 ноября 1956 года доказывал, что потери составляли не 7 млн., а значительно больше и предлагал излагать это в следующей формулировке: 'Советский Союз за период Великой Отечественной войны потерял в боях с захватчиками, в результате истребления населения оккупантами, а также от снижения рождаемости и увеличения смертности, особенно в оккупированных районах, свыше 20 миллионов человек'. (Документ размещён в Интернете Д.Д.Богоявленским со ссылкой на: РГАЭ. Ф. 1562. Оп. 33. Д. 2990. Л. 75). Но тогда, в 1956-м и последующие годы, Н.С.Хрущёв не решился так кардинально изменить масштаб официальной статистики. В первой половине 1960-х годов специалисты-демографы пытались определить общие людские потери в войне балансовым методом, сопоставляя результаты Всесоюзных переписей населения 1939 и 1959 годов. Делалось это, разумеется, с санкции ЦК КПСС. Здесь сразу же выявилась масса сложностей в решении этой задачи, поскольку при различающихся подходах и методиках реально можно было вывести любую величину в диапазоне от 15 млн. до 30 млн. Тут требовался предельно профессиональный и корректный подход. По итогам расчётов, проведённых в начале 1960-х годов, вытекало два вывода: 1) точное число людских потерь в 1941-1945 годы установить невозможно; 2) реально они составляют более 20 млн. и включают в себя не только жертвы войны, но и повышенную смертность населения в связи с ухудшением в военное время условий жизни. Причём в потери вносился не сам по себе скачок в естественной смертности населения, а отрицательное сальдо между расчётными показателями смертности и рождаемости как на оккупированной территории, так и в советском тылу. (См.: Демографическая модернизация России. 1900-2000 / Под ред. А.Г.Вишневского. - М., 2006. С. 439). В конце 1961 года по сталинским 7 млн. был нанесён первый чувствительный удар. 5 ноября 1961 года Н.С.Хрущёв в письме шведскому премьер-министру Т.Эрландеру отметил, что прошедшая война 'унесла два десятка миллионов жизней советских людей' (Международная жизнь. 1961. N 12. С. 8) (вообще-то руководство ЦСУ СССР докладывало в ЦК КПСС, что потери составляют свыше 20 млн., но Хрущёв убрал слово 'свыше'). Тем не менее, несмотря на такое признание, в СССР вплоть до начала 1965 года величина в 7 млн. сохранялась в качестве официальной статистики. 8 мая 1965 года, накануне 20-летия Победы, Л.И.Брежнев в своей речи сказал, что 'война унесла более двадцати миллионов жизней советских людей'. (Правда, 9 мая 1965 г.). На другой день эта речь была опубликована в газетах, и именно с этого момента, то есть с 9 мая 1965 года, сталинские 7 млн. перестали быть официальной статистикой. Таким образом, Хрущёв назвал 20 млн., Брежнев - более 20 млн. при одинаковой терминологии - 'война унесла жизни'. Надо сказать, что статистика в виде более 20 млн. родилась накануне 20-летия Победы уже в недрах ЦК КПСС, после того как ЦСУ СССР представило туда соответствующую информацию. Пока не совсем ясно, какая именно цифра была тогда названа, но, по всем признакам, в диапазоне от 26 млн. до 28 млн. И уже там, в ЦК КПСС, её 'переправили' на более 20 млн. (См.: Демографическая модернизация России. С. 439). С течением времени в пропаганде и на бытовом уровне обозначения 'более' и 'свыше' постепенно вышли из употребления и остались просто 20 млн. Специалистам, осуществлявшим в 1964-1965 годах эти расчёты, не была известна статистика военных потерь, но оценивали они их (в принципе вполне адекватно) в диапазоне от не менее 7 млн. до не более 9 млн. (См.: там же). Поскольку за счёт непомерно преувеличенных оценок гибели гражданского населения на оккупированной территории общее число людских потерь СССР доводилось до 26-28 млн., то оцениваемый в 7-9 млн. человек удельный вес погибших военнослужащих получался неправдоподобно низким - от 26 до 32%. Следовательно, во все эти расчёты изначально был заложен ложный алгоритм о якобы значительном преобладании гражданских потерь над военными. Представленную в начале 1965 года в ЦК КПСС статистику всех людских потерь СССР (в диапазоне от 26 млн. до 28 млн.) следует, по нашему убеждению, квалифицировать как недостоверную, так как она получилась в результате сложения не только относительно достоверных статистических компонентов, но и чудовищно преувеличенных оценок. Если бы в этих расчётах использовались более близкие к реальности данные ЧГК (6,8 млн.) (см.: История СССР с древнейших времён до наших дней. - М., 1973. Т. 10. С. 390), а не сверх всякой меры преувеличенные оценки людских потерь на оккупированной территории (якобы более 16 млн.) (см.: Демографическая модернизация России. С. 439), то тогда общий итог всех людских потерь СССР получился бы не в рамках 26-28 млн., а менее 20 млн. Поэтому произведённое в аппарате ЦК КПСС, а, возможно, и лично Л.И.Брежневым 'исправление' этих 26-28 млн. на более 20 млн. было не совсем правильным. Правильней было бы исправить на 'около 20 млн.' или 'почти 20 млн.'. Это ещё не всё. В указанные расчёты были заложены миллионы виртуальных 'мёртвых душ', в реальности не существовавших. Чтобы было понятней, приведём такой пример: допустим, в каком-то районе за время войны умерло 300, а родилось 200 человек - разница между ними составляет 100 человек. И вот эту разницу, или отрицательное сальдо между смертностью и рождаемостью, а не реально существовавших людей в больших количествах включали в статистику людских потерь. Имеются сведения, что в указанные выше 26-28 млн. были включены порядка 5,5 млн. (из них свыше 3 млн. - по оккупированной территории и 2,4 млн. - по советскому тылу) (см.: там же) такого рода виртуальных 'жертв', которые на самом деле погибнуть никак не могли, поскольку их вообще не существовало на свете. Из этого следует вывод, что даже величины 'около 20 млн.' или 'почти 20 млн.' являются существенно преувеличенными. Практику включения арифметических величин, составляющих отрицательное сальдо между смертностью и рождаемостью, в общую статистику жертв войны мы считаем совершенно неприемлемой. Поскольку в военное время резко снизилась рождаемость (в основном потому, что десятки миллионов женщин и мужчин по понятным причинам были разъединены), то указанное отрицательное сальдо неизбежно образовывалось даже в тех районах, в которых уровень смертности либо оставался примерно таким же, как до войны, либо же увеличился незначительно. Вот тут-то отчётливо высвечивается порочность этого метода подсчёта - даже при отсутствии значительного количества реальных жертв можно было (и так на практике делалось) насчитать многие миллионы 'дополнительных потерь'. Выражение 'война унесла жизни', употреблённое Н.С.Хрущёвым и Л.И.Брежневым, не совсем адекватно отражало наполнение называемых ими величин. Поскольку, помимо гибели и смертности конкретных людей (именно к ним применимо это выражение), в приводимую ими статистику входили также миллионы виртуальных, в реальности не существовавших людей (жизни которых война никак не могла унести), внесённых в 'жертвы войны' в результате арифметических манипуляций с расчётными показателями превышения смертности над рождаемостью, то, с учётом последнего обстоятельства, здесь, по-видимому, более адекватным было бы выражение 'общие демографические потери'. В известных нам документах ЦСУ СССР, представлявшихся в ЦК КПСС, выражения 'война унесла жизни' нет. Значит, по всей видимости, оно было выработано (примерно в 1960-1961 гг.) в аппарате ЦК КПСС (вовсе не исключено, что его придумал лично Н.С.Хрущёв). Величину 20 млн. можно признать достоверной только с оговоркой, что она учитывает не только прямые жертвы войны, но и повышенный уровень естественной смертности населения, превышающий соответствующие показатели мирного времени. Данное обстоятельство сделало эти 20 млн. несопоставимыми с соответствующей статистикой других стран (там включают в людские потери только прямые жертвы войны). Иначе говоря, исходя из методик подсчёта, принятых в других странах, расчёт людских потерь СССР, определяемый величиной в 20 млн., является преувеличенным. И преувеличен он в таком случае, по нашим оценкам, приблизительно на 4 млн. человек, поскольку, как будет показано, методом суммирования конкретных жертв войны (военнослужащих и гражданских лиц) получается около 16 млн. человек. На деле 20 млн. - это суммарная численность прямых (16 млн.) и косвенных (4 млн.) потерь. Сам этот факт говорит о недостатках и издержках балансового метода исчисления, способного только установить общую численность прямых и косвенных потерь и не способного их вычленить и отделить друг от друга. И здесь невольно получается методологически неверное суммирование прямых и косвенных потерь, приводящее к определенной девальвации понятия 'жертвы войны' и преувеличению их масштаба. Напомним, в соответствующих статистиках других стран косвенные потери отсутствуют. Вообще-то проблема косвенных потерь - это отдельная тема, и здесь должна, по идее, существовать отдельная статистика, и если и включать их в общее число людских потерь в войне, то надо сопровождать это рядом серьёзных оговорок. Поскольку разъяснений такого рода никогда не делалось, то в общественном сознании величина в 20 млн. искажённо воспринималась как общее число именно прямых жертв войны. В течение четверти века (1965-1989 гг.) эти 20 млн. являлись официальными данными потерь СССР в Великой Отечественной войне. Но в конце 1980-х годов, в разгар горбачёвской 'перестройки', когда критиковались и ниспровергались многие прежние взгляды, представления и установки, это же коснулось и указанных официальных данных потерь. В публицистике они тогда клеймились как 'фальшивые', и утверждалось, что на самом деле количество жертв войны было намного больше (свыше 40 млн.). Причем эти заведомо ложные утверждения активно внедрялись в массовое сознание. Звучали призывы 'установить правду о потерях'. На волне этого 'правдоискательства' с 1989 года началась довольно бурная деятельность по 'пересчёту' людских потерь СССР в 1941-1945 годах. Фактически всё это являлось составной частью инспирированной горбачёвским Политбюро широкой пропагандистской кампании по 'разоблачению сталинизма'. Вся тогдашняя пропаганда была построена с таким расчётом, чтобы Сталин выглядел единственным виновником (Гитлера редко упоминали) огромных людских потерь в Великой Отечественной войне, и существовала предрасположенность (с целью усиления степени негативности образа Сталина и 'сталинизма' в общественном сознании) 'отменить' 20 млн. и 'насчитать' намного больше. С марта 1989 года по поручению ЦК КПСС работала государственная комиссия по исследованию числа человеческих потерь СССР в Великой Отечественной войне. Особенностью психологического настроя членов этой комиссии являлось убеждение, что тогдашние официальные данные людских потерь СССР в войне (20 млн.) якобы 'приблизительные' и 'неполные' (что было их заблуждением), и ей, комиссии, надо насчитать значительно больше. Они рассматривали применявшийся ими метод демографического баланса как 'новаторский', не понимая или не желая понимать, что именно таким же методом велись соответствующие расчёты и в первой половине 1960-х годов. В изданной в 1995 году 'Всероссийской Книге Памяти' подробно описана методика подсчётов, по результатам которых получилось почти 27 млн. (точнее - 26,6 млн.) всех людских потерь СССР в Великой Отечественной войне. Поскольку для наших дальнейших выводов имеют значение даже самые мельчайшие подробности и нюансы, то мы приводим это описание дословно и полностью: 'Общие людские потери, исчисленные комиссией с помощью балансового метода, включают всех погибших в результате военных и иных действий противника, умерших вследствие повышенного уровня смертности в период войны на оккупированной территории и в тылу, а также лиц, эмигрировавших из СССР в годы войны и не вернувшихся после её окончания. В число прямых людских потерь не включаются косвенные потери: от снижения рождаемости в период войны и повышенной смертности в послевоенные годы. Подсчёт потерь балансовым методом производился за период с 22 июня 1941 г. по 31 декабря 1945 г. Верхняя граница периода была отодвинута от момента окончания войны на конец года, чтобы учесть умерших от ран в госпиталях, репатриацию в СССР военнопленных и перемещённых лиц из числа гражданского населения и репатриацию из СССР граждан других стран. Демографический баланс предполагает сопоставление населения в одних и тех же территориальных границах. Для расчётов были приняты границы СССР на 22 июня 1941 г. Оценка численности населения СССР на 22 июня 1941 г. получена путём передвижения на указанную дату итогов предвоенной переписи населения страны (17 января 1939 г.) с корректировкой чисел рождений и смертей за два с половиной года, прошедших от переписи до нападения фашистской Германии. Таким образом, численность населения СССР на середину 1941 г. определяется в 196,7 млн. человек. На конец 1945 г. эта численность рассчитана путём передвижки назад возрастных данных Всесоюзной переписи 1959 г. При этом использована уточнённая информация о смертности населения и данные о внешней миграции за 1946-1958 гг. Расчёт произведён с учётом изменения границ СССР после 1941 года. В итоге население на 31 декабря 1945 г. определено в 170,5 млн. человек, из которых 159,5 млн. - родившиеся до 22 июня 1941 г. Общее число погибших, умерших, пропавших без вести и оказавшихся за пределами страны за годы войны составило 37,2 млн. человек (разница между 196,7 и 159,5 млн. человек). Однако вся эта величина не может быть отнесена к людским потерям, вызванным войной, так как и в мирное время (за 4,5 года) население подверглось бы естественной убыли за счёт обычной смертности. Если уровень смертности населения СССР в 1941-1945 гг. брать таким же, как в 1940 г., то число умерших составило бы 11,9 млн. человек. За вычетом указанной величины людские потери среди граждан, родившихся до начала войны, составляют 25,3 млн. человек. К этой цифре необходимо добавить потери детей, родившихся в годы войны и тогда же умерших из-за повышенной детской смертности (1,3 млн. человек). В итоге общие людские потери СССР в Великой Отечественной войне, определённые методом демографического баланса, равны 26,6 млн. человек'. (Всероссийская Книга Памяти. 1941-1945: Обзорный том. - М., 1995. С. 395-396). Несмотря на кажущуюся фундаментальность и солидность указанных расчётов, у нас по мере неоднократных попыток их перепроверить неуклонно росло подозрение такого рода: а являются ли они, эти расчёты, результатом корректного подхода и не сокрыта ли здесь фальсификация? Наконец, стало ясно в чём дело: за подробным и внешне беспристрастным описанием методики подсчёта была сокрыта статистическая манипуляция, призванная увеличить прежние официальные данные потерь на 7 млн. человек (с 20 млн. до 27 млн.) посредством занижения на то же количество (на 7 млн.) масштабов естественной смертности в 1941-1945 годы, исходя из уровня смертности населения СССР в 1940 году (без указания конкретного числа умерших в 1940 г.). Логика здесь, по-видимому, была такая: всё равно никто не знает, сколько людей в СССР умерло в 1940 году, и не сможет проверить. Проверить, однако, можно. По расчётам Госкомстата, в 1940 году в СССР умерло 4,2 млн. человек. Эта цифра была опубликована в 1990 году в журнале 'Вестник статистики'. (См.: Вестник статистики. 1990. N 7. С. 34-46). Она же фигурирует в вышедшем в 2000 году 1-м томе фундаментального научного труда 'Население России в ХХ веке'. (См.: Население России в ХХ веке: Исторические очерки. Т. 1 / Отв. редакторы: Ю.А.Поляков, В.Б. Жиромская. - М., 2000. С. 340). Это означает, что за 4,5 года (с середины 1941-го до конца 1945 г.), если исчислять в соотношении 1:1 к уровню смертности населения СССР в 1940 году, умерло бы 18,9 млн. (4,2 млн. х 4,5 года = 18,9 млн.). Это такое количество людей, которые всё равно бы умерли в указанный период (1941-1945 гг.), даже если бы не было войны, и их надо вычитать из любых расчётов по определению людских потерь вследствие войны. Комиссия, работавшая в 1989-1990 годах, это понимала и произвела соответствующую операцию в своих расчётах, но вычла (исходя якобы из уровня смертности в СССР в 1940 г.) только 11,9 млн. человек. А надо-то было вычитать 18,9 млн.! Именно таким способом были получены 'дополнительные' 7 млн. потерь (18,9 млн. - 11,9 млн. = 7 млн.), в результате чего официальные данные людских потерь СССР в Великой Отечественной войне были увеличены в 1990 году с 20 млн. до 27 млн. человек. По сути эти 27 млн. есть такая же профанация, что и сталинские 7 млн., - только наизнанку. Такова подоплёка появления новой официальной статистики людских потерь в войне. Все прочие существовавшие и существующие версии её происхождения, включая забавную 'математическую формулу' (сталинские 7 млн. + хрущёвские 20 млн. = горбачёвские 27 млн.) (см., напр.: Буровский А. Мединский и война. Создатель мифов или только пособник? // Анти-Мединский: Псевдо-история Второй Мировой. Новые мифы Кремля. - М., 2012. С. 210 ), являются, разумеется, ошибочными. Новая официальная статистика получилась такого же масштаба, что и представленные ЦСУ СССР в начале 1965 года в ЦК КПСС данные, 'исправленные' там на более 20 млн. Подсчёты, сделанные в начале 1965 года (от 26 млн. до 28 млн.), легко опровергаются, так как при их изучении сразу же 'всплывают' заложенные туда более 10 млн. 'лишних' (виртуальных) жертв на оккупированной территории. Сделанные же в 1989-1990 годах подсчёты, в такой же мере недостоверные, выполнялись по более изощрённой методике, и поэтому их недостоверность не так очевидна. Приходится констатировать, что в определении количества жертв войны знака равенства между понятиями 'официальная статистика' и 'достоверная статистика' никогда не существовало. 8 мая 1990 года президент СССР М.С.Горбачёв в докладе, посвящённом 45-летию Победы, сказал, что 'война унесла почти 27 миллионов жизней советских людей'. (Правда, 9 мая 1990 г.). Отметим, что Горбачёв употребил ту же формулировку ('унесла жизни'), что Хрущёв и Брежнев. С этого времени, то есть с мая 1990 года, эти почти 27 млн. (иногда называют 'точнее' - 26,6 млн.) стали официальными данными людских потерь СССР в Великой Отечественной войне. Причём зачастую в пропаганде вместо более или менее корректного выражения 'война унесла жизни', подразумевающего (хотя и не совсем адекватно, о чём говорилось) демографические потери в широком плане, употребляется глагол 'погибнуть', что является серьёзным смысловым искажением (тогда надо вычленять прямые жертвы войны в составе общих демографических потерь). Любопытно, что даже в 1990 году была соблюдена старая советская традиция, согласно которой всякая новая информация о статистике людских потерь в 1941-1945 годах исходила только от высших должностных лиц партии и государства. За 1946-1990 годы эта статистика менялась и уточнялась 4 раза, и всегда её озвучивали руководители партии и СССР - последовательно И.В.Сталин, Н.С.Хрущёв, Л.И.Брежнев и М.С.Горбачёв. Последние трое, по всей видимости, не сомневались в достоверности называемых цифр (Сталин же, как известно, сознательно сфальсифицировал статистику в сторону понижения её масштаба). Описанная выше практика оказывала весьма негативное воздействие на научное изучение проблемы людских потерь СССР в 1941-1945 годах, так как вынуждала историков воспринимать спускаемую 'сверху' (в порядке директивной установки) статистику фактически без всякого критического анализа, что совершенно недопустимо в процессе научного исследования. Неоднократно менявшуюся официальную статистику жертв войны (которая, как выясняется, никогда не была достоверной и варьировалась в разное время в очень широком диапазоне от 7 млн. до 27 млн.) внедряли в сознание даже профессиональных историков фактически методом зомбирования. Причём эта порочная антинаучная практика существовала не только в СССР, но во многом сохранилась и в современной России. Несмотря на господствовавшее восприятие этих новых официальных данных (27 млн.) людских потерь СССР в войне как якобы истины в последней инстанции, всё-таки в исторической науке полного единодушия не было, и имели место оценки, ставившие под серьёзное сомнение их достоверность. Так, известный историк доктор исторических наук А.