Стародымов Николай Александрович: другие произведения.

Все по Фрейду, майор!

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

🔔 Читайте новости без рекламы здесь
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    С высокопоставленным чиновником некой силовой структуры произошло несчастье. Начальник известен как большой любитель слабого пола. Расследовать происшедшее поручают сотруднице департамента собственной безопасности, у которой в свое время также был роман с ним. Вниманию читателей предлагаются отрывки из произведения.

  
  Главы из романа.
  Ищу издателя, который возьмется издать полную версию книги.
  (Для справки: автор, скрывающийся под псевдонимом, - сотрудница правоохранительных органов. Обратилась с просьбой о размещении отрывков на моей странице. Вопросы и предложения уполномочен принимать я же. Николай СТАРОДЫМОВ).
  
  
  
  Эротический детектив
  
  Николь АЛИСТАРОВА
  ВСЕ ПО ФРЕЙДУ, МАЙОР!
  Пролог
  Супружеская неверность...
  Измена. Потаскуха. Тварь. Сука. Прошмандовка. Бл... Впрочем, остановимся, и этого достаточно...
  Два вопроса. Почему все слова, связанные с тем, что вежливо-культурно именуется супружеской неверностью, обязательно женского рода? Это, по-моему, обыкновенный мужской шовинизм - мне, мол, кобелю, все можно, а ты, сука, знай свою будку...
  И второй. Почему нам, людям, так больно и обидно, когда мы узнаем о неверности человека, с которым делим одеяло? Почему каждый из нас прощает себе (не прощает - а с удовольствием этим занимается!) факт супружеской неверности и при этом жутко переживает, когда узнает, что зарегистрированный в ЗАГСе сосед по постели позволяет себе то же?
  Вопросы, вопросы, вопросы...
  Я повернулась на бок и наткнулась на спину мужа. Он почти всегда спит на животе. Почему, кстати? Наверное, с точки зрения сексологии, это о чем-то говорит...
  Верен ли он мне? Я вспомнила ту стерву... Подруга называется...
  Стоп! Она стерва? Несомненно. Но почему мы автоматически оправдываем мужчин? Вот он сейчас лежит, сопит и видит во сне... Кстати, а почему он спит на животе - что он сейчас видит во сне? Или кого?!.
  Глупо! Глупо!! Глупо!!!
  Только бы он не проснулся - потому что это и в самом деле будет невероятно глупо! Я осторожно подсунула руку под его бок. Так и есть - он во сне что-то видел такое...
  И мне вдруг жутко захотелось... Как бы это сказать... В этот сон!
  Я вдруг поняла, что там, в этом сне мой муж переживает, ощущает что-то такое, чего я ему, скорее всего, не могу дать. Там у него в объятиях сейчас кто-то, кого я не знаю... Что он там делает сейчас? ЧТО?..
  Наверное, он почувствовал мою руку. Не проснулся. Но повернулся так, чтобы мне было удобнее взяться за его... Тут уже пошел ряд слов мужского рода - пенис, фаллос, детородный орган, член... Тоже остановимся, не опустимся до неприличия... И я... Господи, как стыдно-то, на сороковом году жизни, лезть в трусы к спящему мужу!.. Его член с готовностью наливался эрекцией в моей ладони. У меня внизу живота вдруг стало горячо, у меня рот вдруг наполнился слюной, у меня сзади...
  Я вдруг захотела мужа. Нет, не мужа - я захотела мужчину!
  И я вдруг поняла, почему не стыдно быть сукой, прошмандовкой и той самой женщиной на букву "б".
  Муж повернулся на спину и потянулся ко мне. Я понимала, что он еще спит, что он тянется не ко мне, а к той, которая у него была во сне - а во мне вдруг поднялось злорадство: ты-то, тварь, у него была во сне, а он сейчас у меня будет наяву!
  - Ты чего? - проснулся-таки муж.
  - Я хочу...
  Я не уточняла, чего именно хочу. Мне было все равно, чего и как я хочу. Я просто хотела мужчину! А муж - я чувствовала это своей рукой! - в этот момент был мужчиной хоть куда.
  Когда он снимал с меня ночнушку, у него от нетерпения тряслись ладони. Мы мешали друг другу обнажаться - и мне было жаль выпустить из своей руки его набухшее мужское естество. Это была какая-то немыслимая вспышка страсти. Внутри у меня все бурлило и клокотало. Если бы тут было трое мужчин, мне и их было бы мало!
  Муж навалился на меня... И меня тут же сотряс оргазм.
  Наверное, я была несдержанной - наверное, дочка в комнате через стенку могла меня услышать. Муж привычно мял меня, бормотал что-то ласковое - я ничего не слышала, не ощущала его ласк... Кроме одной: во мне было то самое налившееся похотью его детородное тело! И как же мне было хорошо, какое же блаженство я испытывала от сотрясавшей меня страсти.
  Никогда в жизни у меня не было их столько раз подряд.
  ...Когда муж уже лежал рядом, благодарно уткнувшись мне в плечо (сердце колотится, дышит тяжело), спросил:
  - Что ж случилось-то? Приснилось что-то эдакое?..
  Я ничего не ответила. Прикоснулась только к его члену. Тот был крохотный, сморщенный, мокрый, скользкий... И вот эту штучку мы, женщины, так любим? Ради нее так страдаем?..
  - Не надо, - смущенно проговорил муж. - Я стесняюсь, когда он такой...
  Что ж это за штука такая - секс, коль играет такую роль в нашей жизни?..
  - Все по Фрейду, майор! - сказал мне сегодня утром мой начальник.
  Наверное, он был прав. Только сейчас мне было плевать на Фрейда и на все теории. Мне хотелось быть просто женщиной. Сукой. Пусть и в объятиях мужа - но той самой женщиной на букву "б".
  Я вдруг почувствовала, что не насытилась. И мне вдруг захотелось расшевелить мужа на второй раз. Ведь могут же это делать любовницы! А я чем хуже?
  - Да что с тобой сегодня?! - мужу было приятно.
  Но не могла же я ему рассказать о своем расследовании, о своих мыслях, об Игоре Вячеславовиче...
  
  1.
  А рабочий день накануне начинался вполне обычно, несмотря на случившееся ЧП. Даже вызов к начальнику, который случился где-то около полудня, не показался неожиданным - мало ли за каким чертом начальник может вызвать подчиненного.
  - Знаешь уже про Игоря Вячеславовича? - без преамбул начал шеф.
  Я покивала. Кто ж про это не знал - всюду только об этом и говорят...
  - И что думаешь?
  - Чтобы думать что-то конкретное, нужны факты, - уклончиво и в то же время вполне искренне ответила я.
  - И то верно, - вздохнул шеф. - Ситуёвина, манную кашу ее етить... Это дело надо разобрать досконально.
  Кто бы спорил - не каждый день в нашем ведомстве случается подобное.
  - Так ведь группа уже сформирована, - не понимая, куда клонит шеф, заметила я.
  - Да-да, конечно, сформирована, как же без этого, - несколько рассеянно подтвердил начальник. - Только у меня тут имеется еще одна мыслишка...
  Если шеф произносил слово "мыслишка", значит, сейчас последует директивное указание, - об этом в нашем управлении было хорошо известно всем.
  - Тут вот какое дело. Игорь Вячеславович был человеком, как бы сказать поточнее, весьма неравнодушным к женскому полу. Ну, ты об этом, конечно, и сама знаешь, - по-прежнему несколько рассеянно заметил он.
  Я столь же небрежно кивнула. Кто ж об этом не знает. Особенно в нашем управлении. И уж мне-то об этом не знать!.. Если бы шеф хотя бы даже подозревал о том, насколько хорошо я это знаю, он не то что не говорил бы сейчас об этом - я бы, скорее всего, уже давно в управлении не работала!
  - Так что же? - строго спросила я.
  - Понимаешь, тут вот какое дело. Следственная группа создана, тут ты права. Я специально не стал включать тебя в нее. Но в то же время... Ты ведь у нас психолог... Как сейчас модно говорить "практический психолог" - как будто можно быть психологом непрактическим или практическим непсихологом... Так вот, именно твой практический психологизм и нужно задействовать.
  - Не поняла.
  Я начала догадываться, куда он клонит. Вернее, я думала, что начала понимать. Потому что руководящее указание оказалось куда сложнее и неожиданнее, чем мне думалось в тот момент.
  - Все по Фрейду, майор, - улыбнулся шеф. - Чую я, чую, что в этом деле не обошлось без женщины. Не может такого быть, чтобы без шерочки-машерочки какой-нибудь обошлось... Потому вот тебе команда. Попытайся-ка разобраться в случившемся с точки зрения женской психологии. Ты не состоишь в следственной группе, а потому можешь действовать с определенной долей самостоятельности, не согласовывая каждый шаг с руководством группы и не отчитываясь по промежуточным результатам. При необходимости можешь прикрываться моим указанием. И в то же время у тебя есть "корочки" психолога... Короче, попытайся разобраться в этой истории с точки зрения женщины, психолога, а также женщины-психолога. Comprenes-vous, madamе?
  Он в свое время готовился на "нелегалку" в какую-то из франкоязычных стран, поэтому французским владел в совершенстве и нередко вставлял в свою речь реплики на языке Жана Маре и Жана Рено. Впрочем, он этим не злоупотреблял - те несколько фраз, что он произносил, мы уже знали. В данном случае он сказал наиболее употребляемую: Вы понимаете, мадам?
  - Между прочим, мадмуазель, - к месту вспомнила я домомучительницу из "Карлсона". - А стоит ли в это дело вмешиваться, Сережа?
  Не так уж часто я обращаюсь к начальнику столь интимно, даже наедине.
  - Надо, Федя, надо, - усмехнулся шеф. Правда, усмехнулся не слишком весело. - Понимаешь, Людмилка, если мы не раскрутим этого дела, никому не поздоровится. А идти только официальным путем... - Он сделал паузу. - Лучше уж пусть они обскачут тебя и сделают больше, чем потом выяснится, что я не использовал все возможности для разбирательства... В общем, так. Я тебе поручаю проводить параллельное расследование. По возможности не слишком "светись". Но если что - ссылайся на меня. Но - не злоупотребляй.
  - Не учи дедушку кашлять, - усмехнулась я.
  Только когда я шла по коридору, мне в лицо ударила краска. "Он был неравнодушен к женщинам..." Мне бы это не знать! Просто удивительно, что о том, насколько я это знаю, не знает больше никто!
  Потому что я работаю в Департаменте собственной безопасности нашего ведомства. "Совбез", как нас называют коллеги из других департаментов. Репутация у каждого сотрудника "совбеза" должна быть безукоризненной. Нас не любят и побаиваются - ведь безгрешных на белом свете нет, а мы-то как раз и должны фиксировать и анализировать грехи других. Потому стоит только кому-то из нас чуть оступиться - доброжелателей, которые об этом сообщат моему же руководству, найдется вполне достаточно.
  .....
  
