Рул Анастасия: другие произведения.

Код персонажа, глава 1 -17

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
Оценка: 9.45*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    2573 год. Прошло почти три века со времен Пандемии вируса Эбола. Численность населения Земли резко сократилась с семи миллиардов до одного. Миром правят нанотехнология, Сеть и роботы. Человек годами сидит в ИСКе - игровой сетевой капсуле, погружая в виртуальные миры свое сознание. В мире, живущем Сетью, завелся хакер, убивающий людей через их игровые персонажи. Ульяна Чайка - обычный представитель эры Глобализации, которой суждено раскрыть личность преступника. КНИГА ЗАКОНЧЕНА. Год написания - 2017

  Глава 1
  Мир, в котором мы живем сейчас, настолько сильно отличается от мира начала третьего тысячелетия, описанного в школьных учебниках, насколько птеродактиль отличается от космической станции, нарезающей круги вокруг нашей планеты.
  Когда-то нас, людей, было семь миллиардов, теперь остался всего один. Триста с лишним лет назад шесть миллиардов жителей планеты унес в небытие вирус Эбола. Мы, люди, живущие в Новом Времени, знаем, что вирус был создан искусственно, в лаборатории исследовательского института. И это было все, что мы знали. Увы, кто, где и зачем создал столь жестокое оружие против себе подобных, оставалось загадкой до сих пор. Три века спустя с момента создания вируса виновники гибели миллиардов, не миллионов, а миллиардов людей(!), остаются безнаказанными. Их имена, их жизни, ежели они были длинными, остались в истории человечества чистыми и незапятнанными. Вероятно, до конца своих дней создатели вируса Эбола продолжали жить обычной жизнью.
  Мы знаем из сводок новостей, что вирус, впервые выпущенный из пробирок на волю в 1976 году в Конго, вспыхнул внезапно и также внезапно прекратился в том же году. Количество первых жертв, умышленно умерщвленных все теми же оставшимися безызвестными учеными, создавшими вирус, составило 431 человек.
  Затем на протяжении нескольких лет игры генетиков со смертью продолжались. Маленькие черви насильно вселяли в тела южноафриканских народов, несчастные жертвы погибали, и спустя какое-то время вирус бесследно исчезал.
  Несколько лет ученые проводили свои ужасающие эксперименты. 1979 год. 1994-1996 года. 2000-2005 года. 2007-2008 года. 2011, 2012, 2014, 2015, 2016 года...
  И вдруг кровавые игры злых гениев закончились. Подобно червоточащему яблоку, человеческая цивилизация начала гнить изнутри уже сама по себе, без вмешательства создателей вируса.
  А случилось это так. В 2035 году в Уганде генетиками проводились очередные опыты местного назначения и вирус, мутировав, вышел из-под контроля. Болезнь, словно лесной пожар, в течение полугода из Кампалы распространилась по всему Африканскому континенту, а затем раскинула свои щупальца по всему миру. Люди начали умирать уже не десятками, а сотнями. За первые полгода, когда оставалась надежда, что вирус уйдет, погибло около десятка тысяч человек.
  Надежда на Божью милость не оправдалась. Эпидемия превратилась в Пандемию. Вспыхнув, она уже больше не покидала человечество на протяжении почти трех веков.
  Лучшие ученые из разных стран, проигнорировав недовольство воюющих между собой правительств, забили тревогу и объединили свои знания в поисках вакцины против болезни. Искали создатели самого вируса лекарство, или же оставались равнодушными к делу рук своих, мы не знаем. В том хаосе, что распространился по всему миру, они затерялись, словно муравьи во взбудораженном муравейнике.
  Все было бесполезно, вакцина против вируса Эбола не находилось. Он был опасен тем, что постоянно мутировал, приспосабливался к изменениям в организме. Любое снадобье против него через пару дней теряло свои лечебные свойства, и сотни тысяч живых тел вновь превращались в мешки с кровью. Люди умирали в жестоких мучениях, и не было от этого никакого спасения.
  Когда вирус в течение трех лет унес один миллион жителей, даже олигархам родов Рокфеллер и Ротшильд, стоящим в тени политических режимов, стало понятно, что миру грозит опасность пострашнее глобального потепления или же падения метеорита из зева Вселенной.
  Потихоньку смолкали бесчисленное количество распрей в ООН, заброшенными оказались планы по развитию стран. Стихли вспышки фотоаппаратов в залах международных собраний, зато началась всеобщая истерия в городах. Многочисленные бунты напуганного населения вспыхивали на улицах горящими покрышками, звенели разбитыми стеклами витрин супермаркетов, взрывались торговые центры. Вздымались костры из подожженного мусора, заволакивая небеса темной пеленой дыма. Более трусливые люди создавали неприступные крепости из бомбоубежищ времен Второй Мировой войны в попытке защититься от вируса, и, в конце концов, умирали в них, а запах их смердящих тел проникал из подвалов на улицы.
  Страх и ужас превращали людей в самых страшных, опасных и лютых тварей, каких еще не было на земле.
  А затем рев городских улиц стих, подавленный грубой физической силой армий своих стран.
  Власть дипломатов сменилась диктатурой военных. На смену пылающей ярости толпы пришел тихий дымок из труб наспех сооруженных крематориев. Высокие, черные, они вздымались в голубое, равнодушное небо и дымились непрестанно. Каждый город превратился в подобие концлагерей времен Гитлеровской Германии. Только в этот раз людей убивали не им же подобные, а маленькие черви, проникающие в геном человека.
  Разговоры о Третьей Мировой Войне смолкли. Забыто было небо и мечты вырваться в Космос. Забыто было все: обучение детей, бизнес, культура, спорт. У людей осталась только одна цель - выжить.
  И мы это сделали. Мы пережили вирус, заплатив чудовищную цену - жизнями шести миллиардов людей.
  Когда я читаю историю человечества, каюсь, испытываю безумную радость от того, что родилась уже после Пандемии Эбола. Мне, человеку 26 века, с трудом представляются все те ужасы, через которые прошли наши предки, и не хотелось бы мне когда-нибудь пережить подобное.
  Вирус Эбола, начавшийся в 2035 году, ушел только в 2299 году, забрав с собой шесть миллиардов людей и почти уничтожив расу. И уже больше никогда не возвращался.
  К началу новой эры, когда Пандемия ушла, численность населения Земли равнялось одному миллиарду.
  С этого времени и началась новейшая история.
  Новое Время, эра Глобализации.
  Сейчас на дворе стоял 2573 год, текущий месяц - июнь, и текущее число - 21.
   Наша численность по-прежнему остается не больше миллиарда по всему земному шару. А ведь когда-то человеческие города горели миллиардами разноцветных огней...
  Столь философские мысли об истории человечества посетили меня весьма неожиданно. А именно в тот момент, когда я сидела за панелью управления автоматикой фермы и получала выволочку от начальника. Когда дорогой мой шеф Сергей Викторович, выплеснув свой гнев на меня в виде десятиминутных воплей, выдохнулся, а я дошла в своих мыслях до воспоминания о том, что сегодня мало того, что 21 июня 2573 года, так еще и среда, в помещении настала тишина. Сидеть перед злым шефом под чириканье птичек из динамиков было еще хуже, чем сидеть под его крики, и я откашлялась.
  - Нас, людей, и так мало, - веско сказала я начальнику, с багровым лицом нависшему надо мной. - Не кричите на меня. Как сказал Пьер Аронакс из романа 'Двадцать тысяч лье под водой', 'каждый человек - только потому, что он человек, - достоин того, чтобы его ценили'. У нас эра Глобализации!
  Исковеркав фразу, звучащую в оригинале как 'каждый человек - только потому, что он человек, - достоин того, чтобы о нем думать', я ласково улыбнулась во взбешенную морду начальника.
  - Умная, да? - с сарказмом спросил Сергей Викторович. - Куда бык пропал? Где он? Я спрашиваю, куда ты дела быка?! Вчера там...
  Он ткнул длинным, тонким пальцем в окно напротив нас. Сквозь прозрачное, стеклянное трехметровое отверстие было видно, как по поляне, заросшей травой, вяло бродят коровы численностью около сорока. Флегматичные создания, которых ждала незавидная судьба быть съеденными, проживали свою короткую, спокойную жизнь, наслаждаясь моментом. Жевали зеленую траву, грели бока на солнышке, отмахивались от назойливых мух и время от времени удобряли землю ароматными лепешками экскрементов. Роботы-пастухи, смахивающие на метровых в высоту крабов, аккуратно собирали лепешки в ведра с помощью лопаток, затем относили свой драгоценный груз в общую навозную кучу. По поляне бродили только коровы и роботы. Черно-белого быка среди них не было.
  - Был привязан бык! К палке! Толстым канатом. Не корова, не теленок, а здоровый, матерый бык! Куда он пропал? Ты тут сидела вчера целый день! Кто у нас должен следить за конюшнями? Кто отвечает за работу фермы? ТЫ! Следить за стадом и за быком должна ты! Чем ты здесь занималась? Как быка прокараулила? Ну, не съела же ты его! Он у тебя что, летать научился? Сел на скай и пролетел над пятиметровой стеной?
  Я прыснула в кулак, представив себе такую картину, чем вызвала очередную вспышку гнева начальника.
  - Смешно ей! Ты у меня не первый день работаешь по контракту! Кофеева, я еще раз спрашиваю, куда делся бык?
  - Я Чайка, - поправила я его. - Ульяна Чайка, не Кофеева. И мой, и ваш скайрайдеры стоят на стоянке. Во-он там, видите? Стоят на месте, оба, целые и невредимые. Бык их не трогал.
  Удобные штуки, эти летающие машинки, похожие на древние скейтборды. Встаешь на одну такую и летишь над лесом. При скорости шестьдесят километров в час от города до Закрытой Зоны можно добраться за два часа. Я предпочитаю скайрайдеры подземке. Мне нравится больше летать, чем нестись в темноте под землей на запредельной (по моему мнению) скорости.
  - Так вот, ЧАЙКА! - страшным голосом он повторил мою фамилию. - Это особенный бык! Его семенем было оплодотворено восемьдесят коров! 80 в год! Это рекорд!
   - Не фига себе! - невольно восхитилась я. - Вот это силища! А сидел такой вчера в сторонке, ушами дергал, хвостом помахивал, невинно так мычал. Мол, моя хата с краю. А он, оказывается, ого-го какой! Офигеть, 80 коров! В год! Это сколько счастья в день приходится?
  Я уж было погрузилась в вычисления, сколько коров в день покрывал бык в период случки, как Сергей Викторович прервал мои мысли очередным воплем:
  - Да что это за безобразие? Ты издеваешься надо мной, Чайка? Вчера, значит, был на месте? Лежал в сторонке? А сегодня куда делся? Сквозь землю провалился? В метро в город уехал? Ну, так вот! Бери и просматривай видеозаписи с камер наблюдения за последние сутки! Когда у тебя контракт истекает? Сегодня?
  - Да! - радостно встрепенулась я и посмотрела на часы, мигающие красными арабскими цифрами внутри сенсорной панели.
  Она в длину достигала двух метров и здорово смахивала на столешницу своей ровной, гладкой поверхностью, но ею не являлась. Одно небрежное касание черной глади могло привести к отключению всех видеокамер фермы.
  - Через полчаса моя смена заканчивается! - бодро оповестила я шефа.
  - Так вот, Чайка! Пока ты быка не найдешь, в город не вернешься! Если сбежишь, наложу штраф за некомпетентность! Ты у меня еще месяц пахать на пастбищах будешь, навоз нюхать! И больше ни один отдел не захочет нанять тебя! Будешь всю жизнь на меня работать! Поняла? Всю жизнь будешь коров доить! Чтобы к вечеру нашла быка! Зарплату за две недели не выдам! Быка ищи, Чайка! Я ввожу запрет для тебя на выезд из Закрытой Зоны! Быка не найдешь, домой не улетишь!
  Гавкнув напоследок, взбешенный руководитель коровьей фермы вышел из павильона, хлопнув стеклянной дверью.
   Вообще-то Сергей Викторович до сего дня мне нравился. Такой худенький, невысокого роста, всегда смешливый мужчина пятидесяти лет. Ходил, подшучивал над всем и вся в этом мире. Настолько взбешенным я его впервые в своей жизни увидела.
  На его пастбищах мне приходилось время от времени работать, дабы получать со скидкой свежее молоко и мясо. Работа не пыльная, сидишь возле мониторов, наблюдаешь, как коровы жуют траву, роботы-крабы за ними убирают, по утрам-вечерам доят. Быки ходят вокруг своих колышек, к которым привязаны, мычат во все свое бычье горло. Опять же круглый год на пастбищах лето, солнце, бабочки, травка. Щит погодный зимой согревает, от ветра и снега укрывает. Да и людей здесь работает по одному человеку на каждый участок. Сколько здесь работаю, только с одним Сергеем Викторовичем и общалась, больше ни одной живой души не видела.
  Нас, людей, разбросанных по всей планете, всего около одного миллиарда и осталось. А рождаемость равна смертности. Закон Мирового Правительства запрещает нам плодиться и размножаться подобно кроликам. Так что мое общение с другими людьми ограничивалось мамой, папой и тремя друзьями. Впервые в моей жизни кто-то повысил голос и чуть не настучал по моей рыжей голове в целях наказания за проступок. Поведение Сергея Викторовича поразило меня до глубины души. Как бы сказать, когда в вирте мы с друзьями переругиваемся, такого страха, как сейчас, я никогда не испытывала. У меня сейчас даже ладони в ледышки превратились.
  В играх, которые я выбираю, можно регулировать болевой порог. Существуют такие игры, в которых мозговые клетки в обязательном порядке полностью связываются с созданным персонажем по нейронной сети, то есть можно прочувствовать все в игре, от укуса комара до вкуса мороженого. Но я, будучи глубоко любящим себя человеком, всегда отключаю болевой порог. И, как следствие, не боюсь живых людей. И минуту назад я первый раз в жизни испугалась, что меня ударят.
  Ощущение не из приятных. Чур, меня, чур, еще хоть раз пережить выволочку от начальника!
  Я нажала на пульт, отключила звуки живой природы, и вокруг меня наступила тишина. Начальник появился внезапно, налетел на меня, наорал, я даже со стула встать не успела, до того он меня поразил своими воплями. Словно к седушке стула прибил криками. Сообразив, что крепко сжимаю пульт управления звуками в павильоне, я ослабила хватку, аккуратненько положила его на стол и встала с места. Потянулась, глядя в стеклянную крышу над головой, увитую плющом.
  Как говорят, ничто не предвещало беды, утро начиналось как обычно.
  Я проснулась, встала с кровати, которая находится здесь же, в павильоне, за шторками. Заправила ее, потом умылась, почистила зубы. Включила мониторы, увидела в них, как роботы после утренней дойки выводят коров на поляну пастись. Все десять мониторов работали исправно, видеорегистратор ошибок не выдавал, камеры не глючили. Я надела рабочий комбинезон, скинула в Сеть инфу о том, что к четырем часам вернусь в город. Быстренько пролистала сообщения от друзей. Ждали меня в трех играх сразу. Обрадованная тем, что меня ждут, я даже мурлыкала себе под нос песенку, когда наливала кофе и усаживалась перед мониторами. Вот тогда то и заметила, что на бугорке, где две недели пасся бык, было пусто.
  Сначала думала, что его забыли вывести из конюшни, но камеры показывали, что быка среди деревянных перегородок и кормушек не было. И по поляне он не бегал, отвязанный от колышка. Тогда-то я и позвонила начальнику, интересуясь, не увели ли его на внеплановый забой. Спустя пять минут после звонка он уже подлетел к стеклянному павильону на скайрайдере, забежал внутрь и начал кричать, размахивая руками как ветряная мельница.
  Я опустила взгляд с потолка на широкую стену, представляющую собой сплошное стекло, прошлась по комнате, больше смахивающей на теплицу, чем на рабочий офис.
  Все четыре прозрачные стены увиты растениями. Сергей Викторович - человек крайне меркантильный и прижимистый, то есть две стены помещения у него занимают кусты с помидорами, а две другие стены - кусты с огурцами. Любой другой посадил бы цветы, но, то был Сергей Викторович. Поэтому вместо цветов аппетитно краснеют среди зелени помидоры, огурцы игриво прячутся за листьями. Робот Кот, отвечающий за порядок в павильоне и рост растений, неустанно следит, чтобы некто не стырил с куста созревший овощ. Под некто подразумеваюсь в данный момент я, так как именно мне выпало работать в период созревания урожая.
  Сейчас, глядя на робота Кота, трудно поверить, но когда-то люди жили и существовали без подобных ему. Вместо них были рабы, крепостные крестьяне, слуги, чуть позже - наемники, работающие за гроши ради пухлого кошелька своих хозяев. Помню, как недоумевала, читая в сетевых учебниках историю человечества в период Демократии. Люди искренне верили в свою свободу и... продолжали работать за низкую зарплату на чужих дядей. Пока эти 'дяди' отдыхали под пальмами у моря, тысячи проживали свои жалкие жизни, ловя моменты счастья в алкоголе.
  А в мое время все по-другому.
  Никто не выживает, все живут.
  Роботы в моей жизни повсюду. Они появились после резкого сокращения населения в тот период, когда были изобретены игровые капсулы. Немного погодя после того, как вирус Эбола прекратил пожирать людей, в 2318 году.
  Эра Демократии сменилась на эру Глобализации, власть нефти и золота сменилась на власть сетевых игр. Миллиард выживших после Пандемии людей на планете были патологическими лентяями, которым влом было вылазить из своих пока еще первобытных игровых капсул ради подвигов в реальной жизни. Вот им-то, повторюсь, патологическим лентяем, и потребовались роботы. Чтобы строили, убирали, готовили, в общем, делали всю физическую работу за них, пока сами они торчали в виртуальных пространствах в шкурах эльфов, орков, и прочей нечисти.
  Рабочих рук катастрофически не хватало на заводах, рудниках, большая часть оставшегося населения отлынивало от работы, предпочитая полуголодными, полуголыми, вшивыми и обросшими сидеть в Сети.
  В то время и был создан первый интеллектуальный робот командой разработчиков во главе с гением Алимом Хайямом.
  Первый экземпляр носил имя Франкенштейн, в простонародье Франк. Его задачей была охота на зверей, свежевание тушек и рубка мяса.
  Во время демонстрации своих возможностей Франк, облитый кровью и с рукой, складывающейся в пилу, здорово напугал Мировое Правительство. И киборг был срочно пущен на разборку. Этого перепуганному Правительству показалось мало, следом за Франком были разобраны все остальные пробные экземпляры роботов, не столь интеллектуальных и уже не столь сильно напоминающих человека. Был введен запрет на создание киборгов, теперь за нарушение сего запрета могли казнить в собственной же игровой капсуле.
  К слову, Алим Хайям здорово обиделся на сей закон, и на то, как поступили с его Франком люди. В отместку внешний вид последующих роботов сильно пострадал, наш офисный робот-уборщик Кот тому пример. Бочка со шлангом и та выглядела бы посимпатичней, чем он. Урок о том, что гениев обижать нельзя, выжившее человечество до сих пор помнит, знает и на себе ощущает, потому как последующее поколение разработчиков роботехники мстили миру за своего наставника и первопроходца на протяжении многих лет. Со временем создавать уродливых роботов стало традицией. Теперь даже уличные роботы-дворники вызывали чувство омерзения - они были созданы в виде толстых, метровых в длину и полуметровых в толщину устриц без раковины. То еще зрелище, 'устрицы', ползущие вверх по стене высоченного дома и оставляющие слизкие следы.
   Роботы в нашей жизни выполняют всю грязную работу. И ни разу за минувшие века с момента их создания не были нарушены правила поведения роботехники, сформулированные Айзеком Азимовым в далеком 1942 году. Правило первое - робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред. Правило второе - робот должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону. И третье, последнее правило: робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.
  Я проводила взглядом Кота, который поливал кусты с помидорами водой из пластмассовой лейки, облизнулась, представив вкус спелого плода, и подошла к своей прикроватной тумбе. Там стояла баночка с таблетками Е4880, заменяющими мне завтрак. Бросив в рот белый кругляш, я запила его остывшим кофе и посмотрела на часы. Хотелось как можно быстрее разобраться с пропажей быка и вернуться в собственную игровую капсулу.
  Я два года продвигаю одного перса до сотого уровня, мне осталось всего лишь три процента опыта до победы в игре. Если бы не пустой холодильник в квартире, уже бы достигла цели. Но, увы, кушать что-то надо было, и пришлось в срочном порядке идти работать в Закрытую Зону. Эх, три процента, подождите меня, я скоро буду дома! Последний данж, жди меня, и я вернусь!
  А пока надо выполнять приказ начальника.
  Раз шеф сказал поднимать видеозаписи, значит, надо поднимать видеозаписи за вчерашний день.
  Я вернулась на свое рабочее место. Села на крутящийся стул и зависла над гладкой поверхностью, внутри которой встроена сенсорная панель управления всей техникой коровьей фермы. Одним касанием пальца кнопки поворачиваются видеокамеры, направляя свои объективы в нужную мне сторону. Кроме наблюдения, в мои обязанности входит контроль над всей роботехникой - все остальное делают сами роботы. Кормят, доят коров, следят за чистотой и здоровьем животных, за течкой и осеменением, за отелом и весом. Единственное, что не входит в мои обязанности - это забой скота. У меня нет лицензии на управление роботами, убивающими и разделывающими животных. Чтобы получить доступ к подобной технике, нужно пройти с десяток психологических тестов. Я натура нежная, и у меня никогда даже желания не возникало получить подобную лицензию. Да я даже никогда не играю в игры, где много крови! Хотя мясо люблю. Очень.
  Я прикоснулась пальцами к клавиатуре, встроенной в панель. Замигали синие огоньки на черной, гладкой поверхности в ответ на прикосновения, замелькали картинки на мониторах. Все десять экранов были встроены в стеклянный стенд, охватывающий панель управления широким полукругом. Минута, и вот уже передо мной на мониторах появилась запись за вчерашний день, где пока еще целый и невредимый бычок стоит-мычит, уставившись куда-то вдаль своими огромными карими глазищами.
  Тыкаю пальцем по двойной стрелочке, ускоряю просмотр видеозаписи в десять раз.
  Просматриваю записи с четырех видеокамер. Стойло быка, бугорок, на котором он находился, дорогу от конюшни до пастбища, где коровы паслись. И камеру, установленную в павильоне, направленную на рабочее место, за которым восседает моя персона. Когда Сергей Викторович вопрошал, 'чем я занималась', я, к своему стыду, не смогла вспомнить, чем же я, собственно, занималась, что проморгала побег быка. Вроде спала ночью. А вдруг у меня открылся лунатизм? Заснула, вышла во сне на поляну, отвязала быка и... И что дальше? Варианты ответа отсутствовали, дальше моя фантазия пасовала. Поэтому решила просмотреть записи камер в павильоне наблюдателя, где жила вот уже две недели я.
  Озадаченная, пялюсь в мониторы, боясь упустить нужный момент. Вот солнце близится к горизонту, роботы заводят стадо в конюшню. Бык по кличке 'Гриша' послушно тащится следом за крабом в свое стойло. Робот закрывает дверцу, впустив в него быка, запирает засов. Гришка встал на одном месте, помычал с полчаса, затем пожевал травки из кормушки, вделанной в дверцу. Снова помычал, уставившись на выход из конюшни, и, устав, наконец-то, распевать арии, с чувством выполненного долга улегся спать в углу. То есть в десять часов вечера бык находился у себя дома и крепко спал.
  - Тр-р-р!!! - затрезвонил визор, встроенный среди многочисленных кнопок в столешницу.
  Начальник.
  Нажимаю на прием и вижу щуплую фигурку Сергея Викторовича, стоящего рядом с центральным входом в Закрытую Зону. Его призрачный мини-образ зашагал по черной, стеклянной поверхности как по ледяному озеру. Впрочем, дальше кольца настольного визора, сверкающего золотистой змейкой, фигурка шефа не уйдет.
  - Ну? Нашла что-нибудь? - хмурясь, спросил он.
  - В одиннадцать вечера Гриша мирно почивал в своем стойле, - отчитываюсь я.
  - Смотри дальше! Я узнал, что на территории Закрытой Зоны его нигде нет! Служба Безопасности проверила общие видеокамеры! Сейчас сам к тебе подлечу, теперь уже руководство Зоны заинтересовалось, как мог бык исчезнуть, пройти сквозь пятиметровую стену наружу, в неподконтрольные нам земли!
  - Ладно, - послушно киваю головой. - Жду вас.
  - Лечу!
  Его голограмма исчезла, но я успела увидеть, как начальник ловко запрыгнул на скайрайдер. Плевать на переработку, мне теперь самой стало жутко интересно, куда делся Гришка. Ну, не выросли же у него, в самом деле, крылья! У нас, конечно, полно странных зверей за стеной, но они либо страшные, либо милые. А вот Летающий Бык - это уже смешно. Природа может создавать всякое, но шутовского и нелепого у нее почти нет. У нашей Земли отменный вкус, всю гадость она сотворила мелкими, незаметными созданиями. Даже однотонную землю под ногами она укрыла покрывалом из трав и цветов.
  Гришка на видеозаписи продолжал спать, когда позади меня послышалось вежливое покашливание. От неожиданности я подскочила на месте и резко обернулась. Кто-то вошел так тихо, что я не заметила.
   За моей спиной огромной горой возник мужчина. Я была так занята просмотром записи за вчерашний день, что прокараулила момент в текущих записях с камер, когда незнакомец подлетел к павильону.
  - Добрый день, - ласково поприветствовал он меня.
  Первое впечатление было - скала. Ожившая скала. Мужчина примерно тридцати лет и под два метра высотой.
  А лицо-о-о! Слегка выпуклые голубые глаза, длинные русые ресницы. Невероятно широкие скулы и мясистый, тяжелый подбородок. Пухлые, сексуальные губы, орлиный нос. Русый 'ежик' на голове. На всем лице незнакомца лежит печать Альфа-Самца. Причем Альфа-Самца с большой буквы.
  Широченные плечи, мощная грудь, живот без складок жира, - верх прикрыт коричневой, клетчатой рубашкой с закатанными рукавами. Длинные ноги в драных светло-синих джинсах широко расставлены, и стоят так прочно, словно его черные ботинки сорок восьмого размера вылиты из стали. Взгляд невероятно тяжелый, без слов пригвождает к месту, и я сразу почувствовала себя кем-то вроде блохи, посмевшей предстать пред очи Божьи без предварительной записи.
  - Здрасьте, - выдавила я из себя.
  - Вы, должно быть, Ульяна? - вежливый тон голоса, в котором прозвучала мягкая, сексуальная хрипотца настолько не вязался с его внешностью, что мои мозги окончательно поплыли.
  Да весь его вид уже вызывает желание соблазнить и затащить его в постель! Ну и мысли в моей голове вспыхнули... И это после тех игровых персонажей, что были созданы специально мной для меня же самой! Есть у меня муж в одной из игр, которого я создала сама же, исходя из своих капризов и пожеланий. Муж в виртуалке был мужчиной моей мечты, а вот это... Да уж, далеко мне до матери природы и ее богатой фантазии! Мужчина, нависший с обаятельной улыбкой надо мной, был словно создан для того, чтобы любить каждую встречную женщину.
  - М-м-м, - промычала я нечто невразумительное, покраснев, как помидоры, растущие вдоль стен.
  Быстро отвернулась от него, пытаясь скрыть непристойные мысли, овладевшие мною. Реакция собственного тела на незнакомца была для меня дикой. Что такое секс и зачем он нужен нам рассказали еще в Сетевой школе в девятом классе, когда мне было тринадцать лет. И с моим виртуальным мужем у нас далеко не платонические отношения, в той игре я дала разрешение на стопроцентное использование нейронной сети, соединяющей мозг с моим персом. Но, к слову сказать, хоть я и занимаюсь сексом в вирте, в реальном мире я все еще девственница в свои двадцать лет. Запрета на подобные отношения никакого не было, есть лишь запрет на незаконное рождение детей. Впрочем, при всем желании нарушить его у меня не получилось бы. Всем девочкам с рождения вживляют нанороботов, которые позже активно уничтожали сперматозоиды, проникающие внутрь матки. Только после того, как разрешение на рождение ребенка выдавалось, маленькие наниты удалялись из матки.
  - Я Иван Ершов, друг Сергея. Он должен сейчас подлететь. Как продвигаются дела с быком?
  Я тыкаю дрожащим пальцем в один из экранов, на котором Гришка спал. Дар речи ко мне пока еще не вернулся. Сижу, изо всех сил пытаюсь подавить безумное желание, овладевшее мною. А Ваня, чтобы рассмотреть получше изображение, приблизился почти вплотную. Мои рыжие волосы на макушке всколыхнулись от чужого теплого дыхания, а по телу пробежала непроизвольная дрожь желания. Мозги окончательно перестали соображать, внизу живота стало горячо. И это только от того, что он слегка коснулся моей шеи дыханием!
  - Спит, - со смешком сказал мужчина. - А покрупнее увеличить можете? Тут...
  Он осекся, заметив, наконец, что со мной творится. Ваня отскочил от меня, закашлявшись. Краем глаза вижу, как он резко отвернулся и широкими шагами пошел к выходу. Хлопнула входная дверь, безумно сексуальный Ваня вышел.
  Мне стало стыдно от того, что он все понял. Это было так унизительно, что я, деморализованная, уставилась немигающим взглядом на спящего быка. Минут через десять контроль над телом удалось вернуть, дыхание выровнялось, и я с глубокой обидой сказала Гришке на экране:
  - Это ты во всем виноват!
  Изображение на экране дернуло в ответ ухом, словно услышало меня.
  Странный сегодня день. Здесь, в реале, общение с незнакомыми, либо малознакомыми людьми совсем не такое, как в вирте. Все не так. Все непредсказуемо, все происходящее совершенно не поддается контролю или хотя бы предвидению. Это в игре можно все заранее просчитать, предсказать, а вне игровой капсулы события не зависели от моего желания. Чтобы мой мозг в две секунды вышел из-под контроля! В виртах, подобное просто невозможно.
  И мне это совершенно не нравилось.
  Раздраженная, злая, неудовлетворенная, я в таком состоянии и встретила двух мужчин, вошедших в павильон спустя пять минут.
  - Нашла? - с порога накинулся на меня Сергей Викторович, стремительно проходя по коридору.
  Коридор, узкий, с двух сторон стиснутый зелеными кустами, похожий на тропинку в лесу. Он соединяет вход в павильон с круглым возвышением, на котором находится рабочее место.
  За спиной шефа в начале коридора мельтешил Ваня. Опустив глаза к покрытому ламинатом полу, он топтался на пороге, не решаясь пройти вперед. Рядом с ним робот активно затирал грязные, сырые следы, оставленные моим начальником.
   Я отвернулась от завораживающего зрелища смущенного красавца, и любезно ответила шефу:
  - Вон, спит. Время полночь. Ничего необычного.
  Сергей Викторович подошел ко мне, посмотрел на выведенные изображения на экран и со смешком заметил:
  - Свернуть запись с собой не хочешь?
  - А что не так? - озадачиваюсь я, вглядываясь в экран. - Лунатю?
  Не, не лунатила. Просто откинула одеяло в сторону, явив миру свое обнаженное тело. Спала я без одежды, верхнее освещение хоть и было тусклым, но все же позволяло разглядеть родинку на моем животе. Да и не только ее. Я быстро закрыла окошечко с изображением спящей себя, покраснев. Застывшее неловкое молчание между нами прервал Ваня. Он, собравшись с духом, решительно подошел к нам, задавая вопрос на ходу:
  - Что там интересного?
  - Пока ничего необычного, - заметил Сергей Викторович. - Кот, организуй-ка нам кофейку.
  - На троих? - вежливо уточнил робот.
  - На троих, - вспыхнув раздражением, ответил начальник. - А ты видишь здесь четверо людей? Кофеева, отойди в сторону. Мы сами все посмотрим.
  - Я Чайка. Может, мне домой уйти? А? Ну, чего мне здесь стоять, время убивать. Отпустите меня домой, меня друзья ждут.
  - Стой молча и не пикай, - отрезал шеф. - Пока не выясню, что ты невиновна, будешь сидеть здесь. Где я тебя потом искать буду? В Англии? Вот пока детали происшествия не выясним, стой и жди. Кинуть меня на убыток вздумала? Иван Владимирович... Вы уже познакомились?
  - Да, - дружно отвечаем мы с Ваней, стараясь не встречаться взглядом друг с другом.
  Уж очень необычное у нас было знакомство.
  - Иван Владимирович руководит Закрытой Зоной нашего города. Он уже распорядился, чтобы тебя не выпускали до выяснения обстоятельств. Так что присядь где-нибудь, не мешайся под ногами.
  Удивленная, я отхожу от них в сторону. Оказывается, этот ходячий феромон умеет думать, раз занимает столь важный пост. Руководитель Зоны по статусу равен только лишь мэру Города.
  Да-а, этот Ваня просто невероятен. Я, наплевав на приличия, жадно уставилась на мужчину, смотрящего на широкие экраны. Даже отсюда, за десять метров, чувствовалась его сексуальность. Он стоял рядом с Сергеем Викторовичем, который едва доходил ему до плеч. А я в свою очередь едва доходила до плеч своего шефа. Большой Человек и по росту, и по статусу.
  - Ваш кофе, - Кот протянул мне чашечку.
  - Благодарю.
  Забрав кружку, я пригубила напиток и, поторопившись, обожгла кончик языка.
  - Ццц... Горячо!
  Отставив кофе в сторону, я взяла свой смартфон. Мои друзья по играм недоумевали, куда я пропала, и не случилось ли чего. Они ждали моего возвращения еще час назад, а я так и осталась оффлайн. Мой виртуальный муж старательно посылал каждый час сообщения с вопросами 'как дела?', 'что делаю?', 'ты поела?', 'на работе все хорошо?', 'чего приготовить на ужин?', 'ты скоро будешь?', 'ты там одна?'.
  Отвечать ему не хотелось, хотя обычно я активно с ним переписываюсь. Мой муж ВИП - виртуальный игровой персонаж, за которым стоит только программа из набора букв и цифр. Саморазвивающиеся ВИПы, подобные моему мужу, весьма распространенное явление в игровом мире. Порой к ним привязываются сильнее, чем к реальным людям из плоти и крови. Их ВИП-код мы знаем, потому, как сами их создаем. Зато кода собственных персонажей нам неизвестны. Создав перса и связав его с собой на уровне нейронов головного мозга, мы уже не можем ни удалить его, ни сбросить характеристики, ни поменять настройки. Таковы правила Сетевых Игр. Созданный персонаж, связанный с живым человеком на уровне мозговых клеток, насильному изменению и удалению не подлежит. А вот ВИПа отправить в архив или удалить - легко.
  Мужчины, стоящие вокруг стола, молчали минут двадцать, просматривая записи. Затем, тихо перебрасываясь короткими фразами, начали проматывать запись. Проскакивая каждый час, они пытались определить, в какой момент времени исчез бык.
  Сижу. Жду. Меня как магнитом тянет в их сторону, но вовсе не из желания просмотреть записи. Меня притягивал к себе Ваня, мне вдруг захотелось просто постоять рядом с ним. Как можно подольше.
  Допив кофе, я не выдержала и подошла к ним. Встав между ними, довольно улыбнулась. Вот так-то лучше. Так мне больше нравится, мне чертовски приятно ощущать близко от себя этого невероятно сексуального мужчину.
  Ни один из них не обратил на меня внимания. Шеф прокручивал запись, а Ваня стоял с каменным лицом и просто смотрел.
  Затем он вдруг протянул руку к своей голове и почесал макушку:
  - Забыл сказать жене, что задержусь. Я отойду, позвоню.
  Меня словно холодной водой окатили. Женат! А я-то наивная, размечталась, слюнки пустила!
  Ваня вышел из павильона, на ходу доставая айфон из нагрудного кармана рубашки.
   Сергей Викторович, скосив на меня взгляд, хмыкнул:
  - Не ты первая, не ты последняя.
  Все заметил, господин начальник. И мой интерес к его другу, и осторожный подкат. Что ж ты, зараза, такой наблюдательный-то? Да еще и бестактный! Мог и промолчать. Я резко погрустнела, опустилась на стул и, уперев локти в столешницу, приложила ладони к щекам. Шеф еще раз подколол меня:
  - Что, зубик заболел?
  - Тогда я буду первой за сто лет, у кого зубы болят. Наша медицина на высоте, сами знаете. Вот вы тоже женаты, у вас, наверно, еще и законный ребенок имеется...
  - Нет, - сложив руки на груди, ответил начальник. - Я не женат. И детей нет. И отношусь к тому малому количеству людей, что не любят компьютерные игры.
  - Компьютерные? - удивляюсь я.
  Слово 'компьютерные устарело еще лет сто назад.
  - Можно спросить, сколько вам лет?
  - Нельзя, - отрезал начальник.
  Я впервые за три года внимательно пригляделась к нему - совершенно ничего выдающегося в его внешности не было! Незаметный, неприметный, как разведчик двадцать первого века. Пропорциональное лицо, небольшие карие глаза, небольшой нос с горбинкой, слегка узковатые губы. Небольшие скулы, небольшой подбородок. Все какое-то немного резкое, злое и обычное. Выглядит Сергей Викторович лет на пятьдесят. Ну да, а мои родители в возрасте восьмидесяти девяти лет внешне тянут на моих ровесников.
  С изобретением игровых капсул человечество неожиданно для себя открыло долголетие. Погружение в виртуальный мир было похоже на погружение в сон, с замедлением всех процессов старения. То есть, чем больше человек находился в игровой капсуле, тем длиннее становилась его жизнь. Но ведь Сергей Викторович сказал, что не любит игры. Врет, что ли? Наверняка сам днями и ночами в виртуалке торчит.
  - Ну, а все-таки?..
  - Нет.
  - Почему? Сколько вам лет? Что в этом такого? Вот мне - двадцать! И я не делаю из этого тайны!
  Начальник, уже не зная, как от меня отделаться, нервно застучал пальцами по черной глади панели.
  - Не твое дело, сколько мне лет. Ты хочешь домой вернуться? Вспоминай, может, ты что-то заметила необычное вчера? Следов крови на траве не было видно?
  Я чешу нос, задумавшись, затем качаю головой.
  - Говорю же, что все было, как обычно! Коровы паслись, бык мычал, крабы убирали за ними, мухи летали, солнышко светило. Никого постороннего на пастбищах не было.
  Сергей Викторович неодобрительно мотнул головой:
  - Ты уверена? Ты понимаешь, это очень важно, пропажа быка. У нас в Закрытой Зоне ничего пропасть не может, это в принципе невозможно. Воров нет, стена защищает от всяких тварей с земли, сверху стоит зеркалка, снизу - подземные трассы. Он не мог испариться без следа!
  - Я, правда, не знаю, куда этот треклятый Гришка делся! Сергей Викторович, мне самой очень интересно узнать. Вон, смотрите! Уже рассвело, и бык еще с нами!
  Мы просматривали запись за шесть утра, когда крабы выводили коров на поляну пастись. В те часы рассветало, на улице еще было прохладно. Зеркалка (щит над фермой) в это время года представляла собой невидимые лучевые струи, а не сплошной покров. Утренняя прохлада свободно проходила на нашу территорию, опускаясь на траву прозрачными росинками, превращая ее в сверкающее изумрудами полотно.
  Камера засняла даже такую мелочь, как пар изо рта коров, а не только росу на траве.
  Гришка, чем-то недовольный, мычал, время от времени застывая на ходу и отказываясь идти дальше к своему бугорку. Робот, что вел его на привязи, останавливался следом за ним, давал быку промычаться, затем ненавязчиво дергал за веревку, и Гришка вновь продолжал движение.
  Вот они проходят мимо небольшого ручейка, бык устремляется к воде. Жадно пьет, затем вновь лениво идет следом за роботом. Парочка благополучно дошла до места назначения. Краб торжественно привязывает веревку к колышку, а потом вдруг так же торжественно отвязывает ее. Затем началось нечто такое, отчего у нас на пару с Сергеем Викторовичем челюсти отвалились.
  Роботы, что ухаживали за коровами, выглядят точь-в-точь, как метровые крабы. Имеют красную окраску, десять ног, из которых две передние - клешни. Клешни не острые, а гладкоконечные, заменяют пальцы доярок.
  Так вот, краб, что приглядывал за Гришкой, решил по-своему использовать свои клешни. Выставив их вперед себя наподобие рогов, он предварительно отошел в сторону на десять метров, разбежался и со всей силы боднул быка в толстый бок. Тут надо сказать, что роботы-крабы на ферме способны поднять метровагоны весом в восемьдесят тонн и пронести их из одного конца Зоны до другого на своей спине. Другими словами роботы обладают неимоверной силой.
  Бык от удара подлетел вверх, упал на спину краба, что была создана в форме панциря, пару раз подпрыгнул на ней, как мячик на ракетке. А затем краб, подобравшись, отбросил быка в сторону. Полет быка нас впечатлил - он взлетел, по касательной начав набирать высоту. Пролетел над коровами внизу, поднялся до уровня верха стены и с разъяренным воплем скрылся среди высоких елей, растущих уже на свободных землях. Мы услышали треск сломанных веток и дикий рев еще живого быка, очутившегося вне защиты Закрытой Зоны. Ревел он недолго, через пару минут по поляне с коровами, дружно смотрящих в одну сторону - сторону улетевшего за стену быка, поплыла тишина. Мы услышали шелест мохнатых лап елей под ветром, плеск воды в ручейке, ничего более не портило пасторальную картину мирно пасущихся на лугу коров.
  Увиденное меня впечатлило. И моего начальника тоже. Мы, раскрыв рот, увидели продолжение: краб, устроивший корриду, спокойно пошел за лопатой. Затем он старательно подобрал лепешки, вывалившиеся из быка в момент полета, и отвез их в общую навозную кучу.
  - Это... это что сейчас было? - выдавил из себя потрясенный шеф. - Я спрашиваю, это что сейчас было?!
  А мне-то откуда знать? Я развернула свернутую на панель запись камеры в павильоне за раннее утро. Мы увидели, как я сижу за рабочим столом и мирно пью кофе. Я поняла, что проскочила искомый момент, и промотала запись назад. Вскоре выяснилось, что, как раз в тот момент, когда краб начал развязывать быка от колышка, я ушла готовить себе кофе. Вопли быка я не услышала из-за жужжания кофеварки. Когда шум агрегата стих, и краб убрал экскременты быка, я села за мониторы с радостной улыбкой пить кофе.
  - Я сама в шоке, - ответила я.
  В этот момент вернулся Ваня, о котором мы совершенно забыли. Радостно улыбаясь после разговора с женой (чем меня здорово огорчил), он подошел к нам и с удивлением спросил:
  - Что такие бледные? Нашли что-нибудь?
  - Нашли, - отвечает Сергей. - Ула, прокрути запись назад. Ты глянь, Вань, что роботы вытворяют. Ула!?
  Окрик начальника вывел меня из задумчивости, я послушно забегала пальцами по клаве. На видеозаписи ничего не изменилось, все повторилось точь-в-точь, как и было три минуты назад. Нам с шефом ничего не показалось. Робот действительно запустил быка в полет, выкинув его за стену Закрытой Зоны.
  - М-да, - протянул Ваня, подняв брови. - Прокрути еще раз, я чего-то недопонял. Робот вышвырнул быка за стену? Ульяна, повторите.
  Я снова проматываю запись назад и уже в третий раз вижу полет быка.
  - Стоп! - сказал шеф мне в тот момент, когда краб смотрел на парящего, аки птица Гришку. - Увеличь изображение робота. Какой серийный номер на панцире?
  Я увеличила изображение краба. На его спине четко обозначились цифры '355534к'.
  - Мне все ясно, - сложив руки на груди, Ваня уверенно начал объяснять нам дальнейший порядок действий. - Мы с тобой, Сергей, сейчас пойдем пробивать информацию по роботу. Кто, где, когда создал его, а особенно, кто программировал. Роботы на фермы простые, созданы не с помощью нанитов. Согласись, чтобы дать крабу подобное задание, нужно самому иметь код доступа к перепрограммированию роботов. Забираем краба в мастерскую, его там осмотрят и дадут нам список тех, кто вносил в последнее время изменения в программу. А вы, Ульяна... Вынужден вас задержать до выяснения причин поломки робота. За последние две недели вы имели неограниченный доступ к крабу. У вас есть диплом нанотехника?
  - Есть, - без особого энтузиазма сообщила я. - У всех людей, работающих наблюдателями, он есть.
  - Какой у вас код личности по паспорту?
  - 6505345999, - еще грустней сказала я.
  - Мне нужна копия вашего паспорта, - потребовал Ваня. - Вы можете мне ее предоставить? Она у вас с собой? И куда только делось все его обаяние? Этот холодный мужчина пугал меня больше, чем взбесившийся робот. Сергей Викторович перебил нас:
  - Я скину тебе инфу о ней. Ула работает на меня не первый день, все данные есть.
  - Да я прямо щас могу все предоставить. Где мой смартфон...
  - Не надо, - остановил он меня на полпути к кровати, на которой лежал смартфон. - Сергей мне все даст. Ульяна, мне не придется ставить здесь охрану? Вы разумная девочка и никуда не убежите?
  - Не надо, я разумная! Я очень-очень разумная, - заверила я его. - Я не виновата! Зачем мне менять программу краба? Да мне даже в голову не придет такое! Это ж надо же... Поставить ему задачу выкинуть быка за стену!
  - А это мы выясним! И скинь видеозапись в мой личный кабинет в Сети.
  Ваня повернулся к клаве, включил пространственный 'Word'. Набрал свой адрес, в воздухе высветилось черным цветом 'ZZRеrshov.world.ru'. "ZZR" - надо полагать, это Закрытая Зона нашего города России.
  - Я здесь ни при чем! - жалобно промямлила я.
  До меня только сейчас стал доходить весь ужас сложившейся ситуации.
  Незаконное перепрограммирование любой системы на убийство живого существа - это уголовное преступление. Уж лучше бы я сама быка выкинула за стену, тогда отделалась бы легким штрафом! Наш чокнутый робот явно побывал в руках хакера.
  В нашем мире, где Сеть управляет всем, хакерство карается смертной казнью. В любом из пятисот оставшихся городов во всем мире, несмотря на малочисленность расы, хакеров казнят в их игровых сетевых капсулах, в ИСКах. Все понимают, что ничего не стоит проникнуть в систему игровой кабины и отключить нейронную связь между мозгом человека и его персонажем, находящимся онлайн в Сети. Если сделать это без подготовки, человек, конечно, не умрет, но гарантировано сотрет половину собственного мозга.
  Именно поэтому хакер считается преступником номер один. Да, сейчас нет людей, которые не владели бы языками программирования. Почти все люди, начиная с возраста семи лет, спокойно могут написать программу для робота-уборщика. Но никто этого не делает без официального разрешения. Чтобы вживлять программы в роботов, нужно было получить соответствующий диплом. И у меня есть подобный документ. То есть, я могу менять исходные кода роботов в случае рабочей необходимости. Здесь проходит тонкая грань между законным проникновением в систему и хакерством.
  - Вы меня подозреваете в хакерстве? - с ужасом уточнила я.
  Разумеется, ни шеф, ни Ваня не дали мне прямого ответа. Они культурно промолчали. Еще бы. Как нельзя кричать 'убийца' без доказательств, так и нельзя обвинять в хакерстве без веских улик.
  - Не суетись раньше времени, - криво улыбнулся шеф. - Если на тебе нет вины, никто тебя и пальцем не тронет. И завтра ты вернешься домой с зарплатой на карте. В мастерской посмотрят робота, найдут того, кто последний проник в алгоритм его действий, изменил исходник. Ты сейчас вышли парочку коптеров за стену, куда бык приземлился. Посмотрим, осталось от него чего.
  - Думаешь, он еще жив? - криво усмехнулся своими пухлыми губами Ваня. - Он упал с высоты в десять метров, ничего целого не осталось. Скорость полета была как у скайрайдера. Что ты хочешь найти? За стеной твари голодные ходят, уверен, от быка даже костей не осталось. Пару дней назад видел черного медведя с мой рост, когда возвращался из города. Бродит по округе, я хотел пойти поохотиться. Медведи падалью питаются, ему твой бык на один укус. Кроме медведя в тайге есть кому полакомиться парнокопытным.
  - Съели его, думаешь? - задумчиво спросил Сергей. - Согласен. От быка вряд ли что-то осталось. Ула, не надо коптеров. Продолжай наблюдать в обычном режиме. Если с тебя снимут подозрения, доплачу как за переработку. Часа через два сообщу результат обследования робота. Грузовой скайрайдер на месте?
  - Да, - киваю головой. - На общей стоянке.
  - Заряжен? - поинтересовался Ваня.
  - Должен быть, роботы следят за его состоянием. Сейчас глянем.
  Я на всякий случай поворачиваюсь к панели управления, вызываю на один из экранов изображение грузового скайрайдера, внешне напоминающего черную резиновую лодку. Индикатор заряда показал полную готовность.
  - Какой номер сломавшегося робота? - спросил Сергей.
  - 355534к, - я вывожу на другой экран застывший кадр, на котором краб застыл в момент полета быка. - Этот класс роботов полуавтономный, не зависит от Сети. Подчиняется звуковым приказам. В данный момент два человека способны распоряжаться им - я и вы, Сергей Викторович.
  - Понял, - кивнул головой шеф. - Прикажи, пусть подготовит грузовой скайрайдер. Проверим, как робот выполняет текущие команды.
  Я взяла головной микрофон. Надев его, включила громкую уличную связь. Развернула изображения, поступающие онлайн с камер, на все десять мониторов перед нами. Найдя глюканувший робот, вывела картинку с ним на центральный экран. По поляне вокруг павильона разнесся мой голос:
  - Номер 355534к, подготовь грузовой скайрайдер ?345 к запуску. Номер 355534к, приказываю подготовить грузовой скайрайдер ?345 к взлету.
  Мы внимательно наблюдали, как краб, перебирая конечностями, подбежал к скайрайдеру. Протянув клешню к кнопке запуска, расположенной с левого бока, он включил его. Завибрировав, машина плавно поднялась на десять сантиметров над землей. Я бросила взгляд на экран с показателями скайрайдера - сбоев в системе не было.
  - Пусть залазит внутрь и ждет нас, - тихо скомандовал Сергей Викторович.
  - ?355534к, приказываю забраться в грузовой скайрайдер ?345 и подготовиться к полету. ?355534к, приказываю забраться в грузовой скайрайдер ?345 и подготовиться к полету.
  Краб, распрямив свои ноги, перемахнул через покатый бортик машины. Поджав под себя все конечности, он улегся на овальном дне, заняв треть свободного места.
  - Неплохо, - бросив на меня взгляд сверху вниз, заметил Ваня. - Он слушается команды, это хорошо. Для нас это хорошо, проблем с доставкой в мастерскую не будет.
  - Да, - согласился с ним шеф. - Все, пошли. Ула, я запрещаю тебе покидать свое рабочее место. Сама понимаешь, какая ситуация сложилась. Не станем усложнять друг другу жизнь. Поняла?
  - Угу, - ответила я.
  - Что ж... мы пошли, - кивнув мне на прощанье, Сергей двинулся к выходу.
  Следом за ним, ничего мне не сказав, из павильона вышел и Ваня, невероятно сексуальный директор Закрытой Зоны России.
  Я посмотрела через камеры, как они подходят к стоянке с грузовыми скайрайдерами. Там кроме машины с крабом лежали на земле еще три плоских, сверкающих черной, гладкой поверхностью ская. Мой, шефа и Вани.
  Глюканутый робот не препятствовал, мужчины забрались внутрь грузовика. Ваня встал у панели управления, а Сергей склонился над роботом, внимательно разглядывая его панцирь. Через пару минут четырехметровая махина взмыла в воздух, поднялась на десять метров над землей и двинулась на северо-запад, в сторону сервисного центра, обслуживающего роботов.
  Высокое начальство улетело, а я продолжала нервничать. Что-то на уровне подсознания не давало мне расслабиться. Что-то очень важное я упускала из виду.
  Я скопировала видеозапись с полетом быка, выслала ее на адрес Вани, и все это время никак не могла схватить ускользающую, как испуганный котенок, мысль за хвост.
   Выпитые две кружки кофе с утра дали о себе знать, мне захотелось в туалет. Направив свои стопы в нужную сторону, я окунулась в омут памяти, хмурясь. И вдруг остановилась на полпути к туалету, остолбенев посреди узкого коридора, разделяющего растущие кусты огурцов и помидоров. Ну, конечно же! Этот злосчастный номер 355534к! Именно в его программный код мне пришлось залазить две недели назад, когда вернули Гришку в стадо после осеменения коров! Мне пришлось добавить функцию ухаживания за быком в его систему! Чтобы привязывал Гришку к колышку, торчащему в центре небольшого бугорка! Чтобы держал подальше быка от коров!
  Мысли одна вслед за другой, как волны на морской пляж, набросились на меня.
  Это что же получается? Последний, кто влазил в исходный код краба - это была я? И в мастерской это увидят!
  У всех роботов есть такая опция - обмен данными между сервисными службами и им самим. Подключаясь к Сети раз в сутки, роботы получают информацию о кодах личностей, имеющих право на перепрограммирование. Таким образом, они узнают, кому можно давать доступ к своей программе. Мне пришлось набирать свой код личности, чтобы получить доступ к изменению в программе краба. Но не это было главным!
  Главное же заключалось в том, что никто не увидит, что именно я меняла. В журнале управления роботом нет такой функции, которая сообщала бы последовательность действий, совершенных мною в его системе. То есть! Можно легко обвинить меня в том, что именно я запрограммировала робота на безумный поступок! Невозможно было доказать, что я вносила приказы на ухаживание за быком, а не на запуск несчастного создания в полет.
  Мои ноги подкосились, и я плюхнулась на пол. Если не будет выявлен вход в систему еще кого-то после меня, мне вкатят обвинение в хакерстве. И тогда все, миру оффлайн. Вот же я вляпалась! И что теперь делать?
  
  Глава 2
  Я была настоящим пацифистом. Всегда избегала межсерверных войн в играх. Когда какой-нибудь очередной 'умник', считающий, что знает все о жизни, начинал меня поучать, всегда послушно выслушивала, не желая спорить. Не любила конфликты, ведь в них обязательно кто-то кому-то доказывает, что 'кому-то' дурак. И следом идут обиды, бойкоты, санкции. Избегаю повышенных тонов, если кто-то начинает ссориться, спешу куда-нибудь уйти, ссылаясь на ужасно срочные дела.
  И как же меня саму поразило, когда, осознав, в какую ж... я попала, вместо слез и истерик пришел азарт и собранность. Да я буквально загорелась мыслью о том, как вытащить себя из неприятной ситуации. В голове сразу замелькали разные варианты действий.
  Бежать. Это было первой моей мыслью. Потом вспомнилось, сколько в моем теле находится нанитов (нанороботов). В коре головного мозга их десять, они создают нейронную связь с игровыми капсулами. Под кожей тела их около сорока - они регулируют теплообмен. По сути, одежда в наше время выполняет чисто эстетическую функцию, прикрывает интимные места. Одежда стала данью традиции, а не способом согреться. Если бы не подкожные наниты, я бы здесь, в этом павильоне, превращенном в теплицу, сварилась бы от духоты. Хотя подкожным нанитам нужно около десяти секунд, чтобы переключать температурные режимы, это был их единственный недостаток.
  Наниты были в матке, в сердце, в почках, в глазах, даже в зубах. Мой организм был здоров благодаря их работе, ни простуда, ни кариес, ни мигрень в ближайшие сто лет мне не грозили. Поэтому куда бы я ни пошла, мое местоположение при должном разрешении властей легко было бы вычислить по сигналам, исходящим от нанороботов. Это заняло бы много времени и сил, ведь наниты в моей крови из той же серии, что внутри вен миллионов других людей. Но за городской чертой людей с нанитами в крови не так много. Вышлют парочку робофонов, и меня найдут. Как говорится, кто ищет, тот всегда найдет.
  Даже если бы нанитов не было в теле, идти в дикий мир? Это было безумием. С тех пор, как человек перестал пожирать природные ресурсы в безмерном количестве, власть его над планетой исчезла. Теперь человеческие города малочисленны и напоминают редкие оазисы в пустыне.
   В лесах вокруг моего родного города России бродит около пятисот видов млекопитающих, начиная от медведей и заканчивая змеями. То же самое творится вокруг остальных городов. Южная Америка, Германия, Англия, ЮАР, Австралия, и еще 494 города окружены несметным числом зубастых, клыкастых, ядовитых тварей. Не говоря уже о том, что вокруг городов растительность разрослась до такой степени, что скрыла последние остатки древних шоссейных трасс и железных дорог.
  Выжить в дикой природе для меня, которая большую часть жизни провела пластом, лежа в ИСКе (* игровая сетевая капсула), было нереальным. И уж тем более в одиночку.
  Да и куда мне было бежать? В другой город?
  В мире всего пятьсот городов, прятаться среди людей было безумием.
  Карточка с кодом личности выдается по рождению всего одна. Мы наш код используем везде - чтобы открывать электронные замки, спускаться в метро, рассчитываться за продукты, подключаться к ИСКу. Да чтобы управлять скаем или войти в подземку, нужна эта чертова маленькая карточка!
  Второй вариант, пришедший мне в голову, был еще веселее - саму себя убить. Я его даже не рассматривала, только поржала над собственным чувством юмора, имеющего все оттенки черного.
  Третьим вариантом можно было бы дать обследовать наниты, копошащиеся в моей черепушке. Тогда правду о моей невиновности выяснят, вытащив из моей памяти все события, и с меня снимут подозрения в преступлении.
  И я, счастливая, продолжу все оставшуюся жизнь пускать слюни и пузыри изо рта. Потому как вместе с нанитами вынется часть мозга. У нас есть нанороботы, которые можно удалить из живого организма без последствий, а есть наниты, что связаны с нами до самой смерти. Те роботы, что находятся в коре головного мозга, составляют с нами единое целое, как еще один орган вроде руки или ноги.
  И четвертый вариант - бороться с судьбой, повернувшейся ко мне задом. То есть нужно в срочном порядке начинать искать доказательства собственной невиновности. Раз уж так сложились обстоятельства, придется с ними побороться. В конце концов, нанотехник я, или кто? Если уж мои предки пережили каменный век, времена татаро-монгольского ига и крепостного права, индустриализацию и постиндустриализацию, монархию, социализм, демократию, Пандемию Эбола и дожили до настоящего времени, еще и создали меня, то мне просто-напросто стыдно отдавать без борьбы свою собственную жизнь.
  Вместо дубинки каменного века придется мне использовать свои извилины, которые до сего момента бездействовали и выполняли функцию предоставления мне удовольствия.
  Да-да, надо быть честной самой с собой. Жила я только в свое удовольствие, только ради собственных прихотей и капризов. Впрочем, как и еще два миллиона жителей города России. Как и остальные жители 499 городов, разбросанных по всему миру.
  Итак, поругав себя за тунеядство, я, таким образом, придала сама себе пинок, чтобы начать действовать.
  Для начала я решила воспользоваться служебным визором. Буду просить помощи у друзей, так как у самой в голове ветер свистел, и я даже не знала, с чего начать.
  Я оглянулась по сторонам, поймав себя на том, что сижу посередине павильона между кустами с помидорами и огурцами. Робот Кот отключился на время, затих и замер возле моей кровати. Тут мой организм вновь напомнил о двух выпитых чашках кофе, и я встала, затрусила в сторону туалета. Сделав свои дела, вернулась обратно на свое рабочее место.
  Мониторы показали, что на пастбищах все тихо и спокойно. Коровы продолжали уныло бродить, мухи жужжать, роботы прибираться. На небе медленно собирались сизые тучи. Будет гроза.
  Я посмотрела прогноз погоды, который подтвердил скорую бурю. Так как мои обязанности никто не отменял, надев головной микрофон, я объявила на все пастбище:
  - Внимание всему обслуживающему персоналу! Приближается гроза! Немедленно заводите коров в стойла! Повторяю! Приближается гроза! Немедленно заводите коров в стойла!
  На полянах сразу после моих слов начали суетиться крабы. Удостоверившись, что роботы послушно заводят коров обратно в конюшни, я повернулась к визору.
  У меня было много друзей, около тысячи по всему миру. И лишь с тремя из них я общаюсь по визору в реальности. Встречаемся мы регулярно, так как все мы большие любители поплавать в бассейне, расположенном на крыше моего дома.
  Первым я набрала своего надежного друга, которого знаю с двух лет. Мы с ним вместе были в детсаде, затем учились в Сетевой Школе, вместе сдавали экзамены на нанотехников. И с ним же вдвоем запороли два года назад первый экзамен на управление скайрайдерами. Сдали только с пятой попытки. Мой первый поцелуй чисто ради интереса был с ним. Помню, как мы потом оба долго отплевывались, показавшись друг другу слюнявыми и солеными, как сырые маслята. На этом попытка разглядеть друг в друге свои половинки закончилась, и мы, к обоюдному согласию, решили остаться друзьями.
  Звали его Андреем Соломеиным. И на мой вызов он всегда отвечал, даже выходил ради этого из Сети.
  - Ты где шляешься? - вместо приветствия накинулся на меня мой друг Андрюха, едва его фигурка появилась в круге дисплея визора. - Обещала еще в четыре вернуться.
  Его черные волосы были сырыми, сам он был в одних трусах. Загорелая плоская грудь, кубики накаченного пресса, бугорки мускул на руках - мой друг имел фигуру атлета. Но ноги у него были жутко кривыми и страшно волосатыми. Будто все его предки поголовно были кочевниками, не вылезающими из седла лошади. Лицо напоминало морду радостной овчарки... Это мое мнение, его лицо торчит передо мной с самого детства, я к нему привыкла. Но другие люди имели иное мнение. Парень жутко злился, когда ему говорили о том, что у него смазливое, дружелюбное личико. Андрюха редко брился, комплексуя из-за этого. Синие глазища в обрамлении густых, длинных, черных ресниц многих девушек сводили с ума. Все черты лица были пропорциональными, как вылепленными из глины руками талантливого скульптора для выставки римских богов.
  Мой звонок выдернул друга из душа.
  - Я здесь, - лаконично ответила я, решив пока не огорошивать его с ходу новостями о себе. - Ты чего такой злобный? Привет, кстати.
  Голограмма двадцатилетнего парня в полный рост сложила руки на груди и прозрачное лицо недовольно поморщилось. Андрюха был зол, я даже отклонилась назад, хоть и понимала, что передо мной голограмма.
  - Ни х.. себе х..! - матом ответил мне друг. - Ты че, старушка, склероз замучил?
  Я лихорадочно соображала, о чем таком забыла, что мой друг перешел на откровенную ругань. Обычно он говорил 'ни хуа себе хуа'. Через полминуты нашего дружного молчания мне пришлось признать его правоту:
  - Это... я забыла. Так чего случилось-то?
  Прозрачное лицо с давно небритым подбородком залила краска гнева. Парень запустил руку в свои и без того длинные, спутавшиеся и сырые волосы, затем подозрительно вежливым голосом сообщил:
  - Ты забыла вернуть скай.
  Я мгновенно вспомнила, что где-то месяц назад мой собственный скайрайдер сломался. Андрюха одолжил мне свой для поездки в Закрытую Зону. Я невольно бросила взгляд в окно - вон он, стоит под навесом рядом с павильоном, скучает.
  - Дак я же вернула его тебе! - соврала я из вредности, лихорадочно соображая, как начать серьезный разговор с другом.
  Андрюха выпучил на меня глаза, подняв брови:
  - Чего-чего ты там сказала? Ну-ка, повтори! Ты че, совсем приху..? А вокруг тебя, случаем, не павильон пастбища? С рабочего визора звонишь? Тебя не было в Сети, ты была оффлайн. И в списках контрактников с Зоной тебя тоже уже нет. Думал, ты дома. Твой контракт продлили? Ты, чудо в перьях, чего опять натворила?
  Мои друзья отчего-то все время меня считали проблемной девочкой. Почему они так думали, для меня оставалось загадкой. По-моему мнению, я самый спокойный и рассудительный человек в нашем городе. Да еще и до мозга костей пацифист. Странно, что их мнение обо мне расходится с моим мнением о себе.
  - Слушай, тут такое дело, - мои глаза смотрели куда угодно, только не на него. - У меня большая проблема...
  - И что в ваших женских головах творится? Каким местом вы вообще думаете? - Андрюха не слушал меня, явно находясь на своей волне.
  - Тебя, что, опять кинули? - мгновенно догадалась я, отчего он такой злой, и заржала в полный голос.
  Плохое настроение у моего друга бывало всегда после разрыва с очередной подружкой, вообще-то он веселый парень, отчаянный оптимист и душа компании. Хотя сейчас, глядя на эту небритую рожу со злобным взглядом, об это трудно было бы догадаться.
  Андрюха сжал зубы, но промолчал. Затем его голограмма шагнула в сторону, он исчез на пару минут, а когда вернулся, у него в зубах торчала сигарета. Откуда-то из глубин его квартиры донесся голос робота со словами 'курение вредит вашему здоровью. Просьба немедленно погасить сигарету', на что мой друг раздраженно бросил 'заткнись, Падла'. 'Падла' здесь была не матом, а именем робота. Родителей у Андрюхи рядом не было, они переехали в другой город, бросив его, тогда еще семилетнего, на попечении няни-робота. Так что робот уже очень давно был переименован из 'Моби Дика' в 'Падлу'. Примерно тогда же маленький мальчик Андрей начал отчаянно материться, воспитывать-то его было некому. И в течение второй половины его жизни, то бишь последующих десяти лет, никто его не ограничивал в совершенствовании нецензурного языка, родители в его жизни больше не появлялись.
  Я прогнала улыбку с губ и задумчиво протянула:
  - Что, все было так серьезно? Ты влюбился по-настоящему, а она тебя кинула?
  Андрюха выпустил струю дыма и мрачно сказал:
  - Я ее ударил. Она стояла, кричала и... Сам не понимаю, рука сама поднялась. Она отлетела от удара метра на два.
  Я рот раскрыла от удивления, услышав его слова. Чтобы Андрюха поднял руку на девушку? В голове не укладывалось.
  - Мы играли в 'Повелителя Бездны', проиграли бой. Когда вышли из игры, стали ругаться. Она кричала о том, что я ее подставил под удар. Ну, я и врезал ей.
  - Ни хуа себе хуа, - вырвалась из меня его любимая присказка. - И? Что дальше-то было? За тобой пришла полиция? Тебя за такое должны были наказать.
  - В том то и дело, что нет, - зло высказал он. - Никто не вломился в квартиру, никто не пришел. Машка ушла, захлебываясь слезами, и все. С тех пор я ее не видел. И полиции с их пизд... дубинками не было.
  - Офигеть! - выдала я. - У нас каждый чих под глазом видеокамер! Как-так то, Андрюх?
  - Да если бы я сам знал! - вырвалось из него вместе с дымом сигареты. - Меня в тот раз словно подменили, я себя не помнил от злости, впал в бешенство. Если бы Машка быстро не слиняла, я бы и убить ее мог.
  Андрюха опять исчез из визора. Вернулся он уже без окурка сигареты, но уже чуток повеселевший.
  - Я подумал, что лучше мне сейчас в Закрытой Зоне поработать и вспомнил про скай.
  - Угу, скайрайдер... А что, Машка даже не обратилась в полицию?
  Андрюха криво усмехнулся:
  - Я ее в Сети не вижу, и в списках контрактников ее тоже нет. Хотел извиниться, а она пропала, на звонки не отвечает. От полиции никаких повесток в Суд. Я че-то побаиваюсь к ней домой заявляться, но где она еще может быть? Да дома сидит, раны зализывает. Улька, а ведь убей я ее в тот раз, никто бы не узнал. Спустил бы на лифте к земле и выбросил бы труп за стену. Его бы дикие твари вмиг разорвали, там, в тайге, полчища медведей бегает. Я ведь на следующий день пошел к Старосте по этажу, запросил видеозапись из собственной квартиры. Ну, он мне ее дал, и я просмотрел ее. И ничего там не было!
  - Как это - ничего?
  - А вот так! Видеозапись показала, что мы весь день с Машкой пролежали в ИСКах!
  Я почесала в затылке и осторожно заметила:
  - А может, ничего и не было? Тебе все приснилось?
  Вместо ответа Андрюха показал мне кулак, костяшки пальцев которого покрыла красная корка заживающей раны.
  - Видишь? Когда Машка ушла, я о стену разбил кулак, пытаясь прийти в себя. Этого тоже не было в видеозаписях. А должно было быть. Там сейчас со стеной Падла работает. Шпаклюет, красит. А меня давно должны были бы отправить к психам на лечение.
  - Так может ты в другой день руку разбил?
  - Я че, идиот? - фыркнул друг. - Просмотрел все видеозаписи в квартире с того дня и по сегодняшний. Ничего нет. Семнадцатого числа сбоев в записях не было, там все так, как было на самом деле.
  - У тебя появился кибер-хранитель, - улыбнулась я. - Не будь его, ты бы сейчас сидел в изоляторе. Или в дурке.
  Андрюха нахмурился, сказал:
  - Улик, я щас проверю запись нашего разговора. Звякну тебе через минут десять. У меня высветился твой рабочий номер, его и наберу. А ты!
  Он ткнул в меня пальцем:
  - Хорош работать! Гони обратно скай!
  На этом мой друг отключился. А я даже слово не успела сказать насчет собственной проблемы, как он меня ошарашил своими.
  Пока Андрюха где-то ходил, я набрала по смартфону двух других друзей, чтобы они по моему номеру увидели, кто хочет с ними поговорить. Как и думала, оба сейчас торчали в Сети. В отличие от Андрюхи, ради меня они не отрывались от своих игр, а всегда позже перезванивали. На смартфон спустя пару секунд пришли сообщения:
  'Я занят, в 'Игру Богов' играю', - оповещал меня Жэка.
  'Киса, перезвоню позже, - игриво отвечал Дэн. - Охочусь на Машу. Люблю. Целую'.
  На этом количество людей, которые могли мне помочь, закончилось. Еще оставались родители.
  С этим было сложнее.
  Я отчетливо представляю себе нашу однокомнатную квартиру. Сквозь жалюзи на окне просвечивают золотистые лучи солнца, упираются в белую стену, оставляя полосатый узор на ней. Медленно гудит вентилятор на потолке, вращая своими лопастями. Судорожно дрожит холодильник в углу. Беззвучно мигают лампочки на пластиковых крышках капсул моих родителей, погруженных в игру. Под кухонным столом сидит робот Баф, вырастивший меня. Он на днях сломался, окончательно и безремонтно. Мебели у нас мало, кухонный гарнитур, стол и один стул. Шкаф-купе, встроенный в стену, зеркальными дверцами отражает солнечный свет, падающий на него сквозь жалюзи на окне. С потолка свисает люстра-квадрат с одной лампой.
  Мои родители, сколько себя помню, играют в 'Двадцать первый век'. Отец в нем построил дом, открыл рыбоконсервный завод и сейчас рыбачит целыми днями на правах начальника. Мать руководит салоном красоты. У них там, в игре, даже дети есть, мои виртуальные брат и сестра.
  Мои родители уже восемьдесят лет играют в игры. Для меня они чужие. Растил и кормил меня Баф, железный рыцарь, похожий на гориллу. Мама с папой изредка поднимались из своих капсул, дабы удостовериться, что я все еще жива и ползаю с соской во рту по полу. Потом, когда меня подключили к игровой капсуле в возрасте шести лет, их внимание ко мне и вовсе исчезло.
   Ну, меня хотя бы не бросили, как Андрюху. Но вот докричаться до родителей можно было только в виртуальном мире, что я и поспешила сделать.
  Я воровато оглянулась по сторонам, внимательно осмотрела изображения с камер, нет ли кого постороннего на пастбище. Горизонт пуст, путь свободен. На цыпочках прошла мимо Кота, застывшего в спящем режиме возле моей кровати, и вышла из павильона.
  Мой план прост - найти игровую капсулу и выйти в Сеть. В моем павильоне ее не было, зато точно знаю, что в соседнем доме ИСК был.
   Сергей Викторович год назад построил одноэтажный коттедж для себя любимого. Красная черепичная крыша, кирпичная труба, стены из моноблоков, небольшой фруктовый сад вокруг, кусты роз под окнами. Я помню день, когда он ввозил мебель и новехонькую игровую кабинку в коттедж (его переезд выпал на мою смену). Сам же он так и не заехал в новый дом. Хотел из города переселиться, выбил разрешение на строительство коттеджа в Закрытой Зоне, дом построил, но вот сам не переехал, что-то не сложилось. Бывает. Гадать о причине не стану, все равно дохлое дело. А вот игровой кабинкой воспользуюсь.
  Чувствуя себя распоследним вором, я прокралась к коттеджу, не переставая вертеть головой по сторонам. Поляна пустовала. Ни крабов, ни коров, все спрятались от дождя в конюшне. На улице становилось темно, тучи приближались. Вдалеке слышались первые раскаты грома, резкие порывы ветра создавали рябь на воде ручейка, протекающего между коттеджем шефа и павильоном наблюдателя.
  Я забежала на крыльцо дома, прислушиваясь, не звучит ли рядом гул ская? Тишина, разлетелись комары и мухи, чуя грозу. Смолкли пернатые в лесу за стеной. Никакого присутствия человека не наблюдалось.
  Сам коттедж был открыт, чтобы не усложнять жизнь обслуживающим дом роботам - парочка крабов заползала время от времени внутрь наводить чистоту. Да и от кого запирать? Воров в Закрытой Зоне не было.
  Я смело вошла внутрь и прошлась по полупустому дому, в котором стоял запах нежилого помещения. Было чисто, пусто, грустно. Дом без хозяина всегда грустит. Минимум мебели, то есть два стула, шкаф, кухонный гарнитур, холодильник, унитаз...
  Игровую кабинку я нашла в спальне, стоящую вместо кровати по центру комнаты. Здесь еще висело на стене трехметровое в длину и метровое в ширину овальное зеркало. Ни картин на стенах, ни ковров. Сплошной минимализм. Прямо как у нас в квартире.
  Из единственного окна спальни виден был вход в центральный павильон и кусочек поляны, по которому тек ручеек. Темное небо над домом на миг озарилось молнией, следом за ней грохнуло так, что я вздрогнула. Хлынул дождь, забарабанили капли по крыше коттеджа. В спальне воцарился полумрак, солнечный свет был перекрыт тяжелыми тучами.
   Я включила игровую кабинку в розетку и подключила ее к Сети. Подождав, пока индикатор настройки не загорится красным цветом, я достала карту с кодом личности и засунула ее в узкий проем над изголовьем капсулы. Затем нажала на кнопку автоматического открывания прозрачной крышки, дождалась, пока та не поднимется, и улеглась в капсулу.
  К моей голове, удобно устроившейся на черной нейлоновой подушке-косточке, потянулось десять нейлоновых проводов. Они впились в определенные точки на моем черепе, соединяя наниты в мозгу с Сетью.
  Закрываю глаза. По телу проходит привычная волна прохлады, покрывая кожу мурашками. Когда через пятнадцать секунд я вновь открываю глаза, то вижу себя сидящей в кресле возле камина. Рядом со мной в точно таком же мягком кресле восседает мужчина неопределенного возраста в клетчатой кепке. Мы с ним находились в небольшой комнате, освещенной лишь светом от огня в очаге. ИСКи звуконепроницаемы, шум дождя в реальности здесь не слышен. Вместо него слышу треск горящих поленьев в камине.
  Все предметы прячутся в темноте в пяти шагах от нас. Выпустив кольцо дыма из трубки, проводник хриплым голосом поинтересовался:
  - Твой код личности?
  - 6505345999, - ответила я.
  Это что, Шерлок Холмс? Круто! Ну, Сергей Викторович, ну, начальник! Выбрал же себе проводника! У меня им был белый тигр. С голубыми глазами.
  - Рад снова тебя видеть, - сообщил мне Шерлок после проверки кода. - Мисс Ульяна, в какую жизнь ты стремишься?
  - В 'Двадцать первый век'.
  Шерлок помолчал минутку, затем продолжил все тем же хриплым голосом:
  - И что ты сидишь?
  Я растерялась:
  - Так жду запуска игры.
  - Думай, мисс Ульяна, думай. Прошло пять секунд с момента озвучки названия игры. А ты все еще сидишь здесь. И что это значит?
  - Что? - переспрашиваю я, испугавшись. - Закрыт мне доступ?
  - Это же элементарно! - заметил Шерлок. - Это значит, что тебе нужно встать и войти в единственную дверь в комнате, чтобы выйти отсюда.
  - А, понятно, - ответила я, почесав макушку. - Так я пойду?
  - Иди. Удачной игры!
  Я встала с кресла. Странный проводник. Обычно после выбора он тебя сразу кидает в игру. То есть все вокруг тебя темнеет, затем перед тобой появляется голограмма - белая линия запуска. Она медленно заполняется красным цветом и раз - ты уже в другом вирте. А у него все по-другому. Ну и придумал же мой шеф. Что-что, а котелок у него варит.
  Я прошла по темной комнате, слушая треск горящих поленьев в камине. Вся комната была захламлена всяким скарбом. По дороге к двери мои глаза сумели рассмотреть в темноте множество вещей непонятного мне предназначения. На столе пустого места не было от стеклянных колб, подсвечников, тарелок, странных изогнутых железяк. По высушенным веникам, висящим вдоль стен, трепетали, словно мотыльки, тени от Шерлока, кресел, столика возле них. На стуле возле стола лежал череп. Мрачновато вокруг.
  Чуть не запнувшись о футляр для скрипки, валяющийся на полу, я дошла до единственной двери и рванула ее на себя. За ней увидела тропинку, по бокам которой росли высокие пальмы.
  А вот и город Лазурный, в котором обитают мои родители. Добро пожаловать в игру 'Двадцать первый век'.
  Я шагнула за порог и обернулась. Комната с камином и Холмсом тут же исчезла. Вместо нее продолжалась тропинка, в конце которой виднелся песок пляжа.
  Послышался шум морских волн, меня ласково поприветствовал теплый, южный бриз. Я вздохнула полной грудью свежий воздух. После мрачной каморки Шерлока, я словно в раю очутилась.
  В этом вирте стояла ночь. Полнолуние. На темном небе рассыпались многочисленные созвездия. Я очутилась в частном секторе города Лазурный начала 2000 года. Разнообразные коттеджи, словно грибы, возвышались по всему побережью Черного Моря. Моя семья находится в одном из таких домов.
  Жмурясь от удовольствия, которое приносил мне запах моря, находящееся недалеко, я двинулась вперед по тропинке. На кустах вокруг меня мерцали изумрудным светом светлячки, освещая мне путь. Как маленькие драгоценные камни в темно-зеленой оправе, воссозданные программистами с удивительной точностью. Красиво.
  Тропинка провела меня мимо прибрежной полосы, и я вышла на широкую улицу, освещенную фонарями. Вдоль нее стояли частные дома. Оттого, что было поздно, не было никакого движения вокруг. Машины припаркованы на обочинах, свет в домах погашен, все и вся крепко спит.
  Я дошла до дома с табличкой на калитке 'Черноморская, 5'. Кованая ограда, сделанная моим отцом, была у них чисто символической. Перемахнуть через нее могла бы даже собака, не говоря уж обо мне. Проигнорировав калитку, я перешагнула через железный забор, прошла по саду с абрикосовыми деревьями и без приглашения ворвалась в дом.
  - Мам! Пап! - проорала я с порога в темноту.
  Можно было бы воспользоваться телефоном, лежащим в рюкзаке, но во мне вдруг проснулся бесенок. Они тут дрыхнут, понимаешь ли, пока их дочь пытается разгрести проблемы в реальном мире. Что, мне одной страдать, что ли?
  Услышав мой голос, во дворе проснулась и залаяла собака породы золотистый ретривер. На втором этаже включился свет и раздался детский плач. О, это моя виртуальная пятилетняя сестренка Люська проснулась. Тут же слышится голос отца:
  - Кто там орет? Третий час ночи, кого там принесло?
  Заскрипел деревянный пол на втором этаже, затем вздрогнули ступени лестницы и, опираясь на деревянные перила, вниз спустился мой отец, Анатолий. Толик Иваныч. Он нащупал выключатель, щелкнул собачкой, прихожую залил желтый свет из настенного светильника-лилии.
  - Привет! - улыбнулась я ему, затоптавшись на пороге дома. - Уже месяц не виделись.
  В этой игре я бываю редко, здесь моим персонажем был старичок с лысым черепом и длинной, седой бородой.
  - Тише, Люси, тише, - послышался голос матери со второго этажа. - Это дед Серафим пришел, не бойся. Он хороший человек. Давай, солнышко, спи дальше.
  Угу, для моих виртуальных брата и сестры я дед Серафим. Ролевые игры, куда без них. Дед Серафим - ветеран ВОВ, получает хорошую пенсию и целыми днями гуляет по парку с тросточкой в руках. Игра мне не нравится, и подобный персонаж показался самым удобным, потому как развивать его не надо было.
  Плач ребенка стих, зато мамины увещевания превратились в тихое напевание.
  Отец тем временем подошел ко мне. Здесь он выбрал себе внешность сорокалетнего отца семейства с пивным брюшком, и теперь полы халата то и дело расходились на его животе, показывая белую, растянутую рубаху и черные семейники.
  Все в их доме продумано до мелочей. Вплоть до старинных, напольных часов с мерно тикающей секундной стрелкой, стоящих в гостиной.
   В коридоре, который упирается в лестницу, ведущую на второй этаж, лежит самотканый ковер. На стенах висят цветы в подвесных горшках. У входа на кухню стоит коричневая, лакированная тумбочка с дисковым телефоном. Подставка для обуви, шкаф для верхней одежды, зонтики и шапки на крючках - все то, что раньше стояло в прихожей домов конца двадцатого - начала двадцать первого веков. Сам коридор в ширину около двух метров, от него идут двери на кухню, гостиную и туалет.
  - Ну, привет, дочь, - подслеповато прищурился отец.
  Это в игре он носит очки, сам такую характеристику персонажа выбрал. На самом деле у его настоящего тела вообще никаких проблем со здоровьем нет. Наниты в глазном яблоке никому не дадут ослепнуть.
  - Узнал, - ехидно хмыкаю я.
  - Чего не проходишь? - буркнул он, вынимая из кармана халата очки.
  В них он сразу состарился лет на десять.
  - Боюсь тараканов, - честно призналась я. - Ты свет-то нормальный включи, их тут у вас тысячи ползают.
  Батя последовал моему совету. Загорелась лампа в люстре на потолке, прогоняя тени от мебели. Я была права - по полу тут же побежали тараканы в разные стороны. Крупные, черные, отъевшиеся. Гадость еще та. Отец их три дня выращивал.
  - Не часто ты к нам заходишь, - заметил отец. - Чаю? Есть хочешь? У нас есть вчерашний борщ. М-м, пальчики оближешь.
  - Да не, спасибо, - вежливо отказываюсь я. - Ма, привет!
  Я повысила голос, чтобы он долетел до второго этажа, в спальные комнаты. Тут же последовал раздраженный ответ:
  - Не ори! Детей разбудишь!
  - Так что на счет чаю? - спросил отец. - Не обижайся на мать, у нас Люська заболела, где-то ветрянку подхватила. Она волнуется.
  - А, понятно, - киваю я головой, и начинаю прощупывать тему. - Слушай, па, у меня к тебе вопрос. Ты как относишься к хакерам? Часто с ними сталкивался?
  Батя задумчиво почесал подбородок, затем покачал головой:
  - Так сразу и не вспомню... - Затем он поднял голову и проорал, - эй, мать! У тебя есть среди знакомых хакеры?
  - Не ори! - проорала мама. - Люська уснуть пытается! Ничего я не знаю! Какой еще хакер? Я его в глаза не видела!
  - Мама, а что такое хакир? - тут же послышался детский голосок.
  - Не хакир, а хакер, - мягко промурлыкала ей мама. - Это очень плохой человек.
  - Хакккеррр, - повторила Люська.
  - Хакер.
  - Ха-акеррр!
  - Ха-кер.
  - Ха-кер, - Люське надоело дразнить маму.
  Заскрипела кровать, и детский задиристый голосок разнесся по всему дому:
  - Хакер! Хакер! Хакер!
  - Люся! - повысила голос мать. - Хватит прыгать на кровати! Ложись спать!
  Мы с отцом выслушали их диалог, и я в который раз подивилась тому, как правдоподобно создаются ВИПы. Так сразу не скажешь, что Люська - всего лишь набор букв и цифр, а не настоящий ребенок.
  - Так ты есть будешь? - отец вновь обратил на меня свое внимание.
  Родителям совершенно наплевать на всяких там хакеров, да и вообще на все, что не касается созданного ими семейного очага. Ведь знала же их, как облупленных, и все равно...
  - Да не, уже ухожу. Ваське привет, - ответила я ему.
  Васька был моим старшим 'братом' и ВИПом в одном лице.
  - Уже уходишь? - Батя, кажется, немного расстроился. - Побудь еще немного с нами. Совсем нас забросила.
  - Обычно я лежу от вас в двух шагах, - иронично хмыкнула я.
  Он нахмурился при напоминании о том, где сейчас на самом деле находится его тело.
  - Странная ты у нас, - тяжело вздохнул он. - Осталась бы на пару дней, посмотрела бы на Сочи 2000 года. Красивый город.
  - Угу, - отмахнулась я от него. - Ладно, па, давай, пока. У меня дела в реале. Продуктов нет, таблетки... А, вернешься, таблетки не ешь, у них срок годности вышел. И меня не теряй, я в Закрытой Зоне работаю... работать будут. Недельку, примерно. И, кстати, Баф сломался. Я его под стол закатила. Да ты сам его найдешь. Прятать его некуда.
  Я плакала, да. Когда увидела, что Баф не отзывается на мои призывы. О, я так сильно плакала! Но что-то родителям рассказывать о своей боли не хотелось.
  - Хм... Пока не трогай его. Вернусь через три дня, посмотрю. Три дня здесь, это по-нашему часов через двенадцать там.
  - Я уже сама его осмотрела. Его только на переработку пустить осталось, большая часть микросхем сгорела. Ладно, па, давай, пока, - во второй раз попрощалась я с ним.
  - Счастливо, - ответил он. - Подожди-ка... Я тут вспомнил кое-чего о хакерах.
  - Что?
  - Помню, лет тринадцать назад в доме ?51 нашли хакера. Из-за этого какая-то мутная история вышла. Припоминаю, казнили много народу из-за одного хакера. Давно это было, старый я уже, все забыл. Сама в Сети поройся. А чего вдруг про хакерство спрашиваешь? Натворила чего?
  - Нет, - помотала я головой, еще минуту назад передумав сообщать родителям о событиях сегодняшнего дня. - Что ты! Ты же знаешь, я девочка послушная.
  - Да? - поморщился отец. - Я никогда не запрещал тебе что-либо делать, и сейчас не буду. Только нас в свои дела не втягивай. Мы уже старые люди.
  - Ладно, не буду. Пока, пап.
  - Не называй меня так в аватаре деда Серафима, - раздраженно бросил батя. - Меня от этого корежит.
  Если бы ты знал, как меня корежит от ваших персонажей, папочка! Как же все-таки я люблю своих родителей! Всегда готовы прийти на помощь! Вот и сейчас не отказали. Помогли. Отец любезно дал понять, что я сильная девочка и со всем справлюсь сама.
  Я закрыла дверь, так и не увидев мать. Стоя на пороге в объятиях южной ночи, я вызвала меню, нажала на кнопку выхода из вирта.
  Вместо привычного голограммного вопроса 'вы уверены, что хотите выйти из игры?', я вновь очутилась в комнате с Шерлоком Холмсом. Заняла кресло рядом с ним, и оторопело огляделась вокруг себя.
  - Покурим? - деловито спросил сыщик.
  - Не курю. А что, мне надо опять выйти в двери, чтобы выйти из Сети?
  - Разумеется! - подняв брови, бросил он. - Это же элементарно, мисс Ульяна.
  - Хотя, подожди-ка... Тринадцать лет назад состоялась казнь хакера. Можешь поднять видеозаписи и статьи об этом?
  Вместо ответа Шерлок трубкой в руке указал мне на дверь. Я встала с кресла и направилась к выходу.
  - Забыл спросить, мисс Ульяна, - донеслось мне в спину.
  Я обернулась. Шерлок смотрел на меня через плечо. Свет от языков пламени скользил по фигурке сыщика, разрывая темноту комнаты, падающую на него из-за спины. От игры света и тени его лицо стало красным, казалось, раскаленная стальная маска с черными прорезями прикрывала некий чудовищный оскал лютого зверя.
  - В каком аватаре желаешь войти во Всемирную Базу Знаний?
  Ого! Эта модернизированная кабинка поражает! Ну, Сергей Викторович! Даже подключил мировую базу знаний! Невероятно! Обычно мне приходится попотеть, чтобы войти в Русскую Базу Данных, а он так запросто подключился к Всемирному Архиву!
  - Деда Серафима.
  - Неплохой выбор. Я бы также поступил.
  - Спасибо.
  Я потянула дверь на себя, и, открыв ее, увидела сетевую библиотеку во всей своей красе. У порога поджидала меня летающая феечка с крыльями махаона. Мне предоставили личного информатора. Великолепное обслуживание!
  Я переступила порог. Полная тайн, комната Шерлока вновь растворилась за спиной, выкинув меня в гигантский читальный зал.
  - Добрый день! - просияла феечка-автоинформатор.
  Отчего-то все тело ее отсвечивало зеленым. Впрочем, на фоне других феечек, свеятщихся всеми цветами радуги, она выглядела более реалистичной. Сине-фиолетовые милые создания, порхающие справа от меня, например, смахивали на веселые трупики.
  - Чем могу помочь? - с оптимизмом пропищала зелененькая.
  - Мне нужна информация тринадцатилетней давности. Казнь хакера в России.
  - Каким источникам вы доверяете?
  - Российской Википедии, конечно.
  - Вас интересуют видеозаписи или статьи?
  - И то, и другое.
  - Поиск займет три минуты, - лучезарно улыбнулась милашка. - Присаживайтесь за столик номер 5.
  Сунув мне в руки бирку с цифрой '5', феечка улетела собирать информацию.
  А я, впервые попав в подобное место, готова была ждать и все полчаса.
  Свезло так свезло! Мировая База Знаний! Архив, в котором хранится вся собранная человечеством информация за все время его существования! Здесь я была впервые.
  Это было современное помещение овальной формы со стеклянным потолком. В высоту оно достигало пятидесяти метров. Вдоль стен, от пола до карниза, шли сенсорные панели с встроенными в них экранами. Каждая из них была размером тридцать на тридцать, и у каждой вертелась феечка-библиотекарь. Она ловко тыкала пальчиками по клаве, находила нужные данные, скидывала их в флэшку и летела с ней к посетителю. И феечек, и сенсорных панелей много, один вертикальный ряд включал в себя сорок панелей, а таких рядов было больше десятка. Сколько же их было в одном из двадцати горизонтальных рядов, я никак не могла сосчитать, все время сбивалась, феечки-библиотекарши то и дело мельтешили перед глазами.
  А в центре зала расположились удобные столики для читателей, каждый по полтора метра длиной. На каждом из них стоял канделябр с тремя свечами. Лежал блокнот и ручка, но они были для вида, ими никто не пользовался. Лист бумаги из вирта в реал не унести. В центре столика встроен визор и сенсорный экран для чтения флэшек. Все столики пронумерованы.
  Найдя свой столик под номером '5', я села на стул возле него и завертела головой, продолжая все рассматривать. Людей здесь много, но никто долго за одним столиком не задерживался. Едва я присела за свой стол, как из соседнего встал кто-то в аватаре эльфа. Встал и исчез. Его место тут же занял орк.
  Меня тоже не заставили долго ждать. Моя малышка появилась передо мной, как и обещала, через три минуты.
  - Возьмите, - протянула она мне флэшку.
  Я забрала у нее накопитель памяти и вставила в разъем экрана. Вышел список статей и заметок за 2558 год.
  Отец не ошибся, в том году блюстители порядка поймали хакера.
  Некий паренек Ляпин Вова, возраста 13 лет, взломал игру 'Жажда Власти'. Юный гений уничтожил десять программных кодов персонажей, за которыми стояли реальные люди. Влез он им в головы тогда, когда люди были в игре. Что пережили пострадавшие, показывали снимки - они впали в коматозное состояние. Люди выжили, очнулись спустя месяц, но потеряли способность двигаться и мыслить в реале. Судья в ходе расследования выяснил, что паренька давно подозревали в хакерстве его же соседи, но умалчивали о своих догадках. В конце концов, дело дошло до ведома Мирового Правительства, да еще и получило широкую огласку по всей Сети. Если бы оно не вызвало такую бурю общественного негодования, дело закончилось бы только казнью паренька. А так... Казнили весь этаж дома ?51.
  А что такое целый этаж дома?
  Здесь нужно описать, как выглядит типовой дом современного города. Это гигантский сталагмит, построенный роботами в начале нашего времени. Город включал в себя 149 домов. В каждом доме проживало около 13 500 жителей. Сам дом был высотой в семьсот метров, и имел шестьсот сорок этажей. На каждом этаже находилось по семь квартир. В каждой квартире разрешалось проживать максимум трем людям.
  Численность человечества строго регулируется Мировым Правительством. Есть закон, который гласит о том, что численность города не должна превышать два миллиона жителей. Они, люди у власти, приводят серьезные аргументы за это. Какие-то схемы, формулы, подсчеты... и все доводы приводят к одному выводу - большее число людей приведет к глобальной катастрофе. Вот как-то так. Мол, мир не выдержит второго перенаселения планеты, и вирус Эбола вернется. Мол, давайте не будет наступать на одни и те же грабли дважды, и будем учиться на своих ошибках. Перенаселение чуть не вызвало глобальное потепление! Давайте, талдычили люди из Правительства, больше не будем вести себя 'плохо'.
  Так и получилось, что заново построенные города напоминают небольшие островки посреди диких лесов, пустынь и джунглей, внутри которых высоко в голубое небо тянутся гигантские рельсы домов.
  Этаж, где проживал юный взломщик, был населен под завязку. И всех его жителей, всех двадцать одного человека, казнили в их же ИСКах.
  К заметкам прилагались видеозаписи смертной казни. Просматривать их я не стала. Понимаю, что несчастных казнили в назидание остальным, но 'назидаться' мне что-то совсем не хотелось.
  Я прочитала все статьи и заметки. Посидела, подумала. Потом еще раз подумала. А потом думать мне расхотелось. По всему выходило, что я из-за этого глюканутого краба встряла по-полной. То есть, могут казнить не только меня, но и моих родителей, и весь этаж дома, в котором я жила.
  Нужно было действовать, а не сидеть в Сети. Ничего полезного для своего спасения я здесь не нашла. Только напугалась еще больше и драгоценное время потеряла. Перспектива повторить судьбу Ляпина меня не прельстила.
  Я встала со стула, вызвала меню выхода. Нажав на кнопку, увидела уже знакомое лицо Шерлока и ощутила мягкие подлокотники кресла по бокам.
  - Я выхожу, - не дав ему сказать и слова, подскочила я с кресла, в котором очутилась.
  - До скорой встречи, мисс Чайка! - услышала я уже за своей спиной, когда открывала дверь комнаты.
  На миг вокруг меня пространство потемнело, я рефлекторно закрыла глаза. Когда вновь открыла, увидела белый потолок спальни Сергея Викторовича сквозь прозрачный пластик крышки капсулы.
  Нейлоновые нити отсоединились от моей головы, и я присела на мягкий поролон. Встала на пол, посмотрела в окно - дождь продолжал лить, но уже без светопреставления. Не так сильно, но и не прекратился совсем.
  Крышка капсулы следом за мной автоматически опустилась, и я отключила ИСК от Сети и из розетки.
  Бросив взгляд на отражение в зеркале, увидела круглые от всего пережитого карие глаза, которые взирали на мир с наивным взглядом 'а что это вокруг происходит?'. Провела рукой по длинным рыжим, почти красным, волосам, волнами спускающимися до талии, смахнула невидимые пылинки с комбинезона. Красотка. Только худая-я-я... Личико симпатичное, пухлые маленькие губки, нос прямой. Жаль, что комбинезон болтается и на груди, и на животе, и на попе. А, все равно красавица. Кожа-то гладкая, белая, нежная!
  Хорош любоваться собой, остановила я саму себя. Как бы мне из белой не стать синей. Подмигнув себе на прощание, я вышла из коттеджа шефа. Оглянувшись по сторонам, не заметила посторонних. Сложив руки домиком над собой, я выбежала под дождь. Уже успели образоваться лужи, по которым мне и пришлось шлепать в своих сланцах. До павильона я добежала, вымокнув по колено в воде.
  Вспомнив, что внутри находится Зоркий Глаз по имени Кот, я осторожно открыла дверь. Робот стоял возле моей кровати в том же положении, в каком был, когда я уходила. Спи, моя радость, спи. Тихо закрыла дверь за собой, на цыпочках прошла мимо него, оставляя мокрые следы. Этого робот не выдержал. Каким образом, будучи с закрытыми глазами, он увидел грязь, для меня осталось загадкой. Но Кот ожил. Включился, посмотрел на меня своими глазами-видеокамерами, зафиксировал. Я вздохнула. Надеюсь, никто не станет проверять видеозаписи за сегодня. Если не казнят за ложное обвинение в хакерстве, то наложат штрафы за отлынивание от работы.
  Кот начал вытирать следы следом за мной, а я же прошла в душевую, умылась. Вытерла сырые волосы полотенцем, сняла промокший комбинезон, натянула на себя черный топ с такого же цвета бриджами. Переобулась, сняв мокрые сланцы, натянула 'греческие', черные босоножки. Затем вернулась на свое рабочее место, на ходу попросив Кота сварить мне кофе. Варит он его просто ужасно, и обычно я сама себе его готовлю. Но сейчас было некогда, придется пить ту бурду, что робот сварганит.
  Я уселась на стул перед мониторами, осмотрела территорию пастбища. Все было без изменений. Часы показали, что в Сети я была минут сорок. А еще визор усиленно сигналил мне красными лампами входящего вызова. Испугавшись, что это Сергей Викторович с плохими новостями, я секунду помедлила, чувствуя, как внутри все сжимается в тугую пружину от дурных предчувствий. Дрогнувшей рукой нажала на прием. Увидев возмущенное лицо Андрюхи, тяжело выдохнула. Сбившийся ритм сердца начал успокаиваться. Отбой тревоги, еще живу.
  
