Сухонин Сергей Сергеевич: другие произведения.

Дипломат поневоле.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 5.61*18  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Продолжение опубликованного "солдата поневоле". Космическая, боевая, социальная фантастика. Часть книги снята в связи со скорым выходом в печать.


   Глава 1
   Войти в ту же реку дважды.
  
   Утро первого октября 203..года было дождливым. Илья даже замешкался ненадолго на проходной у входа в университет, задумавшись на секунду, куда бы деть мокрый зонт. Никакого пакета или сумки он, выходя из дома, не захватил, а ходить по длинным университетским переходам с зонтом в руках было как-то неудобно. "Надо было брать такси - мелькнула запоздалая мысль. И тут же - мысленное возражение самому себе: не жили богато, не будем и начинать. Я вроде как учиться снова собрался. А честный студент в универ на такси не ездит. И на дождь ему тоже должно быть наплевать".
   Илья сложил зонт и, держа его в левой руке, с решительным видом и каменным выражением лица направился через проходную.
   - Вы к кому, по какому поводу? - пожилой, с заметным брюшком охранник в прозрачной пластиковой загородке с трудом приподнялся и высунулся в окошко.
   - К Торенко, Валентину Степановичу, декану биохимического факультета. По делу. Он меня ждет, - спокойно сказал Илья. Парень достал свое офицерское удостоверение и показал охраннику в развернутом виде, как будто это что-то объясняло. Тот, подслеповато щурясь, посмотрел в документ, затем на одетого в офицерскую форму Илью.
   - А, с военной кафедры? Проходите - охранник разблокировал турникет. Центральный корпус, налево второй этаж.
   - Я знаю, - кивнул Илья и прошел внутрь. Как охранник мог подумать, что он с военной кафедры, если парень был одет в характерную синюю офицерскую форму военно-воздушных сил, а военная кафедра РХТУ принадлежала к войскам радиационной, химической и биологической защиты? Непонятно. То ли ему, после ежедневных проверок тысяч студенческих билетов уже все до лампочки, то ли он просто тормоз. Впрочем, какая разница...
   Знакомый центральный вход с мраморным Менделеевым, сосредоточенно уставившимся в книгу, лестница на второй этаж, коридор налево... Вот и знакомая дверь. Илья вежливо постучал и, выждав пару секунд, решительно вошел внутрь.
   - Валентин Степанович у себя?
   - Да, в кабинете, - оторвала взгляд от монитора секретарша. - Но он сейчас не принимает. Вы по какому вопросу?
   - По личному. Я ненадолго, - Илья улыбнулся секретарше самыми краешками губ, быстро пересек приемную и, не дожидаясь возражений, вошел в кабинет декана, плотно закрыв за собой дверь.
  
   Декан, вольготно развалившийся за столом в большом черном кожаном кресле, поднял глаза от монитора компьютера навстречу гостю и, застыв, наверное с секунду сидел молча. Сначала он хотел что-то сказать, но быстро осекся, словно подавившись словами, когда узнал Илью. Цепкий взгляд декана зацепился за ордена на груди парня, метнулся к погонам, скрестился со взглядом Ильи и сразу опустился вниз.
   - Ты?
   - Я!
   - Валентин Степанович, - он сам вошел! - Дверь в кабинет открылась и в нее буквально влетела секретарша, всем своим видом излучая праведный гнев. - Молодой человек, немедленно покиньте кабинет, или я вызову охрану!
   - Выйдите Верочка, - мягко сказал декан. - Нам есть о чем поговорить с офицером. И дверь за собой закройте, пожалуйста.
  
   Когда оббитая коричневой кожей дверь мягко закрылась с другой стороны, Валентин Степанович снова поднял голову и посмотрел Илье прямо в лицо.
   - А ты герой...не ожидал - произнес он неопределенным тоном. - Ладно, неважно. Ты, вообще, зачем пришел? По делу или просто так?
   Илья почувствовал, как внутри него закипает гнев. Собственно, он сам не знал толком, зачем он ворвался в кабинет к декану столь бесцеремонным образом. Нет, цель прихода в деканат была вполне определенной - Илья собирался восстановиться в университете и все же доучиться свои полтора года, оставшиеся до получения диплома. Большого желания делать армейскую карьеру у него не было, а восстановить его среди студентов руководство ВУЗа было просто обязано. Командование сдержало свое слово - документы на Илью были оформлены вчистую, как на специалиста-контрактника, призванного в ряды вооруженных сил по срочной необходимости. От такого не отмахнешься - дескать, ничего не знаем, восстанавливать не будем - себе дороже выйдет.
   И встреча с деканом была самым прямым путем к возвращению к студенческой жизни. Нет, конечно, можно было идти кружным путем, через ректора или приемную комиссию. Но зачем? Да и, честно говоря, хотелось Илье посмотреть Валентину Степановичу в глаза - просто посмотреть, а дальше видно будет.
   Посмотрел. И, услышав первую фразу, поймал себя на мысли, что сейчас просто подойдет и даст декану в морду. Прямо в холеную, гладко выбритую и пахнущую дорогим мужским одеколоном чиновничью морду. А там будь что будет. Илья уже сделал шаг к столу, но на мгновение замешкался - помешал все тот же сложенный мокрый зонт. Перекладывая его из правой руки в левую, парень вновь зацепился взглядом с деканом.
   Видимо прочитав намерение Ильи у него в глазах, декан, крепко зажмурившись, неловко заслонился рукой, подняв ее вверх в защищающем жесте. Выглядело это, по сравнению с недавним уверенно-надменным выражением лица, настолько жалко и комично, что Илья в последний момент невольно остановился.
   - Погоди, погоди...Ты никак мне морду бить собрался? - Скороговоркой пробормотал Валентин Степанович. - Подожди тогда, я встану и очки сниму. Очков жалко. Атрофия сетчатки, диоптрии подобрать трудно, заказа на новые очки надо неделю ждать. А без очков у меня такое дело, Илья - не вижу я без них ничего, на стены натыкаюсь. Все снял, - декан торопливо положил очки на стол, оставшись, впрочем, сидеть в кресле. - Если хочешь бить - попробуй. Но, может, лучше сначала поговорим? Подраться, если что, успеем.
   После такого монолога желание немедленно ударить у Ильи окончательно пропало. Он просто подошел поближе, возвышаясь во весь рост над скрючившимся в кресле чиновником.
   - Я понимаю, ты, возможно, в своем праве. Нехорошо тогда получилось - виновато улыбнулся декан. - Ладно, если невтерпеж ударь разок, может и правда полегчает... А потом поговорим.
   - Зачем вы это тогда сделали? - Задал главный вопрос Илья, разжав кулаки.
   - Ты имеешь в виду звонок из суда? - Илья утвердительно кивнул головой - А что я должен был по-твоему сделать? - продолжил декан. - Начать тебя защищать, говорить, что ты мой студент? Я тогда думал, что сделаю тебе этим только хуже - пожал плечами Валентин Степанович.
   - Полная чушь! - с яростью сказал Илья. - Не надо было меня защищать! Все, что тогда требовалось - просто сказать судье правду. Я понимаю, что для вас любой студент - в общем - то никто и звать его никак. Но все же...я был хороший студент... Я не создавал проблем, нормально учился. Я уважал вас лично в конце-концов! А вы меня даже не продали - это бы еще можно было понять. Вы меня сдали, наплевав на меня и на мою судьбу с поразительной легкостью. Причем сделали это даже не за деньги, не за ломаный грош, не за какую-то выгоду, а просто из одного только страха - как бы чего не вышло.
   - Не все так просто Илья, - покачал головой декан. - Подожди пока кричать, послушай меня. За сутки до твоего звонка у ректора были немалые чины из ФСБ и полезники из комитета. Вежливые такие ребята, представились, показали корочки - все как положено... Короче, ректор вызвал меня и декана силикатного факультета, они с нами побеседовали. Речь шла о тебе и еще одном парне с силикатов. Смысл ее был таков - безопасность России требует от вас и от нас послужить родине. Они вас ни в чем не обвиняли, наоборот говорили о вас самые лестные слова - отличные, мол, парни. Дескать, так случайно получилось, что вы должны принять участие в какой-то оперативной комбинации, причем все это страшная военная тайна. Поэтому университет должен предоставить вам академический отпуск. А для достоверности оперативной легенды, если вы, или еще кто будет по этому поводу обращаться в деканат - предельно серьезно сообщить, что вы отчислены. Так надо, чтобы ваша "легенда" была железной, иначе ваша жизнь может оказаться под угрозой. А большего нам и знать не нужно - меньше знаешь - крепче спишь.
   - Подождите, - перебил декана обескураженный Илья. - А как же справка об отчислении, аннулирование карточки полезности и прочие документы на суде?
   - Охотно верю, что все это было. Только я ничего такого не видел - Валентин Степанович несколько успокоился и уже говорил ровным тоном. - Я лишь потом начал понимать, что все не так гладко. Когда пришло постановление суда Комитета Полезности отчислить того студента с силикатов, поскольку он отправлен к месту исполнения наказания. Куда-то в Новодимровск. Ректор было воспротивился, звонил в комитет...а потом парня все равно отчислили. Уж не знаю, как и почему, извини, - смалодушничал я, побоялся лезть в это дело, да и не касалось оно меня напрямую. Думал и с тобой такая же история. Ан нет. Академический отпуск мы тебе задним числом дали, а ты и пропал. Комитет, ФСБ, - насчет тебя все молчат, как и не было ничего... Я все же позвонил твоим родителям, а они говорят - в армию ушел. Вот такие дела Илья. Теперь ты появляешься, в форме, с наградами, весь кипишь от гнева как раскаленный чайник и хочешь бить мне морду. Может, объяснишь сперва, что это у вас там за операция такая была?
   - Да так... было одно дело, - Илья сконфужено опустил глаза в пол. Парень понял, что, скорее всего, декан прав. Его версия выглядела убедительной, она вполне объясняла все нестыковки. Действительно, зачем запугивать руководство университета, принуждать его или покупать (как он вообразил сам себе), когда можно просто попросить об одолжении, представив удобную версию и опираясь на авторитет спецслужб? Да и документов у судьи в руках Илья толком не видел - он сидел в пластиковой загородке для обвиняемых. Были ли они? Небольшой спектакль в зале суда, потом вербовщик - и все готово, без лишних затрат. Хотя, нет - видимо студент с силикатного факультета отказался и поехал в Новодимровск всерьез. Впрочем, кто знает?
   - Если так, то понятно Валентин Степанович, - сказал Илья, попытавшись обуздать гнев и мыслить логично. Похоже, нас всех подставили.
   - Похоже, - кивнул головой декан. - Хотя мне до сих пор не понятно кто, и, главное, зачем. Впрочем, думаю тебе это виднее, а я со своим любопытством перебьюсь, не мальчик уже. Скажу прямо - рад, что ты жив и здоров. Восстанавливаться пришел?
   - Да. Вот документы.
   - Оставляй здесь. Заходи через полчаса, заберешь. Верочка копии снимет и оформит все. Зачетку сохранил?
   - Вот она.
   - Ну что же, вся эта история в мае случилась, перед самой сессией. Учился ты неплохо. Думаю, все зачеты и экзамены за ту летнюю сессию мы тебе проставим автоматом, я сам поговорю с преподавателями. Во всем произошедшем есть и моя вина, я хоть таким образом постараюсь тебе помочь. А вот пропущенное в октябре догонять придется. В общежитие заселяться снова будешь?
   - Нет. Я пока квартиру снял.
   - Ну, дело твое. Ты вот что Илья...прости меня. Я тоже был хорош, уши развесил - до сих пор совесть мучает. Короче - учись студент. И больше в такое вляпываться я ни тебе, ни себе не советую.
  
  
  
   С Аней Илья временно расстался еще в сентябре. Что поделать - началась учеба. Илья решил восстанавливаться в РХТУ, Аню ждал новый семестр в Архангельском Государственном Медицинском Университете. Любовь - это конечно хорошо, но заканчивать учебу тоже нужно. Тем более что летом они погуляли неплохо, а учиться Илье оставалось каких-то полтора года. Ане - больше, но это не беда, в конечном итоге впереди еще целая жизнь...Да и к тому же можно часто ездить друг к другу в гости? Или уже нет?
   На самом деле, к сентябрю месяцу денежный вопрос встал перед Ильей не то чтобы совсем остро, но довольно решительно. На карточке были хорошие деньги, оставшиеся от сэкономленной во время службы немаленькой зарплаты контрактника, а так же внушительные боевые, наградные и отпускные. Вот только месяц в Сочи, проведенный вместе с Аней (за границу Илью не пустили), когда парочка жила ни в чем себе не отказывая, оказался значительно дороже, чем Илья предполагал. Снятая в Москве на полгода вперед квартира тоже была не из дешевых, да и вообще, Илья за последние дни как-то разучился экономить. А зря. Расставшись с Аней и немного протрезвев от затянувшегося на три месяца летнего отдыха, Илья сделал ревизию своим финансам и убедился, что промотать в короткие сроки можно довольно много. Предположим, на квартиру в Москве денег у него все равно не хватило бы. Но, если бы он был хоть чуть-чуть аккуратней с наличностью, то что-то можно было бы подобрать в Воронеже или Архангельске. А теперь, похоже, не хватит ни что кроме пресловутого "домика в деревне". Не лучшего домика и не во всякой деревне.
   Кроме того Илья поневоле задумался над своим будущим. До того как он попал в десант, все было понятно - учеба, потом работа, потом какая-никакая карьера. Ну, как у всех. А вот сейчас все было не так однозначно. Ну, закончит он университет. Дальше-то что? Поиски работы, неизбежно маленькая поначалу зарплата, съемная квартира. Или, не дай Бог, ипотека, при которой им с Аней придется экономить каждую копейку и это - единственная перспектива на годы вперед. А куда деваться, кому он нужен? Раньше было понятно - деваться некуда, все так живут. Но, то было раньше. Сейчас была другая альтернатива - продлить армейский контракт. На сей раз уже добровольно. Прийти по окончанию отпуска и подписать контракт, попросив предоставить отсрочку на год для окончания учебы. Илья думал, что это вполне реально. Когда, закончив все проверки и вручив деньги и ордена, остатки их взвода распустили, наконец, в длительный отпуск, получивший звание подполковника Липатов прямо говорил - с каждым из вас вопрос будем решать индивидуально. Люди, получившие столь уникальный боевой опыт России нужны. Но - уже добровольцами. Кто решит служить - останется доволен и деньгами, и условиями.
   Тогда, в мае, Илья, яростно махая руками, чуть ли не кричал улыбающемуся в усы Липатову, что он ни за что не продлит контракт. Дескать, с него хватит, навоевался, он эту армию в гробу видал. Но, то было в мае.
   Сейчас, в октябре, мысли уже были другими. Илья вспоминал Элию. Огромные, отливающие синевой заснеженные пространства чужой планеты, пронзительно - яркие звезды над головой, тяжесть лазерной винтовки на плече. Другой мир, другая жизнь. Ему ли, видевшему из космического корабля отдаляющуюся Землю, падавшему в затяжном прыжке из орбитального челнока на поверхность чужого мира, воевавшему и убивавшему, работать теперь всю жизнь менеджером по продажам или технологом на заводе? Хочет ли он этого? Раньше казалось да - хочет, он не искатель приключений. Теперь же все было не так однозначно.
   А еще Илье почему-то снилась Элитьен. Нет, ничего эротического. Просто снилась, бывает же такое? И, подчас, проснувшись в середине ночи, Илья доставал золотой кружок с синим камнем и альваланской вязью букв вокруг и долго смотрел на него, любуясь.
  
   В свой первый учебный день, четвертого октября, Илья пошел в университет, естественно, в гражданском. Совершенно незачем лишний раз обращать на себя внимание. В новой группе его никто не знает, бывшие друзья и однокурсники уже получили свои дипломы. Парень надел недорогой китайский джинсовый костюмчик, взял практичный индийский коммуникатор-планшетник - все как у всех. Валентин Степанович сдержал свое слово - восстановиться удалось быстро и без всяких проблем. Новая группа не произвела на Илью особого впечатления - похоже не особо дружная, девочек как всегда в два раза больше чем парней, только вот симпатичных мало. Москвичи кучкуются отдельно, "понаехавшие" из общежития отдельно - обычная ситуация. А в целом нормальные ребята, лица у всех простые, русские, держится народ свободно. Все нормально, в общем. Посмотрел расписание: три дня в неделю учеба, два дня - учебная научно-исследовательская работа. Илью прикомандировали к ГосНИИОХТу, что на Авиамоторной, подсказали контакты научного руководителя, который должен был дать ему тему работы. Надо будет созвониться и ехать, но лучше завтра с утра... так во всяком случае вечером думал Илья. Но никуда не поехал. Потому что следующим утром он остался сидеть дома перед широким дисплеем медиасети - утром было историческое выступление Президента, о котором потом еще долго ходили разговоры.
  
   Все началось в седьмом часу утра, когда в Токио в полдень с речью выступил премьер-министр. Через час близкое по духу выступление сделал в Пекине Генеральный секретарь ЦК КПК. В интернете сразу же появились видеозаписи этих речей и несколько сумбурных переводов. То о чем говорил японский премьер, и затем глава китайской компартии было невероятно - речь шла о том, что человечество встретило другую инопланетную расу - альвалан. Тогда же появился анонс выступления президента Российской Федерации, назначенного на двенадцать часов.
   Илья смотрел речь президента России дома, на широком экране. Невысокий, хотя и склонный к полноте, но производящий впечатление этакого энергичного живчика президент говорил как всегда эмоционально и убедительно, поблескивая стеклами очков. Имеющий два высших образования - техническое и гуманитарное, он обладал талантом говорить хорошо, доходчиво и простым языком, так что хотелось невольно соглашаться с каждым его словом. В свое время именно его харизма каким-то чудом сделала невозможное - вывела малоизвестную партию патриотического толка во власть. Тогда, четыре года назад, от него, на вид такого оппозиционного и патриотичного, ожидали многого - реформировать или даже распустить созданный предшественником комитет полезности, реформировать вертикаль власти, ограничить влияние крупных корпораций и отменить принятый недавно новый трудовой кодекс, прозванный в народе "крепостным". Он, насколько мог судить Илья, не сделал ничего из этого, наоборот - усилил комитет полезности и добавил чиновникам полномочий. Ухитрившись, правда, при этом много и энергично сажать не справившихся с работой в полном соответствии с утверждением: "кому много дается - с того много и спроситься". Каждый чиновник знал - провалил работу - получил уголовное дело, никакая личная лояльность и преданность не спасет. Отношение к президенту было сложное, всех оттенков - от любви до незамутненной ненависти.
   Сейчас он говорил про Альвалан. То же самое, что до него говорили лидеры в Азии, и скоро будут говорить (ровно в полдень по местному времени) президенты в Европе и Америке. Человечество вышло за пределы Солнечной Системы и встретило братьев по разуму. Мы будем с ними дружить, торговать, обмениваться технологиями. Это событие грандиозного масштаба в истории человечества, прорыв в развитии. Инопланетяне гуманоиды (последовало некое усредненное компьютерное изображение альваланина), они очень дружелюбны и не представляют угрозы человечеству. У людей с ними много общего...и прочее в таком же радостно-оптимистическом тоне. Про бои в космосе, гибель Геркулеса и десант на Элию Илья не услышал ни слова, как будто ничего этого и не было. И лишь в конце речи была произнесена странная, многозначительная фраза: " Россия не останется в стороне от общемировых тенденций и вскоре примет неотложные меры в связи с произошедшим".
  
   Глава 2.
   А вашего мнения, рядовой Иванов, и не спрашивают...
  
   Сразу же достичь успехов в учебе у Ильи не получилось. Впрочем, он и не ставил перед собой такой цели. Процесс шел как бы сам по себе, отдельно от парня, без особого напряжения. Поначалу не заладилось со спецкурсами по кинетике биохимических реакций и промышленной биотехнологии. И если проблемы с первым предметом удалось решить достаточно быстро благодаря нескольким неделям усиленных занятий, то со вторым было сложнее. Илью по какой-то причине сильно невзлюбил преподаватель - молодой амбициозный парень лет тридцати, сам недавний выпускник РХТУ. Ну, спутал Илья, не вникнув в условия задачи, на семинаре энергию Гиббса с температурным коэффициентом скорости химической реакции. Да, грубая ошибка. Но оговориться может каждый, это еще не повод называть студента при всех "типичным разгильдяем". Посмотрел бы Илья на этого препода после года ежедневной беготни с автоматом, боев и трехмесячного дембельского "отрыва". Тут не то что энергию Гиббса не вспомнишь - вообще забудешь что такое химия и какая она бывает. В общем, Илья не сдержался и преподу ответил. Слово за слово...и стало Илье ясно, что выше трояка по промышленной биотехнологии он никогда не получит. И то придется постараться.
   Другой проблемой неожиданно стала учебная научная работа. В общем-то, ничего сложного хроматографическое сопровождение производства нового антибиотика Альпронидола собой не представляло. Но вот прибор, доставшийся Илье, был откровенно плохим. То, что выпущенный в середине двухтысячных, тридцатилетней давности хроматограф не мог снимать 3D - хроматограммы и обладал крайне малым набором функций, было еще терпимо. Но вот то, что он ломался через день, а запчастей к нему за давностью лет было не достать в принципе, сильно мешало работе. Текли клапана, "хвостила" пики колонка, сбоили фотоэлементы самплера - все это приходилось каждый раз заново чинить, убивая на ремонт день-другой, чтобы урвать потом пару-тройку часов работы. Научный же руководитель только посмеивался в усы - по его мнению все было правильно. - Пока ручками сто раз прибор не переберешь - спеца из тебя не будет - говорил он Илье, попивая в лаборатории крепкий чаек и наблюдая за мучениями парня - Все с этого начинают. Вот как со старьем справишься - тогда и на нормальную технику переведем.
   Но в целом все было нормально. Проблемы были вполне разрешимого характера, учеба текла ровно, отношения с новым коллективом тоже наладились неплохие. О своем прошлом Илья сам не распространялся, а его никто особо и не спрашивал. Несколько раз Илья попил с парнями пивка и "чего покрепче" в сквере за институтом, сходил с компанией парней и девчонок на дискотеку, дал списать лекции - и был принят в студенческое сообщество как родной. Так, что даже участвовал в коллективных гулянках, традиционно устраиваемых в общежитии.
   Прошел октябрь, затем ноябрь, наступил декабрь. За все это время парень виделся с Аней только один раз, когда слетал к ней в конце ноября на выходные в Архангельск. Провели вместе несколько дней, сходили в кино, долго занимались любовью в гостиничном номере. А вот расстались не очень хорошо. Аня напрямую сказала Илье, что момент, когда парню нужно было познакомиться и поговорить с ее родителями, уже давно назрел и перезрел. И что всякие отговорки про "неопределенное будущее" Ильи смотрятся жалко и недостойно. И им, в конце-концов, пора бы уже принять кое-какие серьезные решения. Причем у девушки заранее был готов план действий - они вместе с Аниными родителями встречают новый год в Архангельске, а Илья официально представляется как нынешний жених и будущий муж.
   Илья же выступал против этого. Главным образом, конечно, ему не хотелось принимать решение до нового года. Двенадцатого января, по окончании новогодних праздников, он должен был прибыть в расположение части и определиться окончательно со своей будущей службой. При этом парень никак не мог для себя окончательно решить что ему делать. Рвать ли с армией или подписывать новый контракт, попытавшись оговорить условия, при которых можно будет закончить учебу? Разбираться же до этого срока с матримониальными планами ему не хотелось. Кроме того что-то с его чувствами к Ане было не так...однозначно что ли, как еще полгода назад. Нет, Аню Илья любил, только вот при слове "жениться" было ему как-то не по себе. Поэтому Илья сказал, что на новый год приехать никак не сможет, всячески отговариваясь сессией. Что Ане, естественно, не понравилось. Поссориться, они не поссорились, но расстались тяжело, неприятно.
  
   Между тем не стояли на месте и международные события, связанные с Альваланами, которые Илья, насколько мог, старался отслеживать через интернет и медиасеть. Сначала информация давалась довольно скупо и только на официальном уровне. "Паладин" с посольством Землян, включающем представителей разных стран сделал один рейс к Альвале, через два пространственных перехода, и вернулся на Землю к середине осени. В конце ноября над Землей появился альваланский посольский корабль. Официально было объявлено, что он обследован комиссией международных специалистов, не несет угрожающего людям оружия и получил разрешение для пребывания на орбите Земли. Международной общественности было заявлено, что высокие договаривающиеся стороны ведут переговоры о взаимовыгодном сотрудничестве. Все, больше ничего конкретного, если отсечь всякие слухи и сплетни. Завеса секретности вокруг переговоров людей и чужих была плотнейшая.
   А в декабре в международной политике словно взорвалась бомба. Все началось в Корее. Активные боевые действия там закончились лет десять назад, но ситуация так и не стронулась с мертвой точки. Северокорейские силы удерживали территорию севера и значительную часть юга полуострова. Авиация НАТО господствовала в воздухе, время от времени нанося удары. Китай наглухо блокировал все инициативы ООН, связанные с наземным вторжением, и по многочисленным данным, снабжал втихую КНДР боеприпасами и продовольствием. Начать широкомасштабную наземную операцию, наплевав на решение ООН, американцы и японцы попробовали только один раз, попытавшись выбить северокорейскую армию из Пусана. Не получилось. Потеряв в результате трехнедельных боев больше пяти тысяч солдат одними убитыми, армия США оставила захваченный поначалу плацдарм. Даже превосходство в воздухе не могло помочь против упорно защищающегося противника, у которого откуда-то появились и современные переносные противотанковые установки, и средства ПВО ближнего радиуса действия. Вообще-то понятно было откуда - из Китая или через Китай. Но попробуй, обвини китайцев открыто! Железных доказательств нет, да и даже если бы они были... Воевать с китайцами или объявлять им экономические санкции себе дороже - США, в отличие от поднявшегося Китая, испытывали далеко не лучшие времена в своей истории и были слишком завязаны на Китай экономически, поэтому избегали открытого дипломатического и, тем более военного противостояния. Во всяком случае, так было до последнего времени.
   В декабре же случилось из ряда вон выходящее событие. Госдеп США обвинил северокорейские власти и альвалан в военном сотрудничестве. Поводом послужила якобы захваченная американскими коммандос в одной из стычек лазерная винтовка инопланетного производства. Не успели мировые СМИ переварить эту новость, как на следующий день пришла еще одна - страны НАТО разрывают отношения с Альваланской цивилизацией и требуют от посольского корабля в течение трех суток покинуть орбиту Земли, иначе он будет уничтожен. Поначалу Альвалане, категорически отвергнув все обвинения, вроде бы согласились покинуть человеческий космос.
   Надо сказать, что решение стран НАТО подверглось немалой критике. И в интернете и в ряде официальных СМИ некоторых стран журналисты прямо указывали на всю нелепость ситуации. Зачем Альваланам снабжать северокорейскую армию лазерным оружием? Никакого перевеса в силах этим добиться невозможно - ручное лазерное оружие очень дорого, имеет ограниченный ресурс и, в конечном итоге, в условиях Земли не имеет особых преимуществ над обычными автоматами и винтовками. Тем более абсурдна ситуация, когда американцы захватывают это оружие не в секретной лаборатории или у охранников "солнца нации", а у простых солдат в стычке у линии фронта. Как говориться, случай "шит белыми нитками" и хорош только для одной цели - дискредитации Альвалан. Да и кто ее держал в руках, ту винтовку? Показать же можно все что угодно, для этих целей у США целый Голливуд имеется.
   И все же, последовавший вскоре ответ Китая и развернувшиеся после этого события оказались неожиданно резкими. КНР запустила на орбиту со своего малого гравитационного космодрома в провинции Сычуань небольшой пилотируемый китайский корабль, который пристыковался к альваланскому звездолету. Решение НАТО было объявлено властями КНР нелегитимным, поскольку НАТО не имеет права решать за все человечество вопросы находящиеся исключительно в компетенции ООН. Кроме того, власти КНР заявили, что нападение на альваланский корабль будет равнозначно нападению на территорию Китая. Подобного развития событий никто не ждал. Инопланетный звездолет остался пока на орбите. Срочно созванное заседание Совбеза ООН не смогло принять никакого решения. США, Франция, Великобритания потребовали прервать все контакты с Альваланами. Китай выступил против такого решения, решительно воспользовавшись своим право вето в Совбезе. Россия как всегда воздержалась.
  
   Новый год Илья решил встречать в общежитии. Домой ехать не хотелось, в Архангельск - тем более. Сказал нет - значит нет. Извиняться и идти у кого-то на поводу, пусть даже у будущей жены он не хотел - сказал "готовлюсь к сессии, приехать не смогу", значит так и есть. Мужик сказал - мужик сделал.
   Вообще-то подсознательно парень понимал, что в его логике есть изъян и не малый. Если он хочет быть с Аней, то так поступать нельзя, это путь к разрыву. Но какой-то бес противоречия не позволял ему изменить решение. В то же время неопределенность ситуации мучила Илью, который, как любой нормальный русский человек, тяжело переживал свои душевные конфликты, совмещая это свойство с неумением их разрешать.
   Общежитие казалось идеальным вариантом проведения праздника. Одному сидеть в квартире, наслаждаясь душевными терзаниями и мыслями об Ане и их отношениях? Ну уж нет. Веселая компания, много выпивки, танцы и флирт разной степени тяжести - это, пожалуй, подойдет лучше. Тем более его туда звали. Парни из его группы, Вадим и Сашка, работающие, как и Илья, над учебной научной работой в ГосНИИОХТе приглашали его отметить новый год с ними, да и живущих в общежитии девчонок из группы Илья хорошо знал. Так что Илья сбросился, сколько положено деньгами, купил порученный ему оргкомитетом праздника торт и бутылку мартини и в семь часов вечера уже шел через знакомую проходную с твердым намерением крепко выпить и хорошо повеселиться.
  
   То, что над его планами нависла угроза, Илья понял, когда все сели за стол. Угощения было немало - девушки постарались на славу. Тазик оливье, мимоза, селедка под шубой, всякие легкие салатики из салатных листиков, сухариков и мягкого сыра, нарезки рыбы, колбас, окороков и грудинки - стол был плотно заставлен едой. Был даже немаленьких размеров гусь, которого двое студентов-силикатчиков ухитрились запечь в лаборатории на факультете, в муфельной печи для обжига керамики. Соки, пепси, морс - тоже в ассортименте. В общем, в конце коридора на седьмом этаже был накрыт хороший, хотя и без изысков (а кому они там нужны) новогодний студенческий стол.
   Вот только выпивки там почти что и не было. Пара литровых бутылок мартини для девушек, пара бутылок шампанского и одна-единственная бутылка водки. И это на пятнадцать человек из которых семеро - парни! Однако, поразмыслив, Илья решил, что устроителям застолья виднее. В конце-концов вполне могли быть какие-то требования от коменданта общежития по поводу спиртного и надлежащего поведения студентов в праздники. Народ просто не хочет подставляться. На вид все чинно-благородно, а где-нибудь под кроватью или в холодильнике уже ждет своего часа батарея бутылок. Не может же такого быть, чтобы студенты вдруг заделались трезвенниками?
   Оказалось - может. Наш мир богат чудесами, в нем есть место даже для непьющих в праздники компаний студентов. Прошел час, другой, третий и Илья понял, что он попал в странную компанию. За это время все дважды выпили по рюмочке "за уходящий год" и "за все хорошее", почти добив водку. Этим дело и ограничилось. Девушки тихонько тянули мартини с соком, парни сосредоточено ели салаты, запивая их морсом и пепси-колой. Танцев никто не предлагал, застольная беседа тоже была так себе. Точнее говоря, как она была изначально натянутой, так и осталась. При этом в других местах общежития праздник уже шел вовсю. Звучала громкая музыка, сновали по коридору нарядно одетые и слегка нетрезвые парочки, проходили мимо гуляющие из комнаты в комнату веселые компании. И только пятнадцать человек за столом на седьмом этаже сидели тихо как мышки, похожие друг на друга одинаково постными физиономиями.
   - У вас что, всегда так на праздники? - Илья тихо спросил Вадима, сидевшего рядом.
   - А что? По-моему все нормально, - пожал плечами парень.
   - Ну, в смысле это, водки что-ли больше нет? - конкретизировал проблему Илья.
   - Нет, одну бутылку брали. Мы же не напиваться собрались, а культурно отметить новый год. А что, что-то не так? - как бы даже удивился вопросу Вадим.
   - Не, все нормально. Молодцы! - Постарался улыбнуться ему в ответ Илья. Парню стало понятно, что праздник пора спасать. Хотя бы для себя лично.
   Посидев для приличия еще несколько минут, Илья извинился и вышел из-за стола, сказав, что ему нужно ненадолго отлучиться. Следовало незамедлительно начать реализовывать операцию "хрусталь", пока не стало слишком поздно.
   Время, когда можно было легально купить алкоголь уже давно прошло. Движимые беспокойством за безопасность труда и хрупкость здоровья москвичей, депутаты Мосгордумы давно провели закон, согласно которому напитки крепче пяти градусов можно было купить в магазине лишь с пятницы по воскресенье и только с двенадцати до девятнадцати часов, не делая исключения даже в праздники. Закон, правда, никак не ограничивал продажу спиртного в барах и ресторанах, но сейчас идти туда Илье было явно не с руки - места все давно заняты, толпа народа, все стоит впятеро дороже. Да и ближайший бар был в сорока минутах ходьбы. Был способ решить проблему проще, в круглосуточном минимаректе через дорогу. Если, конечно, ничего не изменилось со времен его жизни в общежитии.
   - Здравствуйте девушка, подскажите, пожалуйста, где у вас стоит апельсиновый сок, - жалобно попросил Илья продавщицу. - А то новый год почти настал, я смотрю, а дома и попить нечего. - Девушка была новенькая, но парень надеялся, что она в курсе давно установленных негласных правил.
   - Вам какого, подороже, подешевле?
   - Мне можно и разбавленного, лишь бы сока было не меньше сорока процентов.
   - Нет, у нас такого нет, - виновато улыбнулась продавщица и еле заметно подмигнула Илье.
   - Ладно, спасибо. Тогда пробейте мне, пожалуйста, вот этот пакет вишневого нектара.
   Илья вышел из магазина и тут же зашел в нишу ближайшего подъезда. Вроде все прошло как надо. Ключевыми словами здесь были "сок" и "сорок", которыми студенты-менделеевцы издавна просили продать им водку. Просить продать бутылку в открытую было бессмысленно. Не продадут ни за что - везде, где продавался алкоголь и сигареты, стояли опечатанные роспотребнадзором видеорегистраторы. Потерять работу по статье продавцы боялись - это было чревато долгими поисками новой и, в конечном итоге, путешествием к новому работодателю по предписанию Комитета Полезности, куда-нибудь в солнечную Колыму. Только вот студентов РХТУ в этом магазине знали давно и в лицо, желание купить чего-нибудь горячительного в неположенное время у них появлялось частенько, поэтому персонал минимаркета давно нашел общий язык с постоянными клиентами.
   - Держи свой сок, студент - девушка, в накинутой на плечи поверх фартука дубленке, быстро сунула ему в руки холодную бутылку. - С тебя пятьсот.
   "Двойной тариф. Ну что же, для нового года нормально", - подумал Илья, расплачиваясь. - Спасибо девушка! С новым годом, всех благ!
   - И тебе веселого праздника! Пока, пока...
   "Ага, объем ноль семь. Даже многовато. Ничего, есть чем придать празднику бодрости". - Илья, отойдя подальше от подъезда к глухой стене многоэтажки, быстро свинтил пробку. Сделал хороший глоток, подождал, когда холодная едкая жидкость камнем упадет в живот, и быстро запил ее соком. Постоял с полминуты и повторил процедуру. Затем закрыл крышку и убрал бутылку в сумку. Вот теперь можно было снова присоединяться к компании.
  