  5.
  (Секретарь генерала - Клавдия)
  - У меня ведь, Людмила, личной жизни, почитай, совсем нет, - она курила неумело, пальцы ее подрагивали, однако пепел стряхивала аккуратно в пепельницу. - Все здесь... Знаешь, я часто завидую таким как ты, как другие женщины... У меня так не получается. Для меня работа... Это просто образ жизни.
  В дверь кто-то ткнулся. Подергал ручку. Коротко постучал. Потом все стихло. Клавдия Семеновна не обратила это внимания. Смотрела куда-то в пространство. Не видела ни меня, ни монитор компьютера, на котором расцветали какие-то красочные узоры, ни бесформенный цветущий кактус на стойке.
  - Замужем я никогда не была. Да и кому я нужна, такая... Так и переходила от одного начальника к другому. По наследству. Безотказная... Как трехлинейка...
  Кто бы мог подумать!
  И как бесстрастно она это говорит! В таком настроении люди вешаются... Нет, вешаются в бешенстве. В таком состоянии вскрывают себе вены...
  - Может, не надо, Клава...
  У меня тоже на "ты" получилось случайно.
  - Брось! - она затянулась так, что огонек побежал по сигарете, потрескивая, прямо на глазах. - Если говорю, значит, уже допекло... Ты думаешь, в этой кабинетной любви есть что-то романтическое? Или стыдное?.. Ничего. Просто дежурно. Как документы на подпись. Или почту... "Зайдите, пожалуйста..." Закрываешь дверь... В позу... Хочешь не верить, но если живешь одна, даже ждешь таких вызовов - хоть какая-то отдушина!.. Знаешь анекдот? Вызывает начальник секретаршу и говорит, что ему срочно нужен акт. А она отвечает: "Составление акта невозможно по причине месячной отчетности. Однако можно осуществить в устной форме или оформить задним числом". Ха-ха-ха - аплодисменты...
  Секретарша и в самом деле коротко хохотнула. Не то всхлипнула, не то... Не знаю, вырвался у нее из горла какой-то звук. Открыла столик, достала оттуда бутылку коньяку. Початую. Плеснула в стакан. И стакан стоял в полной готовности. Наверное, уже прикладывалась...
  - Будешь? - взглянула на меня.
  Главное она уже сказала. Раскололась. Теперь будет говорить без надрыва.
  - Налей.
  Это пауза. Нужно переварить информацию... Нет, не переваривается. Пусть говорит.
  Но если что-то из того, что она сейчас скажет, покинет стены этого кабинета, я сама себе язык вырву!
  - Неужели так просто - в кабинет и в позу? И никаких чувств?..
  Клавдия отхлебнула коньяку. Именно отхлебнула. Громко. Как горячий чай. Я тоже пригубила свой стакан.
  - Чувств... Эх, Людмилка... Как же без чувств-то? Не по-русски как-то... А с другой стороны, какие тут особенные чувства?.. Вам, замужним, этого не понять...
  И такая тоска прозвучала в ее голосе!
  Уже не один раз доводилось мне слышать, что чего-то нам, замужним женщинам, не понять. К слову, мужчины женатым товарищам завидуют реже... Что же такое за счастье есть у нас, женщин замужних, о чем мечтают женщины незамужние?.. В какой-то художественной книге я прочитала, как женщина-холостячка мечтает постирать мужские носки... И это счастье? Да я их в руки-то брезгую брать, эти вонючие мужнины носки! Так, бросаю в стиральную машину - пусть крутит...
  То, что можно всегда разбудить мужа и... растормошить его? Так это ж так нечасто бывает, только когда возникнет такое желание!
  Хотя... Быть может, в том и состоит женское счастье - знать, что это дело у тебя всегда есть в готовности, а ты можешь оттягивать его до того момента, как самой захочется?..
  Глупости все это!
  Вон у нее какая фигурка! Ей только свистни - и мужиков у нее будет сколько захочет! Как раз у холостых в этом отношении возможностей куда больше!
  - Так чего же это нам не понять?
  Она не ответила. Заговорила о другом.
  Или все о том же?
  - Вот не сложилась у меня личная жизнь. Почему - сейчас неважно. Только со временем так сложилось, что именно здесь, в этом "предбаннике" и стала протекать вся моя жизнь. Домой спешить особенно нечего... Да что там говорить, - невесело ухмыльнулась Клавдия, еще раз отхлебнула, сморщилась и потянула из пачки новую сигарету. - Это как в том фильме, "Служебный роман", когда Мымра Мягкову плачется... Все то же могу и я о себе рассказать. Только там Фрейндлих начальница учреждения, а я - начальница "предбанника" - вот и вся разница.
  Она прикурила от протянутой мной зажигалки. Зачем-то потрогала "мышку" компьютера. Узоры на мониторе погасли, вместо них появился запрос пароля. Секретарша какое-то время пусто смотрела на него. Я ее молчание не перебивала. Думала о том, что она уже рассказала. И о том, что еще собиралась рассказать. Больше всего мне сейчас не хотелось бы, чтобы кто-то нам помешал. Например, телефонный звонок. Или она их, телефоны, отключила? Что-то ни одного звонка не было за это время...
  Мне хотелось дослушать ее исповедь. Грех это, знаю, что грех. Однако как же нам всем хочется прикоснуться к такой вот сокровенной тайне! Послушать "клубничку". Наверное, это наше, бабье. Но только ведь и мужчины не прочь при случае сунуть нос в такую вот историю. Или нет?
  И сейчас я в последнюю очередь была сотрудником Департамента собственной безопасности. Хотя и осознавала, что, узнай начальство, что я ТАКОЕ узнала и не сообщила об этом рапортом, выдали бы мне на орехи по первое число. И тем не менее, сейчас во мне говорило только любопытство. Женское.
  Женское... Постой-ка!.. Значит, ее и Игорь Вячеславович тоже... Тоже?!.
  Я взглянула на Клавдию уже по-другому. Как на соперницу. Глупо, конечно, особенно при нынешних обстоятельствах. И опять отметила, уже иным взглядом, ее фигурку. Строгую, чуть прозрачную блузку, под которой едва просвечивался кокетливый и в то же время столь же строгий бюстгальтер. Юбку под столом было не разглядеть. Но я и без того знала, что там у нее тоже все в порядке - и длина и покрой юбки не смогли бы вызвать ни малейшего нарекания у самых строгих блюстителей - как моды, так и нравственности.
  Да, такая женщина не могла не нравиться. И от осознания этого факта у меня в душе опять что-то шевельнулось. Ревность? Зависть? Глупость?.. Пусть будет ревность.
  - Ты говоришь "чувства", - заговорила она внезапно и в то же время спокойно. Будто и не было перерыва в монологе. - Как же без них-то?.. Я же тебе не эта куколка, Галка-давалка... - (Что за Галка? Не знаю... Ну да мало ли их, "давалок"? Только мужиков наших с толку сбивают!). - Чувства... Знаешь, как у меня это в первый раз было? Впрочем, что я спрашиваю, откуда ж тебе, в самом деле... Сейчас расскажу... Приходит как-то... - она запнулась, коротко кольнула меня взглядом. - Ну, неважно... Приходит он, первый мой, как-то от шефа - аж зеленый. Видно взбучку получил - по полной программе. "Никого, говорит, не пускать..." И к себе. А мне вдруг так его жалко стало. Я-то знаю, сколько он работает, сколько времени тут проводит! У нас ведь сама знаешь как: пашешь, ну и паши, никто не заметит, а если только что-то случится, тут уж... Ну да что тебе рассказывать... Надо ж человека поддержать... Я дверь на стопор закрыла, чтобы никто не вошел... Нет, ты не думай, я не собиралась его это... Соблазнять, в общем. И в мыслях даже не было!.. Просто пожалеть...
  Позднее я мысленно реконструировала картину происшедшего.
  Клавдия опустила фиксатор замка и дернула дверь. Потом отключила пульт, на который замыкались все телефоны...
  Дверь открылась бесшумно. И по мягкому ворсу ковра она шла бесшумно. Начальник сидел в своем рабочем кресле, прикрыв глаза и с силой сжав седеющие виски. Впрочем, какой он был сейчас начальник? Мужчина! Мужчина, который нуждается в добром слове, в ласке, в утешении, в конце концов...
  Он ничего не видел и не слышал. Даже когда секретарша поставила перед ним поднос, мужчина не сразу на него отреагировал. Между тем, среднестатистический мужчина на такой поднос отреагировал бы мгновенно: полстакана коньяку, чашка кофе, бокал ледяного "боржоми", блюдечко с тонюсенькими ломтиками лимона.
  Мужчина поднял глаза на стоящую рядом девушку. Она смотрела на него как женщина - с искренним сочувствием. По сравнению с ним она была еще совсем девчонкой. Но только в ее глазах светилась извечная женская мудрость... Нет, не мудрость. Какая тут, в самом деле, мудрость! Мудрость - это от ума, от головы. А способность сопереживать - от души. От русской бабьей души... Так что же там было-то, в ее глазах? А то и было: женская способность сопереживания по отношению к мужчине.
  И начальник - суровый, непоколебимый человек, прошедший огонь и воду, и не заработавший медных труб, поработавший в молодости на нелегальной работе - вдруг дрогнул перед этой молодой девчонкой. Он прекрасно знал, что романы на работе заводить ни в коем случае нельзя, особенно в нашем ведомстве. Он осознавал, что роман с секретаршей - это пошло и банально. Он отдавал себе отчет, что с его стороны попросту некрасиво и непорядочно совращать молоденькую девчонку. Он помнил о всезнающем недреманном оке парткома (дело-то было еще в советские времена), который, в случае огласки, может зарубить ему всю карьеру, а эту девушку попросту вышвырнет отсюда с "волчьим билетом"...
  Он еще много чего знал. Однако он все это знал ДО того и ПОСЛЕ того. А в тот момент он ничего этого не помнил. В этот момент он только видел эти сочувствующие, сопереживающие глаза.
  Он, не поднимаясь, обнял ее ниже талии и прижался лицом чуть ниже ее груди. Услышал, как вдруг судорожно заколотилось ее сердечко. Почувствовал, как ее руки несмело, робко обхватили его голову...
  Потом была вспышка. Вспышка страсти, охватившая их обоих. Ибо у мужчины был тот самый возраст, о котором говорят: седина в бороду - бес в ребро. Ну а девушка была из тех, которых привлекают сильные, умудренные жизнью мужчины.
  ...В нем чуть проклюнулась осторожность, когда он почувствовал ее девственность. Однако остановиться уже не мог...
  - Ты что, так любила ЕГО?
  Глупо, но именно этот вопрос в тот момент интересовал меня больше всего.
  - Да, - просто сказала Клавдия.
  Настолько просто и искренне, что я сразу поверила ей.
  Наверное, это вполне объяснимо. Молодая романтичная девчонка... Все мы были романтичными в советские времена. А с другой стороны, когда молодые девчонки не были романтичными? Хотя, опять же, сейчас, в эпоху полнейшей распущенности нравов, неужто девушки хоть чуточку испытывают романтические чувства? Или мы только видим распущенных, а романтичные как раз и не матерятся возле подъездов с пивом и сигаретой?..
  Что-то я запуталась. И пошла не туда.
  Итак, молодая романтичная девчонка влюбилась в своего начальника. Седого, умудренного опытом мужчину. К тому же с романтической биографией. Банально. Но только вполне объяснимо - такое было, есть и будет всегда. Не получи он тогда взбучку, она рано или поздно все равно отдалась бы ему. Скорее всего. Наверное. Быть может... Ладно, не будем заниматься морализаторством. Просто сложилось так, что ЕМУ было плохо, а ОНА его пожалела.
  Есть у меня знакомая, Светлана Савицкая. Нет, не та знаменитая, не космонавт, просто совпадение имени и фамилии. В эту мою знакомую господь вложил столько талантов! Она пишет и исполняет песни, прекрасно рисует, ведет телепрограмму в подмосковном Реутове, написала несколько художественных книг и сборников сказок... К тому же она поэтесса.
  Есть у Светика стихотворение "Обыкновенная женщина".
  Простит, успокоит, и все поймет,
  Оценит уравновешенно,
  И будет ждать тебя жизнь напролет
  Обыкновенная женщина.
   Разгладятся вдруг, чуть скрипнет дверь,
  Морщинок любимых трещины.
  Как дорога она тебе
  Обыкновенная женщина!
   А спросят тебя: - Какая она?
  Красавица? Сердце вещее?
  - Да нет, - скажешь ты, - она у меня
  Обыкновенная женщина.
   И сердцу поможет биться в такт,
  В судьбы поворотах бешенных
  Твой ангел-хранитель,
  А, в общем, так...
  Обыкновенная женщина.
  Вот такая обыкновенная женщина и сидела сейчас передо мной. Неумело курила. Прихлебывала коньяк. И вспоминала свою первую (единственную?) настоящую любовь.
  ...ЕМУ потом было неимоверно стыдно. ОНА была... неимоверно счастлива. Дурь, идиотизм, кретинизм... Но ОНА была счастлива! Потому что именно ОН лишил ее девства! ОН не знал, куда спрятать глаза - от стыда. ОНА тоже не знала, куда спрятать глаза - но от счастья!
  И тут я Клавдии поверила. Я ведь тоже плакала, когда впервые отдалась своему будущему мужу. Это больно. Но какая же это сладкая боль! И гордость - за красное пятнышко на простыне. Глупо? Конечно, глупо. Но это глупость, которую не хочется стыдится.
  А-а, мужчинам не понять, а женщинам не нужно объяснять!
  - Знаешь, как он потом со мной нежно обращался! - у Клавдии на глазах набухли слезы. - Уж не знаю, любил он меня или просто благодарен был... Да по фигу! Но только я каждый день на работу не шла - летела! Знаешь, чаю ему принести или кофе - для меня за счастье было! И он чувствовал это. Знал. Знаешь, войдешь, а он ласково взглянет так, чуть щекой прикоснется, - она погладила себя по животу, - я у меня все в душе поет!.. А, да что там говорить...
  Боже мой, я даже не могла представить, что в этом сухом теле может жить столько нежности, столько памяти об уже ушедшем в мир иной человеке! Неужто так можно любить умершего человека? Ведь уже сколько лет прошло!
  А Клавдия продолжала говорить.
  - Потом ОН ушел на повышение. Знаешь куда - выше не бывает. Меня с собой не взял - уровень не тот, там другие люди, другие проверки, другие отношения... На его место пришел другой. Гнида, между нами. Но красивый. Вернее, импозантный. У того все было проще. Да и у меня тогда... Знаешь, когда уходит любимый - и ты одна... Так горько в душе. И пусто...
  К счастью, я такого не знала. Но кивнула. Неискренне. И тут только поняла, что есть у нас, замужних женщин, такое, чего нет у Клавдии и ей подобных. У них нет уверенности в завтрашнем дне.
  Впрочем, об этом потом, не будем отвлекаться.
  - А он уверенный такой... Если говорить объективно, он, по сути, меня изнасиловал... Нет, я, честно говоря, не слишком-то и сопротивлялась... Но и отдалась ему без особого желания. Боялась лишиться места - не боялась... Просто для него это было, как я поняла, естественно. А я все же была молодая. Не знала как себя вести с такими подонками.
  Она хлебнула еще коньяку. Замолчала.
  А мне вспомнился случай, который я бы желала вычеркнуть из своей памяти напрочь.
  Мы тогда жили в доме, где было мало телефонов. А у нас телефон был - муж мой служил в Афганистане и потому имеет льготы. Ну и ходили к нам все соседи - позвонить. Была у меня подруга, Ленка. "Челночница". Это сейчас она набрала вес... Впрочем, это неважно.
  Так вот, у Ленки, как положено, был муж. Сашка. Сволочь! Приходит он как-то утром. Муж на работе - а я еще сплю. В "ночнушке"... Ну и состоялось... Его-то понять можно - пустая квартира, а там теплая баба... Ну а я-то к нему никаких чувств! Но тоже - квартира пустая, никто не узнает... Он был чуть настойчивее, чем принято - я и сдалась. Сдалась, честно говоря, без боя. Не прощу себе этого! А впрочем, прощай или нет - значения не имеет. Главное, что в этот момент я поняла Клавдию. Бывает же действительно - вроде бы и изнасилования нет, а с другой стороны, и желания тоже не было.
  Это не с Игорем Вячеславовичем в автобусе, когда ему не то что всем телом - всей душой!
  Интересно, а как у них с Игорем сладилось?.. Убила бы! Черт, да что ж за штука такая - ревность? Причем ведь что странно - ревность абстрактная не так уж и задевает, а когда видишь перед собой... Стоп, стоп, Людмилка, не дай Бог, Клавдия что-то заподозрит... Ревность ведь штука такая, обоюдоострая. Она ведь, Клавдия, тоже имеет право на... На что? Черт, и не скажешь четко на что...
  .....
  
  9.
  (Жена генерала)
  Как важно правильно начать такой разговор! Потом он пойдет сам собой. А вот начать!..
  - Сколько лет вы прожили с Игорем Вячеславовичем?
  - Почти тридцать.
  - И как складывалась ваша семейная жизнь?
  Валентина Михайловна чуть пожала плечами:
  - Ну как... Нормально складывалась. Как у всех.
  Понятно. Как у всех... Странная эта фраза. Типичная и странная. А как она складывается у всех? У всех как раз по-разному! Когда Лев Николаевич утверждал, что только несчастные семьи несчастны по-разному, он был неправ - счастливые тоже счастливы по-разному. Не то что одинаковых - даже похожих семей не бывает! Если говорят "как у всех", имеется в виду совместное проживание по привычке, без особого взаимного тепла, по инерции. Когда у каждого своя жизнь, и общий только ужин, да и то не всегда.
  А у меня как же? Тоже как у всех?.. Впрочем, о себе потом.
  - Ну а... Как бы это сказать... Недоразумения случались?
  Говоря откровенно, я произнесла эту фразу с внутренним напряжением. А вдруг вспылит, обидится, укажет на дверь?.. Однако все обошлось. Валентина Михайловна даже не подняла на меня глаз, по-прежнему пусто смотрела на рюмку, которую крутила за ножку.
  - Недоразумения? Бывало, конечно. Я же говорю: обычная семья... То он, то я... В общем, всяко бывало.
  Ее реакция меня ободрила. Я решила, что можно переходить к самой щекотливой теме. Более того, мне казалось, что и Валентина Михайловна это понимает и ждет более острых вопросов.
  Может, ей и в самом деле хотелось выговориться? Может, в самом понятии "исповедь" кроется более глубокий смысл, чем покаяние? Разве не бывает у человека потребности поплакаться о чем-то постороннему человеку?..
  - Скажите, Валентина Михайловна, а как у вас было... Простите за бестактность... В интимном плане?
  Наверное, она и в самом деле думала об этом. Потому что не удивилась, не возмутилась, не вспылила.
  - Да нормально было, - как-то буднично и скучно ответила она.
  И я ее поняла. Нормально, буднично и скучно.
  - Простите, что я настаиваю, - мне и в самом деле было крайне неловко настаивать на более полных ответах. - Но только поймите и вы меня... Сами же знаете, что сейчас нередко такое бывает - муж живет сам по себе, жена сама по себе... Потому мне и важно знать: у вас нормальная семья или просто общая квартира?
  - Я понимаю. У нас нормальная семья. Бывают, как вы говорите, недоразумения, но в общем, нормально. Игорь почти всегда ночевал дома. Мы спали вместе. Ну и там все такое...
  Про "все такое" мне слышать было не слишком приятно. Ну да только куда девать? Эту тему необходимо было додавливать.
  - У вас возникали недоразумения по поводу, как вы выразились, "всего такого"?
  Пустая рюмка в ее руке дрогнула, начала крутиться быстрее и как-то более нервно.
  - Как вам сказать... Вы же сама женщина... Мужчинам всегда хочется больше, чем мы им даем. Я имею в виду в интимном плане... Знаете, шутка есть такая, Игорь ее часто говорил: Мужчина всегда хочет, но не всегда может, а женщина всегда может, но не всегда хочет...
  Во мне вскипели сразу несколько чувств - и не могу сказать, какое из них было доминирующим. Женская солидарность: и в самом деле, муж припрется "под мухой" и пристает - да пошел ты вон, спи с теми, с кем пил! Женская ревность: значит, Игорь все же питал к ней какие-то чувства, раз она говорит, что приходилось ему отказывать. Женская мстительность: то-то ж он ни одной юбки не пропускал, что ты его на сухом пайке держала... И еще много чего вскипело. Например, я подумала, что и сама, часто отказывая мужу в близости, толкаю его на то, чтобы и он искал какую-нибудь Галку-давалку. Ведь та стерва (подруга называется!) только чуть приголубила его - и он уже растаял, кобель...
  - Еще раз... Уже в который раз! Прошу меня извинить за бестактность и настойчивость... Не могли бы вы об этом подробнее... У меня нет ни малейшего желания копаться в вашем нижнем белье, ну да только... Поймите меня правильно. Сколько, когда и как часто у вас бывала близость? Что нравится вам? Ну, я имею в виду то же самое... Что нравилось Игорю Вячеславовичу? Другими словами, была ли у вас в интимном плане гармония? В чем в этом отношении заключались ваши взаимные претензии?..
  Валентина Михайловна ответила не сразу. Чуть подрагивающей рукой она наполнила рюмки. Сразу хлебнула из своей. Опять долила. Чувствовалось, что она не думает об ответе - она об этом, судя по всему, уже думала и не раз. Она просто не решалась заговорить с посторонним человеком. Впрочем, именно с посторонним об этом и можно говорить - с близким труднее.
  - Видите ли...
  Она забыла, как меня зовут и беспомощно, точнее даже сказать беззащитно, взглянула на меня. И мне ее стало жалко. И ревность, и досада пропали. Ведь передо мной сидела не просто Валентина Михайловна Колокуцкая - передо мной сидела женщина, у которой случилась такая трагедия и которая сама искренне переживает и размышляет о том, в какой степени она виновата в происшедшем. И то, что она согласилась ответить на мои бесстыжие вопросы, говорит о том, что чувствует свою вину.
  - Людмила Сергеевна, - думаю, мой голос был олицетворением сердечности. - Можно просто Людмила.
  - Видите ли, Людмила Сергеевна... Сейчас такая распущенность нравственности... А я, так сказать, воспитана по-старому. Традиционно, так сказать. В общем, предпочитаю, как это называется, по-семейному.
  - Поза миссионера, - пробормотала я.
  - Миссионера? - переспросила хозяйка.
  - Да. Это так называется. Только это неважно... Ну а Игорь Вячеславович хотел что-то другое.
  Валентина Михайловна чуть порозовела. То ли от смущения, то ли от выпитого.
  - Да. Ему вообще нужно было всегда в жизни всего больше. И разнообразнее. Не только в постели. Вообще в жизни. Был еще лейтенантом, смотришь, соседи, такие же офицеры, уже дома, с семьей, а мой все на службе. Выходные - все куда-то идут, кто-то с детьми, кто-то с машиной, а мой все на службе... И так - всю жизнь.
  Наверное, она говорила правду. Или ту часть правды, которую помнила. Или хотела помнить.
  Почему муж пропадал на службе? Быть может, он и в самом деле был "трудоголиком", хотел сделать карьеру. В этом случае у него и в самом деле все сложилось удачно - в нашем ведомстве, не то что в армии, не так-то просто дослужиться до чина генерал-лейтенанта. С другой стороны, может тут быть и обратная связь: ему было просто скучно и неинтересно дома, с женой. Потому и задерживался на службе, что не тянуло домой. Разве это такой уж редкий случай?
  - Если компания соберется, - продолжала Валентина Михайловна, словно бы не мне говорила, а сама себе, вспоминая все обиды, что копились многие годы, - мой всегда самый шумный. Анекдоты такие травит, что не знаешь куда от стыда деваться. Одергиваешь его, а он как рыкнет!.. То начнет песни петь - а у самого ни слуха, ни голоса... Схватит какую-нибудь шаболду в охапку и давай канкан выплясывать. Шум, гам, хохот... Он доволен эффектом, а мне за него стыдно. Приходим домой, я ему говорю: нельзя же так себя вести! А он на меня: ты можешь хоть чуть расслабиться, вылезти из своего футляра?.. Это у него шутка такая в мой адрес всегда была - ты, говорит, как когда-то влезла в футляр, так и не знаешь как из него выбраться... "Человек в футляре", помните же, у Гоголя?
  - У Чехова, - поправила я. - Я понимаю вас. У самой муж такой же...
  - Правда? - ей мои слова были явно по душе.
  Каждому приятно, когда он узнает, что у ближнего такие же проблемы, как и у тебя.
  А мои мысли покатились по другой колее. Сколько раз мне уже приходилось слышать нечто подобное! Женам не нравится поведение мужей в компании, они устраивают домашние разборки - и результат чаще всего один и тот же.
  - И Игорь Вячеславович перестал брать вас в свои компании, - сказала я.
  - Да, - вздохнула она. - Приезжает домой хмельной, довольный, от него сигаретами, а то и духами пахнет... Говорит, что было какое-то мероприятие, у кого-то день рождения, звание или еще что... Посидели, говорит, отделом, с журналистами, еще с кем-то... Нет, я думаю, что чаще всего он мне правду говорил...
  - Но вас с собой предпочитал не брать, - повторила я.
  - Да. Не брал. А то поехали мы с ним в санаторий. Так мы там чуть не разругались. Я говорю: мы приехали здоровье поправить, а потому нужно водичку минеральную пить, прогуливаться перед сном, спать после обеда... А он другое: мы, говорит, в кои веков выбрались на юг, посмотри, какое тут вино продается, домашнее, вкусное, дешевое, какие тут шашлыки из осетрины... Я говорю: какая осетрина, когда желудок и двенадцатиперстная... Ну, в общем, и там то же началось: выйдет он куда-нибудь на полчасика, а возвращается только к вечеру, от него тем же вином и шашлыком попахивает, веселый, довольный. Еще и пристает - в койку, говорит!.. Ну и ссоримся.
  Боже мой, как же все это банально. Она ведь на все сто процентов права. Но насколько же это все скучно. Любая женщина подпишется под ее словами. Но насколько это звучит... Как бы это сказать... В общем, в жизни мы, женщины, чаще всего поступаем именно так, как и Валентина Михайловна. Но в пересказе мы, во всяком случае я, начинаю сочувствовать ее мужу. Ведь и в самом деле, ехать в санаторий нужно во имя здоровья. Но как не выпить вина, да под хороший шашлычок, да еще из осетрины?..
  - Я вас хорошо понимаю, - согласилась я. - Но давайте вернемся чуть назад. Я о ваших интимных отношениях. Я бы попросила вас чуть подробнее: в чем заключались проблемы в этом вопросе?
  Она ответила не сразу. Словно бы не решалась о чем-то рассказать. Хотя у меня сложилось другое представление. Наверное, в том, о чем Валентина Михайловна говорила до сих пор, она считала себя правой. Теперь же она должна говорить о вопросах, где у нее имеются сомнения в своей правоте. А она, похоже, из тех людей, которые признавать свои заблуждения не любит.
  - Видите ли... - решилась наконец она. - Как бы это сказать. Ему хотелось чаще, чем хотелось мне. Отказывала я ему часто. Так он в последнее время даже не пытался ко мне... Ну, это... В общем, не пытался даже. Только когда я сама... Ну, это, предложу. Так Игорь как-то чего-то разозлился и говорит: до чего ж ты, говорит, жизнь нашу довела, что меня к тебе даже не тянет!
  - Что, и в самом деле не тянуло? - эта фраза дорогого стоила.
  Значит, и в самом деле прав был мой шеф: шерше ля фамм! Все по Фрейду!
  - Да нет, что вы, - похоже, Валентина Михайловна уже сама досадовала, что эта фраза сорвалась с языка. - Это он так, с досады. На самом деле он всегда был готов. Он хотел всегда: утром, днем, вечером... И везде: по всей квартире, в лесу... И по-всякому...
  - А вы предпочитали только вечером, в постели, в позе миссионера.
  - А что тут плохого? - отозвалась она с некоторым вызовом.
  - Плохого ничего, - вздохнула я.
  
