Mad Gentle Essence / Steffy: другие произведения.

Change to yourself with me (продолжение 6)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.26*5  Ваша оценка:


   Предупреждения: ненормативная лексика, дозированный ангст, гомосексуальные отношения.
  
   ***
  
   W@R
   17 Ноябрь 2008 г. 09:30
   Тема: Я умер и попал в рай
   Настроение: летал бы по дому, но сил нет
   Плейлист: Afters "Tonight"
   Читать далее...
   http://sweetest-prince.blogspot.com/...g-post_17.html
  
   Только что я проводил Тома на работу. Мы были вместе почти три дня.
   ВМЕСТЕ!!! Три дня и три НОЧИ)))
   У меня такое ощущение, что душа где-то в облаках витает. Невероятно!!!
   Печатаю, а на лице улыбка до ушей, и сердце колотится, как сумасшедшее. Мой Бог! Да почему же "как"? Оно на самом деле сошло с ума)))
   Извините, но я сейчас все равно не смогу что-то связное написать. У меня одни эмоции, а мысли все куда-то разлетаются. Но мне простительно!)))
   Это были САМЫЕ СЧАСТЛИВЫЕ ДНИ в моей жизни! Я не преувеличиваю.)))
   Хотя, я думаю, что вы мне поверите)) Быть с тем, кого любишь ТАК, как люблю его я, и кто отвечает взаимностью... особенно, после всего, что было до этого.
   Он великолепен, мой Том!
   МОЙ.
   А я - его. Теперь уже и душой, и телом.
   Произошло то, чего мы оба хотели)) И, как вы догадываетесь, наверное - не один раз))) Он невероятно чувственный. Я плавлюсь, даже тогда, когда он просто рядом, а уж когда мы с ним в постели, у меня просто крышу сносит.
   Ради этого стоило столько ждать, психовать и накручивать себе месяцами нервы!
   Это же просто КАЙФ целовать его, касаться его, ласкать и чувствовать, как он отвечает...
   Какое у него тело!!! О, я не знаю, есть ли кто-то более совершенный для меня, чем он? Узнав его, мне теперь даже смешно думать, что меня мог бы увлечь кто-то другой.
   И за что мне это счастье?))) Мне даже как-то немного не по себе...
   Я же понимаю, что все что происходит, для Тома не совсем обычно)) Хотя, правильнее написать -СОВСЕМ не обычно)))
   Для меня этот первый раз... ну, он относительно первый, если можно так назвать тот опыт, который был у меня с Раулем.
   А у Тома? У натурала Тома... Окей! БЫВШЕГО натурала Тома)))) все ЭТО впервые. Во всех смыслах.
   И то, что он ТАК открыт - для меня просто невероятное счастье! Ведь у него столько всего в глазах, когда на меня смотрит. И я просто чувствую, что ему со мной хорошо. Что он хочет быть со мной. А чего мне еще?))
   Мы в эти дни не только занимались сексом (хотя из постели практически не вылезали), но и много говорили. Очень откровенно. Мне вообще мозги вышибает эта его откровенность.
   Например, Том сказал, что я - единственный во всем мире, кто вообще смог бы заставить его сменить ориентацию. Не скрывает, что хотел меня с самых первых наших встреч (нет, ну я и сам видел это, вернее, чувствовал ... но все-таки услышать такое от своего парня - это обалдеть как приятно))
   Ведь со мной все еще хуже было... Меня-то рядом с ним как кобасило? Сильнее в сто раз!
   О, черт! Забыл! В пятницу Том застал Дэвида у меня, перед самым его отъездом. Но мы, видимо, так были поглощены с ожиданием НАШЕГО вечера, что...
   В общем, он так и не смог (даже при Дэвиде!) хотя бы вид сделать, что мы просто друзья)) Да и я тоже хорош! Так что, мы спалились. От и до!)))
   Но я не жалею ни секунды! Для меня сейчас важно только одно - мы вместе. И мы хотим друг друга. Очень. Непонятно, как нам удается прерываться хоть на минуту? Меня, конечно, тоже природа не обидела, но Томми - это просто ураган!))
   Вчера он закончил мой портрет, а сегодня у него вечером занятия, и он его собирается сегодня же сдать.
   Я видел портрет, конечно. Это на самом деле прекрасно! Я на нем такой сексуальный! Прямо сам офигел от себя, правда)))
   Там у меня выражение такое, прямо вот: "Иди ко мне!" Еще бы ему таким не быть! Я же всю дорогу, сколько Том писал, только и думал об этом!
   Успел снять портрет на фото и отослал Дэвиду на мейл, я ему пообещал это. Он хотел видеть, что получится в конце, ну, я и выслал. Пусть оценит))) Там есть на что посмотреть.
   Мой мальчик талантлив, второй Джеймс Уистлер, как минимум! У него такие руки...Эти пальцы длинные, изящные, на которые я обратил внимание еще при первой встрече. И ведь не ошибся я в своих ощущениях!
   Понедельник только начался...
   Снова не знаю, когда мы сможем встретиться. Скорее всего, не раньше пятницы. У него занятия после работы, и у меня тоже заказы не прекращаются (что, с одной стороны, не может не радовать, но с другой - я трое суток к ноуту не приближался на милю, скоро уже неустойки платить буду клиентам). Так что мы, видимо, сможем быть вместе только на выходных. Том уже это озвучил))
   Когда мы вместе, думать о чем-то, кроме секса, мы не в состоянии))) И ничего с этим не поделаешь!))
   А в пятницу у меня день рождения.
   Блин, Ева еще на прошлой неделе вспомнила. Позвонила, предложила позвать знакомых, закатить вечеринку, а для меня это как... Ну, не хочу я, правда! Отмазался как мог. Все равно придется компенсировать, но это будет потом. Когда-нибудь))
   Я не хочу вечеринку, где не будет ЕГО. Ну, совершенно...
   Спрашивается, почему я не могу пригласить Тома? Да могу, конечно же... Кто мне помешает? Только через полчаса уже никто не будет сомневаться КТО он для меня.
   И не важно, кто из нас не сможет сдержаться, чтобы не показать истинного положения вещей. Просто невыносимо быть на расстоянии вытянутой руки - и не касаться его. В том-то вся проблема! А если еще выпить, как следует? Предсказуемо, да?)))
   А Ева, хоть и моя кузина, но нужно ли ей знать, с кем я сплю? Думаю, что совершенно не обязательно. Пока, по крайней мере. Может, потом... позже... Когда я почувствую необходимость в том, что мне нужно будет и семье рассказать о Томе... Но сейчас? Нет, не сейчас.
   И, если честно, я не хочу ничего Тому говорить про день рождения. Хотя именно с Томом я и мечтал бы его провести, но... Я же понимаю, что у него почти все деньги уходят на учебу, квартиру и тому подобное. А он же начнет про подарок думать. И, насколько я успел изучить Тома, на мелочи он не разменивается, а это значит... Не мне вам объяснять, что это значит. Меня как-то не очень греет мысль, что мой парень останется из-за меня же на мели. Не хватало, чтобы он на себе экономил! А он поесть любит... Ладно, если бы он жил со мной, уж я бы кормил его так, как в ресторанах не кормят! Черт, о чем это я, понесло куда-то?)))
   Мда, в общем, обойдусь открытками и чеками от родителей))) Единственный желанный подарок - это само присутствие Тома рядом со мной!
   А в пятницу просто накрою дома шикарный ужин без объяснений)) Просто скажу: "В честь нашей Второй Пятницы", правильно?)))
   Ну, а потом как-нибудь скажу, когда у меня день рождения. Может, когда будем жить вместе? Не скрываю, я бы хотел этого. ОЧЕНЬ! Вот если бы Том переехал ко мне! Тем более что после его ухода, дом мне кажется абсолютно пустым.
   Надеюсь, эта моя мечта тоже исполнится когда-нибудь... Почему нет?))
   В общем, все у меня чудно и замечательно. Меня просто распирает от счастья)))
   Хочется поделиться этим счастьем со всеми!)))
  
  
   ***
   Том открыл дверь ключом и, завалившись в прихожую, включил свет, поставил тубу с портретом возле тумбочки. Он уже с порога знал, что Михаэль дома - громко орал телевизор с каким-то спортивным матчем.
   - О, пропажа! - сосед, открыв дверь, привалился к косяку, сложив руки на груди, с интересом рассматривая Тома.
   - Привет. Жив еще? - оскалился Том.
   - Не дождешься, - ответил Михаэль, улыбаясь. - Где пропадал?
   - Где-где... На работе, потом занятия, - Том кивнул на тубу.
   - Бля, не парь мне мозг, Том! Я тебя в последний раз видел в пятницу утром...
   - Да? - Том встал, потянулся. - А я тебя не видел.
   - Иди ты в жопу, я серьезно! Ты переехал или как?
   - Епт, Михаэль! Ну, какого ты достаешь? Не знаешь, как это бывает? - Том, проходя мимо, поиграл бровями. - Сам что ли на сутки в загул не уходишь? - Том зашел в свою комнату, кинув тубу на постель, а Михаэль встал в проеме, не дав закрыться двери.
   - Чего-то ты темнишь, родной!
   Трюмпер чуть не скрипнул зубами.
   - Да ничего я не темню! Ну, с хера ли мне темнить? - Том откинулся на постели, закинув руки за голову, пытаясь не смотреть на пытливого друга.
   - Я не знаю, конечно, тебе виднее... Но я, например, так и не понял, с кем ты провел "шикарную" ночь, после того, как мы с тобой последний раз в клубе зависали, если подружку послал домой?
   Том напрягся.
  
   "Вот, бля! Этого стоило ожидать..."
  
   - Михаэль, чо тебе неймется? Ты что, не в курсе, что у меня баб валом, в отличие от тебя?
   "Только не продолжай, ладно?"
   Том встретился с пристальным взглядом Михаэля, который был слишком подозрительным.
  
   "О, черт! Палюсь!"
  
   - Что? - Том, дернувшись, сел. - Ну, не сложилось у меня с той... Передумал я, понял? Вызвонил другую.
   "Другого..."
   - Может, скажешь кого? Я же всех твоих знаю. Мне интересно, а то Хайди мне уже плешь проела разговором "какая сволочь этот твой Томас", - Михаэль, склонив голову, еще надеялся получить хоть какой-то ответ.
   - Не знаешь, - отрезал Том и отвел взгляд. - Я с ней только недавно познакомился.
  
   "Твою мать, Миха!"
  
   А сосед, вздохнув, покачал головой, однозначно понимая, что тут что-то очень сильно не складывается. Том - и вдруг не хвастается новой подружкой, с которой "шикарно провел ночь"? Не рассказывает, что и как? В жизни с ним такого не было! Трюмпер никогда себя так скрытно не вел, с ним была другая проблема - остановить поток информации о его победах.
   - Мда? - Михаэль усмехнулся.
   - Да! - рявкнул Том. - Хорош тебе, бля! Что? Как? С кем? Сколько раз? Предохранялся ли?
  
   Конечно же, Том понимал, что ведет себя по-жлобски с другом, и это его страшно расстраивало. Они делились всем и всегда. И об этом даже просить было не нужно, это само собой подразумевалось. Но сейчас по-другому он просто не мог - не говорить же, что на самом деле происходит! И с кем...
   - Окей, как скажешь, понял, больше не доебываю, - выдохнул сосед и закрыл за собой дверь.
   Том видел, что задел его. Понимал, что для Михаэля все происходящее с Томом, выглядело, по крайней мере, странно.
  
   "Он, вроде как, обо мне переживает, а я преставления устраиваю. Хорош из меня друг!"
  
