Alex Brom: другие произведения.

Бензин и Урри

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


БойКот1 - "Бензин и Урри"

   Пахло ацетоном... пахло аммиаком и еще трупами...
   Два человека спорили:
   - Ты что совсем ополоумел? Есть машина, а где мы тебе возьмем бензин? Опомнись Ганс! Ты что совсем спекся на передовой? Война кругом, вокруг раненые. Я, конечно, понимаю, что она твоя жена, но и ты меня пойми! Да, в госпитале Виктория ей помогут. У них-то спокойнее, да и оборудование лучше. Всего каких-то сто километров, но как мы доберемся? Кругом повстанцы, да и армия коалиции уже весь город перепахала. И киберсталкеры беспокоят, куда не пойдешь везде эти уроды, с наноимплантатами. А еще "Кровавое око" со своими вездесущими снайперами! Пойми - надо просто переждать пока немного потише станет, сейчас никак.
   Глаза Ганса увлажнились, а зрачки наполнились озерами колкости и холода.
   - Где я могу достать этот проклятый бензин? - спросил он едва слышным сиплым голосом.
   - Не нужно на меня так смотреть, я не Бог, а всего лишь врач, причем не лучший! Обычный военлекарь! Не губи ты хоть себя то!
   - Я спросил, где я могу достать этот проклятый бензин?
   Доктор сдался, и немного отступил, потом едва нащупал боковым зрением стул и попытался сесть. Он едва не промахнулся. Кое-как умостился, тяжело обхватил голову тощими жилистыми руками и тихонько завыл.
   - За что вы меня так терзаете? За что... я же делаю все что могу.
   - Я не прошу тебя делать нечто выше твоих сил, моя жена беременна. Ты это понимаешь? Я не прошу тебя сдать кровь и перегнать её в бензин. Я не прошу тебя бежать по минному полю на четверть кабельтова (1) за раненными. Я просто спрашиваю, где можно достать бензин для машины? И учти - если не скажешь, не посмотрю что ты доктор, выбью из тебя сведения.
   - Ладно, не стращай, сами паленные. Где же еще как не в городе. Только если сдохнешь, не говори, что я тебя не предупреждал!
   Ганс ухмыльнулся и уже уходя бросил:
   - Ты или одна из твоих медсестер поедут со мной и моей женой, когда я раздобуду бензин. А до той поры только попробуй потерять её, ты меня знаешь, угрожать не буду, бесполезно. Но учти, после того как я все потерял, я не переживу этого. Я взорву все и вас и их, - Ганс качнул головой куда-то в сторону.
   Доктор был на грани нервного срыва, это отчетливо читалось в его пуговичных глазах. Кто был более безумен из этих двоих?..
  
   Урри закончил полоскать глотку. Он бы ничего такого не стал делать, но уж больно отвратительно было во рту, да и потом доктора настаивали. Он опустил голову в низкодонную чашу, наполненную спецраствором, зашлепал языком на манер кошки. Постепенно все стекла выпали сами собой, наконец, Урри мог сглатывать без боли. Он немного помахал непривычно подвижным языком в воздухе. Сглотнул по обоженному горлу и опять не почувствовал обыденного привкуса боли смешанного с осколками стекла.
   Урри хихикнул.
   - Урри... архк.
   Медсестра тоскливо посмотрела в его сторону - огромный парень со странной кожей, больше походящей на апельсиновую корку, и по цвету, и на ощупь. Ни дать, ни взять - мутант.
   Из соседнего коридора вышел седовласый человек с усталыми глазами. На ремне через плечо, безжизненно раскачивалась снайперская винтовка. Одет он был в потрепанную военную форму пилота, поверх который был надет ржавый бронежилет. Человек прихрамывал на правую ногу. Мутант почувствовал приближение знакомого и обернулся.
   Ганс был каким-то грустным.
   В больном мозгу получеловека, яркими бликами вспыхнули недавние воспоминания.
   ...Разрываются авиационные снаряды, и они с Гансом бегут через стальное крошево городских улиц, и они несут раненую подругу Ганса.
   Урри никогда не понимал, почему подруга Ганса всегда как-то настороженно относилась к нему. И чем это он отличался от Ганса?
   Он озадаченно оглядел свои руки. Потом провел ладонью по лысой пупырчатой коже головы...
   Ганс подошел несмело, так как он обычно подходил к тяжело раненным и заведомо обреченным товарищам.
   - Я не в праве тебя просить идти со мной. Я знаю, что где-то глубоко в тебе сидит человек, где-то там есть сознание, - Ганс умоляюще смотрел в копеечные глазки недоумевающего Урри, - и пусть все говорят, что ты уже не человек. Я-то знаю, приятель, что они сильно ошибаются. Помнишь, мы спасали Фою?
   - Уррари, - оживился Урри.
   - Мы должны опять её спасти, теперь ей нужна наша помощь еще больше. Понимаешь? Мы пойдем к грозовым облакам и огромным огненным пчелам, мы пойдем, - глаза Ганса опять увлажнились и он отвернулся. - Мы пойдем и возможно умрем, но мы должны пойти, потому что я хочу, что бы она жила.
   - Урра-риру, - запротестовал Урри.
   - Понимаю, ты не любишь огненных пчел и небесный гром. Но громовые тучи заберут Фою, если я не найду бензин!
   - Уррурин?
   - Да, бензин, это такая вкусно пахнущая жидкость. Она вылечит Фою, но без неё она погибнет. Ну что братуха, поможешь мне в последний раз?
   Урри ухмыльнулся и постучал себя по накачанной груди.
   -Аррара - ра!
   С важным видом мутант поднес к губам специальную чашу... Глаза медсестры округлились, первые мгновения она даже не нашлась что сказать.
   - Что же ты делаешь скотина! Куда жрешь?! Стой! - протестовала она.
   Урри допил питательный раствор, сильно отдающий запахом спирта, и медленно двинулся за прихрамывающим Гансом. В спину слышались бессвязные проклятья и ругань, дескать, питательный раствор никак не предназначался для внутреннего применения.
   Минуту спустя приятели прошла охранный пост и двинулась к развалинам города. Урри периодически громогласно отрыгивал и топал как маленький слон, на нем побрякивали растерзанные металлические доспехи.
   Далеко остались улицы спальных районов. Урри и Ганс продвигались к центру города, сквозь развалины зданий и груды мусора, смрад разлагающихся трупов людей и животных. Местами лежали неразорвавшиеся снаряды, по временам слышались далекие одиночные выстрелы.
   Ганс тихо и незаметно пробирался между груды развалин, как хитрая змея увидавшая проворного тушканчика. Вдруг земля под ногами захрапела мириадами грязных гейзеров, заскрежетало и зазвенело железо нагрудного бронежилета. Ганса отбросило в сторону. Задыхаясь от боли, он заполз в какую-то трубу, где потерял сознание.
   Урри что-то заорал, но Ганс этого уже не слышал.
  