  10.
  До чего же скучна была семейная жизнь у Игоря Вячеславовича! Или не только в сексе семейное счастье? Впрочем, об этом можно будет поразмышлять и позднее. Тем более, что четкого определения семейного счастья еще никто дать не смог. Кроме того, я сейчас разбираюсь исключительно в одном аспекте случившегося - в аспекте, который имеет вполне определенную форму и размер и именуется детородным органом.
  Зависла пауза. В нашем деле нужно иногда уметь молчать. Сейчас пауза - мой союзник. Валентина Михайловна сейчас терзается от осознания того, что ляпнула кое-что лишнее. И желает оправдаться, выговорится. Человек в такой ситуации обычно начинает много говорить и, как правило, выбалтывает еще больше лишнего.
  Вообще взаимосвязь между мыслью и высказанным словом еще ждет своего исследователя. Принято считать, что человек мыслит словами. Даже определение такое есть: для человека тот язык является родным, на котором он думает. По-моему, это не совсем точно. Человек думает не самими словами, а образами, символами слов. Само же по себе слово - это сочетание колебаний воздуха, которые издает человек посредством голосовых связок и которые другой человек воспринимает посредством барабанной перепонки. Вот и получается, что часто мы думаем хорошо и правильно, а когда пытаемся излагать свои мысли вербально, получается полная дребедень. (К делу это не относится, но только если пытаешься речь другого человека записать на бумагу, получается еще хуже: чужие мысли, переданные теми же колебаниями воздуха, преломленные через твое сознание, в письменном изложении нередко с изначальными мыслями имеют очень мало общего). Соответственно, человек, изливающий душу другому человеку, словно бы слышит себя со стороны и осознает, как слабы и неубедительны его тезисы и аргументы и потому пытается привести более сильные... Пример с мухой и паутиной, сколь бы ни был избит, и в самом деле является наиболее подходящим - чем сильнее насекомое бьется, тем сильнее запутывается.
  Поэтому я молчала и смотрела на лицо хозяйки.
  Оно уже утратило властность и лоск генеральши. Было печальное, тусклое, растерянное... Неуверенное - вот, наверное, самое точное слово.
  - Ну а что же надо было делать? - вдруг спросила она у меня.
  Спросила как-то беспомощно, и в то же время с вызовом.
  - Я не уполномочена давать ответы на подобные вопросы, - уклонилась я. Наверное, несколько суховато. Поэтому добавила чуть мягче. - Но если чисто по-человечески, а не по долгу службы... По-моему, совместная жизнь, особенно семейная - это череда взаимных уступок. Если кто-то не желает или не может уступать, другой начнет искать альтернативные варианты поведения. Это закон сообщающихся сосудов.
  - Вы хотите сказать... - напряглась моя собеседница.
  - Я ничего не хочу сказать, - с досадой проговорила я. В подобном разговоре самое опасное - втянуться в дискуссию. - Я хочу сказать только одно: если один из супругов слишком уж держит другого в черном теле, в этой семье непременно будут психологические проблемы. Вот вы говорите, что являетесь сторонником традиционного секса. Это ваше право. Однако Игорь Вячеславович был не так консервативен. По вашим словам, - поспешила добавить я. - Каков выход?
  - И как же мне было быть?
  - Либо переломить себя, либо дать мужу полную свободу в похождениях.
  - Ну как же переломить себя?
  Я сказала.
  - Но так я брезгую, - теперь она налилась краской уже явно от смущения. - А там у меня геморрой...
  - А в ванной тесно. А на кухне не эстетично. А стоя перед большим зеркалом - вообще пошлость. А в лесу негигиенично... - (Я едва не сказала что-то еще и про автобус, но вовремя сдержалась). - Поймите, Валентина Михайловна, я и сама не сторонница распущенности и уважаю воззрения другого человека на вопросах, как бы это сказать, межполовых взаимоотношений. У самой дочка...Но только время сейчас такое - телевизор в присутствии дочки иной раз стыдно смотреть. А мужчины всегда налево смотрели - сущность у них такая кобелиная... Ну да ладно, черт с ними! Не будем дискутировать.
  Валентина Михайловна во время моей короткой речи сидела опустив голову. Она вообще как-то обмякла, увяла. Мне показалось даже, что она сейчас заплачет.
  13.
  Когда я вернулась в кухню, Валентина уже долила мне свежего чаю, дополнила рюмки.
  - Извините меня, Валентина Михайловна, но мне уже хватит - и так выпила много, - голос у меня был немного сиплым. Я прокашлялась и продолжила: - Да и время уже... Так что я еще парочку вопросов - и откланяюсь.
  Она с такой тоской посмотрела на меня, что я поняла: она сейчас страшно боится оставаться одна в пустой квартире. Кстати, а где сейчас ее (их) дети, что она одна? И ни собаки, ни кошки - наверное, тоже ради чистоты... Даже канарейки или попугайчика нет...
  Господи, да о чем это я? Какие попугайчики?
  - Есть ли у вас основания полагать, что у Игоря Вячеславовича в последнее время была постоянная любовница?
  Я и в самом деле хотела форсировать события, поскорее свернуть разговор и удалиться. А еще мне хотелось достать "мобильник", позвонить своему начальнику и отказаться от данного поручения. Останавливало меня только одно: этот отказ придется мотивировать. А какая тут может быть мотивация?
  Валентина взглянула на меня удивленно. Она почувствовала изменение в моем настроении.
  - Не знаю, - она тоже ответила суховато. - Думаю, что да. Знаете, разовые приключения еще можно скрыть. А длительную, устойчивую связь - навряд ли. Во всяком случае, я так думаю.
  - Вы ее знаете? В смысле вашу соперницу...
  - Не знаю. В смысле, не знаю, знакома ли я с ней. Быть может, кто-то из знакомых... Знаете же, такие связи в кругу знакомых - дело довольно распространенное. Во всяком случае, так считается. Помните, песня есть такая, там что-то такое... "Среди сотен хороших знакомых и десятков фальшивых друзей..."
  - "...Она делает вид, что смеется, я стараюсь не думать о ней", - закончила я, улыбнувшись. - Помню. Мне эта песня очень нравится. Там еще что-то про то, что мы могли бы служить в разведке, могли бы весь мир перевернуть - а вместо этого садимся на разные ветки и засыпаем в метро.
  Странно, именно это напоминание о песне помогло мне успокоиться.
  В принципе, этот вопрос можно считать закрытым. Скорее всего, речь идет все о той же Ларисе Борисовне. С ней придется повидаться завтра.
  А здесь остался последний вопрос.
  - Скажите, Валентина Михайловна, а вы сами... Ну, вы понимаете... Имели какие-то связи на стороне? Или иначе: мстили мужу его же методом?
  Теперь уже я не спускала с нее взгляд. Если будет обманывать, глаза у нее должны дрогнуть. Тем более, что она без очков. Вообще, человека чаще всего выдают именно глаза и руки. Поэтому глаза рекомендуется прятать за очками, а руки чем-нибудь занимать - четками, например.
  Глаза ее не дрогнули, не вильнули в сторону. И ответила она спокойно, буднично.
  - Было дело, чего уж там... Только это было так давно, что и воспоминаний, считайте, не осталось... Игорь тогда был в длительной командировке. Ну и там, как мне стало известно, у него тоже появилась какая-то. А он когда уезжал, мы с ним поругались, поругались из-за пустяка, причем, я была виновата... Ну, неважно. Главное, что мне стало известно, что он на той, которая в командировке, жениться собирается. Ну, я тут, конечно, вскипела: ах ты, подлец, оказывается, даже разводиться собрался... Ну, понятно, вы же сама женщина, должны понять... В общем, просыпаюсь я ночью. Ну, сходила в туалет... А тогда холодно, помню, было... Я по привычке, полусонная, прижимаюсь к мужу... А это посторонний мужчина. Игорь-то в таком случае, уж как бы ни спал, а обязательно обнимет, прижмет, пригреет... Он ведь такой ласковый всегда был... - с мечтательной тоской едва не простонала Валентина. - А этот даже не проснулся. Еще и отдернулся как-то: мол, не мешай спать!.. И у меня как отрезало. Не могу представить, чтобы кто-то со мной в постели спал другой.
  - А если не спать? - резко спросила я.
  И тут у нее глаза дрогнули. И мне стало ясно, почему она так спокойно встретила мой вопрос. Валентина его предвидела и ждала. Она была готова сказать часть правды, потому и потому показала выдержку.
  - Что вы имеете в виду?
  Что имею? Да теперь уже ничего. Это уже ее дело. Ее и ее совести.
  Совести... Уж мне-то сейчас о совести как-то не с руки.
  - Да так, ничего, - устало проговорила я. - Меня интересует, не мог ли кто-то из ваших нынешних приятелей или поклонников быть заинтересованным в... Ну, в том, что произошло с Игорем Вячеславовичем?
  Валентина вытаращилась на меня - другого слова просто не подберешь. Она могла не отвечать, все было ясно и так.
  - Хорошо, тогда последний вопрос. Наверное, он покажется вам самым нескромным из всех.
  - Куда уж дальше-то... - пробормотала хозяйка.
  - Есть куда. И ответ я прошу у вас самый честный и откровенный.
  Она смотрела на меня с любопытством. Я выдержала паузу.
  - Расскажите мне, пожалуйста, о ваших сексуальных фантазиях.
  - Фантазиях? - переспросила Валентина. - Каких фантазиях?
  - Сексуальных. Например, смотрите вы порнографический фильм...
  - Я никогда не...
  - Погодите, пожалуйста, я закончу. Я же не говорю, что вы их регулярно смотрите... Но хоть когда-нибудь смотрели же... Или какой-то современный фильм с элементами эротики. Читаете какой-нибудь "СПИД-инфо" или "Лизу"... Неужто вам никогда ночью о чем-то не мечталось, не снилось?.. Не поверю. Так вот, чего бы вы хотели пережить, испытать?
  На трезвую голову, да в спокойной обстановке такие вопросы не задают, да на них и не отвечают. Однако она уже столько мне рассказала, да к тому же выпившая (преизрядно!), да к тому же боится остаться в одиночестве...
  Мой расчет сработал точно.
  - Я вам уже говорила, что я в этом отношении довольно скучный человек... - начала она.
  Но глядела куда-то вбок. Значит, что-то сидит в ней, какая-то заноза.
  - Тем более, - мягко перебила я. - Вам нравится стриптиз?
  - Я его никогда не видела в натуре.
  - Но женское тело вам нравится?
  - Вы хотите спросить, не лесбиянка ли я? - усмехнулась Валентина. - Нет.
  - Почему же обязательно лесбиянка? Я не о том. Такие известные ученые, как знаменитый Зигмунд Фрейд, а также доктор Альфред Кинси, Хавелок Эллис, Магнус Хиршфельд и другие собрали статистику, согласно которой примерно треть мужчин и до половины женщин имеют склонность к однополой любви. И это только те, кто признался в этом!.. Только далеко не все ее реализуют, эту склонность...
  Валентина слушала меня внимательно. Потому я продолжила. Я могла много говорить по данной теме - когда я работала над своей диссертацией, тщательно проработала нашумевшую в свое время книгу Григория Климова "Протоколы советских мудрецов". При всей ее сомнительности, она насыщена подобными фактами (если, конечно, они и в самом деле факты).
  - Оно понятно, гомосексуализм во всех его проявлениях осуждается всеми религиями и всеми культурами. Тем не менее, он был всегда. О причинах можно спорить, но только нет сомнения, что гомосексуализм изначально присущ человеку. Нам это может нравиться или нет, но это так. И в этом великая трагедия человечества. Причем трагедия состоит не столько в самом наличии стремления к людям своего пола. Беда как раз в том и состоит, что в силу своего воспитания человек стыдится своих устремлений, старается подавить проявления, или лучше сказать, позывы гомосексуальности. То есть психика человека, у которого есть предрасположенность к нетрадиционной любви, находится под постоянным давлением нереализованных желаний. Ну а если человек постоянно подавляет в себе какие-то психологические или сексуальные устремления... Тут уже и до нервного срыва недалеко.
  - Так что же делать? - очень серьезно спросила Валентина. - Что говорят специалисты? Как поступать: подчиняться или сопротивляться?
  Так вот какие у нее фантазии!
  - Если бы я смогла ответить на этот вопрос, наверное, получила бы Нобелевскую премию, - усмехнулась я. - Я так понимаю, что у вас в этом отношении... - и сделала паузу.
  - Да, был у меня такой случай, - она опять чуть порозовела. Когда про измену в мужчиной рассказывала, так не комплексовала... - Стыдилась я его страшно... Вы прямо как камень с души у меня сняли. Если уж это и в самом деле проблема общечеловеческая... В общем, ночевала у меня как-то подруга... Скажу откровенно: такое блаженство испытала! Это же нежность, ласка, тепло - и нет этой мужской подавляющей силы, этого входящего в тебя тела, этого мужского стремления... Ну, кончить и спать, в общем. А тут - только ласка и нежность...
  Она судорожно сглотнула, провела языком по вдруг ставшим сухими губам и торопливо влила в рот очередную рюмку.
  Это ж надо, удивленно думала я, как она ожила!
  - Извините, - судя по всему, ей одновременно стало легче и в то же время неловко за эту вспышку. - Наверное, мне тоже уже хватит пить...
  - Да нет, ничего страшного. Врачам можно говорить все...
  - Вы о фантазиях спрашивали, - продолжала говорить она, не обращая внимания на мою реплику. - Знаете, мне с Игорем иногда вдруг бывало очень хорошо. Это когда я знала, или хотя бы предполагала, что он приехал от женщины. В эти вечера я ему сначала устраивала скандал из ревности, а потом обязательно... Ну, в общем, мы с ним обязательно были потом. Уж не знаю, чем это объяснить.
  Она опять потянулась к бутылке. Я взглянула на часы. Было половина десятого. А до дома еще...
  - Я прошу меня извинить, но мне уже пора, - поднялась я.
  - Да-да, конечно, - хозяйка поднялась из-за стола не слишком уверенно. - Извините, что я тут чего наговорила...
  Все же великая штука алкоголь! Никогда она мне не рассказала бы ничего из этого, если бы не выпила столько!
  - Нет, все в порядке, не переживайте. И все останется между нами.
  Во второй раз за один день я дала себе слово, что скорее откушу себе язык, если проболтаюсь.
  В коридоре Валентина вдруг прильнула ко мне. Мягко поцеловала в шею (у меня по телу пробежала волна - как она угадала именно это место?). И прошептала в ухо:
  - Спасибо тебе.
  И вновь коснулась губами заветной точки.
  ...Я вышла на улицу и подставила под ветерок мокрое лицо. Такого у меня уже не было бесконечно давно. Чтоб во мне проснулся эротический бесенок от поцелуя женщины?!. Этого еще не хватает!
  Бр-р!
  Нет, это от выпитого. Нельзя столько пить.
  Ну его, это метро! Я вышла к дороге и подняла руку.
  .....
  17.
  (Любовница генерала)
  Лариса Борисовна встретила меня демонстративно официально. Уж не знаю, рассказывал ли Игорь Вячеславович ей про меня... Вернее, не так, уверена, что не рассказывал. Но только встретила меня настолько официально, что можно было думать о женском соперничестве. Наверное, это что-то из области интуиции.
  Не люблю я таких женщин. И не понимаю, за что их могут любить мужчины. Сухая, холодная... Даже красота ее сухая и холодная.
  А красота, надо признать... Да, красивая... Ах, Игорь, Игорь...
  Крыска-Лариска...
  - Я слушаю вас...
  Шикарный кабинет. Шикарный стол, равно как и стоящие перед ним полукресла. Шикарная женщина в строгом шикарном костюме... Все в одном стиле.
  У стены диван. Здесь, наверное... Убила бы...
  Я ее возненавидела еще до того, как увидела. Она меня возненавидела тоже. Наверное, ответная реакция.
  - Лариса Борисовна, я прошу вас рассказать о ваших взаимоотношения с Игорем Вячеславовичем.
  - Я обязана отвечать?
  - Нет, не обязаны, - мне вообще с ней говорить не хотелось. Но... Куда деваться с подводной лодки? - С вашей стороны ответы будут просто оказывать помощь следствию.
  - В таком случае я приглашу своего адвоката.
  Должна признаться, мне самой себе польстило: я такой поворот дела предвидела. Потому была готова к нему.
  - Послушайте, Лариса Борисовна... Я провожу расследование происшедшего по указанию руководства, но неофициально. О факте нашего с вами разговора не знает никто. Если вы пригласите адвоката, я вынуждена буду включать диктофон и оформлять протокол опроса свидетеля... Вам это нужно?
  В отличие от меня, она к такому повороту дела не была готова. Потому, в растерянности, на некоторое время задумалась.
  Интересная особенность у человека. Если он готов к разговору, к неприятностям, к неожиданным вопросам, он и реагирует соответствующе. Проще говоря, держит удар. А вот неожиданность... Внезапный удар выдержать куда труднее, даже если он слабее ожидаемого.
  У Ларисы Борисовны лицо... Как бы это сказать точнее... Поплыло, что ли... Когда я вошла, передо мной сидела строгая солидная деловая женщина. А когда я сказала про протокол, лицо у нее расслабилось, и передо мной оказалась простая русская баба.
  И мне ее вдруг стало жалко. В самом деле: каково женщине руководить такой вот фирмой? Ясно, что у нее есть "крыша". Не исключено, что она вообще является только красивой ширмой, за которой прячутся подлинные руководители фирмы. Понятно, что ей приходится под кого-то ложиться, чтобы нормально жить. Понятно, что Игорь для нее был той отдушиной, где можно просто оттаять душой, где можно быть просто женщиной, а не подстилкой. Игорь умел быть мужчиной. А кому из нас, баб, не нужен человек, который просто умеет быть мужчиной?
  Я ее ненавидела. Но я ее понимала. Потому сумела пригасить кипение ненависти в душе.
  - Послушайте, Лариса Борисовна... - я произнесла эти слова максимально мягко, насколько только смогла. - Если вы не желаете разговаривать со мной, можно поступить по-другому. Завтра вы по повестке приедете к нам и будете беседовать с весьма импозантным мужчиной. - Я представила себе своего соседа по кабинету. Н-да, импозантный... - Только с этого момента вы...
  - Нет уж, лучше с вами, - она скривила уголки губ, изображая (именно изображая!) улыбку. - И без протокола.
  Лариса Борисовна откровенно нажала кнопку на пульте. Чуть приподняла брови.
  - Странно. Вы и в самом деле не записываете разговор...
  - В этом нет необходимости. Мне нужна правда, а не протокол.
  Моя собеседница чуть улыбнулась - на этот раз чуть искреннее.
  - Хорошо сказано: правда, а не протокол... Ладно, я согласна, буду отвечать правду не для протокола. Только давайте уж правду с обеих сторон: если попытаетесь включить диктофон... У меня здесь детектор и он тут же просигналит.
  - У меня нет диктофона. И не нужен он мне... Итак, Лариса Борисовна, какими были ваши взаимоотношения с Игорем Вячеславовичем?
  Она откинулась на спинку кресла. Из-под строгого серого пиджачка выпятилась тугая грудь. Под блузкой между пуговичками проглянулись кружева лифчика.
  Игорь...
  Мне захотелось запустить в нее чем-нибудь тяжелым. Сука, выставляет свои прелести... И фигурка у нее, надо признать. И упакована на все сто... И еще этот диван за спиной...
  Убить ее мало. Колесовать! Хотя я и не знаю, что это такое - колесовать.
  - Мне трудно ответить на ваш вопрос, - я поняла, что она не рисуется, а потому не перебивала. - Вы замужем? - вдруг без перехода спросила она у меня.
  - А разве не видно? - показала я кольцо.
  - А-а, сейчас это такое ничто... Замужние не носят, зато такие как я... В общем, неважно...
  Судя по всему, ей было трудно сидеть на месте. Наверное, она чувствовала мою неприязнь. Или еще что... Лариса Борисовна поднялась и подошла к окну. Скорее всего, она не видела текущую за широким стеклом автомобильную реку. И говорить начала, не глядя на меня.
  - Я не знаю, любила я Игоря или нет. Время покажет. Только знаете ли... Как же трудно разговаривать с вами... - Она не повернулась ко мне, как того можно было бы ожидать. И не сорвалась на крик, не повысила голос. Только тембр изменился. - Как я вас... - Слово "ненавижу" она не произнесла. Но оно подразумевалось. - Вот ты пришла про взаимоотношения спрашивать... Ты сегодня поднялась из постели от мужа и вечером будешь ложиться в семейную же постель. Наверное, и дети есть. А у меня... Да, трахалась я с ним, трахалась. И здесь, и не здесь, и где только... Неважно. Ты бы знала, какой это был мужик! Я не знаю его жену, но только такую дуру, как она, трудно сыскать. Такого мужика...
  Она вернулась за стол, уставилась мне в глаза.
  - Я скажу тебе откровенно. У меня мужиков было, есть и, надеюсь, будет, до хрена и больше. А такого, как Игорь... Знаешь, что у него главное? Он в тебе видит не шваль подзаборную, а женщину! Я его ревновала... Знаешь, как я его ревновала! Я бы поубивала всех его баб! Я бы на него "пояс верности" надела! Только чтобы он был только мой и ничей больше! Ты-то с мужем живешь, тебе этого не понять... А я должна под каждого мерзавца ложиться, чтобы только жить нормально. А тут Игорь! Он отмел всех и мгновенно. Этот год, что он у меня был... Поверишь ли, я только этот год и почувствовала, что такое быть просто женщиной. Ни одна гнида ко мне не приставала. Я ведь за этот год ни разу по принуждению ни с кем в постель не ложилась. Только с кем сама захочу! Ты знаешь, какое это счастье - ни с кем по принуждению не ложиться в постель?!. Да откуда ты можешь это знать?
  И тут она сорвалась:
  - Пошла вон!
  Я опешила. Потому что ничего подобного не ожидала.
  - Что, пришла понюхать, как мои трусы пахнут? Да не было у меня такого мужчины, как Игорь, не было! Я его не любила, не любила. Но только я за ним была как каменной стеной...
  - А кого любила?
  Она как будто споткнулась. Истерика. Ее нужно гасить холодным душем. Надеюсь, мой вопрос на такой душ потянул.
  - А какая вам разница? - Лариса Борисовна спросила тихо, устало. Она напоминала мне сейчас выдохнувшийся воздушный шарик.
  - Разница... Разница есть. - Я ее ненавидела. А потому и говорила безжалостно. - Вам уже за пятьдесят. Жизнь не устроена. И у вас появляется мальчик-плейбочик. Ему в лучшем случае двадцать пять. И вы его обеспечиваете всем. А он из вас сосет все больше и больше денег. Потому что у него есть или молоденькая подруга, или, тоже не исключено, сейчас это модно, молоденький дружок. И они над тобой потешаются, когда пропивают твои денежки. Или колюятся...
  - Вон!!!
  - Нет уж, послушай! - я ей мстила. А она не знала за что. - Смеются они над тобой, смеются! Но только скоро, буквально завтра смеяться они прекратят. И знаешь почему? Потому что именно они станут подозреваемыми номер один в происшедшем. Тебе ведь никаким боком не выгодна вся эта история, а у него, твоего дружка, прямой мотив, даже два: во-первых, материальный (денежки-то ты тратила не только на него, но и на Игоря Вячеславовича), а во-вторых, та же банальная ревность... И потом этот твой альфонс тебя же возненавидит - потому что ты перестанешь его подкармливать. - И тут я допустила уж совсем хамство. Потому что сказала именно то, что думала уже давно: - Старая ты дура!
  Я могла ожидать после этого чего угодно. Например, графин в голову.
  А Лариса Борисовна вместо этого вдруг...
  ...расплакалась.
  И совсем превратилась в русскую бабу.
  - Уйди! - сказала она просто и без вызова.
  Я ушла. Задним числом я себя за это не одобряю. Но в тот момент... В тот момент я не могла поступить иначе.
  