   Атмосфера за столом, по мнению Ильи значительно улучшилась. Народ веселее не выглядел, но ощущение праздника вроде начало проявляться. Парень с аппетитом пожевал гусиное крылышко, рассказал пару анекдотов и вообще, почувствовал себя совершенно свободно. Через двадцать минут он снова встал из-за стола и направился в сторону туалета.
   - Бухаешь? - кто-то подошел сзади и крепко взял его за локоть. Обернувшись, Илья увидел свою одногрупницу из общежития Наташу Красавину, сидевшую напротив него за столом.
   - Бухаешь. - снова, в этот раз уже утвердительно, сказала девушка. - По глазам вижу. Нехорошо бухаешь, один. Впрочем, я тебя понимаю, от этих не дождешься - неопределенно и даже с ноткой брезгливости пожала плечами девушка. - Ты вот что Илья, чем бухать в одиночку по углам, предложил бы даме. Думаешь, тебе одному тоскливо? Пошли ко мне в комнату, там сейчас никого. Выпьем за новый год нормально, в человеческих условиях.
   - Пойдем, - не стал ломаться Илья.
   Зайдя в комнату, Наташа, достав из шкафа, быстро сполоснула две рюмки, поставила кружки. Илья разлил водку и остатки вишневого нектара. Выпили, запили соком.
   - Они всегда такие трезвенники? - спросил Илья. - Я - то в этой компании впервые.
   - В общем, да. Хорошие ребята, но иногда скучные. Впрочем, там все разные. Некоторые еще разгуляются но, думаю, только после полуночи, - ответила Наташа, разливая снова водку по рюмкам. - А мне ждать неохота, новый год все-таки, охота повеселиться. Давай еще по одной и хватит. На девятом этаже дискотека, пойдем, потанцуем. У меня, если что, еще домашнее вино есть.
   - Хорошо, - согласился Илья. В голове у парня приятно шумело, мир казался веселым и дружелюбным. В этот момент он впервые посмотрел на Наташу как на женщину. И что он ее раньше в группе не замечал? Ведь красивая девушка, под стать фамилии...- С удовольствием приглашу вас на танец, - сказал он и взял Наташу за руку...
  
   - Вставай! Да вставай ты мля! - Илья с трудом разлепил глаза. Над ним стоял невысокий, плотно сбитый сержант в форме комитета полезности и нещадно тряс парня за плечо. Голова раскалывалась, громкие крики сержанта мучительно отдавались в ушах, утренний свет из окна резал глаза. Где это он? Вроде общежитие, Илья в кровати в одних трусах, комната этой...как ее... Наташи? А где она сама? У нас что-то было? Блин, ничего не помню...
   - На, одевайся - другой полезник комком швырнул ему мятую одежду. - Скорее блин, коматозник, автобус уже прибыл. Ни одного блин нормального, сплошь пьянь...
   - В чем дело! - попытался было взять инициативу в свои руки Илья. - Я офицер Российской армии, у меня пожизненная полезность! - Возмутился парень.
   Ответом ему было громкий, похожий на лошадиное ржание смех обоих комитетчиков.
  
   Глава 3.
   События набирают темп.
  
   "Ладно, будем справляться с проблемами последовательно" - попробовал мыслить рационально Илья, пытаясь отделить в брошенном ему комке одежды рубашку от джинсов и свитера. "Дежавю какое-то. Опять общага, опять комитет. Хорошо год начался, нет слов... Ничего, разберемся. Только надо сначала одеться, в одних трусах качать права неудобно. Неужели это я вчера все так запутал и бросил под стул, или комитетчики специально скомкали? И где же носки? Где носки я спрашиваю! Так, стоп, все делаем плавно и последовательно, сейчас главное, чтобы меня не стошнило. Сколько же я вчера выпил? Не помню... Сначала танцевали на девятом этаже, пили вино. Затем танцевали, кажется, на одиннадцатом и снова пили вино. Потом меня с какой-то компанией зачем - то понесло на улицу, потом вроде опять что-то пили, какую-то дрянь...потом ничего - черная стена. Повеселился называется".
   - Давай скорее, - покрикивал сержант, комментируя неловкие попытки Ильи одеться. - В темпе, в темпе. Готов? Бегом в коридор. Я кому говорю! - Посмотрев на комитетчика полым злобы взглядом, Илья проигнорировал его команды и нетвердой походкой вышел в туалетный блок. Открыв до упора слегка подрагивающими руками холодную воду, он решительно сунул голову в раковину под тугую струю ледяной воды. Первое ощущение было как от удара током, но, не обращая внимания на пронзительный холод, Илья тщательно протер лицо и свою больную, коротко стриженую голову (бытовое удобство армейской стрижки парень оценил и не хотел с ней расставаться даже после "дембеля"). Немного полегчало. Затем Илья долго, с наслаждением, пил восхитительно холодную с привкусом ржавчины водопроводную воду. Закончив с водными процедурами, он, нисколько не стесняясь открытой двери и глазеющих комитетчиков, сделал необходимые дела с белым керамическим другом, тщательно застегнулся и лишь потом повернулся лицом к своим мучителям. Те процессу оправки не мешали - видимо комитетчики все же не были законченными садистами.
   Илья вышел из туалетного блока и, не обращая внимания на сделавшего вялую попытку перегородить вход рядового комитетчика, протиснулся обратно в комнату, где подобрал свою сумку, лежащую на полу у кровати с мятым бельем. Открыл боковую застежку и достал документы. На его счастье, удостоверение личности с зеленой офицерской чип-полосой на первой странице, карточка комитета полезности и студенческий билет были на месте
   - Еще раз, повторяю, я офицер Российской армии, - сказал парень, глядя сержанту прямо в глаза. - Вот, убедитесь - Илья протянул документы. - Какого хрена здесь происходит? Вам утром первого января больше делать нечего?
   - Ага, офицер. Во заливает... Поди из ФСБ, не иначе - коротко гоготнул второй полезник, даже не попытавшись посмотреть на документы. - Выполнял важное задание, под прикрытием студента имел иностранную шпионку, работающую под прикрытием студентки. Пошли скорее офицер, автобус заждался. Если будешь выеживаться, сейчас наручники оденем.
   - Помолчи, Федя, - сержант заинтересовано повертел в руках документы. В глазах у него отражалась отчетливая работа мысли. - На первый взгляд вроде все правильно. Как ни странно... - Сержант на несколько секунд задумался.
   - Правильно, потому что это я и есть. Фотографии не видите? Так подключитесь к чипу карточки, свяжитесь с базой, наконец! Процедуры что ли не знаете? - Илья решил, что сейчас самым эффективным будет слегка надавить на комитетчиков.
   - Сержант Наливайко. - После долгой паузы, сержант видимо принял какое-то решение. Полезник достал из кармана и показал Илья свое служебное удостоверение в развернутом виде, позволив внимательно прочитать фамилию, номер и разглядеть фотографию. - Проверить подлинность документов я сейчас не могу, да и некогда, сканеров нам не выдали. В Москве объявлено спецположение, у меня четкий приказ по операции - брать всех. Твои документы я должен изъять и передать начальству по прибытии. Оно разберется. Если соврал или документы поддельные - тебе же хуже.
   - Документы не отдам, - твердо сказал Илья. - Ваших полномочий на мой арест я не видел, изымать документы и задерживать меня вы не имеете права. - Илья окинул полезников внимательным взглядом. Стоят расслабленно, вооружены штатными телескопическим дубинками-шокерами, у сержанта кобура на поясе. Застегнутая. Рядовой стоит в двух шагах, сержант - совсем рядом. Потянуть его резко на себя, ударить как учили - головой в челюсть и сразу же левой рукой в солнечное сплетение, затем сбить Федю пока он там к своей дубинке потянется и вперед - дорога свободна. Может сработать? Да, наверное, процентов семьдесят на успех есть, полезники выглядят не слишком грозно. С другой стороны рукопашному бою в учебке учили далеко не в первую очередь, так - азы показали. Да и что потом? Если это какая-то облава, как намекнул сержант, то в коридоре могут быть еще полезники, начнут стрелять. В любом случае придется разбираться, его запомнили...
   - Хорошо, - согласился вдруг сержант, видимо прочитав что-то в глазах у Ильи. - Странный ты тип - то ли студент, то ли офицер, то ли еще кто - пусть с этим начальство разбирается. Я пожизненную карточку полезности вообще второй раз в жизни в руках держу. Паспорт забирай, вдруг у тебя там в чипе действительно какие-то тайны прописаны, отписывайся потом, что сканера не было, считать не мог. А студенческий и карточку я забираю, извини - приказ. По прибытию сразу передам начальству. И это...не шали, не надо. Вокруг студгородка оцепление. С ноля часов вступил в силу особый режим, в связи с чем все студенты срочно должны пройти переаттестацию на полезность. Наше дело - доставить всех из общежития, а там тебя отпустят, если ты такой особенный. Лады?
   - Пойдет, - решил не упорствовать Илья. В конечном итоге он был уверен, что его фамилия стоит во всех комитетских и армейских базах данных со специальной пометкой и просто так, в общем потоке, его никуда не загребут. А общаться с начальством в любом случае предстояло в ближайшие дни.
   - Тогда вперед, - сержант сделал приглашающий жест в сторону двери.
  
   Выйдя на улицу, Илья убедился, что дела действительно творятся серьезные. Студгородок РХТУ был плотно оцеплен милицией. Из подъездов, поодиночке и небольшими группами в два-три человека выводили студентов сотрудники комитета полезности и строили их на небольшом пятачке между тремя общежитиями. Причем происходящее непосредственно касалось только парней. Девушек тоже выводили из зданий, но далее их пропускали через небольшой коридор в живой стене за пределы оцепления и отпускали. Там они по большей части слонялись туда-сюда, названия кому-то по мобильникам и, видимо, дожидаясь конца облавы.
   Момент был выбран идеально. Апатичные, с помятыми после вчерашнего лицами, студенты выглядели дезориентированными и плохо понимали что происходит, беспрекословно подчиняясь командам полезников. Ни о каком сопротивлении или бегстве не могло быть и речи. Милиция и полезники действовали быстро и четко. Когда набиралась группа человек в сорок, к обочине дороги прижимался автобус и под охраной нескольких сотрудников комитета всех быстро сажали в машину, чтобы уступить место следующей. Все было просто, буднично и безмолвно, и, видимо от этого, как-то особенно жутко. "Как овец на бойню" - промелькнула у Ильи мысль. Где-то он уже видел смутно похожую картинку, на каких-то черно-белых фотографиях середины прошлого века попавшихся на одном из сайтов.
   Долго ждать не пришлось. Серебристый туристический "Хундай" подъехал к бордюру, и Илья, вместе с несколькими десятками товарищей по несчастью, сел в салон. Все заняли свои места и автобус тут же тронулся.
   - Слышь, а у тебя воды никакой нет, - просипел ему на ухо парень, сидевший у окна.
   - Нет. А ты что и попить с утра не успел? - спросил в свою очередь Илья.
   - С этими успеешь, ага. Из койки вытряхнули и погнали.
   - Та же история, - кивнул парню Илья. - Я, правда, из под крана напиться успел, но голова раскалывается - сил нет...может у тебя хоть таблетка какая есть?
   - Нету. Тебя вообще как зовут?
   - Илья.
   - А меня Сергей. Блин, да что же такое твориться? Слушай, может войну объявили? И нас всех сразу в военкомат везут?
   - Не знаю, - Илья поерзал на сиденье, устраиваясь поудобнее, и вдруг заметил, что сумка, которую он так и держал на плече, какая-то слишком тяжелая. Вроде кроме документов там ничего такого не могло быть. Он расстегнул молнию основного отделения и с удивлением уставился внутрь. Там лежала слегка начатая пластиковая двухлитровая бутылка пива. Когда и где он ухитрился ее достать или купить Илья не помнил совершенно. Видимо это было в то время, которое перегруженный алкоголем мозг начисто выкинул из памяти. Сосед заметил манипуляции Илья и теперь вожделенно уставился на обнаружившийся трофей.
   - Держи, - не стал его мучать парень. Только мне оставь. И осторожно пей, не свети бутылку над спинкой кресла - отберут.
   - Спасибо, - совершенно искренне сказал Сергей.
  
   По очереди осторожно прикладываясь к горлышку бутылки, парни успели добить ее полностью как раз к тому моменту, когда автобус приехал к месту назначения. Ехать было недалеко, да и машин утром первого января почти не было. Погода стояла отличная - легкий, градусов в десять морозец при ясном небе. Так что, когда автобус затормозил около украшенных полустертой красной звездой ржавых железных ворот в бетонном заборе и высадил пассажиров, Илья чувствовал себя почти хорошо. Голова слегка кружилась, но уже не болела, а легчайший ветерок приятно остужал лоб.
   Место, в которое они приехали, было похоже на бывшую небольшую военную часть. За забором обнаружился плохо очищенный от снега плац, на котором сейчас толпились студенты, два четырехэтажных кирпичных здания казенного вида, чуть в стороне находились закрытые гаражи с пятью большими воротами, по всей видимости, предназначенные для грузовой техники. Ворота и крыльцо одного из домов охраняли сотрудники комитета.
   Ждать пришлось еще около часа. Лишь когда последняя партия студентов разгрузилась из автобуса, ворота закрыли, а к небольшой деревянной трибуне подошел мужик лет сорока на вид, в форме майора комитета полезности. Просить о тишине ему особенно и не пришлось - ожидавшие хоть какой-то информации люди быстро затихли сами, ограничиваясь лишь тихим шепотом. Близко к трибуне никому не давали подойти пара десятков рядовых комитетчиков и милиционеров с дубинками. Похоже, операция была совместной, одному комитету явно не хватало наличного состава.
   - Господа студенты, прослушайте, пожалуйста, следующую информацию, - ровным тоном сказал майор. Слышно его было хорошо, причем голос доносился со всех сторон сразу, видимо где-то были смонтированы портативные усилители звука от закрепленного на трибуне микрофона. Народ на плацу замер, боясь упустить хотя бы слово.
   - В связи с резко обострившейся международной обстановкой на всей территории России с ноля часов первого января 203... года введено особое положение. Указ об этом подписан президентом и официально опубликован в Российской газете. Таким образом, несколько часов назад он вступил в силу. Хочу сказать, что этот указ касается не только студентов, а всех нас, всех граждан России. Международная обстановка накаляется, не исключены военные столкновения между ведущими державами. Хочу отметить, что о войне России с кем-либо речь в данный момент не идет. Но жить так, как будто ничего не случилось, мы себе дальше позволить не можем. В связи с произошедшими и происходящими событиями полезность каждого гражданина своей Родине должна быть пересмотрена. Мы не можем больше позволить некоторым гражданам заниматься бесполезной и неэффективной деятельностью. Благородная задача помочь каждому гражданину принести наибольшую пользу своей Родине в эти трудные времена возложена на Комитет Полезности Российской Федерации.
   Каждый из вас, я уверен, сейчас спрашивает себя, как это касается меня лично, как я могу помочь государству? С удовольствием отвечу на этот вопрос. Сейчас вас небольшими группами будут вызывать в канцелярию и выдавать личные предписания, с кем-то проведут собеседования. В жизни некоторых, возможно, ничего не измениться. Другие получат направления комитета на иные участки работы, или дополнительную нагрузку. Самая главная ценность России - ее граждане, поэтому формализма в работе мы допускать не имеем права. С каждым будет решено в индивидуальном порядке. Речи о принудительных отчислениях или каких-то репрессиях не идет, все это временные меры, вызванные последними событиями. После собеседования и выдачи предписаний вам вернут ваши документы. Вот, собственно, и все. Ожидайте оглашения своих фамилий и проходите в канцелярию - майор указал рукой на крыльцо первого из зданий. Затем он торопливо сошел с трибуны и скрылся в здании.
   Минут через двадцать стали вызывать. Сначала зашли четыре десятка студентов, затем, минут через пятнадцать, еще человек тридцать. Когда стали вызывать третью группу, двери в торце здания канцелярии распахнулись и оттуда стали выходить студенты, вызванные первыми. Милиционеры быстро организовали коридор до выхода из ворот, но помешать общению не смогли.
   - Ну что там? - закричали из толпы.
   - Повестки! - невесело отозвался кто-то из вышедших. Выдают под подпись, за неисполнение - срок. Кому куда - кого в армию, кого на производство. В основном армия. У нас только двоих отличников не тронули.
   Немного поредевшая к тому времени толпа заволновалась, зашепталась. Но в этот момент громкоговоритель выкрикнул имя и фамилию Ильи, и он с очередной группой студентов вошел в канцелярию.
   Внутри долго ждать не пришлось. Парни поднялись на второй этаж, и тут Илья обомлел - с конца коридора к ним быстро бежал подполковник в форме ВВС с коммуникатором в руке. И этот подполковник был Илье очень хорошо знаком...
   - Липатов? Максим Петрович!
   - Илья!
   На глазах изумленных донельзя студентов офицер по-мужски крепко обнял Илью.
   - Бегом за мной. Угораздило же тебя, - рявкнул Липатов, отстраняясь, и побежал вниз. Илья догнал его уже у самых дверей. Оцепление пропустило их через ворота беспрекословно. За оградой уже стоял УАЗ - "носорог" с армейскими номерами. Подполковник и Илья сели на заднее сиденье, и машина быстро рванула с места.
   Куда мы едем? - спросил Илья Липатова - И где мои документы? Их изъяли при облаве?
   - Если тебе что-то срочно надо, то к тебе домой. Документы у меня. А вообще нам надо в аэропорт. Через три часа в Архангельск уходит борт из Чкаловского, мы должны на него успеть. Ваш бывший взвод снова срочно собирают. Можешь, кстати, считать себя мобилизованным.
   Илья помолчал немного. В голове вертелась куча вопросов. Учеба, облава на студентов, Аня...
   - Товарищ подполковник, - сказал, наконец, он. - Объясните прямо, что все-таки происходит. Ничего не понимаю.
   - Объясню - улыбнулся Липатов. - Тут такие дела творятся... Честно говоря, все это государственная тайна. Но ты уже и так весь в подписках как барбос в блохах, а будет еще больше. Начнем сначала - на Альвале произошло масштабное восстание общественных рабов. Они с Высокими все же вцепились друг другу в глотки. Корабль, который сейчас на орбите земли - это не корабль единой альваланской расы. Это альваланские гильдейцы.
   - Получается, китайцы влезли в инопланетные разборки? - подумав, спросил Илья.
   - Если бы только китайцы, - покачал головой офицер. - К сожалению, в них все влезли, причем по полной программе. Американцы, европейцы и японцы приняли просьбу о помощи от аристократических семейств Высоких. Китай и Индия из своих соображений решили поддержать восставших рабов. Для альваланских аристократов и американцев выигрыш в этом конфликте означает сохранение лидерства в будущем. Для китайцев и альваланских рабов - победа дает возможность подняться и стать гегемонами на обеих планетах. Причем если Китай возглавит борьбу альваланских повстанцев и победит - то родиться такая новая поднебесная империя, которой еще не знала история. С ресурсами, технологиями и, возможно, открытым рынком сбыта в виде целой планеты Китай будет абсолютным лидером.
   - А как же Россия? - поинтересовался Илья.
   - А вот здесь и начинается самое веселое, - усмехнулся Липатов. - России оба лагеря в ультимативной форме предложили присоединиться к себе, сдать технологии Самойленкова и открыть для работы главный гравикосмодром. Америка пошла дальше - она национализировала "Паладин". Сейчас это американский боевой звездолет "Священная Демократия".
   - Что с "Ямато"? Он пока еще остается международным? - Волнуясь, спросил парень.
   - Нет больше "Ямато" Илья. Вчера спецназ ВВС России провел спецоперацию по, так скажем, смене экипажа звездолета, после чего Россия заявила о его национализации для обеспечения собственной безопасности. Теперь корабль называется "Варяг". Понимаешь теперь, что в мире твориться?
   - ..... - от души сказал Илья.
   - Не то слово, - согласился Липатов.
  
   Глава 4.
   Что происходит?
  
   - Гильдии восстали еще с полгода назад, когда мы только возвращались из рейда, - сказал Липатов и внимательно посмотрел на сидевших перед ним офицеров первого взвода, оставшихся в живых после десанта на Элию. За длинным столом для совещаний сидело одиннадцать человек - весь наличный состав бывшего первого взвода и бывшей спецгруппы "рысь". Те, кто вернулся на Землю, включая раненых на Элии парней, выздоровевших за прошедшие полгода и способных снова встать в строй.
   - Так вот, непосредственных причин восстания гильдейцев и рабов мы не знаем. Было ли оно как-то спровоцировано событиями на Элии, в которых мы принимали участие, тоже не известно. В этом отношении слишком мало информации или даже нам ее доводят не всю. - Подполковник поднял листок бумаги, который лежал перед ним на столе, прочитал там что-то и после паузы продолжил. - Глубинные же причины восстания более-менее понятны - при всей своей инопланетной специфике это все же типичная буржуазная революция. Элиту, которая владеет практически всем и потребляет львиную долю общественных благ, нисколько в создании этих благ не участвуя, общество безропотно терпеть не будет. Особенно при зарождении и развитии активного среднего класса и в условиях научно-технического рывка. Нашим историкам и социологам удивительно не то, что революция произошла, а то, что это случилось так поздно.
   - Итак, факт остается фактом - продолжал подполковник. - Около полугода назад гильдейцы и общественные рабы единым фронтом выступили против Высоких. На первом этапе они постарались поставить под свой контроль промышленные центры Альвалы, что и сделали без всяких проблем, за сутки - двое. Не любили наши синекожие аристократки по заводам мотаться - не барское это дело, пока денежки поступают, можно из родного замка носа не показывать. За это и поплатились. Заводы даже захватывать не пришлось - они по большей части перешли в руки восставших добровольно, вместе с рабочими и управляющими. В сущности, как это была гильдейская собственность, так она ею и осталась после начала восстания. Дальше восставшие попытались захватить оружейные заводы и оба космодрома Альвалы, а так же нанести удар по родовым гнездам Высоких. И вот тут уже их дела пошли гораздо печальнее...
   Лекция Липатова о положении дел на Альвале и создавшейся в связи с этим ситуации на Земле заняла около часа. Парни слушали его внимательно, хорошо понимая, что все это неспроста. Если уж их выдернули из самых разных мест и срочно собрали на базе родной спецчасти N 124 ВВС России под Архангельском, значит, игра пошла по-крупному. Молча уставился на подполковника сидевший рядом с Ильей Борис, русский кореец Ким слушал затаив дыхание, временами нервно оглаживая гладко выбритый подбородок. Информация того стоила. В целом вырисовывалась очень интересная картина произошедших событий...
  
   Хотя после первой встречи с человеческой расой на Элии гильдейцам и общественным рабам расширили доступ к оружию как никогда в истории, но все же полностью контроль за ситуацией в этой области Высокие из своих рук не выпустили. "Раб не должен быть вооружен" - крепко сидело у них в головах. Крупные оружейные заводы охранялись сводными дружинами нескольких союзных родов или небольшими подразделениями, подчиненными Совету Высоких Родов. Застать их врасплох удалось далеко не везде. Числом восставшие превосходили многократно, но выучкой и вооружением сильно уступали. Бои шли несколько дней. В результате восставшие хоть и победили, но ценой большой крови. А самое главное - ценой самих заводов. Погибая или отступая, дружины Высоких взорвали и сломали все что смогли. План быстрого вооружения восставших рабов оказался сорван. С космодромами дела пошли чуть лучше - один из них удалось захватить почти неповрежденным благодаря внезапности нападения - учитывая важность цели, план захвата прорабатывался очень тщательно, а нападение началось в первые же часы бунта. Второй космодром восставшие взяли большой кровью, и к использованию он был пока непригоден. Штурм же замков Высоких оказался самой провальной частью восстания. Расчет на предательство личных рабов Высоких родов мало где оправдался. Контакты между личными рабами альваланских родов, гильдейцами и общественными рабами были невелики, да и программой действий или хотя бы лозунгами для "личных" никто не озаботился. Гильдейцы были уверены, что лишь только выкрикнув кличь "свобода рабам!", они получат полную поддержку личных рабов Высоких родов, которые откроют восставшим двери родовых замков. Там, где хозяева лютовали особенно сильно, так и произошло. А в целом - нет. Лакеи, кухарки, врачи техническая обслуга - вся эта челядь не понимала, зачем им нужно рискуя жизнью предавать своих благородных хозяек, и что им даст эта "свобода"? Зачем менять устоявшуюся жизнь, идущую по понятным неписаным правилам на непонятно какую? Тем более, что условия жизни личных рабов были все же на порядок лучше, чем у многих общественных. Гильдейские крестьяне и рабочие низших категорий жили гораздо в большей нищете. При этом, ни земли, ни денег, ни работы, ни внятных перспектив лично для себя и своих детей в случае восстания личные рабы Высоких не видели, да им никто этого и не обещал. На Альвале повторилась ситуация времен гражданской войны в США, когда желая дестабилизировать восставший юг, президент Линкольн дал свободу южным рабам, полагая, что этого будет достаточно для масштабных негритянских восстаний в тылу конфедератов. А будущие афроамериканцы эту инициативу в целом благополучно проигнорировали, продолжая работать на своих хозяев, как и раньше, хотя воюющий юг никакой серьезной охраны для сотен тысяч рабов выставить не мог.
   В общем, в первую неделю восстания пало лишь несколько десятков замков - капля в море. Личные дружины Высоких надежно охраняли стены и укрепления. Оружия у восставших было мало - миллионам восставших гильдейцев катастрофически не хватало даже ручного оружия. Недавно построенные оружейные заводы были разбиты, крупных арсеналов, которые можно было бы захватить, у цивилизации, которая не знала государств и масштабных войн, просто никогда не было. Конечно, в руках восставших была почти вся промышленность планеты, но перевести ее на выпуск военной продукции, не имея подобного опыта раньше - дело не быстрое. У Альвалан, вошедших в век атома и космических перелетов, при всей их научной базе не было даже проектов танков, тяжелой артиллерии, боевых ракет, военных кораблей и самолетов. Сами эти вещи не были изобретены за ненадобностью в мелких феодальных войнах, в которых численность воюющих с обеих сторон обычно не превышала нескольких сотен. Кое-что, конечно, имелось - полуэкспериментальные экземпляры, разработанные в штучных количествах для предполагаемой войны с Землянами. Но сама мысль использовать атомную бомбу на поверхности родной планеты была для любого альваланина невозможной, а специально созданные в штучных количествах для звездолетов ракеты с рентгеновскими лазерами не так-то просто превратить в наземные ракетные комплексы типа "град" или иное массовое оружие. Дорого, трудно, эффективно только в условиях большой войны, которой никогда раньше не бывало. Вообще, когда земные генералы узнали о состоянии военного дела на Альвале, им сама мысль о инопланетном вторжении казалась смешной. Люди, с их опытом и военными технологиями, уничтожили бы любые силы синекожих, не особенно и напрягаясь.
   Так что война на Альвале очень быстро приняла позиционный характер. Одолеть Высоких, окопавшихся в своих родовых гнездах, можно было бы лишь долгой осадой или очень большой кровью, буквально "завалив трупами". Проведя несколько сотен штурмов по всей планете, и не добившись впечатляющих результатов, гильдейцы быстро охладели к такому методу. - В конце-концов, что есть у этих высоких? - рассуждали они. - Мы властелины Альвалы, у нас в руках промышленность, которая вот-вот начнет выдавать "на гора" оружие, мы контролируем экономику, продовольствие, коммуникации. Да пусть эти ненавистные Высокие сами вымрут от голода в своих вотчинах.
   Но уже через пару месяцев жизнь показала всю ошибочность такого подхода к войне. Высокие перед лицом полного уничтожения быстро забыли старые распри и принялись действовать сообща. При всей своей многочисленности, восставшие не смогли обеспечить глухой, непроницаемой осады всех родовых укреплений Высоких Альвалы. И тут вдруг выяснилось, что пусть и немногочисленные, но отлично вооруженные и обученные личные дружины Высоких могут изрядно осложнить восставшим жизнь. А уж если они собираются заодно в отряды по несколько сотен бойцов, то вообще туши свет. Такие мини-армии профессионалов способны выбить восставших из целого региона, физически ликвидировать всех командиров и активистов, казнив попавших в плен революционных бойцов самыми изощренными способами, а остальных заставить работать на себя, вернув в прежнее рабское состояние. И пожалуйста - инфраструктура и заводы целого региона работают на контрреволюцию. Попробуй потом, загони Высоких обратно в родовые гнезда - кровью умоешься.
   К настоящему времени, гражданская война на Альвале зашла в тупик. Высокие полностью контролировали несколько районов планеты. Они вернули обратно под свой контроль некоторую часть заводов, включая оружейные. Они развернули беспрецедентную партизанскую и диверсионно-террористическую деятельность против революционеров, мешая им концентрировать силы и средства для наступления, прерывая инфраструктуру и снабжение, уничтожая лидеров восставших гильдий. Аристократия так же удерживала тысячи родовых замков и компактных укрепрайонов по всей планете, превращая для восставших понятия фронта и тыла в нечто весьма размытое и мешая собрать силы в кулак. Но большего Высокие пока не могли - слишком мало бойцов оказалось у аристократии для решительного наступления. Профессиональные родовые дружины никогда не были многочисленными. Шанс на победу у Высоких был крайне невелик, хотя они и были полны решимости использовать его до конца. Просто потому, что им больше ничего не оставалось - места для бегства в случае поражения не было, шансов на жизнь - тоже.
   Несмотря на тактические поражения, итоговая победа мятежников выглядела гораздо вероятнее. Они потихоньку получали боевой опыт, превращаясь из сборища кое-как вооруженных мужчин и женщин в подобие армии. Они спешно переводили промышленность на военные рельсы, и в скором времени должны были получать ручное оружие в достаточных количествах, а уж с поступлением тяжелого вооружения укрепленные замки Высоких можно было бы щелкать как орешки. Революционеры все еще контролировали большинство ресурсов. Количество медленно перерастало в качество, и этот процесс грозил Высоким неминуемым поражением. Говорить о гарантированной победе революции не приходилось - аристократы всеми способами спешно усиливали свои дружины, вербуя солдат из числа наиболее преданных личных рабов. Кроме того, Высокие скрепя сердце пошли на вынужденный шаг - они гарантировали каждому, кто воюет за аристократию, по окончании войны статус свободного и участок земли. Но все же и Высокие и гильдейцы хорошо понимали - если восставшие не наделают фатальных ошибок, то революционеры победят.
   Вот тогда Высокие и вспомнили о землянах.
   Представительство ООН при международном земном поселке на Элии к тому времени вплотную контактировало с Советом Высоких Родов через экспедицию альвалан. Элитьен, правда, вернулась с остатками своей дружины на Альвалу, но перед самым восстанием совет отправил на Элию другой корабль с бойцами и техниками. Так что от землян на Элии и, главное, от пленного американца из экипажа "Геркулеса" Высокие знали о людях достаточно много, чтобы понять - союз с людьми дает им хороший шанс переломить войну. Конечно, земляне не могли перебросить на Альвалу пару-тройку танковых дивизий и авиаполков, чтобы разом решить все проблемы Высоких. Два крупных международных боевых межзвездных корабля и несколько маленьких национальных, принадлежавших Китаю, России, Америке и Евросоюзу, с этим бы не справились. Но вот перевезти на Альвалу пару сотен военных и технических советников, образцы вооружений, чертежи и технические регламенты они были способны. Уже немало. Пока повстанцы только мучаются с НИОКР, Высокие по готовым земным чертежам на отбитых заводах уже поставят на поток достаточно простые и надежные, великолепно зарекомендовавшие себя в боях танки, самолеты и пушки, наладят линии по выпуску дешевых патронов и ручного оружия. Трудно сразу на инопланетном оборудовании делать Абрамсы и F-16? Не беда, у нас есть чертежи "Шермана М4" и "мессершмита". На технологическом оборудовании уровня космической эры это все реализуемо. А повстанцам, которые при всей своей технической подкованности пока даже саму концепцию танка еще не очень-то себе представляют, и "Шермана" за глаза хватит. Не говоря уж о применимости "М16" и ручного пулемета в боях с инопланетянами, которые в силу специфики своего развития перешли сразу с дорогого холодного оружия для профессионалов на дорогое лазерное оружие для них же, миновав стадию дешевого огнестрельного для массовых армий. Конечно, повстанцы смогут скопировать образцы и тоже поставить их на поток. Вот только пока они это успеют сделать, получившие фору Высокие уже успеют их перебить. И это еще не говоря о том, что против не имеющих никаких военных знаний повстанцев будут драться земные командиры и инструкторы, вдоволь изучившие в теории и на практике способы ведения современной войны в военных училищах и "горячих точках".
   Высокие попросили помощи. Но...дело забуксовало. До широкой общественности информацию доводить не стали, но на международном уровне явной поддержки идея ввязаться в конфликт, делая его межпланетным, не получила. Потому что непонятно, кто и что будет с этого иметь и вообще - вляпаться в конфликт просто, а вот вылезти из него... Пусть Альвалане сами разбираются, а кто выживет - с теми и поговорим.
   Вот тогда США и европейские страны НАТО сделали то, что не раз проделывали раньше - наплевав на международную поддержку, заявили о своем одностороннем вступлении в конфликт. Их доводы просчитывались просто - припертые к стенке Высокие были согласны на любые условия. А у США был госдолг более тридцати триллионов долларов и проблемы в экономике, какой ее сектор не возьми. Высокие согласились в случае победы оплатить все поставки золотом и редкоземельными металлами по оглашенному американцами астрономическому курсу, выплатить огромную плату за помощь, передать американцам после победы места в руководстве во всех вновь созданных в Альвале гильдиях и согласились с американской и европейской монополией в межпланетной торговле на следующие пятьдесят лет. К тому же лучше для выхода из кризиса воевать на чужой планете, чем на собственной, не так ли? Дело защиты демократических аристократов от тоталитарных альваланских гильдий и бывших общественных рабов представлялось довольно-таки выгодным.
   Ошибка в этих расчетах была только одна - Китай. Такого руководители КНР перенести не могли. Фактически, мировая гегемония, которая казалась столь близкой, уплывала у них из рук. Америка снова выкручивалась, найдя способ ограбить, только в этот раз уже другую планету. Американцы таки нашли себе "новый глобус" и делали его лично своим. И, в случае контроля ресурсов Альвалы, и во многом, Земли, продолжали оставаться уже даже не мировыми - космическими лидерами. Если же считать на долгосрочную перспективу - все выглядело для китайцев еще хуже. Это сейчас путешествовать через космос трудно и дорого. А через двадцать-тридцать - пятьдесят лет, когда будет построен торговый космический флот? Учитывая, что монополисты - американцы смогут найти на Альвале фактически бесплатную рабочую силу? Что тогда будет с китайской всемирной фабрикой товаров? И как противостоять Америке, столь усилившейся в космосе и получившей инопланетную колонию - союзника? А еще будут альваланские технологии, на которые американцы наверняка наложат лапу. Такое оставлять просто так нельзя. Воевать с США - тоже не решение проблемы. А вот поддержать гильдейцев, чтобы не допустить победы Высоких и американцев - можно и нужно. В конце-концов у Китая тоже есть технологии, оружие и военные специалисты. И Китаю есть что потребовать от гильдейцев за военную помощь. Решение было принято быстро, и уже через несколько дней после решения США и союзников поддержать Высоких единственный межзвездный китайский корабль стартовал с малого гравитационного космодрома. Пятнадцать человек его экипажа везли чертежи военной техники и образцы ручного оружия вместе с предложением о сотрудничестве. На связь с восставшими гильдейцами они вышли сразу же, как только оказались в звездной системе Альвалы. Найти общий язык восставшим общественным рабам и китайцам оказалось нетрудно. И вскоре альваланский звездолет, захваченный ранее мятежниками целым и невредимым прямо на космодроме, отправился с дипломатической миссией к Земле. Дальнейшие события слушающим Липатова парням были хорошо известны...
   Во всей этой истории не менее примечательной оказалась роль России с ее главным гравикосмодромом и технологиями Самойленкова. Сама технология влияния на гравитацию была тщательно засекречена, так, что даже для строительства иностранных гравикосмодромов и "Паладина" с "Ямато" на орбите, ключевые блоки гравитационных установок устанавливались исключительно русскими специалистами и только в специальных опечатанных контейнерах, при вскрытии которых оборудование необратимо разрушалось. Русские оберегали свой единственный козырь сильнее, чем когда-то китайцы секрет шелка. Раньше, когда речь шла об отражении неведомой инопланетной опасности, на это закрывали глаза - у ведущих держав были общие интересы. Сейчас, когда на карту оказались поставлены огромные прибыли и само будущее государств - с этим мириться не могли. Россия получила недвусмысленные, похожие на ультиматум предложения и от Америки и от Китая: сдать полностью технологию Самойленкова, необходимую для самостоятельного строительства больших межзвездных кораблей и гравикосмодромов, а так же незамедлительно передать под управление главный гравитационный космодром рядом с Архангельском, позарез нужный для масштабных орбитальных перевозок. Иначе - пеняйте на себя русские, мы найдем на вас управу.
   Президент России глупцом не был. Он хорошо понимал, что ресурсов долго противостоять такому давлению со стороны ведущих государств у России нет. Речь даже не идет о войне (хотя с такими ставками возможно все). Объявят изолирующие международные санкции и проблемы начнутся очень быстро. Но и выполнять ультиматум одной из сторон было чистым проигрышем - эта была бы бесславная сдача всех международных позиций и самой надежды на участие России в политике как будущего самостоятельного центра силы. Верить никому было нельзя - подписать какие угодно красивые соглашения американцы или китайцы могли хоть сейчас, лишь бы получить желаемое. Но потом, оставшаяся без монополии на технологию Самойленкова и без межзвездных кораблей Россия будет никому не нужна, и ее легко выкинут из игры. Как уже не раз случалось в истории. Поэтому, когда американцы национализировали "Паладин", президент без колебаний отдал приказ готовить спецоперацию по захвату будущего "Варяга". России следовало вступать в большую игру, ведущуюся на двух планетах самостоятельным игроком или сдаться. Но, во-первых, русские не сдаются. А во-вторых, России тоже было что предложить Альваланам.
  