  Глава 3
  Андрюха успел переодеться, то бишь накинуть на полуобнаженное тело в трусах серую футболку. Его настроение резко улучшилось, и теперь передо мной был друг в его привычном смешливом настроении.
  - Переоделась? - каким-то загадочным тоном спросил он у меня. - Я видел, ты в Сеть выходила. Не успел тебя перехватить. Что за IP-адрес я увидел под твоим именем?
  - Тсс, - прошептала я ему, оглянувшись на Кота.
  Рабочий робот корпел над кофеваркой, и не обращал на меня никакого внимания.
  - Тише ты! Это был чужой адрес! Потом расскажу. А ты чего такой довольный?
  - Довольный! Наш Wi-Fi роутер на этаже глюканул! - радостно сообщил мне друг. - Хочешь прикол? Я прокрутил запись нашего с тобой разговора в визоре, хочешь послушать? Обрати внимание - нашего с тобой ПОСЛЕДНЕГО разговора.
  - Ну? Чего там?
  - Слушай. Картинки не будет, будут только голоса.
  Он включил запись.
  '- Привет, цыпа! Как жизнь? - радостный голос Андрюхи.
  - Отлично! Вот только что визор последней модели установили, теперь с тобой не только по мессенджеру общаться будем! Долой айфоны, да здравствуют визоры!
  - Совсем от тебя житья скоро не будет, - рассмеялся друг. - Слушай, я вчера тебя с какой-то красоткой в Школе видел. Познакомь, а?
  - Слюни утри, - отрезала я. - Эта красотка - моя приехавшая в гости бабуля.
  - Ни хуа себе хуа!
  - Ага. Ей уже сто сорок один год.
  - Она неплохо сохранилась! Какие формы, м-ням! Эх, я б ее!
  - Эй-эй, притормози! Мой дед тебе морду набьет за такие слова!
  - Где дед, а где я! А где дед? Далеко?
  - В Нью-Йорке. Э, ты о чем думаешь? Говорю же, забудь!
  - А я что? Я ничего! Совсем ничего!
  - Знаем мы твое 'ничего'! Говорю же, забудь!'
  В этом месте Андрюха остановил запись и, хихикая, сказал:
  - Я чуть слезу не пустил, слушая ее.
  - Так это же запись пятилетней давности! - я вскочила на ноги. - Что за черт?
  - Вот-вот, - быстро закивал головой парень. - Наш с тобой сегодняшний разговор не записался. Совсем не записался. Визор выдал мне вместо него запись пятилетней давности. Что думаешь, профессор?
   - Слушай, Андрюх, я щас тебе кой чего расскажу...
  Меня перебил Кот. Он подъехал ко мне, держа в руках, похожих на змеи, поднос с кофе.
  - Ваш кофе, - проинформировал он.
  - Кот, там туалет засорился, сходи, проверь, - отдала я ему приказ.
  - Принято.
  Отослав робота подальше, я вернулась к разговору с Андрюхой.
  - Я ведь тут торчу не просто так. У тебя сигареты есть? Садись, покури. И слушай.
  - Щас, - у него даже глаза заблестели от любопытства.
  Он исчез на пару секунд. Вернулся он со стулом в руках и сигаретой в зубах. Усевшись на него верхом, он жадно поторопил, уставившись на меня с любопытством отпетого сплетника:
  - Ну? Куда опять вляпалась?
  - У нас тут краб быка в полет запустил.
  - Че??? - не понял он.
  - Значит, так. Я сегодня утром обнаружила, что пропал бык. Приехал начальник, наорал на меня, сказал, что не уйду домой, пока быка не найду. Ну, он много чего еще говорил... Короче, просмотрела я видеозаписи. Так вот, по ним видно, как один из обслуживающих стадо роботов боднул быка в бок, подкинул его в воздух и выкинул за стену. А потом спокойно начал убирать оставшиеся после него какашки.
  - Ни х... себе! - подняв брови, активно задымил Андрюха сигаретой. - И че?
  - А то, что здесь еще был управляющий Закрытой Зоной Ершов Ваня...
  - Ершов? Сам Ершов???
  - Ну да. А что, ты знаком с ним?
  - Шутишь? Это же единственный ученик Алима Хайяма! Да его весь мир знает! Создание 3D-принтеров - его рук дело. Ты че тупишь? Это он создал нанороботов!
  - Чего? - выпучила я глаза. - Да ты врешь!!! Фамилия создателя нанитов Егоров! Егоров Слава!
  - Совсем того? Ершов Иван Владимирович! Какой, нах, Егоров? Че за Егоров? Ты че-то путаешь. Такой высокий, здоровый мужик! С пухлыми губами и выпуклыми глазами! У него еще мясистый подбородок!
  - Ну, да. И почему я думала, что Егоров... Подожди-ка, это сколько же ему лет?
  - Что-то около трехсот. Он первый долгожитель.
  Я, раскрыв рот, застыла на месте. Затем жалобно проклянчила:
  - Да люди столько не живут! Он выглядит лет на тридцать. Может, просто однофамилец?
  - У нас нет однофамильцев после резкого сокращения населения. Вот тебе свезло! Ну, какой он?
  Я брякнула первое, что пришло в голову:
  - Сексуальный.
  - Че?
  Я покраснела, но зато пришла в себя после новости о том, что сегодня встретила мужчину, положившему начало нашей эры Глобализации. Зарыв руку в огненную гриву своих волос, пояснила:
  - Говорю, он меня сильно впечатлил. Подожди, я сбилась с главного. Так вот, мой шеф с этим... Ершовым, забрали глюканутого краба и уехали в мастерскую. Они решили выяснить, кто последний перепрограммировал робота. Так вот, они уехали, а я вспомнила, что две недели назад именного этого краба из всех двухсот фермерских роботов я выбрала и перепрограммировала! Мне быка привели в стадо, и надо было назначить смотрящего за ним. Вот этого-то краба я как раз и озадачила. Другими словами, когда они в мастерской выведут список техников, там будет моя фамилия. И знаешь, что это значит?
  - Что ты вляпалась по самые уши, - лаконично ответил мне друг. - Давно они его забрали?
  - Уже с час назад.
  - Этого времени хватит на обследование краба. А, черт, мать твою!
  Андрюха задрыгал рукой, обжегшись. Про сигарету он напрочь забыл во время нашего разговора. Я подождала, пока он не выкинет окурок и не зажжет новую. Пока он проделывал подобную операцию, исчезнув из круга визора где-то в комнате, зазвонил мой смартфон, лежащий на кровати.
  - Ща, подожди, - бросила я в пустой, окаймленный белой, светящейся 'змейкой' экран. - Мне кто-то звонит.
  - Быстрее, быстрее!
  Я чуть ли не вприпрыжку подошла к кровати, схватив трезвонивший на весь павильон гаджет. На сенсорном экране высветилось лицо Жэки. Женя Анисимов, мой друг. Как всегда хмурый, мрачный, серьезный. У него было узкое лицо с высокими скулами, узкими губами, узкими серыми глазами и широкими бровями над ними. Черты лица, свойственные японской расе, проявлялись на его бледной коже как далекий привет от островных предков. Шрам, рассекающий левую сторону, шел от бровей по впалой внутрь щеке до подбородка.
  У этого шрама была обычная история - Жэка упал на робота со ская, когда совершал свой первый самоуверенный полет. Мы все в то время зарабатывали себе шрамы при неуклюжих попытках оторваться от земли. Синяки, вывихи, сломанные кости были обычным делом. Ну, а как без этого? Наша физическая форма оставляла желать лучшего. Слабаками были все. Да и откуда взяться накаченным мышцам, если всю жизнь лежать в капсулах? А чтобы оседлать скай, нужны были крепкие мышцы ног и чувство равновесия. Некоторые из нас много лет пытаются встать на скай, но у них так ничего и не выходит. Мои родители тому пример, они передвигаются в реале только в каталках. Летать по воздуху им слабые, почти атрофированные мышцы не дают.
  Жэка не стал убирать свой шрам. Говорил, что с ним он просто красавчик. У него даже у персов в виртах на лицах этот шрам.
  - Да? - ответила я, мгновенно завертев головой по сторонам.
  - Левее, левее, - хмыкнул друг мне в ухо. - Хорошая девочка, вон та камера, помаши ручкой. Ты чего застыла на одном месте? Андрюха тебя в визоре уже заждался!
  - Опять подглядываешь? - буркнула я. - Заняться больше нечем?
  - Да сдалась ты мне! - 'Приветливо' осадил меня парень. - Мне было любопытно перехватить поток в Закрытой Зоне. Отследил тебя по смартфону, и рраз! Камеры в павильоне уже мои.
  - Я так и подумала, что ты по мне соскучился, - улыбнулась я в камеру и помахала рукой.
  - Да кто по тебе скучал? Ты что, думаешь, я тут целыми днями сижу и думаю о тебе?
  Он фыркнул мне в ухо, а я рассмеялась.
  - Женечка, ты, как всегда, любезен. Между прочем, мы с тобой два месяца не общались. Как дела?
  Продолжительное молчание было мне ответом. Я так и вижу, как он, весь худощавый и резкий, сидит, наклонившись над монитором, а от моего голоса у него глаз начинает нервно дергаться. И густые русые брови в возмущении ходуном ходят - то вверх, то вниз, то вверх, то вниз. Эта реакция на меня стала нормой еще с пятого класса, когда мы познакомились. Я тогда ему в пах табуреткой заехала. Случайно, конечно. Вот с тех пор у него глаз при виде меня и дергается.
  Несмотря на грубость его слов, Женька отличный парень, помешанный на технологических новинках и христианстве. Ну, а кто не без бзика? У него квартира заставлена мониторами разных мастей, к игровой капсуле подключено с полсотни проводов с различными гаджетами-виджетами. Два месяца назад, когда я была у него в гостях, на полках валялось с десяток шлемов иногородних моделей, этаких мобильных игровых капсул, а про роботов я вообще молчу. У него даже пауки в квартире плетут паутину с помощью роботов. И все это под расписным потолком, на котором изображена картина 'Вознесения Господня'. У него в одном из углов висит иконостас. Перед иконой с Божьей Матерью весит на позолоченной цепочке лампада.
  - Чего молчишь?
  - Я через полгода стану папой, - огорошил он меня. - С авантюрами завязываю, так что это последний раз, когда я нарушаю правила ради тебя.
  - Тебе же только двадцать! - с изумлением ответила я.
  - Пф, - фыркнул он. - А чего тянуть? Машка, моя подруга, дочь начальника полиции.
  - Не фигассе! - сумела выдавить я. - Ну... Поздравляю, что ли. И что, вам так легко дали разрешение на рождение ребенка?
  - Я же говорю, моя половинка - дочь начальника полиции. Ей уже шестьдесят лет. Я сам лоханулся, когда с ней начал встречаться. У нее сдвиг по фазе случился из-за моего шрама, она втюрилась в него, не в меня. Я даже не знал, что стану папой. Для меня это... сюрприз. При встрече как-нибудь расскажу подробнее, как дело было. Так чего хотела-то?
  - Женечка, лапочка, умоляю, отключись от видеокамер. Перезвони по второму каналу в визоре. Номер щас скину. Мне тут смертная казнь грозит. Буквально уже через сорок минут за мной могут прийти блюстители.
  Жэка в лице переменился:
  - Господь с тобой! Давай номер!
  Он отключился. Я скинула ему номер рабочего визора и вернулась к Андрюхе, терпеливо ожидающему меня. Села на стул и озадаченно почесала висок. Жэка скоро станет папой? Ну и денек сегодня. Я за свою жизнь столько новостей не получала, сколько за сегодня. А ведь всего-то шесть часов прошло с момента обнаружения мною пропажи быка.
  - Я так понял, Жэка звонил? - уточнил он. - Че сказал?
  - Щас перезвонит. Прикинь, он скоро станет папой.
  - Че?
  - Я говорю, папой скоро станет. Сказал, что его будущая жена - дочь начальника полиции.
  Нас прервал звонок по второй линии от Жэки. Я нажала на прием звонка. Андрюха поднял руку в знак приветствия, Жэка отзеркалил его жест.
  - Как твое ничеготак? - поинтересовался Андрюха. - Слышал, отцом собираешься стать?
  - Здорово! До вас обоих было еще лучше, - буркнул Жэка. - Я тебе потом все расскажу. Двумя словами - не влюблен, но счастлив. Рассказывай, во что вляпалась?
  Последние слова он бросил мне.
  - У меня на ферме робот глюканулся. Быка выкинул за стену, а через час станет известно, что я - последняя, кто проникала в систему робота. А у него...
  Я ткнула пальцем в сторону Андрюхи:
  - У него... Сам пусть рассказывает.
  - У меня видеорегистратор в квартире перестал писать, и никто не пришел его чинить. Вообще никто не заметил сбоя в системе. А еще роутер в доме глюканул, и визор новые записи разговоров не делает. Утром мой домашний коммутатор, Мэрилин, еще работала, регулировала напряжение, всю автоматику в квартире и соединение с роутером. А минут десять назад зависла на экране с раскрытым ртом на слове 'ава'. Из-за этого игровая капсула меня в Сеть не пускает, пишет 'нет доступа'.
  - Что ж вы такие проблемные, - протянул Жэка, взлохматив волосы на затылке. - Давай с тебя, Ула. Ты уверена, что после тебя никто не проникал в систему робота?
  - Да.
  - Когда ты в него залазила?
  - В первый же день моего приезда в Зону.
  - И с тех пор к нему никто не подходил?
  - Нет.
  - Так-с. А видеозаписи трехнедельной давности просматривала? Может, кто подходил к нему до твоего прихода?
  - Не успела, - покачала я головой. - И не успею. У меня меньше часа осталось.
  - И, правда, - Жэка почесал свой колючий, небритый подбородок. - Я сам подключусь к тебе, промотаю записи, может, найду чего. Краб, да? Это был робот стандартной модели?
  - Ну, да.
  - Его могли в любое время перепрограммировать. Как бомбу замедленного действия. Мне бы список всех, кто влазил в его систему. Пара-тройка человек, а? Как сама думаешь? Не больше двух-трех человек меняли его программу? Хотя есть способы поменять исходник, минуя ввод личного кода. И следа чужого вмешательства не останется. Ула!
  Он так громко выкрикнул мое имя, что я вздрогнула.
  - Ты влипла, - веско сообщил он мне.
  - А то я не знаю! - сердито ответила я. - Думала, чего умного скажешь...
  - А ты! - Жэка повернулся к Андрюхе. - Ты заявку на сбой в системе подал? Чего ты себе жизнь усложняешь? У нас есть сервисные службы, пусть и выясняют, что именно там перегорело. У тебя дом номер 1?
  - Да, - качнул головой Андрюха.
  - Щас, погоди, - Жэка вышел из круга обзора.
  В этот момент из туалета выполз Кот. Он подкатил ко мне с вполне предсказуемым вопросом:
  - Что застряло в туалете? Задача не принята. В туалете нет засора. Что застряло в туалете?
  - Ой! Я забыла! - Соврала я. - Не в туалете авария! Там душевая лейка треснула! В душевой! Сходи, поменяй!
  - Принято.
  Кот вновь укатил в другой конец павильона. А Жэка вернулся обратно и покосился на хихикающего надо мной Андрюху.
  - Что случилось? - глядя на его подрагивающие губы, спросил Жэка.
  - Ты глянь на Ульку!
  Жэка посмотрел на меня и хмыкнул:
  - Что, врать пыталась? Что такая красная? Чего она тебе тут несла?
  - Не мне, роботу, - хихикнул Андрюха.
  - Перед роботом краснеешь? - усмехнулся Жэка. - Перед Богом скоро станешь краснеть!
  - Я пока еще живая! И Бога нет! Эта твоя вера - пережиток прошлого. Да кто вообще сейчас в Бога верит?
  - Временно живая, думаю, - криво улыбнулся будущий отец. - Андрюх, твоя проблема меркнет на фоне ее. Замена техники в твоем доме была последний раз сто пятьдесят лет назад. У тебя там все провода надо проверять. Я вывел на экран схему проводки. Там по всем этажам идут сбои. Ты первый, кто с этим столкнулся, следом за тобой скоро остальные начнут отключаться. Отправь заявку на замену проводки и техники. Визор напольный? Встроенный в пол?
  - Визор пять лет назад установили! - резонно заметил Андрюха. - Не рановато ли ему глючить?
  Жэка помолчал, внимательно изучая схемы в своем планшете. Затем кивнул сам себе головой:
  - А серию визора не подскажешь?
  - 2354, - нагнувшись к полу, озвучил цифры, выгравированные в кольце визора.
  - Эта серия была снята с производства сразу после выпуска. Визоры у нас Япония поставляет, ты мог упустить сообщение о том, что они принимают назад визоры из этой серии. Причина - некачественное запоминающее устройство. Ха! Как он у тебя столько лет проработал, а ты ни разу не проверил записи?
  - Надобности не было, - недовольно ответил Андрюха.
  Жэка усмехнулся:
  - Это тебя Господь наказывает. Не бывает так, чтоб все сразу полетело. Тебе надо прощение перед Господом просить.
  - Не перед ним, а перед Машкой, - почесал в затылке Андрюха. - А мне, что, свезло?
  - С чем? - не понял Жэка.
  - Этот красавчик, - тут же начала я ябедничать, - девушку обидел. Если бы не сбой в камерах, его бы уже в дурку увезли.
  - Ему-то повезло, - иронично сказал Жэка. - А вот ты! Пизд... тебе, прости Господи.
  - Спасибо, помог, - нервно поблагодарила я.
  - Эй, если за тобой сейчас придут... А что с моим скаем? - испуганно спросил Андрюха.
  - Мне тут смерть грозит, а он про свой скай беспокоится! - заорала я.
  - Да шучу я, шучу, - поднял ладони вверх Андрюха. - Ты че такая нервная?
  - Посмотрела бы я на тебя, если бы тебе грозила смертная казнь!
  - Сплюнь! - демонстративно перекрестился парень.
  - А еще друзья называются, - зашмыгала я носом, чувствуя, как от обиды слезы на глазах выступают.
  - Слушайте, - прервал нас Жэка, отчего-то побледнев.
  Затем посинел. Затем покраснел. Потом снова побледнел.
  Я даже плакать передумала, наблюдая за ним.
  - Что? - отчего-то шепотом спросила я.
  - Я в туалет хочу.
  - Чтоб тебя! - сплюнул Андрюха, напрягшись было при виде подобной смены цвета лица.
  - Ну, ты и! - высказалась я.
  - Я сильно хочу в туалет, - схватившись за желудок, сообщил нам Жэка.
  - Это тебя Господь наказывает, - с серьезным видом оповестил его Андрюха. - За просроченное молоко в холодильнике.
  - Откуда ты знаешь? - удивился Жэка, согнувшись.
  - Да я просто так ляпнул. И че, прямо в цель?
  - Больше не могу. Ребят, я щас...
  Жэка исчез из визора, а мы переглянулись с другом.
  - Бедолага, - посочувствовала я будущему отцу.
  - Не завидую ему, - согласился он со мной.
  На протяжении всего разговора с друзьями я не переставал бросать взгляды на мониторы. На улице продолжал лить дождь, впору было поднимать щиты над пастбищем. Я протянула руку к кнопке установки щита, как заметила на горизонте три быстро приближающиеся точки. Мое сердце вздрогнуло, улыбка сползла с губ. Еще не видя, кто приближается, я уже знала ответ.
  - Андрюха, - шепотом сказала я. - Кажется, за мной пришли.
  - Что? - враз посерьезнел друг.
  - Нет, теперь я уверена. Андрюх, пришла пора прощаться.
  - Ты что такое говоришь? - напрягся парень. - Ты это брось! Бросай меня так пугать!
  - Я серьезно. По камерам вижу, как к павильону подлетают... Нет, это даже не блюстители. Это кто-то посерьезней. У них на плечах эмблема Мирового Правительства. С ними вместе мой шеф. Андрюх, мне сейчас придется удалить все записи с видеокамер за сегодня и с визора. Не хочу вас втягивать. Вы - мои самые лучшие друзья. Передай Жэке, чтобы больше не звонил на этот номер. Передай, что я рада за него, что он станет отцом. Пусть не бросает своего ребенка! И ты! Найди уже себе подходящую девушку! Которой пофиг будет на твой взрывной характер! Андрюх... Я боюсь...
  - Ульяна! Ты о чем говоришь? Ты еще сама все скажешь Жэке! И на его свадьбе вместе гулять будем! Возьми себя в руки! Не забывай, что за это дело взялся сам Ершов! Он уж точно не допустит промаха! Мы тебе не смогли помочь, но он, уверен, сможет! Вспомни, кто создал мир, который мы знаем? Хорош сопли пускать! Все будет хорошо!
  - Ага, - шмыгнула я носом. - Андрюх, они уже через лучевой щит перелетели. У меня не осталось времени. Пока! Удачи вам обоим!
  - Ула, держись, - сдвинув брови, бросил он.
  Я отключила связь.
  Андрюха, немного ожесточенный парень, порой не умеющий во время остановиться. И Жэка, злобный на первый взгляд, но мягкосердечный на самом деле. Для меня они были самыми надежными друзьями, с которыми я провела свое детство, юношество и первые шаги после совершеннолетия. После того, как я отключила связь, меня охватило чувство сильнейшей тоски, буквально кричащей о том, что только что перевернулась последняя страница моей прежней жизни. И как бы я не пыталась отогнать дурное предчувствие, оно овладело мной целиком. Словно я потеряла нечто важное, как будто оторвался кусок сердца вместе с выключением визора. И бесполезны были слова, сказанные самой себе мысленно: 'это просто нервы, ты себя накручиваешь, не выдумывай'. Чувство потери никуда не исчезло.
  Отгоняя плохие предчувствия, я занялась уничтожением следов нашего с ними общения.
  Стереть память в визоре было плевым делом. Особенно для такого профессионального нанотехника, как я. И записи видеокамер в павильоне тоже легко было уничтожить. И те, которые показывали тропинку от павильона до коттеджа Сергея Викторовича, тоже пришлось удалить. Оставался только Кот. С ним было сложнее, в его систему просто так влезть нельзя было. Надеюсь, что никому не придет в голову просматривать видеозаписи, которые он ведет. Не за себя боялась, за друзей. Робота, понадеявшись на 'авось', оставила в покое. В конце концов, я сделал все, чтобы он записал минимум информации.
  Я успела удалить все записи за последние шесть часов до того, как в павильон вошли люди в форме.
  Ледяными ладонями держала кружку в руках, пила остывший кофе и, сложив нога на ногу, спокойно сидела на своем рабочем месте, когда незваные гости вошли.
  Эмблема мирового правительства представляет собой шесть кругов, похожих на те, что расходятся по воде от камня, упавшего в озеро. Шесть цветных кругов, символизирующих шесть сфер планеты Земля в гармонии между собой. Центральная сфера, центросфера, была выкрашена в ярко красный цвет. Сразу после красного круга шел желтый круг пиросферы. За ней серый круг, изображающий литосферу, далее зеленый круг биосферы, потом голубой гидросферы, и, наконец, девственно белый круг атмосферы.
  Звезды на погонах канули в небытие триста лет назад. Человеческие плечи, несущие на себе всю тяжесть блюстителей закона и порядка, не могут быть пустыми, и звезды на погонах сменились кругами. Впрочем, статус полицейского по-прежнему определялся их количеством и размером. И чем больше был значок с кругами, тем более высокое звание имел человек.
  Примерно об этом я думала, глядя на двух людей в пятнистой униформе, застывших позади Сергея Викторовича. Признаться, людей я не сразу разглядела, сперва увидела погоны с тремя круглыми значками на одних плечах. Потом повернула голову направо и заметила точно такие же гигантские значки на других плечах. Потом подняла взгляд повыше и вздрогнула. Какое уж тут сопротивление. Я так понимаю, ко мне явилась военная элита - старлеи из Всемирной Службы Безопасности. И это ради меня, хрупкой девочки, которая сама монитор сдвинуть с места не может, и просит робота помочь. Господа бойцы были ростом под два метра, широкие в плечах настолько, что маленькие головы поверх них казалась нелепыми отростками. Это были две горы накаченных мускулов и равнодушных, тупых глаз. А еще у них на поясе в кобуре находилось настоящее, не виртуальное оружие. После выстрела из такого пистолета я уже не возрождусь.
  - Добрый... - приветствую их.
  Точнее, пытаюсь приветствовать. На миг мой голос куда-то пропадает, но потом все же возвращается, и я заканчиваю фразу:
   - Доброго времени суток.
  - Ула, - ответил мне на это Сергей Викторович. - Мы подозреваем тебя в хакерстве. У нас есть все основания для этого. В сервисном центре вскрыли робота и распечатали отчет о тех, кто его программировал. В списке стояло всего две фамилии. Главный разработчик, что загрузил стандартный исходный код сразу после сборки робота. Это было двадцать лет назад. И вторая фамилия - твоя, Ульяна Чайка. Ты вносила изменения в систему всего две недели назад. Что скажешь на это? У тебя есть право молчать до Суда.
  Я хотела сказать, что всего лишь задала условия для ухаживания за быком. А не поставила задачу выкинуть быка за стену. Я хотела сказать, что не виновата. Но голос пропал. Я открываю рот, но не могу издать ни звука, и, как рыба, беззвучно шевелю губами.
  - Твое дело попадает под юрисдикцию ВСБ (*Всемирная Служба Безопасности), а не РСБ (*Российская Служба Безопасности). Поэтому тебя увезут в Англию. С минуты на минуту сюда прибудет аэроскай. До Суда ты будешь находиться в следственном изоляторе. Тебе есть что сказать?
  - Не... не виновата я! - говорю, наконец, я. - Сергей Викторович, я не делала этого!
  Мой теперь уже бывший шеф резко мотнул головой и с презрением сощурился. Было видно, что он мне ни на йоту не поверил. Он уже причислил меня к числу лжецов и преступников.
  - Я отдал заявление в РСБ. Им заинтересовалась вышестоящая организация. Чайка, твоя дальнейшая судьба меня не интересует. Твоя зарплата уйдет на содержание пастбища. Мы потерпели убытки из-за потери быка, и это единственное, что меня волнует. Хакер ты, или нет, докажет суд. Твоя зарплата до тех пор арестована.
  Мой шеф себе не изменяет. Его мало волнует моя судьба, его больше волнует, как ему компенсировать убытки от потери быка.
  В наступившей тишине шелест колесиков робота заставил всех резко обернуться к входу в павильон. Кот, равнодушный к присутствию незнакомцев, плавно выкатился из душевой, стоявшей справа от входа. ВСБэшники, что мгновенно подобрались при постороннем звуке, а после, увидев робота, так же мгновенно расслабились, пропустили его по узкому коридору вперед. Кот, занятый выполнением отданного приказа, подкатил ко мне под внимательным взглядом бойцов, и невозмутимо сообщил:
  - Поломки не обнаружено, задание отменено. Будут еще приказания?
  Я смотрю на стоящего передо мной уродливого робота и двумя глотками опустошаю чашку с кофе. К слову, я так и не встала со стула. Боялась, что меня ноги не удержат.
  - Могу я взять с собой свои вещи?
  - Тебе все выдадут в изоляторе, - с кривой улыбкой, при которой правый уголок рта поднимается вверх, а левый - вниз, оповестил меня бывший начальник. - Твои вещи я вышлю на домашний адрес. И введу твоих родителей в курс дела. Они тоже попали под подозрение. Им грозит обвинение в сокрытии преступника.
  - Мои родители тут не при чем! - нервно вскрикиваю я.
  - Суд покажет, - отрезал бывший шеф.
  - Будут еще приказания? - настойчиво напомнил о себе робот.
  Сергей Викторович сухо сказал ему:
  - Иди, встань возле кровати и на полчаса войди в спящий режим.
  - Принято.
  Кот, которому не было никакого дела до всего происходящего, послушно откатился к кровати и, отключив свой двигатель, замер рядом с тумбочкой. Спящий режим. И почему я раньше до этого не додумалась?
  Сергей Викторович тем временем глянул на мониторы за моей спиной, затем повернулся к бойцам из ВСБ и коротко кивнул им. Один из них, отличающийся от другого вытянутым к низу широким подбородком, словно отросшим вместо бороды, шагнул вперед. Он в два шага подошел ко мне и рявкнул во все горло:
  - Встать! Руки вперед!
  Я непроизвольно вскакиваю, выкинув руки вперед.
  Амбал достал из кармана наручники, обхватил ими кисти моих рук. Замок щелкнул. Идиотизм. Мне все равно было не сбежать. Некуда было бежать! От неправдоподобности происходящего мои эмоции и мысли перемешались, как горячая и холодная вода в кране.
  Обида на несправедливость обвинения смешалась с мыслью о том, что только два человека меняли программный код робота, и я - одна из двух. Факт вторжения в исходник говорит против меня. Неужели это все происходит на самом деле? Мне, что, по нелепому стечению обстоятельств суждено повторить судьбу Ляпина? Хаотичный бег мыслей прервал громкий выкрик одного из конвоиров:
  - Вперед!
  И он толкнул меня локтем. Я пошла по узкому коридору ко второму бойцу. Когда я до него дошла, боец развернулся легкими шагами, что появляются у тех, у кого сильно накачаны мышцы ног, и направился к выходу. Я снова ощутила болезненный толчок в спину. Мое тело резко ускорилось, ноги запнулись о шланг, оставленный Котом на полу после поливки растений. Я начала падать вперед, но боец, идущий позади, схватил меня за длинные волосы и поставил на ноги.
  - Больно! - непроизвольно выкрикнула я, чувствуя, как дернулся скальп вместе с корнями волос.
  - Молчать! - услышала я в ответ, и от угрозы, исходящей всего от одного слова, съежилась, как сухой урюк.
  - Вперед! - он снова толкнул меня.
  От толчка я снова шарахаюсь на два шага вперед.
  Выходя из павильона под конвоем, я не стала оглядываться на своего теперь уже бывшего начальника. Мне показалось, что только что именно он вонзил мне нож в спину. Думала, что неплохо знаю Сергея Викторовича, думала, он ценит и уважает меня как своего сотрудника. Думала, мы доверяем друг другу. Мне казалось, что он так легко не отдаст меня в руки полиции, встанет на мою защиту или хотя бы попытается меня защитить. А оказалось, что только я так думала. Тяжело и неприятно было презрение и недоверие от человека, на которого честно работала три года. А за его улыбками и ласковыми шуточками все время, на протяжении трех лет, стояла пустота. Он отвернулся от меня... Нет, теперь я понимаю, что он никогда и не поворачивался ко мне лицом. Из-за какого-то быка!
  На улице продолжал лить дождь. На поляне уже образовались глубокие лужи в ямках, притягивающие к себе мелкие травинки и лепестки лютиков. Сырая трава захлестала по моим коленям, старлеям же, обутым в высокие сапоги, сырость не грозила. Завтра, если закончится дождь, здесь будет стоять ободряющий запах озона. И лужи быстро высохнут под лучами июньского солнца. Коровы снова выйдут жевать свою траву. Здесь все будет, как обычно. Только меня здесь уже больше не будет.
  Выкрашенный в черный цвет аэроскай, похожий на вертолет без своих лопастей, приземлился на том самом бугорке, где еще вчера лежал Гришка. Рассчитан он был на пятерых человек. В аэроскае находился пилот-робот, щелкающий по сенсорной панели управления стальными пальцами, костяшки которых соединялись блестящими шарнирами. Я видела его квадратную голову на длинной шее, и часть овального тела, вмонтированного в переднее сидение аэроская. Насколько знаю, у роботов-пилотов отсутствует нижняя половина туловища. Ног либо колесиков вместо них нет, стальной пилот никогда не покидает место у штурвала, он оставляет с аэроскаем единое целое.
  Вымокшие от дождя рыжие волосы лезут мне в глаза, мешая обзору, липнут к щекам, губам, шее. Я протягиваю руку, желая убрать их за спину, и тут же слышу окрик:
  - Не делать резких движений!
  Да что я могу вам сделать, хотелось мне им крикнуть. Мои руки в наручниках, вы меня окружили с двух сторон, а сами вы одним пальцем меня пополам переломите. Что ж вы такие злобные? Это я имею полное право злиться и орать. Это меня ведут на казнь, как быка... как корову... тощую на заклание. Я сама себе нервно усмехаюсь. Только ирония и злость меня сейчас удерживают от истерики. Слезы подступили к горлу, но я сдерживаюсь.
  В аэроскай меня посадили, придав очередной толчок для ускорения в спину. Я сажусь между двумя бойцами и чувствую себя кем-то вроде перегородки между двумя креслами. Зажатая с двух сторонам, едва дышу от сковавшего меня напряжения.
  Пилот аэроская получил команду на взлет, и мы бесшумно поднялись в воздух. Я вижу только лобовое стекло, в котором серебрится пелена дождя. До Англии было полчаса лету. Полчаса свободы.
  Они пролетели незаметно, или это время для меня вдруг рванулось вперед, приближая к чему-то неизвестному, пугающему до дрожи? Я всю дорогу просидела, глядя круглыми глазами на спинку сиденья пилота столь высокую, что скрывала за собой голову робота. Черная, из искусственной кожи, местами облезлая спинка. Я смотрела на нее, пытаясь справиться с собственным страхом, охватившим всю меня от макушки до пяток, словно искала в ней спасение.
  Мы приземлились на крышу здания города, славящегося своими 'ешками'.
  Скоро, слишком скоро мы достигли пункта назначения.
  Из аэроская мы вышли на крышу здания. Сели точно в круг, начерченный белой краской по серому камню. Рядом стояли еще с десяток аэроскаев, но взлетно-посадочный аэродром был безлюден. Вездесущих роботов тоже не наблюдалось.
  Англия была братом-близнецом моего родного города России. Здесь дождя не было, зато дул сильный ветер. Над нашими головами быстро проплывали кучевые облака, похожие на взбитый крем. До самой линии горизонта рельсы жилых домов, выложенных из гранитных плит, разрывали голубое небо, серыми столбами взмывая вверх. Между домами как нити паутины были растянуты многочисленные черные провода, лениво покачивающиеся на ветру. До земли было далеко, около семисот метров.
  Когда-то здесь была великая страна, Великобритания, с богатой историей и славным народом. Страна-мечта, опережающая многие другие страны в своем развитии на десятки лет. Страна, умеющая хранить прошлое. Страна, давшая жизнь английскому языку, на котором до сих пор пишутся программы для вирта. Здесь жили Шекспир, Диккенс, Дарвин, король Артур, принцесса Диана. Много достойных людей родилось здесь, кто-то из них вошел в историю, кто-то растворился в тени сияния великих. Страна традиций и благородства, страна рыцарей, королей и принцесс.
  Сейчас все то население, что составляло Великобританию, сжалось до одного города Англия с населением в два миллиона человек. Закон был одинаков для всех городов. И для России, и для Англии. Два миллиона человек - это потолок для любого города.
  Здесь, в Англии, находилось здание Мирового Суда. Само наше правительство находилось в Южной Америке, а вот правосудие совершалось здесь.
  Толчок в спину напоминает мне, чтобы я не останавливалась, разглядывая в панике мир вокруг, и шла вперед.
  Мы спускаемся с крыши вниз по плавному скату, выходим на верхний этаж здания и заходим в лифт. Один из моих конвоиров нажимает на кнопку с цифрой '-3'. Подвал? На '-1' этаже обычно располагалась подземка.
  - Доступ на '-3' этаж по спискам, - звучит вдруг голос откуда-то с потолка полностью зеркальной кабинки лифта.
  - Отряд Ершова, - озвучил знаменитую фамилию боец с вытянутым лицом.
  Ершов???
  - Что? - непроизвольно вырывается из меня.
  - Молчать! - тут же крикнул вытянутолицый.
  Напряжение, ужас, сковывавший меня всю дорогу, внезапно отпустили. Происходящее все меньше и меньше походило на обычное задержание преступника. Здесь что-то не так. Меня должны были отвести в следственный изолятор. Причем тут Ершов? Так это бойцы из его отряда? Не отряд ВСБ? А как же эмблема Мирового Правительства на их плечах? Или... если подумать, Андрюха говорил, что Ершов стоял у истоков создания современного общества. Может ли быть такое, что он сам стал Законом и Порядком нашего мира?
  Я тряхнула головой. Что за бред лезет в мою голову. Меньше надо было играть во всякие фэнтезийные игры в Богов.
  Мы плавно спустились вниз.
  Когда двери лифта раздвинулись, я увидела перед собой длинный узкий коридор, пол которого устилали черные мраморные плиты. Стены, обложенные керамическими белоснежными квадратами, образовывали коридор шириной в шесть метров. На потолке, выкрашенном белой краской, через каждые четыре метра, находились светодиодные светильники.
  Коридор был длинным, вдоль него и по левой стороне, и по правой, шли ряды стальных одинаковых дверей без всякой нумерации.
  Мы выстроились так же, как передвигались по поляне коровьей фермы. Впереди шел 'молчун', не сказавший мне за все время ни слова, дальше я, а завершал цепочку вытянутолицый.
  Шли мы быстро, до середины коридора добрались за две минуты. 'Молчун' остановился возле одной из дверей, постучал в нее, ударив кулаком по стали три раза. Через десять секунд послышалась возня за дверью, и она распахнулась, чуть не ударив 'молчуна' по носу.
  Открыл нам дверь еще один человек в форме, такой же высокий и крепкий.
  - Привели? - гаркнул он.
  - Так точно, - приложив руку к виску, отрапортовал вытянутолицый.
  - Заводите!
  Меня опять толкают в спину, и я вхожу в помещение. И первое, что увидела, это был Ваня Ершов собственной персоной, расхаживающий из стороны в сторону по комнатке в 15 квадратных метров.
  - Добрый вечер, - поприветствовал он ошарашенную меня, сложив руки за спину.
  - А-а... Егоров... Слава... - говорю первое, что приходит на ум.
  Его брови удивленно ползут вверх:
  - Ершов Иван Владимирович. Я, помнится, сегодня уже представлялся.
  
  Глава 4
  - Снимите с нее наручники, - приказал он бойцам. - Оставьте нас.
  Я оторопело протягиваю руки вперед. Длиннолицый, согнувшись в три погибели, грубо схватил мои ладони. Щелкнул замок, тонкие обручи спали с кистей. Я помассировала натертые до красноты запястья, разглядывая помещение, в которое меня завели.
  Обычная комната, никаких пыточных инструментов нет. Стены, девственно белые, пустуют. Слева от входа стоит полутораспальная кровать с короной-подушкой у изголовья. Постельное белье, розовое, как закатные лучи, аккуратной стопочкой лежит на краю ортопедического, белоснежного матраса. Рядом с кроватью стоит тумбочка со светильником в форме мухомора.
  Параллельно кровати, на противоположной стороне находится новенькая игровая капсула, отключенная от Сети. Между ними у третьей стены располагается деревянный стол со стулом.
  Рядом с входом, слева, есть проход в стене, в котором виднеется душевая кабинка и унитаз. Пол в комнате покрывает ламинат, сверкающий чистотой. Все выглядит по-спартански голо и знакомо, как дизайн обычной среднестатистической квартиры. Из унылого интерьера выбивается красно-белый светильник-мухомор, и кровать с резными спинками. Будучи пережитком прошлого, кровать редко приобретают, люди предпочитают спать внутри удобных капсул, там же, где и проводят целые дни за играми. Но о предпочтениях не спорят.
  Все три бойца после слов Вани вышли из комнаты, оставив нас наедине. Я скосила взгляд на мужчину, вставшего напротив меня. Он широко расставил ноги, заложил руки за спину, и, казалось, заполнил собой сразу половину помещения.
  - Садись, - кивнул он в сторону кровати. - У нас с тобой будет серьезный разговор. Кофе?
  Мой желудок при слове 'кофе' издал урчание, и я тут же приложила ладонь к животу, покраснев. Слышал? Я пропустила обед, и только одну таблетку съела на завтрак.
  - Кушать хочешь? - мягко спросил Ваня.
  Мне кажется, урчание голодного желудка услышал не только он, но и бойцы за дверью
  - А можно? - скромно спрашиваю я.
  Попробуй потребовать у него, ага. Он одним только своим видом подавлял всякие попытки к сопротивлению. Впервые столкнувшись с подобным человеком, прирожденным лидером, буквально горящим аурой силы и власти, я оробела. Тем более при данных обстоятельствах, когда меня и без того заставили почувствовать себя полным ничтожеством. Все вопросы, вертящиеся в голове, от одного только его самоуверенного вида накрыло медным тазом.
  Ваня расцепил руки за спиной, достал айфон и спросил у меня:
  - Что будешь? Английскую кухню? Японскую?
  А я думала, что меня сейчас таблетками угощать будут.
  - Можно мне... пюре с гуляшом? И чай с тремя ложками сахара.
  - Чай? - переспросил Ваня, думая о чем-то своем.
  Он вдруг повел себя так, будто забыл, что я рядом с ним стою. Направил взгляд в сторону, разорвав со мной зрительный контакт. Замер, ушел в свои мысли. Помедлив минуту, Ваня позвонил по айфону, любезно сказав кому-то:
  - Толстяк, будь так добр, чашечку "Американо" в 30 комнату. И пюре с гуляшом. Чай есть? Лимонный? Фруктовый?
  Он посмотрел на меня, подняв брови.
  - Обычный, байховый. С сахаром, - подсказала я ему.
  Хватит с меня за сегодня кофе.
  - Обычный байховый с сахаром.
  - С тремя ложками, - напомнила я ему.
  - С тремя ложками сахара, - послушно уточнил заказ Ваня.
  Отключившись, сказал:
  - Скоро принесут.
  И замолчал, уйдя глубоко в свои мысли. Как внезапно отключившийся робот.
  Я потопталась на месте, не зная, что мне делать. Меня обвинили в хакерстве, уволили без выходного пособия и зарплаты, пригрозили казнить вместе со своими родителями. Грубой силой запихали в аэроскай. И все это привело к чаю в компании с Ершовым, создателем нанотехнологии. Было от чего впасть в шоковое состояние.
  Так как этот странный мужчина продолжал молчать, глядя, не моргая, в стену надо мной, я подошла к кровати и села. Скрипнули пружины, Ваня очнулся. Улыбнулся мне натянутой улыбкой, любезно отметил:
  - Окна здесь не хватает.
  - Ухм, - невнятно ответила я.
  И опять замолчал, отведя взгляд в сторону. Мне, что, теперь каждый раз скрипеть пружинами кровати, чтобы отрывать его от своих мыслей?
  - Ладно, - вдруг сказал он, что-то про себя решив.
  Я выдохнула. Оказывается, пару секунд не дышала. Надеюсь, теперь мне скажут, что происходит и почему вместо изолятора меня привели сюда? Я незаметно вытерла вспотевшие ладони о свои черные бриджи.
  - Ульяна, Ульяна, - улыбнулся он, сощуренными глазами разглядывая меня. - Умудрилась ты вляпаться в пренеприятную историю. Согласись, твой случай крайне неприятный. Все факты указывают на твою вину. Я тоже не первый день на свете живу, видел таких историй сотни. Ты ли смошенничала с роботом, или кто другой сумел изменить исходный код, испарившись без следа, неважно. Теперь для всего мира Чайка Ульяна - хакер. Кто-то подставил тебя, а? С плохой компанией водишься? Друзья зло затаили? А?
  - Нет, - качаю я головой. - Вы вольны думать, что угодно, но я не хакер. Это не я изменила программу в крабе. Я всего лишь сделала настройки, чтобы ухаживал за быком.
  - Ухаживал ли? - мягко усмехнулся Ваня.
  Боже! Да у него даже усмешка чертовски сексуальная! Как можно вызывать одним только своим внешним видом и страсть, и восхищение, близкое к раболепству?
  - Или?.. - намекнул он на установку бычьего полета в крабе.
  - Никаких 'или', - твердо сказала я.
  Ваня еще раз усмехнулся. Явно думает обо мне плохо. А жаль. Лично я от него в полном восторге. Кольцо-то он не носит. У него что, проблемы в семье? Я тряхнула головой. И о чем думает моя женская бедовая голова? Я тут на пороге смерти стою, а смотрю на безымянный палец правой руки. Словно прочитав мои мысли, Ваня вновь сложил руки за спину и, направив на меня взгляд сверху вниз, оповестил:
  - Знаешь, что тебя ждет? За этот нелепый полет быка? Сначала о тебе узнает Сеть Англии. Затем новость о твоем геройском хакерстве разлетится по всему миру, и тебя начнут осуждать со всех сторон. Но ты этого не увидишь, ты не сможешь прочитать ни одного гневного сообщения, ты будешь сидеть в изоляторе и ждать суда. Все дерьмо, извини за грубость, достанется твоим родителям и близким друзьям. У тебя есть хорошие друзья?
  - Есть, - киваю я головой.
  - Нет, у тебя их уже нет. На них столько грязи выльется, что они легко отрекутся от тебя. Родители проклинать начнут. Жалеть, что произвели тебя на свет. А их все равно все будут пинать, и ближайший месяц мировой прессинг будет превращать их в ничтожества. Которыми они, в конце концов, и станут. Если долго кому-то говорить, что он дерьмо, он в это поверит. Даже если это совсем не так, даже если он на самом деле единственный настоящий человек на Земле. Сеть жестока, один миллиард уверений в твоей ничтожности - и ты согласишься с ними. Ведь не может же целый мир врать, начнешь думать ты. И поверишь им, и станешь тем, кем они тебя называют. Такова сила толпы, сила слов Сети. Они уничтожат кого угодно. Но это будет лишь первая часть твоей грустной истории.
  Во второй части тебя ждет Мировой Суд. И ты будешь унижена, растоптана на мировой арене. Тебе никто не поверит, все заклеймят преступницей. Даже если ты будешь плакать, даже если ты будешь на коленях уверять всех в своей невиновности, ни одно сердце не дрогнет. Ты останешься одна против всего мира. На твоей стороне не будет никого, ни друзей, ни родителей. Знаешь, какого это быть одной среди миллиарда? Поверь, это ад. Мысли, которые некому рассказать. Чувства, которые никому не нужны. Слова, которые никто не станет слушать. Вся ты сама станешь изгоем, от которого все поспешат избавиться. А когда тебя казнят, никто не заплачет. Все будут счастливы, что мир очистился от очередного дерьма. Тебя не станут вспоминать, о тебе забудут ужу через три дня. Все в этом мире будет так, как будто тебя никогда и не было. Все, что ты делала на протяжении своей жизни, все твои дела, поступки, достижения, все разом канет в небытие. Но смерть уже сейчас ждет не только тебя, но и твоих родителей, близких. Их казнят за укрывательство преступника. Ты утянешь с собой в небытие всех дорогих тебе людей. Насчет твоих друзей не уверен, но скорее всего, будут казнены и они. Если будет доказано, что ты с ними была очень близка.
  Бледная, я сидела на кровати, вцепившись в матрас всеми пальцами, и с тихим ужасом слушала его. С каждым его словом картины моего падения в бездну отчаяния одна за другой развертывались передо мной. Я верила каждому его слову, я чувствовала, что в мужчине рядом со мной есть то самое чувство собственного достоинства, что не позволяет опускаться до обмана. Он горд, смел и уверен в себе, спасительная оболочка изо лжи ему не нужна. Ваня не строит иллюзий и других в них не опускает, у него достаточно сил, чтобы жить истиной.
  Тут постучали в дверь, прервав его монолог.
  - Войдите, - недовольный, что нас прервали, сказал Ваня.
  В комнату въехал робот, той же модели, что и Кот в павильоне фермы, из серии домашней прислуги. Голова-полусфера возвышается над бочкообразным телом. Две руки-шланги, четыре колесика вместо ног. Робот вез впереди себя тележку с посудой, накрытой крышкой. На подносе дымились две чашки. Одна кружка была большой, широкой, черной, наполненной кофе. Другая - маленькая, украшенная цветочным рисунком - была с чаем. Блестела вилка в гордом одиночестве на салфетке рядом с тарелкой.
  Ваня раздраженно бросил роботу:
  - Оставь тележку, не надо сервировать. Ты свободен.
  - Приятного аппетита, - не в тон ему, вежливо пожелал робот.
  Отпустив ручку тележки, робот выкатился из комнаты, чуть слышно жужжа своим двигателем.
  - Толстяк хорошо готовит, - сказал Ваня, расслабившись.
  До меня дошло, что все это время он был сильно напряжен. И только после того, как опустились его плечи, поняла, что мужчина тоже, как и я, находился в глухой обороне. Ваня подошел к тележке на колесиках, взял огромную кружку с кофе, и вернулся обратно к столу. Выдвинув стул, он присел на него, сложив нога на ногу и направив стопы в мою сторону. По комнате поплыл запах кофе, я нервно схватила чашку с чаем. Есть мне перехотелось, зато во рту пересохло. В три глотка я осушила полкружки.
  - Кофе отличное. В павильоне кофе было так себе. Как чай?
  - М-м-м, - промычала я, не зная, что ответить.
  Вкуса чая я даже не почувствовала.
  - За углом есть кран, воду оттуда можно пить. Полагаю, ты проведешь в этой комнате много времени. Позже. Если мы с тобой договоримся.
  Я скосила взгляд на закуток, затем подобрала ноги к подбородку и обхватила их. Усевшись на край кровати, круглыми глазами посмотрела на Ваню:
  - К чему?..
  Голос был хриплым. Пришлось откашляться.
  - Зачем вы мне все это рассказываете?
  - Зачем рассказываю? - повторил он следом за мной. - Чтобы ты поняла, в какой ситуации оказалась. Твоя привычная жизнь закончилась. Ты осознаешь это? Понимаешь, что тебя ждет?
  - Вы все так подробно описали, - иронично ответила я. - Мне после ваших слов остается только самой повеситься.
  - Не думал, что ты труслива, - подняв левую бровь, ответил Ваня.
   Я промолчала. Это была шутка. Накладывать на себя руки я не собиралась.
  - Иронизируешь, - догадался создатель нанотехнологии. - Молодец! Борешься, значит, не сдалась.
  Он допил кофе, поставил кружку на стол. Сложив руки в замок, опустил их на свои колени и продолжал:
  - Я буду с тобой честен. В твоей невиновности я уверен.
  Ваня помолчал минуту, пока я оторопело его разглядывала. Не ожидала.
  - Мне не нравится, что ты так молода...
  Мои брови поползли вверх.
  - Ты слишком молода для работы в моей команде, - пояснил он, хмурясь.
  Теперь моя челюсть поползла вниз. Я вся обратилась в само внимание.
  - Ты по нелепой случайности влезла в это дело. Глупее не придумаешь. Совпадение один на миллион. Либо тебя втянули в это дело, преднамеренно. У меня не остается выбора, кроме как взять тебя в свою команду.
  Ваня еще сильнее нахмурился, затем сложил руки на груди и замолчал. Сказал 'А' так говори и 'Б'! Я специально поерзала задницей по кровати, вызвав скрип пружин. Сработало, мужчина рядом со мной вернулся из своего астрала. Он недовольно окинула взъерошенную меня с ног до головы:
  - Не торопи меня. Мне нужно собраться с мыслями.
  И попробуй ему чего-нибудь возрази. Жутко властный мужчина.
  У меня опять отлегло от сердца. Ваня здорово напугал рассказом о том, что меня ждет. Он почти довел меня до сердечного приступа, думаю, что наниты в тот момент были очень активны в моем сердце. А потом сказал о том, что хочет взять меня в свою команду. Да ладно! Кто я, а кто он! Стоит взглянуть правде в глаза - ни умом, ни какими-то особыми знаниями, либо умениями, я не блистаю. Так, середнячок. Другими словами, зачем ему пятое колесо к телеге?
  Меня до такой степени достали все перипетии сегодняшнего дня, что мне вдруг стало все равно, что вокруг происходит. И следом за пофигизмом пришло сильнейшее чувство голода. Желудок опять заурчал, и я выпустила колени из своих объятий. Откинула подсыхающую гриву своих рыжих волос за спину, они тяжелыми волнами опустились ниже талии. Думаю, что расчесать их после дождя будет затруднительно.
  Я встала с кровати и подошла к оставленной возле входа тележке с едой, открыла крышку, с жадностью оглядела содержимое. Аромат запеченного мяса подавил запах кофе, и я сглотнула. Подкатила тележку к кровати, уселась на белоснежный матрас и взялась за вилку.
  Когда я съела почти все, засунула в рот самый аппетитный кусок мяса напоследок, откуда-то со стороны донеслось ласковое:
  - Ням-ням?
  Я оторвалась от тарелки и оторопело посмотрела на Ваню, издавшего столь идиотскую фразу. Он смотрела на меня с таким умилением, как матери смотрят на своих сыновей, когда те кушают. И это выражение его лица настолько не вязалось с его медвежьей фигурой, что я подавилась последним самым сочным куском и закашлялась. Поспешно запила кашель чаем и опять круглыми глазами глянула на Ваню. Тот продолжал улыбаться. Поза у него сменилась. Теперь он сидел свободно, широко расставив ноги. Руками он массировал свои широкие плечи.
  - Я не ваша дочь, - резко напомнила я ему, раздраженная.
  Ваня заулыбался еще шире. Теперь он стал похож на дебила. Смена его настроений и выражений лица пугала. Он, вообще, нормальный? То презрением пышет, то смертью угрожает, то по головке гладит. Король или шут? Странный он.
  - Не умею я с нынешней молодежью общаться, - признался он. - Я уже и забыл, когда сам был молод, и моя история еще даже не начиналась. Теперь она уже почти закончена, моя история. А у тебя, Ульяна, еще все впереди. Я помогу тебе сохранить жизнь. Но взамен ты должны помочь мне. Согласна? У тебя выбора особого все равно нет.
  - Вам правда почти триста лет? - спросила я, поджав левую ногу под себя.
  Положила вилку, что продолжала цепко держать в руках как оружие, обратно на поднос, отпихнула тележку от себя. Она плавно откатилась к входу.
  - Если быть точным, двести семьдесят пять.
  - Нефигассе, - выдохнула я, глядя на него во все глаза.
  - Неплохо я сохранился, а? - подмигнул он мне. - Все еще могу трогать сердца юных дам.
  Последняя фраза относилась лично ко мне. Не забыл нашу первую встречу, значит. Эх, сколько ж он девушек перепробовал за свою жизнь, аж страшно становится. А я, девственница, рядом с ним... Лишь случай свел нас, повернись все иначе, мы бы никогда не пересеклись. Слишком разные уровни. У меня - нулевой, у него - трижды "перерожденный". Смутившись, я нервно задергала носком ноги, свисающим с кровати. Ваня скосил на мои грязные ноги взгляд, но промолчал. Я в босоножках под дождем по лужам шла, откуда же им быть чистыми, моим ступням.
  - Ты ведь даже не осознаешь, что тебя ждет, - покачал он головой. - Соберись, Ульяна, и внимательно послушай меня. Ничего, что я к тебе на "ты"?
  - Да ладно, чего уж там, - промямлила я.
  Ваня глубоко вздохнул, сбросил веселость, и начал рассказывать:
  - Тринадцать лет назад в игре 'Жажда Власти' погибло десять персонажей. Гибель персонажей привела живых людей, стоящих за ними, к коматозному состоянию. Все пострадавшие впоследствии превратились в инвалидов.
  - Я читала об этом! Дело Ляпина Вовы, да?
  - Да, его дело. С него все и началось. Подростка казнили, приняв его за хакера. И еще 20 человек вместе с ним. Признаюсь, это была моя ошибка, я поверил в виновность ребенка. Если б я тогда знал... Начну по порядку. Через месяц после казни мальчика, погиб человек в игровой кабинке. Способ был тем же - сначала стерли из вирта персонажа, и следом умер человек, его создатель. Тело жертвы ссохлось, в мумию превратилось. Его смерть мы списали на неполадки в ИСКе, подивившись схожести случая с делом Ляпина. Подумали о том, что это первый случай смерти в ИСКе. И на старуху бывает проруха, так мы подумали. А затем началась настоящая эпидемия. Каждый месяц в каком-нибудь городе умирал человек, в своей игровой капсуле превращался в мумию. Мы с Медведем и Усатым... Ты с ними в будущем познакомишься... Мы бросили все силы на выяснение причины, винили во всем ИСКи. Проверяли не раз, но оборудование было в полном порядке. А смерти... они до сих пор продолжаются. Каждый месяц в мире умирает один человек, превращаясь в мумию. Это особенно обидно сейчас, когда человечество открыло долголетие! В год от изношенности организма в каждом городе умирает всего сорок человек! В начале третьего тысячелетия, если историки не врут, в год в России умирало почти два миллиона человек. При численности населения в 145 миллионов. Я отошел от главной мысли... О чем я говорил?
  - О том, что стали умирать люди в ИСКах.
  - Да. Причина смерти выяснилась внезапно. Тринадцать лет назад, спустя полгода после первых смертей, начались чудачества роботов, иначе, как чудачеством это не назовешь. В Японии на заводе, собирающем микросхемы для ИСКов, робот-сборщик вдруг перевернулся на спину, заплакал голосом ребенка и закричал: 'не хочу, не буду работать!'. Кричал минут десять, пока его не отключили. Когда его вскрыли, оказалось, что никто, кроме рабочего с завода-изготовителя его не программировал. Знакомая история? Видишь параллели?
  - Так же, как вас сейчас, - кивнула я головой.
  - Твой краб так же чудачил, да? А в тот раз это произошло в первый раз. Мы поняли, что здесь поработал хакер. Но подозреваемых у нас не было, он не оставил никаких следов. Затем регулярно, раз в месяц, роботы совершали странные поступки. Роботы оставались чистыми, то есть никто, кроме самого установщика программы, в их исходники не влазил. Каждый раз роботы были разных производителей, обвинять рабочих на заводах, собирающих их, было глупо.
  Мы, это я и двое моих друзей, сопоставили даты, и выявили закономерность. Раз в месяц какой-нибудь робот выходил из подчинения, а спустя пять дней погибал человек в игровой капсуле. Все происходило в одном городе. В каком городе чудачил робот, в том городе и умирал человек. Так мы поняли, что все погибшие в игровых капсулах - дело рук одного хакера с маниакальным расстройством психики. Я лично поднял архив данных по делу Ляпина, и выяснил, что мальчишка в силу своего возраста по характеру был из той породы людей, как ты. Да, как ты. Он был пацифистом.
  - Как вы узнали? - удивилась я. - У меня на лбу не написано, какой я человек.
  - Я ученый, люблю вникать в каждую мелочь. Заметил еще в павильоне, как ты обошла стороной паука вместо того, чтобы наступить на него.
  - Да? - удивилась я. - Было такое?
  - Было, - улыбнулся Ваня. - Ляпин Вова был пареньком с добрейшей душой. Он не мог убить десять совершенно незнакомых людей, которые не сделали ему ничего плохого. Думаю, его подставил тот самый хакер, который позже изобрел другой, более эффективный, способ умерщвления людей. Мы пока не поняли, как именно погибает человек, какое средство он использует. Мы работаем над этим. Я думал... все думают, не я один, что погибнув в вирте, в реальности умереть невозможно.
  - Невозможно! - согласилась я с ним. - Это невозможно.
  - Лет тринадцать назад я бы с тобой согласился, - заметил Ваня. - Мы думаем, что хакер в каждой игре имеет своего персонажа, что убивает других персонажей в вирте, а вместе с ним и людей в реальности, стоящих за ними. Игровые аккаунты на серверах маньяк стирает вместе со всеми данными, уничтожается информация по игре и в карте памяти ИСКа. Хакер не оставляет никаких следов. Единственная зацепка, это как раз стертый аккаунт, на сервере какой игровой площадки он был уничтожен, в той игре и произошло убийство. В ИСКе виден, куда шел последний сетевой трафик. Мы не сразу с этим разобрались, но нам удалось понять, почему сетевой трафик уходил в игру, в которой следов жертвы, то есть аккаунта, не обнаружено. Не сразу, но мы поняли, что маньяк уничтожает аккаунты жертв. В мире около тысячи виртов, если бы аккаунт пользователя в игре не уничтожался, нам бы пришлось долго искать следы убийцы. А так мы знаем, в каких играх он предпочитает убивать.
  - Я поверить не могу в ваши слова, - пробормотала я себе под нос, - но все же... Как человек умирает? Как это возможно? Умерев в вирте, погибнуть в реале?
  Ваня сложил руки на груди, закинул ногу на ногу и мрачно объяснил:
  - Смерть игрока связана с балансом между теплопродукцией и теплоотдачей. Вероятно, хакер отправляет компьютерный вирус, что нарушает работу нанитов в теле и мозге человека. В частности, в гипоталамус. Что собой представляет вирус, я не знаю, что это за программа, что повышает температуру тела человека? Признаюсь, мы не знаем до сих пор. Возможно, из-за вируса в гипоталамус поступает ложная информация о том, что температура внешней среды поднимается выше нормы. А дальше идут ускоренные нанитами химические процессы в теле человека. Это наше предположение, пока не подтвержденное фактами.
  - Офигеть, - шокированная, я приложила ладонь ко рту в попытке сдержать более резкие комментарии.
  А потом до меня еще кое-что дошло.
  - Если глюканул робот на ферме, то по вашим словам через пять дней кто-то в моем городе погибнет?
  Ваня развел руками в сторону и кивнул головой:
  - Мне жаль, но да, так и будет. Этот случай на ферме был бы таким же, как и все до него, если бы не ты. Я еще не разобрался до конца... То ли хакер намеренно подставил тебя, выбрав себе для развлечения краба, которого ты перепрограммировала. То ли это случайность, тогда она означает, что система робота была изменена больше двух недель назад, до того, как ты в него залезла. Где правда, не знаешь? Я тоже. Хакер не оставляет никаких следов взлома. Но, согласись, ты в эту историю втянута. То ли случайно, то ли преднамеренно.
  - И? - поторопила я его, видя, что мужчина опять собирается уйти в свои мысли.
  Даже попрыгала на кровати, вызвав скрип железных петель. От моего прыганья Ваня внезапно улыбнулся. Поспешив скрыть от меня свою улыбку, он на секунду отвернулся от меня.
  - И? - настойчиво повторила я. - Вы что-то говорили о том, чтобы помочь мне?
  Мужчина, продолжая улыбаться, вновь повернулся ко мне и кивнул головой:
  - Я помогу тебе. Но тебя все же придется казнить. Фиктивно. У меня достаточно власти, чтобы убедить Мировой Суд о непричастности твоих друзей и родителей к твоему якобы хакерству. Но уберечь тебя не смогу. Сергей, твой шеф, хоть и мой друг, но... Он отнес все доказательства твоей вины в Суд. Я не мог объяснить ему всю сложившуюся ситуацию, это дело... мы держим в секрете. Любая утечка грозит тем, что поднимется всеобщая истерия. Мир, живущий в Сети, начнет бояться маньяка, поселившегося в ней. Из-за шумихи хакер, которого мы ищем, может лет на пять уйти на дно. Мы можем упустить его раз и навсегда. Твой шеф, как и все люди на этой планете, должен быть уверен, что ты - хакер. Я не мог никак остановить Сергея.
  - Я поняла на счет секретности, но... как это, умереть фиктивно?
  - О, мы думали об этом! Сначала тебе придется пройти через Суд, выслушать приговор и послушно лечь в игровую кабинку. Трансляция казни будет на весь мир, как и в случае с Ляпиным. Я вызовусь подготовить ИСК. Вместо цианида заправлю нейлоновый провод обычным снотворным. Показатели твоего состояния в кабинке будут показывать, что ты умерла. Пульс щупать вызовусь я сам. Мне не откажут, уверен. А потом тебя вместе с кабинкой увезут в крематорий, засунут в печь, и сожгут. Огня не будет, мои ребята договорятся с похоронной службой. Скажу, что хочу похоронить твое тело по христианскому обычаю, но так, чтобы никто не знал. После того, как все квадрокоптеры покинут крематорий, я вытащу тебя из печи и заберу с собой. Очнешься ты уже здесь. В этой комнате. Это теперь твоя комната. В прошлый раз я допустил ошибку, поверив, что Ляпин Вова - маленький монстр, уничтожить которого надо на месте. Был в числе тех, кто присутствовал на самой казни. В этот раз ошибки не допущу.
  - М-меня что, засунут в печь крематория? - я с ужасом глянула на него.
  - Да. Переживаешь? Ты все равно будешь крепко спать. Зря переживаешь. Лучше соберись с силами, чтобы выдержать судебный процесс.
  - И вы хотите, чтобы я согласилась на этот безумный план? - заорала я, вскочив с кровати. - Вы думаете, что я соглашусь?
  Ваня с железными нотками в голосе заметил:
  - У тебя нет выбора! Или есть идеи получше? Может, поделишься?
  Я медленно опустилась назад, на кровать.
  - Можно мне успокоительного? - проблеяла я. - Ударную дозу на все время суда?
  - Дам, - кивнул головой Ваня. - Сколько хочешь. Тебе стоит доверять мне. Сейчас я единственный, кто может тебе помочь. Проклинай свою судьбу, что поставила тебя на пути хакера. Или же думай, кто мог тебя ненавидеть настолько, что подставил. Клянусь честью, если ты поможешь нам поймать маньяка, я выполню любое твое желание. Или отвечу на любые твои вопросы. Поверь, знаю я больше, чем сетевые учебники рассказывают.
  Я, часто моргая, посмотрела на него. Конечно, исполнение желания - это смысл жизни любого человека. Конечно, мне это интересно. Очень. Но еще более меня интересуют моя предполагаемая казнь. Печь крематория? Меня, любимую, засунут в печь крематория? В этот зев ада??? Где сожгли, я даже боюсь себе представить, какое количество трупов!
  - Мне нужно успокоительное, - повторила я. - Прямо сейчас.
  - Понял я, понял, - подняв руки перед собой, уступил мне Ваня. - Я же сказал, дам. Вижу, что ты устала. Но, увы, твои неприятности только начинаются. Сейчас за тобой вернутся ребята из подразделения ВСБ. Их службу никто не отменял, тебя сюда привели в качестве одолжения мне. Мы с тобой об основном уже поговорили. Тебя отведут в следственный изолятор, где придется жить до суда. Я попрошу не затягивать дело, по возможности. После твоей смерти эта комната станет твоей. И, да, забыл уточнить. Так ты присоединишься к моей команде? Хочешь найти того, кто тебя подставил?
  - Еще как хочу! - выкрикнула я. - Да я его из-под земли достану! В порошок сотру! Я так понимаю, что после смерти начну жить заново?
  - Да, - кивнул головой Ваня. - При желании мы сможем поменять твое лицо на 3D-принтере. И код личности новым будет, и паспорт. О старых логинах, паролях, аккаунтах придется забыть. Навсегда. Похоронить. Но... думаю, если мы все-таки поймаем сетевого маньяка, ты сможешь вернуться обратно. Возродиться.
  В голове мелькнула мысль о том самом персе, которого я так и не довела до сотого уровня. Два года вела, и вот когда осталось всего 3% до конца, моя собственная жизнь грозит оборваться. За один день я потеряла все. Семью, друзей, виртуальные миры и персонажи. А ведь под личинами некоторых из них я живу с семи лет.
  - Мне нужно знать имена твоих друзей, - сказал Ваня, отрывая меня от тяжелых мыслей.
  - У меня их трое, - сглотнув комок в горле, сказала я. - Соломеин Андрей, Россия, 20 лет. Живет в доме ?1. Анисимов Евгений, Россия, 20 лет. Живет в 15 доме. И Дэн...
  С ним я не успела попрощаться. Надеюсь, Жэка с Андрюхой ему все расскажут.
  - Денис Немец, 26 лет, Россия. Живет в 23 доме.
  - Я запомнил, - сложив нога на ногу, сказал Ваня. - Насколько вы были близки? В реале общались?
  - Часто общались. С Андрюхой с яслей дружим. С Жэкой с пятого класса. С Дэном познакомилась лет пять назад в одной из игр. Часто собирали с ними пати. В реале ходили вместе в бассейн, летали вне города над пригородными лесами, как-то гоняли в тайгу и на Кавказ. Один раз летали смотреть на извержение вулкана в Индонезию. Вместе дайвингом в Тихом океане занимались. В основном все Дэн нас вытаскивал, он старше нас и постоянно заставляет вылазить из ИСКов. Мы, все трое, очень близки.
  - Когда ты с ними общалась в последний раз? - сложив руки на груди, нахмурился Ваня.
  - Сегодня. Перед тем, как меня забрали, разговаривала по служебному визору с Андрюхой и Жэкой.
  По комнате поплыло тяжелое молчание.
  - Зачем? - повысив голос, спросил он. - Зачем ты с ними сегодня общалась? Ты понимаешь, что за это их могут объявить соучастниками?
  - Я не подумала об этом, - слегка заторможено ответила я. - И я стерла все записи, где наше общение зафиксировано. В визоре, в камерах. Только Кота, робота, не трогала.
  До того, пока за мной не прилетели старлеи из ВСБ, для меня все казалось игрой. Забавой. Все казалось несерьезным. Шуткой. И угроза смертной казни казалась ненастоящей. Оттого я так себя и вела. Мне и сейчас с трудом верится в происходящее.
  - Ты что натворила! - вскочил со стула Ваня. - Ты понимаешь, что стерев записи, все только усугубила?
  - Я... я... Извините...
  Спрятав лицо в ладони, зажмурилась я. Только сейчас понимаю, что сделала глупость.
  - И что теперь делать? - глухо спрашиваю у Вани. - Что мне сейчас делать?
  Я не видела его, но услышала, как он заходил по комнате.
  - Робота заменим. А ты... ты во всем признаешься. Чтобы процесс был быстрым, тебе придется признать себя хакером и всю вину взять на себя. Отрицай причастность родителей и друзей к тебе. Я дам адвоката. Она хорошо знает свое дело, будет ускорять процесс, как сможет. Значит, трое друзей. Думал, молодежь реальных друзей не имеет. Не ожидал.
  - Нас тоже все считали странными, - я отняла руки от лица. - Я сейчас бессильна, но... Прошу вас, помогите мне. Защитите моих друзей! Если их казнят из-за меня, а я спасусь... Тогда казните меня вместе с ними! Да. Я не смогу жить, если они все погибнут.
  - Я это прекрасно понимаю, - черты лица мужчины смягчились. - И обещаю сделать все от меня зависящее.
  Он подошел ко мне, протянул руку со словами:
  - Давай, Ульяна, с этого момента начнем доверять друг другу. Начнем сотрудничать, хорошо?
  И улыбнулся. Я помедлила, с опаской покосилась на его широкую раскрытую ладонь перед моим носом. То, через что мне предстояло пройти, было адом. Одна мысль о крематории приводила меня в ужас. Но все-таки я ответила на рукопожатие.
  - Мы пробьемся, Ула. У нас все получится.
  Я, в отличие от него, не была так уверена. Но все-таки кивнула в ответ головой.
  Ваня отпустил руку, только дождавшись кивка.
  - Хорошо, что мы с тобой договорились. Верь мне Ула, как я верю тебе. А сейчас мне пора уходить. Я договорился, меня люди ждут. Как обещал, прикажу принести тебе успокоительное. Потом тебя отведут в изолятор. Пока идет Суд, мы с тобой не увидимся. У тебя будет адвокат, кстати, Егорова. Но не Слава, а Кира. Только я не понял, почему ты меня Егоровым обозвала.
  - Сама не врубаюсь, - призналась я ему.
  Ваня, не переставая улыбаться, достал свой айфон.
  - Тогда крепись, Ула. А я пошел. Надеюсь увидеться с тобой в день твоей казни.
  Бросив столь пугающие слова на прощанье, Ваня пошел к выходу из комнаты. Я закусила нижнюю губу, чтобы подавить крик: 'Не уходите! Не оставляйте меня одну!'. Хорошо, что он не обернулся, когда уходил. А то увидел бы, какими испуганными глазами я смотрела ему вслед.
  Мой предполагаемый спаситель вышел, на ходу набирая номер телефона. Он бросил двум конвоирам, терпеливо ожидающим за дверью:
  - После того, как робот принесет успокоительное, можете уводить.
  - Есть! - приложив руку к козырьку, гаркнули они.
  Значит, Ваня имеет чин выше их. Капитан? Может быть. Я понятия не имею, насколько влиятельна его фигура, но уж если он смог перехватить меня на время из лап ВСБ, это уже говорит о его высоком статусе.
  Ершов ушел, в комнату вошли бойцы, не спуская с меня тяжелых взглядов. Ну да, конечно, сейчас как подпрыгну да как пробью потолок головой! Стопроцентно сбегу сквозь слой земли над нами и улечу в Космос ракетой. Особо опасный преступник.
  Их чрезмерное внимание раздражало.
  Спустя три минуты прибыл робот с успокоительным в виде пузырька с таблетками. Я поспешно открыла его, достала и проглотила сразу две таблетки. Затем бережно положила полный бутылек в карман бриджей. Еще пригодится.
  Мы покинули '-3' этаж, поднялись на '-1', вышли на станцию метро.
  Подземка был полупуста. Два пассажира, уткнувшись в свои смартфоны, сидели на лавочке, ждали прибытия вагонов. Третий человек сидел в тайокаталке в игровом шлеме на голове. У нас есть люди, чьи мышцы полностью атрофировались, и передвигаться в реале они могли только с помощью вот таких вот колясок. Модульные конструкции инвалидных колясок, работающие на приводах тайофу, встречались чаще, чем скользящие по небу скаи. Энергия тайофу, открытая Алимом Хайямом, заменила электричество почти во всех современных механизмах, в том числе и в электроколясках. Мои родители также передвигались вне ИСКов исключительно в колясках марки 'Емеля', собираемых в Закрытой Зоне России.
  Все трое пассажиров настолько были погружены в свои гаджеты, что не увидели, как мимо них проходят бойцы в форме и ведут между собой преступницу в наручниках.
  Да, эти проклятые браслеты опять были натянуты на мои запястья.
  Я думала, мы сядем в вагон, но нет. Мы прошли до другого конца станции, вошли в узкий коридор. Два шага в ширину, три метра в высоту. Старлеи еле втиснулись в него.
  Минут десять шли по проходу, и, в конце концов, вышли из него на широкую подземную улицу, освещенную множеством фонарей. Насколько хватало глаз, по бокам дороги параллельно друг другу стояли четырех квартирные бараки.
  Это был изолятор.
  У нас не было тюрьм как таковых, люди не сидят за решеткой. Если Суд выносит приговор, то осужденного высылают из города в Дикие Земли. Дают ему все вещи, которые он запросит и робота-помощника. Осужденный мог забрать все, вплоть до оружия, все, что может влезть в грузовой скай. Затем его высаживали где-нибудь посреди джунглей, или тайги. И он, оторванный от цивилизации, оказывался в компании с дикими хищниками и роботом. Судья назначает определенное количество лет. Год, два, три. По истечению срока наказания, полицейские связываются с роботом, сопровождающим осужденного. Если отмотавший положенный срок преступник был жив, его возвращали обратно. Если нет, возвращался только робот. Иногда не возвращался даже робот.
  Но шанс выжить в диком мире был у всех провинившихся. Кроме тех, кто был осужден на смерть. Кроме таких, как я.
  По выходу из узкого коридора нас встретил кордон.
  Старлеи отрапортовали, кого привели и зачем, и сдали меня другим бойцам в пятнистой форме. К слову, здесь, в изоляторе, обязанность охранять людей была возложена исключительно на людей. Роботам запрещалась охрана подозреваемых, обвиняемых, подопечных. Они здесь лишь убирались, готовили, стирали.
  На кордоне долго сверяли мое лицо с изображением на экранах планшетов. Здесь было пять мужчин с автоматами. Они редко переговаривались между собой. Дисциплина жесткая, не позволяла пользоваться гаджетами. Подземный изолятор - единственное место на всей планете, куда стекаются все преступники, из всех городов мира.
  Несчастного Ляпина судили здесь же, казнили здесь же. И меня, скорее всего, казнят здесь.
  В мрачном подземелье под Англией находится основной штаб всех вооруженных сил мира. У нас нет армий, нет морского флота на побережьях. Все Ядерное оружие, если верить учебникам, было уничтожено в 2300 году. Потому что у нас не с кем воевать. Мир пришел к единению. Эра глобализации, человеколюбия. Впрочем, мои друзья громко смеялись над сим заверением на страницах учебников. А вдруг из Космоса пришельцы нагрянут? Типа тех монстров, из 'Войны миров'? Чем тогда наше правительство защищать нас будет? Примерно так они мне и говорили. Я лишь пожимала плечами. В то время мне было совершенно параллельно, осталось ли в нашем мире Ядерное оружие или нет. Но если оно и существовало, то находилось, вероятно, в недрах изолятора под Англией, где-то в одной из пещер, теряющихся в темноте сейчас передо мной. Уж слишком много здесь ходило ребят с автоматами, навевая ужас одним только своим звериным видом.
  Всегда смотрела на мир с оптимизмом. Прекрасна Земля, прекрасны люди, населяющие ее. Меня смущало, что существовала смертная казнь, но до сегодняшних событий я была за то, что хакеров надо убивать.
  Сейчас я так не думаю, но резко изменилось мнение только у меня. У почти одного миллиарда людей оно осталось без изменений.
  И у нас нет терроризма, болезни двадцать первого века. Потому что делить нам нечего. У нас есть все, что мы хотим. Свобода передвижений и под землей, и под водой, и по воздуху. Есть роботы, делающий все работу за нас. Есть Сеть и великое множество миров, где мы - Боги, пусть виртуальные, но Боги. Тема Вселенной, тема Космоса нас не интересует. Зачем нам другие цивилизации, когда 'нас и здесь неплохо кормят'?
  Счастливы, да.
  Меня в очередной раз грубо вытолкнули за ограждения кордона. В сопровождении двух бойцов, уже других, я шлепаю в одном им известном направлении.
  'Стоять! Руки за спину! Приложить палец к скану! За мной! Молчать!' - вот весь диалог, услышанный мною на кордоне.
  Была заминка во время обыска. Бойцы напряглись было при виде бутылька со снотворным (у меня больше ничего не было), но длиннолицый наклонился к одному из досматривающих, что-то шепнул ему в ухо и бутылек без комментариев был возвращен мне.
  Ваня, Ваня, кто же ты такой, что одно твое имя действует на подобных хищников как волшебная палочка из сказки?
  'Вперед!' - уже за постом.
  Иду, спотыкаюсь о комья грязи на голой дороге.
  По мрачному подземному лагерю бродят сотни военных. Одни учатся на специальных площадках стрелять, ползать по стене, драться. Другие выгуливают подсудимых по землистой дороге, освещенной фонарями на деревянных столбах. По пути заключенных видела в количестве двух, таких же, как и я, испуганно вжавших голову в плечи. Кто-то из военных охранял бараки, позевывая украдкой время от времени.
  Меня привели в один из бревенчатых бараков. Сняли наручники, распахнули передо мной дверь. И дали такого пинка, что я пролетела кубарем добрых три метра и врезалась лбом во что-то твердое. За моим полетом последовал отменный ржач, и двери захлопнулись, оставив меня в темноте.
  Пару минут я просто не двигалась, приходя в себя от всего пережитого. Затем села, моргая. Тьма вокруг меня была беспросветная. Я, особо не надеясь на успех, громко сказала:
  - Свет!
  К моему облегчению, помещение было оснащено коммутатором. Свет зажегся. Я огляделась.
  Ушибленный лоб о, как оказалось, железную боковину кровати, сильно зудел, болела и вывихнутая в момент полета нога. Подвернула ее, когда после пинка неудачно кувыркнулась.
  Растирая руки после браслетов, я с нехорошим предчувствием оглядела помещение. Это была комната с серыми, отсыревшими стенами, когда-то выкрашенными белой известкой, а теперь украшенные уродливыми рыже-серо-коричневыми потекшими пятнами. Стояла возле одной из стен не заправленная кровать с затертым до дыр матрасом. Позже я узнала, кто такие клопы, блохи и вши, и что они вытворяют с молодой, нежной кожей. Но, то было позже. А пока я видела серое постельное белье, сложенное стопочкой на толстой подушке и думала о том, что есть где спать.
  Напротив кровати стоял туалет с треснувшим унитазом и пожелтевшим сливом. Душевая кабинка с грязными пластмассовыми створками, грязными до такой степени, что проще всего их было бы снять, стояла в противоположном углу. Лейка, тронутая ржавчиной, гордо торчала на настенном крючке, отвалившись от шланга. Сам шланг стальной змеей прятался в плесени и ржавчине днища кабинки.
  И все. Вот и все обстановка. Даже не знаю, плакать или смеяться. Туалет, душ и кровать, все находилось на пятачке в пятнадцать квадратных метров. До Суда мне придется жить в этом хлеву.
  Начало действовать успокоительное, что дал мне заботливый Ваня. Сейчас, на фоне военных, пинающих и толкающих меня, он казался мне самым благородным, и совершенно нереальным мужчиной из далекого сна.
  Я настолько переволновалась, что прилегла на незаправленную кровать, свернулась в клубочек, и заплакала. Мне было страшно. Я не знала, что мир может быть таким жестоким. Еще этим утром я была ярым пацифистом. Но теперь... В груди свернулся тугой комочек из страха, боли и обиды. Он все давил и давил, несмотря на слезы. И вдруг... неожиданно для самой себя, я поняла, что это за маленький, острый комочек. Это была ненависть. Я безумно злилась на того, кто меня подставил. Злилась так, что вспыхнуло желание найти хакера и убить его, причем убить с особой жестокостью.
  Испуганная силой этой злобы и ненависти, что поселилась во мне, я заревела еще больше, пуская слюни и сопли в подушку. Ревела я долго, пока в один момент не поняла, что больше слезы лить нечем. Задышала ртом все глубже и глубже, пока сопли из носа не ушли. Дыхание мое стало глубже, и я уснула.
  Сон был тяжелым, недолгим. Через час я проснулась от ставшего привычными пинков и гогота двух охранников. Меня грубо скинули с кровати, подняли на ноги и опять надели наручники, соединив руки впереди, как при моем первом появлении в подземном изоляторе.
  Толкая в спину ради забавы через каждые десять метров, конвой привел меня в небольшую комнатенку, расположенную в одном из бараков. Стены, светящиеся мутно-зеленым цветом со всех четырех сторон, создавали иллюзию 'погружения в аквариум'. Сверху и снизу, под потолком и плинтусом, укрытые деревянными перекладинами, находились спрятанные из виду ряды светодиодных ламп, что окрашивали девственно белые стены, выкрашенные известкой, в неприятный болотный оттенок. Здесь было чисто, в отличие от комнаты предварительного заключения, отведенной мне. Необычное освещение стен отвлекло меня от меблировки, и спустя пару минут, когда до меня дошла разгадка 'светящихся' из-за подсветки стен, я заметила кресло на тонкой ножке, с низкой спинкой и широкими подлокотниками. Перед кожаным, красным креслом висело на стене широкое зеркало, в котором отразилось мое измученное лицо с покрасневшими от пролитых слез огромными глазами. Рядом с креслом стоял робот-краб, из той же серии, что были на ферме. В руках у него были ножницы. Увидев их, я мгновенно все поняла и заорала, разворачиваясь в попытке сбежать из парикмахерской.
  Куда там! Меня схватили сразу, не дав сделать и шаг за порог, от которого мы отошли всего на три метра. Я завизжала на весь подземный изолятор, я кусалась, дергалась, как ненормальная. Меня, не сдерживая ругань, ударил один из конвоиров кулаком по лицу, пытаясь усадить на стул перед роботом. Его попытка остановить меня привела к обратному эффекту, я впала в бешенство. Отключив рассудок на какое-то время, я забилась в руках двух конвоиров. В конце концов, мне так сильно врезали в лицо, что сломали нос, и я упала на холодный, серый, каменный пол. Замерла, закрывая ладонью ноздри в попытке остановить хлынувшую кровь. Пока я приходила в себя, задрав голову к потолку, чтобы не задохнуться в потоке собственной крови, робот сделал свое черное дело.
  Щелкнули ножницы. Мои прекрасные, блестящие, огненно-красные волосы, что я отращивала всю жизнь, тяжелыми прядями упали вокруг моих колен.
  В тот момент, когда по небольшой комнатке разнесся звук машинки, бреющий меня налысо, я ненавидела весь мир до белой пелены перед глазами. Суда еще не было, но, обрезав волосы, мне показали, насколько безнадежно мое дело.
  Отплевываясь от собственной крови, рыдая под жужжание бритвы, я поняла, что больше никогда не стану прежней. Словно отрезали не мои волосы, не то сокровище, которым я так гордилась, а мою слепую любовь к миру и людям. Отрезали раз и навсегда.
  