  
  Вставка
  Уже два века литературоведы России не могут понять, зачем Николай Васильевич Гоголь вставил в свой шедевр про мертвых душ главу о капитане Копейкине. Точно также я понятия не имею, на кой, извините, я описываю свой визит к Абраму Семеновичу. Он профессор, доцент, доктор... Бог с ним, каковы его чины, звания, титулы. Главное, что я зачем-то к нему пошла.
  Я даже не помню точно, как именовался курс, который он читал, когда я у него училась. Его авторитет был настолько высок, что он говорил чаще всего то, что считал необходимым в данный момент.
  У него совершенно удивительное хобби. Он коллекционирует... разводы. У Абрама Семеновича огромный архив, в котором он скрупулезно собирает информацию о том, как расстаются люди. Для него не имеет значения, кто, когда и с кем разводился. Для него имеет значение - ПОЧЕМУ! Я не знаю, зачем ему это нужно. Диссертация Абраму Семеновичу (Раме, как мы его называли за глаза) уже была не нужна. Это действительно именно хобби.
  Рама прекрасно знал интимные подробности, почему развелся с одной из жен (я не сильна в истории, потому не уточняю, с которой именно) английский Генрих VIII. Наполеон. Петр Первый. Принцесса Диана. Харатьян... Да мало ли! Неважно. Главное - у него досье по части разводов на огромное число знаменитостей всех времен и народов. Именно по части разводов.
  По части поводов для разрушений семей большего энциклопедиста трудно найти.
  ...Абрам Семенович узнал меня сразу. Поцеловал в щеку синими липкими губами, пригласил на кухню. Объяснил, что у него ночуют дети, потому не приглашает в гостиную...
  - Абрам Семенович, я к вам пришла...
  - Я об этом уже догадался. А если вы мне скажете, что любите меня с детского сада и хотите разделить со мной старость... и так далее, я вам не поверю, - искренне рассмеялся Рама. - Равно как и тому, что вы моя тетя, приехали из Киева и хотите у меня жить.
  Я была ему благодарна за то, что он сразу расставил все по местам: я пришла по делу. И сочла нужным подлить ему масла в елей - шучу, конечно.
   - Абрам Семенович, я пришла к вам как к самому опытному бабнику в сфере моего окружения.
  Смеяться он не умел. Он меленько хихикал, в уголках сиреневых губ скапливалась неприятная белесая пена.
  - Я - бабник?.. Да я... Впрочем, не вам же рассказывать... Милая Иришка, что вас привело к старому бабнику?
  - Абрам Семенович, просветите меня вот по какому вопросу. По каким признакам можно определить неверность супруга или супруги?
  Собеседник внимательно посмотрел на меня. И я поняла, насколько двусмысленно прозвучал вопрос.
  И теперь уже рассмеялась сама. Надеюсь, что смеяться я умела красивее, чем он.
  - Милый Абрам Семенович! Вы не поняли, а я сморозила глупость... Я... Вы же знаете, где я служу... Так вот, я провожу расследование в связи с чрезвычайным происшествием, которое произошло с одним из наших сотрудников. А у него, надо признать, были в этом вопросе...
  Я прищелкнула пальцами. Получилось громко. Никогда не получалось громко. А тут получилось...
  Ревность!..
  - Понимаю, понимаю...
  Абрам Семенович уселся в кресло, закинул ногу на ногу, покачал стоптанным шлепанцем.
  - Вы, милая Ириша, поставили меня в тупик. Если бы вы попросили подготовиться, я бы что-то стройнее... А так... К любому серьезному вопросу необходимо готовиться...
  Рама явно был в замешательстве. Я поняла, что ему необходимо прийти на помощь.
  - Абрам Семенович, давайте будем говорить попросту, - я попыталась изобразить из себя самое воплощение искренности. - Мне не нужна монография. Расскажите, что вы знаете по этому вопросу. Как будто с другом сплетничаете... - попыталась пошутить я.
  На плоскую шутку Рама не отреагировал. Он уже думал по поводу вопроса. Даже глаза его куда-то уехали.
   - Что я знаю... Я много чего знаю... Ну что ж, попробую... Только за сумбур не обессудь.
  Потом мы пили чай. И Рама говорил. Не всегда стройно, не всегда последовательно. Не всегда логично.
  Впрочем, это понятно. Он действительно не был готов к разговору.
  - Ириша, если вы действительно интересуетесь вопросом только по службе...
  - Исключительно по службе, - наверное, мой ответ прозвучал несколько поспешнее, чем было нужно.
  - Так вот, в этом случае я буду говорить без обиняков... Или без обинякей - как правильно?
  - Без обиняковостей, - засмеялась я. - Хотя возможны и другие варианты.
  - Трусики или бюстгальтеры в кармане, засосы или губную помаду мы оставим в стороне, - чувствовалось, что Рама уже въехал в тему и пытается оседлать любимого конька. - По этим признакам любая дура или любой дурак все поймет... Да и вообще, это все больше из области анекдотов. В жизни подобные проколы случаются редко. Разве что засосы... - хихикнул он, вроде бы как с вспомнив что-то. - А вот косвенные признаки...
  В коридоре кто-то прошлепал тапками.
  - Ваша супруга ничего... Что я с вами...
  В лице Абрама Семеновича ничего не изменилось.
  - Я уже сколько лет как вдовец...
  - Извините... - стушевалась я.
  - Ничего. Так что я, как вы понимаете, сейчас выгодный жених.
  Он попытался усмехнуться. Получилось неискренне. Наверное, до сих пор переживает, - подумала я.
  - Знаете, Ирина, в этом отношении существует какое-то противоречие... Или нелогичность...
  Чувствовалось, что Абрам Семенович говорит сейчас искренне, от души, о наболевшем, без привычной назидательности.
  - Мужчины должны уходить из жизни раньше. Жены должны умирать в глубокой старости, а мужья - рано.
  - Почему?
  - Как вам сказать... Помягче, но откровенно... Специфика организма мужчины и женщины разные. Вы, женщины, даже когда перестаете быть женщинами, по-прежнему можете оставаться... Как бы сказать... По-прежнему можете удовлетворять мужа. А мы... Понимаете, я все еще, - он смущенно улыбнулся, - могу быть мужчиной. Но кому я нужен?
  Абрам Семенович ладонями обвел себя. Что и говорить, вид у него был далек от презентабельности. Редкие, липкие, в перхоти, волосы. Нездоровая кожа. Рыхлое тело... Неухоженный какой-то.
  - Ну, какие-то варианты могут быть... - пролепетала я.
  И тут же поняла, что ляпнула глупость.
  - Какие? Найти вдовушку моих же лет? Да зачем она мне нужна, клюшка старая? - хмыкнул Абрам Семенович, показывая, что он пошутил. - У меня и своих болячек хватает... А молодая...
   На несколько мгновений зависла пауза.
  - Так что вас интересует? Приметы измены? - несколько преувеличенно бодро заговорил Рама. - Слушайте!
  Он помолчал. Похоже, уже овладел собой и заговорил.
  - Ириша, я много лет занимаюсь этим вопросом. Главнейший из выводов, который сделал - что здесь нет универсального критерия. Каждый попадается по-разному. Как писал украинский философ Григорий Сковорода, "каждому городу свой ум-голова, каждый по-своему сходит с ума"... Вот пример. К вам в гости приходят гости. Ваш муж нежно обнимает и целует гостью - вашу подругу или жену приятеля. О чем это говорит? Да ни о чем! Быть может, они и в самом деле любовники, а быть может, просто испытывают друг к другу симпатию. Или просто это шутка у них такая - вас подразнить... Я это к чему - что делается на людях, демонстративно, ни о чем не говорит. Ваш муж к кому-то в вашем присутствии обращается к кому-то "Светик", "Любаша", "Маргаритка", еще как-то... Все это ерунда. Это ни о чем не говорит. Подставляются иначе.
  Рама отхлебнул чаю. Поднялся, направился было к двери. Потом остановился, махнул рукой.
  - Ладно, не буду доставать досье, вам это ни к чему... Слишком большое... На словах.
  Он уселся. Глаза блестели - он таки оседлал любимого конька.
  - Если любовники заботятся о своей безопасности, подставляются они редко. Но стопроцентно гарантировать эту безопасность невозможно.
  Мой наставник отхлебнул чайку.
  - Вот реальный пример. В общежитии проживали мужчина и женщина, которые друг другу симпатизировали. Ну, понятно, что там проживало больше людей, но речь об этой паре. Со временем они стали любовниками. Они оба пеклись о том, чтобы об их интимных взаимоотношениях не узнали посторонние. И тем не менее они подставились. Знаете же, как в общежитии, все ходят, скажем так, не в бальных платьях. В халатиках... И вот сидит наша героиня в своей комнате с подругой, разговаривают. Опять же, в общежитии все заходят друг к другу запросто - стукнул в дверь и вошел. И вот входит некий мужчина в комнату - наша героиня механически поправляет халатик на груди и на бедрах. А потом входит наш герой - героиня взглянула на него и рука у нее не дернулась ни к вырезу халата, ни к его полам на бедрах... На следующий день вся общага знала, что они любовники.
  - От подруги?
  - От нее. Сообразила, что раз не прикрывается, значит, уже состоялось.
  Интересно, а я бы обратила внимание на такую мелочь? Наверное, обратила бы, если бы питала к мужчине какие-то чувства. Хотя бы похоть.
  - Должен сказать, что женщины в этом вопросе менее порядочные существа, чем мужчины, - усмехнулся Абрам Семенович. - Уж не сочти за мужской шовинизм... Наверное, женщины более ревнивы... Нет, не так, женщины подспудно как будто бы признают за мужчиной "право налево". А в каждой женщине видят соперницу по обладанию этим правом... Не знаю, точно ли я выражаюсь... Но мужчина намного реже сообщает жене друга о неверности ее мужа. А женщина... Женщина подругу может заложить запросто.
  - Любопытно... - данный аспект проблемы меня задевал. - А еще?
  - Еще? Пожалуйста. Муж с женой встречаются после некоторой разлуки. Он или она были в отпуске, или в командировке... Неважно. Главное - встречаются. И тут муж или жена под тем или иным предлогом несколько дней уклоняются от интимной близости. Значит, он или она имели какой-то контакт, причем, случайный, когда виновный боится, что у этого случайного партнера можно подцепить какую-нибудь заразу.
  Та-ак! Мой супруг как-то приехал из командировки и пьяным бухнулся спать. А потом еще два дня приходил домой поддатый. Естественно, я его к своему телу не подпускала. А потом вдруг вернулся вечером довольный такой, веселый, с цветами, с шампанским... И все у нас было замечательно в тот вечер.
  Любопытно, это просто совпадение такое или же и в самом деле у него там был какой-то "контакт"?..
  - Но бывает и обратная сторона, - надеюсь, Рама не заметил, как я напряглась. - Так могут подставляться только женщины... Когда женщина согрешила и не уверена, что у нее не будет последствий. Муж приезжает и женщина тут же бросается под него. Ну, не предохраняясь, хотя у нее опасный период. Это стопроцентная гарантия, что у нее что-то было. Опасаясь, что она могла, использую ваш жаргон, "залететь", она подставляется мужу. Потом, если и в самом деле у нее что-то зародилось, она делает законный аборт от мужа и его же обвиняет в неосторожности...
  А я ведь и в самом деле поступила именно так, когда случилось с тем, в вагоне... Имени которого не помню. Приехала и первым делом подлезла под мужа. Традиционно. Чтобы впрыснул...
  Ох, Рама, ох, старый бабник!. Сколько ж у тебя таких историй?!. В досье, имею в виду. Или не только в досье?..
  - Знаешь, Ириша, хочу тебе сказать по старой дружбе - как-то очень уж ровно проговорил Абрам Семенович. - Ты красивая... Нет, не столько красивая... В общем, ты из тех женщин, в которых влюбляются... Или хотят уложить в постель... В общем, надеюсь, ты поняла. Хочу тебе рассказать еще одну историю. Тоже реальную. В какой-то степени я был к ней причастен... Но это неважно. Она много объясняет, эта история.
  Некогда давным-давно некий красивый молодой человек женился на столь же молодой и еще более красивой девушке. Разница была в том, что он ее любил искренне и по уши. А она его - так себе, умом, понимая, что это прекрасная партия.
  Как-то муж приходит домой, а у них в гостях сидит красивая (а кто же некрасив в 25 лет?) женщина. Оказалось - подруга жены. И тут жена сообщает: Я, мол, должна на работу, а вы тут, мол, оставайтесь. Жена ушла, а подруга ее говорит, что не мешало бы, мол, обмыть знакомство... Выпили, поцеловались, ну и понеслось. Короче, жена их застукала. Конечно, скандал! Я тебе отмщу!... К слову, отомстила, и неоднократно, и так, что у него из-за нее серьезные проблемы по службу были... Проходит много лет. Наша героиня с той своей подругой дружит по-прежнему, что несколько удивляет нашего героя.
  Ну а дальше - как в дешевой книжке! Много лет спустя подруга приглашает нашу пару на какое-то торжество - день рожденья, например. А там присутствует некая женщина, которую мы окрестим для удобства подругой Љ2. Она подсовывает свой номер телефона нашему герою - не забываем, что он был достаточно привлекательным. Хорошо это или плохо, но очень скоро они оказываются в одной постели. И тут эта подруга Љ2 рассказывает нашему герою такую историю. Оказывается, в стародавние годы, когда наш герой смотрел на свою жену как на святое существо, у нее уже был любовник. Она боялась, что об этом узнает муж - городок, где они тогда жили, был маленький. И тогда она решила обезопаситься - попросила... Намекнула... Дала понять... В общем, сделала так, чтобы ее подруга (Љ1) соблазнила мужа. Да так, чтобы она застукала.
  А цель - устроить скандал, обвинить мужа, и мстить - мстить ему!... И ведь добилась своего! А муж... Он так и остался уверен, что виноват в происшедшем. И жену потому прощал, что считал себя изначально виноватым...
  - И это один из пунктов, Иришка, который позволяет мне сказать, что вы, женщины, непорядочнее мужчин, - бледно улыбнулся Рама.
  ...В коридоре опять кто-то прошаркал шлепанцами. Раздался какой-то негромкий говорок, словно кто-то спорил.
  Рама напрягся.
  - Извините, Ириша, - смущенно сказал он. - У меня тут свои проблемы...
  Я поняла.
  - Спасибо, вам, Абрам Семенович, - сказал я. - Если будет необходимость...
  - Да какие разговоры! - мне показалось, что он произнес эти слова вполне искренне. - Заходите всегда. А сейчас извините...
  
