# Вознесясь над небом. Контагион-Кьягар

и его макс

Наша работа - наш стиль жизни. Мы не жертвуем собой. "Тот, кто жертвует собой ради работы - всего лишь дурак." Мы не допускаем ошибок. Мы слывем идеальными, но никогда внешний мир не узнает, каковы мы на самом деле. Мы - единый механизм. Это несколько глав из более объемной работы, наиболее удачные, на мой взгляд. Интерпретированы герои малоизвестного фандома.

Дорога однообразной лентой тянулась за толстым, грязным стеклом мощного внедорожника. За рулем сидело каменное изваяние: неподвижный Торэ около часа назад сменил уставшего Сэйто. Теперь тот задремал на заднем сиденье, на коленях у такой же спящей Исиды. У Страйк сна - ни в одном глазу.


В груди зияла вакуумная пустота. Скромная сумка с вещами первой необходимости - все, что осталось от Кьягара. В городе осталась внушительная часть ее, девушки, сущности. Целый мир остался за плечами. Она ощущала себя другим человеком. Чужим этому городу. Чуждым собственной жизни.


Замок дорожной сумки, лежащей в ногах, был плотно застегнут. Несса не могла смотреть на свое временное оружие.


"Когда привыкнешь к ним, сможешь выбрать что-то другое, посложнее", - звучали в голове слова Сэйто. Торэ тогда с интересом склонил голову. Казалось, он ненавязчиво насмехается над девчонкой, как над малым ребенком, впервые берущим в руки какую-то сложную вещь. Механизм, который требует разбора, чтобы понять.


Рина с самого утра не было. Страйк не застала его ни в "курилке", ни на улице. Все вещи, которые могли бы свидетельствовать о его недалеком местонахождении, тоже пропали; даже бычки с пеплом исчезли из жестяной банки, служившей пепельницей на столе-карте. Незаметно для себя Страйк поникла: своим назойливым присутствием и идиотскими шутками Рин, как-никак, поднимал немного настроение. Без него утро прошло в сухих диалогах и сдержанных движениях.


Даримы тоже не было с утра. Сэйто сказал, что он не поедет с ними в Контагион. Девушка решила задать интересующие ее вопросы только сейчас.


- Котэрэ? - вежливо обратилась Страйк. Мужчина повернул голову; взгляда не было видно за солнцезащитными очками. Солнца не было весь день. - Можно узнать, почему Дарима не с нами?

Водитель бросил взгляд на зеркало заднего вида. Отметив для себя, что Сэйто и Исида не слушают разговора, растворяясь в своих беспокойных снах, он отозвался:


- Буду откровенен. Эти двое совершенно против того, чтобы посвящать тебя во все детали сразу. Исида не доверяет тебе, Сэйто просто осторожничает. Он выслуживается перед Миром. Возможно, тебе действительно будет проще разбираться во всем порционно. Сэйто не одобрит, если я начну рассказывать. - Он не дал девушке вставить хоть слово и продолжил: - Дарима занимает в государстве не последнюю должность. Он - вроде связующего между точками нашей компании. Мы - огромный организм, отдельные его органы размещены по всей стране и часто сообщаются, хотя никогда не работают вместе. Да, Мир - наш босс и предводитель, но помимо нас у него есть и другие подопечные. Бумажная волокита тоже всегда доставляет хлопот. Ему нужно время, чтобы закрыть все насущные дела. Тебе следует понимать, что роль руководителя всегда выполняет Сэйто. Он - командир отряда, именно нашего отряда. Старайся слушать его.


Страйк очень внимательно выслушала Торэ, испытывая огромное чувство благодарности к этому невозмутимому человеку. Почему-то ей показалось, что он был бы более уместен на должности командира.


- Почему Контагион? Что там?


Торэ был совершенно непоколебим. Странно было видеть такой яркий оксюморон: будучи напарником Рина, он казался абсолютной его противоположностью. При этом, в отличие от Исиды, в нем ощущалась сила и чувственная основа. То есть, он наверняка чувствовал настоящие чувства и даже эмоции. Это выражалось в совершенно мимолетных усмешках уголком губ или комичными движениями в такт шуткам Рина. Блондинка все время как будто выискивала, какая эмоция будет идеально вписываться в обстановку. Сплошная фальшь.


И почему она так взъелась на эту коротышку?


- Видела красные, оранжевые точки на карте? Это атакуемые города. Сейчас твой родной город уже отмечен красным. Скоро будет серым. Это значит, что в ближайшее время его полностью уничтожат. Поступили сведения, что террористы не намерены там задерживаться. А по статистике они после себя ни одного целого города не оставили. Так вот. Контагион сейчас выполняет функцию лагеря для спасшихся. Так как Кьягар к нему ближе всего, а другие города поблизости не атаковались, там почти пусто. В ближайшее время будем эвакуировать туда выживших из Кьягара.


Удар. Вакуум. Ты в вакууме.


- В смысле?! И чего мы тогда уезжаем? Почему не защитим гражданских?


Двое позади зашевелились из-за возгласов девушки. Щеки ее запылали, уши горели. Она не могла поверить в то, что услышала. Этот весь строгий отряд - эталон государственной организации по защите людей и всё прочее. И этот образ начал крошиться в воображении. Они же должны спасать людей? И, получается, ее специально не уведомили о планах, чтобы она не препятствовала выезду?


- Пожалуйста, тише. В городе есть, кому позаботиться о безопасности гражданских. Я не отрицаю, погибшие там будут, но мы поднапрагли местные органы. Все школы, университеты, публичные организации, торговые центры закроют, людям будут даны инструкции по радио и телевидению, по улицам пустят солдат. Поднимут вертолеты. Это стандартная процедура для городов, чья судьба нам заведомо известна.


Девушка чуть расслабилась и разжала побелевшие кулаки.


Пейзаж не становился ярче.


- Тогда зачем мы едем так далеко? Не проще ли затаиться где-нибудь за несколько миль, чтобы быстро среагировать в случае атаки?


- Несса, наши противники - не дураки. Город стоит на пустыре без пригорода. Нас и так заметили. Ближайший временный штаб - только в Контагионе. Это не так уж и далеко, пятьдесят миль. Там мощнейшая оборона.


Страйк успокоилась и предпочла больше не задавать вопросов, на которые, возможно, не так и хотелось знать ответов.


Здесь штаб был куда более вписывающимся в окружение. Потертое кирпичное здание, один этаж, несколько окон, два входа спереди и сзади. У покосившегося деревянного крыльца на боковой подножке стоит массивный мотоцикл военной раскраски. Кажется, на нем даже прилажена пара пушек. Не успела Страйк вылезти из машины и размять затекшие конечности, как дверь с грохотом раскрылась и рыжеволосый вихрь оказался перед Торэ с выжидающе раскрытой ладонью. Голубые глаза горели азартом, на лице - улыбка детского предвкушения. Смуглый напарник, чуя, что выбора у него нет, отдал ключи другу и принялся тормошить сонное царство на задних сиденьях. Когда люди и багаж были выгружены, Рин поспешил прыгнуть за руль и резко укатить, разбрызгивая "злой" резиной гальку.


- Чего это он? - удивилась Страйк, провожая джип взглядом. За ним на песчаной дороге тянулся длинный шлейф пыли.


- Кататься погнал, он это любит. Там лютое бездорожье. А мотоцикл у него опять, видимо, неисправен.


Сэйто указал на аппарат: из двигателя текло масло, неподалеку лежал раскрытый чемонанчик с инструментами.


Торэ ухмыльнулся, и все четверо направились в штаб.