   Мутант очнулся в какой-то комнате. Было тихо, лишь ветер бередил обгоревшие страницы книг, лежавших на полу неподалеку. Из дальнего угла двинулась тень. Урри насторожился.
   - Ну и тяжел же ты дружище! - сказал Ганс, - пара бы уже очухаться, второй час уже отдыхаешь.
   Урри нехотя дотронулся до свежего рубца, тут же тихо рыча от боли, отдернул грязную лапищу. Ганс подошел к окну и прильнул к оптическому прицелу.
   Шлорх, шлорх, - послышалось дважды. Ганс перевел взгляд на Урри и подмигнул ему. - Еще две зарубки на моей винтовке.
   Последняя фраза всколыхнула в больном разуме Урри какую-то знакомую ситуацию, он схватился за голову и тихо завывая, повалился навзничь...
   - Ты бы еще себе на мозгах зарубку сделал, недоносок, - голоса растаяли. Урри часто моргал, раскачиваясь из стороны в сторону. Голова страшно кружилась.
   - Что Урри, опять приходы у тебя, - добродушно улыбнулся Ганс.
   - Аргх, - огрызнулся мутант.
   Ганс степенно надвинул респиратор на лицо и прильнул к оптическому прицелу, потом тихо ругнулся и приладил на место оптического прицела инфракрасный.
   Было тихо, медленно двигались далекие звезды, казалось, дремало само время в этот поздний час.
   Ганс стоял тихо, закутавшись в походный плащ. Холод начал пробирать Урри и он раздраженно поежился, затем дотронулся до замерзшего бицепса правой руки и едва сдерживая рычание, медленно отделил слазившую кожу. (Кожа у него всегда слазила, когда он переохлаждался).
   Ганс мельком перевел взгляд на Урри и зашипел:
   - Знаю парень, ты тепло любишь, ну извини уж, завтра будет тепло, потерпи, немного уже осталось.
   "Даже жарче, чем ты себе можешь представить" - пронеслось в голове Ганса.
   Урри нервозно почесал подбородок, затем кадык, потом извлек из какого-то кармана небольшой сверток. Аккуратно развернул и достал... что-то грушеобразное. Послышался хруст стекла и довольное урчание вперемешку с чавканьем.
   Ганс слишком поздно обернулся.
   - Ой, ну опять ты за старое! Где ты на сей раз, лампочку-то умыкнул? Только не говори, что в женском сортире!
   Урри недоуменно остановился, покрутил пальцем у виска. Потом потыкал пальцем в свою грудь и подергал себя за несуществующие волосы и показал на язык.
   - Ничего у тебя не растет в глотке, мы тысячу раз проверяли, ничего расти не может, понимаешь?
   Урри сглотнул пару осколков, а затем сплюнул в сторону. Аппетит был окончательно испорчен. Он обиженно отвернулся от Ганса и сделал вид что уснул.
   С древнего, угольно черного неба ласково смотрели седые звезды.
   - И нечего на меня дуться, возьми себя в руки, ты же мужик! Десантником, небось, был раньше... - тираду прервал хлопок винтовки. - Я уж не знаю, что там и как, но поверь мне все твои выверты и извороты знаю на пересчет, и не потому, что мы с тобой знакомы вот уже четыре месяца, а потому что сам когда-то в десанте был.
   Урри нехотя нагреб на себя ворох горелых листов, устроился поудобнее, взял одну книжку и бессмысленным взором уткнулся в неё.
   - Че, читать научился? - съязвил Ганс.
   В непроглядной тьме Урри держал почти перед носом полуобгорелые страницы. Текст был верх тормашками, но Урри не знал что такое этими самыми "тормашками" и потому удивительным образом слушал книгу. Жесткий натянутый голос жандарма кричал почти в ухо каждое слово...
   Книга была наполнена воспоминаниями какого-то человека гонявшегося всю жизнь неизвестно за чем.
   "...Он был никем и ничем, и единственным смыслом жизни для него в этом неправильном эгоистичном мире было одно - донести, не расплескав кувшин, наполненный своими мыслями. Беда была не в том, что сосуд был дыряв или наполнен лишь на треть, проблема была в том, что таких умников как он было много. Его мысли никому не были нужны. Но он продолжал неустанно и неусыпно верить в божественное провидение направляющее его длань. Он совершенствовал свое мастерство, не обращая внимания на жесткую критику и лукавые речи конкурентов. Он был всем и был никем. Таких как он были тысячи... миллионы, миллиарды. И все же, он был одним единственным, тем, кто умеет любить и ненавидеть одновременно. Ему судьба подарила новую жизнь, и он благодарно проживал каждый день этой вновь обретенной жизни. Каждый день он воздавал хвалу Единому, каждый день он неустанно трудился, надеясь на одно лишь чудо. Он надеялся на чудо, как это не было парадоксально, потому что больше ни на что надеяться он не мог. Все окрест его рушилось, знакомый с детства мир превращался медленно и неотвратимо в отвратительно бурлящее болото, в котором мерзко копошились различные насекомые.
   Был день и ему приснился Ра - древний дух, которому поклонялись египтяне. И Ра говорил с ним, с безумным и заблудшим смертным. Ра властным жестом подозвал неугомонную душу искателя. Ра заставил заглянуть в глаза безумной и слепой колдунье, которая была у него на посылках... и то, что увидел искатель в топкой глубине мутных глаз старухи, не давало ему заснуть долгие ночи. Он видел, как гниет его молодая плоть, как обугливает кислота его кости, как ежится его хрупкая кожа, опадая в болотную трясину черными хлопьями. И вот он сам - не он, а скелет. И лишь пустые глазницы на месте живых и проницательных глаз. И лишь пустота на месте носа. Лишь костяная улыбка взамен губ целовавших любимую. Ничего нет, он никто и ничто... и еще через мгновенье ураган черных бабочек вылетает из его груди, а затем кости разваливаются, и их поглощает болото... - Эту картину десятки раз представлял он себе и не мог заснуть, потому что не желал кануть в болото безымянным искателем, потому что больше не мог ждать и не мог молчать. Теперь он говорил, теперь он кричал, наперебой заглушая голоса тысяч других. И за ним была истина, и за ним была справедливость, но его никто не слышал и не слушал..."
   Урри широко зевнул и тяжело опустил голову на пол в надежде уснуть. В голове рвались тысячи снарядов и тысячи гренадеров вновь и вновь кричали Урри в след:
   - Все это чушь, все это чушь! Глупый безумный мир за окном, тишина и мы лишь вдвоем!
   Плясали доктора и гонялись за Урри окоченелые трупы. Он вздрагивал во сне, а Ганс украдкой поглядывал на друга.
   - Ну, прям двенадцатилетний мальчишка, даром, что двух метровый великан с силой как у лошади... Спи Урри, завтра тяжелый день.
   Сквозь разлом в потолке заглядывала ледяным оком Луна. Ветер нагнал неизвестно откуда тучи, зашелестели, зарябили перед перекрестьем тысячи хрупких светлячков. Они вспыхивали на расстоянии вытянутой руки и гасли, вспыхивали и гасли...
   Светлячки образовывали успокаивающий вальс, осыпались с неба и, пролетев перед самым носом, плыли куда-то вниз к подножью здания, куда-то далеко вниз, где терялось земля в окутавшей её черной пустоте...
   А если протянуть руку, то светлячок падает на ладонь, танцует, все медленнее и медленнее, превращаясь в слезу.
   Снежинки запорошили все кругом. Не было свободного места, где бы ни ступала нога снежного балета... Ганс позволил себе уснуть.
  