   А Михаэль знал, что тогда, после клуба Том отвез девушку домой, а потом сказал, что провел офигительную ночь... И все выходные, пока Тома не было, ЭТО не давало ему покоя. А сейчас, после трех дней отсутствия, Том появляется, ведет себя, как последняя скотина, огрызаясь... Раньше он, хоть не каждый раз, но водил своих подружек к ним в квартиру, а сейчас уже который месяц, тишь да гладь.
   "А все началось с того, как тут появился этот его красавчик-англичанин. И еще непонятная выходка этих двоих на танцполе, от которой до сих пор передергивает. Странные взгляды. Да и вообще... Хотя он казался увлеченным той телкой в клубе, смеялся, шутил, но как-то это было слишком - даже для такого раздолбая, как Том. Напоказ. С нами не поехал в такси, а от нее избавился и кого-то вызвонил? Фигня! Но почему ломается, как не знаю кто? Пиздец! Больше слова не скажу, хрен с тобой, Трюмпер", - раздраженно думал Михаэль, возвращаясь к телевизору.
   Том сидел, сжимая собственные плечи, как будто знобило.. Не хотелось сейчас заморачиваться из-за Михаэля, но, как понимал Том, все равно придется думать об этом, рано или поздно.
  
   "Лучше поздно... Не сейчас".
  
   Сейчас он хотел быть счастливым. Хотел думать о Билле, о трех днях, проведенных вместе.
   Встав, взял тубу с портретом, который так и не смог сдать сегодня вечером из-за отсутствия руководителя его курса.
  
   "Да, может, это и к лучшему. Посмотрю еще раз. Может, что-то подправлю..."
  
   Он развернул портрет. Губы тронула улыбка, когда взгляд упал на любимые черты.
  
   "Билли".
  
   Кончики пальцев едва коснулись обнаженной груди на рисунке.
  
   "Малыш, ты такой... Мама дорогая! По-моему, я переплюнул сам себя! Я так тебя написал, что тут сексом почти пахнет. И не только от твоего вида, а от того, как я рисовал тебя. Хотел тебя и рисовал. И от тебя исходит то же самое. Взгляд-то я, конечно, изменил, как и собирался, только не понимал, что в нем получится столько страсти. Е-мое! И как же ЭТО сдавать? Ладно, если бы ты был девушкой - так ведь парень, написанный другим парнем. Здесь же, только что не написано поперек - "Трахни меня!" Ох ты, бля! И ведь не исправишь уже ничего... Ладно, может, это все-таки не так очевидно, как мне кажется? Хотя, художники - народ чувствительный. За километр видят такое. Блин! Да какая разница теперь? Жить мне с ними, что ли? Прорвемся. Все равно уже выхода нет".
   Том сглотнул, почувствовав, как сухо во рту. Было тревожно на душе. Но Том понимал, что тревога эта не только из-за его курсовой работы. Она появилась после разговора с Михаэлем и пропадать, похоже, не собиралась. И как бы Том ни пытался отгонять от себя эти непрошеные мысли - они крутились нудным хороводом.
  
   "Я соврал... Я соврал... Знаю, что по-другому невозможно, но... Дальше-то что? Он мой друг, и все и всегда обо мне знал. А теперь? Как же мерзко из-за этого!"
  
   Том сел на кровать, упершись локтями в колени, смотрел на портрет и чувствовал, как больно сжимается сердце.
  
   "Пока я с тобой - все окружающее просто меркнет. Никого и ничего нет, кроме нас. Ни мыслей посторонних, ни заморочек. Их нет... Когда ты рядом. А вот так, в реальной жизни, малыш, наши с тобой отношения - это же такая проблема! Нет, я понимаю, что я взрослый человек, не завишу ни от кого... Ни от кого? Блядь!"
  
   Стиснув зубы до побелевших желваков, он понимал, что у него есть теперь эта зависимость. Она появилась вместе с Уильямом в его жизни.
   Неизлечимая.
   Хроническая.
   Болезненная.
   От НЕГО.
   От стройного высокого черноволосого англичанина.
  
   "Люблю тебя... Люблю так, как не представлял себе никогда. И не думал, что такое может произойти со мной. А теперь не представляю себя без этого..."
  
   Сжатые ладонями виски, прикрытые глаза.
   Вдох. Выдох.
  
   "Я не позволю нам мешать. Я хочу быть с тобой. И буду, пока мы оба этого хотим. И плевать мне, как это называется - ты для меня важнее всех на свете. Ты нужен мне. Я не знаю, как теперь дышать без тебя".
  
   - Охх, нет... - хриплый стон, и легко оттолкнувшись от кровати, Том отошел к окну, где на подоконнике лежали сигареты, зажигалка и пепельница. Вытащив сигарету, он задумчиво размял ее в пальцах, понимая, что она отсырела в открытой пачке.
   - Черт, - так не хотелось выходить из комнаты за сигаретами, оставшимися в куртке. Там Михаэль. А это сейчас был последний человек, с кем бы он предпочел столкнуться в коридоре. Так что выбора не было.
   Затянулся, скривился. Кашлянул, глядя на тлеющий кончик сигареты. Вздохнул.
   "Ладно. Сойдет".
   Оперся о стекло локтем, положив ладонь на шею. Темно, кроме освещенных окон дома напротив и фар проезжающих машин по шоссе, ничего не видно...
  
   "Проблемы... У всех свои проблемы. А у меня вот такая. Решить ее - означает открыть то, что у меня отношения с парнем. Да и будет ли это решением? Как Михаэль отнесется? Он - друг. И мне бы не хотелось его потерять. Но если он друг, настоящий друг, то должен будет меня понять, правильно? Я же не убийца, не педофил... От того, что со мной происходит, не становится никому плохо. Да, я понимаю, что это не может не шокировать. Я - и вдруг с парнем! Но так оно и есть. И по-другому, видимо, уже не будет. Если Михаэль не захочет после этого со мной общаться, это будет его проблема, а не моя. Я сделал свой выбор. И если он действительно друг, то пусть мой выбор уважает..."
  
   Том даже усмехнулся сам себе.
  
   "Я скажу ему. Объясню. Он поймет, должен понять. Просто нужно выбрать время подходящее, и я расскажу. Обязательно. По-другому будет невозможно. Мы все равно долго скрывать этого не сможем".
  
   Затяжка, выдох.
  
   "Нет, бля! Кого я обманываю? Не поймет он... Ничего он не должен понимать. Я бы тоже не принял такое... Раньше. Если я расскажу Михаэлю, то просто потеряю друга. А возможно, и соседа по квартире. Мне только этого сейчас не доставало - искать новую квартиру или нового соседа!"
  
   Том затянулся последний раз, облизнул шершавые губы и невольно улыбнулся, когда вспомнил, кто именно сделал так, чтобы они сейчас были такими...
  
  
   ***
  
   Курт вытирал освободившийся столик, периодически поглядывая на Тома.
   А Том в упор смотрел на влюбленную парочку, сидевшую за столиком напротив барной стойки.
   Парень и девушка. Обычное дело. Но сейчас Том смотрел на парня, и уж вовсе не потому, что он ему понравился, а потому, что в глазах у того, обращенных к его подруге читалось: "Люблю тебя!".
   "Ну вот! Это же так явно, мать его! И я тоже так буду выглядеть рядом с Биллом, да? Отлично, блин! И ведь хрен с этим что поделаешь. Только черные очки надевать. И то мало поможет... Тогда еще и не смотреть, не говорить, не касаться? КАК не касаться, когда Билл рядом?"
   Том вздохнул и перевел взгляд на подходившего Курта, с его вечной похабной улыбочкой.
   - Томас, ты это, челюсть что ли подбери. Ты чего так на людей пялишься? - он кивнул на парочку, плюхнулся на стул и гыкнул.
   "О, боже ж ты мой! Началось!" - Том закатил глаза, тяжело выдохнув.
   - Тебе не официантом работать надо, Курт. А ... не знаю... - Том лихорадочно соображал, какая же будет подходящая профессия для пронырливого парня. - Сыщиком, наверное. Подсматривать и вынюхивать. Специальный агент Курт, блин!
   Том презрительно скривился.
   - Ты же стол вытирал?
   - Ну да. Но глаза у меня были не заняты, - парировал Курт. - Так что там такого интересного, Том? Чего ты так уставился?
   Том угрюмо вытирал пепельницу.
   - Ты не поверишь, - обреченно выдохнул он. - Ничего криминального. Я просто задумался.
   - Не поверю. Вернее поверю, если скажешь, о чем ты задумался, - Курт улыбался, растянув рот до ушей.
   - За какое прегрешение ты мне достался? - Том поставил пепельницу и, облокотившись о стойку, в упор смотрел на молоденького официанта. - Я и подумать уже спокойно не могу?
   - Можешь, конечно. Но мне интересно, о чем именно ты думаешь, когда у тебя такое выражение на морде, - Курт попытался изобразить отсутствующий взгляд Тома.
   - Блин, а вот мне интересно, о чем ты думаешь, когда за мной наблюдаешь? - зашипел Том, прищурившись, - тебе заняться больше нечем, Курт, уж очень ты ко мне неравнодушен!
   Курт открыл рот, чтобы возмутиться, но решил не связываться.
   - Да пошел ты, больно надо, - протянул он, разворачиваясь на стульчике.
   - Ну, чего краснеем? - злорадно рассмеялся Том вслед удаляющемуся парнишке, а тот украдкой показал ему средний палец.
   "Фууухх, часа полтора будет спокойно".
   Том выдохнул, глядя на смутившегося официанта, и вернулся к созерцанию влюбленного парня, продолжающего сидеть с глупо-умилительным выражением обожания на лице.
   "Если и я буду так выглядеть, это будет полный пипец!"
   Погрузившись в размышления о том, как им теперь появляться на людях вдвоем с Уильямом, он развернулся к ящику с лимонами, и начал не спеша их перегружать на полку в маленький холодильник под стойкой.
   И вздрогнул через несколько минут от голоса того самого парня, за которым недавно наблюдал:
   - Прос-ти-те!!! Я спрашиваю, нельзя заказ повторить?
   Том оглянулся, понимая, что его окликают уже не в первый раз.
   "Мать его так!"
   - Прошу прощения! Конечно, - Том чуть виновато улыбнулся, глядя в недоуменные глаза посетителя. - Вам сейчас принесут.
   - Спасибо, - буркнул посетитель и вернулся к своему столику.
   И тут же нарисовался Курт.
   - Томас, ты меня пугаешь!
   - А ты тут для чего вааще? Почему клиенту приходится самому идти к стойке, а? - рявкнул Том, торопливо наполняя бокал.
   - Да он сам встал, меня не звал, - пожал плечами Курт и снова улыбнулся. - Трюмпер, а ты явно не с нами!
   Том мельком глянул на эту ехидну и проглотил готовые сорваться с языка слова.
   "Не с вами, ох, как не с вами! С НИМ я. Даже сейчас".
  
   ***
  
   - Я уже дома, Билл! Так что, ты вовремя, - Том улыбался, покусывая нижнюю губу, слушая мягкий голос в трубке, по которому он так соскучился. - Да я только сегодня сдал работу. Ты не представляешь, Билли! Надо было видеть рожи всех присутствующих! Это же не первая работа, которую принесли на сдачу курсовой. И обычно наш руководитель ее разворачивает при всех, крепит на подрамник, и начинается обсуждение. Композиция там, свет, какие ошибки, а тут... Тишина. Прикинь? Пооолная тишина... И препод стоит и молчит. Кто-то присвистнул, кто-то из девчонок прошептал, что-то типа "мне одной так жарко"? А у меня, бля, спина мокрая, сердце чуть не выпрыгивает. Вот, думаю, наворотил я... Ща думаю, тут скончаюсь, может, никто не заметит? Потом начали потихоньку из ступора выходить. Такими глазами на меня смотрели, мама дорогая! А препод поворачивается, смотрит на меня и кивает тихонечко. Говорит: "Курсовую вы сдали, молодой человек, зачет, однозначно!" Хууууууух, блин... Я аж вздохнул, как из воды вынырнул. А потом он снова посмотрел на портрет, и сказал что-то типа: "Такому научить невозможно, но вот ТАК чувства пишутся чувствами".
  