   Глава 5.
   Придется лететь снова.
  
   - Вот такая к настоящему моменту сложилась ситуация, - закончил свою лекцию подполковник и, немного помолчав, улыбнулся парням своей фирменной, садистической, столь знакомой по временам обучения улыбкой, означавшей - парни, сейчас у вас будут неприятности. - И вы наверняка уже спрашиваете себя, какого лешего нас столь срочно здесь собрали и зачем старик Липатов нам все это рассказывает? - Офицер обвел сидящих парней внимательным взглядом.
   -Что же, я думаю, в душе вы уже знаете ответ - продолжал Липатов. Тем не менее, с удовольствием удовлетворю ваше любопытство, подтвердив ваши самые худшие опасения. Вам придется еще раз прогуляться в космос на старом добром "Ямато", парни. Который теперь "Варяг". Правда, в этот раз, скорее всего, прыгать с орбиты на чужую планету как говориться с "матом и автоматом" не придется. Через десять дней стартует дипломатическая миссия России к Альваланам с переговорщиками, учеными и военными специалистами на борту. В качестве охраны им будет придана десантная рота, в состав которой вы официально войдете. Кроме вас, на борту в составе этого подразделения будут офицеры из ВДВ, закончивших спецкурсы по программе космического десантирования. Это те, кто уже летал на Элию в "Паладине" в составе российского космического батальона и имеет опыт межзвездных перелетов и десантирования на другую планету, а так же те, кто проводил операцию по захвату для России "Варяга". Не смотря на ваш боевой опыт на Элии, они объективно сильнее и подготовленнее вас. Ваши функции будут скорее представительскими. Но, естественно, вы все будете вооружены и, если что, выполните свой долг. На этом я, наверное, закончу свою речь. Думаю, что у вас есть немало вопросов. Разрешаю их задать.
   - Товарищ подполковник, мы-то там зачем? - первым задал волновавший его вопрос Илья. - Места на Яма.., извините на "Варяге" немного, неужели некого было послать кроме нас? Укомплектовывали бы охрану полностью профессионалами. Я хочу сказать, что...
   - Ты чем слушал? - резко перебил его Липатов, быстро отставивший в официальной обстановке дружелюбно-товарищеский тон, с которым он разговаривал с Ильей наедине. - Вам, товарищ лейтенант, сказано было - выполнять представительские функции. Или, тебе, личному другу рода Иллор и, скажем так, сердечному другу одной нашей синекожей аристократки, непонятно, какие у тебя могут быть функции при посольстве или еще где? И каким именно способом ты, красавчик мой, сможешь улучшать отношения с альваланскими аристократками на благо Российской Федерации, если родина прикажет? Я тебе потом объясню, если сам не догадаешься...
   - Липатов притворно вздохнул, и продолжил более спокойно. - У нас нет никаких контактов с восставшими. У нас нет собственных, приватных контактов и с Высокими. Так получилось, что контроль над зондами и аппаратурой не в наших руках. Мы не знаем точно, с кем и о чем поведем разговор, я лишь предполагаю, что у дипломатов будут свои инструкции на случай любого развития событий. Но, если у экспедиции будут контакты с Высокими, то мы все будем там очень кстати. Мы воевали с ними в одном строю, в том числе против восставших. Мы, смею думать, заслужили некоторое уважение. Альваланские Высокие думают, прежде всего, понятиями чести, рода и семьи, а не государства, для них страна - это величина абстрактная. У них каждый аристократ - прежде всего воин и представитель рода. Мы для них - русские из рода русских, те, кто показал себя бойцами, с кем они ходили в одну атаку, поэтому, что может быть естественнее, чем наше присутствие рядом с дипломатами? Которые по их понятиям даже не солдаты - а значит существа все же второстепенные. Особенно для тех, кто по своему менталитету с рождения привык делить всех на воинов и рабов. Наше присутствие может дать достаточное преимущество на переговорах, чтобы взять нас, а не лишний десяток головорезов. Я ответил на вопрос?
   - А если мы будем говорить с восставшими? - тихо спросил со своего места Борис.
   - Посмотрим по обстоятельствам - пожал плечами подполковник. - Вряд ли они на нас в такой уж обиде. В конце-концов, тогда, на Элии, они напали первые. В крайнем случае, наше присутствие на борту можно и не афишировать. Вас, повторяю, никто с орбиты в бой бросать не будет. В тот раз вы были пешкой, живым, так сказать тестом на боеспособность и противовоздушную оборону неведомого противника. Сейчас ваша ценность сильно подросла. Да и вообще - мы летим не воевать, а разговаривать. России позарез нужен союзник на Альвале.
   - Не хотелось бы выглядеть трусом, но не могу не задать один вопрос - задумчиво сказал Павел, один из тех бойцов кто был ранен на Элии во втором бою и лишь недавно вышел из госпиталя. - Я так понимаю, мы уже мобилизованы, приказ получен и назад хода нет? О возможности прекращении контракта по собственному желанию, которое нам обещали после возвращения с Элии можно забыть? Просто хотелось бы прояснить ситуацию до конца - уточнил парень. - От нас что-то зависит и требуется наше согласие, или все уже решено? Скажу прямо - отказаться лететь можно?
   - Отказаться можно, - серьезно кивнул головой Липатов. - Но, если честно, не советую. Если кто запамятовал, то вам всем еще два года трубить до окончания контракта, пока что вы числились лишь в длительном отпуске. Да и дальше обстоятельства неочевидны - Российская Федерация из-за последних событий в мире переходит на полувоенное положение. Учитывая негативное отношение к тем, кто откажется, причем на самом высоком уровне, уверяю - ничего не выиграете, скорее уж наоборот. Не дети, сами все понимаете - Липатов сделал небольшую паузу, со значением посмотрев на Павла.
   - Да, кстати, хотел бы сказать пару слов и о приятном - продолжил офицер. - Я лично выбил наверху для вас "подъемные" - один миллион рублей каждому. Помощь от государственных органов в решении проблем с работой или учебой после экспедиции тоже будет вам обеспечена, поддержка семьи, если потребуется - само собой. Кроме того, уже сейчас вы переходите на денежное довольствие офицеров спецназа из расчета каждого дня нашей миссии как "боевого". Плюс коэффициенты за участие в космической программе, плюс наградные и командировочные. Не знаю я, честно говоря, сколько всего дадут в итоге - потом видно будет. Но, думаю, много - обижать вас никто не станет - случай не тот, вы и в самом деле нужны. Впрочем, отказаться, повторяю, можно. Если кто-то боится до дрожи в коленках и липкого пота или "сломался" после Элии - скажите мне честно и сейчас. Я даже постараюсь таким помочь уйти из программы тихо, без особых негативных последствий. "Сломанные" мне не нужны. Только решать надо прямо сейчас, времени почти нет. Итак, кто хочет уйти?
   - После тяжелого молчания, продлившегося с полминуты, Липатов кивнул головой и сказал - что же, благодарю вас, товарищи офицеры. Я в вас не сомневался.
   - Товарищ подполковник, еще вопрос, - встал со своего стула Ким. - Я так понимаю, вы с нами полетите?
   - А куда же вы без дедушки Максима? - широко улыбнулся Липатов. - Не надейтесь, от меня так просто не отделаешься.
  
   - Раз-два, раз-два, левой-правой, левой-правой. Скрипит сминаемый герметичными сапогами снег, светит в глаза фильтруемое светофильтрами САДКа яркое январское солнце, оттягивает назад потную спину десантный рюкзак и лазерная винтовка. "Как прекрасно быть снова в строю и бежать марш-бросок по колено в снежной целине! Какой чудесный командир Липатов, устроивший нам его сразу после завтрака! - проносятся в голове восторженно-злые мысли".
   Надо сказать, дело в долгий ящик откладывать не стали. Униформу, оружие, САДКи, выдали тем же вечером первого января. А со следующего дня - тренировки по полной программе. - У нас до старта всего десять дней - просто сказал Липатов. - А вы полгода по углам бухали, поди не одна морда даже в спортзал не зашла. Ну, ничего, я из вас людей сделаю.
   И начал делать прямо с утра. После завтрака марш-бросок по заснеженным полям и перелескам в полном вооружении и САДКах. После обеда - тир и стрельбище, стрельбы из автоматов и лазерных винтовок. Сборка - разборка оружия по нормативам, проверка знаний по устройству тяжелого вооружения взвода. И еще до ужина - плотная программа на тренажерах в спортзале.
   В спецчасти никого кроме офицеров бывшего первого взвода и немногочисленного персонала не было. По словам Липатова, остальные взвода все же продолжали программу обучения, но сейчас находились на какой-то другой базе. Новобранцев же в 124 спецчасть Минобороны больше не набирало, придя по каким-то своим соображениям после событий на Элии к половинчатому решению - доучить по спецпрограмме тех уже кто есть, но новых людей не брать.
   Илья, конечно, поругивал про себя Липатова, загрузившего бойцов по полной программе. Физическая нагрузка давалась тяжело. Оказывается, если себя запустить, то за полгода можно ощутимо деградировать. Не такой уж и сложный был марш-бросок, бывало и похуже, но Илья ощущал себя как выжатый досуха лимон. Результаты стрельбы тоже были так себе, Илья знал, что мог лучше. В спортзале и на тренажерах... в спортзале результаты были даже не кое-какие, а скажем честно - откровенно плохие. Тело с трудом вспоминало былые навыки.
   Но при этом, как бы странно это не звучало, в глубине души Илья был почти счастлив. Он снова в военной офицерской форме и с оружием, и, главное, Илья скоро опять будет в космосе. Все проблемы, волновавшие его еще позавчера, сейчас не стоили и выведенного яйца. Какая там сессия, зубрежка, диплом, проблемы с трудоустройством и прочая тягомотина? До этого еще дожить надо. Сейчас есть винтовка, САДК и полная неизвестность впереди. Аня? Ну, конечно, есть Аня, есть их планы на будущее - все это для Ильи очень важно. Но Аня его подождет, она же славная девчонка... Зато завтра Липатов обещал прыжки с парашютом и занятия с тяжелым оружием - настоящее, мужское дело. А впереди ждет космос с его миллиардами звезд и места, где еще никогда не ступала нога человека. Страшно? Конечно, немного страшно. Но это не парализующий, постыдный страх труса или человека, бессильного перед лицом стихии. Это тот легкий страх, который, смешиваясь с восторгом, любопытством, адреналином и предвкушением тайны, рождает буйную смесь, ударяющую в голову сильнее, чем выдержанное вино. Звезды и непознанные земли притягивают человека, для тех, кто хлебнул сполна их романтики обычная жизнь становиться скучна. Илья понимал, почему космонавты и летчики всеми силами рвутся снова в небо и почему никто из парней первого взвода не отказался от экспедиции на Альвалу. Боялись последствий отказа, хотели заработать? Ерунда. Они просто не могли поступить иначе. Видимо тот психологический и медицинский отбор, который они проходили при вступлении в программу подготовки космического десанта, безошибочно находил людей со скрытой авантюрной жилкой, даже если сами ее участники об этом и не подозревали.
   Тогда, в первый раз, восторг первооткрывателя и романтика заглушала ненависть к тем, кто, не спрашивая твоего мнения, выдернул тебя из обычной жизни и бросил в кипящий котел. Сейчас выбор был более осознан - и чувства были другие.
  
   Восемь дней занятий пролетели как единый миг. Офицерам требовалось за короткий промежуток времени восстановить свои навыки и, понимая это, начальство на боеприпасах для стрельб и горючем для самолетов не экономило. Дорогих обойм к лазерным винтовкам, патронов к автомату, боевых и учебных ракет и гранат для ракетных огнеметов и гранатометов на занятиях было вволю - стреляй, пока руки не станут трястись мелкой дрожью, уши перестанут слышать, а разбитое отдачей плечо не превратиться в сплошной синяк. К этому добавлялись ежедневные прыжки с парашютом, как говориться "на любой вкус" - обычные, затяжные, высотные, на точность приземления. Ну и, конечно, марш-броски и занятия на тренажерах. Вечером, приходя в свою комнату в общежитии, Илья засыпал как убитый. Времени смотреть сетевые программы или просто впустую чесать языками с другими парнями практически не было. Причем Илье приходилось проще, чем тем четверым его товарищам по взводу, которые были ранены на Элии и несколько месяцев лечились в госпиталях, пока более везучие офицеры вовсю прогуливали наградные деньги - бывшим раненым нагрузки давались тяжело.
   Оказалось, что лишь трое парней, включая Илью, устроились на работу или учебу во время полугодового отпуска, остальные отставили серьезные планы "на потом", когда вопрос с дальнейшей службой так или иначе разрешиться. В результате, как и Илья, они умудрились значительно поиздержаться, растратив немалую часть полученных денег, так что продолжение службы и обещанный Липатовым немалый заработок оказался для них очень даже кстати. Интересно, что более-менее осмысленно свои наградные и отпускные потратил только Ким, ухитрившийся купить в дальнем Подмосковье пятьдесят соток земли. Всех его наградных хватило лишь на саму землю в заросшем мелким лесом и высоким борщевиком когда-то колхозном поле, находившемся в сотне метров от ближайшей дороги и на дешевый металлический забор вокруг нее. Кроме того, почти полгода ушло на согласование документов. Теперь Ким рвался в новую экспедицию, преследуя меркантильный интерес - нужны были деньги на домик, какую-никакую дорогу, и прочее хозяйство. - А электричество и газ я себе вообще проводить не буду - возбужденно делился он своими планами на будущее с товарищами по взводу. - Куплю пару резервуаров для сжиженного газа побольше, зарою в землю, поставлю маленькую газовую электростанцию и заживу сам по себе. Чтобы я еще с этими чиновниками связывался, бешеные сотни тысяч им за какие-то дурацкие "проекты" платил!? Знаете, сколько они с меня за одно подключение электричества запросили? Моей годовой зарплаты МНСа в институте не хватило бы даже на одни бумажки... Достали они меня. Хочу, чтобы все было свое и ни от кого не зависеть. Построю домик, сарай, заведу овец, корову, пару свиней, кур, картошку с капустой буду выращивать. Женюсь, наконец. Я тогда, на Элии понял - хочу жить ближе к земле. Чем ближе, тем лучше. Ради своего домика я готов и в космос слетать и пару инопланетян пристрелить, если потребуется. Оно того стоит.
   Последние два дня перед отлетом бойцам выделили на отдых и устройство личных дел. - Перед смертью не надышишься, - сказал, махнув рукой Липатов, собрав поутру парней в актовом зале. - Что успели, то успели. До завтрашнего вечера даю увольнительную. Хотите - отдыхайте в части, хотите - решайте напоследок свои дела. Тем, кто решит покинуть часть - встречаемся завтра в девятнадцать ноль-ноль в Архангельске, старая точка сбора номер один. Будет подан автобус до аэродрома. От нас через полчаса в город летит вертолет, можете успеть. Послезавтра - старт, поэтому советую особо не пить, вам же хуже. И последнее - если завтра кто-то из увольнения не вернется, то он будет считаться дезертиром в боевой обстановке. Со всеми, как говориться, вытекающими последствиями. Может кто-то передумал лететь? Скажите это лучше сейчас. - Подполковник внимательно посмотрел на лица парней, подождал с десяток секунд, и решительно скомандовал - взвод разойдись!
  
   Вот так и получилось, что около полудня Илья оказался в Архангельске. Все-таки надо было напоследок увидеться с Аней, да и смысла оставаться в казарме во время своих последних свободных суток на Земле он не видел.
   Очень скоро Илья понял, что город изменился, для этого достаточно было просто пройтись несколько минут по одной из центральных улиц. Конечно, морозный рабочий день в январе не лучшее время для народных гуляний. Но, даже с поправкой на этот факт, в городе было слишком много милиции и слишком мало прохожих. Те же, кого Илья видел на улицах, производили впечатление людей занятых и куда-то срочно спешащих. Никто не прогуливался с праздным видом, не торопясь, не задерживался у магазинов и ларьков, не стоял на месте.
   А еще в городе было много полезников. По пути до здания медицинского университета, где была назначена встреча, Илья встретил около десятка патрулей. Самого Илью полезники не трогали, видимо благодаря его новенькой офицерской форме, но прохожих, особенно молодых парней, они на его глазах останавливали дважды. Да и сам город в целом выглядел каким-то притихшим, как будто замершим в ожидании каких-то событий. Мало транспорта, непривычно тихо, многие магазины закрыты.
   Илья предполагал, что встреча с Аней будет довольно-таки тяжелой. Все же он так и не поехал к ней встречать новый год, да и после праздника пропал с горизонта (мобильной связи в спецчасти не было). Но все оказалось наоборот - Аня была ему очень рада, по крайней мере, в первый момент.
   - Илюша! - Увидев парня, девушка сама бросилась к нему на шею. - Я думала, тебя тоже забрали. Как хорошо, что ты здесь! Ты за мной?
   - Нет, я попрощаться, - не стал врать офицер. Меня снова мобилизовали.
   Взгляд девушки сразу как-то потускнел, радостная улыбка медленно сменилась тревожным выражением лица.
   - Извини, я просто подумала...ну ты же не такой как все. Офицер, связан с чем-то до ужаса секретным. Я решила, что тебя это не коснется... Мне страшно Илюша, я не понимаю, что происходит.
   -У вас из медицинского тоже забрали парней? - Предположил Илья.
   - Да, и не только. Да ты же сам знаешь, сейчас это везде. - Ответила Аня, ничуть не удивившись слову "тоже".
   - Понятно. Похоже, я о многом еще не знаю. Аня, я мобилизован с первого января. У нас в тот день прямо с утра была облава на парней в общежитие. Девушек тогда вроде не трогали. Дальше я попал в часть и том, что происходит извне, ничего не слышал - слегка покривил душой Илья. Кое о чем он уже начал догадываться, но ничего конкретного, конечно, не знал.
   - И про повышение коэффициентов не знаешь? Не может быть!
   - Так, дорогая, давай не будем говорить здесь. У вас есть место, где можно присесть и поговорить?
   - Кафетерий должен работать - неуверенно пожала плечами Аня.
   - Вот туда и пойдем. Сядем, возьмем кофе, и ты мне все по порядку расскажешь.
  
   После двух выпитых чашек довольно гадкого на вкус, но крепкого кофе из студенческого кафетерия Илья начал примерно представлять себе что произошло. Аня рассказывала сбивчиво, путаясь и переходя с одного на другое, но в целом картина складывающихся событий была Илье понятна.
   Первого января в Архангельске тоже была облава на студентов, подобная той, которую он застал в Москве. Такие же мероприятия прошли почти во всех крупных городах. Впрочем, как оказалось, облавы были не сплошные. Например, студенты гуманитарных ВУЗов им не подверглись, за исключением, пожалуй, тех учебных заведений, которые готовили специалистов-переводчиков. Никому пока не были нужны и будущие учителя, государственные служащие, специалисты сферы услуг. Зато недоучившиеся год-два врачи, химики, строители и прочие "технари" за немногими исключениями получили свои повестки, предписывающие им явиться на заводы или в воинские части на время действия особого положения. Впрочем, это была лишь вершина айсберга.
   Уже второго января вышел новый указ президента о пересмотре коэффициентов полезности. После которого многие еще вчера вполне себе успешные люди оказались либо у черты или уже за чертой. Коэффициенты полезности не изменились у федеральных госслужащих, работников и руководства промышленных и сельскохозяйственных предприятий, людей обслуживающих добывающую и транспортную инфраструктуру страны. А вот по сфере обслуживания новый указ ударил очень сильно. Оказалось, что целый легион менеджеров по продажам, риэлторов, пиарщиков, журналистов, дизайнеров, свободных программистов и прочих работников сферы обслуживания получил волчий билет с виртуальной отметкой "бесполезен" и перспективой явиться в комитет, где им подберут новую работу на заводе, стройке или в армии с гарантированной полезностью. И даже высокий уровень доходов им не мог толком помочь в решении этой проблемы, слишком быстро все случилось. Куда идти, кому давать взятку? В комитет? Так специальные тройки комитета полезности взяток у людей с улицы не берут, а судят быстро, им надо в считанные дни с огромным потоком разного народа успеть разобраться. Сунешь сдуру конверт и получишь "отягчающие обстоятельства". Через связи? Бесполезно, только деньги потеряешь. Когда, напрягая все знакомства, пытаются спастись даже директора некоторых банков, никто не станет помогать Васе Петрову, вчерашнему маркетологу.
   В указе подчеркивалось, что все эти меры временные, на период обострения международной обстановки, когда опасность пройдет, все смогут вернуться к прошлой работе и образу жизни. Гарантировалось восстановление на прежнем рабочем месте. В медиасети вдруг появились ролики социальной рекламы, призывающие не увиливать от исполнения долга перед родиной.
   Но все это помогало мало. Даже изрядно отцензуреный Интернет просто таки дышал ненавистью. Еще бы, били по самым активным его пользователям - офисному планктону. "Россия погибла" - таково было доминирующее настроение в сети. Предрекали обвал экономики, банковский паралич, всеобщую забастовку, революцию, голод, мор и хлад. Власти ругали ругательски. Самое главное, что никто не понимал, почему все это произошло? Что это за такое "обострение международной обстановки"? Страна вроде бы ни с кем не воевала, голода и разрухи не наблюдалось, так что это вдруг власти как с цепи сорвались? Информацию о выставленных России ультиматумах со стороны Китая и Американо-Европейского блока, власти решили до народа не доводить, обходясь невнятными терминами "внешняя угроза" и "враждебные вызовы".
   Так что ничего удивительного в массовых протестах, охвативших города - миллионики не было. Власти в общем-то были готовы к подобному развитию событий, но накал страстей оказался слишком велик. Во время столкновений с милицией и комитетчиками в Москве, Санкт- Петербурге и Новосибирске появились первые жертвы. Причем с обоих сторон - в больнице скончались от ожогов двое милиционеров, когда в их плотные ряды попала двухлитровая пластиковая бутыль с коктейлем Молотова, а с десяток протестующих закончили свои дни в морге с диагнозом "многочисленные травмы не совместимые с жизнью". Но больше всего власти разозлил ряд убийств сотрудников комитета полезности, работники которого приняли на себя весь шквал народной ненависти. Убивали их из-за угла, подло, явно лишь за одну только принадлежность к ненавистной организации. В ответ особое положение в крупных городах сменилось чрезвычайным режимом и комендантским часом, а зачинщиков беспорядков, реальных и мнимых, повсюду задерживали десятками и сотнями. Власть показала свою способность отвечать на беспорядки предельно жестко, и протесты были подавлены.
   Впрочем, Ане сейчас было не до происходящих в масштабе страны перемен. Ее гораздо больше заботили личные проблемы. Выглядело все достаточно печально - мораторий на пересмотр коэффициентов полезности вне зависимости от работы и должности касался только женщин с несовершеннолетними детьми. Ее семья - папа, мама и сама Аня под эту категорию никак не попадали. И как раз ее маму - вполне преуспевающего менеджера по продажам медицинской техники в коммерческой фирме и ее саму - студентку медицинского университета со средней успеваемостью, пересмотр коэффициентов полезности затрагивал напрямую. Их старая полезность в рамках указа президента была аннулирована. Новую должна была определить на своем заседании тройка комитета, и им с мамой уже были выписаны повестки на пятнадцатое января. Отца девушки, как госслужащего, этот пересмотр не коснулся, но сделать он ничего не мог. Так что дружную семью коренных горожан в ближайшем будущем ожидало вполне возможное расставание, когда маму отправят служить родине в одно место, а саму Аню в другое. В отчаянии Анина мама даже пыталась уволиться с работы и устроиться хотя бы санитаркой в государственной больнице, лишь бы остаться в городе на "твердой" работе с гарантированной полезностью, но и этого не удалось - все вакантные места подобного рода были заняты подсуетившимися ранее. Ловушка захлопнулась. Причем, на самом деле сделала она это уже давно. Тогда, когда полтора десятка лет назад граждане одобрили введение коэффициентов полезности и комитета полезности, думая, что это коснется лишь бомжей, алкашей и зарвавшихся коррупционеров, когда никто и не думал протестовать против изменений в конституции, закрепляющих эту практику - в тот момент общество молчаливо согласилось с пересмотром социального договора, превращающего свободных граждан фактически в крепостных. А вот осознание этого факта пришло лишь сейчас, когда государство своим правом воспользовалось.
   Вот поэтому девушка и приняла Илью за своего спасителя. А как же - офицер, связан с какими-то секретными делами, о которых ей и говорить нельзя. Звонит и договаривается о встрече как раз тогда, когда проблема встала очень остро, и ничего более важного просто нет. Значит может помочь, зачем же еще? О том, что оторванный от мира в своей спецчасти парень просто не в курсе происходящего, она и подумать не могла. Каким образом Илья решит проблему, Ане было в общем-то все равно - надеяться ей было больше не на кого.
   Заказав и выпив до половины третью чашку кофе, Илья надолго задумался. Надо сказать, что рассказ Ани в немалой степени его ошарашил. Конечно, облава в студгородке РХТУ была сама по себе тревожным признаком, но о том, что все приняло настолько глобальный масштаб, парень не подозревал. В висках уже стучала маленькими молоточками головная боль - Илья не переносил кофе, в больших количествах оно неизменно вызывало у него тахикардию и неприятные ощущения в голове. Но сейчас было не до этого - надо было срочно найти какое-то решение. Бросить Аню в такой ситуации просто так он не мог - этого бы Илья не простил самому себе никогда. А впрочем, что там думать - понятно все, есть только одна возможность помочь Ане. Вопрос лишь в том когда начать разговор - сейчас или завтра, с глазу на глаз? При личной встрече лучше, но и время тянуть не следует. Ладно...
   - Посиди недолго здесь - кивнул парень заплаканной девушке. - Я скоро вернусь. Все будет хорошо.
   Илья вышел из кафетерия, прошелся немного по университетскому коридору, и вскоре нашел что искал - небольшую аудиторию для семинаров, пустовавшую в это время. Затворил за собой дверь и, подойдя к окну, решительно набрал на коммуникаторе номер экстренного вызова.
   - Илья - раздался вскоре в трубке голос Липатова. - Что случилось?
   - Случилось Максим Петрович. Много что случилось. Что же вы нам ничего не рассказали? В стране такое происходит...
   - Ты хочешь поговорить об этом? Прямо сейчас? - в голосе подполковника прорезались язвительные нотки. - Или может все-таки отложим до завтра? Мне кажется, у тебя своих дел перед стартом должно быть выше крыши.
   - Проблема не у меня лично.
   - А, понятно. Не беспокойся, семьи участников экспедиции никаких проблем с комитетом иметь не будут.
   - Спасибо и на том. Максим Петрович, я не знаю в курсе вы или нет, но у меня есть невеста...
   - В курсе Илья, еще как в курсе. Такое разве забудешь? Возможно, ты со своей синей "госпожой" скоро увидишься.
   - Некогда хохмить Петрович, - неожиданно для себя резко крикнул в трубку Илья. У меня в Архангельске невеста. Аней зовут. У нее и ее семьи по последнему указу комитет аннулировал полезность. И не говори, что ты об этом не знал!
   - О проблемах не знал, - сбавил несколько тон подполковник. - Но я то что могу сделать? Я к комитету никакого отношения не имею.
   - Я думаю можете, товарищ подполковник - возразил Илья, снова переходя на "вы". - Если даже вы лично не знаете никого из комитета, то наверняка знаете такую высокопоставленную шишку, которая к комитетским начальникам двери ногой открывает. И для которой оформить новые, высокие коэффициенты Ане и ее матери ничего не стоит. Иначе просто быть не может. Наверняка наша экспедиция курируется на самом верху, не в бирюльки играем. Позвоните куда следует и сделайте так, чтобы у Ани и ее матери с полезностью все было хорошо. Это мое условие.
   - Вот как, даже условие, - нехорошим тоном сказал Липатов. - А если нет тогда что?
   - Ничего, - немного помолчав, как-то устало выдохнул в трубку Илья. - Ничего. Что я ребенок что-ли, вам условия ставить? Вы все такие крутые, а от меня в экспедиции совсем ничего не зависит, не так ли? Вы меня просто по приколу с собой решили взять прогуляться на несколько парсеков? Или все-таки, извините за высокий стиль, властям что-то нужно, в том числе и от меня лично? А раз от меня командованию что-то требуется, то могу и я кое-что потребовать взамен, вот что я думаю.
   - Не властям нужно Илья, а родина просит - прервал его монолог подполковник.
   - Хорошо, в таком случае я прошу родину в вашем лице об ответной услуге. Думаю, родине это сделать будет нетрудно - запальчиво сказал Илья. Помолчал немного и продолжил другим тоном. - Помогите мне Максим Петрович. Это для меня очень, очень важно и я думаю решить вопрос с комитетом вы в силах - по большому счету это пустяк. Очень прошу, помогите. Просто дайте слово, что вы постараетесь решить эту проблему и мне больше ничего не нужно.
   - Ладно, жди звонка, - после паузы сухо сказал Липатов - Выросло поколение торгашей на нашу голову. Ничего святого, даже лучшие из вас с родиной уже готовы торговаться. Правильно вас президент прижал, с таким материалом империи не построишь. - В голосе подполковника явственно слышались нотки неподдельной горечи. Куда Россия катится...- на том конце трубки раздался сигнал отбоя.
  
   Подполковник перезвонил через три часа, когда Илья с Аней не спеша прогуливались по улице ожидая новостей. Девушка нервничала, крепко держала Илью за руку и не отпускала от себя ни на шаг.
   - Все, пусть твоя Аня с тещей не волнуется. Их семье в индивидуальном порядке утвердили новые высокие коэффициенты на старом месте работы. Электронное уведомление придет им сейчас по почте, а к вечеру с курьером будут бумаги. Думай теперь студент, как перед своей госпожой будешь за связь на стороне оправдываться. Ты меня в такое втравил, что я ей при встрече все обязательно расскажу, будь уверен. Бывай, до завтра - сказал Липатов и сразу же отключился.
  