Кофе в кружке уже остыл до нормальной температуры. Все пообедали и разошлись, кто куда. Исида целый час уже мылась в душе, Сэйто валялся на диване в соседней комнате, читая какие-то бумаги и листая Интернет в ноутбуке; Торэ вообще ушел куда-то за пределы территории штаба. Страйк оставалось только слоняться по комнатам и разглядывать обстановку.


Когда-то эта квартира, наверное, была жилой. На пыльных фотографиях были изображены незнакомые люди, но все - в черных или темно-синих костюмах, иногда с нашивками логотипа компании. Мелькал тот самый джип, на котором укатил Рин. На двух фотографиях девушка узнала совсем юного Сэйто.


Вход вел сразу в кухню. Небольшое, простое помещение. Все, как надо: тумбы, холодильник, плита, большой стол, шесть стульев. Мягкие бежевые тона и пробивающийся металлический свет сквозь мягкие шторки. Толстый слой скопившейся пыли на таких предметах, как книги на полках и бутылки с засохшими цветами, нагоняли тоску и уныние.


Проход справа вел в комнату с диванами и кофейным столиком. Здесь не было балкона во всю стену, но неизменная пепельница присутствовала и здесь, на полу возле кресла в углу. Неподалеку стоял и массивный стол, похожий на тот, что Страйк видела в штабе в Кьягаре.


Из гостиной в другие помещения вело четыре двери. За одной из них скрылась Исида, и то была ванная, крайнее помещение. Две другие двери открывали Торэ и Сэйто. Девушка посчитала, что либо кому-то придется спать в гостиной, либо ночевать в одной постели с кем-то еще. Наверное, это будут Рин и Исида, если их обиды не будут длиться долго. Страйк предпочла не вмешиваться во всё это.


И теперь она со скучающим видом листала ветхую книжку за кружкой горького кофе и поглядывала в окно, оценивая погоду. Солнце так и не спешило порадовать своим видом, зато грозовые тучи, выплывшие мрачной процессией из-за горизонта, обещали грозу. Несса была бы только рада стихии.


Вскоре послышался рев мотора, и в кухню завалился довольный до чертиков Рин.


- Оба-на. Скучала?


- Безумно, - съязвила Несса, не скрывая, впрочем, улыбки. Рыжий цвет волос парня хотя бы немного заменял собой солнце да и в целом любые яркие краски. За окном - сплошной пустырь. У эновцев привычка какая-то выбирать штабы, из которых вид на степь.


- Хошь? - поинтересовался рыжий, крутя на пальце ключи от автомобиля. Страйк тряхнула головой. - Ессно, кто тебе даст.


Девушка молча сделала глоток кофе и вернулась к чтению. То было собрание стихов прошлого века. Сложные стихи людей, переживших войну.


Рин выхватил книжку и кинул куда-то в другой конец стола.


- Хорош занудствовать. Поверить не могу, что ты не донимаешь всех вопросами или не истеришь по поводу друзей из прошлой жизни.


Девушка дернула бровью. Как легко ему говорить!


- Торэ мне пару вещей рассказал уже... едва ли это моя прошлая жизнь, я работаю с вами второй день. Вы даже не доверяете мне толком, я и не возмущаюсь.


Рин усмехнулся и закурил свои приятно пахнущие сигареты. Помимо дыма от него веяло моторным маслом и апельсинами. Головокружительный букет запахов, Страйк не могла не оценить.


- Я доверяю. В тебе есть зверская искра, - он изучающе посмотрел в глаза девушки, слегка прищурившись.


Шла третья минута разгвора, и он даже не раздражал Страйк.


- Что с мотоциклом? Не выдержал твоих шуток юмора?


Парень поднял брови и снова усмехнулся. Наверное, не бывает таких времен, чтобы Рин не смеялся, не ржал, не ухмылялся, не усмехался и прочее, прочее.


- Старый аппарат, много чего надо менять. Я его пригнал сюда, чтоб починить и, наверное, оставить. Все запчасти где-то в глубине лагеря, на днях схожу. Если повезет, прокачу.


Несса почувствовала, что вновь хочет съязвить и отказаться. Некоторое отторжение она все же испытывала, и во всем виноваты впечатления от минувшего тренировочного боя с рыжим. Порой его юмор казался невыносимым и раздражающим до белого каления, а иногда девушка ловила себя на долгих изучающих взглядах в его сторону.


Ей предстояло хорошенько познакомиться с коллегами и привыкнуть к ним.


- Какие планы-то?


Рин поднял с пола жестянку, стоявшую у ножки стола, поставил ее рядом с кружкой из-под кофе и стряхнул пепел. Страйк предусмотрительно отодвинула баночку от себя, опасаясь, как бы ненароком или специально рыжий не перепутал посуду.


- Торэ пошел за новостями. То бишь, за радио, наше прежнее решило уйти на пенсию. Хотя, какой смысл... скорее всего, как раз сейчас твой городишко бомбят. Если так, с утреца поедем вытаскивать народ, ёпта.


Несса нахмурилась, стараясь отогнать страшные образы из головы. Парень хлопнул ее по плечу и взъерошил волосы.


- Не парься, может, даже друзей увидишь. Хочешь, их первым делом спросим и заберем?


Страйк кивнула и понуро уставилась на кофейную гущу, оставшуюся на дне и стенках кружки. С полминуты двое просидели в молчании, и от невыносимости мыслей и сложившейся ситуации Несса решительно вытащила из лежащей на столе пачке одну сигарету и грозно попросила прикурить.


- Серьезно? Страйк, серьезно? - издевательски смеялся рыжий, но зажигалку достал и чиркнул колесиком.


Она робко затянулась, вспоминая, каково это. От курения отказалась пару лет назад в результате упорных мотиваций Сиаса и Мотьки, а теперь стало так склизко, глухо на душе, что было наплевать. На многие мелочи теперь наплевать. Почему-то ее не беспокоило больше, как сильно растреплются на ветру волосы или что теперь на лице заметно проступают веснушки, ведь тональным кремом она уже не пользовалась. В грубой обуви Страйк перестала обходить стороной грязные лужи. Ногти были обломаны или обгрызены. На фоне идеальной Исиды она прямо-таки ощущала себя грязным выродком в свете ламп на операционном столе.


- Зря ты. Дыхалку убьешь, ссохнешься, зубы пожелтеют и повыпадают, - продолжал Рин.


- Да иди ты.


В комнату вошла Исида, не поздоровавшись с рыжим. Он посверлил ее взглядом с минуту, наблюдая, как та заваривает себе чай. Четвертый раз. Ложка в ее руках излишне громко стучала по стенкам чашки. За сим блондинка демонстративно-гордо удалилась, почесывая висок сквозь влажные волосы.


- Обижается. Заебала.


Страйк помешкала, но все же спросила, на что получила мгновенный ответ:


- Она из меня делает Сэйто. - Рин не дал девушке продолжить и резко поднялся с места. - Переоденься в удобное и пошли прогуляемся. Свожу в одно местечко, все равно хуйки пинаем.


Страйк была только за. Впереди был целый день, собирался дождь, и находиться в угрюмой молчаливой обстановке рядом с натянутой, как струнка, девчонкой и голословным Сэйто ей не претило. Почему-то ей казалось, что эти двое "срослись" бы намного гармоничнее. Несса не стала продолжать тему их с Рином отношений и посчитала ее закрытой, но уже в машине рыжий вернулся к ней.


- Он женат был, и эта дура сохла по нему. От отчаяния, наверное, кинулась на меня, ну а я что... почему нет. Так вот, жена помёрла, - он завел двигатель и тронулся с места, - и теперь этот еблан, по ходу, снизошел до Исиды. А она, как ты поняла, из меня пытается слепить идеального. Ну, блять, неидеален я, ни в чем, трудно понять?