  Глава 5
  На завтрак, обед, ужин давали таблетки и чай без сахара.
  Прогуливалась два раза в день в сопровождении двух охранников, не забывающих пинать меня время от времени.
  Ледяная вода в душевой, дешевое хозяйственное мыло.
  Полная изоляция от других подсудимых и Сети.
  Клопы в матрасе, крысы на полу, тараканы, пауки на стенах.
  Первые семь дней настолько потрясли меня, что в дальнейшем воспоминания о них укрылось в самом отдаленном уголке моей памяти, и я... относилась к ним, как голодной акуле, которую лучше не только не тревожить, но огибать за сотни метров.
  После того, как мои волосы обрезали, я пила по десять таблеток успокоительного в день. Мне хотелось полностью заморозить свои чувства, стать равнодушным роботом, который каждый день мыл пол в камере.
  Увы, успокоительное мало помогало.
  Не думала, что будет что-то, чего мне будет не хватать сильнее моих прекрасных волос. Я ошиблась.
  В первые дни у меня была настоящая ломка по Сети. Мне ее не хватало. Я задыхалась, как от недостатка кислорода, я злилась, я бесилась. Мне так сильно не хватало Мировой паутины, что первые два дня я пластом лежала на матрасе, переполненном клопами, и вертелась из стороны в сторону, то содрогаясь от конвульсий, то избивая несчастную подушку, то пиная спинку кровати, то колотя стены кулаками и лбом.
  Сеть для меня была настоящим миром. По-настоящему я жила не в реале, а в виртах. Ярких, волшебных. Там у меня были муж, друзья. Там я была сильной, уверенной в себе, никогда не проигрывавшей личностью. Там никто не оскорблял, не унижал и не причинял мне физической боли. Мне не хватало этого ощущения, ощущения силы, победы, красоты и удовольствия, мне не хватало общения и шуток, забавных смайлов и знаний.
  Лишившись Сети, я осознала, как на самом деле мало информации хранится в памяти. Я привыкла полагаться на Википедию и поисковую службу 'Мир'. Мимолетное утоление любопытства - так использовалась мною любые данные. Сохранялась информация в голове оперативно, а не как будто на жестком диске, раз и навсегда. Мне казалось, что запоминать что-то не стоит, ведь под рукой всегда была Википедия. Потому и была наказана. И что за успокоительное мне дал Ваня, я, оторванная от сетевой базы знаний, даже не знала. Название 'Демидовал' мне ни о чем не говорило.
  Так как мало передвигалась, то к концу первой недели моего пребывания каждый подъем с кровати на ноги начал вызывать звездочки перед глазами. Я здорово ослабла. Теперь начинала понимать, почему Дэн приучил нас каждый день совершать круги вокруг города на скае и делать пробежки вокруг дома. Долгое бездействие мышц превращало тело в грузную, совершенно неподъемную массу.
  В таком режиме прошла первая неделя, а потом мне разрешили разговоры по визору. Когда нос зажил, и на лице не осталось явных признаков грубого ко мне отношения.
   Как оказалось, желающих поговорить со мной было много. Незнакомых фамилий, горящих желанием взять интервью у хакера, было около пятисот. Со всех городов мира знаменитые блоггеры, копирайтеры, журналисты подали запрос на свидание со мной.
  Кроме них в списке были моя мать, бабуля, кузен и адвокат. Не знала, что у меня есть живой кузен, а не виртуальный. Для меня это сюрприз, обязательно с ним познакомлюсь.
  Но все же первым из списка я выбрала своего адвоката, Егорову Киру. Мне нужно было знать, как продвигаются мои дела. Может быть, случилось чудо и нашли настоящего хакера? И тогда мне не придется гостить в печи крематория? И тогда этот кошмар в изоляторе наконец-то закончится?
  После моего согласия на свидание, в восемь утра восьмого дня заключения меня под конвоем отвели в один из бараков, где находились комнаты для переговоров. Сие, с позволения сказать, комната была три метра на три, ровно столько места, чтобы в нее входил встроенный в пол круг визора и сам подсудимый.
  Охранники у входа сняли с меня наручники, завели меня внутрь и вышли из коморки. Все молчком, без затрещин и ставшего уже привычным гогота. Причина их примерного поведения оказалась проста - в окруженном серебряной лентой круге стояла фигурка моего адвоката в полный ее рост.
  Я встала напротив голограммы. Глядя на роскошную гриву золотистых волос Егоровой Киры, я провела ладонью по своей колючей голове. У меня в камере не было зеркала, и оценить свою лысину не было возможности. Радовало только то, что на ощупь голова казалась ровной и круглой.
  Адвокатом оказалась девушка, похожая на Мэрилин Монро как две капли воды. В мире не бывает подобных совпадений, вывод напрашивался сам - Кира изменила свое лицо на 3D-принтере.
  Одета она была в красный топ, обтягивающий пышную грудь как вторая кожа. Под пирсингом с жемчугом на пупке шел черный пояс красной мини-юбки. Ножки стройные, коленки ровные, каблуки-шпильки сантиметров десять. Девушка имела кожу персикового цвета, накаченный пресс и сексуально округлые голые плечики.
  Кира улыбнулась мне белоснежной улыбкой ярко-красных, полных губ и радостно поздоровалась:
  - Здравствуй, Ула. Рада с тобой познакомиться. Я - Кира, твой адвокат. Как дела? Жалоб нет?
  Я опять протянула руку к своим волосам, чтобы привычно пропустить шелковистые локоны между пальцами, и в который раз за эту неделю наткнулась на колючий ежик.
  - Нормально, - соврала я. - Мне тоже приятно с вами познакомиться. Кира, скажите, как там мои дела продвигаются? Почему так долго нет суда? Сколько мне еще здесь сидеть? Сколько еще ждать?
  Кира обаятельно улыбнулась. Похоже, она относится к той же породе людей, что и Ваня - к людям, обладающим невероятной силой притяжения. На нее хочется смотреть бесконечно долго, настолько она была прекрасна.
  Кира сверкнула своими голубыми глазами, и сквозь улыбку ответила:
  - Первое заседание состоится через тринадцать дней. Перед нами судят еще четверых, раньше не получится. Мы троих обошли, встряв вне очереди. Нам крупно повезло, что у прокурора не хватает доказательств их вины, и он пропустил нас вперед. Нелегко тебе, да?
  От ее ласкового тона слезы сами выступили у меня на глазах, и я кивнула. Значит, чуда не произошло, настоящего преступника не нашли.
  Кира, глядя на мое расстроенное лицо, прошептала негромко:
  - Бедняжка.
  И уже в полный голос начала рассказывать:
  - Материал по твоему делу собран. Мы пойдем по пути наименьшего сопротивления. Ты дала признательные показания? Нет еще? Напиши как можно быстрее. Попроси у охранников электронный блокнот, напиши и попроси передать мне. Я прикреплю его к делу.
  Из того, что ты призналась в содеянном, суд пройдет в два этапы. На первом рассмотрят все обстоятельства дела, а на втором зачитают приговор суда. Я приложу максимум усилий и ускорю время казни, Ершов неплохо платит за мой профессионализм. Обычно до исполнения приговора может пройти до двух месяцев. Мы поступим так... Ершов потребует разрешение провести казнь лично. Он человек сильной занятости, суд пойдет навстречу. Через три дня после оглашения приговора тебя казнят. Ты согласна с нашей линией поведения?
  - Нет, - сперва буркнула я, усиленно массируя шею.
  Да кто в здравом уме согласится на собственную казнь?
  Кира подняла обе аккуратненькие бровки сразу, и я поспешила поправиться:
  - Да, согласна. Конечно. А что там с моими друзьями? Что с родителями? Мы сможем доказать их непричастность?
  - Легко! - снова шикарная улыбка и жемчуг зубов. - У тебя их нет, верно? У тебя нет друзей! Не было ни одного друга! Были двое знакомых ровесников, которых взял под опеку начальник полиции России. У твоих знакомых влиятельные знакомые! Впрочем, как и у тебя самой...
  Последнюю фразу Кира сказала шепотом, но я все же расслышала. Она Ершова имеет ввиду? Скорее всего. У меня среди знакомых больше нет никого 'влиятельного'. Как же вовремя дочь начальника полиции втюрилась в Жэку! Как же вовремя! Чужая власть спасет их от подозрений и обвинений.
  - А что с... - Спросила я, затем сообразила, что идет прослушивание нашего разговора.
  Но Кира поняла, что я спрашиваю о Дэне. Она хитро прищурилась и лукаво улыбнулась:
  - А некто Третий в данное время укатил на Байконур с отрядом роботов-археологов на три месяца. Назначен в срочном порядке одним из руководителей исследовательской группы. Ученый с мировым именем Ершов Иван создал новейших роботов, способных проводить раскопки и анализировать данные. Он их полгода разрабатывал, полгода планировалась данная экспедиция. О ней кричат сейчас все новостные ленты. Никто и ничто не может выдернуть Третьего из архиважной экспедиции на заседание суда. Абонент вне зоны действия Сети, как говорится, перезвоните позже.
  Я слабо улыбнулась - Ваня держит свое слово. Друзья в безопасности.
  - А что с родителями?
  - С родителями, - повторила за мной Кира, странно поглядывая на меня.
  Она кашлянула в кулачок с накрашенными ярко-красным лаком ногтями, и снова улыбнулась.
  - С твоими родителями все в порядке. У нас есть данные российского провайдера 'Сибирь', что они находятся в Сети сутками уже двадцать пять лет. За эти года в общей сложности они провели 18250 часов в реале, другими словами из ИСКов они выходили на два часа в день. Записи с камер наблюдения в вашей квартире показали, что в последние десять лет ты с ними общалась в реале... всего 105 раз. То есть около раза в месяц случайно пересекалась с ними в вашей квартире. Когда вы встречались, вы... ваши разговоры имели... как бы сказать...
  - Да вы не стесняйтесь, - мрачно помогла я ей.
  - Вы только здоровались! - улыбнулась она, затем, поняв, что радоваться тут нечему, извинилась. - Извини.
  - Вы тут ни при чем. Мы легко можем доказать, что у нас с родителями были довольно-таки прохладные отношения, да?
  - Легко! У вас всего одна общая игра, где есть и твои, и их персонажи. 'Двадцать первый век'. Ты редко бывала в этой игре.
  - Вот и хорошо, - я обхватила подбородок пальцами и спросила, - а как насчет реакции Сети на мое преступление?
  Кира заулыбалась еще ярче:
  - Ты всего лишь на десятом месте в ленте новостей! На первом месте - новая игра от Ершова 'Мир без границ'. На втором месте - первая игра от команды Алима Хайяма 'Скелет в шкафу', спрятанная от мира и лишь недавно найденная. На третьем месте - раскопки на Байконуре. На четвертом - новые гаджеты к ИСКам, усиливающим ощущения оргазма, и, вот же удивительно, опять от команды Ершова. И оставшиеся пункты... В общем, очевидно, кого тебе нужно благодарить. Мы обе знаем, кого.
  Она сказала это без всяких ноток зависти. Кире было любопытно, что я за человек, а не причина, по которой меня уберегает сам Ершов. Она разглядывала меня очень внимательно, словно пыталась увидеть нечто такое, что глубоко спрятано, нечто особенное. Зато я точно знала, что она зря теряет время, изучая меня. Обычная девушка, без каких-либо талантов, которой просто не повезло. Вляпалась я по-полной. И еще... я так поняла, что Ваня утаил существование маньяка от Киры. Значит, мне никто не скажет, умер ли кто-нибудь в России три дня назад. Оставалось лишь надеяться, что маньяк не тронет моих знакомых и близких. А впрочем...
  - Кира, скажите, вы не в курсе, в России...
  Нет, не буду спрашивать. Наш разговор записывается, и любой намек на маньяка может быть чреват последствиями.
  - Нет, ничего, - помотала я головой.
  Кира посмотрела вниз. Я догадалась, что она смотрит на часы в кольце визора, затем вновь посмотрела на меня и улыбнулась:
  - Наше время выходит. Твое дело легкое, я больше не вижу необходимости нам встречаться. Признание обязательно передай мне с охранниками. Дело готово, осталось дождаться Суда. У тебя есть ко мне еще вопросы?
  Я неуверенно провела рукой по волосам и тихо спросила:
  - Скажите, а... как я выгляжу? Сильно страшная?
  Кира с жалостью посмотрела на меня, и этим сказала все.
  - Ты хорошо выглядишь.
  Врет. На тех, кто хорошо выглядит, смотрят с восхищением, как я на Киру. А с жалостью смотрят на жалких.
  От этой мысли меня все передернуло. Вновь вспыхнула ненависть к тому человеку, из-за которого меня скоро 'казнят'. Клянусь, я найду его. Найду, обрею налысо, и только потом убью. Запрограммирую робота, чтобы он пустил его в полет, как быка.
  Видимо, мои недобрые мысли отразились на лице, потому что Кира внезапно закашлялась.
  - Ульяна, - прокашлявшись, сказала она. - Постарайся, чтобы твой взгляд никто не видел. Не смотри никому в глаза, ни судьям, ни журналюгам. Ляпин Вова... Он злился. Кричал, обвинял всех окружающих, и... смотрел так же, как ты. В итоге казнили не только его, но и его родителей, и еще 18 человек. Спрячь свои мысли от окружающих. Не надо губить вместе с собой ни в чем неповинных людей.
  - Я это понимаю, - сквозь зубы сказала я, - понимаю, но...
  - Дыши животом, - сказала она мне, прямо посмотрев в глаза.
  Ни тени улыбки. Оказывается, Кира весьма умело маскирует свой ум под сногсшибательной внешностью. Ее голубые глаза были ледяными, когда она говорила мне:
  - Считай до десяти, делай глубокие вздохи. Если ты хочешь уйти из этого мира в одиночестве, ты будешь делать это. Смирись с тем, что тебя ждет. Слышала поговорку? Снявши голову, по волосам не плачут.
  Смирись? Смирись??? Спокойно. Дыши животом. Дыши глубоко. Считай до десяти. Раз. Два. Три.
  - Время! - послышалось за спиной.
  Я обернулась, инстинктивно прижав руки к груди. Когда охранник вошел? Я не уловила движение позади себя.
  - Ульяна, - вновь улыбалась мне голограмма Киры. - Увидимся в зале Суда. Держись. И помни, что я тебе сказала. Договорились?
  - Да, - угрюмо сказала я, вставая с места.
  Щелкнули наручники, меня увели из переговорной комнаты прежде, чем из кольца визора исчезла Кира. Через два часа я передала ей через охранника записанное в блокноте признание собственной вины.
  Тринадцать дней до Суда тянулись чудовищно медленно.
  Вторая неделя, проведенная под землей, в полной изоляции от мира и Сети, показалась мне намного легче первой.
  Мне принесли планшет без выхода в Сеть, но с кучей закаченных книг. Я убивала время за чтением познавательных книг по истории и узнала много нового. Оказывается, 'Жигули' - это не только название станции метро, но и марка российского автомобиля, канувшего в небытие вместе с прочими четырехколесными машинами.
  На восьмой день после разговора с Кирой, такой яркой, жизнерадостной, я начала делать приседания в камере, и качать пресс. Отжиматься у меня не получалось - я даже встать в стойку не могла. Руки подгибались, и я падала на пол, ударяясь о плиты многострадальным носом.
  После того, как Кира мне сказала конкретную дату начала Суда, я стала считать каждый день, с особой злорадностью выводя на стене над кроватью крестики ложкой. Охранники этого не видели, а роботу-уборщику было пофиг на мои художества.
  На двенадцатый день я согласилась на разговор с мамой после того, как с наслаждением направила шланг с включенной ледяной водой на робота. Робот крякнул, и, чтобы меня не побили, я поспешно сказала, что очень хочу увидеть маму. Кстати, после этого случая лейку мне-таки прикрутили к шлангу. Новенькую лейку, да. И я начала думать, не разбить ли мне унитаз о голову следующего робота, чтобы и толчок поменяли. А то вонял он на всю камеру так, что будь здоров. Стоял-то он напротив кровати.
  В общем, охранники, назначенные за мной присматривать, стиснув зубы, отвели меня в переговорную. Подталкивания в спину в этот раз были особенно сильными. Так и чувствовалось, как меня любят.
  Мама выглядела ровесницей мне. Мы были похожи. Те же рыжие волосы и брови, карие глаза и мальчишеская фигура. И тонкая талия. Только скулы у меня сильнее выступают вперед и ямочки на обеих щеках - наследие от отца.
  Мама окинула меня взглядом, и... осталась равнодушной к моему потрепанному внешнему виду. Думаю, после аватара деда Серафима ее моя внешность перестала удивлять.
  - Здравствуй, - как-то отстраненно сказала она.
  - Привет.
  И молчание. Да о чем нам разговаривать?
  - Отец сказал, что ты - наше говно.
  - Хм...
  Опять тишина. Я с тоской посмотрела на часы на панели визора. Сколько там отводится на свидание? Пять минут? Прошло только тридцать секунд.
  - И что он занят, строит гараж. И чтобы я пошла на встречу с тобой.
  - Хм... Как там Баф?
  - Баф? - мама с удивлением посмотрела на меня. - Какой Баф?
  - Наш домашний робот, воспитавший меня, - не могла не съехидничать я.
  - А, этот робот. Отец сдал его в утиль.
  У меня екнуло сердце. Жаль. Очень жаль. Я знала, какая судьба его ждет, но все-таки...
  - А что с картой его памяти?
  - Мы вынули ее. Думаем, что с ней делать. Отец планирует взять нового робота. После твоей смерти нам эта карта будет без надобности. Мы думаем завести нового ребенка. Ты умрешь, и место освободится, так что у нас есть все шансы получить патент.
  Ну, и что я могла ей сказать на это? Говорить родной дочери, что она говно, и что легко поменяют ее на другого ребенка? Раздражает. Сколько там еще? Еще целых три минуты тридцать секунд?
  Мы опять стоим, молчим. Мама вдруг встрепенулась и с некоторой толикой любопытства спросила:
  - Зачем тебе это? Зачем тебе это надо было?
  - Просто так, - пожала я плечами.
  - Отец прав. Ты действительно...
  Ее взгляд потух. И было настолько отчетливо видно, что именно в эту секунду она меня похоронила, что я, откинув голову назад, расхохоталась. Смеялась я, как сумасшедшая, все оставшиеся две минут пятьдесят секунд. Мама с легким недоумением смотрела на меня, пока не вышло время, и в комнату не вошел охранник с коротким словом:
  - Время.
  Вставая со стула и протягивая руки конвоиру, я спросила у матери, посмотрев на ее хрупкую фигурку через плечо:
  - Ты зачем приходила?
  - Друзья сказали, что надо выяснить, почему ты стала хакером. Я и пришла.
  - Выяснила? - усмехнулась я со злыми слезами на глазах.
  У нее даже тени сомнения не возникло в моей виновности.
  - Да, - кивнула она головой. - Прощай, дочь.
  Я ничего не сказала. Кажется, впервые я обрадовалась тому, что меня уводят охранники. Хотелось сбежать отсюда как можно быстрее. Самое смешное было, что она не понимала, что поступила со мной подло.
  Так прошла моя встреча с матерью.
  Затем я три дня развлекалась тем, что орала под холодным душем на весь изолятор. От моего вопля не спасали хлипкие стены домов. Зайду в душ, голая, включу его и начинаю вопить, что есть сил.
  Забавно было видеть, как на мои крики в комнату врываются охранники, но, увидев меня голую, каменеют. И сделать ничего не могут. Потому как на мой несмолкающий крик съезжались ближайшие роботы с камерами-фиксаторами.
  На третий день после моих криков приходили ночью охранники в попытке воспитать меня. Я сплю чутко. И едва услышала скрип петель, как заорала опять на все подземелье. И опять ко мне скатились ближайшие роботы. Так что побить или изнасиловать меня у них не получилось. Больше попыток ворваться ко мне ночью охрана не делала.
  Следующим утром пришел робот-сантехник и подключил горячую воду. Кричать я перестала - повод исчез, и снова заскучала.
  Тогда я согласилась на свидание с новоявленным 'кузеном'.
   Встречу с бабулей откладывала, как могла. Уж если и был в этом мире человек, глубоко любящий меня, так это она. Жила она в Нью-Йорке, и встречались мы с ней раз в год. Бабуля сама приезжала к нам в гости. За ее судьбу я не волновалась, виделись мы с ней крайне редко. Знала, что ей ничего не угрожает, но встречаться с ней боялась до коликов в животе.
  Когда я зашла в 'беседку', как здесь называли переговорный пункт, меня встретило пустое окно визора. Охранники, сняв браслеты с рук, оставили меня одну, и только после этого послышался знакомый голос из визора:
  - Ушли?
  - Ушли.
  Я с любопытством смотрела в светящееся кольцо. После моего ответа появился 'кузен'. Парень в дорогих джинсах, отчаянно желтой футболке и с маской обезьяны на лице. По его суетливым движениям тела и резким жестам рук я узнала в нем Дэна.
  - Привет, 'сестренка'! - радостно поприветствовал он меня, и, остановив мой удивленный вскрик, приложил палец к нарисованным на маске губам, - ш-ш! Тише! Не подставляй меня!
  - Да, но как ты?!
  - Один общий знакомый помог. Зайка, откуда у тебя такие знакомые? Я чуть из ИСКа не выскочил, когда в игре он нашел меня! Сижу такой в таверне с эльфиечкой, водку пью, а тут рраз - и ОН, человек с большой буквы.
  Дэн у нас был чистюлей и модником. Он у нас страдал манией величия, самовлюбленностью и при всем при этом был жутко стеснительным. Про таких иногда говорят, что у них 'самый большой в мире комплекс неполноценности'. Его короткие, русые волосы были уложены в стильную прическу, зеленые глаза в прорезях маски бегали из стороны в сторону и не смотрели долго в глаза собеседника. У него всегда бегали глаза. Тот еще пройдоха, но друзей не предавал. Он мог стырить кинжал, украшенный бриллиантами, из музея, мог крутить романы сразу с пятью девицами, но никогда не отказывал в помощи нам, своим друзьям. С нами он был честен.
  Судя по подтянутой фигуре, он все также борется с собственными генами, в которых вложен медленный обмен веществ, с помощью тренажеров. То бишь его организм большой любитель расползаться в ширину, а сам он большой любитель девочек, отчего он постоянно то толстеет, то худеет.
  - Как дела? - спросил он, бросая на меня острые взгляды.
  Посмотрит на меня, отведет взгляд в сторону. Опять посмотрит, опять отведет взгляд. И так все время.
  - Радуюсь жизни, - улыбнулась я ему.
  Его отношение ко мне ничуть не изменилось.
  - Зайчонок, тебе привет от всех наших. Ты... мы... ты опять вляпалась!
  Последние слова он сказал так радостно, как будто сказал шутку, и сейчас нужно было смеяться.
  - 'Кузен', меня скоро казнят, - напомнила я ему.
  Парень дернулся, засунул руки в карман и посмотрел на мою голову:
  - Я буду плакать. Ты на мальчика похожа. В этих черных штанах и майке, с... короткой стрижкой. Пацанка. Тебе идет, мне нравится.
  В первый же день мне выдали форму заключенных под стражу: хлопчатобумажные черные шаровары, которые постоянно пытались от меня сбежать, и которые мне приходилось все время возвращать на место, подтягивая. И оранжевую безразмерную рубаху, болтающуюся на мне, словно флаг на ветру.
  Я смущенно потерла шею, не зная, что сказать. Не думала, что вновь увижусь с Дэном.
  - Твой аккаунт в Сети заблокирован! - снова радостно сказал он мне. - Один матершинник просил передать тебе: 'ни хуа себе хуа! Ты нас кинула?', а Нервный Тик сказал: 'если будет дочка, назовем Ульяной', и добавил: 'Господи помилуй!'.
  - Передай им, что ближайшие два месяца они должны сидеть тихо.
  - Сестренка моя, родная...
  Дэн внезапно осекся, назвав меня 'родной'. Я с удивлением посмотрела на него и поняла, что он расстроен. Вся его бравада яйца выведенного не стоит. В его зеленых глазах, сверкающих в прорезях маски, блестели слезы, а сам он скрылся из визора на пять секунд. Послышалось, как Дэн лихорадочно пьет воду из стакана. Затем он вновь прибежал и с задором соврал:
  - Соринка в глаз попала. Я тут нашел булочную. Один общий знакомый сказал, что передаст тебе ни сегодня-завтра мою посылку. Там такие пирожные! Пальчики оближешь! Поешь, меня вспомнишь.
  - Спасибо, - поблагодарила я.
  Слово 'родная' не давало мне покоя. Я с тревогой посмотрела на Дэна. Кажется, начинаю понимать, почему Ершов не стал его подозревать в хакерстве и так открыто помог спастись от мирового прессинга.
  Мы были очень ограничены в словах. Как выразить чувства, когда нельзя показывать, насколько мы близки?
  - У меня есть один знакомый мечник, - тихо сказала я. - Он всегда меня защищал, а я его хилила. На меня нападали монстры, а он всех сметал. Мне очень нравился и нравится тот мечник. Он показал мне величие извергающегося вулкана, открыл подводный мир ярких рыб и кораллов. Я благодарна, что он появился в моей судьбе. 'Спасибо, что ты был в моей жизни', мне всегда очень хотелось сказать ему это.
  - Какой... счастливый... мечник...
  Кажется, он заплакал. Под обезьяньей маской не было видно его лица, но было слышно, как он старательно втягивает потекшие сопли обратно в нос.
  Пошмыгав с минуту, он сказал, пытаясь держаться бодро:
  - У меня есть знакомая в одной игре. Постоянно влипающая в неприятности и притягивающая к себе всех монстров. Она для меня как лучик солнца, согревающий душу. И мне жаль, что этот персонаж из-за технической поломки в игре будет удален. Сестренка, время выходит. Надо спешить. Я забыл тебе сказать, что трое хорошо известных тебе тигров просмотрели фильмы о прошлом. Грозных пожирателей крабов ими не было обнаружено. Тигры пытались защитить принцессу, но не смогли. Они сидели и жалели, что у них нет клыков, и вдруг пришел лев и зашкирку вышвырнул их из жизни принцессы. Тиграм обидно, но они могут доверять льву?
  - Да, - без сомнения сказала я. - Это особенный лев. Даже когда принцессу съедят крабы, лев все равно останется львом, и никогда не станет шакалом.
  Двери за спиной скрипнули. Время вышло. Я торопливо сказала Дэну:
  - Пусть мои любимые тигры сидят тихо и не высовываются!
  Маска кивнула мне. Он первым ушел, оборвав связь. Думаю, что ему сейчас трудно сдержать свои эмоции.
  Пирожное дошло до меня в количестве трех штук, остальные съели охранники в качестве платы за доставку. Пирожные были вкусными, с взбитым кремом из сливок, нежного бисквита и с начинкой из свежей клубники. Но после них меня вырвало. Желудок, привыкший к таблеткам, не смог так сразу принять жирную пищу.
  После разговора с другом я долго не могла себя заставить пойти на встречу с бабулей, которой сто сорок шесть лет стукнуло этой весной. Когда до суда оставалось пять дней, я решилась.
  Встреча была тяжелой. На протяжении всего отведенного нам времени мы с ней рыдали, как дети. Что бабушка? Ей было больнее, чем мне. Я надеялась на Ваню и на то, что не умру. А бабушка, милая моя, не знала о наших планах.
  После встречи с ней я сутки пролежала, обняв подушку, свернувшись калачиком и уткнувшись в стену лбом.
  Не было дня в изоляторе, чтобы я не ревела. С тех пор, как прошла по узкому туннелю и вошла на территорию подземной тюрьмы, все мои силы уходили на то, чтобы сдержать ярость от собственного бессилия. Я опухла от слез, мой взгляд видел мешки под глазами, стоило только посмотреть вниз, на щеки.
  На протяжении всего времени, начиная с самого первого дня, когда мне обрезали волосы, охранники издевались надо мной, как могли, питаясь моей беспомощностью, как комар питается кровью. Чувствуя себя безнаказанными, чувствуя свою власть надо мной, бойцы в военной форме получали удовольствие от моего унижения. Как меня только не называли! Как только не пинали, не толкали! И каждый раз, после очередного пинка или затрещины, они гордо распрямляли спины, смеялись, шутили, наплевав на обиженного ими и гордясь собой.
  Издевательства охранников на протяжении трех недель здорово меня подкосили, и когда пришло время Суда, я стала похожей на тень. Я вздрагивала от каждого шороха, шарахалась в сторону от любого, кто приближался ко мне ближе, чем на пять метров, даже от роботов. Дошло до того, что я чувствовала приближение своих мучителей задолго до их прихода. Они еще только выходили из казармы, а я уже была готова их встретить. Мое чувство опасности сменило свое направление, теперь я боялась не виртуальных монстров, а живых людей.
  Мне казалось, еще бы чуть-чуть, и я бы свихнулась от молчаливого одиночества, постоянного страха и моральных унижений.
  В день Суда я встала задолго до появления охранников. Помылась, оделась в ядовито-оранжевую форму. И время ожидания потянулось мучительно долго.
  Часа через четыре заявился робот, он принес мою одежду. Ее забрали у меня в первый день моего заключения. Амбал, сопровождавший его, гаркнул:
  - Одевайся, тварь! Твое время вышло. Идешь в Суд. Живо!
  Он не отвернулся, мне пришлось переодеваться под его наглым взглядом. Пока натягивала одежду, подошли еще трое бойцов в черной форме. Их лица скрывали черные, вязаные маски.
  Мой охранник при виде подошедших подобрался, стерев с лица похабную ухмылку.
  - Готова? - глухо спросил у него один из тех, что был в маске.
  - Так точно! Забирайте!
  - Лицом к стене! Руки за спину! - это было сказано уже мне.
  Я выполнила требование. Щелкнули наручники на кистях рук, к тому времени покрывшихся кровавыми мозолями.
  - На выход!
  Я послушно вышла из комнаты.
  - За мной!
  И мы пошли к выходу из подземелья. Миновали кордон, зашли в узкий коридор, соединяющий изолятор со станцией метро.
  Как только мы вышли из прохода, меня ослепило огромное количество вспышек из квадрокоптеров. Лавина вопросов зазвучала со всех сторон из роботов, похожих на страусов. У них были длинные тонкие ноги, длинные руки и круглые тела. Их головы имели форму треугольника с направленным вперед острым, удлиненным углом. В блестящей сталью толпе, состоящей из самых дешевых роботов с одной функцией диктофона, людей не было.
  - Вы чувствуете свою вину?
  - Что вас толкнуло на преступление?
  - Вы надеетесь на оправдательный приговор?
  - Как вы себя чувствуете?
  - Как вы считаете, каковы ваши шансы избежать смерти?
  - Вы осознаете всю тяжесть обвинения в хакерстве?
  Вопросов было много, и все они звучали на разных языках. Я наклонила голову, прячась за широкими плечами бойцов, взявших меня в кольцо. 'Страусы' атаковали нас до самого вагона метро, в который мы поспешили зайти. Хлопнули створки, мы оказались отрезанными от назойливого внимания СМИ и квадрокоптеров. Но ненадолго.
  На станции, где мы вышли, нас ожидала новая толпа. Вопросы вновь градом посыпались на меня, бойцы едва успевали отталкивать особо настойчивых. Мы продвигались вперед, словно по колено в воде, замедляясь на каждом шагу.
  Затишье наступило в лифте, ведущему из подземки. Мы забрались на второй этаж, вышли из кабинки и вновь оказались атакованы прессой. До зала Суда по длинному коридору с высокими окнами мы также шли в сопровождении квадрокоптеров и 'страусов'.
  К моему облегчению, в сам судебный зал настойчивую прессу не пустили. Зато там находились живые люди - блоггеры из разных стран. Впервые в жизни я видела так много людей, собравшихся в одном месте. От их разноцветной одежды рябило в глазах, а многочисленные голоса слились в один сплошной, несмолкающий гул.
  Ни моих друзей, ни родителей не было, Ершов тоже отсутствовал. Но была Кира, встретившая меня яркой, ободряющей улыбкой со своего места адвоката. Единственная, кто мне улыбалась. Все остальные люди смотрели с лютой ненавистью, будто меня обвиняли не хакерстве ради шутки, а в серийных убийствах. Чем обоснована была злость, навалившаяся со всех сторон, давившая так, что в легких воздуха не хватало, я не понимала. Откуда в людях столько беспричинной жестокости? Откуда? Мой беспомощный, растерянный взгляд скользил по лицам, перекошенным от ярости и презрения в бесплотной попытке найти хоть каплю сочувствия. Бесполезно. Прав был Ваня, когда говорил про толпу. Она страшна тем, что человек в ней теряет способность к независимому суждению. Зевнет один, подхватят все. Нигде и никогда я так сильно не ощущала собственной ничтожности, как посреди этой мстительной толпы.
  Само помещение Мирового Суда было огромным.
  Потолок раскрытым зонтиком возвышался над нами на добрых двадцать метров. Зал был размером с половину футбольного поля, и столбом поднимался вверх. По округлым стенам располагались лоджии для зрителей, казавшиеся со стороны ступеньками перевернутой египетской пирамиды. В местах для зрителей яблоку негде было упасть, шум в зале от множества голосов шквалом ветра ударялся о стены и долгим эхом уходил вверх.
  В центре, в самом низу перевернутой 'пирамиды' зала Суда стоял широкий, дубовый стол. За ним сидел Судья в черной мантии, молодой на первый взгляд мужчина с тонкой улыбкой и в белом парике. Как актер, играющий на публику, он, опустив голову, плавными движениями листал страницы в планшете перед собой. Иногда, будто вдруг очнувшись, он смотрел на людей поверх темных, солнцезащитных очков. За каким чертом ему понадобились темные очки в помещении, освещенном слабым дневным светом, проникающим сквозь стеклянную крышу, знал только он сам.
  Здание Суда построено отдельно от жилых домов, было одноэтажным и снаружи напоминало гриб подберезовик среди высоких деревьев. На улице шел дождь, в помещении, освещенным только светом снаружи, царил молумрак. А может, свет специально не включили, для полноты эффекта сурового правосудия.
  Меня медленно провели по залу под гневные выкрики людей и поставили за небольшую трибуну напротив Судьи. Слева от меня находилась Кира, справа - незнакомка с насмешливой улыбкой. Обвинитель. Она знала, что выиграет дело, и самоуверенность ярче макияжа сияла на ее лице.
  После громкого призыва к тишине, Суд начался. Хотя возбужденная толпа смогла угомониться только после третьего вопля Судьи, пригрозившего всех выгнать из зала и провести закрытое заседание.
  Было предъявлено обвинение и оглашено мое признание. Потом последовал показ видеозаписи полета быка, затем в качестве доказательства моей вины привели список нанотехников, запрограммировавших краба на заводе изготовителя. Моя вина была с легкостью доказана, Кира даже не перечила обвинителю, а Судья так и не снял темных очков.
  За все время суда, а это примерно сорок минут, я сказала всего два слова. На вопрос Судьи: 'Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды?', ответила: 'Клянусь'. На второй вопрос Судьи 'вы признаете свою вину?', ответила 'да'. На этом суд закончился.
  Меня удивляло, зачем нужно было второе заседание, когда уже на первом можно было бы вынести приговор. Но по какой-то причине Судья затянул процесс еще на два дня и моя пытка в изоляторе продлилась.
  Два дня очередных издевательств, пинков и затрещин со стороны охранников.
  Время, проведенное в этом аду, научило меня молчать в ответ на хамство. Сдерживай свои эмоции - или будешь еще больше унижен.
  Три недели, проведенные в изоляторе, перевернули все мои взгляды на жизнь. В результате я... разучилась сопротивляться грубости и хамству. Думаю, внутри меня сломалось что-то важное. Гнев, душивший все это время, не нашел выхода и сожрал меня саму. И одиночество сделало свое дело - у меня пропало желание сообщать миру о своих переживаниях и мыслях вслух. Я, открытый по природе человек, замкнулась в себе.
  Второе заседание было точной копией первого. Меня так же атаковали СМИ по пути к залу Суда, так же обсуждали мой поступок в лоджиях сотни людей, омывая мою съежившуюся на трибуне фигурку презрительными взглядами.
  - За нарушение статьи третьей Уголовного Кодекса Мира Чайка Ульяна Анатольевна приговаривается к смертной казни через инъекцию цианида. Приговор подлежит исполнению через пять дней. Исполнителем назначается Ершов Иван Владимирович.
  Приговор был оглашен. Бурные аплодисменты, сотни одобрительно-радостных криков с лоджий. А я стояла перед злобствующими взглядами, и думала о том, что на улице лето и сегодня, вопреки печальным событиям в моей судьбе, ярко светит солнце.
  Золотистые лучи падали на крышу, проникали сквозь стекла между деревянными рамами и шахматной сеткой освещали происходящее в зале. Я видела светлые квадраты от стекол на полу и думала, что Судья не надел сегодня темные очки, и о том, какая сегодня замечательная погода. Качаются ветки деревьев меж домов, воздух свеж и чист, поют птицы. Надо было чаще выходить на улицу из ИСКа. Я так мало времени провела под настоящим солнцем. Я, а не мои игровые персонажи. Именно мне сейчас не хватало свободы полета на скае, шуток друзей и потока ветра, обнимающего со всех сторон.
  Если Ваня не обманет, и я вновь обрету свободу, то первым делом пролечу на скае над побережьем Ла-Манша. Затем съем сочную курицу-гриль целиком. И высплюсь на чистом матрасе без клопов. Об этом думала я в первые минуты после оглашения приговора.
  Меня увели под радостные крики толпы обратно в изолятор. Народ праздновал - справедливость восторжествовала! Зло наказано, добро победило. Хакер был пойман и скоро умрет презренной смертью.
   Ваня был прав, когда месяц назад рассказывал, что меня ждет. Родители от меня отвернулись, люди радовались моей скорой смерти. В одном он ошибся - друзья не предали. И бабуля осталась на моей стороне. Она даже не вникала, виновата я, или нет. Она была убита горем, что меня скоро не станет. Мне хотелось обнадежить ее, сказать, что смерть моя будет фиктивной. Но сделать этого я не имела права.
  Была вероятность того, что Ершов солгал, и никакого маньяка не существует. А сама я скоро умру. Но что-то подсказывало мне, что все сказанное им - правда. Иначе, зачем ему было устраивать встречу со мной в момент моего ареста?
  В мечтах о свободе я провела пять дней до казни. После всего пережитого печь крематория перестала меня пугать. Я устала всего бояться. Охранников, издевающихся надо мной, людей, тыкающих в меня пальцем с гневными криками, собственной грядущей казни.
  Последние пять дней я читала книги авторов времен перенаселенности планеты. Рафаэль Сабатини 'Одиссея капитана Блада'. Стивен Кинг 'Зеленая миля'. Перечитала своего любимого Жюль Верна '20 тысяч лье под водой'. Перечитала Д.Р.Р. Толкина 'Хоббит' и К.С. Льюиса 'Лев, колдунья и платяной шкаф'.
  Когда за мной в день казни пришли шестеро бойцов в масках, мной овладело странное спокойствие и безразличие ко всему происходящему вокруг.
  Я сменила форму заключенной на свою одежду, черные бриджи и топ, и навсегда покинула стены деревянного барака с истекшим сроком эксплуатации.
  Конвой вывел меня из подземелья, где уже поджидали роботы блоггеров и квадрокоптеры СМИ.
  - Как вы себя чувствуете в день казни?
  - Вы раскаиваетесь в содеянном?
  - Вы сегодня завтракали?
  - Ваши родители отказались от вас. Что вы чувствуете?
  - Что вас связывает с Ершовым? Вы враги? Почему казнь вершит он?
  - Что вас сподвигло на хакерство?
  Вспышки камер. Лязг металлических ног роботов и шорох верхней одежды людей. Боль в лопнувших мозолях на кистях рук. Тычок в спину дулом автомата. Английская речь перемешалась с русской. Английский я хорошо знала, он был обязателен к изучению, и все, что мне говорили местные жители, было понятно мне до каждой буковки.
  Мы проделали путь до здания Суда. Думала, меня казнят на территории изолятора. Ан нет. Миру же надо показать казнь преступника, пусть радуется и назидается. Поэтому и провели меня в третий раз под шквалом вопросов любопытных и гневом толпы.
  В день казни хакера на станции метро были живые люди, собравшиеся поглазеть на опасную меня. Тыкали пальцами, кто-то перешептывался, а кто-то намеренно громко говорил, какая я злобная тварь. В выражениях люди не стеснялись. Мне стало понятно, почему охрана была увеличена. Начальная и конечная станции метро были переполнены англичанами, роботами, квадрокоптерами. Шум от летающих видеокамер тонул в презрительных криках толпы. В меня даже помидоры гнилые бросали, а бойцы умело пропускали 'снаряды' мимо себя.
  Когда мы дошли до комнаты исполнения приговора в здании Мирового Суда, я представляла собой жалкое зрелище. С ежиком на голове, в грязной одежде, испачканной красным соком томатов, худая до такой степени, что под топом выступают ребра, с многочисленными следами укусов клопов по белой коже, расчесанными до крови. Именно такой меня и увидел Ваня, терпеливо ожидающий в комнате.
  На миг мы встретились взглядом, но затем он быстро отвел свой взгляд, я не успела ничего прочитать в голубых глазах. Что он подумал, когда увидел меня? Я такая жалкая предстала перед ним!
  Мы с ним не разговаривали. Ваня повернулся лицом к охране, сопровождавшей меня, и широко улыбнулся им. Меня в дрожь бросило от этой холодной, лицемерной улыбки:
  - Привели? Снимите с нее наручники. У меня все готово.
  За моей спиной послышался щелчок, браслеты, покрывшиеся кровью от ран на кистях, с тихим позвякиванием спали. В комнату не впустили никого, кроме меня и двух охранников. Я огляделась.
  Комната, в которой мне предстояло 'умереть', была обычной комнатой с четырьмя стенами и белым потолком. В ней не было окон, белизна стен окружала нас со всех сторон. В каждом углу стояли роботы-наблюдатели со встроенными в глаза видеокамерами, запись казни транслировалась на весь мир.
  Посередине комнаты стоял ИСК.
  - Чайка Ульяна, - улыбаясь, четко сказал мне Ваня. - Согласно правилам, вы имеете право выбрать свою последнюю игру и десять минут находиться в ней.
  Это был приятный сюрприз. Я встрепенулась, подняв опущенную голову. Ваня улыбался холодной улыбкой и сделал жест в сторону элипсообразной белоснежной капсулы:
  - Вы сами пройдете, или вам помочь?
  Вместо ответа я подошла к ИСКу. Провела окровавленной кистью по голубому ортопедическому матрасу, оставляя красные следы. Это была моя личная капсула, в которой я пролежала с самого детства. Я узнала ее по небольшой трещине на пластиковой крышке у самого края, внизу, рядом с тем местом, где обычно лежит моя левая пятка.
  Сколько воспоминаний связано с этим ИСКом! Первый выход в Сеть, первая игра, первое ощущение полета над землей в возрасте шести лет! Первый виртуальный учитель и первый персонаж, созданный мною по шаблону. Первые друзья и шутки о моей неопытности. Я поняла, что если позволю ностальгии завладеть собой, то расплачусь. Но только не здесь, не сейчас! Я не могла плакать перед ним, единственным человеком, на которого могла сейчас положиться.
  Я быстро легла в капсулу. Крышка автоматически закрылась следом за мной, и я увидела, как Ваня, стоя ко мне спиной, говорит охранникам:
  - Процедура быстрая, через пару минут цианид убьет ее. Грузовой скайрайдер подан к крыльцу здания, роботы готовы вывезти тело отсюда. Ждите.
  - Есть! - опять руки бойцов поднимаются к вискам.
  Высокий у Вани чин.
  Я закрыла глаза. На это движение среагировали датчики, и моя слегка обросшая голова ощутила прикосновение проводов в разных местах. По телу прокатилась волна прохлады, вызвав на коже табун мурашек, и я открыла глаза.
  Исчезла комната исполнения приговора, передо мной лежал в траве на лужайке белый тигр. Он шевелил хвостом, положив усатую голову на передние лапы. Голубоглазый, мохнатый проводник, созданный мною три года назад.
  - Твой код личности? - показав в зевке свои клыки, спросил он.
  - 6505345999.
  Тигр обработал информацию, загрузил мои аккаунты в Сеть. Встал с места, лениво потянулся, подошел ко мне. Сделав круг вокруг меня, хвостом коснулся ног и сказал:
  - Рад снова тебя видеть. Твой выбор игры?
  - 'Бессмертные'.
  - Принято.
  Раз - и я уже в облике жрицы стою перед данжем посреди заснеженных гор. Здесь я и оставила своего персонажа почти месяц назад. Это ее я продвигала последние два года, это ей осталось всего три процента до сотого уровня и победы в игре. Как же хорошо, что я оставила ее перед данжем, когда выходила из игры в последний раз полтора месяца назад! Подземелье было последним заданием моего персонажа. Времени у меня было мало. Я уже больше никогда не вернусь сюда в шкуре этого персонажа, так что вперед!
  'Пати в 99 данж! Жду две минуты! Есть приказ на сбор отряда!', - кидаю я сообщение на весь вирт 'Бессмертных'.
  И тут же передо мной возникло табло с сообщениями:
  'Я с тобой, зая!'
  Ого, Дэн!
  'Откуда ты здесь?', - спрашиваю.
  'Жду тебя! Так и знал, что придешь сюда перед казнью! И я не один!'
  'Привет! - Андрюха! - Че так долго? Я заждался!'
  'Господи, ты еще с нами?' - Жэка!
  'Я не Господи!', - смеюсь я.
  'Давай свой приказ, - хмыкнул Андрюха. - Я в курсе. Три процента! Щас мы устроим мочилово в данже. Я так зол, что всех, на х... замочу!'
  'Я согласен с тобой, пьянь беспросветная, - сказал ему Жэка, и тут же пожаловался, - они вчера в игре 'Средиземноморья' такую пьянку устроили, что их на месяц забанили!'
  'А ты, вроде как, не с нами был', - заржал Андрюха, играющий здесь за зооморфа-тигра.
  'Время, оболтусы! - рявкнул Дэн в шкуре мечника яростными смайлами. - У нас времени в обрез! Побазарить потом успеете. Ты сама как, зая?'
  'Не лезь к ней, придурок, - осадил его Андрюха. - А как она еще себя может чувствовать перед смертью? Совсем тупой?'
  'Виноват!', - пишет Дэн. Три хныкающих смайла.
  'Так мы идем в данж, или как?', - робко интересуюсь я.
  'Идем!', - кричит смайлом Жэка-шаман.
  'Бежим!', - улыбается Дэн.
  'Мля!', - говорит Андрюха.
  Я переместила их к данжу и мы, размахивая оружием, рванули внутрь пещеры мочить мобов. Ох, как мы их били! Ребята, думаю, использовали лучшие скилы, чтобы помочь мне как можно быстрее набрать три процента! Мы отрывались, как могли. Я использовала все хирки, которые берегла на крайний случай.
  Мы уложили босса вчетвером за пять минут!
  Мы ликовали так, что чат сотрясался от наших воплей. Еще больше кричали мы, когда меня со всех сторон осветило небесным светом и над головой вспыхнуло поздравление с достижением сотового уровня.
  - Ура! - кричала я, танцуя на месте. - Я это сделала! Сделала, сделала, сделала! Вы это видели? Да? Вы же это видели, я дошла до сотового уровня!
  - Молодчина, - хлопал меня по спине Андрюха.
  - Знай наших! - самодовольно хвастался в мировом чате Дэн.
  - А потише нельзя? - пытался урезонить их Жэка. - Чего орать на весь мир?
  - Так ведь выиграла я! - говорю ему. - Выиграл...
  Я не договорила, потому, как в моей голове зазвучал голос моего проводника, тигра:
  - Обнаружено постороннее вещество в крови личности. Вынужден произвести аварийное отключение от Сети! Внимание! По истечении пяти секунд будет произведено безопасное аварийное отключение от сети. Пять...
  Ребята увидели, как я внезапно перестала отплясывать и замерла на месте. Три пары глаз настороженно посмотрели на меня. А ведь я так и не успела сдать НПС свое последнее выполненное задание.
  - Четыре.
  - Ребят, мне пора на перерождение!
  - Три.
  - Уже? - хмуро спросил Жэка-шаман.
  - Два.
  - Да. Спасибо вам за последнюю игру!
  - Один.
  - Вы лучшие! - успеваю крикнуть я им, и мир вокруг меня погружается во тьму.
  
  Глава 6
  Что-то шумело рядом со мной, вырывая из темноты. Я открываю глаза. Опять Баф безобразничает? Сажусь на кровать, протираю глаза и оглядываюсь по сторонам. Комната. Пару минут я, хмурясь, вспоминаю, почему все вокруг кажется странно знакомым. Память с готовностью откликается - в этой комнате мы разговаривали с Ершовым перед судом.
  Точно! Моя казнь! Так меня все-таки казнили?
  Робот, состоящий из овального вытянутого тела и овальной головы, разбудил меня, когда протирал пыль на полу и переставлял стул. Незнакомая модель, на поток не поставленная. Я спросила у него:
  - Ты... как твое имя?
  Робот послушно повернулся, четко отрапортовал:
  - Робот-уборщик Макс к вашим услугам! Приписан к комнате и буду вас обслуживать. Кушать хотите?
  Я чешу лоб и замечаю, что кисти рук перебинтованы. Поспешно откидываю одеяло в розовом пододеяльнике, провожу осмотр себя любимой. Все без изменений - торчат тазобедренные кости по бокам низа талии, выпирают ребра над солнечным сплетением. Кто-то раздел меня, сняв все, вплоть до нижнего белья. Мой скелет, пытающийся вырваться из-под кожи, был обмотан бинтами. Солнечное сплетение от многочисленных ударов давно превратилось в один сине-желто-бордовый синяк, что сейчас выглядывал кляксой по бокам белоснежной марли. Наниты не успевали заживлять все раны, думаю, еще недели две буду приходить в себя.
  Я ощупываю лицо, натыкаюсь пальцами на нос и замечаю, что его кто-то вправил. Когда успели, что я даже не почувствовала боли?
  Встаю с кровати. Меня шатает из стороны в сторону, будто я дней пять провела в ИСКе без перерыва на обед и туалет. Иду к двери и распахиваю ее - никого! Ни одного охранника! Ни одной ухмыляющейся рожи! Ни квадрокоптеров, ни 'страусов', ни блоггеров! Коридор пуст и чист!
  Макс, ожидающий моих приказов, повторяет в спину:
  - Вы кушать хотите?
  Так я свободна? Я, в самом деле, свободна? Моя казнь свершилась? Лихорадочно оборачиваюсь и оглядываюсь по сторонам в поисках одежды. Она нашлась на спинке кровати. Нижнее белье, трусы и бюстгальтер, голубого цвета. Синее платье в ромашку. Подхожу, быстро натягиваю на себя одежду, и слышу со стороны робота:
  - Мне дан приказ предупредить вас, что вы считаетесь мертвой. При выходе наружу вам необходимо скрывать лицо под маской.
  - А где маска? - спрашиваю я, разглядывая выключенную капсулу, стол, стул, кровать, тумбочку с мухомором-светильником в поисках искомого.
  - В кармане платья.
  Платье, свободно свисающее до середины бедер, было без рукавов и молний, с одной пуговицей под затылком. Я шарюсь по карманам и нащупываю маленькую тряпку. Вытаскиваю на свет, вижу маску с рисунком из белых бинтов. Я решительно иду в ванную комнату. Еще в прошлый раз заметила, что в ванной есть зеркало, когда выходила отсюда в сопровождении конвоиров.
  Чему быть, того не миновать. Прошел месяц с тех пор, как я смотрелась в зеркало. Пора встретиться с правдой лицом к лицу.
  Захожу, быстро смотрю в отражающую поверхность и тихо выдыхаю. Думала, будет хуже. Огненно рыжие волосы на голове отрасли достаточно, чтобы скрыть белую кожу головы. Они торчали в разные стороны, как молодая трава, что после зимы впервые вылезла под солнце. Короткая стрижка зрительно уменьшила мое лицо, зато карие глаза стали казаться просто огромными. Нос, еще синеватый, вновь стал прямым и без горбинки посередине.
  Я натянула маску и увидела в зеркале девушку после пластической операции в 3D-принтере, что ходит с перебинтованным лицом. Хорошо придумано. Осталось только еще рыжие волосы перекрасить, но это потом, а сейчас у меня только одно желание.
  Я вышла из ванной и направилась к выходу из комнаты. Побежала бы вприпрыжку, если бы не слабость во всем теле. Я жива! Я выжила! И совершенно свободна! Поверить в это не могу, пока не выйду на чистый воздух, не ощущу ветер, не смогу почувствовать, что кошмар закончился.
  Открыла дверь и тут же уперлась взглядом в чью-то широкую грудь. Поднимаю голову - Ваня, Ершов, мой спаситель и благодетель! Улыбается широко, глаза ласковые! Он одет в ту же коричневую рубашку и драные светло-синие джинсы, что были на нем в день нашего знакомства. А в день моей казни на нем был черный, официальный костюм - брюки со стрелками, пиджак, белая рубашка и черный галстук с золотым зажимом.
  - Проснулась?
  Я кивнула, подавленная его ростом. До чего же он высокий и широкий в плечах! Трусливо отступила на шаг назад, чтобы избежать искушения спрятаться в его объятиях. Ваня если обнимет, так я потеряюсь в его объятиях! Он, наверно, легко мог обхватить мою талию руками и соединить пальцы между собой.
  - Хочешь выйти подышать свежим воздухом? Ощутить вкус свободы?
  - Да, - хрипло ответила я.
  Голос меня не слушался.
  - Сколько я спала?
  - Я перестраховался, - мужчина смущенно почесал макушку, - и дал тебе ударную дозу. Ты проспала двое суток. Прошу прощения за мою оплошность.
  - Да ладно, - отмахнулась я от него.
  Вспомнив о маске, стянула ее с лица, и положила обратно в карман. Прогулка откладывается.
  - Как все прошло? - спросила я. - Моя казнь? Как прошла?
  - Я предлагаю пойти нам с тобой в буфет, нас там ждут, - вместо ответа предложил Ваня. - Тебе надо восстановить свои силы. Ты поешь, и мы там обо всем поговорим. Я познакомлю тебя с ребятами из моей команды. Они горят желанием с тобой встретиться! У нас одни парни, и ты будешь единственной девушкой, так что... закормят тебя пряниками, готовься!
  - Я хотела пойти покататься на скае... - неуверенно сказала я.
  - Скай подождет, - отрубил Ваня, и улыбнулся, - ветра не боишься? Он сейчас сильнее тебя.
  Я фыркнула:
  - Это только так кажется. И, скажите...
  - Можно на 'ты', - разрешил он.
  Теперь я повторила жест мужчины - почесала макушку. А ничего, что он старше меня на целых двести пятьдесят пять лет?
  - Мне будет приятно, - добавил он, видя мои колебания.
  - Хорошо, - киваю головой. - Скажи, а кто меня переодевал?
  - Я, - густо покраснел Ваня, отводя взгляд. - Мне пришлось... Надо было что-то делать с твоей одеждой, она пропахла гарью и на ней были пятна от помидоров. Твоя одежда не подлежит восстановлению, поэтому я позвонил знакомым, они сказали, что у них есть платья твоего размера, я выбрал одно такое, а ты потом сама можешь выбрать себе по вкусу, у них еще есть, и...
  После слов 'пропахла гарью' я внимательно обнюхала свои плечи, свои ладони. И перебила его сплошной поток слов логичным вопросом:
  - Меня терзают смутные сомнения... А кто меня помыл?
  Кровь залила не только его щеки, но и лоб, и шею, и уши.
  - Я, - трусливо кашлянув, ответил этот громила. - Мне пришлось, ты вся была в саже и томатном соке, и...
  В этот раз он сам осекся, видя, как я сердито упираю руки в бока и начинаю сверлить его пристальным взглядом.
  - Все рассмотрел?
  - Все, - честно говорит он.
  Похоже, врать совсем не умеет. Поняв, что ляпнул, он попятился назад, вглубь коридора.
  - Это... извини... ты была такой миленькой...
  Я набрала в легкие побольше воздуха. Как там Кира меня научила? Дышать животом? Считать до десяти? Раз. Два. Три.
  - То есть, я хотел сказать грязной... Мне даже пришлось обрабатывать укусы от клопов мазью, они у тебя были по всему телу, особенно на груди и на...
  Я не сдержалась. Переступила порог комнаты, подошла к нему и стукнула ступней по его ногам. До лица все равно не могла допрыгнуть, чтобы врезать пощечину, я ведь не ниндзя. Так что пришлось обходиться малым.
  - А что, роботу-сиделке ты не мог дать задание ухаживать за мной?
  - Я не вспомнил о нем! - Ваня потер ушиб рукой, наклонившись. - Про то, чтобы перепрограммировать Макса, подумал, а об этом - нет.
  Я воспользовалась моментом, пока его голова была в зоне доступности, и легонечко щелкнула его по макушке.
  - Ай! - вскрикнул он, ухватившись обеими руками за голову. - Я больше не буду! То есть буду... Попозже... Прости!
  И ему двести семьдесят пять лет? Да он же еще совсем мальчишка!
  - Конечно, не будешь, - сложив руки на груди, сурово сказала я. - Второй казни я уже не переживу!
  Ваня, распрямившись, растерянно почесал ушибленную голову.
  - Прости. Да там смотреть-то особо не... Я хотел сказать, что ты еще совсем пацанка... То есть, у меня есть видеозапись казни, хочешь посмотреть, как ты умерла в ИСКе, а затем тебя сожгли в печи крематория? Этот ролик сейчас выложен в Сеть для всеобщего обозрения!
  Мои мысли сменили направление, и я почесала щеку указательным пальцем:
  - Не хочу на это смотреть. Меня в дрожь бросает при мысли о крематории. Ты говорил, что здесь есть буфет? Пойдем, поедим!
  - Пойдем! Познакомишься со всеми, в моей команде двадцать человек. Вместе с тобой будет двадцать один. - Как много людей... у тебя большая команда.
  - Не согласен с тобой, это очень мало, учитывая, что среди одного миллиарда людей нам надо найти всего одного человека, нас очень мало.
  Мы прошли по длинному коридору, дошли до одной из стальных дверей.
  - Ты можешь бесплатно питаться здесь в любое время, а можешь заказывать еду к себе в комнату. Здесь постоянно околачивается кто-нибудь из команды. Проходи.
  Он открыл дверь передо мной и пропустил вперед, сделав приглашающий жест. Я вошла внутрь, напрягшись. Мое желание избегать общения с толпой никуда не пропало, спасибо изолятору, судебному процессу и блоггерам.
  Я боязливо оглядела зал - все столики буфета были заняты довольно улыбающимися мужчинами. Женщин среди них не было.
  - Пришла! - подскочил один из них. - О, богиня! Ты явилась к нам, в эту обитель потных носков!
  - Пришла!
  - Пришла! А что такая худенькая? Эй, Толстяк! Тебе приказ - откармливай нашего нового члена команды!
  - Да какой она, нафиг, член...
  - Заткнись, придурок.
  Я сразу догадалась, кто такой Толстяк, имя которого услышала еще месяц назад. Им был робот-повар и кулинар в одном лице, стоящий за стойкой бара в другом конце столовой. Он был похож на смайл с четырьмя руками и круглыми глазами, встроенными прямо в живот. Головы у него не было. Наследие Алима Хайяма жило - дизайнеры роботов извращались, как могли.
  - Принято! - Толстяк был без рта, голос доносился откуда-то из середины лба.
  - Какая же худая! Довели нашу малышку! Еще бы чуть-чуть и казнить было бы некого! Сама бы откинулась!
  - Я этого урода, когда поймаю, в порошок сотру. Мало ему мальчишки, так он еще и на девочку позарился. Ублюдок!
  - Ты Ульяна, да?
  Мужчины дружно сорвались со своих мест и обступили меня со всех сторон. Я попятилась от них, уткнулась спиной в чей-то упругий живот. Обернулась, подняла голову и увидела Ваню, улыбающегося так довольно, как кот, поймавший и съевший рыбу. Он обхватил мои плечи руками, прижал к себе и объявил ребятам, окружившим нас:
  - Это Ульяна Чайка! Прошу любить и жаловать! Мы все вместе ее спасли, так что душить ее и тискать не надо. Зря мы, что ли, старались? Она хрупкая, не замучайте!
  Послышался смех в толпе. Я, нахохлившись сердитым воробьем, разглядывала их. Мужчины разных возрастов, кто-то с бородой, кто-то с усами и бородой, а кто-то с трехдневной щетиной. Чисто выбритый был только Ваня. Сразу видно, что в ИСКах ребята сидят сутками, мой отец тоже постоянно обрастал бородой и ленился бриться.
  - Не бойся нас, мы тебя не обидим! - сказал один из толпы.
  Честно говоря, я их отличала только по голосам, так как бороды закрывали их лица почти полностью.
  - Это Медведь, - указав рукой в сторону мужчины, стоявшего впереди всех, сказал Ваня. - Он заменяет меня, когда я в командировке.
  - Это я руковожу группой, - сердито пробурчал чернобородый. - Здравствуй, девочка. Не верь ему, его днем с огнем не найдешь. Малышка, как ты умудрилась вляпаться в эту историю?
  Я постаралась запомнить его по длине бороды. Так, у Медведя она сантиметров десять.
  - Приятно познакомиться, - ответила я.
  - Дайте нам пройти! - повысил голос Ваня. - Мы кушать хотим.
  - Толстяк, к тебе пришли! Готовь кастрюлю еды!
  - Уточните, что именно приготовить, - вежливо переспросил робот.
  Толпа расступилась, пропуская нас. Проходя мимо них, я подумала, смогу ли вообще хоть кусок съесть под таким пристальным вниманием?
  - Вы все здесь, что ли, собрались? - поинтересовался Ваня. - Вся команда в сборе?
  - Конечно, - сказал Медведь. - Всем хотелось посмотреть на принцессу, спасенную из лап дракона Правосудия. Все участвовали в деле.
  - Мы снотворное сделали, - сообщил один из парней. - Наша команда. Ну, мы пятеро. А, ладно, потом нас запомнишь.
  - А мы сделали запись звука сжигаемого трупа, чтобы никто не понял, что огня в печи нет, - сказал еще один из них.
  Я потерла лоб рукой, чувствуя, как от множества людей, их голосов начинает болеть голова. Ваня, должно быть, уловил этот жест. Он прикрикнул на ребят, следовавших за нами по пятам:
  - А ну, разойдись! Дайте нам поесть! Совсем девочку замучили! Бороды сначала сбрейте, а потом знакомьтесь, рыцари!
  По буфету поплыла тишина, все двадцать мужчин дружно пощупали бороды, задумавшись над смыслом слов шефа.
  - Я, пожалуй, пойду, - сказал один из них. - У меня тут срочное дело появилось.
  - И я, у меня тоже... дело.
  - Пойдем, пожалуй. Что мы, в самом деле, как дикари...
  - Точно, дикари! Это ты верно подметил. Девушку пугаем. Вон, глянь, она вся съежилась, будто мы ее сожрать пытаемся.
  - А ты че встал столбом? Пошли давай! Потом еще налюбуешься. Слышал - бороду сначала сбрей, красавчик.
  - А чо я? Я ни чо! Иду я, иду.
  Через пару минут толпа мужчин схлынула, в буфете остались только мы вдвоем с Ваней и Толстяк. Я выдохнула, расслабляясь. Фух, как они меня напугали. Ненавижу толпу. Она страшна в своих порывах. Если один бросит помидор, то кидать начнут все. Проверено. Думаю, страх толпы до конца жизни будет преследовать меня.
  - Ушли, - улыбаясь, сказал Ваня. - Напугалась?
  Я кивнула головой. И сообразила, что руки мужчины до сих пор сжимают мои плечи - так он меня провел через толпу. Я скосила на них взгляд, и Ваня опомнился, быстро поднял руки вверх, отпустив меня:
  - А, забыл! Не злись на них, они одичали здесь. Сидят безвылазно. Толстяк, приготовь легкий суп! Для человека, месяц сидящего на таблетках.
  - Принято, - ответил робот и скрылся в проходе на кухню, прикрытому тростниковой занавеской.
  Мы подошли к стойке буфета. Ваня с легкостью присел на стул без спинки и с одной крутящейся ножкой. Он похлопал ладонью по соседнему стулу:
  - Садись. Или хочешь за столик?
  Я посмотрела на десять прямоугольных столиков, разбросанных по ярко освещенному залу. Все они были пластмассовыми, покрытыми одинаковыми зелеными скатертями. На каждом стояли заполненные салфетками зеленые стаканы, стеклянные наборы для соли и перца на никелированных подставках. На столах мужчины оставили кружки с недопитыми горячими напитками.
  Робот-официант, в отличие от повара, был худым, похожим на циркуль, с тонкими руками и круглой головой. Он ходил между отодвинутыми от столиков пластмассовыми зелеными стульями и собирал на поднос грязную посуду. Весь зал был наполнен всеми оттенками зеленого, от нежно-салатового, до темно-изумрудного.
  Я присела за стойку рядом с Ваней. Седушка стула была обтянута заменителем кожи зеленого цвета. За стойкой находились шкафы с различными бутылками вина, джина, коньяка, водки. Заметив, куда направлен мой взгляд, Ваня нахмурился:
  - Мы устраиваем поминки каждый раз, когда кто-то гибнет от рук маньяка. Это наша вина, что мы тринадцать лет не можем поймать эту... скотину.
  Я зацепилась ногой за железный обруч внизу стула, чтобы не вращаться, и повернулась лицом к мужчине. Он сидел близко ко мне, направив колени в разные стороны. Ох, и длинные у него ноги! Он коленями почти доставал до меня.
  - Кто умер? - спросила я.
  О том, что кто-то умер, я догадалась о дырах в стройных рядах бутылок.
  - Как ты?..
  Я указала рукой на дыры, Ваня понял ход моих мыслей:
  - Баранов Данил, 75 лет. Обычный игрок. Как и все играл, работал в Закрытой Зоне.
  - Не знаю такого, - покачала я головой, невольно выдыхая с облегчением.
  Я так боялась, что пострадает кто-нибудь из близких мне людей!
  - Мы не были знакомы.
  Ваня кивнул головой:
  - Ровно через пять дней после того, как краб выкинул быка за стену. И это впервые, когда чудачества роботов заканчиваются смертью живого существа. Программа, вживленная в него хакером, переступает три основных закона роботехники. Краб был уничтожен. А мы пришли к выводу, что психологическое состояние маньяка ухудшается. Прежде, чем ты войдешь в нашу команду, хочу предупредить тебя. Твой персонаж в любой момент может быть убит в игре, и ты сама можешь погибнуть в реале.
  Я покачала головой:
  - Я и раньше могла умереть в игре, верно? Маньяк тринадцать лет уже живет в Сети, и...
  - Он не трогает девушек, - покачал головой Ваня. - Все погибшие - лица мужского пола разного возраста, от двадцати лет и выше. И поэтому тебе придется играть за мужского персонажа.
  - Мужского? - опешила я.
  - Да. Я сделал тебе карту личности с кодом на мужской пол. Ты вскоре вновь войдешь в 'Пищу Богов' под ником... сама выберешь ник. А по паспорту ты будешь... Ершовым Дмитрием.
  - Что? - вырвалось из меня. - Кем?
  - Ершовым Дмитрием. Мы составили план с нашей командой. Ловля на живца. Ершов Дима - мой сын возраста сто девяносто лет. На самом деле он умер шесть с половиной лет назад. В ИСКе. Превратился в мумию.
  Не зная, что сказать, я посмотрела на Ваню. Значит, его сына убил маньяк? Поэтому он так отчаянно ищет его? И я под именем его погибшего сына буду играть? Дак это же стопроцентно привлечет внимание маньяка! Это что же, я теперь в играх умирать не смогу? Это получается, меня, хрупкую, беззащитную, ставят на амбразуру? Меня кидают в пасть голодной акулы? Взять имя Ершова Димы все равно, что сказать маньяку: 'иди ко мне, я твоя, убей меня!'
  Ваня сложил руки на груди, замолчал, уйдя опять в свой астрал.
  Тем временем одновременно с Толстяком, выкатившимся из кухни с подносом, в бар зашли двое мужчин. Безбородые, с кровоточащими, поцарапанными подбородками, было видно, что они торопились. Один из них имел длинные волосы, схваченные простой резинкой на затылке, другой был с торчащими в разные стороны лохмами. Первый был высоким, второй - низким. У первого были длинные руки, длинные ноги и плоский живот. Второй был сплошной горой мускулов. Высокий был одет в белый спортивный костюм и красные кроссовки, второй поспешил натянуть на себя темные джинсы и серую футболку.
  - Мы вернулись! - оповестила нас гора мускулов.
  Бугай стукнул себя рукой в грудь, сообщая:
  - Я Медведь! А это...
  - Я Костик! - перебил его длинный парень с длинными волосами, протягивая ко мне руку для рукопожатия.
  Прежде, чем я успела хоть как-то среагировать, ожил вдруг Ваня. Он быстро оттолкнул протянутую руку в сторону, а затем глянул на Костю так, что у меня мурашки пошли по коже.
  - Без рук! - мягким голосом, так не вязующимся с тяжелым взглядом, пояснил он.
  - Хм, - сказал на это Медведь. - Шеф прав, нечего девушку лапать! Вас тут двадцать мужиков, а она одна. Думай своей головой!
  Костя смутился, опечалившись. Затем, быстро сориентировавшись, присел рядом со мной со свободной стороны.
  - Мы ровесники! Мне, как и тебе, двадцать! Я недавно в команде! Мой брат умер от рук хакера, и я готовился объявить Третью Мировую Войну во всей Сети, как Ваня нашел меня и забрал к себе! Я в команде игроков, а ты в какой команде? Разработчики? Аналитики? У нас всего три команды. Первая команда...
  Костя болтал бы и дальше без умолка, если бы Медведь не дал ему шутливый подзатыльник.
  - Видишь, она есть собирается? Слышал, 'когда я ем, я глух и нем'? Это поговорка, русская, народная, древняя. Дай поесть человеку спокойно, болтун!
  - А...
  - Пусть рассказывает, - сказал Ваня, сидящий слева от меня. - Константин, Ула не в курсе наших дел. Так что давай по-порядку. Только лишних вопросов не задавай. Пусть ест спокойно.
  Я посмотрела на тарелку с куриным супом, дымящуюся и ароматную. Рядышком с ней Толстяк ловко положил ложку, баночку сметаны, кусок хлеба.
  - Что будете из напитков? - спросил робот, поймав момент тишины.
  - Сок. Апельсиновый. Нет, яблочный. Нет, апельсиновый. Нет, не знаю...
  - Могу предложить апельсиновый сок и яблоко на десерт. Для вашего желудка сейчас не рекомендуется тяжелая пища, яблоко будет в самый раз, - моргая стальными веками, сказал Толстяк.
  - Давай!
  Толстяк укатил обратно на кухню. А Костя, получив одобрение шефа, шустро зачесал языком:
  - У нас три команды. Первая занимается анализом данных, вторая - разрабатывает стратегии для игроков, и третья - сами игроки. Я в команде игроков, бьюсь на передовой! У нас полный крутяк! ИСКи последних моделей, аккаунты с выходом на все сервера, какие в Мире только есть. А у тебя парень есть?
  Костя тут же получил новый подзатыльник.
  - Ты по делу, - рявкнул Медведь.
  Он присел рядом с Костей на такой же одноногий стул. Парень, привыкший к подзатыльникам, подмигнул мне, потирая пострадавшее место рукой.
  - Толстяк, давай мне кофе, - Костик требовательно стукнул рукой по стойке бара. - Крепкий, как обычно. И с коньяком!
  - Коньячок? Можно, - согласился Медведь с Костиком. - Мне тоже добавь коньяка в кофе.
  Я покосилась на Ваню. Он сменил позу, сложил ногу на ногу, скрестил руки на груди и скептично поглядывал на своих друзей. Но молчал.
  Я захлебала супом, вылавливая малю-юсенькие кусочки курицы. А Костик вновь затараторил:
  - У нас инфы за тринадцать лет столько, что в команде аналитиков уже пятеро! Двое перешли недавно из разработчиков к ним. Разработчиков трое, это Ваня, Медведь и Усатый, ты с ним позже познакомишься. У него ржачные усы, сама увидишь. А так он мужик толковый, а я другой. Мне бы пострелять, подраться, монстров помочить. Сидеть и репу чесать не по мне. Остальные двенадцать человек - игроки. Мы шараебимся по серверам в поисках маньяка. Игр, в которых был маньяк, всего пять. Наши по двое рыскают в каждой игре, пока ничего не нарыли. Есть еще Олег, он во всех пяти играх за странника играет, матерый волк-одиночка. В 'Пище Богов' ребят трое, и я в их числе. А знаешь, почему так много там наших? Знаешь? А, да, ты кушаешь, тебя нельзя спрашивать! Потому что в 'Пище Богов' больше всего было жертв. Знаешь, сколько людей этот говнюк уже грохнул? Я тебе скажу. В год по двенадцать человек. За тринадцать лет от рук маньяка погибло 156 человек! У нас список из 156 умерших людей! И этот ублюдок продолжает убивать! В этом месяце еще один умер. Тварь, я найду его! Я его разорву, уничтожу!
  Костя, стиснув кулаки, последние фразы прошипел сквозь зубы. Было видно, что он всей душой ненавидит убийцу. Ненависть, что вызывает звериный оскал при одном воспоминании, живет теперь и во мне.
  - Я помогу тебе в этом, - тихо сказала я себе под нос.
  Костик услышал. Он хлопнул по моим острым лопаткам, за что опять получил подзатыльник от Медведя:
  - Тебе же сказали, без рук!
  Костик хитро сощурился. Вернулся Толстяк из кухни. Этот робот-недоразумение поставил перед каждым из нас напитки и остановился напротив Вани.
  - Виски со льдом? - спросил Толстяк у него.
  Ваня кивнул головой. Он продолжал молчать и наблюдать за нами, не меняя позы. Чем он так недоволен? Сидит, мрачнее тучи, лишний раз тронуть страшно.
  Толстяк взял бутылку 'Джека Дэниэлса', налил в широкий стакан, заполнив его наполовину. Достал ведро с кубиками льда из мини-холодильника под стойкой, бросил штуки четыре в стакан и отдал Ване напиток. Мужчина отвернулся от нас, сделал три глотка янтарной жидкости. Затем снова повернулся к нам, не выпуская стакан из рук.
  Костик отхлебнул кофе, сказал: 'класс!' и продолжил рассказывать:
  - Ни один преступник за все время существования человечества не убил столько народу. Этот псих еб... хитер, он выбрал игры, в которые весь мир играет. А это один миллиард разных персонажей. Нас мало, всего по двое-четверо на один миллиард! После того, как в этом месяце глюканул очередной робот и оказалось, что в этот раз замешан человек, мы обрадовались. Хоть какая-то зацепка! Другими словами, этот ублюдок либо отомстил тебе, либо ты случайно попала в самую гущу нашего расследования. Мы все о тебе подняли, всю инфу собрали. Друзья, родители. На первый взгляд все чисто. Ты, Ула, обычная жертва стечения дурных обстоятельств. Но! Эта скотина до сих пор не ошибалась! До сих пор его роботы-чудики никого не убивали! Был убит бык, живое, пусть и не разумное, существо. А значит, эта тварь была взбешена! Очень зла! Что-то вывело его из себя, раз он изменил себе. Обычно поступки роботов были приколами, дебильными, но невинными. А тут раз - и бык погиб. Совсем не смешно. Команда аналитиков пришла к выводу, что тебя кто-то намеренно подставил.
  - Что? - жуя хлеб, переспросила я. - Да нет!
  Сглотнув, я помахала облизанной ложкой перед его острым носом:
  - Этого не может быть! Во-первых, я никому не причинили вреда! Во-вторых, мой круг общения, реального общения, очень узкий!
  - Угу, мы в курсе, - закивал радостно головой Костик.
  Он раскраснелся от горячего кофе с коньяком. Свободной рукой хлопнул ладонью по столу так, что бутылки на витрине зазвенели.
  - Эх, вот честно, так хочется уже поймать ублюдка! У меня руки чешутся его убить!
  - Толстяк, ты много добавил ему коньяка? - с подозрением спросил Медведь нашего бармена.
  - Пять чайных ложек. Уважаемый Константин быстро пьянеет, у него непереносимость алкоголя. Больше пяти ложек нельзя.
  - Да все нормально, - отмахнулся Костик, нервно застучав носком ботинка по стойке. - Слушай, Ула, а пойдем на свидание, а? Я видел записи в твоем блоге, как вы летали над тайгой. Я тоже так хочу! Полетели, а?
  Слева от меня послышался резкий скрип - Ваня встал со стула, оттолкнув его к стойке. Он коснулся моего плеча, отвлекая от слов Костика, затем старательно улыбнулся и сказал:
  - Не хочешь пересесть? Кое-кто слишком рад твоему обществу. Так рад, что забыл мое предупреждение, сказанное накануне. Константин! Я говорил, чтобы вы не лезли к Уле! Говорил?
  - Ну да, говорил, - враз свянув, вспомнил Костик.
  - Еще одно слово про свидание - и ты вылетишь из команды игроков в команду аналитиков! Понял?
  - Не надо в аналитики! - испугался парень. - Уж лучше сразу!..
  Он провел рукой по шее.
  - Я все понял, шеф, - продолжил он. - Больше не буду.
  - Медведь! - рявкнул Ваня на своего зама. - Скажи ребятам, что за поползновения к Уле они грозят вылететь из команды! Мы тут с вами не в игры играем! А ищем маньяка! Ульяна - ключевая фигура! Ее надо защищать, а не совращать!
  Лохматый поднял обе руки вверх со словами:
  - Не злись, начальника! Костик пошутил! Ведь ты пошутил, оболтус?
  - Конечно!
  Я взяла вилку, подцепила кусочек нарезанного яблока и захрумкала им со словами:
  - Вы еще подеритесь! А я посмотрю, мне нравится! Яблочко кто-нибудь хочет?
  Наступила тишина. Ваня смутился от собственной вспышки гнева, сел обратно и вновь взял стакан в руки.
  - Чего замолчал? - сказал он притихшему парню. - Давай, валяй дальше, Казанова!
  Костик поморщился, затем подмигнул мне, жующей сочное яблоко, и продолжил:
  - В общем, аналитики пришли к выводу, что кто-то тебя предал. Мы исследовали список твоих друзей, там значилось в общей сложности по всем играм 987 человек. То есть наш круг подозреваемых сузился с одного миллиарда до 987 человек. Сначала мы проверили твоих родителей. Там все чисто. Они у тебя особыми талантами не блещут, мы таких называем 'тюленями'. Валяются целыми днями в капсулах, а дочь их кормит, постоянно подрабатывает в Закрытой Зоне. Я б таких родителей...
  Медведь предупреждающе кашлянул. Костик осекся было, затем снова продолжил.
  - А трое твоих друзей невероятны! У них такая защита на аккаунтах стоит, что наши разработчики до сих пор ее не взломали! Кто постарался, не подскажешь?
  - Жэка, - улыбнулась я. - Анисимов Евгений, один из нас. Он там такого нагородил, что мы сами не поняли. Но все законно. Каждый волен защищать свой аккаунт своими индивидуальными средствами.
  - Тот, от которого дочь начальника полиции беременна? - переспросил Ваня, глядя на дно стакана. - Со шрамом на лице? Умен, признаю. Я сам до сих пор восхищаюсь его защитой. Толстяк, давай еще!
  - Сделаю!
  Ваня отдал ему стакан, робот ловко наполнил его виски, бросил лед. Создатель нанотехнологии недовольно посмотрел на вход. Через пару секунд в буфет зашли пятеро чисто выбритых мужчин. Как он их услышал? Сквозь толстенные стены между коридором и буфетом?
  Едва пятеро переступили порог, как он им вежливо улыбнулся:
  - Не мешайте нам пока. У нас серьезный разговор.
  Жуткая у него 'вежливая' улыбочка, я второй раз ее вижу. Моим конвоирам он также улыбался. Ребята послушно уселись за соседними столиками и позвали официанта. Они то и дело бросали любопытные взгляды в нашу сторону.
  Я потерла кисти рук, которые еще помнили хватку наручников, и, отвлекая внимание от вошедших, сообщила Ване:
  - Он самый. Поставил защиту на аккаунты у ребят, я отказалась. Сказала, что мне нечего скрывать, и что это глупость, ставить защиту на аккаунты обычных людей. Глупая была.
  Костик облокотился на стойку, склонился над опустевшей кружкой, сказал мне:
  - Я таким же был наивным. И Ляпин Вова тоже был таким же. Дураки мы дурацкие. Ула, твои три друга у нас были под подозрением. Но в день, когда в 'Пище Богов' был убит мой тезка, Баранов Константин, ни одного из них в этой игре не было, мы выяснили это по их никам, которые, опять же, узнали из твоего аккаунта. Так что частично с них подозрения сняты. Частично. Ник всегда можно сменить, и пока там до нас дойдут обновления из дата-центров... Конечно, им в год начала убийств было всего по семь лет, но в истории есть случаи, когда рождались гениальные дети...
  - Из 987 человек списка твоих друзей 891 человек были в день убийства в игре 'Пища Богов', - перехватил инициативу разговора Медведь, видя, что Костик подустал трещать языком. - За неделю до твоей казни Ваня предложил нам план, заинтересовавший нас. Мы внимательно его рассмотрели, было даже голосование. В результате единогласно план был принят. Мы решили ловить маньяка на живца. Жаль, что пришлось казнить тебя, нам было бы проще следить за тобой живой, той, которая имеет в кругу своих друзей убийцу. Но...
  - Я виноват, - тихо сказал Ваня. - Мне надо было перехватить Сергея, заставить его отозвать свое заявление. Но Серега... я не успел. Как только он получил данные по вскрытому крабу, мгновенно вызвал отряд ВСБ.
  - Что было, то прошло, - веско сказал Медведь, пытаясь через нас двоих встретиться взглядом с Ваней. - Твой новый план ничуть не хуже.
  - Да что за план такой? - спросила я.
  К тому времени я устала разглядывать пятерых вошедших в попытке запомнить каждого из них, и, схватившись руками за край стула, нервно болтала ногами в воздухе. Потом узнаю, кто они такие, чем занимаются, и стоит ли их опасаться. Мой страх перед незнакомыми мужчинами никуда не ушел, как зародился в дни заключения под стражу, так и накрепко внедрился в мой разум.
  - План, которым пользовались тысячи до нас, - пояснил Медведь.
  - Ловля на живца, - добавил Костик, и заткнулся под властным взглядом лохматого.
  - Теперь я говорю, - веско сказал Медведь. - Ловля на живца. У Вани был сын, которого убийца убил. Мы решили воспользоваться его картой личности. Аккаунт у него, к кузькиной матери, сгорел в момент смерти. А, да. Костя забыл сказать, что все аккаунты погибших были стерты, нам приходилось делать запросы в сервисную службу, чтобы поднять разговоры в чатах. Мы много времени потратили на поиски в этой свалке нужной информации. Аккаунт Димы был уничтожен, ты не сможешь им воспользоваться. Начнешь все заново, с чистого листа.
  - Представь, что тебе снова шесть лет, и ты впервые ложишься в капсулу, - встрял Костик, за что заработал очередной тяжелый взгляд лохматого.
  - Появление давно умершего человека привлечет внимание маньяка, - почесывая подбородок, сказал Медведь.
  Бороды ему явно не хватало.
  - Он, несомненно, подаст запрос в друзья, - добавил он с тоской в глазах.
  Точно жалеет, что побрился.
  - Добавляй всех подряд, - сказал мне Ваня. - Сама не приглашай, но никому не отказывай. Ты будешь играть в 'Пище Богов'. Вместе с тобой будут еще четверо наших.
  Меня аж все передернуло:
  - В 'Пище Богов'? Я думала, это шутка. Самой кровавой игре мира? Да там люди по сорок раз в день умирают! Я играла в нее! Стоило мне выйти из лагеря новичков, как меня уже сожрал Гигант! И меня отправили на перерождение! Причем проглотил так, будто через мясорубку мое тело пропустил!
  - Ты будешь играть за парня, - напомнил Ваня, жестом остановив мои возмущенные крики. - И у тебя в помощниках будут четверо наших! Константин один из них. Вы будете в одной группе. Олег, Леха и Рыжик будут еще с вами. Они опытные игроки. А направлять игру буду я сам, лично!
  - Как это, направлять? - переспросила я у него.
  - Я подключу экран к твоему ИСКу. И буду высылать сообщения, если какие-то действия меня не устроят.
  - А это не слишком ли? - напряглась я. - Мне не нравиться быть все время под колпаком!
  - Не все время, - невозмутимо мотнул головой Ваня. - Я буду наблюдать за тобой только в игре 'Пища Богов'. Если ты захочешь отдохнуть... недолго... в другой игре, обещаю не подсматривать. При условии, что в этих играх маньяк не был замечен. Список игр, их пять, я тебе дам.
  - Да ты, приятель, тот еще тиран, - хмыкнул Медведь.
  Ваня нахмурился:
  - Чем раньше мы поймаем маньяка, тем раньше она сможет очистить свое имя и вернуть свою жизнь. Ула, ты ведь хочешь вернуться обратно? В свой аккаунт, к своим персонажам, к друзьям? К своей привычной жизни?
  - Хочу! - не раздумывая, ответила я. - Хочу, чтобы с меня сняли все обвинения! Хочу, чтобы каждому, кто тыкал в меня пальцем и бросался помидорами, стало стыдно! Чтобы они на коленях ползали, просили прощения!
  - Это понятно, - кивнул головой Ваня. - Поэтому я и требую, чтобы ты сутками сидела в игре. А я буду за тобой наблюдать.
  Я потянулась к уху и задергала его, спрашивая:
  - А что, ваша жена не будет против, что вы сутками отсутствуете?
  - Жена? - спросил почему-то у меня Медведь. - Какая жена?
  - Ну, с которой ты по айфону разговаривал, - покраснев, объяснила я. - В день нашего знакомства.
  Мне и так было страшно задавать этот вопрос, а тут еще такая странная реакция!
  - Так ты успел жениться в этом месяце? - спросил уже у смутившегося Вани Медведь. - Это ты-то? Отчаянный бабник?
  Ваня стал бордовым и покачал головой:
  - Нет. Я тогда с тобой разговаривал! А так, по-прежнему холостой и одинокий!
  И быстрый взгляд в мою сторону.
  - Я что, ошиблась?
  - А я тоже думал, что ты женат, - удивился Костик. - Раз у тебя был сын, значит и жена имеется. Разве нет?
  Ваня откашлялся в кулак, затем поведал нам:
  - Женат я был сто шестьдесят лет назад. Потом моя жена ушла к другому, мы развелись. С тех пор больше не женился.
  - Тогда почему?.. - озадачилась я.
  - Я 'женой' называю любого из нашей команды, - признался Ваня. - Я не могу открыто разговаривать с вами, это понятно?
  - А я уж было чуть не закричал 'шампанское' Толстяку, - деланно стер со лба пот Медведь.
  - А на счет твоих слов о 'колпаке', - посмотрев на меня, сказал Ваня. - Тебе же будет лучше, если кто-то лишний раз оградит от смерти. Ты должна помнить, что любая смерть в игре может, не факт, конечно, но может привести к гибели в реальности. Ты должна помнить об этом! Перед тем, как согласиться на дуэль, или на бой с Гигантом, или на вылазку за стену осажденного городка, тебе лучше посоветоваться со мной. Я буду отслеживать кода персонажей, проверять личности, стоящие за тем, кто угрожает тебе. И давать разрешение... совет, пусть будет совет.
  Я потянулась, чувствуя, как от долгого бездействия затекли мышцы. За спиной послышалось хлопанье двери - вошли очередные участники нашей команды. Я почувствовала, как от перегрузки информации кипит мой мозг и чисто по-женски закапризничала. В конце концов, меня только недавно казнили, это жестоко сразу кидать в гущу событий хрупкую меня!
  - Я хочу прокатиться на скае! - требовательно сказала я. - Хоть на грузовом, но я хочу почувствовать свободу! Я месяц провела взаперти! И чуть не свихнулась!
  - Я с тобой, - тут же встрепенулся Костик. - Я 'за'! Что скажешь, шеф? Отпускаешь ее?
  - Хорошо, - хмурясь, ответил Ваня. - Бери с собой кого-нибудь из своего будущего отряда, Леху или Рыжего. Один из вас должен вернуться в игру. И возьмите грузовой скай.
  - Грузовой? - недовольно переспросил Костик.
  - Грузовой! - припечатал Ваня. - Ула слаба для одиночного полета. Мы не для того спасали ее, чтобы потом собирать по частям по всей округе!
  - Ладно, пусть будет грузовой, - согласился Костик. - Пошли?
  Это он уже у меня спросил. Я живо подскочила с места, подавив желание почесать затекшую попу.
  - Идем! На свободу!
  