К.Соколов в 1995 году отмечал: '...Хотелось бы напомнить отдельным авторам, склонным к преувеличениям, что Россия по мировым стандартам и с учётом её территории - страна в общем-то малонаселённая... Странное представление о неисчерпаемости её людских ресурсов - миф, на который работает большинство авторов, "разбрасывающихся" направо и налево десятками миллионов жертв... Численность погибших в годы войны всё-таки меньше, чем 27 млн. человек'. (Соколов А.К. Методологические основы исчисления потерь населения СССР в годы Великой Отечественной войны // Людские потери СССР в период Второй мировой войны. - СПб., 1995. С. 22). Но такие вполне здравые оценки новой официальной статистики были относительной редкостью. Гораздо чаще звучали призывы скорректировать её в сторону значительного увеличения масштаба потерь. В июне 1991 года было опубликовано интервью А.И.Солженицына испанскому телевидению в 1976 году, в котором утверждалось, что СССР потерял во Второй мировой войне 44 млн. человек. (См.: Размышления по поводу двух гражданских войн: Интервью А.И.Солженицына испанскому телевидению в 1976 г. // Комсомольская правда, 4 июня 1991 г.). В свете этого в первой половине 1990-х годов в научной, публицистической и журналистской среде нередко задавался вопрос: что же теперь считать официальными данными людских потерь в войне - горбачёвские 27 млн. или солженицынские 44 млн.? Этот вовсе не риторический вопрос был снят с повестки дня в мае 1995 года, когда на торжествах по случаю 50-летия Победы президент РФ Б.Н.Ельцин озвучил ту же самую цифру (см.: Российская газета, 9 мая 1995 г.), которую пятью годами раньше назвал М.С.Горбачёв. После этого стало окончательно понятно, что почти 27 млн. - это официальная статистика. Это также означало, что названная А.И.Солженицыным цифра (44 млн.) на высшем государственном уровне была признана неправильной (хотя об этом прямо не говорилось). Тем не менее, мифическая статистика в виде якобы более 40 млн. жертв войны отнюдь не ушла в небытие. Иногда предпринимались довольно активные попытки представить эти более 40 млн. подлинной статистикой, а 27 млн. - 'заниженной'. Так, в статье Ю.Л.Дьякова, вышедшей в 2005 году, утверждается, что 'проблему суммарных потерь армии и мирного населения решают демографические исследования, которые и вычислили страшную цифру - более 40 млн. погибших'. (Дьяков Ю.Л. Горькое чувство истории: За ошибки власти расплачивается народ // Россия в ХХ веке: Война 1941-1945 годов. Современные подходы. - М., 2005. С. 82). Здесь автор даже придумал для убедительности некие 'демографические исследования', на основе которых якобы была вычислена эта цифра. На самом же деле та статистика, которую отстаивал и пропагандировал Ю.Л.Дьяков, представляла из себя сильно преувеличенные умозрительные оценки, рождавшиеся в публицистической и журналистской среде и не базировавшиеся ни на каких конкретных подсчётах. С начала 1990-х годов в научной среде стали известны результаты исчисления общих военных потерь, проведённые коллективом военных историков во главе с генерал-полковником Г.Ф.Кривошеевым. Согласно им, все потери военнослужащих убитыми и умершими (включая погибших в плену) составляли почти 8,7 млн. человек (точнее - 8 668,4 тыс.). (См.: Гриф секретности снят: Потери Вооружённых Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: Статистическое исследование / Под общей редакцией Г.Ф.Кривошеева. - М., 1993. С. 131). Все эти расчёты были опубликованы в 1993 году в статистическом исследовании 'Гриф секретности снят: Потери Вооружённых Сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах'. Чтобы снять сомнения относительно того, не представлены ли в этой статистике (8 668,4 тыс.) какие-нибудь скрытые категории выживших военнослужащих, мы проанализировали все её составляющие, из которых она слагалась. Получается, что более 8,5 млн. - это совершенно точно погибшие и умершие. А единственную прослойку выживших, включённых с лёгкой руки авторов указанной книги в общую статистику погибших и умерших, составляли военнопленные-'невозвращенцы' (по нашим оценкам, до 150 тыс. человек; см.: Земсков В.Н. Репатриация перемещённых советских граждан // Война и общество. 1941-1945. - М., 2004. Кн. 2. С. 332), расселившиеся после войны в составе так называемой 'второй эмиграции' по различным странам мира. Рассчитанное указанным коллективом военных историков количество общих потерь военнослужащих убитыми и умершими (8 668,4 тыс.) на самом деле было недостоверным, существенно ниже реальных потерь, но, тем не менее, быстро вошло в научный оборот. Таким образом, в течение 1990-1993 годов для специалистов и более широкой аудитории были 'запущены' две фактически фальшивые цифры: завышенные почти 27 млн. (общие людские потери) и заниженные почти 8,7 млн. (общие военные потери). Причём даже в сознании многих специалистов (не всех) эти цифры воспринимались как некие догматы, не подлежащие сомнению и оспариванию. И тут началось нечто, выходящее за рамки здравого смысла. Сходу определили общее количество (18,3 млн.) гражданских потерь убитыми и замученными (27 млн. - 8,7 млн. = 18,3 млн.), и стала пропагандироваться нелепейшая идея об 'особом характере Великой Отечественной войны, в которой гражданские потери значительно превосходили военные'. Любому здравомыслящему человеку ясно и понятно, что такого соотношения между военными и гражданскими потерями по определению быть не могло и что погибшие военнослужащие, безусловно, преобладали в общем составе прямых людских потерь. Невозможно оспорить тот факт, что в многочисленных братских могилах от Москвы до Берлина покоятся в основном люди в военной форме. Тем не менее, эти фантастические 18,3 млн. 'гражданских жертв войны' стали 'гулять' по страницам различных изданий. Поскольку эта величина документально никак не подтверждалась, то прослеживалась тенденция объяснить это неким виртуальным недоучётом гибели гражданского населения на территории СССР, подвергавшейся вражеской оккупации. Так, А.А.Шевяков в статье, опубликованной в 1991 году, уверенно констатировал: 'В результате массового истребления мирного населения, преднамеренной организации голода на самих оккупированных советских территориях и гибели угнанного населения на немецкой каторге Советский Союз лишился 18,3 млн. своих граждан'. (Шевяков А.А. Гитлеровский геноцид на территориях СССР // Социологические исследования. 1991. N 12. С. 10). Шевяков нашёл и объяснение того, почему раньше (в течение более 45 лет после войны) такие гигантские масштабы гибели гражданского населения на оккупированных территориях никому не были известны и никто о них даже и не подозревал. Основную 'вину' за это он возложил на ЧГК, которая, по его словам, 'на местах состояла нередко из малоквалифицированных людей, не обладавших политическим чутьём и методикой выявления фашистских злодеяний'. (Там же. С. 6). Претензии А.А.Шевякова к ЧГК в данном вопросе совершенно несправедливы. Местные комиссии ЧГК провели кропотливую работу по установлению потерь (убитыми и замученными) гражданского населения на бывшей оккупированной территории. Всего ими первоначально, до 1 марта 1946 года, было насчитано 6 074 857 таких жертв (эта цифра выше называлась), но позднее этот показатель возрос до 6 844 531 человека (см.: Советский Союз в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945. - М., 1976. С. 369) (на всякий случай поясняем, что в данном случае он, этот показатель, не включает в себя ленинградских блокадников). До конца 1960-х годов эта статистика была строго засекречена и впервые опубликована в 1969 году в статье бывшего главного обвинителя от СССР на Нюрнбергском процессе Р.А.Руденко. (См.: Руденко Р.А. Забвению не подлежит // Правда, 24 марта 1969 г.). Она же приведе-на и в вышедшем в 1973 году 10-м томе 'Истории СССР с древнейших времен до наших дней'. (См.: История СССР с древнейших времен до наших дней. Т. 10. С. 390). Какого-либо серьёзного недоучёта, вопреки утверждению Шевякова, в статистике ЧГК не прослеживается, а вот завышение данных бесспорно присутствует. Так, местные комиссии ЧГК нередко учитывали как погибших всех прежде здесь проживавших жителей сожжённых безлюдных деревень, а потом выяснялось, что эти люди вовсе не погибли, а просто переселились на жительство в другие районы. В число жертв включали даже людей, находившихся в эвакуации. По этому поводу академик РАН Ю.А.Поляков отмечал: 'Известно, например, что по многим городам сразу после войны людей, эвакуировавшихся в 1941 году и не вернувшихся, заносили в списки потерь, а потом они возвращались откуда-нибудь из Ташкента или Алма-Аты'. (Поляков Ю.А. Основные проблемы изучения людских потерь СССР в Великой Отечественной войне // Людские потери СССР в период Второй мировой войны. - СПб., 1995. С. 11). На деле же местные комиссии ЧГК вносили в списки погибших и замученных немало живых людей, отсутствовавших по различным другим причинам. Следует также отметить, что в практике работы этих комиссий понятие 'замученные' трактовалось широко, фактически позволяя включать в их число в широких масштабах и естественную смертность населения. Для нас совершенно ясно, что данные ЧГК о гибели гражданского населения на оккупированной территории (свыше 6,8 млн.) преувеличены не менее чем в 2 раза. Конечно, отрицать геноцид, террор и репрессии оккупантов и их пособников нельзя, и, по нашим оценкам, такие жертвы, с учётом боевых потерь партизан из числа местных жителей, составляли никак не менее 3 млн. человек. Это - основная составная часть прямых жертв войны гражданского населения СССР. В зарубежной литературе прослеживается тенденция определять масштаб жертв геноцида, террора и репрессий на оккупированной территории СССР (имеется в виду только гражданское население) величинами обычно в диапазоне от 700 тыс. до 900 тыс., иногда - немногим выше 1 млн. человек. Но мы продолжаем настаивать, что именно наша оценка (не менее 3 млн. человек) ближе к истине. Зарубежные авторы принципиально ограничивают территорию СССР границами по состоянию на 1 сентября 1939 года и дают соответствующие оценки только по 'старым советским областям', исключая Прибалтику, Западную Украину, Западную Белоруссию, Бессарабию и Северную Буковину (а ведь именно в этих регионах количество только жертв Холокоста оценивается величинами, значительно превышающими 1,5 млн. человек). (См.: Альтман И.А. Жертвы ненависти: Холокост в СССР. 1941-1945 гг. - М., 2002. С. 303-304; Холокост на территории СССР: Энциклопедия. - М., 2010. С. 785; Кропачев С.А. Становление отечественной историографии Холокоста и проблемы определения численности его жертв // Проблемы истории массовых политических репрессий в СССР. - Краснодар, 2012. С. 34). Наша же принципиальная позиция прямо противоположная - мы считаем все выше перечисленные регионы составной частью СССР (в его границах на 21 июня 1941 г.). Собственно, в основном из-за этого различия в трактовке понятия 'территория СССР' наша оценка масштабов гибели гражданского населения на оккупированной советской территории значительно расходится с соответствующими оценками, бытующими в зарубежной литературе. В российской литературе последних десятилетий господствующей тенденцией было стремление представить статистику ЧГК (6,8 млн.) якобы 'неполной', 'заниженной' и поэтому 'недостоверной'. Чтобы увеличить её масштаб, для начала придумали 0,6 млн. 'дополнительных' потерь (будто бы не учтённых ЧГК) и вывели новую величину - 7,4 млн. человек (6,8 млн. + 0,6 млн. = 7,4 млн.). Что же это за так называемые 'дополнительные' потери? Оказывается, немцы якобы преднамеренно заражали опасными инфекционными бациллами (бактериями) целые районы оккупированной территории, чтобы вызвать массовую смертность местного населения, в результате чего 'дополнительно' погибли 0,6 млн. человек (почему именно сочинили величину в 0,6 млн., а не какое-то другое количество, - никто объяснить не может). При этом никаких доказательств не приводится, и их не может быть, потому что описанная ситуация является вымышленной. Ведь на оккупированной территории проживало не только местное население, но также находились оккупационные войска, администрация, полиция и т. д. (а вредоносные бациллы не разбирают, кто есть местный житель, а кто - солдат оккупационных войск). Из опасения заразить самих себя немцы, разумеется, не занимались заражением оккупированной территории вредоносными бациллами. Однако, несмотря на очевидную несостоятельность этой 'версии', 'дополнительные' 0,6 млн. были включены в общее число людских потерь на оккупированной территории, и новый статистический суррогат в 7,4 млн. 'прижился' в отечественной историографии. Так, в вышедшем в 2001 году солидном статистическом исследовании 'Россия и СССР в войнах ХХ века' чёрным по белому записано: 'Всего было преднамеренно истреблено мирного населения на оккупированной территории более 7,4 млн. человек'. (Россия и СССР в войнах ХХ века: Статистическое исследование / Под общей редакцией Г.Ф.Кривошеева. - М., 2001. С. 230). Дальше - больше. Авторам книги 'Россия и СССР в войнах ХХ века' величина в 7,4 млн. показалась недостаточной, и они, приплюсовав к ней ещё 4,1 млн., получили в итоге более 11,5 млн. жертв гражданского населения на оккупированной территории СССР. (См.: там же. С. 232). Как же это получилось? Мимоходом упомянув какие-то 'социологические исследования' и 'имеющиеся данные' (под последними чаще всего имелись в виду нелепые статистические 'изыскания' А.А.Шевякова), авторы этого труда определили в 4,1 млн. человек фактическое превышение смертности на оккупированной территории над средними значениями мирного времени. По их версии, более 7,4 млн. было преднамеренно истреблено и 4,1 млн. - погибло от преднамеренно жестоких условий оккупационного режима, то есть от голода, инфекционных болезней, отсутствия медицинской помощи и т. п. Но дело в том, что по большей части здесь получается дублирование, так как в своё время комиссии ЧГК старались таковых учитывать и включали их в категорию 'замученные'. Чтобы убедительней показать несостоятельность 'новой статистики' в виде 11,5 млн. жертв на оккупированной территории, следует пояснить, что авторы книги 'Россия и СССР в войнах ХХ века' в качестве отправной точки для перерасчётов избрали не вызывающие абсолютно никакого доверия и поэтому совершенно не используемые в научной литературе 'подсчёты' А.А.Шевякова, согласно которым на оккупированной советской территории якобы только от голода и эпидемий умерли 8,5 млн. человек. (См.: Шевяков А.А. Указ. статья. С. 9). Если приплюсовать эту цифру к упомянутым 7,4 млн., то в сумме получилась бы запредельно фантастическая статистика гибели гражданского населения на оккупированной территории - 15,9 млн. человек (8,5 млн. + 7,4 млн. = 15,9 млн.). Однако, понимая, что цифра 8,5 млн. слишком недостоверна (величину же в 7,4 млн. они ошибочно считали достоверной), авторы указанной книги произвели с ней определённую трепанацию, сократив более чем в 2 раза (с 8,5 млн. до 4,1 млн.) (см.: Россия и СССР в войнах ХХ века. С. 232), что уменьшило общий показатель с 15,9 млн. до 11,5 млн. человек (7,4 млн. + 4,1 млн. = 11,5 млн.), но отнюдь не привело к трансформации всей этой 'статистики' из недостоверной в достоверную. Всё, что теперь известно о жизни на оккупированной территории, а также элементарный здравый смысл показывают, что масштаб смертности от голода там никак не мог превышать соответствующего масштаба в блокадном Ленинграде. И тех, кто действительно умер от голода или не оказания медицинской помощи при тяжёлой болезни, местные комиссии ЧГК вносили в списки потерь. Поэтому сводную статистику ЧГК (6,8 млн.), и без того, как мы показали выше, преувеличенную примерно в 2 раза, совершенно не нужно было 'дополнять' новыми придуманными жертвами и доводить её сначала до 7,4 млн., а потом - до 11,5 млн. Все эти 'дополнения' - это этапы конструирования ложной статистики. Надо сказать, что в современной отечественной литературе статистика жертв гражданского населения на оккупированной территории СССР в виде 11,5 млн. человек используется крайне редко, так как большинство авторов осознаёт её искусственность и недостоверность. Гораздо чаще используется величина в 7,4 млн. (тоже недостоверная, но в меньшей степени). Для восприятия же достоверной статистики в виде не менее 3 млн. человек современное поколение отечественных исследователей и публицистов пока психологически не созрело. Не так-то легко отрешиться от вбиваемого десятилетиями в их головы всякого рода статистического суррогата. В литературе и публицистике распространено странное представление, что проблема выяснения потерь гражданского населения будто бы касается только территории, подвергавшейся оккупации (отсюда и тенденция придумывать применительно к ней мифические 'новые жертвы', поскольку иначе не получается свести концы с концами и получить в итоге искомые почти 27 млн. всех людских потерь), а не всего СССР. В действительности же работавшая в 1989-1990 годах комиссия в исчисленные ею общие людские потери (26,6 млн.) включила 'умерших вследствие повышенного уровня смертности в период войны на оккупированной территории и в тылу'. (Всероссийская Книга Памяти. С. 395). Обращаем внимание на концовку этой фразы: и в тылу. Это означает, что комиссия имела в виду всю территорию СССР. Поэтому повышенная смертность гражданских лиц в советском тылу на почве недоедания, перегрузок на работе и т. п. тоже входит в указанную общую статистику потерь. Мы же решительно против включения их в прямые жертвы войны. Можно, конечно, дискутировать по вопросу о том, применима ли к ним формулировка 'война унесла жизни', но и даже при такой формулировке всех умерших гражданских лиц в советском тылу (за исключением погибших от бомбёжек, артобстрелов и т. п.), по нашему мнению, не следует включать в статистику прямых людских потерь вследствие войны. Речь в данном случае можно вести только о повышенном уровне естественной смертности гражданского населения в советском тылу. В прямые гражданские жертвы войны входят и умершие советские граждане, угнанные на принудительные работы в Германию и находившиеся там на положении так называемых 'восточных рабочих' ('остарбайтер'). Если строго опираться на имеющиеся в исторических источниках статистические данные (что является нашей профессиональной обязанностью), то о масштабах смертности 'остарбайтер' можно дискутировать только в следующем диапазоне: от 100 тыс. до 200 тыс. человек. Но это такая сфера, где начисто игнорируются прямые показания исторических источников и взамен них преподносятся нелепые и фантастические 'предположения' и 'расчёты' с виртуальными 'миллионами жертв'. А.А.Шевяков 'насчитал' даже два варианта нелепейшей 'статистики' гибели советских гражданских лиц на работах в Германии - 2,8 млн. и 3,4 млн. (См.: Шевяков А.А. Указ. статья. С. 10). Ложная статистика приведена и во 'Всероссийской Книге Памяти', и в книге 'Россия и СССР в войнах ХХ века' - якобы таких жертв было 2 164 313 человек. (См.: Всероссийская Книга Памяти. С. 406; Россия и СССР в войнах ХХ века. С. 231). 