   - Чу! - встрепенулся Ганс. Урри тряхнул его, так что чуть не сломал шейные позвонки.
   Рассветный час давно минул, город наполнялся золотом далекого светила, золотом и слякотью.
   Урри всегда после сна был очень злой, а теперь еще и чесалось горло. Он был зол на все вокруг и на слякоть, и на прохладу утра и на голодный желудок, мерно урчащий в такт настроению.
   Мутант сердился, его кровь циркулировала все быстрее. Глаза наполнились кровожадным задором. Ганс как-то нерешительно семенил позади. Великан шлепал босыми ногами по холодным ступеням, покрытым склизкой кашей из грязи и снега.
   Наконец они вышли из дома, служившим всю ночь убежищем.
   - Знаешь, Урри, мне ведь снился сегодня дурацкий сон. Тебе-то сны не снятся, знаю, а вот мне снился.
   Они медленно пробирались сквозь горы мусора. Растерзанные авиационными бомбами скелеты зданий нависали над головой. Призрачный лес из осколков цивилизации накрывал туман.
   Под ногами: каша из пепла, крошево стали, осколки неба... Тысячи осколков неба, некогда составлявших полупрозрачные стены офисов, теперь лежали в грязи поверженные и униженные. Город пал, не выдержав осады, сломилось и захлебнулось сопротивление в кровавой пене и взвеси тел. Рассыпались умы, разбились на тысячи осколков души защитников и части душ архитекторов, заложенные в вековые здания небоскребов... Все прекратило свое действие, лишь подземные лабиринты метро теперь служили убежищем. Город пал, он пал несколько месяцев назад, но и по сей день, его коченеющий труп выпускал на волю последний вздох. Вздох растворялся и затихал где-то высоко в бескрайнем небе, таким милосердным и многомилостивом. Валгалла или ад, какая разница?..
   Здесь, под обломками зданий, нашли свое последние пристанище многие люди. Забвенье по камням - саваном на головы выживших, забвение - покрывалом тихих надгробных плит из груд осколков зданий - здесь похоронены многие.
   Урри спотыкался, ему некогда было любоваться осколками стекла. Он прищуривался, казалось, заглядывал в туман дальше, чем это мог сделать обычный человек.
   - Так вот Урри. Мне снилось, как две огромные черные собаки гнались за небольшим серым зверьком. Они соревновались друг с другом в беге, спотыкались и с каждым прыжком все ближе и ближе к цели. Они нагоняли свою цель и их оскаленные морды клацали зубами. И вот когда они нагнали в зарослях можжевельника жертву, воздух пронзил отчаянный вопль. Агонизирующее сознание собрало все силы и выпустило на волю предсмертный крик. Я проснулся и понял, что трясусь от страха, а ты ведь знаешь, что меня вообще сложно напугать. Знаешь, что я подумал, когда проснулся в холодном поту? Подумал, нет, вспомнил, что каждая тварь на этой земле хочет жить, независимо от того, кем она родилась. Неправильно враждовать, места всем хватит, понимаешь? Земля большая, здесь все непостижимым образом взаимосвязано и просчитано, лишь одно не учтено - что мы будем убивать друг друга. То, что мы убиваем друг друга - не хорошо. Я хочу достать бензин, вылечить Фою и уехать куда-нибудь далеко-далеко. Подальше от этой глупой войны, заведу небольшую ферму, подрастающие дети будут помогать мне по хозяйству, а я буду им рассказывать, как мы с тобой спасали их мать.
   Они зашли за угол здания...
   - Что это? - спросил недоуменно Ганс.
   Урри смотрел в сторону маленьких пушистых зверьков, в его голове где-то на подсознательном уровне вспоминалось, что эти существа издавали когда-то такой приятный успокаивающий звук, который трудно описать.
   - Вот старый идиот! Это так крепко заснул, что сквозь сон ничего не разобрал!
   - Уррох, - пробормотал мутант.
   - Знаю, Урри, я совсем выбился из сил со всеми этими свистоплясками, но не настолько же! Хорошо, что еще никто ночью к нам не пожаловал.
   Урри елейно заулыбался и надменно покрутил одним кулаком около другого.
   - Да, - несколько растерянно сказал Ганс, вспоминая недавнее пробуждение, - ты уж точно кому угодно башку свернуть можешь.
   Позади двух кошачьих трупов, на стене баллончиком краски была нанесена страшная метка - кровавое око ведьмы.
   - Вот, теперь недалеко осталось, - заметил Ганс.
   Урри поежился от утренней прохлады.
   - Пойдем, парень, сегодня будет тяжелый день, нам еще нужно успеть отыскать бензин и засветло вернуться в госпиталь. Ты ведь знаешь, что ночью даже у нас нет никаких шансов дойти...
   - Харх? - вопросительно произнес мутант, указывая в сторону трупиков.
   С Урри было бесполезно спорить, потому Ганс решил, что будет быстрее, если он исполнит просьбу Урри. Ганс нехотя осмотрел место битвы.
   - Здесь два кошачьих трупа. Сложно конечно сказать, что здесь произошло, но оба кота умерли от асфиксии. Их задушили, понимаешь? Скорее всего, было так - за кошкой погнались псы, попав в безвыходную ситуацию, она завыла, возможно, на помощь пришли коты, вот тут валяется шерсть и котов и собак, и еще капли крови.
   Ганс замолчал, размышляя над чем-то, его лицо как-то помрачнело, но он отбросил суеверия.
   - Все, пошли, хватит прохлаждаться.
   Урри зашлепал ногами по каше битого стекла и острых камней.
   Они повернули за угол дома и оказались в небольшом скверике. Скрюченные, узловатые ветви деревьев давно расстались с хоть каким-то намеком на листву. Видно было, что радиация не обошла стороной и этот тихий уголок. ...Впрочем, как и война. Трупов видно не было, но под слоем грязно оранжевой листвы скрывались гильзы от самых различных орудий.
   У подножий зданий лежали горы битого кирпича, куски бетона с торчащей из него железной арматурой.
   Урри подошел к старой липе, облокотился на неё, вновь в голове пронеслось что-то неразборчивое из прошлой жизни. Урри медленно осел на землю.
   - Эй, парень! Ну, ты чего! Совсем раскис! Давай шевелись, найдем бензин и забудем про эту дурацкую войну.
   Урри собрался с силами и встал на ноги. Он бессмысленным взором посмотрел вверх. Ему показалось, что липа подпирает своей верхушкой небосвод...
   Закричали множество детских голосов.
   - Камень, ножницы, бумага, раз, два, три...
   - Вот глупый! Ты вечно проигрываешь, ты неудачник!
   - Смотри, смотри у меня бумага! Бумага закроет камень.
   - А у меня! У меня колодец! Камень утонет в колодце!
   - Ха-ха-ха! Какой же ты глупый!..
   Урри чуть не потерял равновесие, но Ганс его подхватил. Наконец Урри вернулся в реальный мир. Он посмотрел на свою правую руку - она непроизвольно сжалась в кулак. Он перевел вопросительный взгляд на Ганса, а затем подобрал с земли небольшой булыжник.
   - Камень Урри. Камень, - мягко сказал Ганс. - Ты, как этот камень такой же твердый.
   Мутант что-то хотел сказать, но вдруг почуял знакомый запах. Он повел носом, сгреб немного снега огромной лапищей, протер лицо.
   - Чуешь Урри? - с надеждой спросил приятель.
   Получеловек медленно пошел в сторону соседнего здания.
   - Будь осторожен приятель. Это земля полумертвых. Ступай осторожнее, в земле могут быть огненные черви.
   После последней фразы Урри остановился, какое-то время он колебался, а затем вспомнил о существовании Фои и решительно пошел дальше.
   В пустой раме полуразрушенного кирпичного здания мелькнула тень. Ганс быстро лег на землю, теперь дерево ему служило небольшим прикрытием. Он медленно установил винтовку на подпорки, прильнул к прицелу. Здание казалось безжизненным.
   Урри тем временем приблизился вплотную к стене испещренной множественными пулевыми отверстиями. Окна первого этажа были наглухо заколочены или забаррикадированы. Видимого входа не было, лишь толстые плети вьюна оплетали угол здания. Урри быстрыми шлепками направился к вьюну.
   Ганс понял замысел друга и пальнул в противоположную сторону. В окнах замелькали еще и еще тени.
   - На что мы надеемся? - спросил вслух сам себя Ганс.
   Он сплюнул в сторону и внимательно посмотрел на здание, которое располагалось у него за спиной. Окна были либо завалены мусором, либо забиты досками. Снайпер лег на землю, подыскивая в пустых проемах цель. Мутант проворно влез на уровень второго этажа.
   Внезапно земля подле Ганса зашевелилась, взбудораженная десятком проворных трассирующихся светлячков. Ганс перекатился за дерево, полетели щепки. Снайпер понял, что выбрал не самую подходящую позицию - путь к отступлению был закрыт.
   - Урри! Выручай братишка! - взревел Ганс.
   Урри перевалился через подоконник и оказался в комнате наполненной сладким благоуханием, но прежде чем Урри успел найти источник столь дивного и тонкого аромата, на него навалилось что-то мохнатое и огромное. Урри от неожиданности потерял равновесие и повалился вместе с нападавшим на пол.
   Послышался выстрел. Мохнатый проворно поднялся на ноги. Урри лежал на полу, истекая кровью. Противник взял со стола что-то увесистое, не желая тратить патроны на Урри, размахнулся...
   Мутант открыл глаза. Он услышал голос. Голос шел из подсознания. "Встать! Кто упал - тот дохлая задница, тот труп! Встать, твою мать, встать боец!". Мутант повиновался этому властному голосу, он больше не мог контролировать свое тело, его сознание съежилось, превратилось в нечто аморфное. Разум - дымка, он - Урри погружался в темноту, отдалялся, а контроль захватывал кто-то иной, более сильный и опытный, некто кто прошел сквозь Вселенную Террора, некто кто пережил тысячи лет заточения...
   Урри увернулся от страшного удара. Он перекувырнулся через голову, ударил ногами мохнатого в горло. Противник отлетел назад. Урри подхватил выпавшее из рук "мохнатого" оружие - что-то наподобие молота. Мутант размахнулся, сметая все на своем пути, он шагнул в сторону "мохнатого" и опустил молот на голову врагу. Послышался неприятный хруст костей черепа, чавкнуло кровью свежее мясо. ...Потекли стремительные багровые ручейки по дощатому полу, очищая поверхность от грязи и пыли.
   И тут до победителя донеслось слабое эхо "...ручай братишка!". В мозгу получеловека что-то переключилось, словно клацнуло реле машины смерти. Урри пнул дверь. В распахнутом проеме он увидел с два десятка странных воинов одетых в шерстяные комбинезоны - они прятались за мешками, из которых мешков сыпался песок, они пытались прицелиться в Ганса!
   Один из снайперов успел заметить Урри, он выхватил какой-то маленький предмет и поспешно метнул его мутанту под ноги. Урри прыгнул в сторону врагов. За плечами что-то резко хлопнуло, помещение осветила яркая вспышка, в спину впились десятки осколков, он выпустил из рук кувалду...
   Мгновение спустя.
   Все было в дыму. Урри нащупал кусок трубы, поднявшись на ноги, он принялся размахивать ей в разные стороны, он почти ничего не видел - перед глазами плыли желтые круги. Когда дым рассеялся, Урри понял, что находится в пустой комнате, снайперы наверняка успели скрыться. Он выпустил из рук трубу, та звякнула об пол и закатилась под небольшой столик.
   Посмотрел в окно.
   - Аргх?
   В ответ Ганс показал большой палец.
   Урри устало поплелся в комнату с трупом. Внимательно осмотрелся. В углу лежал мертвый человек, возможно лидер снайперов. Его шлем вмялся вовнутрь, но продолжал работать. Урри с удивлением обнаружил, что "говорящая шапка" - произносила обычные слова...
   В желудке булькнуло, он вспомнил про свой голод. Вновь учуял сладкий аромат, очень знакомый аромат. За соседней дверью он обнаружил маленькую спальню без окон. На небольшой тумбочке перед кроватью стояла кружка. Мутант подошел поближе, забыв про всякую предосторожность.
   В кружке было что-то теплое, темное, очень аппетитно пахнущее. ...Вдыхая ароматы этого божественного напитка, получеловек осознал, что чувствует непривычную ясность сознания. Он отхлебнул. Тягучая жидкость медленно опускалась, одновременно согревая и придавая ощущение возвращающегося сознания.
   Наконец Урри понял, что без труда может угадать состав жидкости: корица, арахис, сладкое драже, немного черного кофе и горячий шоколад...
   Урри ощутил на себе чей-то взгляд, он машинально отпрыгнул к двери, уронив кружку на пол.
   Из-под кровати его внимательно кто-то разглядывал.
   - Харгх - аргхы! - медленно и неуверенно прорычал мутант, затем он разжал кулаки и показал пустые ладони.
   Существо медленно выбралось из-под кровати - это была девушка. На ней было только разорванное грязное платье, едва прикрывающее нагое тело. Она не сводила взгляда с Урри, она внимательно его изучала. Затем она, пятясь, залезла на кровать с ногами, забилась в дальний темный угол и уже оттуда заговорила.
   - Ты их убил?
   - Аргх, - мотнул головой Урри.
   - Меня ты тоже убьешь? - дрогнул серебристый голосок.
   - Неарх, - замотал головой Урри.
   Девушка рассматривала мутанта. Её взгляд чем-то напоминал взгляд затравленного зверька.
   На стене около кровати висел старый транспарант, ткань на котором давно выцвела. На транспаранте большими буквами было написано "Время бесхребетных интеллигентов с узкими взглядами на жизнь закончилось".
   Урри немного растерялся, он еще никогда не попадал под такой пытливый взгляд, его еще никогда так пристально не изучала девушка.
   Наконец мутант вспомнил о цели похода, он быстрым шагом вышел из спальни и принялся искать по запаху бензин. В зале с мешками наполненными песком запах бензина усилился. Урри еще раз посмотрел в окно, что бы убедиться, что с Гансом все в порядке, а затем подобрал кувалду и перешел в соседнюю комнату. Окна выходили во внутренний двор.
   Мутант спустился по лестнице, осторожно приблизился к небольшому строению, откуда доносился запах горючего, открыл дверь...
   Из распахнутого проема вырвалась струя пламени, затем еще и еще. Урри успел различить в глубине помещения человека одетого в специальную огнеупорную амуницию. Он дико смеялся, в его защитных окулярах отражалось пламя...
   Урри метнул молот. Послышался сдавленный вопль, несколько прыжков и мутант приблизился к неприятелю. Ловким и отточенным движением он обхватил шлем огнеметчика, человек что-то вопил, затем послышался хруст шейных позвонков. Урри снял маску с убитого, у мертвеца из носа сочилась кровь, затем снял своеобразный огнемет - собранный из канистры, небольшого велосипедного насоса - для нагнетания давления и шланга с металлическим набалдашником.
   Ганс слишком поздно опомнился. Он резко обернулся, его винтовка уткнулась в чью-то броню, одновременно с этим он почувствовал дуло врага...
   Раскатом грома грянул выстрел...
  