Страйк расстегнула машинально застегнутую кожаную куртку, так как в машине было довольно тепло. На ней были камуфляжные штаны и берцы, которые она когда-то использовала на тренировках на выносливость. Под курткой - простая белая борцовка. Вряд ли рыжий потащил бы ее в высококлассный ресторан. Явно не в военном лагере.


Наверное, он ожидал от Нессы утешений или советов, но она только скривила саркастическую мину и отвесила легкий, шуточный подзатылок парню:


- Серьезно? Ты серьезно? - передразнивала она. - И ты будешь ныть по этому поводу? - Так уж и быть, она углубится в эту тему. - Тут вообще все очевидно.


- Неужели? Тру психолог, порази меня!


От напряжения Рин резко газанул, и обоих вжало в спинки сидений.


- Ты ей не нужен.


Резко, больно и очень некрасиво. Страйк придерживалась реализма и, наверное, потеряла всякий страх перед Рином. Просто человек с теми же, что и у нее и любого другого, чувствами, привычками, манерами. Сильный, смелый, веселый, уязвимый, ранимый. Образ идеальности членов отряда и всей компании рушился в глазах девушки.


Рыжий не ответил и больше не возвращался к этой теме. По ходу поездки руки на руле расслабились, он откинулся на спинку и перестал хмуриться.


- Велкам в солдатский рай. Бухло, отменная выпечка, двигатели, оружие и лучшие девчонки в персонале.


Довольно забавного дизайна снаружи кабак, казалось, был совершенно тих и пуст. Стены были толстые, обитые деревом; тут и там висели сложные железные, медные штуки: механизмы или детали от механизмов. Подойдя ко входу, Несса услышала приветливое трещание лампочки в светильнике.


Рин провел ее внутрь. Народу было не очень много. Девица пышных форм медленно протирала стаканы и стопки за барной стойкой, пара человек обменивалась шутками неподалеку. Тут и там хрустели какие-то механизмы, но завороженный взгляд Страйк был прикован к светящемуся сосуду за спиной барменши. Продолговатая стеклянная трубка в диаметре около фута уходила в потолок. Внутри не то газ, не то жидкость - что-то светилось и переливалось ярко-голубым оттенком с зеленью. Подойдя ближе, она восторженно и совершенно бесцеремонно уставилась туда. Десятки и сотни сияющих нитей устремлялись вверх, за потолок.


- Страйк?


Девушка не реагировала. Ее невыносимо тянуло к этой субстанции. Она выбивалась из обстановки и отличалась от всего, что Несса вообще видела в жизни.


- Ты знаешь, что это?


Страйк медленно повертела головой.


- Лан, еще узнаешь. Это прикольно.


Едва оттащив девушку, рыжий усадил ее за стойку и попросил барменшу налить пару стопок его излюбленной текилы. Страйк не стала сопротивляться. Внутри медленно прорастало желание напиться и не думать о плохом.


- Так что это? - вдруг поинтересовалась она.


Рин закурил и о чем-то задумался, уставившись в столешницу. Казалось, он ищет причину не отвечать на вопрос.


- Бля... если я начну рассказывать все сразу, у тебя башка лопнет от ахуя и перегруза.


- Да все сговорились! Чтобы работать с вами, мне кажется, я должна знать всё...


- "Всё" в данном случае - жесть как много.


Страйк подалась вперед, склонила голову и принялась сверлить парня взглядом.


- Кам о-он, ты же хочешь рассказать!


- Я потом получу тумаков.


- Можешь мне отомстить.


- С тобой не так просто справиться.


- Попытаешься.


Рин покорно замолчал и поделился сигаретой. Когда принесли текилу и нарезанный плод киви на блюдце, он поднял стопку и загадочно пробормотал:


- Погодь немного. Давай за знакомство... или за работу.


Страйк пожала плечами и выпила с рыжим.


Дальше тема светящейся штуки возле стены не поднималась, и это стоило девушке небольшой обиды и сильного нетерпения. Текила ей понравилась своим интересным привкусом. Коллеги отошли от суетных тем обстановки кабака, сортов алкоголя и прочего и перешли к более интересным разговорам. В отражении стекла за спиной барменши Несса видела саму себя: растрепанные каштановые волосы, зардевшиеся щечки.


- ...а потом нас чуть не уволили, и Торэ набил мне морду. Прям пару лет назад было.


Оба разразились смехом: разговор шел о курьезных случаях в работе Рина, и Страйк поняла, что в этой организации такой же теплый коллектив и своя история, как в любой успешной компании. Казалось, она не впишется в устоявшуюся команду. Все эти люди... были другие. Девушка не могла отделаться от ощущения чуждости их всех. Рин особенно выделялся из них: говор, манеры и взгляд слишком неестественного оттенка говорили сами за себя. Еще эти странности с оружием и ощущениями при его использовании не давали покоя.


- Рин... как ты оказался в этом?


Рыжий отправлял в себя очередную стопку текилы, а вот Несса отказалась от шестой: уж она знала, как ведет себя по пьяни.


- Ну, длинная и не радужная история. Сэйто подобрал меня, считай, на улице, мол, пацан, да ты крут, давай я тебя кое-чему научу. Он научил меня справляться с... ну, с одной вещью. В нем эта штука выражена слабо, поэтому он взял меня. Тогда он уже работал с Ридасом. Почти в то же время появился и Торэ. Лет... наверное, пять назад. Исиду наняли специально, когда перестало хватать рук. Объем работы рос, как-никак. Мы все учились вместе всяким вещам...


- Скажи свою фамилию.


Страйк чувствовала несправедливость в том, что он фамильничал, а она - нет.


- Сначала вернешь должок за это, - он показал на ранку на скуле от "когтей" Нессы. Не дожидаясь ответа, он выдернул ее из-за стойки и провел в образовавшееся столпотворение на свободной площадке кабака. Заводная музыка пятидесятых заиграла громче, появились танцующие: солдаты с барменшами и официантками, пожилые люди и прочие обитатели лагеря. Рин сбросил с себя ветровку, оставшись в серой футболке. Резво прижав к себе Страйк за талию, он принялся умело танцевать порывистый танец на двоих. Несса полностью отдалась ему, так как не знала ни одного движения. Танцы - это вообще не про нее, но с рыжим было приятно подурачиться. Может быть, алкоголь так взыграл в ней.


Под конец песни Рин закружил ее и внезапно отпустил. Девушка потеряла равновесие, но тут же была подхвачена горячими руками над самым полом. Пылающее лицо рыжего было совсем близко и растягивалось в улыбке. Страйк тоже от души засмеялась и выпрямилась вместе с парнем. Вернувшись за стойку, он выпил еще и выдал:


- Ривера.


- Что?


- Фамилия.


Несса склонила голову. Красивая фамилия. Она продолжила:


- Можно угадать твой возраст?


- Это важно?


- Давай, ты стесняешься? Или я еще что-нибудь должна?


Казалось, обоим понравилось это "что-нибудь", как будто намек.


- Нет. Я не намного старше.


- Двадцать?


- Лалка, нет.


- Двадцать пять?


- Ха. С третьего раза угадаешь - попрошу налить лучший вискарь.


Несса поджала губы и сощурилась, изображая комическую задумчивость. Рин не казался слишком взрослым или совсем юным.


- Двадцать три.


Это был не вопрос, а утверждение. Рин согнал с лица усмешку, заменив простой улыбкой. Страйк нечасто видела такую на его лице.