'Точность' этой цифры не должна вводить в заблуждение - это для отвода глаз. Вся эта 'статистика' ни в каких документах не фигурирует и целиком является плодом авторских фантазий. Однако существует относительно надёжный исторический источник в виде сводной немецкой статистики смертности 'восточных рабочих' по отдельным месяцам. К сожалению, по ряду месяцев таких сводок исследователям выявить не удалось, но и по имеющимся можно составить достаточно ясную картину масштаба их смертности. Приводим численность умерших 'остарбайтер' по отдельным месяцам 1943 года: март - 1 479, май - 1 376, октябрь - 1 268, ноябрь - 945, декабрь - 899; за 1944 год: январь - 979, февраль - 1 631 человек. (См.: Полян П.М. Жертвы двух диктатур: Остарбайтеры и военнопленные в третьем рейхе и их репатриация. - М., 1996. С. 146). Эта статистика учитывает смертность не только тех 'восточных рабочих', которые находились в арбайтлагерях и по месту жительства хозяев, но и помещённых за различные 'преступления' в концлагеря. Опираясь на эти данные и используя метод экстраполяции (с учётом возможных скачков в уровне смертности в отдельных месяцах, по которым нет сведений), П.М.Полян определил общую смертность 'восточных рабочих' в диапазоне от 80 тыс. до 100 тыс. (См.: там же. С. 68). В принципе с Поляном можно согласиться, но нас смущает одно обстоятельство - отсутствие сведений за последние месяцы войны, а в связи с перенесением военных действий на территорию Германии масштабы гибели 'восточных рабочих', по ряду косвенных признаков, значительно возросли (это, кстати, касалось и немецкого гражданского населения). Поэтому мы склонны определить численность погибших и умерших советских гражданских лиц ('восточных рабочих') в Германии величиной около 200 тыс. В прямые гражданские потери входят погибшие бойцы гражданских добровольческих формирований - незавершенных формирований народного ополчения, отрядов самообороны городов, истребительных отрядов, боевых групп партийно-комсомольского актива, спецформирований различных гражданских ведомств и др. (потери партизан из числа местных жителей входят в общую статистику жертв на оккупированной территории), а также гибель гражданского населения от бомбёжек, артобстрелов и т. п. Эти жертвы исчисляются многими сотнями тысяч. Составной частью прямых гражданских потерь являются ленинградские блокадники (по статистике ЧГК, почти 642 тыс. умерших). (См.: ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 116. Д. 246б. Л. 3). Суммируя все вышеприведённые составляющие прямых гражданских потерь, к которым без всяких натяжек применим термин 'жертвы войны', мы определяем их общее количество величиной, как минимум, 4,5 млн. человек. Что касается военных потерь убитыми и умершими, то они составляли не менее 11,5 млн. (а отнюдь не почти 8,7 млн.). Речь идёт об общем числе военнослужащих, не доживших до конца войны, и их мы условно подразделяем на три группы: 1) боевые потери; 2) не боевые потери; 3) умершие в плену. Боевые потери военнослужащих мы определяем величиной около 7 млн. (большинство их погибло непосредственно на поле боя). Наши оценки относительно боевых потерь убитыми и умершими несколько расходятся с указанной в книге 'Гриф секретности снят' величиной - 6 329,6 тыс. (См.: Гриф секретности снят. С. 130). Однако это расхождение можно устранить посредством объяснения одного явного недоразумения. В одном месте этой книги отмечено: 'Около 500 тыс. погибло в боях, хотя по донесениям фронтов они были учтены как пропавшие без вести'. (Там же. С. 338). Но в общее число боевых потерь (6 329,6 тыс.) эти около 500 тыс. человек авторами книги 'Гриф секретности снят' почему-то не включены, несмотря на их же собственное утверждение, что они погибли в боях. Поэтому, когда мы утверждаем, что боевые потери убитыми и умершими составляли около 7 млн., то надо иметь в виду, что это с учётом оценочной численности погибших в боях в составе пропавших без вести. Так называемые не боевые потери составляют свыше 0,5 млн. человек. Это - военнослужащие, умершие от болезней, а также удручающе большое количество погибших в результате всякого рода происшествий и несчастных случаев, не связанных с боевой обстановкой. Сюда же входят почти 160 тыс. расстрелянных по приговорам военных трибуналов и приказам командиров в основном за трусость и дезертирство. В книге 'Гриф секретности снят' указано общее количество всех этих не боевых потерь - 555,5 тыс. человек. (См.: там же. С. 130). В общее число военных потерь убитыми и умершими входят также почти 4 млн. советских военнопленных. Нам могут возразить, что в отечественной и зарубежной литературе называются другие цифры, значительно ниже указанной величины. В книге 'Гриф секретности снят' в рубрике 'Не вернулось из плена (погибло, умерло, эмигрировало в другие страны)' в качестве итоговой цифры указана непонятная и вызывающая острое недоверие у специалистов величина - 1 783,3 тыс. человек. (См.: там же. С. 131). Эту цифру следует сразу же отбросить ввиду её очевидной абсурдности. Несравненно ближе к истине стоят данные немецкой сводной статистики, согласно которым в немецком плену умерли 3,3 млн. советских военнопленных. (См.: Streit C. Keine Kameraden: Die Wehrmacht und die sowjetischen Kriegsgefangenen. 1941-1945. - Bonn, 1991. S. 244-246). Эта цифра является наиболее ходовой в научной литературе и не вызывает особого недоверия у специалистов. Однако изучение методики подсчёта немецких сводных данных выявило весьма существенную их неполноту - от 600 тыс. до 700 тыс. советских военнопленных, которые в действительности погибли в плену, не вошли в немецкую сводную статистику смертности. Чтобы эти наши утверждения не выглядели голословными, мы приведём следующую аргументацию. Во-первых, сводная немецкая статистика смертности советских военнопленных (3,3 млн. человек) по состоянию на 1 мая 1944 года, а война-то продолжалась ещё целый год, за который отсутствуют соответствующие сведения; во-вторых, указанная сводная статистика состоит как бы из двух частей, где данные за 1942-1944 годы можно признать полными, поскольку отсчёт вёлся от момента пленения, а вот за 1941 год немцы 'вмонтировали' в неё, сводную статистику, только данные лагерной статистики, то есть не учтены пленные, погибшие в 1941 году в промежуток времени от момента пленения до момента поступления в лагеря (это крупный недоучёт - по нашим оценкам, не менее 400 тыс. советских пленных немцы в 1941 г. не довели живыми до лагерей). В-третьих, указанная статистика касается только немецкого плена, и там не отражена смертность советских военнопленных в финском и румынском плену. Опираясь на эту аргументацию, мы продолжаем настаивать, что масштаб смертности советских военнопленных (суммарно по немецкому, финскому и румынскому плену) составлял более 3,9 млн. или почти 4 млн. человек. Таким образом, общие потери военнослужащих убитыми и умершими (включая погибших в плену) составляли, как минимум, 11,5 млн. человек. Утверждение авторов книги 'Гриф секретности снят', что все эти потери военнослужащих в сумме составляли почти 8,7 млн. (точнее - 8 668,4 тыс.), безусловно, является ошибочным. Это в основном произошло из-за того, что авторы этой книги совершенно неправильно определили масштаб смертности советских военнопленных, существенно занизив его. Странно, что авторы книги 'Гриф секретности снят' проигнорировали данные ЧГК, согласно которым на оккупированной территории СССР было убито и замучено 3 912 883 советских военнопленных. (См.: ГАРФ. Ф. 7021. Оп. 116. Д. 246б. Л. 3). Эти подсчёты были сделаны уже к осени 1945 года, но тогда И.В.Сталин их не утвердил и не допустил их публикации. (См.: Всеволодов В.А. 'Ступайте с миром': к истории репатриации немецких военнопленных из СССР (1945-1958 гг.). - М., 2010. С. 84, 209; Лопуховский Л.Н., Кавалерчик Б.К. Указ. статья. С. 27). Позиция Сталина понятна - ведь эти подсчёты никак не укладывались в сконструированную им же самим ложную статистику всех людских потерь СССР, составлявших якобы около 7 млн. человек. Получалось, что более половины всех этих потерь составляли военнослужащие, погибшие и умершие в плену, а менее половины - все остальные потери (включая погибших на фронте). Такая ситуация выглядела бы слишком неправдоподобной, и, в случае обнародования указанной статистики ЧГК, пришлось бы существенно скорректировать в сторону увеличения и общую статистику людских потерь страны. Ради сохранения официальной статистики всех людских потерь СССР (7 млн. человек) публикация указанных данных ЧГК о смертности советских военнопленных была, естественно, совершенно исключена. С этим нам всё ясно и понятно. Понятно также и то, что весной 1956 года комиссия Г.К.Жукова, созданная по заданию Президиума ЦК КПСС для выяснения судьбы бывших советских военнопленных, просто физически не могла использовать данные ЧГК о масштабах их смертности в плену (свыше 3,9 млн.), поскольку определила общее число попавших в плен военнослужащих величиной, ненамного превышавшей 2,6 млн. человек, из числа которых, по уверению этой комиссии, умерло в плену свыше 600 тыс.(См.: Гареев М.А. О мифах старых и новых // Военно-исторический журнал. 1991. N 4. С. 47). С высоты сегодняшнего дня (в плане степени изученности этой проблемы) совершенно ясно, что комиссия Г.К.Жукова в 1956 году фактически сфабриковала ложную, сильно приуменьшенную статистику советских военнопленных (это касается и общего числа попавших в плен, и особенно, масштабов их смертности в плену). Но в ситуации 1956 года, когда сохранялась официальная статистика всех людских потерь СССР в виде 7 млн., именно данные комиссии Г.К.Жукова (в отличие от данных ЧГК) были востребованными, поскольку они органически вписывались в тогдашнюю фальшивую статистику всех военных и гражданских жертв войны, не противоречили ей и не ставили её под сомнение. Главным здесь было поддержание 'достоверности' официальной фальшивой статистики, и все её составляющие (включая численность погибших и умерших во вражеском плену советских военнослужащих) тоже обязательно должны были быть фальшивыми. Но не совсем понятно, зачем авторы сборника 'Гриф секретности снят' полностью проигнорировали данные ЧГК и занимались конструированием заниженной и, соответственно, заведомо неправильной статистики гибели советских военнопленных, если они, авторы этого сборника, работали в то время (начало 1990-х гг.), когда официальные данные всех людских потерь СССР составляли не 7 млн., а были доведены до почти 27 млн. человек? Ведь теперь указанная статистика ЧГК относительно масштабов смертности советских военнопленных вполне укладывалась в официальные данные всех людских потерь СССР и никак им не противоречила. У авторского коллектива указанного сборника не было никаких препятствий для получения этой статистики ЧГК, так как с конца 1960-х годов она уже не являлась секретной и неоднократно публиковалась, в том числе в солидных научных трудах и энциклопедиях. (См.: Руденко Р.А. Забвению не подлежит //Правда, 24 марта 1969 г.; История СССР с древнейших времён до наших дней. - М., 1973. Т. 10. С. 390; Советский Союз в годы Великой Отечественной войны. 1941-1945. - М., 1976. С. 369; Великая Отечественная война. 1941-1945: Энциклопедия. - М., 1985. С. 157; и др.). Может возникнуть вопрос: а насколько достоверна эта статистика ЧГК? И тут мы сталкиваемся с неожиданной коллизией, заключающейся в том, что данная статистика учитывает смертность советских военнопленных только на оккупированной советской территории. Однако, по нашим оценкам и расчётам, на территории Германии и других европейских стран умерли не менее 1,5 млн. советских пленных (см.: Земсков В.Н. 'Статистический лабиринт': Общая численность советских военнопленных и масштабы их смертности // Российская история. 2011. N 3. С. 29), которые в статистике ЧГК не учтены, но если их к ней приплюсовать, то в сумме получается порядка 5,4 млн. человек (1,5 млн. + 3,9 млн. = 5,4 млн.). Но, по нашим расчётам, общее число погибших и умерших советских военнопленных не могло превышать 4 млн., из чего следует, что соответствующая статистика ЧГК преувеличена примерно на 1,4 млн. человек (5,4 млн. - 4,0 млн. = 1,4 млн.). Этому есть объяснение - ведь местным комиссиям ЧГК при соответствующих подсчётах зачастую приходилось опираться на результаты опросов свидетелей, а здесь уже вступал в силу субъективный фактор, и в ряде свидетельских показаний наверняка присутствовало сильное преувеличение. Поскольку в годы войны на военной службе в общей сложности находились около 34,5 млн. человек (см.: Гриф секретности снят. С. 139), то, за вычетом 11,5 млн. погибших и умерших, должны были остаться в живых порядка 23 млн. человек (34,5 млн. - 11,5 млн. = 23 млн.). Указанное количество выживших военнослужащих слагается из 12,8 млн. состоявших на военной службе вскоре после окончания войны с Германией (включая свыше 1 млн. находившихся тогда на излечении в госпиталях) (см.: там же. С. 141), почти 8 млн. демобилизованных в ходе войны по ранению, болезни, возрасту и по другим причинам (см.: там же. С. 140) и более 2 млн. выживших советских военнопленных (см.: Земсков В.Н. К вопросу об общей численности советских военнопленных и масштабах их смертности (1941-1945 гг.) // Известия Самарского научного центра РАН. 2013. Т. 15. N 5. С. 108) (12,8 млн. + почти 8 млн. + более 2 млн. = около 23 млн.). Указанное количество выживших военнослужащих (около 23 млн.) является максимально допустимым и ни в коем случае не подлежит корректировке в сторону увеличения. Корректировка же в сторону понижения в принципе возможна, но для этого надо установить, какое количество из числа демобилизованных в ходе войны не дожило до её окончания (такими данными мы не располагаем). Из этого следует вывод, что установленный масштаб гибели и смертности военнослужащих во время войны (11,5 млн.) ни в коем случае не подлежит корректировке в сторону понижения, ибо неизбежным следствием такой корректировки станет преувеличение численности выживших. Отметим, что 11,5 млн. - это количество людей, являвшихся на момент смерти военнослужащими. В эту статистику не входят умершие ещё во время войны демобилизованные искалеченные военнослужащие, так как на момент смерти являлись уже гражданскими лицами. Они являются составной частью косвенных людских потерь и входят в определяемый нами примерно в 4 млн. человек скачок в естественной смертности населения вследствие войны. Следовательно, методом сложения конкретных прямых потерь получается приблизительно 16 млн., из них 11,5 млн. - военные, 4,5 млн. - гражданские. Именно таким способом принято исчислять потери в других воевавших странах. Например, общие людские потери Японии во Второй мировой войне (2,5 млн. человек) (см.: Хаттори Т. Япония в войне. 1941-1945 / Пер. с яп. - М., 1973. С. 606) были исчислены, исходя из специфики японских потерь, посредством сложения их составляющих: погибшие на войне + умершие в плену + жертвы бомбёжек, в том числе от американских атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Так называемый балансовый метод при подобных расчётах не использовался ни в Японии, ни в других странах. И это правильный подход: общее число жертв войны, безусловно, надо исчислять посредством сложения разных компонентов конкретных потерь. Но можно и балансовым методом доказать, что прямые людские потери (жертвы войны) СССР составляли около 16 млн. Для этого надо установить корректное соотношение уровня естественной смертности между относительно благополучным в демографическом плане 1940 годом и экстремальными 1941-1945 годами. Соотношение 1:1, установленное работавшей в 1989-1990 годах комиссией, нельзя признать корректным. Ведь было же понятно, что в 1941-1945 годах в связи с ухудшением условий жизни, отсутствием дефицитных лекарств и т. п. уровень естественной смертности населения неизбежно возрастёт. И здесь необходима поправка в сторону увеличения при исчислении этого уровня применительно к экстремальным 1941-1945 годам и установить его в рамках не 18,9 млн., а довести хотя бы до 22 млн. Эта величина (22 млн.) является, по нашему мнению, минимально допустимым уровнем естественной смертности населения в 1941-1945 годах. По нашим подсчётам и оценкам, к концу 1945 года не было в живых порядка 38 млн. человек, живших до войны, а также родившихся во время войны и тогда же умерших (в это число входят и лица, которые на самом деле были живы, но находились в эмиграции), и если из этого количества вычесть указанные 22 млн., то остаётся 16 млн. жертв войны (38 млн. - 22 млн. = 16 млн.). А теперь сравним это с описанной в изданной в 2006 году книге 'Демографическая модернизация России' методикой подсчётов, по итогам которой получились названные в 1965 году Л.И.Брежневым более 20 млн. потерь: 'Сохранившиеся в архиве ЦСУ СССР документы позволяют приблизительно восстановить методику расчётов и статистические материалы, лежащие в основе этой оценки. Они опирались на данные и оценки численности гражданского населения, погибшего (прямые потери) на оккупированных территориях (13,1 млн. человек), оценки военных потерь (от 7 до 8,8 млн. человек) и оценки потерь, объединённых в достаточно невнятную категорию "превышение резко увеличившейся смертности над сильно сократившейся рождаемостью" на оккупированных территориях (3-3,5 млн. человек). К этим потерям было добавлено ещё 2,4 млн. человек - превышение смертности над рождаемостью по не оккупированной территории. В сумме получено от 25,5 до 27,8 млн. человек. Результаты расчётов были переданы "наверх" и там трансформировались в расплывчатую формулу "свыше 20 миллионов"'. (Демографическая модернизация России. С. 439). Что об этом можно сказать? При данных расчётах активно использовалось отрицательное сальдо между смертностью и рождаемостью на оккупированной территории и в советском тылу, то есть в сводную статистику вошли не только погибшие и замученные люди, но и арифметические величины (но не конкретные люди), составляющие разницу между показателями (расчётными) смертности и рождаемости. Это означает, что подсчёт фактически вёлся методом суммирования реальных и виртуальных жертв. Но главное в другом: бросается в глаза фантастически преувеличенный масштаб гибели (в результате истребления, а также превышения смертности над рождаемостью) гражданского населения на оккупированной территории - более 16 млн. Здесь налицо преувеличение, ни много ни мало, примерно на 13 млн. человек! Не мудрено, что, оперируя подобного рода цифрами, в итоге общие людские потери СССР были рассчитаны в диапазоне от 25,5 млн. до 27,8 млн. Л.И.Брежнев вполне благоразумно 'округлил' эти данные до более 20 млн., но этого было явно недостаточно. Тут надо было сделать сокращение, как минимум, на 10-11 млн. человек и получить в итоге примерно 16 млн. действительных жертв войны. Тот факт, что установленный масштаб естественной смертности населения в военные годы нельзя включать в общую статистику прямых жертв войны, совершенно очевиден и большинством исследователей не оспаривается. Однако иногда в литературе высказывается и иная точка зрения. Так, И.И.Ивлев в статье, изданной в 2012 году, утверждает, что при подсчёте людских потерь СССР надо 'вести речь об общей утрате граждан СССР, погибших, умерших на фронте, в плену, в оккупации и в тылу от всех факторов, имевших место в военные годы, а не вычитать тех, кто якобы был "обязан умереть" согласно уровня смертности мирного 1940 года'. (Ивлев И.И. Генеральская ложь // Военно-исторический архив. 2012. N 9. С. 43). Из этого следует, что И.И.Ивлев является сторонником включения всей естественной смертности населения в общее число жертв войны. Понятно, что такой подход делает неизбежным при соответствующих подсчётах гипертрофированное преувеличение численности последних. Надо понимать, что естественная смертность населения - это одно, а жертвы войны - совсем иное. Коснёмся немного проблемы сопоставимости наших потерь с потерями других стран. Общие людские потери Японии (2,5 млн.) сопоставимы с рассчитанными нами 16 млн., но несопоставимы с хрущёвскими 20 млн. Почему так? А потому, что в японских потерях не учтена возможная повышенная смертность гражданского населения в военные годы по сравнению с мирным временем. Это не учтено ни в немецких, ни в английских, ни во французских, ни в иных общих людских потерях в войне. В других странах подсчитывали именно прямые людские потери, а названная в 1961 году Н.