   Аня не осталась с Ильей на ночь в гостинице - она стремилась домой, спеша поделится радостью, что все семейные проблемы решены. Илья ее понимал и не настаивал, хотя от встречного предложения переночевать у нее дома решительно отказался. Распрощались по быстрому. У подъезда своего дома Аня прошептала "буду ждать", поцеловала парня в губы и скрылась внутри. Илья проводил ее долгим взглядом и медленно пошел к гостинице. До начала комендантского часа оставалось минут двадцать, но ему было все равно. Впрочем, обошлось - по дороге его так никто и не остановил.
   В номере он заказал большую бутылку колы, достал загодя купленную фляжку с коньяком и залез в Сеть. Выспаться он еще успеет - на борту звездолета распорядок соблюдается строго. Сейчас же хотелось в общих чертах разобраться, что все-таки происходит.
   В Медиасети ничего интересного не было. Транслировали балет, футбол, ролики патриотического содержания, старые фильмы и официальные объявления. Медиасайты новостных агентств и газет были с отключенными комментариями и без всякой обратной связи. В общем сегменте Интернета было интереснее. Хотя открывался в среднем лишь каждый четвертый сайт, но кое-какую информацию собрать было можно. И полученные сведения заставляли крепко задуматься.
   Во-первых, никакого действительно массового осуждения действий властей не было. По разным причинам. Оказалось, что нововведения почти не затронули Россию провинциальную, те кто жил в небольших городках и тем более в деревне, от пересмотра коэффициентов полезности не пострадали. Более того, некоторые комментаторы откровенно злорадствовали жителям больших городов. Дескать, привыкли дармоеды все соки тянуть в свои города, а тут их по сусалам. Правильно президент делает. Пусть покидают навоз лопатой в каком-нибудь Задрюченске, а то привыкли, понимаешь, сидеть в чистеньких офисах в своих Нерезиновсках и получать ни за что бешеные тысячи. О том, что они находятся, по сути в том же положении, и новый указ может и их послать убирать в Сибирь снег вслед за москвичами злорадствующие предпочитали не задумываться.
   Во-вторых, объект государственных репрессий был выбран удивительно точно. Офисный планктон никогда не был солидарным классом, скорее наоборот. Карьеризм и конкуренция сплачиванию коллектива отнюдь не способствуют. Поэтому и всерьез выступить за свои права они не сумели. Мобилизовать в свою защиту Интернет и устроить массовые беспорядки и акции протеста бывшие менеджеры смогли. А вот стоять до конца - нет. Когда власть проявила жестокость и силу, они уступили, так и не найдя себе попутчиков. Рабочие, госслужащие, пенсионеры и военные к их протестам не примкнули, разве что кое-где, там, где по живому резались семьи.
   Ну, и в третьих, Илье стало ясно, что не так уж пострадал и бизнес. Особенно крупный. Полезность аннулировалась не безоглядно, а, по всей видимости, по неким квотам. Крупнейшие банки из первой десятки успешно функционировали, как и крупнейшие торговые сети, не подавая особых панических сигналов. Низовые и верхние должности в крупных компаниях почти не тронули. Вот мелкий и средний бизнес, особенно не связанный с продуктами питания, тот да, от нововведений находился практически при смерти.
   То, что власть сделала что хотела, Илье было понятно. Другое дело, что он никак не мог найти ответа на вопрос "зачем"? Зачем фактически ликвидировать средний класс, который вроде как во все времена был консервативной опорой государства? Внятного ответа не было.
   Парень налил себе еще коньяку, выпил, по плебейски привычно запив колой ароматную резкую жидкость. И решил зайти в своих рассуждениях с другого конца. Кто все эти люди, которых лишили коэффициентов полезности и сколько их всего? В Москве, пожалуй, офисного планктона не меньше миллиона. По области тоже хватает. Потом еще Санкт-Петербург, Новосибирск, Красноярск, Краснодар...прилично получается. Скажем так не меньше четырех - семи миллионов человек. Кто они? По большей части трудоспособные, не старые, с образованием. Куда они годны? Да куда угодно - хоть на стройку, хоть в армию, хоть за станок. Где еще государство сможет взять подобный человеческий ресурс? Илья глотнул немного коньяка, подумал, и вдруг пришел к парадоксальному выводу - больше нигде. Многомиллионного крестьянского ресурса, который использовали для промышленного скачка Петр первый, Столыпин и Сталин больше нет. Сельское хозяйство угрохали еще при кончине СССР. Взять из деревни уже некого, наоборот, туда людской ресурс надо вливать. Остатки промышленности, наука? Та же картина. Кто у нас еще есть? Десятки миллионов пенсионеров, несовершеннолетние, матери с детьми? На них не обопрешься. Чиновники? Вообще-то вариант, но опасный, грозит размытием "вертикали". Эмигранты? Провал политики мультикультурности очевиден и в Европе и в России. Работает только первое поколение, второе и последующие стараются сесть на дотации. Кроме того, это все исключительно неквалифицированная рабочая сила, которая к тому же даже в третьем поколении обычно считает страну пребывания не родиной, а ресурсом для добычи благ. Эти чужую для них страну из ямы вытаскивать не будут. Так с кем тогда, как выражался, Липатов "строить империю"? Строители империи придут за офисным планктоном и студентами, это единственные источники из которых в современной России можно забрать избыток молодых и работоспособных граждан, если придет такая нужда.
   И действительно, чего властям терять? Рухнет ВВП, не будет налогов? Так он и так рухнет как хрустальный графин с небоскреба, когда США, Европа и Китай объявят России санкции. Стоит только перестать покупать у России нефть и газ... А они могут, раз пошла такая игра, и дело дошло до выдвижения ультиматумов. Не исключено, что власть как раз принимает максимально разумные шаги для сохранения государства, пока еще есть время и ресурсы. Следующим действием может быть уже прямая мобилизация, тут уж не до рыночных механизмов. Разве что все может изменится по результатам экспедиции к Альваланам... Ждать осталась недолго - послезавтра старт. А сейчас - пожалуй, пора спать.
  
   Глава 6.
   Заправлены в планшеты космические карты...
  
   Взлетали в непогоду, в метель. Правда, очень уж сильного ветра не было, но снег падал густо, так что за окнами автобуса, доставлявшего офицеров к стартовому столу номер девять, почти ничего не было видно. Всего четырнадцать человек - одиннадцать парней из бывшего первого взвода, нахохлившийся Липатов, странно похожий в своей не по размеру маленькой пилотке на худого полинялого суслика, и двое здоровых краснорожих мужиков с военной выправкой, но без знаков различия, одетых в кожаные комбинезоны техников, видимо отправлявшихся на орбиту к Варягу этим же кораблем. Все молчали, думая каждый о своем, только один из техников что-то возмущенно рассказывал своему соседу таким громким шепотом, что было слышно во всем автобусе.
   - И ты представляешь Михалыч, эта, значит, врачиха на медкомиссии мне и говорит: у вас алкоголя в крови две сотых промилле, и давление сто шестьдесят на сто десять. Вы, Анатолий Сергеевич, вчера пили что ли? Я должна вас со старта снять, с такими показаниями нельзя. Вот коза, да? - разобрал Илья, ненадолго прислушавшись к его монологу. - А ей отвечаю: уважаемая Антонина Степановна, что вы, я вообще не пьющий. Кваса с утра только глотнул. А давление у меня всегда повышенное, организм такой, с детства ниже ста сорока никогда не было. К тому же я перед вами сейчас чуть-чуть нервничаю, потому что всегда перед умными и красивыми женщинами робел, от этого и давление подскочило. Не снимайте меня, я здоров как бык. Ну и прочую пургу несу в таком же духе...Еле-еле эту козу уболтал, допустила к старту.
   - Его сосед слушал собеседника с видимой неохотой, слегка брезгливо поджимая губы. Потом сказал, наконец, вполголоса с еле заметной презрительной ноткой:
   - Завязывал бы ты уже с бухлом, Сергеич.
   - А я что, я, считай, завязал. Мне вчера принять надо было, чтобы заснуть. Знал бы ты Михалыч, как я этой ракеты боюсь. На орбите нормально, а вот взлетать... Боюсь я. Ее ж трясет, так что сердце из груди выпрыгивает, каждый раз думаю, что сейчас мне конец придет.
   - Все боятся - рассудительно отозвался Михалыч. - А пить нельзя. У тебя же Сергеич руки золотые, ты же тестировщик от бога, потому и терпят пока... Хочешь профессию на водку променять? Это у нас быстро бывает. Один раз тебе прокатило, второй раз точно снимут. И со старта и с работы. А времена нынче сам знаешь какие - за нашу работу держаться надо, а то комитет новую в два счета найдет, пикнуть не успеешь. Говорю тебе - завязывай.
   - Вот и ты меня не понимаешь - обиделся мужик и замолчал, отвернувшись к окну.
   - Да чего тебя понимать-то? - Пожал плечами его собеседник. - Чай не бином Ньютона. А завязывать надо, Сергеич. - Однако его собеседник не ответил, с преувеличенным вниманием глядя на пляску снежинок за оконным стеклом.
   - Мне, наверное, тоже, как тому Сергеичу, пора завязывать, - невольно подумал про себя Илья. - Позавчера пил, вчера пил, сегодня...в голове мягким, обволакивающим, волшебно - искристым туманом давали о себе знать выпитые тайком на троих с Борей и Кимом сразу перед посадкой в автобус триста граммов виски. Памятуя о первом опыте полета на орбиту, запасенные корейцем две полулитровые пластиковые бутыли парни "раздавили" буквально за пять минут в туалете, чтобы "не укачало" при старте, и вот сейчас они, наконец, "постучались" в голову. В отличие от военных основного экипажа звездолета и рабочих орбитальных верфей, которые перед стартом проходили медкомиссию, офицерами и Липатовым практически не интересовались, держа их чуть ли не за неодушевленный груз. Для гражданского ведомства, контролирующего орбитальные работы по подготовке к старту, они были чужими, для космонавтов из экипажа Варяга тоже. Десантники основной боевой группы Варяга то ли уже были на борту, то ли прибудут позже - Липатов не объяснил. Он вообще сегодня был невесел и неразговорчив и, похоже, махнул на своих подопечных рукой. Ничего хорошего такое поведение командира не предвещало, но думать об этом Илье не хотелось - и так достаточно проблем.
   - А впрочем, какой смысл сейчас об этом думать? - Пришла в голову Ильи ленивая мысль. - Если удастся вернуться, то и буду разбираться. На орбите все равно сухой закон. Не до этого сейчас тебе, товарищ Красиков.
  
   Стартующий на орбиту корабль с прошлого раза изнутри почти не изменился. Скорее всего, он был не тот же самый, что доставлял когда-то первый взвод к Ямато, но судить об этом было трудно - настолько все внутри было знакомым. Стоящие в круглом отсеке вдоль стен анатомические кресла с ремнями, экран односторонней связи экипажа с пассажирами, фляги с водой, зафиксированные у ручек каждого кресла - все как в прошлый раз. По всей видимости, грузопассажирская "Ладья-2" была основной рабочей лошадкой перелетов земля-орбита-земля. Илье даже на секунду показалось, что их поприветствует капитан Соколенко, который давал напутствие во время первого старта. Но нет - вместо задорного молодого капитана, с экрана на парней уставилось какое-то пожеванное, устало - озабоченное лицо пожилого человека в летной форме. Он представился майором Топорковым, прочитал скучным бесцветным голосом краткую инструкцию по пользованию креслами и туалетом, пожелал счастливого пути и сразу отключился.
   - Да, чую, этот Топорков довезет, - разочаровано произнес сидевший рядом Ким. - То ли дело в прошлый раз, вот был настоящий офицер. А это непонятно что.
   - Не каркай, - отмахнулся Илья, хотя у него самого на душе скребли кошки.
   Минут через двадцать корабль взлетел.
   Однако в этот раз все шло на удивление ровно. Ракету, конечно, немного потряхивало, временами наваливалась сильная перегрузка, иногда некоторое беспокойство вызывал режим работы двигателей, резко менявших оглушительный рев на умеренный шум и наоборот. Но никаких резких маневров или таких перегрузок, что казалось глаза на лоб вылезут, в этот раз не было. Почти как самолет в зоне умеренной турбулентности, разве что перегрузки сильнее. Или может это Илье казалось, а все было как в прошлый раз, только сейчас он был, во-первых, пьян, а во-вторых, готов к тому, что произойдет? В любом случае первый, самый ответственный этап выхода на орбиту в луче пониженной гравитации прошел на удивление гладко. Даже неведомый алкоголик-аэрофоб Сергеич должен был остаться доволен. Вскоре вибрация прекратилась, двигатели убавили мощность до минимума и выключились совсем, а в кабине корабля воцарилась невесомость. Включивший связь Топорков вскоре подтвердил, что они покинули атмосферу Земли и находятся на первой промежуточной орбите. Дальше предстоял спокойный долгий инерционный полет, с редкими корректирующими импульсами двигателей, можно было перекусить, оправиться и приготовиться к долгому ожиданию. До стыковки было еще больше десяти часов.
   Ко времени стыковки с Варягом, Илья успел поспать, протрезветь и выпить всю воду, так что окончанию полета был весьма рад. После смены хозяев звездолет изнутри уже успел измениться. В ангаре несмываемой краской был нарисован на стене большой российский флаг, надписи в помещениях и на некоторых приборах теперь были выполнены на русском языке, космонавты щеголяли синими приталенными комбинезонами с армейскими знаками различий и символикой ВВС, всюду звучала русская речь, иногда с характерными матерками. Казалось бы ерунда - но сразу возникло ощущение, что звездолет был русским изначально.
   - Добро пожаловать. - Парней встретил широкой улыбкой молодой капитан, после того как они вышли из тесного шлюза на относительно широкую палубу ангара. - Вы спецгруппа, приданная к дипломатическому блоку?
   - Да, - просто ответил Липатов.
   - Капитан Зайченко. Мне поручено вас встретить и показать ваши каюты. Как долетели?
   - Хорошо товарищ капитан. - Кивнул ему в ответ Липатов. - Можно даже сказать отлично.
   - Еще бы, сам Топорков пилотировал! - улыбнулся капитан так, как будто это была его личная заслуга.
   - А что, хороший пилот? - поинтересовался у проводника Ким.
   - Топорков? Не просто хороший. Повезло вам, он, пожалуй, лучший пилот-космонавт в России, почти легенда. С ним летать одно удовольствие, правда, редко получается, он обычно всяких генералов возит. Ну ладно, держитесь, пожалуйста, за мной, покажу ваши так сказать апартаменты. Тесноваты они, конечно, но тут у всех так.
   - Да я представляю. Не в первый раз - пожал плечами подполковник.
  
   Каюта Илье досталась та же самая, в которой он летел к Элии. Нельзя сказать, что это произошло совсем случайно, просто капитан Зайченко привел их в хорошо знакомый по первому полету жилой отсек и радушно предложил выбирать понравившиеся каюты, благо, что все они были одинаковыми. Вот Илья и решил поселиться в ту, где он уже один раз жил, а Ким и Борис присоединились к нему. Одна койка из четырех так и осталась свободной, в этот раз народу было немного, некоторые каюты стояли полностью пустыми. Правда, туда еще должны были заселиться техники из сопровождения посольства, которые должны прибыть на борт послезавтра. Старт Варяга намечался через четыре дня.
   Снова пришлось вспоминать прошлогодние навыки жизни при пониженной гравитации. Прием пищи, медленный и осторожный, когда суп тихонько-тихонько зачерпывается ложкой и подносится ко рту в течение трех - четырех секунд, во избежание заляпывания стен, стола и рядом сидящих товарищей. Осторожное передвижение по коридорам, когда каждый излишне резвый толчок ногой от пола приводит к чувствительному удару лбом об потолок (еще бы, гравитация стала меньше, но масса тела никуда не делась), и, что особенно нравилось Илье, - удивительное ощущение легкости при передвижении. Когда, едва прикасаясь к узким настенным скобам, практически без участия ног он буквально взлетал вверх по вертикальным шахтам-коридорам из отсека в отсек, парень испытывал настоящее наслаждение, чувствуя себя прямо суперменом из фильма. Не говоря уж про сон при одной десятой G - никакой перине, никакому водяному матрасу не сравниться по мягкости с пониженной гравитацией. Правда, приходилось пристегиваться ремнями - иначе без привычки переворачиваясь во сне с правого бока на левый можно было запросто упасть с узкой койки, оттолкнувшись от постели слишком сильно. Ну и, конечно, тренажеры. Во время полета без них никак - если не уделять силовым упражнениям на все группы мышц и общефизической подготовке как минимум четыре-пять часов в сутки, то через месяц десантник при высадке будет, как говориться, профнепригоден. Потому что для него даже винтовку поднять станет проблемой. Илья помнил, как у него болели все мышцы и суставы на Земле первые несколько дней после возвращения с Элии. На Альвале, с ее девятью десятыми G, вряд ли будет легче. Так что отлынивать от тренажеров нельзя никак. Тем более что в условиях низкой гравитации по неким медицинским соображениям большую разовую нагрузку инструкторы не рекомендовали - все упражнения были не тяжелыми, но утомительно длительными.
   До самого старта никаких новостей не было. Все по графику - завтрак, тренажеры, занятия с оружием и материальной частью (естественно без стрельб), обед, снова тренажеры и занятия, ужин, свободное время, отбой. Липатов проследил, чтобы режим дня соблюдался каждым офицером как часы, но лекций по текущей ситуации не читал и никаких особых указаний не давал. Компьютеры в каютах тоже не могли быть источником информации - в них была масса справочной литературы, но доступ в сеть полностью блокировался. Первый день старта прошел так же буднично, если не считать тех сорока минут, которые по технике безопасности следовало провести, привязавшись к койкам в каютах во время пуска двигателей. Никаких ощущений при этом практически не чувствовалось. Полежали, услышали отбой, отстегнулись и пошли на обед. Грибной суп и макароны по-флотски, разве что в честь старта - каждому по кусочку торта и стакану сухого красного вина. Время ответов на вопросы, пришло позже, на третие сутки полета, в восемь часов ровно по условно-корабельному времени.
   Немолодой мужчина в черном комбинезоне и в старомодных очках с массивной оправой пришел в отсек вместе с Липатовым, когда парни только закончили завтракать и готовились отправиться на очередные два часа физподготовки в тренажерный зал. Одет он был в странную униформу, подобную которой Илья еще не видел. Черный комбинезон с золотым шитьем на рукавах и воротнике, странные погоны золотого цвета со скрещенными пальмовыми листьями и одной большой звездой вроде генеральской, вышитый двуглавый российский орел на груди. Илья сразу так и не смог сообразить, кто перед ними. Впрочем, в планы загадочного посетителя не входило долго держать офицеров в неизвестности.
   - Доброе утро господа. - Как-то совершенно по-штатски поприветствовал он парней. - Моя фамилия Дубов, Иван Иванович, я назначен чрезвычайным и полномочным послом Российской Федерации на планете Альвала. Прошу прощения за то, что не познакомился с вами раньше. Но тут у нас такая кутерьма была с этим стартом... - Посол снял очки и неловким жестом положил их в карман комбинезона. Стало хорошо видно, что глаза у него немного воспаленные, а высокий лоб изрезан глубокими морщинами. - В общем, только сегодня все более-менее утряслось. Но давайте хоть сейчас познакомимся, нам еще вместе работать и работать. Товарищ подполковник, может, пройдем в конференц-зал? - обратился посол к Липатову. Разговор у нас не быстрый будет. - Хорошо Иван Иванович, - кивнул головой тот.
   Когда все расселись по своим местам, Иван Иванович вышел чуть вперед и внимательным взглядом окинул всех офицеров, не пропустив никого. Взгляд был цепкий, запоминающий, пронзительный как рентген и разительно контрастирующий с доброжелательным выражением лица. Когда он посмотрел на Илью, у парня сложилось впечатление, что его за одно мгновение отсканировали 3D - сканером и положили получившуюся голограмму в папочку с личным делом.
   - Про то, что вы все приписаны к дипломатическому блоку вы, наверное, уже знаете? - Спросил посол. - Но, увидев несколько обескураженные лица офицеров, тут же поправился - ага, еще не знаете. Тогда я вам объявляю официально - вы все переводитесь временно на дипломатическую службу. Правда, особо афишировать этого не стоит, это решение из разряда "на всякий случай". Поэтому и униформу дипломатического корпуса вам решено не выдавать. А то как-то некрасиво может получиться - дипломаты с автоматами и огнеметами выглядят немного странно - искренне улыбнулся Дубов, вызвав ответные полуулыбки у слушателей. - С другой стороны, какие правила там, куда мы летим - я не знаю, судя по добытой на Элии вашей же информации о Альваланах, вполне может оказаться, что там все как раз наоборот. Тогда уже мне придется взять в руки автомат, чтобы выглядеть серьезным мужчиной...точнее серьезной женщиной? Нда... короче вопрос дискуссионный.
   Буду говорить с вами откровенно - предельно серьезным тоном заговорил Дубов. - Задача наша даже не двояка, она имеет множество измерений. Нам надо выйти на прямые переговоры с Альваланами и достичь с ними отдельного соглашения, которое бы включало Россию как самостоятельного игрока в межрасовые отношения землян и альвалан. Те варианты, которые нам предлагает альянс США с Европейским Союзом или Китайско-Азиатский Союз нас не могут устроить категорически. Дело даже не в том, что мы не можем поторговаться за особые условия, которые были бы приемлемы для России в обмен на технологию Самойленкова и главный гравикосмодром. Можем. Но мы не можем получить никаких гарантий их выполнения в будущем. Слишком высоки ставки в игре, чтобы верить подписанным договорам. Как соблюдают договоренности США, я думаю никому рассказывать не надо. По ряду причин полного доверия Китаю тоже не может быть. Никаких рычагов давления на ситуацию у современной России пока нет. Но они могут появиться, если у нашей страны будет свой канал общения с Альваланами и отдельные договоренности с ними. А так же, что уже произошло, единственный полноценный боевой звездолет Земной цивилизации. С этим уже будет невозможно не считаться. Знали бы вы, что нам стоило, и сколько еще будет стоить решение о его захвате. Скажу честно, мы балансировали на краю войны. Если бы США не были так уверены, что задушат нас экономически и сумеют задешево отыграть все назад, она бы возможно уже началась. Могу вам сказать, что почти со стопроцентной вероятностью через месяц-полтора США, Европа и Китай введут эмбарго на поставки нашего газа и нефти, а российские счета в иностранных банках будут заморожены. СВР уже отметила масштабные подготовительные мероприятия по реализации эмбарго и на западе и на востоке. Так что шанс у нас только один, и им надо воспользоваться.
   - Разрешите вопрос, - перебил посла Липатов. И, дождавшись кивка, сказал. - То, что вы рассказываете, это все, конечно, важно и нужно. Однако, наша цель в общих чертах понятна. Неясно другое: Альвала воюет. С кем мы будем говорить, с гильдейцами или с аристократами? Нам надо это знать, чтобы мои парни поняли к чему готовиться. Переговоры с одной стороной, боюсь, повлекут войну с другой.
   - Ясно, - коротко сказал Дубов. Вы правы, усидеть на двух стульях получиться вряд ли. Отвечу прямо - приоритетный партнер альваланская аристократия. По ряду причин. Они в более отчаянном положении и с ними легче договориться. У нас уже с ними был контакт, что может облегчить переговоры. И, наконец, нам труднее конкурировать с китайцами, чем с Америкой. Хотя возможны разные варианты. Я ответил на ваш вопрос, подполковник?
   - Да, - согласился Липатов. Но может так случиться, что они просто откажутся говорить с нами. Зачем мы им нужны, если, насколько я знаю, Высокий Совет уже заключил договоренность с американцами?
   - Я думаю, говорить они с нами будут в любом случае. Если только главы Высоких родов не совсем идиотки, в чем лично я сомневаюсь - ответил посол. - Вот параметры конкретного соглашения сейчас представить сложно. Американцы с европейцами готовы оказывать помощь на фактически грабительских условиях, пользуясь отчаянным положением Высоких матриархов и собственной монополией. В этом случае сам факт переговоров с Россией уже разрушает американскую монополию на военную помощь с Земли и позволяет Альваланским Высоким торговаться и сбивать цену. За такой шанс они должны ухватится всеми руками, ногами и зубами. А дальше - дальше все будет зависеть от нас. Я думаю, что Россия как партнер будет гораздо более выгодна для Высоких. Еще есть вопросы?
   - Есть, - неожиданно для себя поднялся с места Илья, решив воспользоваться случаем, раз уж общение идет в несколько неформальном режиме. - Что с Альваланским космическим флотом? Нам говорили, что восставшие контролируют космодромы. Если они контролируют и корабли, то они смогут просто уничтожить нас на орбите, если мы вступим в переговоры с их врагами.
   -Хороший вопрос, - улыбнулся Дубов. Он достал из кармана комбинезона очки, протер их и снова водрузил на нос. - Скажем так, Варяг не так легко уничтожить. Хотя вы правы, весь Альваланский космический флот, кроме одного звездолета, который сейчас по понятным причинам не может вернуться на Альвалу с Элии, захвачен восставшими. Однако он невелик - по нашим данным это всего три или четыре корабля. Думаю, боеспособность каждого из них по отдельности ниже чем у Варяга. Альвалане не создавали проекты отдельно боевого и отдельно транспортного корабля, в отличие от нас их звездолеты универсальны. Бой с одним из них у Элии показал наше превосходство. Так что столкновение в космосе может закончится для них потерей всего флота. Кроме того, китайцы будут против подобного и, если надо, надавят на восставших. Руководство поднебесной еще лелеет надежды санкциями или уговорами заставить Россию примкнуть к их блоку. Уничтожение Варяга, который может в перспективе перейти к ним, в планы компартии Китая не входит. Наш звездолет существует в единственном варианте и слишком ценен для всех землян, к какой бы стране они не принадлежали. Думаю, что если мы не откроем огонь первыми, то в космическом пространстве нам пока ничего не грозит. А вот на Альвале...Там на нашу делегацию откроют охоту все - и восставшие гильдейцы, и американцы, и китайцы. Так что прогулка предстоит нелегкой. Еще вопросы?
   В этот раз желающих не оказалось. Дубов выждал с десяток секунд и продолжил.
   - Действовать будем по обстановке. Нас немного, всего два десятка дипломатов, техников и ученых, ваше подразделение и рота охраны. Начальником экспедиции назначен я. Ваш непосредственный командир, конечно, Максим Петрович, у десантников - полковник Ярцев, вы еще с ним познакомитесь. На время полета царь и бог у всех нас один - капитан корабля, генерал-майор ВВС России Жаворонков Владимир Владимирович. По выходу на орбиту Альвалы пытаемся установить связь с Высокими...ну и тогда будут дальнейшие указания. Если есть какие-то вопросы и предложения - связывайтесь со мной в любое время, мой номер корабельного коммуникатора есть в компьютере каждой каюты. Я это не из вежливости говорю, а вполне серьезно. Опыт контактов с Альваланами у вашего подразделения самый большой, а мы сейчас должны работать в единой команде. Что еще? Время полета ориентировочно пятьдесят пять дней, доступная информация об Альвале залита вам в компьютеры, изучайте. Вроде все. Не буду у вас занимать больше времени.
  
   Изучением материалов по Альвале Илья занялся с удовольствием, подолгу просиживая перед дисплеем компьютера в своей каюте даже в свободное время. В этот раз сама психологическая атмосфера внутри корабля сильно отличалось от прошлого перелета. Тогда Илья (да и не только он) был в подавленном состоянии и вел себя равнодушно как робот, не ожидая от будущего ничего хорошего. В тот момент казалось, что все - жизнь фактически закончена. Вернуться нельзя, остаться живым, будучи сброшенным в составе одного небольшого взвода на неизвестную планету против столь же неизвестного, но явно не страдающего излишним гуманизмом врага весьма маловероятно. Факт того, что их взвод, первым сбрасываемый в пекло, фактически списан, был понятен изначально, на интуитивном уровне. Оставалось только встретить судьбу достойно, вооружившись старой истиной - "делай то, что должно и пусть будет то, что суждено" и надеяться на чудо. Поэтому никакой романтики или удовольствия от первого в своей жизни космического перелета парень не испытывал - не до того было.
   Возвращение обратно на Землю в "Палладине" было в чем-то более приятным, все же он тогда остался живым и летел домой. Но в тот раз их просто запихнули в одну общую, тесно заставленную каюту с трехъярусными койками на пятнадцать человек, уголком с тренажерами и уборной. Общение с внешним миром ограничивалось лишь скупыми диалогами с американцами из экипажа Палладина, трижды в день приносящими индивидуальные пайки с саморазогревающимися тюбиками жидкой каши и бульона. Больше всего возвращение с Элии напоминало вынужденное тюремное заключение, и чувство доминировало одно - скорее бы прилететь.
   А вот сейчас лететь Илье нравилось. Это было удовольствие чисто психологического характера, имевшее в себе массу разных составляющих. Тут была и юношеская романтика дальних странствий, и какая-то гордость за то, что он находится на борту самого мощного в мире русского боевого звездолета и ощущение (пусть и не вполне оправданное) себя не бесполезным грузом, а частью команды корабля. В том числе и потому, что в этот раз офицерам открыли свободное перемещение по отсекам Варяга, исключая лишь командирский мостик и реакторный отсек. Не то что бы Илье с товарищами что-то было нужно вне "пассажирского" отсека или они сами там кому-то были нужны. Шатание по отсекам без дела экипажем явно не одобрялось. Но и запирать их как заключенных в этот раз никто не стал. В редкие свободные часы можно было прогуляться до комнаты отдыха экипажа или корабельной оранжереи, заказать просмотр кино в кинотеатре и даже попить соку с печеньями в кафетерии, сидя за самой настоящей барной стойкой и рассматривая красочных рыб в большом аквариуме или футбольный матч на настенной ТВ-панели метрового диаметра.
   И действительно, кто бы мог похвастаться, что он был на другой планете, вернулся оттуда, а теперь снова летит в составе межзвездной экспедиции? Весьма немногие люди. Принадлежность к их числу изрядно повышала Илье самооценку, что уж тут говорить.
  
   Альвала оказалась интересной планетой. В чем-то очень похожая на Землю, но с некоторыми принципиальными отличиями. Гравитация в девяносто процентов от земной, кислорода - двадцать один процент, азота - семьдесят шесть. Содержание углекислого газа в атмосфере превышает земное в десять раз - почти четыре десятых процента. Остальные два с половиной процента - инертные газы и водяной пар. В общем, вполне комфортная для человека атмосфера. Климат ровный, суточные и даже сезонные перепады температур обычно незначительные, в пределах десяти-пятнадцати градусов Цельсия, возможно благодаря большому количеству парниковых газов. На экваторе бывает жарко, до пятидесяти по Цельсию, ближе к полюсам от пятнадцати до двадцати градусов. По сравнению с Землей - чистый курорт, и уж тем более никакого сравнения с вечно снежной, промерзлой Элией. Вода занимала четыре пятых поверхности Альвалы, суша была представлена в виде трех континентов размерами с южную Америку и ряда крупных и мелких островов. Континенты были расположены недалеко друг от друга, ширина проливов между ними не превышала нескольких сотен километров. Именно на них и зародилась основная, древняя часть Альваланской цивилизации. Океанские острова были заселены позднее, с развитием мореплавания.
   Конкретных данных по растительности и животному миру Альвалы было немного. Та же информация, что имелась, не содержала ничего экстраординарного. Были на Альвале и леса и степи, и даже джунгли. Правда, по сравнению с Землей наблюдался явный дефицит крупных лесов и равнинных пространств вообще. Наверное, более половины территории всех континентов занимала местность, скорее характерная для земных предгорий: поросшие невысоким лесом и кустарниками крутые холмы, лощины, изрезанные оврагами узкие равнины с каменистой почвой, орошаемой лишь ручьями и многочисленными, но мелкими и неглубокими периодически пересыхающими речками, впадающими в некрупные озера. Причем подобный неровный рельеф мог простираться на многие сотни и даже тысячи километров, так и переходя окончательно в равнинный или горный. Может быть, думал Илья, эта специфика местности тоже отчасти сыграла свою роль, не дав возникнуть на Альвале крупным государствам. Нет природных ресурсов, которые могли бы обеспечить быстрый качественный рывок владеющим ими кланам, вроде великих рек с богатыми плодородными почвами в Египте и малой Азии, или же благодатных равнин Италии или Турции. Рельеф такой, что ни крупную торговлю наладить, ни три урожая в год собрать, без особых усилий не получиться.
   Конечной целью путешествия российской экспедиции была северная оконечность центрального континента, называемая альваланским автопереводчиком "головой орла". И в самом деле, на карте Альвалы центральный континент своими очертаниями напоминал раскинувшего крылья геральдического орла, слегка похожего на бывший фашистский герб, но только с неестественно вытянутой длинной тонкой шеей. Это "шея" представляла собой узкий скалистый перешеек, заканчивающийся относительно равнинной "головой" размерами с датский полуостров, где находились владения четырех старейших альваланских родов Высоких. Там же была и ставка Верховного Совета Высоких Родов, координирующего сейчас борьбу Высоких с восставшими гильдейцами и рабами. Место почти идеальное с точки зрения обороны - скалистый перешеек легко оборонять от наступления по суше, а морской десант был сильно затруднен рельефом местности, в котором на низкие, пологие берега и пляжи приходилось лишь пара десятков километров. Эти немногочисленные уязвимые точки, естественно, были максимально защищены. Даже подготовленная земная морская пехота могла бы идти на штурм такого плацдарма лишь после долгой огневой обработки места высадки с моря или с воздуха. Мятежникам же пока ловить было нечего: на Альвале не знали даже самой концепции крупного боевого артиллерийского или ракетного корабля, не ведомы были Альваланам и тяжелые бомбардировщики. Все это, конечно, до времени. Глобальная война - лучший двигатель военно-технической мысли. Но до Землян, поднаторевших в искусстве создания самых разных машин для массового убийства себе подобных, инопланетянам еще было далеко.
   План действий российской экспедиции был прост и незатейлив, как это обычно и бывает в тех случаях, когда в наличии слишком мало информации для детальной проработки операции. Выход на орбиту и попытка связи с советом Высоких Родов. Дальше - по результату. На первом этапе на планету спускается посольство, несколько ученых, взвод Липатова и один взвод из роты охраны. По достижении договоренностей с орбиты спускают грузы. Как всегда, самая большая проблема не как доставить людей и снаряжение на Альвалу, а как их забрать обратно, учитывая, что космодромы Альвалы находятся не в руках Высоких. Для эвакуации людей Варяг нес на себе космоплан с ограниченным ресурсом, представляющий из себя сложную систему с автоматическим одноразовым ракетным челноком-носителем и собственно самим космопланом с жилым и грузовым отсеком. Челнок с космопланом на спине мог, пусть и грацией утюга, но все-таки приземлиться на любую сравнительно гладкую поверхность на Альвале. И даже взлететь, если его заправят, достигнув высоты в несколько сотен километров и послужив первой, суборбитальной, ступенью для горизонтального вывода собственно космоплана на орбиту. Но сработать эта система могла только один раз и несла очень ограниченную полезную нагрузку. Альвала не Элия, тут без антигравитационного колодца так просто не обойдешься. Так же было два уже знакомых Илье многоразовых челнока, но их ресурс не позволял им производить посадку, только десантирование людей и грузов с больших высот.
  
   В звездную систему Альвалы Варяг вышел на сорок пятые сутки полета и сразу же начал торможение. Точка перехода из системы Элии была сравнительно недалеко от родной планеты альвалан. Ни десантникам Ярцева, ни офицерам из взвода Липатова пока никто никакой информации не сообщал. Надо сказать, что отношения с офицерами спецгруппы охраны у Ильи и его товарищей сложились неплохие. Но, в то же время дружескими их назвать было никак нельзя. Слишком они были разные. Десантники Ярцева все были званиями от капитана до подполковника, старше тридцати лет, все кадровые военные, спецназ. Настоящие волки. Просто понаблюдав за их тренировками, Илья понял - как бойцы они качественно превосходят любого из его товарищей. Парням из бывшего первого взвода у них еще учиться и учиться. Правда, полноценных совместных тренировок в условиях полета провести все равно бы не получилось. Но дело даже не только в разности возраста и уровня военного мастерства - эти люди были по своему воспитанию и мировоззрению несколько другими, чем недавно ставшие десантниками бывшие студенты и научные сотрудники. Разница в характере как у игривого молодого сеттера и служебной немецкой овчарки. Тут уж о дружбе говорить сложно, десантники Ярцева и Липатова предпочитали проводить время в своей компании.
   С другой стороны и какого-то напряжения не возникло. И те и другие уже успели так или иначе повоевать, а это многого стоило. Товарищи Ильи при этом не оспаривали мастерства или авторитета спецназовцев, а бывалые офицеры тем более не стремились самоутверждаться в чьих-то глазах - и так все было понятно. Да и делать им предстояло одно дело. В общем, нормально все было. А с тех пор как на экране компьютеров в каждой каюте появилась зеленовато - серебристая Альвала, и путешествие стало приближаться к своему концу, спецназовцы стали частенько заходить в гости в отсек первого взвода с дружескими визитами. Все-таки они с альваланами лично еще не сталкивались, а парни Липатова могли многое рассказать. Да и вообще, вдруг "молодые" что-то знают о текущей обстановке? А то отцы-командиры как воды в рот набрали.
   Липатов "раскололся" лишь за несколько дней до выхода на орбиту, когда его уже совершенно достали расспросами.
   - Хватит галдеть, орлы! - врезал он рукой с зажатым в ней бульонным тюбиком по столу во время завтрака, услышав очередной вопрос на тему "ну что же происходит, что нас ждет". - Раскаркались тут как воробьи. Довели дядю Максима, вон я даже бульон пролил, а он между прочим куриный...не к селу ни к городу заявил офицер. - Послу звоните, он на то и посол. Давал вам Дубов свой номер? Давал. Вот к нему и вопросы, мне потом расскажите, что да почему...
   - Так молчит, он товарищ подполковник. Говорит: вы командир, у вас, дескать, и спрашивай - тихо возразил ему Ким - А он типа права такого по должности не имеет.
   - Все в игры играет, дипломат хренов...- еле слышно пробурчал Липатов. - Ладно. Не вижу смысла в этих тайнах мадридского двора, времени почти не осталось. Хотите знать - слушайте. Насколько я понимаю ситуацию, все выглядит так: На орбите сейчас присутствуют два альваланских корабля и китайский звездолет. Альваланские корабли на орбите принадлежат восставшим гильдейцам, которые требуют начать торможение и остановиться в каких-то там координатах для досмотра. Китайцы к ним присоединяются и еще говорят что-то о незаконности удерживания международного человеческого корабля и требуют в ультимативном тоне выполнения каких-то резолюций, правда, непонятно кого, чуть ли не всего прогрессивного человечества что-ли. Ну а с планеты вещает Совет Высоких. Высокие самые вежливые, видимо как-то там они догадываются, что наш визит им скорее на руку - лишь просят выйти на связь или прислать представителей, чтобы прояснить намерения. Бывшего "Палладина" пока нет, американцев не слышно. Хотя их миссия у Высоких наверняка есть, но те пока молчат. Вот такие дела.
   - А мы что? - спросил Илья.
   - А что мы? - пожал плечами подполковник. - Этих двух Альвалан и уж тем более китайца Варяг снесет при случае почти наверняка, силой им на нас давить не приходиться. Они хотят, чтобы мы начали тормозить? Так мы это и делаем, нам на орбиту Альвалы так и так выходить. Дубов что-то им втирает по своей дипломатической линии, уж не знаю что. Но план прежний - в прямом эфире мы никаких переговоров вести не будем, незачем кричать о своих планах по секрету всему свету. Выйдем на орбиту, дипломаты и наш взвод садятся в космоплан и приземляются у резиденции Совета Высоких. В этот раз нам лафа - никаких прыжков, полетим с комфортом как пассажиры. Прыгать теперь придется ребятам Ярцева, их сбросят в окрестностях резиденции совета вместе с секретным грузом орбитальные челноки. Ну а дальше - что Дубов скажет, на Альвале он главный. Так что готовьтесь, скоро уже.
  