  Глава 7
  В 2573 году город Англия располагался в графстве Оксфордшир. Почитатели традиций, англичане, покинули города двести лет назад, в том числе и столицу Лондон, в которой погибла от вируса Эбола все правящая королевская семья. Это был сильнейший удар для людей, гордящихся знаменитыми предками. В те далекие проклятые времена для человечества вирус без разбора поражал и богатых, и нищих, и благородных, и заводских рабочих, и стариков, и детей. Болезнь вошла в Дом Виндзоров так же, как входила в тысячи других домов. Она отправила на тот свет всех членов королевской семьи, не оставив ни одного наследника "голубой" крови.
  Двести лет назад все города мира, ставшие обителями смерти, были покинуты выжившими. Никто не захотел возвращаться туда, где кровью была пропитана земля, а на листве деревьях, крышах домов и асфальтах дорог лежал пепел сгоревших трупов в крематориях. Количество сожженных было столь велико, что во времена мора места на кладбищах не хватало, и служащие крематориев с безумными глазами развивали пепел с крыш своего мрачного здания. Хоронить было негде, а порой и некому. И не для кого было ставить памятники, умирающие чаще всего покидали мир без наследников. Некому было чтить жизнь ушедших.
  Проект новых городов из домов, похожих на шпалы и взмывающих вверх на семьсот метров, возник после создания роботов и ИСКов. Он встретил бурное одобрение всего населения. В кратчайшие сроки, это около пятидесяти лет, люди покинули старые города. С момента переселения прошло двести лет, а люди до сих пор обходят стороной старые города, охваченные зелеными, бережными объятиями местных растений. Раз в год, в день, названный Днем Всемирной Скорби, мы чтим память наших предков, погибших во времена Пандемии. 19 сентября в каждом городе проходят пышные, траурные церемонии с обязательным вылетом в старый город как к общей могиле. В остальные дни и грузовые скаи, и одиночные облетают их за десятки километров.
  Судьба Лондона была одной из многих. Москва, Париж, Токио, Канберра, Оттава... Список покинутых городов и опустевших деревень был бесконечен.
  Англичане, покинувшие города, остались верны себе. Они по-прежнему делили регионы на графства - так было легче ориентироваться.
  Мы вылетели из города за высокую стену, и, купаясь в потоках теплого, летнего ветра, двинулись на юг, к Ла-Маншу. Нас было четверо. Костик, Рыжий, я и Леха.
  Перед тем, как вылететь на прогулку, мы все четверо перезнакомились в буфете, куда оставшиеся трое пришли почти сразу после моего обеда. Там же, в буфете, я познакомилась со всей остальной командой.
  Лехе стукнуло на днях двадцать шесть лет. Он был мужчиной с широким лбом, большими ушами и приплюснутым носом. Он был чернокожим и совершенно седым молодым человеком. Вежливый, улыбчивый, молчаливый. Каждый раз перед тем, как что-то сказать собеседнику, он улыбался. По поводу и без. Будучи вежливым человеком, при знакомстве он назвал свое настоящее имя:
  - Экенедиличукву.
  - Экенелиди... - попробовала я повторить вслед за ним.
  - Экенедиличукву, - улыбнулся он.
  - Экене.. чуква! Кву... чукву!
  - Леха!
  На том и сошлись.
  Разговаривал он по-русски очень плохо. Недостаток слов он дополнял плавными жестами и мимикой лица. Был он высок, подтянут и пластичен в каждом своем движении. Одет он был в розовую гавайскую рубашку и ярко-красные шорты ниже колен.
  Рыжий был мужчиной слегка за сто семьдесят, хлипкий и рахитичный. Мужчина старательно уложил свои длинные рыжие волосы в стильную прическу при помощи геля для волос. Его кожа была фарфоровой, покрытой веснушками на лице, плечах и руках, он был весь усыпан мелкими оранжевыми пятнышками. Оделся Рыжий по случаю знакомства с девушкой в строгий деловой костюм, состоящий из черных брюк, черного пиджака и белой рубашки. Он очень старался выглядеть красиво. Даже черную бабочку нацепил. Получилось у него не важно. И если я вежливо промолчала насчет его прилизанного вида, то коллеги, с которыми он был в команде много лет, особым тактом не страдали - оборжали его старания выглядеть презентабельно со всех сторон.
  У него были простодушные зеленые глаза, губы-ниточки, широкие скулы, курносый нос и круглые щеки. А еще он постоянно шутил, рассказывая анекдоты. Иногда удачно, иногда не в тему.
  - Если у тебя две ноги - ты человек, если восемь, то ты - паук! - начал он знакомство со мной с бородатой шутки. - Здравствуй, человек по имени Ула! Я рад, что у тебя две ноги.
  В ответ на это я почесала в затылке и пожала плечами: у Рыжего в голове те еще тараканы бегают. О своем настоящем имени он решительно умолчал.
  Каждая группа имела свой характер. Когда люди долгое время, очень долгое время общаются между собой, решают общую проблему, они становятся похожими. Перенимают друг у друга любимые 'словечки', порой целые фразы, объединяют интересы, подхватывают дурные привычки.
  Группа разработчиков, так называемые руководители данной операции, были поголовно любителями вникать в каждую мелочь. Раскладывать полет мухи, я так называю эту черту характера. И порой в своих рассуждениях они становились совершенно непереносимыми. Они могли начать рассуждать о вкусе мяса, и мусолить эту тему довольно долгое время, переливая слова из пустого в порожнее. Ведь как обсуждает вкус мяса любой нормальный человек? Начинает с вкуса, а заканчивает перечислением видов оружия, которыми роботы-охотники убивают дичь. А что наши дорогие разработчики? Начинают с вкуса мяса, и заканчивают теми же словами, что начали, старательно рассмотрев тему со всех сторон. Если добавить перца... если добавить уксуса... соли... вина... структура мяса не разрушается... а в таком-то случае разрушается... Таков был наш 'штаб'.
  Группа аналитиков, 'офицеры', наоборот, шли от частного к общему. Эти не разбирали кусок мяса по его волокнам, а решали, во что, в конечном итоге, оно превратиться. Сравнение не совсем удачное, зато верное. То есть наши аналитики были большие любители прогнозировать будущее на основе множества фактов. И все они поголовно имели дурную привычку забывать здороваться (о ней я узнала чуть позже). Каждый раз они начинали со мной разговор так, будто продолжали предыдущий, и мы с ними вовсе не расставались. Думаю, они после моего ухода мысленно продолжали со мной разговаривать.
  И, наконец, двенадцать человек 'рядовых' из группы, в которую вошла и я.
  С четырьмя из них мне предстояло работать в ближайшем будущем в игре 'Пища Богов'.
  Всех четверых ребят объединяло желание отомстить хакеру. Месть - тяжелое чувство, и начинается оно с разрушения самих себя. Каждый из нас, потеряв нечто ценное по вине маньяка, изменился на сто восемьдесят градусов. Эти ребята отличались от моих школьных друзей очень сильно. Разве можно сравнивать капли росы на траве с грозовым ливнем?
  Я, бывший пацифист, глубоко разочаровалась в людях. В их неумении сдерживать свои эмоции и желании самоутвердиться за счет слабых.
  Костик до убийства маньяком брата был легкомысленным человеком, во всем полагающимся на окружающих его людей. И в особенности он всегда полагался на брата. После гибели последнего он понял, что в этом мире нет героев, протягивающих руку помощи. Поэтому героем решил стать он сам. Легкомысленный по своей натуре, он взял непомерную для себя ношу - поймать убийцу ради блага других людей. Тащил эту ношу, задыхался от тяжести, но не бросал.
  Леха был орлом, добровольно посадившим себя на привязь. Его предки каким-то чудом выжили в самом рассаднике вируса - в Уганде. Затем много странствовали по разным городам, поколения сменяли поколение, а правило странствовать в их семье оставалось. Леха глубоко любил своих родителей, они приучили его к жизни в дикой природе.
  Его отец был первой жертвой маньяка. Решив между собой, что их сыну нужно знать, чем живут современные люди, тринадцать лет назад отец показал ему ИСК и бесчисленное множество виртов. На второй неделе обучения, когда Леха отлучился, вышел из ИСКа перекусить, маньяк напал на его отца. Сейчас Леха навещал родителей время от времени, и каждый раз его сердце разрывалось от боли, когда он видел, как седая мать ухаживает за тем растительным существом, что когда-то было его отцом.
  Леха ненавидел маньяка всей душой.
  Рыжий раньше был французом, глубоко плюющим на окружающих его людей. Он забыл загрузить в ИСК своего семилетнего племянника возрастной ограничитель Сети. Он жил с тетей и племянником, разругавшись с женой, и должен был в качестве оплаты за еду присматривать за мальчиком. Не доглядел, увлекшись игрой 'Война Миров'. Племянник умер от рук маньяка. Чувство вины настолько изглодало его, что он начал спиваться, пока его не встретил Ваня. 'Виноват, так отвечай', - сказал ему создатель нанотехнологии. Рыжий пошел за ним.
  Так что все мы четверо горели жаждой мести.
  Остальные ребята работали по двое.
  Всего было четыре команды. Одни были большими любителями посоревноваться между собой, вторые имели привычку врезаться во все углы, косяки, запинаться о пороги, упускать из рук айфоны, ложки, вилки. Третья парочка была сварливой и угрюмой. Четвертая - меломаны. Был еще Олег, чудной мужчина низкого роста. Выше карликов, но ниже ста шестидесяти сантиметров. Держался он особняком от всех, и был сам по себе. Подошел ко мне, познакомился, и все остальное время сидел в гордом одиночестве в углу за стойкой бара. Пил что-то янтарное в стакане, то ли бренди, то ли коньяк, то ли еще чего, и казался вполне довольным жизнью.
  Все игроки были разными личностями. Думаю, познакомься я в вирте с ребятами из команды Ершова раньше, до моей 'казни', вряд ли бы мы стали друзьями. Нас объединяла одна цель - найти отморозка, безжалостно убивающего людей.
  О том, кто они и откуда, ребята из моей команды, я узнала во время полета над холмами острова Великобритания. Костик проложил маршрут, огибающий по широкой дуге развалины Оксфорда, Бейзингстоука, Уинчестера, Саутгемптона, Портсмута.
  Мы летели, разговаривали, а пейзажи внизу менялись один за другим по ходу нашего маршрута.
  Леса, выкорчеванные к началу третьего тысячелетия, медленно разрастались, поглощая брошенные деревни, аббатства, дворцы. Черно-белые березы прорывались сквозь асфальт заброшенных трасс. Ярко-красные ягоды тиса раскинулись над проржавевшими останками машин разных моделей, аккуратно припаркованных во дворах, словно люди планировали еще раз сесть за руль, но так и не вернулись к ним, скошенные вирусом Эбола.
  Разрослись дубы между высотками, пододвинув крыши зданий в сторону, а порой и обрушив стены своими крепкими ветвями. Буки, ясени, помогая дубам, рвались вверх, сквозь развалины заводов. Склоняли ветви ивы над деревянными, почерневшими лодками, брошенными вдоль берегов реки Ривер Тест. Перегнившие сережки осин, их листья разноцветным ковром укрывали свалки возле бывших поселений, пряча пожелтевшие пластиковые бутылки, алюминиевые банки, битые стекла, полиэтиленовые пакеты, резиновые покрышки. Черные шишечки ольхи, многоорешки платана падали на обрушившиеся каменные мосты, на заросшие камышами плотики.
  По всей бывшей сельской местности, что мы пролетали, одни деревья сменяли другие. Выбрав себе подходящее место, равнину, либо низину, либо холмы, деревья тянули к небесам свои стволы и ветки. Пройдет еще столько же лет, сколько минуло со дня Пандемии, и только высотные здания останутся среди зелени лесов, как грустные свидетели расцвета и гибели эпохи Демократии.
  Природа возвращали себе территорию, некогда захваченную людьми.
  Я старались поменьше смотреть вниз, перегнувшись через бортик ская. Печально было видеть перевернувшиеся на бок туристические омнибусы, заросшие кустами боярышника. Или кусты жимолости, торчащие вокруг покосившихся памятников без рук, или же без ног, а иногда и без головы.
  Но было внизу и то, что утешало взгляд.
  Это естественные луга, не тронутые рукой человека. Нарциссы, клевер, мак, примулы, горчица, крапива - разнообразие трав превращали землю под нами в калейдоскоп красок.
  Когда я встречала проржавевшие указательные знаки, обвешанные паутиной, или же брошенный скелет велосипеда, почти сгнивший, думалось мне, что вокруг города Россия нет столь явных признаков присутствия наших предков. На территории бывшей великой державы города находились на большом расстоянии между собой, а дорог было мало, с дорогами всегда была беда. Здесь же, в Англии, и, наверно, в Европе, где народу приходилось ютиться на маленьких участках земли, на каждом шагу встречались призраки прошлого. Так старательно, с любовью возводились мосты, дороги, здания, столько труда было вложено людьми в благоустройство своей жизни, и все старания поглотило время.
  Вскоре мужчины оставили меня одну, отсели поближе к Косте, управляющему скаем. Самое главное они мне о себе рассказали, а обо мне мои сопровождающие знали больше, чем я сама. Да и заметили они, что мне хочется побыть одной, почувствовать силу ветра, поверить, что я, наконец, обрела свободу, вырвавшись из подземного изолятора.
  Отлетев от города, я сняла маску и с наслаждением подставила лицо встречному ветру, закрыв глаза. Временами мимо нас, либо под нами, либо над нами пролетали птицы. На острове их водилось в огромном количестве, многих из которых я не знала. Грачи, куропатки, зяблики, скворцы, красногрудые зырянки, фазаны - эти птицы были мне знакомы. Если бы не установленный невидимый звуковой щит вокруг нас, отпугивающий пернатых, мы бы попали в аварию с их участием сразу после вылета из города.
  Краем уха я слышала, как ребята обсуждают животных, мелькающих внизу. Но мне лень было открывать глаза, я так расслабилась, что неохота было даже шевелить пальцами. Парни обсуждали, а мое воображение рисовало косуль, грациозно скачущих по полям, рыжих лисиц, гоняющихся за полевками, зайцев, дерущихся передними лапами из-за самок. На драку зайцев я все-таки посмотрела, потому что Костик специально замедлил ход. Там была серьезная драка - посреди высоких колосьев пшеницы ушастые дубасили друг друга по мордасам, причем один все время бил по глазам, а другой по щекам. Затем один серый позорно сбежал с поля боя под наше общее ржание. А победитель пару минут преследовал его в надежде еще разок дать по морде, а затем, когда трус ускакал, гордо встал на задние лапы, шевеля торчащими длинными ушами. Таким мы его и оставили, и двинулись дальше.
  - Уляна, - обратился ко мне Леха в какой-то момент времени.
  Теперь пришла моя очередь его поправлять:
  - Ульяна, там мягкий знак после 'л'. Нет, лучше Ула. Понимаешь? Ула! У-ла!
  - Понимаешь, - улыбнулся Леха своей белоснежной улыбкой.
  В мире осталось очень мало представителей негроидной расы, основной удар вируса пришелся по Африканскому континенту. Я впервые в своей жизни встретилась с их представителем. Думаю, чтобы я не пугалась его, Леха старательно улыбался. Странно было видеть, как среди темной кожи лица сверкают белоснежные зубы. Словно сверкающий клинок вылетал из ночи в твою сторону. В дрожь бросало мгновенно.
  - Ула, я тебя защищать! - улыбаясь, сказал он. - Я хороший игрок! Я не дать тебе умирать! Я защищать тебя!
  Добрый он человек, однако.
  - Я всех убивать враг! - добавил он.
  Ну, или не совсем добрый...
  Костик обернулся к нам, хлопнул по плечу Леху, сидевшему к нему спиной на нейлоновом сиденье.
  - Мы вместе это сделаем!
  И повернулся обратно к пульту управления. Я подняла голову к верху, жадно разглядывая великолепное небо над головой. Думала, не увижу его больше. Чистое, без облаков, бездонно-глубокое, пронзительно голубое. Солнце медленно поднималось к зениту слева от нас, ярким желтым пятном властвуя над нами и в прямом, и в переносном смысле.
  Наши скаи работают благодаря новому виду солнечной энергии, открытой Алимом Хайямом. Бог, если он есть, словно дал в утешение человечеству за пережитую трагедию гениального ученого. Если бы не он, оставшееся население деградировало бы обратно в обезьян. Алим Хайям подарил нам крылья - скайрайдеры, он подарил нам свободу действий, создав роботов, он и его команда разработали ИСКи, дав нам силу 'Создателей миров'.
  - А хотите анекдот? - спрашивает вдруг Рыжий, разрывая тишину.
  - Валяй, - говорит Костик.
  - '-Сколько вам понадобилось, чтобы научиться управлять скаем?
  - Семь.
  - Месяцев?
  - Нет, скаев'
  Мы дружно улыбнулись.
  - А вы, сколько скаев разбили, когда летать учились? - полюбопытствовала я.
  - Я пять, - хихикнул Костик.
  - Три, - улыбнулся Леха.
  - Ни одного, - грустно ответил Рыжий. - Я до сих пор не умею летать. Ноги не держат.
  - А я - два, - радостно сообщила я им. - Третий верно служил, пока не сломался месяца два назад. Я у Андрюхи одолжила четвертый скай в своей жизни.
  - Японские скаи самые лучшие, - сказал Костик. - Быстрые, легкие, дешевые.
  - Не, лучше английские, - заспорила я с ним. - На них равновесие лучше держать. Они подороже, но стоят того. Лех, тебе которые больше нравятся? Скаи? Японские или Английские?
  - Английский лучше! - просиял Леха. - Я купить три скай, ездить сейчас! Не ломать!
  У нас завязался спор на тему лучшего изготовителя ская.
  - Английские скаи могут подниматься на высоту до одного километра! - говорю я им. - При желании можно установить 'подушку безопасности', чтобы не навернуться сверху вниз и не свернуть себе шею!
  - Английские преодолевают шестьдесят километров за два часа! Черепахи! - спорил со мной Костик. - Зато на японских это же расстояние можно преодолеть за полчаса!
  - И остаться без волос, - засмеялась я. - Ветер скальп вырвет! Зачем тебе такая скорость? Ты что, на межгородских гонках собрался участвовать?
  - Нет, - Костик не отрывал взгляда от пространства впереди, но и не уступал мне в споре. - Зачем тратить время на тихую езду? Тогда давай, лучше езди на метро. Пока доберешься до закрытой зоны, ноги устанут стоять! И по качеству они ничуть не хуже английских!
  - Я слышал, что японские не только на солнечной энергии работают, - встрепенулся Рыжий. - Они могут работать частично на электрической энергии! Это правда?
  - Правда! - согласился с ним Костик. - Только в таком случае они становятся радиоуправляемыми, и кто-то должен направлять их со стороны. Кто-то левый должен будет стать и пилотом, и навигатором!
  Ребята пустились в рассуждения о структуре ская и различиях солнечной и электрической энергий. Я зевнула, отстраняясь от темы. Электроэнергия почти изжила себя, но некоторые старики цеплялись за нее. Вот Рыжий и заспорил о преимуществах электричества и недостатках тайофу, как называлась солнечная энергия, открытая Алимом Хайямом. Тайофу значило 'солнечный ветер' в переводе с японского.
  Глупо было спорить, что электроэнергия лучше тайофу, когда мы сейчас летели по небу исключительно благодаря последней.
  Я посмотрела вниз, свесив голову через бортик, и радостно улыбнулась: внизу мелькнули меловые берега Дувра и мы вылетели за черту земли.
  У меня перехватило дыхание от красоты, раскинувшейся вокруг нас. Сверху, насколько хватало глаз, раскинулись голубые небеса без единого облачка. Снизу прозрачной синевой плескалась вода пролива, омывая белые крутые берега, местами ровные, как крепостные стены, местами ступенчатые, с выпирающими наружу меловыми плитами, но чаще всего бугристые, словно вспаханные плугом неведомого великана. Они на сто метров вверх взмывали из воды, подобно борту затонувшего гигантского корабля. Скалы, образованные в меловой период, из-за полосок черного кремния среди белого мела имели вид блинного торта.
  Но больше всего захватывало дух от синевы вокруг нас. Голубое небо переходило в синие воды пролива, где-то впереди на горизонте темнели берега Франции. Но мы не полетели к ним, мы устремились по течению, вдоль берегов Туманного Альбиона. Костик спустил скай низко к волнам, чтобы мы могли почувствовать запах соленой воды и водорослей. Я глубоко втянула в себя аромат морской свежести и блаженно улыбнулась.
  - Говорят, Евротоннель все еще находится там внизу, глубоко под водой, - сказал Костик. - Там проложены железнодорожные пути.
  - Евротоннель! - сверкнул глазами Леха. - Я быть там!
  - Ты там был? - удивилась я. - И? Как там? Глубоко под землей и водой?
  - Мало воздух, много крыс, - с ностальгией вспомнил мужчина. - Я быть с отцом там. Давно. Вчера восемь-цат лет... как по-русски?
  - Восемнадцать лет назад? - помогла я ему.
  - Да! - улыбался он. - Восемнадцать лет назад! Там очень темно, мы не рисковать лететь туда... мы пролететь мало там и вернуться. Воздуха нет. Крысы. Мыши летучие. Тоннель не вода... как это по-русски?
  - Тоннель не залит водой, - помог ему Рыжий. - Хорошо был построен. Жаль, но он нам без надобности, отпала необходимость в нем. Он отслужил свое, его время вышло.
  - Столько стараний приложили люди, прорывая его, и все в пустую, - грустно заметила я. - Тогда роботов не было.
  Костик к тому времени поставил скай на автопилот, присел на сиденье, уткнувшись в айфон.
  - Он под водой проходил на 39 километров! - сообщил он нам, вычитав короткую справку о Евротоннеле. - Был построен в 1994 году, имел два пути. На одном провозили людей, на другом - груз. Соединял Европу с островом, от Лондона до Парижа люди добирались за 2 часа 15 минут! Ого! Хорошая скорость для устаревшей техники! А почему его забросили?
  - А кто по нему ездить будет? - резонно заметил Рыжий. - Любители путешествий летают на скаях, у нас нет такого потока людей, который каждый день перемещается из одного города в другой. Наши линии метро идут от городов к Закрытым Зонам, где находятся заводы, фабрики, комбинаты, пастбища. Сейчас мало людей, интересующихся историей. Вспоминать о том, сколько мы потеряли из-за Пандемии, никто не любит. Я сам над Ла-Маншем впервые лечу. А ведь мне сто семьдесят семь лет! Из которых последние семьдесят прожил в Англии. И ни разу за семьдесят лет я не летал к Ла-Маншу. Знал, что увижу, но почему-то все-таки решился сегодня слетать. А сейчас вот кошки скребут на душе от того, что увидел и вижу. Следы почти уничтоженной цивилизации напоминают о том, что не все нам подвластно. Мы можем пользоваться роботами, быть Богами в виртах, но не знаем до сих пор, как бороться с вирусом Эбола. А вдруг он вернется? Я смотрю на развалины, и мне становится страшнее, чем когда я умираю в игре 'Пища Богов', сожранный крысой. Я внизу вижу гибель человечества от болезни, против которой нет вакцины. А в игре рискую своей жизнью только я один.
  Леха, слушая речь Рыжего с помощью переводчика на ухе, кивал в ответ на каждое сказанное другом предложение.
  - Страшно, да, - сказал он, когда Рыжий замолчал. - Я тоже грустить на развалинах. Но я любить мир! Я любить все это! Мне нравится Ла-Манш! И небо! Я прийти сюда много раз завтра! Серце стучать, кровь стучать! Я любить мир!
  - Я согласна с тобой, - кивнула я. - Я думаю, что наши выжившие предки приобрели иммунитет, раз вирус больше не появлялся в следующих поколениях. Двести семьдесят три года вируса не было, и мне кажется, что он больше не вернется. Иммунитет передался нам, потомкам выживших людей. И у нас есть наниты. Мы совсем другие люди, не такие, как наши предки пятьсот лет назад!
  - Может быть, - кивнул головой Рыжий. - Но характер людской не меняется...
  С этими словами были согласны мы все, поэтому каждый замолчал, вспоминая все те обиды, что нам причинили живые люди. А кто-то из нас и сам провинился перед людьми.
  Айфон Костика затрезвонил на всю катушку, вопль современного музыканта Грэя 'Что наша жизнь? Игра-а-а!' прокатился над Ла-Маншем, заставив подскочить нас всех на месте.
  - Тьфу на тебя, - сказал Рыжий заулыбавшемуся Костику. - Потише можно?
  - Это шеф, - сказал Костик. - Я его звонок всегда ставлю на полную катушку. Алло, шеф? Че так долго? Да мы не долго, мы только до Ла-Манша долетели. Да ничего мы тут не забыли! Ула сказала, хочет глянуть на меловые берега и мыс самоубийц... Да ладно, че так полыхать? Не так уж это и далеко. Угу, угу, еще двадцать минут - и возвращаемся! Да понял я, понял, все с ней нормально. Да никто ее тут не насилует! Шеф, ты че такой бешенный? Успокойся. Хочешь, Улу дам? Не надо? Хорошо, скоро вернемся. Ага, понял. Пока.
  Костик отключил телефон, посмотрел на нас, пожав плечами, и сказал:
  - Неадекват он че-то. Еще злее, чем как тогда, когда узнал про последнее убийство. Случилось че? Кто-нить в курсе?
  - Шеф человек большой, - заметил Леха. - Надо понимать его. Уважать.
  - Да я понимать... понимаю! И все равно обидно! Че так орать-то?
  Рыжий похлопал надувшегося парня по плечу, сочувственно сказав:
  - Ты ему под горячую руку попался. Как в анекдоте, слышал? ' - Вы кто? - Добрая фея! - А почему с топором?! - Настроение что-то не очень!'. Он нормальный мужик, просто был не в настроении!
  - И где смеяться? - буркнул Костик.
  Он встал с места, подошел к панели управления скаем, на ходу говоря:
  - Скоро впереди покажется мыс Бичи-Хед. Этот обрыв самый высокий на острове, 162 метра. Быстро посмотрим, и нам приказано возвращаться.
  Вскоре сбылся его прогноз - впереди показался головокружительной высоты мыс.
  Я жила на расстоянии пятьсот метров от земли. Окна моей квартиры выходили на окна соседнего дома, земли внизу не было видно. Изредка птицы мимо пролетали, или же роботы-устрицы ползали по стенам соседнего дома, счищая грязь и начищая стекла окон. Но ощущения падения с высоты стратосферы у меня никогда не возникало.
  Стоило мне увидеть высоченный обрыв, с шапкой из зеленой травы на вершине и белым крутым склоном, как мое сердце дрогнуло, затем забилось с удвоенной силой. Волны, омывающие низ обрыва, казались крошечными на фоне гигантской скалы. Панорамный вид открывался километров на 50 вперед, сейчас, в ясную погоду были видны развалины старого города Брайтона.
  Мы поднялись на высоту мыса, и я невольно ухватилась за бортик ская. Я редко забираюсь так высоко вверх без страховки. Стоит случайно упасть за край зависшего в воздухе ская, как внизу тебя встретит верная смерть. Мой инстинкт самосохранения вдруг завопил в полный голос: 'опасность!'. К горлу подкатила тошнота, и, чем больше я смотрела на мыс, на пустое пространство между небом и землей, в котором не за что было зацепиться в случае внезапного падения, тем сильнее кружилась моя голова. Должно быть, я побледнела, потому что Леха со своей неизменной улыбкой сказал Косте:
  - Возвращать! Нас ждать! Работать!
  Каким бы не был захватывающим мыс Бичи-Хед и панорама с его вершины, мой ослабевший после месяца заключения организм не смог их соответствующе воспринять. Я поспешно отвернулась от мыса, чувствуя, как вспотели мои ладони, и слабо улыбнулась Лехе.
  - Все нормально! Но нам пора возвращаться. Я устала.
  - Делу - время, а потехе - час, - сказал Рыжий. - Эй, штурман! Веди нас домой! Или тебя подменить?
  - Нет, - качнул головой Костик, усиленно делающий селфи на фоне горы. - Щас поедем! Вас щелкнуть? Давайте вместе! А ты че такая синяя, Ул? Тебе плохо?
  - Нормально, - ответила я.
  Тошнота отступала, когда я смотрела на ребят в скае:
  - Немного дурно, но справлюсь. Давайте сфоткаемся, а? Хорошая идея!
  - Тогда лучше воспользоваться вот этим, - предложил нам Рыжий.
  Он достал из тайника под дном ская коптер. Пошарился в его настройках, поставил задачу многосерийных съемок и запустил в полет.
  Похожий на летающий белый паучок, квадрокоптер, жужжа, залетал вокруг нас, делая снимки. Костик, обрадовавшись, что снимки будут более качественными, пробрался ко мне через колени друзей. Он присел рядышком, обняв меня, и замахал в сторону летающей машинки:
  - Сюда! Сюда! Сфоткай нас вдвоем! На фоне Бичи-Хеда!
  - Эй, я тоже хочу! - встал с места Рыжий. - Давай меняться!
  - Ни за что!
  - Пусти меня!
  - Нет!
  - Я хотеть Ула! Фотка, Ула и я! - встрял в их спор Леха.
  Завязалась шуточная потасовка под непрекращающиеся съемки фотокамеры. Пихали они друг друга недолго, в конце концов, мы все дружно оказались в одной общей куче. Костик обнимал меня, я отпихивала от своей груди рыжую макушку, а Леха в широком объятии обхватил наши колени, повернув шею в сторону квадрокоптера.
  Чувствую, снимки еще те будут. А, ладно. Зато моя тошнота окончательно прошла, мне стало полегче.
  Нафоткавшись, населфившись в айфон Костика (больше никто не догадался взять с собой телефон), мы покинули мыс самоубийц, с которого когда-то прыгало до двадцати людей с нарушенной психикой в год.
  Квадрокоптер мы решили оставить, пусть дальше нас снимает. Потом мы выберем лучшие фотки.
  - Жаль, что фотки со мной выставлять нельзя, - грустно сказала я. - Я вроде как труп. Меня в мире не существует.
  Рыжий весело подмигнул мне:
  - Слышала анекдот про Васю? Сорвался Вася со строительных лесов, а ему вслед кричат: 'Поднажми, Вася! За тобой кирпич летит!'. Так что пара фотографий в наших личных архивах тебя не убьет. Когда мы поймаем этого ублюдка, мы на весь белый свет распространим сегодняшние фотографии. Нам бы только поймать его!
  - Поймаем, - сказал Костик злым голосом, стоя к нам спиной.
  Он следил за небом впереди, ускорив ход движения.
  - Я сам лично придушу его! - добавил Костя.
  - Тогда тебе придется встать в очередь, - нахмурилась я. - Я тоже хочу его убить! Обрить налысо и с помощью краба запустить его в дикие джунгли за городскую стену!
  - Я хотеть наказать маньяк! - присоединился к нашему разговору Леха. - Мозг чистить, как отец!
  Рыжий грустно улыбнулся нам:
  - Вы сейчас сами на маньяков похожи. Слышали анекдот...
  - Давай пока без анекдотов, - попросил его Костик. - Лучше расскажи нам, что ты думаешь делать дальше в игре?
  Рыжий послушно переключился на другую тему:
  - Сначала нужно ввести Ульяну в игру. Все будет зависеть от того, какой выбор она сделает в самом начале. Первые двадцать уровней она будет играть за маленького мальчика, заводить друзей. Первое время смерть ей не будет угрожать, на ней будет щит новичка. Зато к людям, напрашивающимся в друзья, надо будет присмотреться. А затем она начнет выполнять задания. Тогда и будем все решать по ходу дела. У меня нет конкретных планов по поимке маньяка, потому что нет подозреваемых. И аналитики, и разработчики сошлись на том, что первое время будут наблюдать за Улой, не вмешиваясь.
  - У меня руки чешутся, как подумаю, что мы как никогда близки к цели, - нервно сказал Костик. - Я так долго ждал шанса поймать его! Хоть малейшей зацепки!
  - Я понимаю тебя, как никто другой, - согласился с ним Рыжий. - За тринадцать лет убийца не оставил ни одного следа, ни одной зацепки. Как он это делает, зачем он убивает? Я рад, что Ула по странному стечению обстоятельств попала к нам. Нам надо будет сейчас сверять списки новых друзей сына Ершова со списками покинувшей Сеть Чайки Ульяны, и...
  - Звучит как-то, - перебила я Рыжего, поморщившись. - Покинувшей мир иной...
  - Извини, не хотел обидеть, - извинился Рыжий. - Сверить два списка, вычислить совпадения IP-адресов, и установить слежку за подозреваемым. Он попадется в ловушку, я хочу, чтобы он попался в нее! Я верю в Провидение и в то, что небеса его обязательно накажут!
  - Подозревать, Ула? - спросил у меня Леха. - Ты подозревать в списках друзья?
  - Ты спрашиваешь, подозреваю ли я кого-нибудь? - переспросила я. - Нет. Никого.
  - Подумать, кого ты обидел, - настойчиво сказал он. - Хорошо подумать, кого ты обидел! Ты обидел - он предать!
  Я задумалась. Обижала ли я кого-нибудь в последнее время, чтобы кто-то загорелся мыслью уничтожить меня, опозорив перед всем миром? Чтобы так уничижающе меня казнили? В голову ничего не приходило. Вряд ли это какое-то обидное слово, сказанное мной в пылу проигранных игр. Эта обида должна быть настолько сильной, чтобы возжелать меня полностью уничтожить! Ну, не редьку же я обидела, забыв вырастить ее в огороде вирта 'Ферма'! И редька решила мне отомстить.
  Бред. Какой бред лезет в голову. Ну, не знаю я, кто затаил на меня обиду!
  - Я никого так сильно не обижала, - покачала я головой. - Да вы сами видели списки моих игр! В этих играх мои персонажи в принципе никому боли причинить не могли! Да я даже не убивала никогда персов, за которыми стояли живые люди!
  Раздался дружный разочарованный вздох. К моему разговору с Лехой прислушивались все.
  Мимо нас пролетел грач, крупный, с широкими черными крыльями. Птица, увидев нас, с перепугу закаркала. Вскоре он полетел дальше, продолжая возмущенно каркать над разноцветными лугами.
  - Он нас что, обругал? - сменил тему Костик. - Мне послышалось, как он сказал нам: 'козлы, это моя территория!'
  - Тебе послышалось, - успокоил его Рыжий, хмыкнув. - Это было зашифрованное послание всем грачам на острове: 'Они летают. Внимание! Люди - они летают!'
  - Я думать, он сказать 'большой червяк! Большой червяк на небе!'.
  - Он просто каркнул, - сердито буркнула я.
  Парни, переглянувшись между собой, дружно хмыкнули.
  Да, это были не мои друзья, бок о бок с которыми я провела свою юность. Каждый из членов моей команды понимал всю тяжесть причины, связавшей нас вместе. И, какие бы усилия они не прилагали, чтобы казаться веселыми, у них это плохо получалось. Ненависть, злость на маньяка разъедала радость жизни, как ржавчина съедает куски железа. Покоя в их душах не было. Даже в такой солнечный день, редкий для Туманного Альбиона, как сегодня, их нервы были натянуты до предела.
  Все оставшуюся дорогу мы молчали. И это молчание сближало нас лучше, чем любые слова.
  Показались рельсы домов Англии, и я поспешно натянула на себя маску. Меж домами летали люди на скаях, одни стремились в сторону Закрытой Зоны Англии, другие, наоборот, возвращались с работы. Леха поймал квадрокоптер, заковырялся в его настройках, пересылая снимки на свой мейл. Спустя пару минут он убрал обратно коптер в ящик с походным снаряжением, очистив память 'вертушки'.
  - Мой персонаж - Рыжий, - сообщил мне свой ник в игре Рыжий. - Я найду тебя, когда ты шагнешь за двадцатый уровень. Сам я на 54 уровне, я не тороплюсь подниматься.
  - Моего перса зовут Рядовой ?555, - сказал Костик. - Я решил косить под дурака, у которого извилин в голове не хватило переименовать стандартное имя. Я застрял на двадцать пятом уровне, и на нем уже три года. Знаешь, почему кошу под дурака? А желающих глупцу помочь много! У меня друзей что-то около десяти тысяч! Наверняка этот ублюдок тоже в списке моих друзей значится! Поймать бы его только! Я тоже тебя сам найду после двадцатого уровня, когда пройдешь лагерь для новичков.
  - Я звать Адам, - сообщил Леха. - Я старожил сотого уровня. Командир батальона. Я забрать тебя к себе в адъютант. Я обучать тебя!
  Я с кислым лицом посмотрела на них. Играть в 'Пищу Богов' мне совсем не хотелось, я еще помню, как меня сожрали сразу после выхода из Лагеря Новичков. Гадость какая, я в туалет блевать побежала, аварийно выйдя из ИСКа.
  Игра 'Пища Богов' была создана на основе одноименного рассказа Герберта Уэльса. В ней люди боролись с наступлением расы гигантов, с огромными животными, пожирающими людей, и с великанами, также пожирающими людей.
   Но выбора у меня, похоже, не было.
  - Я возьму ник 'Хайр', - сказала я им.
  - Волосы? - удивился Костик. - Это имя обозначат на сленге прическу!
  - Нет. В переводе с арабского 'благо', 'добро', то есть противопоставление злу. Свое настоящее имя скрывать не стану, пусть все видят, кто сидит за Хайром. Ершов Дмитрий.
  - Это понятно, - кивнул головой Костик.
  Он сам не заметил, как повторил одну из любимых фраз нашего начальника, Ершова Вани.
  Мы тем временем пролетели над широкой, двухметровой стеной и устремились к дому ?7, располагающемуся над изолятором. Вспомнив, что находится под землей, я нахмурилась. Всю мою расслабленность как рукой сняло. Впереди была битва не на жизнь, а на смерть. И теперь никто не спасет меня, если ошибусь. Один малейший промах мог привести к смерти, к настоящей смерти, второй попытки начать жить у меня больше не будет.
  Мы подлетела к дому. Костик высадил нас, а сам начал подниматься вверх, к тридцатому этажу. Там, на широком балконе, находилась стоянка грузовых и персональных скаев. А мы же вошли через стеклянную вертушку в холл дома, напоминающий стадион. Вместо травы игрового поля были мраморные черные плиты, вместо трибун - двери многочисленных лифтов вокруг всего зала. В самом центре располагался многоступенчатый, круглый фонтан, утопающий в кустах алых роз. Вокруг него стояли скамейки, как всегда, пустующие. Сколько видела фонтанов в холлах домов, никогда не видела людей, сидящих рядом с ним. И для кого, спрашивается, их поставили? Для людей, снующих по холлам домов мимо фонтанов? Для роботов, торопливо скользящих мимо с заданиями своих владельцев?
  Рыжий провел нас к одному из лифтов. Щелкнули автоматические двери, Рыжий нажал на сенсорную кнопку с номером '-3'. Секунда - и мы уже внизу, идем по длинному коридору с голыми, стальными дверцами.
  - Твоя комната тридцатая по счету, - подсказал мне Рыжий. - Найдешь? А я кушать пойду. Или пойдешь со мной? Хочешь кушать? Мы три часа летали, ты, наверно, есть хочешь?
  - Она покушает в комнате! - послышался голос за нашими спинами.
  Ершов. Как обычно, появился неожиданно. Он вышел из самой первой комнаты, которую мы уже прошли. Он там живет?
  - О, начальника! - обрадовался Леха. - Рад тебя видеть!
  - Я тоже рад вас видеть, - кивнул он головой, быстро разглядывая нас. - Где Константин?
  - Паркует скай, - отчитался Рыжий. - Мы вернулись все, целые и невредимые!
  Ваня подошел, завис высокой скалой над нами и, сложив руки на груди, хмуро поинтересовался:
  - Как съездили?
  - Отлично! - улыбнулся Леха.
  - Познавательно! - ответил Рыжий.
  - М-м...
  И почему у меня каждый раз при встрече с ним язык отнимается? Я откашлялась под сурово-вопрошающим взглядом Вани, и кое-как просипела:
  - Замечательно.
  Смотрела куда угодно, только не в его глаза. Еще и покраснела. Да что ж такое? Что с моим телом опять творится? Пока я боролась с химическими процессами внутри своего тела, Рыжий рассказал о нашей поездке на Ла-Манш.
  - Я так понимаю, вы нашли общий язык друг с другом? - уточнил Ваня, когда Рыжий закончил свою речь.
  Леха, улыбаясь, обнял меня за плечи, и ответил:
  - Мы друзья! Ула - наш человек!
  - Это хорошо, что вы так быстро подружились, - сказал Ваня, тронувшись с места.
  Он решительно прошел между нами, разорвав дружеские объятия, и замер позади. Мы, удивленные грубостью мужчины, повернулись к нему.
  - Я просил всю команду не распускать руки! - рявкнул Ваня, встав напротив нас. - И...
  Я осторожно подергала его за рукав коричневой рубашки, прервав его. Мужчина мгновенно заткнулся, странно булькнув. Он отвел взгляд в сторону, а я мягко сказала ему:
  - Леха ничего такого не имел ввиду. Я устала. Можно, пойду, отдохну к себе?
  Ваня бросил быстрый взгляд на меня, затем черты его лица смягчились. Вся ярость его внезапно испарилась, и он уже спокойным тоном сказал парням:
  - Нам надо поговорить с Улой. Вы уже с ней наговорились, теперь моя очередь. Не возражаете, если я похитю ее? Рыжий, Толстяк приготовил отличный бифштекс! Надо бы сходить, снять пробу. Хочешь?
  - Хочу, - мысли мужчины переключились со сцены, разыгравшейся перед ним, на сочные бифштексы. - Я пошел! Леха, ты в буфет обедать идешь?
  Леха, задумчиво почесывающий макушку, кивнул головой.
  Мы все дружно двинулись вперед по коридору. Рыжий с Лехой свернули в сторону двери, из которой шел запах жареного мяса. Махнув нам, они скрылись из глаз.
  А мы пошли дальше. Я сглотнула слюнки, почуяв сногсшибательный запах, но помнила, что мой желудок пока слаб. Оставалось только мечтать, что спустя какое-то время я смогу съесть все, что захочу.
  Мы дошли до тридцатой по счету двери, и Ваня услужливо распахнул ее передо мной. Мы зашли внутрь. Робот Макс услышал шум, вышел из спящего режима и подкатил к нам.
  - Добро пожаловать домой!
  - Съезди на кухню за обедом, - приказал ему Ваня. - Пусть приготовит для Ульяны рисовую кашу.
  - Принято! - ответил робот.
  Когда Макс покинул комнату, Ваня прошелся по комнате, подошел к ИСКу, и склонился над ним, разглядывая кнопки на панели управления. Он что, опять забыл обо мне? Я кашлянула в кулачок, и Ваня опомнился. Он отвлекся от разглядывания сенсорной панели, разогнулся и повернулся ко мне со словами:
  - Мне надо удостовериться, что твоя капсула работает без сбоев. Можешь открыть аккаунт?
  
  Глава 8
  - Я хотела перекусить, а потом уже...
  Ваня почесал свою макушку, смутившись, протянул:
  - Я тороплю события.
  Он достал из заднего кармана джинсов карточку со своим личным кодом, и спросил, указав ею на капсулу:
  - Я воспользуюсь, разрешаешь? Твой пакет документов на столе лежит. Откроешь, посмотришь, там паспорт Ершова Дмитрия Ивановича и краткая биография. Кто родители, друзья, жена, достижения, список выполненных работ в Закрытой Зоне, номер сетевой школы, в которой обучался. Увлечения, умения, и все, что тебе необходимо знать. Информацию о сыне я забил в ИСК в отдел 'Справка', ты в любой момент, находясь в игре, сможешь воспользоваться ею.
  Ваня обошел вокруг ИСКа, подключил сетевой провод. Я, присев на кровать, слушала его, наклонив голову к плечу, и не перебивала. Ваня продолжал говорить:
  - Кабинка новая, собрали в Японии по моим чертежам. В ней мало отличий от обычной. За одним исключением - она может выдержать вторую линию подключения к ней. Я буду видеть происходящее в твоей голове на своем экране. Долго думал, как подключить опцию, чтобы ты слышала мой голос, но там... возникли сложности. Проще всего было подключить рассылку системных сообщений от меня. Можно, конечно, подключить голосовой обмен данными между этой капсулой и моим игровым шлемом, но это будет лишняя нагрузка на твой мозг. И для большей безопасности капсула работает от тайофу, без электроэнергии. В ИСКе я дал полный доступ ко всем базам знаний, и к Всемирной, и к городским. Остальные настройки, я говорю о проводнике и качестве 3D-изображений, аудио систему, яркость, контрастность, поставишь, какие тебе требуются. В игре 'Пища Богов' нельзя регулировать болевой порог, игра основана на развитии физической силы, ловкости и интеллекта персонажа. Исключение составляет момент, когда тебя кто-то съедает или убивает другим способом. При желании можно отрегулировать порог боли в момент смерти. Я порылся в настройках твоей старой капсулы... Э, прости за вторжение в личную жизнь...
  - Ты же не входил во все мои аккаунты? - с подозрением уточнила я.
  Ваня посмотрел на меня, поднял руки вверх в успокаивающем жесте:
  - Я уважаю права человека на личную жизнь и неприкосновенность собственности! Но мне нужно было посмотреть, к каким настройкам ты привыкла, скопировать списки твоих друзей во всех играх. Их IP-адреса и имена есть у каждого члена нашей команды, они должны знать потенциального врага в лицо. У тебя френдов около тысячи. А врагов нет совсем, второй список нам не пришлось составлять. Чтобы каждого проверить, нужен год, у нас нет столько времени. Поэтому мы будет сравнивать списки твоих новых друзей со списком старых и искать совпадения. Фамилия предателя может совпасть с тем человеком, которого привлечет имя Ершова Дмитрия, и который напросится к тебе в друзья. Согласись, что человек, предавший, а по сути казнивший тебя, некогда убил моего сына. Убил в игре 'Пища Богов', и вдруг Ершов Дима воскресает из мертвых! Маньяка зацепит в любом случае. Мы начнем игру в кошки-мышки. Ты станешь 'мышкой', а мы будем ловить 'кота'. Я скачал только списки твоих друзей, когда зашел в твой аккаунт, и...
  - То есть, ты побывал в каждой игре под моим именем? - уточнила я, раздраженная.
  Ваня шагнул было в мою сторону, отходя от капсулы, затем обратно повернулся к ИСКу. Затем снова крутанулся, сделал два шага ко мне, и вновь вернулся обратно к капсуле. Побегав туда-сюда пару секунд, он все-таки определился и присел на белоснежный ортопедический матрас внутри ИСКа.
  - Да, - просто сказал он, гипнотизируя меня взглядом.
  - И? Открыл для себя что-то новое?
  - Если тебя беспокоит, столкнулся ли я с твоими друзьями, родителями или с твоим виртуальным... мужем... Я... хм... был в играх в режиме "невидимки"... почти везде... Я... был в них, когда ты сидела в изоляторе, в каждой игре заходил по одному разу... И...
  Чего он так замялся, отводя взгляд? Что не так? Без приглашения залез в мою личную жизнь, и даже не смущается! Так чего пытается умолчать?
  - И?
  - О, Макс вернулся! - просиял он широкой улыбкой, от которой у меня екнуло сердце.
  - Ты что, видишь сквозь стену? - проворчала я, когда спустя пять секунд в комнату въехал робот, везя тележку с едой перед собой.
  - Вам сервировать? - спросил робот.
  Свое раздражение из-за того, что в мой 'шкаф со скелетами' влез посторонний, я выплеснула на робота:
  - Макс, прежде чем войти, стучать надо!
  Робот, застывший на пороге, повернул ко мне свою овальную голову:
  - Сколько раз стучать?
  - Три! - гавкнула я.
  Макс на пару секунд включил свое второе зрение, просканировал мое тело микроволнами тайофу, и спокойно сказал:
  - Принято к исполнению. Для вашей центральной нервной системы рекомендуется пропить курс таблеток Е7889. Когда в последний раз у вас были месячные?
  Ваня, наблюдающий за нами, смущенно потер свою шею, спросил:
  - Так я могу войти в капсулу? Ты тут пока разбирайся со своим роботом, кушай, а я займусь своими делами.
  Я вздохнула и кивнула головой. Мужчина не ждал моего ответа, он уже вставил свою карту личности в ИСК, и укладывался на матрасе. Автоматически закрылась крышка капсулы, нейлоновые провода потянулись к его голове. Через пару секунд загорелись красным цветом датчики на прозрачном экране над изголовьем. ИСК погрузил в спящий режим тело, высвободив мысли человека в виртуальных мирах.
  Макс стоял на пороге, сверля меня взглядом в ожидании новых команд.
  - Макс, приказываю отменить функции 'лекаря'.
  - Принято.
  - Отмени функцию 'психолог'.
  - Принято.
  - Отмени все дополнительные функции до следующих приказов. Оставь опции 'уборщика', 'официанта', 'прачки', 'слесаря', 'ремонтника', 'собеседника'.
  - Принято.
  - Накрывать на стол не надо, подкати к кровати тележку. Я здесь пообедаю.
  - Сегодня повар приготовил отличную рисовую кашу, - сообщил Макс, подкатывая ко мне тележку. - И предложил какао. Он помнит, что вы, Ульяна, любите сладкое. В какао добавил три ложки сахара и молоко. Толстяк передал, что сегодня легкая пища, а завтра будет питательная.
  - Что? Что будет завтра? - переспросила я, поднимая никелированную крышку, укрывающую фарфоровую тарелку с едой.
  Каша. Хочу мяса!
  - Толстяк сказал, что это будет сюрприз, - Макс замер рядом со мной, опустив длинные руки-шланги вдоль гладкого, отполированного тела. - В буфете сейчас обедают отдел аналитиков и двое игроков из игры 'Царство'.
  Я уныло зачерпнула ложкой белую гущу и отправила ее в рот. При словах Макса в голове вспыхнула ассоциация двух парней с красными лицами, размахивающих друг перед другом руками. Те ребята из команды 'рядовых', что вечно спорят.
  - И о чем говорят? - поинтересовалась я.
  - О том, какая вы, Ульяна, худенькая и маленькая. И что подкормить вас надо. И все дружно ругают Ершова Ивана за то, что не сказал им, какая хрупкая девочка возьмет на себя роль 'живца'. И аналитики, и игроки думают, как усилить вашу безопасность. Все говорят, что будут защищать вас изо всех сил, и что поймают маньяка, поднявшего на вас руку. В буфете сидели члены вашей команды, все трое, ждали вас. Я сказал, что вы сейчас с Ершовым и не прейдете. Кушали они сочный шашлык...
  - Макс, только не про мясо! - простонала я, еще грустнее посмотрев на кашу перед собой. - Что там еще в баре нового?
  - Как сказал Толстяк: 'дух надежды вернулся к нам'. И обещал откормить вас так, чтобы в капсулу не влезли.
  Я с опаской посмотрела на ИСК, мигающий красными датчиками. Затем на свой ввалившийся внутрь живот. Кажись, Толстяк взял невыполнимую задачу.
  - Вы знаете, что вся посуда для нашей кухни была взята из королевской семьи?
  - Да ну? - удивилась я.
  Я поводила ложкой по тарелке, пытаясь разглядеть рисунок - семья из мультяшных крыс: мама, папа, дочь, одетые в средневековом стиле, все лопали торт. Тарелка выглядела роскошней, чем каша в ней. По каемке шел рисунок из роз и зеленых листьев.
  - Это Ваня с Лехой летали в подвалы Букингемского дворца, достали ящики с посудой. У нас все здесь, кроме одежды и постельного белья, взято из старых домов. Вот эта кровать...
  Робот указал на мою полутораспальную кровать, и рассказал:
  - Ершов лично привез из Франции, со складов фирмы 'Mobalpa'. Кровать называется 'Герцог', из сосны.
  - Зачем же лично? - удивилась я, соскребая остатки каши. - Можно сделать запрос в отдел 'Секонд Хенд'. Их услуги бесплатны. Слетают в старые города, привезут спрятанные в подвалах вещи. Да нас же буквально заставляют пользоваться старыми вещами!
  - 'Секонд Хенд' работает на Мировое Правительство, и ведет строгую отчетность. Наш этаж числится как нежилой, людей на этаже нет. Это секретный архивный бункер, где хранятся книги из королевской библиотеки.
  - Да ты что! - еще больше удивилась я. - Но мы же на лифте легко спустились!
  - Ваши имена в списках разрешенных, - объяснил мне робот. - В сенсорную панель управления лифтом на кнопке '-3' установлена программа сканировки пальца. Если отпечаток пальца проверку сканом не проходит, лифт не спускается до нашего этажа.
   - Как все сложно, - пробормотала я, забравшись с ногами на кровать.
  Я пила горячий какао, причмокивая. Сладко. Толстяк положил мне в качестве десерта пудинг, время от времени я вонзала ложку в него и жадно проглатывала вкусную массу. Да, я любитель сладкого. И мяса.
  - Архив здесь есть, находится в конце коридора, - продолжал мне рассказывать Макс. - За ним приглядывает мой коллега по имени Библиотекарь.
  - Робот?
  - Да. Там собраны книги из Оксфордской библиотеки, а не королевской. Книги королевской библиотеки находятся в другом доме, их местоположение знают только члены Мирового Правительства.
  - Хм...
  Стыдно признаться, но за свою жизнь я ни разу не держала бумажную книгу. Да я в глаза ее не видела в реальной жизни! В сетевой школе книги были, но виртуальные. Интересно было бы взглянуть на настоящие...
  - Доступ к архиву разрешен, но нужно делать запрос Судье города Англии, являющийся представителем Мирового правительства.
  - Жаль, - сказала я.
  Я же труп. Запрос сделать не могу. Может, попросить Ваню добыть мне книгу?
  - Уточните, что именно вам жаль? - не понял Макс.
  - Пудинг закончился, - сказала я ему. - Макс, а ты петь умеешь?
  - Да. Подключить опцию 'граммофона'?
  - Подключай. Давай чего-нибудь включи из классики.
  Внутри Макса что-то загудело, он уточнил:
  - Классиков какого века?
  - Давай 'Digital Rhythmic'. Любую мелодию.
  Робот включил что-то приятное на слух, а я покосилась в сторону капсулы - Иван задерживается.
  - Сделай потише, - попросила я, и приказала. - Ты свободен. Пока.
  - Принято. Мне нужно вернуть тележку на кухню.
  - Потом отвезешь. Хочу послушать музыку.
  - Принято.
  Робот сбавил громкость, откатился к изножью капсулы и отключил опцию зрения. Я же оттолкнула тележку с едой к порогу, а сама завалилась на кровать, засунув руки под подушку. Дай, думаю, полежу пару секунд. В результате уснула на добрых два часа.
  Разбудил меня Ваня. Он, склонившись надо мной, тихо звал меня по имени:
  - Ула, проснись!
  И легонечко тормошил за плечо. Сначала я не узнала высокого мужчину, скалой нависшего надо мной. Подскочила на кровати, думая, что это опять пришли мои охранники. Вжавшись в стену, схватила одеяло, закрылась им почти до шеи и перепугано огляделась. И увидела ошеломленное лицо Вани. Мне стало стыдно.
  - Я... думала, что это охранники. Не буди меня так больше, хорошо?
  Голубые глаза странно вспыхнули на пару секунд, но он оставил мое поведение без комментариев. Ваня отошел от кровати на шаг, засунул руки в карманы джинсов и натянуто улыбнулся:
  - Я запомню. Твоя капсула в полном порядке, можешь подключаться к ней. Перед игрой прочти информацию в планшете о Диме. Во сколько собираешься войти в 'Пищу'?
  - Часа через два, - сообщила я.
  Ваня кивнул головой в сторону стола, сказал мне:
  - Там в пакете документов твой айфон с новой картой памяти. Все старые документы на имя Чайки Ульяны, карта личности с кодом, паспорт, диплом пилота ская, диплом нанотехника, и дипломы об окончании сетевых школ и университета, а также медицинские карты, карта памяти, извлеченная из твоего личного ИСКа, отправленного на разборку... Все находится у меня в сейфе. Поймаешь маньяка - вернешь свое имя и данные. А до тех пор с этого дня ты - Ершов Дмитрий, сын Ершова Ивана, страдающий амнезией и наниты не могут справиться с этой болезнью.
  - Амнезия? А-а, чтобы мне прикрываться ею от расспросов знакомых Ершова Димы.
  - Да. Я хотел сначала вообще к тебе в комнату перебраться...
  - Что-о?
  - Но Медведь намекнул, что это будет уже слишком, явный перебор, хотя, думаю, мы все равно будем тесно сотрудничать с тобой, и бегать к тебе каждый раз... напрасная трата времени, я считаю. Но Медведь покрутил пальцем у виска и напомнил, что ты все-таки незамужняя холостая девушка, жить с парнем аморально. Он не конкретно это сказал, но смысл такой. Да и ребята неправильно поймут, если мы начнем жить вместе. А смысл жить отдельно? Я уже все решил, все равно мы будем с тобой вместе... Вместе ловить маньяка.
  - Ну да. Я согласна с Медведем! Я имею право на личную жизнь! Ты и так меня уже всю... облапал!
  - Облапал, - прищурил он свои глаза.
  Вот же ж! Теперь уже не краснеет при напоминании о том, что раздел меня, спящую, помыл, смазал тело мазью!
  - Личная жизнь, говоришь. Видел я твою личную жизнь...
  - Ты о чем? - нахмурилась я.
  Ваня затеребил мочку уха и зашагал в сторону выхода, убежав от вопроса.
  - Ваня! - окликнула я его.
  Он встал, как вкопанный. Словно на стену наткнулся.
  Спустя пару секунд обернулся ко мне, улыбаясь от уха до уха. И смотрел так ласково, так нежно.
  - Ты впервые назвала меня по имени!
  Он выглядел таким счастливым, что я мгновенно забыла, о чем хотела спросить. Сердце вдруг затопила непривычная волна нежности, и я окаменела, пораженная ее силой. Пару минут мы безмолвно смотрели друг на друга, забывшись. Первым очнулся Ваня, он шагнул было ко мне, затем остановился, о чем-то думая.
  - Ты что-то хотела спросить? - прервал он наше молчание.
  Я покраснела. Уже не хочу спрашивать. Хочу прикоснуться к тебе, провести ладонью по щеке, а потом взлохматить волосы на голове. После прижаться к твоей широкой груди, и чтобы ты обнял меня.
  Атмосфера между нами стала накаляться, мне стало трудно дышать, и, чтобы остановить надвигающееся, словно ураган, желание близости с ним, я хрипло сказала:
  - Ничего.
  Ваня сглотнул, затем сдавленным голосом спросил:
  - Тогда я пошел?
  Я кивнула головой. Ваня тихо вышел из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями. Хочу его! Завопило все мое естество. Боже, я хочу этого мужчину! Сердце колотилось, как сумасшедшее.
  Вскочив с кровати, я побежала в ванную. Включив холодную воду, набрала ее в ладони и плеснула на свое разгоряченное лицо. Помогло, немного отрезвило. Я оперлась руками о края белой раковины и посмотрела в зеркало. На меня смотрело возбужденное лицо. Да мои мысли на нем, оказывается, читаются как в открытой книге! И это увидел Ваня? Каждый раз, когда я чувствовала желание, мое лицо так искажалось? Глаза горели, щеки пылали, а губы призывно открывались!
  Я закрылась ладонями от отражения в зеркале. Ну, почему все так? Да он все должен был понять мгновенно! И каждый раз понимал!
  Как же стыдно! Я совершенно не умею контролировать свои эмоции! Если бы не отражение в зеркале, так бы и думала, что умело скрываю свое желание от него. Наивная!
  Вода лилась из-под крана, и я быстро наклонилась, опустив голову под струю. Холодно! Я чуть не заорала, когда ледяные капли попали на мою горячую шею и скользнули вниз, прокатившись по спине. Спустя десять секунд наниты внутри меня активизировались, снижая чувствительность клеток кожного покрова. Чувство холода отступило.
  Но я уже взяла себя в руки. Десять секунд обжигающего холода сделали свое дело, внезапно нахлынувшее возбуждение стало отступать.
  Такова моя судьба, подумала я. Взяла полотенце с вешалки, вытерла волосы, взлохматив их. Затем повесила мокрую махровую тряпку обратно, и, глубоко вздохнув, поплелась обратно в комнату. Что случилось, то случилось. Больше не буду пытаться скрывать свое желание. Кажется, Ване оно особых проблем не доставляет. Ему мое внимание не неприятно, а то давно бы уже что-нибудь сказал. Все-таки разница в годах у нас значительная, и хорошо, что он не посылает куда подальше очередную девицу, воспылавшую к нему неземной страстью. Представляю, какая я по счету, у него таких, как я, сотни были, с его-то внешностью.
  Я подошла к столу. В бумажной сумке находился пакет документов на имя Ершова Дмитрия.
  Так, что тут у нас. Открываю пакет, достаю пластиковую карту.
  На ней фотография Ершова Дмитрия. Симпатяга! Весь в отца! Копия! Глаза голубые, подбородок волевой, брови густые. Единственное отличие - цвет волос. Он был блондином с пшеничным оттенком волос. И была у него шкиперская бородка.
  Достаю планшет, включаю его. Нахожу файл 'Биография', открываю, читаю.
  Рост - 179 сантиметров, пониже, чем отец. Вес - 75 кг. Тяжелый, однако.
  Характер - экстраверт.
  Профессия - музыкант.
  А я думала, что в отца пойдет. Ан нет, мужчина был творческим. Он не пел, он любил играть на синтезаторе. Писал саундтреки к фильмам. Хитов не было, его творческий псевдоним мне ни о чем не сказал - 'Зверобой'. В лучах славы никогда не грелся.
  Был женат, развелся, детей нет.
  Родители - Ершов Ваня и Ершова Лиза, в девичестве... Рокфеллер? Ого, род Рокфеллер выжил во времена Пандемии!
  Лиза бросила мужа и сына, ушла к Аббасу Хайяму, сыну ученого Алима Хайяма. От второго брака у нее была одна дочь.
  То есть, жена Вани ушла к сыну его учителя! И кто вообще этот Аббас?
  Я достала из коричневого пакета айфон, загрузила Сеть и зашла в английскую Википедию. Набрала в поиске имя 'Аббас Хайям'. Читаю английский текст и мысленно перевожу на русский.
  Сын Алима Хайяма, год рождения - 2402. Был независим от отца, выбрал иную профессию - архитектор современных городов. Умный мужик с лицом доброго толстяка. Невысокий, некрасивый. Живет до сих пор вместе со своей женой и дочерью в Финляндии.
  Думаю, о вкусах не спорят. Выбрала она другого, и ладно. А что думает сам Ваня о своей бывшей жене, нет смысла гадать, ревновать или жалеть. Захочет, сам расскажет.
  Я положила айфон на стол и вновь взялась за планшет, в который была закачена инфа о сыне Ершова, чью роль мне придется играть.
  Быстро пролистала страницы со списком обязательных работ в Закрытой Зоне. Все, как обычно. Наблюдатель на заводе по изготовлению микрочипов к ИСКам, наблюдатель за роботами-охотниками, наблюдатель на метеостанции. Где были места свободные, туда и шел работать. Каждый из нас, потомков выживших, обязан был следить за роботами, обслуживающими людей. Это закон.
  Читаю дальше.
  Список виртов огромен, играл везде, где было оружие и надо было убивать.
  Через десять минут изучения списков игр и мест работ в Закрытой Зоне я отложила планшет в сторону. Сложила руки на груди, разглядывая фотографию Димы на карте личности, лежащей на столе.
  Обычный человек со своими особенными желаниями. Никаких заслуг перед человечеством, вроде создания супер роботов или же супер-мега-хитов не было. За что его маньяк убил? Случайный выбор? Как в русской рулетке? Неудачник, просто подвернувшийся под руку? Такой же, как и я, аутсайдер, попавшийся под руку маньяка? Или же была причина?
  Я не знаю даже, почему со мной случилась вся эта история, так что рано пока ставить подобные вопросы. Не знаю, совпадение ли это, или же кто-то специально подставил меня. Одно я знаю точно. Я поймаю долбанутого психа и придушу.
  - Макс, - позвала я робота.
  Машина проснулась, открыла глаза и подкатила ко мне.
  - Что требуется, Ульяна?
  - Мне нужна кофемашина! Можешь достать ее?
  Макс обработал данные и ответил:
  - Нужно сделать запрос Ершову, свободных кофемашин нет.
  Я взялась за телефон, потыкалась в нем. В списке контактов двадцать фамилий и номер буфета. Под цифрой один забит номер Ершова. Я набрала его.
  - Алло? - удивленное спустя двадцать секунд.
  - Это я. Вань, скажи... Хочу кофемашину, можешь достать ее?
  - Не проблема, - судя по голосу, он улыбался. - Забыл, что ты любительница кофе. Капучино, да? Знаю, ты любишь его. Достану, тебе срочно? Если да, то возьмем местную, с тремя способами приготовления. Если можешь подождать, закажем итальянскую сборку. Что выберешь? А, могу отдать свою! Забирай, я ей редко пользуюсь!
  - Нет, мне чужого не надо. Ты куришь, что ли?
  - Нет, не курю.
  - Дышишь странно.
  - Я... из ванной вышел.
  - А-а, - понимающе протянула я. - А я изучала досье твоего сына.
  - Понятное дело. И? Зацепило что-нибудь? Прочитала уже?
  - Да, прочитала. Прости, но он вроде-как обычный парень, хоть и твой сын. Я ничего выдающегося не заметила в его биографии. Она уместилась на три страницы, там и цепляться взгляду не за что. Прости.
  - Почему извиняешься? - улыбнулся Ваня. - Я в курсе, что он обычный человек. Грустно, что от моего сына осталось всего три страницы, но здесь нет ни твоей, ни моей вины. Он сам такую жизнь выбрал. Его никогда не интересовала моя работа над нанотехнологиями и команда Алима Хайяма. Я сам никак не могу понять, почему он стал жертвой маньяка. Может, из-за моего имени? Может, мой сын умер из-за меня? Я достаточно известен в мире. Из чувства зависти?
  - Один маньяк знает, - заметила я. - Сейчас я залягу в ИСК. Займусь настройками аккаунта. Через час планирую начать играть в 'Пищу'.
  - Через час? - уточнил Ваня. - Отлично! Я буду готов. Набери меня. Перед тем, как зайдешь в вирт, набери меня.
  - Хорошо, - послушно сказала я.
  - Я пойду, вытрусь. Мой робот, Соня, утирает мокрые следы за мной. Пожалеем несчастного, а?
  Я рассмеялась:
  - Ты что, прямо из воды из душа выскочил?
  - Да, есть такое, - шутливо признался он. - Стою, голый, в лучах света нейлоновой лампы.
  Мое воображение услужливо нарисовало сию картину, и я поняла, что разговор нужно срочно заканчивать. Пока я не задышала озабоченно в айфон, и пока мои слюнки не потекли. Я из-за него нимфоманкой становлюсь.
  - Ладно, я пойду, залягу в ИСК.
  - Иди, - ласково разрешил он. - Удачи тебе, Ула. С настройками.
  - Пока.
  - Звони!
  Я первая отключилась. Когда его голос становится таким бархатным, меня дрожь пробирает. Я глубоко втянула воздух в себя и выдохнула. Так, все сладострастные мысли в сторону.
  Пора начинать нашу игру на выживание.
  Я решительно направилась к ИСКу. Вставила карту Ершова Дмитрия, капсула легко ее втянула внутрь себя. Затем поднялась крышка, и я прилегла на белоснежный матрас. Закрыла глаза.
  Мгновение - и волна прохлады, знаменующая подключение нейронов головного мозга к Сети, сообщила, что я вышла из реала и вошла в цифровое пространство.
  Открываю глаза. Светлое, пустое пространство, я зависла в нем, как будто погрузилась под воду. Передо мной табличка: 'Добро пожаловать в Сеть, Дмитрий! Какой образ проводника по виртуальным мирам вы выбираете?'.
  - Жюль Верн в возрасте пятидесяти лет.
  'Вы желаете образ реалистичный, или же приукрашенный фантазией творческих личностей?'
  Неожиданно.
  - Реалистичный.
  'Место действия?'
  - Яхта 'Сен Мишель 3'. Средиземное море, ясная погода.
  'Принято к исполнению. Ждите'.
  Как обычно, показалась белая полоса загрузки, заполняющаяся красным цветом, как стакан заполняется водой.
  Подобно медитирующему индусу, я сложила ноги и терпеливо положила руки на колени. Ждем-с, висим в пустом, плотном пространстве.
  Прошло десять минут.
  Раз - и мир вспыхнул всеми оттенками яркого, солнечного дня. Под ногами - деревянная, вычищенная до блеска палуба яхты. Она качается, скользит по водной глади, подгоняемая попутным ветром. Вместе с бушпритом ее длина достигает чуть больше тридцати метров. Надо мной высятся две мачты, белые паруса закрывают собой дымовую трубу. Мы несемся вперед по волнам, словно летим между небом и землей, в одном пространстве голубого цвета. Соленый морской воздух проникает в мои легкие, от ярких солнечных лучей я жмурюсь, и вдруг слышу за спиной:
  - Лодка готова, капитан. Пора в путь!
  Оборачиваюсь.
  Жюль Верн собственной персоной. Карие глаза, седые курчавые волосы, и седые же отпущенные усы и борода. Крупный нос, спрятанные в бороде скромные губы, лоб высокий. Больше всего меня поразил взгляд - глубокий и умный. Глядя на лицо человека, совмещающее в себе все признаки ума, мудрости, жизненного опыта и толики юмора, я почувствовала раболепство перед ним. В Сети его портреты были с голубыми глазами и с отпечатком весельчака-авантюриста. В реальности Жюль Верн оказался серьезным человеком, смотрящим вглубь тебя.
  - Как наша яхта, капитан? - спросил он. - Она великолепна!
  Мимо нас сновали матросы, занятые своими делами. Кто-то на ходу грыз сухари, направляясь в кочегарку, кто-то драил палубу, раздевшись до пояса и подставив солнцу вспотевшую спину. Кто-то занимался такелажем яхты, деловито покуривая сигары. Одетые в драные штаны, замызганные до чесотки, обгоревшие на солнце, с грязными волосами, торчащими в разные стороны, беззубые, матросы больше походили на пиратскую шайку, чем на команду писателя.
  Но Жюль Верна происходящее вокруг мало волновало. Он невозмутимо смотрел на меня, ожидая распоряжений. И кто еще кому должен отдавать распоряжения?
  - Меня все устраивает, - сказала я ему. - Оставляем текущие настройки. Выход на сервера свободен?
  - Все реки наши! - ответил Жюль. - Все моря будут нашими! Капитан, какой курс проложить?
  - Покажи мне список игр.
  - Есть, сэр!
  Он щелкнул двумя пальцами, и передо мной вспыхнуло информационное табло со списком игр. Я пробежалась по ним, затем вспомнила адрес Ершова Вани, и попросила писателя выслать ему сообщение, что проводник по виртам создан.
  Я присел на палубу в ожидании ответа. Быстро. Думала, час потрачу, а уложилась в пятнадцать минут. Помнится, своего проводника в первый раз я создавала целый день. Перебрала штук тридцать. А тут раз - и автоматическая подгонка меня полностью устроила.
  Звуки, запахи, яркость цвета, контрастность, освещение, даже тень, скользящая следом за кораблем, все мне понравилось. Ничего не стану менять.
  Ответ пришел спустя пять минут. Передо мной вспыхнуло табло со словами:
  'Получил твое сообщение, обмен данными работает превосходно. Заходи в 'Пищу Богов'. Здесь я тебя не вижу, увижу только в вирте'.
  Я улыбнулась Жюлю, терпеливо стоящему рядом, и сказала:
  - Сэр, будьте добры в 'Пищу Богов'.
  - Вы уверены, сэр Ершов Дмитрий? Аккаунт создается автоматически.
  М-да, система не отличает, кто стоит перед ним - девочка, или мальчик.
  - Уверена, - отвечаю я.
  Жюль вновь щелкает пальцами, и я оказываюсь на японском сервере Сириус. Мгновенная телепортация. Хороший трафик у капсулы! Без всяких полос загрузки и осточертевших слов 'Ждите. Устанавливается связь'.
  'Добро пожаловать в 'Пищу Богов'! - засияла передо мной надпись золотистым цветом.
  Итак, я в вирте. В этой чертовой, кровавой игре. Что ж, пора начинать осуществлять наш план 'ловля на живца'.
  Стою на подиуме, жду стилиста. Вижу себя в зеркале - комок облака с глазами.
  Девушка-вампирша с хвостом, заканчивающимся пикой, появилась вслед за мной. Она потыкала кончиком хвоста в облако и спросила:
  - Выбор расы: гигант, оборотень, городской житель или солдат?
  - В солдаты, - сделала я выбор.
  - Твоя задача - развить из мальчика солдата. Тело формируется в зависимости от дальнейших полученных достижений. Начальные установки задаешь сейчас. Выберите внешний образ.
  Передо мной вспыхнула таблица с выбором цвета волос.
  Выбираю черный.
  Далее цвет глаз - синий.
  Нос - прямой.
  Губы - узкие.
  Уши - обычные.
  Тыкаю по разным опциям, создавая образ минут десять. В результате из облака превращаюсь в тощего пацана возраста семи лет. С лохматыми черными волосами и голубыми глазами.
  'Основная черта характера?' - спрашивает вампирша.
  Выбираю 'спокойствие'. Давно заметила, чем лучше себя держишь в руках, тем быстрее принимаешь решения.
  'Болевой порог при смерти?' - спрашивает вампирша.
  Иди к черту, не надо мне никакой боли. Отключаю чувство боли. Если меня будут жрать, не хочу чувствовать, как хрустят и перемалываются мои суставы во рту у гигантской крысы или пчелы.
  Затем вампирша предлагает набор эмоций 'спокойного' человека. Читаю: заторможенность реакций. Ах, вот оно что! То есть, меня сначала съедят, и только потом, когда я переварюсь и отправлюсь перерождаться, до меня дойдет смысл случившегося. О, мне это нравится. Самое оно! Пусть все думают, что я спокойный, как танк. А на самом деле это будет просто заторможенность реакций на внешние раздражители.
  Уф, готов.
  Заключительный вопрос:
  'Имя персонажа?'
  'Хайр'
  'Принято!'
  Вампирша улыбается мне от уха до уха, затем подо мной вдруг открывается люк, и я лечу в пропасть. Мелькает тьма вокруг, как стены тоннелей, мимо которых проносится метровагон. Мое падение заканчивается на гигантском стебле тюльпана, по которому я качусь вниз, как на американских горках.
  Скатываюсь к поверхности земли, постепенно замедляя ход, и останавливаюсь, уперев ноги в зеленую траву. Вздыхаю. Оглядываюсь.
  Передо мной вспыхнуло системное сообщение: 'Лагерь Новичков'.
  Опушка леса гигантских деревьев. Впереди, между холмами, виднеются трубы и красная черепица крыш небольшого поселения.
  Я встала на ноги и поплелась в сторону домов, виднеющихся впереди. Выкинуло меня на опушку леса, окружающего деревню.
  Здесь единственное безопасное место во всей игре. Оно огорожено невысокой стеной, изредка мелькают поверх них головы гигантов. Но сюда переростки не проникают, только пугают слабонервных своим уродством.
  Иду по едва заметной тропинке к деревне, разглядывая цветочки по бокам. Красота. Графика великолепна. Такая насыщенность цвета! Иду по узкой тропинке, любуясь красными цветочками, слушаю пение птиц, ноги чувствуют твердость земли. Наслаждаюсь моментом. А как иначе? За стенами Лагеря мрак и серость, ни тебе цветочков, ни нормальных бабочек. Это место, как реклама для новичков. Заходите, мол, к нам в вирт, у нас все ништяк! Увы, обманка. Лагерь - чуть ли не единственное уютное место во всем вирте. Там, за воротами, тако-о-ое ходит и растет... Сайт египетских мумий отдыхает.
  Дохожу до деревни и направляюсь к рекрутеру в ядовито-красной будке у входа в село. Сидит на месте, этот треклятый НПС.
  - Куда задницу тащишь, сопля? - орет он на меня.
  Начинается. До чего же он злобный, этот мужик. Второй раз его вижу, и второй раз он кричит на меня.
  - Я рекрут. Тащусь записаться в ряды защитников от всемирного Зла-Моба.
  - Имя?
  - Хайр. Над головой же написано. Че, читать не умеешь?
  - Молчать, сопля! - орет краснолицый мужик.
  А, точно. Мне же щас семь лет. Я уже и подзабыла сюжет.
  - Иди к офицеру Харри. Он научит тебя разговаривать со старшими, сопля!
  - Да иду я, иду, - без особого энтузиазма ответила я.
  Первое задание получено. Мне теперь семь лет и один месяц. Расту, однако.
  Тихо вокруг меня, никаких новичков нет. Что мне так не повезло? Мне нужны ровесники в игре! Может, постоять, подождать кого? Так и сделаю.
  Встаю рядом с будкой, терпеливо сложив руки на груди. Опираюсь о стену будки. Рекрутер начинает нервничать:
  - Че встал? Проваливай! Будка без тебя не упадет!
  - Хочу и стою, - бурчу я.
  - Кому сказал, вали отсюда!
  - Сам вали! - вяло огрызаюсь.
  - Че сказал? Огрести хочешь? Сопля, ты че старшим хамишь?
  - Хочу и хамлю.
  Вот привязался. Да какое ему дело до меня?
  И тут рекрутер вдруг открывает дверку своей будки и выходит. Я разинула рот. Он что, не НПС, а ВИП?
  Он указывает на свои плечи, на них одна полоса и два маленьких кружка. Рекрутер спрашивает:
  - Знаешь, кто я по званию?
  - Откуда? Я же ребенок!
  - Молчать, сопля. Я - лейтенант! У меня есть погоны. А у тебя, кроме соплей, ничего нет! Проваливай отсюда, кому сказал!
  Я сердито топаю ножкой:
  - Сказал, никуда не пойду, значит, не пойду! Я друга жду! Ну, он пока еще не знает, что он мой друг... Но он точно им станет!
  Лейтенант побагровел, затем как гаркнет:
  - Задание вне очереди! Пять кругов вокруг лагеря!
  - Че?
  Но передо мной уже возникло системное сообщение:
  'Принято задание вне очереди'.
  Бли-и-ин! Офигеть! Да я просто в сторонке стояла! Это же 250 метров за один круг! А их пять кругов надо бежать!
  Рекрутер, довольный, что наказал непослушного меня, вернулся обратно в свою конуру.
  Я отвернулась от него и побежала по тропинке 'Наказаний'. Ни разу по ней не бегала. Видела, как офицеры посылают других провинившихся, но сама всегда была 'хорошей девочкой'. И в первый же день стала 'плохим мальчиком'!
  - Козел, - высказала я свое мнение о ВИПе. - Урод.
  Первый круг пробежала я довольно-таки быстро, второй - уже не так бодро, на третьем начала задыхаться, а на четвертом уже просто плелась, ругая на каждом шагу ВИПа. Пятый круг показался мне пятым кругом ада, ноги налились свинцом, я задыхалась на каждом шагу, закололо бок.
  К будке рекрутера, сидящего в ней с довольной рожей, я чуть ли не на коленях приползла и свалилась в траву, бурно дыша.
  Передо мной возникло системное сообщение:
  'Задание выполнено! Вы получаете статус 'Доброволец'!'
  Я рукой смахнула сообщение надо мной, пытаясь отдышаться. Обычно до статуса 'Доброволец' нужно выполнить двенадцать заданий. А мне так сразу прибавили в возрасте целый год. Премного благодарна.
  - Эй, ты как? - надо мной склонился пацан лет семи.
  Треугольное личико, курносый, любопытный нос.
  - Ты кто?
  Я ткнула пальцем в надпись над головой, не в силах сказать ни слова:
  - 'Хайр', - прочитал он. - А че с тобой?
  - Отдыхаю, - сказала я сквозь зубы.
  Я попыталась подняться, но тут же рухнула обратно.
  - Я - Бульмень! - радостно представился он. - Новичок!
  Ага, вижу надпись над его головой. Что за дурацкое имя?
  Он протянул мне руку, помог встать на ноги. Я кое-как встала, разогнулась и опять согнулась, массируя колени.
  - Я уже записался, а ты? Ого, чувак, да ты старик! Тебе аж сто девяносто лет в реале!
  Я опять распрямилась, шутя:
  - А что, по мне не видно, что я старпер? Видишь, ноги не держат.
  Аккаунты игроки могут просмотреть при первом прикосновении друг к другу, а мы, по сути, пожали руки. Аккаунт Бульмень скрывать не стал, и я быстро прочитала в выскочившем табло - 'Адвик Раджа, 14 лет, Индия'. Младше меня на шесть лет, мне настоящей двадцать лет, а не сто девяносто.
  - Лады, будешь моим дедом! - сказал он.
  Я прыснула в кулак. Дедом?
  - Че ржешь, старик? - спросил парнишка с недоумением.
  - Это нервное, - говорю я. - Пошли, что ли? Нас ждут задания!
  И мы направились в деревню.
  Увы, но вскоре мне пришлось расстаться с Бульменем. Из-за пробежки длиной в километр с лишним я проскочила сразу двенадцать ступеней развития. ВИП-рекрутер поменял мне офицера и первоначальное задание. Но паренька я добавила в друзья.
  Бульменя отправили набираться физических сил, а меня послали обучаться владеть мечом. В отряд 'Добровольцев'.
  Когда я лениво плелась в лазарет, расставшись с первым своим другом, пришло сообщение от Вани. Пять весело ржущих смайлов и слово: 'геройствуешь?'.
  Хотела ответить ему что-нибудь пакостное, но вдруг до меня дошло. А как мне с ним отсюда связаться? Мне он об этом не сказал!
  Поэтому я просто послала сообщение в общий чат со словами: 'иди к черту!'.
  Он увидел. В ответ мужчина моей мечты опять выслал ржущие смайлы. А я потопала в лазарет лечиться. День здесь еще только начинался, и мне предстояло учиться махать мечом и стрелять из арбалета.
  