  18.
  Вечером я достала с антресолей свои институтские конспекты. Они там уже столько лет покоились в коробке и, наверное, уже не надеялись, что могут хоть кому-нибудь понадобиться. По окончании института я их хотела тут же попросту выбросить, да муж не разрешил. Мало ли, сказал, пусть лежат, каши не просят. Вдруг когда понадобятся... До сих пор они мне не пригодились ни разу. А вот теперь...
  Разложила толстые, простые, еще советских времен, в коленкоровом переплете, тетради на столе.
  Математика... Вот спрашивается: зачем преподавать в стопроцентно гуманитарном вузе производные и логарифмы? Я их и тогда не понимала, а теперь вообще не могу себе представить, зачем они нужны и с чем их едят, эти производные и логарифмы... А вот тут наоборот - конспекты по русскому языку, по литературе... Ведь насколько у нас молодежь сейчас безграмотная - ужас! Дочку нашу глупой не назовешь, а как напишет что-нибудь!.. Сейчас школьники и студенты английский знают лучше, чем родной язык. Разве ж это правильно? В школе преподавание русского языка вообще свели к минимуму, а спрос за безграмотность - нулевой. Родной язык человек обязан знать, а потому и преподавание его необходимо возвести в ранг государственный. С первого по одиннадцатый класс, каждый год - обязательный экзамен, при выпуске из каждого учебного заведения - государственный экзамен по русскому! А в педагогическом - еще риторику нужно ввести, чтобы учителя хоть говорили правильно...
  Я перебирала старые тетрадки, и на меня словно дохнуло чем-то давним, полузабытым... Эх, годы студенческие, как вас забыть? Я была домашней девочкой, и то вспоминается. А что сказать об общежитии?..
  Впрочем, не о том речь.
  Вот что мне сейчас нужно. Конспекты по сексологии и сексопатологии. Курс этот у нас был коротенький - в самом деле, не медицинский же вуз, лекции регулярно прерывались глупыми репликами, которые нам казались ужасно смешными, да сальными смешками. Студенткой я была не ахти какой аккуратной, так что и конспекты особой полнотой не отличаются. К тому же данному предмету я никогда не уделяла особого значения. Зачем, в самом деле? Мы-то ведь про это дело все и без лекций прекрасно знаем! - так зачем же изучать? К тому же, кто ж мог подумать, что придется копаться в этих интимных делах?
  Я начала листать исписанные некогда страницы. Где-то взгляд цеплялся за какую-то интересную мысль, а где-то просто скользил по торопливым строчкам.
  "О нетрадиционных формах секса говорится еще в Библии: Иосиф (гомосексуализм), Давид (тоже), Авраам (альфонс и сутенер, собственную жену подкладывал под нужных людей) и Сарра (проституция), Лот (кровосмешение с собственными дочерьми)... Знаменитая поэтесса-гречанка Сафо, в которую были влюблены едва ли не все поэты-современники, с острова Лесбос писала о женской однополой любви. До сего дня дошла книга знаменитого римского писателя и политического деятеля эпохи Нерона Петрония "Сатирикон" - она вся максимально насыщена описанием половых извращений. Вывод: определенной (некоторой? значительной?) части человечества присущи сексуальные отклонения от общепринятых норм морали. Вопрос: что в сексуальном вопросе считать общепринятыми нормами морали? Что можно считать критерием: позу, количество партнеров, одно- или разнополость партнеров, негенетальные формы секса?.. Что из этого ряда считать действительно общепринятыми нормами? Или как раз то, что считается отклонениями, и является нормой?.. Вот этим вопросам и будет посвящен раздел нашего предмета, который мы сегодня начинаем разбирать".
  Потом - торопливая приписка.
  "Оказывается, 300 спартанцев, что в Фермопилах погибли, тоже из "голубых". В Спарте это было нормальным явлением. И когда они стояли против огромной армии, это обстоятельство способствовало стойкости - ведь они были друг другу мужьями... Или женами? Или мужеженами?.. В самом деле, как тут врагу свой тыл покажешь?..".
  На следующей странице - развитие темы.
  "Что лежит в основе нетрадиционных форм секса? Изначальная предрасположенность или половая распущенность? Или же в каждом человеке имеется оба начала - мужское и женское, и все зависит, получит ли это начало противоположного пола дополнительный импульс для его развития?.. Это тема для позднейшего рассмотрения. А пока - результаты анонимного анкетирования. Оказывается, что абсолютное большинство женщин, позволивших себе с партнерами-мужчинами формы секса, считающиеся нетрадиционными (например, анальный или оральный), в дальнейшем более или менее часто позволяют себе данные отклонения от общепринятой нормы, причем, получая от этого дополнительное удовольствие. Следовательно, барьер стоит не физиологический, не подсознательный, а именно традиционно воспитанный. Единожды переступив психологический запрет, женщина без данных отклонений уже не может".
  Помню, я тогда усмехнулась. Потому что уже позволила себе оба названных преподавателем отклонения, а вот традиционного секса еще не испытала. И в тот момент мне захотелось именно отклонений - а не испытать традиционного. В следующее же мгновение вдруг подумалось: а вдруг я так привыкла к этому, что теперь не смогу получать удовольствие как раз от общепринятого, изначального, природного проникновения в меня мужского естества?..
  А потом шла запись, о которой нужно сказать особо. Я вдруг вспомнила ситуацию, при которой ее сделала. Зацепившись мыслью за какую-то фразу преподавателя, я отвлеклась от лекции и начала записывать то, о чем подумала сама. Незадолго до этого я прочитала замечательную повесть Стругацких "За миллиард лет до конца света". И тут вдруг...
  "Общеизвестно, что половые извращения присущи в первую очередь людям интеллектуального труда. На заводах или животноводческих фермах гомосеков не встретишь... Вывод: склонность к половым излишествам повышается с ростом интеллекта. Так ли это? Стругацкие пишут, что мирозданье защищается от человечества тем, что напускает на выдающихся людей всяческие напасти, ибо это самое мирозданье боится, что выдающиеся люди смогут его, мирозданье, изменить. Понятно, что это литературный вымысел. Ну а если допустить, что мирозданье и в самом деле может действовать разумно, избирательно и целенаправленно? Тогда выстраивается вполне разумная цепочка.
  Итак. Человек как биологическое существо приносит Земле одно горе. Парниковый эффект, груды мусора, "где была гора высокая сейчас яма глубокая"... А тут еще угроза ядерной войны! Мирозданье вынуждено защищаться - как мы сами защищаемся от вшей или тараканов. Но ведь главная беда для мирозданья идет не от простого работяги, а от интеллектуалов! Между тем интеллект - штука наследственная. Вот и придумало мирозданье как защищаться от своего главного врага - человека интеллектуального. Ведь в результате половых извращений детей не бывает. Следовательно, половые извращения - это защитная реакция мирозданья не от человека как такового, а от интеллекта!"
  Я даже засмеялась, прочитав записи своих мыслей двадцатилетней давности... (Двадцать лет? Ужас-то какой! Это ж надо, как быстро время летит... Это ж надо, какая я, оказывается, старая...). Какие мы в молодости умные! А потом с годами приходит мудрость. Я, например, чем дальше, тем больше убеждаюсь, что какой-то единой истины не существует вовсе. Существует некий факт, а оценка его - субъективное дело каждого.
  Вот пример. Бабка у метро продает цветы. Ее гоняет милиционер. Просто факт. А сколько вокруг истин?.. Бабка живет на пенсию, которой катастрофически не хватает, вот и торгует цветочками, выращенными в собственном палисаднике. Милиционеру, по большому счету, плевать на бабку и ее цветы, но у него приказ эту бабку прогнать. Простому человеку, которому нужны цветы, эта бабка симпатична, потому что у нее цветы свои, русские, а не заморские, пахнут цветами, а не химикатами-консервантами, и - главное! - дешевле, чем в расположенном рядом ларьке, где выставлены заморские розы. А скучающая деваха из того же цветочного ларька, деваха без единой мысли на лбу, эту бабку ненавидит, потому что она для нее, девахи, конкурент. Для голландца, который выращивает эти розы в своих Нидерландах, эта бабка тоже конкурент, ибо сбивает цену на красивый, но очень скоропортящийся товар. Для мэрии бабка тоже враг, потому что тот самый неведомый голландец платит налог, а бабка - нет. Для уборщицы-дворничихи, которая тут машет веником, бабка тоже враг, ибо после нее остается мусор, а владелец ларька ей, дворничихе, за уборку платит... И эту цепочку можно продолжать до бесконечности. Получается, что сей факт интересен только двоим: самой бабке и простому человеку - для всех остальных бабка является врагом. Вот и получается: факт один, а истин вокруг него - сколько угодно.
  К чему это я? Шут его знает, просто мысль не туда занесло.
  Что у нас там дальше?
  "В истории человечества простые пахари, как правило, не запечатлены. А люди, которых принято называть выдающимися, очень часто оказываются именно гомосексуалистами (у меня в конспекте тут стояло другое слово, ну да только это мой конспект - как хочу, так и цитирую). Вот лишь несколько общеизвестных имен великих, которые грешили нетрадиционным сексом: Платон, Цезарь, Ричард - Львиное сердце, наши Иван Грозный и Петр Первый, Чайковский, Джордж Вашингтон... Прямо по Библии: имя им - легион!"
  А вот еще, это уже ближе к тому делу, которым я сейчас занимаюсь.
  "Почему человек изменяет (опять у меня было другое слово. Хорошо, что дочка не заглядывает в мои конспекты и не подозревает, какие слова знала ее мама в столь юные годы...)? Семейные неурядицы - предлог. У человека есть (или нету) изначальная предрасположенность к гульбе (опять редактирую текст)".
  Что же получается, что и я тоже подвержена этому греху? Значит, те случаи, которые у меня происходили, это не случайность, а закономерность? Соответственно, и у мужа, с той же стервой - это тоже закономерность?
  Выходит, что человек таки изначально создан не для моногамной семьи? Нам изначально мало одного-единственного? Но если признать такой постулат, можно договориться вообще черт знает до чего!
  Хотела бы я жить в гареме, быть одной из жен? Ни в коем случае! Я хочу, чтобы у меня был единый муж и чтобы он был мне верен. А я сама? Хотела бы я, чтобы у меня несколько мужей? Какая глупость! Ни в коем случае!.. Не лги себе, - сказала я сама себе. Если бы у меня был мой муж... И Игорь.
  Я почувствовала, что краснею. Ведь хотела бы. Право же, не отказалась бы. Потому что они оба - мужчины. Разные. Но - мужики! Чтобы сегодня один - завтра другой...
  А если вместе?
  Вдруг вспомнилось, о чем говорил сегодня на работе мой коллега Сергей. Он сказал, что мечтает о "групповухе". А вот честно, самой себе: я хотела бы этого же? Чтобы муж и Игорь - вместе?.. Стыдно признаться - мне вдруг жутко этого захотелось. В животе вдруг стало горячо, сладостно сжалось... Я не знаю, как это делается - втроем, никогда не было. Ведь толкаться будут, пристраиваясь, чтобы не мешать друг другу... Не представляю. Но - захотелось!
  Интересно, а мужу моему такого же хочется? Не знаю. Но допустим, что да. Только, скорее, он предпочел бы двух женщин - не второго же мужчину ко мне подпускать!.. Любопытно: кого бы он хотел рядом со мной уложить вторую? Не ту же подругу-стерву - судя по всему, у них после того скандала больше ничего не было... А может, у него уже есть в этом деле опыт?..
  В душе у меня всколыхнулась волна ревности. С тем случаем я уже смирилась - попались, так попались, все мужики кобели... Да и подруга всегда "на передок" слаба была. А муж у меня - тьфу-тьфу-тьфу! - мужчина видный, мозги кому угодно запудрит. Да и сама я не святая... Но как допустила, что он с двумя... Господи, да что ж за гадость такая - ревность?!
  Ладно, попытаемся уйти от личного. Нет, не так, от личного не уйти. Просто попытаюсь проанализировать личное по возможности без эмоций.
  Получается, что среднестатистическому человеку (почему я себя и мужа не могу причислить к среднестатистическим?) одного партнера в постели изначально мало. Следовательно, человек изначально предрасположен к тому, чтобы иметь связи на стороне. Однако нам неприятно знать, что это же свойство присуще и супругу (супруге). Выход? Нет выхода!
  Или есть?
  Память вдруг вспучилась целой гроздью историй, которые я слышала в разные времена. И еще... Впрочем, об этом потом. Потому что в первое мгновение меня опять бросило в пот от мысли, которая пришла мне в голову.
  