   В космоплане было тесно. Хотя сами кресла были достаточно удобные и стояли широко, как в бизнес-классе самолета, но вот для перевозки десантников салон был оборудован плохо. Тем более, что по приказу Липатова (с которым каждый из парней был полностью согласен) парни сели полностью экипированные. САДКи, парашютные системы, личное оружие и снаряжение - все как и положено в боевом вылете. Десяток дипломатов и техников тоже были в каких-то легких скафандрах и с парашютами, но они, во всяком случае, были в своем отдельном отсеке налегке, без оружия и груза. А вот у десантников все свое было с собой.
   Илья вытянулся как мог удобнее в кресле, проверил ремни и откинул забрало САДКа. Внутренняя дверь пассажирского шлюза космоплана прочно встала в свои пазы, послышалось еле уловимое ухом шипение, с которым кислород покидал переходную камеру за ней. Через несколько минут он почувствовал легкий толчок - поехали. Альвала ждет. Спуск с орбиты - дело небыстрое.
   Перегрузки пришли по графику - через семь часов после старта. Космоплан начало ощутимо потряхивать, сначала слабо, затем все сильнее и сильнее. Пилот старался не затягивать полет и перегрузки быстро возрастали, по мере погружения в атмосферу. Илья, впрочем, мысленно его одобрил - в такой ситуации поневоле хочется, чтобы все закончилось быстрее - лишнее время висеть в небе над территорией с непонятным статусом, изображая из себя цель и не имея возможности повлиять на ситуацию, не понравиться никому. Хотя отвыкшие от тяжести за время перелета мышцы и протестовали против таких перегрузок, а дыхание порой перехватывало от резких толчков, но тут уж ничего не поделаешь - надо терпеть.
   Однако, все когда-то заканчивается, в том числе и неприятные вещи. Постепенно полет становился все более ровным, перегрузки ушли, двигатели уверено тянули машину вперед. Через некоторое время засветился дисплей под потолком салона и показал карту - схематическое красное изображение самолетика медленно ползло над левым "крылом орла" центрального континента.
   - Товарищи пассажиры, говорит командир корабля майор Казаченко. Приветствую вас - раздался в салоне спокойный голос пилота. - Наш полет проходит нормально, основная фаза позади. Высота шестнадцать километров, ориентировочное время до приземления - один час двенадцать минут. Мы вышли на связь с Высокими, полоса готова, нас уже ждут. Счастливого полета.
   - Да, в этот раз почти как на курорт, съездили - улыбнулся Илье Борис. - Даже прыгать не приходиться.
   - Не кажи гоп, - суеверно прервал его парень. Подожди, пока земли коснемся.
   - Да я ничего, просто рад, что трясти перестало...
   Продолжения фразы Илья не услышал. Потому что в этот момент послышался резкий оглушительный удар, как будто тяжелой кувалдой со всей силы врезали по огромной пустой железной бочке и самолет содрогнулся все корпусом. Не успев ничего понять, Илья резким движением опустил забрало САДКа. И вовремя. Машину стало мотать из стороны в сторону, а потом послышался сильный треск и еще один удар, такой силы, что парня удержали на месте лишь напрягшиеся до предела ремни. Илья ощутимо почувствовал во рту привкус крови.
   Однако самолет сумел выровняться и через полминуты Илья услышал снова голос пилота в котором явно чувствовались еле сдерживаемые панические нотки.
   - Ракетная атака. Вынужден был сбросить топливо и поврежденный челнок-носитель, чтобы не сгореть. С Варяга предупреждают о пуске еще двух ракет, по характеристикам - американские SARS-100. Через пару минут нас накроют. Всем приготовиться покинуть машину. Через десять секунд я разгерметизирую салон и открою шлюз. Быстрее ребята...
   - "....Мать!" - Только и пронеслось в голове у Ильи. Он быстро перевел режим работы САДКа на автономный и наскоро окинул взглядом крепления подвесной парашютной системы и оружия. Все...С шипением воздух стал покидать салон, а дверь шлюза пошла в сторону. Паники не было, десантники действовали четко. Илья переждал пока напор устремившегося из салона воздуха слегка ослабеет и давление немного выровняется с атмосферным, отстегнул фиксирующие его в кресле ремни и порывисто встал с кресла, освобождая место для выхода Борису. Держась за верхний поручень, он двинулся по центральному проходу, преодолевая сопротивление остатков уходящего воздуха. Впереди уже было трое парней, вставших чуть раньше. Илья, стараясь не создавать помех и не мешкать, поспешил в шлюз за ними. Впрочем, сгруппироваться перед прыжком он толком не успел. Самолет резко накренился и его, вместе со стоявшим впереди десантником, просто выбросило наружу в широко раскрытый люк.
  
   Глава 7.
   Здравствуй новый мир.
  
   Что можно сказать про прыжок с парашютом с высоты в шестнадцать километров? Для обычного парашютиста без специального оборудования шансов остаться в живых практически нет. В герметичном САДКе дела обстоят несколько лучше, но и тут все не так просто. Встречный поток ледяного воздуха и недостаток кислорода - это еще полбеды, система обогрева и кислородная маска десантного костюма с этой проблемой справятся. Однако, многое зависит и от самого десантника - любое неосторожное движение может привести к потере контроля над телом и нарушению равновесия. Затем последует очень быстрое беспорядочное вращение, остановить которое, особенно если ты уже успел разогнаться в свободном падении до четырех-пяти сотен километров в час весьма сложно. Да и не успеть - сознание покинет бренную телесную оболочку раньше. Раскрывать основной парашют слишком рано тоже плохо - атмосфера недостаточно плотная и однородная, купол на нее не рассчитан. Еще свою лепту вносит торможение успевшего разогнаться в свободном падении тела, попавшего в плотные слои атмосферы ниже десяти километров - это неизбежные перегрузки. Правда, у Ильи помимо основного был высотный стабилизирующий ленточный парашют. Но все равно - расслабляться и любоваться красотами чужого мира во время падения было чревато крупными неприятностями.
   Пока скорость падения была еще не очень велика, Илья быстро сгруппировался в рекомендованную позу, стараясь не делать резких движений. Выпав из космоплана, он лишь мельком успел взглянуть на небо Альвалы, темно-синее, с каким-то зеленоватым, цвета морской волны оттенком и тут же, как учили, слегка прогнувшись животом вниз раскинул руки и ноги, уставившись на далекие серебристые облака под ним. Выждал несколько десятков секунд и дал команду на раскрытие ленточного парашюта. Рвануло сильно, слегка закрутило вокруг оси, но ничего - обошлось. Теперь оставалось только ждать, стараясь удержать принятую позу и надеясь на лучшее.
   Первый слой облаков остался вверху на высоте около девяти километров, однако под ним обнаружился еще один, не менее плотный, не дававший офицеру разглядеть поверхность планеты. Когда до земли по данным высотомера оставалось не более пяти тысяч метров, Илья рискнул раскрыть основной купол. Снова сильный рывок, ленточная система отсоединилась и ушла куда-то вниз и в сторону, а Илья закачался в ремнях под широким белым куполом, приняв обычную вертикальную позу, ногами вниз. "Вроде получилось" - мелькнула радостная мысль.
   Альвала показалась на глаза лишь в пятистах метрах от поверхности, когда третий, последний слой облаков остался вверху. Холмы, покрытые каким-то странным, вроде как осенним, желто-зеленым с рыжими оттенками лесом. Стараясь напрасно не тратить время, Илья интенсивно закрутил головой, разглядывая окрестности. Сердце быстро стучало от притока адреналина, мысли были короткими, отрывистыми: "Сплошная глушь. Хотя стоп, вроде справа на севере показалась дорога... Точно, что-то такое было. Эх, слишком быстро спускаюсь. Все, некогда, пора выбирать место приземления". Илья, углядев небольшую полянку, корректируя полет чуть потянул стропы влево, приготовился. "Ага, есть" - мелькнуло в голове. Поверхность планеты ударила по ногам неожиданно сильно, так, что офицер к своему удивлению даже не сумел удержаться на ногах и спружинить в коленях. Упавшего Илью еще с метр протащило волоком по светло-желтой траве и накрыло сверху куполом. Приехали...
  
   Было больно. Даже очень. Однако, ноги сгибались, а пальцы шевелились. Наскоро ощупав болезненные места, Илья не обнаружил ни переломов, ни вывихов. Кости и связки оказались нетронутыми. Подвели мышцы, отвыкшие, не смотря на ежедневные многочасовые занятия на тренажерах, от нагрузки во время почти двухмесячного перелета. Теперь они мелко дрожали и работали через силу. Илья встал на трясущиеся ноги, сделал несколько пробных шагов. Ничего, идти все же можно. А к нормальной силе тяжести тело должно быстро привыкнуть. Будет очень уж болеть - примем стимулятор.
   Илья отстегнул парашют, свернул его, чтобы тот не отсвечивал демаскирующим белым пятном с высоты и засунул под какой-то широкий плотный куст со странными мелкими листиками диаметром не более полусантиметра, плотно облепившими хрупкие тонкие ветви. Забросал для гарантии сверху слегка пожухлой желтой травой и остался, в принципе, доволен своей работой - не отсвечивает и в глаза не бросается. Подогнал поудобнее рюкзак на спине, поправил лазерную винтовку и пошел вперед, на север, там, где была замеченная с высоты коричневая лента дороги. Других вариантов пока не было.
   "Ну что же, попробуем разобраться с произошедшим - подумал парень, осторожно шагая по незнакомому лесу. - Блин, я влип. И очень сильно. Наверное, бывают ситуации и похуже, но мне, похоже, и этой за глаза хватит. - У Ильи неприятно заныло под ложечкой при мысли о том, что он может уже никогда не увидеть людей, да и вообще не выбраться из этого леса, но офицер усилием воли отогнал от себя невеселые мысли. Страх и паника - плохие помощники и пресекать их проявления надо сразу же, пока они не заняли прочное место в голове.
   - Отставим эмоции и попробуем мыслить логически - стал рассуждать Илья. - Какие у меня есть соображения по текущей ситуации и что я могу сделать? Для начала, конечно, лучше на всякий случай покинуть место приземления. Спасательной экспедиции с Варяга не будет - ей не на чем и некуда садиться, это можно считать за установленный факт. Что мне известно о местности, куда я попал? Ничего. Кто ее контролирует, Высокие или гильдейцы? Не знаю. Но лучше считать, что гильдейцы - за исключением нескольких крупный районов вроде полуострова "голова орла" где заседает совет, Высокие на Альвале контролируют лишь собственные замки и подступы к ним. Заметили ли альвалане, как мы покидали сбитый космоплан? Нет информации, гадать можно что угодно. Если пилот не ошибся и ракеты были действительно американские, то вообще ничего не понятно. Нас сознательно атаковал Высокий Совет или это сделали американцы, в тайне от них? Тоже нет информации, так же неясно и то, будет или нет гильдейцами или Высокими организована поисковая операция. Короче, ничего не ясно.
   Теперь пункт два, что я могу сделать? Самое простое - выйти на связь с Варягом. Спутниковые телефоны в нашем взводе есть у меня, у Липатова, и у Вити Степанцова. Что это даст в смысле плюсов? Дам знать своим, что я жив, Жаворонков с орбиты может попросить Высоких организовать эвакуацию. Минусы тоже очевидны - все космодромы, а значит и спутники контролируют гильдейцы. Связаться напрямую с орбитой, скорее всего, означает просто-таки заорать в эфире - вот он я, туточки, живой и здоровый, берите меня. Опять же ни Липатов, ни Степанцов этого пока не сделали, если они, конечно, живы. Пока и я с этим торопиться не буду. Что еще? Тактическая рация САДКАа разрабатывалась специально для Элии, дальность действия сигнала была около двадцати километров. Но на Элии были одни снежные поля. Здесь не так: лес и неровный рельеф, поэтому уменьшим, грубо говоря, эту цифру до десяти километров. Тем не менее, кто-то из наших может отозваться. Засечь рацию вроде как на порядок сложнее, вряд ли кто-то специально готовил аппаратуру радиолокации в этом лесу или барражирует сейчас в небе на самолете радиоразведки. Ну, вроде в теории так, я, к сожалению, ни разу ни радиотехник. Тем не менее, если кто остался живой, то может откликнуться. Итак, решение - отхожу от места приземления на полкилометра и пытаюсь связаться со своими по рации".
   Большинство деревьев в альваланском лесу имели любопытную особенность - хотя они и были невысокими, но их мелкие, густо растущие на ветвях листья были зелеными лишь у самой кроны. Чем ниже, тем листья росли реже и становились желтее, а у самой земли их практически не было. В результате лес был настоящей мечтой партизана - сверху ничего не видно из-за густых древесных крон, но у земли помех мало, как в осенней сосновой роще, благодаря чему передвигаться можно было прямо и с приличной скоростью. Илья вскоре нашел небольшую полянку и, присев на сухой поваленный ствол, активировал отключенную рацию. Коротко пискнув, прибор начал поиск.
   Результаты Илью весьма порадовали. В радиусе от четырех до семи километров обнаружились три сигнала от включенных раций первого взвода. А уже через несколько секунд в наушниках прозвучал взволнованный голос Кима:
   - Илья это ты?!
   - Я! - радостно воскликнул парень.
   - Слава Богу! Мы тут с Борей на пару где-то в лесу. Паша-пацан тоже неподалеку. У тебя все нормально?
   - Да, вроде живой, руки ноги на месте.
   - Холм с белой каменюкой на верху видел пока спускался? - поинтересовался Ким.
   - Нет.
   - Ладно... Мы, короче, около него. Судя по сигналу это от тебя в трех с половиной километрах на северо-северо восток. Паша к нам тоже идет. Встречаемся там.
   - Добро - обрадовался Илья. Новости были хорошие. Оба его друга живы и находятся неподалеку. Павел Пацанаев, получивший во взводе кличку "пацан" из-за своей фамилии, тоже отличный парень и тоже очень кстати. Глядишь, и другие офицеры найдутся. Все не так плохо, взвод собирается!
  
   Когда все четыре офицера собрались на небольшой плоской площадке у вершины одного из невысоких, заросших лесом и кустарником холмов, то приняли единодушное решение остаться здесь до утра. Тому было много причин: на Альвале явно начинало смеркаться, было не очень понятно, куда же собственно идти, да и место было удобным - рядом с большим грязно-белым камнем бил небольшой родничок с кристально-чистой на вид водой, а вокруг было полно сухих веток. Но не это главное - парням настоятельно требовался отдых. Вообще-то с непривычки болело все тело, но ноги после нескольких километров марша - особенно. Не обращать на это внимания, принимая обезболивающие таблетки или стимуляторы, не стоило. Крайние средства хороши для крайних ситуаций. А так, если отдохнуть часов десять, мышцы сами потихоньку придут в норму, привыкая к нагрузке.
   В радиусе действия раций никого из первого взвода больше не обнаруживалось. Впрочем, это по большому счету ни о чем не говорило - с такой высоты парашютистов могло разбросать слишком далеко. Отдельные дебаты вызвал вопрос связи с орбитой, однако пока решили на контакт с Варягом не выходить. Никаких признаков поисковой операции в ближайших окрестностях не наблюдалось, а заявлять о себе во всеуслышание пока было рановато. Кто его знает, к чему это могло привести. Альвала - родная планета вышедшей в космос цивилизации, спутники отслеживающие радиосигналы на ее орбите есть наверняка и во время войны они вряд ли находятся в спящем режиме.
   В небольшой яме разожгли аккуратный бездымный костерок, вскипятили в гибком пластотканевом десантном котелке крепкий чай и сварили из сухого сублимата рисовую кашу с мясом. Воду брали из родника. Автономный режим САДКов был давно выключен, а забрала шлемов откинуты. Отгораживаться от внешнего мира не было никакого резона - следовало беречь энергию батарей. Газовый состав атмосферы людям подходил, а вот микрофлора и микрофауна? Ну, а кто ее знает... Теоретически шанс "склеить ласты" от неизвестных инопланетных микробов, как марсиане в "войне миров" у парней был. Но, как им объяснял на лекции один полковник медицинской службы, это было маловероятно. Человеческий иммунитет, конечно, не мог распознавать инопланетных микробов. Реагировать на них он тоже приучен не был, с чего бы. Вот только это палка о двух концах. Для альваланских микробов человеческие организмы тоже были чем-то нетипичным и непонятным. Их механизмы воздействия были отлажены применительно к своим, местным формам жизни. Так что, скорее всего, ничего опасного не могло быть. На всякий случай, правда, у каждого бойца был набор антибиотиков широкого спектра действия.
   - Нечего тут особо думать - решительно заявил Паша-пацан, выскребывая пластиковой ложкой остатки каши со дна котелка. - Завтра пойдем к дороге. Посмотрим, есть ли движение, пройдемся вдоль пути, может, где домик будет или там хуторок. Ну а дальше как в кино - зайдем, спросим "бабка, немцы в деревне есть"? В смысле, чья власть - гильдий или Высоких. Автопереводчики у нас имеются. Если Высоких - то попросим подбросить к начальству и сразу же выйдем на связь с Варягом. Скажем мы там-то и там-то ведем переговоры с таким-то Высоким родом. И добавим: при невыходе на связь через полчаса, считайте нас героями посмертно и бросайте сверху пару мегатонн для вразумления.
   - А если власть гильдейцев, то грохнем бабку, чтобы не оставлять свидетеля и пойдем партизанить? - перебил его Ким. - Или тоже потребуем сначала доставить к начальству? Авантюрист ты Паша. Хотя, надо признать, план у тебя четкий и конкретный. Особенно мне про ядерную бомбу нравиться. Ты сказок начитался? Думаешь, чтобы вызволить из задницы четырех русских лейтенантов кто-то из нашего начальства будет кому-то угрожать атомным ударом и портить перспективные отношения с чужими? Чудак человек, когда же такое в нашей Российской Федерации было?
   - Вот если ты такой умный, то сам и предлагай что нам делать...
   - А я думаю пока.
   - Вот и думай.
   - В любом случае надо идти к дороге, - вмешался Илья. - Без контакта с местными не обойтись, нужна информация. Но тут уж лучше одинокого грибника какого-нибудь отловить. Назовемся спецгруппой и расспросим что да как.
   - Спецгруппой кого? - пожал плечами Ким. Гильдейцев или Высоких? - Да и спалимся тут же, непохожи мы ни на кого из альвалан.
   - А это как работать, - неожиданно поддержал идею Ильи Борис. - Вот представь, идешь ты с корзинкой по лесу, а тут на тебя четверо мужиков в боевых костюмах выходят и сразу ствол в морду. Рассказывай мол, кто и откуда, ну и так далее. Тут тебе не до вопросов будет, тут жизнь спасать надо. Да мы и отвечать не станем. Когда информацию снимем, скажем по обстановке - мы дружина Высоких или там спецназ Гильдии. Лица закроем, САДКи переведем в автономный режим - ни хрена не понятно кто такие, видно лишь, что парни серьезные. Пригрозим - идет спецоперация, если в течение, скажем, трех суток хоть слово вякнешь - придем домой и всех убьем, из под земли достанем. Тоже, конечно, не идеал - но про инопланетян абориген в последнюю очередь подумает, во время войны своих заморочек хватает. Не убили и ладно.
   - Проболтается - возразил Паша.
   - Безусловно. Но скорее всего, далеко не сразу, а потом, когда страх пройдет. И это, если аборигену еще поверят и передадут информацию наверх по инстанции. В любом случае у нас будет время принять решение. Или нам безвылазно в лесу сидеть и от каждого куста шарахаться? Гильдейцы нас скорее всего сдадут китайцам. Высокие - не знаю, могут быть варианты. Судя по тому, что пока нас не ищут у нас есть шанс прорваться к Высоким по своей воле, если работать быстро. Но с каждым часом бездействия он уменьшается. Все равно ведь найдут. Тогда давай сразу Варяг вызывать, чего тянуть?
   - Ладно, убедил. Завтра выйдем к дороге и попробуем разобраться.
  
   Сутки на Альвале продолжались около двадцати двух земных часов. Этот факт не являлся тайной для организаторов российской экспедиции, поэтому в коммуникаторах бойцов была возможность адаптировать часы к местным суткам и даже к местным единицам измерения времени. Впрочем, чтобы это сделать, нужно было знать точное время текущего часового пояса, которое сказать бойцам в спешке перед стартом как-то позабыли. Так что можно было лишь просто констатировать: рассвет начался около девяти утра по условно-корабельному времени. В принципе удобно получилось.
   К дороге, которую Илья видел при приземлении, офицеры выдвинулись в десять часов ровно, когда совсем рассвело, наскоро позавтракав концентратами и по возможности ликвидировав следы своей ночевки. Сегодня шагалось гораздо легче чем вчера. Хотя всю ночь до утра ноги у Ильи и ныли, отзываясь болью при каждом резком движении, но после пары сотен метров марша неприятные ощущения ушли сами собой. Хороший признак - это значит, что с мышцами физически все в порядке, а боль была вызвана банальным накоплением молочной кислоты от непривычной нагрузки.
   Альваланский лес жил своей жизнью - наверху, среди густых крон, летали какие-то крохотные птахи, на покрытой ковром из прелых листьев и невысокой желто-зеленой травы земле сновали мелкие насекомые, на стволе одного из деревьев Илья увидел здоровенную, сантиметров пятнадцать длинной, рыжую гусеницу. Но вот никакой крупной живности заметно не было. Явно не джунгли с их зарослями и вездесущей флорой и фауной. Скорее уж подмосковный осенний лес. Но и это сравнение было бы не точным - почва сухая и твердая, опавшие листья внизу, соседствуют с зелеными густыми кронами вверху, трава присутствует всех оттенков - и желтого и сочно- зеленого, странный кустарник на манер плюща обвивает стволы одних деревьев и почему-то напрочь игнорирует другие, стоящие совсем рядом... в общем, смешение всех сезонов и типов.
   К дороге вышли часа через три. Лес резко оборвался, закончившись неглубокой канавой, за которой виднелось поднятое на невысокую земляную насыпь дорожное полотно. Неширокое, шагов в восемь-девять, с аккуратно насыпанными обочинами. Эта дорога, которую Илья сверху принял было за грунтовую, таковой не являлась, только ее твердое покрытие было не серым, а грязно-коричневым. Причем альваланский "асфальт" был не в лучшем состоянии - с трещинами и выбоинами.
   - Не следят за дорогой местные - прокомментировал состояние полотна Паша-пацан.
   - Да ладно тебе, - возразил ему Борис. - Я когда к бабке в Оленино ездил, в Тверской области на М-9 видал участки и похуже. А казалось бы федеральная трасса. Опять же у них война идет, не до дорог.
   - Хватит чесать языками! Отходим обратно в лес. Впереди у обочины я густой кустарник видел, там укроемся - командирским голосом сказал Илья, решив взять на себя инициативу. В конечном итоге, если нет назначенного командира или старшего по званию, командовать начинает самый решительный и инициативный боец, разве не так? Это вроде и в уставе прописано. Пашу-пацана допускать до командования, по мнению Ильи, было нельзя - слишком прямолинеен и склонен к авантюрам. Борис серьезней, но простоват и маленько "подтормаживает". А Ким? Хороший он парень и хороший друг, но командирскими качествами не обладает совершенно. В общем, надо брать дело в свои руки, а то совещания по каждому поводу и без оного до добра не доведут.
   К некоторому даже удивлению Ильи его приказ был принят как должное. Паша и Борис подчинились без разговоров, а Ким лишь окинул Илью долгим, понимающим взглядом и сказал, впрочем, почти без всякой иронии "есть товарищ командир", после чего последовал за ними.
   - Подождем тут некоторое время - пояснил свою мысль Илья, когда десантники укрылись в густых кустах за обочиной. - Посмотрим, кто по этой дороге ездит или ходит. Если через полчаса никого не будет, сами аккуратно пойдем вдоль нее. Оружие приготовить к бою и ждать, но без команды не высовываться.
   Первая машина, похожая на грузовик с открытым верхом, но со странно овальным кузовом, похожим на многократно увеличенную детскую ванную и заостренной вперед треугольной водительской кабиной проехала мимо парней через двадцать минут. Илья услышал шум мотора заранее, но пока решил никаких действий не предпринимать. Затем, еще через двадцать минут, одна за другой прошли две каплевидные серебристые легковушки, а за ними, через пятнадцатиминутный интервал - второй "грузовик".
   - Долго еще тут лежать-то будем, командир? - Тихонько спросил Паша, когда последняя машина скрылась за поворотом. - Говорил через полчаса пойдем...
   - Нет, - решительно ответил Илья. - У меня есть план парни. К чему ходить вокруг да около? Следующую машину будем брать. Расспросим водителя, заодно разживемся колесами. Так, наверное, даже лучше.
  
   Очередной грузовик, выйдя из-за поворота, стал тормозить загодя и довольно резко. Еще бы ему этого не делать - на дороге лежало небольшое, в ногу толщиной дерево, а за ним поодаль стояли Илья и Ким (готовые, впрочем, отпрыгнуть в стороны, если водитель пойдет на таран), демонстративно направляя оружие в район водительской кабины. На одной обочине стоял Борис и делал то же самое, но уже с ракетным огнеметом в руках, а на другой Паша изображал из себя гаишника, подобранной палкой делая понятные всем русским водителям жесты типа "прижмись к обочине". Машина остановилась, не доезжая нескольких метров до бревна, и Илья сразу же скользнул к ней сбоку, стараясь не перекрывать сектор обстрела Киму, который подстраховывал его сзади. САДКи на офицерах были с опущенными забралами и в режиме "боевой, автономный".
   Подойдя к овальной двери кабины, Илья требовательно постучал кулаком. В ответ она отъехала по направляющим вбок, открыв проем внутрь. Илья пригляделся - треугольное помещение выглядело смутно знакомым, как у снегохода на Элии. Впереди одно единственное место водителя, за ним два пассажирских кресла. Кроме водителя никого нет. Ну что же, хорошо.
   - Борис, Паша - в кузов. Ким за мной - негромко приказал Илья и решительно полез внутрь.
   Водителем грузовика оказался низкорослый, на голову ниже Ильи, мужчина-альваланин в сером комбинезоне. Никаких действий, пока офицеры забирались в машину, он не предпринимал, Илье даже показалось, что на его лице застыло испуганное выражение. Перегнувшись через спинку кресла, офицер внимательно рассмотрел водительское место. Да уж, сам он за руль сесть не сможет. Потому что и руля как такового нет. Из приборной доски параллельно полу и друг другу торчали два рычага, которые инопланетянин держал соответственно в правой и левой руке. Педали на полу были - но сразу четыре штуки. Ничего похожего на ручку коробки передач, на приборной доске горят какие-то значки - пиктограммы.
   - Илья, мы в кузове - раздался в наушниках голос Бориса. - Тут ящики какие-то.
   - Сидите нормально?
   - Вполне.
   - Тогда поехали.
   Илья активировал автопереводчик и уверенным голосом сказал альваланину - поехали! - Водитель, однако, продолжал сидеть не шевелясь. - Вперед я сказал! - Выше тоном приказал Илья и слегка пихнул аборигена дулом винтовки. Это подействовало. Альваланин нажал на одну из педалей и машина, перевалив через бревно, медленно двинулась вперед.
   - Кто такой, отвечать! - Немедленно начал допрос Илья.
   - Ничтожный раб Стауф, Высокая госпожа - тут же перевел лопотание аборигена автопереводчик. - Не убивайте меня Высокая госпожа, я простой раб третьей полезности гильдии Тритт и невиновен в аварланском зле и мятеже.
   - Невиновен говоришь, - решил сымпровизировать Илья. - Сейчас разберемся. Отвечай, какой груз везешь?
   - Консервы для северной шахты гильдии, Высокая.
   - Мы сейчас на территории гильдии?
   - Да, госпожа.
   - Гильдия Тритт - проклятые бунтовщики, - продолжал играть свою роль Илья. - Не так ли ничтожный раб?
   Альваланин явно замешкался, похоже, офицер попал в точку. Поерзал в сиденье и сказал, наконец - Да Высокая. Но я - всего лишь обычный слабый мужчина и ничтожный раб третей полезности. Я совершенно не причем, я только вожу грузы, чтобы прокормить своих сыновей. Я невиновен, госпожа.
   - Виновен! - громко крикнул Илья, и умный прибор понял его интонацию, что-то рявкнув водителю на альваланском языке. - Помогающий мятежникам сам мятежник - добавил парень.
   Синее лицо аборигена стало серым под стать его комбинезону. Видимо он решил, что его прямо сейчас будут убивать. И это имело последствия - грузовик резко вильнул на дороге и чуть не выехал на обочину.
   - Спокойно Стауф, - сбавив тон, сказал ему Илья, поняв, что он, похоже, перегнул палку и чересчур запугал водителя. - Мне кажется, что твоя вина не так уж велика. Я, наверное, пощажу тебя. Только ты не задавай вопросов и отвечай правду. Если я поймаю тебя на лжи - мы сделаем с тобой то, что обычно делают с бунтовщиками Высокие, когда те к ним попадают живыми...
   Лицо Стауфа из сине-серого стало белым, видимо Илья опять попал не в масть, а Высокие с бунтовщиками проделывали совсем уж нехорошие вещи.
   - Ну, ну, не надо так волноваться. Ты же мне не будешь врать, не так ли?
   - Ничтожный раб Стауф не смеет врать Высокой.
   - Вот и хорошо. Вопрос первый - где сейчас ближайшие позиции Высоких?
   - Госпожа имеет в виду замок рода Иноэрн? Мы его...простите Высокая, подлые бунтовщики гильдии Тритт осаждают его в к северу, километрах в пятидесяти отсюда.
   Слова "род Иноэрн" показались Илье смутно знакомыми. Замолчав, он задумался так, что даже пропустил мимо ушей оговорку Стауфа. "Иноэрн...где-то я это слово слышал. Что-то такое было, связанное с Элией - думал офицер, глядя вперед, на пустынную ленту дороги. - Точно! Вспомнил - Элитьен говорила, что первым на Элии был род Иноэрн. И вроде как этот род союзник ее рода. Как там ее род звали? Иллор."
   - А скажи-ка Стауф, слышал ли ты что-то о роде Иллор? - вкрадчиво спросил Илья.
   - Как не слышать госпожа. Это же два старых торговых рода - Иллор и Иноэрн. Замок Иллор еще севернее, на границе гильдии Тритт у самого моря. Отсюда двести километров.
   - Его тоже осаждают ваши бунтовщики?
   - Да, госпожа, - подумав, прямо ответил альваланин.
   - А скажи-ка мне раб, только честно. За что вы эти рода так ненавидите? Иллор, Иноэрн, они вас налогами душили, жить не давали, зверствовали? Или как? Отвечай честно, как думаешь. За правду не накажу. Будешь лгать...ну ты знаешь что будет - сказал Стауфу Илья. Вообще-то, этот вопрос был лишним. Следовало немедленно принимать решение, а не разговаривать на философские темы. Но не задать его Илья не мог. Род Иллор и возможно Элитьен, оказались в пределах досягаемости и этот подарок судьбы парня весьма обрадовал. Получалось, что самым разумным решением будет попытаться пробиться к их замку, а там уж выходить на связь с Варягом. Только...только это решение будет окончательным, а значит слишком уж торопиться с ним нельзя, нужно собрать информацию. И еще было в этом вопросе что-то личное, такое, что не спросить он не мог. Почему альвалане воюют? Может все Высокие действительно кровожадные чудовища, которых надо уничтожать, а их выбор стороны конфликта неверен? Раз уж они оказались здесь и влезли волею судеб в чужую войну, надо хоть чуть-чуть понять мотивы ее участников на месте, а не в виде сухих обобщений, высказанных на Земле.
   - Нет Высокая, - подумав, сказал Стауф. - Жизнь рабов гильдии Тритт была несладкой. Думаю мало кому на планете жилось хуже нашей гильдии, бывало еды не хватало даже рабам второй полезности. А ведь гильдия Тритт это и сталь, и уголь, и заводы, чью продукцию брали на всей Альвале. Только нашим хозяином был Высокий род Адлель. Они забирали даром почти все, а наши жалобы в Высоком Совете никто не слушал. Теперь этого рода нет, а от их замка не осталось ничего кроме головешек. Вот их мы ненавидели, сильно ненавидели. Рода Иллор и Иноэрн - рода торговые, они жили с морской торговли и брали мзду с континентального тракта и порта торговцев. Хорошие рода - пошлины брали по совести, дороги чинили, закон знали. Они по ленному праву и на доходы гильдии Тритт могли рассчитывать, но где уж им было идти против рода Адлель. У тех что-то взять, так легче кусок мяса из глотки серого зубогрыза вырвать.
   - Что же вы с ними воюете?
   - Госпожа, гильдии восстали все - удивился альваланин. - Теперь все гильдии воюют со всеми Высокими, никто в своем углу не отсидится - время такое. Вы можете меня убить, но вы просили говорить правду.
   -Ясно.
   - Вы просили не задавать вопросов Высокая - продолжил Стауф. И вы можете меня убить, хотя я прошу вас оставить вашего раба жить. Но я опять напомню вам ваше обещание не карать за правду и позволить рабу вопрос.
   - Ладно, - согласился Илья. Кажется, он понял, что хотел сказать альваланин. Шила в мешке не утаишь.
   - Вы не Высокая госпожа из рода, как я подумал сначала, увидев вашу боевую одежду. Прошу меня простить, но это очевидно. Вы также не из гвардии гильдии. Ваше снаряжение и оружие - я не знаю гильдий и родов где могли бы такое и так делать. Вы - те, кто пришел с другой планеты?
   - Поверь, Стауф, лучше тебе ничего не знать, а свои догадки держать при себе - искренне ответил Илья. - Если ты хочешь жить, конечно. Слушай меня внимательно. Нам надо попасть в замок Иллор. Если мы туда попадем - я сделаю все, чтобы ты остался жить. Иначе - извини, других хороших вариантов для тебя не предусмотрено, сам понимаешь. Подумай, как это лучше сделать.
  
