Рул Анастасия: другие произведения.

Белые крысы

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 7.49*9  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это рассказ из жанра фантастики. Выдержка из рассказа: В ту первую ночь, когда со всех сторон донеслось поскребывание, Тина естественным образом растерялась. Но в ее голову пришла единственная мысль - это крысы. Ее догадку подтвердил тот факт, что никто из стен, покрытых золотистыми обоями в желто-белый цветочек, в ту первую ночь "шорохов" не выпрыгнул. Руки-ноги не вылезли, призраки по комнате не забродили. Странные полтергейсты не проявились, домовые и черти не забегали. Хруст через час стих, и Тина, спустя три часа напряженного ожидания очередных скрипов, уснула крепким, здоровым сном.

  Голова 1
  - А-а-а! - завопил мертвец с лысым черепом и гнилым ошметком вместо лица, выскочив из кустов.
  От неожиданности Тина поперхнулась чаем и закашлялась. Этот красавчик выскочил из кустов в последнем кадре фильма, когда его совсем не ждали. Прощальный подарок от режиссера, так сказать.
  По экрану монитора уже поползли английские титры на черном фоне, а девушка продолжала сидеть в мягком кресле с маской первозданного ужаса на лице. Пальцы правой руки до посинения сжали желтую кружку с рожицей улыбающегося оленя, чай разбрызганными, остывшими пятнами осел на шелковой сорочке лазурного цвета. Тина рывком подняла ноги с пола и прижала колени к груди, сжавшись калачиком на широком кресле перед экраном ноутбука. Ее сердце бешено колотилось, пытаясь выпорхнуть из груди трусливым воробьем, все тело покрылось липким потом от макушки до пяток.
  Скучный фильм имел неожиданную концовку. Весь фильм главная героиня отважно сражалась с вампирами, ходила кругами, как мартовская кошка, вокруг своего объекта воздыхания, а в конце от нее даже незнакомый мертвец сбежал. Лежал себе в гробу, никому не мешал. Героиня, похоронив друга, шла по кладбищу прочь, грустя о нем, и уже совсем ушла в закат, как мертвец из ближайшей могилы выскочил и ломанулся прочь от нее через кусты. И чтобы это значило? Конец как новое начало?
  Тина поставила кружку на стол, еле встала с кресла и на ослабевших ногах, покачиваясь, подошла к выключателю. В комнате вспыхнул свет, разогнав щупальца ужаса по углам, и девушка начала успокаиваться. Круглые часы, висящие на стене, показывали без пятнадцати полночь, за единственным окном доносился шелест колес машин, ноутбук пел заунывным голосом печальную песню из фильма.
  В эту ночь Тина была в квартире одна. Как и в прошлую, и в позапрошлую, и в поза-позапрошлую. Девушка жила одна, снимая жилье у дальней родственницы. Она жила одна на протяжении вот уже почти восьми лет. Тине было тридцать три года, но время ее пожалело - возраст не спешил украшать морщинами лицо и сединой голову. В свои слегка "за тридцать" у нее до сих пор требовали паспорт в магазине, когда она покупала алкоголь. Была она девушкой с тонкой талией, аппетитной попкой и грудью третьего размера. Глаза светло-серого цвета, нос с небольшой горбинкой, вытянутые, крупные щеки, слегка полноватые губки, длинные, каштановые волосы с секущимися кончиками волнами опускались до талии.
  Лицо ее было обычным. Но часто, когда она сосредотачивалась на деле, уходила в свои мысли, ее лицо приобретало едва уловимые черты нежности, доброты и, чего уж греха таить, именно в эти мгновения люди, случайно бросавшие взгляд на нее, застывали, пораженные глубиной чистоты, так редко встречающиеся в современном мире. Поэтому к ней всегда тянуло людей, не гнушающихся преступать законы правосудия и морали. Но, увы, об этой своей особенности она совсем не знала, и потому к тридцати трем годам успела окончательно и бесповоротно увериться в том, что все люди вокруг нее - козлы и уроды. Нет, ненавидеть мир она не стала, девушка стала вести отшельнический образ жизни, стараясь без крайней нужды не обращаться за помощью к людям. Она действительно была очень добрым человеком, и мысль поддаться в ИГИЛ, дабы уничтожить мир, даже в голову ей не стучалась.
  Ноутбук, закончив свои завывания, заткнулся, и по комнате поплыла тишина, разрушаемая лишь шорохом шин по асфальту дороги. Тина прошлепала босыми ногами в ванную, стянула с себя сорочку и бросила ее в стиральную машинку. Потыкав пальцами по панели, она запустила режим быстрой стирки.
  Страх окончательно прошел. Девушка меланхолично почистила зубы, с грустью пялясь в зеркало на белые полосы зубной пасты, вытекающие изо рта вместе со слюной. Умывшись, вытершись мохнатым розовым полотенцем с мишками, она вернулась обратно в комнату. Открыв шкаф-купе, отыскала ситцевую футболку, натянула ее на голое тело. Прихватив с собой кружку с остатками чая, Тина вышла на балкон.
  Стоял конец августа. Небо, хмурое весь летний день, ускорило наступление летней ночи, и по воздуху была разлита тьма. Легкий ветерок прошелся по ее попе в старомодных, хлопчатобумажных трусах, балкон был открытым, без стеклянных окон. Девушка поежилась, было холодно. Но возвращаться назад она не спешила.
  Когда в привычном ритме жизни происходит нечто странное, лишенное логического обоснования, мозг у некоторых людей начинает зависать подобно компьютеру, чересчур загруженному. Тина, столкнувшись с нечто подобным, сделала тоже, что сделал бы почти любой человек на ее месте. Она попыталась проигнорировать эту странность.
  Дело в том, что вот уже почти месяц как в комнате происходило нечто, что в реальном мире происходить не могло. В виртуальном игровом пространстве - легко, а вот в жизни такого не бывает.
  После полуночи из всех четырех стен комнаты начинал доноситься то ли скрип, то ли поскребывание. Словно внутрь бетонных стен пролезли сотни крыс, прорывающих проходы внутри монолита. И длилось это около часа, затем хруст смолкал.
  Тина была девушкой современной. Она твердо верила в то, что чудес не бывает. И призраков, и зомби, и Гарри Поттеров. Все это - лишь выдумка сумасшедших людей для скучающей толпы. Она была в той самой скучающей толпе, смотрела иногда фильмы ужасов и фантастические, но верить в паранормальные явления перестала еще в четыре годика. Будучи девочкой, она случайно оторвала у деда Мороза бороду и с большим удивлением узнала в сказочном волшебнике соседа дядю Колю.
  Твердо разуверившись в чудесах в возрасте четырех лет, она не изменяла себе в своем разуверение на протяжении всей своей самой обычной жизни. Школа, институт, работа на чужого дядю за копейки, эта программа жизни для тысячи россиян включала и ее саму. Никаких исключений в виде внезапно умершего дядюшки, оставившем девушке наследство в миллионах фунтах стерлингов не было.
  В ту первую ночь, когда со всех сторон донеслось поскребывание, Тина естественным образом растерялась. Но в ее голову пришла единственная мысль - это крысы. Ее догадку подтвердил тот факт, что никто из стен, покрытых золотистыми обоями в желто-белый цветочек, в ту первую ночь "шорохов" не выпрыгнул. Руки-ноги не вылезли, призраки по комнате не забродили. Странные полтергейсты не проявились, домовые и черти не забегали. Хруст через час стих, и Тина, спустя три часа напряженного ожидания очередных скрипов, уснула крепким, здоровым сном. И даже кошмары с давно ушедшими людьми не приснились.
  На вторую ночь поскребывание повторилось. И на третью. Сегодня была уже тридцатая ночь, и только сейчас Тине, стоящей на балконе с кружкой остывшего чая в руках, вдруг пришла в голову одна простая, до безобразия очевидная мысль. Если бы внутри стен скреблись крысы, они бы давно уже прогрызли себе норы и выбежали наружу. Как-никак, миновал месяц их упорного труда. Но этого почему-то не произошло. Стены оставались целыми и невредимыми. А вот это уже пугало. За стенами нечто так старалось выбраться наружу, так усердно грызло стены, что подобное старание давно бы уже увенчалось успехом.
  Озадаченная сей простой мыслью, девушка вернулась обратно в комнату. Ставший уже привычный шорох внутри стен окружил ее со всех сторон, едва она закрыла дверь балкона. Тина пристально вгляделась в стены, осторожно поставила кружку на стол возле окна. Смело подошла к одному углу и вежливо постучалась в то место, откуда доносилось особенно сильное поскребывание. Шорох на мгновение затих, а затем кто-то с радостью ПОСТУЧАЛ в ответ. Девушка позеленела и шарахнулась в сторону. Споткнувшись, она упала на задницу и, вытаращив глаза, со страхом взглянула на обои с узорами из ромашек. Крысы не стучат в ответ. Постучать в ответ мог только кто-то разумный.
  Паника волной захлестнула ее, вызвав стук зубов. Подсознание месяц копило тревогу, и, подобно наводнению, прорвавшему плотину, накопленный страх в момент лишил возможности здраво рассуждать. А некто продолжил свое черное дело - возобновил погрызивание бетона. Тина, не поднимаясь с пола, задом наперед подползла к тумбочке возле кровати и нашарила на ней телефон. Трясущимися руками, действуя на одном инстинкте, она набрала номер отца. Ее родители проживали далеко от нее, в одной из забытых Богом деревень, в одной из тех самых русских деревень, о существовании которых знали только сами ее жители, да, пожалуй, еще операторы мобильной связи.
  Телефон издал неприятные звуки и вежливо сообщил, что абонент временно недоступен. Тина набрала номер матери - тот же вежливый голос сообщил то же самое. Девушка взглянула на экран ай-фона и увидела, что сети нет. Единственная ниточка спасения - телефон - подвела ее. Спасательный круг оказался сделанным из кирпича, вместо того, чтобы помочь выплыть, он неожиданно потянул ее в самую пучину страха. Ай-фон выпал у нее из рук, бесшумно скользнув на ковер, и девушка, забыв о нем, замерла, прислушиваясь.
  Поскребывание продолжалось, теперь уже разбавлялось стуком.
  Скрип-скрип, тук-тук-тук, скрип-хрясь, тук-тук-тук.
  Сначала слева, потом справа, сначала по очереди, затем со всех сторон одновременно. То приближаясь, то отдаляясь.
  Скрип-скрип, тук-тук-тук, скрип-хрясь...
  Страх парализовал Тину, она застыла возле кровати на полу. Ей показалось, что шевельни она хоть пальцем, или вздохни чересчур глубоко, нечто жуткое вдруг вырвется из стены и наброситься на нее.
  Она просидела каменным истуканом в течение часа, пока часы, висящие на стене, не отбили час ночи. И едва секундная стрелка шагнула в будущее, как поскребывание и перестукивание мгновенно стихли.
  Первые мгновения тишины девушка думала, что оглохла. Она приподняла руки и хлопнула в ладони. Раздался глухой звук, прозвучавший в наступившей тишине выстрелом. Тина вздрогнула и глубоко вздохнула. Затем другие звуки достигли ушей - шум двигателей, толкающих машины вперед по дороге, шепот листвы, разговаривающей с ветром, жужжание мухи, бессильно бьющейся о стекло окна в комнате.
  Тина бросила взгляд на насекомое, которое не замечала все это время. Стрельнувшая боль в затекших мышцах на ногах сбросила с нее оцепенение, возвращая способность мыслить.
  Девушка оперлась на руки и кое-как встала. Застоявшаяся кровь тысячами иголочек заколола по венам ног, она поспешила присесть на кровать. Массажируя голени, Тина настороженно оглядывала стены вокруг себя. Когда боль отпустила, девушка прошла на кухню и заварила себе кофе.
  Сейчас, когда Тина занималась обычным делом на кухне, все произошедшее пару минут назад казалось дурным сном. Разум штука забавная, он может блокировать самые страшные наши воспоминания, запирая их в самых отдаленных уголках мозга. И девушка засомневалась. Может, она просто задремала? Смотрела фильм и заснула в кресле? Другого объяснения не находилось.
  Но не могла же она каждую ночь видеть один и тот же сон? Нет, скрип и шорох были на самом деле. И сегодняшний стук в ответ, напугавший ее, тоже был. Точно был.
  Ее квартира в стандартной хрущевке была угловой. С трех сторон соседей не было, сверху была крыша. Только с одной стороны, с левой стены кто-то жил. Оттуда тоже доносилось странное поскребывание.
  Тина глотнула кофе, решительно отставила кружку на стол. После месяца игнорирования проблемы она решила разобраться с ней, подумав, что с нее хватит неопределенности. Жить в квартире, в которой по ночам происходит нечто странное, она больше не станет. Либо она разберется с этой странностью, либо придется искать себе другое жилье.
  Девушка вошла в комнату, накинула на себя халат и, надев тапки, вышла в коридор дома. После всего пережитого гнев соседей за поздний визит померк перед тем ужасом, что она испытала. Отбросив сомнения, девушка со всей силы заколотила в железную, покрытую буро-желтой краской дверь напротив ее квартиры. Звонка не было, и гулкий грохот стука пронесся по всему подъезду, с пятого по первый этаж.
  - Эй, есть кто дома? - проорала она, усилив стук.
  Прекратив стучать, она прислушалась к звукам с той стороны стены. Тишина. Тина снова подняла руку, но тут дверь распахнулась, и перед ней во всей своей красе предстал ее сосед.
  Это был мужчина примерно сорока лет, с лысеющей головой. Его широкий лоб был совсем лишен волос, отчего голова казалась больше лица в два раза. Совсем, как у инопланетян из американских фильмов. Глаза, зеленые, хитрые, с искоркой странного безумия, были огромными, но зрачок все время бегал из стороны в сторону. Густые, черные брови полукругом шли над глазами. Полноватые губки были похожи на губки капризной дамы, а едва проросшие усики предавали лицу черты некоторого безволия.
  Мужчина был хорошо сложен, имел накаченную мускулатуру на руках, широкую грудь. Одет он был в одни семейные трусы, и кубики пресса вместо отвисшего живота говорили о том, что он за собой ухаживает. Лысина лысиной, но в форме себя держит.
  Сосед Тине не понравился. Люди при первой встрече смотрят в глаза друг другу, а не на то, что находится за спиной, сбоку или спереди от собеседника.
