# До и после Победы. Книга 1. Глава 17. (v 2.4.43 - продвижение Гота к с-в от Минска в начале июля 41го)

Сергей Владимирович Суханов

А к северо-востоку от Минска немцы - в лице Гота и четырех дивизий его 3й танковой группы (напомню - в РИ тут было девять дивизий 2й и 3й тг) - старались выстроить очередное подобие клиньев. Только сейчас мы уже не воспринимали эти бои как приграничный конфликт - уже было понятно, что, несмотря на предыдущие попытки, опять нашлись "вумные", которые считали, что у них "наконец-то все получится". Поэтому "относились" к ним соответственно. С ними дрались.

В отличие от 7й танковой, которая шла вдоль московского шоссе, 19я танковая шла параллельно ему в 50 км севернее, с трудом продираясь через местность. Как отмечал Гот: "Последствия неправильной оценки противника стали проявляться особенно тогда, когда начались дожди. Если раньше войска и машины сталкивались на марше с трудностями, связанными с преодолением песков, пыли и жары, то теперь неукрепленные дороги превратились в бездонные болота, где безнадежно вязли тяжелые машины. И вместо быстрого, как надеялись, овладения Оршей 19й танковой дивизией, наступавшей в первом эшелоне, потребовалось два дня для того, чтобы добраться до Рудного, то есть пройти 90 километров. Дивизия потеряла боеспособность, так как ее колонна, постоянно прерываемая застревающими машинами, сильно растянулась. Кроме того, русские использовали полученное время для первого планомерного разрушения мостов. Сказалось и то, что танковая группа не выслала охранения к Западной Двине..." (в РИ - продвижение 7й танковой на Витебск, добираются до Лепеля - 40 км к северу от Рудного; в АИ тут вместо шести танковых и трех моторизованных действует всего 2 танковые и 2 моторизованные дивизии, поэтому немцы не зарываются). То есть захватчикам все время что-то мешало - то "морозы", то "плохие дороги". "Бедняфки" (с). Стоило их и пожалеть. Сначала уничтожить, а потом пожалеть. Да мы и вообще люди жалостливые, да. Ибо нехер к нам лазать - дома сидите, целее будете.

Так что ко всем этим неурядицам добавился еще один "природный" фактор, который немцы и прочие завоеватели стараются поначалу не замечать - русские. Лишь после того, как завоеватели как следует огребут, они начинают задумываться, что что-то тут не так. Вот и 50я сд, которую отодвинули частью на север, частью - на восток, не сдавалась, постоянно устраивая засады и завалы на дорогах - климат у нас такой, русский. (в РИ 50ю сд оттесняет на север 20я мд, в АИ она к югу от Минска). Это именно 50я сд заняла переправы через Березину у Зембина (25 км на северо-восток от Борисова), что позволило выходить на восток советским частям с техникой и тяжелым вооружением (в РИ это не удалось - Зембин был захвачен 7й тд вермахта; в АИ 7я тд наступает по московскому шоссе (в РИ там наступала 18я тд)). Позднее наших все-таки оттеснили от переправ, и отрезанный от основных сил отряд 50й сд так и остался к северу от Борисова, действуя на нервы и коммуникации фашистов - что 19й танковой, а потом 14й моторизованной, наступавших севернее, параллельно шоссе, что 7й танковой и 18й моторизованной, наступавших южнее, вдоль шоссе.

"Канал" в лесах, который прокладывали себе шедшие на восток друг за другом 19я танковая и 14я моторизованная, поджимался "пятидесяткой" не только с юга, но и с севера. Там также сражались части 50й сд, разрезанной пополам. Хотя они понесли потери, утратили часть вооружений и техники, но еще вполне могли огрызаться. Так, 202й артполк устроил засаду у деревни Нивки (в северу от Зембина), был серьезный бой у деревни Липск - в итоге Гот решил не идти на север, к Лепелю, и стал заворачивать северный клин своих дивизий все больше к востоку (в РИ немцы захватывают Лепель 3го июля - у них просто больше дивизий, риск гораздо меньше). А ведь в начале июля в Лепеле находились только курсантский полк Лепельского артиллерийско-минометного училища, отошедшие на восток остатки Виленского пехотного училища, пограничники и некоторые подразделения 37-й стрелковой дивизии, прорвавшиеся сюда из-под Лиды (в частности, 103-й отдельный противотанковый дивизион и 58-й саперный батальон). Именно поэтому еще вечером 27 июня командир 62-го стрелкового корпуса генерал-майор И. П. Карманов (в полосе которого оказался Лепель) начал направлять к Лепелю сформированные из подразделений 186й и 153й сд боевые группы (в РИ - отдал приказ удерживать Лепель - "денег нет, но вы держитесь" - на эти дивизии наступали 19я, 20я, 7я танковые и 18я моторизованные дивизии), имея задачей успеть эвакуировать военные склады (в РИ сделать это полностью не удалось - 7я тд захватила Лепель 3го июля). И одновременно склады разносились по всем соединениям, которые только могли до них добраться. Так, там неплохо попасся 7й мехкорпус - 2го июля "из Лепеля вернулся транспорт с боеприпасами. Получено 200 000 45-мм снарядов и 76-мм. 37-мм зенитных и крупнокалиберных патронов - нет...". В последующие дни корпус начал направлять в тот район разведотряды с десяток танков, чтобы прикрыть транспортные колонны и заодно вовремя отследить появление немцев (в РИ начиная с 3го июля они наталкивались на немцев и отходили).