- Оляля, наливай, - обратился он к барменше. Черноволосая, жгучая дама с фигурой, которой позавидовала бы любая женщина, удалилась в подсобку и загремела оттуда бутылками.


- Ну ладно, а чем ты занимался до ЭНО?


Ривера вздохнул, как будто приводя воспоминания в хронологический порядок.


- Бросил школу, пошел в военное училище на летчика. Бросил и его, пошел в оборону по контракту. Нужны были деньги, помочь кое-кому. Ну, когда все более-менее утряслось, - он закатил глаза и повел головой, словно "утряслось" не слишком подходило под описание событий, - меня нашел Сэйто. Все это было за пару сотен миль к югу отсюда...


- На границе, в Тануе?


- Именно.


- Моя семья оттуда.


- Я знаю. Ты отчасти поэтому сейчас тут.


- В смысле?


- Тануя - необычный город. Потом, подожди еще.


Разговор прервался двумя принесенными бокалами виски. Густо янтарная жидкость мягко подсвечивалась тусклым светом ламп. Никакой закуски к виски не прикладывалось, оно и правильно. Несса настроилась и подняла стакан.


- Тост будет?


Рин склонил голову и задумался.


- За погодку.


На этом он опрокинул в себя содержимое стакана, а девушка обернулась к окну: уже смеркалось, и по стеклу лупил сильный ливень. Она даже не заметила этого. Выпив и поморщившись от маленького пожара в горле, она закусила оставшимся киви и отдышалась.


Еще пара часов прошла в разговорах по мелочам. Рин рассказывал больше о работе и прошлом: оказывается, Торэ раньше был разговорчивее и даже претендовал на место командира. Это было логично при всей его внешней суровости и сдержанности. Исида сразу заняла в отряде стрелковую позицию, но потом на нее как на девчонку стали вешать бумажную работу. Сэйто был очень строг со всеми в обучении, но после смерти жены сильно изменился. Она тоже работала с эновцами, но чаще всего удаленно. Как раз на одной из неудачных операций она была захвачена противниками и спустя время убита. Некоторых из врагов Сэйто самолично выследил и без излишеств убил.


- К слову, та шайка, которая бомбится по всей Фабелле, основана на той команде. Они, видать, взбунтовались после того, как внушительная часть лидеров была перебита нами, и принялись творить "добро". Ты же заметила, что они похищают людей. Так мы думаем, они из них будут делать себепободных.


Ривера резко заткнулся, поняв по выражению лица Страйк, что сболтнул лишнее.


- Что значит себеподобных? - очень медленно и подозрительно спросила девушка.


- Ну... блять. - Он помолчал, выискивая слова. - Они типа инкубаторские, только хуже. Давай потом расскажу, это долго, нудно и вообще не весело.


Страйк подловила парня на слове и запомнила его обещание.


- Ты голоден?


- О, сейчас заценишь лучшее мясо в Асдоре!


Спустя какое-то время официантка подала на стойку две тарелки безумно вкусно пахнущего мяса с гарниром в виде риса с овощами и соусом. Рядом был поставлен кувшин с гранатовым соком. Мясо не пахло ни говядиной, ни свининой, и Несса невольно удивилась вслух.


- Ты не знаешь это животное, и вообще тебе пиздец сколько еще придется узнавать. Тяжело с такими, как ты. Ты выросла... ну, как будто в другом мире.


Ривера болтал и болтал, уже не ограничивая себя. Нессе новые коллеги со слов Рина все больше казались далекими иностранцами.


Закончив есть, Рин подкурил обоим по сигарете и бросил заинтересованный взгляд на окно. Его мобильник на стойке завибрировал, уведомив о входящем сообщении.


- Во, уже потеряли нас. Надо топать.


- Там же лютый дождь...


- Ниче, помокнешь. Заодно, как придем, потренируемся.


Несса округлила глаза.


- Что-о? Мне прошлого раза хватило!


- Страйк, тебе, может быть, каждый день придется по десять таких боев переносить, надо быть готовой. Сейчас просто время не то, чтобы тебя по программе тренировать.


Девушка перестала спорить и, докурив, отправилась к выходу вслед за Рином. На стойке для пышногрудой девицы они оставили приличную сумму за еду и спиртное с не менее приличными чаевыми. Страйк настояла на расплату ровно пополам.


В штабе горел свет. Желтые квадраты падали на заходившие пузырями лужи и комья грязи перед домом. Было темно, почти как ночью. Рин затормозил у крыльца, заглушил двигатель, и они со Страйк вылезли. Дождь неистово лупил по всем поверхностям, поднимался жуткий ураган.


- Жди здесь! - крикнул Рин, и, восторженно-довольный, ускакал в штаб.


Страйк опешила и плюхнулась обратно на сиденье джипа, прячась от ливня. Складывалось такое ощущение, что все ангелы небесные набрали по паре ведер воды и стали выливать на землю. Жуткие, густые сумерки не добавляли пейзажу умиротворенности.


Рыжий, уже насквозь мокрый, вернулся со своей неизменной дубинкой-шокером и парой цвалкеров. И когда они только успели их захватить? Парень бесцеремонно открыл дверь укрытия девушки, наклонился с ней и с ухмылкой проорал:


- Выходи! Охуенная погодка, самое то, чтобы попиздиться!


Несса округлила глаза.


- Ты нормален?


Эту фразу она еще долго и громко повторяла, пока коллега силой вытаскивал ее в бушующую стихию.


За штабом располагалась довольно ровная бетонная площадка, на которой, видимо, должно было что-то строиться. На ней не было грязи или песка, только вода хлюпала под ботинками. По одной из сторон прямоугольника хлипко возвышался каркас ограждения. Невесть каким образом металлические балки были обломаны, опасно возвышая к небесам свои острила.


Страйк поймала в руки две перевязанные палки и бросила безумный взгляд на рыжего. Яркие растрепанные волосы его и выбитые линии на скулах и сейчас отдавали темно-бордовым цветом; мотоциклетные очки сползали от воды. Рин вновь стянул с себя ветровку и мгновенно промок в своей тонкой майке. Сквозь темно-серую ткань выступал рельеф мышц, и Страйк к своему вящему удивлению и отрицанию почувствовала, как сладко что-то перевернулось внизу живота. Отбросив все мысли, она скинула куртку и встала напротив парня в боевой позиции. Холод не трогал ее, закаленную и волевую, но вода с неба била ее в лицо, в глаза, застилала зрение. Это несколько осложняло задачу атаки противника.


Кинув боевой клич, Ривера совершил первый бросок. Несса предпочла не повторяться в блокировании его ударов, посему легким, неразмашистым движением увернулась от удара дубинки в лицо и замахнулась тыльной стороной кулака на парня. Тот резво отскочил и ткнул девушку шокером в живот. Одежда защитила ее от прямого удара током, но сеточка жара все же прошлась по коже. Страйк рявкнула и, увернувшись от верхнего удара, попыталась сбить рыжего с ног цвалкерами. Тот изящно крутанулся, совершенно внезапно подался вперед и толкнул девушку в грудину. Глухо упав на спину, она постаралась как можно быстрее вернуться в вертикальное положение, но Рин даже не дал ей приподняться.


- Ты издеваешься! - воскликнула Страйк и, здорово гневаясь на побеждающего, резко вскочила.


Рин снова подался вперед, надеясь сбить ее с ног, но Несса приложила его об колено, дернула наверх за идиотский хвостик багровых волос и отвесила сочный удар в нос. Косточка хрустнула, и Ривера взвыл:


- Да хоро-ош! Че ты как дитё!