  - Do you speak English? - Грубо рявкнул он.
  - No, - машинально ответила Тина.
  Иностранец? У нее сосед - иностранец? Девушка растерялась, она никак не ожидала увидеть иностранца в два часа ночи, стоящего на пороге хрущевки в одних черно-белых трусах. Зато мужчина не растерялся. Он резко хлопнул перед ее носом дверью. Мол, если не говоришь по английский, то и иди куда подальше.
  Девушка растерянно почесала лоб, а затем снова забарабанила в дверь. Да он прикалывается над ней! Тина разозлилась, отчего-то придя к мнению, что это он виноват в том шуме, что так напугал ее. Ну, щас она устроит ему полноценную женскую истерику! Ишь, чего надумал! Шутник!
  Дверь открылась во второй раз. Теперь зеленые глаза бегали еще быстрей, а мужчина повысил голос:
  - What do you want from me? (*чего тебе надо от меня?)
  - Ты иностранец? - спросила у него Тина.
  Мужчина сложил руки на груди и скользнул по ней взглядом.
  - Don't be nervous, - сказал он ей, затем громко крикнул, обращаясь к кому-то в квартире, - hey Brother! Come here. (*не надо нервничать. Эй, брат! Иди сюда!)
  - That there? - донеслось из глубины квартиры.
  Тина приподнялась на цыпочках и выглянула за спину полуголого иностранца. В небольшом коридоре горел бра, отбрасывая тень от одежды, висящей на крючках продолговатой вешалки. Планировка квартиры была идентичной той, где жила сама девушка. Она увидела маленький узкий коридор, поворачивающий налево, к кухне и ванной, и две закрытые двери, ведущие в комнаты.
  Из поворота в коридор стремительно вышел высокий мужчина, одетый в белый халат, какой носят врачи. Когда он вышел на свет, Тина смогла разглядеть его. Широкие плечи, сильные руки, крепкие ноги, все его тело, как и у зеленоглазого, было подтянутым. Выпуклые синие глаза в обрамлении черных, длинных ресниц, густые, русые брови в разлет, хищно возвышающийся над плотно сжатыми губами нос. Скулы были высоко приподнятыми, подбородок слегка выдвигался вперед, говоря об упрямом характере. Его короткие, русые волосы топорщились в разные стороны. Мужчина стоял на пороге тридцатилетия, его лихорадочные движения рук еще были полны нетерпеливостью молодости, но опыт прожитых лет уже начинал мелькать во внимательном, пристальном взгляде.
  Если зеленоглазый мужчина был похож на упругий мячик, то синеглазый здорово смахивал на огромную рыбу-ежа в белом докторском халате.
   - Кто вы? Что случилось? - бросив на нее оценивающий взгляд, спросил он. Голос у него был звонким, мальчишеским.
  Тина, которая выпала из реальности на минуту, пока рассматривала его, отвела взгляд в сторону и тут же наткнулась на змеиный, неприятный взгляд иностранца.
  - Я ваша соседка, - заявила она. - С вашей стороны доносится шум. Вы что, ремонт затеяли в два часа ночи? Чего вы людям спать мешаете?
  - Шум? - удивленно переспросил мужчина.
  Затем он что-то быстро сказал своему зеленоглазому другу. Тина с удивлением поняла, что теперь они говорят не по-английски. Девушка вслушалась в краткий разговор между двумя мужчинами, пытаясь понять, на каком языке они общаются. К своему стыду, ей это не удалось. Для английского в нем было слишком много шипящих, для французского мало рычащих звуков, для китайского - слишком длинные слова, для немецкого - мягкие окончания слов.
  - Девушка, вас как зовут? - обратился к ней высокий.
  - Кристина, можно просто Тина, - ответила она. - А вас?
  - Я Джон. - Представился мужчина в белом халате. - Мой брат - Гора. Кристина, мы спали. Вы уверены, что шум доносился с нашей стороны?
  Тина почесала в затылке, сообразив, что с порога набросилась с не совсем заслуженными обвинениями. Шум доносился со всех сторон, даже с той, в которой было окно и дверь, ведущая на балкон.
  - Sorry, - вспомнилось ей извинение. - У меня уже месяц в стенах комнаты кто-то скребется. Для крыс это слишком большой промежуток времени. А сегодня я постучала в стену, а мне постучали в ответ. Кроме вас, соседей, никто здесь этого сделать не мог. Как видите, вы мои единственные соседи. А мне больше не к кому обратиться за помощью, я живу одна.
  Тина объяснила ситуацию, приняв как можно более серьезный вид. Джон был похож на врача, а людей этой профессии мало что могло удивить. И, оправдав ее ожидания, он вполне серьезно отнесся к ее словам. Перекинувшись со своим братом словами, оба мужчины замолчали, задумавшись.
  Гора первым разрушил наступившее молчание, сказав что-то резкое и указав на распахнутую дверь квартиры Тины. Выходя из дома, она забыла закрыть ее, и было видно отражение мужчин в зеркале, прикрепленном на дверь, ведущей в комнату.
  - Вы позволите нам взглянуть на ваши стены? Шум все еще продолжается? - вежливо перевел слова Горы доктор.
  Кристина мотнула головой:
  - Шумело с двенадцати до часу, сейчас все стихло.
  - Я возьму стетофонендоскоп и мы с вами проведем тщательный осмотр. Вы не против? - спросил Джон. - Это все, что мы сейчас можем сделать для вас. Или вы что-то другое хотите нам предложить? Нашей вины в шуме вашей квартиры нет.
  Девушка помотала головой, он исчез в квартире.
  После его ухода Тине вдруг подумалось, что халатик у нее короткий, едва прикрывает задницу. Гора не смотрел в ее сторону, но девушка никак не могла отогнать от себя ощущение того, что ее мысленно уже раздели. Подумав и покопавшись в своей памяти, она спросила у него:
  - What country are you from? (*из какой вы страны?)
  Гора промолчал в ответ, резко повернулся к ней боком и вперил взгляд в паутину, украшающую окно подъезда вместо занавески. Тина невольно приподняла брови от удивления, столкнувшись с подобным игнорированием. По губам Горы скользнула тонкая усмешка, и девушка поняла, что ее сосед намеренно повел себя подобным образом. Неприязнь к нему выросла в Тине еще на пару бит.
  Когда вернулся Джон, между ними тишина стала настолько плотной, что доктор невольно рассмеялся:
  - Вижу, вы пообщались! Идемте, соседка. Покажите нам стены.
  В руках он держал прибор для прослушивания внутренних органов, из чего девушка сделала вывод, что Джон действительно был врачом. Тина улыбнулась ему и повела мужчин к себе в квартиру.
  - А Гора из какой страны? - спросила она, переступая порог квартиры. - Он не говорит по-русски?
  - Мы оба из... очень маленькой страны, - ушел от ответа Джон. - Очень маленькой страны. Я хорошо говорю по-русски, без акцента, вы слышите? Я здесь живу год. Но Гора в Россию прибыл три дня назад, он русский язык не знает.
  Тина намек поняла, прекратила расспросы. Братья вошли в квартиру следом за ней, оглядываясь по сторонам.
  - Вы одна живете, - констатировал факт Джон. - А где родители? Сколько вам? Двадцать лет?
  Девушка фыркнула:
  - Мне тридцать три.
  Девушка шла впереди и увидела в отражении зеркала, как мужчины переглянулись между собой за ее спиной. Они заметили только женскую обувь, женскую верхнюю одежду, свисающую с обшарпанной деревянной вешалки.
  - Жить одной опасно, - сказал Джон. - Вы смелая молодая леди, впускаете в дом двух незнакомых мужчин посреди ночи.
  Тина рассмеялась:
  - Если бы вы слышали, что творилось в моей комнате недавно, вы бы меня поняли. Я начала невольно верить в призраков и монстров, живущих внутри стен. А вы, я надеюсь, все-таки люди?
  - Люди, - помедлив, ответил Джон.- Вы не выглядите напуганной.
  - О, видели бы вы меня час назад! Я сидела на полу в самой жалкой позе! - улыбнулась им Тина. - Вот сюда, проходите. Нет, нет, у меня грязно, можете не снимать тапки.
  Мужчины вошли в ярко освещенную комнату. Односпальная кровать с взбитым в кучу одеялом, постельное белье нежно-розового оттенка в голубой колокольчик. Ковер с протертыми в некоторых местах дырами. Современный шкаф-купе смотрелся аристократом на фоне прочей устаревшей мебели. Стол с исцарапанной столешницей, новенький ноут на нем. Вокруг компьютера стоят колонки, принтер, лотки с папками для бумаг. Мягкое кресло напротив стола с ямкой по центру, образовавшейся в результате множества часов, проведенных в нем.
  Пластиковое окно с дверью, ведущей на балкон. Старая люстра с декоративными, прозрачными пластмассовыми висюльками. Белый потолок с одной трещиной, идущей из угла к центру. Обои в ромашку.
  - Я не слышу шума, - оглядевшись, сказал Джон. - Здесь тихо.
  - Сейчас - тихо, - согласилась с ним девушка, и повторилась, - шум был с двенадцати до часу, минута в минуту.
  Мужчины, оглядевшись по сторонам, подошли к правой стене, единственной не заставленной мебелью. Джон воткнул стетофонендоскоп в уши и приложил блестящую головку к стене. Совсем как врач, прослушивающий больного, он нахмурился и начал прикладываться то к одному месту на стене, то к другому.
  Тина присела на кровать, а Гора как переступил через порог, сделал один шаг и остановился, так и продолжал стоять на одном месте, лишь быстро разглядывал все по сторонам своими бегающими глазами. Даже шеей не поворачивал, только зрачки перебегали то со стола на люстру, то со шкафа-купе на ковер, то с окна на Джона. Ни на секунду не останавливался на каком-нибудь одном предмете.
  Джон хмурился все сильнее и сильнее, затем опустился вниз на корточки и начал прослушивать стену над плинтусом. Было слышно, как на кухне вздрогнул и затрясся старый холодильник, а затем умолк. В наступившей тишине вдруг заорал посторонний голос:
  - Дрифт-казино, это жесть!
  Все трое дернулись от неожиданности, поворачиваясь в сторону ноутбука. До этого молчавшая техника являла всем заставку "Геометрический вальс", запустившуюся из-за долгого бездействия системы. Сейчас включился экран, исчезла заставка, и сам по себе запустился рекламный ролик онлайн-казино на сайте кинокрадов.
  Оба мужчины перевели взгляд на девушку, даже у Горы зрачки наконец-то зафиксировались на фигурке Тины. А та пожала плечами и развела руками в сторону:
  - Это нормально. Стол дернулся от какой-нибудь вибрации, мышка сдвинулась с места и комп запустился. Фура проехала может слишком близко, или холодильник дернулся чересчур сильно. У меня такое бывает. А еще бывает, что ночью мышка сама по себе включается. Ноут из розетки вырублен, а мышка вдруг работать начинает. Ну, ничего ведь страшного в этом нет?
  Джон приподнялся с корточек, выпрямился и качнул головой:
  - Так не бывает. Мышки при выключенном компьютере не работают.
  Вместо ответа Тина ткнула пальцем в сторону компа:
  - Он у меня вообще парень самостоятельный. У меня и люстра такая же. Сама по себе может включиться. Я иногда на работу ухожу утром, свет выключаю, а прихожу - свет горит. Я правду говорю. Да вы сейчас сами все видели - ноут включился сам по себе, никто его не трогал.
  - На счет компьютера я согласен с вами, - мотнул головой Джон. - Виновата вибрация, но все остальное... Извините, я вам не верю.
  Гора что-то спросил, грубо вмешавшись в их разговор, и внимание доктора переключилось на брата. Переведя беседу с девушкой, Джон кивнул головой в сторону ноута, попросив выключить его. Тина послушно выполнила просьбу, звуки игровых автоматов и звона монет исчез.
  Пока девушка занималась компьютером, мужчины продолжали беседовать между собой с хмурыми лицами. Затем Гора указал рукой на книгу, лежащую на прикроватной тумбочке. То был "Ужас Данвича" Говарда Лавкрафта.
  - Вы поклонница ужасов? - спросил у нее доктор.
  Тина выдернула шнур из розетки от ноутбука, повернулась к мужчинам лицом и кивнула головой. Девушка, ограничив общение с живыми людьми, с головой окунулась в выдуманные миры писателей фантастов. В шкафу-купе у нее лежали стопки книг Стивена Кинга, братьев Стругацких, Г. Лавкрафта, У. Джонстоуна. Впрочем, там еще пылились книги Ф. Ницше и У. Шекспира. После того, как ей миновало тридцать лет, романтичные книги о попаданцах и эльфах, любовные романы Джоанны Линдсей и детективы Дарьи Донцовой отправились в библиотеку в качестве дара. Вкусы у нее радикально поменялись.
  Джон снял стетофонендоскоп с шеи и покачал головой:
  - Я не услышал в стенах никакого постороннего шума. Кристина, думаю, вы просто перечитали книг и насмотрелись фильмов.
  Тина опустила голову и начала кусать губы, затем встрепенулась и с надеждой спросила у мужчины:
  - Тогда завтра... Вы не против прийти ко мне в гости к двенадцати ночи? Если шум в стенах слышу только я, если вы его не услышите, то... я обещаю, что обращусь к психологу. Но... вдруг... если... Я не сумасшедшая!
  Последние слова она чуть ли не прокричала.
  - Не паникуйте, - мягко успокоил ее Джон. - Конечно, мы же соседи. Я пойду к вам на встречу. Уверен, ваша ситуация просто ошибка. Померещилось, показалось с перепугу. Вы одна живете, вот и... То, что вы обратились за помощью к нам, уже хорошо. Уверяю вас, по-настоящему больные люди своих фантазий не боятся. Они ими живут, они ими питаются.
  - Вы меня обижаете! - воскликнула Тина. - Я не сумасшедшая, я нормальная!
  - Конечно, конечно, - улыбнулся Джон. - Я не хотел вас обидеть, наоборот, хочу помочь. Мы обязательно прейдем к вам завтра. Обещаю.