  19.
  Истории... Почему именно этот блок воспоминаний всплыл и спрессовался в памяти в данный момент? Элемент случайности в них, несомненно, присутствует. Только закономерности, кажется, больше.
  Все истории подлинные, произошли с людьми, которых я знала, а кого-то знаю и сегодня.
  Вот только кто бы сказал, почему они сложились вдруг в единый блок?
  Вот одна из них. Дело было давно, еще когда никто и помыслить не мог, что Советский Союз в результате беловежского банкета рассыплется, подобно карточному домику.
   Под Минском есть небольшой населенный пункт Марьина горка. Там раньше стояла танковая дивизия. И служил в той дивизии некий офицер, даже имени которого я не знаю. У него была, как и полагается, жена - молодая и красивая; она-то много лет спустя и поведала мне эту историю. Как-то приходит тот неведомый мне офицер в обед домой и говорит, что какой-то его сослуживец приболел и вместо него нужно заступить в наряд. Дело военное: в наряд, так в наряд. А жене зачем-то нужно было заглянуть к соседке. Та и говорит: мол, давай, раз так сложилось, воспользуемся ситуацией и сегодня гульнем, а то, мол, ты еще ни разу от мужа никуда на сторону хвостом не крутила. Эта моя подруга возвращается домой и говорит мужу: коль ты в наряд, я съезжу к маме, помогу ей картошку копать... На том и порешили.
  Вечером обе подруги расфуфырились и поехали в городок Пуховичи, в привокзальный ресторанчик. Заняли вдвоем столик, чтобы им никто не мешал, а мужчины, которые приглянутся, могли бы подсесть. Только заказали шампанское, наша героиня видит, как ее подруга сползает со стула и разве что не лезет под стол. Оборачивается - к их столику направляется ее муж с другом. Подсаживаются, как ни в чем ни бывало, заказывают водки... Потом муж наклоняется к ней и спрашивает: ну как, мол, ручки не болят от лопаты? Она ему в ответ: а у тебя пистолет кобуру не оттягивает? Он отвечает: у меня-то все оправданно - офицер, которого я подменял, вышел-таки на дежурство...
  - Ну и что он тебе дома устроил? - спросила я эту подругу, когда она рассказала мне эту историю.
  - Ничего, - с откровенной бабьей тоской ответила она. - Он у меня умный был...
  Ее муж вскоре после того случая нелепо погиб - ехал на броне танка, а тот перевернулся... Так и осталась подруга одинокой матерью, да к тому же без квартиры. Пришлось с дочкой к матери в Ташкент возвращаться. Проституцией подрабатывала, хотя ее, проституции, в советские времена в стране не было.
  Все та же серия - врожденная предрасположенность женщины к супружеской измене. К слову: в том, что муж пришел в ресторан именно выпить, а не "снять" женщину, воспользовавшись отсутствием жены, подруга не сомневалась. Я, случись мужа застукать в мое отсутствие в ресторане, такое бы ему устроила!.. Впрочем, не о том я сейчас. Да и времена нынче не те... Можно сколько угодного обвинять соседку, которая склонила подругу к супружеской неверности, но если бы у той не было к этому склонности, никакая сила не принудила бы ее к такому шагу. Не так?
  Другая история. У молодой семейной пары собрались гости. Выпивка, танцы, веселье. Вдруг муж замечает, что в квартире отсутствуют трое: его собственная жена, ее близкая подруга, известная на всю округу своими (скажем так) любовными похождениями, и один из гостей, мужчина южных кровей, баснословно (по советским временам) богатый, владелец автомобиля и вожделевший (об этом знали все) жену хозяина. Отсутствовали они часа три. Потом появились - но без любвеобильной подруги. Оказалось, что они отвозили ее домой. А там ехать-то - десять минут в один конец...
  - А почему так долго? - бешенство мужа можно понять.
  - Потому что мы трахались! - пьяная жена употребила другое слово.
  Муж влепил ей пощечину. И она ушла - с тем же богатеньким мужчиной. Вернулась утром.
  Самое странное, что они после этого не развелись. Вот тут я мужчину не понимаю. Такое простить... К слову, это не единственный случай, когда он доподлинно знал о том, что его рога прирастают все новыми отростками. Она ему такие сюрпризы преподносила!.. Прощал. Что это - любовь? Или нежелание развода? Или дети? Или квартирный вопрос, который испортил не только москвичей, но и жителей других городов России?.. Признаться, я не понимаю их взаимоотношений, хотя и знаю немало лет.
  Есть и обратный пример. Супружеская пара. Практически ровесники - однако она выглядит куда моложе и эффектнее его. Как бы это сказать... Она моложавая женщина - он стареющий мужчина. Короче, я бы ему не отдалась ни при каких обстоятельствах. Впрочем, я опять отвлеклась... Завел он любовницу. Я ее видела. По сравнению с красавицей женой... Да там и близко никаких сравнений с женой быть не может. Ну, завел так и завел - дело житейское. Так ведь об этом не только все мы знали - он и жене о своей подруге рассказывал! Домой ввел - именно как свою любовницу. Еще и рассказывал, что мечтает уложить их вместе в постель - жену и любовницу. Уж не знаю, как к такой перспективе относилась любовница, но только жена никак на такое совместное действо не соглашалась.
  Интересно, а как бы я отнеслась к подобному предложению со стороны мужа? Или со стороны Игоря?.. Без вариантов - не при каких условиях. Мужу женилку бы оторвала. Игорю... Нет, Игорь такого не предложил бы. Муж, впрочем, тоже. А тот мужчина, о котором идет речь, предложил... Значит, допускал, что жена может согласиться? И она ему женилку не оторвала. Ревновала страшно, но мирилась. Почему? Любовь? Нежелание развода? Дети? Квартирный вопрос?.. Как шутит мой супруг, "душая чужа - потемки".
  И тут в памяти всплыла еще одна история. И только теперь я поняла, что меня смущало все время, пока я копалась во всех этих историях с сомнительным душком.
  Есть у нас друзья. Супружеская пара, живут в нашем же подъезде. Все праздники отмечаем, как правило, вместе. Приятные симпатичные люди, со своими, конечно, заморочками - так ведь у кого их нету? Он откровенно симпатизирует мне, что не может не нравиться, муж целует ее при встрече нежнее, чем других женщин, что мне уже никак не может нравиться. Так вот сосед уже не раз вроде как в шутку... Вернее, подчеркнуто делает вид, что в шутку... Так вот сосед уже не раз после дружеских посиделок с возлияниями намекал, что, мол, не мешало бы познакомиться еще более тесно. Откровенно говоря, до сих пор я была уверена, что это просто неуклюжая шутка. А теперь...
  Передо мной лежал открытый конспект. Открытый на странице, где были записаны слова, о которых я напрочь забыла. Забыла, потому что еще тогда, в институте не придавала им значения. Никогда не думала, что могу задуматься о них.
  "Достаточно распространена ситуация, когда две супружеские пары после вечеринки начинают заниматься сексом и меняются партнерами. С точки зрения морали это, конечно, осуждаемо. Даже люди, которые допускали такое, громогласно будут осуждать такой "обмен" как разврат. Однако результаты анонимных опросов свидетельствуют, что примерно половина опрошенных пар хотя бы раз допускали подобные случаи. Любопытно то обстоятельство, что в ряде случаев супруги отвечали на этот вопрос по-разному: один из супругов признавался, другой отрицал факт обмена партнерами. Это обстоятельство также свидетельствует, что люди осознают негативное отношение общества к данному факту. В то же время люди, хоть единожды практиковавшие подобный "обмен", как правило, допускают вероятность повторения его, тогда как ни разу не совершавшие данного действа, обычно отрицают вероятность его в перспективе. Очевидно, речь идет все о том же психологическом барьере, который трудно преодолеть в первый раз.
  Между тем нельзя не признать, что с точки зрения психологии и сексологии у подобной практики имеется целый ряд положительных моментов. Дружеская пирушка, две семейные пары. Выпили, потанцевали, захотелось секса. Если такое происходит вне семейного круга, появляется вероятность того, что называется "случайный контакт". А это - вероятность огласки и, как следствие, семейный скандал, возможность болезни, опасность нарваться на маньяка или бандитов. В семейном деле - все проще. Оба супруга одновременно изменяют друг другу. Соответственно, никаких взаимных претензий. И новые впечатления, и никакого риска".
  Помнится, в свое время меня просто покоробила сама по себе подобная постановка вопроса. Это что же, мой муж (будущий - я тогда замужем еще не была) уступает меня соседу, чтобы рядом трахать соседку?! Где ж это видано!
  Но это тогда. А сейчас?
  Хотела бы я, чтобы подобное произошло у нас с мужем и с соседской семейной парой? У меня с тем соседом ничего не было. Хотя его масляные глазки - что тут говорить! - волнуют. Да и кого не волнует, когда на тебя смотрят вожделеюще уже не один год?.. Вот и вопрос: при таком раскладе... Могла бы я заниматься с ним сексом? Зная, что мой муж в то же время занимается тем же с соседкой - рядом в постели или в соседней комнате, через стенку?.. Сразу и не ответить.
  Тогда иначе: как бы я отреагировала на то, что мой муж занимается с Валентиной Колокуцкой, в то время, как я бы занималась с Игорем? Да никаких проблем! Тем более, что она вообще латентная лесбиянка, так что и удовольствия никакого моему благоверному не смогла бы доставить. А уж я бы с Игорем...
  Значит, речь тут идет не о морали, а о персоналиях? Значит, в принципе я согласна на такой шаг - только смотря с кем... Не дай бог, муж узнает, какие мысли сейчас бродят в моей прелестной головке... Не отвлекайся, одернула я сама себя, я сейчас просто пытаюсь найти мотив происшедшего. Ага, - ерничал внутренний голос, - как же, как же, понимаем...
  Ну хорошо, с Игорем понятно. Но вернемся к соседской ситуации. Итак, тогда, на майские праздники, в лесу на шашлыках, когда сосед смотрел на меня масляными глазками и практически открыто говорил, что хочет меня и согласен на время уступить свою жену моему мужу... Муж молчал. И соседка молчала. Возражала только я. Но ведь тогда получается, что только я одна была против подобного поворота событий! Вот те на! Оказывается, памятуя поговорку, что молчание - знак согласия, и муж, и соседка были за! Значит, мой муж был согласен на то, чтобы я перепихнулась с соседом, но при условии, что сам в это время будет трахать соседку!
  Ну, кобель, я тебе я покажу. Нашел, на кого хотелку поднимать! Да ты посмотри на нее и на меня! Она же старше меня, расплылась, у нее ведь и фигуры-то уже сколько лет нету! А я еще - хоть куда...
  Стоп, опять меня не туда понесло. Речь не о конкретике, а о принципе.
  Итак, почему я возражала? Выпили мы все тогда преизрядно, к тому же на природе... Прямо говоря, помнится, мне тогда мужчину хотелось. Мужа или не мужа - неважно... И если бы не мой муж и его жена, быть может, я бы соседу отдалась. И плевать мне было бы, если бы вдруг узнала, что мой муж то же самое делает с соседкой.
  Выходит, все упирается все в то же: так принято или так не принято. Выходит, что тот забытый уже преподаватель в институте, читавший эту лекцию, был не так уж неправ. Или даже был абсолютно прав: у такой "соседской" измены есть свои плюсы.
  Хорошо. И что мне это дает? Теперь, значит, во время очередной вечеринки я сама предложу соседу: давай, мол, так и быть, я согласна? Нет, конечно. Но если он опять будет намекать? Буду возражать? Конечно. Ибо это выходит за рамки моей морали. Морали... А желания?
  Уже в который раз категории "мораль" и "желание" вступают между собой в противоречие.
  Так, попытаемся еще с другой стороны. Муж меня удовлетворяет? Да. В целом, да. Пожалуй, да. Я мужа удовлетворяю? Несомненно. Во всяком случае, я в этом уверена. Когда мы занимаемся сексом, он не слышит от меня частицы "не". Я секс люблю и считаю, что в постели дозволено все, лишь бы оба были довольны. Другое дело, что я не всегда откликаюсь на желание мужа. Ну так ведь и меня можно понять! Тут так устаешь на работе, хочется просто телевизор посмотреть, а он со своими глупостями! А то еще дочка не спит... Ему же вдруг приспичило... Еще и обижается...
  Короче говоря, меня в общем и целом муж удовлетворяет. А почему же у меня иной раз возникает желание... В общем, возникает. Почему я не сопротивлялась, когда в постель ко мне залез муж Ленки-"челночницы"? Потому что была уверена, что никто об этом не узнает. Тогда мораль молчала - была уверена в безопасности. Как-то в поезде оказалась в купе вдвоем с мужчиной. Сейчас даже не помню, как его звали... Ночью все свершилось естественно и просто - потому что была уверенность, что никто ничего не узнает. Я видела, как мужа крутила ревность, когда он узнал, что я сутки ехала в купе наедине с мужиком - да ведь только никто ничего доказать не сможет. И опять мораль не возражала против дорожного приключения. Ну а с Игорем - то вообще отдельная песня. Любовь - не любовь, а чувства к нему я питала. Так что о морали тут и говорить не приходится.
  Впрочем... А что ж это во время разговора с Валентиной я так вспыхнула, когда она сказала, что знает о случае в автобусе? Вот тут мораль встрепенулась - потому что возникла вероятность разоблачения.
  Не помню, кто-то из моих знакомых сказал, что женщина в этих делах больше всего боится трех вещей: залететь, подцепить и огласки. Грубо и пошло. Но по сути-то верно!
  ...Что-то я вообще запуталась. Одно понятно: человеку как таковому свойственно стремление к полигамии, ему тесно в рамках семьи с одним партнером. И я не исключение. Я впервые в жизни отдала себе отчет, что я - шлюха. Не по поведению, а по самой своей внутренней, изначальной сути. Потому что я женщина, а женщины, как я теперь осознала, все шлюхи. "Каждый, кто не первый, тот у нас второй"...
  Мне едва ли не впервые в жизни стало стыдно перед своим мужем. Он, понятно, тоже не подарок. Но сколько же раз я его обманывала. И сколько он мне прощал. И сколько же гадостей он про меня еще не знает!
  Я закрыла тетрадь. Сегодня я устрою мужу ночку - он у меня завтра на работе спать будет, а не на чужие ножки и попки заглядываться! Сначала сделаю, как сама больше всего люблю, обнимая его сильные красивые ягодицы. А потом - как он больше любит... Не забыть, кстати, заранее приготовить вазелин...
  