С.Хрущёвым величина в 20 млн. подразумевала демографические потери в широком плане, включающая в себя не только прямые людские потери, но и скачок в естественной смертности населения в военное время. Кстати, минимальные расчёты германских людских потерь (6,5 млн.) сопоставимы именно с нашими 16 млн., но несопоставимы с 20 млн., так как немцы, не применяя балансового метода и не определяя скачка в естественной смертности населения, старались скрупулёзно подсчитать и суммировать все составляющие прямых военных и гражданских потерь, включая ставших жертвами Холокоста немецких евреев. (Методику немецких подсчётов см.: Якобсен Г.-А. 1939-1945. Вторая мировая война: Хроника и документы / Пер. с нем. // Вторая мировая война: Два взгляда. - М., 1995. С. 237-239). Конечно, в военное время резко снизилась рождаемость. В дилетантской среде прослеживается тенденция включать 'не родившихся детей' в общее число людских потерь в войне. Причем 'авторы' обычно не имеют понятия, сколько же, собственно, детей 'недородилось', и делают крайне сомнительные 'расчёты', руководствуясь при этом исключительно собственной 'интуицией' и доводя за счёт этого общие людские потери СССР иногда даже до 50 млн. Разумеется, подобную 'статистику' нельзя воспринимать всерьёз. В научной демографии всего мира включение не родившихся детей в общее число людских потерь в войне принято считать некорректным. Иначе говоря, в мировой науке это запрещённый приём. Существует довольно большой пласт всякого рода литературы, в которой, даже без учёта 'не родившихся детей', посредством некорректных статистических манипуляций и ухищрений и 'интуитивных оценок' выводятся самые невероятные и, естественно, заведомо ложные цифры прямых потерь - от 40 млн. и выше. (См., напр.: Соколов Б.В. Кто воевал числом, а кто - умением: Чудовищная правда о потерях СССР во Второй Мировой. - М., 2011). Вести цивилизованную научную дискуссию с этими 'авторами' невозможно, поскольку, как нам неоднократно приходилось убеждаться, их цель состоит не в поисках исторической правды, а лежит совсем в иной плоскости: ошельмовать и дискредитировать советских руководителей и военачальников и в целом советскую систему; принизить значение и величие подвига Красной Армии и народа в Великой Отечественной войне; возвеличить успехи нацистов и их пособников. Конечно, 16 млн. прямых людских потерь - это огромные жертвы. Но они, по нашему глубокому убеждению, отнюдь не принижают, а, напротив, возвеличивают подвиг народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. Мы отнюдь не рассматриваем результаты нашего исследования как истину в последней инстанции, ибо в ходе дальнейшего изучения возможны различные корректировки и уточнения. По нашему убеждению, следует оживить и активизировать постепенно угасающую практику научных дискуссий по проблеме людских потерь СССР в 1941-1945 годах. ======================= Мой комментарий: Умерших после войны демобилизованных инвалидов по ранению, следовало бы все же включать в прямые боевые потери, а не в потери гражданского населения, как сделал автор статьи. Думаю, это еще порядка 1 миллиона человек. Сталин, конечно знал истинные потери народа в войне, но объявит эту цифру не мог, поскольку сам и являлся виновником таких катастрофических потерь. Приходилось врать. ===================================================================================================================================++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ В архивах ФСБ частично снят гриф секретности с дела основателя спортивного общества 'Спартак' Николая Старостина и его трех братьев-футболистов, арестованных в 1942 году, приговоренных к лагерям и впоследствии реабилитированных. Выясняя, с чего началось преследование футболистов, исследователи международного 'Мемориала' получили доступ к материалам дела 'Спартака', а также изучили дела еще 11 человек из окружения братьев Старостиных. Именно на их показаниях следователи еще в 1937 году пытались построить обвинение основателей общества в создании террористической группы, но добиться ареста братьев тогда не получилось. Международный 'Мемориал' разбирается, как возникло 'дело "Спартака"'. Проходящий в России чемпионат мира по футболу совпал с частичным снятием секретности со следственных материалов по делу братьев Старостиных: Николай Старостин основал 'Спартак' и придумал ему название, его братья Александр, Андрей и Петр играли в этой команде. 'Дела Старостиных до сих пор практически никто не видел. Оно было засекречено на 75 лет с окончания следствия,- рассказал 'Ъ' историк, сотрудник международного "Мемориала" Сергей Бондаренко.- В этом году архив ФСБ выдал мне два тома. Остальные тома выдадут только в 2019 году'. По его словам, о деле основателей 'Спартака' известно из мемуаров Старостиных, но мало кто знает, что его истоком стали дела спортсменов из их окружения. 'Мы изучили дела 11 человек, которые ранее тоже были засекречены. Сравнивая показания и обвинения, увидели, как двигалось следствие. Есть связь между обвинениями Старостиных и арестами их знакомых',- говорит господин Бондаренко. Спортивное общество 'Спартак' появилось в 1935 году под патронажем первого секретаря ЦК ВЛКСМ Александра Косарева и за пару лет достигло больших успехов, как спортивных, так и политических. В 1936 году футболисты 'Спартака' сыграли на Красной площади перед Сталиным. 13 июля 1937 года 'Спартак' выехал в бельгийский Антверпен на Международную рабочую олимпиаду, а оттуда в Париж на турнир, посвященный Всемирной выставке, выиграв оба футбольных состязания. За рубеж тогда отправляли только самых проверенных. Но именно в этот момент начинается история футбольных репрессий, ставших частью Большого террора. '21 июля Сталин вызвал Косарева и спросил, почему комсомол не выявляет у себя врагов народа. Косарев ответил, что врагов у них нет. Такой ответ не понравился Сталину. И с этого момента начались гонения на Косарева и, соответственно, на братьев Старостиных, которые были его личными друзьями',- рассказал 'Ъ' футбольный историк Юрий Кошель. 30 июля был принят секретный приказ НКВД ?00477 'Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов'. 13 августа 'Спартак' вернулся в Москву с победой. 'Они думали, что их будут встречать на Белорусском вокзале как героев, но их не встречали. Они были страшно удивлены',- говорит господин Кошель. В сентябре в газетах появились разгромные статьи о футболистах. В них утверждалось, что в обществе 'Спартак' растрачиваются финансы, что футболисты не любители, а профессионалы, которые играют за деньги, а в Советском Союзе это считалось запрещенным. 'Хотя это так и было, но для пропаганды говорилось, что футболисты еще работают на заводе, или в совхозе, или электриком,- рассказывает господин Бондаренко.- "Спартак" обвиняли в насаждении буржуазных нравов: перенесении западного спортивного опыта на советскую почву. Еще пару лет назад это не запрещалось, "Спартак" привлекал иностранных тренеров, играл с западными командами, хотел, чтобы был основан собственный чемпионат СССР по аналогии с западными лигами. И вдруг за месяц это оказалось незаконно'. После подобных статей всем стало понятно, что надо ждать арестов. По мнению господина Кошеля, это была 'общая мясорубка по стране, молох, который не выбирал людей по профессии': 'А с чего это все началось - я не знаю. Может быть, даже никто этого не знает'. http://worldcrisis.ru/crisis/3079215 ********************************************************************************************************************************************* Сталинский погром в наркомате индел накануне войны. ********************************************************************** Генеральному секретарю ЦК ВКП(б) И.В. Сталину Копии - В. М. Молотову, Г. М. Маленкову. 3 января 1939 г. Секретно До сих пор вакантны места полпредов в 9 столицах, а именно: в Вашингтоне, Токио, Варшаве, Бухаресте, Барселоне, Ковно, Копенгагене, Будапеште и Софии. Если не вернется в Тегеран находящийся сейчас в СССР т. Черных, то получится 10-я вакансия. В некоторых из перечисленных столиц не имеется полпредов уже свыше года. Оставление на продолжительные сроки поверенных в делах во главе посольств и миссий приобретает, политическое значение и истолковывается как результат неудовлетворительных дипломатических отношений. Я считаю особенно неудобным и вредящим нашим отношениям отсутствие полпредов в Варшаве, Бухаресте и Токио. После наметившегося сближения с Польшей польская печать заявила о предстоящем назначении полпреда в Варшаву как неизбежном вследствие сближения. Благодаря отсутствию полпреда в Бухаресте мы не имеем решительно никакой информации о том, что происходит в Румынии как в области внутренней, так и внешней политики. С Японией нам приходится вести все переговоры через японского посла, ибо наш поверенный в делах доступа к министру иностранных дел почти не имеет (как правило, министр редко лично принимает поверенных в делах). Не лучше обстоит дело с советниками и секретарями полпредств. Имеется свободных вакансий: советников - 9, секретарей - 22, консулов и вице-консулов - 30 и других политических работников полпредств (заведующих отделами печати, атташе и секретарей консульств) - 46. Некоторых полпредов мы не можем вызывать в Москву во исполнение решения ЦК, ввиду отсутствия у них работников (в Афинах у полпреда нет ни одного человека) или таких, которым можно было бы поручить хотя бы временное заведывание полпредством. Я уже не говорю о свободных вакансиях ответственных работников в центральном аппарате НКИД. Достаточно сказать, что из 8 отделов только 1 имеет утвержденного заведующего, а во главе остальных 7 находятся врио заведующих. Нет в НКИД, и в особенности в полпредствах, необходимого технического персонала. Мы с последней почтой не получили почти никаких докладов и информации из Лондона вследствие отсутствия там машинистки. Со вчерашнего дня пришлось приостановить курьерскую службу, так как 12 курьерам не разрешают выезд за границу до рассмотрения их личных дел. Такое положение создалось не только вследствие изъятия некоторого количества сотрудников НКИД органами НКВД. Дело в том, что, как правило, почти все приезжающие в Союз в отпуск или по нашему вызову заграничные работники не получают разрешения на обратный выезд. Не получают разрешения на выезд за границу также большинство работников центрального аппарата НКИД. Немалое количество работников исключено парткомом из партии в порядке бдительности. Другие устраняются от секретной работы ('рассекречиваются'), а следовательно, теряют для НКИД всякую ценность по распоряжению 7-го Отдела НКВД. Подготовленная нами на курсах за последние годы смена также не получает возможности работать за границей. Новых подходящих работников мы за последнее время от ЦК не получаем. Набранные на курсы новые работники смогут стать на работу по окончании курсов лишь через полтора-два года. Не видно, таким образом, никаких перспектив к пополнению наших кадров, если будет продолжаться нынешний подход к разрешению выезда за границу и к допущению к секретной работе. Можно было бы свернуть полпредскую сеть. Не раз уже обсуждался, например, вопрос об объединении трех скандинавских полпредств в одном. Можно было бы также объединить финское полпредство с эстонским, латвийское - с литовским, чехословацкое - с венгерским, румынское - с греческим, но это даст не очень большую экономию, ибо придется иметь во всех столицах, по крайней мере, консульства. Да и политически вряд ли это удобно, ибо усилились бы толки о нашей самоизоляции и т. п. Конкретно я могу пока сделать лишь следующие предложения: 1. Тов. Александровского* перевести в Бухарест, ибо Румыния для нас теперь имеет больше значения, чем фашизированная и потерявшая всякую самостоятельность Чехословакия. * - Полномочный представитель СССР в Чехословакии с 9 июня 1934 г. по 16 марта 1939 г. Верительные грамоты вручил 18 июля 1934 г. 2. В Варшаву назначить т. Богомолова, о котором я писал еще 29 октября пр. г. Из всех присланных ЦК кандидатов в полпреды т. Богомолов производит наилучшее впечатление. Если почему-либо назначение т. Богомолова невозможно, то предлагаю назначить в Варшаву т. Александровского. 3. Тов. Марченко назначить полпредом в Испании. Негрин* болезненно воспринимает оставление нами Испании без полпреда. Фактически т. Марченко выполняет все функции полпреда и с работой справляется, отчего же не дать ему звание полпреда. 4. Назначить комиссию для изучения создавшегося в НКИД положения с кадрами и изыскания путей к изменению положения. В комиссию просил бы назначить одного из членов ПБ, т. Маленкова и меня. Литвинов http://worldcrisis.ru/crisis/3189384 ++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ Приведем один из многих эпизодов периода правления Сталина. 'В мае 2000 Воениздат выпустил краткий биографический словарь "Кавалеры ордена Славы трех степеней", продолжение двухтомника "Герои Советского Союза", в конце помещен перечень фамилий, которые не вошли в двухтомник. Помещена там и краткая биография Щирова. "Щиров Сергей Сергеевич. Род. 6.2.1916 в с. Акимовка Запорожской области в семье крестьянина. Русский. Член КПСС с 1942 С 1927 жил в Севастополе. Окончил 5 классов и школу ФЗУ при объединении "Крымэнерго", Мелитопольский аэроклуб. В РККА с 1932 . Окончил Качинскую авиашколу летчиков. На фронтах ВОВ с июня 1941. Инструктор по технике пилотирования 87-го ИАП капитан Щиров к ноябрю 1942 совершил 258 боевых вылетов, в 38 воздушных боях сбил лично 14 и в группе 3 самолета противника. Звание Героя Советского Союза присвоено 13.12.42 г. После войны продолжал службу в ВВС. В ноябре 1949 г. незаконно осужден. 26.12.50 г. лишен звания Героя. В 1954 г. реабилитирован. Указом ПВС СССР от 14.4.89 в связи с прекращением уголовного дела за отсутствием состава преступления отменен Указ ПВС СССР от 21.12.50 в части лишения Щирова звания Героя Советского Союза. Награжден 2-мя орденами Ленина, орденами Красного Знамени, Кутузова 3 ст., Александра Невского, Отечественной войны 1 ст., Красной звезды, медалями, а также иностранным орденом. Умер 7.4.1956 г.". Запись из его дневника: '22 июня - налет фашистской авиации. Уничтожены истребители, погибли друзья. Наши летчики взлететь не успели... Не имея радиоустановок на самолетах, истребителях, при недостаточной налаженности оповещения постов ВНОС на командные пункты, мы, поднявшись в воздух, были предоставлены самим себе, действовали по собственной инициативе... Немцы имели большое преимущество... Несмотря на потери, мы все-таки привили немецким летчикам любовь к полетам на высоте и под прикрытием своих истребителей... Теперь я понял, что залог победы в быстрой, маневренной, тактической хитрости и прицельном огне с малых дистанций... Увлекся погоней за "юнкерсом" - не заметил, что на хвосте у меня противник. В нашем деле главное - осмотрительность и еще раз осмотрительность. Золотая заповедь истребителя: перед атакой оглянись. А когда мой самолет загорелся, я спасся на парашюте, но получил сильные ожоги.' Из письма ветеранов, однополчан Щирова: '...Поступил в Качинскую авиационную школу, окончил ее накануне нападения фашистов на нашу Родину. Когда началась война, С.С.Щиров был направлен в 87-й ИАП и начала войну... В декабре 1941 младший лейтенант Щиров уже командует звеном, в августе 1942 - зам.командира эскадрильи, капитан, в декабре - майор, командир эскадрильи. 13 декабря 1942 г. Президиум ВС СССР присваивает ему звание Героя Советского Союза. В марте 1945 он - командир полка в 236-й истребительной авиационной дивизии. После войны его взяли в Управление ВВС СА, где он... выполнял задания командования честно и добросовестно, как это делал и во время войны...' В отрывке из письма, направленного в Комиссию ПБ ЦК КПСС по реабилитации нет объяснения только одной боевой награде Щирова - иностранному ордену. Вот как объяснил он в 1948 г. корреспонденту "Красной звезды" А. Голикову: "Это уже в 1944-м, когда освободили Белград. Обучал летать на наших самолетах югославских летчиков, а потом водил их в бой..." Награда - югославский орден "Партизанская звезда". Звезда Героя, два ордена Ленина следуют почти один за другим. Почему же он был арестован в 1949-м? В 1944 г. Щиров женился. Но он был боевой летчик и редко наведывался в Москву. Остальное он узнал от жены: "...остановилась черная машина. Вышел человек в военной форме... пригласил нас прокатиться... Нас привели в комнату... А потом вошел...Лаврентий Павлович Берия..." Пока Щиров воевал, Берия сделал своей любовницей его жену, причем, и после окончания войны, после перевода Щирова в Управление ВВС, Берия эту связь не прервал. Вот рассказ самого Щирова: 'Женился я на Соне в 1944-м, когда на пару недель отозвали в Москву с фронта. Влюбился в нее с первого взгляда. Затем уехал снова воевать. После войны служил в Армении, командовал полком. Соня жила со мной, и мы были счастливы. Потом меня направили в Главный штаб ВВС. Все было хорошо. Но вскоре Соня стала куда-то исчезать из дома. Раз не пришла ночевать. Я стал расспрашивать, схватил пистолет. Она заплакала и созналась, что изменяет мне, что ее принуждает к сожительству член Политбюро Берия. Он ее заметил еще в сорок четвертом, когда мы были в Большом театре. Соню взяли прямо на улице и увезли к нему в особняк. Сказала, что теперь ходит к нему ради меня. Когда первый раз привезли ее к Берии, он пригрозил: не согласишься, я твоего героя в порошок сотру, стоит мне пошевелить пальцем, и он отправится на Колыму лес валить. Тогда я еще верил в справедливость. Написал о том, что случилось с моей женой в свою партийную организацию. На другой день меня уволили из ВВС и отправили в ташкентский аэроклуб. А мой начальник и фронтовой друг сказал: "Уезжай сегодня же, тебя, дурака, спасаем!" Но это была не самая большая глупость, которую я совершил. Подумал, что если предать широкой огласке то, что произошло с моей семьей, справедливость восторжествует. Решил и сделал..." 7.4.1949 - с этой даты началось личное дело ? 038061, которое наверняка открывал "Протокол личного обыска...задержанного нарушителя государственной границы Щирова Сергея Сергеевича, 1916 г.р.' Дело в том, что Щиров решил имитировать попытку перехода границы. Цель у него была одна: будет суд, где он выступит и все расскажет о Берии... Но были допросы, во время которых при каждом упоминании этого имени его жестоко избивали. Суда Щиров так и не дождался, ему зачитали то, что счел нужным написать следователь: "Постановление. Москва. 1949, октября 25. Я, старший следователь по особо важным делам МГБ СССР майор Левшин, рассмотрев материалы дела ?2508 по обвинению С.С.Щирова, НАШЕЛ: Щиров арестован 7.4.1949 за попытку измены Родине. Следствием установлено, что Щиров решил совершить побег за границу. На основании изложенного, ПОСТАНОВИЛ: Щирова, как изменника Родины, направить в особый лагерь". Этим лагерем стал "Речлаг". В личном деле ?038061 (Воркутинский архив Минюста) хранится "Выписка из Протокола Особого Совещания МГБ СССР от 12.11.1949: 'Щирова С.С. за измену Родине заключить в ИТЛ сроком на 25 лет, считая срок с 7 апреля 1949 г.' На обратной стороне этого документа запись: "С Постановлением ОСО ознакомился 30 ноября 1949 г. Щиров". Личное дело з\к Щирова закончено 5.3.1954, но эти пять лет привели боевого летчика к трагедии. В лагере это был непокорный, отчаянный заключенный и, одновременно, чуткий товарищ по отношению к своим соратникам по несчастью. Это отмечали все, кто общался с Щировым в тюремные и лагерные годы. Документы личного дела пестрят распоряжениями о направлениях в карцер или в штрафной барак то за неповиновение, то "пытался не выполнить требования надзорсостава и грубил", то "за грубое поведение с зам. прокурора лагеря (в ШИЗО на 2 месяца)", а по воспоминаниям бывших лагерников это "надежный товарищ". 