   К осадному периметру вокруг замка Иллор подъезжали уже ближе к вечеру, проехав почти пять часов по дорогам Альвалы. За это время Илья успел хорошо расспросить Стауфа. Впрочем, многого альваланин просто не знал. Он был простым рабом третьей полезности - то есть обслуживающим персоналом, водителем грузовика в гильдии Тритт. Общественными рабами именовались все гильдейцы. Правда, главы гильдий, крупные купцы и прочая "элита" гордо именовала себя рабами первой полезности, менеджмент, техническое руководство и прочее начальство калибра поменьше были второй полезности, а обычные работяги - третьей. Были еще и четвертая и пятая полезности - это всякие иждивенцы, самый низко квалифицированный персонал и прочие. Революционеры всю эту систему официально отменили, но увидев парней, которых альваланин принял поначалу за дружинниц Высокого рода, Стауф быстро вспомнил старую терминологию.
   Водилой он был неплохим, по его словам за рычагами уже двадцать лет. Все местные дороги знал на отлично и уверенно вывел захваченный грузовик к цели. Вообще гильдейцы показались Илье изрядными раздолбаями - у них война идет, а машины никто не досматривает, документы не проверяют, блокпостов не видать. На Земле бы давно все дороги перекрыли, а не только главные. Хуже того - они ухитрились даже заправиться у какого-то встречного бензовоза на обочине. Пришлось изрядно понервничать, пока Стауф договаривался с его водителем и таскал из кузова консервы в обмен на топливо, но иначе, как убеждал альваланин, они бы далеко не уехали. Илья сидел, скрючившись в кабине грузовика и держа Стауфа на прицеле, понимая, какого он свалял дурака. Увидеть его не могли - окно было с "тонировкой" и снаружи было гораздо светлее. Но вот что он будет делать, если Стауф побежит? Стрелять, рискуя поджечь бензовоз и отправиться на небеса всей компанией? Да и Стауф мог их выдать. Но обошлось.
   - Мне теперь обратной дороги нет, - объяснил он Илье. Или вы убьете, или, если убегу, революционный совет за помощь Высоким на первом суку повесит. Сейчас везде "переметнувшихся" ищут. Если я пропаду без вести то это еще ничего - может решат, что убили меня дружинницы, а машину взяли. А вот если я живой революционному трибуналу покажусь - то и мне конец, и детей с довольствия снимут.
   - А водитель бензовоза не заложит? - спросил Илья - Скажет, что ты был живой и здоровый, в стороне от своего сегодняшнего маршрута, стало быть помогал Высоким.
   - Нет, этот не расскажет. Иначе ему придется тоже в пособниках ходить, а так же объяснять, почему это он общественное революционное топливо на революционные же консервы менял.
  
   Как выглядит осадный периметр Стауф не знал. По его словам, дорога шла до самого замка, но сейчас она кончалась у позиций восставших километрах в трех от него, там, где дружина Иллор держала оборону. Посовещавшись с офицерами, Илья решил прорываться внаглую. Ну не сложилось у него впечатления о гильдейцах, как о серьезном противнике - если в тылу бардак, то и на передовой вряд ли все образцово выглядит. Местность чужая, шататься по ней ночью не хочется совершенно. Опять же проблема идентификации - застрелить могут те и эти, попробуй, объясни, что ты свой. Проще попробовать прорваться быстро и с шумом, на "рывок".
  
   Глава 8
   Старые знакомые, новые проблемы.
  
   Илья в последний раз набрал полной грудью свежего, совершенно по земному пахнущего близким морем альваланского воздуха и закрыл шлем САДКа. Убрал в специальный набедренный чехол бинокль и быстрым шагом направился к стоявшей за поворотом дороги машине. Все что нужно он уже увидел - картинка в бинокле хотя и была немного зеленоватой и размытой, как это обычно бывает при работающем приборе ночного видения, но все же понятной. Позиции осаждающих начинались у границы леса и поля, в этом месте дорогу перегораживал шлагбаум и что-то вроде низкого караульного помещения, дальше стояли какие-то куполообразные времянки похожие на шатры или монгольские юрты - толком не разберешь. Поле и выступающие участки леса параллельно периметру ограждало что-то, издалека очень смахивающее на колючую проволоку, а за ней стоял невысокий заборчик. Часовые у дорожного поста были совершенно точно - Илья видел фигуры альвалан, наверняка какие-то посты были и вдоль периметра.
   Выбор способа прорыва напрашивался сам собой. Подъехать к посту совершенно спокойно и метров за двести до него (вряд ли часовые будут издалека стрелять в свою же на вид машину, скорее всего, потребуют остановиться для досмотра), всадить из кузова две ракеты с термобарической головкой из РПО-А. Одну в пост, другую чуть подальше. И, пока все вокруг горит, разогнавшись проехать по дороге позиции повстанцев насквозь. Все, вуаля. Зная действие огнемета, парень сильно сомневался, что первые несколько минут кто-то, если даже уцелеет, будет способен стрелять.
   Вот только это повлечет за собой неизбежные трупы в немалых количествах. Причем первыми начнут стрелять именно они, русские солдаты вроде как прибывшие с дипломатической миссией. Нехороший прецедент получится, ой нехороший. К такому неоднозначно могли отнестись даже Высокие, не говоря уж о гильдейцах. Мали ли что у них тут гражданская война... Русские офицеры в данном случае станут инопланетянами, прилетевшими на чужую планету и первыми начавшими убивать. На Элии они, конечно, воевали, но Элия была давно. Если спроецировать ситуацию с точностью до наоборот, на Землю вместо Альвалы, Илья не был уверен, что он бы был рад таким инопланетянам, первыми начавшим убивать людей. Даже если эти люди - его враги.
   Ну что же, на этот случай есть и запасной вариант. В этот раз взвод не нагружали громоздкими научными приборами, зато выдали дополнительное вооружение. В том числе и милицейские спецсредства, адаптированные примерно для таких неоднозначных случаев. Всего у парней было четыре снаряженных "трубы" РПО - штатный комплект по две штуки на бойца у Бориса и Паши. И один из четырех выстрелов был не вполне боевым. То есть некоторое фугасное действие у взрыва было - граммов на сто пятьдесят в тротиловом эквиваленте. Имелись и поражающие элементы несмертельного действия - сферическая резиновая картечь и легкие осколки тонкого пластикового корпуса. Но самое главное у этой ракеты - это звук и световая вспышка при подрыве, своими параметрами перекрывающие обычную светошумовую гранату почти на порядок. В общем, если удача от парней не отвернулась - должно сработать.
   До поздней ночи машина с офицерами простояла в каком-то глухом лесном тупике, в паре километров от позиций осаждающих, куда ее загнал Стауф, чтобы не попадалась на глаза случайному патрулю или другим водителям. Однако, теперь, выдвинувшись к позициям осаждающих замок гильдейцев, следовало действовать быстро. Илья залез в кузов, оставив рядом с альваланином одного Кима, и машина, выехав из-за поворота, на небольшой скорости направилась к шлагбауму. Сзади в кузове Паша и Борис загодя соорудили что-то вроде баррикады из металлических ящиков с консервами, укрепили на ней единственный имеющийся гранатомет, сняв предварительно съемную заднюю стенку кузова и превратив таким образом машину в импровизированную тачанку.
   Илья, заранее подсоединив рацию к автопереводчику начал передачу в открытом эфире при максимальной мощности и на нескольких частотах: "Вниманию рода Иллор. Идем на прорыв по основной дороге, не стреляйте. Дружина рода Иноэрн". Все, процесс пошел. Даже если у мятежников слушают эфир, то за те несколько десятков секунд, которые остались до акции, тревогу поднять не успеют. А дальше будет все равно. Зато это сообщение давало надежду на то, что с позиций Высоких по их грузовику не откроют шквальный огонь со всех стволов, а сначала постараются разобраться.
   Подъехать удалось близко. Лишь метрах в семидесяти от поста выскочивший часовой замахал руками и Стауф послушно остановил машину.
   - Стой! - умный прибор перевел Илье запоздалый крик. - Кто такие?
   - Свои, консервы везем! - отозвался через громкую связь Паша, включив свой переводчик.
   - Какие к арлу консервы? Почему ночью? Стоять на месте, сейчас вас проверят! - Закричал часовой. Стауф остановился правильно - так что свет всех трех фар грузовика падал гильдейцу в лицо и тот не мог видеть Илью, слегка перегнувшегося через борт и наводящего ракету на цель. Зато Илья видел все как на ладони.
   - Да мы стоим, стоим, не ори - отозвался Паша.
   "Пора", подумал Илья и нажал на спуск. Все были проинструктированы заранее; Стауф сейчас заткнул уши и прижался закрытыми глазами к плотной тряпке получившейся из оторванного рукава его комбинезона, парни тоже были готовы...
   Но, пожалуй, не к такому. Илье показалось, что впереди взорвалась атомная бомба. Сквозь закрытые веки и светофильтры САДКА, пробился ярчайший свет. Грохот и визг были неописуемыми, как будто около его уха внезапно вывел двигатели на полную мощность реактивный лайнер. Даже ожидавших подобного десантников ошеломило на несколько секунд.
   Однако, дальше сработали достаточно четко. Машина, набирая скорость, пошла вперед. Хрясь - обломки шлагбаума полетели в разные стороны. Илья быстро огляделся - все нормально. У поста скорчившиеся в позе эмбриона часовые, дальше еще один альваланин на обочине упал на колени и бессмысленно трясет головой. Больше никого. А впереди в свете фар уже видна "колючая проволока и окопы противоположного конца периметра.
   "Раздолбаи" - подумал Илья, глядя на проносящийся мимо лагерь. - Даже "змейку" из бетонных блоков перед въездом не сделали. Еще минута и прорвемся...
   И как накаркал. У противоположного края лагеря уже набравшая приличную скорость машина резко ударилась о какое-то внешнее препятствие, а потом взлетела вверх. Илью приподняло и здорово впечатало в передний борт, а в довершение к этому ударило одним из ящиков с консервами, так, что на несколько секунд перехватило дыхание. Часть ящиков упала на землю, грузовик опасно накренился, но все же каким-то чудом перевалил через помеху и пошел вперед. Посмотрев назад парень увидел, что чуть было не стоило им машины, а возможно и жизни - те самые "бетонные" блоки. Гильдейцы, видимо не беспокоясь за тыл, на выезде со своих позиций с фронта все же их положили. Но и тут ухитрились чуть-чуть недодумать - блоки были во-первых не так уж высоки, а во-вторых округлой формы. Это и помогло машине перевалить через препятствие.
   Дальше ехали уже без света, фарам пришел скоропостижный конец. Впрочем, может оно и к лучшему, так как по их машине начали стрелять и всерьез. Вспышки лазера потянулись метров с двухсот, наискосок из оставленной позади траншеи. Серия из нескольких выстрелов, из которых попал в грузовик, кажется, только один. Но это было еще не все - послышались резкие хлопки, похожие на винтовочные выстрелы, а у позиций мятежников мелькнуло несколько огневых вспышек. Не дожидаясь приказа, Паша послал в их направлении длинную очередь из автомата. Борис пока возился с упавшим на дно кузова гранатометом, пытаясь привести его в боевое положение. Илья отчетливо услышал как несколько пуль попал в кузов.
   "Ну что же, извините. Раз вы всерьез, значит и мы тоже" - промелькнуло в голове офицера. Указательный палец правой руки привычно утопил кнопку "огонь". Противника видно не было, пришлось стрелять вслепую, туда, откуда вел огонь лазер, который Илья посчитал самой большой опасностью. Несколько импульсов ушли в цель, после чего парень прекратил огонь. Попал или нет - неизвестно, но вражеский лазер больше не стрелял. Кроме того Илья сообразил, что своей стрельбой он демаскирует машину в темноте.
   - Прекратить огонь - приказал офицер, главным образом Паше, который спешно расстреливал второй рожок. - Они нас не видят.
   Действительно, машина успела проехать от позиций гильдейцев пару сотен метров, и теперь мятежники стреляли лишь по звуку мотора, не видя самого грузовика. Такой огонь был малоэффективным, а десантники с каждой секундой отдалялись все дальше. Зато вспышки ответных выстрелов показывали противнику куда стрелять. Правда, кто-то из альвалан оказался достаточно умным, чтобы через некоторое время включить прожектор. Луч света заметался было по полю в поисках грузовика, но эта проблема решилась просто, одним выстрелом из лазерной винтовки. Вот за что Илья любил это оружие, так это за удобство прицеливания. Ни тебе отдачи, ни отклонения пули от прямой линии полета. Прицелился и выстрелил.
   Через пару минут стало понятно - все прорвались. Противник еще стрелял, но уже бестолково, по инерции. Оставалось решить, что делать дальше.
   - Босс, у нас проблема, - услышал в наушниках Илья озабоченный голос Кима. - Стауф говорит, что передние покрышки разбиты и движку тоже скоро хана. Что-то у него там вытекает, то ли масло, то ли еще что. Что делать будем?
   - Пусть едет вперед сколько сможет. Чем дальше уедем, тем лучше.
   - Понял командир, - голос корейца был абсолютно серьезен, видимо самоназначенное командование Ильи было принято окончательно.
   Илья прислушался. Ну да, с машиной явно были проблемы. Мотор ревел на высоких оборотах, а вот скорость потихоньку падала. Видимо, триумфально въехать в замок уже не получиться. Ладно, хорошо бы хоть сколько-нибудь проехать вперед по дороге. Главное - оторваться от позиций повстанцев.
  
   Грузовик встал минут через десять. Мотор взревел особенно громко, в нем что-то хлопнуло, сильно застучало, а затем наступила тишина. По инерции машина ехала не долго - на спущенных колесах особенно не поездишь.
   - Все выходим, - скомандовал Илья. - Дальше пешком.
   Четыре человека и один инопланетянин собрались у левого борта покореженной машины. Направление было понятно - вперед по дороге, где-то там вскоре должны начаться позиции верных роду Иллор альвалан.
   - Стауф, вообще говоря ты свободен, - сказал водителю Илья. - Спасибо, ты нам очень помог.
   - Лучше бы я вас не встречал Высокий, - горько сказал альваланин.
   - Понимаю. Но ничего не поделаешь, жизнь такая, - пожал плечами офицер. - Ты говорил, что возвращаться тебе нельзя. Я предлагаю идти дальше с нами и постараюсь помочь как смогу. Но выбирать тебе.
   - Что там выбирать...я с вами. Только обещай защитить меня от гнева Высоких.
   - Само собой - отозвался ему Илья. - Ну что, вперед товарищи офицеры?
   - Босс, я кажется ранен - вдруг как-то даже с удивлением сказал Паша. - Посмотрите.
   Илья подошел к нему поближе и аж присвистнул. В плече САДКа у парня торчала короткая металлическая стрела, скорее даже похожая на арбалетный болт. Она пробила десантный костюм, способный вообще-то выдержать удар пули на излете или осколок гранаты и вошла внутрь.
   - Я в бою как-то и не заметил, - словно оправдывался парень. - Так, вроде ударило что-то. А сейчас чувствую - плечо болит и словно что-то дергает изнутри. И, кажется, кровь течет. Липко внутри как-то.
   - Рукой двигать можешь? Слабость чувствуешь?
   - Да не, вроде нормально все. И рука потихоньку работает, только вверх почти не поднимается. Это что же у них за оружие такое? Лазеры, вроде огнестрел есть, и что, получается луки со стрелами?
   - Так это же повстанцы - вмешался в разговор подошедший Ким. - Оружия, поди, толкового нет, воюют, чем придется. Вот смотрите, еще одна такая же - офицер показал похожую короткую стрелу. - Только что из кузова вытащил. Серьезная кстати вещь - скорость полета у нее, думаю, весьма не маленькая. А наладить производство примитивных арбалетов на любом заводе, где с металлом работают, проще и быстрее чем винтовок или тем более лазеров. Да и с боеприпасами хлопот меньше.
   - Ладно, заканчиваем разговоры - прервал его Илья. - Пошли. Паша, дойдем до позиций Высоких или хоть отойдем подальше - тогда сделаем тебе перевязку. Если слабости до сих пор нет, значит, кровотечение не сильное, а вот если мы стрелу достанем... всяко может быть. Пока прими стимулятор, антибиотик и таблетку для улучшения свертывания крови. В аптечке, упаковки называются КО-3 и АН-1.
   - Да я помню.
   - Вот и молодец. Все, ходу.
  
   Погони было не слышно. Где-то в темноте сзади еще иногда постреливали одиночными выстрелами, но уже совсем редко. Тем не менее, офицеры не обольщались - в той или иной мере преследование будет. Не сейчас, так чуть-чуть попозже. Особенно учитывая тот факт, что рация Ильи продолжала вопить в эфире о том что "дружина Иноэрн идет на прорыв". Да и не заметить заварушку Высокие не могли. Очень уж там было шумно и ярко, особенно в начале. Но, офицеры шли вперед уже минут двадцать, а ничего похожего на позиции Высоких не было видно. Даже в прибор ночного видения. Впереди, в зеленоватой дымке была дорога, неровное, в каких-то кочках поле, за ним холмы и редкие деревья. Затем виднелись какие-то очертания похожие на скалы - а, впрочем, не поймешь. Ночью в бинокль даже с прибором ночного видения в пассивном режиме вдали рассмотреть что-то мелкое трудно, все смазано, расплывчато. Тем более в альваланскую ночь, когда небо в три слоя затянуто облаками и звезд почти не видно - темно было так, что хоть глаз выколи.
   Так они и шли вперед, пока не попались. Несколько фигур словно соткались из темноты вокруг парней. Мгновение - и десантники уже окружены, а оружие внезапно появившихся вокруг альвалан направлено в упор на Илью и его спутников. Знакомое оружие кстати - видал Илья на Элии вот такие вот лазерные винтовки у дружинниц Элитьен.
   - Руки вверх! - послушно перевел автопереводчик негромкий приказ. - Кто такие?
   - Мы свои, Высокая - поспешно ответил Илья, поднимая руки. - Вот наш пропуск.
   - Какой пропуск?
   - Смотрите - стараясь не делать резких движений, парень осторожно протянул вперед золотой кругляш значка личного друга рода Иллор, который до этого нес в сжатом кулаке.
  
   Было бы глупо ожидать, что альваланский замок окажется аналогом земных средневековых сооружений с их каменными стенами, гордо взметнувшимися вверх высокими башнями и общим мрачным готическим колоритом старой Европы или неподражаемой изящностью восточного зодчества. Он смотрелся совсем по-другому, хотя и абсолютно чуждым для глаза землянина не выглядел. Более всего родовой замок рода Иллор походил на произведение японской архитектуры, но все же назвать его выстроенным в японском стиле тоже было никак нельзя - общим была лишь архитектурная планировка с доминированием над всем сооружением центрального донжона. А так...трудно сказать, на что это было больше всего похоже. На нескольких холмах располагались куполообразные в основном сооружения, причем, чем ближе к центру, тем купола становились все крупнее и крупнее. Все они стояли впритык друг к другу или были соединены многочисленными переходами. В центре всего комплекса доминировала окруженная четырьмя большими куполами не такая уж высокая, может с девятиэтажный дом, но с очень широким основанием центральная башня, заканчивающаяся на верху все тем же неизменным куполом. Сверху все это, наверное, напоминало разросшуюся по окружности грибницу с большой широкой шляпкой центрального гриба и все более маленькими и невысокими грибами по мере приближения к краю. Весь комплекс был окружен двумя рядами низких, но широких стен соединявших в одно целое сооружения, более всего похожие на огневые точки и казематы времен второй мировой войны.
   Правда, в ту ночь, когда Илья с товарищами прорвались через позиции мятежников, всего этого великолепия они рассмотреть не успели. Конвоиры с ними особенно не церемонились, хотя значок друга Иллор благоприятное впечатление на них явно произвел. Тем не менее, это не помешало дружинницам Элитьен забрать у офицеров оружие (хотя обыскивать и связывать не стали) и под конвоем провести еще около километра по дороге, а затем примерно тысячу шагов по каким-то бетонированным траншеям и крытым переходам до небольшого помещения без окон и с низкими потолками. Там парней спросили, нужна ли им вода или еда и, получив отрицательный ответ, оставили одних, заперев за собой единственную металлическую дверь.
   Помещение было, очевидно, чем-то вроде казармы или камеры СИЗО. С десяток коек, белые стены (материал вроде твердого пластика) и деревянный пол, какие-то контейнеры с крышками, стоящие вдоль стены, лампа на потолке, горевшая неприятным ярко-белым как в больничной операционной светом. Впрочем, офицеров пока все устраивало, в конечном итоге было бы глупостью думать, что к ним отнесутся по-другому, учитывая обстоятельства появления. Были и заботы поважнее - например, вытащить стрелу у Паши из плеча.
   Импровизированная операция прошла легко. Стрела скользнула по кости и рассекла мышцы плеча, но ушла неглубоко и легко вышла из раны. Крупные сосуды тоже не были задеты. Плеснули на рану немного спирта из НЗ, засыпали порошком растертого антибиотика, наложили тугую повязку - вроде все. Дальше вообще-то надо бы к хирургу, чтобы тот оценил состояние больного и сделал при необходимости операцию, но просить альвалан об этом не хотелось, в том числе и самому раненому. Кто их знает, какие они специалисты? Пальцы работают, даже рука немножко двигается, так что с хирургом можно и потерпеть.
   Офицеры погрызли немного галет с шоколадом для восстановления сил, да и завалились спать на узкие альваланские койки - кушетки без матрасов и одеял. А что еще делать? И так всю ночь не спали, а что дальше будет - неведомо. Илья, конечно, попытался связаться с Варягом, благо ничего кроме винтовки у него не отобрали, но без толку - помещение, похоже, было подземным, и сигнал не проходил.
   Альвалане пришли поздним утром. Дверь открылась и две дружинницы с винтовками, но без брони, в одинаковой черно-синей униформе вошли внутрь.
   - Тот из вас, чье имя Илья, пусть следует за нами - перевел прибор единственную фразу, сказанную одной из дружинниц.
  
   - Ну, здравствуй Илья из рода русских, - просто сказала Элитьен. - Ты знаешь, я даже удивлена, тому как я рада тебя видеть. - Высокая подошла к офицеру вплотную и быстрым движением положила свои руки ему на плечи. Притянула голову парня вплотную к своей голове, так, что Илья решил, что она его немедленно поцелует. Но нет - лишь пристально посмотрела парню в глаза и отпустила. При высоком росте и изящном телосложении руки у Элитьен были сильные, а хватка железной, Илья даже не дернулся.
   - Садись, наливай себе нренн, пей и рассказывай. - Альваланка кивнула Илье на одно из кресел с высокой спинкой, стоявших вокруг небольшого круглого стола в центре комнаты. Там уже стояла бутыль темного стекла с мутным содержимым и тарелки с похожими на картошку сахарно- белыми клубнями в каком-то соусе. - Или ты предпочитаешь спирт, как тогда на Элии? Не бойся, вся эта еда не повредит тебе - проверено - улыбнулась краем губ альваланка.
   - Спасибо Высокая. - Илья сел за стол, налил в квадратный стакан немного резко пахнущей жидкости и выпил одним глотком. Содержимое на мгновение обожгло горло, но дальше пошло весьма хорошо, как выдержанное виски - мягко, без неприятного послевкусия.
   - Ваш корабль мои техники заметили на орбите пару суток назад, - сказала Элитьен, также присаживаясь к столу и наливая себе в стакан из бутылки. - Да и не только мои. А вот дальше непонятно. Высокий совет молчит. Кто на нем прибыл не ясно - те из вас, кто нанят Советом для помощи Высоким или те, кто помогает восставшим? Почему-то Совет не хочет давать никакой информации. С кем вы, Илья из рода русских?
   - Долго рассказывать Высокая, - подумав, ответил Илья. - У нас на Земле тоже произошли некоторые события... В общем, сейчас этот корабль не принадлежит ни одной из сторон - не тем из нас, кто помогает гильдиям, ни тем кто сейчас помогает Высоким. Звездолет в руках землян нашего рода, рода русских. Помогать мы хотели, насколько я знаю, Высоким. Скажу честно - не безвозмездно, но на лучших условиях, чем рода американцев и европейцев с которыми Высокий Совет имеет дело сейчас. Когда мы появились на орбите, нас пригласил Высокий Совет, но в воздухе идущий на посадку челнок был сбит, причем, скорее всего, земным оружием. Мы с товарищами сумели спастись и, узнав, что замок рода Иллор неподалеку, решили прорываться к тебе. Что было дальше, я думаю, ты знаешь.
   - Интересно...- задумчиво сказала Элитьен, пододвигая себе тарелку. - Да ты кушай, кушай, не стесняйся. - Я правильно понимаю, что ваш род находится в войне с другими земными родами, прилетевшими раньше?
   - Нет. Войны нет, во всяком случае, она не объявлена. Но ситуация очень напряженная.
   - Понятно. Если уж вы прилетели на Альвалу, как ты говоришь, чтобы помочь нам, то с чем конкретно? Что вы хотели предложить?
   - Высокая, я не могу сказать больше, чем сказал - развел руками Илья. - На борту челнока был посол нашего рода. Я не знаю, жив ли он или погиб, так же как и остальные люди, которые летели в нем. Именно посол был уполномочен делать Высоким конкретные предложения от имени нашего рода. Впрочем, я могу прямо сейчас связаться с орбитой, чтобы прояснить ситуацию и помочь ответить тебе на твои вопросы.
   - Подожди Илья, дай подумать, - сказала Элитьен, вновь пристально посмотрев офицеру в глаза. Я вижу, что ты не врешь, но мне надо хорошо подумать. - Поешь пока, расслабься, выпей нренна.
   Парень с радостью воспользовался предложением "выпивать и закусывать" - тем более, что пища была вкусной и горячей, а содержащий немалый градус нренн приятно шумел в голове. Опасаться чего-то было бессмысленно - он уже сделал свой выбор, решив довериться Элитьен, теперь дергаться слишком поздно. Безусловно, у той были какие-то свои личные соображения, но тут уж не его ума дело. Теоретически, конечно, Элитьен могла его втихую сдать Высокому Совету или американцам. Но в эту возможность Илья всерьез не верил - во-первых, друзей не сдают, а во-вторых, незачем ей это делать. Свой шанс Высокая упускать не будет и на связь с Варягом все равно пойдет - а уж какие там будут условия сотрудничества - пусть командиры решают.
   Как выяснилось, думал он в правильном направлении. Минут через двадцать альваланка прервала молчание.
   - Мне, наверное, надо кое-что сказать тебе Илья, - начал переводить автопереводчик. - Я теперь не просто одна из Высоких семей рода Иллор. Я сейчас глава рода.
   - Поздравляю, - искренне отозвался Илья.
   - Укуси свой язык, землянин и лучше помолчи, - яростно прервала его Высокая. - Не с чем тут поздравлять. Моя мать, главная госпожа рода Инлэт погибла. Главы шести из восьми Высоких семей Иллор пали на поле боя. Мой жених, добрый мальчик Таллиг, был убит. Это маленькое нежное кудрявое создание, всего восемнадцати лет от роду, которое я любила и которое никому в жизни не сделало зла, гвардейцы революции забили до смерти своими грязными сапогами. Я найду тех, кто это сделал и отомщу им. Страшно отомщу.
   - Прости Элитьен.
   - Прощаю. Только потому, что ты действительно ничего не знал. Так вот, сейчас я глава рода. Но от рода мало что осталось. У меня всего пара сотен дружинниц и три тысячи ополченцев из верных рабов рода. Это все кто может хоть как-то держать оружие, включая даже мужчин. Роду Иллор нужна помощь. И вы мне ее окажете. Лично мне и моему роду.
   - А как же Высокий Совет? - Задал вопрос Илья.
   - А что Высокий Совет? Им там за скалами хорошо сидеть в безопасности. Только и делают, что заседают целыми днями, решая, кто из них главнее и посылают нелепые приказы. Совет требует, чтобы я немедленно штурмовала заводы и космодром гильдии Тритт, вместе с дружиной рода Иноэрн, которую потрепали еще сильнее. На штурм я пойти могу. У меня хоть и осталось лишь двести настоящих бойцов, но они пройдут позиции мятежников насквозь как кинжал подушку и задачу выполнят. Только это будет последний бой рода Иллор. Обратно будет возвращаться некому и некуда. Без моей дружины ополченцы стен не удержат. Гильдейцев больше, много больше, а воина из раба не сделать. А я не хочу, чтобы мой род умирал. Я не хочу остаться бездетной "последней госпожой" рода. Я не допущу, чтобы в покои моей матери ворвались грязные рабы. И пусть Совет делает со своими приказами что угодно, а я на это никогда не пойду.
   - Так ведь рано или поздно восставшие все равно сами пойдут на штурм твоего замка, - возразил Илья, выпив еще глоток нренна.
   - Гильдия Тритт не пойдет на штурм, пока они знают, что дружина Иллор внутри,- ответила Элитьен, справившись со вспышкой ярости. - Им прекрасно известно, чего им это будет стоить. Понимаешь Илья, все не так просто - Элитьен тоже налила себе из бутылки почти полный стакан и одним махом опрокинула себе в горло, не закусывая. - Род Адлель, своих бывших хозяев, они ненавидели, и готовы были уничтожить, не считаясь с потерями, а вот род Иллор им ничего, в общем, не сделал. Зачем им умирать под нашими стенами? У них и так некому работать на заводах и шахтах после штурма замка Адлель. Там погиб не только род Адлель и спешащие к нему на помощь дружинники Иллор и Иноэрн, но и бессчетное количество мятежников. Просто так они больше замки штурмовать не будут, даже если им на помощь придут гвардейцы революции. Глава гильдии Тритт не такая уж дура - ей не хочется остаться главой гильдии без гильдии.
   - А кто такие гвардейцы революции Высокая? - недоуменно спросил офицер, продолжая энергично работать ложкой. - Они чем-то отличаются от гильдейцев?
   - Конечно, Илья. В них-то главное зло. Гильдейцы Тритт - это наши, местные. Эти глупые рабы, конечно, восстали, но не они были инициаторами мятежа. Гвардейцы революции - это боевики, подготовленные революционным советом еще до начала всеобщего восстания. Мне нелегко признать, но они не только хорошо вооружены, но даже чего-то стоят как бойцы, в отличие от остального сборища рабов. Они убили мою мать и жениха. Без их вмешательства мы бы одержали победу в бою у замка Адлель. Правда, почти все оставшиеся в нашем районе гвардейцы сейчас охраняют космодром центрального континента. Их силы ограничены, в бою у замка Адлель гвардейцы понесли колоссальные потери.
   - Понятно. А далеко космодром?
   - На востоке гильдии Тритт. От нас по восточной дороге около двухсот километров. Если бы не этот космодром, я думаю, что в наш район революционный совет не направил бы столько гвардейцев, и мы бы задавили мятеж. Но тут к несчастью все сошлось одно к одному - заводы одной из крупнейших гильдий Альвалы, шахты, да еще и космодром...я думаю, что ревсовет решил брать район гильдии Тритт под контроль во что бы то ни стало... Ладно Илья, сейчас нет смысла обсуждать уже случившееся. Я прикажу вернуть оружие твоим товарищам. Альваланин, который с вами - гильдеец Тритт?
   - Да Высокая. Он раб третей полезности, водитель, помог нам прорваться через позиции гильдии. Я бы хотел попросить за него.
   - Я оставлю ему жизнь. Если он пройдет проверку на непричастность к гвардейцам и поклянется в верности роду Иллор. Пока будьте моими гостями. Сейчас же мне надо подумать... Оставь тут свой прибор связи с орбитой и иди, отдохни, я тебя позову попозже. Твоим товарищам тоже принесут пищи и нренна. Кстати, за грузовик с консервами отдельное спасибо от моей дружины.
   - Вы его нашли?
   - А ты как думал? Еще ночью разгрузили.
  
   Ждать долго не пришлось. Офицеры перекусили горячей пищи все в той же комнате, в которой провели ночь, с удовольствием выпили нренна, осмотрели и привели в порядок САДКи и оружие. Парням не только вернули изъятое оружие, но и приставили для услужения молодого паренька, раба рода Иллор по имени Флаут. Тот выслушал их просьбы и довольно быстро организовал все необходимое, вроде постельного белья, кое-какой мебели, бритвенных принадлежностей, а так же показал альваланский аналог душа и то, как им пользоваться. На всякий случай обустраивались всерьез. Ну а ближе к вечеру Флаут передал Илье, что его опять хочет видеть Высокая госпожа.
   - Вызывай свой корабль Илья. - не стала тянуть время Элитьен. - Посмотрим, сможем ли мы договориться.
   На вызов ответили практически сразу.
   - Кто на связи? - спросил незнакомый мужской голос.
   - Лейтенант Красиков, отдельный взвод Липатова, - быстро ответил Илья.
   - Слава Богу, что вы нашлись! Принято. Согласно приказу переключаю на капитана. - Почти сразу в трубке раздался голос капитана Варяга, генерал-майора Жаворонкова.
   - Рад вас слышать лейтенант. Доложите ваше местоположение, обстановку и количество бойцов. Почему не выходили на связь?
   Доклад Ильи занял минут пятнадцать. Генерал слушал, изредка перебивая офицера, чтобы уточнить неясные моменты. Затем ,подумав, спросил - так значит, госпожа Элитьен что-то хочет для себя лично, а не для Высокого Совета?
   - Да товарищ генерал.
   - Передай ей трубку. Автопереводчик у нас подключен.
   - Есть.
   - Командир нашего корабля слушает тебя Высокая, - Илья протянул прибор Элитьен.
   - Хорошо. - Альваланка взяла трубку и, порывисто развернувшись, быстро вышла из комнаты, показав Илье жестом - сиди на месте.
   "Не доверяет", - с обидой подумал Илья. "Я ей как-никак жизнь спас, вроде бы личный друг рода Иллор, а тут на тебе - мавр сделал свое дело, мавр больше не нужен". Чувство горечи было почти физически ощутимым, Илья даже сам удивился своим чувствам. Казалось бы ему-то что? Он свой долг выполнил.
   Впрочем, страдал он не очень долго. Вскоре Элитьен вернулась и передала парню работающий прибор.
   - Илья? - спросил капитан и, дождавшись уставного ответа, продолжил. - Слушай сюда. Вкратце ситуация следующая. Липатов вместе с несколькими бойцами вашего взвода жив, он выходил на связь, но пока помочь ничем не может, сам путается где-то в лесах. Хуже всего с Дубовым. Он, вместе с несколькими посольскими, попал в плен к гильдейцам. От революционного совета пришел ультиматум - если мы не прекратим все контакты с Высокими и не пустим на борт Варяга китайских солдат, то они через трое суток их всех казнят. По данным разведки посла удерживают на космодроме, недалеко от вашего замка. Мы планируем силовую акцию, тем более, что это, как оказалось, совпадает с целями твоей Элитьен. Завтра будь готов принять ребят Ярцева в подкрепление и кое-какой тяжелый сюрприз с орбиты. Утверждаю тебя командиром отдельной боевой группы из твоих бойцов, с подчинением полковнику Ярцеву. Связь завтра в 5-00 по корабельному времени. Все отбой.
   Илья посмотрел на выключившийся спутниковый телефон. Мысли путались.
   - А что, этот ваш "танк Т-100 М" действительно такая серьезная вещь, как говорил капитан вашего звездолета? Вроде специального бронированного грузовика? Он и вправду может помочь в бою? - спросила слегка ошалевшего от такого вопроса Илью Элитьен.
  