   Эскадрильи поднялись в воздух. Стальные машины зарычали, зажужжали, подобно огромным механическим птицам, подобно смертоносным осам и шмелям...
   Низко пронесся разведчик - истребитель. Он прочесал несколько улиц прерывистыми очередями...
   Пробуждался город, забывшийся ночным сном и утренним туманом. Взвыли сирены. Словно разбуженные наглостью осы, откликнулись зенитки. Некоторое время спустя тяжело заворочались гаубицы, они степенно вторили раскатистым басом. Тяжелыми шмелями надвигалось облако бомбардировщиков, предвещая огненный шторм.
   Упали первые снаряды, прокатилась волна вспышек и огненных цветов, едкая копоть затмила солнце. В воздухе перемешались множество запахов: от горелого мяса до едкой гари резины. Смешалось множество звуков, смешалось множество самых разнообразных запахов, все слилось в одно большое чувство - страх.
   Ганс истекал кровью. Неподалеку лежал труп снайпера из отряда "мохнатых". Урри тащил много полезного: немного еды, новую маску- респиратор, взамен старой, а самое главное - бензин. Из шеи мутанта сочилась кровь, рваная рана затягивалась буквально на глазах.
   Утро превратилось в вечер, а затем и вовсе стало - ночью, жарким адом, с единственным отличием от последнего - на небо никто не торопился.
   Урри подошел поближе и обнаружил своего друга тяжело раненным, взревел, и на мгновение этот пронзительный вой заглушил все звуки неба...
  