14.9.1951 в закрытом судебном заседании в Воркуте Щиров и 4 его солагерников были обвинены в создании "Повстанческой антисовестской организации "Всероссийский народно-трудовой союз". Щиров вновь был приговорен к лишению свободы (СВОБОДЫ!) с содержанием в ИТЛ на 25 лет. Теперь срок отбытия новых 25 лет лишения свободы начали отсчитывать с 28 апреля 1951 г. 30.10.1951 Щиров был отправлен из Воркуты в Инту, в Минеральный ИТЛ, откуда после ареста Берии в августе 1953 г. Щиров был срочно этапирован в Москву, где следователи разбирались в законности получения Щировым такого большого срока. После московских допросов Щирова снова вернули в Инту. Но в феврале 1954 из Прокуратуры СССР начальнику Минерального ИТЛ МВД СССР пришло письмо: 'Прошу объявить заключенному Щирову С.С., 1916 г.р. о том, что его жалоба прокурору проверена. По протесту Генпрокурора Военная Коллегия Верхсуда СССР 17.2.1954 изменила приговор Военного трибунала войск МГБ Коми АССР от 14.9.1951 и Постановление ОСО при МГБ СССР от 12.11.1949, снизив Щирову С.С. срок наказания по обеим делам до 5 лет лишения свободы с освобождением его из-под стражи и снятием с него судимости в соответствии с Указом Президиума ВС СССР от 27.3.1953 "Об амнистии". Госсоветник юстиции 3-го класса Терехов.' 5.3.1954 Щиров был освобожден. Т. И. Лещенка-Сухомлина, бывшая узница "Воркутлага", рассказала, что однажды, когда их вели из театра, где она работала, в зону, один заключенный прокричал им: "Я - Герой Советского Союза! Летчик! Пока я воевал, с моей женой спал Берия! Поэтому я здесь!..." А мы, говорила Татьяна Ивановна, шли молча, не смея поднять глаз и посмотреть на этого затравленного человека. 7.4.1956 Сергей Сергеевич Щиров скончался в Казани в психиатрической больнице. Ему, реабилитированному в 1954 г. (а не в 1953, как гласит справка из книги "Кавалеры орденов Славы трех степеней"), лишь 14.04.89 "в связи с прекращением уголовного дела за отсутствием состава преступления" вернули звание Героя. Оказывается (читая вышеназванную справку), еще 35 лет летчик Щиров числился по уголовному делу. Указ о возвращении Щирову звания Героя был подписан Горбачевым, но так и не был нигде опубликован до 2000 г. А ведь где-то в следственных делах должны сохраниться рукописи Щирова "Воспоминания о Югославии" (отпечатана на машинке на 13 листах) и "Боевой путь Щирова" (отпечатана на машинке на 10 листах), еще 66 изъятых при аресте фотографий, дневник, который он вел всю войну' (из материала Анатолия Попова, ветерана труда). http://worldcrisis.ru/crisis/3207197 ====================== Мой комментарий. Это не лично про Сталина, а про его соратника Берию. Как его многие называют "самый эффективный менеджер". Короля делает свита, как известно.+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++================================================================================================================================================================================================================================================================================ Еще раз о военных потерях СССР. начале мне хотелось бы привести те цифры и закономерности, которые проще всего видны и могут быть проверены каждым. Поэтому начнем со статической картины населения СССР по переписи 1959 года и лишь потом перейдем к оценки убыли населения по сравнению с переписью 1939 года. Первое, что бросается в глаза при изучении результатов переписи 1959 года по всем областям - это огромная разница между мужским и женским населением СССР. В официальных статистических сборниках эта особенность Советского Союза обычно маскировалась посредством того, что в таблицах распределения населения указывалась численность мужчин до возраста 60 лет, а женщин до возраста 55 лет. 5 возрастов женщин исключались из сравнения, что значительно снижало перекос. Но в настоящее время полные таблицы распределения населения по возрастам являются общедоступными. И теперь при рассмотрении таблиц полового и возрастного распределения жителей СССР легко сразу заметить, что эта огромная разница между мужским и женским населением падает на те возраста, в которых мужчины призывались на фронт во время войны, то есть в возрастах с 1890 по 1928 годов рождения, хотя, строго говоря, последний из этих возрастов (1928 год рождения) в большинстве не успел принять участие в сражениях. В дальнейшем мы будем учитывать возраста мужчин с 1889 года по 1928 год для более удобной оценки послевоенной убыли населения, хотя возраст 1889 года не призывался на фронт по мобилизации. При этом значительно более 10 тыс. военнослужащих рождения 1889 года значатся погибшими на полях войны по базе данных погибших. Итак, по переписи 1959 года в СССР насчитывалось 32,86 млн. мужчин военных призывных возрастов с 1889 по 1928 годы рождения и 51,28 млн. женщин в этих же возрастах9. Разница между мужчинами и женщинами составляла 18,43 млн., а на 1000 женщин в этих возрастах приходился только 641 мужчина. Это важная цифра. Запомним ее. Много это или мало для возрастов от 30 до 69 лет на момент переписи 1959 года? Приведем ряд аналогий. Для начала постараемся привести данные численности мужчин и женщин в нашей стране отдельно по этим возрастам по другим переписям населения. Первая перепись населения Российской Империи 1897 года показывает, что в тот год в стране проживало 20,5 млн. мужчин и 20,7 млн. женщин в возрастах от 30 до 69 лет10. Разница между мужчинами и женщинами в этих возрастах - 159 тыс. На 1000 женщин приходилось в этих возрастах 992 мужчины. То есть первая перепись Российской Империи показывает, что мужчин в интересующих нас возрастах было почти столько же, сколько и женщин. Следующая перепись 1926 года показывает, что мужчин в возрастах от 30 до 69 лет на год переписи было 21,67 млн., а женщин - 24,35 млн.11 Разница по всей стране - 2,68 млн., а на 100 женщин в этих возрастах приходилось уже 890 мужчин. За плечами населения в 1926 году прошли Первая Мировая и Гражданская война, голод в Поволжье и эмиграция, которая была особенно в европейской части страны в основном мужская. И мы видим, что все эти факторы увеличили разницу между мужским и женским населением в возрастах с 30 до 69 лет до 2,68 млн. человек, а ведь именно на эти возраста приходились почти все мужские потери Первой Мировой и Гражданской. Но, несмотря на такие сильные потери, все равно на 1000 женщин приходилось 890 мужчин. Скажем прямо, что это соответствовало в целом распределению населения главных стран Европы - участников Первой Мировой. Однако что же случилось потом? Следующая перепись населения СССР прошла в 1939 году. По данным этой переписи мужчин в возрастах с 30 до 69 лет на год переписи насчитывалось уже 26,99 млн., а женщин 32,21 млн.12 Разница - 5,22 млн. или на 1000 женщин в этих возрастах приходилось уже 838 мужчин. Как мы видим, хотя за 13 лет с 1926 по 1939 год не было ни одной войны, но разница между мужским и женским населением увеличивалась. Здесь мы видим следы голода и репрессий, ссылок и переселений. Скажем сразу, что 838 мужчин на 1000 женщин в возрастах 30-69 лет - это изумительно огромная разница при мирной жизни. Большинство стран Европы после Второй Мировой не имели такой разницы, какую СССР имел до Второй Мировой. И после Первой Мировой страны Европы не имели такой разницы между мужским и женским населением. Однако эта разница 1939 года меркнет перед ужасающей разницей в 18,43 млн. между мужчинами и женщинами по переписи 1959 года. Далее после 1959 года этот перекос начинает постепенно уменьшаться. По переписи 1970 года мужчин в возрастах с 30 до 69 лет насчитывалось уже 45,68 млн., а женщин - 62,01 млн.13 Разница - 16,33 млн. или на 1000 женщин в этих возрастах уже было ровно 740 мужчин. По переписи 1979 года мужчин в возрастах от 30 до 69 лет было 49,2 млн., а женщин - 62,74 млн.14 Разница - 13,54 млн. или на 1000 женщин 784 мужчин. Перекос существенно сократился только к переписи 2002 года, когда в России мужчин в возрастах от 30 до 69 лет было уже 34,22 млн., а женщин - 39,73 млн. 15 Разница - 5,51 млн. только по России или на 1000 женщин 861 мужчина в указанных возрастах. При этом следует заметить, что в России на 2002 год еще сохранялась необычно высокая и рекордная в мире различие между продолжительностью жизни мужчин и женщин. К сожалению, эта разница между продолжительностью жизни мужчин и женщин восходит исторически как раз ко времени войны. Но может быть такое грандиозное различие между мужчинами и женщинами в возрастах 30-69 лет на 1959 год было характерно для всех стран Европы? Может быть в Европе тоже был 641 мужчина на 1000 женщин во всех возрастах с 30 до 69 лет? Проведем ряд сравнений. В 1950 году прошла перепись в Польше. Данные по Польше весьма важны, поскольку мы знаем, что потери Польши в границах 1939 года были огромны и составили за всю войну 5,6 млн. человек населения. Но структура потерь в Польше иная. Примерно половина потерь Польши - это еврейское население всех возрастов и обоих полов. Но если мы посмотрим таблицу полового и возрастного распределения населения страны и оценим количество мужчин и женщин в возрастах 1889-1928 годов, то мы увидим, что в Польше на тот год проживало 5,47 млн. мужчин этих возрастов и 6,60 млн. женщин тех же возрастов.16 На 1000 женщин приходилось 829 мужчин, а не 641 как в огромном Советском Союзе. Различие между небольшой Польшей и СССР огромно. Следующая перепись в Польше прошла в 1960 году. К сожалению, мне оказались недоступны данные возрастного и полового распределения всей Польши по переписи 1960 года, но зато оказались доступны данные по нескольким воеводствам в отдельности. И если посмотрим результаты этой переписи, то по отдельным воеводствам разница между мужчинами и женщинами в возрастах 1889-1928 оказывается в диапазоне 830-880, причем в западных воеводствах она поменьше. Интересны в этой связи данные статистики Германии. Статистическая служба ФРГ в подробностях рассчитала всю возрастную пирамиду населения обеих Германий за каждый год с 1950 по нынешний. Раньше исследователям народонаселения приходилось суммировать данные обеих Германий, приводя данные ГДР к данным ФРГ за каждый год. Немецкие демографы облегчили нам задачу. И теперь если мы возьмем таблицу возрастного и полового распределения обеих Германий в сумме за 1950 год, то окажется, что мужчин 1889-1928 годов рождения проживало в ФРГ и ГДР 16 млн. 82 тыс., а женщин - 20 млн. 718 тыс.17 На 1000 женщин - 776 мужчин. Разница между мужчинами и женщинами в этих военных призывных возрастах составила 4,63 млн. То есть в СССР, напомню, разница составила 18,43 млн., а в ФРГ и ГДР в сумме - 4,63 млн. Для полноты картины здесь следовало бы привести еще и точные данные по Австрии, но мы ограничимся сейчас словами, что половое и возрастное распределение Австрии за послевоенные годы нами тоже было исследовано и итоговые данные аналогичны немецким. Но может быть картина распределения населения в Германии изменилась с 1950 по 1960 год? Ведь мы сейчас сравнивали цифру по СССР на 1959 год с цифрой Германии на 1950 год! И это не вполне правильно. Ведь старшим возрастам в нашей группе населения мужчин с 1889 по 1928 год рождения на 1959 год было уже 69 лет и мужчины в этих возрастах умирают быстрее женщин. Что же было в обеих Германиях в 1960 году? Если мы посмотрим возрастное распределение жителей обеих Германий на 1960 год, то увидим, что в возрастах 1889-1928 годов рождения на 1000 женщин приходилось 752 мужчины, а мужчин этих возрастов было в наличии 14 млн. 822 тыс. и женщин 19 млн. 723 тыс.18 Разница - 4,90 млн. Таким образом, за 10 лет с 1950 по 1960 год разница увеличилась с 4,63 млн. до 4,90 млн., ведь мужчины старшего поколения умирают быстрее женщин. Перекос немного вырос, но масштаб не изменился. Скажем здесь сразу, что и в СССР масштаб этого явления тоже не изменился с 1950 по 1959 год. В СССР перекос между мужчинами и женщинами был гораздо более внушительный и в 1950-м, и в 1959 году. Здесь мы видим, что в СССР оказалось мужчин гораздо меньше, чем в обеих Германиях и в процентном отношении, и в абсолютных величинах. Нам известно, что официальные немецкие потери вооруженных сил во Вторую Мировую Войну составили 5,3 млн. человек, что вполне сходится с данными переписей населения, по которым мужчин меньше женщин в призывных военных возрастах на 4,9 млн. человек. Что же касается СССР, то мы знаем официальную цифру потерь вооруженных сил СССР в 8,67 млн. человек, но при этом разница в военных призывных возрастах между мужчинами и женщинами оказалась 18,43 млн. Где же остальные мужчины? Что случилось с ними? Однако, продолжим наши сравнения с другими странами Европы. В 1950 и 1960 годах прошли переписи населения Финляндии. Эта наша страна-сосед интересна тем, что, во-первых, Финляндия была до революции частью Российской Империи, во-вторых тем, что климат там не менее суров, чем наш, а в третьих тем, что она пережила две войны: Советско-Финскую и Вторую Мировую. Таблицы возрастного и полового распределения жителей Финляндии рассчитаны статистической службой страны за каждый год. Что мы видим на примере Финляндии? На 1959 год мужчин проживало в Финляндии в возрастах 1889-1928 годов рождения 881 тыс. человек, а женщин - 1 млн. 32 тыс. человек.19 Разница между мужчинами и женщинами - 151561 человек. Это следы двух войн. На 1000 женщин в этих возрастах приходилось 853 мужчины. 1959 год - это как раз тот год, когда в СССР прошла перепись населения, показавшая, что у нас на 1000 женщин остался 641 мужчина. В то же время в Финляндии их 853. В огромном СССР мы опять видим гораздо меньше мужчин, чем в маленькой Финляндии и в относительных единицах, и в абсолютной численности. Это не может не настораживать. http://monarhist.info/history-glimpse/podrobno-o-poteryah-sssr-vo-ii-mirovoj-vojne?page=3 +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ ПРОЕКТ ВЫСТУПЛЕНИЯ ГЕОРГИЯ ЖУКОВА НА ПЛЕНУМЕ ЦК КПСС 1956 ГОДА Товарищу ХРУЩЕВУ Н.С. Посылаю Вам проект моего выступления на предстоящем Пленуме ЦК КПСС. Прошу просмотреть и дать свои замечания. Г. Жуков 19 мая 1956 года Разослано: тов.тов.Булганину Н.А. и Шепилову Д.Т. СОСТОЯНИЕ И ЗАДАЧИ ВОЕННО-ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ РАБОТЫ ТОВАРИЩИ! В своем выступлении я хочу доложить Пленуму ЦК о состоянии и задачах военно-идеологической работы. Главным недостатком во всей военно-идеологической работе у нас в стране до последнего времени являлось засилие в ней культа личности. Должен отметить, что у некоторых товарищей имеется мнение о нецелесообразности дальше и глубже ворошить вопросы, связанные с культом личности, так как по их мнению углубление критики в вопросах, связанных с культом личности, наносит вред делу партии, нашим Вооруженным Силам, принижает авторитет советского народа и тому подобное. Я считаю, что подобные настроения вытекают из несогласия с решением XX съезда партии, полностью одобрившего предложения, изложенные в докладе ЦК по ликвидации последствий культа личности. Если пойти по пути свертывания работы по ликвидации последствий культа личности, то мы не выполним тех решений, которые единодушно были приняты XX съездом партии. Мы не можем забывать, что культ личности и все то, что с ним было связано, принес нам много вреда и в деле обороны нашей страны. Мы обязаны из этого извлечь все необходимые уроки, продолжать настойчиво разъяснять антиленинскую сущность культа личности, преодолевая боязнь обнажения фактов, мешающих ликвидации культа личности. Как известно, особенно широкое распространение культ личности приобрел в вопросах, связанных с Великой Отечественной войной. Отдавая должное заслугам, энергии и организаторской деятельности Сталина, я должен сказать, что культ личности Сталина в освещении войны приводил к тому, что роль нашего народа, Партии и Правительства, наших Вооруженных Сил принижалась, а роль Сталина непомерно преувеличивалась. Во имя возвеличивания Сталина в нашей военно-идеологической работе было допущено грубое искажение ряда исторических фактов, замалчивание неудач, ошибок, недочетов и их причин, а достижение успехов приписывалось исключительно руководству Сталина. Все это создавало извращенное представление об исторических фактах и их оценке. Тем самым нарушалась основа партийности в нашей идеологической работе - ее историческая правдивость. На протяжении нескольких лет перед Отечественной войной советскому народу внушалось, что наша страна находится в постоянной готовности дать сокрушительный отпор любому агрессору. На все лады восхвалялась наша военная мощь, прививались народу опасные настроения легкости победы в будущей войне, торжественно заявлялось о том, что мы всегда готовы на удар врага ответить тройным ударом, что, несомненно, притупляло бдительность советского народа и не мобилизовало его на активную подготовку страны к обороне. Действительное же состояние подготовки нашей страны к обороне в то время было далеким от этих хвастливых заявлений, что и явилось одной из решающих причин тех крупных военных поражений и огромных жертв, которые понесла наша Родина в начальный период войны. Накануне войны организация и вооружение наших войск не были на должной высоте, а что касается противовоздушной обороны войск и страны, то она была на крайне низком уровне. До 1941 года у нас было очень мало механизированных соединений и только зимой 1941 года было принято решение о формировании 15-ти механизированных корпусов за счет ликвидации кавалерии, но это решение было крайне запоздалым. К моменту возникновения войны большинство наших механизированных корпусов и дивизий находилось еще в стадии формирования и обучения, в силу чего они вступили в бой не сколоченными и слабо вооруженными. Качество нашей авиации оказалось ниже немецкой, да и та из-за отсутствия аэродромов была крайне скученно расположена в приграничной зоне, где и попала под удар авиации противника. Артиллерия, особенно зенитная, была очень плохо обеспечена тягачами, вследствие чего не имела возможности передвигаться в какой-либо степени обеспечить маневр наших войск на поле боя. Очень много артиллерии из-за отсутствия артиллерийских тягачей было брошено при отходе наших войск. У Генерального штаба не было законченных и утвержденных Правительством оперативного и мобилизационного планов. Промышленности не были выданы конкретные мобзадания по подготовке мобилизационных мощностей и созданию соответствующих материальных резервов. Особенно плохо обстояло дело с руководящими военными кадрами, которые в период 1937-1939 гг., начиная от командующих войсками округов до командиров дивизий и полков включительно, не однократно сменялись в связи с арестами. Вновь назначенные к началу войны оказались слабо подготовленными по занимаемым должностям. Особенно плохо были подготовлены командующие фронтами и армиями. Огромный вред для Вооруженных Сил нанесла подозрительность Сталина по отношению к военным кадрам. На протяжении только четырех лет, с 1937 по 1941 гг., в наших Вооруженных Силах дважды упразднялось единоначалие и вводился институт военных комиссаров, что сеяло недоверие к командным кадрам, подрывало дисциплину в войсках и создавало неуверенность у командного состава. Слабые стороны в подготовке нашей страны и армии к войне, выявленные в ходе советско-финляндской войны и событий на Дальнем Востоке, не только не устранялись, но по-серьезному даже и не обсуждались ни в ЦК, ни в Совнаркоме, так как все эти вопросы находились в руках Сталина и без его указаний никто не мог принять какого-либо решения. Вследствие игнорирования со стороны Сталина явной угрозы нападения фашистской Германии на Советский Союз, наши Вооруженные Силы не были своевременно приведены в боевую готовность, к моменту удара противника не были развернуты и им не ставилась задача быть готовыми отразить готовящийся удар противника, чтобы, как говорил Сталин, "не спровоцировать немцев на войну". Знал ли Сталин и Председатель Совнаркома В.