  Гора вклинился в их разговор, что-то сказав брату. Между ними опять завязался разговор на незнакомом для девушки языке. После него Гора вдруг с жалостью посмотрел на Тину, быстро отвел взгляд и направился к выходу из квартиры. Глядя в спину удаляющегося брата, Джон торопливо сказал:
  - Мы пойдем, поздно уже. Кристина, даю слово завтра зайти к вам в гости. Уверен, завтра все разрешится. Вы работаете где-то?
  - Да, - кивнула та головой. - Я архивариус.
  - Вот и хорошо, - улыбнулся, сверкнув ровными, белыми зубами доктор. - Отвлекитесь, расслабьтесь. Оставьте свои тревоги в прошлом. А завтра мы со всем разберемся.
  - Спасибо, - вяло кивнула головой Тина. - Буду вам премного благодарна.
  Проводив мужчин, девушка закрыла за ними дверь и уныло поплелась обратно на кухню. Сунув кружку с остывшим кофе в микроволновку, она села за кухонный стол и зачем-то стала рассматривать серый шкаф для посуды, прибитый над раковиной напротив себя. Смеситель опять потек, пронеслась в ее голове мимолетная мысль. Из крана редкими каплями падала горячая вода.
  Когда раздался сигнал микроволновки, согревшей кружку с кофе, девушка уже крепко спала, уронив голову на руки. Она так и уснула, сидя за кухонным столом.
  
  
  Утро ласковыми солнечными лучами коснулось закрытых глаз Тины, вырвав из оков сумбурного сна. Стоило ей открыть глаза, как из головы невидимым паром исчезли картины сновидений, проснувшись, она уже не смогла вспомнить, что же приснилось.
  Тина потянулась, разминая затекшие мысли. Первой разумной мыслью было воспоминание о том, что сегодня среда и нужно идти на работу. Девушка бросила взгляд на настенные часы и мгновенно подскочила с места - она опаздывала.
   В панике она бросилась в ванную, по дороге врезавшись в дверной косяк. В ванной умудрилась включить кран так, что вода, вместо того, чтобы спокойно вылиться из смесителя, брызнула на нее сверху из душевой лейки. Приняв ледяной душ, она метнулась переодеваться в комнату. На пути к искомому Тина умудрилась удариться коленом о кровать, стукнуться локтем о дверцу шкафа, врезаться лбом о полку с нижним бельем. Одеваясь, она порвала застежку на джинсах, пришлось одевать юбку. Словно этого было мало, девушка порвала капроновые колготки. Она быстро раскидала всю одежду из шкафа в поисках старых брюк. Они отыскались в самом низу, помятые до безобразия. Времени на то, чтобы погладить их, не было. С розовой блузкой дела обстояли лучше, обошлось лишь оторванной впопыхах нижней пуговицей.
  Начиная потихоньку кипятиться, как нагревающийся чайник, Тина кое-как оделась и выскочила из дома. Закрывая квартиру на замок, она два раза выронила связку ключей. День у нее не задался с самого начала.
  Пока она бегала по квартире, испортилась погода. На улице пошел дождь, а зонтик она, конечно же, не взяла. Девушка, пригибая голову под ливнем, галопом поскакала к остановке, и тут... сломался каблук. Нагибаясь посмотреть, в каком состоянии находится обувь после катастрофы, она зацепила золотую цепочку с кулоном о молнию в сумке и... порвала ее. Кулон соскользнул вниз, упав в грязь. Это было последней каплей. Чайник взбесился и заругался крышкой от кипящей воды.
  - Сволочи! - высказалась она, ругая непонятно кого, и топнула ногой.
  А под ногами была лужа. Девушка, промокшая сверху под дождем, оказалась еще и обрызганной снизу.
  После имевшей печальные последствия вспышки гнева, она обреченно потянулась к сумке за телефоном, собираясь сообщить куда следует, что опаздывает. У нее было кошмарное начальство - за опоздание на минуту выписывался штраф, особенно если это самое начальство не предупредить о своей задержке. Тина лихорадочно искала телефон в сумке, одновременно нагибаясь за кулоном к земле. Из сумки выпал кошелек, упал в лужу, а сверху на него вывалилась косметичка. Ругаясь, как пьяный сапожник, она подняла промокшие кошелек с косметичкой, отыскала золотой кулон, при этом измазавши левую руку и рукав блузки по локоть в грязи.
  Хромая на правую ногу, она сделала пару шагов назад к дому. Телефон она так и не нашла, Тина забыла его дома. Как он у нее выпал из рук ночью на ковер, так и валялся там до сих пор.
  Более грустного утра у нее за всю жизнь не было. Девушка медленно сняла туфли и босиком пошлепала обратно домой. Штраф пятьсот рублей гарантирован. И надеть нечего на себя. Тина вдруг вспомнила, что последние два года она, как робот, приходила ровно в девять утра, уходила в шесть вечера. Без отгулов, без опозданий, минута в минуту. Может, пришла пора узнать, что такое отгул?
  Пятьсот рублей штрафа или минус тысяча из зарплаты. Бывают такие дни, как этот - дни неудач. Сплошная черная полоса, когда думается, что лучше бы уж совсем не вылезала из-под одеяла. Там безопаснее.
  Приняв решение прогулять рабочий день, Тина повеселела и шустрее пошлепала к дому, пытаясь перепрыгивать через лужи с кораблями-окурками, пришвартованными по бокам.
  Девушка подошла к дому, вошла в подъезд и поморщилась - воняло гнилой картошкой. Когда она выбегала из дома, запаха не было, сейчас появился. И чем выше она поднималась по лестнице, тем сильнее он становился. Лифта в хрущевке не было, подниматься по ступенькам, и дышать вонью было тяжким испытанием.
  Стараясь реже дышать, Тина пулей забралась на последний этаж и встала, как вкопанная. Перед ее квартирой сидел на полу бомж в своей последней стадии разложения.
  Это было человеком.
  Это должно было быть человеком, раз имело две ноги, две длинные руки, тело и голову. Но выглядел он так, словно перед ней предстала куча грязного белья с помойки. Мужчина неопределенного возраста сидел, отчаянно храпя, спал и пускал слюни во сне. У него были редкие, отросшие ниже плеч волосы, грязные, свисающие с черепа сальными паклями, как шерсть бездомной собаки. Нижняя половина лица мужчины заросла бородой, верхняя же была покрыта слоем грязи до такой степени, что кожа на лице показалось серой, с черными узорами. Одежда на нем была в ужасающем состоянии, истертая, дырявая, заношенная. На нем была длинная рубаха и черные трико. Воняло от него так, словно мужик забывал снять штаны и срал прямо в них. Он был босым, с отросшими ногтями на пальцах ног и язвами на ступнях. На его выглядывающих из-под рубахи руках лежал слой грязи, впитанной вместе с потом в кожу. Сколько ему было лет, сказать было сложно. Он был худым, его кожа облегала кости скелета так плотно, что давно нестиранная одежда свисала с него, как с вешалки в шкафу.
  ЭТО было точно человеком. Запах немытого больше года тела, и запах его собственных экскрементов смешивался с запахом перегара. И вонь была настолько сильна, что заполнила все воздушное пространство подъезда.
  Самое плохое в этой ситуации было то, что бомж выбрал в качестве опоры для своего тела дверь квартиры Тины. А телефона, чтобы вызвать полицию, у нее с собой не было. Подойти и прогнать его девушка побоялась: вдруг прибьет, или вшей перекинет, или еще какую заразу подарит.
  Девушка подошла к соседней двери, зажимая нос, и вежливо постучалась. Тишина. Тина приложила все свои силы и опять постучалась так, что железная дверь задрожала от ударов. И опять тишина. Тогда она дернула ручку двери на себя без дальнейших раздумий. К ее удивлению, дверь легко открылась.
  Бомж в этот момент особенно громко храпанул, привлекая ее внимание. Она бросила взгляд на него через плечо, алкаш же пернул артиллерийским залпом и вдруг открыл глаза. Этого хватило для того, чтобы Тина в мгновение ока переместилась в чужую квартиру и захлопнула за собой дверь, стараясь очутиться как можно дальше от него.
  - Есть кто дома? - заорала она на всю квартиру.
  Тишина была ей ответом. Тина на цыпочках прошла по ковру в прихожей, стараясь оставлять как можно меньше грязных следов. Завядшие цветы в настенных горшках, свисающие со стен коридора между прихожей и кухней, едва шевелили своими желтыми листьями под ветром. По линолеуму катались шарики из пыли и волос, в маленьком коридоре между прихожей и кухней было грязно. Оставляя сырые следы после себя, Тина прошла на кухню.
  Хозяев не было там, зато в открытое настежь окно хлестал дождь, заливая пол, подоконник, цветочные горшки с кактусами, стоящие вдоль окна. Кухня была три метра на три, в ней ловко уместился кухонный стол, три стула, холодильник, покрытая жиром до желтизны газовая плита. Старый кухонный гарнитур, состоящий из двух столиков и двух шкафчиков над ними, был весь забрызган чем-то буро-красным, давно засохшим и глубоко впитавшимся в дерево. Сам по себе он когда-то был белоснежным, но теперь покрылся несмываемыми цветовыми разводами. В семидесятых почти в каждой квартире были похожие кухонные гарнитуры.
  Наступив босыми ногами на засохшие крошки хлеба, Тина брезгливо поморщилась и вышла из кухни.
  Девушка постучалась в дверцу ванной, расположенную почти впритык к кухне. Потом кинула взгляд на выключатель, и смело открыла дверь. Там никого не было. Она щелкнула тумблером, но свет не зажегся.
  Квартира была двухкомнатной, обе комнаты были закрыты дверьми. На одной снаружи висел железный замок, зато другая была чуть приоткрыта.
  - Есть кто дома? - повторила громко девушка и смело распахнула дверь во вторую комнату.
  В нос ей ударил запах хлорки, а глаза ослепил яркий свет. Проморгавшись, она увидела встроенные в потолок около сорока галогенных ламп, и только потом опустила взгляд вниз.
  В комнате стояло четыре широких стола. Вдоль стен возвышались до самого потолка шкафы с многочисленными полками. В них стояли книги, колбы, заспиртованные лягушки, макеты разных молекул, микроскопы и прочее оборудование, необходимое для экспериментов. На окнах висели закрытые жалюзи. Лампочки на потолке заливали светом все пространство, их свет отражался в колбах, пробирках, лупах, разбросанных по столам, и в стеклянных дверцах пристенных шкафов.
  Комната хрущевки больше походила на лабораторию в каком-нибудь НИИ, чем на обычную жилую комнату.
  Оба ее соседа находились здесь. Глубоко погруженные в беседу, они полностью проигнорировали приход девушки.
  - А какая вероятность исключения из общего правила? - донесся до девушки вопрос Джона к брату.
  Гора держал узкую колбу в руках и внимательно изучал синеватое вещество в ней.
  - Исключений не бывает, - хмыкнул он. - Это как при синтезе новой молекулы белка в рибосоме.
  Тина подняла вверх брови. Еще вчера этот мужчина с ярко-зеленым, змеиным взглядом говорить по-русски не умел. Хотя смысл его слов даже на русском был девушке непонятен.
  На них обоих были надеты белые халаты и резиновые перчатки. Джон потрогал пальцами макет макромолекулы ДНК в окружении колб, стоящий на столе перед ним.
  - Похожие мутации в игрек-хромосомах есть и в нашем старом материале, - говорил Гора. - Ничего нового. Ты зря потратил время на поездку. Но олухам из центра будет интересно взглянуть.
  - Я ездил в юго-восточную Африку, - заявил Джон. - Ты сам просил собрать их образцы ДНК. Хотя я говорил, что лучше взять в качестве образцов горцев.
  - Эти олухи помешались на поиске места жительства генетического Адама, - усмехнулся Гора. - Сейчас только ленивый об этом не думает. Скучно, лучше бы взять материал у алтайцев. Мне больше интересны гены долгожителей, чем выяснять, откуда человечество родом.
  - Ты уже составил гаплотипы? - Джон отвернулся от брата и повернулся к одиноко стоящему в углу столику, на котором стоял компьютер. - А снимки? Ты заносил их в базу? Это у тебя феноменальная память, а мне приходиться обращаться к жесткому диску вне головы. Я хочу посмотреть...
  Он резко прервал себя, заметив Тину, растерянно топтавшуюся на пороге комнаты. Удивившись молчанию брата, Гора обернулся и увидел гостью. Он выпрямился и застыл на одном месте, без движений.
  - Как дела? - брякнул Гора, и быстро перевел взгляд с нее на колбу в руках, проявив недюжий интерес к ее содержимому.
  Спрашивал он у Тины, которая от его вопроса еще больше растерялась. Нормальный человек в такой ситуации спросил бы, чего она забыла в чужой квартире.
  - Плохо, - честно ответила та. - Опоздала на работу, промокла под дождем, сломала каблук и золотую цепочку. А еще под моей дверью сидит бомж. Я хотела попросить вас прогнать его, а вы на стук не отвечали. Тогда я вошла без спроса.
  Джон, окинув ее взглядом, сухо заметил:
  - Лаборатория стерильна. Юная леди, будьте добры умыться, надеть халат и перчатки. А сейчас... брысь отсюда!
  Последние слова он буквально гавкнул. Тина мгновенно попятилась, залепетав:
  - Я же не зашла внутрь... И бомж под дверью, я домой попасть не могу... А в вашей ванне свет не горит! Я хотела умыться, а там темно и страшно!
  Гора переглянулся с братом. Почему-то их совсем не удивило, что посторонний человек вломился к ним в дом, да еще и пытался воспользоваться ванной.
  - Я лампочку забыл купить, - виновато сказал Джон брату.
  Гора ничего не сказал. Он поставил колбу на стол, быстро прошел к одному из столиков, на котором среди микроскопов и бумаг с диаграммами стояла голубая настольная лампа. Выдернув шнур из розетки, он подошел к ней и рывком протянул лампу.
  - Спасибо, - тихо поблагодарила она, пытаясь поймать его взгляд.
  Как ловить рыбку в пруду, промелькнуло в ее голове.
  - Послушайте, - встрепенулась вдруг она. - Вы вчера по-русски не разговаривали! А сегодня говорите как коренной россиянин! Как такое может быть?
  Гора покраснел, буквально залился от лысой макушки до пят краской. Но промолчал, лишь еще быстрее зрачки у него забегали. Джон рассмеялся:
  - У моего брата отличная память! Кристина, хотите верьте, хотите нет, но он за семь часов овладел русским.