   ***
  
   W@R
   19 Ноябрь 2008 г. 15:27
   Тема: Неделя тянется без Тома
   Настроение: Скучаю. Хочу. Жду.
   Плейлист: Kyle Taylor "Between I Love You & Goodbye"
   Читать далее...
   http://sweetest-prince.blogspot.com/...g-post_19.html
  
   Работы валом...
   Скучаю по нему ужасно, каждую минуту... И хочу так, что все звенит. А сегодня только среда... ((((
   Не понимаю даже, как умудряюсь работать?
   Вечером разговаривал с Томом, он только с занятий вернулся. Балдел от его голоса...
   Он рассказал, что за шоу было в студии у него. Как отреагировали студенты на мой портрет. Говорит, теперь на него все смотрят подозрительно. Преподаватель в ступоре был))
   Ну да, там только слепой бы не смог разобраться, что к чему. Надо же вот так рисовать! Том -талантище! Мое любимое))) Но я рад, что его мало волнует мнение окружающих. Он вообще молодец, хорошо держится, несмотря ни на что.
   Правда Том слегка пожаловался, что на работе ему житья не дают, дома сосед его, Михаэль, достает. Какие-то вопросы задает... лишние, так сказать.
   Ну, Том все это в шутливой форме преподносит, но я-то прекрасно понимаю, каково ему на самом деле. Невесело, прямо скажем.
   Михаэль - его друг. Учились вместе, квартиру снимают, общие приятели, все знают/знали друг о друге, а тут вдруг такое... Ничего не рассказывает, где-то пропадает...
   Я и Михаэля понимаю, конечно. Для него очень странно такое поведение друга. Но Тома мне жалко... Почему вечно должны быть какие-то проблемы?
   Так хочется его сгрести подальше от всех, от людей, от работы - и никуда не отпускать!
   Мне намного легче в этом плане! Никому врать не надо, ничего доказывать... Когда я захочу открыть наши отношения, то это будет только мое желание, а не под внешним нажимом.
   А у Тома не так все гладко. Говорит: "Хорошо тебе дома! Не перед кем оправдываться. А я как дурак на ярмарке!"
   Блин, мальчик мой! Обнять, прижать, не отдавать никому!
   Нет, я в нем уверен! Я знаю, что он сильный, и все эти бытовые заморочки не заставят его сломаться и отказаться от меня...
   Даже башка заболела... Только не это! Нет...
   Так! Хорош об этом. Иначе сейчас накручу себя так, что на стены начну кидаться.
   Все будет хорошо!
   Мне еще пахать и пахать, чтобы была возможность на три дня выпасть из реальности.
   Чувствую, что сейчас жить буду только от встречи до встречи. Это тяжело, я понимаю, но по-другому никак...
   Пятница. Я снова ее жду, как и прошлую.
   Дожить до нее - и снова пропасть до понедельника!
  
   ***
  
   - Знаешь, у меня ощущение... То, что было - сон, - Билли лежал на кровати в своей спальне, глядя в потолок и сжимая мобильник так, как если бы это была рука того, с кем он говорил. - Необыкновенный, шикарный, сумасшедший сон, - выдох, нежная улыбка. - Ты уверен? Все родинки? Везде? Правда? На заднице? Слева внизу? О черт, я посмотрю потом в зеркале, когда в душ пойду. Так не увижу, я же не йог! А? Да неужели? Целовал? Ммммммм... ну тогда, наверное, все-таки не приснилось, да? Нет... Я тоже помню... И очень хорошо... Да. Все-все... Твое тело, губы, запах, вкус, - закушенная губа, тихий стон, ЕГО шепот через расстояние в ночи. - Все прекращаю... Да, я понимаю. Сам такой же, - смущенный смех, ладонь, накрывшая начинающий наливаться тяжестью пах. - Скорее бы завтра... Я так скучаю, Том! Ты не представляешь! Представляешь? Да ты что? И ЧТО ты представляешь, скажи мне? Не скажешь? Завтра покажешь? Ооо, мой бог... Дожить-то как? Как я дожил до четверга? Ну, вот так. Как попало, но дожил... Много было работы, забивал ею свои мозги, чтоб не думать о тебе. Угу... Да как-то не надолго удавалось. Досуществовал без тебя... Мне без тебя холодно, слышишь? Мммм, согреешь? Блин, Томми! Мальчик мой... У тебя там в баре труба в туалете или где-нибудь еще завтра не прорвет? Прямо с утра, как в прошлый раз? Нет? Жааааль... Черт, Трюмпер, как же я хочу тебя! - стиснутые зубы, задушенный стон. - Да, уже завтра, Том... Пять минут первого. Выдержу? Уверен? Ну, окей... Я буду ждать тебя, а когда ты приедешь... - спазм в горле, проглоченные слова.
  
   "Я буду любить тебя".
  
   ***
   Том подъезжал к дому Билла, и ему казалось, что стук сердца перекрывает шум мотора байка.
   Ему до сих пор не верилось, что он смог прожить пять дней без сумасшедшего черноволосого парня и ни разу не сорваться сюда.
   Но ничего - выдержал. И сейчас он знал, что через пару минут все-таки увидит его.
   Уильям стоял возле открытых ворот, выкинув докуренную сигарету, засунув руки в карманы джинсов, и нервно покусывал губу. Ему очень нравился мотоцикл Тома, но Билл всегда переживал, когда знал, что Том сейчас на нем где-то в городе. Тем более что уже почти стемнело, и начинал накрапывать мелкий дождик. Мокрые дороги, еще и забитые к концу дня. А этот упрямец отказался брать такси или подождать, пока Билли сам за ним приедет. И вот теперь сердце трепыхалось от тревоги, а пальцы сжимали мобильник в кармане, хотелось набрать его номер и заорать: "Том! Мать твою! Да куда ты провалился?"
  
   Хотя, на самом деле, по времени было еще рано, и Билли понимал, что он просто безумно волнуется, до дрожи в коленях хочет его видеть, и каждая минута равносильна часу.
  
   - Бля... Ну, наконец-то! - облегченный выдох, сжавшееся сердце и улыбка на чуть подрагивающих губах, когда на дороге в конце квартала сначала раздается глухое урчание мотора, а потом появляется сам зверь.
  
   Секунды тянутся медленно...
  
   Дать Тому заехать во двор, содрать шлем, когда и байк еще не заглушен, и впиться со стоном в горячие губы, надеясь, что никто не увидит, что их скроют опускающиеся сумерки...
  
   - Сумасшедший... ты... псих... Билли, - и ловить влажными губами ЕГО шепот, и не иметь возможности от него оторваться.
   - Я знаю... знаю...
  
   Целовать его скулы, щеки, нос, глаза, бросив на траву шлем, чтобы освободить руки, и держать его лицо в ладонях - немного растрепанного, еще возбужденного скоростью и ожиданием.
   - Пять дней! Блядь, я не видел тебя пять дней! - горячий стон в шею, и такие же горячие и нетерпеливые губы. - Черт... и я еще жив?
   - Билл... Билли! Все! Тайм-аут... У меня голова кружится... слышишь? Я сейчас тебя...
   Тома реально вело. Это было так невыносимо чувственно, и так все сразу - убийственная энергетика Уильяма, ЕГО запах, ЕГО тепло, ЕГО губы, ЕГО шепот. Все.
   Том и сам обнимал парня одной рукой, другой держа руль, вцепившись в мягкую куртку на спине, изо всех сил прижимая к себе:
   - Малыш, Билли, какой же ты! Господи!
   - Какой, Том? - шепот в губы, и пальцы в кулак, сжавшие растрепанные Томкины волосы на затылке.
   - Как всегда...
  
   ***
  
   - Том, ты голодный? - задал чисто риторический вопрос Билл.
   - Я пипец какой голодный, - и мгновенно прижатое к стене вздрагивающее стройное тело, не успевшее даже раздеться с улицы.
   - Томми, я про еду...
   - Ты уверен?
   - Не совсем... уже, - ответ на выдохе в губы, и разрывающее вены жгучее желание.
   - А если еще точнее?
   - Бляяяя... Тооом...
   Содранные куртки, раскиданная обувь, свитера, ремень из джинсов - все в спешке летит на пол.
   Просто ОН рядом. Наконец-то...
  
   ***
  
   Том с нежностью в глазах смотрел в зеркало на Билла за своей спиной, невозмутимо приводившего себя в порядок, после неожиданной и сумбурной разрядки, в виде крышесносного минета прямо на лестнице, когда они так и не успели добраться до спальни на втором этаже.
   Смотрел на его закушенную губу, на невольную улыбку, которую тот не собирался скрывать, и от безумного ощущения счастья даже сейчас кружилась голова. А потом Билли прижался к спине Тома, обняв за талию под расстегнутой рубашкой, накинутой на голое тело, иногда касаясь губами затылка, и они смотрели друг другу в глаза, уставившись в зеркало.
   - Кстати, я собирался кормить тебя, пока мы не ... отвлеклись. У меня еще есть, чем тебя порадовать.
   - В самом деле? Звучит заманчиво, но мне кажется, кроме тебя мне больше ничего не нужно.
   Смущенный смех, спрятанное лицо, на плече любимого парня.
   - Ты со мной, я так ждал...
  
   ***
  
   - Опаньки! - Том обалдел, когда Билли жестом пригласил его в гостиную, распахнув перед ним дверь.
   Широкий стеклянный стол был уставлен таким количеством блюд и так красиво сервирован, что это уже никак не тянуло на обычный ужин.
   - Нифига себе! Билл, в честь чего это все? - Том оглянулся.
   - Просто так, - Билли подтолкнул Тома сзади, заставляя пройти к дивану. - Ну, чего ерунду спрашиваешь? Садись!
   - "Баккарди Блэк", - Том невольно сглотнул, глянув на бутылку рома стоящую рядом с ведерком с наполовину растаявшим льдом и бутылками колы в нем.
   - Ты офигел, или все же повод есть?
   - Том, перестань, а? - Билли, улыбаясь, положил руки на плечо любимого, заставляя сесть. - Я могу это себе позволить, понимаешь? Без проблем.
   Том покачал головой, глядя на изысканно накрытый на двоих стол, чувствуя, как слюна заполняет рот.
   - Слушай, кем ты говоришь, работаешь?
   Билли засмеялся, наклоняясь к Тому, касаясь губами его виска.
   - Я тебе потом расскажу, окей? А сейчас принесу горячее.
   - Сдуреть, - прошептал Том, оставшись один. - Обычный ужин? Нихуясе...
  
   ***
  
   Билли, чуть развернувшись к Тому, поднял бокал с ромом.
   - За нашу вторую пятницу! За то, что ты снова со мной. За нас, Том!
   Том пристально смотрел в темные глаза, едва улыбаясь, чуть покусывая губу изнутри.
   "За нас!"
   Промелькнула мысль, что они так и не говорили о том, что они теперь... пара?
   "Не говорили... А надо?"
   - За нас, - и кивок в ответ.
   Крепкий обжигающий ром в несколько глотков - до дна. Перехваченное дыхание, выступившие слезы.
   - Боже мой! А еще бармен называется! - очень своевременно протянутый Уильямом бокал с колой.
   Жар по горлу, почти немедленно растекающийся жар в груди, прохладная ладонь на шее под длинными волосами, рывок и нежные губы с горечью рома...
   - Смешно тебе, да? Я ром предпочитаю в коктейлях. Понял? - чуть прикушенная в отместку губа.
   - Зараза, Томми!
   - Тшшшш... Дай залижу...
  
   ***
  
   - Знаешь, я же Дэвиду фото портрета посылал. Так вот, вчера он отписался.
   Том с усмешкой, сыто поглаживая живот, смотрел на Билли.
   - И что он ответил?
   - Что ты невероятно талантлив, и... ну, что там все видно даже слепому.
   Том опустил глаза, глядя на бокал в своей руке. Тихо и чуть смущенно засмеялся.
   - Пипец, бля. Написал портрет на свою голову!
   - Ты классно нарисовал, - Билли, чувствуя приятное опьянение, расслабленность и нежность к тому, кто сидел напротив, еле сдерживал рвущийся из груди стон. - Нарисовал так, как никто другой меня нарисовать не сможет.
   Он сглотнул, вглядываясь сквозь пряди челки, прикрывшие лицо Тома, на его грудь в проеме расстегнутой рубашки, на проглядывающие кубики пресса, и постепенно уплывал мыслями куда-то далеко от обсуждения живописи.
   - Ты ведь и сам понимаешь это, правда, Том? - прикосновение пальцев к изящной кисти художника.
   - Я не хочу, чтобы тебя рисовал кто-то другой, - и такой же чуть опьяненный взгляд, дернувшийся кадык на горле.
   - Я тоже не хочу...
  