   Глава 9.
   Главное ввязаться в драку...
  
   Десантники Ярцева высадились рано утром, когда предрассветная тьма сгустилась до предела. По мнению командования это было самое лучшее время для скрытого десанта - купола парашютов в затянутом облаками ночном небе не видны. Рядом с замком дружинницы Элитьен устроили точечную подсветку, и спецназовцы не оплошали - разброс приземлившихся бойцов был совсем небольшой, метров триста, что для высотного прыжка считается отличным результатом. Группа Ильи и дружинницы рода Иллор встретили подкрепление и проводили в замок, после чего так же оперативно, до рассвета, подобрали сброшенные с атмосферного челнока контейнеры со снаряжением и припасами. С грузом вышло чуть хуже, чем с людьми - пару контейнеров унесло к позициям восставших. Но тут уж ничего не поделаешь, редко когда все в жизни проходит идеально. Вновь прибывшим землянам выделили отдельное помещение, в одном из крупных "куполов" в центре замка, отлично подошедшее для размещения сорока человек - половине высадившейся с Варяга роты охраны вместе с Ярцевым. Полковник принял доклад Ильи, наскоро представился Элитьен и отправился к своим бойцам, готовиться к предстоящей операции. На Илью он произвел самое благоприятное впечатление - спокойный, уверенный мужчина средних лет с худым жилистым телосложением, держится просто - без панибратства, но и без начальственного гонора, говорит мало, но по делу. К рассвету два прибывших взвода чувствовали себя на Альвале, как у себя дома, хотя в полете им пришлось нелегко - опасаясь ракетных обстрелов пилот не жалел ни атмосферный десантный челнок, ни его пассажиров, маневрируя на предельных скоростях и не обращая внимания на перегрузки.
   Оставалось ждать танк, о присутствии которого на борту Варяга Илья узнал только вчера. Этой ночью он никак не мог быть доставлен с орбиты, как объяснил Ярцев, подобное было физически невозможно. Махину, весом свыше сорока тонн, подобно камешку в пруд с орбиты не скинешь. Сгорит в атмосфере. Сбрасывать танк как обычный спускаемый аппарат по баллистической траектории тоже из-за ряда технических проблем не представлялось возможным. Была разработана промежуточная схема, согласно которой танк сбрасывался на специальной аэродинамической платформе с тепловым экраном. Затем, погрузившись в атмосферу, платформа отделялась и далее машина спускалась при помощи сложной системы парашютов и одноразовых ракетных двигателей для торможения, которая стоила на порядок больше чем сам танк. На все эти приготовления и маневры требовалось немалое время. Но, по мнению тех, кто отправлял экспедицию, овчинка выделки стоила. Одно дело посмотреть чертежи и видео с русскими боевыми машинами, которые Россия может помочь построить Высоким для победы, и совсем другое дело увидеть товар лицом и проверить его в деле.
   Приземлялся танк днем, на глазах у всех обитателей замка Иллор, и выглядело это зрелище красиво. Высоко вверху, издалека был виден туго надувшийся воздухом огромный белый купол парашюта, по бокам его сопровождали несколько куполов пониже и поменьше, стабилизирующих полет. Под ними виднелась немаленьких размеров неровная серебристая сфера из теплоотражающего материала, скрывающая очертания боевой машины. Несмотря на здоровенный парашют, танк падал вниз довольно быстро, гораздо быстрее обычного парашютиста и, казалось, что вся эта махина сейчас рухнет на крайние купола замка Иллор. Но перед самой поверхностью вниз и в сторону ударили яркие языки пламени, падение танка замедлилось и немного сместилось влево, после чего вся парашютная система почти плавно коснулась грунта, мгновенно окутавшись облаком поднятой пыли. Спустя пару секунд белоснежный купол накрыл собой место падения и часть стены замка Иллор, к которой уже бежали танкисты из роты Ярцева.
   Безусловно, подобный посылок с орбиты не мог остаться незамеченным и со стороны осаждавших замок гильдейцев. Только вот восставшие, скорее всего, заметили и высадку ночного десанта, так что в данном случае дополнительные меры маскировки было решено принести в жертву скорости операции. Какое-то время нужно даже на то чтобы сложить два и два. Пока восставшие сообразят, что к чему, пока примут контрмеры и перебросят резервы к космодрому, у землян и рода Иллор есть все шансы успеть раньше. По плану действовать предполагалось уже этой ночью. Для дезориентации противника прорыв обороны гильдейцев планировался в двух разных местах, в третьем Элитьен обещала изобразить попытку взлома обороны. Дальше - быстрый ночной марш к космодрому, двести километров предполагалось преодолеть за четыре часа. Впереди танк, сзади личный состав штурмовой группы на пяти грузовиках, всего сотня дружинниц и все земляне. К моменту штурма космодрома Варяг обещал сбросить в лес вокруг объекта еще два десятка спецназовцев, в чью задачу входило создание хаоса вокруг всего периметра космодрома с целью дезориентировать противника, вызвать ощущение, что его атакуют огромными силами со всех сторон. Конечно, подобный план имел свои слабые стороны - колонну могли засечь в пути и устроить засаду, Дубов мог погибнуть при штурме или быть убит мятежниками, но лучшего плана никто предложить не мог. Альтернативой оставались только переговоры, но на них, насколько это было известно Илье, гильдейцы не шли. И еще...как ни странно, но у Ильи сложилось ощущение, что Жаворонков, уверенно командовавший после пленения посла, прямо таки мечтал продемонстрировать Альваланам свою военную силу, а вот судьба Дубова, бывшего формальным руководителем экспедиции, его не так уж и заботила. Хотя, может Илья что-то не так понимал в сложившейся ситуации?
   До самого вечера возились с танком. После приземления и уборки теплозащитной изоляции и парашютов, машина завелась и своим ходом въехала в замок. Тем не менее танкисты нашли несколько мелких неполадок, кроме того требовалось загрузить еще ночью сброшенный боекомплект и залить топливо в баки. Вытаскивали из контейнеров и размещали внутри танка снаряды, управляемые ракеты, устанавливали пулеметы и длинные тяжелые ленты с патронами, экипаж тестировал электронные системы и руководил работами. Элитьен и Ярцев о чем-то оживленно беседовали, согласуя совместные действия. Легкий адреналиновый мандраж в предвкушении боя овладел всеми, включая даже, как показалось Илье, опытных спецназовцев. День казался бесконечным - скорее бы уже в дело, ожидание хуже всего.
   Когда стемнело, из гаража замка подали грузовики. Группе Ильи отвели место в замыкающей машине, к его удивлению вместе с Элитьен и пятнадцатью ее дружинницами. Установили в открытый кузов пулемет на импровизированной турели, способный стрелять во все стороны, в том числе поверх кабины вперед, закрепили сзади револьверный ручной гранатомет. Альваланские дружинницы с интересом разглядывали земное оружие - у них кроме легкой брони были только ручные гранаты, лазерные винтовки и холодное оружие - длинные и тонкие кинжалы. Огнестрельное оружие Высокие, как оказалось, знали (до последнего времени оно существовало на Альвале как охотничье и боевое), но не любили. Высокопрофессиональному бойцу дружины рода полагалась лазерная винтовка, а в необходимости вооружать рабов чем-то стреляющим никто не видел смысла до последнего времени, пока эти рабы сами не взяли оружие в руки. Отсутствие массовых армий и мировых войн так же сказалось на эволюции альваланского огнестрельного оружия: кроме однозарядной винтовки и легкой переносной пушки ничего не было создано.
  
   Бой начал танк, ровно в двенадцать ночи по корабельному времени. Широкая приплюснутая башня боевой машины провернулась влево, пушка отклонилась на несколько градусов вверх и оглушительно выстрелила, выбросив в небо столб огня. Танк чуть качнулся назад, замер на несколько секунд, а затем выстрелил снова. Откуда-то издалека донесся отчетливый тяжкий звук первого разрыва - снаряд попал в позиции осаждающих у южной дороги, откуда недавно с боем прорывался Илья. Опять пауза и опять выстрел. Всего за минуту первой в истории Альвалы артподготовке штурма было выпущено восемь снарядов.
   - Поехали, - прозвучал в наушниках голос Ярцева. Операция началась.
   Взревев дизелем, танк развернулся на месте и быстро поехал в противоположную направлению огня сторону, занимая свое место во главе колонны. Вдали засверкали вспышки лазеров, прозвучало несколько взрывов - дружинницы рода Иллор подавляли оборону гильдейцев на обстрелянном танком участке. Их задачей было временно пробить вражескую оборону и провести через позиции несколько пустых грузовиков и машин поменьше, имитируя прорыв основных сил в южном направлении.
   Два километра до вражеских позиций на востоке проехали быстро, без осложнений, слушая звуки разгорающегося за спиной боя. Впрочем, когда колонна подошла к позициям гильдейцев, интенсивность огня уже успела упасть - похоже, Высокие сделали свое дело.
   Ровное поле перед позициями гильдейцев, позволяющее грузовикам ехать рядом с танком способствовало успеху внезапной атаки. Как только со стороны восставших донеслись первые выстрелы, два передовых грузовика и танк, притормозив, ударили по траншеям из пушки и четырех крупнокалиберных пулеметов. Бойцы Элитьен и земляне попрыгали из машин и под прикрытием пулеметного огня быстро развернулись в цепь. Через минуту по вражеским позициям уже работало дополнительно несколько десятков автоматов и лазерных винтовок, внесли свою лепту и гранатометы. Танк перенес орудийный огонь прямой наводкой внутрь лагеря.
   Противостоять такой плотности огня восставшим было нечем. Вот Т-100 двинулся вперед, подавляя пулеметным огнем редкие очаги сопротивления, а за ним двинулись дружинницы, чьи фигуры стали странно размытыми в приборе ночного видения - Высокие атаковали, используя знакомую Илье еще по Элии боевую технику "призраков".
   Следом, чуть погодя, к позициям гильдейцев пошли цепью и земляне, не особенно и прячась. Сопротивление было практически подавлено.
   В темпе, не отвлекаясь, пробежали через вражеские позиции. На пути атаки все равно ничего не было видно кроме трупов и горящих развалин. В этом хаосе наверняка скрывались раненые или струсившие гильдейцы, но до них сейчас никому не было дела. Главное - быстро и без потерь взломать вражескую оборону и, не теряя времени, следовать к космодрому.
   Снова погрузились в кузова грузовиков и двинулись вперед по дороге. За несколько месяцев осады Элитьен разбаловала гильдейцев, сознательно не устраивая диверсий и нападений в их тылу - стратегически это бы ничего не решило, но могло привести к потерям в и без того немногочисленной дружине и стать решающим доводом в пользу решительного штурма замка Иллор. Да и не гильдейцы Тритт были ее главными врагами. Теперь же все это было на руку - как уже убедился Илья, тыл у восставших был организован безобразно, да и к штурму они оказались не готовы. Маленькая колонна без всяких помех проглатывала километр за километром по ночной дороге.
   Единственный блокпост стоял у развилки дорог километрах в десяти от космодрома. Никаких проблем он не составил - Т-100 с ходу послал снаряд в хлипкое сооружение со шлагбаумом, затем подъехал к нему вплотную и встал на обочине, пропуская вперед грузовики, готовый, в случае чего, открыть немедленный огонь на поражение. Но героев среди восставших не нашлось, даже если кто-то и выжил.
   Перед рассветом сводный отряд достиг окраин космодрома. Машины оставили на обочине, разделились на несколько боевых групп. Одна, состоящая в из спецназовцев Ярцева, должна была идти на штурм прямо по дороге при поддержке танка, две других - сводная с бойцами Элитьен, самой Высокой и десантниками Ильи, а так же отдельная группа состоящая исключительно из дружинниц рода Иллор, играли вспомогательную роль наступая с юго-востока и северо-востока. Ярцев сообщил, что высадка дополнительного десанта происходит уже прямо сейчас.
   Когда Илья с Борисом и Кимом (Пашу пришлось оставить в замке) вышли на опушку леса прямо к высокой металлической стене вокруг космодрома, то офицер невольно засомневался. Слишком уж авантюрно выглядела их атака. Дело даже не в противнике - кто его знает, какие силы обороняют космодром, дело в самих размерах объекта. За забором, в неярком свете начинавшего подниматься над горизонтом светила виднелось огромное пространство с какими-то зданиями, антеннами, башнями и прочими элементами индустриального пейзажа. Где на таком пространстве искать посла? Как его брать под контроль? Да их жалкие полторы сотни бойцов там просто потеряются, даже не учитывая сопротивления противника.
   Но давать задний ход было уже поздно. По крайней мере с двух сторон уже доносились звуки начавшегося боя. Грянули несколько взрывов, где-то застучал пулемет, а затем предрассветный сумрак дважды осветился взрывами термобарических боеприпасов из РПО. Бой начался.
   - Илья, начинай, - прозвучал по рации приказ Ярцева.
   - Есть.
   Контактные мины были сброшены с Варяга в достаточном количестве, так что дефицитные огнеметные выстрелы тратить не стали. Стену взорвали направленными взрывами сразу в трех местах. Не успел еще рассеяться дым от подрывов, как в проломы устремились бойцы Элитьен, возглавляемые своей госпожой. За ними устремились и трое землян. Впереди было немаленький "заасфальтированный" открытый участок, за ним длинное трехэтажное здание с овальными окнами похожими на большие иллюминаторы. Дружинницы Элитьен, рассыпавшись цепью, устремились к нему.
   - За мной, - скомандовал Илья и побежал вперед, забыв все тактические наставления.
   И немедленно поплатился за это. Ощущение было, как будто его лягнул в грудь жеребец. Парень упал на спину, но тут же снова, в горячке боя, вскочил и еще сделал несколько шагов, после чего был вынужден все же залечь на землю.
   Из окон дома стреляли. И довольно густо - выстрелы трещали один за другим, а из крайнего окна, судя по вспышкам, работал лазер.
   Чуть сзади залегший Ким пытался обрабатывать окна здания автоматными очередями. Борис, стоя на коленях, уже сдергивал с плеча огнемет. Илья потянулся, доставая лазерную винтовку. Движение причиняло боль в груди, но терпимую, почти не мешающую действовать. Скосив глаза, офицер увидел вмятину в грудной бронепластине САДКа - на его счастье пуля не смогла его пробить.
   Вспышка, звук разрыва - Борис не подвел, спокойно, как на учениях, всадил ракету прямо в то окно, откуда стрелял лазер. Илья тоже сделал пару выстрелов.
   Однако, большую часть дела сделали дружинницы. Те работали красиво. Огонь вовсе не заставил их залечь, наоборот, двигаясь в своем фирменном, смазанном режиме, часть из них словно танцевала на открытой площадке под обстрелом завораживающий танец, ведя при этом интенсивный огонь по врагу. А другая часть, за несколько секунд проглотив немалое пространство, уже врывалась в здание.
   Илья стрелял, тщательно выбирая цель и наблюдая, как с каждой секундой затихает интенсивность вражеского огня. Врагов было немало, но шансов против дружинниц у них не было. Гвардейцам бы пару пулеметов и десяток автоматов - может тогда они бы остановили Высоких, если не за счет меткости, то за счет плотности огня, как это удалось взводу Липатова на Элии. А с их однозарядными винтовками - дохлый номер. Впрочем, для бойцов Иллор этот бой тоже не обошелся без потерь - на площади лежала одна из дружинниц, а второй такой труп Илья увидел в здании, когда земляне вошли туда вслед за бойцами Элитьен.
   Трупов гвардейцев революции было гораздо больше, может несколько десятков на всех этажах. В основном женщины, но были мужчины, все в одинаковых черных комбинезонах и шлемах, напоминающих танкистские, на груди в районе сердца нашита эмблема - сжатый кулак и какие-то пиктограммы под ним.
   - Илья, вы как? - услышал Илья голос Ярцева.
   - Взяли крайний барак, у Элитьен вроде пара двухсотых, было сильное сопротивление. Потери противника - до роты.
   - Хорошо. У нас тут тоже небольшая заварушка. Короче, видишь башню, вроде как диспетчерская в аэропорту? Прямо перед тобой должна быть.
   - Вижу, - отозвался Илья, взглянув в окно.
   - Передай Элитьен, вам надо ее взять. Закрепитесь пока в ней.
   - Есть.
   Элитьен Илья нашел на третьем этаже. Высокая деловито вытирала кинжал об одежду одного из гвардейцев, вокруг в комнате лежали несколько трупов в черной униформе, обильно залитых еще не успевшей свернуться кровью. Что тут происходило, парень спрашивать постеснялся.
   - Высокая, полковник Ярцев просил занять башню напротив - Илья показал в окно.
   - Хорошо, - кивнула альваланка, улыбаясь краем губ каким-то своим мыслям.
   В этот раз сопротивления почти не было. Так, пара выстрелов, короткий бой на первом этаже башни, когда несколько гвардейцев пытались задержать дружинниц у лестницы. Все было кончено довольно быстро. Земляне поднялись наверх, и Илья через большое панорамное окно сумел рассмотреть космодром полностью. Казалось, бой кипел везде. У противоположного края космодрома, у высокой решетчатой конструкции в центре поля, у группы столь любимых альваланами куполообразных построек метрах в трехстах от башни - везде что-то временами взрывалось, трещали выстрелы, сверкали отблески лазеров.
   Позиция была исключительно выгодной. Разбив несколькими выстрелами стекло, Илья и Борис, обнаружив на открытом участке недалеко от башни плотную группу бойцов в черном, дали по ней два выстрела из огнемета. Получилось удачно - гвардейцев просто разметало по площади. Оценили удобство позиции и дружинницы - заняв места у окон, они повели прицельный огонь из лазерных винтовок.
   Примерно через полчаса командование гвардейцев поняло, какого сваляло дурака, отдав противнику ключевую точку, из которой простреливалась большая часть космодрома. Первый штурм отбили довольно легко - пара десятков гвардейцев так и не сумели добежать до башни. Но затем по обороняющимся землянам и дружинницам ударили всерьез. Следующий штурм башни запомнился Илье надолго.
   Сначала противник накапливал живую силу поодаль, за соседними домами. Илья видел, как к ним перебежками стягиваются группы гвардейцев, но помешать почти не мог - для лазерных винтовок дружинниц и эффективного огня автоматов землян расстояние было слишком велико. А затем гвардейцы выкинули фортель - башню обстреляли ракетами, причем, откуда это было сделано, Илья даже не успел заметить. Несколько взрывов слились в один, часть стен верхнего этажа башни обвалилась, и помещение заволокло дымом. Офицер на некоторое время потерял сознание, а когда очнулся, увидел печальную картину - Борис и несколько дружинниц, стрелявших раньше с верхнего этажа рядом с ним, лежало без признаков жизни, а Ким вел остервенелый автоматный огонь куда-то вниз. Посмотрев в пролом, Илья увидел множество гвардейцев, уже подбежавших почти к самой башне.
   - А вот это действительно конец, - пришла в голову запоздалая мысль. Внизу, на первом этаже, пострадавшем от обстрела гораздо меньше, уже были слышны звуки интенсивного боя. Слышались они странно, то еле-еле, то неожиданно громко, как будто что-то в голове парня расстроилось как старый магнитофон. Пытаясь справиться с туманом, заволакивающим голову, Илья подобрал винтовку и, сменив пустой магазин, стал стрелять вниз по расплывающимся, как будто он выпил пару бутылок водки, фигурам гвардейцев. - Кажется, меня контузило, - подумал офицер. - Ну и хрен с ним. Сейчас они полезут вверх, надо приготовиться. Илья кинул вниз последний взгляд, и уже собирался было отползти от пролома, но в этот момент увидел зрелище, которое резко прибавило ему оптимизма.
   На занятую гвардейцами площадь перед башней с разгону въехал танк. Был он уже не столь красив как раньше - подкопченный, почерневший, с уродливыми следами сработавшей динамической защиты на башне и какими-то ошметками, налипшими на траки, но это делало его только страшнее. Его пулемет работал не переставая, и застигнутые врасплох гвардейцы побежали в разные стороны, стараясь очутиться как можно дальше от боевой машины.
   - Врете, сволочи, еще повоюем - зло подумал Илья, пытаясь выцелить очередную фигуру в черном. Но в этот момент в его голове словно что-то щелкнуло, и офицер погрузился во тьму.
  
   Илья пришел в себя в каком-то полутемном помещении с низким сводчатым потолком. Подвешенная вверху переносная светодиодная аккумуляторная лампа горела неярким светом, с трудом освещая контуры длинной комнаты с какими-то ящиками и стоящими в ряд альваланскими кроватями- кушетками. Офицер лежал на одной из них, без САДКа, голова ощутимо болела, да и остальное тело тоже, судя по первым впечатлениям, было не в идеальном порядке. Илья осторожно поднял руку, ощупал голову, проверяя свои ощущения - так и есть, бинты. Офицер скосил глаза в сторону и попытался немного приподняться на лежанке.
   - Илья ты как? Очнулся уже? - донеслось с соседней кушетки.
   - Боря? - офицер, преодолевая сопротивление своего не вполне послушного тела, повернулся набок и все же приподнялся вверх, опираясь на локоть.
   - Я, кто же еще - ответил знакомый голос. Борис лежал на соседней кушетке, укрытый, как и Илья, импровизированным одеялом из куска плотной ткани.
   - Где мы?
   - А Бог его знает. В подвале каком-то, тут вроде как госпиталь организован.
   - Что с нашими? Еще идет бой? - офицер напряженно прислушался, но вокруг было тихо.
   - Нет, наверное. А вообще я сам не в курсе, тоже только что в себя пришел. Смотрю, а ты рядом лежишь.
   - Кончился бой. - Услышал Илья голос человека, лежавшего на кушетке, стоявшей в темном углу за лежанкой Бориса. - Как мы гвардейцев от вашей башни отбросили, так все и затихло. Отошли черномундирники и больше атак не было. Так, лишь постреливали иногда.
   - А мы что? Космодром наш?
   - Нет. Хорошо если половину удерживаем. У нас в роте восемь двухсотых и десяток трехсотых. Я в том числе. Меня, кстати, Тимофей зовут. Капитан Тимофей Варламов.
   - Лейтенант Красиков, - представился Илья.
   - Знаю, наслышан. Да и на Варяге мы встречались, - отозвался почти невидимый в своем углу собеседник. - Так вот, ситуация не сказать чтобы совсем хреновая, но близко к этому. У наших дружинниц тоже не все здорово. Сколько точно убитых и раненых не знаю, но по моим прикидкам не менее трети личного состава. Оно бы еще ладно, да только боеприпаса мало осталось. Жаркое дело вышло, расстреляли все в два счета. Уже не до штурмовки, ноги бы унести. Дело-то свое мы сделали.
   - Неужели вытащили посла? - изумился Илья.
   - А то! - С непонятной интонацией ответил капитан. - Пока вы с Высокими шороху в стороне наводили, мы сразу к нему рванули через центральные ворота. У посла маячок какой-то был, секретный, может даже вживленный. В общем, наш полковник точно знал куда идти. Танк впереди, вышибли ворота, ворвались. Красиво мы начали, лейтенант, все вокруг горело и взрывалось, а мы - вперед! Только вот скоренько нарвались на залп ПТУРСов по танку и плотный огонь. Несколько пулеметов по нам работали, плюс автоматы.
   - Нет у гильдейцев пулеметов - решительно возразил Илья.
   - Ты слушай и не перебивай. А то я и помолчать могу.
   - Все, извини капитан, больше ни слова.
   - Ну, хорошо рассказываю дальше - продолжил Тимофей. - Так вот, были у них пулеметы. Так себе пулеметы, китайские, как и ПТУРСы. Если бы у Т-100 активная лазерная защита не сработала, танку конец, да и мы бы далеко не ушли. А тут ничего, выкрутились, ни один китайский ПТУРС штатно не сработал, "штора" выжгла ракетам все блоки наведения еще в полете. Танкистам все равно не сладко пришлось, но пулеметы они своей артиллерией подавили. На а дальше мы сами... Гвардейцев поубивали - не пересчитать, особенно за воротами, там где танк проехался, вообще трупы кучами вповалку лежат. Ворвались в здание, которое пулеметчики обороняли, зачистили по-быстрому этажи, спустились в подвал. Там посол и сидел. Вместе с десятком гвардейцев и каким-то китайцем. Этот китаец в Дубова и выстрелил, когда понял что их дело проиграно.
   - Убил? - не выдержав, Илья снова перебил капитана.
   - Нет. Вот только теперь и от посла толку сейчас немного, и китайца того живым взять не вышло. Дубов в коме лежит, где-то в подвале по соседству, китайца же грохнули сгоряча. Вот такой итог лейтенант. Что делать сейчас начальство решает. Но я так полагаю, что ловить здесь нам уже нечего, утром надо уходить обратно в замок. Вопрос только один - дадут ли нам это сделать?
   В подвале воцарилось молчание. Каждый думал о своем.
   Неожиданно раздался скрип, и в комнату, вслед за открывшейся дверью ворвался из коридора яркий свет переносного фонаря. Присмотревшись, Илья увидел, что на пороге стоял один из офицеров Ярцева. Вошедший внимательно оглядел лежавших бойцов, подошел ближе.
   - Я смотрю, очнулись орлы?
   - Есть такое дело - отрапортовал за всех капитан.
   - Хорошо. Как самочувствие?
   - Вроде ничего, - первым сказал Илья. Собравшись с силами, он сел на кушетке. Голова уже почти не кружилась. - Я практически в форме, - попытался улыбнуться офицер. - Где мое оружие и САДК?
   - Э, вот этого вот героизма пока не надо, - ответил гость, раскрывая медицинский чемоданчик. Сейчас я вас осмотрю, перевяжу, дам кое-какие таблетки. Скоро стемнеет, боя нет, и, наверное, до завтра уже не будет, спите пока. Если к утру сможете оклематься после контузии, то и замечательно. А ты Тимоха вообще не дергайся - обратился врач к попытавшемуся было привстать капитану. - С твоей дыркой еще лежать и лежать. Радуйся что сквозная, а то бы я тебя прямо здесь оперировал. Ржавым скальпелем и в особо извращенной форме. Не беспокойтесь, о вашей готовности влиться в ряды я доложу - от своей судьбы никто не уйдет.
  
   С Элитьен Илья встретился на рассвете, когда они с Борисом все же покинули отведенный под госпиталь подвал, не смотря на сопротивление врача. Впрочем, тот возражал скорее для виду и вскоре махнул на них рукой - раз так хорошо себя чувствуете, то это ваше дело. Контузия у Ильи оказалась не слишком сильная, спасибо САДКу. Чувствовал офицер себя, конечно, паршиво, и толку в бою от него было бы немного, но сейчас уж лучше лежать на позиции с винтовкой, чем в подвале на кушетке. И пользы больше, и психологически комфортнее.
   У Высокой тоже вид был еще тот - синее лицо приобрело землистый оттенок, скулы заострились, а и без того немаленькие глаза, казалось, стали еще больше. Но она держалась молодцом.
   - Рада видеть, - бросила она Илье, когда он вместе с Борисом появился на первом этаже башни, который Высокая выбрала себе под штаб. - Нренн будешь? - протянула Илье фляжку альваланка.
   - Нет. Боюсь, меня сейчас с него совсем развезет.
   - Это точно. Выглядишь ты неважно.
   - На себя посмотри.
   - А что я? Я же женщина, мне воевать положено. Старая истина гласит, что настоящую Высокую Госпожу шрамы только украшают. А вот ты мужчина, и я бы даже сказала, миловидный. Отобрать бы у тебя винтовку, отмыть, надушить как следует, губы накрасить, волосы красиво кудряшками завить...
   - Замолчи ты! - Раздраженно прервал ее Илья, но, вспомнив, что перед ним Высокая, которая в порыве ярости может запросто прибить, все же добавил тоном ниже - пожалуйста. Однако, не смотря на не самый лучший вид, Элитьен была, по-видимому, в хорошем настроении.
   - Ты на меня обиделся, что-ли? - Спросила она Илью. - Извини. Все я забываю, что у вас землян все наоборот. Пойдем наверх, посмотришь какую мы там хорошую позицию оборудовали.
   В полуразрушенном верхнем этаже башни, который Илья оборонял еще вчера, были две дружинницы Элитьен и Ким. Помещение немножко очистили от мусора, а Ким достал у ребят Ярцева ручной пулемет, которым он учил пользоваться одну из дружинниц в тот момент, когда Илья, Борис и Элитьен поднялись наверх по лестнице. Друзьям он явно обрадовался и, прервав свое занятие, засыпал их вопросами, на которые им, впрочем, отвечать было почти нечего. Да, чувствуют они себя неплохо, оклемались, готовы воевать дальше. Какие будут приказания у товарища командира, то есть у Ильи?
   - Ярцев велел держать оборону - пожал плечами офицер. - Я с ним связывался, он говорит, что в прорыв пойдем сегодня ночью или завтра. С Варяга обещали боеприпасов подкинуть и еще топлива для танка, но что-то у них пока не ладиться. Кроме того, несколько бойцов из ночного десанта на космодром к нам в ходе боя прорваться не смогли и сейчас сидят в лесу. Ярцев с ними что-то согласовывает.
   - Зря медлим, - возразила Элитьен. - Мы вчера хорошо гвардейцев побили, сил у них не много. Сейчас мы уйдем легко. Лес вот он, - Высокая показала рукой в открытый пролом в стене. - Там нас не найдут.
   - Ага, и идти двести километров по лесу до замка, без танка, с ранеными на руках? - Возразил Илья.
   - Танк, конечно, вещь стоящая, роду пригодится - ответила Элитьен. - Надеюсь, ваш полковник знает что делает. Я ему так и сказала.
  
   До полудня противник никаких действий не предпринимал. С помощью дружинниц Элитьен офицеры дооборудовали позицию (Илья очень надеялся, что ракет у противника больше нет), пообедали консервами, а Илья даже успел часик поспать. Борис высказал предположение, что их на сегодня оставят в покое, но, к сожалению ошибся.
   - Гвардейцы пошли! - закричал Ким, наблюдавший за противником, пока остальные члены их небольшого отряда отдыхали после еды. Секундой раньше почти то же самое прокричала на своем языке одна из альваланок.
   - Нет. Это гильдейцы. Обычные работяги с винтовками - прокомментировала новость Элитьен, пристально вглядываясь в появившиеся у занятых врагом зданий фигурки. - Но эти рабы действительно хотят атаковать. Ну что же, сейчас они получат свою порцию подарков.
   "Патронов маловато" - невольно подумал Илья, снимая винтовку с предохранителя. "Надо стрелять аккуратнее, у меня зарядов только на полсотни выстрелов".
   Первым огонь начал пулемет. Ким, не доверив оружие своей ученице, стрелял сам, экономными короткими очередями. Приставленная к нему в обучение дружинница работала вторым номером, внимательно следя за подачей ленты. Бойцы Элитьен и Илья с Борисом тоже сделали несколько одиночных выстрелов, когда цепь атакующих подошла поближе.
   Гильдейцы пытались стрелять на ходу, но их огонь был слабым и не скоординированным. Вооружение также сильно уступало тому, которое было у гвардейцев - в руках у атакующих были только винтовки и то не у каждого. Приглядевшись, Илья даже заметил нечто, напоминающее арбалеты. Атака гильдейцев была явно слабой, без шансов на успех, но, тем не менее, они упорно пытались пробиться через простреливаемое пространство к башне.
   Конец этой попытке положили два выстрела прямой наводкой из подъехавшего танка. Снаряды разорвались прямо посередине атакующей цепи, разбросав взрывной волной хрупкие тела альвалан в разные стороны. Для оставшихся в живых атакующих это оказалось последней каплей - они дрогнули и побежали назад.
   - Этак в гильдии Тритт совсем не останется рабов, - заметила Элитьен, когда атака была отбита. - Нет никакого удовольствия стрелять по этим жалким трусам. Где гвардейцы?
   - Может уже закончились? - вслух предположил Илья. Но Элитьен ничего не ответила, а только неопределенно покачала головой, дотронувшись до рукоятки висевшего на поясе кинжала.
   Прошел час, затем другой, но противник не повторял попыток атаковать. Видимо у восставших были свои проблемы, мешавшие продолжению активных действий, или они просто ждали подкрепления. От Ярцева тоже пока не было никаких приказов. День уже стал приближать к вечеру, когда события снова ускорили свой ход.
   В одном из зданий в занятой восставшими части космодрома застучали выстрелы. Потом что-то взорвалось, Илья сверху из башни заметил отблески работающих вдали лазеров. Там явно шел бой.
   Рация Ильи пропищала сигнал вызова. Офицер утопил тангенту и в наушниках послышался голос Ярцева. - Илья, спроси Элитьен, это ее работа?
   - Полковник спрашивает, это не твои бойцы ведут бой? - обратился Илья к Высокой, уже заранее догадываясь об ответе.
   - Нет. Сама хотела спросить об этом же. Мои тут не при чем. Разве что род Иноэрн вмешался, но я сильно в этом сомневаюсь.
   - Ясно, - кивнул Илья. Щелкнул кнопкой, отрапортовал - Элитьен говорит, что ее бойцы не при чем, товарищ полковник. Спрашивает, не наши ли это начали заварушку? Какие будут приказания?
   - Ждем пока, не вмешиваемся. Передай Элитьен, что я не знаю кто там воюет. Впрочем, думаю скоро это проясниться.
   Тем временем бой в расположении врага было затих, лишь иногда там стучали одиночные выстрелы. Затем, как будто кто-то подбросил сухого валежника в костер, бой резко разгорелся снова, треск выстрелов стал почти сплошным, причем Илья явно выделял на слух один или два работающих автомата. Минут через десять его интенсивность упала, но стрелять продолжали. Илья увидел в бинокль, как фигурка альваланина выскочила из окна одного из зданий и побежала в сторону леса. Но убежала не далеко, упала, уткнувшись лицом в землю. Илья, посмотрев в бинокль, увидел, что убитый был одет в черную гвардейскую униформу.
   "Ну и дела", - подумал парень. "Кто же это их убивает"? Предположения были самые разные, одно фантастичнее другого.
   Стреляли еще около часа, до наступления сумерек. Сражение перешло в вялотекущую перестрелку, которая затихла окончательно, лишь тогда, когда альваланское светило полностью скрылось за горизонтом.
   - Илья, - снова вызвал офицера Ярцев. - Попроси Элитьен, пусть отправит кого-нибудь из своих волчиц на разведку. Скажи, если надо мы поможем.
   - Хорошо, товарищ полковник.
   Офицер спустился вниз, на первый этаж, где Элитьен что-то обсуждала со своими дружинницами. На просьбу полковника она ответила, что тот немного опоздал. Разведка уже вышла и она надеется, что скоро ее бойцы притащат "языка". Так же Высокая заявила, что она связалась с родом Иноэрн и может однозначно утверждать, что он тут точно не причем. Оставалось только ждать вестей от разведчиков.
   Однако, информация пришла с другой стороны. Минут через двадцать навстречу позициям землян вышел альваланин. Шел он один, очень медленно, одновременно старательно размахивая большим полотнищем ткани, цвет которой в прибор ночного видения не просматривался. На первый взгляд никакого оружия при нем не было. Никем иным кроме парламентера этот альваланин быть не мог.
   Остановили его метрах в тридцати от занятых землянами зданий. Две дружинницы тщательно обыскали гильдейца, которым оказался пожилой мужчина альваланин в сером комбинезоне, похожим на одежду Стауфа, и лишь после этого сопроводили на первый этаж башни, где по такому случаю собралось все командование боевой группы, включая Ярцева.
   - Что ты хотел сказать, раб? - Высокомерно спросила Элитьен, когда гильдейца, судя по его лицу отчаянно трусившего, поставили перед ней на колени.
   - Высокая госпожа, прошу не гневаться, - ответил гильдеец и склонился в низком поклоне, достав лбом пола. - Я всего лишь парламентер. Гильдия Тритт послала меня сказать, что она просит мира или хотя бы перемирия.
   - Вот как? - голос Элитьен был ровным, но от его тона веяло глубоким холодом. - После всего, что произошло, гильдия Тритт смеет говорить о мире?
   - Да Высокая. Гильдия просит мира. Мы хотим жить, благородная Госпожа. Гвардейцы заставляли нас идти на смерть. Когда глава гильдии, неблагородная госпожа Ивва, сказала госпоже командующей гвардейцев, что она не поведет нас на верную гибель, та застрелила ее и велела нам атаковать и умереть, но уничтожить вас любой ценой. Мы любили Ивву, мы не хотели умирать...и поэтому мы убили оставшихся гвардейцев. Теперь гильдия Тритт просит мира.
  