  - Понятно, - недоверчиво протянула девушка.
  Было видно, что она не поверила словам Джона.
  - Я пошла умоюсь, - пробурчала она.
  Девушка скрылась в ванной. Братья переглянулись между собой, затем Джон стянул перчатки с рук и направился в коридор.
  - Она не поверила, - хмыкнул он на ходу.
  Гора поплелся следом за ним, его лицо приняло бледный прежний оттенок. Мужчины вышли в коридор, направились к входной двери. Уже в коридоре оба уловили отвратительный запах, проникший в квартиру из подъезда.
  - Алкоголик, - выглянув в глазок, убедился в словах девушки Джон. - Сам разберешься или местных блюстителей порядка вызвать?
  Гора капризно поморщился. Он вытащил из своей ветровки, свисающей с вешалки, сто рублей и вышел из квартиры. Подойдя к бомжу, спящему в сидячей позе, он грубо пнул того по ноге. Пьяница прекратил пускать сопли себе в раскрытый, храпящий рот. Проснулся. Поймав мутный взгляд алкаша, Гора кинул ему на грудь сто рублей и, с перекошенным от отвращения лицом, крикнул:
  - Вали отсюда!
  Бомж перевел взгляд на деньги. Мелькнула бурого цвета ладонь, бумажка исчезла из виду.
  - Пр...я...ыв...а...пл...мр, - промычал он.
  Голосовой аппарат у него было полностью нарушен. Шатаясь, как лист на ветру, он встал с пола.
  - Да как он вообще на пятый этаж забрался? - с любопытством спросил Джон. - И кто его впустил? Там домофон внизу.
  Гора промолчал. Бомжа мотало из стороны в сторону, но он-таки шагами пьяной черепахи, опираясь на стенку, двинулся вниз по лестнице. На месте, где он сидел, осталось сырое, желтое пятно.
  Мужчины дождались, когда хлопнет входная дверь подъезда, и только после этого вернулись в квартиру. Оба молчали, оставив инцидент без комментариев. Погруженные в свои мысли, они оба вздрогнули, когда по квартире пронесся дикий крик девушки из ванной.
  - Какая проблемная леди, - вздохнул Джон. - И чего ей неймется?
  - Голова, - коротко ответил Гора.
  Он уже быстро шел к ванной, а навстречу ему выскочила полуголая Тина. Она прикрывалась футболкой, первым, что попалась ей под руку, и с вытаращенными глазами смотрела на нечто, находящееся в углу, рядом с туалетным бочком.
  - Г-г-голова! - заикаясь, сказала она им, тыкая пальцем в полумрак.
  Гора скользнул взглядом по обнаженной, сырой спине девушки, по аппетитной попке и бедрам. Тина безуспешно пыталась прикрыться короткой, розовой блузкой, но сумела скрыть от мужских взглядов только грудь. Впрочем, девушку мало волновало, что она обнажена, ее больше беспокоило то, что лежало рядом с вантузом.
  Гора, покраснев, скинул с себя белый халат и накинул его на сырые плечи девушки. Тина послушно оделась, не сводя глаз с покрытого черной шерстью черепа в засохшей крови. В свете лампы она отбрасывала маленькую тень. Почти незаметная в полумраке, отрубленная голова тем и пугала, что нужно было внимательно приглядеться, чтобы понять, что это. Вот Кристина и пригляделась.
  - Голова, - согласился Гора с ней. - Ну, голова, и что? Незачем так орать!
  - Всего лишь собачья голова, - усмехнулся Джон, проходя в ванную и перекрывая кран с льющейся из душевой лейки водой.
  - Ты чего ее не выкинул? - спросил у брата Гора. - Я тоже утром ее заметил.
  - Забыл, - честно признался Джон. - Вчера с экспериментом провозился, а потом некогда было.
  - А как она в ванной оказалась? - удивился Гора.
  - Я хотел выкинуть в мусорку, - вспомнил Джон, рассмеявшись. - Но по дороге зашел в туалет, там и оставил. Увлекся процессом.
  Гора ухватился за плечи перепуганной девушки и с силой сдвинул ее с места. Кристина оторвала наконец-то взгляд от черепа с коричневыми, остекленевшими глазами. И тут же рванулась на кухню. Согнувшись над раковиной, она выплеснула все содержимое вчерашнего ужина. Мужчины, услышав рвотные звуки, дружно поморщились.
  - Надо бы выкинуть ее, - протянул Джон.
  - Выкинь! - усмехнулся Гора.
  - А что с ней делать? - ткнул пальцем в кухню Джон.
  В этот раз спрашивал он о Кристине.
  Гора усмехнулся, а Джон поднял брови, поняв мысли брата.
  - Ну, как знаешь, - пожал плечами Джон, и процитировал, - "Пусть смертные радуются, что в их среде жило такое украшение человеческого рода" (* слова из надписи на могиле Исаака Ньютона)
  
  Глава 2
  Кристина сполоснула рот водой, отошла от раковины и присела на сырой стул за кухонный стол. Дождь прекратился, в распахнутое окно врывался легкий ветерок, принося запах свежести и озона. По полу кухни перестали течь ручейки, теперь там образовались небольшие, грязные озерца. Чирикали птицы на деревьях внутреннего дворика, облака медленно рассеивались, и солнце все чаще показывалось из-за них. Внешний мир оставался без изменений, равнодушный, как всегда, к существам, населяющем его.
  Внутренний же мир Тины за последние двадцать четыре часа перевернулся с ног на голову. Ей даже стало казаться, что она попала в чье-то чужое тело с сумасбродной судьбой. Совсем, как в книгах о попаданцах. Но чириканье птиц за окном и гул машин, а также мужчина, сидящий напротив нее за кухонным столом, суровым порицанием напоминали о бренности ее бытия. Чудес не бывает, напомнила себе Тина.
  - Голова откуда? - вяло спросила она, сводя дрожащими руками полы халата на груди.
  Гора бросил взгляд на сырые пятна в местах сосков, проступившие через белоснежную ткань, и быстро отвел взгляд в сторону.
  - Мы нашли труп собаки. Нам нужно было ее ДНК, мы отрубили голову. А тело выкинули.
  - Садисты, - почувствовав очередной приступ тошноты, приложила ладонь ко рту девушка.
  - Она была мертвой. Нам нужен был ее мозг. Тело мы выкинули. Тебе хорошо в этом халате.
  - Что? - Тина опешила от смены темы. - Хм... спасибо.
  На щеках мужчины заиграл румянец, а глаза как-то странно заблестели. Девушка нахмурилась, недоумевая, в чем причина резкой перемены отношения к ней со стороны Горы. Но кошмарная ночь, ужасное утро полностью деморализовали ее. Между ними воцарилось напряженное молчание.
  - А где Джон? - встрепенулась она.
  Гора недовольно поморщился и нехотя ответил:
  - Вышел. Как твое самочувствие? Полегчало?
  - Да, - кивнула она головой. - А ты, правда, иностранец? Ты потрясающе говоришь по-русски. Словно здесь родился.
  Гора улыбнулся. Он выпрямился, с ноткой хвастовства сообщил:
  - Я знаю десять языков. Бывал в разных странах, где был, там изучал местные наречия. Я не думал изучать русский, но после знакомства с тобой засел за интернет. Результат перед тобой.
  - Хм... - промычала Тина. - Ты просто невероятен.
  Гора заулыбался еще шире, а девушка вдруг зевнула.
  - Не выспалась? - с участием спросил он, положив руки на стол раскрытыми ладонями вверх.
  Гора чуть придвинулся к ней, вторгаясь в личное пространство. Тина с удивлением осознала, что неприязнь к нему исчезла и его сближение не вызвало чувство дискомфорта. Более того, волна желания вдруг поднялась из самых глубин ее существа, обожгла опустевший желудок и ударила в голову. Девушке стало жарко. Ей вспомнилось, что в последний раз она встречалась с противоположным полом больше трех лет назад. Сексуальное воздержание дало о себе знать, среагировав на приближение мало знакомого мужчины. А может быть, накопившийся стресс требовал, таким образом, выхода, но организм взбунтовался.
  В горле у нее пересохло, и она, отведя взгляд в сторону, хрипло спросила:
  - А бомж? Что с ним?
  Гора не ответил. Она вновь взглянула на него и совсем забыла, как дышать. Лицо мужчины было невероятно выразительным, и сейчас на нем крупными буквами отпечаталось тоже желание, что всколыхнуло ее. Гора мгновенно почувствовал изменения в ней и, как зеркало, отразил ее внезапное возбуждение. Полные губы чуть приоткрылись, глаза, устремленные прямо на нее, заволокла дымка, зрачки расширились. Он старался как можно тише дышать, чтобы скрыть звук сбившегося дыхания. От этого напряжения все его тело словно окаменело в ожидании женских прикосновений.
  Глядя в зеленые глаза, вспыхнувшие страстью, Тина как загипнотизированная протянула к нему руку через стол и коснулась пальцем его губ. Гора медленно закрыл глаза, тогда девушка ласково провела по его верхней губе подушечкой пальца с накрашенным розовым ноготком. Мужчина не выдержал, раскрыв рот, он лизнул палец горячим языком. Тело девушки мгновенно сотрясла дрожь, а между ног стало влажно. Столь бурная реакция на одно лишь его прикосновение потрясла ее до основания. Она никогда раньше не испытывала столь сильного возбуждения.
  Словно обжегшись, она отдернула руку и стремительно встала. Полы халата разошлись, показывая все скрытое до сих пор за ними. Глаза мужчина расширились, он устремил взгляд на упругую грудь со светло-розовыми сосками. Зеленые глаза скользнули ниже, на тонкую талию, опустились еще ниже, на чуть выступающий пушок из русых волос. Тина, не замечая реакции Горы, сделала шаг вперед, намереваясь выйти из кухни. Мужчина быстро встал со стула, приблизился к девушке и с силой привлек к себе, обняв за талию.
  - Я держу себя в руках, - глухо шепнул он ей на ухо. - Ты красивая.
  Его левая рука толчком прижала к своему телу полуобнаженную Тину. Она голой кожей почувствовала прохладу футболки на его груди. Тина шевельнула бедрами в попытке отступить, и тут же почувствовала, как в его джинсах затвердел член, плотно упершись в ее лобок. Гора качнулся вперед, затем назад, и снова вперед, нажимая и отпуская ее самое сокровенное место. От этого его движения Тину вновь окатила дрожь сильнейшего возбуждения.
  Гора быстро задышал ей в ухо, затем ласково втянул в рот мочку правого уха. Девушка, утратив контроль над собой, глухо простонала, утонув в сладкой истоме. Она выгнулась ему навстречу, нетерпеливо шевеля бедрам. Правая рука мужчины скользнула вдоль ее спины, охватила затылок с мокрыми, длинными волосами и приподняла вверх голову. Губы мужчины перестали терзать мочку уха, резко приблизились к лицу. Он жадно приник к ее рту в поцелуе, сходу углубляя его. Тина почувствовала, как его язык раздвинул губы и вторгся внутрь, сначала коснулся неба, затем углубился. С ее телом происходило нечто невероятное, удовольствие волнами проходило по нему, требуя чего-то большего, намного большего.
  Гора вдруг отстранился от нее, прервав поцелуй. Тина с недоумением взглянула на него, медленно возвращаясь к реальности. Прищурив помутневшие от страсти глаза, мужчина хрипло сказал:
  - Я же сказал, что держу себя в руках. Остановись, Тина, не соблазняй меня больше. Иначе я не смогу себя сдерживать.
  Девушка с трудом собрала разбежавшиеся мысли в кучу. До нее дошло, что выскочив из ванной голой, она сама спровоцировала Гору. Ни один мужчин не останется равнодушным к виду обнаженного женского тела. Особенно голодный мужчина. Гора был именно таким, чертовски голодным мужчиной.
  - Я... не хотела, - тихо сказала она, покраснев. - Это случайно.
  - Знаю, - слабо усмехнулся он, и вдруг застонал. Тина в тот момент шевельнула бедрами, плотно прижатыми к его естеству. - Тина!..
  - Извини, - хрипло ответила девушка.
  Она отступила на шаг назад, выскользнув из его объятий.
  - Иди домой, - сказал он ей, опершись руками о столешницу. - Сейчас же!
  В его голосе было столько угрозы, что девушка мигом очутилась в коридоре квартиры.
  Джон, который возвращался домой после того, как вынес голову мертвой собаки на мусорку, поднимался по лестнице по последним верхним ступенькам. Мимо него, гулко шлепая босыми ногами по каменному полу, промчалась Тина. Она его не заметила, девушка была в такой растерянности, что единственное, на что у нее хватило ума, это подобрать брошенную в коридоре собственную сумку. И то только потому, что она запнулась об нее.
  Джон, подняв ногу над последней ступенькой, наблюдал, как девушка в белом халате и с распущенными, мокрыми волосами кое-как нашла ключи в сумке, открыла замок, перепрыгнула воняющую, желтую лужицу у порога, и исчезла за дверью. Хмыкнув, он зашел к себе домой.
  - Процесс пошел? - шутливо спросил он у брата, вышедшего ему навстречу из кухни.
  Гора бросил на него тяжелый взгляд.
  - Я скоро, - сообщил он Джону.
  И раздраженно хлопнул дверью в ванную комнату. Джон, снимая ветровку, радостно крикнул ему вслед:
  - Я выкинул голову!
  Тишина была ему ответом.
  
  Оказавшись в безопасности, Тина закрыла квартиру и столбом замерла посередине прихожей. Ее сердце бешено колотилось, неудовлетворенный организм подавал сигналы в мозг о том, чтобы она вернулась и завершила начатое. Тина закусила губу, лихорадочно пытаясь подавить возбуждение.
  Да кто он такой? Всего вторая встреча, а ее словно огнем опалило! Он ведь даже не в ее вкусе! Ей нравились высокие парни, что называется, "в теле". С добрыми карими глазами. Улыбчивые. Добродушные. А кто Гора? В нем столько спеси и высокомерия, что хватило бы на трех таких, как она. И взгляд лжеца. За все время знакомства он ей ни разу не улыбнулся. Да она обычно за три километра обходила таких людей, как Гора. И вдруг эта неожиданно вспыхнувшая страсть.