   ***
  
   - Том, а тебе очень сложно... днем, на работе, дома? - с усилием задушенный рваный выдох.
   Том нахмурился, отставил свой бокал и протянул ладонь.
   - Иди ко мне.
   Прижал к груди темноглазого англичанина, коснулся горячими губами увлажнившегося от алкоголя и адреналина виска.
   - Сильно достает? - это уже шепот и Том знал, о ком речь.
   - После того раза - нет. Совсем. Но, ты знаешь, лучше бы доставал, - Том, обхватив Билла руками, прижал к себе спиной, и тот, поставив ногу на диван, откинулся, расслабляясь в его теплых объятиях. Так, как это делал Том в нежных руках Билли, когда они вместе принимали ванну неделю назад.
   - Я знаю, что задел его. Знаю, что повел себя как сволочь. Но я просто не мог тогда ему все выложить. Бля... Я сам-то с трудом понимаю. Все так, - Том потерся щекой о голову, доверчиво лежащую у него на плече. - Непросто...
   Билл, слушая Тома, стиснул зубы, ощущая его растерянность и волнение. И понимал, что помочь не может ничем.
   "Непросто, Том".
   - Он не замкнулся, нет. Мы общаемся, но... Натянуто все, понимаешь? Я знаю, чувствую - он ждет, что я заговорю первым. Он же не дурак, видит, что что-то происходит, что все не как раньше - мы никогда ничего не скрывали друг от друга, а тут...
   - Может, стоит рассказать? - Билл погладил пальцы, прижавшиеся к его груди. - Или ты боишься, что он не поймет ничего? Боишься, что он не захочет иметь друга...
  
   Билли запнулся.
  
   "Такого друга".
  
   - Друга-педика? - невесело уточнил Том, усмехнувшись, и вдруг почувствовал как пальцы до этого гладившие его руку, больно сжали ее.
  
   "Бля... что я несу?"
  
   - О, черт! Прости, - Том еще сильнее прижал к себе Билли, зарываясь лицом в его волосы, втискиваясь куда-то в шею. - Я просто растерян, Билл. Мне нужно время, наверное. Но он должен все узнать. Не знаю - как и когда, но должен. Мне станет легче, даже если он пошлет меня. Я надеюсь, что он все равно останется моим другом. Он не сноб, понимаешь? Мы же когда учились в колледже, там были и голубые и какие угодно, как и везде, но Михаэль никогда не показывал, что ему рядом с ними неприятно находиться или что-то в таком роде... Как это делали многие другие. Мог шутить на эту тему, прикалываться, но все это беззлобно. Я тогда, конечно, не особо обращал внимание на такие вещи, но вроде, конфликтов не было никогда. И надеюсь, что может и сейчас для него это не будет уж совсем дико. Нет, я знаю, что он может повыделываться, для вида, может, скажет мне что-то... Может, попытается мне мозги вправить, - Том даже усмехнулся своему предположению.
   Билли украдкой вздохнул.
   А Том прикоснулся к подбородку парня, перемещая ладонь на шею, ласкал большим пальцем его скулу, глядя на такие близкие манящие губы.
   - Я и сам понять не могу, в какую сторону ты мне их развернул, парень. Не понимаю, - Том сглотнул, - когда я вижу других парней, я знаю, что ни за что и никогда не захочу быть ни с одним! С ними я знаю, что я натурал, понимаешь? И не понимаю, почему чувствую себя вот ТАК с тобой. И почему мне без тебя так плохо? Не понимаю, Билли...
   Том тихонько качал головой.
   - Хочешь вернуть все, как было? - просто движение губ, но так больно в груди.
   - Нет, не захочу, - твердо ответил Том. - Я чувствую, что все, что происходит - настоящее. Для меня это то, чего мне не хватало раньше. Ведь не может быть, чтобы совершенно не нужное раньше, было так необходимо сейчас? А, Билли? Не может? Ты ведь знаешь о чем я, да?
   Билл закивал, чувствуя сквозящее в голосе Тома отчаяние, понимая, как тяжело дались эти несколько слов его парню. И еще понимал, что, скорее всего, если бы они не выпили столько, то этот разговор Том перевел бы в шутку. Если бы вообще заговорил о таком.
   - Да, конечно, Том.
  
   "Знаю, мальчик мой. Ты даже не представляешь, насколько хорошо я это знаю".
  
   Сбившийся ритм сердца, вздрогнувшие ресницы.
  
   "Спасибо".
  
  
   ***
  
   - Не надо, я сам! - Билли отпустил пытающегося встать Тома. - Заодно и сигареты принесу.
   - Оп-па, - Картрайт поддержал покачнувшегося парня.
   - Нормааал! Не боись, - хмыкнул Том. - Просто пол немного качается.
   - Угу, не сомневаюсь, - Билл смеялся, хотя было совсем не до смеха после их разговора.
   Ему казалось, что этот разговор заставил его протрезветь, а пили они с Томом наравне.
  
   ***
  
   Том, выйдя из уборной, пошел в холл к своей куртке за сигаретами, роясь в кармане, покачнувшись, зацепил коленом лежащие на тумбочке газеты, и они свалились на пол, разлетевшись по всему холлу.
   - Ох, епт! - Том вздохнул, опускаясь на корточки. - Что ж я маленьким не сдох...
   Газеты, счета, рекламки, открытки - Том сгребал в кучу все рассыпанное.
   - Открытки? - Вдруг дошло что-то до его нетрезвого мозга. Сев на пятки, Том уставился на две красивые открытки с надписями "Happy Birthday!" и "With Love!", с коротким текстом от руки на обороте, начиная понимать, что происходит.
   - Том? Ну, чего ты там так... долго... - Билл выглянул из гостиной и вздохнул, увидев сидящего среди разбросанных по полу газет Тома, растерянно смотрящего на открытки.
  
   "Твою мать, Томас Трюмпер! О, чееерт! И как мне теперь выкручиваться?"
  
   - И ты мне ничего не сказал? - Том медленно поднял взгляд на парня, которому хотелось сейчас сквозь землю провалиться. - Почему, Билли?
   Билл подошел, устроился на полу рядом с Томом, забирая у того злополучные карточки, виновато посматривая в его глаза.
   - Том! Давай сделаем вид, что ты этого не находил. Это не важно, понимаешь? Мне важно, что ты со мной - и все!
   Том опустил голову, опираясь на свои колени, выдохнул.
   - Ты не хотел устраивать вечеринку? - спросил понятливый Том, и Билл вздохнул.
  
   "Или ты, Билли, не можешь пригласить меня в круг своих друзей и знакомых, так же как я не смог сказать Михаэлю про нас? Что ж, не мне тебя осуждать - я сам такой... Я бы тоже, наверное, промолчал в такой ситуации, это проще, чем объяснять что-то. Ладно, малыш, не буду тебя мучить - ты все правильно делаешь".
  
   - Ну, Том... ну, пожалуйста... Ты не обижайся, слышишь? - теплые пальцы нежно коснулись тонкой кисти. - Я же тебя знаю, ты бы начал суетиться, подарки, то се... А я и не собирался отмечать, даже сестре сказал, что ничего не буду устраивать. Мне просто хотелось с тобой провести эти выходные. Вдвоем, больше никого...
   - И сколько тебе стукнуло, Билли? - Том поднял глаза, и Билл с облегчением увидел в них усмешку и нежность.
   - Сегодня... двадцать два, тьфу... двадцать три!
   - Салага! - Томас потер нос. - Я тебя старше на целых полгода! Значит, по этому случаю весь банкет устроен?
   Билли убито кивнул.
   - Я думал, мы просто посидим, выпьем, а потом...
  
   "Потом - это уже интересно!"
  
   - И ты решил мне не говорить? - Том, молча и с самым серьезным видом, начал собирать газеты.
   Билл покачал головой, некоторое время наблюдая за ним, а потом не выдержал, отнял эти чертовы бумажки у Тома, отшвыривая на тумбочку, и молча обнял своего парня, чувствуя, как он с удовольствием отдается всем телом его рукам, прижимая к себе, обхватывая тонкую талию.
   - Том, ты обижаешься на меня? - Картрайт потерся носом о макушку Тома. - Я не хотел, правда...
   - Нет, если ты согласишься поехать со мной сегодня потусоваться в клуб, - вдруг услышал в ответ и обалдел, понимая, чего хочет Том.
   Он хочет С НИМ - в клуб. Туда, где они будут не одни. Туда, где все могут увидеть их вместе. Не волнуясь, что кто-то может понять, что они много больше, чем друзья.
   - Ты правда этого хочешь? Ты же понимаешь, что...
   - Я знаю! Мне все равно... Хочу быть с тобой, понял? Мне наплевать на остальных! Нам хочется быть вместе, нам хорошо вместе... И пусть хоть кто-то косо посмотрит - урою!
   - Тихо-тихо, воин ты мой, - Билл взъерошил волосы на затылке Тома. - Все будет окей. Мы поедем, обещаю, только чуть позже? Немного выпьем, посидим и поедем. И разреши мне сделать выбор, Том, как имениннику? "Club la Nuit". Давай туда, мне там понравилось.
   - Не вопрос, как скажешь! Ты только... Не надо так больше со мной, секретов, сложностей... Ни в чем. Хорошо?
   И снова защемило что-то внутри от горького чувства неправильности того, что он пытался сделать.
   - Не буду. Обещаю.
   - Спасибо, Билли, - притянутая черноволосая голова и легкий осторожный поцелуй, все более углубляющийся, и усиливающий накал эмоций, закончившийся вместе с воздухом в легких, когда уже хотелось содрать одежду и прямо на полу уже хоть что-то сотворить друг с другом.
   - Так... спокойно... - Том сдерживался, как мог, упершись лбом в плечо Билла. - У нас культурная программа и планы на вечер, бля... Помнишь еще?
   Билл засмеялся, тяжело дыша Тому в шею.
   - Угу, вроде как...
   - Ну, так вот... встаем, вызываем такси, пока ждем, еще выпиваем по маленькой, собираемся и едем отрываться. Хороший план?
   - Отличный. Так и сделаем...
  
   ***
  
   Они еще выпили по паре глотков чистого "Баккарди", когда Том, глядя в безумно красивые глаза, сказал:
   - Хоть ты, гад такой, и попытался скрыть, что у тебя день рождения, но я прекрасно понял, почему ты хотел это сделать. И простил. Ты... ты замечательный, Билл, - Том сглотнул, и Билли, скользнув взглядом по его дернувшемуся кадыку. - Знаешь, я много раз праздновал дни рождения с друзьями, но никого из них мне не хотелось целовать, поздравляя. А тебя хочется. И без всяких поздравлений, - Том, протянув руку, осторожно притянул к себе Уильяма за плечо и перед тем как поцеловать, прошептал в губы:
   - Я хочу, чтобы ты был счастлив, малыш, и чтобы у тебя в жизни обязательно было все то, чего нельзя купить за деньги.
  
   "Если ты будешь со мной - это у меня будет".
  
   - Спасибо, Томми.
  
   Они еще немного поболтали, смеясь над какой-то ерундой, безумно радуясь тому, что они вместе, возбужденные не только присутствием друг друга, но и предвкушением поездки в клуб. Конечно, они знали, что для них двоих это будет равносильно экстриму. Даже сейчас, когда мозг был окутан парами алкоголя - они это понимали прекрасно. Невозможно будет сдерживаться. Да и не хотелось. Совершенно.
  