  
  21.
  Это ж надо, Соболева!
  Куда ж гляделки-то у мужчин глядят! Ни рожи, ни кожи, ни сиськи, ни письки, и попка с кулачок. И вот это вот ничто, которое и женщиной-то трудно назвать, и является секс-бомбой конторы?! Что мужчины в ней нашли? И находят?
  Или тут все дело именно в безотказности? Скажем, кто-нибудь попытается подкатиться ко мне с предложением: давай, мол, в обеденный перерыв в кабинете... Да он у меня такого отгребет!.. Впрочем, никому и в голову не взбредет подходить ко мне с подобным. А Галка, судя по тому, что о ней говорят, всегда готова. Может, потому к ней мужчины и липнут?
  Что и говорить, всегда приятно, когда я вижу, что нравлюсь кому-то из мужчин... Даже не так, мне просто приятно, что я нравлюсь мужчинам как таковым. Мне льстят их взгляды (ласковые, оценивающие, вожделеющие, сальные, раздевающие, норовящие залезть под юбку, пытающиеся проскользнуть под кофточку, когда я наклоняюсь...), даже если они мне в данный момент и от данного человека неприятны, в целом такие взгляды женщине льстят. И тем не менее приставать ко мне решаются нечасто.
  Иной раз едешь в метро или в автобусе, смотришь, а там какой-нибудь мужчина соловьем разливается перед какой-нибудь женщиной. И мужчина нормальный, не пьяный, и женщина не из тех, которых на улице "снимают", просто случайные попутчики, а вот разговорились и видишь, что у них если не симпатия, то, по крайней мере, приятное общение. Ко мне не пристают. Наверное, вид у меня такой, что отпугивает мужиков.
  Так что же их тогда тянет к таким, как Галка?
  Я просто не могла удержаться от того, чтобы не поговорить с ней. И в то же время я представления не имела, о чем и как с ней строить беседу.
  Тем не менее, направилась к ней.
  Галину мой визит не удивил. Как сидела, так и осталась сидеть за своей конторкой. Рядом - гигантские стальные шкафы, в которых ровными рядами тянулись корочки папок-скоросшивателей. Сама она рядом с этими металлическими монстрами выглядела совсем незаметной мышкой - маленькая, востроносенькая, с реденькими гладко зачесанными волосенками неопределенного цвета... Разглядеть за конторкой ее ниже было невозможно, но я и так знала, что она плоская, костлявая, с узенькими бедрышками и худющими ножками, которые она тщетно пытается скрывать под длинной юбкой...
  - Привет, Галь! - сказала я небрежно. - Как дела?
  Она не ответила. Только кивнула на приветствие и чуть усмехнулась бледными губами. Светло-серые глаза глядели на меня выжидательно и настороженно между белесыми, неподведенными ресницами.
  Значит, ждала моего визита, - поняла я. Ну что ж, сменим тональность.
  - Поговорить нужно, Галя. Не против?
  - А если буду против - к себе вызовете? - спросила Галя. - Уж лучше здесь.
  Я повернула кресло-вертушку от соседнего столика и уселась в него. Опустила руку, потянула рычажок, опустила сиденье пониже. Небрежно закинула ногу на ногу, покачивая туфлей. Слегка потянулась, чтобы блузка на груди натянулась потуже... Да, подруженька, мне-то есть что показать!
  И ведь что интересно: понимала, что веду себя неправильно. Такой вызов мгновенно выставляет барьер между собеседницами, что она не будет, психологически не сможет быть со мной откровенной. А удержаться не могла. Потому что занозой сидела в мозгу мысль, что Игорь (красавец и умница Игорь Вячеславович) мог с ней иметь отношения!
  Чушь!..
  Чушь ли?
  Пауза затягивалась. Держать паузу - целое искусство. Пауза может или спровоцировать собеседника на какую-то выходку, либо вызвать его на откровенность.
  - Так я слушаю вас, Людмила Сергеевна, - напомнила о себе мышка.
  - Да вот не знаю, как и начать, - покачивая туфлей и в упор глядя на нее сквозь чуть дымчатые стекла очков, проговорила я. - Разговор у нас намечается, как бы это сказать, несколько выходящий за рамки морали...
  - Что вы говорите! - ее губы вновь слегка искривились в ухмылке. - Кто бы мог подумать!..
  Ерничает.
  - Послушай, Галя, - я опустила обе ноги на пол, чуть наклонилась в ее сторону. - У меня нет ни малейшего желания копаться в твоей личной жизни...
  - Вам за это деньги платят, - заметила она.
  - ...И уж подавно читать тебе нотации, - проигнорировала я ее реплику. - Только несколько вопросов - и я уйду к обоюдному нашему удовольствию. Хорошо?
  Она приподняла жиденькие бровки, собрав на лбу гармошку морщинок - давай, мол, куда от тебя денешься.
  - Я по поводу Игоря Вячеславовича... - я снова внимательно следила за ее глазами.
  Однако она и бровью не повела, и глазами не вильнула. Ответила спокойно, словно ожидала, что разговор пойдет именно об этом неприятном деле. Впрочем, что ж удивительного, что ожидала? Несмотря на то, что после происшествия прошло уже три дня, во всех кабинетах и курилках продолжали его обсуждать.
  - Насплетничали уже, кумушки, - ровным голосом констатировала Галя. - А что конкретно вас интересует?
  - То самое, о чем насплетничали, - уклонилась я от прямого ответа.
  И вдруг поймала себя на странном ощущении. Даже не смогла ему тут же дать определение.
  Я ощутила, что в глубине души мне хотелось бы узнать, что и с этой мышкой у Игоря тоже что-то было. Зачем мне это было нужно? В тот момент я не могла бы дать себе ответ на данный вопрос. Либо я хотела окончательно разочароваться в человеке, к которому еще три дня назад питала едва ли не нежность. Либо, совсем уж глупо, хотела узнать, что холодной красотке Крыске-Лариске он изменял с этой невзрачной мышкой. (Каламбур-то какой! Крыске - с мышкой!) Либо... Неужто в довершение ко всему у меня в душе сидит еще и готовый распуститься бутон мазохизма? Этого только еще не хватает!
  - Послушайте, Людмила Сергеевна, - не то чтобы решительно, но все же с некоторым напором в голосе проговорила Галина. - Было что у нас с Игорем Вячеславовичем или нет - это дело только наше с ним. Оно вас никаким боком не касается...
  Не касается... Если бы не касалось!
  - А теперь послушайте вы, - я тоже перешла на официальный тон. - Если слухи о вашей связи дошли до меня, значит, они не являются секретом и для остальных. И в свете происшедшего вам придется на мой вопрос отвечать. От вас зависит только одно: будете отвечать мне и сейчас, или всей комиссии, или еще кому-нибудь, скажем, нашему Николаю.
  Она на какое-то время задумалась.
  - Ладно, уговорили, - тряхнула она прилизанными волосами. - Спрашивайте!
  Уговорила... Давалка... Тварь!
  Тварь? А я?.. Я-то кто в глазах той же Валентины? Или Ленки-"челночницы"?.. Да и не только...
  Только уговаривать... Как она меня ловко поддела. Сама, несомненно, того не подозревая.
  - Я уже спросила, - поспешила я перевести разговор на другие рельсы. - Меня интересует: было?
  Галя какое-то время помолчала еще.
  - Знаешь, тут не все так просто, - заговорила она наконец. - То есть, то, что было, то было... Но тут не все так просто, - повторила она и опять примолкла, подбирая слова.
  Значит, было... Сколько ж у тебя всех нас было-то, а, Игорек? И почему, за что шеф поручил разбираться во всем этом именно мне? Неужто он знал о том приключении в автобусе и решил провести со мной воспитательный сеанс - вон, мол, с кем связалась, впредь будь умнее!.. Да нет, вряд ли, просто совпадение. Уж в этом деле так: если кто-то один узнает о грехе ближнего - пиши пропало, шила в мешке не утаишь, поползут слухи. А слухов не было, потому что будь они, до меня как-нибудь, да дошли бы, хотя бы намеком.
  А если все-таки шеф каким-то образом узнал?!.
  - Понимаешь, у меня какая-то повышенная, ненормально повышенная сексуальность, - опять попыталась заговорить Галка. - То какое-то время ничего, как у всех женщин. А то... Не знаю, поймешь ли ты меня... Ты вот всегда ровная, холодная, тебе мужчина, может, нужен раз в неделю... Ну, не знаю как часто, но во всяком случае не похоже, чтобы у тебя возникало желание отдаться прямо сейчас, сию минуту, кому угодно... Когда же мне приспичит - хоть на дверную ручку лезь, ей-богу, или этот, резиновый, в сейфе всегда держи... Да и не удовлетворяет он - пробовала. А-а, как объяснить... Я даже у врача была, у сексолога и психиатра... Они говорят, такое, говорят, у женщин бывает, нечасто, но бывает. Ничего, говорят, с этим не поделаешь. Можно, конечно, попробовать гипноз, таблетки какие-то... Но я отказалась. Ведь убери у меня это качество - кто из мужиков на меня посмотрит? А так они ведь, кобели, чуют, когда меня подопрет...
  - А муж как же? - почему-то в этой истории данный вопрос заинтересовал меня больше всего.
  - А что муж? - горько проговорила она. - Махнул рукой и делает вид, что не замечает. Да и ведь тут еще такое... Он ведь моложе меня, по молодости лет мы с ним такое вытворяли! И на улице, и на лестнице, и в лифте, даже в туалете... Знаешь, как возбуждает - на унитазе! Ну да откуда ж тебе знать, ты-то себе такого никогда не позволишь!.. Но это так, к слову. В общем, несколько лет подряд у нас была сплошная сексуальная сказка. А потом... В общем, оказалось, чтобы ублажить меня, он принимал какие-то стимуляторы, что-то со своим хозяйством делал - перевязывал там что-то... В общем, не знаю. Я только радовалась, что мне такой сверхмужик достался. И назвать Галкой-давалкой меня тогда никто не мог - никого на стороне у меня не было.
  Слушала я эту исповедь и думала о том, сколько же всего о сексуальной жизни женщины я еще не знаю! Но оказалось, что и тут меня впереди ждет такое...
  - В общем, он сейчас у меня импотент, - как-то холодно и отрешенно закончила она свою тираду.
  - Как импотент? Совсем?
  - По сути дела, да. Иногда, бывает, вдруг встанет у него по старой памяти, но потом также вдруг и упадет. А оргазм... Что-то у него там надорвалось, жгутик какой-то лопнул, так что мужчиной он уже никогда не будет.
  - И что теперь?
  - Теперь? Теперь он у меня педик.
  - Что?!!
  - Педик. Мы сейчас втроем живем. У нас один мужчина на двоих. Даже спим вместе.
  Да-а, дела! Про такое я еще не слыхала.
  Я вчера только размышляла, смогла бы допустить па-де-труа - к себе двух мужчин или к мужу кого-нибудь из подруг... Но такое!.. Только представить: мой муж - с мужчиной!.. Измену мужа с женщиной еще куда ни шло, переморгала, но с мужчиной!.. Тем более в качестве пассика...
  - И как вы это... Вместе, что ли... - я не знала, как сформулировать вопрос. - И не ревнуете?
  Она опять чуть улыбнулась - только губами.
  - Ты, наверное, удивишься, но нет. Мой муж, я имею в виду формального, мы ведь не разводились... Так вот, мой муж даже любит смотреть, как мы это самое с его другом... Это его возбуждает. Насколько, конечно, то слово правильно - возбудить его по-настоящему невозможно...
  Что-то сродни Валентине Михайловне, жене Игоря Вячеславовича, которую возбуждала мысль об очередной измене мужа. Хм, любопытно. Значит, в этом есть какая-то закономерность. Выходит, что подспудно та же Валентина тоже мечтает о групповом сексе. Но она лесбиянка, только скрытая. И, судя по всему, пассивная. Значит...
  Ничего это не значит, потом додумаю.
  - А ты?
  - А что я? Если бы тогда, когда у него все было в порядке, узнала бы, что у него кто-то есть, приревновала бы. А теперь, к мужчине... Только смотреть неприятно на их ласки, я выхожу, когда они трахаются. Или отворачиваюсь.
  Не-ет, подруженька! Тут ты врешь. Если бы тебе это было изначально неприятно, не проговорилась бы, что спите втроем. И не спали бы вы втроем, если бы тебе это было неприятно. Во запуталось-то!
  Значит, Валентина, жена Игоря, хотела бы в постель еще одну женщину, которая бы ублажала ее лично, и плевать ей было бы на то, что ее собственный муж занимался бы любовью (придумал же какой-то кретин формулировочку - "заниматься любовью") с этой ее подругой. Ее это возбуждало бы. А тут - обратная картина: муж, импотент и педераст, любит смотреть на то, как в его присутствии его жена и его друг занимаются все той же любовью. И его это тоже возбуждает. Но если жена допускает такой "просмотр", значит, и ей это приятно! Или нет? Но спят втроем... Какой-то клубок садомазохистских страстей, ей-богу!
  Противно. Не могу такое представить.
  - Ну а этот, ваш, как его, общий... Третий, в общем.
  - А ничего. Нормальный мужик. Мне, честно говоря, только поначалу все это было дико. А теперь привыкла. Сейчас подобное вообще не такое уж редкое явление, как ты думаешь. Тем более, что я в происшедшем тоже отчасти виновата - надо ж было знать, что нормальный мужчина просто не может иметь такой темперамент, как был поначалу у моего мужа.
  