  Глава 9
  Я нашла лазарет в центре деревни. Он представлял собой палаточный лагерь, раскинувшийся по поляне с выкошенной травой. Меж зеленых каркасных треугольников расплывались амебами бескаркасные белые пирамиды, голубые полукруги соседствовали с 'юбками' пятигранников. А где-то расположились одиночные плащ-палатки, с торчащими наружу кирзовыми сапогами. Мимо пестрых нейлоновых жилищ сновали медсестры в коротких, белых халатах, едва прикрывающих попу. В центре палаточного лагеря красным пятном выделялся шатер медработников. В нем же находился портал 'Возрождения', это я определила по столбу радужного света, устремленному из его центра в голубое небо.
  Я направилась к шатру, почесывая затылок. Откуда столько народу? В прошлый раз здесь стоял одноэтажный, беленький домик с доктором приятной наружности. Он раздавал всем баночки с лекарствами, выпил ее - и ты здоров, как бык! За исключением более тяжелых ранений, сломанных рук, или же откушенных конечностей. Откуда взялись раненые, и куда делся добрый доктор? Что за суета царит вокруг?
  Я тормознула одну из пробегающих мимо медсестер с пустыми руками, без аптечки 'первой помощи', что была у многих, и, старательно улыбнувшись, спросила:
  - Девушка! Откуда народ взялся?
  ВИП-медсестра погладила меня по головке, отразила мою старательную улыбку и ответила:
  - Мальчик, мы в осаде. Лагерь новичков атакуют гигантские крысы. Вчера пришел на помощь гарнизон из крепости, они нас защищают. Не бойся, скоро бои закончатся. У нас есть три врача, они не справляются, и раненые ждут своей очереди. Ты возвращайся в казарму, там безопасно.
  - Конечно, - кивнула я головой.
  Медсестра убежала. Я так понимаю, лечить меня никто не будет. И что, все равно идти искать офицера Рана? Меня направили к нему с заданием 'научиться владеть мечом'.
  Ладно, пойду искать этого Рана.
  Отворачиваюсь от палаток, и тут же врезаюсь носом в чей-то пах.
  - Твою ж мать! - вопит кто-то, ухватившись за причинное место.
  - Че-е-ерт! - ругаюсь я, брезгливо хватаясь за нос.
  Получив подзатыльник, по инерции огрызаюсь:
  - Че, слепой совсем? Смотри, куда прешь!
  - Че сказал, пацан?
  Я рывком поднимаю голову и ругаюсь про себя. Передо мной стоял сержант, над его головой сияло имя 'Непруха'. Точнее, там было имя 'Ран', но для меня оно было именем 'Непруха'! Везет же мне на идиотские знакомства.
  - Ни че не сказал, - пищу я, идя на попятную.
  Как же быстро я нашла его!
  - Ты кто такой? - спрашивает Ран, нависая надо мной. - Че такой борзой?
  - А чо? Я ни чо! - сказала я знаменитую фразу преступников всех времен и народов. - Хайр я! Сэр!
  И честь отдаю.
  Ран был человеком тридцати лет, высоким качком с типичным лицом манекена из спортивного интернет-магазина. Он точно перс, а не НПС?
  - Я вас искал, сэр! Прошу обучить владеть мечом!
  - Ты! Мечом? Сопля, носом владеть научись! Иди к дьяволу! Не до тебя! Я с гарнизоном лагерь защищаю! У меня шанс появился выбраться из этой дыры и вернуться в город! Вали нахрен!
  Ран демонстративно вынул на палец меч из ножен и засунул его обратно. Так вон чего он в заляпанной кровью пятнистой форме! Решил выслужиться перед вышестоящими!
  Ран рукой отпихнул меня в сторону и широким шагом направился дальше. Я поскакала следом. А чего мне еще оставалось делать? Задание-то выполнять надо.
  Ран пару раз обернулся, посылая меня куда подальше и показывая средний палец. Я внимательно выслушивала и опять шлепала следом.
  Мы прошли палаточный лагерь, и направились к воротам, ведущим из Лагеря.
  Мимо нас к стене бежали солдаты с мечами в руках, навстречу, как угорелые, неслись санитары с носилками, на которых стонали раненые. Отряды кавалерии галопом неслись по центральной улице к воротам, обратно в лагерь кавалеристы возвращались уже пешком - ездовые животные погибали без воскрешения, лечебных зелий на них не хватало. Движение было столь хаотичным, что я едва успевала уворачиваться от чужих рук, то и дело грозящих ударить в самое больнючее место в локте, или же от ног седоков, шпорами летающих над моей головой.
  - Давно бой идет?
  - Отвали, - бурчит он, и неохотно отвечает, - третьи сутки. Крысы не отступают, я сам все зелья потратил, два раза подох.
  - Ого! Первый раз слышу, чтоб на Лагерь Новичков нападали!
  - Отвали, сопля, - опять бурчит мечник.
  - Сэр, дай другое задание! Я че, ждать тебя буду? Перенаправь к арбалетчику!
  - Соплякам слово не давали! Щас все там! Жди!
  - Не буду ждать, - заупрямилась я, еле поспевая за его широким шагом.
  В какой-то момент времени он обогнал меня метров на десять, и я рванула следом за ним. Догнала, вцепилась в его руку со словами:
  - Сэр! Дай другое задание!
  При соприкосновении рук передо мной вспыхнула табличка с информацией о владельце перса. Некий Рональдо Бас, испанец, 35 лет. А по-английски шпарит хорошо!
  Перед Раном тоже вспыхнула табличка с моим именем, и он внезапно затормозил.
  - Ершов младший? - вскрикнул он. - Так ты ж сдох лет десять назад!
  - Я не сдох! - радостная оттого, что он, наконец, перестал убегать, сказала я. - Я болел! Расшибься на скае! На ноги встал неделю назад! И у меня амнезия! А карту личности потерял, теперь играю в виртах с чистого листа!
  Выпалила я всю свою легенду на одном дыхании и вгляделась в его лицо.
  - Мля! - сказал на это Ран. - Ты, дедок, больной на голову!
  - Больной! - еще радостнее отвечаю я. - Так что давай, жалей меня, убогого, и давай новое задание! Или обучай махать мечом!
  - Дед, слухай... хошь быстро продвинуться?
  - Хочу.
  - Тогда иди за мной!
  А я что делаю? И мы двинулись дальше. Когда стали видны гигантские ворота в стене и стали слышны звуки битвы за стеной, передо мной вспыхнуло сообщение от Вани:
  'Я запрещаю тебе выходить наружу! Ты не подготовлена!'
  Игнорю.
  Мы уже подошли к отряду из десяти человек, охраняющих вход. Все они с осунувшимися лицами прислушивались к звукам битвы за невысокой стеной, ошалело бегали глазами и нервно пили из фляг. Битвы с крысами в этой игре были не редкость, но что-то странное было в том, что на Лагерь Новичков, не приспособленному к обороне, напали. Все понимали, что проникнуть через низкую стену крысам ничего не стоит. И странно было то, что количество атакующих было больше обычного, словно со всей области сбежались грызуны. Одни гигантские твари умирали, как им на смену с гор спускались очередные отряды.
  Все защитники лагеря устали за три дня непрекращающихся атак грызунов.
  - Ребя, - гаркнул Ран им. - Есть лишний меч?
  - Зачем тебе? - послышалось из толпы.
  - Мальчонку обучить надо!
  - Сопля не дорос! Ему еще в подгузниках ползать, а ты его на поле битвы гонишь, - сострил кто-то из толпы.
  Послышалось ржание.
  - Так че, даст кто ножичек?
  Вперед вышел один из ребят в пятнистой форме, чье лицо было перебитовано снизу, а сверху торчала на лысине фуражка. Он протянул мне обычный меч без гарды и с деревянной рукоятью. На клинке были засохшие пятна крови, надеюсь, крысиной, а не человеческой.
  - Держи, пацан, - сказал он сквозь бинт. - Меч легкий, один из рядовых бросил. У него пятки сверкали, когда он в кусты удирал!
  - Лады! - говорю я.
  Хватаю оружие со слегка обломанным лезвием на одной из сторон, отчего оно делалось похожим на акульи зубы, и кручу в руке. О, мои навыки, полученные в прошлый раз, никуда не делись! Послышался одобрительный гул, и парень, давший мне меч, хлопнул меня по спине со словами:
  - Вперед, боец!
  - Пошли, - без осообго энтузиазма в голосе дернул меня за плечо Ран.
  Толпа бойцов с готовностью пропустила нас к широко распахнутым воротам. Пока бой идет далеко от лагеря, створки остаются открытыми, чтобы многочисленные ездовые животные разных габаритов могли спокойно проходить сквозь них. Два стражника стояли у ворот, напряженно глядя в даль, на поле битвы. Время от времени мужчины вздрагивали, порывались закрыть ворота, но вскоре опять замирали, натянутые, как струны, в ожидании прорыва обороны. Если крысы прорвутся, ворота не спасут, маленькие они. Удивительно, но этот простой факт до стражей не доходил, и они продолжали нести свой караул.
  - СТОЯТЬ! - послышался вдруг выкрик позади нас.
  Вся провожающая нас толпа, дружно взрогнув, обернулась. Одноногий командир гарнизона с перебинтованной головой стоял позади всех. Он опирался на костыль левой рукой, а в правой держал тканную зеленую сумку. Очередное лицо истого вояки с одним отличием - с незримой печатью на нем слова 'надо'. Ни кровь, ни грязь не стирала это самое выражение лица не при каких обстоятельствах.
  Солдаты отсалютовали, гаркнув, кто в лес, кто по дрова, 'здражеаю'.
  Раненый командир двинулся вперед, застучав по брусчатке костылем. Толпа поспешно расступилась перед ним, как волны перед Моисеем из Ветхого Завета. Ой, чую, не к добру.
  - Кто таков! - спрашивает он у меня, остановившись напротив.
  Точно не к добру. А че сразу я?
  - Хайр, сэр! - отвечаю.
  - Статус каков! - рявкает он на меня слюнями.
  - 'Доброволец'!
  Кричу, а сама думаю, что щас меня отправят на кухню чистить картошку. Рановато мне было выходить за границу 'Лагеря Новичков'. И ладно, если чистить картошку, а вдруг и того хуже, забанят на пару суток?
  - Значит так, малявка, - орет он, вылупив глаза на меня. - Берешь пакет документов...
  Он сует мне в руки тканную маленькую сумку, и продолжает:
  - И дуешь во весь опор к городу Алой Зари! Нам помощь нужна! С востока на лагерь надвигаются гигантские пчелы! Отдашь полковнику Шнуру!
  Тут же послышался испуганный шепот со всех сторон. Атмосфера среди бойцов мгновенно сгустилась.
  - Пчелы? Только их не хватало! - зашептал один другому.
  - Еще гиганты к нам пожалуют! - кто-то предсказал.
  - Да когда это закончится? Программеры совсем оху***!
  - Нас об это никто не предупреждал!
  - Тихо!!! - заорал командир гарнизона на весь лагерь.
  Все разговоры разом смолкли.
  - Мы не одни! У нас есть сила! Че стоишь, сопля? - это он уже мне. - Пропустить его! Беги со всех ног! Картой пользоваться умеешь?
  - Да, сэр! - ору я. - Уже бегу, сэр!
  Тем временем поступило сразу два сообщения.
  Системное: 'Принято задание 'адъютант полевого командира'.
  От Вани: 'Я тебе уши надеру! Ты что творишь? Сказал же, не лезть на рожон!'. И три гневных смайла.
  Я провела рукой в воздухе перед собой, убирая сообщения. Повесила сумку с документами через плечо и покрепче ухватила меч. Отошла от командующего, проводившего меня диким взглядом.
  - Карта! - сказала я.
  В углу сообщений загорелась карта. Я сориентировалась, где нахожусь и как добраться до города Алой Зари, ближайшей к Лагерю Новичков крепости. Распихав локтями окаменевшую от ужаса толпу бойцов, добежала до калитки.
  Выйдя за ворота, и, оставив безмолвствуюшую толпу за спиной, я оказалась в километре от поля боя.
  Сверилась с картой и выругалась от души: мне нужно было пройти через мясорубку впереди. Слева - скалы, справа - скалы. В перешейке между ними, окрашивая траву в кровавый цвет, рубились солдаты с гигантскими крысами, не подпуская их к лагерю.
  Передо мной выскочило сообщение от Вани:
  'Живо назад! Даже не вздумай! Тебе нельзя умирать!'
  Я скидываю сообщение в чат: 'все будет норм!'.
  И бегу со всех ног прямо к месту сражения, стараясь не думать о боли в уставших мышцах ног.
  Смотрю вперед. Вижу около десятка крыс ростом с трехэтажный дом. Вокруг них бегают солдаты в поисках уязвимых мест на вонючих телах. Какой-то дебил поджег шерсть на одной из крыс, и она, оглушительно пища, носилась между дерущимися, раздавливая красными лапами не успевающих уворачиваться людей. По всему полю валялись отрубленные части тела крыс и солдат.
  Хорошо, что это игра. Но программеры постарались, все выглядело чересчур реалистичным. Даже пролитая кровь постепенно меняла свой цвет с ярко алого на бурый. Звуки ударов мечей, визги, человеческие крики доносились в зависимости от отдаленности от меня то громче, то глуше.
  Может ли маньяк прикрыться крысой? Легко! Помню, при регистрации в игре меня спрашивали, хочу ли я играть за животного.
  Об этом я думала, когда мчалась к полю битвы. И еще думалось мне, что два километра для ног ребенка за пару часов - это уже слишком.
  Оглядываюсь, нет ли брошенных ездовых животных. Хотя бы зачуханной коняхи. Лошади не было, зато неподалеку стоял темно-синий носорог, игнорируя битву впереди, и пожевывал траву. На его спине удобно устроилось пустое седло, наездника вокруг не наблюдалось. Первый раз в этой игре подфартило!
  Я подбежала к носорогу. Трехметровое в длину животное мирно обедало, когда я со всего разбегу запрыгнула к нему в кожаное седло.
  - Хрю-у! - завопило животное с перепугу.
  Я схватила повод, вонзила пятки в толстое брюхо и заорала:
  - Вперед!
  - Хрю-у!
  Выставив вперед рог, разъяренный моим нахальством носорог понесся вперед. Я чуть не вылетела из седла от его безумных скачков, но каким-то чудом удержалась, вцепившись в жировые складки на хребте животного. Теперь понимаю, куда делся предыдущий наездник. Из седла вылетел. Безумный носорог, однако, мне попался.
  Мы стремительно приближались к полю битвы. Мало того, мы со всего разбегу скакали на одну из крыс, схватившую передними лапами сразу двух солдат. Она уже готовилась отправить их себе в рот, как мы со всей набранной скоростью врезались в ее ничем не защищенное брюхо. Крыса выпучила глаза, брызнул фонтан крови. Ее красные когтистые лапы разжались, выпуская солдат из плена. Бойцы, злобно ругаясь, на лету вынули мечи, и... дальнейшее я уже не увидела. В момент столкновения я тоже вылетела из седла, взмыла вверх, пролетела над головой крысы и благополучно приземлилась на разрезанный мечами труп уже другой черной твари.
  Перед глазами мелькнуло системное предупреждение:
  'Внимание! Рекомендуется выйти из игры в целях очистки желудка от содержимого!'
  Окунувшись с головой в кишки с кровью, я почувствовала тошноту.
  Держись, сказала я себе. Выполни задание, потом выходи из игры и беги обниматься с унитазом. Что я, разве не видела подобного? Меня же уже съедали здесь! Подумаешь, крысиные кишки и кровь.
  Сдерживая рвотные позывы, я выбралась из живота трупа, как из кровавой ванны, вытерла руками лицо и протерла залипающие от крысиной крови глаза.
  Пришлось распрощаться с носорогом и дальше пробираться через поле битвы на своих двоих. Я видела, как крыса, ухватив носорога передними лапами, пытается сожрать его, а два взбешенных солдата, чудом избежавшие смерти, рубили на куски ее задние лапы. Носорог бодался, выбивая грызуну передние зубы рогом. Трое на одного - неплохой расклад, крысе точно пришел конец. Я не стала смотреть продолжение сражения, и рванула дальше.
  Воняло от меня крысиной кровью так, что полностью заглушало человеческий запах. Крысы, мимо которых я пробегала, на меня никак не реагировали. Небось, принимали за 'свою'.
  Спустя минуту бега я почувствовала, что моей голове тяжело. Что-то лежало в волосах и шевелилось. Что-то живое.
  Я быстро протянула руку и схватила это что-то. Сняла с головы, оглядела со всех сторон. И так и не поняла, что это за окровавленный комок шерсти с двумя глазами. Может, это мои выскочившие наружу от удара мозги?
  Ловко перепрыгнув через крысиные отрубленные лапы, я спросила у него:
  - Ты кто? Говорить можешь?
  - Птица счастья, - нахамило мне существо. - Прямиком из крысы!
  - И че с тобой делать? Ты перс или ВИП? НПС?
  Я пробежала мимо двух солдат, рубящихся с крысой. Один превращал заднюю часть в стейки, другой - переднюю в бифштекс. Крыса орала, пытаясь сцапать хоть одного из них, но судя по фонтану крови, жить ей оставалось совсем чуть-чуть.
  - ВИП! - сообщило существо. - Так что получай от меня задание!
  Перед глазами вспыхнуло сообщение, отвлекая от шумящей вокруг меня битвы.
  'На поле битвы вы нашли частицу 'Пищи Богов'. Отнесите ее кузнецу в город Луиза, он сделает для вас отличный меч!'
  - Не до тебя сейчас! - сказала я ему. - Подожди!
  Я запихала слизкий от крови комок в карман штанов, отпихнула сообщение в сторону, и помчалась дальше. Потом с этим ВИПом разберусь. Мне бы сейчас отсюда выбраться. Желательно живой и невредимой.
  Крыс, атакующих Лагерь Новичков, было много. Я насчитала около сорока с трехэтажный дом, пятьдесят с двухэтажный дом, и шестьдесят с одноэтажный коттедж.
  Гигантские крысы - это еще цветочки. А вот если нападут пчелы в таком же количестве! Нужно будет искать где-то арбалетчиков. Есть ли у гарнизона Алой Зари такая сила?
  Я отпихнула рукояткой меча летящее на меня сверху отрубленное крысиное ухо, и краем глаза заметила, как гигантская крыса проглотила солдата слева от меня. Из ее рта вскоре вырвался вертикальный столб света - перс отправился на перерождение. Бедолага, нелегко ему пришлось.
  Интересно, а почему командир гарнизона не кинул сообщение в чат о том, что Лагерь Новичков атакуют?
  При этой мысли я затормозила было, но земля содрогнулся от скачка крысы позади, подбросив меня вверх на пару сантиметров. Я опять припустила вперед, скользя между дерущимися, как ящерица.
  Возможно, в сумке вовсе не текстовый документ. А что-то другое. Передачка.
  Ох, не мое это дело.
  Да, не мое.
  И нечего совать свой нос в чужую сумку.
  Это все женское любопытство.
  Да, пресловутое женское любопытство.
  Э-эх!
  Я не выдержала, притянула сумку к себе и заглянула внутрь. Там лежало письмо и черный слиток, похожий на кусок золота. Это что такое?
  Скидываю в общий чат вопрос:
  'А что это такое?'
  Ваня меня понял. Ответил через три секунды:
  'Это химический репеллент. Отпугивает пчел. В Городе Алой Зари есть два дракона, с их спин можно распылить его над Лагерем Новичков. А со скиллом тебе повезло, отличный меч будет'.
  Снова спрашиваю:
  'Что за скилл?'
  'ВИП в твоем кармане, редкий вид живого заклинания'.
  Понятно. Значит, это будет не простой меч.
  'Я заметил, что все крысы, собравшиеся здесь - ВИПы, нет ни одного перса' - пишет Ваня.
  Я скосила взгляд на ближайшую крысу.
  'Как ты понял?' - спрашиваю я.
  'Они не действуют самостоятельно. Присмотрись, каждая выполняет общий приказ - атаковать людей. Им отрубают руки, а они продолжают нападать. Их инстинкт самосохранения приглушен'.
  Я в три прыжка подскочила к ближайшей крысе, занятой битвой с пятью рядовыми. Прошмыгнула мимо сверкающих клинков, пробежала под животом крысы. На бегу коснулась задней лапы и выскользнула у нее из-под хвоста. Передо мной мелькнула таблица с информацией: 'ВИП'.
  Ваня прав.
  'И что думаешь?' - спрашиваю у него.
  'У меня плохое предчувствие. Предлагаю тебе покинуть вирт', - настороженно пишет Ваня.
  Сообщение меня встревожило. Уже одно то, что на Лагерь Новичков напали, возмущает. А уж если вокруг одни ВИПы!
  Вокруг меня что-то изменилось. Я не сразу поняла, что именно, а потом дошло - над полем битвы начали сгущаться тучи. Скорость, с которой тяжелые облака стягивали небесную лазурь, пугала. А особенно если учесть, что ветра не было...
  'Справа от тебя есть ниша в скале, - пишет Ваня, - дуй в нее! Живо!'
  Я послушалась. Недобрые предчувствия охватили и меня.
  Тучи сомкнулись, не оставив просвета. Запинаясь в полумгле об оторванные части тел, я успела добраться до указанной ниши в скале. Словно за одним слоем тяжелых туч сверху накладывался еще один, и еще один слой, становилось все темнее. В тот момент, когда я проскользнула в узкое отверстие под горой, видимость на поле сражения снизилась до нуля. Последние шаги я делала по указке Вани, вытянув руки вперед, передвигалась в наступившем мраке на ощупь.
  Смолкли звуки битвы, замерли дезориентированные внезапной тьмой, опустившейся на нас за минуту, и крысы, и люди. Я поморщилась - пахло сероводородом.
  Ниша, о которой говорил Ваня, была глубокой и узкой, уходящей под землю. Я спустилась вниз, в небольшое углубление. Под ногами пищали крысы, но в сравнение с гигантскими собратьями, пожирающими людей, эти грызуны были милыми зверятами. В глаза лезла паутина, и запах сероводорода, становясь все сильнее, проникал в щель между скалой и землей. В остальном здесь я была в безопасности.
  В нише было темно, хоть глаза выколи.
  Снаружи было тихо. Тишина пугала сильнее, чем шум битвы. Там было понятно, кто враг и кого бить. А что делать с тьмой, превращающей тебя в беспомощного младенца? И откуда она взялась? Был же полдень и ясное небо!
  Я не вытерпела. Вернулась к входу в нишу, подтянулась на руках и осторожно выглянула наружу. Ничего не было видно, сплошная пелена мрака.
  Земля вдруг вздрогнула, затем, словно круги по воде, пронзительный свист, идущий сверху, стал бить в уши. Тихий писк под властью крещендо набирал силу, достигнув завывания урагана, больно ударял по ушам, и резко стихал, уходя ввысь.
  В какой-то момент что-то взорвалось высоко в небе, грохнуло так, что заложило уши, и от прокатившейся сейсмической волны я свалилась вниз, не удержавшись на руках. Кое-как встала, напуганная происходящим. Точнее тем, что не понимала, что происходит. Да и Ваня молчал, наблюдая за всем со стороны. Он тоже не знал, что происходит.
  Я помотала головой, и вновь подтянулась на руках, выглядывая в узкий вход между скалой и карманом в ней. Во мгле серыми точками замелькал падающий с неба пепел, оставшийся от того, что взорвалось и сгорело над полем битвы, так и оставшись невидимым для нас.
  И вдруг послышались людские крики, постепенно превращающиеся в ужасающий хрип. Меня затрясло от этих криков, полных боли и страха. Кричали так, будто с людей заживо сдирали кожу.
  Это кричат солдаты? Проклятая тьма скрывала все происходящее!
  'Вань, что это? - спрашиваю я у него. - Чего молчишь? Я тут щас поседею от страха!'.
  'Выходи из игры! - командует он, и добавляет, - немедленно! Здесь опасно!'.
  Я молчу, не в силах принять решение. Понимаю, что если сбегу от того кошмара, что царит в темноте, в будущем он будет преследовать меня во снах истошными криками людей.
  Как тот страх, что я испытывала каждое утро в изоляторе, просыпаясь за три минуты до прихода моих охранников. Я боялась проснуться связанной по рукам и ногам, раздетой и готовой к надругательству над собой. Поэтому чисто на уровне инстинкта научилась просыпаться задолго до их прихода.
  Сейчас та же история. Всегда нужно бороться со своими страхами, иначе они победят тебя. Нужно знать их в лицо, чтобы понять, как победить. Нужно поздороваться с ними за руку. Я это очень хорошо осознала в подземном изоляторе.
  Поэтому я осталась в игре. Мне было страшно так, что сильно хотелось в туалет. Вспотели ладони, дрожали руки, меня колотило от нервного озноба. Но я осталась.
  Крики продолжались минут двадцать, затем все смолкло. Прекратил падать серый пепел, тьма начала медленно рассеиваться.
  Я напряженно вглядывалась во мрак перед собой, пытаясь разглядеть, что случилось. В рассеивающейся темноте медленно вырисовывались странные силуэты, кажущиеся поначалу гигантскими пятнами. Контуры фигур становились все четче, и вскоре я увидела то, что скрывал туман. А разглядев, быстро укусила собственную кисть, пытаясь сдержать крик ужаса.
  Мать моя женщина!
  На поляне стояли мутанты. То ли мутированные люди, то ли мутированные крысы, но выглядели они настолько отвратительно, что меня-таки вырвало. Думаю, что я сейчас лежала в собственной блевотине в ИСКе. Опустошение желудка и кишечника и голод были единственными, что не поддавалось контролю нанороботов в наших мозгах. Если мы ходили в туалет в игре - мы писались в ИСКах, если рвало - утопали в блевотине. Виртуальная еда давала чувство вкуса и удовольствия, но не насыщала.
  Меня сейчас мало волновало, в каком состоянии я лежу в кабинке. Я смотрела на поляну, окаменев от ужаса. Все мысли вылетели из головы, остался только вопль инстинкта самосохранения.
  Там, на поле битвы, находились существа, состоящие из двух тел людей, ниже пояса соединенных с телом крысы. Сверху - люди с головами, руками, они входили по пояс в заднюю часть крысы, снизу имели две звериные лапы и хвост.
  Там были мутанты с крысиной гигантской головой и с десятью человеческими ногами. Одна крыса соединяла в себе от двух до десятка солдат.
  У некоторых крыс вместо хвоста были человеческие тела со сросшимися ногами, как хвост русалки. Они били хвостами-людьми, разбивая о землю их головы. В какой-то момент времени человек умирал, исчезал, отправляясь кометой на перерождение, а следом за ним умирала и крыса, заваливаясь набок, как от яда.
  У некоторых крыс лапы превратились в цепочку из людей. Несчастные срослись между собой ногами к головам, образуя скрепленные между собой звенья, и хрипели в невыносимых муках, сорвав к тому времени голос.
  'Выходи из игры!!! - заорал Ваня. - Я кому сказал - живо домой! Нечего тебе смотреть на опыты селекций! Какой болван скрестил людей с крысами? Узнаю, придушу!'
  Гневные сообщения от него вспыхивали перед моими глазами одно за другим, медленно возвращая мне способность мыслить. Пока Ваня бесился, я сквозь прозрачные сообщения смотрела на несчастных персов. Как бы мне не хотелось сбежать отсюда в реал, но им нужно было помочь. Им было больно, им было реально больно. Ведь только в момент смерти отключался порог боли, а сейчас они были живыми. Да как это вообще возможно было провернуть? Единственным способом помочь им было - убить их, отправив на перерождение. Но их было много, а я - одна.
  Дрожащими руками вывела карту перед собой, закрывая окно системного чата с непрерывно поступающими сообщениями от Вани. Оказалось, что я мало прошла. До города Алой Зари, в котором находился полковник Шнур, было больше половины пути.
  Я выползла из ниши, кое-как встала на трясущиеся ноги и пошла в сторону города. На меня мутированные крысолюды не обращали внимания, они находились в прострации, не в силах осознать произошедшее. Программа ВИПов дала сбой. Люди же мучились от боли, теряли сознание, но не умирали. Это была жестокая пытка для любого мозга. Я думать боялась, что испытывали сейчас мутированные крысолюды в своих ИСКах.
  Я медленно передвигалась между застывшими фигурами, шатаясь, как пьяная.
  Неужели люди из Лагеря Новичков не видят, что произошло? Сейчас самое время атаковать мутантов! Убить, прекратить мучения людей одним ударом!
  Я открываю мировой чат и вижу на нем блокировку. Только что скидывала сообщения Ване и вдруг блокировка! После взрыва чат работал, я точно помню. Когда программеры его заблокировали? И призывов о помощи из Лагеря Новичков не слышится! Чат заблокирован!
  Я бросаю взгляд на стены лагеря, отчетливо видимые с поля боя.
  В стандартном городе вирта 'Пищи' десятиметровая кирпичная кладка вздымается вверх на двадцать метров, служит защитой от бесконечных атак гигантских крыс и людей-титанов. В тринадцати метровых сигнальных башнях сторожевые разжигают огни в случае нападения, чтобы предупредить соседние города о возможной опасности или же запросить помощи. Мировой чат в случае нападения блокировался, обороняющимся приходилось пользоваться старинной системой оповещений - сигнальными башнями, огнем в них и трехцветным дымом.
  Так защищались все города в 'Пище Богов', за одним исключением.
  Этим исключением был Лагерь Новичков. Он обнесен стеной в два раза ниже, совершенно бесполезной в случае нападения гигантских животных. Да любая крыса с легкостью перескочила бы через так называемую 'стену'! И сигнальных башен укрепление не имело. Зато чат всегда был открыт. Да и нападений за все время создания вирта на убежище 'сопляков' не было.
  Но сейчас чат был заблокирован!
  Лагерь оказался отрезанным от всего мира. И никто не выходил из него, не спешил на помощь пострадавшим солдатам. Они, что, все в штаны навалили?
  Я сорвалась на бег, не в силах больше выносить хрипы солдат, влившихся в тела крыс.
  Оставшееся расстояние до ближайшего города, окруженного защитной стеной, преодолела за двадцать минут. Отыскала по карте вход в крепость, подбежала к высоким, железным воротам, утыканным метровыми, стальными шипами, и застучала в них:
  - Откройте! Я из Лагеря Новичков! Откройте! Скорее! Мне нужно встретиться с полковником! Немедленно откройте!
  - Че барабанишь, как полоумный, - открылось окошечко в дверях, из него выглянул молоденький парнишка в форме. - Кто таков?
  Я ткнула в имя над собой, окрашенное в синий цвет:
  - Я новичок! У меня донесение для полковника! Нам нужна помощь! Там сейчас почти весь гарнизон превратился в крыс! Пропустите меня к полковнику!
  - Че несешь, мелочь? Щас открою!
  Послышался глухой стук, скрипнула дверь в воротах, и я забежала внутрь крепости.
  - Где полковник Шнур? - подскочила я к молодому бойцу, растерянно державшемуся за деревянную ручку дверцы. - Где он?
  Парень поморщился - от меня несло тухлятиной. Он махнул в сторону ступеней в десяти метрах от нас, ведущих на стену:
  - Поднимайся. Он щас как раз смотрит на поле боя в подзорную трубу. А че там у вас происходит? Так бабахнуло, твою ж дивизию! Че там взорвалось?
  Его вопрос я оставила без ответа. Стрелой взлетела по ступенькам из каменных плит, преодолев пятьдесят метров за пару минут. Очутившись наверху, огляделась по сторонам. Где? Кто?
  И почти сразу увидела группу из пяти человек, напряженно смотрящих в подзорную трубу в одной из сотен бойниц, расположенных вдоль всей стены. Я побежала к ним, вскользь отметив, что не пришлось делать круг по всей стене в поисках полковника.
  Ник 'Шнур' обнаружился над низеньким, лысоватым мужчиной, одетым в военную форму.
  Я добежала до них и затормозила в трех шагах от полковника, крича во все горло:
  - Адъютант из Лагеря Новичков прибыл!
  Все пятеро мгновенно обернулись, лица их были бледны. На лбу у троих из них блестели капельки пота. Один все время нервно облизывался, а пятый сжал губы до такой степени, что они превратились в одну сплошную линию.
  - М-м, - сказал полковник. - Новичок, на х***. Че там твориться? Я не х*** не вижу! На х*** мне эта еб*** труба! Член, бл***, собачий! Шарахнуло так, что я, бл***, чуть не обосрался!
  Я его вполне понимала. У самой в голове от увиденного вертелись одни маты. Я приложила руку к виску и отчеканила:
  - На поле битвы спустилась тьма. Потом шарахнуло сверху чем-то, пошел пепел и крысы с людьми мутировали в крысолюдов!
  - Че, бл** на х***?! - не въехал он с первого раза.
  - После взрыва произошла селекция крыс с людьми! - попыталась я объяснить то, что у самой в голове не укладывалось. - Они там все застыли, как статуи! Там у крыс появились хвосты-люди, и крысы били хвостолюдьми о землю, разбивая им башки! Люди дохнут, отправляются на перерождение, и крыса в этом случае тоже дохнет! Но таких мало, сэр! Большая часть солдат превратилась в торсы, головы, ноги, лапы, глаза в крысиных телах! Они не могут сдохнуть, и теряют сознание от боли! Сэр, они кричат от боли! Им больно, сэр! Больно! Больно! Сэр! Всем! Все хрипят и стонут! И мозги наружу летят!!! Мозги! На траве! А люди срослись ногами к головам и головами к ногам!
  - Бл**, заткнись! - заорал полковник.
  Он заехал мне по щеке. Хлесткий удар привел меня в чувство, и я сообразила, что только что кричала на полковника, ревела, как дура, и брызгала слюной во все стороны, как самая последняя истеричка.
  - Че встали, бл***! - это он гавкнул подчиненным, застывшим вокруг нас. - Слышали, бл***, че этот говн*** сказал? Че встали? Живо поднимайте отряды и мочите их там всех на х**! Живо, бл***!
  - Есть! - в разнобой сказали все четверо.
  Они круто развернулись на пятках и ринулись вниз по лестнице, перескакивая через три-четыре ступени в один прыжок.
  - Полегчало? - неожиданно без ругани спросил полковник у меня, и опять, - ты, на х***, молодец, пизд***к! Гонец, хренов! Че, нах, в сумке гонца?
  Я вспомнила о куске черного металла в сумке. Сняла ее с себя и протянула руку с поклажей полковнику. Вся рука, сама сумка были вымазаны в крысиной крови.
  - Сам как, на х**? Раны, бл***, серьезные? Все белые халаты в лагере новичков, нах. Жить будешь?
  - Я не ранен, сэр! - отрапортовала я. - Это кровь крысиная! Сэр, разрешите идти?
  - Иди, мать твою! - рявкнул мужик с залысиной на макушке.
  Я отвернулась от него и побежала вниз по лестнице со стены. Перед глазами мелькнуло системное сообщение:
  'Задание 'Адъютант командира гарнизона' выполнено! Вам присвоен статус 'новобранца'! Добавлено новое умение - 'Ядовитые когти'!'
  Я быстро открыла панель со свойствами персонажа. Возраст - 9 лет. Заработанные в игре очки я раскидала так:
  Выносливость +11
  Сила +9
  Ловкость +11
  Интеллект +10
  Вместо привычных скиллов 'острый клинок' или же 'укус шершня' появился свиток 'Ядовитые когти'. И что это такое? Где мне его в дальнейшем развивать? У кого? И не спросить у Вани, пока чат заблокирован.
  - Куда намылился?
  Меня кто-то остановил, поймав за шиворот. Я поднимаю голову вверх и вижу лицо незнакомого стража. Он перехватил меня возле ворот, куда ноги меня сами принесли.
  - Туда, - указываю я рукой за стену. - Мне в Лагерь Новичков надо вернуться!
  - Вернешься, - страж выпустил меня из рук и почесал свою колючую бороду. - Щас отряд из мечников пойдет в сторону поля битвы. С ними иди! Будешь крыс от них отпугивать собой! Бифштекс ходячий!
  И заржал, довольный своей шуткой. Сидящие на пустых бочках неподалеку стражники присоединились к его гоготу. Сидят, подслушивают наш разговор, а там люди от боли корчатся. Я девушка, существо эмоциональное... Короче, взбесилась и заорала:
  - Вы тут ржете, а там люди мучаются! Взяли бы мечи и пошли крыс мочить! Че, только жрать да бухать умеете? Придурки, задницы ленивые, трусы несчастные!
  Страж разозлился, едва мои слова отзвучали в наступившей тишине, как он поднял на меня руку. Я невольно зажмурилась, ожидая удара, но тут кто-то перехватил зависшую в воздухе руку стража.
  - На мальчонку руку поднимаешь? - послышался язвительный вопрос. - Стыдно, боец, стыдно. Открыть ворота! Пропустить нас!
  Я открыла глаза. Моим спасителем оказался... Рыжий. Над рыжей шевелюрой старлея сияла надпись 'Рыжий'. Я помню, как во время нашей прогулки он называл мне свой ник. Он подмигнул мне, взлохматил грязные волосы.
  - Рыжий! - на выдохе сказала я. - Рада... Рад тебя видеть!
  - Я тоже, Хайр, - улыбнулся он. - Ты что, как в анекдоте? Слышал такой анекдот: 'Ты тряпка, какой из тебя мужик, - говорила она, намывая трупом полы'. Пытаешься убить наших доблестных стражей?
  - Рыжий, - вцепилась я своими грязными руками в его пятнистый рукав. - Пошли быстрее! Там такое творится! Там...
  Рыжий несильно надавил мне рукой на голову, останавливая поток моих слов.
  - Я все слышал. Ты, наверно, не заметил, но я только что был там, наверху, с полковником Шнуром. И все слышал.
  - Я... не заметил, - ошарашено сказала я, и удивленно огляделась по сторонам.
  И тут на меня обрушилась целая лавина звуков, картин, запахов, цветов. Мы стояли возле ворот в окружении отряда из сорока человек, находящихся под командованием Рыжего. Мимо нас бегали солдаты, одни собирались в отряды, другие выбирали оружие, третьи неслись к сигнальным башням подавать сигнал о бедствии. Крепость стояла на ушах в преддверии зачистки от крысолюдов поля перед Лагерем Новичков.
  Жизнь кипела вокруг нас взбудораженным населением. Среди пятнистых форм ходили испуганные внезапной атакой на соседний лагерь жители. Женщины в пестрых косынках и платьях, в соломенных шляпах и сарафанах, с венками из ромашек и в коротких юбках, в нарядах благородных дам и служанок. Мужчины в черных костюмах и фетровых шляпах, в камзолах и со шпагами, в холщевых рубахах и серых рясах, в кирзовых сапогах и босые.
  Здесь, у центральных ворот Алой Зари, на брусчатке дороги стояла кавалерия на черных пантерах, синих носорогах, белых лошадях в ожидании приказа об отбытии. В атмосфере города перемешались нотки ожидания битвы с желанием победы, страх поражения с жаждой денег. Пахло навозом, железом, потом, тухлыми овощами с рынка неподалеку.
  Я разглядывала хаос вокруг себя, удивляясь, почему до сих пор ничего не видела. С тех пор, как вышла за ворота Лагеря Новичков час назад, мир для меня сузился до одной цели - найти полковника Шнура.
  Или это и было тем самым 'спокойствием'? То есть, 'заторможенностью реакций'?
  И в разговоре с полковником до меня начал доходить весь смысл происходящего. Пощечина Шнура была первым толчком к выходу из режима 'спокойствия', а сейчас...
  Все краски мира потихоньку возвращались.
  - Ты молодец, Ула! - шепнул Рыжий мне на ухо, согнувшись.
  Он выпрямился, проорал ребятам из своего отряда:
  - Нам приказано выступать первыми! Вперед! Спасем наших ребят!
  - Ура! - заорали бойцы, поднимая руки с мечами вверх.
  Мы выехали за ворота на пегих лошадях, сопровождаемые выкриками провожающих, смотрящих нам вслед с чувством глубокой зависти.
  Я сидела на лошади перед Рыжим, слушала топот многочисленных ног по брусчатке за городом и вдыхала запах лошадиного пота, выступившего из-за невыносимой жары. Был самый разгар летнего дня. Чистое небо над головой рождало во мне чувство неуверенности во всем произошедшем. Может, мутированные крысолюды мне приснились?
  Оказалось, что нет.
  Когда мы приблизились к полю битвы, среди бойцов отряда пронесся ропот.
  На залитом кровью участке между двумя скалами картина оставалась той же, что и была, когда я вылезла из ниши в скале. Я достала меч, заткнутый за спину на поясе, и прищурилась, разглядывая растерянно топтавшихся на месте мутантов. Трусы из Лагеря Новичков так и не показались.
  Несмотря на солнечный день, люди по-прежнему страдали и стонали, находясь с крысами в одном теле. Кто мог, терял сознание, кто мог, сам себе перерезал горло, а кто просто блевал, потому, что руки-ноги были слиты с крысиной кожей.
  Рыжий, сидящий позади, обнял меня и положил ладонь на мои руки, сжимающие рукоять меча. Он тихо сказал:
  - Ты свое дело уже сделала! Возвращайся в лагерь! Мы сами справимся. Я обещаю, что найду тебя после твоего обучения!
  Я опустила руки и вытянула обратно шею, спрятавшуюся было в плечи, как у испуганного страуса. Рыжий прав. Достаточно с меня на сегодня. Мне нужна срочная реабилитация.
  Рыжий соскочил с лошади, спустил меня на землю, и вновь ловко вскочил в седло. Он первый из всех ребят ринулся в бой, подавая остальным пример. Очнувшись от потрясения, следом за ним накинулись на мутированных крыс бойцы из отряда. Послышались озлобленные выкрики:
  - Мочи их! Спасем наших!
  - Программеры хреновы, что натворили, уроды!
  - Что за гадость! Дави их, пацаны!
  - Тот, с левого края мой! Трехметровый с ушами-людьми!
  - А мой соседний, с зубами из людей!
  - Бл***, уничтожим их всех, на х***!
  Закипела битва. Уже не битва, а бойня. То слева, то справа, то впереди вспыхивали столбы света, люди умирали и отправлялись в портал Возрождения. Я двинулась вперед, волоча по земле меч, что был длиной с мои ноги. Смотрела в землю, не желая лишний раз оглядываться вокруг и видеть это издевательство над людьми. Лишь один раз испуганно подняла голову вверх, когда тень сверху упала на меня. И выдохнула с облегчением - над нашими головами пронеслись два дракона, один пурпурный, другой нефритовый. Они на всех парах неслись к Лагерю Новичков, делая крен на восток. Значит, вскоре распылят репеллент, и пчелы обогнут несчастную деревню.
  Зачем все это надо было? Зачем программеры сделали селекцию? Думаю, Ваня вскоре займется этим вопросам. И, кстати, почему нет от него никаких сообщений?
  Я вяло подпнула крысиную лапу, попавшуюся мне на пути, и открыла чат. Ох, оказывается, я поставила окно сообщений с ним на блокировку. Когда успела? Наверно, когда впервые увидела мутированных крысолюдей.
  Разворачиваю окно, и вижу около десятка сообщений. Разворачиваю их один за другим и невольно улыбаюсь. Обоими уголками рта, а не одним. Улыбаюсь искренне.
  'Ты что творишь? Кому сказал - возвращайся! Немедленно!'
  'Разверни окно сообщений! Я сказал - немедленно в реал! Ну?!'
  'Хватит играть в 'героя'! Я приказываю - домой! Не вернешься, аварийно выдерну из Сети!'
  'Отвечай мне!'
  'Открой окно, будь так добра! Пожалуйста!'
  'Хватит уже. Возвращайся, я переживаю!' И три смайла с нервно дергающимся правым глазом.
  'Вернись в реал, а?'
  'Я Рыжего послал к тебе на подмогу. Он тебя вытолкает взашей из игры'.
  И все. Кажется, Ваня сильно недоволен моим поведением.
  Когда я дошла до лагеря новичков, был разблокирован мировой чат. И мгновенно посыпались испуганные сообщения о том, что произошло пару минут назад. Значит, битва с мутированными крысолюдьми закончилась нашей победой.
  Над всем игровым пространством вдруг зазвучал голос главного администратора игры:
  - Внимание игрокам! Был сбой в программе ВИПов и в сеттинге на участке между Лагерем Новичков и Городом Алой Зари! Приносим свои извинения за причиненные неудобства. Пострадавшим будет выплачена денежная компенсация в размере трех МРОТ.
  'Сбой в программе?'
  Я правильно расслышала, 'сбой в программе?'.
  Даже перечитала системное сообщение в чате, повторяющее слова администратора.
  Точно, 'сбой в программе'.
  Я тихо повторила про себя все то, что услышала от полковника Шнура. Оказывается, ругань - вещь крайне заразная. Начнешь - и уже трудно остановиться!
  Я ногой застучала по накрепко запертым воротам Лагеря Новичков, крича, что есть мочи:
  - Я вернулась! Долбаные трусы, открывайте! Что, все из игры съеб***?
  Мне все-таки открыли. Спустя пять минут. Как оказалось, я была права на все сто. В тот день Лагерь Новичков покинули почти все, из двухсот обучающихся осталось всего двадцать человек. Остались в игре те, кто знать ничего не знал о случившемся 'сбое в программе'. Кто-то спал, а кто-то, как Бульмень, усердно выполнял первые задания, бегая с мешками на спине по кругу. Среди тех, кто видел, что случилось с персами на поле битвы, остались наставники и я. Все остальные очевидцы раз и навсегда сбежали из игры.
  Оказывается, у нас много в мире трусов. А я то, наивная, полагала, что все мы, люди нового поколения, смелы, честны и отважны. Интересно, в каком мире до появления глюканутого краба я жила? В счастливом, это точно. Но, увы, совершенно далеком от реальности. Стоило лишь сойти с проторенной дорожки, как все вокруг резко поменялось. И я уже начала сомневаться, смогу ли когда-нибудь вернуться к тому беззаботному времени, когда пекла с виртуальным мужем блины.
  
  Глава 10
  Первое, что я сделала, когда вышла из игры - это поковыляла в душ. Мои худшие опасения оправдались - все-таки выброс из тела содержимого желудка был не только в игре. Когда происходит подобное, а происходит оно редко, человек в момент рвоты в реальности вертит головой. Нанороботы подают сигналы в мозг, голова поворачивается и склоняется, впрочем, от подушки она не отрывается. Так мы защищаемся от того, чтобы не захлебнуться в собственной рвоте.
  Мылась я долго. Приняла контрастный душ, пытаясь оклематься от прошедших событий. Увиденная мутация до сих пор стояла перед глазами. Особенно врезалась в память картина из кусков человеческого мозга, вывалившихся из черепной коробки на зеленую траву. И стоя под душем, я не видела прозрачные стены кабинки, а видела эту картину, втемяшившуюся глубоко в мой, пока еще целый, мозг.
  И была еще сильная обида, очередной горький глоток разочарования в людях. 'Новички' испугались за собственную шкуру, бросили пострадавших людей корчиться в муках, а сами убежали, поджав хвост. Я еще могу понять тех, кто пережил мутацию и после перерождения сразу покинул игру, бросив остальных еще живых персов. Их трусость можно списать на шок, в таком состоянии их поведение приемлемо. Но те, кто просто наблюдал со стороны и сбежал! Пусть они имели тела детей, но не были же ими на самом деле! Игра разрешена с 14 лет, стоит возрастной порог, и там такая программа блокировки, что даже Жэка, наш 'скромный гений', три года потратил на его расшифровку. Да и все знали, что 'Пища Богов' - самая кровавая игра в мире. Почему же все так позорно сбежали?
  Противное чувство разочарованности, граничившей с брезгливостью, поселилось во мне, когда я думала о людях, населяющих этот мир. И я ничего не могла с этим поделать, никак не могла избавиться от этого отвращения. Сколько бы я ни стояла под водой, резко переключая краны, ощущение отвращения к людям не проходило.
  - И долго ты будешь там стоять? - послышался вдруг голос с порога.
   Я резко дернулась на звук, сквозь запотевшие стекла увидела высокий, крупный силуэт. Провела ладонью по стеклу, размазывая капельки от пара, и посмотрела в образовавшееся окошечко. Ваня. Сложил руки на груди, скрестил ноги, оперся правым плечом о косяк двери. Видно было, как он хмурится, от него прямо-таки исходила волна злости.
  Впервые у меня не было желания его видеть. Не сейчас, когда я переполнена негативными эмоциями. Глубоко вдыхаю, выдыхаю. Выключаю воду, затем натягиваю улыбку и весело говорю:
  - Тебе не говорили, что подглядывать за голыми девушками неприлично?
  - А я говорил тебе, чтобы ты выходила из игры! - рявкнул он. - Ты почему меня игнорируешь? Мои слова, что, пустое место?! Выходи из душа, я не могу с тобой разговаривать, когда не вижу тебя!
  - Да как я выйду, если ты там стоишь? - резонно спросила я.
  Ваня поднял руки вверх со словами:
  - Я вышел! Жду тебя в комнате!
  Он исчез из поля зрения. Я поежилась. А чего он такой злой? Ведь все же нормально закончилось!
  Я медленно-медленно вытерлась полотенцем, медленно-медленно расчесала сырые волосы. К моему сожалению, фена здесь не было. Затем завернулась в полотенце и застыла посреди ванной. Страшно было идти в комнату. Бояка я, чего-то трушу встречаться с ним лицом к лицу. Ну, не убьет же он меня, верно?
  Я отчего-то на цыпочках подошла к дверному проему, и осторожно выглянула в комнату. Стоит напротив ИСКа, наблюдает, как Макс чистит матрас. Ваня все в той же своей любимой одежде - коричневой клетчатой рубашке с длинными, загнутыми рукавами, и в драных джинсах.
  Решаюсь и выхожу из ванной.
  - У меня нет одежды! Платье испачкалось, а надеть больше нечего, - пожаловалась я ему.
  Ваня резко обернулся всем корпусом. Быстро скользнул по мне взглядом, от которого мне захотелось залезть под стол. Стра-ашно!
  - Еще раз проигнорируешь мои приказы - я аварийно выкину тебя из Сети. Ты поняла меня?
  И вид такой - попробуй слово против сказать, убьет! Я не сдержалась и попятилась обратно в ванную:
  - Мне надддо срочно подмести... подкачать... почистить... Надо мне там... туда...
  Ваня удивленно поднял брови вверх, а я поскользнулась на собственном же сыром следе и со звонким шлепком приземлилась на задницу.
  - Ай-я! - заорала я, потирая ушибленную попу.
  Ваня кашлянул в кулак, отвернувшись от меня. Чего это он так вспыхнул? Я посмотрела на себя и поспешно встала, усиленно натягивая концы полотенца ниже колен. Теперь покраснела я. Нижнего белья чистого не было, и, случайно раздвинув колени, я показала ему все, что составляет женскую сущность.
  Стоим оба, красные, как вареные раки. Дурацкая ситуация. А тут еще и Макс, закончив чистить матрас в ИСКе, подъехал ко мне, размахивая лифчиком и трусами, брошенными мною на стул перед душем.
  - Постирать? - спрашивает такой. - А где платье? У вас есть еще вещи для стирки?
  - Постирай, - нервно хихикаю я. - Нет. Вещей больше нет.
  Ваня вновь поворачивается ко мне. Видит, что я уже стою на ногах, но в глаза упорно не смотрит.
  - Я вышлю тебе каталог... Выберешь, что надо. Мне нравится, когда девушки носят платья, мне не нравятся штаны, джинсы и короткие шорты. И короткие юбки мне тоже не нравятся.
  Я тихо офигеваю. Да он диктатор даже в таких мелочах! Это даже не тонкий намек, а прямой приказ заполнить свой гардероб платьями! И опять же - попробуй ему возрази! Мне кажется, ему ни разу никто не возражал за всю его жизнь. Если он продолжит в том же духе, он сломает меня!
  - А мне нравятся короткие шорты, - сложив руки на груди, вредным тоном отвечаю я.
  И, главное, говорю правду - мне действительно нравится носить шорты.
  - И я против того, чтобы ты аварийно выдергивал меня из игры. Если бы ты это сделал сегодня - я бы тебя никогда не простила. А знаешь почему? Потому что уйди я тогда, страдания людей продолжились бы. Ведь там никто, кроме меня, не кинулся их спасать!
  Ваня смотрит на меня потемневшими глазами, складывает руки на груди, и, вновь кашлянув, ехидно замечает:
  - То есть, ты готова пачкать одежду... содержимым желудка, трястись от страха и рисковать собственной жизнью ради других? Я правильно понимаю?
  Я коротко киваю. Ваня размыкает руки, сложенные на груди, стремительно подходит ко мне и ласково берет за плечи. Все мысли из моей головы мгновенно улетучиваются, сердце, вздрогнув, срывается вскачь. В ушах зашумело от закипевшей в венах крови, колени ослабели. Как всегда, тело предало меня, среагировав на Ваню, как фитиль на огонь.
  Он смотрит на меня внимательно, его обычно голубые глаза, стали совсем черными от расширившихся зрачков. Но он не торопится. Мягко, нежно берет правой ладонью мое лицо, скользит пальцами за уши, затем обхватывает шею.
  - Ты - моя девушка! - говорит он, нагнувшись к моему уху. - Ты - не герой! Я - единственный, о ком ты должна беспокоиться. Запомни это хорошенько! Я не позволю своей девушке плакать! Я должен быть уверен, что ты - в безопасности!
  Его горячее дыхание щекочет шею, еще мгновение - и мягкие губы легонечко касаются вен на моей шее. Меня сотрясает дрожь проснувшегося желания, она волной накрывает тело, прокатывается от затылка, проходит через грудь, тугой пружиной сжимается в животе. Между ног судорожно забился клитор. Ваня левой рукой обхватывает меня за талию, тесно прижимает к себе, бедром вонзаясь между ног. И неторопливо проводит большим пальцем правой ладони по моим раскрытым губам.
  Смотрю на его лицо. От возбуждения он покраснел, его дыхание сбилось, но мужчина пытается контролировать вдохи. И от этой его попытки затаить шум дыхания рождались тихие редкие хрипы. Ваня был на взводе, но держал себя в руках. А меня его тихие хрипы полностью выкинули из реальности. Я перестала соображать, и тихо застонала, выгибаясь навстречу его бедру, нажимающему на мое самое сокровенное место между ног.
  Ваня судорожно сглотнул, жадно посмотрел на мое лицо и убрал свой большой палец, который я в порыве страсти обхватила губами. Он быстро приподнял мою голову за подбородок и впился поцелуем в полуоткрытый рот. На смену первоначальной нежности пришла страсть, он властно проник через губы внутрь, языком касаясь моего неба. Вкус поцелуя был приятным, и на удивление прохладным. От его губ у меня закружилась голова, я обняла Ваню за шею, издав голодный стон. Удовольствие пронзает меня очередной волной, я ощущаю, как набухают, заостряются мои соски на груди, становясь чувствительными. Ваня, словно уловив изменения в моем теле, скользит руками вниз, полотенце падает к нашим ногам.
  Он больше не пытается сдержать звуки сбившегося дыхания, когда отрывается от моих губ. Его ладони гладят кожу на моей спине, плавно скользят к груди. Он пальцами сжимает мои соски, наблюдая, как искажается мое лицо от удовольствия. Мне нравятся его сильные, уверенные прикосновения, и я хочу, чтобы он ласкал меня еще, и еще. Но Ваня вдруг останавливается.
  - Ула, - сдавленно говорит он. - Я хочу тебя.
  Он берет мою ладонь и прижимает к своему паху. Я чувствую, как под тканью джинсов вздымается вверх его член.
  - Это все твоя вина, - улыбается он. - Я ведь у тебя первый, я прав?
  Я невольно сжимаю его член, и слышу, как мужчина в ответ на мое прикосновение резко втягивает в себя воздух. Смотрю в его затуманенные страстью глаза, и от его возбужденного, покрасневшего лица сладко замирает сердце. Он быстро убирает мои руки от себя, заводит их за мою спину. Затем Ваня вновь слабо улыбается и пытается сфокусировать свой взгляд на моем лице, но, то и дело скользит вниз, к остро торчащим соскам.
  - Я первый, я прав? - хрипло переспрашивает он.
  Я киваю головой. Думаю, спроси он у меня сейчас о целом взводе солдат в моей постели, я бы также кивнула. Мои мозги слабо соображали, и сопротивляться ему не было никаких сил. Мне хотелось лишь одного - еще раз почувствовать в ладонях тяжесть его члена. И я хотела, чтобы он втянул мои соски к себе в рот, и...
  Ваня быстро схватил меня за плечи и отстранил от себя со словами:
  - Давай сегодня на это остановимся. Согласна?
  Я возмущенно смотрю на него - конечно, нет! Да мое тело сейчас как гитара, полностью настроена на Ваню. Я безумно хочу его, а он - меня! В чем проблема?
  - За что ты так со мной? - хрипло спрашиваю я у него.
  Ваня смотрит на мое обнаженное тело, судорожно стискивает округлые плечи и криво улыбается:
  - Я пойду сейчас к себе. Поговорим позже. Отдыхай пока. Договорились?
  - Я...
  Мужчина не дает мне и слова сказать, еще раз окидывает жадным взглядом мое тело и выпускает меня из своих рук.
  - Я пошел, - сообщил он мне зачем-то очевидный факт.
  Широкими шагами вышел из комнаты, оставив меня в компании с роботом, невозмутимо затихшим у порога комнаты. Едва дверь за Ваней тихо закрылась, как Макс ожил. Он покатился в ванную, намереваясь постирать мою одежду. Оказывается, робот-то крутой, в нем даже есть программа невмешательства в сексуальную жизнь своей хозяйки. Когда Ваня внезапно налетел на меня, он тенью скользнул к порогу и отключился. Насколько знаю, эту программу в домашние роботы нужно самим устанавливать. А я ничего не меняла в его настройках. То есть, это Ваня запрограммировал Макса, я даже помню его слова о том, что он перепрограммировал робота. Другими словами, он уже тогда, когда я сидела в изоляторе, знал, что эта программа понадобится.
  У меня мурашки по коже пошли, когда я поняла, что Ваня давно уже все решил на счет меня. Он просто невероятен! Мне бы хоть капельку его самоуверенности и решительности!
  Я подошла к своей кровати и рухнула на нее. Натянула одеяло на себя, закрыла глаза, пытаясь успокоить взбудораженное тело. Вскоре дыхание мое выровнялось, и незаметно для себя я уснула крепким, здоровым сном уставшего человека.
  Проснулась я утром следующего дня, проспав двенадцать часов. Села на кровать, протирая глаза. Мир остался прежним, пока я спала. То есть в комнате кроме Макса и меня никого не было. Мерно гудел ИСК, здесь не было окон, и шум снаружи в помещение не проникал. Белые стены, тихо вокруг.
  Я встала с кровати и поплелась в ванную. Моя память неохотно восстанавливала события вчерашнего дня. Очнулась после 'казни', познакомилась с ребятами из команды. Слетала к Ла-Маншу, перемахнула два уровня в треклятой игре. Поцеловалась с Ваней.
  И он меня бросил неудовлетворенной. Обидно. Я сердито засопела, потом с удивлением подумала, что весь вчерашний негатив, оставшийся после игры 'Пища Богов', испарился без следа. И все мои мысли заполняет один только Ваня. Может, я свихнулась? Мне маньяка ловить надо, а я, стыд и позор, думаю о том, как затащить мужчину в постель. Почему он вчера оттолкнул меня? Ведь сам же первый начал!
  Чуть ли не рыча, я чистила зубы, когда раздался невозмутимый голос Макса за спиной:
  - Сейчас в буфете собрание. Велено передать, как вы проснетесь, что вас ждут.
  Я сплюнула воду, ополоснула лицо и вытерлась полотенцем.
  - Иду, - сказала я ему. - Ты белье постирал? Мне надеть нечего! Не пойду же я в простыне, как призрак Карлсона!
  - Все готово, - железобетонно ответил тот. - Висит на спинке стула.
  - Пока я спала, кто-нибудь заходил?
  - Да. Вчера заходили Рыжий, Леха, Костик, Медведь, и Ваня. Утром сегодня заходили все те же самые.
  - Ты, что, пускал их в комнату? - занервничала я, вспоминая, что спала голой.
  Макс покрутил головой из стороны в сторону - еще один жест, записанный в его программу Ваней. Он не входил в стандартный набор опций.
  - Ваня сказал, никого не запускать, пока ты спишь. Кроме него, разумеется.
  - Ну, разумеется, - передразнила я его.
  Черт. Я так зла из-за того, что мне отказали!
  Я бросила взгляд на стиральную машинку, встроенную в стену и обложенную кафельной плиткой. Отключенная, она грустно смотрела на меня своим раскрытым ртом-дверцей. Постиранное и высушенное желто-зеленое полосатое полотенце свисало с крючка, тихий виновник вчерашней неудачной попытки соблазнения.
  - Это ты во всем виновато! - высказала я ему свою обиду.
  Потом сообразила, что полотенце в принципе разговаривать не умеет, и в который раз за сутки почувствовала себя полной дурой.
  Злющая, как тысяча чертей, я прошлепала босыми ногами по плитке ванной, вышла на холодный пол комнаты, покрытый ламинатом, дошла до стула. На нем висело нижнее белье и платье в ромашку. Я накинула его на себя, провела рукой по голове вместо расчески. Мой ежик бесполезно расчесывать, волосы торчали в разные стороны, а макушка походила на венчик репейника. Может, мне еще выкрасить волосы в пурпурно-красный? Тогда точно лопухом стану. А так... будто попка морковки торчит из грядки.
  - Макс! - рявкнула я на робота.
  - Да? - он подкатил ко мне, мигая глазами, и поднял свою голову.
  - Я ушла! - проорала я ему на всю комнату.
  Будь он человеком, послал бы меня в ответ на мое тявканье куда подальше. А так Макс равнодушно ответил:
  - Удачи.
  Иногда мне очень хотелось стать таким, как он - лишенной эмоций. Как было бы проще жить! Увы, роботы потому и прислуживают нам, что не имеют собственных чувств и желаний. Железные рыцари без страха и упрека, пример выдержки и трудолюбия для человечества, создавшего их.
  Я вышла из комнаты, натянув на ноги свои замученные шлепки, пережившие со мной время в изоляторе. Прошла по пустому коридору, намеренно разрывая тишину топотом ног. Когда вокруг нет звуков, то, кажется, что и тебя нет. И других людей нет, и вообще, что весь мир - сплошная иллюзия, недописанный до конца вирт.
  Дошла до двери кухни, из которой доносился аромат жаркого, сглотнула слюну и потянула на себя дверь. И сразу же попала из пустого коридора в переполненную людьми столовую.
  Гвалт стоял жуткий, казалось, каждый из находящихся здесь разговаривал, при этом слушающих не было. Здесь собралась вся команда Ершова, в полном составе. Были оставлены тарелки с едой на столах, кружки с напитками, все бросили свои вилки и ложки, собравшись вокруг одного из столиков. Собрание возникло как-то вдруг, стихийно. Все сгрудились вокруг Вани, что-то доказывая, объясняя, ругаясь с ним. Глава нашей команды невозмутимым утесом сидел в центре, подняв брови, молчал и слушал то выкрики, то мягкие слова, то истеричные, то злобные реплики. Перед ним стояла большущая кружка с нетронутым, остывшим кофе. К беляшу с мясом, сочным треугольником лежащему рядом с чашкой на белом блюдце, он не притронулся. Ваня выслушивал ребят, время от времени потирал шею, скоблил подбородок, прикасался к щеке - выказывал все признаки человека, напряженно обдумываюшего звучавшие вокруг слова.
  Среди гвалта невозможно было понять, о чем все так дружно спорят. До меня доносились лишь некоторые слова:
  -... в Индии...
  - ...на куски...
  - ...а я и говорю...
  - ... мать его...
  Я круглыми глазами посмотрела на царившее неподалеку от барной стойки безобразие. Соваться туда не хотелось, а запах жаркого вызывал уже не слюнки, а целый поток слюней. Я так давно не ела мяса! Сумасшедше пахнущего, хрустящего золотистой корочкой, можно с соусом, можно просто аппетитными кубиками в гуляше. Без разницы!
  Я подошла к барной стойке, отбросив попытки расслышать хоть что-то вразумительное из толпы собравшихся. Меня никто не заметил, каждый был занят тем, что что-то пытался доказать Ване. Весь мой гнев от того, что мужчина мне отказал, испарился без следа, и сердце затопила волна нежности при виде того, как он, растерянно улыбаясь, время от времени кивает говорящим головой. Лапочка! Усе, влюбилась. Крышу сносит только от одного его вида.
  - У меня сегодня жаркое, - услышала я голос Толстяка из-за спины.
  Я отвернулась от толпы сгрудившихся вокруг Вани ребят, и повернулась к роботу-колобку. Забралась на высокий стул и, уловив аромат жареной говядины с картошкой, широко улыбнулась роботу с радостным выкриком:
  - Тащи! Мясо! Я месяц сидела на таблетках! Хочу! Хочу! Давай быстрее! И больше никаких каш!
  - Сразу много нельзя, - тормознул меня Толстяк, с сожалением разводя руками в стороны, - но чуть-чуть можно. А на десерт рекомендую сырники со сгущенкой.
  - А мясо со сгущенкой? На десерт? Вместо сырников? И без сгущенки?
  - Увы.
  Я сразу погрустнела, но кивнула головой:
  - Неси. Толстяк, а чего они там все обсуждают?
  - 'Краб' сломался.
  Я мгновенно окаменела. В ушах еще звучала фраза 'краб сломался', а память услужливо выкинула на поверхность сцену полета быка за стену Закрытой Зоны. И чем 'полет' закончился лично для меня. Я это 'чем' усиленно закрываю в свой 'Ящик Пандоры', но оно никак не желает туда заползать и постоянно выползает темной дымкой сквозь щели. Забыть бы время в изоляторе, да выпирающие сквозь кожу ребра не дают.
  После слов Толстяка я погрузилась в вычисления. По всему выходит, вчера был тридцатый день после злопамятного 'полета быка'. Я помню, как ребята говорили, что раз в месяц от рук маньяка кто-то погибает. Не помню, кто именно рассказывал, но говорили, что очередному убийству предшествует 'бзик' краба. И вот, когда месяц уже почти миновал, маньяк вновь объявился.
  Толстяк скрылся за ширмой, сверкнув своим никелированным телом под светом светодиодных ламп, расположенных рядами над стойкой бара. Я почувствовала приближение постороннего за спиной и резко обернулась - ко мне подходил Костик. Он дружелюбно хлопнул меня по спине, улыбаясь хитрой улыбкой чеширского кота.
  - Выспалась? - спросил он. - А у нас тут очередное бешенство краба в Индии. Ты не в курсе?
  - Нет.
  - Месяц почти прошел, мы стали думать, что маньяк ушел в подполье, а он, сука, вновь объявился. Э-э, прости за мат.
  - Да мне все равно...
  - Прикинь, на четыре дня опоздал! Медведь думает, что задержка из-за тебя случилась. Мы все так думаем. Теперь уверены, что псих ебанутый... эээ... опять вырвалось...
  - Ну?
  - Этот урод стопроцентно твой знакомый. Задержек за тринадцать лет не было ни одной. По подсчетам аналитиков, выходит, это первый месяц без жертв. За тринадцать лет, прикинь? Все шерстят список твоих френдов, разыскивают их в играх, добавляют к себе в друзья. Двое наших из 'Царства' уже троих вызвали на бой, проверяют их психику. Ула!
  Костик, стоя рядом со мной, с силой сжал мое левое плечо и наклонился ко мне, пристально глядя в глаза:
  - Подумай! Кто мог разозлиться на тебя? Ты отказывала какому-нибудь парню? Может, делала кому-нибудь подлость? Ну? Ты единственная сейчас, кто может вывести нас на эту сволочь! Напряги свою память, подумай!
  - Мне больно! - вскрикнула я, схватившись за его ладонь в попытке оторвать ее от себя. - Костик, я не знаю!!! Я никого не обижала!!! Да ты посмотри на меня! Я, что, похожа на роковую женщину? Разве могу я свести мужчину с ума? Видишь, ребра наружу торчат?
  Я прижала ткань платья к своей талии, из-под материи четко вырисовались мои кости. Костик разжал свою ладонь, выпуская плечо из хватки. А я провела ладонью по своим волосам и чуть ли не плача сказала:
  - А на голове так вообще попка морковки.
  - Ершов же повелся, - буркнул Костик.
  Он присел рядом со мной на стул и бросил взгляд в сторону гомонящей толпы. Все члены нашей команды продолжали наседать на руководителя со своими просьбами, комментариями, замечаниями, идеями. А Ваня смотрел на нас с Костиком, нахмурившись. Я улыбнулась ему и махнула рукой. Мужчина отвел взгляд в сторону, посмотрел на лица вокруг себя, а потом вновь уставился на нас с Костиком. Я отчетливо прочитала у него на лице желание вырваться из толпы друзей и сожаление от того, что он не мог этого сделать и подойти к нам. Он так обиженно насупился, что я невольно улыбнулась. Лапочка! Мое сердце опять екнуло.
  - Он с утра всем сообщения скинул, что ты теперь его девушка.
  - Э-э-э...
  И не возразишь. Ни тебе признаний в любви, ни алых роз, ни долгих ухаживаний, ни серенад под дверью, ни ужинов при свечах. Бац - и ты уже девушка Ершова. Я застыла, впав в ступор от скорости продвижения наших отношений с Ваней. Смотрю на Костика, а тот украдкой подмигивает мне.
  - Да ладно, мы уже давно заметили, как он на тебя смотрит, чего смущаешься?
  Я почесала пальцем щеку, не зная, что сказать. Ладно, меня пока все устраивает. Зато теперь никто из команды Ершова не будет приставать ко мне. А то жутковато мне было быть одной девушкой среди толпы мужиков, которые ради меня бриться начали.
  - Так что там с крабом? - сменила я тему.
  - На этот раз Индия, на чайных плантациях. Краб, сортирующий высушенные листья чая, бросил свою работу и начал ходить по кругу. 'Посмотри на солнце и придумай колесо'. Это он талдычил.
  - 'Посмотри на солнце и придумай колесо'? - переспросила я. - И что это значит?
  - А я знаю? Медведь уверен, что маньяк знает о существовании нашей команды и попытках поймать его. Крабы начали глючить сразу после создания Ершовым команды. Я тоже начинаю думать, что убийца моего брата издевается над нами больше тринадцати лет.
  - Так может маньяк среди нас? - потрясенно спросила я. - И вы поэтому его поймать не можете?
  - Чужой среди своих? Все возможно.
  Он потянулся, вытянул руки вверх, запрокинул голову и посмотрел на лампы над стойкой, прищурившись.
  - Ты так спокоен, - заметила я, настороженно посмотрев на толпу ребят вокруг Вани.
  Костик опустил голову, перестав искать ответы на свои вопросы в потолке. Он повернулся лицом к спорящим людям в обеденном зале, оперся локтями о столешницу стойки бара и заметил:
  - Я уверен, мы поймаем его. Я его лично...
  Он мрачно оскалился и провел рукой по своей шее, изображая ладонью нож. Его русый тощий хвостик на макушке резко дернулся в ответ на это движение. Я в который раз подумала, что встреться с ним в реале, приняла бы его за очередного поп-идола, этакого воплощения человеческого легкомыслия. Костик настоящий похож на горький шоколад с красным перцем.
  - И что значит эта фраза? 'Посмотри на солнце'? Как ты думаешь? - спросила я у него, застучав носком стопы по деревянной обшивке под столешницей.
  - Я не думаю, я существую. Думают они...
  Он кивнул в сторону немного подуставших галдеть парней. Разговоры вокруг Вани помаленьку стихали, поток слов иссякал.
  - И что они говорят?
  - Да разное. Медведь говорит: 'одна из великих тайн человечества состоит в том, что никто не знает, кто изобрел колесо!'.
  Костик забавно передразнил своего начальника, скорчив рожицу и опустив тон голоса. Я усмехнулась, а он продолжал:
  - Он уверен, что маньяк насмехается над нами и намекает на то, что нам его никогда не поймать. Усатый уверяет, что колесо изобрела сама природа, и убийца указывает на то, что разгадка его личности очевидна настолько, что никто ее не замечает. Он думает, что среди нас предатель. Вано как всегда молчит, погружается в свой астрал и думает о своем. Все остальные несут чушь, выпускают пар. Один додумался до того, что у маньяка круглый живот, другой - что у маньяка ноги колесом.
  - Забавно, - сказала я, совсем не улыбаясь. - А что, краба проверили?
  - Чист, как стеклышко. Ваня не полетел в Индию, а местные мастера сняли программный код краба. Один заводской установщик рылся в его микросхемах.
  Нас перебил Толстяк. Он вынырнул из недр кухни, неся поднос в одной из своих четырех рук. Через пару минут передо мной появился желанный обед - ароматное жаркое с мясом. Ма-аленькая порция. И один сырник с ка-апелькой сгущенки. Жадина.
  - Чай? Кофе? Сок? - переспросил робот. - Или чего покрепче?
  - Толстяк тоже круглый, как колесо,- хмыкнула я. - Толстяк, как думаешь, среди нас есть предатель, а?
  Наш железный повар невозмутимо ответил:
  - Я умею думать. Я думаю, что предатель - человек, кто-то один из одного миллиарда. Предатель не робот. Исключено.
  Мы переглянулись с Костиком. О том, что убивать людей может эволюционировавшая программа, ВИП, нам и в голову не приходило. Ага, несмотря на сотни ужастиков на эту тему.
  - Черт! - сказал на это Костик.
  Он встал с места и широкими шагами направился к приунывшим парням, исчерпавшим к этому времени все доводы, аргументы и факты. Я проследила за ним. Он дошел до ребят, что-то сказал Ване, и все девятнадцать окружили опешившего от новой версии шефа. Галдеж зазвучал с новой силой.
  - Как-то так, - тихо сказала я сама себе.
  Я отвернулась от ребят и повернулась лицом к Толстяку.
  - Готовь капучино.
  И схватилась за вилку.
  Обсуждение новой версии длилось минут двадцать. Подняв тарелку, я опять развернулась, крутанувшись на стуле, к обсуждающим тему парням, и, набивая щеки едой, совмещала две вещи сразу - слушала и ела.
  - А я говорю, что последний глюк в 'Пище Богов' яркий пример тому, что программа может убивать! - размахивал руками Костик.
  По какой-то неведомой причине сия версия вспыхнула в его голове яркой лампочкой, и теперь горела, превращая его из обычного бойца в философа:
  - Я говорю, что эволюционирует все на свете! И ваще, кто сказал, что настоящие люди - это существа из плоти и крови? А вдруг, настоящие люди, это существа из набора цифр и букв? Такие, как ВИПы?
  Я чуть не подавилась - Костик перевернул все с ног на голову. А что, очень даже может быть... Мы с ними иллюзия, а ВИПы - настоящие... Тьфу, бред. Мы же сами ВИПов создаем. Ну да, и мы же сами друг друга создаем. Что странного, если ВИПы вдруг начнут создавать сами себя, свои более совершенные версии? И вообще, в этом мире все может быть.
  - А я говорю, бред, - качал головой Медведь. - За убийством людей стоит человек! ВИПы не обладают столь извращенным чувством юмора. Какой ВИП станет издеваться над крабами? Маньяк придумал некую программу, которая уничтожает что-то в голове человека, превращает его в мумию. Запихивает в головы людей вирус, который меняет код персонажа так, что человек в реале погибает от обезвоживания. Да, был глюк в Пище сегодня. И что? Кто-то умер? Никто на самом деле не пострадал. Перепугались только, и все! Все живы и здоровы. Раз такой умный, лучше направь мозги на то, как нам ловушку поставить на маньяка! Пять дней осталось!
  - А я бы вообще скопировал всю базу индийского сервера, - кто-то ляпнул, чье имя я запамятовала.
  Еще не всех запомнила.
  - Зачем? - удивился Костик.
  - Как это, зачем? Маньяк уничтожает аккаунты своих жертв. А так мы могли бы восстановить его после убийства.
  - Нам остановить надо убийство, а не действовать после него.
  - Да как вариант!
  - Ты недавно с нами, и не в курсе, - сказал Рыжий парню, предложившему создать резервную копию индийских серверов. - Мы уже создавали дата-центр. Три месяца создавали, поставили два кластера, дизель-генератор, кондиционеры, напольные телекоммуникационные шкафы... Мы начали работать, скопировали сервер Японии, где предполагалось убийство. И что? Этот ублюдок нас легко вычислил. Аккаунт жертвы был уничтожен не только на главном сервере в одном из дата-центров Японии, но и на наших резервных платформах! Сука нас вычислил!
  Ладно, я уже привыкла к матам...
  - Нам пришлось оставить дата-центр, - продолжил Рыжий. - И переехать сюда. Пока эта тварь нас не нашла. Она знает, что его разыскивают, но не знает кто и где.
  - А если эта сука среди нас? - спросил Олег, наш бродяга-одиночка.
  - Тогда пиздец нам всем, - нервно заметил один из 'рядовых'.
  Тоже забыла, как его зовут, но вроде он из парочки меломанов.
  - Пистец! - радостно улыбнулся своей белоснежной улыбкой на черном лице Леха.
  - Мы как пчелы, которые бьются о стекло, вместо того, чтобы развернуться на сто восемьдесят градусов и вылететь из помещения! - возмущался один из дуэта вечно спорящих между собой парней. - Надо посмотреть на проблему с другой стороны! Он же насмехается над нами. "Посмотри на солнце и придумай колесо'! То есть все настолько очевидно, стоит только поднять голову и ответ сам придет.
  - Вот и считай ворон, - ворчал его друг. - А я предлагаю устроить заварушку на индийском сервере. Войну в 'Пище Богов', с регистрацией всех участников. Вот кто зарегится, тех аккаунты и можно копировать. И искать совпадения между списком френдов нашей Улы и зарегистрированными. У нас единственная зацепка - список ФУЧа, френдов Улы Чайки.
  - Я, полагаю, думаю, что вероятность новой смерти в 'Пище' где-то примерно процентов сорок, - растягивая слова, сказал Усатый.
  Не общалась еще с ним, но, говорят, мужик головастый. Медленно, степенно проговаривая каждое слово, он заставлял всех невольно выслушивать его молча. Именно он, наконец, предложил нечто дельное, продолжив вслух свои рассуждения:
  - Остальные шестьдесят - все остальные игры. Нет закономерностей ни в чем. Нет ничего общего между жертвами, нет постоянной игровой платформы, где происходили бы убийства. Для маньяка мировая игровая площадка как рулетка, где захочет, там убьет. Я, полагаю, надо вновь использовать Улу как приманку.
  - Как? - спросили у него все чуть ли не хором.
  Усатый, один из трех разработчиков, степенно кивнул головой, почмокал губами, и заявил:
  - Пусть выставит на продажу шмот редкий. Нам нужно, чтобы как можно больше людей узнало о ней. Нам нужно привлечь внимание маньяка к ней. Чем больше игроков узнает о том, что якобы Ершов Дмитрий жив, тем больше вероятность, что среди них окажется наш убийца. И есть вероятность, что мы его вычислим путем сравнения со списком френдов Улы. Я полагаю, я уверен, что это займет много времени. И чем активнее будет вести себя Ула, чем сильнее себя разрекламирует, тем быстрее мы окажемся у конечной цели. Тот, кто сам вызовет ее на дуэль - уже подозреваемый в убийствах. Главное условие, чтобы ее вызвали, а не она сама.
  Около десятка пар глаз дружно уставились на меня. Я проглотила кусок мяса, выпучив в свою очередь на них глаза. Они молчали, я молчала.
  - Мне все это не нравится, - сухо сказал Ершов. - Мне нужно подумать. Усатый, Медведь, пошли ко мне в комнату. Надо обсудить эту мысль. Я вас понял, ребят. Теперь дело за нами. Мы составим план действий, сообщим вам.
  Ваня резко встал с места, бросил на всех взгляд сверху вниз. Все-таки он очень высокий, выше остальных на голову. И красивый.
  - Ула, ты идешь с нами, - смотрит на меня серьезно, сдвинув брови.
  Ему никто не стал возражать. Я быстро запихала остатки еды себе в рот, и, как бурундук, с надутыми щеками соскочила с места. Капучино старательный Толстяк приготовил еще минуту назад, бесшумно поставив на барную стойку за моей спиной. Обнаружив кружку с дымящимся напитком позади себя, схватила ее, шустро проскользнула между наблюдающими за мной парнями и с готовностью застыла на пороге бара.
  - Помнем, - заторопила я оторопевших от моей скорости парней.
  Прожевав, освободила чуть места во рту, и уже более внятно сказала:
  - Пойдемте уже! У нас всего пять дней! Все зависит от меня? Я на все согласна! Хочу поймать и придушить эту суку!
  - Не матерись! Тебе не идет,- сказал непроизвольно Рыжий мне в ответ.
  Ребята вокруг него дружно закивали головой.
  'А ничего, что пять секунд назад вы сами здесь все матерились?', - подумалось мне, но я промолчала. Вон, с какой укоризной все смотрят на меня.
  - Не буду, - послушно кивнула я головой. - Ну, пойдем уже!
  Ваня вышел из стола, быстро подошел ко мне, забрал кружку с кофе из рук и поставил ее на ближайщий столик.
  - У меня в комнате есть кофемашина, выпьешь там.
  И положил руку на плечо, приобняв. Вывел из бара под взгляды притихших парней. Мне понравилось. Мол, здесь я указываю, что ей делать, потому что она - моя. Так приятно ощущать, что есть кто-то, кто станет за меня думать и решать все проблемы.
  Следом за нами из кафе вышли Медведь с Усатым. На миг из приоткрытой двери послышался возобновившийся гомон обсуждающих идею Усатого парней, а затем дверь за ними захлопнулась, отрезав нас четверых от всех остальных членов команды.
  Усатый не стал ждать, пока мы доберемся до комнаты Вани, а уже на ходу продолжил свои размышления.
  - У Рыжего есть купон на торговую лавку в 'Пище Богов'. Воспользуешься им, он его тебе передаст. С десятого уровня можно выставлять шмот, зелья, собранные ресурсы на продажу. До десятого уровня дойдешь сегодня, сегодня же и поставишь торговую лавку. Рыжий или Леха дадут тебе пару миллионов на первое время, они позволят вести торговлю. Можно будет поставить запрос покупки ездового питомца. Чем быстрее начнешь передвигаться по виртуальному миру, тем в большем количестве мест побываешь. За четыре дня тебе надо будет найти как можно больше друзей. Сегодня же надо будет прогрузиться до уровня двадцатого, станешь рядовым и сможешь создать свою гильдию. Нет, думаю, тебе лучше не быть лидером, и напрашиваться ко всем в пати.
  - А где ты рарное оружие найдешь? - озадачился Медведь. - Разработчики игры на компромиссы идут неохотно. Наши просьбы им уже поперек горла.
  - Насчет рарного оружия, - встрепенулся Ваня. - Есть у меня одна идейка...
  Он убрал свою руку с моего плеча, потому как мы уже дошли до его комнаты. На дверях стоял электронный замок. Ваня достал свою карточку, быстро провел по нему, послышался легкий щелчок. Он распахнул передо мной двери во всю ширину со словами:
  - Проходи, не стесняйся.
  И подтолкнул меня в спину.
  С первого взгляда было понятно, что передо мной комната холостяка. Здесь было столько хлама, что тридцать квадратных метров превратились в лабиринт Минотавра. Ваня откуда-то притащил комод, шкаф, тумбы из дерева, на которых в данный момент лежали микросхемы, блоки питания, провода, накопители памяти, стабилизаторы, и много чего еще загадочного, но, увы, в данный момент ненужного. В одном из углов был растянут гамак, под ним на каменном полу стояла столярная доска(!) с утюгом по центру. В кресле-качалке валялось сырое полотенце, в другом углу находился велосипед, на седушке которого лежал древний скай из первых моделей. На четырех табуретках стояли бутыли с маслянистой жидкостью. Игровая капсула уместилась между трехметровым панно с рисунком водопада и коричневым глиняным горшком с засохшим лимонником. На кровати сплошным комком переплелись простынь, одеяло, подушка, плед и трусы, снятые вместе с джинсами.
  Я, оцепенев, застыла на пороге. Парни, привыкшие к подобному зрелищу, обогнули меня, по-хозяйски прошли внутрь. Медведь пробрался к кофеварке, а Усатый деловито пододвинул в сторону тканый комок, устроился на кровати, прислонившись к стене спиной.
  - Мне бы тоже кофейку. Американо, Миха.
  - Будет, - кивнул головой Медведь. - Вань?
  - Не хочу, - ответил мужчина.
  Он топтался за моей спиной, покраснев слегка. Кажется, он впервые посмотрел на свое жилище посторонним взглядом.
  - Ула? - спросил Медведь.
  - Капучино, - запросила я.
  - Здесь малость не прибрано, - засопел Ваня на мою макушку. - Но ты проходи, присаживайся...
  Он обошел меня, проходя мимо кровати, запихал трусы с джинсами под подушку, затем прошел в сторону, скинул с кресла-качалки сырое полотенце на пол и сделал приглашающий жест к нему.
  - А велосипед тебе зачем? - только и смогла спросить я, осторожно проходя в комнату.
  - Жалко выбросить. Было интересно прокатиться, я его сам собрал, а потом выбрасывать не стал.
  - И как? - поинтересовалась я. - Как на нем ездить?
  Ваня пожал плечами:
  - Вполне удобно. Дать покататься?
  - Не надо, - помотала я головой.
  Уселась в кресло качалку, предварительно стерев ладонями мокрые пятна от полотенца.
  Ваня смущенно почесал нос, стоя рядом со мной, сказав:
  - Я иногда робота-уборщика вызываю, он пол моет.
  - Хм... - задумчиво отвечаю я, глядя на тенета под потолком.
  - И стирает. Иногда.
  - Хм... - от полотенца на полу воняло затхлостью и плесенью.
  - Но я моюсь каждый день!
  Я посмотрела на Ваню - красавчик с широкой улыбкой и с таким же широким сердцем. Ладно, сойдет. Люблю его.
  - Так что там с рарным оружием? - спросил Медведь, наблюдая, как кофеварка трясется. Гул от нее стоял на всю комнату.
  Ваня с радостью переключился на другую тему обсуждения:
  - Ула вчера случайно наткнулась на редкий вид живого заклинания - на Фрейю. Из нее можно сделать оружие, за которым погонятся все старожилы. И наш маньяк, думаю, тоже захочет им обладать...
  