   ***
  
   Около десяти позвонили и заказали такси, а полчаса ожидания потратили на сборы.
   Хотя, это Билли их тратил. Тому нужно было только стянуть с себя рубашку и оставить черный тонкий джемпер, в котором он был на концерте, и который так понравился тогда Билли, тем, как смотрелась тонкая шерстяная ткань на широких плечах. Тогда еще друга. И вообще черный цвет очень шел Трюмперу, контрастируя с его светлыми прядями мелированной челки. И сейчас он выглядел весьма соблазнительно - расслабленный, чуть пьяный, сексуальный до дрожи, с сигаретой в тонких нервных пальцах, он рассеянно смотрел в телевизор, когда собравшийся Билли спустился и бесшумно встал в темном проеме, с нежной улыбкой глядя на любимого, широко раскинувшего свои длинные ноги.
   - Том, я боюсь, что тебя у меня уведут, - тихонько сказал он, и Том резко оглянулся.
   - Ох, е-мое! - вырвалось у него.
   Уложенные волосы, рваная челка, рассыпанные по плечам длинные пряди, уже одним этим можно было восхититься, настолько это было красиво, а все остальное...
   Это был совсем другой Билли, нежели тот, которого Том увидел в том самом "Club la Nuit" две недели назад. Тогда это был эдакий франт, в белой водолазке, в стильном черном пиджаке, весь такой строгий и неприступный.
   Сейчас же на нем была обычная белая футболка и сверху небрежно накинутая черно-белая, полосатая кенгуруха на молнии, коротенькая, наполовину застегнутая на груди, открывая красивую широкую цепь с кулоном-черепом, и широкий ремень с похожим черепом на бляхе, который поддерживал бесстыдно низко сидевшие на бедрах джинсы. Все это вместе смотрелось так возбуждающе, что Том присвистнул от восхищения.
   Потом медленно оттолкнулся от дивана, чувствуя легкое головокружение, хотя и понимал, что оно сейчас не столько от алкоголя. Затянулся сигаретой по пути, пристально глядя в черные глаза, которые ласкали его фигуру, выдохнул дым в сторону и встал в упор, касаясь плечом плеча Билли.
   - Парень, ты хочешь моей смерти? Что ж ты творишь? Ты же... Черт! Да с тобой же будут заигрывать все... И я говорю не только о девушках, Билли!
   Тот усмехнулся, чуть облизываясь, сверкнув пирсингом.
   - Ты на себя посмотри! Мне вообще хочется пристегнуть тебя к себе наручниками.
   Том замер на вдохе. Один только тон, которым это было сказано, уже выносил мозг, а если до и так вынесенного мозга дойдет смысл сказанных слов? Или представить ЭТО, призвав на помощь свою извращенную фантазию...
   Том застонал хрипло.
   - Блядь... Пускай уже такси приедет, или я за себя не ручаюсь!
  
   ***
  
   Долго ждать не пришлось, такси приехало точно в назначенное время.
   Повезло с молодым разговорчивым таксистом, время прошло быстро, немного расслабив, парней, отвлекая от маниакальной зацикленности друг на друге. Но когда подъезжали к клубу, необыкновенно сладко сжалось сердце у Тома при воспоминании, что тут творилось полмесяца назад, и о том, ЧТО было дальше. Он посмотрел на Билла, и тот подмигнул, догадываясь о чувствах своего парня.
   Фейсконтроль миновали без проблем, невольно отмечая, какое внимание к себе привлекают. Да, Том видел, что пялится народ не только на Уильяма, но и на него самого. Это грело. Ему нужно было себя чувствовать уверенно рядом с таким красавцем. Тома просто подмывало вцепиться в его руку или обнять, вскинув при этом средний палец с недвусмысленным предложением для всех окружающих, вспыхнувшем в мозгу, заставившем его засмеяться.
  
   "Сосите, ребята! Это чудо - мое!"
  
   - Ты чего? - Билли оглянулся на Тома, протискиваясь сквозь толпу по лестнице на нижний ярус клуба.
   - Да нет, ничего. Это я так... Не обращай внимания! - улыбаясь, Том чуть подтолкнул Билла вперед. - Иди уже!
   И Билли, удивленно вскинув брови, продолжил путь вниз, туда, где все мощнее били низкие частоты, накачивая адреналин в кровь, вызывая чувственный драйв без всякого алкоголя.
   Людей было прилично, все-таки вечер пятницы. Много народу собралось у поднятой круглой крутящейся сцены, где разместились три "клетки" со стриптезершами, "окучивающими" шесты своими телами.
   Билли томно закатил глаза, покачал головой, и они с Томом громко рассмеялись, невольно привлекая к себе еще больше внимания.
   - Пойдем, поищем, куда приземлиться, а потом я принесу выпить, - Том потянул Картрайта в сторону столиков, стоящих в самой глубине зала, где надеялся найти свободные места на мягких диванчиках.
   Не сразу, но удалось найти свободный столик как раз на двоих, где парни и устроились.
   - Что будешь?
   - Не знаю. А ты?
   - Ну, скорее всего "Мохито", продолжу по рому.
   - А мне тогда "Дайкири", хочется кислого чего-нибудь.
   - Кислого? - Том оперся на руки, приблизив лицо к Билли - А соленого, нет?
   - Да пошел ты! - Том со смехом увернулся от оплеухи, чудом не сбив с ног проходившего мимо их столика парня.
   - Ох, простите! Ладно, я сейчас. Не скучай тут!
   Билли, улыбался глядя на удаляющегося Тома, покусывая губу изнутри.
  
   "Вот же засранец неугомонный!"
  
   Настроение было просто потрясающим. Они вдвоем на людях, впервые, после полного сближения. Его Том сейчас был таким притягательным - немного пьяный, с одуряющим блеском в глазах, в которых читалось гораздо больше, чем обычно. Билли от этого разрывало на миллионы кусочков.
   Они вместе. Они рядом. И пусть следующие несколько часов между ними будет все сдержано, насколько они смогут, но зато потом оторвутся так, что небу станет жарко. Билли в этом не сомневался.
   Том вернулся с коктейлями, с закрытой бутылочкой колы, и пачкой сигарет зажатой подмышкой.
   - Забери, пока не уронил.
   - Надо было взять в зубы, - Билли легко поднялся, забирая бутылку и сигареты.
   Том, ставя на стол коктейли, пошло усмехнулся.
   - В зубы, говоришь?
   - О, черт, Томми! - Билл покачал головой, улыбаясь, сходя с ума от такого развязного Тома.
   Такое Уильям видел впервые, и это было нечто.
   А потом они просто наслаждались тем, что без зазрения совести можно прижиматься к уху партнера губами, делая вид, что говоришь ему что-то, перекрикивая музыку. Губами ловя мочку, языком вылизывая ухо, сходя с ума сам и сводя с ума его. Нет, они делали это нечасто, просто боясь, что понесет так, что невозможно будет остановиться. Но уж когда отваживались, то каждый про себя благодарили скупое освещение над столиками и яркие блики над сценой, что не давали видеть покрывающихся смущенным румянцем щек и глаз, сияющих счастьем.
   И все больше пьянели друг от друга. Иногда обращая внимание и на окружение, на отточенные движения девушек, периодически сменяющихся в клетках, на танцующую толпу, движущуюся в едином слитном ритме бесконечной клубной музыки. Взбудораженные нервы и просто возбуждение, скрыть было невозможно.
   Но когда Билли вдруг посреди толпы увидел знакомое лицо, то молнией пронеслась мысль:
  
   "А, собственно, почему бы и нет?"
  
   - That's a good idea,* - проговорил он, даже не поняв, что сказал это по-английски.
   Том с удивлением посмотрел на него.
   - Томми, я ... сейчас. На пару минут, окей? - Билли с каким-то загоревшимся взглядом повернулся к Тому, чуть сжав пальцами его ладонь.
   - Конечно, - Том растерялся, понимая, что сейчас не время для расспросов, что к чему. Билли большой мальчик, сам все скажет, если это что-то важное.
   И оставив Тома в некотором смятении, Билли сорвался с места и метнулся в толпу. Но благодаря его росту, отследить его было в целом несложно. Том видел, как Билли подошел к светловолосому, коротко стриженому парню, поздоровался за руку, улыбаясь, они явно были хорошо знакомы.
   Нет, Том не находил в этом чего-то предосудительного, что заставило бы его ревновать. Но, конечно же, это несколько напрягало. Ну, совсем чуть-чуть, там... где-то в глубине души.
   Билли разговаривал с парнем несколько минут, и их периодически закрывали танцующие фигуры, и вот это Тома напрягало сильнее. Он понял, что боится потерять его из вида. Эти двое все говорили, Билли бурно жестикулировал, светловолосый парень кивал и улыбался. Том закурил, нервно затянувшись, сжимая в пальцах зажигалку. Он отвел взгляд лишь на секунду, а когда поднял глаза - Билли уже не было. Том поднялся, нащупывая в кармане мобильник, обшаривая глазами толпу у бара.
  
   "Черт, Билли! Что это значит? Куда тебя унесло?"
  
   И вдруг Том увидел знакомую черную гриву волос, когда Билли появился, будто из ниоткуда, почти перед самым их столиком. Том выдохнул с облегчением.
   А Картрайт приземлился рядом, сделал пару глотков колы прямо из бутылки, игнорируя пристальный взгляд Тома, и только потом, шумно выдохнув, глянул на него, хитро улыбаясь.
   - Что? Кто это был? - Трюмпер как можно беззаботнее кивнул в сторону танцпола, затягиваясь сигаретой.
   - Да так, - он забрал сигарету у Тома, - один знакомый.
   Затянулся, медленно выдохнул, задрав подбородок вверх, и затушил окурок, все с тем же загадочным выражением на лице.
   - Колись! Здесь что-то явно нечисто, - Том улыбался, облокотившись на колени, заглядывая в глаза своего любовника.
  