М.Молотов о концентрации гитлеровских войск у наших границ? - Да, знали. Kpoме данных, о которых на XX съезде доложил тов. Н.С.Хрущев, Генеральный штаб систематически докладывал Правительству о сосредоточениях немецких войск вблизи наших границ, об их усиленной авиационой разведке на ряде участков нашей приграничной территории с проникновением ее вглубь нашей страны до 200 километров. За период январь-май 1941 г. было зафиксировано 157 разведывательных полетов немецкой авиации. Чтобы не быть голословным, я оглашу одно из донесений Начальника Генерального штаба Главе Правительства тов.В.М. Молотову: "Докладываю о массовых нарушениях государственной границы германскими самолетами за период с 1 по 10.4.1941 г. Всего за этот период произведено 47 нарушений госграницы. Как видно из прилагаемой карты нарушения в преобладающей своей массе ведутся: а/ на границе с Прибалтийским Особым военным округом и, особенно в районах ЛИБАВА, МЕМЕЛЬ и КОВНО; б/ на Львовском направлении, на участке госграницы СОКАЛЬ, ПЕРЕМЫШЛЬ. Отдельные случаи нарушения госграницы произведены в направлениях на ГРОДНО, БЕЛОСТОК, КОВЕЛЬ и ЛУЦК, а также на госгранице с РУМЫНИЕЙ. Полеты немецких самолетов производились на глубину 90-200 км от госграницы как истребителями, так и бомбардировщиками. Это говорит о том, что немцы производят как визуальную разведку, так и фотографирование. Прошу доложить этот вопрос тов.Сталину и принять возможные мероприятия. Начальник Генерального штаба Красной Армии генерал армии - Жуков II апреля 1941 г. N 503727". Никаких реальных мер ни по этому донесению, ни по ряду других не последовало и должных выводов не было сделано. Примером полного игнорирования Сталиным сложившейся военно-политической обстановки и беспрецедентной в истории дезориентации нашего народа и армии является сообщение ТАСС, опубликованное в печати 14 июня 1941 г., т.е. за неделю до нападения фашистской Германии на Советский Союз. В этом сообщении указывалось, что "По данным СССР, Германия также неуклонно соблюдает условия советско-германского пакта о ненападении, как и Советский Союз, ввиду чего, по мнению советских кругов, слухи о намерении Германии порвать пакт и предпринять нападение на СССР лишены всякой почвы, а происходящая в последнее время переброска германских войск, освободившихся от операций на Балканах, в восточные и северо-восточные районы Германии связана, надо полагать, с другими мотивами, не имеющими касательства к советско-германским отношениям". Это заявление дезориентировало советский народ, партию и армию и притупляло их бдительность. Неудачи первого периода войны Сталин объяснял тем, что фашистская Германия напала на Советский Союз внезапно. Это исторически неверно. Никакой внезапности нападения гитлеровских войск не было. О готовящемся нападении было известно, а внезапность была придумана Сталиным, чтобы оправдать свои просчеты в подготовке страны к обороне. 22 июня в 3 ч. 15 мин. немцы начали боевые действия на всех фронтах, нанеся авиационные удары по аэродромам с целью уничтожения нашей авиации, по военно-морским базам и по ряду крупных городов в приграничной зоне. В 3 ч.25 м. Сталин был мною разбужен и ему было доложено о том, что немцы начали войну, бомбят наши аэродромы, города и открыли огонь по нашим войскам. Мы с тов. С.К. Тимошенко просили разрешения дать войскам приказ о соответствующих ответных действиях. Сталин, тяжело дыша в телефонную трубку, в течение нескольких минут ничего не мог сказать, а на повторные вопросы ответил: "Это провокация немецких военных. Огня не открывать, чтобы не развязать более широких действий. Передайте Поскребышеву, чтобы он вызвал к 5 часам Берия, Молотова, Маленкова, на совещание прибыть вам и Тимошенко". Свою мысль о провокации немцев Сталин вновь подтвердил, когда он прибыл в ЦК. Сообщение о том, что немецкие войска на ряде участков уже ворвались на нашу территорию не убедило его в том, что противник начал настоящую и заранее подготовленную войну. До 6 часов 8 мин. он не давал разрешения на ответные действия и на открытие огня, а фашистские войска тем временем, уничтожая героически сражавшиеся части пограничной охраны, вклинились в нашу территорию, ввели в дело свои танковые войска и начали стремительно развивать удары своих группировок. Как видите, кроме просчетов в оценке обстановки, неподготовленности к войне, с первых минут возникновения войны в Верховном руководстве страной в лице Сталина проявилась полная растерянность в управлении обороной страны, использовав которую противник прочно захватил инициативу в свои руки и диктовал свою волю на всех стратегических направлениях. Я не сомневаюсь в том, что если бы наши войска в западной приграничной зоне были приведены в полную боевую готовность, имели бы правильное построение и четкие задачи по отражению удара противника немедленно с началом его нападения, - характер борьбы в первые часы и дни войны был бы иным и это сказалось бы на всем ее последующем ходе. Соотношение сил на театре военных действий, при надлежащей организации действий наших войск, позволяло по меньшей мере надежно сдерживать наступление противника. Неправильным является утверждение о том, что Сталин, разгадав планы немецко-фашистского командования, решил активной обороной измотать и обескровить врага, выиграть время для сосредоточения резервов, а затем, перейдя в контрнаступление, нанести сокрушительный удар и разгромить противника. В действительности такого решения не было, а "теория активной обороны" понадобилась для скрытия истинных причин наших неудач в начальном периоде войны. Что же произошло в действительности, почему наши войска понесли поражение на всех стратегических направлениях, отступали и оказывались в ряде районов окруженными? Кроме неподготовленности страны к обороне и неполной подготовленности Вооруженных Сил к организованному отражению нападения противника, - у нас не было полноценного Верховного командования. Был Сталин, без которого по существовавшим тогда порядкам никто не мог принять самостоятельного решения, и надо сказать правдиво, - в начале войны Сталин очень плохо разбирался в оперативно-тактических вопросах. Ставка Верховного Главнокомандования была создана с опозданием и не была подготовлена к тому, чтобы практически взять в свои руки и осуществить квалифицированное управление Вооруженными Силами. Генеральный штаб, Наркомат обороны с самого начала были дезорганизованы Сталиным и лишены его доверия. Вместо того, чтобы не медля организовать руководящую группу Верховного командования для управления войсками Сталиным было приказано: Начальника Генерального штаба на второй день войны отправить на Украину, в район Тернополя для помощи Командующему юго-западным фронтом в руководстве войсками в сражении в районе Сокаль, Броды; Маршала Б.М. Шапошникова послать на помощь командующему западным фронтом в район Минска, а несколько позже 1-го Заместителя начальника Генерального штаба генерала Н.Ф.Ватутина - на северо-западное направление, Сталину было доложено, что этого делать нельзя, так как подобная практика может привести к дезорганизации руководства войсками. Но от него последовал ответ: "Что вы понимаете в руководстве войсками, обойдемся без вас". Следствием этого решения Сталина было то, что он, не зная в деталях положения на фронтах, и будучи недостаточно грамотным в оперативных вопросах, давал неквалифицированные указания, не говоря уже о некомпетентном планировании крупных контрмероприятий, которые по сложившейся обстановке надо было проведать. Наши войска, не будучи развернутыми в правильных оперативных построениях, фактически дрались отдельными соединениями, отдельными группировками, проявляя при этом исключительное упорство, нанося тяжелые поражения противнику. Не получая своевременных приказов от высшего командования, они вынуждены были действовать изолированно, часто оказывались в тяжелом положении, а иногда и в окружении. Положение осложнялось тем, что с первых дней наша авиация, ввиду своей отсталости в техническом отношении, была подавлена авиацией противника и не могла успешно взаимодействовать с сухопутными войсками. Фронты, не имея хорошей разведывательной авиации, не знали истинного положения войск противника и своих войск, что имело решающее значение в деле управления войсками. Войска, не имея артиллерийских тягачей и автотранспорта, сразу же оказывались без запасов горючего и боеприпасов, без должной артиллерийской поддержки. В последующем, будут значительно ослаблены в вооружении, без поддержки авиации не имея танков и артиллерии, часто оказывались в тяжелом положении. Все это привело наши войска к тяжелым жертвам и неудачам в первый период войны и оставлению врагу громаднейшей территории нашей страны. И только величайшая патриотическая любовь советского народа и его Вооруженных Сил к своей Родине, преданность их Коммунистической партии и Советскому Правительству, дали возможность под руководством нашей партии преодолеть тяжелую обстановку, которая сложилась вследствие ошибок и промахов сталинского руководства в первый период войны, а затем вырвать у врага инициативу, добиться перелома в ходе войны в нашу пользу и завершить ее блестящей победой всемирно-исторического значения. Отношение Сталина к личному составу наших Вооруженных Сил. Я уже говорил о подозрительности и недоверии к военным кадрам, которое проявлялось у Сталина в предвоенные годы. Всю вину за наши неудачи в начальный период войны он постарался возложить на личный состав Вооруженных Сил. Был организован судебный процесс над командованием Западного фронта, по которому были расстреляны командующий войсками Павлов, начальник штаба Климовских, начальник связи Григорьев и ряд других генералов. Был обвинен в измене и переходе на сторону противника командующий армией Качалов, фактически погибший на поле боя при прорыве из окружения. Без всяких оснований были обвинены в измене и другие генералы, в силу сложившейся обстановки попавшие в плен, которые, возвратились из плена, и по сей день являются честнейшими патриотами нашей Родины. Был издан ряд приказов, в которых личный состав наших войск, особенно командиры и политработники, огульно обвинялся в малодушии и трусости. Уже после того, как наши войска показали себя способными не только обороняться, но и наносить серьезные удары по врагу, Сталин нашел нужным в одном из своих приказов написать: "Население нашей страны, с любовью и уважением относящееся к Красной Армии, начинает разочаровываться в ней, теряет веру в Красную Армию, а многие из них проклинают Красную Армию за то, что она отдает наш народ под ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток". Таким приказом Сталин незаслуженно опорочил боевые и моральные качества наших солдат, офицеров и генералов. Как показывают действительные факты, наши солдаты и офицеры, части и соединения дрались, как правило, с исключительным упорством, не щадя своей жизни, нанося большие потери противнику. Даже наши враги и те вынуждены были отметить боевую доблесть советских воинов в начальном периоде войны. Вот что писал в своем служебном дневнике начальник Генерального штаба германских сухопутных сил генерал-полковник Гальдер: 24 июня - "Противник в приграничной полосе почти всюду оказывал сопротивление. Следует отметить упорство отдельных русских соединений в бою. Имели место случаи, когда гарнизоны ДОТов взрывали себя вместе с ДОТами, не желая сдаваться в плен". 27 июня - Он отмечает, что русские войска и командование на Украине "действует хорошо и энергично". 29 июня - "Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека. Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бои по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволять себе известные вольности и отступления от уставных принципов, что теперь уже недопустимо". 6 июля - "На отдельных участках экипажи танков противника покидают свои машины, но в большинстве запираются в танках и дают себя сжечь с машинами". 11 июля - "Противник сражается ожесточенно и фанатически". Даже в том случае, когда, наши войска попадали в окружение, они продолжали драться с противником. 20 июля Гальдер записал в дневнике: "Отдельные группы противника, продолжая оставаться в нашем тылу, являются для нас настоящим бедствием". В том же дневнике Гальдером записаны потери за период с начала войны по 10 декабря 1941 года, т.е. еще до завершения битвы под Москвой и развертывания наших зимних наступательных операций. Немцами было потеряно убитыми, ранеными и без вести пропавшими 775.078 человек, что составляет 24,22% от численности боевых частей на Восточном фронте, общая численность которых составляла 3,2 миллиона человек. Эти факты и цифры, скорее преуменьшенные, чем преувеличенные убедительно свидетельствуют о том, что наши воины в тяжелейших условиях начального периода честно и доблестно выполняли свой боевой долг, защищая свою социалистическую Родину. Зачем понадобилось Сталину издавать приказы, позорящие нашу армию? Я считаю, что это сделано с целью отвести от себя вину и недовольство народа за неподготовленность страны к обороне, за допущенные лично им ошибки в руководстве войсками и те неудачи, которые явились их следствием. О так называемых "сталинских операциях", "сталинской военной науке" и задачах по ликвидации последствий культа личности. Многие здесь присутствующие знают, как возникали операции фронтов, как планировались, готовились и проводились наступательные операции наших войск, в последующем получившие название "Сталинские". Надо быть неграмотным в военном деле, чтобы поверить в то, что один человек мог обдумать, рассчитать, распланировать и подготовить современную фронтовую операцию или операцию группы фронтов, проводимых на громаднейшем пространстве, с участием всех видов Вооруженных Сил и родов войск. Был ли Сталин творцом вообще каких-либо операций? Да, к сожалению был. Об одной такой операции на XX съезде доложил тов. Н.С. Хрущев. По замыслу Сталина также планировалась и проводилась операция в Прибалтике в районе Либавы, которая безрезультатно повторялась несколько раз и, кроме тяжелых жертв, ничего не дала. За неудачи этой операции Сталин сменил трех командующих фронтами. Исключительно безграмотно проводились операции севернее Варшавы, в результате которых погибли многие десятки тысяч наших людей. Сталину неоднократно докладывали о том, что по условиям местности там нельзя проводить операцию, однако такие доводы отвергались как "незрелые', и операция многократно повторялась с одними и теми же результатами. О непонимании Сталиным основ управления войсками можно многое рассказать из истории оборонительных сражений за Москву, но достаточно только небольшого факта, чтобы уяснить непонимание Сталиным способов управления войсками. В тяжелый момент упорной борьбы, когда противник с ожесточением рвался к Москве, Берия доложил Сталину, что немцы захватили деревню Дедово и Красную Поляну. Сталин, вызвав к телефону меня и Н.А. Булганина, изругав как полагалось, приказал немедленно выехать мне в Дедово, а Н.А. Булганину в Красную Поляну и взять обратно эти деревни. Наши попытки доказать невозможность в такой тяжелый момент бросать командный пункт и управление войсками фронта, были встречены угрозой расстрела. И в то время, когда мы с Н.А. Булганиным брали эти деревни, не имеющие никакого значения, противник прорвал фронт в другом месте - в районе Нарофоминска, ринулся к Москве и только наличие резерва фронта в этом районе спасло положение. Я не могу обойти молчанием и того, что Сталин принуждал представителей Ставки Верховного Главнокомандования и командующих фронтами без всякой к тому необходимости проводить наспех организованные операции, без достаточного материального и технического их обеспечения, что приводило к чрезмерно большим потерям. Во многих случаях наспех и плохо организованные операции не давали положительных результатов. Так было на Северо-западном, Западном, на Воронежском и других фронтах. Можно привести еще немало отрицательных фактов из оперативного творчества Сталина, чтобы оценить, чего стоят на самом деле его полководческие качества и "военный гений". Последствия культа личности до настоящего времени дают себя чувствовать во многих областях военного дела, особенно в вопросах военной теории и военной истории. В угоду культу личности у нас настойчиво прививалось неправильное представление о том, что Сталиным, якобы, заново разработана советская военная наука* Отдельные его высказывания по случайному поводу превращались в "энциклопедию военной науки". Старые, давно известные положения, вроде знаменитого суворовского афоризма - "готовить войска тому, что необходимо на войне" - расценивались, как новые гениальные открытия. Высказывание о постоянно действующих факторах, в котором новым была форма, а не существо вопроса, превратилось в основу основ всей советской военной науки, а такой важный и давно известный фактор, как внезапность стали рассматривать лишь как принадлежность авантюристической стратегии. Возводилось в культ контрнаступление, чем по существу оправдывались ошибки, допущенные в начальный период Отечественной войны, и неправильно ориентировались наши военные кадры о возможных способах ведения войны в будущем. В угоду культу личности замалчивался тот факт, что советская военная наука создавалась коллективным трудом руководящих партийных, государственных и военных деятелей, трудом многих военно-научных работников и наших ученых, выращенных партией. Культ личности в военной науке сковывал творческую мысль наших научных кадров и приучал их к тому, что их роль заключается не в самостоятельной разработке военной теории, а в умелом комментировании и популяризации сталинских положении. Мы должны ликвидировать эти серьезные недостатки и пробудить творческую мысль наших научных кадров, основанную не на рабском следовании цитате, а на научном, объективном и всестороннем анализе живой действительности и перспектив развития техники, способную к глубоким обобщениям в интересах дальнейшего укрепления оборонной мощи Советского государства. Надо повернуть нашу военную науку прежде всего к современным и перспективным задачам. Сейчас наука и техника выдвигают все новые и новые вопросы, на которые военная теория должна своевременно дать правильный ответ. Особенно это относится к средствам массового поражения, так как неосведомленность народа и личного состава Вооруженных Сил в этих вопросах может отрицательно сказаться при возникновении войны. Огромное значение для правильного воспитания не только Вооруженных Сил, но и всего советского народа имеет правдивое освещение военных событий и научное обобщение опыта войн. Однако, несмотря на то, что со времени окончания войны прошло 11 лет, у нас еще нет трудов, исторически правдиво освещающих события Отечественной войны, правильно раскрывающих роль советского народа, его Вооруженных Сил, организующую деятельность Коммунистической партии в завоевании исторических побед. В исследовании военных событий нет глубокого анализа явлений, научной критики фактов и действий. Неудачные операции наших войск, как правило, не исследовались, а если и описывались, то без соблюдения исторической правды. В описаниях военных событий почти нет имен коллектива военачальников, которые непосредственно планировали операции и руководили боевыми действиями войск. Культ личности бесцеремонно вычеркнул из истории имена действительных героев, а их коллективные заслуги беззастенчиво присваивались Сталину. Установившееся в периодизации Великой Отечественной войны наименование первого периода - "Активная оборона советских Вооруженных Сил" - не дает правильного представления о фактическом характере действий советских войск в 1941 году и противоречит принятому у нас понятию активной обороны. Исходя из фактической обстановки, первый период воины правильнее называть "Периодом отступления и срыва планов "молниеносной" войны фашистской Германии против Советского Союза", предоставив историкам научно установить хронологические рамки этого периода. При составлении истории Великой Отечественной войны и истории советского военного искусства нужно осветить нашу боевую дружбу с вооруженными силами стран народной демократии, строительство которых началось при помощи Советского Союза на полях сражений в борьбе с общим врагом - германским фашизмом.