  Тина прошла на кухню и без единой мысли в голове устремила взгляд во внутренний дворик дома, на верхушки тополей, находящиеся как раз на уровне пятого этажа. Она простояла так минут двадцать, пока возбуждение не покинуло ее. И стоило только организму успокоиться, как ее резко потянуло в сон.
  Тина устала. Ей показалось, что с того момента, как она проснулась на кухне, прошел целый полноценный день, а на самом деле все события уложились в два часа. На часах стояло время девять утра.
  Кристина зашла к себе в комнату, подобрала телефон с пола. Три пропущенных вызова с работы. Вздохнув, она набрала рабочий телефон начальства. Выслушав порцию критики в свой адрес, она соврала, что заболела. Зуб заболел. Начальство полаяло, но все-таки дало отгул.
  Скинув белый халат, она заметила сырые отпечатки своей груди на ткани и вздохнула. Не удивительно, что Гора сорвался. Тина аккуратно повешала халат на спинку стула. Задернув шторы, она кулем рухнула на кровать и заснула. Девушка хотела полежать часик, но неожиданно для себя уснула до самого вечера.
  
  Тина проснулась в шесть вечера. За окном шелестел дождь, в комнате едва слышно тикали настенные часы. Было душно, девушка во сне откинула одеяло в сторону, и теперь оно валялось на ковре рядом с кроватью.
  Тина потянулась, встала с матраса. Посмотрела на телефон, убедилась, что нет пропущенных вызовов. Да и кто ей мог позвонить? Друзей у нее не было.
  Девушка прошла на кухню. В желудке тихо ворочался голод, напоминая, что последний раз она ела вчера вечером, перед тем, как села за просмотр фильма ужасов. А потом начались все эти странные события.
  Тина чистила картошку и размышляла. Сейчас, после сна, мысли прояснились, в голову пришли вопросы. И первый из них - разве у нее в соседях были мужчины? Она жила здесь восемь лет. Если вспомнить, пару месяцев назад она столкнулась на этаже с полноватой пенсионеркой.
  - Что, милая, мусор выносишь? - сказала она тогда ей. - Прихвати и мой пакет. Старая я стала, ноги болят. А ты все равно к мусорке бежишь. Помоги своей соседке, бабе Гале, а?
  Кристина нахмурилась. Она жила здесь восемь лет, а до сих пор не может сказать с уверенностью, кто у нее числиться в соседях.
  Старушка вполне могла сдать квартиру, а сама уехать куда-нибудь. Такое вполне возможно. Тина напрягла память, пытаясь вспомнить, когда именно она помогла бабке Гале вынести мусор. Но память подвела, единственное, что вспомнилось, это то, что тогда на дворе уже было лето. Тина смогла вспомнить, что в тот день на ней было надето - футболка и шорты. Все остальное ускользнуло, растворилось на фоне других, более важных и значимых событиях, как она тогда думала.
  Второй вопрос, что же, черт возьми, ломится к ней в стены каждую ночь? Или она действительно свихнулась? Последний вариант был бы весьма проблемным. Лечение стоит дорого. Сегодня ночью к ней обещали прийти двое ее новых знакомых. Джон и Гора.
  При мысли о зеленоглазом мужчине с плутовским выражением лица сердце девушки екнуло и забилось быстрее. Внутри все сладко заныло, девушка осознала, что влюбилась. Для нее был открытием тот факт, что кроме любви с первого взгляда существует любовь со второго взгляда. Как иначе объяснить то, что характер человека не нравится, а сердце сходит с ума при одной мысли о нем? Да она даже фамилии его не знает, и того, откуда он родом! Иностранец с лживым взглядом. Она его хочет. Она точно сошла с ума.
  Кристина порезала картошку, бросила ее на раскаленную сковородку. Белые бруски зашипели, окунувшись в горячее масло. Оставив картошку жариться, девушка направилась в комнату.
  Она взяла телефон в руки, быстро прокрутила справочник. И спросить совета не у кого. Мать беспокоить - себе дороже, отец грубо рявкнет что-то о том, что замуж ей пора. Друзей у нее не было. С коллегами по работе она не общалась. Почему? Потому что там ценилось положение в обществе и наличие денег на банковских картах. Ее коллеги книги читали лишь в школе, по указке учителей. В то время как она рассуждала о голодающих детях в Африке и благотворительных фондах для больных раком, они говорили о том, что надо бы купить новый ай-фон, или новую одежду, или съездить в отпуск заграницу, или об очередном проигрыше футбольной команды, или о том, как в сериале господин N. бросил госпожу S.
  На кухне начала подгорать картошка, запах горелого с запозданием проник в комнату. Кристина бросилась на кухню.
  Перекусив, она сходила в магазин за новыми туфлями. Затем прибралась дома. Починила сломанную застежку на джинсах. Зашила оторванную пуговицу на блузке. Погладила брюки затем, чтобы убрать их обратно в шкаф. Повздыхала над порванной золотой цепочкой.
  Убив, таким образом, время, она в одиннадцать сорок вечера подошла к соседской двери и, пытаясь утихомирить разбушевавшееся сердце, постучалась. Ее ждали.
  Едва стих стук, как дверь распахнулась, и на пороге появился Гора. Бросив на нее быстрый взгляд, он покраснел и быстро отвел глаза вправо. Мужчина сменил белый халат на желтую футболку и темно-синие шорты. От него приятно пахло мужским дезодорантом.
  - Привет, - сказала Тина, едва соображая.
  Стоило ей увидеть это выразительное лицо, как все мысли, кроме одной, улетучились. Осталась лишь одна - это он! Я хочу его!
  - Здорово! - чуть улыбнулся он. - Как день прошел?
  - Нормально, - едва смогла ответить она.
  В голове у нее застучалась мысль - почему он не смотрит ей в глаза?
  - Я к тебе собирался, - сказал он. - Вот, держи. Ты их забыла.
  Он протянул ей одежду и туфли со сломанным каблуком. Тина взяла их в руки, покраснев.
  - Ты красивая, - шепнул он ей, засунув руки в карманы джинсов.
  Девушка принарядилась, сменила домашний халат на голубой, красивый сарафан, который ей очень шел. Он легкими волнами спускался почти до колен, узкий в талии, элегантно облегал грудь. Сарафан был для особых случаев, на работу такой не наденешь из-за дресс-кода, слишком глубокий вырез на груди вызвал бы гнев начальниц.
  - Спасибо, - таким же шепотом ответила она.
  Заметив, как у нее дрожат руки, Гора с нервной усмешкой заметил:
  - Да не волнуйся ты так! Ты что, стесняешься? Уже поздно отступать!
  Он подошел к ней вплотную, шепнул на ухо:
  - Ты теперь принадлежишь мне! Ты - моя!
  У Тины от его слов ослабели ноги, но она каким-то чудом устояла на ногах. За спиной у Горы возник вдруг Джон. Кинув на них веселый взгляд, он громко объявил:
  - Ребята, да между вами на воздухе чайник кипятить можно! Тиночка, дорогая, прости, но у меня вдруг появились дела. Гора к тебе пойдет без меня. Ты плакать не станешь?
  Кристина, совсем потерявшая дар речи, помотала головой. Братья переглянулись между собой, Гора взглядом дал понять, что Джон здесь лишний.
  - Удачной ночи! - с легкой ноткой ехидства пожелал он им.
  Также бесшумно, как появился, он исчез.
  - Пойдем, - сказал девушке Гора.
  И первый вошел в чужую квартиру. Глядя ему в спину, Тина даже не вспомнила, что хотела спросить насчет бабы Гали. И о том, чтобы узнать фамилию Горы. И о том, из какой он все-таки страны. Рядом с ним вспыхнувшая страсть подавляла все разумные мысли. Все ее силы уходили на то, чтобы унять бешеный стук сердца и не уплыть по волнам дикого желания. Она себе говорила, что ей уже за тридцать, что она уже не девочка, и ей нечего бояться, но... Одно лишь его присутствие рождало в ней целую бурю чувств. Страх. Возбуждение. Неуверенность. Жадность. Желание обладать.
  Мужчине же стоило лишь бросить на нее взгляд, как он уже все понял. Все ее чувства читались на ее лице как в открытой книге.
  Они вошли в квартиру.
  - Шум стоит только в комнате? - спросил Гора, входя в спальню.
  Кристина пару минут молчала, соображая, о чем он вообще спрашивает. С трудом, но она все-таки вспомнила, по какой причине здесь Гора.
  - Да, - выдавила она, потрясенная тем фактом, что совершенно забыла о шуме. - Скоро должен начаться.
  - В двенадцать, - уточнил Гора.
  Кинув быстрый взгляд на настенные часы, он подошел к тумбочке и поднял лежащую на ней книгу "Ужас Данвича". Затем положил ее обратно, посмотрел в сторону компьютера.
  - Компьютер больше не включался?
  Тина покачала головой. Она подошла к заправленной кровати и села на покрывало. Сложив ногу на ногу, девушка улыбнулась. Внутри родных стен учащенный стук сердца начал сбавлять темп.
  Гора нетерпеливо прошелся по комнате, затем развернул широкое кресло от стола к девушке. Мужчина сел в него, широко раздвинув ноги. Пару минут внимательно разглядывал ее, затем спросил:
  - Почему ты до сих пор одна? Ни детей, ни мужа? Когда у тебя в последний раз был секс?
  Кристина вновь вспыхнула от его откровенных вопросов. Она затянулась с ответом, и Гора быстро сказал:
  - Не хочешь, не отвечай.
  - Да нет, - смущенно ответила она. - Долго объяснять, почему одна. А на счет секса, у меня практически вторая девственность. Года три назад, примерно.
  Глаза у Горы расширились от ее ответа.
  - Так долго? - изумился он.
  - Ну да.
  - Почему?
  - Пусть это останется моим секретом, хорошо?
  - Понял.
  - А что насчет тебя? - помедлив, спросила она.
  - Я сейчас свободен, - быстро ответил он. - В активном поиске. Был женат. Вдовец. У меня есть ребенок, двенадцать лет, мальчик.
  Теперь пришла очередь Кристины удивляться.
  - А что с женой случилось? - осторожно спросила она.
  - Умерла от рака еще восемь лет назад, - ответил он. - Я воспитываю ребенка сам, сейчас он в Англии, с моей тещей. Обычно я живу с ними, но довольно часто уезжаю по командировкам.
  Кристина глубоко втянула воздух в грудь. Теперь становится понятным, почему у него всегда такой бегающий взгляд. Он пережил трагедию, любимая женщина ушла от него в самом расцвете сил. И оставила его с маленьким ребенком на руках. Сердце девушки наполнилось одновременно жалостью и ревностью. Ей трудно будет бороться с призраком. Особенно когда его жена осталась в его памяти молодой и красивой, а сама она скоро начнет стареть. Тем более, когда остался от нее ребенок. Будет ли долгосрочным их роман?
  - А ребенок на кого похож? - ласково спросила она, надеясь на лучшее.
  Но ответ почти убил ее:
  - На маму. Копия мамы.
  - Бедный ты, - вырвалось из нее. - Мне тебя жаль.
  - Не смей! - вскрикнул он. - Не смей мне этого говорить! Никогда больше!
  Он вскочил с кресла, взмахнув руками. Тина ошарашено смотрела на его лицо - по нему текли слезы. Но прежде, чем она успела что-то ответить, часы пробили полночь.
  Едва все три стрелки слились в единое целое, как внутри стен началось движение. Кто-то громко и одновременно со всех сторон начал грызть бетон.
  - Хрысь-хрысь-хрысь - пронеслось по комнате.
  Слева. Справа. За спиной. Прямо. Хрысь-хрысь-хрысь, тук-тук-тук, скрип-скрип-скрип.
  Тина побледнела и шепотом спросила у Горы:
  - Ты слышишь?
  Мужчина с недоумением взглянул на нее.
  - Слышу что? - переспросил он, медленно опуская руки.
  - ЭТО! Скрип внутри стен, - хриплым шепотом сказала она, бледная, как известь.
  Гора склонил голову к плечу, прислушался.
  - Я ничего не слышу, - ответил он ей.
  Его ответ убил девушку наповал.
  - Ты не слышишь? - переспросила она.
  - Нет, - качнул он головой. - В комнате тишина.
  - Как же это? - жалобно пропищала Тина. - Ну, вот же! Сейчас грызет кто-то справа. Теперь слева. Слышишь?
  Гора покачал головой, внимательно прислушиваясь.
  - Тина, в комнате тихо. Нет никакого постороннего шума.
  Девушка подавленно замолчала. Затем подняла ноги с пола и прижала колени к себе, сжавшись в комочек. Она отчетливо слышала шум со всех сторон. Сбылись ее самые худшие опасения, это поскребывание слышала только она одна.
  Гора молча наблюдал за ней. Затем вынул из кармана ай-фон, подключил к нему наушники и включил радио. Он подошел к девушке и протянул ай-фон ей.
  - Возьми, - сказал он в ответ на отчаянный взгляд Тины. - Попробуй с наушниками.
  Дрожащими руками девушка взяла телефон из его рук. Она послушно воткнула наушники в уши, и... шум смолк. В голову ей вторглась песня поп-группы Градусов.
  - "Я держу себя в руках, я с опытом", - запело в голове.
  Шума больше не было слышно.
  - Ну как? - громко спросил Гора. - Теперь слышишь шум?
  Тина вынула наушники из ушей - скрипение внутри стен вернулось.
  - В наушниках не слышу, - сообщила она, слабо улыбнувшись.
  Гора присел на кровать рядом с ней и обнял ее.
  - Тина, в комнате тихо, - шепнул он ей на ухо.
  Хрысь-хрысь-хрысь, тук-тук-тук, хрысь-хрысь...
  - Здесь никого нет, - продолжал он.
  Хрысь-хрысь-хрысь...
  - Я сошла с ума, - шепотом сказала Тина. - Гора, я слышу шум со всех сторон. Это лечится?
  - У Джона здесь есть знакомый психотерапевт, - нерешительно сказал Гора. - Давай завтра поговорим об этом. Мы тебе обязательно поможем. Этот шум... его на самом деле нет. Тебе он лишь кажется...
  Тина заплакала. Обнявшись, они просидели так в течении часа. Гора не переставал твердить, как заведенный, что вокруг стоит тишина. Тина плакала. Потом, когда слезы кончились, она уткнулась носом в его грудь, а он ласково гладил ее по голове.