В журнале боевых действий 186й дивизии описан бой ее 290го стрелкового полка, высланного в качестве отряда для защиты Лепеля к югу от города: "В ночь с 4 на 5.07.41 Лепельское минометное училище без приказа оставило передний край обороны - левый фланг 290 сп остался открытым.

Трижды вводя ударную группу в контратаку 290 сп в районе Рудни сбрасывал противника в р. Эсса, но открытый фланг и подошедшие резервы противника не дали возможности закрепиться на берегу.

В боях 5.7.41 г. полк потерял до 40 % личного состава и до 40 % уничтожено матчасти. В бою ранено два командира батальона капитаны Доценко и Жевлаков, пропали без вести военком полка - батальонный комиссар Денисов и начальник штаба капитан Савельев. Героической смертью погиб командир 1 пульроты мл. лейтенант Ягупов, который прикрывал фланг полка. Командир 1 дивизиона 327 ап капитан Пашкин, будучи тяжело ранен в голову, до конца боя оставался в строю и маневрированием огня сдерживал противника, чем обеспечил выход 290 сп.

9.07.41 г. полк получил приказ отойти на новый рубеж..." (в РИ - бой в ночь с 7го на 8е под Бешенковичами с 20й мд (а рядом 186ю сд атаковала и 20я тд)).

Южный клин - вдоль шоссе - помимо подразделений 50й сд с севера пожимали, уже с юга, советские 100-я и 161-я стрелковые дивизии 2-го стрелкового корпуса, которые занимали позиции южнее Борисова на западном берегу рек Волма и Березина, при этом левофланговая 100-я дивизия потеряла соприкосновение с противником. В журнале боевых действий 2-го стрелкового корпуса записано, что "Весь день 2.7.41 г. на всем фронте корпуса противник не появлялся, и только вечером 2.7.41 г. были замечены разведывательные части противника северо-западнее м. Червень. Командир корпуса, несмотря на имевшийся приказ командующего 13-й армией отойти за р. Березина, решил без давления противники не отходить и боем задерживать и изматывать части противника. Местность этому в максимальной степени способствовала, так как на всем пространстве между реками Волма, Березина тянулись большие лесные массивы..."

Странность этого решения была в том, что немцы и не собирались лезть в эти дебри. Но эта странность оказалась полезной, когда началось наступление 5го мехкорпуса - стрелковым дивизиям также была поставлена задача ударить с юга по шоссе, чтобы отрезать немцев от Борисова и далее на восток. Тем более что оборону к югу от Березины уже занимала 187я сд (в РИ там должны были обороняться как раз 100я и 161я сд, но они вовремя не отошли, в результате участок оказался не прикрыт советскими войсками).

И вот, 6го июля, когда с фронта, вдоль шоссе, 7ю танковую вермахта атаковал наш 5й мехкорпус, этим дивизиям была поставлена задача атаковать московское шоссе с юга и с севера.

7я танковая дивизия вермахта уже понесла существенные потери в боях в районе Алитуса, затем - севернее Минска, к концу июня в его 25м танковом полку осталось только два батальона из трех. Однако к началу нового наступления часть танков удалось вернуть в строй, 30 июня был восстановлен и третий танковый батальон. К началу июля на вооружении дивизии было 149 танков (включая 11 Pz.IV) из 265 танков, имевшихся в ней на 22 июня 1941 года. Причем безвозвратные потери на 30 июня составили всего 25 танков и была вероятность ввода в строй еще 90 танков в течение недели, максимум - двух. К тому же как раз 6го июля дивизии был придан 101й отдельный батальон огнеметных танков (около 70 танков). Правда, и потери с начала июля были большими - семерке приходилось прорывать оборону сначала сводного отряда Сусайкова, затем - драться с "пролетаркой" - выбытие танков пока заметно превышало их ввод. Особенно злились немцы на 7ю бригаду ПВО. Бригады ПВО были довольно крупными соединениями. Каждая бригада, имела в своем составе 5 зенитно-артиллерийских дивизионов (60 орудий среднего и 12 орудий малого калибра), зенитно-пулеметный дивизион (27 крупнокалиберных пулеметов), прожекторный батальон, полк (батальон) ВНОС, в котором было от трех радиорот, рота связи, дивизион аэростатов заграждения (81 аэростат), авиационный отряд. Один зенитно-артиллерийский дивизион был способен прикрыть войска двухслойным огнем на площади 2 км по фронту и 2,5 км в глубину, соответственно, пять дивизионов могли прикрыть суммарно уже полосу в 10 километров в ширину и 2,5 в глубину. Ну и по наземным целям зенитчики также могли работать. Так что 7я бригада сначала отличилась в обороне Минска, уничтожив за 22-26 июня 11 самолетов врага (а уж сколько самолетов было повреждено и сколько прицельных атак сорвано - неизвестно, но явно немало), затем - под Борисовым, куда передислоцировалась незадолго до занятия немцами Минска. Причем уже во время передислокации она столкнулась с танками семерки, но зенитчики быстренько развернули орудия и нащелкали более десятка машин - фрицам пришлось откатываться. И в дальнейшем бригада была эффективна в борьбе с танками, хотя насчет ее возможностей защитить войска от немецкой авиации были нарекания со стороны Сусайкова - командира борисовского гарнизона. 2го июля он докладывал, что "Имеющаяся в моем распоряжении бригада противовоздушной обороны оказалась очень малоэффективной и к тому же за последние 2 дня имеет много потерь." Но, несмотря на все эти потери, бригада продолжала исправно выбивать немецкие танки. И она смогла сохранить несколько орудий вплоть до контрнаступления, хотя, если бы оно задержалось еще на пару дней, все орудия были бы уже уничтожены. Так что немцам для мести не хватило самую малость - буквально пары-тройки дней.