   Билли обвел взглядом окружение, потом полез в карман джинсов и протянул на ладони маленький прозрачный пакетик с четырьмя таблетками, непонятного в таком освещении цвета.
   - Нихуясе! - вырвалось у Тома. - Что это? Это экстази или...?
   - Не "или", - успокоительно кивнул Билли. - Будешь?
   Том на секунду замер, сверля Картрайта взглядом, задумчиво покусывая губы.
   - Балуешься наркотой?
   - Нечасто, совсем не часто, - Билл склонил голову, пряча улыбку. - Поверь мне.
   - Ты уверен?
   - Of course,** - уверенный кивок. - Верь мне, Томми.
   Том хмыкнул, теребя в пальцах пакетик.
   - Картрайт, ты замечаешь, что переходишь на английский? Раньше я такого за тобой не наблюдал.
   - Это потому, что ты меня раньше пьяным не видел, - Билли положил руку на спинку дивана, касаясь пальцами открытой кожи на шее Тома. - Ну, так ты решил? Составишь мне компанию? В честь дня рождения?
   Том глянул на пакетик.
   - Сейчас по одной, остальное на потом? - Том прикинул, что две сразу - это будет слишком.
   - Да, нормально, Том, - Билли забрал у него пакетик и незаметно положил одну таблетку ему на ладонь. - И не бойся. Это мой знакомый, у него всегда все качественное.
   - Я уже понял, что знакомый, - улыбнулся Том, потянувшись за коктейлем, положил таблетку на язык и сделал глоток алкоголя.
   Билли сделал то же самое. Потом не спеша закурил, когда Том распечатал новую пачку сигарет.
   С минуту сидели молча, Том смотрел на толпу, на ярко освещенные клетки с меняющимися девушками в них, чувствуя, как теплые пальцы Билли легонько касаются его шеи.
   - Are you alright?***
   Том на секунду закрыл глаза, чувствуя, как хочется стонать, потом повернул голову, глядя на Билли, кивнул.
   - Да, все окей, - сглотнул и продолжил:
   - Блядь, мне башню сносит твой английский.
   - Да? Я опять говорю по-английски?
   - Говоришь, - Том опустил взгляд на губы, обхватившие фильтр сигареты. - О, черт! По-моему, я сделал большую ошибку, приняв дурь... Бля... Я же тебя... и без этого...
   И зашипел, отворачиваясь, явно ощущая, как начинает на пах давить ширинка.
   - Never mind!**** - теплые губы коснулись уха. - Все окей. Ты посмотри на народ - тут половина обкуренных, вторая половина вмазанная. Даже если ты меня целовать начнешь - никто ничего не заметит.
   Том зажмурился, отдаваясь этому ощущения прикосновения губ Билла. Потом шумно выдохнул и тоже потянулся за сигаретой.
   Выкурив почти до фильтра, чувствуя внутреннюю дрожь, сходил к стойке еще за парой бокалов и сел на место, много ближе к Билли, чем сидел до этого.
   - Мы же потанцуем, правда?
   Билл чуть поежился, начиная ощущать легкое покалывание по всему телу, он знал, что начинает действовать наркотик, втянул воздух сквозь зубы.
   - О, еще как потанцуем!
   Том, глянул на выступившую испарину над верхней губой Билла.
   - Малыш, тебя вставляет?
   - Угу, начинает понемногу, - Билли попытался расслабить тело по максимуму, взял коктейль и потянул из трубочки, чувствуя на себе внимательный взгляд. - И тебя скоро накроет. Уж поверь...
   - Да, знаю я, не впервой. Баловался пару раз еще в колледже, у меня сначала от эктази начинала гореть шея, а уж потом, как обычно, у всех. Мурашки по телу, тепло и так далее...
   Билли улыбался, качая головой.
   - Я хочу увидеть тебя под кайфом.
   - Увидишь, не переживай, - пару глотков коктейля, две-три минуты разглядывания публики не очень сфокусированным взглядом, чувствуя, как в ожидании на него посматривает Билли, и опущенная голова, когда накатом появляется чувство жара в затылке.
   - Ох, бля!
   - Что, мой мальчик? Понеслось?
   - Понеслось, - хрипло отозвался Том, а пальцы Билла нежно гладили его затылок.
   С каждой следующей минутой действие наркотика все нарастало. Они оба ощущали усиливающийся заряд энергии и невероятной легкости, как в теле, так и в мозгах, все вокруг становилось резко ярким, цветным, четким.
   Медленно, но очень уверенно накатывала сумасшедшая радость, волной поднимаясь из глубины, просто оттого, что ты живешь на этом свете, что вокруг тебя такие замечательные люди, а тот, что рядом с тобой, это вообще воплощение твоей мечты. Твоих ночных безумных фантазий. Самый нужный тебе человек, и не понимаешь, КАК ты раньше мог бояться, что кто-то кем-то тебя посчитает, поняв твое истинное отношение к нему? Как ты мог не понимать, что не нужно скрывать этих чувств? Пусть все видят и радуются за тебя! Что ты счастлив с ним. Что он не менее счастлив быть рядом.
   И ты свободен и раскрепощен. Нет оков, рамок, запретов. Есть желание, есть любовь, есть радость. Полный кайф, эмоциональный взрыв, восторг души и тела, граничащий с экстазом...
   Билл выдохнул и, повернув голову, наткнулся на пристальный взгляд в упор, которым одарил его Том, в котором плескалось, и Билл видел это даже в хаотичных сполохах и бликах освещения, все то, что сейчас чувствовал он сам.
   Видел его желание и за это был готов умереть, прямо здесь и сейчас. Потому, что знал, что ОН - то, чем ты дышишь, чем живешь, то, что заставляет сердце биться.
   И сделал то, чего и Том хотел, Билли это знал, по тому, как он уловил его только-только начавшееся движение, перехватывая тонкую кисть пальцами и притягивая к себе, к своим жадным губам. Жадным, влажным, нежным...
   Билл принимал и отдавал жар своего желания губам Тома, шепча нежную чушь, и не понимал, что опять говорил на английском, даря свои чувства и эмоции парню, которому они так необходимы, и от этого вставляло еще сильнее.
   И еще сильнее чувствовал единение тел и душ, еще сильнее рвались из груди радость и счастье, накрывающие всю его сущность самым настоящим экстазом. От этого хотелось громко орать, прыгать, махать руками, обнимать ЕГО, обязательно видя в его глазах отражение всего, что творилось в душе самого Картрайта. Ему обязательно было нужно знать, что они одинаково счастливы.
   - Как ты, мальчик мой?
   - А так же, как и ты, - нетерпеливые пальцы, сжимающие длинные пряди волос на затылке. И такое близкое лицо, с широко распахнутыми черными глазами, от расширившихся почти во всю радужку зрачков. - Нехило торкнуло, бля... Я вздрюченный не на шутку, Билли. Мне кажется, я сейчас взорвусь...
   - Я знаю, Томми, знаю... Пойдем... Я хочу танцевать... С тобой... Отрываться!
   И следующие почти два часа парни действительно отрывались. И так, что это запомнят надолго те, кто видел их той ночью на танцполе. Высокие, гибкие, сумасшедшие, влюбленные, оглушенные ярким наркотическим трансом, два парня отдавались своему желанию выплеснуть бушующую в них энергию. На них смотрели - кто с восхищением, кто с легкой опаской, кто со смятением, понимая, что они не просто друзья. Да парни этого и не могли скрыть, даже если бы и очень захотели. Язык тела просто кричал о том, кто эти двое друг для друга.
   Нет, они не были настолько обдолбаны, чтобы начать бесконтрольно лапать друг друга на людях или целоваться, но и того, что они себе позволяли - эти легкие прикосновения, ласкающие, будоражащие чужое сознание взгляды, движения губ, когда шептали глупости друг другу - было вполне достаточно. Вернее, этим ощущением накрывало всех, кто их видел. И к ним присоединялись, образовав вокруг них круг, прыгали, вопили и танцевали, глядя на них, подбадривая и хлопая в ладоши. И это было так правильно, так нужно!
   Адреналин рвался наружу выплесками энергии, которую парни выливали в танец с бешеным ритмом рейв-музыки в сто двадцать семь ударов в минуту, заставляющий биться сердце в еще более быстром темпе. Их эмоции, драйв, сливались с эмоциями окружающих людей, это было невероятное ощущение, когда так свободно и непринужденно общаешься с теми, кого видишь в первый и последний раз в жизни. Том втягивал в этот их круг за руки и парней, и девчонок, и скоро уже половина танцпола отдавалось единому ритму танца, бушующей завихрениями эмоций вокруг них, с ними, для них...
   И это было просто взрывающие мозг чувство слияния общего восторга от происходящего.
   Здесь и сейчас.
   Только несмотря на все, что сейчас творилось на танцполе, была разница между окружающими и этими двумя.
  
   Огромная разница.
  
   Для того, чтобы чувствовать то, что окружающие чувствовали сейчас - им нужен был безумный, захлестывающий сознание драйв, исходившая от этих двоих.
   А ИМ, для того же самого, хватало только шалого темного взгляда любимого человека.
  
   Народ сходил с ума от них двоих, а они - друг от друга...
  
  
   * - Это хорошая идея.
   ** - Конечно.
   *** - Ты в порядке?
   **** - Не бери в голову!
  
  
   ***
  
   Том закурил, поглядывая в сторону бара, где среди мелькающих людей видел полосатую "кенгурушку" Билли, ожидающего своей очереди на заказ. И Тому абсолютно не нравился мужик, стоящий возле его мальчика и рассматривающий его самым наглым образом.
   - Что, сука, уставился? - пробормотал он и с силой выдохнул дым.
   Поглощенный своими наблюдениями, Том не сразу заметил, что к нему подошли две девушки, которые танцевали с ними последние полчаса, и которых они же сами и вытащили в круг. Видимо поэтому, подруги решили, что очень приглянулись заводным молодым людям.
   - Привет! - промурлыкала одна, изящно опускаясь на место Билла, а вторая присела на мягкий подлокотник дивана. - Скучаешь?
   Том оценивающе оглядел ее с ног до головы, затягиваясь и выдыхая в сторону. Девушка была что надо!
   - Может быть, - усмехнулся он, в глубине души понимая, что Билли бы его сейчас придушил на месте, если бы услышал. И оглянулся в сторону бара, с все возрастающим раздражением наблюдая, как ЕГО Билли разговаривает с нахальным незнакомцем. А потом он просто внаглую засмеялся...
  
   "Нифигасе! Что за хрень!"
  
   Девчонки невольно посмотрели в ту же сторону, что и Том.
   - Мы можем составить компанию тебе и твоему приятелю, - предложила блондинка тоном, которым предлагают самую дорогую машину в салоне.
   - Ааа... может быть, - Том ехидно усмехнулся. - Если вот тот красавчик, что у стойки, будет не против.
   - Думаю, он будет совсем не против, - рыжеволосая девушка, сидящая на подлокотнике, кокетливо провела пальцами по оголенной коленке, упирая на слово "совсем". И Том отчетливо понял ее намерение снять Билли.
  
   "Ах, детка, какая ты наивная!"
  
   Охотницы за парнями что-то еще щебетали, о том, как те здорово завели весь танцпол, как классно двигаются и так далее, и тому подобное. А Том даже что-то умудрялся отвечать, улыбаясь, кивая невпопад, а сам смотрел на Билла, на то, как его очень аккуратно и осторожно взяли за локоть...
  
   "Да нихуя ж себе!"
  
   Он уже собрался сорваться с места, когда Билли спокойно что-то сказал этому нахалу, а потом уверенно высвободил свою руку и, отрицательно покачав головой и взяв бокалы с коктейлями, отошел от стойки, отставив мужика стоять одного, разочарованно глядя Биллу вслед.
   Том мгновенно расслабился.
   - Ну, вот! Девочки, спросите его сами, - он закинул ногу на ногу и в упор смотрел на Билла, подходящего с удивленной улыбкой на лице.
   - Привет! - Уильям одарил непрошеных гостей не особенно теплым взором и поставил на столик бокалы, ожидая разъяснений.
   - Мы подошли поинтересоваться, не скучно ли вам, мальчики? - девушка грациозной кошкой встала с подлокотника и, сделав шаг к Биллу, коснулась его руки.
  
   "Ну что же они все его лапают-то? Руки чешутся?"
  