   Ганс очнулся в небольшом помещении со сводчатыми потолками. Тускло светила электрическая лампочка, с наружи продолжал доноситься грохот авиационных бомб.
   Ганс устало рассмеялся.
   - Что Урри, не сожрал еще эту лампочку?
   Мутант приблизился, что-то в нем неуловимо изменилось, возможно - взгляд? Урри раздавил своей огромной ручищей ампулу с муравьиным спиртом, из кулака закапала дезинфицирующая жидкость, смешанная с кровью Урри.
   - На этот раз не поможет, дружище, - Ганс попытался изобразить улыбку, но у него вышла скорее гримаса боли.
   Урри аккуратно вскрыл герметичный пакет, достал шприц, наполненный морфином, вколол другу.
   - Хе! Это же с какой поры ты в медицине соображать-то начал?
   - Аргарарх, - мягко произнес Урри.
   - Понятно братишка, жаль, что я не доживу до того времени, когда ты окончательно выздоровеешь. Эх, так и не довелось поговорить по-людски. ...Я знаю, что ты не умеешь обращаться с моей винтовкой, да и как тебе такими лапищами из неё стрелять-то? В общем, братишка, не подведи, донеси этот бензин в госпиталь, где лежит Фоя, ей он очень нужен. Я хочу, что бы она и мой ребенок жили на этом свете, слышишь? - Ганс из последних сил сжал запястье Урри. - Винтовку отдай моему ребенку...
   Урри схватился за голову, вновь его терзал голос жандарма.
   "До последнего вздоха он был верен лишь себе, но судьба была сильнее его. Ангелы неба призвали его на новую битву света и тьмы. Ангелы спустились с небес, что бы видеть его героическую и вместе с тем печальную смерть..."
   Ганс закатил глаза, его дыхание осеклось, биение сердца прекратилось. Из глаз Урри сочились слезинки. Он не мог поверить, что друг оставил его.
  