  Тихое безумие Тины прекратилось в час ночи. Стук и скрип прекратились. Едва в комнате наступила благословенная тишина, как девушка отстранилась от Горы.
  - Твоя футболка вся в моих слезах, - тихо сказала она. - Шум исчез, Гора.
  Мужчина вместо ответа привлек к себе девушку и нежно поцеловал в губы. Он медленно опустил ее на кровать.
  - Ты не против? - хрипло спросил он, нависая над ней.
  От слез глаза Тины блестели, печать покорности и слабости осела на лице, делая его невероятно сексуальным и беззащитным. Девушка слабо кивнула головой. Откажи она ему сейчас, вряд ли бы он смог сдержаться. Все женское тело буквально молило о спасении, ни один здоровый мужчина не устоял бы.
  Правая рука Горы проникла под сарафан, сжала грудь девушки. Она была без лифчика. От прикосновения жестких мужских пальцев к нежной коже у Тины проснулось нечто животное, древнее, как мир. По ней прошла первая волна удовольствия, и она выгнулась навстречу другому телу.
  Гора встал, быстро скинул с себя футболку, стянул шорты вместе с трусами. Он был возбужден, его член стал больше ладони девушки, твердый, с вздувшимися венами. Тина сглотнула и протянула руки к нему, но Гора перехватил их. Его взгляд потемнел, зрачки полностью заполнили зеленую радужку глаз. Мужчина аккуратно дернул вверх сарафан девушки, обнажая ее, и кинул его на пол. Следом последовали красные стринги.
  Учащенно дыша, Гора сел на кровать и снова склонился над гибким женским телом. Его широкие ладони охватили грудь девушки, пальцы нажали на соски. Гора нагнул голову и лизнул правый сосок, затем втянул его в рот, покусывая. Тина тихо застонала, выгибаясь навстречу его ласкам. Гора жадно продолжал играть с грудью девушки, затем его левая рука скользнула вниз, туда, где за мягкими волосами прятался клитор. Стоило ему коснуться его, как Тина тихо вскрикнула. Гора отпустил грудь девушки, бросил взгляд на искаженное от страсти лицо.
  - Что ты со мной делаешь?! - хрипло шепнула она, задыхаясь от пронзительных, сладких волн наслаждения.
  - Ты уже все мокрая, - с довольным смешком тихо сказал он ей.
  Гора опустился вниз, раздвигая женские ноги в сторону. Тина увидела его макушку под собой и почувствовала, как горячий, шершавый язык скользнул по клитору. Она снова вскрикнула, утратив последние остатки самообладания, и закрыла глаза. Горячий язык быстро-быстро заскользил вверх-вниз по ее самому сокровенному месту, внутри Тины все сжималось и разжималось, накаляясь. Гора жадно втянул в рот клитор, затем вновь заиграл с ним горячим языком. Все быстрее и быстрее, все сильнее и сильнее, доводя ее до полубезумия. И тут он остановился. Тина нетерпеливо дернулась, открывая глаза. Гора с красным от возбуждения лицом смотрел на нее.
  - Я хочу тебя, - хрипло сказал он.
  И, глядя в ее глаза, вошел в нее резким толчком. Девушка почувствовала, как ее половые губки сжали на миг его член, и это непроизвольное движение заставило вновь застонать от наслаждения. Гора начал медленно двигаться, то врываясь в нее, то выходя наружу. По комнате пронеслись стоны вперемешку с тихими шлепками. Мужчина начал медленно подводить ее к самой черте, за которой скрывался ураган удовольствия. Его член то вторгался в нее, то освобождал от своей власти, Тина каждую секунду вскрикивала. Ее грудь от каждого движения вздрагивала, колыхалась. Гора ускорил темп, в его дыхании прорвалась хрипота, схожая со звериным рыком. Последние рывки его были жесткими, глубокими, быстрыми. Половые губки Тины все чаще и чаще сжимались, сводя ее с ума. Еще миг - и взрыв экстаза потряс обоих до основания. Они на мгновение забыли, как дышать, погружаясь в неземное наслаждение.
  Прошла пара минут, прежде чем к ним вернулась способность думать и говорить. Гора лег на тело девушки, приводя дыхание в норму.
  - Кажется, я люблю тебя, - тихо сказала девушка. - Гора, со мной никогда такого не было. Это было невероятно!
  Мужчина тихо рассмеялся. Затем приподнялся, щелкнул пальцами по ее носу и тихо сказал:
  - У нас еще вся ночь впереди...
  Эта ночь для девушки стала волшебной. Гора играл с ее телом, как профессиональный музыкант на своем инструменте. Каким-то образом он знал все самые чувствительные ее места, эрогенные зоны, и в тоже время уверенно показывал, что и в каком месте нужно ему. Тина была послушной ученицей, не в силах отказать мужчине, показывающему ей дорогу в небеса.
  К утру оба задремали на кровати, опустошенные, обессиленные, но счастливые.
  
  Будильник прозвенел в шесть тридцать утра, вырвав любовников из сна. Девушка проснулась первой, потянулась к телефону и выключила громкую музыку, доносящуюся из него, будильник был встроен в ай-фон. Затем она повернулась к спящему мужчине и ласково потрепала того за плечо.
  - Гора, вставай, - сказала она ему.
  Гора нехотя заворочался. Во сне он крепко обнимал подушку, лежа на животе.
  - Верита нао дан, - пробормотал он, еще крепче сжимая подушку.
  Тина рассмеялась - спросонья мужчина забыл, где находится и заговорил на своем родном языке. Она снова коснулась его плеча, громко сказала:
  - Гора, просыпайся! Уже утро!
  Мужчина открыл глаза. Пару минут он смотрел на нее ничего не выражающим взглядом, затем сморгнул и лениво потянулся.
  - Кристина, - тихо проинформировал он сам себя. - Доброе утро.
  - Я, - согласилась с ним девушка, широко улыбаясь. - Доброе!
  Кристина нагнулась к нему, поцеловала в затылок, и вскочила с кровати.
  - Мне на работу пора, - сообщила она ему. - Отгул дали только на один день.
  - Бр-хр, - проворчал Гора. - Как на счет того, чтобы пропустить день? Поехали куда-нибудь, отдохнем.
  - Нет, - покачала она головой. - Мне нужна моя работа. Не искушай меня!
  Гора оторвался от подушки, сел на кровать. Вытянув руки вверх, он потянулся и со странным смешком начал наблюдать, как девушка бегает по комнате в поисках нижнего белья.
  - У вас в России есть город Санкт-Петербург. Мне нужно туда слетать, поехали со мной?
  - В Питер? - спросила она, останавливаясь посередине комнаты.
  Солнечные лучи упали на ее обнаженное тело, в руках она держала найденный лифчик белого цвета.
  - Ты когда поедешь? Надолго? - настороженно спросила она.
  - Какая же ты красивая, - с восхищением разглядывая все изгибы женского тела, заявил он.
  - Не уходи от темы, - попросила она его. - Так, когда ты уезжаешь?
  - Сегодня, - усмехнулся он. - У меня самолет через три часа. Я так понимаю, ты со мной не едешь?
  - Нет, - качнула она головой.
  Девушка поспешно вышла из комнаты, зашла в ванную и начала умываться. Гора, оставшись один, откинул одеяло в сторону и последовал следом за ней, виляя голым задом.
  - Я тебя уговаривать не буду, - сказал он ей, встав в дверях ванной.
  Он прислонился к косяку двери, сложил руки на груди и нахмурился.
  - Тина, насчет того, что ты слышала ночью. Я расскажу все Джону, он позаботится о тебе, пока меня не будет. Тебе обязательно нужно сходить провериться к психотерапевту.
  - Я не сумасшедшая! - вспыхнула девушка, быстро водя зубной щеткой во рту.
  - Я не говорил, что ты сумасшедшая, - успокаивающе сказал он. - У нас у каждого есть свои скелеты в шкафу. Все мы со странностями, нормальных людей в природе как таковых не существует. Ты меня устраиваешь, ты мне нравишься, я помогу тебе разобраться с этой проблемой. Но... мне нужно ехать в Питер, срочные дела. Через два дня вернусь, а до тех пор... Я оставляю тебя на Джона. Слушайся его, ок?
  Тина прополоскала рот, выплюнула воду и умыла теплой водой лицо. Она схватила полотенце, вытерла мордашку и, наконец, согласно кивнула.
  - Ты прав, я так и сделаю.
  - Умница! - довольно улыбнулся он ей. - Я люблю послушных девочек!
  Гора отошел от косяка, погладил ее по растрепавшимся волосам.
  - Угостишь кофе? - Спросил он.
  - Хорошо.
  Девушка прошла на кухню. Сегодня она встала во время, времени на завтрак было много.
  Не торопясь, она приготовила омлет с жареными сосисками, сварила кофе. Они спокойно позавтракали, перебрасываясь ничего не значащими фразами. Чудесная погода. А вчера был дождь. Джон вчера выкинул собачью голову. Надо бы прибраться на этаже в подъезде. Комаров стало меньше. Скоро осень.
  Женская интуиция действует сильнее любых методов дедукции. Пока они завтракали, в девушке все больше и больше крепло чувство, что она где-то совершила непоправимую ошибку. Где-то свернула не в ту сторону. Она что-то упустила из виду, что-то выскользнуло из ее рук. В ней росло чувство потери, утраты.
  Кофе имел горьковатый привкус шоколада. Такой же вкус начал приобретать разговор с Горой. Тина сама не могла понять, что с ней происходит. Вот же он, ее любимый мужчина, сидит рядом, совсем не беспокоясь, что завтракает обнаженным. Больше не отводит взгляд в сторону, а спокойно смотрит на нее. Даже изредка улыбается, хоть улыбки у него и кривые. Тина потерла виски, не понимая, почему вдруг так резко испортилось настроение.
  Однажды она видела фонтан-шутиху в Петергофе. "Зонтик" он назывался и выглядел, соответствуя названию. На белой ножке стояла зеленая крыша в форме круглой шапки груздя. С краев крыши лилась вода, создавая замкнутую водяную стену. На пару секунд вода переставала литься, и можно было попасть внутрь, под крышу- "зонтик". А затем маленький водопад снова начинал спокойно литься вниз. Человек, попав внутрь, оказывался отрезанным от внешнего мира стеной воды. Сам прятался от "дождя" под "зонтиком", но при этом не мог выйти наружу, чтобы не вымокнуть до нитки.
  У Тины вдруг появилось именно такое ощущение. Будто она спряталась от беды под крышей, а сама попалась в ловушку, и теперь не может найти выход. Там, снаружи, кипел внешний мир, а она оказалось запертой в капкане собственных чувств.
  Расстались они с Горой возле ее дверей.
  - Надевай наушники по ночам, - приказал он ей. - Если Джон договорится со своим другом, сходи на прием к психотерапевту. Я вернусь в субботу, вечером.
  - Хорошо, - покорно согласилась она.
  Гора чмокнул ее на прощание в лоб, и она побежала на работу, перескакивая через ступени. Девушка отмахнулась от предупреждающего шепота своего внутреннего голоса, подумав, что ей действительно надо лечиться. Пока она еще в здравом уме и твердой памяти, пока не стало поздно.
  Гора, проводив Тину взглядом, вернулся к себе в квартиру. Джон, сонный, вышел из лаборатории ему навстречу, глубоко зевая. Синеглазый мужчина только встал, был в одних красных, семейных трусах. Его волосы торчали в разные стороны, делая его еще больше похожим на сонного ежа.
  - Ты все подготовил? - спросил Гора, заметив его.
  - Все по твоей инструкции, - еще раз зевнул Джон. - У нас в холодильнике только заспиртованные собачьи мозги. Будешь?
  - Смешно, - усмехнулся Гора. - Я сыт. Переодеваюсь и в лабораторию. Сегодня нужно много сделать, ты мне поможешь.
  - О-о, - деланно протянул Джон, почесывая живот. - Я только за. Схожу только куда-нибудь, перекушу.
  И пошел в ванную, напевая песенку собственного сочинения со словами:
  - Я красавчик, люби меня, бэби...
  
  Глава 3
  Рабочий день Кристины прошел так же, как сотни дней раньше. Начальство кричало и требовало, она выполняла. К вечеру, садясь в маршрутку, девушка чувствовала привычную повседневную усталость. Ее мысли перескакивали с собранных документов для налоговой инспекции на безумную ночь любви с Горой. Девушка уже скучала по нему.
  Гора не был красавцем, но было в нем нечто такое, что притягивало ее, как магнит. Он сильно отличался от всех парней, с которыми она раньше встречалась. Чем? Она не знала. Но без него мир казался тусклым, как глубокая бесконечная осень с голыми, без листвы деревьями. Его появление словно разбудило ее из глубокой спячки, будто она и не жила до него.
  Маршрутка с немногочисленными пассажирами миновала центральный проспект, проскочила пробку, ловко перестраиваясь из ряда в ряд. Время приближалось к семи часам вечера, большинство таких же людей-муравьев спешили домой по улицам с хмурыми лицами, погруженные в бытовые проблемы. Но ближе к ее остановке маршрутка опустела.
  Кристина вышла на своей остановке, скользнув взглядом по кавказской внешности водителя. Тот нетерпеливо дождался, когда последняя пассажирка выйдет наружу, и, нажав на газ, умчался прочь.
  Тина направилась к дому. Вокруг воцарился непривычный покой. Ее путь лежал через небольшой рынок, шумящий днем многоголосьем разных народов. Сейчас же ларьки "фрукты-овощи" призраками белели закрытыми жалюзями. Одинокими статуями возвышались пустые прилавки с пятнами от рыбы, зелени, фруктов. Вяло колыхалась под летним вечерним ветром брезентовая ткань с навесов мясных ларьков.
  Тишина, окружающая ее, напугала девушку. Ведь время на часах было всего шесть сорок пять вечера! Почему рынок так рано закрылся? Почему на улицах так мало людей? Подобное безлюдье на одной из главных улиц города она наблюдала только раз в жизни - в девять утра первого января, когда 99.9% населения отдавались отдыху после бурной новогодней ночи, и лишь 0,1% несчастных вынуждены были переться на работу.