Отбрасывая налипшие на щеки пряди волос, теперь казавшихся совершенно черными, она улыбнулась и опустила руки, но не тут-то было: хитрый лис лишь притворялся обиженным и сдавшимся. Ловко ударив ее ногой под колени, он повалил ее на мокрый бетон и наклонился, чтобы что-то сделать...


Кровь стучала в жилах, грудь и уши горели.


В следующий момент Страйк уже ошалело смотрит на летящего в намек на ограду Рина. Доля секунды - и крик боли разодрал его глотку и выбил барабанные перепонки девушке. Очнувшись так, будто ее пронзило разрядом, Несса бросилась к несчастному и упала рядом.


- Рин! РИН!


Все предплечье покрывалось кровью. Ливень быстро смывал потоки, но алая жидкость била уверенным пульсирующим ручьем. Парень приходил в себя и потирал затылок, очевидно, не замечая пока своей раны.


Несса чувствовала интенсивно нарастающую в груди панику, но не мешкала ни минуты: стянув борцовку и оставшись в одном хлопковом топе, она нашла место ранения: в плече зиял глубокий порез от переломанной металлической балки. Накладывая жгут выше места ранения, она не переставала следить за состоянием Рина...


Но в следующий миг что-то произошло.


Рана начала сиять голубоватым светом. Девушка поморгала на предмет галлюцинаций и присмотрелась: действительно, под разошедшейся кожей словно бы шел поток света, а края раны искрились мелко-мелко. Вместе с тем Ривера грязно ругнулся и поднялся в сидячее положение.


- Рин... - рассеянно протянула Страйк, поправляя ему очки и держа лицо в своих ладонях. Парень удивленно глянул ей в глаза и отстранил ее руки.


- Э, успокойся. Нехило ты меня...


- Рин, рука!


Рыжий словно впервые увидел свою часть тела, но мощное кровотечение, казалось, едва смутило его.


- Это нормально... то есть, оно заживет через пару дней.


- Да оно же светится! - пораженно взвизгнула Страйк и невольно сжала кулаки, сдерживая шок, ужас и чувство вины.


- Это нормально, - так же рассеянно повторил рыжий и поднялся на ноги, увлекая девушку за собой.


В следующие минуты Несса совершенно выпала из пространства и напряженно сидела на кухне в абсолютной темноте, вновь и вновь возвращаясь к произошедшему.


Рин вскоре вернулся из ванной комнаты. Рана была промыта, кровотечение остановлено, но ее следовало перевязать.


- Чего в темноте? А, бля... - Рин ругнулся, щелкнув неработающим выключателем света. Тогда он зажег керосиновую лампу и поставил на стол. В тусклом свете он казался совсем изможденным, как и Страйк, но никак не мучительно переносящим боль.


- Дай, я, - дрожащим голосом пробормотала Несса, забирая из рук рыжего ватные тампоны и бинты. Когда с делом было покончено и на повязке трясующимися пальцами был завязан последний узелок, Рин потрепал девчонку по голове и ухмыльнулся.


- Ну, наверное, настало время тебе растолковать, откуда ноги растут.


Ривера молчал несколько минут, пока кипел чайник, а потом налил обоим по чашке горячего, согревающего зеленого чая. Он вкусно пах травами и приводил в какое-то спокойствие. Страйк нервно ждала ответов.


- Короче, помнишь ту неведомую херню из кабака? Это то же самое, что ты увидела тут, - он приподнял плечо. - И это называется поток жизни. Даже не знаю, как начать... Тануя - город очень старый, исторически многие такие, как я, именно оттуда. Поток жизни порождает огромную часть жизни на Земле и течет во многих организмах вместе с кровью. Проблема просто в том, что сейчас есть полукровки и "чистые" люди с обычной кровью, обычной жизнью. Или те, которые просто не знает. Ну, иногда поток жизни течет не в крови, а, скажем, как у тебя. То есть, мы так думаем... если бы у тебя в крови была мерцающая поебень, ты бы, наверное, сказала... так вот, поток жизни может содержаться в тканях тела и все такое. Твои родаки из Тануи, это объясняет, откуда у тебя гены. Да, мы все знали об этом, когда искали тебя в Кьягаре.


Так вот, поток жизни дает кучу преимуществ. Ускоренная регенерация. Поток жизни - часть всей планеты, и планета поддерживает жизнь в своих детях. Это если углубляться в мифологию и тэ-дэ... Иногда поток жизни контактирует с магией. Да, как-нибудь на практике покажу, что это есть такое.


Страйк сидела в каменной позе и не сводила пустого взгляда с рассказчика. Мысли с трудом укладываелись в голове, но неописуемый детский восторг начал прорастать на задворках сознания, разрушая шоковое оцепенение. Ребенок, поверивший в сказку.


- Слушай дальше. Есть еще так называемые клетки Дженовы. Неведомая херня, которая попала в этот мир сто пятьсот тысяч лет назад и принесла много бед. Раньше ее останки находились в основной лаборатории, но года два газад она оттуда исчезла. Шумиха была страшная, потому что, если клетки Дженовы попадут в поток жизни, это означает генные мутации по всему миру и тотальная катастрофа вследствии... Бля, я уже говорю, как Сэйто. А, бля, да: как Дженова, собссно, попадет в поток-то... Та трубень из кабака - часть снабжения потоком населения лагеря. В Тануе и всех остальных таких городов тоже так сделано. Под землей идет невъебацкая сеть циркуляции потока. Он нужен всем, он дает жизнь. Это вы, больно осовремененный народ, справляетесь без него, вы эволюционировали от нас. Просто потому, что какой-то еблан решил трахнуть "беспоточную" деваху. И понеслось. А для таких, как я, это - всё, это природа и неотделимая часть.


Хотя, к слову, Исида тоже простой человечек. В бои мы ее не пускали поначалу. Боялись, что порежется, и что с ней делать... Страйк?


Ривера остановился, осторожно потыкав плечо девушки. Она резко выпила полстакана чая и рвущимся голосом выдала:


- Дай... курить.


Рин засмеялся и протянул сигаретку.


- Тяжело, да?


Страйк глубоко вздохнула и ответила:


- Жизнь перевернулась. Кто б знал...


В штабе народ уже спал. Рин сказал, что ребята, как самые умные и заботливые, оккупировали по одной комнате, и ему придется спать на жестком диване в гостиной. Он словно специально жаловался.


- Можешь лечь со мной, - именно это хотел услышать рыжий и услышал. Она все еще не смирилась с тем, что рана для него не серьезная, да и ей несложно будет подвинуться на довольно широкой кровати. - Только я переоденусь...


В сухих шортах и футболке лежа в теплой постели было настолько комфортно, что Страйк буквально растворялась в сладкой полудреме. Ривера принялся раздеваться, и девушка тактично уткнулась носом в подушку. Почувствовав спиной и голыми ногами сырое тело парня, она охнула и возмутилась:


- Ты чего, голый со мной спать будешь? Ты холодный!


Он так и прыснул, и девушка пихнула его локтем в ребра.


- Ты тоже. Уймись.


Парень пристроился к ней поближе, укрыл обоих одеялом и, не проронив больше не слова, уснул. Страйк не оставалось ничего другого, как расслабиться и позволить своим растрепанным мыслям витать в полной свободе. Отсутствие гравитации... я отключаю связь с Землей...


Девушку резко выдернуло из подсознательных образов. Сердце билось часто-часто, но во всем была виновата лишь рука Рина, во сне властно положенная на талию Страйк. Она смутилась, но вернулась в сон, в котором она словно была вновь дома... Горячий кофе, пушистый кот и матильдин смех.