   Несколько часов спустя Урри собрался в путь. У него было еще одно невыполненное дело.
   Он вышел из неприметного бункера, который умудрился обнаружить во время бомбардировки, установил на входе взрывчатку, затем отошел на небольшое расстояние и нажал на кнопку дистанционного взрывателя - никто не побеспокоит усыпальницу Ганса.
   Урри упорно пробирался в обратном направлении, он шел в госпиталь, где лежала Фоя.
   Ревели зенитки, установленные на крышах зданий, всюду были разбросаны противотанковые ежи. Многие улицы были сплошь усеяны непроходимыми полосами с колючей проволокой и минами-ловушками. Нижнее проемы зданий были заложены мешками с песком. На вторых этажах среди мешков можно было разглядеть узкие щели - бойницы, из которых можно было вести прицельный огонь... Урри не было дела до всей этой глупой возни, он возвращался в госпиталь - за спиной побрякивала винтовка, правую руку оттягивала почти полная канистра бензина. С каждым шагом он ощущал себя все лучше. Он осознавал, что к нему возвращается что-то, что до селе было от него скрыто - его память, его способность думать.
   Несколько часов спустя, Урри подошел к старому разрушенному железнодорожному мосту. Урри растерялся. Некоторое время он стоял на месте, а потом повернул...
   - Шлорх, шлорх, - из груди вырвались ручьи голубоватой крови. Урри терял сознание. "Кто я, зачем жил" - промелькнуло в голове, прежде чем он повалился на землю, подминая под себя канистру с бензином.
  