  Но сегодня было двадцатое августа, четверг, вечер обычного дня. В это время рынок еще работал, у них был наплыв покупателей, идущих домой с работы. Но сейчас все живые люди словно куда-то испарились. Странный вечер, отличающийся от других непривычным безмолвием. Не проносились машины по дороге рядом с рынком, не доносилась музыка из окон многоэтажек вокруг.
  Тина поежилась от ощущения того, что осталась одна в целом мире. Быстро прошла через рынок, нервно оглядываясь по сторонам с вытаращенными глазами. Когда стоит такая тишина, любой звук может заставить поседеть от ужаса. А нервы девушки и так были на пределе, она все больше думала, что сходит с ума.
  Вконец поддавшись панике, Тина позорно сорвалась на бег, едва завидев стену своего дома. На ходу нашарила ключ от домофона в кармане и, ткнув им в горящий красным цветом "глазок" замка, ворвалась внутрь хрущевки.
  В подъезде здания тоже никого не было.
  На ослабших ногах девушка прошла к лестнице, чутко прислушиваясь к окружающей тишине. И, чем больше вслушивалась, тем больше пугалась - тишина стояла могильная. Для пяти этажей густо заселенного дома это было странно. По воздуху летали разнообразные ароматы, от запаха жареной картошки, до вони кошачьей мочи, но не с одного из этажей не доносилось ни звука.
  Почему так тихо? Может, Тина заснула в маршрутке и сейчас просто спит? Для достоверности ущипнув саму себя, убедилась, что все происходит в действительности: боль была весьма ощутимой. Или может она оглохла? Топнув ногой по каменным ступеням, услышала глухой стук - со слухом было все в порядке.
  Открыв рот в попытке крикнуть "эй, кто-нибудь!", Тина смогла выдавить из себя жалкий хрип, голос ее не слушался. Сглотнув, девушка медленно начала подниматься наверх. Это все мое сумасшествие, подумалось Тине. Она всегда была трусихой, боялась даже людей, повышающих голос, и сейчас наверняка опять поддалась панике. Спокойствие, только спокойствие, как говорил великий Карлсон.
  Но чем выше она поднималась, тем страшнее ей становилось. В пролете между третьим и четвертым этажом страх окончательно сковал девушку. Не скрипели двери, не доносились голоса и плач младенцев из-за дверей. И в распахнутые окна подъезда, ведущие во внутренний дворик, не влетало ни гула двигателей легковушек, ни скрипа запоздавших трамваев, ни фырканья автобусов. А ведь когда она выходила из маршрутки, по дороге еще ездили машины. Когда же наступила эта могильная тишина? На рынке. Точно, то, что вокруг странно тихо, девушка осознала, переходя рынок.
  - Я совсем свихнулась, - сказала она вслух, чтобы разорвать тишину. - Насмотрелась фильмов-катастроф, и теперь боюсь обычной тишины. Трусиха.
  Она заставила себя идти дальше. Тишина вокруг была настолько густой, что ей показалось, будто все тело завязло в болотной пучине.
  Тина, преодолевая страх, поднялась на верхний этаж. Она свернула к соседней двери, заколотив в нее, как сумасшедшая. Дверь распахнулась, перед ней предстало раздраженное лицо Джона. Одет он был в свой любимый белый халат, на руках у него были белые, резиновые перчатки. Тина отвлекла его от очередных экспериментов.
  - О, опять ты! - воскликнул он. - Проблемы, леди?
  Кристина медленно опустилась, присев на корточки, и истерично рассмеялась. Джон нагнулся над ней, похлопал по голове со словами:
  - Все хорошо, маленькая, все хорошо. Так что случилось? Горы нет. Он уехал. Чем я могу помочь?
  - Тем, что ты есть, - глухо сказала девушка, потирая виски. - Тем, что ты живой.
  - Леди! - воскликнул Джон. - Ты меня пугаешь! Кто тебя обидел?
  - Никто, кажется, судьба меня обидела. Джон, Гора сказал, что у тебя есть знакомый психотерапевт? Мне реально нужна помощь, кажется, я окончательно с катушек слетела. Спаси меня, Джон!
  - Та-ак! - протянул Джон, широко улыбаясь. - Спасти леди дело чести для любого джентльмена! Вставай! Пошли пить чай и успокаиваться! На тебе лица нет, бэби! Надо его срочно вернуть и поставить на место. Только ты сама меня угости, у меня чая нет.
  - Конечно, - Тина встала с места. - Я теперь на все согласная. Только, Джон, не оставляй меня одну!
  - Как скажешь! - радостно заявил Джон. - Уйду, когда успокоишься. У меня, знаешь ли, есть работа. А к чаю что-нибудь есть? Конфетки-печеньки? Угостишь? О, я еще есть хочу! С утра гамбургером только перекусил, есть хочется жутко.
  - Если поискать, то есть варенье. И хлеб. Могу на скорую руку приготовить яичницу. Если подождешь, сварю суп.
  - О, русский борщ! - встрепенулся Джон. - Хочу! Свари!
  - Договорились, - улыбнулась Тина.
  Джон составил ей компанию до самого вечера. Его болтовня отвлекала ее о грустных мыслях по поводу собственного умопомешательства. Хотя половину слов из его восхищенно-влюбленных речей о ДНК она не понимала. Джон, словно неумолкающее радио, сидел рядом с ней на кухне, Тина же варила суп.
  - Вся работа, происходящая в наших клетках, настолько отлажена, - говорил он, опершись спиной о стену и качаясь на табуретке из стороны в сторону, - что даже я иногда думаю, что нас создал некий Разум. Слишком все продумано, вплоть до таких мелочей, как внешний вид, характер, строение белков отдельного индивидуума. Ты знаешь, что внешний облик человека заложен в нем с самого рождения? У младенцев заложена настоящая программа, цвет глаз, волос, телосложение, расположенность к полноте, его рост. Все, абсолютно все есть в генах ДНК, даже склонность к преступлениям! И все наследственные болезни передаются через ДНК. Время рождения, и даже время смерти, то, сколько нам отведено времени, все есть в ДНК. Конечно, если на человека не повлияет внешний фактор, то он умрет ровно тогда, когда ему скажет его организм. Ты знаешь, что механизм самоуничтожения запускается в каждом из нас сразу, как только мы рождаемся? Нас убивают свободные радикалы кислорода. Наши клетки, ДНК начинают стареть от атак свободных радикалов. И не плохая экология, ультрафиолет и прочая химия виноваты в том, что мы стареем. Внутри нас самих образуются свободные радикалы, в митохондриях. Ты помнишь, что такое митохондрия?
  - Нет, - покачала головой Тина, слушая его вполуха. Она пережаривала лук с морковкой. Школу закончила почти пятнадцать лет назад. Все ее познания в области биохимии ограничивались знанием, что люди произошли от обезьян.
  - Митохондрии дает нам энергию, чтобы жить. В них происходит окисление органических соединений. Но в ходе этого процесса в митохондрии молекула кислорода может захватить лишний электрон, так возникает свободный радикал кислорода. Он атакует какую-нибудь нужную клетку молекул, и нарушает работу этой клетки. Мы стареем, а митохондрии все больше производят свободных радикалов, все больше стараются отравить нас, наше тело, в котором живет. Это замкнутый круг, потому что когда в митохондрии создался свободный радикал, он в первую очередь атакует саму митохондрию. А на эту атаку она отвечает увеличением продукции свободных радикалов. Так уж она сама создана. Вот она, причина нашей смерти, вот почему мы стареем. В 20в. были открыты антиоксиданты - вещества, способные нейтрализовать излишки свободных радикалов в организме. Основная проблема была в том, чтобы доставить антиоксиданты к митохондриям. (*спасибо за информацию видеоролику из YouTube, который сейчас по каким-то причинам не доступен, и автор не может оставить на него ссылку)
  - Суп готов, - сообщила ему Тина, поставив перед ней дымящуюся тарелку с бордовой жидкостью.
  - О! - радостно потер руки Джон, принюхиваясь к аппетитному запаху, выходящему из тарелки вместе с паром. - Я так рад! Спасибо за еду!
  Девушка вяло поковырялась в супе, с легкой ноткой зависти сообщив Джону:
  - Ты так любишь свое дело! Завидую, что тебе удалось найти то, что нравится. Вот мне трудно вставать с кровати каждый день, потому что я терпеть не могу свою работу. А каждым вечером, когда я иду домой, у меня появляется стойкое ощущение того, что день прошел напрасно. Словно мой труд никакого значения не имеет, будто я зря теряю свою единственную драгоценность - время.
  Джон кивал головой, жадно хлебая суп из глубокой керамической тарелки с голубыми цветочками по краям. А Тина снова с завистью посмотрела на его двигающиеся челюсти.
  - Ты в свое время сделал правильный выбор.
  - Конечно, я же умный! - самодовольно ответил мужчина, откусывая сразу полкуска хлеба. - Пр... ням... прощенямсмотримхрумнажизнь...
  - Чего? - рассмеялась Тина.
  Джон проглотил еду и чутко повторил:
  - Таким, как ты надо проще смотреть на жизнь.
  - То есть, как это, таким, как я? - невольно обиделась Тина.
  - Не обижайся! - поднял ладони вверх ученый и задорно улыбнулся. - Ты - обычный человек, за каким дьяволом усложняешь свои взгляды на жизнь? Ты обычная, значит, и смотреть на жизнь тебе надо проще. Ты не обладаешь гениальным умом, или каким-то особым талантом. То есть тебе не надо думать о том, чтобы изменить мир. Пусть это делают другие, такие, как мы. Живи и просто наслаждайся тем, что живешь.
  - Ты меня обижаешь! - обиженно выкрикнула Тина. - Почему это я - обычная?
  Джон указал ложкой на нее и назидательно сказал:
  - То, что ты такая, как есть, обычная, не твоя вина. В тебе заложена программа ДНК обычного человека, ты уже родилась такой и ничто этого не изменит. Значит, тебе просто надо выполнить свою обычную задачу - родить ребенка и передать свой набор генов следующему поколению. Зачем ты лезешь в философские дебри? Вот мужикам зря голову морочишь, они от тебя и бегут. И друзья тоже. Готов поспорить, у тебя нет друзей.
  Тина отложила ложку в сторону. Она так и не притронулась к супу. Джон же доел суп и протянул ей тарелку со словами:
  - Дай еще. Вот смотри - ты потрясающе готовишь. Я этого делать не могу, у меня даже яичница сгорает. Зато я прекрасно умеют анализировать ДНК. Но я не могу без еды, мне нужно есть, чтобы жить. И что, мне теперь убиваться из-за того, что разбиваю яйца со скорлупками и пересаливаю горелую яичницу? Вовсе нет, зачем мне это? Пусть это делают те, у кого получается. Но я без таких людей жить не могу. Как и другие люди не могут жить без таких ученых, как мы с братом. Понимаешь? И ты не переживай по поводу своего зря убитого времени. Ты всего лишь делаешь то, на что способна. И это, поверь, кому-нибудь да нужно. Вот ты меня накормила - я счастлив. Сейчас просто иди и отдыхай, у тебя сейчас время для отдыха. А я пойду ставить эксперименты, займусь своей работой с новыми силами, которые я получил благодаря тебе - я поел. Видишь, как все на самом деле просто? Впрочем, я сегодня позвоню своему другу. Он отличный психотерапевт. Он поможет тебе. Ты когда с ним сможешь встретиться?
  Тина вновь взялась за ложку, начала есть.
  - В понедельник. Если можешь, назначь встречу на вечер? Или в выходной? А он дорого возьмет? Не хочу отпрашиваться с работы.
  - Могу договориться насчет выходных. Думаю, первую консультацию он даст тебе бесплатно. А там как сами между собой договоритесь.
  - А где у него офис?
  - В центре, на Ленина. Давай так, я позвоню ему завтра, и завтра же сообщу тебе о месте встрече. Ок?
  - Ладно, - согласилась Тина. - И, правда, вкусный суп получился.
  - Вот! И я о том же! Давай мне добавку!
  Тина наложила ему еще.
  - Ты сам хороший психолог, - сказала она ему. - Спасибо тебе за твои слова. Мне так повезло, что в соседях у меня оказался ты со своим братом!
  Джон вдруг смутился, нахмурил брови и отвел взгляд. Затем вновь к нему вернулось его бесшабашное настроение, и он улыбнулся:
  - Твой борщ со сметанкой - это нечто! Я запомню его на всю жизнь!
  - Джон, а ты...
  Девушка замялась, не зная, как попросить Джона остаться с ней до часу ночи. При мысли о скрежете внутри стен Тину всю передергивало.
  - Нет! - решительно ответил ученый. - Ты ведь хочешь, чтобы я остался? Гора мне рассказал о твоем случае. Так вот - нет. Ты должна с этим справиться сама. Просто помни, что на самом деле никакого шума нет, он тебе лишь кажется. Или вставь наушники в уши.
  - А, ну, ладно, - погрустнела она, тяжело вздыхая. - Придется как-то договариваться с воображаемыми монстрами в моей голове.
  - Вот и умница!
  Джон ушел около девяти вечера, съев три чашки супа. Оставшись одна, Тина вымыла посуду. В комнату она зашла со странным чувством. Вчера там девушка познала истинный ужас, который сменился потом на неземное удовольствие. Кровать до сих пор была не заправлена, и она чувствовала, как по комнате витает аромат мужского дезодоранта. Он этого запаха ей стало немного полегче. Как же она его полюбила! Этого невозможного, эгоистичного, высокомерного мужчину! Тина никогда раньше не испытывала таких чувств. Даже первая любовь меркла по сравнению с тем, что она чувствовала к Горе. Он был полной ее противоположностью, но они идеально дополняли друг друга.
  - Все будет хорошо, - сказала она сама себе, ложась на кровать.
  Она укрылась одеялом, уткнулась носом в подушку, пытаясь уловить почти выветрившийся запах Горы, и закрыла глаза. Прошло два часа, Тина так и не уснула. Девушка месяц ложилась спать после часу ночи, организм уже привык к подобному ритму жизни. Вздохнув, она встала с кровати и подошла к столу.
  Тина уселась в кресло перед ноутом, включила его. Девушка набрала в гугле "сумасшествие". До полуночи она судорожно искала информацию на счет слуховых галлюцинаций. К ее удивлению, подобных ей безумцев в мире хватало. Некоторые статьи рассказывали истории, по сравнению с которыми рассказы Говарда Лавкрафта меркли. То были случаи из реальной жизни.