***


Утро возвестило о своем наступлении возгласами за стеной. Вскоре за пробуждением Страйк последовали излишне громкие стуки в закрытую на защелку дверь и голос Сэйто:


- Подъем, выдвигаемся через час!


Несса хотела было сладко потянуть мышцы, но почувствовала какие-то помехи и с ужасом отметила, что крепко увязла в объятиях почти обнаженного Рина.


- Эй, блять, руки! - крикнула девушка и ногами скинула еще не проснувшегося козла на пол. Тот возмущенно промычал что-то, но девушка уже скрылась за дверью, подхватив полотенце и предметы гигиены.


Через полчаса она уже мирно пила кофе за одним столом с Исидой. Та задумчиво чертила пальцем какие-то рисунки на столешнице. Никаких мешков под глазами, идеальная кожа, вид миниатюрной супермодели из модных журналов. Страйк же запомнила свое отражение таким: конопатая деваха, как будто вчера бухала по-черному. К слову, голова немного болела от текилы.


Торэ и Сэйто облокотились о кухонные тумбы и застыли в одинаковых позах, внимательно прислушиваясь к радио на холодильнике.


"Вниманию граждан Кьягара! Убедительная просьба не выходить из своих укрытий без сопровождения уполномоченных органов. Оказывайте любую посильную помощь пострадавшим. При обнаружении подозрительных коробок и механизмов срочно звонить по номеру 1-4545. Пострадавших самостоятельно в медицинский пункт не доставлять! При признаках террористической атаки собрать вещи первой необходимости - документы, пропитание, теплую одежду - и укрыться в подвальных помещениях!".


Страйк с ужасом слушала речь диктатора, по тону своему отдающую миссионерством, и подскочила на месте, когда Рин ущипнул ее за бок. Одетый, как и все присутствующие, кроме Нессы, в форму военного предназначения (а именно, функциональные штаны цвета хаки в точности, как у Сэйто и Торэ; серая майка по типу вчерашней и перекинутая через плечо куртка в тон штанам), он с неизменной усмешкой на лице налил себе кофе и совершенно спокойно закурил. Исида бросала на него испепеляющие взгляды, а Несса прикрыла глаза и приложила сложенные ладони к губам, жадно ловя каждое слово диктатора.


"Ознакомиться со списками отмеченных выживших, исчезнувших без вести и погибших можно в центральном месте сбора: здании областной библиотеки. Вниманию граждан! Известны следующие имена выживших, находящихся в полном здравии или раненных, доставленных в медицинский пункт...".


Далее следовали имена, имена, имена. Со страшно бьющимся сердцем и кружащейся головой Несса ждала, когда алфавитный порядок дойдет до фамилий ее семьи и друзей.


"...Перкбекс, Матильда..."


"...Страйк, Оливия..."


"...Страйк, Тайлер..."


С невыносимым облегчением девушка выдохнула и упала лбом на сложенные на столе руки. Лишь имя Сиаса не прозвучало в этом списке, зато отчетливо было услышано в списке пропавших без вести наряду с именами Тинка Латовина и Роры Бани.


- Мы их найдем.


Уверенный тон Сэйто успокоил Страйк, но лихорадить ее не перестало. Ривера подошел вплотную и, зажав кружку и сигарету в одной руке, приложил вторую ладонь ко лбу Нессы.


- У тебя температура, дура.


Девушка огрызнулась, отбрасывая его руку:


- А кто в этом виноват?!


- Щито поделайт, десу... - на этом он загадочно отошел и минутой спустя велел ей пошевеливаться и переодеться.


***


На удивление сегодня было солнечно. На одном краю горизонта тусовались тучи минувшей стихии, с другого - надвигалось мрачное одеяло предстоящей.


В неизменном внедорожнике, благодаря пролившемуся ливню приобретшему более различимые цвета, стояла довольно строгая, напряженная атмосфера. Страйк устроилась сзади вместе с Исидой и Рином; за рулем сидел Торэ, на месте рядом с ним - Сэйто. Между блондинкой и рыжим как будто ощущалось опасно наэлектризованное поле. Казалось, стоит им коснуться друг друга - будет большой бум.


Несса решила разрядить обстановку:


- В Кьягаре многотысячное население... мы же не сможем их всех перевезти в лагерь?


Сэйто повернулся к девушке, выражая взглядом совершенную умиротворенность.


- Конечно нет. Для начала, добрая часть приходится на людей, объявленных мертвыми или пропавшими без вести. Из оставшихся люди будут поступать в Контагион частями, сегодня привезем около сотни человек. В лагере им окажут конечную мед. помощь. Через пару дней, когда поступит новая партия горожан, первую сотню переправят в город для беженцев за пятьсот миль отсюда.


Страйк кивнула и поняла, для чего за джипом неслись три пустых бронированных автобуса.


- К тому же, - продолжал брюнет, - лишняя оборона не помешает. Если мы попадем в атаку, возможно, спасем на десять жизней больше, чем могло быть спасено без нас.


Несса поежилась и перевела взгляд на пейзаж. Поля, холмы, дорога, пыль. Время медленно ползло к полудню.


На третий день работы в ЭНО ей грозит попасть в эпицентр террористической атаки и, более того, выжить.


Изумительно.


***


Тяжелый вдох, но воздух будто не поступает в легкие. Выдох. Снова вдох. Секунды превращаются в часы пыток.


Страйк по стенке ползла до любого места, похожего на укрытие, оставляя на крошащемся от пуль бетоне кровавые следы. Отовсюду слышались выстрелы и взрывы. Глаза заливало кровавой пеленой. Все, о чем могла думать Несса, - это боль. Взгляд отчаянно выискивал хоть кого-то из эновцев, но Рин и Торэ как напарники ушли сразу, еще до атак. Сейчас они где-то на другом конце города. Сэйто и Исида были рядом несколько минут назад, но в пыли и осколках видимость ограничилась до нескольких метров.


Страйк прошла пешком уже метров триста и продолжала двигаться в сторону их внедорожника, надеясь найти там аптечку.


Пуля прошла навылет со спины. А потом девушку здорово тряхнуло взрывом за стеной, от которой в административном здании не осталось ничего.


Радовало только то, что троих человек они спасли.


Зеваки и тупицы. Сказано: сиди дома, носу не высовывай.


Побирушки, которым приспичило грабить администрацию?


Наконец, спасительная дверь машины. Тишина, покой... Несса залезла на пассажирское сиденье, заперла изнутри все двери и сквозь дикую боль подняла на колени небольшую аптечку, но внутри подбитого белого чемоданчика не оказалось ничего, кроме неизвестного механизма с трубками, иглами и множественными деталями. Страйк взвыла и откинулась на спину, зажимая кровоточащую рану. Пуля не задела позвоночник или, например, легкие, но прошла насквозь через, похоже, кишечник. На лбу красовался внушительный порез от какого-то осколка. Девушку колотило и клонило в сон. Зная, чем это грозит, она липкими, скользкими от крови пальцами вытащила из кармана куртки телефон и поблагодарила все святое за то, что он не был поврежден. Набрала номер, гудок, второй...


"Умоляю, только ответь."


- Да, алло! - проорал резкий голос рыжего, и Страйк благодарно улыбнулась в потолок автомобиля.


- Рин, в джипе нет аптечки?!


- Что? Нет, нам... бля, Тор, на, смотри, там еще двое!..


Пауза в трубке, девушка начинает паниковать.


- Я слушаю. Сэйто?


- Нет, это Несса... Меня подстрелили, я в машине, аптечки нет, что мне делать?


- Сэйто рядом нет?


- Нет.


- Очень плохо... держись изо всех сил, кто-нибудь из нас прибудет. Попробуй связаться с Сэйто или Исидой.