   Том скалился, глядя на Уильяма, который снисходительно, сверху вниз, взирал на это неожиданное пополнение их с Томом компании. Как-то даже с сочувствием. Потом тоже ослепительно улыбнулся и вдруг протянул руку девушке, сидящей возле Тома, которая, положив локоток на спинку дивана, свесив кисть, невзначай касалась пальцами его плеча.
   Она смутилась, но руку подала, и Билли, как галантный кавалер, поднял ее с места, и тут же занял его сам, под опешившие взгляды всех, включая Тома.
   Потом, копирую позу Тома, закинул ногу на ногу, театральным жестом поправив волосы, все так же ослепительно улыбаясь.
   - Знаете, девочки, не хотелось бы вас разочаровать, но мой друг, похоже, выпил лишнего, если дал вам...эээ... повод думать, что, - он выразительно посмотрел на Тома, - как бы вам объяснить? - Том уже видел, что Билли собирается отказать красоткам в самой категорической форме, и повернулся к нему, в ожидании покусывая губу.
   - Он мой, и делиться я не собираюсь! Не сегодня, леди! I аm deаdly sorry...
   Том, с трудом сдерживая смех, повернулся к ошеломленным девушкам и пожал плечами, пока Билли демонстративно переключил свое внимание на коктейль.
   - Простите, девушки, ничего не могу поделать, он прав!
   - Я же тебе говорила! - обратилась блондинка к своей подружке. - Это было и так понятно! Они не могли не быть...
   Та в ответ лишь дернула плечом, мол "нормальных-парней-не-осталось".
   - Хорошей ночи, мальчики, - пожелала она презрительно и направилась вглубь зала, на ходу переговариваясь с подругой.
   Парни смотрели им вслед, Том курил.
   Билли сосредоточенно тянул свой коктейль. Оба сдерживали себя из последних сил, чтобы не расхохотаться в голос.
   - "Он мой"? - Том процитировал Билли и повернулся к нему. Билл на секунду опустил голову, упершись локтями в колени, заслонив лицо копной чуть растрепавшихся от сумасшедших танцев волос, потом откинул их и встретился взглядом с любимым.
   - Мой! - упрямо повторил он. - И попробуй что-нибудь возразить!
   Том, даже нетрезвый и под кайфом, почувствовал смущение, и еще что-то теплое внутри, под выжидающим взглядом Картрайта.
   - Не буду, - наконец, выдал он, и Билли удовлетворенно откинулся на спинку, подтянув колено сцепленными в замок пальцами.
   - Правильно делаешь, - усмехнулся он. - Блядь! Вот на две минуты оставить тебя одного нельзя!
   - Я что? Я не виноват, они сами летят на мое обаяние, - Том затушил сигарету и, отпив коктейль, чуть скривился.
   - А ты и рад красоваться! Не мог без меня решиться, да? Сиял, как медный таз, я видел!
   - Ты видел? - Том резко развернулся. - А сказать тебе, что я видел? Там, возле бара? Епт... Кто тебя там лапал? А ты улыбааааался... Да?
   Билл рассмеялся, уже в который раз за этот вечер.
   - Я не улыбался, милый! Я ржал, как конь!
   - Да? Тебе было весело? И чем же тебя там так развеселили?
   - Предложением приятно провести остаток ночи...
   Том замолчал, нервно дергая коленом.
   - Вот дерьмо! - проговорил он, вдруг представив Билла с тем мужчиной в постели и, чувствуя, с каким удовольствием он бы того придушил. Тома аж затрясло от этих мыслей.
   - Эй! Угомонись! - Билли, отпустив свою ногу, притянул к себе за плечи разбушевавшегося Трюмпера и обнял, лаская пальцами его грудь через тонкий свитер, чувствуя как у того колотится сердце. - Ну, не знал парень, что я не один... Перестань...
   Том замер, чувствуя тепло рук и любимого тела.
   - Расслабься, - Билл потерся носом о его затылок. Все было вроде в шутку, и в то же время Картрайт понимал, что в ревности Тома забавного очень мало. И решил сменить тему, от греха подальше. - Потанцуем еще?
   -Да, потанцуем, конечно, - Том поерзал, устраиваясь удобнее в объятиях Билла. Он так быстро сдаваться не собирался. - Слушай, я тут подумал...
   - И часто с тобой такое? - съехидничал Уильям.
   - Бля! Ну, Билл, не перебивай!
   - Я весь - внимание, Томми!
   - Короче, - Том шмыгнул, потер нос. - Может, нам устроить вечеринку на четверых?
   - Чего? - Билли чуть отодвинулся, начиная понимать, к чему клонит его парень, но мало веря в это.
   - Ну, их двое, нас двое, - Том кивнул в сторону ушедших девушек. - Ну, ты понимаешь... Прикольно же будет! Я думаю, они согласятся.
   Билли смотрел на Тома как на пришельца с другой планеты, а тот невозмутимо продолжал.
   - Я рыженькую возьму, а ты светленькую, пойдет? Потом поменяться можем... Смотри какие, все на месте, есть за что подержаться... А? Давай?
   Билли выдохнул. Медленно так выдохнул... А потом, прищурившись, очень спокойно сказал:
   - Ну да, Том... Соскучился? У меня ж ни сисек силиконовых, ни пышной задницы. Окей, это мы уладим, - и спокойно встал, намереваясь догнать ушедших девушек.
   - Эй! - Том вскочил, хватая за руку и пытаясь усадить его обратно.
   Вырывающегося.
   Обиженного.
   - Ты чего, Томми? Я приведу! Для тебя - все что хочешь. Пусти! Передумал, что ли? Ты же рыженькую хочешь? Будет тебе рыженькая... Пусти, сказал!
   - Тшшшш! - Том прижимал его к себе, не зная, смеяться ему или плакать. - Господи, малыш! Ну, перестань... Я же пошутил, мать его! Ну, может, неудачно! Билли! Прекрати! Ну, пожалуйста...
   Том держал тяжело дышащего Билла за талию.
   - Ну, какой же ты придурок! - шептал он ему на ухо, чувствуя, как, наконец, расслабляются напряженные мышцы. - Неужели ты поверил, а?
   - Еще две недели назад ты спал с девушками, Том. Помнишь?
   - Это было давно и неправда... Я тебя хотел. И ты это знал.
   - Знал, - кивнул Билли после молчания и накрыл руку Тома своей. - Пойдем потанцуем? Хочу... Но если ты будешь заглядываться на телок...
   - Нееее! Обещаю! - перебил Том своего грозного любовника, смеясь, чмокнул его в открытую шею и потянул обратно на танцпол.
  
   ***
  
   Они ворвались в туалет, разгоряченные танцем, смеясь, вызвав к себе интерес двух парней, которые стали невольными свидетелями этого. Увидев их, Том и Уильям чуть присмирели, становясь к свободным писсуарам, еле сдерживая смех. Через несколько минут, оставшись одни, пока Том возился у раковины, Билли обнял его и зашипел, потершись пахом о его зад.
   - Знаешь, милый, если бы не мои высокие моральные устои, я бы тебя прямо тут...
   - Что? Ты - меня? Тут? - Том развернулся, захватив Билла за шею. - Да ты извращенец, Картрайт!
   - Том! Я убью тебя!
   И мелькнувшая некстати, а может, и очень кстати, мысль, в разгоряченном алкоголем, дурью и адреналином мозгу Томаса Трюмпера:
   "И я тебя люблю".
  
   ***
   Билли, развалившись рядом с Томом на заднем сидении такси, нервно мял лежащую у него на коленях куртку. Том жадно, крупными глотками, пил воду из бутылки, а Билли смотрел на ходящий ходуном кадык, на капельку, сорвавшуюся с уголка губ Тома и заскользившую по подбородку. Он невольно сглотнул, понимая, что если бы они сейчас были одни, эту каплю он бы просто слизал. Эта мысль родила стон, который пришлось задавить.
   А Том оторвался от горлышка, протягивая минералку Биллу, вытирая рот рукой и тяжело дыша.
   - Хух! Я уже забыл, как от колес сушняк давит, - улыбнулся он, возвращая крышку от бутылки и, забирая свою куртку, собираясь ее надеть.
   Картрайт угукнул, присосавшись в свою очередь к бутылке, после чего удовлетворенно откинулся на спинку.
   - Еще как давит! Хорошо хоть дома этого добра хватает, - Билл приподнял бутылку, говоря о минералке. - Как чувствовал, взял сегодня большую упаковку.
   Том усмехнулся, тоже расслабляясь, и чуть съезжая вниз по сидению, положив руку на тонкое колено Билла, нежно сжимая его.
   - Ну, ты всегда знаешь, что и когда надо...
   Картрайт усмехнулся этой двусмысленности и уставился вперед с улыбкой на губах. Том же закусил губу и закрыл глаза, так и не отпуская колено. И через минуту на его руку легли прохладные пальцы, а к боку привалилось теплое тело, трогательно укладывающее на плечо голову.
   - Как ты? - Том коснулся щекой лба своего парня, понимая, что как бы ни было темно в машине, водитель все равно видит, что происходит сзади.
   Но в данный момент Тому это было глубоко безразлично, впрочем, как и Биллу.
   - Волшебно... Почти отпустило, но все еще офигительно, - пальцы стиснули руку Тома и, оторвав ее от колена, медленно подняли вверх по бедру и положили на ширинку.
   - Епт! - не удержался Том.
   - Да, мальчик мой, именно так, - Билли, смеясь, вернул его руку на свое колено, хотя Том бы с удовольствием оставил ее там, где лежала.
   Вот только Билли понимал, что для него это вполне может закончиться угробленными джинсами. Он чувствовал, что сейчас для этого ему не потребуется много усилий. Хотя действие наркотика уже почти сошло на нет, желание, накопившееся за этот вечер, давало о себе знать тяжестью в паху. Он невыносимо хотел секса. Разрядки. И знал, что Том так же возбужден, как и он сам.
   - Я хочу тебя, - прошептал он, и Том наклонился к его губам.
   - Повтори?
   - Хочу тебя... Весь вечер, полночи, неделю, две, месяц... С самой первой минуты, когда увидел... Хочу... Всегда хочу...
   И Том не выдержал.
   Горячий шепот кромсал ему мозг, и он ловил его губами, пробуя на вкус, лаская языком губы Била, иногда даже не понимая смысла сказанного, потому, что это уже была смесь немецко-английского, и расслабленный, опьяненный Том далеко не все разбирал из этого рваного шепота. Да и не нужно было. Он чувствовал все, что хотел сказать Билли, и это было важнее.
   - Знаю, малыш, знаю, - шептал Том в ответ и молил бога, чтобы они скорее добрались домой.
  
   ***
  
   Картрайт не смог ни с первого, ни со второго раза попасть ключом в замочную скважину, Том отобрал у него ключи и попытался открыть сам, когда вдруг восторженно выдохнул, почувствовав, как Билли всем телом вжался в него сзади, просовывая руки под свитер над ремнем и притираясь еще ближе.
   - Ох, Билли, - выдохнул он, чувствуя собственной задницей, как у его парня выпирает в штанах. - Как же тебя прет-то сегодня, малыш! Бля, дай мне хоть дверь открыть...
   Они ввалились в темноту холла, понимая, что кроме желания секса есть еще и обычная жажда - ее-то и нужно было утолить в первую очередь. Кое-как побросав одежду и обувь, пошли на кухню за ледяной минералкой, и там же Билл, вытаскивая зажигалку из кармана, уронил на пол прозрачный пакетик.
   - Fucking shit, - высказался он. - Мы про них забыли.
   Том, жадно поглощая воду, смотрел, как Билли вскидывает на него хитрый взгляд и вопросительно выгибает бровь.
   - Какой будет твой положительный ответ? - поинтересовался Билли, приседая за пакетом.
   - Он будет, - Томми сощурил один глаз, глядя куда-то на потолок, - он будет положительным! - и протянул руку.
   - Оh, yеееееs... Я знал! - cветло-бежевая, как оказалось, таблетка легла на ладонь Тома. Вторая перекочевала в рот Уильяма.
  