* Одним из существенных недостатков военно-идеологической работы является недооценка буржуазной военной науки, выразившаяся в чванливом ее отрицании. Нами явно недостаточно изучаются формы и методы военно-идеологической работы в капиталистических странах, а также сильные и слабые стороны империалистических военных систем. В результате извращенного понимания задач борьбы против неоправданного преклонения перед заграницей отрицалась какая-либо ценность зарубежной военной мысли, военной техники, игнорировались ее достижения, а задачи в области военно-идеологической борьбы сводились к огульному охаиванию всего того, что находится за пределами наших границ. Надо улучшить дело научной информации о зарубежной военной литературе и военной технике, изучать сильные и слабые стороны империалистических военных систем и основные направления военно-идеологической работы в их армиях, вскрывать новые процессы, связанные с подготовкой их к будущей войне, разоблачать реакционную сущность буржуазной военной идеологии и военной науки. Говоря о нашей практике военно-идеологической работы в Армии и Флоте, необходимо отметить ее низкое качество, а порой и отрыв ее от задач воспитания войск, на что сейчас необходимо обратить серьезное внимание командиров, политорганов и партийных организации Вооруженных Сил. В системе идеологического воспитания наших военных кадров надо развернуть глубокое изучение марксистско-ленинского учения о войне и армии, тесно увязывая изучение теории с конкретными задачами подготовки войск, с их качественными и организационными изменениями. С этой целью надо подготовить и издать труд по основам марксистско-ленинского учения о войне и армии, в котором правильно отразить роль В.И. Ленина в развитии этого учения и обобщить опыт войн современной эпохи. Разоблачить неправильность и вредность утверждения о том, что В.И Ленин не являлся "знатоком военного дела", так как подобное утверждение не соответствует действительности и умаляет роль В.И Ленина, как организатора Вооруженных Сил, внесшего много новых принципиальных идей в советскую военную науку. В ближайшее время необходимо возобновить издание военно-теоретических трудов М.Фрунзе и других советских военных теоретиков. Необходимо также отметить явно недостаточное развертывание военно-идеологической работы в широких массах советского народа, особенно молодежи, направленной на воспитание советского патриотизма, национальной военной гордости, любви к своим Вооруженным Силам и готовности к сокрушительному разгрому любого агрессора, развязавшего войну. Чтобы устранить этот недочет, мы должны значительно улучшить военно-идеологическое воспитание широких масс советского народа, особенно молодежи в духе патриотизма, любви к своим Вооруженным Силам и постоянной готовности с честью и достоинством защищать свою Родину. Надо организовать выпуск правдивых кинофильмов и литературных произведений о патриотическом долге советских людей по защите своей Родины, постоянной их бдительности и активности в подготовке обороны страны. Это особенно важно в настоящее время, когда наше государство значительно сокращает численность Вооруженных Сил. Пассивное отношение к военно-идеологической работе может породить настроение пацифистского благодушия и беспечности. У нас мало уделяется внимания историческим памятникам военной славы нашего Отечества, на которых воспитывались бы патриотизм и военная гордость советского народа. У нас почти нет памятников в местах, где происходили важнейшие события гражданской и Отечественной войн. В Москве и городах-героях до сих пор нет монументальных памятников подвигу советского народа в Отечественной войне. В этом отношении мы серьезно отстаем от других государств. Это явно ненормальное положение необходимо устранить в ближайшее время. Об устранении неправильного отношения к бывшим военнопленным, возвратившимся на Родину из фашистского плена В идеологической работе нам нанесен большой морально-политический вред произволом бериевской шайки в отношении советских военнослужащих, которые в период Отечественной войны находились в плену у наших противников. В силу обстановки, сложившейся в начале войны на ряде фронтов, значительное число советских военнослужащих нередко попадало в составе целых подразделений и частей в окружение и, исчерпав все возможности к сопротивлению, вопреки своей воле, оказалось в плену. Многие попадали в плен ранеными и контуженными. Советские воины, попавшие в плен, как правило, сохраняли верность своей Родине, вели себя мужественно, стойко переносили лишения плена, издевательства гитлеровцев, нередко проявляли подлинный героизм. Многие советские военнослужащие, с риском для жизни бежали из гитлеровских лагерей и продолжали сражаться с врагом в его тылу, в партизанских отрядах, или пробивались через линию фронта к своим войскам. Однако, как во время войны, так и в послевоенный период в отношении бывших военнопленных были допущены грубейшие извращения советской законности, противоречащие ленинским принципам и самой природе советского строя. Эти извращения шли по линии создания по отношению к ним обстановки недоверия и подозрительности, а также ни на чем не основанных обвинений в тяжких преступлениях и массового применения репрессий. При решении вопроса о судьбе бывших военнопленных не принимались во внимание ни обстоятельства пленения и поведение в плену, ни факт бегства из плена, участие в партизанской борьбе и другое. Наши офицеры, попавшие в плен ранеными, мужественно державшиеся в плену, огульно лишались офицерского звания и без суда посылались в штрафные батальоны, наравне с лицами, совершившими преступления. Некоторые советские и партийные органы до сих пор продолжают проявлять неправильное отношение к бывшим военнопленным, ничем себя не запятнавшим, относятся к ним с недоверием, устанавливают незаконные ограничения в отношении продвижения по службе использования на ответственной работе, избрания депутатами в Советы депутатов трудящихся, поступления в высшие учебные заведения и другие, ущемляя их права и достоинство советских граждан. Наиболее грубые извращения нарушений законных прав военнопленных были связаны с необоснованным привлечением их к уголовной ответственности. Значительное количество военнопленных возвратившихся на Родину, было подвергнуто различным наказаниям, начиная со ссылки на спецпоселение и кончая высшей мерой наказания. Советское законодательство предусматривает суровую ответственность за преднамеренную сдачу в плен, за сотрудничество с врагом и за другие преступления, направленные против Советского государства. Однако, из советских законов не вытекает, чтобы военнослужащий, попавший в плен вследствие ранения, контузии, внезапного захвата и при других обстоятельствах, независящих лично от военнослужащего, должен нести уголовную ответственность. Незаконным репрессиям подвергались и те военнослужащие, которые помимо своей воли попав в плен, руководствуясь чувством воинского долга, бежали затем из плена и возвратились на Родину, проявляя при этом нередко личный героизм, подвергая свою жизнь опасности. Приведу лишь два примера: - капитан ФУРСОВ Д.Т. член КПСС, в Советской Армии служил с 1929 года, в августе 1946 года был осужден к 8-ми годам лишения свобода, с поражением в правах на 3 года, с конфискацией имущества и лишением воинского звания "гвардии капитан". Его обвинили в том, что он, находясь с конца 1941 года в плену, в феврале 1943 года добровольно поступил на службу в организованную немцами "офицерскую казачью школу". Что же установлено теперь? Капитан ФУРСОВ, попав в окружение немецких войск, пытался выйти из окружения, но был ранен и оказался в плену у немцев. Не имея возможности бежать из плена, он решил поступить в "казачью офицерскую школу" с тем, чтобы бежать к партизанам. Получив в школе оружие, ФУРСОВ 17 июня 1943 года вместе с группой курсантов этой школы в количестве 69 человек с оружием перешли к партизанам, захватив с собой, находившихся в опьяненном состоянии, начальника школы и командира эскадрона. В партизанском отряде ФУРСОВ был командиром отделения, а затем командиром диверсионной группы и выбыл из отряда в связи с ранением. После излечения в госпитале ФУРСОВ продолжал служить в Советской Армии и активно участвовал в боях, был три раза ранен и награжден двумя орденами и медалью. И вот этого отважного советского патриота, возвратившегося на Родину с победой над врагом, в 1945 году осудили и посадили в тюрьму. - Старший лейтенант АНУХИН Е.С., член КПСС, 31 марта 1950 года был осужден к лишению свободы на 25 лет, якобы за то, что 9 августа 1944 года при выполнении боевого задания, когда самолет Ил-2, управляемый АНУХИНЫМ, был сбит противником, а АНУХИН пленен, он на допросе в румынском штабе выдал сведения, составляющие военную тайну, сообщив противнику о летно-технических свойствах самолета. Как теперь установлена, АНУХИН в плену у румын был всего 11 дней, а затем вместе с другими нашими военнослужащими бежал из плена и прибыл в свою часть. До конца войны он принимал активное участие в боях летчиком-штурмовиком, совершил 160 боевых полетов, из них 120 вылетов после побега из плена. Трофейными документами установлено, что АНУХИН при допросе румынами гордо заявил, что война кончится победой Советского Союза, а Румыния станет свободным государством. Через пять лет после войны, в которой АНУХИН принимал самое активное участие, он был осужден и посажен в тюрьму. Нет необходимости доказывать, что с точки зрения подлинной советской законности, расценивать в подобных случаях советских военнослужащих, попавших в плен к врагу, как изменников Родины, не было абсолютно никаких оснований. Не было оснований и для применения к ним каких-либо репрессивных мер. Более того, советские военнослужащие, по независящим от них обстоятельствам попавшие в плен и затем бежавшие из плена на Родину, - достойны поощрения и правительственных наград. Такой порядок существовал даже при царском режиме и имел большое значение для воспитания народа, солдат и офицеров. Некоторая часть военнослужащих, попав в плен и зная о неизбежности для них репрессий на Родине, естественно не проявляли стремления к тому, чтобы бежать из плена. А по окончании войны угроза незаслуженных репрессий могла заставить некоторых военнослужащих отказаться от репатриации на Родину. Неправильные действия местных органов власти, создание по отношению к бывшим военнопленным атмосферы недоверия, порождает среди них, членов их семей справедливые настроения обиды, бесперспективности, ощущение неравноправия, отрицательно сказываются на их производственной, общественной деятельности. Воспитывая военнослужащих в духе высокой стойкости, ненависти к врагу и презрения к плену, мы недостаточно популяризируем примеры доблестного поведения советских воинов в плену, примеры смелых побегов наших людей из плена. Нужно снять с бывших военнопленных моральный гнет недоверия" реабилитировать незаконно осужденных, ликвидировать ограничения в отношении бывших военнопленных. Товарищи! Культ личности причинил большой ущерб нашей военно-идеологической работе. Наша задача заключается в том, чтобы решительно очистить от последствий этого культа всю работу по воспитанию советского народа и личного состава Вооруженных Сил, все виды и формы военно-идеологической работы в области военной науки, пропаганды, военно-художественной литературы, а также связанные с военной тематикой искусство и кино и прочно поставить их на марксистско-ленинскую основу. Во всей нашей военно-идеологической работе мы должны исходить из непреложного марксистско-ленинского положения, что творцом истории является народ, а в основе военного могущества Советского государства лежит его общественный и политический строй, передовая экономика, морально-политическое единство советского народа, мощь его Вооруженных Сил и руководящая деятельность нашей славной Коммунистической партии. +++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++ ФАЛЬСИФИКАЦИЯ СТАЛИНСКОЙ ЭКОНОМИКИ После катастрофы, в которую ввергли страну реформаторы, адвокатов Сталина появилось намного больше, чем адвокатов Гитлера. Точно так же доказывают, что заключенные в концлагеря были реально виновны, точно так же стараются принизить число жертв, словом, 'повторный требуют анализ на слюну'. Таким образом, источником веры в Сталина являются либеральные реформы, а вовсе не заслуги Сталина. В заслугу Сталина ставят подъем промышленности, но в этом деле столько подтасовок, что руки опускаются. Так, академик Катасонов, улыбаясь, рассказывал, что за 2,5 первых пятилетки было построено 8600 предприятий. 'Глухие телефоны' довели слух до 2200 предприятий - цитирую буквально: 'за два года первых пятилеток'. Справочные же данные говорят, что в с 1927-го по 1930 гг. возведено лишь 323 предприятия плюс 518 в 1931 году. В середине 30-х сдано 8070 новых крупных предприятий. Вот откуда цифры. Но улыбчивому академику стоило бы понимать, что дело не в числе заводов, а в том, что и как они производят. 1) К примеру, чугуна в СССР в 1928 г. было произведено 3,3 млн т, в 1932 г. планом предусматривалось поднять производство до 10 млн, а по 'поправкам' Сталина до 15-17, фактически же произведено 6,1 млн т. По тракторам были аналогичные цифры (тыс. штук): 1,8; 53; 170 и 50,8; по автомашинам - 0,8; 100; 200 и 23,9. Искусственное взвинчивание темпов роста промышленности привело к серьезному нарушению баланса между отраслями. Практически не развивались такие отрасли, как текстильная, обувная, химическая и др. Мало внимания уделялось развитию железных дорог, жилищному строительству, сфере услуг. В строительстве и сельском хозяйстве по-прежнему преобладал грубый ручной труд. В 1930-е годы было почти полностью разрушено кустарное производство, которое традиционно снабжало население одеждой, обувью, мебелью, простыми сельскохозяйственными орудиями и пр. Государственные же предприятия легкой промышленности не могли компенсировать эти потери. КПД выпускаемых в 30-е тракторов - крайне низок. В течение 1936 хозяйственного года пришлось подвергнуть капитальному ремонту 81% тракторов, причем значительное количество их снова вышло из строя в самый разгар полевых работ. МТС с грехом пополам могут быть рентабельны лишь при урожайности в 20-22 ц зерна с гектара, исключительно за счет низкой стоимости рабочей силы. В 1937-м средний урожай не достигал и половины, государству несло миллиардные расходы на покрытие дефицитов. Автотранспорт: в тот период в США грузовая машина пробегала 60-80 и даже 100 тыс. км в год, а в СССР только 20 тыс. км. В 30-е гг. из каждых 100 машин в работе - только 55, остальные в ремонте или в ожидании его. Стоимость ремонта в 2 раза превышала стоимость всех выпускаемых новых машин. По тогдашнему отзыву госконтроля 'автотранспорт ложится исключительно тяжелым бременем на себестоимость продукции'. Особенно отставали от западного уровня производительность труда, организация производства. Даже к 1985 году в СССР 50% грубого ручного труда, тогда как в Японии - лишь 3%. Хотя темпы роста тяжелой промышленности в 30-е были в два-три раза выше тех, что были в дореволюционной России в 1900-1913 годах, высокие темпы промышленного развития были достигнуты в том числе и за счет низкого стартового уровня. Но главным образом - за счет тер мер, которые ввел Ленин: насильственное синдицирование предприятий, госконтроль за их финансами, госмонополия на внешнюю торговлю и т.д., так что заслугами Сталина тут и не пахнет. А пахнет взвинчиванием темпов, что лишь только понизило средний темп. О 'достижении' и 'опережении' капиталистических стран ныне модно повторять, но в целом превышение доли СССР в мировом производстве над уровнем 1913 года всего в полтора раза состоялось лишь к 1938 году, а сама доля составила лишь 5,6%. Что до потребления, то производство мяса, молока, яиц, зерна и к 1940 году не достигло уровня 1913 года. Ленин рассчитывал НЭП на десятилетия. Сталин ее свернул фактически к 1927 году. Средние темпы роста в период НЭП с 1922 г. по 1927 г. были выше, чем с 1928 г. по 1940 г. С 1928 г. по 1933 г. темпы роста экономики резко упали. Это было прямым следствием безграмотной экономической политики, в том числе политики. Но даже после 1933 г. средние темпы роста были ниже, чем в период НЭП (Антон Черемухин, Михаил Голосов, Сергей Гуриев, Олег Цивинский, 'Был ли Сталин необходим для экономического развития России?') Доктор экономических наук, профессор Института экономических исследований Сергей Гуриев отмечает: 'К концу 1930-х годов производительность в сельском хозяйстве вернулась к дореволюционному тренду, но производительность в промышленности отставала даже и от него (и была в полтора раз ниже, чем в 1928 году!)' 2) Утверждают, что Сталин создал промышленную базу для победы над фашизмом. Сомнительно. Вот как он ее создавал, смотрим справку (см. интернет-ресурсы). Практически все ключевые фигуры индустриализации оказались врагами народа. Были расстреляны первый строитель и директор 'Уралмаша' Банников, первый главный инженер Фидлер, его преемник Музафаров, строитель электростанции Попов и многие другие строители завода. Легендарный металлург Авраамий Павлович Завенягин говорил: 'Магнитку воздвигли, в сущности, три богатыря: Гугель, Марьясин и Валериус. Все трое были расстреляны в конце тридцатых. Сам Завенягин спасся лишь благодаря личной дружбе с Молотовым. Любимец Магнитостроя Чингиз Ильдрым был расстрелян в Сухановской тюрьме в 1941 году. Расстреляны и первый директор Магнитостроя В. Смольянинов, и управляющий Магнитостроем в 1930 году. Я. Шмидт, и прославленный бригадир первостроителей кавалер ордена Ленина В. Калмыков. Первый главный инженер В. Гассельблат умер от истощения в концлагере городка Чибью близ Ухты. И т.д. А вот результаты такого 'кадрового' подхода. Максим Миронов пишет: 'Для примера возьмем одну из флагманских строек Гулага - Беломорско-Балтийский канал... Его построили в рекордные сроки - менее чем за 2 года. Однако когда его открыли, выяснилось, что он непригоден для судоходства крупных судов, т.к. его глубина всего 3.65 метра. В 1970-х канал углубили до 5 метров... Еще более показательный проект... строительство железной дороги 'Салехард - Игарка' в 1949-1953 гг. В вечной мерзлоте, в нечеловеческих условиях, нарушая все нормы строительства, без проведения необходимых геодезических исследований была построена железная дорога, которой фактически оказалось невозможно пользоваться... она обошлась государству в 42 млрд. р.' 3) Как же мудрый Сталин, который ежедневно прочитывал по тысяче книг (и делал пометки!), развивал сельское хозяйство? А вот как. В 1925 году он фактически нарушил закон, ленинский Декрет о земле, в Наказе которого земля - в собственности государства, и разрешил крестьянам ее куплю-продажу. Через год 60% земель оказалось в собственности 6% хозяйств, грянули неурожаи. Изгнав Троцкого, Сталин принял его план насильственно-укоренной коллективизации. И от себя добавил раскулачивание середняков, которых обозвали кулаками. В Декрете о земле прямо указывалось, что все законы о селе должны быть согласованы с крестьянами. Таким образом, действия Сталина шли в разрез с Декретом о земле, а также с ленинской речью о середняке и с решениями XV съезда ВКПб. Реакция села была предсказуемой для любого даже малообразованного человека - но не для Сталина. Крестьяне ответили сокращением посевов, массовым забоем скота (поголовье удалось восстановить лишь при Хрущеве, к концу 50-х) и тысячами восстаний. Только в 1928-1929 гг. произошло 13 тыс. восстаний, по 6500 в год Для сравнения: с 1900 по 1917-й произошло 17 тыс. крестьянских восстаний, по 944 в год. Восстания продолжились и в начале 30-х, например, в январе 1930 г. - 402 массовых крестьянских выступления, в феврале - 1048, в марте - 6528, в апреле - 1992, в мае - 1375, в июне - 886, в августе - 256, в сентябре - 159, в октябре - 270, в ноябре - 129, в декабре - 91. Итого свыше 13 тыс. восстаний, с общим участием приблизительно 2, 5 млн человек, в т.