   Пахло корицей, пахло какао, кофе... помимо этого в воздухе витал сладковатый аромат лепестков роз. Урри поймал себя на мысли, что он просто не может всего этого знать! Он не может, ведь он тупой мутант!
   Он открыл глаза, увидал уже знакомую девушку, она плакала. Урри осмотрелся. Он лежал на какой-то странной тележке, неподалеку весело потрескивало пламя. ...Наконец он понял, что находится в огромной трубе.
   Девушка встрепенулась.
   - Так ты живой?
   В ответ Урри мотнул головой.
   Девушка была очень удивлена. Она осторожно отдалилась от мутанта, и издали подкармливала ненасытное пламя.
   Прошло несколько часов, девушка замерзла, да и любопытство взяло свое. Она подошла ближе. Урри молчал, не шевелился, у него все болело. Временами он забывался.
   - Кто ты? - спросила девушка. - Я таких странных людей как ты никогда раньше не видела.
   - Урри, - вяло прошептал великан.
   - Урри? А я могу доверять тебе?
   Мутант утвердительно качнул головой.
   - Ну конечно же... Какая же я глупая. Конечно. Я видела, как ты спасал того человека.
   Урри помрачнел.
   - Извини, это был твой друг. Я шла за тобой следом, почему-то мне показалось, что ты идешь самым безопасным путем. Когда тебя ранили, я подбежала к тебе, а потом обнаружила это место. Знаешь, я жила в каком-то аду. Глупо как-то я даже не знаю, понимаешь ли ты меня... но мне хочется надеяться что понимаешь. Когда ты ворвался в комнату, я подумала что это капитан Зак. Я подумала что он вновь начнет меня бить и унижать... Ну ты понимаешь как?
   Взгляд Урри скользнул по фигуре девушки - она была все в том же коротком разорванном платье.
   Урри позвал жестом девушку, та не сразу подошла. Она села на тележку, рядом с Урри, она прильнула маленьким холодным лягушонком с боку, какое-то время она просто согревалась, а потом вновь начала рассказывать.
   - Ты странный. Ты такой теплый. И еще у тебя ранение в грудь. Даже и не знаю.
   Я обрадовалась, когда увидела, что капитан Зак мертв. Я знаю, что нельзя радоваться смерти, но он был плохим, очень плохим человеком, - она горько заплакала.
   Урри как можно мягче погладил её шелковистые волосы, девушка немного успокоилась.
   Сегодня мне приснился странный сон, о том, что прийдет большой человек. Точнее это был не сон, а воспоминание из детства... Хм, как глупо, я ведь совсем недавно закончила школу, всего год назад... Целый год это скотина издевалась надо мной! - она вновь заплакала.
   Когда-то давно я читала комиксы про Урри, это был огромный великан с кожей похожей на апельсин. Он был героем звездного десанта. У него был свой собственный корабль, и он на нем летал от одной планеты к другой. А еще у него был огромный шестиствольный пулемет, которым он усмирял разных негодяев. И вот сегодня приходишь ты, и говоришь, что тебя тоже зовут Урри. Совпадение? Или ты совсем не вымышленный?..
  
   Урри потерял сознание.
   Ему снился удивительный сон. Вначале ему грезилось, что он огромный синий великан с резиновой кожей, что он летает по огромной Вселенной и постоянно кого-то ищет. Наконец он понял, что он ищет - это был бензин, живительная жидкость, которая как утверждал его покойный друг - Ганс, могла вылечить Фою.
   Ганс рассмеялся.
   - Ну что же ты? Выпей немного этой жидкости раз тебе так нужно, выпей я не обижусь.
   Видение исчезло. Урри оказался в каком-то просторном помещении. Всюду стояло множество вычислительной техники, и удивительным образом он знал, где что лежит.
   - Ага, вот и мой компьютер, а вот тут рядом около рабочего стола лежит старенький, который я еще обещал починить Льву Павловичу. А вот там лежит металлический мыслитель, которому для полной работоспособности не хватает винчестера и оперативной памяти. В соседнем кабинете установлен сервер - центральный вычислительный компьютер, который меня связывает со всеми друзьями, - отчетливо размышлял Урри.
   Зазвонил телефон.
   - Слушаю.
   - Роман?
   - Да, что вы хотели?
   - Вы убили нашего демона.
   - Что? Какого демона, что за чушь вы несете? Решили меня разыграть?
   - Вы убили нашего демона, и за это...
   Очертания рабочего кабинета расплылись, Урри переместился в плохо освещенную комнату со сводчатым потолком. Урри обнаружил себя прикованным к странному металлическому стулу. Он зарычал, но это рычание больше напоминало вопль.
   - Кричи, сколько хочешь парень! Тебя все равно никто не услышит. Ты хоть представляешь, какое сейчас время? Одна твоя идиотская ошибка повлекла провал всего эксперимента! И что я должен сказать руководству? Что в нашей организации работает тупоголовый, криворукий системный администратор? Или может ты вновь будешь отпираться, и перекладывать вину на каких-то там вымышленных хакеров - киберпанков? Знаешь, я по горло сыт этим дерьмом, и на этот раз ты так просто не отделаешься.
   Знаешь, я не буду зашивать тебе рот, выкалывать глаза или отрезать тебе бесполезные, на мой взгляд, части тела. Я сделаю проще! Ты ведь в курсе, что в первые месяцы войны в наших краях стали появляться загадочные объекты? Я тебе даже больше скажу, они не были традиционных форм. Мы назвали эти объекты "наблюдатели". Пару недель назад наши зенитчики сбили одного такого "наблюдателя", и мы уже были на пороге открытия, которое нам позволило бы выиграть войну, но из-за тебя эксперимент сорвался. Одна маленькая недоделка программиста стоила неудачи всего эксперимента!
   Теперь ты займешь место подопытного. Заодно мы проверим действие сыворотки на человеке.
   Комната расплылась, Урри вновь переместился в другое место. Он видел огромные резервуары и странные шарообразные установки, больше похожие на летательные аппараты нового - гравитационного типа.
   - У тебя будет быстрый метаболизм и интеллект амебы. И упаси тебя Бог принимать кофеин, а то ты загубишь весь эксперимент, - напутственно прокричал в след какой-то военный.
   Мутант смутно помнил, как его выпустили в пустыню, как он брел, изнывая от жажды.
  