   Глава 10
   При всем богатстве выбора, альтернативы нет.
  
   - Пойдем, покажу тебе кое-что, - сказала Илье Элитьен на следующий день. Илья неохотно поднялся с кушетки на первом этаже башни и молча взял винтовку. Перемирие перемирием, но, как говорится, "никто не застрахован от случайностей". Полного взаимопонимания между гильдейцами и Высокими как и ожидалось не возникло. Во многом, по мнению Ильи, из-за упертой позиции Элитьен, которая встала в непробиваемую позу Высокой Госпожи и даже не пыталась вести нормальный разговор с какими-то недостойными рабами.
   - Далеко идти? - Спросил офицер. - Я только прилег. - Последствия контузии еще сказывались, поэтому Илья без нужды таскаться по космодрому не хотел - его одолевала постоянная сонливость и вообще хотелось покоя.
   - Пойдем, не развалишься, - дождаться от Элитьен сочувствия было как обычно нереально.
   Они прошли вдоль башни, миновали здание, в котором разбил свой штаб Ярцев и направились к площади, посередине которой находилась высокая решетчатая конструкция, замеченная Ильей еще в первый день боя. Сейчас она стояла на нейтральной территории, но ближе к позициям землян. Подойдя к самой ажурной конструкции, в виде пяти высоких решетчатых наклонных столбов, опутанных чем-то вроде стального троса и смыкавшихся высоко вверху, офицер увидел невысокий, в человеческий рост купол рядом с ним. Дверь была открыта, а внутри купола на посту стояла одна из дружинниц, охранявшая уходившую куда-то вниз широкую винтовую лестницу. Она отсалютовала Элитьен и молча подвинулась, пропуская их к ступенькам.
   Спускались, по ощущениям Ильи, довольно долго. Затем была овальная металлическая дверь, за которой последовал немаленьких размеров тамбур, потом еще одна дверь, похожая на люк в подводной лодке, а затем - затем у Ильи перехватило дух от увиденного.
   В просторном подземном ангаре стоял альваланский космический корабль. Толстое, вытянутое металлическое яйцо, со срезанным плоским основанием, контурами двигателей внизу, какими-то наростами, антеннами, выступами по всему корпусу. Высотой с шестнадцатиэтажный дом и диаметром основания метров в тридцать звездолет смотрелся внушительно. Варяг, конечно, побольше будет, но и это тоже весьма и весьма... Илья даже не нашелся сразу что сказать.
   - Вот это да! - наконец произнес офицер. - Элитьен, а Ярцев об этом знает?
   - Знает. Но только он сам и несколько человек из его отряда, которые спускались вниз. И, кстати, полковник просил меня ни тебе, ни другим землянам о звездолете пока не говорить.
   - А почему тогда ты...
   - Потому что ваш Ярцев мне не командир. Я Высокая Госпожа и сама решаю, что и кому говорю. И еще - полковник для меня пока просто временный союзник. Я ему не доверяю. А вот тебе почему-то верю. Если мне будет нужно услышать совет или мнение землянина я спрошу его у тебя, а не у него или кого-то другого. Поэтому я хочу, чтобы ты был в курсе всего, что происходит. Ясно?
   - Да Элитьен. Слушай, а мы можем сейчас взлететь, если понадобиться?
   - Нет, конечно. Космодром обесточен, стартовой команды нет, обученного экипажа для корабля нет, я вообще не знаю в каком он состоянии и как им управлять. Разве на Земле любой человек сможет вот так сесть в звездолет и взлететь в космос?
   - Извини, глупый вопрос.
   - Это точно. Хороший из тебя советник, Илья, ничего не скажешь. Повезло мне. - ответила Элитьен и неожиданно широко улыбнулась. - Пойдем наверх.
  
   Согласно условиям перемирия с гильдией Тритт, раненых отправили в замок еще вчера. Гильдейцы даже предоставили специальные машины для их транспортировки. А сегодня утром космодром предстояло покинуть и остальным бойцам за исключением небольшого сводного отряда из двух десятков человек и альваланских дружинниц, остававшихся для охраны объекта.
   С переговорами вообще вышла смешная штука. Гильдейцы были слабы и готовы почти на любые условия чтобы заключить мир - ситуация для них сложилась просто аховая. Уничтожив своими руками последних "черномундирников", они фактически объявили войну теперь уже и Революционному Совету Альвалы. Правда, на обширной территории гильдии Тритт еще оставалось несколько десятков "комиссаров", которые возглавляли "революционные суды", а так же руководили и направляли на местах. За время, прошедшее с начала восстания, они уже успели наворотить в Гильдии такого, что когда пришла весть об убийстве главы гильдии участь их была печальна: арестовали только двоих, остальных перебили прямо на месте. После этого отыграть ситуацию назад представлялось уже невозможным. Обезглавленная гильдия Тритт встала перед двумя проблемами: продолжающаяся война с Высокими и фактическое объявление войны революционному совету. К чести старейшин гильдии, договориться они смогли в считанные часы, избрав нового временного руководителя - личного секретаря Иввы, по имени Ваулф. Так уж карта легла - он был достаточно авторитетен, находился на месте событий и согласился с условием старейшин, о том, что ему вместе с должностью предстояло лично улаживать вопрос с Высокими. Ваулф честно попытался это сделать.
   Однако, Элитьен уперлась. Разговаривать она хотела только с "рабом Ваулфом", и условия мира у нее были простыми - гильдия Тритт приносит покаяние за мятеж и признает себя общественными рабами Высоких под протекторатом рода Иллор. Все остальное, дескать, противоречит ее понятиям об общественном мироустройстве и неприемлемо для Высокой Госпожи. Все, точка.
   Несмотря на свое печальное положение, идти обратно в рабы гильдия все же не желала. Напрасно уговаривал Элитьен "быть погибче" сначала полковник Ярцев, а затем и сам Жаворонков по прямому каналу связи с орбитой. Все аргументы Высокая высокомерно отвергала. Так что получилось как получилось. Стороны заключили перемирие на двадцать дней. Все что удалось добиться от Элитьен - это слова Высокой, что ее бойцы не будут первыми атаковать гильдейцев в течение этого срока. Взамен она получила помощь в вывозе раненых, беспрепятственный проезд к замку, возможность контролировать космодром и даже несколько грузовиков с продуктами в качестве компенсации. Гильдии Тритт очень не хотелось воевать. По мнению Ильи, все это было неплохо, но ему было совершенно непонятно что делать дальше землянам. Миссию Варяга, похоже, можно было считать проваленной. Дубов в коме, с Высоким Советом ничего не ясно, с революционерами идет война. Да и как просто попасть обратно на Варяг непонятно. Все это не внушало большого оптимизма.
   Дорога к замку Иллор заняла немало времени. Колонна из танка и нескольких грузовиков с бойцами Элитьен и десантниками кружила по дорогам, контролируемым гильдией, большую часть дня. Высокая гильдейцам не доверяла и выбрала какой-то совершенно запутанный маршрут, чтобы не попасть в заранее подготовленную на дороге засаду. Хорошо еще, что с орбиты перед отъездом с космодрома пришел подарок в виде двух контейнеров с горючим для танка и боеприпасами.
   Во время этой поездки также произошло событие, изрядно обрадовавшее Илью. На одной из дорог колонна неожиданно остановилась и стояла минут пять. Офицер уже хотел было поинтересоваться причиной задержки, но вдруг увидел, как из желто-зеленого альваланского леса выходят люди в САДКах и с оружием. Еще несколько мгновений и Илья узнал их. Липатов и пятеро парней из бывшего первого взвода закончили, наконец, свою затянувшуюся робинзонаду.
  
   - Илья, если бы ты знал, как меня достала эта планета! - метал громы и молнии Липатов. - Вся вообще и ее долбанный лес в частности! Эти млять, деревья так их за ногу, эти сине-желтые папоротники, птички, кустики, иголки, жучки, червячки, зеленые белочки - ну все достало!
   - Да вроде нормальный лес Максим Петрович, - робко возразил Илья.
   - Нормальный? А ты походи в нем с мое, дней десять! Я что, турист? Бард с гитарой в старом свитере?! Нет, ты мне ответь!
   - А что, правда, были зеленые белочки?
   - Если бы только они, - успокаиваясь, сказал подполковник, сидя в кузове подпрыгивающего на ухабах лесной дороги грузовика. - Мы вчера целого крысокабана завалили. Сам здоровенный, клыки вот такенные, сзади хвост длинный, голый, пятачок натурально имеется и грива вокруг головы вроде львиной. После такого зеленая белочка - это еще ничего, нормально. Я в кусты по малому делу отошел, а он рядом как выскочил, как хрюкнул! Ну его, вспоминать неохота. Ты сам как, как ребята?
   - Да вы, наверное, уже наслышаны.
   - Это, да Ярцев вкратце успел рассказать. Ну фрукт ты Илья. Не стал он, видишь ли, связываться с орбитой, решил, что альвалане могут вычислить сигнал. А я вот на свою голову связался с Жаворонковым. И получил прямой приказ оставаться на месте до выяснения. Так и просидел все веселье. Вы там воевали, а я...
   - Все вроде обошлось Максим Петрович. Паша только ранен, да нас с Борей слегка контузило. Но, сейчас мы вроде более-менее в форме. Что с Иваном и Петей не знаете?
   - Не знаю Илья, не знаю. На связь не выходили. Как они покидали космоплан, я не видел. Будем надеяться на лучшее, может еще бродят где-то в лесу.
   - Илья ничего не стал говорить в ответ. Незачем. Надежды на то, что ребята пока просто не вышли к своим, у него почти не было. После всего случившегося им и так можно сказать повезло, в том, что из одиннадцати вылетевших с Земли ребят девять были еще живы.
   Оцепление вокруг замка гильдейцы до конца не сняли, но дороги освободили полностью, поэтому колонна въехала в ворота замка без всяких проблем. Дальше была знакомая комната-казарма, душ, отличный ужин, состоявший наполовину из альваланских блюд и добрый глоток нренна, примерно десятилитровый бочонок которого Элитьен подарила офицерам из взвода Липатова. Ложась спать в свою койку, Илья почувствовал, как его отпускает напряжение последних дней. Как будто домой попал, честное слово. Очень хотелось думать, что дальше все будет исключительно хорошо.
   Следующие трое суток никаких событий не происходило. Принявший командование Липатов, своих бойцов особо не гонял, давал отдохнуть. Но, армейский порядок, о необходимости которого пробывший несколько дней командиром Илья даже не подумал, подполковник навел. У входа в выделенное первому взводу помещение теперь стоял часовой, появились дежурные по части (Липатову было все равно, что всех бойцов под его командой осталось девять человек - порядок есть порядок), железной рукой были пресечены попытки офицеров свободно разгуливать по замку Иллор. Тем не менее, затягивать гайки до упора подполковник тоже не стал - на вечернюю порцию нренна, позднюю побудку и прочие приятные мелочи жизни он смотрел сквозь пальцы.
   Илья, впрочем, от стояния с оружием под грибком (который Липатов, между прочим, приказал соорудить "из подручных материалов" в первый же день по прибытии в замок) и нарядов по части был освобожден. Элитьен решительно настояла на его присутствии во время переговоров с гильдией Тритт, которые продолжались каждый день. Особой радости, правда, офицер от этого не испытывал. Они все проходили по одному и тому же сценарию - Высокая вовсю унижала и обвиняла Ваулфа и переговорщиков во всех возможных грехах, требуя безусловного подчинения гильдии роду Иллор. Те, в свою очередь, старались достичь некого компромисса, пытаясь воплотить принцип "мы живем отдельно, вы живете отдельно" и даже были готовы платить роду Иллор и роду Иноэрн дань, но не более того. Прибывшая представительница рода Иноэрн, Элитьен полностью поддерживала, а земляне, обладая непонятным статусом гостей-союзников, и вовсе сидели просто так, "для украшения". Все их предложения внимательно выслушивались, но в расчет не принимались.
   Утром третьего дня Липатов поймал момент, когда Илья был один и подошел к нему с разговором.
   - Может ты на Элитьен повлияешь? - просто сказал подполковник. - Все-таки ты ее личный друг. Никого же не слушает наша синяя красавица. Жаворонков ей не указ, Ярцев тем более, на меня она еще с Элии волчком смотрит. Поговори с ней, объясни ситуацию. Если бы Высокие с гильдейцами договорились, глядишь и с нашей миссией что-то получилось, хотя бы частично. Хотя бы обмен технологиями, которые есть у гильдии. А то совсем безнадега. Высокий Совет почему-то тянет время, не говоря ни да, ни нет, с восставшими мы похоже уже воюем. Поговори с ней Илья, у тебя получается. А я, если хочешь, тебе для этого дела увольнительную на всю ночь выпишу - хитро подмигнул Илье Липатов.
   - Вот не надо этих грязных намеков Максим Петрович, - возмутился Илья. - У меня, как вы знаете, невеста есть.
   - Есть отставить грязные намеки, - бодро ответил подполковник. - Ну так как, поговоришь с Элитьен?
   - Да.
   - Вот и ладушки.
   Элитьен желанию Ильи найти время и поговорить с ней наедине совершенно не удивилась. Когда немного смущенный парень подошел к ней после очередного бесплодного раунда переговоров, альваланка выслушала его просьбу совершенно спокойно и лишь коротко бросила на ходу - пойдем, поговорим с глазу на глаз.
   -Прямо сейчас? - немного опешил Илья.
   - А что тянуть? Я думала, тебя еще раньше попросят на меня надавить, - ответила Элитьен. Пойдем, я знаю место, где мы сможем спокойно все обсудить.
   - Ты думаешь я такая глупая и упрямая? - спросила Илью Высокая, когда они остались наедине с офицером в небольшой комнатке, расположенной где-то в глубине центральной башни замка. - Думаешь, я из упрямства и спеси не хочу договориться с гильдией и провожу политику себе во вред? Или я не понимаю, что старые времена прошли, и мир на Альвале уже не будет таким как раньше?
   - Э... Извини, Элитьен, да.
   - Эх ты. Мог бы уже узнать меня и получше, - совершенно по человечески вздохнула Высокая. - Хорошо, я тебе объясню ситуацию. Если ты дашь слово не говорить об этом никому. Я полагаю тебя можно считать Благородным и положиться на твое слово?
   - Я не имею права давать такое обещание Элитьен, - возразил Илья. - Я не могу действовать во вред своему роду, роду русских, и я не имею права скрывать информацию, которая касается всех нас от командиров.
   - Честно. Хотя и глупо. - Подумав, сказала альваланка. - Наверное, за это я и люблю тебя Илья. - "Люблю?" - промелькнуло у офицера в голове. "Это в каком же таком смысле "люблю""?
   - Ладно, пусть я сейчас поступаю действительно глупо, но я тебе все равно расскажу. Решай сам, нужно ли это говорить твоим командирам, - продолжала Элитьен. - Дело не во мне Илья, дело в Высоком Совете. Рода Кригорн и Витлель, которые сейчас верховодят в Совете - они с западного континента. Нас, то есть те Высокие рода, которые живут на серединном континенте западные и восточные Рода, мягко говоря, не очень любят. Почему это так, я сейчас не хочу говорить, слишком долгая получится история. Скажу лишь, что когда начался мятеж, Совет никак не помог ни одному из "серединных" родов. Более того, они отдавали приказы, которые вели к уничтожению наших родов, например, таким был приказ атаковать космодром еще до вашего прибытия. Цель понятна - ослабить мятежников и разобраться чужими руками со старыми конкурентами, то есть с нами. Эти замшелые дуры в Высоком Совете, даже под угрозой собственной гибели не могут отставить в сторону старые интриги. Как ты знаешь, и род Иллор и род Иноэрн отказались начать эту самоубийственную атаку. И тогда Высокий Совет начал выдвигать против нас обвинения в отступничестве.
   - Но космодром же был взят! - Резко возразил Илья.
   - Да. С вашей помощью, что послужило пищей для новых пересудов. Но самое страшное - это перемирие с гильдией Тритт. Совету плевать, что гильдия фактически сама воюет против мятежников. Нас уже обвиняют в союзе с восставшими рабами! Илья, как только я заключу мир с Тритт, это будет известно в Совете. Дальше просто - официальные обвинения в отступничестве, общее голосование Высоких и по его итогам извержение рода Иллор из Благородного звания. То есть роду Иллор придет конец. На это я пойти не могу. Видит Создатель, я не желаю зла гильдии Тритт. Но заключить мир с ними не могу.
   - Так что делать? - искренне спросил офицер.
   - Ждать Илья, - ответила Элитьен, и вдруг, подойдя поближе, ласково погладила Илью по волосам. - пока только ждать, мой мальчик. - Они все еще не знают, на что я способна. Ты пока иди. И подумай, нужно ли кому-то говорить о том, что ты сейчас здесь услышал.
  
   Поведать Липатову о содержании своего разговора с Высокой в тот же день Илья не решился. Ему самому сначала хотелось как следует обдумать слова альваланки, кроме того офицера все же несколько смущала просьба Элитьен не распостроняться об услышанном. Может действительно, не следует торопиться бежать на полусогнутых к начальству спеша немедленно все выложить? Так что на вопрос подполковника: "ну как, поговорили?", Илья лишь безнадежно махнул рукой и честно ответил - Я ее не убедил. Разрешите подробности доложить завтра? - Хорошо - кивнул головой спешащий по своим делам Липатов. - Очень жаль, что не получилось. Но ничего, время еще есть, терпения нам не занимать, своего добьемся, - оптимистически закончил подполковник и быстрым шагом пошел в купол, выделенный землянам под штаб. Очевидно, спешил на сеанс связи с Варягом или очередное совещание командного состава их невеликой боевой группы.
   А на следующий день произошли события, после которых разговор с Липатовым стал уже не актуален. Все началось с того, что утром, в назначенное время, на переговоры от гильдии никто не явился. Прошел час, за ним другой, но знакомой машины, доставлявших переговорщиков от гильдейского лагеря к замку Иллор так и не было видно. Элитьен буркнула что-то вроде "не хотят и не надо" и покинула зал, в котором велись переговоры. Ярцев и Липатов тоже вернулись к своим бойцам, и жизнь в замке Иллор пошла по обычному распорядку. Только вот совсем не долго. Потому что вскоре наблюдатели донесли, о том, что у гильдейцев намечается какая-то интенсивная и явно нездоровая активность.
   Немедленно сыграли команду боевую тревогу. Со всех ног метнулся к танку экипаж, танкисты прямо на броне натягивали свои черные спецкомбинезоны и сферические шлемы путаясь в проводах отходивших от них датчиков, перед тем как нырнуть в открытое зево люка. Побежали десантники, быстро занимая заранее оговоренные на случай штурма позиции. Т-100 взревел двигателем, выбросив клубы дыма, проехал с десяток метров и встал, готовый немедленно открыть огонь, у бетонного капонира из-за которого выглядывала только приземистая башня с поднятой в небо пушкой. Илья тем временем уже бежал вместе с остальными бойцами своего взвода, спеша вслед за Липатовым занять отведенный им каземат во внутренней стороне стены замка. Бывшему первому взводу в случае штурма предстояло играть роль оперативного резерва.
   Вскоре все были на своих местах. Однако бой никак не начинался. Вокруг царила тишина и умиротворение, а выглянув узкую обзорную бойницу, Илья увидел край чистого неба и альваланское светило, впервые выглянувшее в прореху в густых облаках. Альваланское небо было не пронзительно-синим как на Земле, а скорее цвета морской волны, заметно отдавая зеленью темных тонов. Но все равно было красиво, пусть и по-другому. Как-то даже не верилось, что сейчас начнется бой.
   Прошло десять минут, затем полчаса, но все оставалось по-прежнему. Гильдейцы явно не торопились в атаку. А вскоре Илья услышал в наушниках приказ Липатова.
   - Отбой готовности номер один. Пока всем оставаться на своих местах.
   - Товарищ полковник, разрешите обратиться? - Задал вопрос на общей волне Илья.
   - Хотите узнать, что происходит? - Догадался подполковник. - Неясно пока ничего парни, сейчас запросим информацию с Варяга, может им с орбиты виднее... А так - гильдейцы по видимому уходят. Разведка сейчас доложила - они бросают лагерь. Палатки, заграждения - все остается, но личный состав с оружием в спешке грузится в машины и отбывает восвояси. Причем по всем трем дорогам сразу. Насколько можно судить уходят почти все. Можно считать, что осада снята. Да, кстати, род Иноэрн сообщает, что у них твориться то же самое.
   - Но почему?
   - Сказал уже - ничего не знаю. Ждите.
   Информация пришла через пару часов, когда боевую тревогу окончательно отменили. С Варяга заметили скопление судов у побережья к югу от замка. Почти все из них небольшие, но их было много, более полусотни. Интерпретация фотографий не вызвала много времени - следящие системы Варяга были на высоте, да и сама природа в этот раз подыграла землянам, слегка разогнав ветром державшийся много дней подряд облачный покров над центральным континентом. На побережье шла высадка десанта. Высаживались гвардейцы революции, одетые в памятные по прошлому бою черные мундиры. В нескольких местах с орбиты заметили следы боя - с гильдией Тритт явно не церемонились.
   На собравшийся по такому случаю военный совет Илью пригласили по требованию Элитьен. Так что офицер мог наблюдать обсуждение текущей ситуации воочию. Высокая шипела как рассерженная кошка и требовала немедленно сбросить с орбиты что-нибудь калибром побольше, накрыв ненавистных черных гвардейцев одним махом, пока они не закончили высадку. Жаворонков применять ядерное оружие отказался наотрез - у него были четкие инструкции от самого президента использовать ядерное оружие только в космосе и только для самообороны. Корабельный лазер в условиях плотной альваланской атмосферы был бесполезен, впрочем, как и электромагнитная пушка - до поверхности не достанет, это вам не Элия. С ракетами, способными донести до Альвалы неядерные боеголовки были какие-то проблемы. Так что с орбиты недвусмысленно дали понять: выкручивайтесь как хотите - мы можем помочь только разведкой. И то до поры, пока все не заволокло как обычно облаками в три слоя.
   Вскоре драгоценное время, в течение которого еще можно было нанести удар, оказалось упущено. Через несколько часов высадившиеся на побережье гвардейцы широким фронтом начали наступление вглубь территории гильдии. По сообщениям с орбиты, серьезного сопротивления они не встречали. Правда и быстрых успехов революционные силы достигнуть не могли, сказывалось отсутствие транспорта и десантной бронетехники. По словам Липатова, у гильдии Тритт единственный реальный шанс открывался из-за преимущества в маневре, благодаря грузовикам они могли быстро перебрасывать крупные силы ополченцев и создавать противнику проблемы с помощью тактики точечных ударов. Но это все так, теория. Гильдия не умела толком воевать.
   На следующий день наступление гвардейцев продолжилось. Картина происходящего была видна с орбиты как на ладони - атакующие без особых проблем шли вперед, продвинувшись за сутки километров на двадцать вглубь континента. Гильдия Тритт так и не сумела выставить единого фронта против нападающих - они наступали почти без задержек, легко подавляя слабое сопротивление. Вроде не так уж и много было черномундирников - но гильдейцы воевали из рук вон плохо. Отдельные отряды пытались остановить наступающих, но никаких комплексных мер так и не было принято. Самые неорганизованные земные ополченцы уже давно бы рыли окопы в местах вероятного удара противника, строили баррикады в населенных пунктах, возможно, пытались бы местами атаковать, используя преимущество в транспорте, и уж точно бы организовали эвакуацию людей и ценностей. Но ничего такого замечено не было - в тылу гильдии царил хаос, дороги были забиты двигающимися от побережья машинами и людьми, и никаких признаков разумной деятельности не просматривалось.
   - Один согласованный с гильдией удар и мы их остановим! - срывая голос, кричал на совете Ярцев. - Гвардейцы наступают уже третьи сутки. С Варяга сообщают, что им на кораблях доставляют транспорт. Еще пару дней и всему конец.
   - А что ты предлагаешь? - отвечал распаленный не менее чем полковник Липатов. - Нам что делать?
   - А то ты Петрович не знаешь, что делать? Это же элементарно, задачка для первого курса училища! Пусть гильдия и Высокие создадут хоть какое-то подобие фронта перед наступающими, затем мы ударим вниз по южной дороге и отрежем гвардейцев от побережья - говорил полковник, обращаясь скорее к молчащей Элитьен чем к Липатову. - -Все, дальше они окажутся в котле и будут вынуждены остановиться. Пока гвардейцы перегруппируются, пока подготовятся к прорыву - мы создадим такую оборону, которую им не прорвать никогда! Будучи отрезанными от тыла, вперед, в глубь континента они не пойдут, а постараются или опрокинуть нашу оборону, или выйти к побережью в другом месте. В любом случае для них это будет означать потерю инициативы. Если у меня будут грузовики и хотя бы несколько сотен бойцов, то гвардейцам еще повезет, если кто-то из них сможет вернуться домой. Поймите - несколько дней и гильдии не станет. А у гвардейцев будут и машины, и заводы с рабочими, и живая сила, причем все это будет работать против нас. Вот тогда наш конец будет лишь вопросом времени.
   - Род Иллор не будет воевать на стороне восставшей гильдии, - Элитьен была бледна, но отвечала спокойно. - Род Иноэрн тоже.
   - Но почему! Вас же уничтожат! Если мы будем отсиживаться дальше, то ни мои бойцы и твоя дружина, ни наш танк, в конечном счете, врага не остановят, - наседал Ярцев.
   - Вы можете сами помочь гильдии. Род Иллор не возражает.
   - С одной неполной ротой бойцов? Слишком мало. Мы просто бессмысленно погибнем. Нужен организованный общий фронт против гильдейцев. Мы должны поймать их в полноценный котел, заставить размазать силы по всем направлениям. Без дружинниц Высоких это невозможно.
   - Я уже дала ответ.
   - А меня такой ответ ни хрена не устраивает! - Илья видел, что полковник с трудом сдерживает себя в руках.
   Судя по ее лицу, Элитьен уже была готова сказать что-то резкое, но в этот момент в зал зашла одна из дружинниц. Покосившись на землян, она все же не стала утаивать новость и сказала, - Госпожа, прибыл Ваулф. Этот раб просил о немедленной встрече.
   - Пусть войдет.
   Глава гильдии Тритт выглядел неважно. Красные воспаленные глаза, морщины, богато расшитый золотыми нитями комбинезон, выглядевший так, как будто Ваулф в нем ночевал в курятнике - все это красноречиво говорило о том, что в последние дни альваланину пришлось несладко. Но голос его был тверд.
   - Госпожа, я пришел просить о помощи. Гвардейцы напали на нас, и третий день подряд ведут наступление. Мы не можем им противостоять одни. Они уже контролируют прибрежные заводы и поселок горняков Анритт. Если вы не поможете, то гильдии Тритт не станет.
   - Я в курсе твоих проблем Ваулф, - ответила Элитьен, даже не добавив привычного слова "раб". - Ты знаешь мои условия. Признай меня своей госпожой, а гильдию рабами рода Иллор и Иноэрн и мы немедленно выступим против гвардейцев.
   - Нет. - Голос Ваулфа не изменился ни на йоту. - Мы не будем больше рабами. Никогда. Высокая, ты не знаешь, что такое быть рабом. А я знаю. Я вышел в главы гильдии из рабов третьей полезности и знаю, что такое быть всю жизнь рабом. Знать, что твои дети будут рабами и твои внуки будут рабами и так будет до скончания века. Понимать, что все созданное твоим трудом на самом деле не твое и владеешь ты им лишь потому, что Благородные пока не возражают. Знать, что твоя жизнь и личность ничего не значит, а любой благородный может унизить или убить тебя или твоего ребенка в любой момент, не получив, скорее всего, даже малейших неприятностей. Мы восстали, чтобы уже никогда не быть рабами, и мы умрем, но не станем ими. Гвардейцам и Революционному Совету не нужна гильдия Тритт. Им вообще не нужны никакие гильдии, им нужна лишь неограниченная власть над всей Альвалой и наши заводы, шахты, имущество и рабочие руки. Ивва поняла это слишком поздно. Главы других гильдий понемногу начинают понимать это только сейчас. Участь гильдии Тритт уже решена - мы слишком богаты, кроме того Революционный Совет хочет преподать всем недовольным хороший урок. Ну что же, если Создателю это угодно мы погибнем. Но мы не будем рабами.
   В зале надолго зависла тишина. Лишь Липатов витиевато выругался, да так, что автопереводчик спасовал и не смог адекватно перевести фразу, запутавшись в склонениях. Впрочем, на это никто не обратил внимания.
   - Мне очень жаль Ваулф, - сказала, наконец, Элитьен. - Извини.
   - Элитьен, Благородной госпожой надо не только казаться, но и быть, - неожиданно для самого себя сказал Илья. - Своим решением ты пытаешься сохранить Благородное звание формально. Но сохранив его перед Советом таким способом, ты перестаешь быть Благородной на деле.
   Элитьен резко развернулась к Илье. У нее был такой взгляд, что казалось, она его сейчас ударит.
   - Что ты понимаешь чужак! Я сохраняю свой род!
   Илья лишь развел руками. - Я понимаю, почему ты это делаешь. Решать тебе.
   Элитьен словно стала ниже ростом. Плечи ее поникли, а гневное выражение лица сменилось растерянным. Илье даже стало ее жалко.
   - Ты прав Илья из рода Русских, - через некоторое время сказала альваланка. - К сожалению, ты прав. Моя мать говорила мне когда-то: "Если не знаешь, как поступить - поступай красиво! Благородства без красоты не бывает". Отсиживаться в замке некрасиво. Ударить по врагу, разнести его в клочья и выйти победителем гораздо красивее. И видит Создатель, это будет по-настоящему благородно, что бы ни говорили засевшие в Высоком Совете старухи. Ваулф - мы поможем тебе. Риоэль - обратилась к представительнице рода Иноэрн Высокая - вы с нами?
   - Да Элитьен. Я немедленно свяжусь с Госпожой Вальен, но я уверена, что она одобрит твое решение. Мы всегда держались вместе. Кроме того, ты поступаешь благородно, а кровь Таллига нуждается в отмщении. Госпожа рода Иноэрн не простит смерти своего единственного сына. Мы славно повоюем.
   - Ну, тогда к делу - перебил их Ярцев, довольно потирая руки. - Пройдемте к карте, обсудим план операции.
  
   "Лучшее средство ПВО, это наши танки на аэродроме противника", - вспомнил Илья известное высказывание какого-то генерала сидя на пляже у моря и наблюдая за танком. Ни аэродрома, ни самолетов вокруг, правда, не было. Зато был танк, пляж и уплывающие корабли гвардейцев. Три из них горели дымным пламенем у самого берега, еще штук пять из всех сил пытались скрыться в море метрах в семистах от берега. Но Т-100 не оставлял им такой возможности. Боевая машина не спеша разворачивала башню, поднимала на нужный угол возвышения пушку и, прицелившись, стреляла. Из дула вылетал столб пламени, гулкий удар с оттяжкой бил по ушам, а через пару секунд борт очередного корабля в районе ватерлинии разрывался в клочья. В бинокль было хорошо видно, как летят во все стороны обломки. Кораблики небольшие, вроде рыболовецкого сейнера, им одного попадания 152-мм снаряда хватало за глаза.
   Вдоль береговой кромки везде валялись трупы гвардейцев, оружие, остатки амуниции и палаток, песок во многих местах был красным от впитавшейся крови, что-то нехотя горело на песке, распространяя вокруг неприятный запах жженой пластмассы и сработавшей взрывчатки. Бой получился на славу, короткий, но кровавый. Вот что значит преимущество в вооружении и фактор внезапности! Шесть десятков человек и один танк за два часа проехали по южной, проложенной вдоль побережья дороге пятьдесят километров и сходу вступили в бой. Сначала слитный залп на пределе дальности из ракетных огнеметов и танкового орудия по не ожидавшему нападения лагерю гвардейцев, затем плотный пулеметный огонь и короткая яростная атака при поддержке танка. В результате один погибший и трое раненых со стороны нападавших и около сотни трупов в черной форме на песке. Это еще ни считая тех, кто успел попрыгать в отходившие от берега корабли. Ничего сложного. Особенно учитывая, что о часовых и дозорах гвардейцев заранее позаботился высаженный заранее в трех километрах от лагеря десяток лучших дружинниц рода Иллор.
   Илья поймал себя на том, что стал привыкать к смерти. Вот и тут - куча убитых, кровь, оторванные от чьих-то организмов части тоже в ассортименте. А он не то чтобы равнодушен, а... восприятие что-ли притупилось. Причем это новое свое состояние Илье не нравилось. Лучше бы он оставался прежним мальчиком - студентом, не способным и кролика зарезать. Ничего хорошего, честно говоря, в этом нет, опять же некоторым потом кошмары всю жизнь снятся. Будут ли они сниться Илье, парень не знал, и думать пока об этом не хотел. Офицер открыл забрало шлема, достал фляжку и сделал добрый глоток нренна. Хорошая штука, этот нренн, что ни говори. И мозги прочищает почище коньяка и похмелья почти нет - так чуток голова тяжелая и в сон клонит, хоть поллитру выпей.
   - Кто что, а наш студент опять бухает, - Липатов возник за спиной неожиданно, как чертик из табакерки. - Помог бы лучше трупы собрать - нам поблизости еще позицию оборудовать.
   - Успеем Максим Петрович, - махнул рукой слегка захмелевший Илья. - После такого сюда сегодня гвардейцы вряд ли сунуться.
   - Поговори мне еще! Совсем дисциплину забыл? Как положено отвечать?
   - Есть товарищ командир!
   - То-то же. - Подполковник забрал у Ильи из рук флягу и хорошенько приложился к горлышку. Не спеша завинтил крышку, вернул емкость Илье. - Пойдем студент, у нас еще полно работы.
  

Оценка: 5.61*18  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Пылаев "Видящий-4. Путь домой"(ЛитРПГ) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) М.Тайгер "Выжившие"(Постапокалипсис) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Н.Любимка "Алая печать"(Боевое фэнтези) С.Казакова "Своенравная добыча"(Любовное фэнтези) Wisinkala "Я есть игра! #4 "Ни сегодня! Ни завтра! Никогда!""(Киберпанк) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) Е.Мэйз "Воровка снов"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"