ч. 176 вооруженных восстания. В закрытом письме ЦК ВКПб от 2.4.1930 отмечалось: 'Поступившие в феврале месяце в ЦК сведения о массовых выступлениях крестьян в Центрально-Черноземной области, на Украине, в Казахстане, Сибири, Московской области вскрыли положение, которое нельзя назвать иначе как угрожающим. Если бы не были тогда немедленно меры против искривлений партлинии, мы имели бы теперь широкую волну крестьянских повстанческих выступлений, добрая половина наших 'низовых' работников была бы перебита крестьянами, был бы сорван сев, подорвано колхозное строительство и было бы поставлено под угрозу наше внешнее и внутреннее положение'. Но не нужно думать, что на этом всё закончилось, даже после статьи Сталина 'Голвокружение от успехов', в котором он своё преступление перевалил на головы исполнителей его воли на местах. Начались забастовки, восстания рабочих, например, в 1932-м - вичугских ткачей. Засуха 1932 года была последней каплей, грянул голод в Закавказье, в Поволжье, а с ним - новая вспышка восстаний. Непостижимым образом 'кулаки' сохранялись и в 1936 году! Именно так именовали недовольных в сводках НКВД. 4) Но, может быть, Сталин создал военный потенциал? И военный потенциал Сталин создавал тем же способом. Справка. С 1921 по конец 30-х в Ленинграде в обстановке строжайшей секретности работало Особое техническое бюро по военным изобретениям специального назначения (ОсТехБюро), руководитель - В. И. Бекаури. В 1926 г. по заданию Морских Сил РККА Остехбюро приступает к разработке первой советской торпеды. Руководителем всех проектных работ становится заведующий конструкторской частью Остехбюро П. В. Бехтерев, непосредственным разработчиком торпеды - Р. Н. Корвин-Коссаковский. Первой советской торпеде присвоили шифр 53-27. Торпеда была создана в 1927 г. В серийном производстве торпеда 53-27 оставалась до 1935 г. Кроме того, в бюро конструировали приборы управления по радио взрывами мин-фугасов, радиоуправляемые танки, миниподлодки с экипажем и без, торпеды, новые образцы радиостанций, металлоискатели. Инженеры Ф. В. Щукин и К. В. Старчик возглавляли научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) по радио- и телеуправляемым миниподлодкам. Наиболее успешно продвигались работы по созданию радиовзрывателей большой дальности, данные типы взрывателей активно применялись советскими диверсантами в ходе Великой Отечественной войны. В частности, применение фугасов большой мощности с подобными взрывателями описаны в мемуарах И. Старинова. Радиоуправляемые торпеды 'Акула-1' и 'Акула-2' испытывались в Петрозаводской губе. В 1934-1936 гг. проектировались: автономное подводное специальное судно (АПСС), автономная подводная лодка (АПЛ); радиотелеуправляемая подводная лодка и малая подводная лодка водоизмещением 60 т. Прорабатывалась возможность управления АПСС с так называемых 'водителей' - надводных кораблей или самолетов. Лодка испытывалась в Севастополе. Неожиданно началась война, бюро и технику не эвакуировали. После захвата города немцами лодка оказалась в руках оккупантов. В августе 1942-го лодку с большим интересом осмотрели итальянские офицеры - командиры сверхмалых подводных лодок, принимавших участие в боевых действиях против советского флота на Черном море. Дальнейшая судьба этой подлодки неизвестна. Большинство идей, лежавших в основе этих разработок, намного опережали технические возможности своего времени, поэтому с воплощением их в реальность были значительные трудности. В документах того времени прямо говорится об 'объективной сложности разрешения принципиально новых технических вопросов'. Однако наступил 1937 год и трудности, связанные с разработкой новейших образцов боевой техники были истолкованы как "вредительство". В сфабрикованном сотрудником особого отдела НКВД при Остехбюро А.П. Грунским обвинительном заключении по делу главного конструктора АПСС и АПЛ 'Пигмей' Ф. В. Щукина говорилось, что обвиняемый 'проводил ... вредительскую деятельность умышленно неправильным проектированием предназначенных для вооружения РККФ новых типов ... подводных лодок, в результате чего запроектированные... ПЛ оказались непригодными для вооружения РККФ. Конструктор первых в истории России миниподлодок, руководитель 1-го отдела Остехбюро Ф.В.Щукин был приговорен ВКВС к высшей мере наказания 20.2.1938 и через 3 дня расстрелян. Конструктор первой советской торпеды Ричард Никодимович Корвин-Коссаковский, начальник 3-го отдела Остехбюро, приговорен ВКВС по ст. 58 п.7, 8, 11 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в Ленинграде 29.8.1937. К.В.Старчик, руководивший работами по созданию радиоуправляемой миниподлодки, расстрелян в 1938г. 8 февраля 1938 года был расстрелян бессменный руководитель Остехбюро Владимир Иванович Бекаури по обвинению в шпионаже в пользу Германии. Был также репрессирован целый ряд других технических специалистов, работавших в бюро. Бюро претерпело несколько переформирований и прекратило свое существование. Уцелевшие специалисты и оборудование были переданы в различные оборонные НИИ. Сверхмалые подлодки во время Второй Мировой войны применялись флотами Германии, Японии, Италии, Англии. Последней удалось наиболее успешное применение таких подлодок: они атаковали немецкий линкор 'Тирпиц' на рейде в одном из норвежских фьордов в сентябре 1943г. Две лодки сбросили под линкором четыре 2-тонных мины, начиненных аммотолом. После этого лодки были обнаружены, а их команды попали в плен. Несмотря на обнаруженную опасность, 'Тирпиц' не смог сняться со стоянки до взрыва мин. Взрыв нанес линкору серьёзные повреждения: были повреждены шпангоуты в носовой части и сорвана со станины одна из турбин. Башня 'C' весом около 2000 тонн была подброшена вверх и при падении заклинила шаровой погон. Исправить башню вне дока оказалось невозможно. Кроме того вышли из строя все дальномеры и приборы управления огнем. В результате полученных повреждений линкор на шесть месяцев выбыл из строя. Уничтожение ОсТехБюро - лишь эпизод масштабной кампании кадровых погромов в оборонной промышленности СССР в 1937-38гг. Были уничтожены ведущие специалисты Реактивного НИИ, разрабатывающего знаменитые впоследствии "Катюши", разработчики первых советских САУ, конструктор основного противотанкового средства РККА в 1941-42гг. - 45-мм пушки, и многие другие талантливые специалисты оборонной отрасли. В результате первыми сверхмалыми подводными лодками, официально вошедшими в состав советского ВМФ, стали в 1945 г. трофейные немецкие 'Зеехунды', конструкторы которых использовали один из проектов Остехбюро - миниподлодку 'Пигмей'. Еще справка. Сячинтов Павел Николаевич (1891 - 6.05.1937), русский, родом из деревни Вартемяги Шлиссельбургского уезда Санкт-Петербургской губернии. Проживал в Ленинграде, работал конструктором орудий на опытном заводе им. Кирова. Награждён орденом Ленина. Сячинтов был конструктором пушки ПС-1, которую устанавливали в советский танк МС-1. Затем он сконструировал 76,2-мм пушку, предназначенной для установки в средние, тяжелые танки, а также в артиллерийские танки и САУ (ПС-3). Пушка содержала много новинок для советского танкостроения: ножной спуск, крепление по-походному, двойную оптику, подъемный механизм со сдающим звеном. Важным преимуществом ПС-3 был клиновой полуавтоматический затвор, обеспечивающий быстрое заряжание орудия с места и в движении танка одним человеком. САУ поддержки АТ-1 с пушкой ПС-3, на вооружение не принята. В 1931 г. Спецмаштрест получил техзадание ГАУ на разработку целого ряда самоходных орудий. В качестве основных калибров предлагались: 107, 152, 203 и 305мм. К 1934 г. появился опытный образец САУ под условным наименованием СУ-14 с 203мм орудием, разработанная Сячинтовым. В течение 3-х последующих лет шла работа над устранением многочисленных техпроблем, был заменен двигатель, а вместо 203мм орудия поставили более удачное 152 мм с уникальной дальностью: 25 км. В 1936 г. 2 опытных образца СУ-14 и СУ-14-1 успешно прошли полный цикл госиспытаний и можно было начинать их серийный выпуск. За разработку СУ-14 Сячинтову вручили орден Ленина, а в декабре 1936 г. он был арестован и 6.5.1937 осуждён Выездной сессией Военной коллегии Верхсуда по статьям 58-6, 58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР и приговорён к расстрелу. Приговор приведён в исполнение в тот же день. Ведущего конструктора танковых орудий и первых советских САУ обвинили в 'шпионаже, вредительстве, совершении террористических актов, саботаже и ведении подрывной работы в коллективе'. Заодно расстреляли и конструктора, проектировавшего гаубицу к СУ-14 - Н. Н. Магдисиева. Работа над САУ и над всеми образцами вооружения, разработкой которых руководил Сячинтов, была прекращена. В ВОВ РККА вступила без 'вредных' САУ, выпуск которых был налажен только в конце 1942 г., т.е. на 5 лет позже, чем это могло быть при вменяемом подходе к делу. Два опытных экземпляра СУ-14 прошли на испытаниях от 500 до 800 км. С учетом того, что первые серийные Т34 и КВ ломались через 50-100 км - неплохой результат! Про оставшиеся два экземпляра СУ-14 вспомнили в январе 1940-го, когда выяснилось, что нечем разрушать финские доты. Снова пригодились СУ-14 осенью 1941-го, когда немцы прорвались к Москве. Две СУ-14 в составе сводного отряда несерийной бронетехники, использовались для стрельбы по немцам с закрытых позиций на большой дальности. Тем временем в Германии в 1937 году из цехов фирмы 'Даймлер-Бенц' выкатился опытный образец немецкой самоходки 'Артштурм', ставшей самой массовой бронированной машиной вермахта, а после ее вооружения в 1942 г. длинноствольным орудием - и основным противотанковым средством. Вермахт в 1941 атаковал СССР, уже имея на вооружении сотни САУ. В 1937 году были расстреляны и создатели 'катюш', руководители Реактивного научно-исследовательского института Георгий Лангемак и Иван Клейменов. И т.д., и т.п. В период советско-финской войны потери РККА составили около 150,000 человек, финской - около 20,000. Потери самолетов отличались в 10 раз (640 против 62). Соотношение в потерях танков было аналогичное. То есть ни о какой эффективности армии, построенной Сталиным, речи быть не может. Сталиноиды обожают вспоминать фразу Черчилля, что Сталин оставил страну с атомной бомбой. Увы. Заслуга в этом не Сталина и даже не Берии. Ученые даже писали Сталину письмо, в котором просили умерить Берию, который только мешался. Во-вторых, в результате реализации атомного проекта СССР оказался в ситуации, когда у страны было мизерное количество бомб при подавляющем превосходстве США. Ракетно-ядерный щит был создан лишь при 'троцкисте' Хрущеве. О том, сколько чудовищных помех создал Сталин РККА на ее пути к победе - отдельный долгий разговор. Но возвращаясь к экономике - Маркс писал, что уровень развития экономики определяется тем, насколько наука стала производительной силой. Сталин не только ограничивал потенциал ученых, ссылая их в 'шарашки', не только насаждал лысенковщину, он уничтожал генетиков, микробиологов, специалистов по квантовой механике. Порядка 40 тыс. ведущих ученых было уничтожено. Для сравнения: Японии удалось провести модернизацию, не трогая сельское хозяйство и не прибегая к репрессиям. Причем в условиях грабежа со стороны Соединенных Штатов. 5) После войны сталинский аппарат не предпринял никаких попыток СТРУКТУРНО перевести экономику на мирные рельсы. А именно: сложилась система, когда ленинградские болты 'обобществлялись' с хабаровскими гайками. Так, пермский завод им. Октябрьской революции ('Велта') получал марки стали из 35 точек страны. включая Ереван и Красноярск, при том, что в трех городах пермского региона - металлургические заводы, плюс металлургические производства в трех крупных заводах внутри самой Перми. Один пермский химик, став бизнесменом, захотел синтезировать некое соединение. Он вычислил его состав чуть ли не по числу вагонов с компонентами. Выяснил, что компоненты для синтеза привозят в Пермь из 15 точек страны, в то время как все они есть в самой Перми. Он стал варить это соединение из пермских компонентов, а продавать по старой цене, с издержками за перевозки... Вспомним еще поставки леса из Прибалтики в Сибирь, поставки цемента в Горнозаводск Пермской области, где расположен цементный завод. Именно эти высокие издержки производства послужили той пружиной, которая развела союзные республики еще ДО Беловежского сговора. Почему партийный аппарат совершил после войны структурную перестройку? По той же причине, то и на Западе (Prais, 1978): при деконцентрации труда увеличиваются издержки, но снижается риск забастовок, получается выигрыш в прибыли. 6) Сталин, в отличие от Гитлера, так и не смог уничтожить безработицу. Так, во втором полугодии 1951 г. только в городах и только на железнодорожном и водном транспорте было задержано 107 тыс. безработных, в 1952 г. - 156 тыс., в 1953 г. - 182 тысячи. В 1987 г. в СССР было 1,7 млн безработных ('Народное хозяйство СССР в 1987 году'). Есть интегральный параметр, характеризующий в целом качество управления - смертность. В СССР смертность резко снизилась в 20-е годы, в виду того, что при Ленине поголовно привили оспу, в 1925-м, когда Сталин был еще никто, победили холеру, а также ввели в медицину ряд новшеств и гигиенических мер. К 1910-му смертность в царской России составляла 29,9 промилле (в 'просвещенных' странах 15,6, в 'обездоленных' - 23,8. По смертности от заразных болезней Россия опережала просвещенные страны в 7,4 раза, обездоленные - в 2,6 раза. Ибо - немытая Россия. что бы Игорь Прокопенко ни кукарекал. В 1926 г. смертность составляла 20,3 промилле, Сталин тут абсолютно нипричем. 1933 г. - резкий рост смертности, 40 промилле, см. РГАЭ Ф.1562, Оп.33, Д.2638, Л. 73-75 (либеральные демографы Андреева, Дарский и Харькова врут о 71 промилле). В 1940-м по данным Земскова смертность в СССР составила 21,65 промилле. Для сравнения: в бедных Болгарии - 13,4, Польше - 13,9, в Германии - 11,9. Сталиноиды врут, что при Сталине продолжительность жизни якобы достигла 70 лет, смертность снизилась на 60%, детская смертность снизилась в 3 раза https://plusiminusi.ru/plyusy-i-minusy-pravleniya-iosifa-stalina/ На самом деле в 1951-1954 гг. продолжительность жизни женщин составляла 67,0 лет, мужчин - 61,0 лет, для сравнения: в Западной Европе - 70,1 и 65,3 соответственно. И лишь к 1959 году при Хрущеве продолжительность жизни в СССР у женщин составила 71,7 лет, у мужчин - 64,4 года ('Население мира', М.: Мысль, 1989). Смертность резко снизилась опять же при 'предателе' Хрущеве, к 1960-му до 7,1 промилле, и это мировой рекорд. Детская смертность в СССР вплоть до 1940 года была огромной, 181,5 на 1000 новорожденных, и лишь к 1951 году, когда репрессии пошли на спад, упала до 83,7, т.е. примерно 2 раза ниже. А за период правления Хрущева она упала до 28,8 на 1000, т.е. в три раза в сравнении со сталинским 1951 годом ('Население мира', М.: Мысль, 1989). Качество правления Сталина, как видим, весьма низкое. А вот экономический взлет СССР осуществил именно в период правления 'троцкиста' Хрущева, подробнее см. мою работу 'Экономика при Хрущеве' на сайте http://shtirner.ru/ в разделе 'статьи'. Выражаясь языком сталиноидов, это Хрущев создал мощную державу, а не Сталин. *** Несмотря на 'опережающие темпы роста', даже в 80-е производительность труда в СССР была не выше 55-60% от производительности труда в США. В 1991 году, до развала экономики, ВВП РСФСР составлял примерно половину ВВП США ('The Military Balance', 1999). То есть, ВВП всего СССР, с Украиной, Белоруссией, Прибалтикой и др. примерно равнялся ВВП США. Но в США проживало тогда 220 млн человек, в СССР - 280 млн., т.е. на душу населения (но не в час) производительность труда в СССР составляла ориентировочно 78,5% от производительности труда в США. Подробнее см. мою статью 'Производительность труда как интегральный параметр' http://worldcrisis.ru/crisis/2228279/article_t. Советские политэкономы похвалялись плановой экономикой. Однако ни один пятилетний план не был выполнен, подробнее см. мою работу 'Планирование в СССР' на сайте http://shtirner.ru/ в разделе 'статьи'. Что ж, если экономикой страны ведали такие светила, как Катасонов, Абалкин, Гайдар, Ясин и пр. - стоит ли удивляться, что СССР развалился. Любой марксист в курсе, что самый производительный труд - свободный. Это было неизвестно Сталину, который размещал трудовые ресурсы в концлагерях, а такие ресурсы, как научные кадры - в 'шарахках', с крайне низкой производительностью труда. Кстати. 'Производительность труда, - утверждал Ленин, - это, в последнем счете, самое важное, самое главное для победы нового общественного строя. Капитализм создал производительность труда, невиданную при крепостничестве. Капитализм может быть окончательно побежден и будет окончательно побежден тем, что социализм создает новую, гораздо более высокую производительность труда' ('Великий почин', http://uaio.ru/vil/39.htm#s21). То есть, никакого социализма в СССР не было, Сталин врал и своей стране, и всему миру. Наше объединение 'Рабочий' провело любопытный социологический опрос. Из опрошенных были отобраны 348 респондентов, либо уважающих, либо обожествляющих Сталина. Им был задан единственный вопрос: какие заслуги, какие мудрые решения вождя вы можете перечислить? Все до одного не могли назвать ни одного решения, ни одной конкретной заслуги, все лишь повторяли, что 'при Сталине...' и т.д. Есть такой анекдот: маленький мальчик жалуется маме, что дети во дворе его дразнят, говорят - голова квадратная. 'Не верь, сынок, не верь!' - утешает мама и поглаживает его по голове, очерчивая ладонью квадрат. Так вот, как думаете, какие комментарии под этим текстом в интернете? Правильно. 'Не верь, сынок, не верь!' Насколько же актуальна тема Сталина в период, когда страна входит в новый виток кризиса? Когда в сравнении с реформаторами даже Сталин выглядит как агнец божий? Не уподобляемся ли мы сталинистам в их зацикленности на одном человеке? Тем актуальна тема, что население, охваченное пропагандой сталинистов, предпочитает ожидать нового 'народного' вождя - вместо того, чтобы предпринять собственные, самостоятельные, без всякого вождя, действия. Обывательщина - вот суть сталинизма. С другой стороны, нужно помнить, что КПРФ - сталинистская партия. То есть: она зовет население не в хрущевско-брежневский СССР, а именно в сталинский. То есть, собирается устроить именно ту экономику, о которой вы только что прочитали. Борис Ихлов, 15.5.2019
Оценка: 3.72*9  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Емельянов "Мир Карика 11. Тайна Кота"(ЛитРПГ) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) Л.Малюдка "(не)святая"(Боевое фэнтези) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) Я.Ясная "Муж мой - враг мой"(Любовное фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia)) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) Kerry "Копейка"(Антиутопия) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"