Страйк безысходно всхлипнула и набрала еще один номер. Глухие гудки. Еще один номер. Отключен. Вокруг не видно никого, только слышатся издали выстрелы и взрывы. Выстрелы и взрывы. Боль.


Проходили драгоценные минуты. Нет уж, Страйк не собиралась умирать в самом начале ее новой жизни. К тому же, чего там Рин говорил про поток жизни? Мол, помогает при регенерации? Но ведь она и так сверх нормы уже находится в сознании, может думать, шевелиться, даже с трудом, но ходить.


Чувствуя подступающую смерть в виде страшной сонливости и невыносимой боли - какой странный оксюморон, - Несса принялась вспоминать вслух первые приходящие на ум песни.


Пятнадцать минут...


Полчаса...


Сорок минут. Сорок первая.


Страйк потеряла счет времени и закрыла глаза, когда горло устало воспроизводить звуки. В ушах зазвучала своя музыка вперемешку с неразборчивым гомоном... Признаки дремы...


- СТРАЙК!


Резкий звук вернул ее в сознание. Чьи-то пальцы сжали ее плечи и встряхнули, отчего боль внезапно вернулась. Девушка застонала.


Матерясь без остановки и мельтеша перед ней своей ало-рыжей шевелюрой, Рин устроил Страйк на сидении рядом с водителем, сам упал рядом за руль, завел двигатель и резко газанул.


- Мать твою, прижми и держись, дура! Только держись!


Он вложил ей в руку что-то мягкое и холодное и заставил приложить к ране. Несса устало откинула голову на подголовник.


- Слушай меня, бля, идиотка, не уходи!


Его надрывный голос дрожал; сквозь полузакрытые веки она запомнила дрожь его пальцев на рычаге переключения передач. Вторая, третья, четвертая... за несколько секунд. Вот с бешеной скоростью уже проносится пустыня за стеклом внедорожника. Рин говорил и говорил, кричал, пихал ее в плечо, пытался шутить (совершенно неудачно от нервов). Он был на пределе. Она тоже.


В голове снова играет музыка. Раскатистые аккорды, эпические возгласы скрипки, басистая истерика виолончели, изобретательный ритм барабанов... покой.


В следующий миг девушка осознает, что лежит на чем-то жестком. Она уже не мчится в машине с бешеной скоростью, зато ветер мягко обдувает ее окровавленное лицо, бросая на кожу не менее окровавленные пряди волос. Рядом возник рыжий, держа в руках что-то массивное и механическое, и залез к Страйк на широкий бронированный капот.


- Рин... - только и пробормотала на выдохе девушка, не имея сил задать свои вопросы.


Парень зашикал на нее и принялся дальше совершать какие-то телодвижения с прибором. Спустя полминуты он резко поднял девушку под спину, заключил в свои объятия и сжал пальцами ее челюсть:


- Слушай внимательно. Мы не успеваем добраться до Контагиона, и сейчас ты, блять, обязана отдать оставшиеся силы на штуку, которую я собираюсь провернуть. Смотри мне в глаза и не смей, НЕ СМЕЙ уйти, поняла? - Не видя реакции на свои слова, он жестко тряхнул Страйк, вызывая новый приступ боли. - Поняла, я спрашиваю?


Несса кивнула и всей своей сущностью заставила веки оставаться в раскрытом состоянии. Рин нащупал рукой какую-то часть механизма, стоящего рядом. Он мягко гудел. Деталью оказалась игла с длинным сосудом. Рин глубоко ввел ее себе в вену на руке и мгновением позже проделал то же самое с мышцей предплечья Нессы. Девушка охнула от острой боли и сжала пальцами воротник куртки рыжего. Тот запустил механизм каким-то рычагом, и тут началось...


Предплечье словно окатило обжигающим льдом. Взгляды обоих эновцев были прикованы к прозрачной силиконовой трубке, являющейся частью механизма. Спустя несколько секунд с одного ее конца в другой принялись перетекать светящиеся бирюзовые нити, по дну трубки поползли тонкие ручейки вязкой крови. Вскоре этот тоннель был заполнен целым потоком эфемерных линий. Ривера обнял Страйк и облегченно выдохнул ей в шею несколько раз. В свою очередь, она почувствовала, как боль уходит, а сознание проясняется. В совершенной тишине, сконцентрированные на своих ощущениях, двое просидели несколько минут. Потом парень вытащил иглы, выключил и собрал аппарат, спрыгнул с капота и ушел к багажнику. Несса осталась наедине со своим непониманием.


Боли больше не было - лишь стягивающее чувство на коже спины и живота. Лоб тоже не болел, кровь не текла. Девушка осторожно приподняла борцовку за край и с удивлением увидела на месте раны заживающий шрам, как будто с момента травмы прошла уже пара недель.


Капот задрожал под девушкой, и она испуганно обернулась: рыжий завел мотор. Страйк поспешила залезть в джип. Сиденье впереди было перепачкано кровью.


- Что ты сделал? - пораженно спросила девушка и, не дождавшись ответа, требовательно повторила.


- А до тебя не дошло? - серьезно огрызнулся рыжий, ни разу не улыбаясь и не смеясь. Он был раздражен и бледен: взгляд потух, пальцы слабо сжимали руль, грудь вздымалась и опускалась. - Переправил в тебя частично свой поток жизни.


У девушки чуть отвисла челюсть и округлились глаза.


- Так можно? Почему ты сразу так не сделал? Или... подожди...


- Потому что это могло не сработать, - прервал ее Ривера. - Я надеялся, мы успеем добраться до лагеря, там было бы проще. Медики в городе нам бы не помогли... Зато теперь мы знаем, что у тебя поток жизни содержится в мышечных тканях. Может быть, где-то еще...


Несса присвистнула и откинулась на запачканную спинку сиденья, пока Рин трогался с места и разворачивался на трассе.


- Ты как? - задала рыжему вопрос девушка, видя его состояние. Все расспросы касательно случившегося она оставила на более спокойное время.


Ривера как будто не ел три дня. Лицо заметно побледнего, на лбу выступили капельки пота, губы иссохли и потрескались. На нежное прикосновение к его руке он среагировал рывком плеча. Что еще ожидать, когда вырываешь из себя часть жизни и отдаешь другому.


- Пизже не бывает, - слабо улыбнулся парень сквозь боль в раненном предплечье. - Мне не впервой.


***


Рин заглушил мотор, но вылезать не торопился. Он откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Казалось, он вот-вот потеряет сознание. С виска по щеке скатилась капелька пота, руки поразило мелкой дрожью.


- Вали, ты хотела там кого-то видеть, - приоткрыв глаза, мертвым голосом произнес рыжий.


Страйк хотела было остаться, но заметила выходящих из здания Сэйто и Исиду. Помощь на месте. Все они знают о потоке жизни намного больше нее, и она ничем не может помочь Рину. Лишь постаравшись ободрительно улыбнуться ему, Страйк вылезла из машины и несмело направилась ко входу в областную библиотеку. Огромное, некогда красивое здание, превратилось в очередную обломанную "конечность" города. В небо втыкались железные гнутые балки, бетон некрасиво разбился, раскрошился, обнажая словно жуткую рану оторванной руки. Несса любила это место, а теперь от него и от всего остального, что было дорого, осталась груда камней или трупов.


В груди в очередной раз что-то неистово затрепыхалось. Страйк уже не была так уверена, что хочет видеть лица мертвых или живых близких. Несколько дней назад она твердо отказалась от этой жизни, ей хотелось приключений, опасности, удивить мир подвигом, спасти чью-то жизнь. Она многие годы мечтала о таком. Совершенно детская, наивная, даже мальчишеская мечта стать героем. А теперь ей придется смотреть в лицо Матильде... и что? Лгать или честно признаться, что она променяла всё на службу в секретном отделе обороны?