   Урри проснулся. Он не был Урри и был им одновременно. В голове крутилось странное слово "симбиоз". Прильнув к мутанту, мирно спала девушка. Костер давно прогорел. Мутант осторожно встал, так чтобы не разбудить девушку... Прошел по трубе несколько десятков метров, разминая затекшие мышцы, увидел лестницу, ведущую на поверхность.
   Он оказался у старого разрушенного железнодорожного моста. Утро было холодным и тихим, вновь пепелище скрывал густой туман. Неподалеку валялась канистра. Большая часть топлива из неё вытекла через пулевое отверстие, но все же внутри осталось немного.
   Когда мутант вернулся - девушка еще спала, она проснулась от звука тяжелой поступи получеловека.
   - Что это?
   Урри протянул кое-какие теплые вещи, которые ему удалось найти.
   - Спасибо, - искренне поблагодарила девушка.
   В то время пока спутница переодевалась, Урри исследовал старую трубу. По всей видимости, раньше она предназначалась для ливневой канализации, но в ходе боевых действий произошел обвал трубопровода.
  
   Урри и девушка под пологом тумана быстро добрались до госпиталя. Преодолев всего лишь четыре квартала пути.
   Мутант нашел доктора в ординаторской. Доктор спал, мутант, как всегда неуклюже растолкал человека, протянул доктору канистру с бензином.
   - Понимаю, умер, значит Ганс, - сказал доктор потупив взор.
   Урри утверждающе качнул головой.
   - Умерла и Фоя. Мы ничего не смогли сделать. Я не знаю, понимаешь ли ты меня, но у неё было внутреннее кровотечение...
   Урри застыл на месте, опустил голову, тяжело вздохнул, подумал несколько секунд, а затем снял с плеча винтовку Ганса и отдал её доктору.
   Доктор молчал. Молчал и мутант.
  
   В коридоре, ведущем наружу, Урри вновь встретился с девушкой из города.
   - Постой Урри! Ты уходишь? На совсем?
   В ответ мутант потупил взор.
   - Знаешь, на прощание друзья обычно дарят друг другу разные вещи, на память. Возьми вот эту заколку. Тебе, конечно, она не нужна, но все равно.
   Урри пошарил в карманах и обнаружил скомканный листочек бумаги из той самой книги, которую читал прошлой ночью. Он передал бумагу девушке, какое-то мгновение колебался, а затем пошел к выходу.
  
   Её обследовал доктор, а после её отвели в палату. Немного позже девушке вкололи успокоительное, она проспала до ночи, а ночью вспомнила про странный подарок Урри.
   Она пробежалась глазами по строчкам. Она прочла о дурном сновидении, о Ра и о его ведьме, о дальнейшей судьбе искателя.
   ..."Он выпускал на волю свою душу, он говорил о многом. Он шел по раскаленным углям, но в сердце нес доброту и любовь. Он говорил о непревзойденном явлении - цветении сакуры. Он любовался огнем и небом, он любовался звездной далью и бесконечным простором пустоты. Он воспевал пытливые умы и обличал мрачнеющие души. Он восторгался шестинотной свирелью огня, он до безумия любил и верил в грядущие времена.
   Настал же день прозренья, настал день, когда реальность сорвала с его лица кожу, вырвала из его пылающего сердца грезы и душу. Пришло время навсегда сложить величавые доспехи, пришло время вернуться в реальный мир. Этот мир, который, как некоторые утверждали, был настоящим, был куда сложнее, и куда отвратительней, он был соткан из лицемерия и лжи, из предательства и блуда, из гордости и тщеславия.
   Журчали ручьи в далеких и родных лесах иных миров. Манила темная даль, томила душу, но никому он не был нужен. Неотвратимо подкралась пора отказаться от филологического наркотика. Он отказался, повинуясь здравому смыслу. Потом была страшная ломка, и доспехи Непобедимого Искателя пылились в дальнем углу. Ржавело в ножнах оружие, истосковавшееся по крепкой руке.
   И жизнь стала пресной и несчастной. Он превращался в мумию.
   Спокойная жизнь перемежалась бытовыми проблемами и разбавлялась вином. Его ум теперь заботил лишь равномерный ритм биения сердца и степень прожаренности бифштекса.
   Прошло много лет, и он однажды понял, что наполняло этот древний мир болью и тоской, лицемерием и предательством - люди. Они всегда творят зло, любая боль и страдание - неизбежный продукт деятельности другого человека. Вот тебе и борьба, вот тебе и гонка за лидерство".
  
   Той же ночью девушка сбежала. На посту охраны она объяснила свой уход так: "Я забыла сказать Урри, самое главное".
   - Кому, Урри? Этому толстому монстру? - усмехнулся, отворяя дверь охранник.
  
  
   (1) Кабельтов составляет одну десятую часть морской мили, или 185,2 метра.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"