  Читая заметки и статьи, девушка не заметила, как пробила полночь. Но скрежет со всех сторон она услышала. Оторвавшись от экрана ноутбука, девушка взяла компьютерные наушники, надела их. Включив волну "юмор фм", она вновь погрузилась в чтение. Теперь, когда Гора сказал, что шум ей кажется, девушка постаралась проигнорировать его, как звук соседского перфоратора рано утром. Тине плохо удавалось игнорировать слуховые галлюцинации, но выбора у нее не было. Она верила словам Горы.
  И вдруг... Бороздя просторы интернета, девушка наткнулась на одну статью, заинтересовавшую ее. То был рассказ одной семнадцатилетней сумасшедшей, содержащейся в лечебно-исправительном учреждении.
  Прочитав его, девушка долго сидела в кресле, уставившись на темную ночь за окном. Затем встала с кресла. Нашла в шкафу пачку сигарет с зажигалкой, оставленную три года назад ее бывшим бойфрендом. Вышла на балкон. В первый раз в жизни она закурила. Когда-то ее бывший показывал ей, как надо курить. Тогда она попробовала, и тут же чуть не засунула эту сигарету ему в задницу. Тина была против курения.
  Статья, что она прочла, выбила ее из колеи настолько сильно, что захотелось намеренно причинить себе реальную боль, чтобы перебить то отвратительное, мерзкое чувство морального удушения.
  Тина сделала затяжку, и закашлялась. Но она настойчиво продолжила вдыхать никотиновый яд. Выкурив сигарету, девушка прошла на кухню. Покопавшись в ящике стола, среди старых ложек и пластмассовых покрышек она нашла ключи от чердака дома.
  Затем Кристина вышла из квартиры. Она направилась в сторону лестницы, ведущий на помещение под крышей. Забравшись на чердак, она разбудила спящих там голубей. Наглые птицы даже не подумали улетать, они лишь недовольно загукали да захлопали крыльями, но со своих засиженных мест не сдвинулись.
  Девушка, поднимая пыль, прошла по чердаку вперед, к тому месту, что располагалось над ее квартирой. То, что она там увидела, заставило ее обессиленно рухнуть на колени и глухо зарыдать, закрывая рот рукой. На пыльном полу вдоль периметра ее комнаты стояло множество стеклянных колб, к каждой из которых был приставлен усилитель звука. Вся ее жизнь вмиг рухнула в бездну.
  
  Пять утра. Августовский рассвет окрасил небо в яркие цвета. Небо было чистым, свет лучей ласково проникал в окна высотных домов города. Люди спали, погруженные во сны. Кому-то снились кошмары, кому-то радужные океаны с их загадочными подводными обитателями. В квартире, превращенной в домашнюю лабораторию, двое ученых биохимиков бодрствовали. Гора склонился на микроскопом, что-то внимательно разглядывал через объектив на предметном столике. Джон сидел за компьютером, изучая снимки.
  - В этот раз процесс прошел быстрее, - сказал он, ткнув пальцем в белых, резиновых перчатка по клавише. - Новые усилители принесли больший эффект, чем старые.
  - Угу, - ответил Гора.
  - Слушай, Гора, - Джон развернулся к брату лицом.
  Глядя в широкую спину, покрытую белым халатом, он продолжил:
  - Может, выберем другой объект для изучения? Борщ у нее и, правда, вкусный.
  - Нет.
  - В прошлый раз была совсем дура. Сколько лет ей там было? Семнадцать? Гены проститутки на нее подействовали спустя полгода. А что, Тина так же плоха в постели, как та леди?
  Гора разогнулся, повернулся лицом к брату и усмехнулся:
  - Как молоденькая девственница может быть плоха в постели? Юная, страстная особь. У меня с ней был потрясающий секс. А Тина... она обычная. У меня к ней пропал интерес после первой же ночи, пришлось врать про поездку в Санкт-Петербург. Думаю, нам надо сворачивать свой эксперимент. Усилим звук, так дело пойдет быстрее.
  - Тебе что, ее совсем не жалко?
  - Жалко у пчелки, как говорят на русских форумах, - развеселился Гора. - Русские вообще обладают потрясающим чувством юмора.
  Джон встал со стула, прошел к окну и слегка раздвинул две полоски жалюзи.
  - Уже рассвет, - заметил он. - Гора, помнишь, как мы впервые наткнулись на информацию о песнях ДНК? Я как сейчас помню прочитанные тогда строки: "молекула ДНК в водном растворе звучит постоянно, она издает сложную мелодию с повторяющимися музыкальными фразами". Сколько нам тогда было? Кажется, мне семь, тебе четырнадцать. Ты тогда воскликнул, как же это здорово, что молекулы поют! Тогда же тебе пришла в голову мысль, что можно перепрограммировать людей с помощью этих песен. Ты был гением уже в четырнадцать лет. До сих пор не могу понять, как тебе пришла в голову идея изменять других людей с помощью музыки, исходящей из ДНК знаменитых людей?
  Гора сложил руки на груди и с насмешкой спросил:
  - Что вдруг, ностальгия по старым, добрым временам?
  Джон качнул головой, глядя, как лучи рассветного солнца окрашивают верхушки деревьев в ярко-розовые цвета.
  - Нет. Я просто вспомнил, с чего мы начинали. Если опыт с Тиной пройдет успешно, что ты хочешь сделать в первую очередь?
  Гора поднял брови к верху:
  - Как, что? Разве мы не хотели заняться каким-нибудь кабинетом министров? К примеру, на Украине. Там хуже не станет в любом случае, а так мы можем изменить сам ход мыслей у власть имущих. Мы с тобой всегда хотели изменить мир, и сейчас, как никогда близки к своей цели. Нам удалось заполучить ДНК Эйлин Карол Уорнос (*серийная маньяк-убийца). Месяц назад мы наткнулись на совершенно другого человека - Кристину, полную противоположность Эйлин. Сможет ли ангел стать демоном, если воздействовать на первого мелодией ДНК второго? Получиться ли перепрограммировать код ДНК? Разве тебе самому не интересно, что из этого выйдет?
  Джон повернулся к брату, свет лучей восхода, проникающий через жалюзи, располосовал его тело.
  - Разве той, первой юной дамы нам недостаточно? Мы сумели изменить код ДНК одной девушки с помощью другой. Та тоже была ангелом. После полугодового промывания мозгов, она стала продавать себя, даже попыталась убить одного из своих любовников.
  - Первый раз мог быть совпадением, - Гора нахмурил брови. - Мы с тобой уже это обсуждали. Джон, ты тогда со мной согласился. Что изменилось?
  Джон отвел взгляд в сторону.
  - Мне жаль Тину. Сам не знаю почему, но жаль. Она станет проституткой, затем начнет убивать. А ведь сейчас она просто обычный человек. И вкусно готовит борщ.
  - Уж не влюбился ли ты? - с насмешкой заметил Гора.
  Джон слегка покраснел, затем нервно заметил:
  - Это ты влюбляешься в своих подопытных. Не я. Кажется, ты был первым, кто толкнул на путь падшей женщины ту несовершеннолетнюю. А затем бросил ее через неделю, резко потеряв к ней интерес. А Тину ты бросил уже на следующее утро.
  Гора склонил голову к плечу, прищурил по-змеиному глаза.
  - Забудь о ней. Просто забудь. Эта Тина проста, как три рубля, как говорят русские. В ней нет ничего выдающегося. Таких, как она много. Бездействующие ангелы, не способные бороться со своим характером и генами. Только тот, кто борется сам с собой, достоин уважения. Уважать стоит тех, кто постоянно работает над собой.
  - Я так не думаю, - качнул головой Джон. - Я считаю, что каждый человек должен быть на своем месте. Таких, как она, трогать не надо. Насчет перепрограммирования моральных уродов я с тобой согласен, но стоило ли трогать обычных, нормальных людей?
  - Джон, хватит! - воскликнул Гора. - Ты что, спятил? С каких пор ты начал отделять черных подопытных крыс от белых? Крыса, она и есть крыса!
  - Гора, ты раньше так не говорил, - вспылил Джон. - Ты забыл, как любил в детстве воспитательницу из приюта?
  - Ни слова больше! - прошипел взбешенный Гора. - Заткнись, если хочешь остаться моим братом!
  - Гора, ради чего ты начал изучать ДНК? - вскричал Джон. - Ты сейчас называешь крысами тех, ради кого ты хотел изменить мир. Когда ты успел стать настоящей сволочью?
  - Джон, заткнись, - внезапно успокоившись, ледяным голосом остановил его брат. - Ты был не против, когда мы выбрали в качестве эксперимента семнадцатилетнюю девицу. Тина не стоит того, чтобы пересматривать свои взгляды на жизнь. Уже поздно отступать, не смотри назад. Я сейчас пойду пить кофе, а ты подумай, стоит ли тебе участвовать дальше в начатом НАМИ эксперименте. Заметь, НАМИ двумя.
  Джон побледнел и замер на месте. Гора, раздраженный после ссоры с братом, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. И тут же почувствовал сильнейший запах газа. В три шага он дошел до кухни с намерением выключить газ, который кто-то из них двоих оставил открытым. Зашел в тесное помещение и остолбенел - на подоконнике сидела Тина, болтая ногами. Она была в том самом сарафанчике, который он снял с нее в их ночь любви.
  - Дверь был открыта, - радостно улыбаясь, сообщила она ему.
  Гора молчал. Тина наклонила голову к плечу, забавно морщась:
  - Вы так громко орали... Голос не надсадил?
  В одной руке девушка держала сырую повязку, которой воспользовалась, чтобы защититься от запаха газа. Другой рукой Тина играла китайской, дешевой зажигалкой. Гора скосил быстрый взгляд на заплывшую жиром плиту - все четыре конфорки выпускали газ.
  - Давно ты здесь? - спросил он севшим голосом.
  - С двух часов ночи, - весело сообщила она. - Сначала сидела в ванной, затем, когда вы начали орать, перебралась сюда.
  - Ты все слышала? - осторожно спросил он. - Сколько ты услышала?
  - Все. И ничего нового из вашей беседы я не узнала. Знаешь, любимый, а ты хоть помнишь, как зовут ту, семнадцатилетнюю девушку? Почти ребенка еще?
  Гора нахмурился в попытке вспомнить и сам удивился - его феноменальная память впервые в жизни подвела его. Он совершенно не помнил имени своей бывшей любовницы.
  - Ее зовут Кэт, - болтая ногами, улыбнулась Тина. - Она выложила статью в интернете, где рассказала обо всем, что с ней случилось. Она случайно раскрыла ваш секрет, но когда рассказала его полиции, ей никто не поверил. Ее просто упекли в психушку. Кэт неплохо разбиралась в компьютерах. Я так поняла, что из нее вышел бы прекрасный хакер, если бы не ваше вмешательство. Когда ты ее бросил, Кэт взломал ваш компьютер, оттуда и узнала обо всех подробностях вашего эксперимента. А ей никто не поверил, она же пыталась убить другого человека. Гора, почему не музыкальный мотив кого-нибудь другого? Королевы Виктории, например. Почему серийной маньячки?
  - Тина. Успокойся. - Тихо сказал Гора, делая шаг к ней.
  - Стой на месте, - вскрикнула она, угрожающе поднимая руку с зажигалкой в руке. - Так почему, Гора? Почему именно я?
  Мужчина молчал, демонстративно сложил руки за спиной и ласково промурлыкал:
  - Потому что тебя подкинула нам судьба. Хочешь, мы прекратим свой эксперимент? Ты нравишься Джону. Ты ведь слышала. Почему бы тебе не начать с ним встречаться? Извини за то, что причинил тебе боль. Мне, правда, жаль.
  Из глаз девушки потекли слезы, она медленно опустила руку с опасной сейчас вещью.
  - Джон? - хрипло переспросила она. - Я ведь любила тебя. Тебя, а не его. Как ты так можешь говорить? Как ты можешь так жестоко поступать со мной? Ты говорил, что я - твоя! Я сказала, стой на месте! Не приближайся!
  Гора едва шевельнул коленями, как девушка вновь вскинула вперед руку с зажигалкой. Мужчина замер. Его мысли судорожно метались. Он оказался в ситуации, когда его жизнь зависела от свихнувшейся истеричной женщины с разбитым сердцем. Гора не знал, что ему делать. Впервые в жизни он растерялся.
  - Тина... - он понизил свой голос до нежного шепота.
  Девушка вздрогнула, ее тело привычно отозвалось на тембр голоса любимого человека. Гора вложил в него всю нежность, на которую был способен. Еще никто в жизни не называл ее имя ТАКИМ ласковым голосом. Сердце девушки вздрогнуло, бешено заколотилось. Смертельная тоска охватила ее душу, причиняя почти физическую боль.
  - Почему бы нам не начать все сначала?
  Это были роковые слова. Гора понял, что совершил ошибку, когда лицо Тины исказилось до уродства. Она смотрела на него, а слезы текли из глаз. Девушка даже не пыталась их стереть с лица.
  - Гора, - проскрежетала она. - Я люблю тебя до сих пор. И, ты знаешь...
  Она помедлила, затем вымученно улыбнулась, закончив фразу:
  - Твой опыт удался.
  Прежде, чем Гора успел сдвинуться с места, девушка щелкнула зажигалкой. На кухне хрущевки прогремел взрыв, выбивая стекла квартиры. Огонь полыхнул так, что языки пламени лизнули крышу и опалили черепицу. Выжить в этом взрыве не смог бы ни один человек.
  
  
Оценка: 7.49*9  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Каменистый "Восемнадцать с плюсом (читер 3)" (ЛитРПГ) | | О.Обская "Приговорён любить, или Надежда короля Эрланда" (Любовное фэнтези) | | Эль`Рау "И точка" (Киберпанк) | | Л.Брус "Код Гериона: Осиротевшая Земля" (Научная фантастика) | | Э.Тарс "Мрачность +1" (ЛитРПГ) | | К.Грицик "Не ходите по ромашкам без бахил" (Постапокалипсис) | | Д.КАРАВАН "Мир Миллидора. Книга первая" (ЛитРПГ) | | В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2" (Боевик) | | К.Вэй "По дорогам Империи" (Боевая фантастика) | | А.Каменистый "Существование" (Боевая фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"