  Глава 11
  После получасовых дебатов все три разработчика и основателя команды пришли к тому же плану, что предложил Усатый еще в баре. Было решено, что сначала я быстро продвигаюсь до десятого уровня, выставляю на продажу меч Фрейи и активно влезаю во все диалоги в мировом чате. Затем за сегодняшний день я должна подняться на двадцатый уровень и покинуть Лагерь Новичков. Попутно троллить народ в чате, так, чтобы не забанили. То есть, становиться звездой вирта, и неважно, каким способом мне достигнуть этого - ухудшить или улучшить свою репутацию, в данном случае цель оправдывает средства. А группа аналитиков тем временем будет проверять каждого, кто будет напрашиваться в мои друзья/враги. Было решено, что быстрее и эффективнее мне наживать врагов, чем друзей. Когда кто-то из игроков станет добавлять меня в 'черный' список, будет приходить системное сообщение и информация о злопыхателе, как при рукопожатии с потенциальным другом.
  - У нас осталось пять дней... четыре с половиной, - уточнил Ваня, сидя на табуретке рядом со мной. - Полдня прошло. Сегодня ты продвигаешься до двадцатого уровня, далее выходишь из Лагеря Новичков и начинаешь троллить всех подряд. Рыжий будет рядом, все переговоры с другими игроками будет вести он. Ты не умеешь бесить людей так, чтобы они медленно кипели, а не взрывались сразу, Рыжий в этом спец. Пока он будет ругаться с игроком, которого ты зацепишь, мы тем временем будем проверять его биографию. Если он окажется в списке друзей Ульяны Чайки, казненной за хакерство, то автоматически попадет под наши подозрения.
  - Команда! Чтобы заводить друзей, собирай пати, - Медведь, устроившись в гамаке, покачивался из стороны в сторону.
  Не по-пляжьему раскачивался, а по-спортивному, как на качелях. Руки за голову закинул, смотрел в потолок на паучка, плетущего паутину между железным крюком гамака и стеной. Идеальная паутина с многичсленными ровными многоугольниками, примерно в десять сантиметров в радиусе. Подозреваю, Медведь давно за ним наблюдает, с первой ниточки паучка, вон, как придирчиво рассматривает последние круги. Убедившись, что паучок за время отсутствия гостей в комнате не ленился, а усердно трудился, Медведь продолжил:
  - Врагов можно наживать себе каждую секунду, поливая их грязью в чате или сливая возле лагерей или городов. Леха и Костик будут рядом, не высовываясь. Если взбешенный игрок благополучно пройдет проверку аналитиков, ты извинишься и уведешь от дуэли. Будут в нем сомнения, Леха, Костик либо Рыжий вызовут его на дуэль.
  Усатый подергал кончики своих усов, с сомнением поглядывая на меня. Затем сказал:
  - Гибель в 'Пище' всегда может закончиться смертью в реале, а не только в вирте. Ребята будут осторожны, а вот ты - девушка, более чувствительная, чем разумная...
  - Ну, спасибо, - буркнула я, - за комплимент.
  Усатый, сложив руки в замок на своем круглом брюшке, обтянутом черной футболкой и из-за этого похожем на боксерскую 'грушу', продолжал:
  - Я полагаю, думаю, что Рыжий должен будет каким-то образом гасить твои вспышки ярости. Конфликты будут в большом количестве. У меня большие опасения... несдержанность эмоциональная... опасаюсь я, опасаюсь...
  - Другими словами, Усатый хочет сказать, чтобы ты на рожон не лезла, - усмехнулся краем губ Ваня. - Это я беру на себя. Ула, я тебя из игры стану насильно выкидывать. Почую опасность - выкину с сервака без предупреждения.
  - Я тоже тебя люблю, - мило улыбнулась я ему.
  Ваня даже не думал ответить улыбкой на улыбку, он был серьезен и хмур.
  Медведь кашлянул в кулак, с неодобрением покачал головой:
  - Надо было другому дать карту Ершова Дмитрия. Ошибся ты, Ваня.
  - Ошибся, - сокрушенно согласился с ним Ваня. - Не думал, что так встря... все повернется.
  Усатый кивнул, потеребил свои длинные, седые усы, свисающие ниже второго ребра, и согласился с друзьями:
  - Что сделано, то сделано. Факт - Ульяна играет под личиной Дмитрия. Я думаю, полагаю, что мне пора вернуться к нашим меломанам. У них сегодня по три дуэли в 'Бездне' с шестью подозреваемыми из списка френдов Улы. Я за ними наблюдаю так же, как ты, Ваня, за Улой. Меня, полагаю, ждут, наши меломаны и аналитик.
  - А я собирался поговорить с программистом из дата-центра 'Будда', - сказал Медведь. - Мне нужен доступ к сервисной службе, к которой подключался краб. Этот, 'посмотри на солнце'. Хочу проверить, подключался ли кто-нибудь к нему по Сети.
  - Крабы сами подключаются, - вспомнила я уроки программирования. - К ним сервис подключиться сам не может. Там же автомат на входящий вызов!
  - А вдруг можно? - усмехнулся Медведь. - Я лечу в Индию. Завтра вернусь. Ты права в том, что к крабу подключиться по сети нельзя. Но, как сказал Костик, это его идея, кстати, это он додумался проверить подключения краба к Сети... Как сказал Костик: 'для нашего ушлого хакера границ нет'. Слетаю, все лично-сам проверю. Плохо, что в этот раз никто из нашей группы не полетел на место происшествия. Это надо исправить. Я быстро.
  - Одобряю, - кивнул головой Ваня. - Лети. Сам хотел слетать, но не успеваю. У нас осталось четыре с половиной дня до очередного убийства. И не задерживайся. Одна нога здесь - другая там. Ты нужен здесь.
  - Да знаю я, знаю, - улыбнулся наш качок-разработчик. - Где вы такого еще найдете.
  Я встала с места, почувствовав, что еще чуть-чуть, и засну под их монотонные голоса и покачивание кресла. Даже выпитые три кружки кофе за все время разговора не спасали.
  - Так! Я в игру! Хочу побыстрее 'воскресить' себя!
  - И друзей? - Ваня впервые допустил ревнивые нотки в голосе. - Вернуть друзей?
  - Конечно! - кивнула я ему головой. - Я очень скучаю по ним.
  И это было правдой. Щас бы посмеяться над взъерошенным Андрюхой, пофлиртовать с Дэном, позлить Жэку. Пусть моя интуиция и вопит, что возврата к прошлому не будет, и мне больше не суждено встретиться с ними прежними, но так просто отпускать ребят я не хочу. Я не сдамся, не смотря на вопли преслуватой женской интуиции. Вспомнив о друзьях, я заторопилась к выходу:
  - Я пошла!
  - Не так быстро! - сцапал меня за руку Ваня, быстро встав с табуретки. - У меня есть к тебе парочка вопросов. Вы, ребят, кажется, торопитесь?
  - Миха, я полагаю, нас выгоняют! - деланно удивленно сообщил другу Усатый. - Эх, любовь, любовь... И сердце бьется быстрее... и чувствовать спешит... нет, что-то не то... как там...
  - 'И жить торопиться, и чувствовать спешит', - напомнил ему Медведь. - Не помню, откуда, но как-то так...
  - 'Первый снег', Вяземский, - быстро ответил Ваня.
  - Точно! - обрадовался Усатый. - Помню, великолепный стих!
  Медведь соскочил с гамака, протянул руку развалившемуся на кровати другу. В один рывок поднял его с матраса на ноги.
  - Перечитаешь на досуге, - сказал он ему. - Ну, мы пошли!
  - Привет Индии! - махнул им на прощанье Ваня.
  - Пока! - сказала я.
  Ребята вышли из комнаты, оставив нас наедине.
  - Так что ты хотел сказ...
  Меня прервали на полуслове. Ваня приблизил меня к себе, крепко обнял и впился в губы французским поцелуем.
  - М-м, - я деланно посопротивлялась, стуча кулачками по его груди пару секунд, и притихла.
  По комнате поплыли весьма красноречивые и сексуальные вздохи. Рука Вани спустилась вниз, его ладонь скользнула под подол сарафана, крепко сжала мою правую ягодицу и прижала меня к своему паху. Я с нетерпением пошевелилась, ощутив, как клитор рефлекторно сжимается в ответ на давление на него. У Вани потрясающая способность за три секунды зажечь меня. Секунда - и внизу живота запылал огонь, а я выгнулась навстречу мужскому естеству. Ваня оторвался от моих губ, потемневшими глазами посмотрел на приподнятую грудь, обтянутую сарафаном. Его полные губы растянулись в ласковой улыбке, и он тихо сказал:
  - Я бы прямо здесь тебя взял. Ты ведь хочешь меня?
  - Хочу! Так почему ты не?
  - Не что?.. - передразнил он меня.
  - Не... ну, ты знаешь...
  Его рука отпустил мою попу, скользнула вверх, пробралась под лифчик и сжала мою грудь. Я глухо застонала, растворяясь в волне удовольствия от его прикосновения.
  - Ты такая чувствительная... Твои друзья... были просто друзьями?
  - Что? - переспросила я, с трудом призывая память. Друзья? - Да, просто друзья.
  - И Дэн?
  - Дэн? Просто друг.
  - Он не приставал к тебе?
  - Нет.
  - Ладно.
  Ваня выпустил меня из объятий, отодвинул от себя, а я с возмущением посмотрела на него:
  - Почему? Я хочу тебя.
  - Я тоже. Но не сейчас, - и смотрит с какой-то напряженной усмешкой.
  - Да в чем дело? - не понимаю я его поведения.
  Ведь он же возбужден! Я почувствовала сквозь платье, как его член напряжен. Он хочет меня. Так в чем проблема?
  - Ты еще молодая... Долго объяснять...
  - А ты попробуй!
  - Страсть... страсть обычно быстро перегорает. Я не хочу с тобой торопиться. Давай узнаем друг друга поближе?
  Я, окаменев, смотрю на него. Так понимаю, что у него было столько девушек, что простой секс его уже не удовлетворяет. Мне вдруг стало страшно. Он хочет создать крепкую связь? Я вздрогнула. У меня не получится! Я за двадцать лет не смогла добиться любви родителей, чего уж говорить о таком великолепном мужчине! И что теперь, мне с ним ничего не светит? Я не могу ему дать то, что он хочет!
  - Не думаю, что это хорошая мысль. Я пошла, - сухо сказала я ему.
  Ваня меня не остановил, тенью застыл на том месте, где я его оставила. От этого мне стало еще обиднее. Даже не попытался остановить. К себе в комнату я вернулась злющая, как тысяча чертей. Макс что-то пропищал у порога, но до меня не дошла озвученная им информация. Взбешенная, я с ходу залезла в ИСК и сразу же подключилась к ней. В таком настроении как раз надо мочить и мобов, и ВИПов, и персов!
  Передо мной возникла яхта 'Сен Мишель 3'. Жюль Верн в тот момент ругал матроса за тунеядство. Он резко прервался, заметив меня. Матрос, обрадованный, что нотации прервались, воспользовался заминкой и смылся куда-то в сторону кочегарки. А Жюль подошел ко мне с привычными фразами:
  - Добро пожаловать на борт, капитан! Все реки - наши, все моря будут нашими! Капитан, какой курс проложить?
  - В 'Пищу Богов', - бурчу.
  Скорость трафика отличная - мгновение, и вот уже передо мной сияет надпись 'Добро пожаловать в 'Пищу Богов!'. Я оглядываюсь по сторонам - вокруг полуразрушенные стены портального павильона, обросшие зелеными побегами каштана. И мне девять лет, я - голубоглазый пацан с темными лохмами на голове.
  За моей спиной доносится:
  - Че застыл? - и легкий толчок в спину.
  Я оборачиваюсь - какой-то паренек лет шестнадцати появился за спиной, войдя в игру одновременно со мной. Тоже новичок, но на семь уровней повыше. Исполняю роль злого гоблина и говорю:
  - Че, приху...? - спасибо Андрюхе, за свою жизнь я много от него матов наслушалась.
  И в свою очередь толкаю его.
  - Че? - не понял парень.
  - Да иди ты в пиз.. Недотрах...
  - Ты, нах.... Смерти хочешь? Бл... оху...
  - ...
  Минут пять звучала совершенно непереводимая лексика, собравшая приличную толпу вокруг нас. Мы активно матерились и пихали друг друга, постепенно увеличивая силу толчков. Перешли на неслабые удары кулаками, а потом сцепились друг с другом и кубарем полетели прочь из развалин павильона телепортации, создав дерущийся клубок.
  - О, мелкий! Во дает! Ниже ростом, а как отжигает! - кричит один из толпы, собравшейся вокруг нас.
  - Давай, врежь сопле, чтоб зубы, нах, вылетели! - кричит второй.
  - В 'солнышко' бей, мелочь, у него пресс слабый!
  - Бей сопливых!
  - Сильнее, сильнее, че, как баба кулаками машешь?
  - Да не ногами, коленями!
  - Вон он, открылся справа! Бей туда, старпер! - неожиданно знакомый голос из толпы.
  - Давай, пацан! Размажь его сопли по траве!
  Оказывается, когда ты зол, драться с кем-то - сплошное удовольствие. И почему я раньше трусливо избегала всяких конфликтов? Зря. Оказывается, слова бьют больнее, чем реальные кулаки. Может, после всего случившегося со мной я стала мазохистом? Смотрю в глаза того, с кем дерусь - в них горит такой же злой восторг, что и сотрясает меня изнутри.
  - Что здесь происходит? А ну, пропустите! Пропустите, кому сказал! Ах, вы! Ну-ка, расцепились! Расцепились, я сказал!
  Пинок чужой ноги - мой оппонент летит вправо, еще один пинок, теперь уже мне под дых, и я лечу влево.
  Отдышавшись, поднимаю голову, оглядываюсь по сторонам.
  Вижу утопающую в цветах поляну перед развалинами портала. Вокруг нас собралась толпа новобранцев разного возраста - от семи до девятнадцати лет. Одеты все поголовно в шмот для новичков - то бишь в белые холщовые рубахи и серые штаны. В руках у одних - деревянные мечи, у других - кинжалы, у третьих - кастеты, у четвертых - железные мечи. Арбалеты, пращи, магические посохи, кувалды, молоты. В реале подобного разнообразия оружия нигде не встретить, а вот в виртах всего навалом. Над макушками наших невольных зрителей большеглазые смайлы - хохочущие, по большей части.
  Разнял нас сержант Инферно, если верить надписи над его головой. Одет он был в пятнистую форму и имел на редкость плаксивое выражение лица. А подралась я с неким Рестартом, имя которого заметила только сейчас.
  - Вы нарушаете правила Лагеря! - начал нас воспитывать сержант, уперев руки в бока.
  Толпа вокруг нас стала расходиться, расходиться начал и сержант.
  - Вы 'Устав Новобранцев' читали? Драки между новичками запрещены! До совершеннолетия, до двадцати лет вы не имеете права дуэлить... вызывать на бой! Это запрещено! У вас еще нос не дорос! Сопли не высохли! Оба в карцер на двое суток!
  Епт!
  - Два дня? - возмущается Рестарт.
  - Что, оглох? - ехидно поинтересовался Инферно. - Я сказал - двое суток!
  Мы с Рестартом переглянулись. Затем мой обидчик в два прыжка подлетел ко мне, стиснул мою шею в кольце своих рук и сквозь зубы просиял улыбкой:
  - Сэр! Вы нас не так поняли! Мы же друзья! Это была шуточная потасовка!
  И сияет подбитым глазом.
  - Поташофка! - свистю я, сияя беззубой улыбкой. - Шутошная!
  Эта зараза мне два передних зуба выбила.
  - Молчать! - уперся сержант. - Я сказал двое суток!
  - Шер! - свищу я умоляюще.
  - Сэр! - жалобно протягивает Рестарт. - У меня свиданка сегодня!
  - И у меня швиданка! - присоединяюсь я к нему.
  - С медсестрой! - добавляет Рестарт. - В белом, коротком халатике! И в белых чулках!
  - Ш мешешой! - повторяю я. - Мешер... мешешрой! Тьху...
  - Да пожалей ты их, - подошел к Инферно другой сержант, который, оказывается, всю драку наблюдал за нами и ржал, не вмешиваясь. - Я сам видел! Парни просто шутили.
  Сержант чуток смягчился:
  - Видел? Берешь на себя ответственность за этих двоих?
  - Зуб даю, - отвечает наш защитник, над головой которого сияло имя Ран.
   Я узнала его. Тот самый, с которого и начались мои злоключения в этой игре. Точно, это он обозвал меня 'старпером' пару минут назад. Так вот почему голос из толпы показался мне знакомым!
  - Лады, - сдался Инферно. - Брысь отсюда! И чтоб больше мне на глаза не попадались!
  Ран подмигнул мне, затем положил руку на плечо сержанта и предложил тому:
  - Может, по кружке?
  - Почему бы и нет.
  И мы разошлись в разные стороны. Два сержанта пошли в таверну за Лагерем Новичков, Рестарт, показав мне на прощание средний палец, смылся куда-то в кусты, налево. А я поплелась направо.
  Перед глазами мелькнуло сообщение от Вани:
  'Ты хоть знаешь, с кем подралась?'. И нагло ржущие смайлы.
  Я притормозила. В пылу драки просто свернула информацию о своем противнике. После слов Вани развернула табличку обратно и тихо ойкнула. Соломеин Андрей, 20 лет!
  Андрюха! Приятный сюрприз! Но как так?
  Я уж было развернулась, и чуть не чесанула его искать, как меня остановило сообщение от Вани:
  'Ты не забыла, что теперь Ершов Дмитрий? И что ты ему скажешь? Как объяснишь, что жива? Он для нас сейчас посторонний, и твой враг. Поздравляю с первым врагом'.
  Я развернула списки друзей и врагов. Андрюха стал моим врагом номер один. Интересно, почему он здесь? Видимо, зашел с другого сервера и начал играть заново. Помнится, мой друг хвастался, что на другом сервере он уже дважды Перерожденный. С чего вдруг решил все начать сначала?
  Значит, играет за Рестарта. Отлично, мы с ним еще увидимся. Обязательно. А сейчас мне надо бежать, выполнять задания.
  Воодушевленная тем, что встретила своего друга детства после столь долгой разлуки, я энергично занялась за выполнение множество мелких поручений. Усатый был прав - я существо чувствительное. От встречи с Андрюхой настолько счастлива, что из меня так и прет энтузиазм! Обида от второго отказа Вани отошла на второй план.
   Итак, начнем осуществлять план Усатого. У нас все получится!
  И, наконец-то, все пошло так, как и должно было идти с самого начала. Мне дают задание, я его выполняю, получаю очки, расту в прямом и переносном смысле.
  Срубила мечом три полугигантских подсолнуха.
  Подстрелила из арбалета безобидную трехметровую пчелу.
  Выкопала картошку, зарезала метровую курицу и сварила суп из нее для больной госпожи Хе.
  Нашла потерянного бумажного змея и отнесла его плачущему ребенку-НПС.
  Сделала сто отжиманий, сто подтягиваний.
  И зубы вставила, передние. А то говорить неудобно.
  Были выполнены все стандартные задания, и кроме них... у меня появилась целая куча врагов.
  Оказывается, вызвать ненависть к себе - раз плюнуть. Медведь был прав, друзей заводить гораздо сложнее. Стоило кому-то скинуть сообщение в мировой чат, как я тут же начинала посылать ему в ЛС множество оскорблений. Дело было легким, но противным. Незаслуженно покрывать кого-то грязью чревато для моего чувства собственного достоинства. Посылая ругательства, я каждый раз морщилась.
  Тем не менее, за первые четыре часа в игре результаты были таковы - я достигла десятого уровня, а двое ребят из отдела аналитиков успели изучить биографии сорока семи человек. Н-да, сорок семь врагов, это нечто. Чую, едва выйду за хлипкие ворота Лагеря Новичков, как меня атакуют сотни оскорбленных персов. Но это мелочи.
  Увы, среди обиженных людей не нашлось ни одного, кто бы числился в моем старом списке друзей. Хотя один человек все же был - Андрюха. Но для меня он был вне подозрений. Скорее я предам его, чем он станет маньяком. Я ему доверяю больше, чем себе.
  'Поздравляю с десятым уровнем, - пишет мне Ваня. - Выйди за южные ворота, там Рыжий тебе подарок хочет передать'.
  Прочитав его сообщение, бегу к воротам. Миную хлипкую калитку под ленивые зевки НПС-стражников и оказываюсь на поляне перед Лагерем. В этот раз никаких гигантских крыс на горизонте не наблюдалось, к моему облегчению, а то я немного побаивалась выходить за ворота лагеря. В прошлый раз мой выход за ворота закончился весьма плачевно для моей психики и организма.
  Стража на воротах была чисто номинальной. По ровному газону с ядовито-зеленой травой прыгали только гигантские кактусы, подсолнухи, пауки-переростки - все слабенькие монстры, прихлопнуть которых можно было бы и голыми руками. Ничто не напоминает о вчерашних событиях.
  Рыжего увидела сразу, как переступила порог ворот. Он сидел по-турецки под крышей ворот, лениво грыз вяленое мясо. Увидев меня, протянул кусок с вопросом:
  - Хочешь?
  Я качнула головой.
  - Принес?
  - А то! Достался мне после достижения пятьдесят пятого уровня. Сейчас я на 55 уровне. Повысили после боя с крысолюдами. Жаль, очень жаль, я стараюсь особо не торопиться. Когда умираю - опыт скидывается. Не успел скинуть в этот раз опыт. Зато, смотри, какого забавного торгового осла мне дали! На, держи! Дарю!
  Рыжий нелепо помахал руками в пустоте, отчего я улыбнулась - для меня его рюкзак и личное меню были невидимыми. Вскоре пришло сообщение от системы:
  'Персонаж Рыжий передал вам подарок. Принять или отказать?'
  Выбираю 'принять'. В рюкзаке появляется смешная миниатюра серого осла.
  - Ты уже сделала рарное оружие?
  - Нет еще, - мотнула я головой. - Если подождешь минутку, я возьму очередное задание. Оно приведет меня в соседний город, в Луизу, оружие можно сделать только там. И я не успела прокачать ремесленные навыки. Выручишь?
  - Без проблем! Я - ученик кузнеца пятого уровня, сделаю меч без проблем, - Рыжий вонзил свои зубы в кусок мяса, откусил, прожевал, проглотил. - Иди! А я останусь ждать тебя, плохую девочку.
  - Что? - не поняла я 'похвалы'.
  - Слышала анекдот? Хорошие девочки ждут принца на белом коне, плохие - амнистию. Слышал, ты чуть в карцер не загремела? Со своим старым другом поцапалась?
  Я вытаращила на него глаза:
  - Откуда ты знаешь?
  - Ваня нажаловался. Впервые услышал, как он жалуется на непослушание кого-то. Обычно ему никто не прекословит, побаиваются. Он прямо так и сказал, что ты непослушная и совершенно неподдающаяся контролю упрямица, которая свалилась ему на голову за все его грехи.
  - Да ладно! - не поверила я. - Что, прямо так и сказал?
  Рыжий протянул руку к моему лбу и щелкнул по нему пальцами:
  - Нет, конечно. Просто сообщил, что объявился твой друг детства, и ты уже успела с ним подраться. За что чуть на двое суток из игры не выбыла. Дружба, это хорошо. Но ты ведь помнишь, что у нас всего пять дней? И что ты - наш таран во вражьи ворота?
  - Да помню я, помню. Больше так не буду.
  Не могла же я ему сказать, что была вне себя от злости из-за отказа Вани. Вот и набросилась на первого, кто попался под руку. Женщина в гневе способна изменить направление оси вращения Земли, а не то, что настучать кому-нибудь по головке.
  - Я больше так не буду, - повторила я. - Щас, я быстро сгоняю, возьму задание, и пойдем.
  - Угу, - промычал Рыжий, жуя мясо.
  Я шустро поскакала обратно в лагерь.
  Рыжий создал персонаж - точную копию себя. Зеленоглазый, рахитичный, хлипкий и узкогубый. Все вместе составляет странно-притягательное лицо. Не сказать, что красавчик, но и не урод. Запоминающееся лицо - так было бы верно.
  Задание: 'отнести сладкие булочки повару в Луизе' вскоре было получено.
  Рыжий дождался меня, вызвал своего ездового питомца - пегую кобылу. Он усадил меня впереди себя, и мы поскакали к городу.
  - Леха получил где-то носорога, хочет отдать тебе, - сообщил мне по дороге Рыжий. - Уже ускоренного. После двадцатого уровня передаст.
  - Угу. Не мешай, я чатюсь.
  - С кем?
  Я хмыкнула:
  - С неким 'Ловеласом'. Вот, видишь? Он пишет, что продаст 'меч Утренней Зари'. А я пишу, что он х.. свой продаст, а не меч. О! Видишь? Матами меня начал покрывать. Щас... Пишу 'так ты педик, тебе этот меч в ж... засунуть надо'. Готово! Он меня внес в свой 'черный' список. А вот и информация о нем. Некий Денис Немец, 26 лет... ЕПТ! Так это ж Дэн!!! Вашу ж мать!
  Рыжий тихо заржал за моей спиной. Я, вся красная от стыда, смотрела на информационное табло перед собой. И, кажется, впервые пожалела, что в этой игре аккаунты игроков выставляются на всеобщее обозрение. В других играх отследить реальных людей, стоящих за никами, сложно. Но только не здесь. Это жестокая игра с особыми правилами.
  Вот так мой второй друг очутился в списке врагов.
  Ржали надо мной все. Рыжий за спиной, Ваня по ту сторону ИСКа, и два аналитика, которым дублировалась поступающая мне информация в игре к ним на мониторы. Ваня что-то нахимичил, поэтому к ним все поступало онлайн.
  Психанув, я послала межсерверное сообщение: 'вы все уроды недотр...'. Последнее слово не дописала, иначе меня бы забанили. Ох, что тут началось!
  Все дорогу до Луизы я активно наживала себе врагов. После того, как облила грязью своего драгоценного друга, мозги мои совсем поехали. Рыжий, нагло читающий всю мою переписку, вскоре уже просто хрюкал от смеха. Чуть пару раз с лошади не свалился. Ваня тихо офигивал в своей комнате, спросив всего один раз о том, откуда у меня такие широкие познания в русском истинно-народном языке. Да с Андрюхой почти семнадцать лет общалась! Так ему и написала. После такого ответа Ваня подозрительно притих.
  За двадцать минут езды у меня появилось около двадцати новых врагов. Увы, опять все было мимо. Совпадений со списком друзей Ульяны Чайки не было. Кроме Дэна.
  Рыжий, устав гоготать над моими сообщениями в чате, утер слезы с глаз и обрадовал меня словами:
  - У Константина для тебя тоже подарок - десять пилюль для духовного развития. Сразу несколько уровней проскочишь. Он сейчас дерется на дуэли с другом Ульяны Чайки, если все пройдет нормально - скоро будет здесь.
  - А если нет?
  - Ты сама знаешь ответ.
  Верно. Если во время дуэли с кем-то из моих бывших 'друзей' кто-то из нашей команды погибнет в реальности - значит, мы нашли маньяка. Впрочем, думаю, в течение четырех дней никому из нас не будет угрожать смерть, до часа 'икс'.
  Самопожертвование в команде Ершова было в порядке вещей. Я не до конца понимала этих людей, готовых отдать жизнь ради поимки убийцы, ведь за свою собственную шкуру, признаться, я сама кому хочешь глотку перегрызу. Впрочем, бывшая 'я' до изолятора вполне могла бы принести себя в жертву ради общего блага. Тогда я смотрела на мир в 'розовых очках', и считала, что все люди - самые замечательные, добрые, отзывчивые существа на земли. Три 'ха-ха'! После многочисленных пинков в изоляторе, после насмешек толпы и гнилых помидоров, после того, как меня 'казнили', после того, как собственные родители отказались от меня, после того, как добрая половина игроков 'Пищи' бросила своих товарищей на поле боя корчиться в муках... Вера моя в людей здорово пошатнулась. И совсем бы испарилась без следа, если бы не мои новые друзья, Ваня и его команда.
  Стоит ли человечество того, что бы за него умереть? Команда Ершова считала, что да. Я же просто хотела вернуть себе свое имя и свою беззаботную жизнь. Умирать ради других не собиралась. Того благородства, мудрости и смелости, что я приписывала окружающим меня людям чуть больше месяца назад, мною в реальной жизни, вне ИСКов, не было в них обнаружено.
  - Рыжий, скажи... Вот, вы все готовы умирать на дуэлях, но почему? Стоят ли люди того, чтобы за них умереть? - спрашиваю у мужчины, которому слегка за сто семьдесят лет.
  Рыжий качнул головой:
  - Я не настолько ценю свою жизнь, чтобы дать тебе правдивый ответ. Из-за меня погиб племянник. Моя жизнь, длиною в сто пятьдесят девять лет, была жизнью насквозь прогнившей гниды. Сейчас я это понимаю. Раньше - не понимал. Стоит ли человечество моей жизни? Безусловно, да. Потому что сама моя жизнь была дешевкой.
  Он не стал шутить, хотя мог бы рассказать один из своих бесчисленных анекдотов. И что я могла сказать на это? Если бы понадобилось встать на защиту Рыжего, встала бы. Сейчас передо мной, то есть, позади меня сидел хороший человек, успевший уже разок заступиться за меня. Но ведь он сам признался, что таким он стал лишь недавно...
  - Смотри, Луиза! - Рыжий тронул меня за плечо, рукой указывая на горизонт.
  Впереди возникли стены крепости Луиза. Сорокаметровые, из красного кирпича, они скрывали дома жителей за собой, одинокие башни замка в центре города возвышались над ними да смотровые вышки. Вокруг крепостных стен ходило пять гигантов ростом под двадцать метров, малорослики. В центре этого вирта, возле столицы бродили монстры под семьдесят, а то и под сто метров в высоту. Эти же были малышами.
  Гиганты ходили вокруг стены, время от времени пытались забраться на нее, но их неуклюжие попытки каждый раз заканчивались грохотом падений. Они были медлительны и тупы, и убить их было для игрока двадцатого уровня делом несложным.
  Мы промчались через пригородные сады из пятидесятиметровых персиковых деревьев, миновали великанов, проскользнув мимо них незамеченными, и подъехали к запертым городским воротам.
  Стража пропустила нас, предупредив на входе, что ворота крепости закрываются после девяти часов вечера. Сейчас на часах было три часа дня, нам не грозило застрять здесь до утра.
  Город Луиза был миниатюрной копией японской деревушки начала двадцать первого века.
  Аккуратные одноэтажные домики с крышами, доходящими до земли и заменяющими две боковые стены. В задних и передних стенах, покрытых толстыми слоями известки, проглядывали окна с деревянными наличниками, украшенными резьбой. Черепица была в основном красная, но кое-где крышу покрывала солома, или же обычный серый, волнообразный шифер. Трубы, торчащие из треугольных крыш, дымились, несмотря на лето - служанки-ВИПы в разноцветных фартуках и чепчиках готовили еду.
  Город был с широкими улицами, чтобы по ним мог пройти боевой слон или же носорог. Редкие кустарники роз украшали палисадники, земля была столь сухой и бесплодной, что мелкие растения здесь быстро погибали. Деревьев почти не было, вдоль улиц стояли фонарные столбы. Изредка попадалась гигантская сакура, давно отцветшая, да такая же огромная слива. В игре 'Пища Богов' большинство растений, животных и человекообразных существ имели поистине исполинские размеры.
  Рыжий умело правил лошадью, покрикивая на мальчишек-ВИПов, снующих по улицам, чтобы те не кидались под копыта. Он и без карты знал, где находится кузница.
  В городе мы не планировали задерживаться.
  Мы нашли кузнеца, на наше счастье он был свободен. Пока Рыжий ковал меч из частицы Пищи Богов, я сидела на пенечке возле кузницы и чатилась. Свое задание, отнести булочки, я уже сделала по дороге сюда. Оставалось выковать меч, телепортироваться в столицу вирта, установить торгового осла, выставить меч на продажу и вернуться в Лагерь Новичков.
  Пока чатилась, пришло системное сообщение:
  'Игрок Боров одержал победу в дуэли над Рядовым ?555'
  И следом сообщение от Вани:
  'Костя скоро будет у тебя. Опять мимо. У ребят в 'Бездне' дуэли имели тот же результат'.
  Хорошо, что он в порядке. Дальше сижу, чатюсь. И думаю о том, что какой смысл сейчас вызывать на дуэль подозреваемых, если маньяк планирует убийство только через пять дней? До срока смерть им совершенно точно не грозит. Какой смысл тогда в дуэли? В том, что он хоть как-то себя выдаст своим поведением? У убийцы достаточный самоконтроль, раз он убивает строго в определенные дни. Но свою мысль держу при себе. Ребятам надо выпустить пар, судя по тому, как они вели себя сегодня в баре. Завтра озвучу эту мысль, когда горячие головы чуть поостынут.
  И вдруг сообщение от некого 'Браво!':
  'Глазам не верю! Димон! Так ты жив, придурок? Мне один знакомый сказал, что Ершов-младший всех троллит!'
  'Ты кто?' - спрашиваю я, не сразу сообразив, что Димон - это я.
  'Ах, ты, сволочь! Друга своего забыл? Это я, Жан! Жан Бад! Ты жив? Ты ж помер? Я на твоих похоронах был!'
  Молчу.
  'Видел, как тебя в ИСКе в крематорий отвезли! Ах, ты ж! Что молчишь?'
  Пишу:
  'Амнезия у меня. Болел долго, батя увозил к психам в другой город. Со ская свалился, голову расшиб'.
  'Да ты врешь! Ты в жизни никогда на скае не стоял!'
  'Ну, вот и встал в первый раз'
  'Ты дебил! А зачем хоронили?', - интересуется Браво, и вижу, что он предлагает дружбу.
  Подтверждаю. Пишу:
  'Батя велел'
  'Старик жив еще? Помню, как он меня в детстве за уши оттянул, когда с сигаретой в зубах поймал'.
  'Жив'.
  'Батя у тебя крутой! Сколько девок на него западало, а он все про свои наниты думал!'
  Молчу. Как бы от него по-быстрому отделаться. А он пишет:
  'Давай на дуэль, как раньше! Ты щас где? Не понял! Десятый уровень???'
  'Только начал восстанавливаться после болезни, играю заново'
  Браво посылает ржущие смайлы. Затем предлагает:
  'Сходи в лабиринт, быстрее прогрузишься до двадцатого. Я щас на рейте, как прогрузишься, отпишись! Тряхнем стариной!'
  'Ок!'
  И смайл с коварной ухмылкой посылаю. Браво ржет в ответ.
  А я подскакиваю с места и несусь к Рыжему в кузницу. Нахожу его вертящим меч Фрейи. Меч как меч, фигурная рукоять в виде красной розы, двуострое лезвие, и светится красным золотом. Смотрю характеристики меча и охаю: сила удара - 20 тысяч! То есть сорокаметрового гиганта одним ударом можно свалить с ног! Че-то мне уже жалко его продавать... И, судя по задумчивому лицу Рыжего, ему тоже.
  - Мой меч! - говорю ему, и отбираю оружие.
  - Да твой, твой, - с завистью отвечает парень. - Чтоб не купили, ставь цену сразу в сорок миллионов. Таких денег здесь нет ни у кого.
  - Так и сделаю, - я поспешно убираю его в рюкзак.
  Пока у меня недостаточно сил, чтобы им пользоваться.
  - Рыжий, - спрашиваю у него, - и что это за Лабиринт такой, в котором можно апнуть сразу 20 уровней?
  - Лабиринт? - переспрашивает Рыжий, и стучит себя по голове с воплем. - Точно! Лабиринт Добровольцев! Это что-то типа данжа для начальных уровней. Там мобов мочить надо и босса Сплавленный грохнуть. До конца дня как раз справишься!!!
  Ване тоже эта идея понравилась. И, кроме того, он сообщил, что среди последних, кого я троллила в чате, трое оказались из списка друзей Улы. В целях экономии времени сей список получил название ФУЧ, что означало - френды Улы Чайки. В ФУЧ входил также Браво, старый друг Дмитрия Ершова. Рыжий с воплем 'наконец-то!', хотел вызвать на дуэль сразу всех четверых, но посмотрел на меня и погрустнел - дела со мной еще не были закончены. Леха, послав огорченному другу смайл 'До свидания!', смылся на дуэль с одним из подозреваемых.
  Костик вскоре тоже побежал разыскивать Браво, после того, как пересекся в Луизе с нами.
  - Держи! - сунул он мне пилюли для духовного роста, и ускакал, только ветер за спиной просвистел и пятки мелькнули.
  Посмотрев с вытянутым лицом ему вслед, Рыжий с грустью сказал мне:
  - Пошли в столицу, в Розу Ветров, торговую палатку ставить.
  Я послушно кивнула головой:
  - Через телепорт быстрее.
  - Быстрее.
  - Дай пять тысяч, у меня денег нет.
  - Держи два миллиона, - меланхолично ответил Рыжий. - Обещал же.
  - Круто! - восхитилась я той легкости, с которой Рыжик отдал мне немалую сумму. - Да ты богач!
  - Угу.
  Совсем он скис, ему явно хочется подраться.
  - Иди уже, - говорю ему. - Дальше сама справлюсь. Мне осталось лишь поставить палатку. До Розы Ветров доберусь через портал, сделаю дело, и сразу в Лабиринт отправлюсь. Не заблужусь.
  - Правда? - обрадовался он. - Можно? Ну, я тогда пошел?
  - Иди.
  - Ты наша киса!
  Рыжий застыл на месте, начиная писать сообщение в чат одному из ФУЧа. Через пару мгновений он махнул мне рукой и исчез в пыли кольца Переноса. Жаль, что волшебные камушки нельзя передавать друг другу. Городскими порталами дорого, да и неудобно пользоваться, руны Переноса намного эффективнее.
  Я нашла мастера телепортации через минуту, он оказался в другом конце города. НПС при вызове выдал мне карту вирта 'Пища Богов'. Глядя на него, я ахнула. Мир был огромен! Пять крупных городов, сорок крепостей, тридцать лагерей, четыре леса, горы, реки, озера, и это только один материк! А их здесь шесть!
  'Вань, - спрашиваю я у любимого, терзаемая смутными сомнениями. - А сколько в данный момент игроков здесь?'
  'Восемьсот миллионов триста пять тысяч четыреста сорок три игрока'.
  Я схватилась за голову. Восемьсот миллионов! Да мы в такой толпе маньяка вечность искать будем!
  'Ваня, - снова пишу я. - А не проще ли обратиться в дата-центр? И сравнить ФУЧ со списком игроков 'Пищи'?'
  'Мы уже это сделали, - ответил Ваня. - Забыла? Я уже говорил, что из 987 человек в ФУЧе все 987 человек зарегистрированы на серверах 'Пищи'. 891 человек были в этой игре в день последнего убийства, Баранова Константина'
  'Так дайте мне список из ников! Проще мне найти их по никам!'
  'Это невозможно. У каждого человека из списка по нескольку ников, они постоянно их меняют. Леха пытался найти на днях некого Попова Виктора под ником "Брат2", две недели искал, так и не нашел. Попов, полагаю, сменил ник, а мы еще не успели обработать новые данные из дата-центров. Дело осложняется тем, что данные нам надо постоянно обновлять и анализировать. Мы получаем их из пятиста дата-центров, это очень большой объем информации. На то, чтобы вывести данные о Попове ушло десять дней. Если посчитать, сколько времени уйдет на каждого человека из ФУЧа... Плюс анализ обновлений... Мы не можем больше терять время впустую. Быстрее сделать так, чтобы о возвращении Ершова Дмитрия узнал весь вирт 'Пищи'. Убийца обратит на тебя внимание, начнет действовать'.
  'Согласна, глупость предложила'.
  Ваня помедлил, но ответил:
  'Ула, я уверен, что мы близки к цели. С твоим приходом удача повернулась лицом к нам. Нам повезет'.
  Я промолчала.
  - Че застыл? - раздалось вдруг позади меня.
  Я очнулась от своих мыслей. Стою перед мастером телепортации, занимаю место, а за моей спиной уж очередь собралась. Галдят, шумят, меня ругают. Девушка-лейтенант стоит прямо за моей спиной и дерзко размахивает бронзовым мечом перед моим носом. Достаю свой меч Фрейи, горящим красным золотом, цветом рарного оружия, и взмахиваю им, останавливая лезвие в двух сантиметрах от ее тонкой шеи. Девица замирает, выронив свой меч с перепугу, толпа, восхищенная редким оружием, ахает. Я заканчиваю представление словами:
  - Это меч Фрейи. Продам за сорок миллионов. Как накопите деньжат, ищите меня в игре. Ник - Хайр, имя - Ершов Дмитрий. Всем пока.
  Отворачиваюсь от изумленной толпы и снова смотрю в карту вирта. Нахожу Розу Ветров, тыкаю в нее пальцем. Миг - и вот я уже в пещере. Оглядываюсь по сторонам - нет, не ошиблась. Меня перенесло в подземелье.
  Стою у входа в неведомый мне данж в полумраке. Освещенная факелами, расположенными вдоль стен, я ошарашено смотрю на пьяного стража у входа. Где это я? А куда делась столица вирта Роза Ветров? Скелеты под ногами вижу, гигантские крысы впереди вижу. А города не вижу.
  - А вот и он! - слышу злорадный голос сбоку от себя.
  Оборачиваюсь на звуки речи, после которых долгое эхо отправилось гулять по коридорам данжа. Из темноты выходят десять игроков. Смотрю краткую справку по ним - все выше пятидесятого уровня.
  - Че надо? - огрызаюсь я, медленно отступая к кольцу телепорта из данжа.
  Два игрока-оборотня проскочили вперед, встали между мной и выходом, закрывая путь к отступлению. Один обратился в момент прыжка - в крысу, другой - в медведя. И оба, вздыбив шерсть на загривке, оскалились на меня.
  - Так это ты - Хайр? - спрашивает парень, стоящий впереди всех.
  Судя по 53 уровню - главарь. Над его головой сияет имя 'Зевс'. По левой щеке идет от бровей вниз шрам. Шрам?
  - Ну, я. Для недоразвитых напоминаю - над головой написан ник, читай.
  - Ты, недомерок, чего всем жить мешаешь? - угрожающе просвистел он, подходя поближе. - Ты знаешь, кто мы? Мы - клан 'ВДВ', слышал о таком?
  - Нет, - честно признаюсь.
  - Не слышал? Скоро узнаешь! На тебя люди жалуются! Говорят, плохо себя ведешь, гнобишь всех. Люди обижены на тебя. Просят защиты. Говорят, мутный ты. И воспитать тебя надо. Ты, ирод, показывай свое имя! Живо!
  Зевс надел на руки кастеты, его примеру последовали остальные. Ни мечей, ни посохов, только кастеты, с острыми шипами на костяшках. Бить собираются, поняла я. Тут и дурак догадается. Кажись, доигралась.
  Послушно вывожу на всеобщий обзор информацию о своем аккаунте. Пару минут все осмысливают увиденное, затем Зевс с кривой усмешкой спрашивает:
  - Что, батя знаменит, так тебе все можно? Ершов младший? Я думал, ты на том свете, с Богом здороваешься.
  - Как видишь, не до конца умер, - тон моего голоса предельно вежливый.
  Сейчас не до хамства. Побьют же, на фиг. А я ведь девочка.
  - Ты че такой дерзкий? - так-с, начинается...
  - Оборзел совсем, мразь? - продолжается.
  - Мы тебя, тварь такую, жить научим! Да ребят? - разгорается.
  Со всех сторон послышалось:
  - Да!
  - Научим!
  - Мало не покажется!
  - Ты этот урок на всю жизнь запомнишь!
  Я смотрю за их спины и вижу, как из другого конца туннеля к нам приближается некто с о-очень большой тенью.
  - Простите, - говорю им, пытаясь привлечь внимание моих противников к зловещей тени за их спинами.
  - Поздно извиняться, мразь! - злорадно говорит Зевс. - Как ты там говорил? 'Ты, урод, тебя отец твой в детстве вые*'!
  Согласна, это было чересчур. Я морщусь. Одно дело, писать буквы, другое - слушать слова. Звучит некрасиво. А тень за их спинами все росла, некто приближался к нам, и очень быстро. Но Зевс со своими ребятами уже впали в состояние аффекта. Что ж, за свои слова надо отвечать. Но, видимо, не сегодня.
  - Там! - тыкаю я пальцем за их спины. - Там!!!
  - Ты щас датамкаешься, су*! - орет на меня Зевс. - Ребят, давай его! Мочите! Пусть гад помучается!
  - У-у-у! - заорали парни, кидаясь ко мне.
  - Ррр! - выскакивает десятиметровый паук из пещеры на нас.
  - А-а-а! - визжу я, присев от неожиданности на месте.
  Но тут вмешался Ваня. Перед моими глазами выскакивает сообщение:
  'Через десять секунд будет совершено аварийное отключение от сети! Десять. Девять'.
  И тут я делаю совершенно безумный поступок. Вынимаю меч Фрейи и кидаю его под ноги Зевсу, который с перекошенным от ужаса лицом наблюдал за тем, как уродливый гигантский монстр сожрал одного из его друзей в один присест. Оттого, что паук появился неожиданно для них, выпрыгнув из темноты, они не успели защититься.
  'Шесть. Пять. Четыре'.
  - Зевс! - кричу я. - Пользуйся пока. Я щас вернусь!
  'Два. Один'.
  Мир меркнет перед моими глазами - Ваня своевольно выкинул меня из Сети.
  
  Глава 12
  Ругаясь, как Андрюха после первого провала экзамена на права управления скаем, я открываю глаза и вижу потолок своей комнаты. Обычно в течение пятнадцати секунд после аварийного отключения сервер игры не доступен. Сажусь на матрас, мысленно отсчитываю время в ожидании часа 'икс'.
  Макс, уловив движение в комнате, включился, откатился от входа, где скромно стоял в спящем режиме.
  - Утром доставили кофемашину, - сообщил он. - Заварить капучино?
  - Не надо, - мотаю головой.
  Там на нас босс напал, а он тут со своим кофе.
  - Тогда американо?
  - Нет. Макс, никого, кроме меня, в комнату не впускать. Особенно Ершова Ваню.
  - Отказ, - сообщает мне робот. - Разные приоритеты. Ершов Иван - мой главный управляющий.
  - Ну да, не подумала.
  Пятнадцать секунд прошли. Ложусь обратно в капсулу, крышка закрылась следом за мной. Провода протянулись к голове, миг - и я вновь в Сети, вхожу в свой аккаунт и плыву на яхте по синему морю.
  Бородатое лицо Жюль Верна вновь спрашивает, в какой вирт меня направить.
  - В 'Пищу Богов'! - отвечаю.
  Еще мгновение - и вот я уже вернулась туда, откуда меня выкинул в порыве рыцарства мой любимый мужчина. В пещеру с пауком.
  За время моего отсутствия монстр сожрал семерых, остались трое. Зевс вертелся, как юла, орудуя мечом Фрейи. А он хорош, подумалось мне, чувствуется рука опытного мечника. Два других бойца подошли к гиганту с левого и с правого боков. Впрочем, толку от них было мало, но они хотя бы принимали часть ударов на себя.
  Вызываю краткую справку о пауке-переростке. Эмиссар! С жизнью в 10 миллионов сил! Епт! Десятиметровые мохнатые лапы количеством в восемь штук, черная головогрудь с клыками в мой рост, ядовито-красная опистосома. В этом вирте есть хоть один симпатичный монстр? Здесь даже подсолнухи вместо семечек имеют тараканы!
  Подавив тошноту и волну омерзения от вида Эмиссара, делаю запрос присоединиться к группе, Зевс дает добро.
  В пати - десять человек, семеро находятся за пределами данжа, где-то по направлению к городу. Допускаю, что сидят в порталах Возрождения, приходят в себя после смерти. Два бойца, тыкающих своими ножичками в толстые лапы паука в безуспешной попытке подрубить трехметровые в диаметре лапы, были сорокового уровня. Спасаются благодаря мощным амулетам, поддерживающим жизненные силы, что было видно из того, что едва лимит сил подходил к 50%, как они вновь восстанавливались. Надеюсь, заряда амулетов им хватит до конца боя.
  Весь основной удар принял на себя Зевс, лидер группы и маршал клана 'ВДВ' по совместительству. Обвешанный хорошим шмотом, подкрепленный таким же амулетом, что и у его друзей, вооруженный мечом Фрейи, парень ожесточенно бился. Уже скинул полмиллиона жизненных сил Эмиссара. Интересно, как долго он протянет? Сомневаюсь, что защитных зелий ему хватит надолго.
  - Че приперся? - поприветствовал меня Зевс.
   Я новичок, подойду ближе к монстру - и волной отдачи снесет, прибьет мгновенно. Монстр высокоуровневый, тысячекратно сильнее, чем крысы, с которыми мне пришлось столкнуться при моем первом появлении в игре. Жизненные силы у меня как у ребенка. Странно, что Зевс включил меня в группу. Толку от меня было - ноль.
  - А я в сторонке постою, - нервно усмехаюсь. - За свой меч беспокоюсь. Вдруг ты его себе присвоишь.
  Зевс молчит. Так и думала, понравился ему меч, отдавать уже не хочет. Но теперь - честь не позволит признаться в этом, все-таки из клана 'ВДВ'.
  - Думала... думал, сам сбежишь от Эмиссара, - удивляюсь я. - Че не бросили его? Он же явно сильнее.
  - Ты откуда такой свалился? - с издевкой спрашивает парень. - Он раз в год появляется. Из него 'Королевские светила' выпадают, можно сделать два парных клинка, покруче твоей Фрейи. А ты везучий, никто не может предсказать, в каком данже он появится. Сюрпризец-то здесь и сейчас случился, когда мы тебя поучить жизни хотели.
  Здесь и сейчас... Так, а, собственно, где это я? Смотрю карту. Данж пятидесятого уровня, Логово Паучьей Вдовы.
  - Как вы меня сюда затащили? - озадаченно спрашиваю у Зевса.
  - Мышеловка, - кратко отвечает парень.
  Некогда ему со мной болтать, рубится с монстром.
  Я робко посылаю в мировой чат вопрос:
  'Ребят, кто нить скажет, что такое мышеловка?'
  Ответы прилетели мгновенно:
  'Ты, урод, думаешь, тебе кто-то ответит?'
  'Что, крыса, попался?'
  'Хайр - крысеныш, завались!'
  'Х* тебе, а не мышеловка!'
  Упс, я и забыла, что за четыре часа нажила себе уйму врагов. Адекватно ответил мне только Ваня:
  'Мышеловка - ловушка для персонажей, часто используется игроками для мести. Можно купить в любой торговой лавке. Вернешься - серьезно поговорим. Почему обратно пошла?'.
  'Меч хочу забрать', - отвечаю ему.
  'Зачем отдала?'
  'Так надо было', - с умным видом отвечаю.
  Знать бы самой, зачем я меч Зевсу кинула. Женская интуиция? Или женская дурость? Время покажет, что из двух. Если Зевс принесет нам пользу - интуиция, если Зевс со своим кланом кинет меня - значит, дурость.
  Я сворачиваю окно чата, снова переключаю внимание на битву рядом с собой.
  - А ты чего обратно всех не зовешь? - спрашиваю Зевса. - Такого надо всем миром резать на куски.
  Зевс молчит. Я догадываюсь - кинули его друзья, не хотят обратно возвращаться, а приказа на сбор отряда нет. Даже догадываюсь, что ему сейчас пишут в ЛС. Что-то типа: 'тебе надо 'Королевские светила', ты и рубись. А наша хата с краю'.
  - А у меня есть приказ на сбор отряда, - хвастаюсь я. - Новичкам дают парочку даром. Дать?
   - Не надо, - хмуро бурчит Зевс.
  Гордый. Кого-то он мне напоминает. И сердце странно щемит с первой секунды знакомства с ним.
  - Господь с ними, - бурчит он себе под нос.
  Я чуть не подпрыгиваю на месте. Жэка? Тот тоже все время Бога припоминал, будучи сдвинутым на почве христианства! Запрос на друзья или враги мы друг другу не делали, рук не касались, и как на самом деле зовут Зевса, я не знаю. Зевс в этот момент кувыркнулся в воздухе, повернулся ко мне другим боком, и я вновь увидела шрам на лице, рассекающий левую щеку от бровей до подбородка. Точно, Жэка! Я помню, что у всех его персов в играх шрам на лице, такой же, как в реальности на нем самом.
  Невероятно! Столкнуться за четыре часа сразу со всеми своими старыми друзьями! Среди восьмисот миллионов игроков!
  Стою, смотрю на него и по-идиотски улыбаюсь. Будто век его не видела! Обнять бы на радостях, так нельзя! Не зря я ему меч Фрейи отдала, женская интуиция - страшная вещь.
  Надо хоть как-то помочь ему. Открываю панель со списком своих умений и вздыхаю с грустью - 'Ядовитый сумрак' первого уровня, и все. Ну, хоть что-то.
  Взмахиваю своим мечом, доставшимся мне перед боем с крысолюдами, запускаю заклинание в паука. Эмиссара окружило зеленое облако, но монстр даже не чихнул. Бесполезно.
  Пока я ломала голову, как помочь другу, тот уже сам нашел выход из положения. Он позвал Дэна.
  Дэн появился из портала, объятого синим пламенем, и в три прыжка присоединился к бою. Появился одиннадцатый игрок в группе - Ловелас, 93 уровня. Пробежал мимо, не заметив детскую фигурку, которая при виде него радостно захлопала в ладони. Сейчас дело пойдет быстрее!
  - Ты как на него нарвался? - спрашивает Дэн у друга, вынув два молота из рюкзака.
  Размах, удар - сразу 50 тысяч жизненных сил с монстра скинулось. Плюс тридцатитысячные удары Жэки. Два соклановца, обреченно стоящих по бокам паука, при появлении высокоуровневого игрока вздохнули с облегчением.
  - Случайно, - отвечает Жэка. - Решили здесь проучить кое-кого. Эмиссар помешал.
  Дэн захихикал:
  - Что ж ты его сразу не прибил?
  - Кого? Эмиссара?
  - Нет, второго. В углу стоит, моргает.
  - А, этот, - сообразил Жэка.
  Я навострила уши - речь шла обо мне. Жэка поморщился:
  - Он меч Фрейи мне одолжил. Прибьешь его - скажу спасибо. Сам не могу.
  - Это я с радостью! Он и мне успел поднасрать.
  Я смущенно почесала нос - ну да, было такое.
  Парни замолчали, ускорив темп битвы.
  Следующие пять минут протекали под рев Эмиссара, звон оружия и проклятья парней, скачущих вокруг него. Чтобы убить время, я присела возле портала, достала из сумки пилюли духовного роста, подаренные мне Костиком. Одну за другой отправила их в рот, наблюдая, как растет мой опыт. Слопав все десять пилюль, я проскочила еще один уровень. Чуть-чуть подросла, теперь мне стало одиннадцать лет. Еще девять уровней! На часах - пятый час дня, время близится к вечеру. Успею ли я?
  Съесть было больше нечего, а смотреть на монотонную битву перед собой было все равно, что смотреть наискучнейшую оперу. Поднимаю камешки с земли и от нечего делать кидаю их в паука. Надоело быть зевающим зрителем. От моих ударов камнями от монстра не было никакой реакции. Вспылив, начинаю активнее в него кидать все, что попадется под руку. Камни, комки грязи, пыль.
  - В глаза кидай! - подсказывает мне один из парней, в которого я, промахнувшись, попала камешком.
  Точно! Набираю в подол рубашки побольше камней, забираюсь на один из валунов в пещере. Паук гигантский, в его глаза я камни могу метнуть только с возвышения. И приступаю к делу. Раз - промах. Два - в цель! Попала точнехонько в глазное яблоко. Эмиссар заревел от обиды, поднапрягся и выкинул ядовитое облако мощностью в десять тысяч ударов. Двух парней по бокам убило на месте, их тела выкинуло из данжа. Два моих друга стойко выдержали атаку паука. Успели забраться на головогрудь Эмиссара, спасаясь от ядовитого облака. Меня саму спасло то, что я стояла на возвышенности, смертельные испарения до меня не дошли, остались внизу, в метре подо мной.
  Но всплеск сил для Эмиссара не прошел бесследно, он ослаб секунд на двадцать. Парни воспользовались этим. Не сговариваясь, они подпрыгнули, вонзая клинки в тонкий стебелек между головой и брюшком. Раздался вопль паука, усиленный многократным эхом. Своды пещеры содрогнулись от вибрации звука, затем раздался тихий звук:
  - Хрясь...
  И головогрудь Эмиссара оторвалась от брюшка, срубленная двойным ударом парней. Брызнула кровь монстра, омывая пространство зеленоватой слизью. Я смотрю на жизненные показатели 'босса' - они стремительно падают. Ноги паука ослабели, перестали держать грузное тело. Толстое пузо шлепнулось на землю, вызвав сотрясение почвы. Я на ногах едва устояла. Когда землетрясение стихло, Эмиссар уже был мертв.
  Жэка перекрестился со словами:
  - Слава тебе, Господи!
  Дэн застыл на мохнатой лапе паука, не желая спускаться на землю. Вся пещера была покрыта зеленоватой слизью, похожей на сопли. Он себе не изменяет - брезгливость осталась при нем.
  Над нашими головами засияло межсерверное сообщение:
  'Поздравляем игроков Зевс, Ловелас и Хайр с блестящей победой над Эмиссаром! Победителям битвы дается титул 'Жало'!'
  Десять секунд - и надпись исчезла, сообщив наши имена всему вирту. Следом за ней испарились останки паука, оставив после себя множество подарков. Здесь были баночки с зельями для жизненных сил, для магической энергии, три золотых перстня Эмиссара, три золотых накидки Эмиссара, три карты класса "С", одна карта класса "А" и, конечно же, 'Королевские светила'.
  - 'Королевские светила' я забираю себе, - сразу сказал Жэка. - Все остальное ребятам отдам.
  Ему никто не возражал. Мне было пофиг, а Дэна больше интересовало состояние своей одежды - он придирчиво изучал два зеленых пятнышка крови Эмиссара на штанах.
  - Меч отдай, - говорю я другу.
  Спускаюсь со своего валуна, подхожу к нему.
  - И карту класса "А", 'Яд Эмиссара', - нагло требую я.
  - А не лопнешь? - поинтересовался Жэка.
  - Убить его? - спрашивает Дэн у друга.
  - Не стоит, - хмыкает Жэка. - Забирай карту и меч. И вали отсюда, пока цел. Понял?
  Ссориться мне с ними не хотелось. Протягиваю свои ручонки вперед - Жэка отдает меч. Забираю карту, тихо радуюсь, что за гибель Эмиссара получила много опыта. Все-таки в одной группе с ними была. Двенадцатый уровень! За одного монстрика! Друзья, и здесь помогли. Обожаю их.
  - Титул 'Жало', - Дэн нас игнорирует, и читает вслух информацию о титуле из справочника. - Дает +500 сил к физической атаке и +230 к физической защите.
  - Пшел отсюда, - шипит Жэка на меня, слушая друга вполуха.
  Смотрю на них, в глазах - слезы. Хочется прокричать им - это я, Ула! Я живая! Или какой-нибудь намек дать, чтобы они поняли, кто стоит перед ними. Но - нельзя. Нельзя им ничего рассказывать! Иначе весь большой труд, проделанный командой Ершова, пойдет коту под хвост!
  Я грустно поплелась к выходу из данжа. Лучше уйти, пока совсем не раскисла. Вчерашние друзья стали врагами. Чему уж тут радоваться. А так хочется остаться с ними, поболтать о всяких пустяках! Спросить, женился ли Жэка. Или же как прошли раскопки Дэна, на которые его так срочно депортировали из России.
  Так я их и оставила там, уйдя без слов. Ладно, мы с ними обязательно еще пересечемся. Жэка хотя бы не стал добавлять меня ни к друзьям, ни к врагам.
  Я покинула данж с тяжелым сердцем и оказалась в городе Санта Клаус. Делать мне там было нечего, и я быстренько отправилась в Розу Ветров.
  Пока я перемещалась между городами, устанавливала торговую палатку, возвращалась обратно в лагерь Новичков, в чате шла бурная переписка между игроками.
  'Эмиссара грохнули! Крутяк! Я три года на него охотился! В каком данже появился, кто-нить знает?'
  'В Логове Паучьей Вдовы. Я был первым, кого он сожрал'
  'Хайр - это тот урод, который всех чморил в чате?'
  'Точно, тот новичок'
  'Как он смог убить Эмиссара?'
  'Помогите с Бешеным Быком!'
  'К черту Быка! Эмиссара грохнули! Новичок грохнул!'
  'Да не он это! Там два профи были! Они и грохнули!'
  'Админ имя Хайр сообщил! Не читал?'
  'А какой у него уровень?'
  'Кто-нибудь помогите с Бешеным Быком!'
  'Да отвали ты со своим быком! Слышал, девятый уровень'
  'А мне говорили - что десятый'
  'А не седьмой?'
  'Инфу глянь - двенадцатый уровень'
  'А кто этот Хайр вообще?'
  'Он меч Фрейи предлагал купить у него. За 40кк'
  'Меч Фрейи? Крутяк! Да кто такой этот Хайр?'
  'БЕШЕНЫЙ БЫК!!!' - и озлобленные смайлы.
  'Хайр - Бешеный Бык!!!' - хлопающие по столу от смеха смайлы.
  'Да помогите ей уж кто нить с быком!'
  'Хайр - Ершов Дмитрий', - это сообщение написал Рыжий.
  По-любому сейчас ржет над переполохом в чате.
  'Ершов младший? А он разве не помер?'
  'Кто ж его знает!!!'
  В общем, мое имя гремело на весь вирт. Благодаря Эмиссару множество игроков узнало обо мне. Мне вскоре надоело читать, как мое имя склоняют на разные лады в чате, и я свернула его. Ваня молчал, по какой-то причине не послав мне ни одного сообщения с момента битвы с Эмиссаром. Обиделся? Или разозлился? Но ругаться будет, это точно.
  На часах был шестой час вечера, с Эмиссаром мы провозились минут тридцать. Рекорд не побили, но титул получили. Плюс все игроки, кто был сейчас в вирте, узнали о существовании Ершова Дмитрия. А значит, если убийца сегодня здесь, он должен клюнуть на нашу наживку.
  Чем быстрее я перейду в Рядовые, тем быстрее смогу развязать руки маньяку. Сейчас меня только мобы грохнуть могут, а персы не убить, не вызвать на дуэль не могут. Я под защитой новичков. Но! Это если маньяк убивает в шкуре человека, гиганта либо оборотня. А если он через НПС убивает? Или с помощью ВИП-ов? Или же с помощью мобов? Тогда опасность мне грозит уже прямо сейчас. Тот же Эмиссар в таком случае мог бы для меня быть опасен. Осторожнее мне надо быть, прав Ваня.
   'Выйди из игры, - выскакивает вдруг передо мной сообщение от него. - Тебе надо поесть. Уже вечер'.
  Я задумалась. Сообщение Вани застало меня уже на пороге Лабиринта Добровольцев. Покушать? Мясо!!! Мои мысли резко переключились на более приятные вещи, чем мочилово мобов в игре. Покушать я всегда готова!
  'Толстяк запек курицу с чесноком и картошечкой в духовке. Жду тебя через десять минут в баре', - добил меня фразами любимый.
  Я без промедления вытащила панель управления и нажала на кнопку выхода. Запеченная курочка! Война войной, а обед по расписанию. После изолятора во мне прочно поселилось чувство, будто я все время голодная. И ничего с собой поделать не могу - все время хочу есть.
  Жюль Верн с грустью смотрел на полет чайки над синими волнами - в моем аккаунте ничего не изменилось. Махнув ему рукой на прощанье, словно он был человеком, я вышла из Сети.
  В баре сидели трое - Ваня, Усатый и Олег, наш бродяга-одиночка. Последний был низеньким мужчиной, щуплым, похожим на мышь со сплюснутыми друг к другу щеками. Лицо у него было крайне отталкивающим, чего не скажешь о глазах - огромных, глубоко-синих, обрамленных густыми черными ресницами. Взгляд у него... будто изнутри у него душа светится, а ее свет находит выход именно в синих глазах. Потрясающие глаза на крайне уродливом лице.
  Олег допивал чай с лимоном, когда я вошла в кафе. В то время как я шла к стойке бара, мужчина соскочил с вертящегося стула, поблагодарил Толстяка, протирающего бокалы за стойкой. Он проскользнул мимо, кивнув мне в знак приветствия, и бесшумными шагами вышел из кафе.
  - Приветствую, - слабо улыбнулся мне Усатый. - Приятно видеть здесь даму. За десять лет, как мы переехали сюда, порог этой пивнушки еще не переступала женская ножка. До этого мы три года мыкались в дата-центрах по всему миру. Очаровательная леди, присаживайтесь между нами, развейте скуку двух джентльменов.
  Я улыбнулась ему. Ваня, с момента моего прихода, демонстративно не обращал на меня внимания, разглядывая бутылки со спиртным на стеклянных полках. Лишь его широкая спина напряглась, когда я дверь кафе открыла.
  - Кто это у нас здесь! - сказал, не вытерпев, когда я остановилась за его спиной. - Неужели покоритель пауков к нам явилась? Сама лично?
  Зол, очень-очень, судя по ласковому голосу. Даже Толстяк решил пока не вмешиваться в наш диалог.
  - Э-э...
  - Храбрая, отважная! Герой всех времен и народов! - продолжал издеваться надо мной Ваня. - Пример для подражания и предмет восхищения миллионов мужчин!
  - Э-э...
  Ваня перестал изучать разноцветные этикетки на бутылках, перевел прищуренный взгляд из-за плеча на меня. Я вздрогнула. Он был чертовски зол.
  - Ну-ну, успокойся, зачем ты так, - попытался остановить его Усатый. - Ульяна пытается помочь нам. Она тоже хочет найти маньяка, вот и бросается из одной авантюры в другую.
  - А что, жареной курицы не будет? - я впервые почуяла подвох.
  Толстяк прекратил протирать стакан, приподнял голову и сказал:
  - На ужин суп из фрикаделек, греча с говяжьей печенью. На жареную курицу запрос не поступал.
  - Ваня? - спрашиваю я у мужчины, топчась на месте.
   На стул так и не села. Чую, щас скандал будет.
  - А ты думала, что попала в рай? - Ваня совсем сузил взгляд, окидывая меня взглядом с ног до головы.
  Я нервно почесала лоб.
  - Ты! - рявкнул он так, что я подпрыгнула.
  Затем опомнился, быстро взял себя в руки. Уже более мягко продолжил:
  - Ты понимаешь, что могла сегодня умереть? Одной смерти тебе мало? Хочешь еще раз? Чтоб наверняка?
  И замолчал, стиснув стакан с виски в своих руках. Я нервно оглядываюсь и начинаю пятиться к выходу.
  - Стоять! - снова повысил он голос. - Мы еще не закончили разговаривать!
  Я нервно усмехаюсь:
  - По-моему, говоришь здесь только ты. Я молчу.
  Усатый закряхтел, поднимаясь с места:
  - Я, пожалуй, пойду...
  И быстренько так ретировался из кафе. Толстяк, последовав его примеру, скрылся на кухне, только занавески всколыхнулись напоследок. А как же я? Возьмите меня кто-нибудь с собой!
  - Послушай, Ула, - смягчается вдруг Ваня.
  Он разворачивается ко мне, раздвигает ноги и рукой подтягивает к себе, сидящему на стуле. Я оказываюсь в плену его объятий и слышу, как он тихо говорит, положив подбородок на мою макушку.
  - Ты у меня - одна. У меня нет никого, кроме тебя. Мне почти триста лет, и почти все время я провел за изучением мира. Никого рядом со мной не было, никогда. С женой жили недолго вместе, она... любила себя за нас двоих. Понимаешь? Даже будучи с ней, я всегда чувствовал одиночество. И вдруг - появляешься ты! Яркая, рыжая! И такая... такая, к моему ужасу, юная, молодая!!! Совсем юная! Но почему рядом с тобой одиночество отступает? Почему рядом с тобой мне так спокойно? Ты мне так нужна! Я такой уже старый. С кучей накопленного багажа за спиной. Но можешь ли ты быть более внимательна к моим словам? Я не прошу многого - просто слушай меня так, чтобы слышать! Смотри на меня так, чтобы видеть! Я путано объясняю, почему так взбесился, да?
  - Есть немного, - улыбаюсь я, тыкаясь носом в его клетчатую рубашку.
  - Ула, солнце мое, - Ваня обхватывает своими широкими ладонями мое лицо и приподнимает его вверх.
  Внимательно смотрит в глаза, говорит:
  - Я не хочу тебя потерять. Ты хоть знаешь, что я пережил, когда тебя казнили? Сам не ожидал, что не смогу спокойно смотреть на твое измученное тело, на то, как над тобой издеваются. А волосы! Твои шикарные, огненные, длинные волосы! Меня чуть удар не хватил, когда я увидел, что они с тобой сделали! Я готов был убить любого из них. Взорвать к чертовой матери весь мировой Суд вместе с изолятором.
  Ваня легонечко щелкает меня по носу, затем вновь прижимает к себе, обхватывая коленями.
  - Не хочу тебя отпускать так просто. Не отдам тебя никому. Впервые кто-то стал мне так дорог, что я не хочу его потерять. Ула, прошу тебя... Доверяй мне чуть больше. Полагайся на меня. Если есть проблемы - говори, я решу их. У тебя теперь есть я, и, поверь, твои проблемы для меня - ерунда. Ну, что тебе стоило сегодня просто выйти из игры? Я чуть не поседел, пока ты там перед Эмиссаром прыгала!
  - Но ведь все закончилось хорошо? - говорю я, чуть отстраняясь. - Я жива... и... Ладно, больше не буду лезть на рожон.
  Ваня смотрит на меня, затем глубоко вздыхает.
  - Ну, вот и договорились. Кушать хочешь? Прости за обман. Но мне надо было тебя вытащить из вирта, убедиться, что с тобой все в порядке. Увидел тебя - сразу успокоился.
  - Суп из фрикаделек, - улыбаюсь я. - Я буду есть суп из фрикаделек. Эй, Толстяк!
  Из штор осторожно выглянуло две головы - повара и официанта.
  - Уже можно выходить? - интересуется робот.
  - Можно выходить? - эхом повторяет официант.
  - Только не говори, что ваши сенсорные датчики зафиксировали угрозу для жизни, - хмыкает Ваня.
  Я выбираюсь из его хватки, он меня неохотно отпускает. Сажусь на стул рядом с ним, мужчина снова меня обнимает, теперь уже за плечи.
  - Дай поесть! - говорю ему.
  - Извини, - и быстро убирает руку.
  Ваня хватается за стакан с янтарной жидкостью и кубиками льда, а Толстяк обращается ко мне:
  - Мои сенсорные датчики зафиксировали скандал между влюбленными. Сейчас мир спокоен. Чего желаете?
  - Суп из фрикаделек, и что там у тебя на второе. Толстяк, а завтра курицу с чесноком запечешь? С картошечкой?
  - Управляющий? - спрашивает Толстяк у Вани, тот кивает головой. - Босс разрешение дал. Будет завтра курица с картошкой.
  - Ура! Толстяк, ты супер!
  - Всегда к вашим услугам!
  - Хочешь вина? - спрашивает Ваня. - У нас богатый выбор. Любишь вино?
  - Красное, сухое. Без разницы, из какого региона.
  - Французское 'Тур де Манделотт' будешь?
  Официант выкатился тем временем в обеденный зал и медленно покатился между столиками. Везде был порядок, столы стояли ровно, скатерти не помялись, салфетницы полные.
  - Буду. Чуть-чуть. Мне к игре еще надо возвращаться, - говорю Ване.
  - Толстяк! Слышал? Налей бокал вина.
  - Будет сделано, - отвечает робот из кухни.
  Он вынес поднос, на котором дымилась чашка с супом и с гречей. Я облизываюсь, наблюдая, как он ставит его передо мной. Когда с сервировкой было покончено, схватилась за ложку.
  - Вкусно? - спрашивает Ваня.
  - Очень! - киваю я.
  Ужин прошел в спокойной обстановке. Мы не говорили о наших дальнейших планах. Впервые мы с ним общались о чем-то, что не касалось нашего общего дела. Нам никто не мешал. Толстяк удалился на кухню, из которой теперь доносился звук льющейся из смесителя воды. Вероятно, мыл посуду. Официант, убедившись, что в обеденном зале порядок, присоединился к Толстяку на кухне. Да и ребят из команды не было, все были заняты виртами. Мы с Ваней остались наедине друг с другом.
  Ваня рассказывал, как он впервые познакомился со своим учителем Алимом Хайямом.
   Это случилось еще до создания робота Франкенштейна. Его учитель создал первую игровую капсулу и подыскивал людей, готовых провести опыты в ней. Ваня был в числе подопытных, один из десяти первопроходцев. Первая ИСК имела огромный шлем и встроенный 3D-экран в нем. Тогда, говорил мой любимый, полного погружения сознания в вирт не было. Во время испытаний они сцепились с Алимом в споре о том, насколько сильно постороннее вещество в мозге человека может изменить все его восприятие мира. Тогда-то Хайям и заметил талант Вани смотреть на мир особенным взглядом. Гениальный ученый оценил острый ум молодого ученого и оставил его в своей команде.
  - Если бы не мой учитель, я бы никогда не изобрел нанороботов, - признался Ваня. - Ежедневно, ежечасно он меня подталкивал к этому изобретению. Мне, признаюсь, стыдно, что создание нанороботов приписывают исключительно мне. Думаю, не займись тогда Алим солнечной энергией, он бы сам изобрел нанороботов. Он бросил работу над нанитами на полпути, занялся вместе со своей командой тайофу. А я, по сути, остался дорабатывать отрасль нанотехнологий.
  - Ты очень любил своего учителя? - заметила я.
  - Любил. Я был сиротой, он заменил мне всех - отца, мать, брата, друзей. Я с детства был не таким, как все. Веришь, нет, но меня мало волновали взаимоотношения окружающих меня людей. Я любил быть сторонним наблюдателем, не вмешиваясь в разговоры о том, к примеру, 'какая сегодня погода' или же о том, что дядя Вова поругался с тетей Надей. Ссоры, скандалы, ревность, зависть друг к другу, любовь, предательство - все проходило мимо меня. Сам мир, природа, планета Земля - вот моя страсть! Я и женился-то из-за Алима. Он сказал, что нужно хотя бы попытаться быть таким, как все, войти в социум. Завести семью, родить ребенка. Я попытался...
  - Хм...
  Я отпила вина из бокала, глядя поверх него на Ваню. Странного мужчину выбрало мое сердце. Мы с ним такие разные! Я смотрю на людей вокруг, он смотрит на мир за спинами людей. Я жила и живу для себя, он жил и живет - для других. Я всю жизнь думала только о том, как удовлетворить свои собственные потребности и желания, он изучал то, что дает мир. Я забираю из мира, потребляю, уничтожаю, он - создает новое, расширяет границы привычного.
  - Почему я? - спрашиваю у него. - Почему ты увидел именно меня? Из всех девушек на планете?
  Ваня протягивает руку ко мне, гладит по щеке со словами:
  - Сам не знаю. Но это - ты!
  Тянется ко мне, целует. Затем встает со стула, берет меня на руки. Мгновение - и я уже сижу на барной стойке.
  - Что ты?..- ошеломленно спрашиваю.
  Он улыбается. Снова целует, проникая языком глубоко в гортань. Скользит рукой под подол платья, проникает через трусики и касается моей сущности пальцами. Легонечко массирует. Я вскрикиваю от внезапной волны удовольствия, окатившей мое тело с ног до головы.
  - Ты чего? А если кто-то зайдет? - хриплю я, останавливая его руку.
  - Ш-ш-ш, - шепчет он, легко освобождаясь от моей хватки. - Все в виртах...
  И лижет языком мочку моего уха, затем втягивает ее в рот. Его пальцы продолжают ласкать мою киску, я опять вскрикиваю от наслаждения. Откидываюсь назад, опираясь руками о края стойки с другой стороны. Ваня нежно улыбается, снимает мои трусики, задирает подол. Затем нагибается и... горячим языком прикасается к моему клитору. Я опять вскрикиваю, мой разум заволокло пеленой желания. Контроль над собой исчез, испарился без следа. Ваня продолжает теребить языком мое женское естество, мое тело непроизвольно вздрагивает от волн удовольствия, что накрывают меня одна за другой. Что-то внизу живота сладко сжимается, начинает лихорадочно пульсировать. Миг - и взрыв наслаждения уносит меня в небеса. Я бьюсь в руках у мужчины в экстазе, что-то выкрикивая в тишине кафе.
  Прошло минут пять, прежде чем я пришла в себя. Первое, что отразило мое вернувшееся сознание - это потемневшее от возбуждения лицо Вани. Он смотрит на меня жадно, напряженно, его руки нетерпеливо гладят белоснежную кожу моих бедер. Я без слов понимаю его.
  Соскальзываю вниз со стойки, опускаюсь перед ним на колени. Расстегиваю кожаный, черный ремень, молнию на джинсах. Ваня не помогает, оставляет за мной свободу действий. Его джинсы вскоре падают вниз, следом устремляются трусы. Сдерживая себя, он резко втягивает воздух, когда я прикасаюсь к его члену рукой. Нежно провожу пару раз вверх-вниз, захватив его естество пальцами в кольцо. Затем слегка касаюсь языком его вздыбленной плоти и слышу тихий мужской стон. Поднимаю взгляд и вижу затуманенные голубые глаза Вани. Он лихорадочно дышит, сквозь туман возбуждения смотрит на меня с высоты своего роста. Не опуская взгляда, я беру его член полностью в свой горячий рот. Затем начинаю двигаться, то вверх, то вниз, скользя по напряженному до предела стволу губами. Мой темп ускоряется, Ваня хватает меня за волосы, начинает направлять. Чувствую, как мужчина стремительно несется к верху блаженства, издавая чуть слышные стоны. Я все быстрее и быстрее двигаю ртом вверх-вниз, еще мгновение - и Ваня слегка отталкивает меня от себя, достигая пика наслаждения. Из его члена вырывается сперма, падает на мое лицо, волосы, платье. Мужчина тихо стонет, слегка содрогнувшись от экстаза. Я тихо смотрю на него, не спеша подниматься на ноги.
  Проходит пара минут, взгляд Вани становится более осмысленным. Тогда я встаю с колен, иду к ближайшему столику за салфетками. Вытираюсь. И думаю.
  Это ж надо же! Прямо в кафе! В общественном месте! Мне стыдно. Покраснев, беру еще пару салфеток и подхожу к мужчине.
  - Держи, - говорю.
  - Э... спасибо...
  Смотрю на него - такой же красный, как и я. Мы встречаемся взглядом, и оба фыркаем от смеха. Приложив ладонь ко рту, я сдерживаю хихиканье, указывая рукой по направлению к кухне:
  - Как ты думаешь, о чем он подумал?
  Ваня улыбается, надевая джинсы. Использованные салфетки полетели в ближайшую мусорку под его тихий смешок:
  - Можем спросить у него. Эй, Толстяк!
  - Тише! - шикаю я. - А вдруг он все зафиксировал? Подглядел - и записал?
  - Кто - Толстяк? - чешет затылок мужчина. - Эй, Толстяк, иди сюда!
  Я поискала взглядом свои трусы - они обнаружились под одним из крутящихся стульев у бара. Одеть их не успеваю - Толстяк осторожно выкатывается из кухни. Засовываю кусочек ткани в карман, ощущая пожар на щеках.
  - Толстяк, что ты сейчас делал? - сурово спрашивает Ваня у робота.
  Я снова хихикаю, не в силах смотреть на деланно серьезное лицо любимого.
  - Посуду мыл, - честно отвечает, Толстяк врать не умеет. - А вы что делали? Покушали?
  - Поели, - пряча улыбку, отвечает Ваня. - Пока сытые. Оба. Да, зай?
  Подхожу к нему, присевшему на стул. Обнимаю его сзади, уткнувшись лбом в широкую, мужскую спину.
  - Пока - да, - отвечаю ему, делая тонкий намек, что хочу большего.
  Намного большего, чем простые ласки между мужчиной и женщиной.
  Ваня молчит.
  - Сейчас бы отвез тебя в Италию, - вдруг говорит. - Я там родился. Показал бы Доломитовые Альпы. Там есть, на что посмотреть.
  - Так ты из Италии? - спрашиваю в его спину.
  - Да. Меня нашли в 'сапоге', - шутит. - Кто-то принес меня на порог детского приюта. Тогда мир приходил в себя после Пандемии. Брошенных детей было тысячи. Провинция Тренто, город Тренто - там я рос. В то время мир был совсем другим. Так что я из другой эпохи!
  И смеется. Я втягиваю в себя запах любимого - пахнет чем-то горьковатым, лесным. Мне нравится. Мне все в нем нравится.
  Мы бы долго с ним разговаривали, интересно было слушать, как раньше жили люди, каких сил стоило им преодолеть последствия глобальной катастрофы. Ваня на протяжении трех веков наблюдал за тем, как меняется мир, как развалины старых городов сменяются семисотметровыми в высоту домами, как люди учатся жить заново в мире роботехники, ИСКов и нанотехнологий. Но, увы... Мне надо было возвращаться к вирту, в проклятую 'Пищу Богов'. Времени отдыхать и расслабляться - не было. Поэтому Ваня с тихим смешком через полчаса оторвал меня от себя и велел возвращаться в игру.
  Мне жутко не хотелось покидать этого сильного и уверенного в себе мужчину, но время поджимало.
  - Чем быстрее мы поймаем убийцу, тем больше жизней спасем, - сказал мне любимый напоследок.
  И я вернулась к игре, где правил коллективный разум с миллионами голосов. Впервые в жизни мне не хотелось подключаться к ИСКу и входить в вирт. Я бы лучше еще посидела в баре в объятиях любимого.
  Дальнейшее мое время в 'Пище' протекало спокойно, без сюрпризов. Лабиринт Добровольцев был первым, самым легким данжем в игре. Монстры - слабенько бьющие, но с большим запасом ХП, ползали по коридорам пещеры. Я потратила пять часов на его прохождение, и еще полчаса - на убийство босса двадцатого уровня. Трехголовая крыса в пять метров высотой. Бьет слабо, но живучая, зараза! Но я-таки победила его соло.
  Крыса откинулась, оставив в подарок парочку зелий да карту класса "С". Вокруг меня раздались фанфары, засияли звезды, и выскочило системное сообщение с поздравлениями:
  'Поздравляем с достижением 20 уровня! Город Роза Ветров ждет тебя! Найди генерала Хань и получи из его рук звание 'Рядовой'!'
  Да-да, спасибо. Смотрю на часы - полночь в реальном мире. Сна - ни в одном глазу. Когда тело человека находится в ИСКе, оно, по сути, спит. Но такие естественные потребности, как еда, мочеиспускание и испражнение требует выхода из ИСКа хотя бы раз в шесть часов. То есть, мне надо было выйти из игры, чтобы поесть и сходить в туалет. Но сначала надо было посмотреть, что в вирте случилось во время моего отсутствия.
  Открываю чат, который на время забросила - некогда было переписываться. Смотрю в ЛС, и мои брови непроизвольно поднимаются вверх - около ста сообщений! Мне лень просматривать, и я спрашиваю Ваню:
  'Ты читал, что там пишут?'
  'Читал, - отвечает он. - Десять человек спрашивают о мече Фрейи, сорок человек продолжают тявкать на тебя, хоть ты и не провоцируешь их больше. Сорок человек вызывают на дуэль, и только десять спрашивают, как ты Эмиссара завалила. Еще пять предлагают вступить в клан'.
  'Проверяли их?' - спрашиваю.
  'Ты подтверди присланные заявки, добавь их в списки, - улыбается Ваня. - Враги или друзья. Нам так проще смотреть информацию о них'.
  'Щас'.
  Быстренько бегаю пальцами по панели управления. Восемьдесят человек сразу отправляются в черный список, кого-то сама внесла туда, а кому-то просто подтвердила вражду. Двадцать пять человек попадают в друзья. Это тех, кто про меч спрашивал, про Эмиссара и предлагал в клан вступить.
  'Спасибо!' - пишет Ваня.
  И сердечки посылает.
  'Я люблю тебя', - пишу в мировой чат.
  Ответил не он, а совершенно левые игроки:
  'Весна, что ль? Гормоны?'
  'То чморит всех, то в любви признается. У тебя с головой все норм?'
  'Недотр*!'
  'Протрезвей сначала!'
  'Пить надо меньше, псих!'
  'Идешь с нами на Кора?' - вдруг объявляется Бульмень.
  Тот паренек, с которым я в начале игры столкнулась. На двадцать первом уровне, обогнал меня чуток. По-любому подросток третьи сутки из ИСКа не вылазит.
  Его сообщение меня заинтересовало. Спрашиваю, кто такой 'Кор'. Пишет - Титан по квесту 'Защитник Луизы'. Выясняю, что в группе уже пять человек набралось, надо шестого. Я так понимаю, что меня позвали к себе из-за моей сегодняшней популярности в сети.
  'Когда?' - спрашиваю я.
  'Где-то через полчаса собираемся'.
  'Иду! Я с вами!' - отвечаю я.
  Быстренько выхожу из вирта, мчусь в бар к Толстяку. Проще самой сбегать на кухню, чего-нибудь перехватить, чем делать заказ и ждать, когда его принесут.
  В кафе сидят три аналитика, два игрока-меломана. Двухдневная щетина покрывает их подбородки, одежда - мятая, глаза - красные от недосыпа. Едят быстро, сосредоточенно, не отвлекаясь на разговоры. На мое приветствие вяло машут руками. Прохожу к стойке, невольно краснея при воспоминании о том, чем мы тут недавно занимались с Ваней. Смотрю в ту мусорку, куда мой любимый салфетки выкинул - пустая. Официант уничтожил все следы нашего 'преступления'.
  - Толстяк! - торопливо говорю я нашему повару, протирающему в тот момент стойку бара. - Давай еду! По-быстрому! Есть бутерброды?
  - Сэндвич с салатом 'Цезарь' подойдет? - отреагировал тот на меня.
  - Давай. И кофе! Быстрее! У меня всего двадцать минут осталось!
  'Колобок' скрылся на пару минут из виду, затем вновь появился с подносом в руках. Два треугольника-сэндвича, белая чашка с кофе. Хватаюсь за бутерброды и быстро проглатываю.
  Толстяк, сделав тон речи печальным, говорит:
  - Куда вы торопитесь? Олег вечно торопится, Усатый, Костик, Паша, Миша... Все торопятся, сэндвичей на вас не хватает...
  - Тебе кто программу старой ворчливой кухарки забил? - спрашиваю с набитым ртом робота.
  - Мой разработчик - Ершов Ваня. Вам не нравится?
  - Норм, то есть, нормально. А что, это он тебя колобком сделал?
  - Он. Сказал, что аппетитно выгляжу.
  Я фыркнула. Аппетитно? Скорее, нелепо. Ну, о вкусах не спорят. Смеяться над его вкусом все равно, что смеяться над собой - я-то ведь ему тоже нравлюсь. Ну, как можно сказать, что у него плохой вкус?
  Проглотив за десять минут сэндвичи, запила им кофе.
  - У тебя всегда сэндвичи наготове?
  - Всегда.
  - Золотой ты наш робот! - похвалила я его.
  Как горох об стенку ему моя похвала. Толстяк равнодушно продолжал протирать стойку бара белой тряпкой. Робот он и в Африке робот. Но в нем суперская программа 'собеседник'. Мой Ванечка придумал, самый крутой мужчина и самый умный! Горжусь им! Соскакиваю со стула, готовая вернуться обратно к игре, как вдруг слышу довольно-таки странные слова от Толстяка:
  - Может ли один человек уничтожить все человечество?
  Я резко торможу, вскидываю брови вверх в немом изумлении. Баг в Толстяке?
  - Ты когда последний раз техосмотр проходил? - спрашиваю с подозрением.
  Толстяк с готовностью отвечает:
  - Пять дней назад, Медведь осматривал. Добавил дополнительных опций, и программ новых. Константин заметил, что за десять лет работы здесь в моих накопителях памяти накопилось много информации. И было бы не плохо, если бы я вдруг стал человеком и проанализировал все данные. Привожу точную цитату Константина: 'Он тут целыми днями уши греет! Миха, доделай ты уже этот Бейсик недоделанный!'. Теперь я способен анализировать поступающие данные. Изучаю историю человечества. Гитлер убил миллионы. Создатели вируса Эбола убили миллиарды. Я прошу уточнить ответ на вопрос - может ли один человек уничтожить все человечество? Из истории человечества вижу ответ, что да. Прошу подтверждения своим выводам.
  Я, молча, стою, смотрю на жестянку. Пятеро мужчин за моей спиной в таком же изумлении смотрят на робота. В тишине столовой им все было превосходно слышно, весь наш разговор.
  - Толстяк, - крякаю я, - ты, это... не у меня спрашивай.
  - Почему? Вы, Ульяна, человек. Не понял.
  Я оборачиваюсь к мужчинам, взглядом прошу помощи. Что-то я пасую давать ответ на столь серьезный вопрос. Парни переглядываются между собой.
  - Толстяк, на твой вопрос ответ однозначный - нет, - сказал, наконец, один из них.
  Черт, когда я уже их всех запомню? Паша-меломан, кажется. Он, почесав подбородок, озвучил свои личные мысли:
  - Теоретически, один человек может уничтожить все человечество. Но вот тебе тогда встречный вопрос - можно ли будет считать его после этого человеком?
  - Ну, Медведь, ну, прощелыга, - восхищенно шепчет второй мужик, жуя беляш. - Ты, глянь! Из Толстяка почти человека сделал! Задает те же вопросы, что и все люди.
  - Точно! - говорит третий. - Каждый из нас хоть раз в жизни задавался этим вопросом.
  - Человек, - продолжает рассуждать Толстяк, - общественное существо, обладающее разумом и сознанием. Выдержка из Всемирной Базы Знаний.
  - А убийство всего человечества является разумным, сознательным поступком? - спрашивает пятый мужчина.
  - Ни в коей мере, - отвечает робот. - Уничтожать собственную расу - поступок, скорее безумный, чем разумный.
  - Выводы? - спрашивает бородатый аналитик, который вроде бы Паша.
  - Человек не может уничтожить человечество, - сделал вывод Толстяк. - В этом случае он перестает быть человеком. Тогда кем он становится?
  - Зверем, - сказал Паша.
  - Маньяком, - сказал второй аналитик.
  Остальные покивали головами, полностью с ними согласные.
  Я случайно бросила взгляд на часы и тихо ойкнула - опаздываю! Бросив компанию обсуждать дальше столь глубокую и философскую тему, помчалась обратно к себе в комнату. Пока бегала в туалет, залезала в ИСК, в голове все стояли вопросы робота. Что-то в этом было, что-то скользило на грани моего понимания ситуации. И в тот момент, когда закрывалась крышка капсулы, меня озарила идея. Я поняла, как нам поймать маньяка!
  