Девушка набросила на голову капюшон своей куртки цвета хаки, снизу окрасившейся в бордовый от крови цвет. Ей бы не хотелось, чтобы ее узнали знакомые, начали приставать с расспросами. Ей бы не хотелось, чтобы ее увидели родители, сидящие на скамье у стены. Они были целы и почти невредимы, рядом - друзья и врачи. Страйк просто не могла себе представить их разговор. Не могла позволить подойти и взглянуть в глаза.


С трудом найдя Мотьку в глубине здания, она улыбнулась. Подруга носилась между ранеными, как волчок, помогая там и сям. Русые волосы выбивались из ее внушительной толщины косы; джинсы местами были порваны, испачканы кровью и масляными пятнами. В руках был металлический лоток с алой ватой.


Лоток со звоном выпал из онемевших пальцев. Матильда не улыбнулась, не закричала, не бросилась на шею; она просто смотрела взглядом, полным укора и непонимания.


- Где ты была?! - в голосе было столько горечи и холода, что Страйк почувствовала спазм в горле.


- Слушай... я объясню... - слова предательски дрогнули, и Несса осеклась.


- Почему ты в форме?


- Я... уезжала по делам. Я приехала помочь!


Лицо Мотьки помрачнело.


- Как видишь, и без тебя справились.


Матильда Перкбекс впервые выглядела серьезной и злой.


- Мотька, ну ты чего... я же здесь, - несмело начала Несса, подходя ближе к подруге. Та не двигалась с места. - Я так рада, что с тобой все хорошо!


Подойдя достаточно близко, Страйк заключила ее в крепкие объятия. Немного погодя, та слабо ответила. Казалось, у нее нет сил принять происходящее.


- Ты ранена? - спросила Матильда, отстраняясь и опуская взгляд на окровавленную майку девушки. Страйк только мотнула головой. - Тогда, может, расскажешь, где тебя носило?


Страйк несчастно вздохнула. Ей бы так хотелось рассказать все лучшей подруге, поделиться впечатлениями, но стоило ли сближаться, чтобы вновь оставить ее?


- Я обещала кое-кому помочь, и это надолго. Скорее всего, я уеду и уже никогда не вернусь.


Матильда, наверное, поняла, что Несса ничего не собирается рассказывать, но не стала возмущаться.


- Что ты скажешь родителям? Что мне им говорить?


- Не знаю. Скажи, что мне предложили работу в другом городе, и приступать к ней надо было в срочном порядке.


Так ведь оно и было.


- Как ты могла кинуть нас?!


Страйк опустила голову и вперила взгляд в каменную плитку. Она могла бы сказать, что у нее не было выбора, но это не правда. Несса могла остаться. Но она выбрала новую жизнь. Зачем? Разве была она несчастна или одинока, бежала ли она от ужасной жизни? Она была счастлива, а теперь причинила боль близким ради собственных желаний.


Страйк не могла выдавить из себя и слова.


- Если уезжаешь насовсем, не пиши и не звони и вообще не заставляй нас о тебе вспоминать. Либо ты тут, либо нет...


На этом подруга собрала пропитанную кровью вату в лоток, резко развернулась и ушла восвояси. Страйк показалось, что она услышала сдавленный всхлип.


Все сложилось как-то неправильно.


Несса осторожно прокралась к выходу, никем не замеченная. Слава богу. Ей и так претила вся эта встреча с Матильдой, не хватало еще толпы прочих. Отец и мать были отвлечены на расспрашивающего их полицейского. Студенты-приятели устало беседовали друг с другом. Никто не видел ее. С щемящей грустью в груди девушка вышла на крыльцо и села на ступеньки, доставая из кармана куртки помятую пачку сигарет.


Эновцы тусовались возле джипа. Белый, как пергамент, Рин сгорбленно сидел на капоте, Исида промывала ему мелкие ранки и дала воды. Сэйто и Торэ о чем-то переговаривались, но завидев Страйк, брюнет немедленно сорвался к ней.


- Как ты себя чувствуешь?


Он выглядел крайне обеспокоенным. На удивление, он вышел из боя лишь с несколькими царапинами и ранами от осколков. Исида тоже ровно стояла на двух своих, издалека - практически невредимая.


- Хорошо. Как он?


Вопрос вырвался сам собой, дрогнувшим голосом, жалобным вздохом. Страйк чувствовала себя страшно, невозможно виноватой и совершенно разбитой из-за рушащихся ценностей. Ее захлестывали сомнения и сожаления.


Без имен Сэйто понял, о ком речь.


- Ему нужен отдых. Поток жизни восстанавливается со временем, немного медленнее, чем кровь.


Несса кивнула и опустила голову, затягиваясь мягким, сладковатым дымом одолженных у рыжего сигарет. От нехватки душевных сил ее откровение прозвучало совсем тихо:


- Мне очень жаль...


- Ты не виновата. Это мне следовало лучше тебя прикрывать.


Страйк тяжело подняла взгляд, когда парень коснулся ее плеча. В его взгляде читалась печаль и вместе с ней - сострадание. Казалось, этот человек способен понять и принять что угодно.


- Не бойся Рина, лучше поговори с ним. Он бы хотел знать, в каком ты состоянии. Я пойду разведаю обстановку.


За сим командир ободряюще улыбнулся уголком рта и направился в библиотеку. Девушка подтянула ноги к груди и грустно вернулась к наблюдению за Рином. Теперь он лежал спиной на капоте и курил, заложив свободную руку под затылок. Он казался таким слабым. Исида сидела на заднем сидении боком, скрестив тонкие ножки. Торэ отошел в сторону, переговариваясь с кем-то по телефону. Сигарета меж пальцев быстро истлела, и у Нессы больше не было повода оставаться в стороне. Чтобы не дай бог не передумать, она решительно выпрямилась и направилась к джипу. Рин заметил движение и повернул голову в ее сторону. Его открытый взгляд ничего не выражал.


- Как ты? - сочувственно поинтересовалась Страйк, садясь радом с ним на капот.


- Как огурчик, - усмехнулся рыжий в ответ.


Повисла неловкая пауза. Страйк собралась.


- Спасибо тебе...


Ривера прервал ее слегка раздраженно:


- Это мой долг. Ты поступила бы так же. Закрыли тему.


Девушка смиренно замолчала. Она испытывала невыразимое чувство благодарности и долга и прониклась к рыжему большим уважением. Впрочем, все ее коллеги вызывали восхищение: такие сильные, такие знающие, такие смелые. Никто из них не бросит друг друга в беде, а Страйк не смогла справиться в команде даже с рядовым заданием. Наверное, она станет обузой для всех. Не зря ли она согласилась на это?


- Хочешь вечером в бар? - с нежной тоской и дрожащим нутром спросила Несса, желая загладить вину.


- Я собирался менять двигатель в мотоцикле. - Страйк разбито опустила голову, но Ривера вдруг продолжил: - Хотя можешь мне помочь, одному скучно до пизды.

Теперь Страйк узнала прежнего Рина. Она так привыкла к его глупым шуткам и язвительным подколам, к естественным для него запахам апельсинов, моторного масла и, конечно, дыма, что невыносимо было видеть его полумертвым. Тогда, в джипе, когда они подъезжали к библиотеке, он казался другим человеком, и это пугало. Но даже несмотря на близко подступившую смерть он остался сильным и жизнерадостным. Сама Несса так не умела.