  22.
  Галка опять какое-то время помолчала.
  - Вот с тех пор и пошло. После пережитого стресса, это когда я, почитай, месяц возила мужа по клиникам, у меня и произошло обострение. Мне тогда даже соседки пригрозили, что кипятком ошпарят, если я не уймусь. А я не могу! Утром встаю, а в животе словно жар горит. Раньше-то муж... Да и до мужа нечасто одна ночевала... Короче, было чем утром загасить этот огонь, - она вновь криво ухмыльнулась. - А тут... Муж рядом лежит, молчит, делает вид, что спит. Соберусь, выхожу из квартиры... И хочу, хочу затащить в постель первого же встречного мужчину... Чего это я - какая там постель! Готова на лестнице, у мусоропровода, в беседке, в кустах... Да что рассказывать! У одного соседа жена была в отъезде, так мне месяца два еще более или менее нормально было: к нему с утра на полчасика загляну - и оба довольны. У другого жена рано уходила на работу, так я к нему начала заглядывать... Ну да только эти соседские дела долго в тайне не сохранишь. Кто-то что-то увидел, сопоставил... В общем, как-то приходят они ко мне все вместе, четыре соседки (пятой не было, то ли не знала, то ли постеснялась) и говорят: еще раз узнаем - кипятком обварим.
  Кипятком... Мы, бабы, такие, могем и кипятком.
  Честно говорю: мне стало ее жалко. Умом я прекрасно понимала, что эта стерва так же легко и спокойно затащила бы в постель и моего супруга. Причем, уверена!, супруг не особенно и сопротивлялся бы. И в то же время - жалко!
  Что ж природа так жестоко подшутила: в столь невзрачную внешность вселила такой темперамент? А может потому и вселила, что внешность такая, что без слез не взглянешь?.. Я и сама знаю, как непросто удержаться, когда в животе кипит вулкан страсти. Но я могу удержать его, перетерпеть, додержать до более подходящего момента... Бывало, что и говорить, когда удавалось это с трудом. Но - удерживала!
  Всплыло в памяти вдруг не к месту, как тогда, на майские, когда шашлыки в лесу жарили, сосед весьма откровенно намекал, что не мешало бы прогуляться по лесу. Ох, и прогулялись бы мы!.. Удержалась. А она удержаться не может!
  Слушай, старушка, подумала я вдруг, а может и не нужно удерживаться? Может, она, сучка стервозная, права? В конце концов, кто и что выигрывает от того, что мы удерживаемся? Не я. Мораль? Пожалуй. Но что такое мораль - кто бы объяснил. Супружеская верность? Да, выигрывает. Но только... В Библии сказано примерно так: кто только помыслит против меня (Христа), тот уже согрешит. И здесь то же! Чем отличается супружеская неверность, доведенная до постели, от неверности, совершенной в мечте? Одного соседа я особенно и не хотела, но отдалась ему, другого хотела (ведь хотела же!), но не отдалась (во всяком случае, пока). В чем разница? В том, что в одном случае кое-что побывало во мне, а в другом нет? Абсурд! Абсурд ли?
  Черт меня побери, до чего же я додумаюсь в результате этого идиотского расследования!
  Итак, мне ее вдруг стало жалко. Ей ведь нужно так немного - ей просто нужен мужчина. А соседки - кипятком. Умом я была на стороне соседок. А душой - сочувствовала собеседнице.
  - Сейчас знаешь, как утром на работу идти... - вновь, в который раз, одними только губами усмехнулась она. - Мужики-соседи смотрят на меня так... Помнишь, в наше время говорили: глазом выпьет, носом кончит... Да только подойти боятся - им, видно, женушки уже тоже пистона вставили. А соседки - убили бы! Ну а у нас на работе мужиков хватает. Поначалу старалась соблюдать конспирацию, - ухмылка. - Ну да только ты же и сама знаешь: мужики хуже баб трепачи. Через какое-то время и закрепилось за мной это прозвище - Галка-давалка. Думаешь, оно мне льстит?.. - вновь ухмылка, теперь совсем горькая. - Но только... Пойми! Как баба бабу пойми! Входишь в какой-нибудь кабинет, по служебному вопросу входишь, а там сидит мужчина. Самец. Кобель. А у меня внутри кипит все. Они ведь чувствуют это... Ты вот спрашиваешь, было ли у меня что-то с Игорем Вячеславовичем... Так ведь у него нюх на это дело был развит ого-го как. Входишь в его кабинет, а он только посмотрит и все - я его.
  После столь многих откровений я уже могла чуть абстрагироваться от персоналий. Даже упоминание имени Игорь в данный момент не произвело на меня особого впечатления.
  - Кого я только в этих стенах ни имела! - полнейшим диссонансом ко всему, что до сих говорилось, в этой фразе прозвучало самодовольство. - Ты не можешь себе представить. Какие погоны и с просветами какого цвета ни повесь на кобеля, он останется кобелем. Но только я не могу без них. И почему я держусь за эту работу... Могла бы, у меня были предложения, могла бы уйти на большие деньги. Но не хочу. В том числе и по этой самой причине. Сама знаешь, у нас мужчин много, проблем, когда приспичит, нет. Да диспансеризация каждый год для каждого обязательна - а это тоже дорогого стоит...
  - Так об Игоре Вячеславовиче... - напомнила я.
  Мне вдруг стало неинтересно слушать ее излияния.
  - А что Игорь Вячеславович... - тоже устало проговорила Галина. - Он был лучше других. Но и такой же, как все. Он был ласковый, все понимал. Но и своего не упускал. Мне жаль, что все это произошло. Хороший он был.
  Хороший... Кобель!
  - И где вы... В кабинете? Или еще где?
  - Нет, что ты, только в кабинете. На стороне у него была... - она осеклась, кольнула меня торопливым взглядом. - В общем, была. Куда мне до нее!
  В этом кабинете мне было все ясно.
  Мне уже давно хотелось уйти отсюда. Да и Галине мое присутствие не придавало бодрости.
  И тут раздался звонок "мобильника". На табло высветилось: "Шеф".
  - Да, Сергей.
  - Ты где? Второй день тебя не вижу... - в голосе шефа откровенно звучало раздражение.
  - Работаю. В здании, - с достоинством ответила я. Не люблю, когда посторонние видят, что у тебя проблемы.
  - Тогда пулей ко мне.
  - Через десять минут, - ответила я.
  Я отключила телефон. Показала на него: мол, общалась бы с тобой и общалась, да только шеф, мол, вызывает...
  Галка вдруг посмотрела на меня как-то искренне, с душевной болью.
  - Я надеюсь, что это все, ну, что я наговорила, между нами.
  - Конечно, - честно сказала я.
  Сколько же тайн я обещала сама себе хранить за эти три дня!
  - Тогда я скажу тебе прямо. Любила я Игоря или нет - хрен его знает. Но только таких мужчин, как он, раз-два и обчелся. Он умел видеть в тебе женщину, он умел любить. И какая разница, что у нас это было в кабинете - он умел любить. И еще. Я тебе столько порассказала, что меня могут вытурить отсюда в два счета. Но только и такие как я здесь тоже нужны. Если разобраться, я, и такие как я, спасаем семьи. Потому что я сексуально удовлетворяю голодного мужчину, которого не удовлетворяет жена. И при этом мы оба остаемся свободными от обоюдных обязательств.
  - Ага, ты еще мораль под свое поведение (на самом деле я употребила нецензурное слово) подведи! - со злостью сказала я.
  Больше жалости к ней я не испытывала.
  
  26.
  Бабий век - сорок лет. И то, что в сорок пять я буду ягодка опять, сейчас меня мало утешало. Потому что мне нет сорока. Чуточку не хватает, ну да только это уже дело десятое, что чуточку. Главное, что не хватает. И значит, "ягодка опять" еще очень и очень далеко.
  Казалось бы, я расследовала чрезвычайное происшествие, которое произошло с генералом Колокуцким. Игорем Вячеславовичем Колокуцким. Игорем. К которому я неровно дышала. С которым у меня был один-единственный сексуальный контакт. О котором, о контакте, к сожалению, стало известно. Причем, как мне пытаются внушить, Колокуцкий, польстим своему самолюбию, хотел меня отбить у мужа. Колокуцкий, который перетрахал столько баб, что трудно представить. Который был несчастлив в семье. У которого были любовницы. И если бы (это нереально, но допустим) я стала его женой, точно так же имел бы любовниц, изменяя мне...
  Этот сериал можно продолжать. Только, похоже, в этом моем расследовании на первый план выходит уже не генерал Колокуцкий.
  Милая моя Людмилка! А не пора ли тебе разобраться в самой себе? Ты спрашивала у других о сексуальных фантазиях. А ты-то сама? А твой муж? А твоя семья?..
  Давай-ка для начала откровенно сама о себе!
  Откровенно говоря, для своих лет я сохранилась неплохо. Когда хожу в сауну, ровесницы на мою грудь посматривают с завистью. Да и складки на животике не так уж сильно бросаются в глаза. Ножки у меня - тут уж, девчонки, завидуйте!.. Нет, конечно, я не идеал, есть изъяны. Но...
  Сказал же Сергей, что все в меня влюблены.
  Опять понесло меня не туда. Самолюбование - нормальное явление для женщины. Но не для психолога. Пусть даже она и остается женщиной.
  Мне вдруг стало очевидно, что это расследование (все-таки, Сергей специально мне его поручил или случайно?) стало для меня не разбирательством по факту свершившегося происшествия. Это было поводом для разбирательства внутри самой себя.
  Муж. Семья. Любовь.
  Любовник. Измена. Самооправдание.
  Шесть углов - звезда Давида. Речь не о сионизме. Просто так совпало.
  Я люблю своего мужа? Несомненно. Он любитель выпить, трудоголик, бабник, на соседку заглядывается, ремонт в доме делать ленится, ласковый, с детьми суровый, ради меня в лепешку расшибется... Недостатков больше, чем достоинств. Но - люблю.
  Или не люблю? Может, просто привычка? В конце концов, уже серебряная не за горами... Нет, не серебряная - как она там именуется, которая через двадцать лет?.. А, фарфоровая!
  Мне опять вспомнилась семейная пара, взаимоотношения в которой не поддаются никакому психоанализу. Я о них уже упоминала - про загул жены с гражданином горячих южных кровей.
  Она - красивая. Он - тоже ничего. В общем, приятная пара. Понятно, что сейчас, когда им далеко за сорок, уже не такие красавцы, ну да далеко я не об этом. Только пикантный нюанс. У нее, красавицы, до свадьбы было несколько ухажеров. И она похвасталась мужу, какие они все умные и замечательные. Поначалу, быть может, мужу это даже льстило - вон, мол, каких ухажеров я обскакал. А потом... Потом один из бывших женихов стал владельцем международной авиакомпании. И тут началось.
  Приглашает эту подругу бывший жених то на курорт на Черном море, то вообще в Арабские Эмираты... Понятно, она ездит. А мужу-то каково? Она клянется-божится, что ничего с тем бывшим ухажером у нее во время этих поездок не бывает. Да только кто ж поверит, что жена ездила к мужчине в гости в другую страну, причем, достаточно дорогую, абсолютно бесплатно - да без постели?.. Чушь, не бывает такого! Мы, соседки и подруги, просто шалели от таких ее отъездов. Мужа не понимали - как он отпускает?
  Но с другой стороны: а что он может сделать? Запретить? И чем мотивировать? Что не верит жене? А она в ответ: ты не в состоянии оплатить мне отдых, а он честный порядочный человек - и отдых оплачивает, и ни с какими глупостями не пристает. Неужели ты мне не веришь?.. Скажи я такое своему мужу... Ведь тоже отпустил бы. Мучался бы, метался в ревности, конечно же, не верил бы мне - но отпустил бы! Другое дело, что я бы так не поступила.
  Не поступила бы? Если бы вдруг у меня объявился школьный ухажер где-нибудь за границей и пригласил бы на курорт... Бесплатно. Поехала бы, наверное. И мужу объяснила бы, что тот без глупостей... И муж бы отпустил. И мучался бы, не верил и метался от ревности.
  Стервы мы, бабы. И эта подруга, что летала, тоже стерва. А ведь мужа любит и боится потерять... Впрочем, может, иначе? Просто боится потерять? Тот-то, в Эмиратах, женат, она, эта подруга ему нужна только... Как бы это сказать... Мол, ты когда-то меня променяла на этого своего, и сидишь в своей Москве, а я гляди-ка как развернулся! И ты жила бы здесь, если б в свое время от меня не ушла! Гляди, как я легко и просто могу себе позволить твой отдых!.. В общем, гордыню тешит. Ну а постель уже предполагается изначально - такие сумасшедшие деньги на ветер, да без отдачи... Нет, бизнесмены на такое не способны.
  Впрочем, пусть сами разбираются. Надо бы в своих делах порядок навести.
  Давай-ка, Людмилка, с другого конца.
  Ты мужа любишь? Несомненно. Но почему ты изменяешь ему? Видишь ли... Нет, ты не финти! Ты мне четко скажи: почему?
  Странно, я не знала, как ответить на этот простейший вопрос, который задал внутренний голос. Не знаю! Значит, я не могу без этого? А как же любовь, муж?
  Муж меня любит? Несомненно. Но изменяет. Тоже не может без этого?
  И где же выход? Дать друг другу полную свободу в сексуальных приключениях?.. А общественное мнение? А дочка?
  А ревность, наконец?
  Получается, что выход именно в парной (по-парной или поли-парной) любви с соседской супружеской парой? Да, это безнравственно. Но, получается, это меньшее из зол? Или все-таки нет? Быть может, лучше, все-таки, когда мы с мужем не знаем о похождениях друг друга?
  В одном я теперь уверена безоговорочно. Это в том, что абсолютное большинство людей изначально предрасположено к супружеской неверности. Абсолютное большинство супругов более или менее часто изменяют друг другу. Большинство (простое большинство, без приставки "абсолютное") допускают при этом отклонения от традиционной формы секса, позволяют себе на стороне то, чего не имеют от супруги (супруга). Примерно половина склонны к однополой или групповой любви.
  Какие-то некрасивые получаются выводы. Некрасивые?.. Выводы не могут быть некрасивыми. Они просто выводы. Некрасивы мы, люди. В том смысле, что некрасиво себя ведем.
  С другой стороны, что понимать под "некрасиво"? Кто определил, что красиво, а что нет? Кажется, писатель-фантаст Иван Ефремов вывел формулу "красота - это биологическая целесообразность". Но если биологическая целесообразность подсказывает, что секс полигамный присущ человечеству в большей степени, чем моногамный, значит, в этом и есть красота? Значит, трахаться налево и направо - это правильно?..
  Ой, что-то я запуталась совсем.
  Впрочем, вселенские проблемы оставим. Поговорим-ка о себе. Только честно...
  Итак, я, симпатичная женщина, возрастом около сорока лет (точнее посторонним знать не следует). Люблю мужа и не желаю другого. В супружеской жизни, имею в виду сексуальную сторону, удовлетворена. Имела на стороне несколько любовных приключений. Чего бы мне хотелось сейчас, накануне переломного возраста, после которого, отдаю себе отчет, начнется увядание и приближение старости?
  Как сказала Валентина Колокуцкая? "Так я брезгую, а там у меня геморрой...". Насколько я знаю, подобная картина сложилась во многих семьях. Не понимаю, к слову, зачем женщины так обедняют свою жизнь. Ведь именно в разнообразии секса его главная привлекательность... У нас в семье в этом отношении никаких ограничений. Муж как-то сказал, и я с этим абсолютно согласна, что в постели главное - обоюдное стремление удовлетворить желания партнера, тогда оба и получат наибольшее удовлетворение.
  И все же мне хочется чего-то большего. Мне вдруг страстно захотелось попробовать, как это, когда в одной постели - две пары. Пусть рядом будет муж с другой женщиной. Наверное, в этом что-то есть.
  Я вдруг вспомнила ту давнюю свою подругу детства, которая преподала мне первый опыт любви. И вспомнилась мне Валентина Колокуцкая, как она с чувством говорила про женскую нежность. Во мне вдруг всколыхнулись те давние, казалось бы, уже напрочь забытые впечатления. Пожалуй, я бы сейчас... Я вдруг поняла, что мне хочется оказаться в постели с Валентиной. Именно с Валентиной. Как просто с женщиной. И как с женой Игоря. Подумалось, что мы смогли бы понравиться друг другу. И я бы даже не возражала, если бы с нами оказался мужчина. Один на двоих. Будь то мой муж, будь то Игорь. Уверена, что мы бы с Валентиной поладили, не поссорились бы из-за него.
  Эта, последняя мысль поразила меня саму. Никогда не могла предположить, что соглашусь делить мужчину с кем-то.
  ...Людмила, голубушка! Не пора ли тебе самой к психоаналитику? Что-то у тебя на сексуальной почве крыша едет.
  А что ж тут удивительного? Приближается сорок лет. Надвигается старость. И так еще много хочется узнать и испытать!
  Как много прожито, как мало пережито!..
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"