  Глава 13
  'Рыжий, ты здесь? - скидываю сообщение в чат, едва оказавшись в игре, - давай ко мне! Дело есть!'
  'Иду!' - приходит тут же ответ.
  Жду его. Стою в Лагере Новичков, рядом с хижиной аптекаря. Палаточный лагерь был свернут после битвы с крысолюдами. Остались легкие следы его присутствия - примятая трава, черные кляксы от кострищ из углей и пепла, взрытая земля в тех местах, где крепились колья палаток. Но свежая трава уже покрывала поляну новым ковром. Два-три раза пройдет дождь, пепел сдует ветер, и местность примет свой первоначальный вид. Исчезнет горькое напоминание о человеческой трусости, муках пострадавших и ошибках программистов. Интересно, как скоро само событие сотрется из человеческой памяти? Я вряд ли смогу забыть крики крысолюдов.
  Возле аптекаря корчился от боли незнакомец, восстанавливая руку. Добрый доктор, улыбаясь от уха до уха, замазывал окровавленный обрубок по плечо дешевой мазью - игрок оглушительно орал от боли. Обезболивающие стоило дорого, не у всех хватало денег на лекарство, особенно в начале игры, когда перс слабый и нищий. Это адский вирт.
  Бульмень ходил вокруг кричавшего от боли раненого, давая советы:
  - Ты лучше сразу подыхай! Так боли нет! А раны залечивать - по психике бьет! И по кошельку! Мне самому на днях ногу отсекло, думал, ласты склею от боли, когда лечился.
  Бульмень за время развития перса в вирте вымахал под два метра ростом, из хлипкого мальчугана семи лет превратился в высокого молодого человека приятной наружности. А я промахнулась с настройками перса, мой рост в 20 лет был 175 сантиметров.
  Бульмень нависал над несчастным, с любопытством наблюдая за процессом лечения. Страдалец скрипел зубами, вытирая рукавом второй здоровой руки пот на лбу, и все чаще поглядывал в сторону выхода из игры - безвозвратного портала с вывеской на входе 'Archive'. Заходишь в него - и твой персонаж отправляется в архив до очередного приступа мазохизма.
  Вдоволь насмотревшись на однорукого, Бульмень в очередной раз спросил:
  - Ну! Где твой друг? Дед, мы заставляем всех ждать!
  - Щас! Жди. Он отличный парень, не пожалеешь, что взял его с нами! Еще благодарить будешь!
  - Мм... Увидим, посмотрим. Ну? Где он, мать его?
  Бульмень, помнится, когда в игру входил, был радостным и счастливым парнишкой. Три дня в игре - и готовый псих на вылет. И это он еще не участвовал в бое с крысолюдами. Спрашивать, какие он задания выполнял, что превратился в трясущееся нервное существо, мне не хотелось.
  - Вон он! - обращаю внимание Бульменя на развалины портала, стоящие от нас в двадцати метрах.
  Из серебристого сияния появился, наконец, Рыжий. Вышел через арку, обросшую темно-зеленым мхом, оглянулся по сторонам в поисках меня. Я машу ему рукой, привлекая внимание. Заметил, пошел к нам.
  - 55 уровень, - смотрит Бульмень справку. - Не соврал, дед!
  Я хмыкаю - по аккаунту мне 190 лет. Знал бы парень правду, кто я и зачем здесь! Хотя нет, лучше пусть не знает. Меньше знаешь - крепче спишь. Он и так весь дерганый, а про маньяка узнает - совсем сорвется.
  У нас осталось всего четыре дня. Если мы не поймаем убийцу, под удар могут попасть все игроки индийских серверов, в том числе и Бульмень. Я помню, что он из Индии.
  Всего четыре дня!!! Сердце сжимается в недобром предчувствии. Что-то грядет, что-то случится. Носом чую.
  - Звал? - спрашивает Рыжий, протягивая руку для рукопожатия. - Это кто?
  - Бульмень, - представляю я его, - лидер нашего отряда. Мы с ним познакомились в первый день, у будки рекрутера. Бульмень, это Рыжий - мой друг.
  - Хай! - говорит Рыжий.
  - Ну, здорово. Че, тоже старпер? Профи?
  - Не старпер. Любитель! - улыбается Рыжий.
  - А че так? - не верит Бульмень. - Я за трое суток до двадцатого уровня дошел! Сколько играешь?
  - Слышал прикол? 'Ноев ковчег был построен любителем, 'Титаник' - профессионалами'. И кто дольше проплавал? Не спеши с выводами, малыш!
  - Какой я тебе малыш! - вспыхнул Бульмень.
  - Мы торопимся! - напомнила я им, останавливая намечающуюся перепалку. - Нас ждут, Адвик, твои друзья.
  Адвик насупился, но сдержался. По моей просьбе мы включили в отряд Рыжего. Обещание подростку надо было выполнять - помочь завалить босса Кора, слово свое держу всегда. С Рыжим о маньяке поговорю по дороге.
  Мы дружно топаем к порталу в Луизу. Телепортируемся, присоединяемся к ожидающим нас ребятам.
  Все - младше меня, ребятам нет еще и двадцати в реале. И все нервные, дерганые - атмосфера игры не дает расслабиться. Но подростки бравадятся, пытаются шутить и делать вид, что все в порядке. И вовсе глаз у четырнадцатилетней девушки в отряде не дергается, это она всем подмигивает. Дружелюбная очень.
  Наш отряд выдвинулся из Луизы. Каждый ехал кто на чем: мы с Рыжим на лошади, Бульмень где-то достал страуса. Еще были две пантеры и два носорога. И ни у кого не оказалось портального камня, так что мы поехали до места назначения - Снежной Поляны - своим ходом.
  Ехать было долго, и я, убедившись, что нас никто не слышит, тихо начала выкладывать свои мысли Рыжему:
  - Я тебе сейчас кое-чего расскажу... По чату долго переписываться с Ваней, да и он сразу мне откажет. А вот ты выслушаешь и подумаешь. Слушай... Убийца - ушибленный на голову придурок. Согласен?
  - Хех, - усмехается Рыжий.
  - Он с нами играет. Он знает, что мы есть и что мы его ищем, верно? Иначе, зачем бы он устраивал все эти представления с крабами? Для кого? Для себя? Для себя лично он получает удовольствие от убийства. То есть, он тот еще актер, которому требуется зритель. Согласен?
  - Ну, допустим. К чему ты ведешь?
  - И еще, я не думаю, что он находится среди нас. Я заметила, что вы все - очень сплоченная команда. Все друг о друге знаете. Медведь знает, что на гамаке в комнате Вани можно сделать 'солнышко'. У него это классно получается! Наловчился за столько лет! Усатый знает, что Олег терпеть не может сигаретный дым, поэтому он никогда не курит в баре при нем. Ты знаешь, что Леха - полиглот, поэтому постоянно предлагаешь ему новые аудио-словари.
  - Когда заметила? - удивился Рыжий.
  - Еще в первый день. Ты ему тогда в руки сунул флэшку с обновлениями.
  - О! Точно! Было дело.
  - Угу. Вы все друг о друге знаете. И маньяк, будь среди вас, давно бы уже выдал себя хоть как-то. Да и Ване я доверяю. Он гений! Он никогда бы не взял в свою команду монстра.
  - Он гений, - согласился со мной Рыжик. - Признаю.
  - Я предполагаю, что маньяк, едва узнает о существовании Дмитрия, сразу поймет, что я - никакой не Ершов Дмитрий, а кто-то из команды, охотящейся за ним.
  - Хм... Ты бы с Ваней поговорила на этот счет... Я не разработчик, не аналитик.
  - Не могу я... я вообще не могу рядом с ним нормально мыслить в последнее время! - призналась я, краснея. - У меня мозги рядом с ним отказывают. А по чату - долго объяснять.
  Рыжий только крякнул в ответ и закашлялся, когда понял смысл моих слов. А что я могу поделать? Пять минут - и рядом с Ваней я перестаю логически мыслить. Меня просто захватывает ураган страсти!
  - Говори тогда мне, попробую понять, - соглашается Рыжий, с тихим смешком добавляет, - и передам... Ване..
  - Я предлагаю начать провоцировать маньяка. Если Ваня согласится, тогда...
  Меня прерывает системное сообщение от любимого:
  'Я тебя прекрасно слышу. Спасибо за комплимент, мне приятно. Ты продолжай, что там тебе в голову взбрело, зая?'
  Краснею. До меня, как до удава, доходит одна простая истина... А какого черта я все это время скидывала сообщения ему в чат? Я не подумала, что он наблюдает за мной. Совсем забыла, что он слышит все звуки вокруг меня и мой голос. Блин, и в кого я такая умная?
  - Ты чего? - спрашивает Рыжий. - Тебе плохо?
  - Нет, Ваня сообщение скинул. Он нас сейчас прекрасно слышит. Какого черта мне раньше не сказал? Я же мучалась, скидывала сообщения в чат!
  Сообщение: 'Было весело'.
  Вот же ж!!!
  'Шучу. Я думал, ты специально так делала. В целях рекламы своего имени'.
  Теперь я почувствовала себя еще большей дурой. Надо было промолчать и сделать вид, что так и надо.
  Рыжий подозрительно закашлялся, дернув поводья. Лошадь взбрыкнуло было, но вокруг нас было спокойно, она тут же угомонилась. Мы поплелись дальше, замыкая наш разношерстный отряд. Я - в глубокой печали от собственной гениальности, Рыжий - тихо похрюкивая от смеха. Спустя пару минут отпихиваю обиду в сторону, вспомнив о своей идее.
  - Так вот, если он согласится, я могу предложить игру маньяку. Пусть он попробует угадать, кто скрывается за аккаунтом Ершова Дмитрия. То есть, я начну кидать сообщения в чат типа: 'привет, убийца 156 человек! Хочешь поиграть? Угадай, кто я такой! Угадаешь - убью себя, не догадаешься - ты убьешь себя! Кто кого вперед раскроет! Срок - четыре дня! У тебя три попытки!'. Давайте предложим маньяку игру на время с высокими ставками! Где ставки будут - моя или его жизнь!
  Рыжий окаменел за моей спиной. А я продолжала:
  - Правда, это пройдет лишь в том случае, если маньяк не знает никого из вас в лицо. Вероятно, Ваню он уже вычислил. Но не думаю, что он вас, его команду, знает лично.
  - Это хорошая мысль. Но Ване она не понравится. Уверен, он не согласится.
  И словно в подтверждении его слов пришло сообщение от любимого:
  'НЕТ!!!' - и три гневных смайла.
  - Уже не согласился, - говорю я Рыжику, отмахиваясь от сообщения. - Но так мы можем его спровоцировать на переписку! Я думаю, маньяк по-любому найдет способ, как со мной связаться. Это не просто хорошая мысль, это - единственный путь, по которому мы сейчас должны пойти! Иначе вскоре, через четыре дня, может умереть человек. К примеру, Бульмень. Или тот паренек рядом с ним. Или вон та симпатичная девочка с нервным тиком. Они все индийцы.
  Рыжий смотрит на ребят: из всей команды Бульмень один не умел ездить верхом, его фигурка нелепо тряслась на страусе. Неопытный наездник разговаривал с одним из своих друзей в тот момент.
  - Ты за фига страуса себе взял? - спрашивал незнакомый мне Мультик.
  Я видела его аккаунт - пареньку 14 лет, наверняка одноклассник Бульменя.
  - А че? Прикольно ж, - буркнул подросток.
  Страус вдруг резко замер на месте, от неожиданности Бульмень чуть не вылетел из седла под ржание друзей.
  - Лучше бы слона взял, - сказала ему единственная девушка в отряде с ником Зара. - На аукционе вчера зачетного индийского слона видела! Как раз для тебя!
  - И сколько стоил? - встрепенулся Бульмень.
  - Купили за 15кк.
  Бульмень сразу погрустнел, услышав неподъемную для него сумму, но быстро сориентировался:
  - Слоны - фигня, страусы - круто!
  - Ты бы еще жирафа приобрел! - ехидничает Зара.
  - Да фиг с ним, жирафом! Читали вчера 'Мировой Курьер'? - спрашивает у них третий паренек.
  - Не, а че там? - навострил уши Бульмень.
  - Читал, в России труп нашли в одной из квартир, в ванной. Пишут, девка сама себе вены порезала, какая-то Решеткова Мария...
  Ребята принялись во всю обсуждать самоубийц, а я продолжила тихо убеждать Рыжего:
  - Если маньяк мгновенно скажет, что я - Ульяна Чайка, то 80% того, что он прячется среди нас. Да кто вообще может догадаться, что казнь была фиктивной? Ее снимали на все видеокамеры.
  - А если все же догадается? - заметил Рыжий.
  - Уверена, не догадается. Откуда? План спасения меня от смертной казни мог прийти в голову только Ване. Он особенный.
  Рыжий молчит пару минут, молчит и Ваня по ту сторону ИСКа.
  - Значит, так, - говорит он мне, приняв какое-то решение. - Сейчас ты мне даешь меч Фрейи, я по-быстрому кончаю вашего монстрика, возвращаюсь назад и собираю совещание. А ты идешь на поляну медитации, тихо-смирно медитируешь и в безопасности повышаешь свой уровень. Кукарекаешь в чате каждые пять минут, чтобы все тебя видели. Вдруг за последние сутки убийцы не было в игре, и он все пропустил? Я имею в виду, твою эпохальную битву с Эмиссаром? Вот и продолжай кукарекать в межсерверном чате. Я дам тебе пару камушек медитации. Уверен, Ваня будет против твоей идеи, а мне твоя идея нравится. Против голоса большинства наш шеф не пойдет, мы обсудим эту мысль со всеми. Как народ решит, так и будем делать. Договорились?
  Киваю головой. На том и порешили.
  Рыжий здорово поставил нас на место, когда началась битва с Кором. Мы въехали на поляну, где великан расхаживал среди гигантских обледеневших глыб. Рыжий подскочил к двадцатиметровому титану, нарушая все законы гравитации, он в три прыжка добрался до шеи уродца и в один удар снес голову с плеч. Титан, конечно, не Эмиссар, имел всего 100 тысяч ХП, но нам, новичкам, он казался непосильным заданием. Наши ножички имели силу удара всего в 1000. Повозиться бы с ним пришлось с полчасика. А Рыжий - раз, и готово! Думаю, что усилители к моему мечу прицепил, талисманчики какие. Ведь даже в руках Жэки меч бил всего в 30 000 сил. А тут сразу - 100000!
  Пока мы, глубоко впечатленные, с ужасом смотрели на окровавленную голову, растапливающую снег своей горячей кровью, Рыжий не спеша подошел ко мне. Отдал меч, покровительственно шлепнул ладонью по плечу остолбеневшего Бульменя, и смылся.
  - Офигеть! - только и сказал Бульмень. - И это любитель? Хайр, ты где его откопал? Круть! А он пойдет с нами в данж тридцатого уровня? Поговори с ним, а? Будь другом! Во дает!
  - Я подумаю, - отмахнулась я от него. - Позже спрошу. Меня ждут в другом месте.
  Я в тот момент смотрела на белый осколок шейного позвонка, срезанный идеально ровно. Смотрела, как загипнотизированная. Кровь, алая, брызгала поначалу фонтаном, а потом полилась тонким ручейком. Вместе с мозгом, на чисто белый снег. Минуту рухнувший на землю труп валялся перед нами, дав 'насладиться' зрелищем, а потом исчез, оставив сундук с деньгами. Мой обед в желудке от подобного зрелища минут десять просился выйти наружу через рот. Ненавижу эту игру!!!
  Поделив добычу, мы расформировали отряд, каждый направился по своим делам.
  Я вернулась в город Роза Ветров, нашла тихий сарай с огромным стогом сена, стоящий на окраине. Забралась на солому и включила режим медитации. Проверила список друзей, в котором значились Костик, Рыжий и Леха - никого из них в игре не было, все были оффлайн. Значит, все собрались на экстренное совещание в баре у Толстяка.
  'Зая, ты со мной?' - кидаю в чат вопрос.
  Нет ответа, зато на меня обратили внимание все те, кого я накануне обидела.
  'О, Харя появился! Щас вонять начнет!'
  'Ты как Эмиссара завалил?'
  'Почем продашь меч Фрейи?'
  'Есть плащ императора, отдам за 5кк'
  'Пошли с нами в крепость Святой Марии'
  'Ублюдок! Давай на дуэль! Отвечай за свои слова!'
  'Пойдешь к нам в клан? Ты прикольный засранец'
  'Чтоб у тебя х** отсох!'
  Я погрузилась в общение с народом. Пока в этой жуткой игре у меня нет ни одного защитника, буду шифроваться в стоге сена в компании с навозными мухами.
  Экстренное совещание длилось у ребят где-то часа два.
  За это время я перешагнула еще два уровня - теперь мне было 22 года. Очки за каждый уровень я распределила так:
  Выносливость +31
  Сила +20
  Ловкость +29
  Интеллект +26
  Это что бы я могла держать удар и в случаи опасности быстро смыться.
  Скилл 'Ядовитые когти' так и оставался на первом уровне. Забыла спросить у Вани, как мне усовершенствовать это заклинание. Не рассчитывала на то, что после того, как мы поймаем маньяка, я вернусь в эту игру. Ноги моей здесь больше не будет! Поэтому и не развивала умение. А сейчас вдруг в моей бедовой голове перемкнуло - мне нужно это заклинание! Хочу, не могу! Значит, будет.
  Первый, кто появился в игре после бурных дебатов, был Костик.
  'Ула! - пишет он мне в личку. - Поздравляю! Все в полном восторге от твоего предложения! Мы согласны действовать по твоему плану!'
  Не знаю, радоваться мне или огорчаться. Пишу:
  'А что Ваня?'
  'Ушел, громко хлопнув дверью! В баре аж бокал со стойки свалился! Но согласие сквозь зубы дал напоследок! Решили начать прямо сейчас! Мы вчетвером будем находиться возле тебя! Олег решил присоединиться к нам. Ты где сейчас?'
  Оглядываюсь по сторонам, разглядывая солому вокруг себя.
  'На сеновале в стоге сена кувыркаюсь. Давайте соберемся в торговом квартале Розы Ветров?'
  'Отлично! Уже лечу'
  'Ты где?' - следом появляется сообщение от Рыжего.
  'В торговом квартале Розы!'
  'Щас буду!'
  'Ты где? - следом летит вопрос от Лехи.
  'В торговом квартале Розы', - терпеливо повторяю я в третий раз.
  'Еду!'
  'Ты где?' - новое сообщение в личку от некого 'Бродяга'.
  'Ты кто?' - резонно спрашиваю я.
  'Олег'
  'А-а! Я в торговом квартале Розы'
  Теперь я кидаю сообщение в мировой чат:
  'Зая, ты здесь?'
  Секунда. Вторая. Я уж было испугалась, что он решил меня бойкотировать, но Ваня все же ответил:
  'Вернешься - изнасилую!'
  Наконец-то! Дождалась! Я улыбаюсь и пишу:
  'Уже бегу домой!'.
  'Нет, дорогая. Будем вместе отвечать за твои слова. Я ведь говорил про то, что выкину тебя из игры в случае опасности? Говорил? Помнишь мое предупреждение?'
  'Да помню я, помню'.
  С души словно камень свалился. Я так боялась, что он со мной разговаривать перестанет! Знаю, что мой план в первую очередь для меня опасен. И знаю, что, по сути, предаю его, особенно после того, как он мне раскрылся. Но я хочу вернуть себе свое имя и свою жизнь! Хочу опять стать обычным наблюдателем, который сидит на стульчике, смотрит в мониторы и спокойно пьет кофе под пение соловья из акустической системы!
  Ваня, прости, что иду на поводу своих желаний. Прости, что не держу обещание 'не лезть на рожон'.
  'Мне есть, что тебе сказать, - пишу в чат Ване. - Я скажу тебе, когда вернусь'
  'Мне тоже есть, что сказать'. Без смайлов и сердечек.
  У нас все будет хорошо, успокаиваю я себя.
  Встаю с места, заканчиваю медитацию и направляюсь в торговый квартал.
  По улицам снует народ по своим делам. Как в обычном городе, как в любом вирте - ВИПы, НПС, игроки, все вперемешку.
  В 'Пище Богов' было мало красивых вещей, одной из главных целей игры, как говорили когда-то создатели в релизе, было научить людей бороться с опасностью, разбудить в них уснувший инстинкт самосохранения путем причинения боли. Говорили, что за почти триста лет существования ИСКов люди забыли, что такое физическая боль, перестали бояться навредить себе, зато научились бездушно убивать других. Создатели игры хотели напомнить людям, что такое боль и почему нельзя причинять ее другим. Они хотели вернуть нам почти забытую человечность через личностные страдания.
  Вирт 'Пищи' был унылым. Города - с редкой растительностью. Леса - с гигантскими, уродливыми деревьями. Животные - огромные жуткие твари. И даже титаны - нелепое уродство, вызывающее тошноту. И в каждой битве - очень много крови. А еще этот треклятый порог боли, регулятора которого здесь просто нет! Зубы выбили - больно! Руку отрубили - теряешь сознание от боли! Отрубили все конечности - лучше самого себя зарезать, чем с ума сходить от боли. Только в момент смерти боли нет.
  Расстроенная после разговора с Ваней, я подошла к месту встречи - к торговому кварталу. Огляделась в поисках парней. Костик обнаружился под вывеской 'Все для крафта', возле одной из торговых палаток.
  - Привет! - говорю ему.
  Он смотрит на меня, затем жалобно стонет:
  - Ох, и перс у тебя вырос! А че такой прыщавый?
  Костик видел меня в последний раз, когда мне было десять лет. Я щупаю свое цифровое лицо, с удивлением обнаруживаю на переносице прыщ.
  - Цапнул кто-то, наверно. Как собрание прошло?
  Костик засиял, как не заляпанный экран смартфона:
  - Отлично! Все двадцать членов команды - за, один - против. Догадайся, кто был против? А? Ни в жизнь не догадаешься! Точно, Ваня! Мы с Медведем связались, он в Индии. Так он сразу согласился с новым планом. Олег присоединяется к нам в вирте 'Пищи', как и хотел с самого начала. За тринадцать лет чего они там только не перепробовали! Сейчас согласны на все! Убийца исчезает сразу, как только мы нападаем на след. Стоит попробовать поиграть с ним в твою игру. О, вон и Леха с Рыжим!
  Персонаж Лехи отличался от него самого в реальности только одеждой. Если афроамериканец носил яркую, цветную одежду, то его персонаж под ником Адам был одет в вызывающе белый брючной костюм. Все остальное - черный цвет кожи, глаз, даже морщинки на лице - остались без изменений. Эта опция называется 'Дублирование оригинала'. Биосканером считываются параметры лица и тела, а затем данные переносятся в вирт и накладываются на игровой персонаж. Что Леха, что Рыжий - оба ходят без всякой маскировки.
  - А вот и Олег! - радуется Костик, его моя идея воодушевила настолько, что он радовался буквально всему вокруг. - Вон, видишь? Лежит на бугорке возле хижины алхимика НПС.
  - Где? - спрашиваю я. - Там никого нет!
  - Да вон, тигр с шикарной шкурой! Пустить бы его на шубу!
  Смотрю - в пожухлой траве лежит оборотень в своей звероформе. Ник - Бродяга. Лежит, голову усатую на лапы положил, спит. Хвост под себя убрал, ушами дергает, когда на них мухи садятся. И к нам не подходит.
  - А чего он там лежит? - спрашиваю я у ребят.
  - Он у нас странный, - рассказывает Рыжий. - Очень странный. Ненавидит общаться с людьми, но и одиночество вообще не переваривает. Зато обожает вот так сидеть - вроде бы со всеми, но один. Ты как, готова осуществить свой план? Мы решили предоставить все тебе. Разговаривай с маньяком по чату, как хочешь. Даже если ты начнешь обзывать его здесь убийцей ста пятидесяти человек, никто не обратит на это внимания. Эта игра - 'Пища Богов', здесь каждый день умирает несколько миллионов... и не всегда воскрешается. К твоим словам все привыкли, за два дня все текущие игроки приметили твой постоянный бред в чате. Одной чушью от тебя больше, одной меньше - не имеет значения.
  Леха, улыбаясь своей саблезубой улыбкой, стоит рядом, кивает головой. Затем вставляет:
  - Мы ловить маньяка! Мы его уничтожить! Ликвидировать! Тебе помогать!
  - Еще как 'ловить', - активно жестикулирует Костик на каждом своем слове. - Зарежем! Вздернем! Ублюдок, я ему х*** отрежу и в зад вставлю! И Рыжий забыл сказать - с этого момента мы все тебя зовем Хайр, по нику. По ЛС можно хоть как, Ваня сторожит вход, а вот вслух и по мировому чату - только Хайр. Вдруг мимо нас Уши пройдут.
  - Усатый сказал, что мы четверо, - рассказывает Рыжий, - после начала операции 'Игра на вылет' должны безвылазно сидеть в вирте. Формируем группу, в которой лидер - Хайр. Хайр стоит в нашем окружении и совершенно ничего не делает, только в чате общается - это по распоряжению Усатого. А мы бьемся на дуэлях и общаемся с людьми из ФУЧа.
  - А поесть и в туалет? - интересуюсь.
  - Строго по расписанию. Ваня будет нам скидывать время выхода из игры. Еду нам будут приносить в комнаты. Зарасту бородой!
  - Тогда давайте уже начинать? - спрашиваю я у них. - Все готовы? Добавляю всех в группу!
  - Добавился! - реагирует Костик, ткнув пальцем в воздух.
  - Я с вами! - присоединяется Леха.
  - Кто не с нами, тот против нас, - усмехается Рыжий, включаясь в пати.
  Смотрим на спящего тигра - Олег лениво открывает правый глаз, поднимает хвост и указывает им на подтверждение заявки. Итак, все в сборе.
  - Начинаю! - говорю я.
  Пишу в мировой чат:
  'Убийца 156 человек! Мы знаем, что ты здесь, ты знаешь, что мы здесь. Давай встретимся и поиграем! Кто из нас умрет, ты или я? Угадаешь, кто я такой, назовешь мое имя - я дам себя убить твоим способом! Если я угадаю, кто ты такой, назову твое имя - сам сдохнешь на моих глазах! Подсказка - однажды ты меня уже убил. Угадай, какая из твоих жертв выжила? Даю на раздумья четыре дня!'
  - Рискуя всем можно оценить всю сладость жизни, - прокомментировал Рыжий мое сообщение. - Ты прирожденный игрок, Хайр. Копию сообщения сделай. Каждый час в чат скидывай, каждый час на протяжении четырех дней. Чтобы наверняка маньяк увидел. Мне интересно, как ты угадаешь его имя?
  - Никак, я понятия не имею, кто он такой, - улыбаюсь я. - Главное - выманить его из кустов, а угадывать будут наши разработчики и аналитики. Я нахожусь под круглосуточным наблюдением. Уверена, мой герой меня спасет. Полагаюсь на него.
  - Первоначально ты предлагал другой текст, - заметил Рыжий.
  - Знаю, - отвечаю. - Иначе сам знаешь кто не дал бы свое добро.
  - Сейчас кое-кто валерианку пьет, - хмыкнул Костик. - Не повезло ему с тобой. Помню, у моего брата был любимый рассказ про Данко. О чем он? О том, что Данко вырвал свое горящее сердце из груди, чтобы спасти народ. Он вывел их из мрака леса, спас людей, а сам умер. Закончился рассказ тем, что один из спасенных людей намеренно растоптал искрящееся сердце Данко.
  - Я - не Данко, - рассердилась я. - Я думаю только о себе! Я... блин... не могу кричать об этом на весь город... В общем, не отвлекайте! Ко мне опять сообщения посыпались!
  - Что пишут? Говори нам все! - потребовал Рыжий.
  - Все! - повторил за ним Леха. - Наш Данко!
  - Я не Данко! Кстати, что там с аналитиками? - спрашиваю я, вспомнив. - Нашли совпадения IP новых друзей Дмитрия с ФУЧем? Я столько людей добавила в свои списки, что со счета сбилась!
  - Нашли, - говорит Костик. - Уже сорок фамилий. И три из них тебе хорошо знакомы, очень хорошо знакомы.
  - Мои друзья? - возмущаюсь. - Под подозрением?
  - В том числе, - успокоил меня Рыжий. - Просто все трое есть в ФУЧе и были первыми тремя совпадениями.
  - Я их знаю, как облупленных! - кинулась я на защиту друзей. - Да какие из них убийцы?
  - Тише, тише, - поднял ладони вверх Рыжий. - Мы не обвиняем их! Просто совпадение...
  Я промолчала. Открыла чат, и начинаю читать вслух сообщения, посыпавшиеся после брошенного вызова убийце.
  - 'Харя, у тя совсем крыша съехала?', 'Ты - Ершов Дмитрий, убей себя за это!', 'Да сдохни уже!', можно, я не все подряд читать буду? Их тут с полсотни! Можно мне без комментариев подтверждать вражду либо дружбу? Если что-то будет особенное - я скажу вам.
  - Можно, - кивнул головой Костик.
  - Слушайте, здесь столько сообщений... Да я тут все четыре дня буду их разгребать!
  - Подожди-ка... - говорит Рыжий, замерев на месте.
  Что-то читает перед собой, наверное, системное сообщение. Я почти угадала.
  - Это сами знаете кто. Никаких имен и фамилий! Поэтому сами знаете кто пишет, чтобы ты оставила чат на него. Просто подтверждай заявки в друзья или враги. С тебя достаточно, если будешь дублировать вызов убийце в чате каждый час. Еще пишет, что не хочет пока с тобой общаться.
  Приплыли. Застыла на месте, смотрю на Рыжего грустным взглядом. Чуть не плачу. Все-таки нарвалась на бойкот. А что я могу поделать? Просто так сложились обстоятельства!
  - Да не переживай ты так, - хлопает по моему плечу Костик, вдруг замирает на пять секунд, а потом ухмыляется, - сама знаешь кто только что сообщение послал, чтобы я руки убрал от тебя.
  Фух, вздыхаю с облегчением. Значит, еще не все потеряно. Если ревнует, значит, живы чувства. Не убила их своим своеволием.
  Мое внимание привлекает тигр, спящий на бугорке. Он вдруг встает с места, лениво потягивается, выгибая спину, и продвигается к нам. Желтый с черными полосками зверь в два метра высотой остановился рядом с Рыжим. Меня - игнорирует.
  - Держи список с совпадениями, - говорит Рыжему. - Я подчеркнул тех, кого вызвал на дуэль. Будем драться все в одном месте. Все за мной!
  И, мягко опуская пушистые лапы на серую пыль, тигр выдвигается к городским воротам. Продвигается вперед величественной походкой, разномастный народ при виде него жмется по обочинам дороги. Красив, чертяга. Как себя ведет! Ни суеты, ни волнения - спокойная уверенность в себе.
  Мы, вчетвером, послушно последовали за Олегом. Ни кому из нас в голову не пришло перечить ему. Как-то негласно и без выборов лидером в нашем пати стал он.
  Торговые ряды находились в западной части города, самой безопасной. Атаки гигантских крыс приходились на южные, ядовитые пчелы - с востока прилетают, с севера достают население гиганты. А вот западная часть столицы вирта радовала обыденной суетой. Здесь отсутствовали осадные орудия у ворот, а сами створки всегда были распахнуты настежь. Торговцы, путешественники, исследователи, ВИПы, менестрели, бродячие артисты - все входили в город исключительно с западной стороны. Вместо стражей росли два куста вечно цветущей сирени по бокам от десятиметровых, толстенных створок. Солдаты не любили этот район, здесь на людей с оружием косились с подозрением. Чуть ли пальцем в них не тыкали.
  Мы без приключений вышли из города, перешли мост, перекинутый через глубокий канал, вырытый вдоль стен. Костик сказал, что там метровые пираньи живут и пожирают всех, кто случайно свалится в мутную воду. Проверять слова парня никто не решился.
  Олег привел нас на поляну возле первой невысокой горы из череды Угольных Гор. Парни расчистили поляну от полутораметровых кузнечиков, от вида которых становилось не по себе. Когда эти насекомые выпрямляют свои ноги, то достигают пяти метров в высоту, а это зрелище не для слабонервных. Пока шла зачистка от насекомых, я отвернулась от места бойни и, обхватив себя руками, смотрела в небо, стараясь не прислушиваться к неприятному хрусту ломаемых конечностей кузнечиков.
  Когда с зеленой травы исчезли последние капли зеленой крови, парни усадили меня на один из камней, торчащих у подножья горы. И вскоре передо мной развернулось театральное представление. На поляну потянулся обиженный мною народ, которому не посчастливилось попасть в два списка: Ульяны Чайки и Ершова Дмитрия.
  Общение с 'врагами' протекало приблизительно одинаково.
  На выбранную нами 'арену' прибывал мой 'враг'. Его приветствовал кто-то из четверых парней. 'Враг' сначала кричал что-то в духе 'Хайр - козел', а затем, доведенный до бешенства кем-то из четверки нашего отряда кричал уже 'Рыжий/Адам/Бродяга/Рядовой ?555 - козел', в зависимости от того, кто его обрабатывал. Затем начиналась дуэль. За время драки аналитики работали по другую сторону экрана, вновь собирая всю инфу о подозрительном персе.
  Зачем мы проводили дуэли, когда все уже осознали, что только через четыре дня состоится убийство? А дело было вот в чем.
  Месяц, что я провела в изоляторе, пять аналитиков собирали информацию о людях из ФУЧа. Информации было много. В списке значилось 987 человек, из которых 891 был в игре в день убийства. Информацию аналитики собрали, но не успели обработать. Это было просто нереально, досконально проверить каждого из тысячи человек, слишком большой объем данных.
  Чтобы сократить число подозреваемых, меня выпустили в игру в качестве приманки. Все, кто обращал на меня внимание, кто подавал заявку в друзья или враги, проверялись. Если имя было в ФУЧе - мы его приглашали на своего рода 'собеседование' в виде дуэли с одним из парней. Пока шла драка, аналитики доставали собранные ранее данные и изучали их.
  Вот по такой цепочке мы начали работать. Четверо игроков, три аналитика, я и Ваня. Остальные члены команды Ершова оставались на своих прежних местах, в других играх, в которых так же совершалось преступление. Мы не исключали возможности, что убийство произойдет не в нашем вирте. И боялись этого. Ведь основные ударные силы команды Ершова были направлены на 'Пищу Богов'.
  Время 'просеивания' игроков потянулось в бесконечном однообразии. У меня быстро закончились заготовленные 'нецензурные' фразы, вбитые в мою голову другом детства, Андреем. Фантазия в этом плане отказывалась работать, и я начала копировать ранее сказанное. Я усердно общалась с народом в чате, те старательно добавляли меня к врагам, дальше - дуэль, работа аналитиков и парней. Проходил проверку - отправлялся восвояси. И каждый час я скидывала сообщение маньяку:
  'Убийца 156 человек! Мы знаем, что ты здесь, ты знаешь, что мы здесь. Давай встретимся и поиграем! Кто из нас умрет, ты или я? Угадаешь, кто я такой, назовешь мое имя - я дам себя убить твоим способом! Если я угадаю, кто ты такой, назову твое имя - сам сдохнешь на моих глазах! Подсказка - однажды ты меня уже убил. Угадай, какая из твоих жертв выжила? Даю на раздумья три дня!'
  Снова и снова, каждый час...
  Следующие сутки протекали в подобном режиме без изменений. Ничего особенного не происходило. Скандалы, дуэли, скандалы, дуэли... В реал мы выходили с разрешения Вани. Перекусим, умоемся, в туалет сходим, и опять в ИСК, шерстить народ.
  К утру третьего дня мы здорово устали. Не физически, а морально - от однообразия совершаемых нами действий. Еще больше нас злило, что никто из дуэлянтов не вызывал подозрений. Все были чистыми.
  Люди поразительно одинаково вели себя с нами.
  'Ты урод!' - пишу я.
  'Сам ...! Давай драться, я те морду начищу/мозги вправлю/научу уважать старших/убью на месте!'
  Далее - дуэль:
  'На тебе, на!'
  'Получи, козел!'
  'Ааа! Обижают!'
  Проигрывает в дуэли и улетучивается перерождаться. Следом летит ответ аналитика: 'Чист!'.
  Все, цепочка обрывается, очередной провал.
  Так прошли вторые двадцать четыре часа после поломки краба в Индии. Результат - сорок проверенных людей, все чистые. За первый день результатом было - всего десять проверенных нами людей, но вчера мы еще не забрасывали наживку для маньяка в виде моего предложения 'поиграть'.
  Следом наступили третье сутки, три дня до очередного убийства. И опять день прошел без изменений. Проверили восемьдесят людей из ФУЧа - чисто.
  Четвертые сутки. Проверили девяносто пять игроков - опять все чисто.
  На пятые сутки мы были настолько уставшие, злые и раздраженные, что перестали перебрасываться друг с другом шутками. Все делали автоматически, уже плохо соображая, зачем мы это делаем вообще. Из игры выходили на десять секунд, добегали до туалета и ныряли обратно в ИСК. Никто из нас, пятерых игроков 'Пищи', толком не ел. Мы торопились. Каждый понимал, что на кону жизнь человека. Мы злились, мы бесились, что все наши усилия не приносят никаких результатов, несмотря на наши старания.
  Но убийца молчал. Я сбросила в чат за четыре дня около ста сообщений с вызовом, уже не осталось в 'Пище Игроков', кто не заметил бы его. Хакер никак не реагировал на мои слова.
  Дело клонилось к полуночи пятого дня, когда ситуация резко поменялось. Поменялось радикально и безвозвратно. Нам всем пришло сообщение от Вани:
  'Медведь погиб. Возвращайтесь'.
  
  Глава 14
  - Как это случилось? - спрашивал каждую минуту Костик у Усатого. - Как?!
  Мы сидим за барной стойкой. Мы - это Рыжий, Усатый, Костик, Ваня и я. За нашими спинами напивается команда Ершова. Трезвых - нет. Никто не шутил, никто не разговаривал. Заросшие недельной щетиной, уставшие, с отросшими волосами, паклями свисающими до плеч, замкнувшиеся в своих мыслях и в горе, так внезапно свалившимся на них, люди сидели за столиками. Мрачные лица контрастировали с веселыми, ярко-зелеными скатертями, укрывавшими круглые столешницы. Бутылки, стаканы, рюмки, на тарелках не тронута закуска.
   Медведь - погиб. Медведя с нами больше нет. Еще недавно он был среди нас, ходил, шутил, журил за тунеядство. И вдруг... Его больше нет. Никто из нас не в силах был смириться с этой мыслью, столь неожиданной и страшной была его смерть.
  На пятый день, следуя своему собственному хладнокровному расписанию, маньяк убил очередного человека.
  Своей жертвой он выбрал Медведя, второго по значимости человека в нашей команде. Одного из основателей, ближайшего друга и соратника Вани.
  Три дня назад состоялись похороны. Каждый из нас наблюдал за траурной церемонией со стороны, занимался кремированием обезвоженного трупа Ваня в одиночестве. Мы не могли даже присутствовать на похоронах! Нам нельзя было показываться перед видеокамерами, убийца не должен был знать нас в лицо. Похоронили Медведя на старом, римском кладбище у развалин Собора Святого Петра. Ваня перевез прах из Индии на родину друга, где оставил его лежать под землей в тени разросшихся пальм. Они оба были итальянцами по происхождению.
  Как это произошло? Как наш коллега погиб? Усатый коротко ввел нас в курс произошедших событий.
  Медведь отправился в Индию выяснять причину сбоя в программе краба на чайной плантации. За день он выяснил все, что хотел. Мы это знали со слов Усатого - Медведь в первый же день подтвердил информацию из сервисного центра. В программу глюканувшего краба вмешивался только мастер-установщик в день выпуска модели с конвейера. Постороннего вмешательства не было. Все случилось, как обычно. Догадка Костика о том, что краб могли взломать в момент подключения робота к сервисной службе, не нашла подтверждения. Вмешательства в программный код антивирусная программа краба не зафиксировала. Не было в реестре ни одного постороннего сетевого трафика.
  Выяснив детали происшествия за один день, Медведь по неизвестной нам причине решил задержаться в Индии. Ваня выяснил у администратора гостевых комнат, что их постоялец провел четыре дня в ИСКе, покидая ее для обеда в ресторане и для туалета. Видеокамера в номере подтвердили слова администратора - Медведь в ИСКе сидел часами.
   На пятый день, когда постоялец не вышел к обеденному перерыву, за ним поднялся в номер робот-горничная. Признаков жизни в комнате им не было обнаружено, но игровая капсула была закрыта, кнопки блокировки горели. Вместо органического тела робот выявил постороннее вещество в ИСКе. Горничная дала сигнал администратору, тот подключился к камерам в номере, нашел нужный ракурс, увеличил изображение и увидел обтянутый сухой кожей скелет постояльца. Администратором был мужчина семидесяти лет, у которого хватило выдержки сдержать крики ужаса. Он по-тихому вызвал блюстителей порядка, обошлось без паники среди других постояльцев хостела.
  Почему Медведь задержался в Индии и провел последние дни в ИСКе, оставалось тайной за семью печатями. Ни с кем из нас он не выходил на связь. Ваня первым узнал о гибели друга - на пятый день он заметил, что аккаунт друга исчез из Сети. Ваня связался с ним по айфону - на вызов ответил один из блюстителей, который сообщил ему о смерти Колмогорова М.В. Карточка с кодом личности была при мертвом теле.
  - Как так получилось? - вопрошал в пустоту Костик, пьяный, он раскачивался на стуле из стороны в сторону, как маятник. - Как так-то, а?
  По бокам от меня сидел Ваня, три часа назад вернувшийся из Италии, и он. Рыжий сидел со стороны Костика, Усатый - рядом с Ваней. Рыжий, напившись до потери сознания, спал на столешнице, опустив голову на руки. Усатый с Ваней пили стакан за стаканом, выпили на двоих бутылку виски, принялись за вторую.
  Толстяк наливал им неразбавленный 'Джемесон', официант разносил водку по обеденному залу, тенью скользя среди мрачных членов команды. 157 жертва маньяка оказалась нашим другом. От этой мысли, от собственного бессилия мы упали духом. Тринадцать лет команда Ершова ловила психопата, тринадцать долгих лет они каждый месяц оплакивали погибших. Но до сих пор никто из них не пострадал. Это был удар прямо в сердце нашей команды.
  - Мы троем начинали, - сказал вдруг Усатый. - Ваня, Миша, и я. Миша, он... хорошим человеком был. По-настоящему хорошим. Такие особенные люди встречаются редко. Мы трое - одни из первых, кто столкнулись с маньяком. Мы трое были свидетелями казни мальчика, Ляпина Вовы... Мы создали нашу команду после того, как сами же казнили мальчишку. Эта вина лежит тяжелым грузом на нас троих, мы виноваты... Чтобы хоть как-то расплатиться за свой грех, мы, все трое, поклялись поймать и наказать убийцу. Теперь Миша на том свете перед Вовой извиняется... Помянем его, он был хорошим другом...
  Толстяк налил нам по новой. Костик допил остатки водки из бутылки, что распивал вдвоем в Рыжим. Допил, булькнул:
  - С-с-су-ука-а!!!
  И бессильно опустил на руки голову. Через пару секунду он уже крепко спал рядом с Рыжим. Толстяк посмотрел на мой пустой стакан (я пила разбавленный содовой 'Джемесон').
  - Не надо - говорю я ему.
  Ваня, услышав мой голос, поднял руку и провел по моей щеке ладонью, глядя на меня горящими от боли глазами:
  - Не пей много.
  Киваю головой. В горле - комок, за три дня, минувших со смерти друга, на голове моего любимого прибавилось седых волос.
  - Толстяк, - позвал Ваня. - Свяжись с роботами. Пусть уносят ребят в комнаты. И Рыжего с Костей.
  - Принято, - вежливо ответил.
  Толстяк замер на месте, закрыл свои огромные глаза. Для общения между собой роботы используют радиосигналы, людьми в данное время заброшенные. Где-то на орбите кружит спутник, запущенный находчивым Хайямом в 2379 году. Почти двести лет летает, созданный по проекту гения. Японцы говорят, что еще столько же продержится.
  Усатый, глядя на Толстяка, посылающего радиосигналы, думает о том же, о чем и я.
  - Мы, Вань, - говорит, - с тобой ученики Хайяма. Мы пережили его. Миша был нашей с тобой гордостью, он был нашим учеником. Сколько всего нового он мог бы принести миру! Моложе нас на целый век, умнее нас на поколение новых людей. Ученики не должны умирать раньше учителей. Нет.
  И плачет. Старик в свои двести пятьдесят лет плачет, как пятилетний мальчик. И Ваня рядом с ним. Смотрю на Толстяка, что закрыл глаза. Думаю, сигнал собратьям он давно послал, сейчас просто стоит, своего рода притворяется. Почти человек, правду сказал о нем один из парней. Медведь постарался, царствие ему Небесного, если оно есть.
  Я начинаю понимать, почему мой друг, Жэка, так отчаянно верит в Бога. Страшно представить, что после смерти человека ждет пустота. Оттого, что мы думаем, оттого, что мы мыслим, нам мало отведенного нам срока. Но существует запрет на года, не нами введенный. Не мы решаем, сколько нам жить. Но и не человек решает, сколько жить другому человеку. Все люди приходят в этот мир голыми и равными, все младенцы выглядят одинаково. Есть ли Бог на свете? Я - человек нового поколения. Я считаю, что есть тот, кто создал этот мир и создал возможность появление разумного существа. И есть тот, кто решает, когда нам умереть - в этом можно убедиться при изучении раздела науки о генетике. Но в чем я совершенно уверена, что этот 'тот' - не человек, и не робот. У маньяка нет никаких прав на убийство людей. Не существует лицензии на убийство человека.
  - Медведь говорил, что после поимки маньяка займется изучением ракетостроения, - вспоминает Усатый. - У него на столе лежит книга Исая Давыдова 'Я вернусь через тысячу лет'. Говорил, что собирается поднять записи Алима о Вселенной. Космонавтикой интересовался. У него чертежи были нового космического корабля, работающего на батареях тайофу. Название будущему кораблю дал - 'Донат'. Рассказывал, что полетит к галактике Андромеда, за 2,5 миллиона световых лет от нас. Наберет команду лучше твоей, и рванет покорять Вселенную, сеять знания, накопленные человечеством, среди дремучих иноземлян. 'Донат' - есть пожертвование, Миша говорил, что жизнь готов отдать ради исследования Вселенной.
  Ваня молчит. Он все время молчит, с тех пор, как вернулся из Индии. Он - главный. Он должен быть сильным. Усатый совсем поплыл, закрыл ладонью глаза, сидит, вздрагивает всем телом от сдерживаемых криков боли.
  Я тоже плачу. Знаю Медведя чуть больше месяца, но уже успела понять, что в груди у того билось горячее, доброе сердце.
  - Ты подожди раскисать, - сказал Ваня другу. - Мы с тобой вдвоем остались. Нам надо найти убийцу, я его... своими руками придушу... су**...
  Усатый, высморкавшись в салфетку, кивнул головой:
  - Ты прав.
  - Маньяк знает нас троих - меня, тебя и... Миху... знал... Полагаю, заметил его в Индии, Миха бегал вокруг бракованного краба. Су***! Прости, любимая, за ругань.
  - Ничего, - слабо улыбаюсь я.
  Нас прервали роботы, въехавшие в кафе на своих шарнирных ногах. Явились по зову Толстяка за своими отключившимися хозяевами. Из команды шестеро оставались в сознании, остальные ушли в спасительный пьяный сон. Легко подняв на свои трубчатые руки мужские тела, роботы покидали бар, медленно скользя по ровному каменному полу.
  Костика осторожно снял со стула робот, перекрашенный из естественного стального цвета в зеленый - молодость Костика проявлялась в любви к индивидуальности. Рыжего забрал робот с привязанной к длинной шее черной бабочкой. Видимо, после дня знакомства со мной парень не знал, куда ее деть, и нацепил на первое, что попалось под руку, им оказался робот.
  Металлические наши помощники укатили, забрав с собой тринадцать человек. В баре остались три аналитика, Олег и Леха. Последние двое сидели за одним столиком, одиночка Олег нашел себе достойную компанию, умеющую сочувственно молчать. Кажется, они без слов понимали друг друга.
  - Толстяк, - подозвал робота Усатый. - Налей стакан водки и принеси кусок хлеба. Поставь его рядом с нами.
  Робот выполнил просьбу. Напротив пустого стула со стороны Усатого он поставил заполненный до краев водкой граненый стакан.
  - Чую, Миха сейчас рядом, - сказал он нам. - Пусть рядышком посидит, выпьет.
  - Согласен, - коротко кивнул Ваня. - Он все еще в нашей команде. Миха всегда с нами будет.
  Мужчины выпили.
  - Ты, наверно, устала? - спрашивает Ваня у меня, видя, как я непроизвольно зеваю. - Иди к себе, ложись. Я позже зайду к тебе. Можно?
  И смотрит таким взглядом, что у меня сердце сжалось от жалости к нему. Ему было плохо. Ему было очень плохо.
  - Конечно, - отвечаю.
  Я встала со стула, покачнулась. Ваня быстро среагировал - схватил за руку, остановив падение.
  - Проводить?
  Я качаю головой, уже восстановив равновесие:
  - Я в порядке. Прости, но мне нужно и, правда, поспать. Я, кажется, слишком много выпила.
  Ваня мягко улыбнулся:
  - Тебе не за что извиняться. Иди к себе.
  - Ага.
  Киваю головой. За три дня непрерывных рыданий силы мои исчерпались. Я чувствовала, что мне необходим здоровый, крепкий сон.
  Пошатываясь от выпитого, я вышла из бара. Добралась до своей комнаты и рухнула на кровать, не успев расправить ее. Уснула в одежде и в босоножках, забыв их снять.
  Часа через три ко мне пришел Ваня. Пьяный, вымотанный, он разбудил меня, потрепав за плечо.
  - Милая, ты спишь? - спросил он, когда я раскрыла глаза.
  Пару минут мое сознание соображало, что вокруг меня происходит, а затем я отодвинулась к стене, освобождая место на кровати.
  - Пришел? Который час? - хлопаю ладонью по розовой простыне рядом с собой.
  Ваня снял ботинки, отчаянно шатаясь, затем прилег на матрас.
  - Четыре утра.
  Он лег на спину, свободной рукой подтянул меня к себе, прижал к груди.
  - Милая, я так устал, - его дыхание тронуло волосы на моей макушке.
  Сказал и уснул. Подумав о том, что от его коричневой рубашки пахнет алкоголем и морскими волнами, я закрыла глаза. Благотворный сон унес нас от того горя, что мучило наши бьющиеся сердца.
  
  Я проснулась первой. Открыла глаза - рядом со мной, уткнувшись лбом в мой затылок, спал любимый. Ночью, во сне, он занял всю кровать, оставив мне немного места возле стены. Высокий, широкий в плечах, он с трудом умещался в моей полутораспальной кровати.
  Осторожно поворачиваюсь лицом к нему. Ежик на голове имел то тут, то там серебристые полосы. Когда Ваня улетал в Индию, седых нитей было меньше.
  Я лежала, смотрела на него и думала. Думала о том, что маньяк знает, кто охотится за ним, знает наших разработчиков в лицо. Знает Усатого, знал Медведя. Как только подвернулась возможность, как только ученый покинул наш безопасный лагерь в подвале дома, так сразу убийца его настиг. А Ваня? Что, если та же участь ждет его? Что, если в один ужасный момент я найду в ИСКе его ссохшееся, мертвое тело? При этой мысли меня всю затрясло от страха. Потерять того, кто стал дороже собственной жизни, того, кого полюбила всем сердцем, всей душой! При этой мысли мне стало так страшно, что я протянула руку к любимому, желая убедиться, что он жив, и взъерошила волосы с проседью. Ваня проснулся, открыл глаза.
  - Ты чего? - спрашивает, удивленно рассматривая мое испуганное лицо.
  - За тебя испугалась, - признаюсь я. - Маньяк знает, что ты его ловишь. А вдруг он убьет тебя? Найдет по сигналу смартфона, или как-нибудь еще найдет, и убьет?
  Любимый потягивается в кровати, его ноги в белых носках распрямляются, выходят за пределы матраса. Кровать ему была мала.
  - Он не знает номера телефона, - слегка улыбаясь, сказал он. - Его знают только члены команды. И, пожалуй, Серега.
  - Кто? Что за Серега?
  - Твой бывший шеф, и мой друг. Вынужден был отдать ему номер, когда меня против воли назначили управляющим промышленного района России. Мне некогда управлять Закрытой Зоной, я всю работу спихнул на него. Он уже год за меня все работу выполняет. Я ему выбил разрешение на строительство коттеджа в Закрытой Зоне, а он согласился год за меня поработать. После твоей 'казни' с ним еще не связывался. Опасаюсь врезать ему, заслужил.
  - Чем?
  - По его вине тебя 'казнили'. Поспешил он вызвать бойцов из Мирового Правительства. Пока не могу его за это простить.
  Я промолчала. Сказать, что не держу зла на Сергея Викторовича, было бы ошибкой. Именно он стал причиной моих бед. С его точки зрения, он ничего плохого не сделал, поступил по закону - сдал хакера в изолятор. И предъявлять ему претензии нет причины. Только вот простить и забыть его поступок вряд ли я смогу. Изолятор изменил мой взгляд на мир в худшую сторону.
  Думая о своем бывшем шефе, я полезла вперед, через Ваню, собираясь сходить в туалет. Мужчина, хитро улыбаясь, сцапал меня на полпути.
  - Далеко собралась?
  - Умыться.
  - Шутишь? У меня тут возникла совсем другая проблема. Утренняя проблема. Я бы сказал, ежеутренняя.
  Берет мою ладонь и прикладывает к своему паху. Я тихо ойкаю - его естество напряженно вздымается вверх. Краснею от неожиданности.
  - Поздно уже краснеть, - улыбается.
  Подмяв меня под себя, целует. Я пытаюсь отпихнуть его от себя - отросшая щетина колет мою гладкую кожу, щекоча. Мужчин, тихо посмеиваясь, задирает измятое платье, тянет его через голову, и... нас прерывает стук в дверь.
  - Ершов! - бас Усатого раскатывается по коридору с другой стороны стены. - Вставай! Разговор есть. У ребят вопросы появились, хотят обсудить. Ершов, знаю, что ты там. Выходи!
  Ваня стискивает зубы, замерев надо мной. А Усатый за дверью не отстает:
  - Выходи! Или сам тебя сейчас с кровати скину! Я не помешал? Хорош девочку насиловать! Выходи!
  Макс, смирно стоящий у ИСКа, активируется. Никогда до сих пор не видела растерянного робота. А он смотрит то на нас, застывших на кровати, то на дверь, за которой топчется Усатый. Его глаза забавно бегают из стороны в сторону.
  - Макс растерялся, - говорю я Ване.
  Мысли любимого заняты совсем другим, он жалобно посмотрел на меня, отчего стало еще смешнее.
  - Макс, - хихикнула я, - скажи, что дома никого нет.
  - Макс врать не умеет, - сообщил робот.
  - А если я прикажу? Приказываю - сообщи человеку за дверью, что дома никого нет.
  Макс погрузился в поиск ответа. Затем подъехал к двери и громко сказал:
  - Мне приказано сообщить, что дома никого нет.
  Я уже откровенно ржу. Усатый за дверью хмыкнул:
  - Кем приказано?
  - Моими текущими хозяевами.
  - Так вот, передай своим текущим хозяевам, чтобы сползли с кровати и вспомнили, где они находятся. Развели тут бордель...
  Усатый сердито ушел - слышны были его грузные, тяжелые шаги. Говорю Ване, молчавшему весь мой диалог с Усатым:
  - Завидует.
  Ваня, с глубоким, искренним сожалением на лице отстранился от меня:
  - Может, мы все же?..
  Я-таки перебираюсь через него, капризно ответив:
  - Не хочу! Это мой первый раз. Хочу, чтоб все было красиво! А не так, впопыхах!
  - Иди в ванну, - вздохнул он с несчастным видом. - Пока не передумал.
  Я поспешно скрылась в туалете. Говорят, первый раз больно. Чувствую, что сейчас он будет груб. Ему больно, плохо и тяжело, все это он выплеснет на меня. Не хочу быть сточной канавой. Позже, когда боль чуть отступит, мы обязательно закончим начатое. Сейчас он как раненый дикий зверь, может укусить даже тех, кого любит. Потом сам же будет сожалеть и раскаиваться из-за вспышки эмоций.
  Когда я вышла из ванной, Ваня уладил проблему. Шутливо шлепнув меня по попе в качестве наказания за то, что я его кинула, он тоже ушел в ванную.
  - Два дня назад доставили новые вещи, - сообщил мне новость Макс, когда я в ожидании любимого с грустью посмотрела на свое мятое платье.
  - Где? - радуюсь я, завертев головой. - Куда ты их дел? Мне это платье уже осточертело!
  Макс подкатил к стене и под мой изумленный взгляд открыл ее. Оказывается, здесь есть встроенный шкаф-купе, замаскированный под белый цвет стен! Высокий, с шестью горизонтальными полками внутри, и с пространством для вешалок. Так вот откуда он все это время брал полотенца! А я удивлялась, откуда они появляются?
  На железной перекладине висело пять вешалок с платьями. Взвизгнув по-девичьи от восторга, я принялась за изучение того, что заказал Ваня. Стыдно, но я забыла о платьях, а он - помнил. И нашел время заказать их. Люблю его!
  Выбрав себе платье нежно-зеленого цвета с ландышами, открытым воротом и короткими рукавами, я переоделась. Ваня и о нижнем белье не забыл - в гардеробе прибавилось еще с десяток комплектов под цвет платьев. Свершилось! Спустя неделю моя одежда поменялась! Я с остервенением запихнула ногой измятое платье в ромашку под кровать - там ему самое место. Макс с каменным спокойствием подобрал скомканное платье, сказав:
  - Я забираю в стирку, затем поглажу.
  - Можешь забрать себе, - хмыкаю я. - Дарю.
  - Спасибо.
  И никаких лишних вопросов. Это не мой родной Баф, вырастивший меня. Тот бы прочитал целую лекцию об обращении с одеждой, перешел бы на рассказ о том, сколько в мире ткацких фабрик осталось, и закончил бы словами о том, что хорошими вещами не разбрасываются. А Макс даже не спросил, зачем ему такой подарок и что ему с ним делать. 'Спасибо', и все.
  - Ты иди, кушай, - крикнул сквозь шум льющейся воды Ваня из душевой. - Я позже буду. Хочу к себе зайти, побриться. Или так оставить?
  - Как хочешь!
  Я заглядываю в ванну и тут же отвожу взгляд - он моется в душевой кабинке. Пусть и не видно сквозь запотевшие стекла ничего, но как-то смущаюсь. Хотя он прав, поздно уже смущаться.
  - Ты у меня красавчик!
  - Брить или не брить? - повторил он.
  - Я ушла! - крикнула я, убежав от ответа.
  Когда он со щетиной, я могу смотреть на него спокойно, сердце не начинает отплясывать джигу. Но, опять же, целоваться с ним бородатым - приятного мало. Пусть сам решает.
  Я пошла в кафе.
  В последнее время негласное место сбора команды - маленький обеденный зал. Слабое освещение, по-домашнему вкусный запах готовящейся еды, знакомые компании - члены отряда давно разбились по кучкам. Зал маленький, на семь столиков, заставлял всех садиться ближе друг к другу. В таких случаях говорят, в тесноте, да не в обиде. Все это делало кафе нашим особым местом встреч, где парни частенько создавали стихийные собрания.
  Когда я вошла в зал - все столики были заняты. Ставший уже привычный гомон летел по воздуху вместе с запахом запекающегося в духовке мяса. Обед еще не был готов, перед людьми стояли кружки с кофе. За три дня алкоголя было выпитого столько, что сейчас никто из ребят даже не смотрел в сторону зеркальных полок бара. Вчера был последний день пьянки, сегодня начинался новый бой с убийцей.
  На входе на меня обратили внимание девятнадцать пар глаз - все были в сборе. Ждали только нас, меня и Ваню. Со всех сторон полетело:
  - Привет, Ул! Как дела?
  - Приветствую!
  - Доброго времени суток!
  - Хай, зая!
  Прохожу мимо столиков, кивая и улыбаясь. Смешно вспоминать, как я в первый день тряслась от страха, стоя здесь на пороге. И чего боялась? Не тех боялась.
  Иду по проходу, вижу Костика. Он сидел за столиком в зале с парнями, имена которых я забыла.
  - Ваня встал? - первым делом спросил Костик.
  - Встал, скоро будет, - говорю я. - Давно нас ждете?
  - Где-то час! - слабо улыбнулся парень. - Усатого послали за вами. Разбудил вас, да? Усатый с Вано вчера до последнего сидели.
  - Угу.
  - Садись с нами, - Костик делает приглашающий жест на стул рядом с собой.
  Рассудив, что если будет собрание, то мне лучше посидеть в сторонке. Я воспользовалась приглашением, заняв свободное место. Только села, как из кухни выкатился официант, умудряющийся в двух руках держать по два больших подноса. На них стояли тарелки с едой.
  - Обед готов, - пробормотал себе под нос парень, сегодня его вечный оптимизм взял отгул, он был вялым. - Это Гюнтер, наш аналитик в 'Пище', а это - Джек, игрок из 'Царства'.
  Я слегка покраснела - их имена запамятовала. Лица помню, имена - нет. У меня плохая память на имена.
  - Ваня задерживается, - заметил Гюнтер.
  Официант поставил на ближайшие к бару столики тарелки, вновь скрылся на кухне, за новыми порциями. Ваня появился в буфете тогда, когда все тарелки были расставлены, и народ вяло ковырялся в макаронах с запеченной свининой в кисло-сладком соусе. Аппетита не у кого не было.
  - Приветствую! - громко сказал Ваня с порога.
  Одно его появление взбодрило всех в зале. Лица ребят просветлели, тихий гомон перерос в громогласный хор толпы:
  - Мы только тебя ждем, шеф! Ты где застрял?
  - Привет, Вань! Как спал?
  - Вано, ты че так долго?
  - Когда бороду сбрить успел? Мы тут ждем тебя, а ты марафет наводишь?
  - Все в сборе, одного тебя нет!
  Ваня поднимает руки вверх и смеется:
  - Тихо, тихо! Моя девочка сказала, чтобы бороду сбрил!
  Ложь! Наглая ложь! Все взгляды устремились ко мне, затем обратно на Ваню. Тот быстро прошел по свободному пространству между столиками, увидел меня. Свернул, намереваясь присоединиться к нам, но тут его перехватил Усатый.
  Последний живенько соскочил со стула, покинув компанию, с которой сидел, и ухватился за локоть Вани со словами:
  - Нет, дорогой ты наш. Садись на стул за стойкой. У ребят вопросы есть, садись туда, чтобы все тебя видели.
  Ваня бросил взгляд на меня, затем на ребят за столиками. Все смотрели на него вопрошающими взглядами.
  - Понял! Ребят, понял я.
  Он прошел вперед, уселся на указанное Усатым место, мгновенно возвысившись над всеми метра на два. Только сел, как народ стал враз голосить, засыпая его вопросами. В этом гвалте ничего нельзя было расслышать, тогда Ваня тихо всем сказал:
  - Давайте по очереди. Руку поднимайте!
  Шум стих, зато вырос лес рук перед ним.
  - Усатый, ты первый. Что ты хотел спросить?
  Усатый, единственный из всех продолжающий стоять на ногах, спросил:
  - Где умер Миша? Я имею в виду, в какой игре? Ты нам вчера ничего не сказал.
  Ваня нахмурился, враз посерьезнев:
  - Вы все в курсе, что Миша умер так же, как 156 человек до него. Маньяк убил его. Я обследовал ИСК, в котором нашли тело. Нейроны головного мозга полностью уничтожены, наниты - сгорели, отчего сгорели и нейлоновые провода. Карта памяти ИСКа испорчена, в ней не осталось данных о последней игре. Как и в предыдущие разы, словно сильный электромагнитный импульс прошелся по всем каналам капсулы. Осталась краткая информация из дата-центра. Миша подключился к игре 'Царство' пять дней назад. Дальнейшие данные о его нахождении в вирте стерты.
  Послышался резкий голос Рыжего, сидящего ближе всех к Ване:
  - То есть, все пять дней мы просто зря теряли время в 'Пище Богов'? Эта тварь переметнулась в 'Царство'.
  - Да, - спокойно констатировал факт лидер отряда. - Мы ошиблись.
  Тяжелое молчание поплыло по залу. Руку поднял Гюнтер, сидящий рядом со мной:
  - Убийца нас выследил? Нам надо переезжать?
  - Нет, - качнул головой Ваня. - Не уверен, что выследил. Миша выходил в Сеть из чужого IP-адреса. Тем не менее, с этого дня я запрещаю кому бы то ни было покидать базу без моего разрешения. Мы продолжаем прятать IP-адреса среди тринадцати тысяч жителей этого дома. Вы все прекрасно понимаете, что стоит маньяку узнать кого-то из нас, мы будем убиты, нам всем грозит опасность. Миша часто выезжал на места преступлений, маньяк знал его в лицо. Но Миша никогда не выходил в Сеть через чужой ИСК. Что его сподвигло на этот раз нарушить негласное правило не пользоваться чужими ИСКами, я не знаю. Не уверен, что понял его поступок. Я еще раз повторяю - с этого момента никто из вас без моего разрешения не должен покидать базу. Даже для прогулок на скае. Я не собираюсь расставаться с вами, ребята, так просто. Я больше никого из вас ему не отдам. Клянусь.
  Он замолчал. Остывала еда в тарелках, затих Толстяк за спиной Вани. Гремел посудой в раковине официант на кухне. Поднял руку Костик:
  - Я полагаю, в ближайший месяц маньяк будет сидеть тихо. Что с нашим планом в 'Пище'?
  - Ты прав, Костя. От убийства до убийства проходит месяц. План остается в силе. Последние пять дней убийца был в 'Царстве', я полагаю. Он не видел сообщения Улы. Но у нас впереди теперь месяц, в течение него хоть на один день, но он войдет в 'Пищу'. Вы пятеро, два аналитика и я продолжаем работать в том же режиме. Каждый час Ула сбрасывает в чате свое сообщение, а мы шерстим народ. Если у кого-то есть другие варианты - я вас внимательно слушаю.
  Руку поднял один из 'меломанов':
  - Я слышал, у Медведя семья есть. Их поставили в известность?
  Ваня кивнул головой:
  - Жена и дочь. Я связывался с ними по визору. Озвучил официальную версию - Миша расшибся на скае. Семья обеспеченная, в деньгах не нуждается. Я оставил им свой адрес почты, если будет нужда - свяжутся со мной.
  - А кто теперь займет место разработчика? - сухо спросил один из любителей поспорить. - Нам нужен твой заместитель, Ваня. К кому мне обращаться, если тебя не будет на месте?
  - Пока моим замом будет Усатый, - так же сухо сказал Ваня. - Я ищу человека... IQ Миши был за двести сорок. Выше, чем у меня. Трудно найти ему замену. Если у вас будут какие-нибудь мысли по поводу маньяка - у вас есть мой номер телефона. Звоните в любое время дня и ночи, я всегда возьму трубку.
  Руку поднял Леха, когда вопрос свой задавал, встал со стула:
  - Ваня обещать, что не входить в ИСК! Ваня обещать!
  Его слова подхватили другие:
  - Вань, держись подальше от капсулы! Что будет, если вдруг и тебя с нами не станет?
  - Клянись Улой, что не станешь ложиться в капсулу!
  - Ваня, Леха прав! Потерять тебя мы не можем!
  - Клянись!
  - Да-да, клянись!
  Ваня задумчиво потер чисто выбритый подбородок, затем согласился с просьбами:
  - Обещаю. На счет этого... По всему выходит, что маньяк вынудил Миху залезть в капсулу. Полагаю, они общались друг с другом в вирте 'Царство'. И полагаю, что первый контакт убийцы с Мишей был не в вирте, а в реале.
  - В РЕАЛЕ??? Да быть не может!
  - Они что встречались?
  - Неужели Миху убили потому, что он узнал, кто маньяк?
  - Тогда бы он с нами связался! Сразу! Он бы мгновенно сообщил о своем открытие! Я знал Миху, он совершенно не умел хранить тайны!
  - Царствие ему Небесного.
  - А может, Миха раскрыл личность маньяка? Он никогда раньше не пользовался чужим ИСКом!
  - Чужим ИСКом воспользоваться как чужой женщиной! Не знаешь, что подцепишь! Миха пошел бы на это в крайнем случае.
  - А как еще можно связаться в реале? По телефону? Откуда маньяку знать номер телефона? По визору? Он знал номера Михи? Откуда?
  - А может, когда Миха общался с ним, он не знал, что общается с убийцей?
  - Его знакомый! Это кто-то из его знакомых!
  - Ваня, уверен, что они встречались в реале? Зачем тогда Миха пять дней провел в ИСКе?
  Ваня рассек воздух ладонью и неожиданно жестко рявкнул:
  - Тишина!!! Медведь был умнее нас всех вместе взятых! У нас слишком мало фактов, одни предположения. В Индии отследить передвижения Михи сложно, но возможно. Этим займется Усатый. Камеры наблюдения расположены на каждом этаже дома, на каждой улице, на каждом заводе или фабрике. Если кто-то из живых людей с ним связывался, мы это непременно увидим.
  - Как долго это займет? Месяц? Два? Три? Сколько лет мы еще будем его ловить? Пока в один ужасный день не погибнем, как Миха?
  - Ты че истеришь? Забыл, что теперь у нас есть лазейка - Ула? Мы не знаем, как отреагирует маньяк на ее предложение! А вдруг поведется? Он же псих!
  - Еб*** он! Су***, я его в порошок сотру, уе***!
  - А вдруг он догадается, кто скрывается за именем Ершова Дмитрия? Мы потеряем Улу, девочку, которая и без того из-за него натерпелась!
  - Миха, Миха... что ж ты нам ничего не сказал? Почему все решил сделать самостоятельно?
  - Он все взял на себя! 'Донат' несчастный! Зла на него не хватает!
  В зале возобновился шум. Ваня минуту смотрел на ребят, высказывающих каждый свое мнение, и, повысив голос, спросил:
  - У вас ко мне остались вопросы?
  - ....
  - Руки поднимайте!
  Опять лес рук.
  - Давай, Усатый. Что еще?
  - Думаю, полагаю, мне придется взвалить на себя обязанности Михи. Ваня, ищи третьего разработчика. Нам нужен умный человек. Тебе придется оставить Улу на какое-то время без присмотра, пока будешь искать нового члена команды. Ты пойдешь на это? Я не смогу тебя заменить, и без того на разрыв. Извини, что настаиваю, но нас и без того мало. Потеря члена команды подкосила всех нас, нам нужно срочно найти новую опору.
  - Я понимаю это. Да, Усатый. Я пойду на то, чтобы оставить свою женщину без присмотра. Полагаюсь на вас, Рыжий, Костик, Олег, Леха. Доверяю вам единственное свое сокровище. Помните, если с ней хоть что-то случится...
  Ваня не договорил. Каждый, из сидящих в зале, вздрогнул от того тяжелого взгляда, каким мужчина окинул названных ребят. Убьет на месте, тут и без слов понятно.
  Я смущенно почесала нос, затем щеку, затем затылок, а собрание продолжалось дальше. Вновь потянулись руки вверх.
  - Что у тебя, Паша? - слегка оттаяв, спрашивает дальше Ваня.
  - Что делать с роботом Мишки?
  - Пусть входит в спящий режим. У него будет новый хозяин. Джек?
  - Ула может выходить в 'Царство'? И в другие вирты? Может, там тоже бросить клик? Ее вызов убийце?
  - Я думал об этом, но не вижу смысла. Убийство уже свершилось, впереди - месяц поисков. Я бы даже, наоборот, рекомендовал всем перейти в 'Пищу'. Подумайте над этим. Хоть раз, но убийца выйдет в вирт 'Пищи', и обязательно обратит внимание на нее. У тебя что, Жорж?
  - Я хочу порыться в архиве 'Оксфордской библиотеки'. Дашь допуск?
  - Зачем?
  - Хочу почитать книги о психологии маньяков. Может, на мысль какую наведут.
  - Хорошо, выбью разрешение. Леха?
  - Я хотеть к родители. Я один год не видеть. Я скучать.
  - Зайдешь ко мне. Установлю отслеживающую программку на твой смартфон. Сегодня вечером можешь вылететь. Отпускаю на три дня.
  - Спасибо!
  - Олег?
  - Мне нужны новые нейлоновые провода...
  В ходе дальнейшей беседы Ваня решал текущие проблемы, об убийце больше не говорили. Я быстро съела, не почувствовав вкуса, остывшие макароны с мясом, запила их апельсиновым соком. Костик последовал моему примеру. Мы, как самые молодые члены команды, торопились вернуться обратно в игру. И нам очень хотелось, мы безумно надеялись, что мой план будет иметь успех и маньяк попадется в нашу ловушку.
  Мы с Костиком первыми двинулись к выходу. Ваня, осажденный ребятами, все же заметил наши передвижения. Любимый указал жестом на меня, затем на Костика, следом сделал жест 'наблюдаю', а в конце провел рукой по шее. Сие означало: 'Костя, следи за Улой, иначе зарежу'. Костик коротко кивнул.
  Мы покинули буфет, в котором люди потихоньку начали есть. Думаю, еще полчасика, и собрание закончится, ничего нового я там не услышу.
  С Костей разошлись возле моих дверей - он жил на две комнаты дальше. Я вошла в комнату и тихо ахнула - на кровати Ваня оставил мне подарок. Огромный букет алых роз. И когда успел? Отчего-то на цыпочках прошлась по комнате, остановилась рядом с кроватью.
  - Пятьдесят пять роз, - сообщил мне Макс, подъезжая ко мне, застывшей в немом восхищении. - Я хотел сразу убрать цветы в вазу, но Иван сказал не трогать, пока ты не увидишь.
  Полураспустившиеся, алые лепестки казались бархатными, и я, не удержавшись, прикоснулась к ним. Мягкие, чуть шершавые. Длинные, зеленые стебли покрыты шипами, но от них спасает прозрачная обертка с веселой розовой лентой. Я взяла букет на руки, поднесла к носу и втянула в себя запах цветов. Пахло солнцем и дождем. Красивые. На кровати лежала маленькая открытка с изображением двух сердечек, пронзенных стрелой. Поднимаю открытку, читаю: 'Я всегда рядом и защищу тебя'. Почерк у него смешной - как будто он старательно, через силу соединял скачущие мелкие буквы между собой. Сам подписывал, вручную. Гелевой черной ручкой.
  Никогда раньше мне не дарили цветов. Знак внимания со стороны мужчины заставил сердце вздрогнуть и затрепыхаться в груди, как листик на ветру. Еще чуть-чуть и сорвется, улетит в неведомые дали.
  - Куда поставить вазу? - сдернул меня с облаков на землю робот.
  Смотрю вниз - он держит хрустальную вазу, заполненную водой. Пока я мечтала о своем, женском счастье, робот успел набрать воды.
  - Цветы без воды погибают, - сказал он, вытянув впереди себя вазу. - Я их подрезал. Ставь розы в вазу.
  - Держи, - вздыхаю я. - Ты где вазу нашел?
  - Иван дал. Сказал, из Италии привез.
  Я ставлю букет в вазу и указываю на стол:
  - Поставь туда, все равно пустует. И еще... Приказываю тебе найти Ваню, отдать вот это...
  Собираю отвалившиеся лепестки от роз с кровати в ладонь, отдаю их Максу:
  - Передай ему мои слова: я живу только тем, что даришь мне ты. Запомнил?
  - Запомнил.
  - Иди. Он в кафе сейчас.
  Отправив робота, я еще минут пять постояла рядом с букетом цветов на столе, ласково проводя подушечками пальцев по алым лепесткам. Сделав над собой усилие, я заставила себя отвернуться от великолепия роз и подойти к ИСКу. Спустя три дня я возвращалась обратно в треклятый вирт 'Пищи Богов'.
  
  Глава 15
  Мир 'Пищи Богов' встретил меня мрачным небом, затянутым тучами, и моросящим холодным дождем. Дул ветер, невнимательному путнику не стоило открывать рот - воздух проносился мимо со скоростью, грозящей удушением. Температура воздуха упала до пяти градусов тепла, из-за ее резкого понижения поднимался пар от нагревшейся под солнцем накануне земли. Образованный от испарений туман скрывал дорогу и лужи внизу, низко стелясь по земле.
  Я застучала зубами от холода еще в портале. Подкожные наниты существуют у людей, игровые персонажи лишены подобной роскоши. Вдобавок - отсутствие болевого порога. Так что чувствовалась вся 'прелесть' ненастной погоды.
  Выругав в который раз создателей 'Пищи' за их антигуманные программы, я побежала до ближайшей лавки со шмотом. Каюсь, до сих пор хожу в холщовой рубахе с рваной спиной, пострадавшей в бою с гигантским подсолнухом, и в брюках новичка, заляпанных кровью здешних монстров. На двадцать втором-то уровне! Проскочив халявно несколько уровней, проскочила и задания, дающие за их выполнение в награду снаряжение и экипировку 'Рядового'.
  Спасибо ребятам, деньжат подкинули, спасли оборванца.
  Торговые палатки в западной части города стояли на тех же местах, на которых я оставила их три дня назад. В них с грустным видом сидели игроки-торговцы - покупателей было мало. В такую 'собачью' погоду народ в данж бежит. Зачем месить грязь на улицах города, когда можно укрыться в пещерах? А грязь здесь хлюпала под ногами и разлеталась брызгами во все стороны при каждом шаге. Асфальт относиться к категории удобства, здесь им и не пахло - все дороги вирта вытоптаны ногами, копытами, лапами, телегами. В сухую погоду народ задыхался от пыли, в дождь - утопал в грязи, совсем, как сегодня.
  За пять минут моего брожения вдоль торговых палаток ноги вымазались по колено в сырой глине. Из-за тумана видимость дороги была нулевой, отчего я то и дело попадала в глубокие, глинистые лужи. Вода спешила сгладить все неровности, образуя целые озера грязи. Стиснув зубы, я бродила вдоль серых палаток, укрытых зонтами из перистых листьев пальм, что росли за городом в избытке. Гигантские пальмы имели соответствующие размеру листья, хватало трех листьев, чтобы укрыть одну трехметровую торговую палатку от дождя.
  - Почем бриджи? - остановилась я напротив одного из торговцев, привлекавшего покупателей красными, китайскими фонарями под крышей.
  - Пять миллионов! - отвечает игрок с ником '22457654'
  - А не дорого?
  - Еще дешево! Это бриджи 'Мрачного Подземелья' пятого уровня! Знаешь, сколько ресурсов надо собрать для их создания? Я запарился их собирать.
  - Бери, - слышу за своей спиной чей-то совет.
  Оглядываюсь - и радостно улыбаюсь. Жэка! Выглядит, как злобный кошак, которого окунули в тазик с водой против его воли.
  - Здорово! - говорю я.
  - И ты не болей. Че-то в чате скучно стало, ты где был три дня? Сутки вопил на весь вирт, 'давай поиграем, убийца!'. Типа 'я щас тебе задницу', прости Господи, 'надеру!'. Я считать начал всех, кого здесь убил. После трехсот сбился. Грешен, грешен.
  - Да я не тебя на дуэль вызывала... вызывал!
  Жэка шмыгнул носом, промолчав. Я присмотрелась к нему - лицо горит, глаза красные. Да он простужен!
  - Тебе бы лечиться надо.
  - Сам больной, - беззлобно огрызается он.
  - Вы бриджи покупать будете или нет? - привлек к себе внимание торговец.
  - Беру!
  Глаза игрока с ником '22457654' алчно сверкнули, когда я переводила деньги на его счет. Далеко отходить от палатки не стала, надела бриджи на себя тут же. Заднице стало теплее. Теперь надо искать куртку.
  - Жэ... Э-э, Зевс, поможешь с сапогами и мантией?
  - Я че, рыжий что ль? Ищи другого! - и носом шмыгает.
  Я хихикнула - Рыжий бы щас ему уши надрал за такое сравнение.
  - Слушай, Ершов-младший, - обращается вдруг ко мне Жэка. - Я тебя искал... Это... как твой батя поживает?
  - Нормально, а че? - не поняла я вопроса.
  - Он здесь бывает? В вирте 'Пищи'?
  - Нет, а че?
  Жэка вытер капли дождя с лица и устремил на меня странный взгляд, о чем-то раздумывая. Затем все же решил что-то про себя, и спросил:
  - Он тут девочку казнил... Узнай у бати, где он прах зарыл! Она моей подругой была.
  Стою, чувствую себя полной дурой. Жэка спрашивает у меня, где меня похоронили.
  - Спрошу, - убегаю от ответа.
  Надеюсь, на этот вопрос мне не придется ему отвечать. Никогда.
  - Не забудь, дед. Я в долгу не останусь.
  - Без проблем.
  - Ну, бывай.
  Жэка хлопнул меня по плечу, развернулся и быстро растворился в тумане. Ничего, потом еще смеяться будем над этой ситуацией. Я надеюсь.
  Мантию, сапоги выбрала из той же серии 'Мрачного Подземелья', чем значительно усилила защиту перса. Собранный комплект добавлял очки к 'уменьшению физического урона' и 'нанесению критического удара'. Плюс усиливал сопротивляемость магии на пару пунктов.
  В одной из торговых лавок увидела парочку неплохих колец, усиливающих физический удар. Пока стояла, рассматривала их, пришло системное сообщение от Вани:
  'В ближайшие шесть часов меня не будет. Любимая, будь осторожна'
  Любимая! Он впервые назвал меня любимой! Мое сердце радостно вздрогнуло. Посылаю в чат сообщение:
  'Ты тоже будь осторожен'
  Пришел ответ:
  'Особенно со своими старыми друзьями. Особенно с ними'.
  'Все будет норм!' - улыбаюсь смайлами.
  Ревнует, что ли? Не верю я в то, что кто-то из моих трех друзей может быть убийцей! Да им тогда было всего по семь лет! Обычные дети без признаков гениальности! Нет, мои друзья никак не связаны с убийствами.
  'Костя ждет тебя возле портала Розы, оставляю тебя на него. Я ушел'
  'Подожди! Подскажи, что такое 'Ядовитые когти?'
  Ваня молчит. Неужели успел выйти? И чат молчит. Народ за три дня отсутствия забыл о моем существовании, никто в ответ на сообщения ничего не посылает. Ведь мне приходится скидывать Ване инфу в мировой чат. В прошлый раз меня буквально засыпали сообщениями, когда я скидывали своему дорогому ответы. Коротка человеческая память, все забыли Хайра.
  'Извини, задержался', - появляется сообщение от Вани спустя десять минут.
  Вздыхаю с облегчением - успела его задержать. Читаю длинный текст:
  'Смотрел инфу о твоем вопросе. В справочнике отсутствует, а сам я не знал. Обратился к одному из знакомых программеров игры, он сейчас занят, но мне ответил. 'Ядовитые когти' - новый вид заклинания, не до конца проработан. Его неделю назад создали. Пока три шага развития. Ты его получила из-за бага в программе в день крысолюдов, стала невольным тестировщиком. Крысолюдов помнишь? Думаю, помнишь. Я так понял, 'Ядовитые когти' находятся в процессе разработки, оно будет основным скиллом у новой расы в игре. Заклинание попало к тебе случайно. Я не стал говорить про баг в твоем персе, не захотел привлекать внимание программистов к тебе. Нам лишние проблемы усложнят жизнь.
  Развивают 'Ядовитые когти' в три ступени. Первая ступень - уничтожь Черную вдову по координатам 385 485. Вторая - собери сто сот меда из пчелиного улья в квадрате 055 450. Третья - дать себя уколоть Скорпиону в точке 124 987, переболеть и заработать себе иммунитет к любому виду яда. Советую взять Леху с собой. Черную вдову в два удара уничтожит, пчеловода - в десять. А вот со Скорпионом не уверен, болезненно будет. Решай сама. Милая, мне пора. Усатый в спину дышит. Я ушел, будь осторожна!'
  Я прочитала сообщение, стоя под крышей одной из палаток, куда забежала по пути к порталу. Торговец, наблюдающий за мной, сочувствующе произнес:
  - Собачья погода, да? Что, неохота под дождь выходить?
  - Ох, как неохота! Есть камни Переноса?
  - А то! По сорок тысяч за штуку!
  - Сколько???
  - Сорок тысяч!
  - А дешевле?
  - У комиссионера он по сто идет!
  - Ладно, давай три.
  - А че так мало? Бери больше!
  - Три хватит.
  - Да больше бери! Потом еще прибежишь!
  - То будет потом! Давай уже камни!
  - На, держи. Пожалеешь, что так мало взял. Меня вспомнишь, а будет поздно!
  Какой настырный!
  - Не пожалею, - бурчу я.
  Схватив камешки, поспешно покидаю лавку. Вдруг еще на что-нибудь разводить начнет.
  - Заходи еще! - кричит ушлый торговец уже в спину.
  Я только прибавила шагу. Новенькие сапоги быстро покрылись толстым слоем коричневой глины. Мантия под моросящим дождем наоборот засверкала сырой кожей, как латексная. Волосы промокли окончательно, пока я добиралась до портала по размытым дорогам улиц.
  Костик, сухой и чистенький, в суконных штанах и красной куртке с капюшоном, стоял рядом с мастером телепортации. Увидев мокрую меня, он развеселился:
  - Погулял? Замерил уровень грязи на дорогах? И как? Строить ковчег? Потоп будет?
  - Как видишь - грязи чуть выше колен. Я шмот покупал, так понимаю, как минимум месяц еще в игре торчать буду. Надо развивать перс дальше. Ребята здесь, проверял?
  - Нет никого. Мы пока вдвоем. Ты сообщение скидывал в чат? Ну, то, с вызовом.
  - Нет еще, вас жду. Кое-кого в игре нет, я трушу без него что-нибудь делать. Кто меня защитит? Я слабый перс. Поможешь с Черной Вдовой?
  - А кто это?
  - Мне надо ее грохнуть, чтобы скилл улучшить. В точке 385 485.
  - Идем! Пока ребят нет, займемся твоим развитием! Ты один был, никого подозрительного рядом не было?
  - Был о-очень подозрительный торговец и все. У меня камушек Переноса есть! У тебя есть?
  - Есть. А ты мне дашь меч Фрейи? У тебя уровень низкий, чтоб им пользоваться...
  - Дам, дам. У меня им пользуются все, кому ни лень. Кроме меня самой.
  - Так классный меч ведь! Мне б такой! Подари, а?
  - Мое! - заупрямилась я. - Он красивый! Не отдам!
  - Женщины! Был бы уродливым, отдала бы?
  Перебрасываясь пустыми фразами, мы в два хлопка перенеслись в заданную точку.
  В этой местности тумана не было, и потому, едва мы вышли из круга портала, как оба дружно разинули рты - в двадцати шагах от нас сидела красавица-ВИП с надписью 'Черная Вдова' над головой. Волосы - красные, как летний закат, фигурка - загляденье, грудь большая, тонкая талия, попа накаченная. Она сидела на ветке со спелыми персиками в черном, кожаном, обтягивающим костюме, и что-то напевала себе под нос. Персиковое дерево, надо сказать, достигало в росте пятидесяти метров, и ветка под девушкой напоминала гигантский трамплин над пропастью. Ее восхитительное тело сверкало от многочисленных капель дождя и на одежде, и на нежной, загорелой коже.
  У Костика мозги отказали сразу. Он глянул на обтянутую черной кожаной курткой грудь, сглотнул, облизнулся. Вдова посмотрела на нас сверху вниз своими пронзительно синими глазами, перестала петь и призывно открыла ротик. Мне показалось, что у Костика даже слюни потекли. Какая уж тут битва! Я схватила вмиг возбужденного парня за шиворот, потащила его подальше от сексуальной красотки. Когда дама скрылась из виду, опустила парня на землю, врезав ему пощечину. Хлесткий удар обычно помогает прийти в себя, полковник Шнур научил.
  - Ай! - Костик схватился за щеку. - Ты чего? А где это мы?
  - Костик, - с подозрением спросила я у него. - Извини за прямоту, но... у тебя были девушки? Не в вирте, в реале?
  Парнишка покраснел, не отвечая. И не надо было, и так стало ясно, что нет. Он, так же, как и я - девственник в свои двадцать лет. Полагаю, когда стал интересоваться девочками в реале, погиб его брат, и он попал в команду Ершова. Пахал, как проклятый, несколько лет в виртах. Теперь понятно, почему у него мгновенно мозги отказали. Он смотрел на Вдову так, как я смотрела на Ваню в первую нашу с ним встречу.
  Я вздыхаю. Очень хорошо его понимаю. Открываю панель управления, смотрю списки друзей, и радуюсь - Леха онлайн! Лучше последовать совету Вани - вызвать афроамериканца. Раз мой любимый его посоветовал, значит, так надо.
  'Леха, помоги убить Черную Вдову!' - пишу ему.
  'Леха помоч! - отвечает. Пишет он по-русски неважно. - Ты где?'
  'Точка 385 485'
  'Леха идет!'
  Я включаю его в отряд и активирую приказ на сбор отряда.
  Черную Вдову мы убивали с Лехой под жалобные причитания Костика в кустах. Обиженный на нас за то, что мы ему запретили смотреть на битву, он начал жаловаться вслух всему миру. Пока по лесу гигантских персиковых деревьев неслись его страдальческие вопли, Леха, как и говорил мой любимый, в два удара мечом разрубил красотку. На ее сексапильность мужчина не обратил никакого внимания. К слову, Леха явился на мой зов в черном плаще с капюшоном, под которым сиял белый, чистый костюм. У него даже сапоги были белыми.
  - Паук, - сказал он мне, когда я с перекошенным от ужаса лицом отвернулась от тела, разрубленного пополам. Все содержимое торса в точности повторяло человеческие внутренности. - Я с ней драться был. Она откусить голова друг мой. Стать голова паук и откусить. Большой, страшный голова!
  Я так поняла, что Леха уже сталкивался с ней, и 'Черная Вдова' превратила свою голову в паучью, да еще и откусила другу голову. В который раз убеждаюсь, что внешность редко соответствует содержанию. Такая красотка и такая стерва!
  Труп исчез, оставив после себя обрызганную кровью крупную падалицу с персиковых деревьев. Среди нее лежали подарки - парочка банок с зельем, ящик с деньгами и свиток с надписью 'Ядовитый клык'.
  Леха, увидев свиток, удивленно присвистнул:
  - Сюрприз!
  - Не было его раньше, да? - переспрашиваю у него, парень кивнул головой. - У меня скилл 'Ядовитый клык'. Для меня выпал.
  - Долго мне еще тут сидеть? - донесся из-за кустов голос Костика. - Вы, мерзавцы, порубили красотку?
  - Выходи уже, - крикнула я ему, поднимая свиток с земли. - Мы уходим мед собирать! Ты можешь здесь остаться. Леха сказал, что эта тварь свою голову в паучью челюсть превращает! И головы страстным поклонникам откусывает в момент соития.
  - Врешь! - ответил приблизившийся голос.
  Сердитый, насупленный, он вышел из кустов. Оглядевшись по сторонам, заметил кровь на бурых плодах персиков.
  - Убили! Сволочи вы!
  - Она откусить твой голова! Ты ее ... - Леха подвигал тазом туда-сюда, - а она тебя кирдык! Ты умереть! Тело девушки, голова - паук! Большой голова паук!
  - Она? Да ни за что не поверю!
  - Откусить голова! - настаивал Леха.
  - Врешь!
  Парни заспорили между собой. А я посмотрела в окно своих умений: после использования свитка умение 'Ядовитый клык' поднялось до второго уровня. Отлично.
  - Ребят, уходим! - поторопила я спорящих между собой парней. - Мне еще соты надо собрать. И скорпиона найти. А потом мы опять примемся за старое. Я начну скидывать в чат сообщения, вы - дуэлить!
  После красотки-вдовы моя фантазия нарисовала красавцев в черно-желтых полосатых трусах и с крыльями за спиной. И с жалом вместо мужской гордости. Увы, а может, и к счастью, мои ожидания не оправдались.
  Там была обычная пасека с рамочными ульями, утопающая в небольшом, низком тумане. В степных травах, достигающих метра в высоту, на деревянных опорах стояли разноцветные небольшие домики. Прямые крыши одинаково серого цвета защищали от дождя соты внутри. Улья были забиты пчелами под завязку, желто-черные, они скучковались внутри, непрестанно жужжа. Для них, маленьких, каждая капля дождя была смертельной. Пчелы-гиганты обитали на востоке, пчелы в этой местности имели реальные размеры.
  Мне надо было собрать сто сот. Подходящее снаряжение нашлось в магазине вирта. Полный комплект - комбинезон с маской, имеющий лицевую сетку стоил дорого. Ребята приобрели комплект для меня, себе же взяли только маски.
  - Этак я скоро по миру пойду, - проворчал Костик, рассчитываясь.
  Комплект перекочевал из магазина в рюкзак парня, затем он раздал одежду нам. Мы были готовы к атаке пчел и приступили к заданию.
  Поначалу дело казалось легким, мы вынимали рамы, доставали соты, стараясь не злить пчел. Те и не злились, вынутые вместе с сотами из улья, они спешили залезть обратно, уберегаясь от моросящего дождя. Мы собрали десять сот, когда под нами земля вздрогнула.
  От первого толчка у меня из рук выпала рама. Возмущенные пчелы роем ринулись обратно в улей, а я подняла соты с земли. Второй земной толчок сопровождался едва слышным шумом. Третий толчок, не заставивший себя долго ждать, был намного сильнее, удержаться на ногах я не смогла и шлепнулась на землю.
  - А вот и пчеловод, - с усмешкой сказал Костик, указывая рукой на горизонт.
  Мы были в степи с открытым обзором на все четыре стороны. Нам хорошо было видно, как громадная фигура гиганта-пчеловода приближается к нам, рассекая сумрак низкого тумана своими ботинками. В белом комбинезоне, похожем на мой, с защитной сеткой на шляпе-маске.
  - Пчиловот! - повторил радостно Леха. - Шесть десять метров!
  Леха угадал. Гигант передвигался огромными шагами, создающими землетрясение, и был под шестьдесят метров высотой.
  - Размеры не совпадают, - храбро пошутила я, хотя меня уже начало потряхивать от страха при виде гиганта-людоеда. - Пчелы - крохи, как он за ними ухаживает?
  - Баг, - со знанием дела сказал Костик. - Недоделка. Надо будет послать письмо программистам, пусть исправляют. Мечик Фрейи дашь?
  - Дашь! - я поспешно достала оружие и кинула его парню.
  Леха достал две свои сабли, приготовился к атаке, кровожадно улыбаясь. Мне он также улыбается, как сейчас титану. Бр-р...
  - Слабый противник! - без акцента сказал Леха. - Слабый! Десять минут!
  С земли я не вставала. Десять минут так десять минут. Для кого - слабый, а для кого - оживший кошмар. Я лучше в сторонке посижу, все равно от страха ноги не держат.
  Круглыми глазами смотрела на битву. Парни атаковали гиганта метров в ста от пасеки. Леха, обладающий в вирте скаем, летал вокруг титана, нанося ему смертельные раны в жизненно важные точки организма. Он бил в затылок, затем разрезал сонную артерию, протыкал глазные яблоки, бил в сердце, в заднюю часть колена. Костик, у которого не было летательного средства, лупил по щиколотке, по пальцам, по ахилесовому сухожилию. Кровь из людоеда хлестала водопадами из многочисленных ран, зрелище было не для слабонервной меня.
  - А чего мы жмемся, как дамочка? - раздался шепот прямо в мое ухо.
  - Ааа! - заорала я во всю глотку с перепугу.
  Меня подбросило от ужаса вверх, я вскочила на ноги и обернулась, выставив вперед себя кулаки. За моей спиной стоял Дэн. Я опускаю руки вниз и почти кричу на него:
  - Какого черта ты вытворяешь? Я чуть не поседела! Тьфу... Поседел! Мать твою! Думал, кони двину!
  Дэн довольно заухмылялся:
  - Да, я такой гад! Я такая сволочь!
  И стоит, радостно улыбается. Ни капли не изменился. Стрижка - модная, джинсы - драные, на белой футболке - 'Enjoy'. В руках - соты, стоит, облизывает их, жмурится от удовольствия. Будто впереди проливается не кровавый дождь, а Ниагарский водопад. Будто дождя нет, а светит солнце. Непрошибаемый оптимизм.
  - Откуда здесь взялся? - с подозрением спрашиваю.
  - Из портала! Вкусный мед! Хочешь?
  - Нет. Ты чего здесь забыл?
  - Тебя искал! - радостно заявляет. - Хотел спросить, куда твой папаша труп моей любовницы зарыл!
  Я, открыв рот от изумления, смотрю на него.
  - Какой любовницы? - отмерев, спрашиваю я.
  - Моей! - все так же радостно улыбается.
  Вдруг выражение лица меняется, улыбка остается, а глаза - смотрят на меня с глубокой ненавистью.
  - Твой сука-папаша убил мою любимую девушку. Передай ему, что он труп. Убью его своими руками. Обещал мне спасти ее, и что? Какой он, на х***, гений? Говнюк он! А я ему еще поверил. Все усек?
  Дэн, оказывается, материться умеет. 'Любимую девушку'? Моя догадка о его чувствах ко мне нашла подтверждение. Стою, молчу. Ну, что тут скажешь?
  - Передам, - севшим от переполненных эмоций голосом ответила я. - Как ты меня нашел?
  - Отследил по чату. И не попадайся мне больше на глаза. Убью на месте.
  С этими словами мой друг достал камень Переноса и исчез в воздухе.
  Я опустилась обратно на землю. Послышался страшный грохот - гигант за моей спиной пал. Земля задрожала от сейсмических волн, вызванных его падением. Задрожали улья на своих деревянных опорах, где-то вдалеке вспорхнули степные птицы, возмущенно устремляясь из невысоких кустов ввысь. Через минуту колебания стихли, стал слышен мерный стук капель о траву, то усиливающийся, то смолкающий под порывами ветра.
  Слушаю дождь и смотрю на ребят, возвращающихся ко мне с довольными лицами.
  - Мне послышалось, или ты кричала? - спрашивает у меня Костик.
  Молчу, затем все же объясняю:
  - 'Ловелас' приходил. Спросил, куда отец зарыл труп Ульяны Чайки. А до этого, еще в городе 'Роза Ветров' меня 'Зевс' нашел. Спросил о том же самом.
  Парни переглянулись между собой. Костик осторожно поинтересовался:
  - Больше ничего не спрашивали? На дуэль не вызывали? Ни чем не интересовались?
  - Нет, - соврала я. - Вы по-прежнему держите их под подозрением? Говорю ж, исключено! Исключено!!!
  - Не шуми, - поморщился Костя. - Но факт остается фактом - защиту их аккаунтов мы так и не вскрыли. Мы ничего не знаем о них.
  - Да я все могу о них...
  - Не шуми, - прервал меня Костик, повторившись. - Здесь могут быть уши. Забыл, что ты Хайр?
  - Забыл, - признаюсь я.
  Злая, что мне не верят и друзей подозревают, я направилась к сотам. Успокоилась, пока собирала мед. Труд благотворно действовал на людей и в реале, и в вирте. Руки работают, а голова думает. Почему и Ваня, и Костик продолжают подозревать моих друзей? Андрюхе тогда было семь лет, Жэке тоже семь. Дэну - 13 лет. Что могут семилетние дети сделать? В ИСКах стоят возрастные ограничители. Дэн в момент первого убийства был постарше, уже почти взрослый. Мог ли он?.. Да нет. Сколько себя помню, всю жизнь за девочками бегал, всех 'Машками' называл почему-то, когда о них нам рассказывал. Одну, вторую, третью... Уже и не помню, сколько их было. А меня он не мог подставить! Сегодня я в этом еще раз убедилась - любил он меня. Потому все его любовницы были Машками, а я - Ульяной. Не может он быть убийцей. Исключено. Никто из них совершенно точно не маньяк. Неужели более чем за десять лет дружбы я бы не увидела в них психических отклонений, если бы они были? Увидела бы. Они обычные ребята с нормальными мозгами.
  На счет Машек... В голове пронеслось воспоминание о том, как индийские парни обсуждали самоубийство некой Решетковой Марии. Помню, как Андрюха рассказывал, что ударил свою подругу Машу. И у Жэки будущая жена носит имя Маша. А у Дэна так вообще одни Машки. Что-то больно много Машек вокруг.
  Чушь все это! От подозрений к друзьям стало мутно на душе. Ведь верю им больше, чем себе. Наша дружба прошла и огонь, и воду. А с Андрюхой так мы вообще целовались.
  Я решительно выкинула из своей головы всякие подозрения на их счет. Буду искать настоящего маньяка, а не сомневаться в своих друзьях.
  Леха с Костиком помогли мне со сборкой, и вскоре все сто сот исчезли из моего рюкзака, вместо них появился свиток 'Ядовитый клык'. Я его активировала - умение развилось до третьего уровня. Оставалось лишь пройти укус Скорпиона, чтобы усилить его.
  - Рыжий спрашивает, долго мы еще или как? - говорит Костик. - Они с Олегом нас уже заждались. Ребята из команды решили пока не присоединяться к нам. Сказали, что мы привлекаем много внимания. Мы, по сути, раскрыли себя маньяку, находясь рядом с тобой. Остальные решили остаться в тени. Хакеру ничего не стоит взломать сайт провайдера, и выяснить наши IP-адреса по нашим фамилиям. А по ним - адрес проживания.
  - Если нас кто-то прослушивает, он сейчас только что узнал много нового, - теперь я намекаю на разговорчивость Костика. - Ты сейчас хорошую мысль подал хакеру.
  Парень торопливо втянул внутрь рта губы, показав жестом, что заткнулся.
  - Мне надо переболеть ядом, - огорошиваю я их следующим заданием. - По координатам 124 987 есть Скорпион, который должен меня ужалить. После этого я упаду без сил. Тогда хватайте мою тушку и отводите на ту самую поляну, где мы в прошлый раз кастинг на роль маньяка устроили.
  Леха с готовностью сжал рукояти сабель, заткнутых за черный пояс белых штанов.
  - Скорпион убить? Сильный моб? - спросил он у меня.
  - Я не знаю, - оповестила я их. - Откуда? На месте узнаем. Двинули?
  - Щас, только парням скину, что мы скоро будем, - остановил нас Костик. - 'Мы выполним одно задание, будем через час'. Так пойдет?
  - Пойдет, - кивнула я головой. - Скидывай, да пошли уже.
  - Щас... Готово. Я готов! Идем!
  Я воспользовалась третьим камнем Переноса. Ушлый торговец как в воду глядел. Судя по координатам - скорпион находился на окраинах вирта, далеко от центральных городов. Как я возвращаться буду? Камни Переноса в 'Пище' нельзя передать другому игроку. У ребят поклянчить камушки не получиться. Ладно, по ходу дела сообразим, как мне из той дыры вылезти.
  Занесло нас на край карты, на южный берег Лазурного моря. Мы попали из дождливого региона сразу под палящее солнце, отчего первые минуты стояли на берегу ослепленные. Выжженный песок стал белым, как кристаллы соли, солнечные лучи отражались от воды, превращая ее в огромное зеркало, на которое невозможно смотреть без очков или же козырька. Вокруг нас искрилось все пространство, после мрака степей и гигантских лесов, наши глаза заслезились от обилия солнечного света.
  Мы стояли на берегу, парализованные атакой солнца и жарой. Три фигуры, две из которых укрыты теплыми черными плащами, одна - в красной куртке с капюшоном. Сырые, испачканные грязью и кровью, мы вызывали смех чаек - во всяком случае, мне показалось, что пролетающие мимо чайки громко гогочут над нами.
  - Опа! - первым очухался Костик. - Вот это я попал!
  Парень разделся до трусов, следом за ним стал раздеваться и Леха. Оставшись в одном исподнем, оба, не сговариваясь, издали боевой клич индейца и помчались в аквамариновую, прозрачную воду. Пологий берег плавно спускался вниз, на много метров вперед было видно песчаное дно моря. Разрывая волны массой своего тела, ребята дошли до глубоких мест и поплыли брассом, делая широкие взмахи руками.
  Я скинула плащ и с завистью посмотрела на них. Купальника у меня не было. Тратить лишний раз деньги было жалко. Потом вспомнила о порванной рубахе новичка в рюкзаке и порадовалась, что не выкинула ее. Я огляделась по сторонам в поисках места, где могла бы переодеться.
  Мы попали в бухту, песчаный берег входил в море в форме полумесяца. Пальмы росли далеко от полосы прибоя, зеленой полосой оттеняя белизну песка. Я увидела двух мартышек, жующих бананы среди пальм, на нас они смотрели круглыми от любопытства глазами. Высунув язык, скорчила им рожу. Затем сама же рассмеялась. Макаки, съев бананы, заухали, запрыгали на месте, передразнивая меня. Продолжать диалог я не стала.
  Берег был пустынен: песок, песок и еще раз песок. Ни валуна, ни камня, ни останков разбитого корабля. Ничего и никого, кроме нас и двух мартышек, вокруг не было. Дикий, забытый людьми кусочек рая в этом вирте. Впервые рада тому, что ошиблась - здесь тоже есть красивые, потрясающие воображение места.
  Идти до пальм и кустов было лень, я посмотрела на парней - они барахтались в воде далеко от берега, их головы напоминали две черные кляксы посреди лазурной глади. Потом посмотрела на себя и тихо выругалась - забыла, что в этой игре я парень! Совсем из головы вылетело! Так привыкла к мужским гениталиям, что напрочь забыла, что у меня сейчас находится между ног. А в туалет персы не ходят!
  Да уж, женская сущность сидит глубоко внутри меня.
  Быстро скинула одежду, помедлив, все же натянула рубаху новичка (с открытой грудью мне было не по себе) - и, радостно улыбаясь, помчалась в воду. Взвизгнув, с наслаждением окунулась в божественную прохладу.
  О-о, какое это блаженство, искупаться в море! Вода ласкала тело, как нежные объятия любимого. Закрыв глаза, я повернулась на спину и раскинула руки, замерев на поверхности воды. Кайф! Волны качали меня, медленно относя от берега. Слышался хохот парней, играющих, словно дети: они по очереди взбирались на плечи друг друга и прыгали в воду. Забыв обо всем, мы купались в море.
  Вернул меня на землю вопль Рыжего из чата:
  'Хайр! Ты где пропал? Почему на одном месте полчаса часа стоишь? Ты жив? У вас там проблемы? Помощь нужна?'
  Мне стало стыдно - я тут жизнь наслаждаюсь, а ребята ждут нас. Маньяка ловить надо. При мысли об убийце все мое хорошее настроение как рукой сняло. Я быстро поплыла к берегу, ругая себя. Морской запах, верно, свел меня с ума, раз из головы вылетели все остальные мысли.
  Красная от стыда, я крикнула парням, кувыркающимся в воде:
  - Народ! Нас ребята ждут! Закругляемся!
  - А-и-о! - донеслось издалека.
  - Че???
  - Щас идем!!! - более четко донес ветер их крики.
  Я стянула рубаху, с грустью покосившись на мускулистую, волосатую(!) грудь. Ненавижу эту игру!!! За одно то, что мне пришлось играть за мужского персонажа, маньяка можно убить.
  Отвернувшись от сверкающей лазури, я побрела вдоль берега, глядя на линию горизонта. Смотрела вперед в поисках гигантского скорпиона, за что и поплатилась. Мои босые ноги больно кольнуло чем-то острым, напугав до визга. Вскрикнув на весь берег, я ухватилась за больное место на пятке и злобно посмотрела на того, кто меня цапнул. Черный паук с клешнями и хвостом. Скорпион собственной персоной.
  - Чтоб тебя! - сказала я мелкой заразе.
  А тот, сделав свое подлое дело, уже улепетывал от меня со всех ног. ЖС - единица! Прибить его можно одним щелчком! А я-то монстра шестидесятиметрового искала. Маленькая пакость!
  Прихрамывая, я повернула обратно к вылезшим из моря парням.
  - Меня ужалили! - говорю им сразу, как подошла. - Все, задание выполнено! Возвращаемся!
  Костик прыгает на одной ноге, пытаясь вытряхнуть из ушей воду. Леха, черный, как смоль, растянул свои губы в улыбке:
  - Друзья сюда позвать?
  - Позже, - мотаю головой. - Мы скажем им об этом...
  Я не договорила. В голову внезапно ударила острая боль, все тело охватила судорога. Яд подействовал быстро, попав в кровь, мгновенно атаковал центральную нервную и сердечнососудистые системы. Охнув, я упала на землю. Миг - и мир померк передо мной.
  Очнулась в портале возрождения спустя секунду. Я что, умерла? Делаю шаг из портала - мир кружится вокруг меня, как на карусели. Это было странно - после смерти в 'Пище' залечиваются все раны, исчезает боль. И Ваня не говорил о смерти от яда, сказал, что нужно переболеть. Опять недоработка программистов? Скорее всего.
  Выхожу из портала, держась за каменные стены строения.
  Куда меня занесло? Открываю карту трясущимися от слабости руками, напрягая ослабленное ядом зрение - южный город Оазис. Осторожно поворачивая головой, прищурившись, смотрю по сторонам. Мимо меня неясными фигурами пробегают игроки, как всегда, занятые выполнением своих заданий. Аборигены бегают в купальниках, гости города - в прозрачных туниках, в парео, в купальных трусах.
  Пошатываясь, направляюсь к лавке, стоящей в тени одной из хижин с соломенной крышей. Мне жарко, меня трясет от действия яда так, что еле на ногах стою. На лавку из тростника падаю без сил и сразу же открываю беседку. Буквы пляшут, дрожат, делаю усилие, чтобы прочитать их:
  'Ты где? Ты что? Ты как? Почему умер? Живой? Ответь мне!!!' - вопли Костика.
  'Ты умереть или жить? Я поседой!' - от Лехи.
  'Я в норме, - пишу обоим, медленно набирая текст, - в городе Оазис. Жив'
  'Мать твою! Напугал! - ругается злобными смайлами Костик. - Ах, ты ж! Твою ж! Щас будем. По шее получишь!'
  'Леха идет!'
  'Стой на месте и никуда не уходи!' - пишет Костик.
  'Я сижу на лавке возле портала Возрождения', - пишу им.
  Парни молчат. Так и вижу, как они роются в рюкзаках в поисках камней Переноса. Затем хватают брошенные мною вещи - мантию с сапогами, и переносятся ко мне. Раз. Два. Три. Надо мной нависает тень. А вот и они!
  - Ну, здорово, Хайр! - приветствует меня незнакомый голос. - Давно не виделись.
  Я с трудом поднимаю тяжелую голову, фокусирую расплывающийся взгляд. С трудом читаю ник над незнакомым персом - 'Фатум', персонаж мужского пола сорокового уровня. Мы знакомы? Не помню такого ника. Один из мною оскорбленных? Блин, мне сейчас не до дуэли!
  - Ты кто? - спрашиваю я, потирая виски.
  Боль когтями демона разрывает мой мозг.
  Фатум усмехнулся:
  - Извини, задержался. Четыре дня в игре не был.
  Четыре дня?
  Я напряглась, вмиг собрав остатки сил. Четыре дня не был в игре? Кто он такой? Неужели... Нет, этого не может быть! Мое сердце споткнулось и забилось с удвоенной силой от выброса адреналина в кровь.
  Фатум, подтверждая мою страшную догадку, с улыбкой говорит:
  - Мне передали, что ты желаешь со мной ПОИГРАТЬ? В 'УГАДАЙ ИМЯ'?
  
  Глава 16
  
  Фатум оглянулся вокруг себя:
  - Здесь играть будем?
  Обыденно так спросил, будто мы сейчас чай пить с тортиком начнем. Поверить не могу...
  Убийца. Вот он, стоит передо мной, улыбается. Персонаж его - сержант с эмблемой Мирового Правительства на груди. Лицо - голубые глаза, прямой нос, средней полноты губы - это лицо готового шаблона, без особых примет. Оно не меняется на протяжении всех этапов развития персонажа, что у мальчика, что у взрослого мужчины, скулы лишь вытягиваются, да укрупняются в соответствии с ростом тела. Убийца умело и бесхитростно скрыл свое лицо.
  - Или друзей наших подождем?
  Молчу. В горле пересохло от напряжения. Лихорадочно думаю - Вани в игре нет, ребята... Они уже должны прийти! Где они?
  Убийца ловит мой направленный на портал взгляд, затем дергает себя за кончик носа.
  - Держи руку, - протягивает он правую ладонь. - Я твоих друзей в данж отправил. Сам в расставленную ловушку пошел, и их в ловушку отправил!
  И смеется чистым, задорным смехом.
  Если буду и дальше молчать, он может заподозрить, что перед ним трусливая девчонка, соображаю я. Мысли ворочаются с трудом - яд скорпиона гложет каждую клеточку моего тела. Ситуация - хуже некуда. Почему именно сейчас? Здесь и сейчас? Ребята его тринадцать лет ловят - а он возник передо мной тогда, когда их рядом нет.
  Я протягиваю потную ладонь в ответ, убийца хватает меня. При контакте всплывает информация об аккаунте Фатума - Ершов Дмитрий, 190 лет, Италия.
  - Здорово я придумал, а? - подмигивает мне Фатум. - Восстановил твой старый аккаунт.
  Я молчу. Оглядываюсь по сторонам, рассматривая помещение, в которое он меня затянул 'мышеловкой' при рукопожатии.
  Три стены, оббитые серебристым материалом, четвертая стена имеет стеклянное окно, сквозь которое видна рабочая станция - мониторы и сенсорная панель управления. Конденсаторный микрофон с большой диафрагмой стоит по центру в пустом помещении, с него свисают наушники.
  - Студия звукозаписи, - улыбается Фатум. - Для нашей игры программку написал. Смотри, прописал все - вон там басовые ловушки, там - диффузоры...
  Указывает он рукой сначала на серое полотно в стене, затем на черно-белые панели.
  - Акустические панели и фильтры, стабилизаторы, бесперебойники, усилители, рэковая стойка. Интересная программка вышла, можем записать песню. Споешь перед смертью?
  Псих. От звука голоса хакера, хвастающегося своим достижением, у меня мурашки по телу прошли. Вдобавок голова кружилась от действия яда, и от этого микрофон передо мной плясал из стороны в сторону. Убийца молчал, рассматривая меня.
  - Не настроен шутить? Думал, мы поймем друг друга. Я постоянно предлагаю людям сыграть... А тут вдруг кто-то мне предложил сыграть. Я так обрадовался!
  - Я тоже рад наконец-то тебя видеть, - хрипло отвечаю я только для того, чтобы не молчать.
  Мне страшно так, что мочевой пузырь сжимается. Самоконтроль на грани срыва. Одно неверное слово, один неверный шаг - и я труп, мумифицированный.
  Фатум улыбается, затем указывает на наушники и микрофон:
  - Это мое оружие. Кто проиграет, тот умрет. Я хорошо усвоил правила игры. И рад, что команда Ершова спустя тринадцать лет пошла в атаку. Мне интересно, что вдруг вас подтолкнуло? Сидели в камышах, прятались... И вдруг мне вызов бросаете! Я на радостях не сдержался, Колмогорова грохнул. Сильно расстроились?
  Улыбается сочувственно, искренне. Меня дрожь пробирает от его слов. Сначала он увидел вызов на дуэль, затем убил Мишку. Намеренно? Он специально ослабил команду Ершова этим убийством? Знал, что я под наблюдением и таким образом отстранил на время ребят от меня? Чтобы подобраться, как охотник, что выслеживает добычу? Неужели... Он убил Медведя из-за меня?
  - Как ты его убил? - спрашиваю, вытирая ладонью испарину под носом.
  - Интересно? Почему бы и не рассказать! Из этой комнаты выйдет только один человек - я или еще раз я!
  Опять смеется, довольный шуткой.
  - Откуда такая уверенность?
  - Я - гений, - спокойно, почти равнодушно отвечает он. - Ты спрашиваешь про Колмогорова? Отвечу. Давно заметил двоих, ходят следом, зад мой нюхают. Колмогоров и Ершов. Эти двое команду создали. Тех типов, что с тобой в игре были, я теперь знаю. Члены команды, но не все-е-е! Вы меня обижать не станете, человек тридцать? Нет? Двадцать? А этих... Подвернется шанс - убью.
  Я сжимаю кулаки. На смену страху пришло бешенство. Дикое, необузданное, близкое к аффекту. Сволочь, на друзей моих косится. Тварь! Убить бы тебя!
  Смотрю на него с ненавистью, а он машет руками:
  - Ох, че такой злобный? Тебя-то я первым убью. Че суетишься? Колмогоров сам в ловушку попал. Догадался, что я через спутник крабами управляю. Я вам прямо сказал - посмотрите на солнце, и придумайте колесо! Это так банально, что смешно. Посмотрите в небо - там спутник круги нарезает, хайямовский. Радиосигналы посылает, а роботы им пользуются. Есть робот, мною созданный, есть спутник. Мой робот отдает приказ другому роботу - и краб танцует! Про антенки внутри роботов Ершов и не вспомнил. Гений, бл***! Колмогоров начал интересоваться базами управления спутников, еще бы чуть-чуть - он бы раскрыл меня. Я стал действовать на опережение - вышел с ним на связь через робота-горничную. Предложил поговорить, встретиться в игре. Поиграл с ним дней пять до крестика в календаре - и убил вирусной программой. Все рамки соблюдены: в каком городе краб отплясывает, в том городе через пять дней чел умирает. Я люблю программы, в которых все четко. Как убил? Вирусом! Тем же, что сейчас в наушниках. Для него написал другую программку - космический корабль в космосе, а запуск вируса произвел через костюм космонавта. Вот он и вышел в открытый космос. Летает сейчас посреди космического мусора и спутников.
  Сволочь! Веселится. Спокойно, Ула, спокойно. Не допускай ошибок. Ищи выход из ловушки. Расставляла для него, а попалась сама. Но мысли путаются, в голове - туман, тупая боль сверлит затылок. Чертов яд! Убийца продолжает с насмешкой смотреть на меня:
  - Я могу рассказать еще сто пятьдесят шесть историй! Хочешь? За месяц расскажу. Как раз пойдешь по графику.
  - А я не против, - отвечаю.
  Подхожу к стене, опираюсь на нее. Складываю руки на груди и бросаю внимательный взгляд на убийцу. Стоять не могу больше, отключиться могу в любую секунду от слабости. Как не вовремя в меня попал яд! Или же время хакер выбрал неудачно? Хотя для себя весьма удачно, я не в состоянии ему сопротивляться. Как же мне не повезло! В который раз мне 'Пиковая дама' выпадает! А может, здесь точный расчет? Дождался, когда вокруг меня никого не будет, и настиг?
  - Тц! - цыкает убийца. - Это долго. Давай так. У нас у каждого есть три попытки! Ты называешь мое имя, не угадываешь, я называю твое имя - не угадываю. Тогда я открываю тебе часть своих секретов. А? Как? Будешь со мной играть?
  - Хорошо, согласен.
  - Ты первый, - азартно стукнул кулаком о ладонь Фатум. - Говори мое имя! Мне интересно, хватит у тебя ума догадаться, или ты редкий тормоз. Ну?
  - Егорова Кира, - говорю первое, что на ум приходит.
  Фатум пару минут смотрел на меня без всякого выражения, затем его глаз нервно дернулся:
  - Че, прикол такой? Ты меня щас только что с бабой сравнил? Кто такая эта Егорова Кира? Не знаком!
  Я мысленно выругалась - это было близко! Помни маньяк о том, кто такая Егорова Кира, мог бы догадаться, кто я! Надо думать, прежде чем говорить. Кира была моим адвокатом в Суде.
  - Это разминка, - нагло усмехаюсь я.
  - Так уверен, что будет второй шанс? - зеркалит хакер мою ухмылку.
  - Уверен.
  Вовсе не уверена! Как представлю, что он сейчас назовет мое настоящее имя, так сердце бешено колотиться начинает. Но это невозможно, никто посторонний не в силах угадать, кто скрывается под ником Хайр.
  - Ты! Говори мое имя! - требую от него, а у самой коленки под бриджами трясутся.
  Хорошо, что штаны широкие.
  Убийца делает по комнате два шага вперед, потом два шага назад. Останавливается и выпаливает:
  - Ляпин Вова!
  Черт! У меня сердце чуть не остановилось! Как там Кира учила? Дыши животом? Пытаюсь расслабить сжавшиеся мышцы тела.
  - Мимо, - хрипло отвечаю. - Рассказывай о том, почему начал убивать.
  - Э, нет, ишь, чего захотел, - помотал головой хакер. - Мимо, да? Думал, что ты - тот мальчишка, которого я подставил. Так Ершов, в самом деле, его казнил???
  Я молчу. Боже, какое счастье, что он не назвал сначала мое имя! Это было близко, очень близко. Он ведь меня подставил так же, как несчастного ребенка.
  Фатум останавливается рядом с микрофоном, снимает его со стойки, и начинает вертеть в руках.
  - О чем тебе рассказать? О том, как убивал? Как себе жертв выбирал? Да просто! Слу-чай-но! Заходил в день, отмеченный красным крестиком, тыкал пальцем в первого попавшегося игрока и затаскивал в созданный мною вирт в вирте. Там предлагал сыграть во что-нибудь. В шашки. В шахматы. Медведю - в карты, игра 'Дурак' называется. Я всегда выигрываю! Всегда! Честно, без обмана! Госпожа Удача на моей стороне все тринадцать лет. Я везучий парень. Может, оттого, что мой пра-пра-прадед был настоящим Дьяволом?
  - Веришь в Бога? - осторожно спрашиваю.
  - Я??? Нет, я сказал это для сравнения. Меня от запаха ладана тошнит. Религия - сплошная тошниловка. Твори добро, не делай зла. Х** это все.
  Я украдкой перевожу дух - не Жэка! При упоминании о Дьяволе я здорово перепугалась. Намеки Вани, слова убийцы о высшей силе, такие знакомые. Но Жэка врать не стал бы. Мои мысли плывут в отравленном ядом тумане. Сейчас моя очередь называть очередное имя.
  Я так не подготовлена! План придумала, но никак не рассчитывала, что мне придется его осуществлять! И причем так скоро! Что, что мне делать? Какое имя назвать? Я не знаю! Ничего в голову не лезет. А хакер улыбается:
  - Давай, твоя очередь.
  Я нервно сглатываю, чувствуя, как внутри все опять сжимается в тугую пружину.
  Вторая попытка!
  Кого? Кого мне назвать, чтобы не вызвать подозрений? А вдруг человек передо мной - совершенно незнакомый? Как там звали того, к кому ушла жена Вани?
  - Аббас Хайям!
  По лицу убийцы поняла - пальцем в небо. Фатум откинул голову назад и заржал. Отсмеявшись, смотрит на меня сквозь слезы в глазах:
  - Этот тюфяк за женой уследить не может, она ему рога наставила! Скоро яблоки на его рогах расти начнут. Ха-ха-ха, Аббас, бл***!
  Мне было совсем не смешно. Пришла очередь называть мое имя убийце. Я стискиваю руки, обхватываю ладонями вспотевшие подмышки. Спокойно, только без паники! Затаив дыхание, наблюдаю за веселящимся маньяком.
  Убийца заметил мое пристальное внимание, прекратил смеяться, утер слезы на глазах:
  - Весело с тобой! Даже жаль убивать. Давно, так не веселился! Ждешь? А я скажу, кто ты такой - Ершов старший, Иван. Создатель нанотехнологии.
  Я выдыхаю, расслабляясь.
  - Нет, - отвечаю.
  И добавить ничего к сказанному не могу, трудно говорить. Мне кажется, что конец мой близок. Не от рук маньяка, так от яда отойду скоро в мир иной. Чувствую, что хожу по краю пропасти.
  - Эй, ты в порядке? - деланно заботливо спрашивает хакер. - Выглядишь мерзко. Бледный. Простыл?
  - Я в порядке, - говорю сиплым голосом. - В порядке.
  - Теперь история обо мне, да? Чего бы такого тебе рассказать... Расскажу-ка я о своих предках, живших в далеких двухтысячных... Скажу тебе по секрету, почему я начал убивать! Ты все равно скоро сдохнешь, почему бы и не поделиться своей тайной? Мне так одиноко жить с ней вдвоем! Эй, ты слышишь меня?
  Образ игрового персонажа маньяка расплывается перед глазами. Я на пределе! Дышу хрипло, задыхаюсь от нехватки воздуха.
  - Слушай, раз спросил! - злится маньяк. - Я тебе тут тайну тысячелетий хочу раскрыть! Знаешь, кто был моим предком? Знаешь? Не знаешь! Создателем вируса Эбола!!! Вот кем он был! Мой пра-пра-прадед входил в команду биохимиков, убивших шесть миллиардов жителей планеты! А? Слышал, да? Я - потомок человека, почти уничтожившего вас, жалких тварей, ползающих по земле! Их было четверо ученых, следовавших приказу правительства канувшей в лето страны. И знаешь, что еще? Он дожил до девяноста лет! Видел, как вы, твари, погибаете тысячами! И спокойно трахал мою пра-пра-прабабку по ночам! Круть! Эй, ты слышишь меня?
  Мое лицо, все тело горят, озноб бьет со страшной силой. Смотрю на психа рядом с собой, и понимаю, что тот свихнулся на этой почве. Его психика не смогла справиться с тем фактом, что он - потомок убийцы шести миллиардов людей.
  Фатум продолжал:
  - Ну, я и решил продолжить дело предка. Откопал старую флэшку, поднял записи о вирусе. Долго думал, как мне возродить вирус. И догадался! Нужно сделать все-то же самое с помощью программного кода! Люди, ставшие сами почти роботами, имели в организме до ста нанитов! Не было ничего проще, чем запустить в них ложную программу. За основу взял вирус Эбола. Мой вирус действует так же. Разрушает организм на генном уровне. Я гений, я всегда это знал. Эй, ты меня слышишь? Че глаза закрыл?
  - Ты давай, рассказывай, - криво усмехаюсь я. - Я внимательно слушаю.
  - Интересно? О, а как мне было интересно, когда я случайно услышал от своих родителей тайну о себе. Знаешь, еще что скажу по секрету? Я знаю, кто является предками остальных убийц человечества! Но не скажу тебе! То есть скажу, но позже. Вернемся к игре. Сейчас доиграем. Твоя очередь, да?
  - Моя, - с трудом киваю головой.
  - Твоя, - утверждает он. - Ну? Последний выстрел? Ну?
  - Павлов Сергей Викторович, - говорю имя своего шефа.
  В этот раз я немного подумала и вспомнила, что у моего бывшего начальника чересчур шикарный ИСК стоял в коттедже.
  - Ты проиграл! - улыбается хакер.
  Мое сердце ухнуло куда-то в пропасть. Это был конец.
  - Я не в курсе, что это за чувак. Но узнаю, обещаю. Теперь я, да?
  - Да, - прохрипела я, стиснув зубы.
  Сердце стучит с бешеной скоростью. В ушах стоит гул - слышу буйное движение собственной крови. Ну? Давай же! Заканчивай эту пытку!
  Убийца враз становится серьезным. Смотрит на меня и тихо говорит:
  - Ула. Ульяна Чайка.
  Я медленно сползаю по стенке вниз. Что-то больно кольнуло в груди, а затем отпустило. Как ни странно, когда страшные слова прозвучали из уст маньяка, я успокоилась.
  - Я раскрыл тебя, девочка. Раскрыл с самого начала, хотел поиграть с тобой. Ведь я девчонок не убиваю. Значит, Ершов спас тебя, да?
  Я киваю головой, закрываю глаза. Все. Проиграла. Убийца продолжал говорить нечто такое, от чего я вновь с ужасом смотрю на него.
  - Знаешь, почему я подставил тебя? Потому что ты - такая же, как и я. Дочь Дьявола. Ты - потомок убийцы человечества. Хотел убить тебя до того, как ты бы узнала правду. Рано или поздно твои предки сказали бы тебе, кто ты есть. Проявил милосердие к тебе. Ты слишком наивна, чтобы пережить правду.
  Я непонимающе смотрю на него. О чем это он говорит? Нет! Этого не может быть. Не верю. Но маньяк молчит, с жалостью продолжает смотреть на меня.
  - Это ложь, - хриплю я.
  - Это правда, бл**. В доме твоих родителей есть сейф, уверен, тебя до него не допускали. Там - флэшка с информацией о вирусе Эбола. Твой дед был странным - он повесился. Но у него была семья, которая выжила во времена Пандемии. Все четверо внуков убийц выжили, живут обычной жизнью, трое из них знают правду о своих предках. Одна ты - не знаешь. Не знала. Теперь все четверо людей, несущих в себе гены предателей рода людского, знают о себе всю правду.
  Хакер указывает рукой на микрофон:
  - Вставай, ты проиграла. Уговор дороже денег, надевай наушники. Убиваю тебя второй раз, живучая ты наша.
  Я погрузилась в странное оцепенение. Слышу его голос, понимаю о чем он говорит, но стало все равно, огонь из эмоций погас. Из головы исчезли все мысли, внутри осталась пустота. Сил сопротивляться не было никаких. Почему то я враз ему поверила, а зачем убийце лгать? Лгать о том, что я - потомок человека, почти уничтожившего расу?
  Яд в крови заполнил каждую клеточку моего тела, меня лихорадило со страшной силой. Кое-как я встала с пола, и снова упала. Хакер подошел, галантно протянул руку помощи. Я отпихнула ее от себя, на карачках поползла к стойке микрофона. Доползла, схватилась за стальную ножку, поднялась.
  - Надень, надень! - подбодрил меня маньяк.
  Как робот, послушно последовала приказу. Надела на голову наушники с двумя полусферам, окольцованными мягкими подушечками. И закрыла глаза.
  - Ни хуа себе хуа! - слышу прощальный слова хакера, и резко распахнув глаза, вновь смотрю на него. - Как раз твой размерчик! Сели, как влитые.
  Убийца криво улыбается, и добавляет:
  - Встретимся в аду, детка!
  Что он только что сказал? Сверкнувшую догадку перебил дикий свист, полившийся в уши. Мое сознание покинуло меня внезапно, как будто выключили свет.
  
  Тьма вокруг. Шум в ушах. Чей-то знакомый голос:
  - Она очнулась! Тихо! Не кричать! Я сказал, не кричать!
  В глаза словно песок насыпали, открывать их чудовищно тяжело. Мне удается преодолеть резь в глазах, и я начинаю видеть. Бледное, как смерть, лицо Вани. Склонился надо мной, глаза бешено горят, пухлые губы дрожат.
  - Ула! Ты меня слышишь? Ты меня видишь? Сколько пальцев я показываю?
  Перед моим носом торчит 'заяц'.
  - Заяц, - хрипло говорю я. - Заяц!
  - Какой заяц? - испугался Ваня.
  - Игра с тенью. Два пальца - тень зайца. Из детства.
  - Глупая! - Ваня крепко прижимает меня к себе. - Жива! Я думал, потерял тебя!
  - Мы все так думали! - слышу голос Рыжего.
  Стоит за спиной любимого, сине-зеленый от пережитого волнения. Рядом с ним - Костик, Усатый, Олег, Леха. Остальные топчутся в коридоре. Не вошли все в мою комнатенку.
  - А вы что тут все делаете? - спрашиваю я.
  - Сама не помнишь? - нервно улыбается Рыжий.
  - Помню что?
  И тут на меня обрушивается воспоминание о последних событиях, случившихся со мной до потери сознания. Я обвожу диким взглядом свою комнату, ИСК напротив кровати, стол с вазой и розами в ней. Я живая и вернулась в реальность - было первой мыслью. Второй, что я каким-то образом выжила. Третьей мыслью было воспоминание о хакере... Точно, маньяк!
  К горлу подкатывается комок, и слезы сплошным потоком вдруг полились из глаз. Я заорала на всю комнату:
  - Ааа!!! Мне было так стра-а-ашно! Я думала, что сдо-о-охну! Ааа!!! Где вы все бы-ы-ыли??? Я такое пережилааа!!!
  - Ну. Тише, тише, - испугался моей истерики Ваня. - Что вообще случилось? Я был в Закрытой Зоне Англии, когда мне Рыжий позвонил! Звонит, орет, что тебя в игре не видит больше! А сама ты в ИСКе лежишь! Орет, что Костик потерял тебя в вирте, что кто-то закинул их в данж... Я вернулся, кинулся к компьютеру - ты в Сети, твой аккаунт в 'Пище' пишет, что ты онлайн. А тебя в игре нет! Пытался отключить от Сети, мне сообщение пришло, что при отключении твои мозги сгорят... Что случилось? Ула, что там произошло? Ты нарвалась на эту тварь? Я же говорил, чтоб без самодеятельности!
  Я продолжаю реветь в три ручья. Усатый откашливается, и тихо говорит:
  - Ульяна, возьми себя в руки. Думаю, полагаю, ты общалась с убийцей.
  Я отстраняюсь от Вани. Всхлипываю, шмыгаю носом. Рыжий протягивает мне салфетку. Бесцеремонно высмаркиваюсь в нее под взглядами бородатых мужчин. Смотрю на парней и... снова плачу.
  - Он меня сцапал в Оазисе, перенес в вирт, напоминающий студию... звукозаписи... И, мы начали играть... По очереди... фамилии называли... Я скажу - он скажет... а в перерывах между раундами... рассказывал о себе...
  Снова высмаркиваюсь, но поток слез удается остановить. Все слушают меня, затаив дыхание. Никто не шелестит одеждой, никто не перешептывается. Я рассказываю дальше о том, как погиб Медведь. И о том, как я три раза назвала имена людей и все три раза не угадала имени маньяка.
  - А маньяк сначала назвал меня Ляпиным Вовой, потом Ершовым Ваней. А с третьей попытки маньяк назвал мое настоящее имя, - говорю я. - И заставил надеть наушники, с помощью которых запустил в меня вирус. Но я успела услышать чуть-чуть и потеряла сознание. Во мне был яд скорпиона, он и вырубил меня. Думаю, из-за этого я и спаслась. Вирус не успел в меня проникнуть. И еще... Я знаю, кто маньяк!!!
  В комнате стало так тихо, что слышно было, как на кухне Толстяк моет посуду. Двери моей комнаты и кафе были распахнуты настежь.
  - Кто, Ула? - спрашивает Ваня в мертвой тишине. - Скажи нам, кто это?
  - Перед тем, как сознание покинуло меня, я услышала, как хакер говорит: 'ни хуа себе хуа'. Только один из моих друзей на всем белом свете говорит это фразу...
  Я глубоко вздохнула, сглатывая комок в горле. Говорить было очень тяжело.
  - И? Ула? - торопит Костик. - Не молчи!
  - Не торопи ее! - рявкает Усатый.
  Впервые слышу, чтобы степенный старик повысил голос. Нервы сдают совсем, видать. Усатый, сбавив тон, говорит:
  - Ула, успокойся, уравняй дыхание. Думаю, теперь нам торопиться некуда. М-да... некуда...
  Я еще раз глубоко вздохнула и, наконец, сказала имя маньяка, убившего сто пятьдесят семь человек:
  - Соломеин Андрей.
  Тишина в комнате.
  - Ты уверена? - кадык Вани дернулся. - Твой друг детства. Ты его знаешь с семи лет. Ты уверена?
  - Да. Уверена.
  - Почему? Какие доказательства?
  Я закрываю глаза. Не могу им сказать всю правду. Не могу, мне страшно озвучить, кто мы такие с Андреем. Только Ване.
  - У меня есть доказательства. Ваня, я хочу поговорить с тобой наедине. Пожалуйста, ребята. Я вас умоляю!
  - Почему? - возмутился Костик. - Мы тоже имеем право знать!
  - Да! - кивнул головой Леха.
  - Скажи нам! - требует Рыжий. - Мы тринадцать лет его ловим! Мы имеем право знать!
  - Если я назову вам доказательства, мне придется... - 'убить себя' я не договорила. - Пожалуйста, не заставляйте меня...
  Ваня встает с кровати, на которой я пластом лежала. Как позже узнала, меня перетащили из ИСКа в кровать сразу после того, как случилось аварийное отключение от Сети.
  - Все на выход! - приказывает лидер отряда. - Ула перенесла сильнейшее потрясение! Оставьте нас ненадолго одних! Обещаю, что все сказанное ею мы потом обсудим все вместе!
  - Врешь, - бурчит Костик. - Это несправедливо! Мы должны знать все! Почему он убивал? Ула, он сказал тебе?
  Я нервно сглатываю, обдумывая ситуацию. Затем решила рассказать часть правды:
  - Андрей - потомок человека, из-за которого погибло шесть миллиардов жителей планеты. Его пра-пра-прадед входил в группу ученых, создавших вирус Эбола. У него на этой почве крыша поехала. В семь лет родители бросили его и переехали в другой город, но перед этим он подслушал их разговор о том, кем был его дед. Ребенок нашел флэшку с информацией о вирусе. В его руках она оказалась бомбой, он воспользовался ею в качестве основы для компьютерного вируса.
  - Думаю, полагаю, - пробубнил Усатый, - не нужно быть гением, чтобы создать компьютерный вирус на основе данных об Эболе. Полагаю, достаточно быть просто умным. Ребенок семи лет в состоянии с этим справиться. Он был весьма одаренным ребенком, думается мне.
  - Без присмотра родителей стал монстром, - высказал свое мнение Рыжий. - Зря его предки бросили.
  - Шутишь? Он был внуком убийцы миллиардов? - изумился Паша. - Ребят, мы не зря тринадцать лет потратили!
  - Дети за грехи родителей не отвечают, - сухо сказал Олег. - Он ответит за СВОИ грехи. За смерть ста пятидесяти семи человек.
  - Да, но все же! - присоединился к Паше его друг, такой же меломан. - Это вам ни хухры-мухры! Это шесть миллиардов жителей планеты! Мы узнали фамилию одного из разработчиков вируса! Невероятно! Почти пятьсот лет никто не мог найти тварей, которые почти уничтожили человеческую цивилизацию!
  - А как нам его поймать? - озадаченно спросил один из аналитиков. - У кого-нибудь есть идеи? Как Соломеина прищучить? Сука, он у нас за все ответит!
  - Надо...
  - Тихо!!! - гаркнул на расшумевшихся после моих слов ребят Ершов. - Значит, так! Все дружно идем в бар! Нам надо обсудить эту тему! Ульяне нужен отдых!
  - Точно, она - наша гордость! - сказал Рыжий. - Маньяка поймала!
  - Дело раскрыла! Умница!
  - Да еще и красавица!
  - Огневолосая!
  - Нам тебя Бог послал в награду за тринадцать лет бесплодных поисков!
  - Ваня, повезло тебе с девушкой!
  - Вань, можно я ее обниму? Я так рад, что маньяка раскрыли!
  Я перевела взгляд на розы, стоящие в хрустальной вазе на столе. Что будет, когда они узнают, кто МОИ предки? Кто из них останется на моей стороне? А ведь узнают. Когда Андрея поймают, он все им расскажет. Вспомнят ли они тогда свои сегодняшние комплименты, сказанные мне?
  - Тихо!!! - повторил свой крик Ваня. - Мне что, повториться? Все брысь отсюда! Ула устала!
  - Да поняли мы, поняли!
  - Уже уходим!
  Мужчины по одному вышли из комнаты, гомоня, как голодные чайки на берегу моря. Мы остались с Ваней вдвоем. Макс скрылся в ванной, спустя пару секунд вернулся с половой тряпкой в руках. Он деловито начал подтирать пол.
  - Все ушли? - устало спросила я своего любимого.
  Только вот, надолго ли он мой?
  - Ушли, - улыбнулся он.
  - А двери? Закрыты? Там никто не стоит? Сходи, проверь!
  Удивившись моей просьбе, Ваня в два шага дошел до выхода из комнаты, выглянул в коридор. Затем втянул обратно голову и плотно закрыл дверь.
  - Закрыл! Врагов за стеной не обнаружено!
  Шутит. Я глубоко вздыхаю и показываю ему на стул рядом со столом:
  - Садись. Поговорить надо.
  - Ты странно себя ведешь, - заметил мужчина. - О чем-то умолчала?
  - Да. Я не смогла всем признаться, но ты должен знать.
  Мужчина перестал улыбаться, посерьезнел. Присел на стул, сложив нога на ногу. Совсем, как месяц назад, когда впервые я попала сюда, и он рассказывал мне про сетевого убийцу.
  Я привстала, оперлась о стену спиной. Сложив пальцы рук лодочкой на коленях, посмотрела на хитросплетения линий с тыльной стороны ладони.
  - Андрей мне рассказал, почему хотел убить меня...
  Я сглотнула, не в силах смотреть ему в глаза. Собралась с духом, и быстро выпалила:
  - Мой пра-пра-прадед вместе с его были убийцами шести миллиардов! Я - внучка монстра! Я вообще не должна была появиться на свет... Зачем... меня... родили?.. Как мне теперь жить?..
  Сижу, плачу.
  - Он хотел, - сквозь всхлипы рассказываю я, - Андрей хотел, чтобы я ушла из жизни прежде, чем узнала бы об этом. Он сказал, что я не переживу...
  Слышу, как Ваня со свистом втягивает внутрь себя воздух, затем скрипнул стул. Мужчина подошел ко мне, присел на кровать. Протянул руку и поднял мой подбородок. Я со страхом взглянула в его голубые глаза, ожидая увидеть в них презрение. Но... он смотрел на меня так же, как и раньше, нежно, ласково:
  - И это все?
  Всхлипнув, киваю головой. Ваня улыбается:
  - Мои родители тоже могли быть предками ученых, создавших вирус Эбола. Я сирота, возможно все.
  - Нет! Андрей сказал, что было четыре ученых, и он знает всех выживших потомков предателей. Их тоже четыре. Я, он. И еще двое, которые знают о своих предках, он не назвал, кто это.
  Ваня отпустил мой подбородок, и устало провел рукой по лицу:
  - Ула, будь ты хоть маньяком, я бы не смог от тебя отказаться. Я слишком люблю тебя.
  - Я не маньяк, - шмыгаю носом. - Я всего лишь внуучка убийииицыыы... семи... ик... миллиардов...
  - Но это действительно проблема, - задумчиво говорит Ваня. - И нужно ее решать.
  Мужчина уставился в пространство невидящим взглядом, уйдя в свои мысли. Я с надеждой посмотрела на него - кроме него, мне не на кого было полагаться. Он не отказался от меня! От одной мысли об этом на душе стало теплее. Мрак, в который меня погрузил Андрей, чуть рассеялся. Имеею ли я право жить? Смогу ли я теперь жить? Жить с таким грузом на плечах?
  - Имею ли я право жить? - тихо спросила я. - И смогу ли я жить с такой ношей на сердце? Ваня?
  Мужчина мягко улыбнулся:
  - Имеешь ли ты право жить? Безусловно. Каждый рожденный человек обладает этим правом. Глупый вопрос. А вот сможешь ли ты жить, зная, что твои предки почти уничтожили человечество - этот вопрос куда серьезней. Я долго думал, почему же полюбил тебя? Прожил почти триста лет без сильных душевных потрясений. И вдруг, как мальчишка, влюбился! Потерял голову! Я серьезно сказал, что принял бы тебя, будь ты убийцей. Даже позволил бы тебе меня убить. Сопротивляться тебе не могу. Слышала о законе Равновесия в природе?
  - Нет, - качнула головой.
  - Чтобы что-то прибыло, нужно, чтобы что-то убыло. Ты послана мне потому, что я помог одному миллиарду на земле обрести счастье. Каждый человек здоров, благодаря нанитам. Каждый человек может создать свой индивидуальный мир со своими правилами, благодаря ИСКу. Я не хвастаюсь, но это факт - мир сегодня был создан благодаря моим открытиям. Я положил на алтарь науки все, и человечество смогло жить так, как хочет. Люди могут исполнять свои желания. Но! Закон Равновесия требует своего. Он послал тебя ко мне. Тебя, чьи предки уничтожили шесть миллиардов людей. Я - создатель, ты - носитель генов разрушителей. Меня поэтому так тянет к тебе. Думаю, поэтому мне так плохо, когда тебя нет рядом. Инь и ян.
  - В темноте должен быть луч света, - вспомнила я китайскую философию. - Я читала об этом. Свет... не помню, как точно там... что-то вроде имеет каплю мрака.
  - Да, солнце мое, да. Или, мне теперь называть тебя тучкой?
  Я впервые за много часов улыбнулась:
  - Тучка - звучит интересно.
  Ваня потрепал меня по щеке:
  - Но, боюсь, я - единственный, кто встанет на твою сторону. Ула, тебе сегодня же придется покинуть это место. У меня есть охотничьи угодья, я отправлю тебя туда на скае.
  - Побег? Сегодня?
  - Да. Твой друг детства должен быть пойман. И казнен. Он - больной человек, с маниакальным расстройством психики. Он убил сто пятьдесят семь человек. Сегодня мы устроим облаву в его квартире. Уверен, он не успеет уничтожить все следы своих преступных действий. Пока что он думает, что ты погибла. Тебе повезло, что яд скорпиона вырубил тебя раньше, чем созданный им вирус. Тебе повезло, что программный баг неразработанной до конца программы выкинул тебя из ИСКа без последствий для головного мозга. Но Соломеин этого не знает. Нам надо устроить внезапную облаву, этим мы и займемся. А ты сегодня же отправляешься в мои охотничьи угодья. Вместе с Максом и Толстяком. Будешь пережидать шум там. Все будет зависеть от того, сколь много твой бывший друг станет болтать на Суде. Есть шанс, что он промолчит о твоих предках, считая, что ты уже мертва. Тогда ты сможешь вернуться к прежней жизни. Но если все же люди узнают, что Чайка - фамилия убийцы семи миллиардов, тебе лучше остаться для всего мира мертвой. Позже выйдешь за меня замуж, возьмешь мою фамилию. Хотя нет... мою фамилию ты возьмешь в любом случае. А пока тебе нужно скрыться в охотничьих угодьях. Прости, но я с тобой поехать не смогу. Хочу лично казнить эту тварь! Чтобы он наверняка сдох!
  - Это ты мне так сейчас предложение сделал? - слабо спросила я.
  - Я... э-э-э... так получилось...
  Ваня покраснел, сообразив, что ляпнул.
  - А ты против? - бросил на меня наглющий взгляд.
  Мол, а что не так? Разве будет иначе?
  - Нет. Я выйду за тебя замуж. Я люблю тебя.
  - Вот и договорились! Макс! Иди сюда!
  Робот, старательно моющий пол, подкатил к нам:
  - Чем могу помочь?
  - Собирай вещи Улы. Ты едешь вместе с ней и Толстяком в мои охотничьи угодья. Режим 'выживания в дикой природе' активируй. Собери все, что может понадобиться девушке на полгода в тайге.
  - Принято! - отреагировал робот.
  Ваня повернулся ко мне:
  - Я сейчас пойду в бар, у нас будет собрание. Сиди здесь. Толстяк принесет сюда еду. И соберет в дорогу продукты. Макс! Ты подготовь грузовой скай!
  - Там безопасно? - спрашиваю я. - Звери дикие? Что из себя представляют твои охотничьи угодья?
  - Это бревенчатая изба, две сарайки, дровенник, баня. Все огорожено высоким забором, поверх которого протянута колючая проволока. Там есть еще две моих лаборатории. Туалет, правда, на улице. ИСКа нет, но есть спутниковый интернет. И мобильная связь есть. Я звонить тебе буду часто, пугаться там нечего. Робота-сторожа зовут Степа, у него есть право на отстрел хищников. В случае опасности защитит тебя. Робот, как ты догадываешься, не совсем законный...
  - Я теперь не та наивная девочка, что была месяц назад, - обиженно говорю ему. - Теперь знаю, что в этой жизни на самом деле вообще нет правил. Человека от преступления останавливают только его моральные качества.
  Ваня почесал отросшую щетину, задумчиво посмотрел на меня:
  - Интересные у нас будут дети...
  Вечером этого же дня, не прощаясь с командой, я покинула цокольный этаж с его гостеприимными жителями. Ваня подгадал время, чтобы по коридору никто из ребят не ходил, дабы избежать лишних вопросов. Благополучно погрузив меня в грузовой скай, он вернулся к делам. Я покинула дом, в котором располагался изолятор, с тяжелым сердцем. Кто из ребят, которые стали мне дороги, останется на моей стороне после того, как по миру пронесутся фамилии ученых, создавших вирус Эбола? Все говорят, что дети за грехи родителей не отвечают. Но слишком велик масштаб преступления, совершенного моим пра-пра-прадедом. Нет, перед законом я, Ульяна Чайка, чиста. Люди - существа эмоциональные, раз до моего деда не добрались, значит, вся ненависть рода человеческого достанется мне, и закон здесь не защитит меня от нее.
  С такими мыслями я прибыла в охотничьи угодья Вани.
  Это был дикий край, находящийся далеко от России, в глубине Сибири, в Алтайской республике. Маленький домик стоял на берегу реки Мульта. Дно реки, покрытое крупными камнями, превращало поток воды в многочисленные фонтаны, сверкающие каплями под лучами солнца. Огороженная высоким забором, усадьба с одной стороны выходила на берег реки, а с другой стороны здоровалась с лесом. Богатый на разнообразие растительного мира, лес шумел великанами-соснами, хвастался пушистыми елями, гордился высокими кедрами. Березы, лиственницы, пихты... Тайга, разросшаяся, великая, была заброшена людьми, отчего свободно раскинулась почти по всей территории Азии. Кусты шиповника, малины, смородины, черемухи превращали ее в непроходимые дебри. Над ней можно было только летать, восторгаясь ее яркой, цветной шубой.
  Красота неописуемая. В этом уголке Земли я провела месяц, изолированная от людей. Компанию мне составляли роботы, белки, птицы, и медведь-шатун. Я запретила его убивать, и он частенько сидел в малиннике, растущем с восточного крыла усадьбы.
  Мне понравилось париться в бане, а затем с диким воплем выскакивать из парной и бежать окунаться в холодную реку. Бедный робот Степа! Его мое развлечение здорово напрягало - ведь я выбегала через ворота, каждый раз покидала безопасную территорию особняка. Степе был дан приказ - охранять меня любой ценой. Вот и выходило так, что я, голая, несусь по берегу реки, а по пятам за мной несется с карабином на плече Степа. А как иначе? Нужно было успеть добежать до холодной воды, пока подкожные наниты, регулирующие теплообмен, не активизировалась. И так они мне половину удовольствия в парилке испортили.
  Еще я просто влюбилась в лесную землянику, особенно с молоком и сахаром. Толстяк ездил в Закрытую Зону ближайшего города закупаться раз в неделю, привозил все продукты, что в природе найти нельзя было. Все же, я дитя городских джунглей, и без сахара и кофе прожить не могла.
   Одиночество, спокойствие леса, растущего веками на одном месте, здоровая пища, успокоили мою душу, и я решилась спросить у Вани, как продвигаются дела с Андреем. Признаться, я избегала разговоров о нем, когда общалась с любимым по смартфону. Не могла заставить себя спросить о том, жив ли, или уже казнен мой друг детства.
  В тишине, на природе мои мысли пришли в порядок. Я удивилась, как раньше не замечала злости, ожесточенности Андрея. Ведь все говорило о том, что у него психическое расстройство. И стыд, и позор мне, что не узнала во время нашей опасной 'игры' в маньяке Андрея. Он же на протяжении всего разговора матерился так же отчаянно, как мой друг! Помню, как он говорил, что ударил девушку Машу. А сколько еще было моментов, когда можно было обратить внимание на его поведение!
  Я же все эти тринадцать лет была с ним рядом. Будь я более внимательна, скольких жертв можно было бы избежать! Ведь кто с ним общался каждый день? У него рядом никого, кроме меня, не было. С семи лет! Родители бросили, других родственников не было.
  Мне было очень плохо от осознания собственного легкомыслия. Если бы я хоть раз поинтересовалась, а что же, у него, собственно, на душе, раз он так отчаянно матерится? В компании с другими людьми он был лидером, слова лишнего не позволял, ни одного нецензурного слова. Но рядом со мной его маска всегда срывалась. А я все равно не видела его истинного лица.
  Я боялась спросить у Вани о своем друге.
  И... да, не могла спросить, ненавидит ли теперь меня весь мир.
  По этим двум причинам я откладывала серьезный разговор, как могла.
  Но в один из дней я все-таки решилась. Сидя на крыльце в компании с белкой, что грызла шишку напротив меня на одном из деревьев за оградой, я набрала Ваню по смартфону.
  - Вань, привет, - улыбаюсь в видеокамеру.
  Любимый стоит в грузовом скае, куда-то летит.
  - Привет! - радуется он моему звонку. - А я как раз к тебе лечу! За тобой! Ула, все закончилось. Я молчал, пока судебное дело шло. Но вчера - вчера все закончилось.
  - Андрей? Что... что с ним?
  - Казнен. Его кремировали. Я везу прах тебе. Ты единственная, кто плачет о нем. Я ненавижу его всей душой, он убил моего сына. Я бы лично его придушил, а его труп выкинул бы на съедение волкам где-нибудь на Аляске. Но для тебя он был другом...
  - Я не плачу! - перебиваю я его, и только после слов Вани понимаю, что горькие слезы катятся по моим щекам.
  
  Глава 17
  Белая фарфоровая ваза в форме груши, лишенная украшения - вот и все, что осталось от моего друга детства. Схватив ее, я сидела на крыльце бревенчатой избы и слушала, что говорит Ваня. Он подлетел пару минут назад, застал меня в той же позе, в какой была в момент телефонного разговора с ним. А ведь час прошел. Думаю, на целый час выпала из реальности, погрузившись в горе.
  Ваня легко спрыгнул со ская во дворе, широкими шагами прошел ко мне и вместо слов приветствия протянул прах Андрея.
  - Вчера казнили, - сказал он, глядя на меня сверху вниз. - Был обвинен в смерти ста пятидесяти семи человек. Он дал признательные показания. Есть видеозаписи из зала Суда, хочешь - можешь просмотреть. Мы устроили облаву в ночь после твоего отъезда. Он находился в ИСКе, когда мы ворвались в его квартиру. Его отключили от Сети вручную, через аварийную панель управления ИСКом. Карта памяти целая и невредимая была передана в Суд - на ней доказательства всех убийств Соломеина. За тринадцать лет его ИСК ни разу не проходил техосмотр, и ни разу карта памяти не менялась. При аресте он сопротивления не оказывал.
  Я крепко сжимаю вазу в своих объятиях и тихо спрашиваю:
  - Что он говорил на суде?
  Ваня почесал бороду, заметно отросшую за месяц, и, подбирая слова, ответил:
  - Он был признан психически здоровым. Многочисленные тесты не выявили отклонений от нормы, все преступления Соломеин совершал в здравом уме и твердой памяти. Такова официальная версия. На самом деле Мировое Правительство скрыло от общественности реальные результаты психологических тестов. Я их видел. Твой друг был психически нездоров.
  - Зачем они это сделали? Мировое Правительство?
  - Дело получило широкий общественный резонанс. Началась всеобщая истерия и паника. Нужно было успокоить население Земли. Сама понимаешь, в наш век нанитов и ИСКов сетевой маньяк напугал всех до предела. Официальное заявление - злой гений продолжил дело прадеда, примерно так.
  - Я не стану смотреть записи, - сказала я Ване. - Он сказал, зачем он убивал? Смог объяснить?
  Ваня с готовностью рассказал:
  - На вопрос судьи 'зачем?', ответил, что было 'весело'. Ула, он знал, что ты выжила. Мне удалось поговорить с ним перед казнью. Я ходил в Изолятор, разговаривал с ним. Когда пришел, он накинулся на меня с обвинениями, что из-за меня ему пришлось собственноручно убить близкого ему человека. Я сказал, что ты выжила.
  - Как он отреагировал на это?
  - Сказал, что лучше б ты умерла. Есть еще кое-что, милая... Он не стал рассказывать на Суде о трех других ученых, создавших вирус Эбола. Но во время свиданки сказал мне следующее: 'это была наша судьба, что мы все четверо пересеклись'. И добавил: 'из нас получилась неплохая четверка друзей, детей Дьяволов'. Признаюсь, я во время облавы сделал вид, что не знаю о сейфе в квартире. Его не нашли. Позже прокрался туда, нашел сейф, присвоил себе все содержимое. Там были старые, почти истлевшие дневники и флэшка с информаций о вирусе Эбола. Я прочитал все. Четыре фамилии ученых, работавших над вирусом, тоже были написаны. Соломеин, Чайка, Немец и Анисимов. Ула, то были русские ученые, нанятые одной страной для создания вируса.
  Услышав Ваню, я почему-то не удивилась. На уровне подсознания уже знала ответ, кто были остальные двое внуков предателей рода человеческого.
  - Ула, тебе решать, что дальше делать. Соломеин умер и унес тайну о трех остальных ученых, погубивших мир, с собой в могилу. Если хочешь, мы можем воскресить тебя. Ты же числишься мертвой. Но я предлагаю все же тебе взять мою фамилию. Ула, я рассказал членам команды о тебе.
  Я поднимаю на него взгляд. Смотрит, сосредоточен и серьезен.
  - И? Как они отреагировали?
  - Промолчали. Мне надо было объяснить им твое исчезновение тем вечером. Ребята не из болтливых, и... я хотел проверить на них, проверить их реакцию на правду о тебе. Сглупил. В биохимии и нанотехнологиях я разбираюсь лучше, чем в людях. Ребята промолчали. Они не стали трубить о твоей тайне на весь белый свет, но и желание увидеться с тобой у них не появилось. Так что делаем? Возвращаем твое имя, воскрешаем из мертвых, или же ты выходишь за меня замуж? Станешь Ершовой Ульяной?
  Я качнула головой:
  - Нет, Ваня. То есть да... В смысле, я верну себе свое имя. Я долго думала... и решила, что не могу отказаться от своей фамилии. В моих жилах - кровь труса и предателя, кровь чудовища, уничтожившего шесть миллиардов людей. Я не поступлю так, как он. Не стану накладывать на себя руки. Я буду жить с этим клеймом позора всю оставшуюся жизнь. Если мир узнает мою тайну - вытерплю все, что он со мной сотворит. Замуж за тебя выйду как Ульяна Чайка, внучка убийцы. Ты не против?
  - Против ли я? - изумился Ваня. - Милая, я обоими руками 'за'! Я говорил, что всегда буду на твоей стороне. Ты для меня - все в этом мире. Я стерпел любовь человечества, могу вытерпеть и ненависть мира. И в первом, и во втором случае результат один - мое имя будут склонять на все лады. Задушит человечество меня в объятиях, или закидает гнилыми помидорами - мне все равно. Когда свадьба? Когда регистрироваться пойдем? Я и так уже замучился ждать! Я не каменный! Я - мужчина! И хочу обладать тобой без остатка. Я хочу быть уверен, что ты от меня никуда не уйдешь и всегда будешь рядом.
  Я слабо улыбаюсь его горячности. Всю вытерплю, если он будет рядом.
  - Надо мне сначала имя вернуть.
  
  В жизни нет добра или зла в чистом виде, Ваня был прав, когда говорил о законе Равновесия. Убийца, уничтоживший шесть миллиардов жителей планеты, являлся моим далеким предком. Близкий друг, с которым мы провели детство, юношество и первые шаги после совершеннолетия, оказался маньяком. Стала ли я ненавидеть мир из-за них? Нет. Зато я лучше стала понимать своих родителей. Теперь во мне нет обиды на их слова, что я - их 'говно'. Ведь на самом деле это оказалось действительно так.
  Я вернула себе имя и заявилась на порог родительской квартиры. Как обычно, меня никто не встретил, и мне пришлось в аватаре Деда Серафима заявиться в их любимую игру 'Двадцать первый век'.
  - Мать моя женщина! - ахнул отец при виде меня.
  Он собирался на рыбалку, деловито прогуливаясь в своем гараже между 'Крузером' и мопедом брата.
  - Живая! Тьфу-тьфу-тьфу! Чур, меня, чур!
  - Где мама?
  - Э-э... На пляж с детьми пошла.
  Я потопталась на пороге гаража, покосилась на вяленых карасей, свисающих с бельевой веревки, и спросила у остолбеневшего отца:
  - Слышал про Андрея Соломеина?
  - Про Андрея? А что с ним?
  - Он маньяком был. Сто пятьдесят семь человек убил.
  - Мать моя женщина! - по-бабьи всплеснул руками батя.
  Как я и думала, отец совершенно не следит за новостями в реальном мире.
  - Он подставил меня. Это он взломал краба, а меня ложно обвинили. Ершов Ваня спас от казни и... спрятал до поимки Андрея. Его поймали, и я смогла восстановить свои данные. Раньше - не могла, опасалась за свою жизнь.
  Я не стала рассказывать, что входила в отряд Ершова и была в его команде. И про то, что именно я сдала Андрея в руки правосудия, тоже не стала рассказывать.
  - Да ты что!
  Отец стоит в своих смешных серых шортах и ярко-желтой рубахе, таращится на меня, раскрыв рот от удивления.
  - Пап, это... Я знаю про маму. Я знаю, кто был ее пра-пра-прадедом.
  Отец вмиг посерьезнел, взяв себя в руки после первого шока от моего появления:
  - Откуда?
  - Андрей рассказал перед смертью... Пап, передай маме, что мне очень жаль. И скажи, что я сейчас очень счастлива! Она ведь боялась этого, да? Боялась, что я повторю ее судьбу - согнусь под тяжестью вины, возненавижу и себя, и вас, своих родителей, и весь этот мир. Она ведь очень этого боялась, да? Боялась, что я под гнетом совести превращусь в монстра. Можешь мне не отвечать, я знаю, что права. Оттого и была со мной так холодна. Лучше ненавидеть меня, чем любить, а потом видеть мою ненависть к себе. Оттого вы с ней и создали здесь семью, здесь, в вирте, где вы - обычные люди. Потому вы с ней здесь и живете. Я ваша реальная, родная дочь, и очень хорошо вас понимаю! Пап, я вас очень люблю. И тебя, и маму.
  Отец коротко кивнул головой. У него на глазах выступили слезы, а нос покраснел.
  - И вот еще что - в конце месяца у меня свадьба! Приходите! Я замуж выхожу! Пап, твой отец - сам Ершов Иван Владимирович! Он сказал, что тоже любит рыбалку, и непрочь порыбачить с тобой.
  - Я... буду рад... - сдавленным от эмоций голосом сказал отец. - А ты повзрослела, дочь...
  Поговорив с отцом о мелочах, сообщив, что я забрала карту памяти Бафа, я вышла из игры, так и не встретившись с матерью. Я теперь понимаю, почему ей было каждый раз очень тяжело общаться со мной.
  Родители пришли ко мне на свадьбу, но, то было позже.
  До свадьбы я встретилась со многими людьми. С Дэном и Жэкой. Радости было!!!
  - Прости Господи! - сказал Жэка, перекрестившись. - Зомбя!
  Я заявилась к нему на работу в Закрытую Зону России. Он усердно следил за роботами на молокозаводе. Я, надев белый халат, зашла в его кабинет Наблюдателя. Поначалу он меня не заметил, занятый разговором с роботом по микрофону. Робот по радиотрубке спрашивал, что делать с браком. А Жэка злился и кричал, чтобы он это скисшее молоко 'засунул себе в жопу, прости Господи'!
  - Сам 'зомбя', - сердито ответила я. - Здорово, друг! Как жизнь?
  - Как? Ты кто? Как так? Ты же отошла в мир иной!
  - Да живая я. Ершов от казни спас, казнь была фиктивной. Про Андрюху слышал?
  Жэка помрачнел, буркнул:
  - Слышал.
  - Это он меня подставил. Свихнулся совсем. Думал, что я не переживу правду о своих предках, и решил меня 'гуманно' казнить!
  - Так ты знаешь о том, кто мы? - сдвинув густые брови, уточнил он.
  - Он сказал. А вы с Дэном? Как давно знаете?
  - Я в тринадцать лет взломал аккаунт отца и залез в его дневники. Оттуда и узнал. А Дэн - лет в восемнадцать, кажется. Ему отец рассказал.
  - Одна я не знала, да?
  - А зачем? Зачем тебе это надо было знать? Ты была такой счастливой! В тебе было столько любви и радости к жизни! Мы просто не смогли тебе рассказать о том, что ты одна из нас, одна из детей проклятых родителей.
  Я улыбнулась ему:
  - Как видишь, я узнала и со мной все хорошо. Ершов спас меня. Кстати, приходи на мою свадьбу! В конце месяца, в Италии будем праздновать!
  - Да ты что! - передразнил мою сияющую улыбку друг. - И кто счастливый жених?
  - Ершов Ваня!
  Жэка подскочил со стула с воплем:
  - Ершов!!! Мой кумир! А автограф он мне даст? Даст, а?
  - Да даст, даст, - смеюсь я. - А ты как? Женился на Машке?
  - А то! - усмехнулся Жэка своей кривой из-за шрама улыбкой. - Три недели назад свадьбу сыграли! Я теперь женатый человек, и больше в твои авантюры не играю! И вообще, могла бы и не показываться на глаза! Я по тебе не скучал! Явилась тут, отвлекаешь от работы.
  Я хихикаю, а потом подкалываю:
  - А я пользовалась аккаунтом Ершова Дмитрия. Помнишь Хайра? Так вот, это была я! Андрюха уничтожил аккаунт своим вирусом, его сейчас не существует. Там неплохая экипировка была, и скиллы у перса ничего так.
  У Жэки заалели сначала уши, затем щеки, а потом краска стыда залила все лицо и шею. Он смущенно почесал пальцем свой шрам.
  - Да я... это...
  - Все путем! - сжалилась я над ним.
  Ведь ни за что не признает, что я для него бесценный друг. И то, что спрашивал у меня в 'Пище', где меня похоронили. Скажет, что не было такого.
  - Жэка, а кто такая Решеткова Мария? Слышала, себя убила. Она не была, случайно, подругой Андрея?
  Жэка задумчиво почесал макушку:
  - Решеткова... Решеткова... Ну, последняя краля Андрюхи - Бабина Мария. А кто такая это Решеткова, я понятия не имею.
  - Ясно.
  С души словно камень свалился. Андрюха женщин не убивал, за одним исключением - за исключением меня. Может, и в прошлый раз меня спасла вовсе не ошибка в программе 'Яд Скорпиона'? А Андрей просто не смог убить свою подругу детства? Ответ на этот вопрос знал только он, и он унес его с собой в могилу.
  С Жэкой мы расстались, обменявшись новым адресами. Я перебиралась жить в Италию вместе с Ваней, он - переезжал в дом номер 7, ему тесть выделил квартиру для их молодой семьи.
  Жэка вместе с женой, у которой был живот размером с воздушный шар, так же приехали на нашу свадьбу.
  С Дэном я не осмелилась встретиться в реале. Взяла у Вани карту памяти своего старого ИСКа, активировала ее и вошла в одну из игр, где он постоянно околачивался. Нет, не в 'Пищу Богов'! Ноги моей больше не будет в этой кровавой игре!
  Дэна я нашла в игре 'Подкова'. Чем в ней игроки занимались? Создавали себе любовников и ходили с ним по ресторанам, по бассейнам, на море ездили, на дирижабле катались, блины стряпали после секса.
  Мой друг нашелся в пентхаусе небоскреба. Загорал на лежаке в компании со своей очередной 'Машей'. Длинноногая блондинка с загорелой, почти шоколадной кожей. Эх, Дэн, Дэн, любишь же ты красивых женщин и красивую жизнь.
  - Дэн, привет, - просто сказал я ему.
  Взломать код на двери квартиры для меня было раз плюнуть - Дэн не заморачивался, везде ставил дату своего рождения.
  Он никак не отреагировал. Как лежал в шезлонге, так и остался лежать в своих черных купальных трусах и черных очках с золотой оправой. Здесь он был загорелым мачо с 'кубиками' в местах пресса.
  - Дэн? Ты меня слышишь? Привет, говорю!
  Молчит.
  - Как дела?
  Снимает темные очки, смотрит на меня и молчит. А я пожалела, что встретилась с ним в вирте. По его незнакомому цифровому лицу сложно было понять его истинные мысли.
  - Нет, - наконец, говорит он.
  - Что 'нет'? - не врубаюсь я.
  - Я не приду на твою свадьбу.
  - Откуда ты знаешь?
  - Жэка сказал. У меня только один друг остался.
  И опять молчит.
  - Дэн? - тихо зову его по имени. - Почему?
  - Ты сама не догадываешься? - его голос полон иронии. - Догадываешься. Ты все знаешь. Иначе не пришла бы ко мне в вирте, а пришла бы в реале.
  - Дэнни, кто это? - томно спрашивает блондинка-ВИП в шезлонге.
  - Дорогая, хочешь мороженое?
  - Хочу!
  - Ну, так сходи, принеси!
  Блондинка царственно встает и уходит с крыши. Солнечные блики отражаются в воде бассейна, словно приглашают окунуться в голубую прохладу. Я смотрю на воду, а не на Дэна. И потому не заметила, как он очутился рядом со мной. Миг - и вот уже его руки крепко сжимают мои плечи. Он пристально смотрит в мои глаза и спрашивает:
  - Так сложно было мне довериться? Так сложно? Один лишь намек... Тогда, в изоляторе! Слабый намек на то, что ты не умрешь! Так сложно было это сделать?
  Я поднимаю руку и крепко сжимаю его ладонь на своем плече:
  - Прости меня, Дэн. Пожалуйста, если можешь, прости.
  - Ты уверена? - сильно сжимает он мои плечи. - Я тебя никогда не оставлю! А Ершов! Да кто он такой? Он сбежит, когда узнает, кто твой прадед!
  - Дэн, он знает. Он все про меня знает. Прости, но я люблю его.
  Я была намеренно жестока. Он должен был отбросить все мысли обо мне, чтобы освободить свое сердце для другой девушки. Именно поэтому я все же навестила его. Знала, что встреча будет тяжелой, но пришла.
  Дэн ослабляет свою хватку. Его руки безвольно падают вниз. Он отворачивается от меня, возвращается обратно к лежаку. Вольготно разваливается на нем.
  - Уходи, - говорит. - Больше никогда не ищи меня. Не звони, не пиши. Если встретимся, обходи по широкой дуге. Я не хочу тебя больше видеть.
  Я отворачиваюсь от него и как сомнамбула двигаюсь к выходу. Слышу вдруг окрик:
  - Ула!
  Останавливаюсь, смотрю назад. Дэн тихо говорит:
  - Я рад, что ты жива.
  И надевает темные очки. Я улыбаюсь.
  На свадьбу Дэн не пришел.
  Так я восстановила все свои прошлые связи. Хотя нет, был еще один человек. Не совсем человек, но все же...
  В той же игре 'Подкова'. Когда я пришла к себе домой, в свое бывшее любовное гнездышко, где мы раньше проживали с мои виртуальным мужем, меня в прямом смысле слова на порог не пустили.
  - Изменщица! - ткнул в меня пальцем муж-ВИП. - Ты чего явилась?
  - Ну, подать документы на развод.
  Вообще-то я хотела отправить его в архив вместе с домом.
  - На развод??? Да ты еще три месяца назад подала заявление на развод!!! Мы с тобой уже три месяца как в разводе! Предательница! Изменщица! Убирайся!
  Я остолбенела. Три месяца назад? Подсчитываю сроки и тихо смеюсь. Так вот, чем занимался Ершов в моих аккаунтах! Помню, что он говорил, будто общался с моим 'мужем'. Вот дает! У нас тогда даже романом между нами не пахло! Или это только я так думаю? Выходит, Ваня чуть ли не на следующий день после знакомства со мной избавился от 'конкурента'. Просто невероятно. Ваня, ты попался...
  Было еще много людей, изумленных моим 'воскрешением'.
  У меня 'онлайн' друзей почти тысяча. Время, в котором я проживаю сейчас, это время сетевых игр, объединяющих человечество шести континентов. У меня есть друзья из Индии, из Японии, из Англии, из каждого города по всей Земле. Друзья 'по вирту', друзья онлайн, это те, с кем я никогда не встречалась, но кто искренне интересовался моей судьбой. Друзья ли они мне в полном смысле этого слова? Конечно, нет. Узнают они о моем предке, все отвернутся от меня, без исключений. Ведь они не знают меня как личность. Так что это скорее 'живые информационные точки', как сказал Ваня, это просто 'попутчики'. Мы идем с ними в одном направлении. Нам с ними по одному пути идти и в будущем. Поэтому я потратила много времени, отвечая на их расспросы. 'Попутчики' в нашей жизни так же важны, как и настоящие друзья. Вместе по жизни шагать гораздо веселее.
  На нашу с Ваней свадьбу пришли и некоторые члены отряда Ершова, знающих мою тайну происхождения. Ребята, с которыми я общалась больше всего - Рыжий, Костик, Леха, Олег. И, конечно, пришел Усатый. Ну, а куда без него? На каждой свадьбе должен быть тот, кто много ест. Иначе, кто все эти роскошества, приготовленные под присмотром Толстяка, съел бы? Креветки, кальмары, лосось, стейки, курица... и все приготовлено по лучшим рецептам, отобранным проводником Сети.
   На нашей с Ваней свадьбе шампанское лилось рекой, столы ломились от обилия еды. Свадьба была яркой и запоминающейся.
  После нее была самая прекрасная ночь в моей жизни...
  Но это начало уже совсем другой истории, не так ли?..
Оценка: 9.45*6  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Я.Логвин "Ботаники не сдаются!" (Современный любовный роман) | | Д.Дэвлин, "Сбежать от стального короля" (Приключенческое фэнтези) | | Л.Манило "Назад дороги нет" (Женский роман) | | О.Обская "Босс-обманщик, или Кто кого?" (Женский роман) | | О.Герр "Захватчик" (Любовное фэнтези) | | В.Елисеева "Черная кошка для генерала. Книга вторая." (Любовное фэнтези) | | М.Весенняя "Чужая невеста" (Женский роман) | | А.Ганова "Тилья из Гронвиля" (Подростковая проза) | | А.Субботина "Цыпочка на побегушках" (Попаданцы в другие миры) | | М.Светлова "Следователь Угро для дракона. Отбор" (Юмористическое фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"