  
   ***
  
   Рвущее вены желание, концентрированный адреналин вместо крови, выступившая испарина на висках, и такая же испарина над верхней губой, которую слижет ОН...
   Стон, когда нетерпеливые пальцы зацепляют ширинку, расстегивая ремень и вырывая его из петель.
   - Черт...
   - Что, малыш? Я сделал больно?
   - Ты еще пока ничего не сделал... А пора бы! Пока я не кончил в штаны.
   Смех, самый любимый смех в мире. Счастливый смех... Который, услышав однажды, хочется слышать всегда.
   - Тооом, я серьезно! - Билли понимал, что этот гад просто издевается над ним. - Давай, сними их уже!
   - Как скажешь, - и нежный поцелуй, глубокий, горячий, расстегнутая ширинка и рука под плавки, уже чуть влажные от смазки, и стон Тома, от бьющего по мозгу прикосновения к разгоряченной плоти, пульсирующей в его жадных пальцах.
   А потом и стон Билла, когда скручивает от экстаза, грозящего вылиться в оргазм.
   - Пожалуйста... не могу больше... не могу...
   Том содрал свитер с себя и помог раздеться Картрайту, которого уже била мелкая дрожь, целуя при этом его грудь и плечи. А потом полетели в сторону и джинсы вместе с бельем. Том уложил его обнаженным на постель, склоняясь, целуя и умудряясь при этом раздеваться сам.
   Обхваченная ногами поясница, соприкасающиеся, твердые, как камень, члены, капельки смазки, влажные мягкие поцелуи и хриплые стоны нетерпения.
   Разорванная зубами упаковка, торопливо раскатанная резинка.
   - Все хорошо? - кивок, и осторожные пальцы внизу, чуть нервно подрагивающие, ласкающие сжатые мышцы, растирающие смазку. - Расслабься, малыш... Еще...
   Протяжный глухой стон Билла, когда пальцы входят глубоко внутрь, и ему кажется, что еще секунда - и он кончит.
   - Давай, Томми, можно...
   Чуть увлажняющиеся от боли глаза, когда тонкие пальцы резко впиваются в предплечья, оставляя синяки, и выгибающееся под ним стройное тело, выдыхающее со стоном от дикого микса удовольствия и боли. Том знал, что простит Биллу что угодно, в момент, когда входит в него. И очень скоро, после короткой передышки, все больше теряя ощущение пространства и времени, они попадают во власть безумной, всепоглощающей страсти, когда нет ни желания, ни возможности остановиться, может еще и потому, что Том знал - Билли не остановит его в такой момент.
   Не сможет. Не захочет. Не посмеет.
   И Том дал себе волю. А через несколько минут, вместе с наслаждением его накрыл и приход от дури, и, хочешь - не хочешь, пришлось притормозить, вцепившись в шею горящую огнем, склоняясь к Биллу.
   - Сейчас, малыш... Отпустит чуть... Накрыло, блядь... не вовремя, - рвано цедил он сквозь зубы, а Билли обнимал его в ответ, целуя.
   Когда отпустило, Том поднял руки Билли вверх, прижимая их к кровати, не давая прикасаться к себе.
   - Том... пожалуйста... - Билли попытался освободить руки, но Том не отпустил, все так же двигаясь в податливо отвечающем теле, наклонился к уху и хрипло зашептал.
   - Нет... давай без рук... Не хочу, чтобы ты кончил раньше меня...
   И продолжил, ловя на себе затуманенный экстазом взгляд Билли, понимая его тщательно скрываемое смятение. Том, конечно же, знал, что отпустит его, если поймет, что Биллу это необходимо, но сейчас, он хотел именно так - чтобы Билли кончил только от его члена, а не от своей руки.
   Том все глубже тонул в сумасшедшем кайфе не только от секса, но еще и от дури, и при этом он чувствовал, что накрыло не только его. Билли отдавался так, как будто делал это в последний раз в жизни. И Том уже не сомневался, что парень сможет кончить, ни разу не прикоснувшись к себе.
   Том входил в него глубоко и сильно, чувствуя, какой Билли узкий и горячий, какая влажная у него кожа, такая же, как и у самого Тома, потому, ощущая, что по позвоночнику вниз стекает пот. Хрипел, сжимая зубы, чтобы не стонать слишком откровенно от разрывающего на части концентрированного наслаждения, разливающегося жаром по всему телу...
   Параллельно, по краю сознания, проходила мысль, что это еще далеко не все, и ночь, начавшись в клубе, обещала вылиться в полное безумие.
   Билли же, понимая, что уже давно бы кончил, если бы не прихоть Тома, сейчас был ему невероятно благодарен, ощущая непрекращающееся острое удовольствие, о котором раньше даже не догадывался. Иногда он словно проваливался в пропасть, заполненную раскаленной лавой, настолько его тело горело, что казалось - еще миг, и под ним начнет дымиться постель. Билл задыхался, захлебываясь в нежности, его тело билось под Томом так, что казалось, он кончает, но это было пока только сумасшедшее наслаждение... А когда оно все-таки переросло в неудержимый оргазм, Билли испугался, что мозг разорвет от прилива крови. Том впервые видел, чтобы так кончали. Вбиваясь в трепещущее тело, глядя на него сверху, Том матерился, кончая сам, боясь, что его парню действительно плохо.
   Он отпустил его руки, когда и самого еще не било в неконтролируемом экстазе, и теперь обнимал судорожно цепляющееся за простыни и за самого Тома, дрожащее тело. Задыхающееся, хрипло стонущее...
   - Билли... Билли... Господи...
  
   А Биллу не было плохо.
  
   Просто ему еще никогда в жизни не было ТАК хорошо...
  
  
   ***
  
   Том лежал на животе рядом с приходящим в себя Биллом и ругался хриплым шепотом:
   - Бля... Какой же ты Картрайт придурок, у меня чуть сердце не остановилось! Я же думал, что тебе плохо!
   - Сам ты... Кто меня довел, помнишь? Кто мне руки держал? Ты же мне не давал... Ты, чертов сексуальный подонок, - Билли улыбался, поглаживая свою грудь, до сих пор чувствуя отголоски убойного завершения этого секса.
   - А ты и не вырывался особо, - оправдывался Том, пытаясь восстановить дыхание.
   - Не вырывался. Я просто доверяю тебе, - ответ, от которого пропустило удар сердце, и перехватило горло обручем.
  
   "Блядь!"
  
   И нет сил что-то сказать, съязвить, возразить. Есть силы только молить, чтобы он посмотрел в глаза.
   И Билли не отрывался от его подернутых наркотической дымкой глаз, сглатывая и кивая.
   - Иначе я никогда бы не позволил тебе меня держать, - прошептал он и облизал пересохшие губы.
   А Том, молча, так и не разворачиваясь на спину, притянул его к себе, к своим губам - нежного, разгоряченного, влажного и растрепанного - и поцеловал глубоко и страстно, прикусывая язык, лаская гладкие зубы и штангу, ощущая, как теплая рука скользит по спине, машинально сжимая сильными пальцами напряженные мышцы.
   И они чувствовали оба, что какой бы убойной не была эта разрядка, желание полностью не ушло. Вернее оно снова возвращалось, медленно, но верно. Экстази давал о себе знать, не позволяя расслабиться и уснуть. А под рукой обнаженное, любимое тело, невольно прогибающееся под нежностью и теплом настойчивой руки. И оторвавшись от губ, Билли продолжил целовать Тома в плечо, шею, когда тот со стоном откинул голову, а потом, склоняясь над невыносимо красивым телом, целовал лопатки, медленно и осторожно опускаясь губами и языком, все ниже по позвоночнику, лаская выбитого дракона, кончиками пальцев ощущая, как под кожей играют мышцы. Сейчас, когда Тома ласкали любимые губы и руки, нежность разрядами, будто уколами, проникала в каждую клеточку тела, отдаваясь в нервных окончаниях мелкой дрожью. Руки касались бедер, поясницы, прижимали к себе, возбуждая и распаляя все сильнее. Билли терся о бедро Тома стоящим членом, чуть постанывая, закинув на него ногу, прижимаясь всем телом.
   А Том, начинающий терять голову, не просто позволял ему себя ласкать, он хотел этой ласки, этой нежности. Очень хотел. Еще не совсем осознавая, что желание начинает трансформироваться во что-то, не осознавая, КАК начинает отвечать его тело.
   Билли бездумно делал то, чего требовало его распаленное воображение, ища выход тем эмоциям и желаниям, что рвались изнутри. Он чувствовал, как Том начинает расслабляться, плавясь под его руками, и Картрайта перло от сознания, что его любовник так откровенно реагирует на него.
   Скорее на автомате, чем осознанно, Билли, поднявшись, поставил колено между его бедер, и внезапно ударяло по мозгам понимание того, как естественно Том раздвинул ноги, давая место его колену, как будто делал это сотни раз. Билли сглотнул, остановившись, окидывая взглядом обнаженное тело под собой, в такой соблазнительной позе, что темнело в глазах от фантазий.
  
   "О, мой бог!"
  
   И мечущиеся обрывки мысли, картинки, вспыхивающие в сознании, которые невозможно выкинуть из головы.
  
   "А если? О, черт... Ну, а вдруг? Я же просто ласкаю... Пока. А потом? Позволит целовать? Это - да, я чувствую... А если языком? Убьет? Я хочу... Я ТАК ХОЧУ... ЕГО..."
  
   Испарина на спине от дерзкого, острого желания обладать, которое раньше в нем прорывалось мыслями, стиснутыми в кулак пальцами, побелевшими скулами. Фантазия, в которой Уильям даже себе не признавался.
   Сейчас он, стараясь не думать дальше, чем на секунду вперед, ни на что не рассчитывать, просто продолжал ласкать Тома, губами, языком, пальцами, своим телом. Спускался все ниже, с силой оглаживая бедра ладонями, видя, как Том комкает простыни, слыша его тихий, заглушенный подушкой стон, и улыбался, понимая, как его любовник сейчас беззащитен. Билли целовал ямочки на пояснице, вылизывал, засасывая кожу, чуть прикусывая, и сходил с ума от этого. А потом целовал ягодицы, сжимая, тиская, чуть разводя в стороны, и стонал сам от начинающего скручивать его внутренности в тугой узел жестокого вожделения. И уже мало себя сдерживая, провел горячим языком посередине, чувствуя, как Том вздрогнул, рефлекторно сжимаясь, а потом снова расслабился, зарываясь лицом в подушку, и Билли понял, что ему дают добро, даже сгорая от смущения.
   И Билли молчаливым жестом поблагодарил Тома, проведя ладонью по его спине, чувствуя, как сильно бьется у того сердце под лопаткой. Продолжая целовать ягодицы, чувствительно прикусывая и зализывая, вырывая у Тома шипение от боли, смешивающейся с кайфом.
   Чувствуя, как он открыт, Картрайт решился пойти дальше, и когда Том почувствовал горячую влагу, скользящую от копчика вниз, между ягодиц, он замер на пару секунд, а потом вцепился пальцами в руку Билли, когда дерзкий упругий язык прошелся по сжатым мышцам.
  
   "Все хорошо, мой мальчик... Позволь, я хочу... Тебе понравится!"
  
   Том замер, разрешая ТАК себя ласкать.
   Он сходил с ума от желания и от смущения.
   Спустя какое-то время Том ощутил, что в нем все сильнее разгорается огонь и начинает его сжигать изнутри. Зажатость и неловкость исчезли сразу же, как только появился этот невероятный жар, а вместе с ним и яркие спазматические вспышки кайфа, парализующие его мозг, подчиняющие его тело чужой воле беспрекословно. Это могло бы испугать, если бы все это происходило не с Биллом, хотя, это априори не могло произойти ни с кем другим. А Биллу, он доверял как себе самому.
  
   И он ЛЮБИЛ его, в конце концов...
  
   Том знал, что не может и не хочет сопротивляться этому огню, зажженному в нем темноволосым англичанином. А язык все ласкал, проникая глубже, потому, что Том расслаблялся. Почувствовав это, Билли не стал больше сдерживать себя и, поднявшись вверх, целуя и покусывая Тому шею, он гладил его внизу мокрыми пальцами, а когда осторожно, но настойчиво раздвинул ими тугие мышцы и вошел внутрь, Тому показалось, что ток проскочил по его позвоночнику, иглой вонзаясь прямо в мозг. Нет, это не боль... Просто это было то, чего он не позволил бы никому и никогда.
   Но сейчас это не казалось чем-то недопустимым, наоборот, Том понял, что этого проникновения он хотел с самого начала, как только Билл коснулся его там.
   Судорожный вздох, мелкая дрожь и теплые губы возле уха горячо шепчут:
   - Тшшшш... Все окей, расслабься...
   Нет, Билли даже сейчас не имел в виду ничего идущего дальше интимной ласки, он просто знал, что это тоже приносит наслаждение, и очень хотел, чтобы Том его почувствовал.
   Том, напряженный как струна этими новыми ощущениями и невероятной силы возбуждением, с которым его собственный член упирался в постель, кусая губы и сжимая веки до вспыхивающих звездочек под ними, тихо застонал. Движение пальцев возобновилось, и через минуту Том почти захлебнулся в волне резкого нахлынувшего удовольствия, когда Билли, чуть поменяв положение, коснулся какой-то точки внутри него, и электрический импульс, который разошелся по телу Тома, вдруг превратился в сильнейший разряд удовольствия...
   Вожделение буквально сводило яйца. Хотелось орать и материться. На каждое движение Билла, сопровождающееся прерывистым дыханием, срывавшимся с его губ и обжигающим шею, Том отвечал стоном. Мозг отказывался воспринимать что-либо, кроме захлестывающих его волн кайфа. Впрочем, с Биллом происходило то же самое. Он не мог поверить, что Том, похоже, собирался отдаться ему, не верил, но, видя сходившее с ума от томления тело под собой, не знал, что и делать.
   А времени на размышления уже не было. Члены дымились у обоих, и надо было на что-то решаться. И Билл решился, понимая, что попытка - не пытка, ведь можно просто спросить напрямик.
  
   "Ну, не убьет же он меня, в конце концов?"
  
   И он прижался вздрагивающими губами к уху Тома:
   - Томми... Я правильно понял?
   И Том, шумно выдохнув, уткнувшись лбом в подушку, невнятно буркнул что-то утвердительное.
   - Оh, God! - вырвалось у Билла. - Океy...
   За дальнейшим Билли наблюдал, словно со стороны. Взял тюбик и дрожащими пальцами открутил крышку, выдавив на пальцы прохладный гель, ловя себя на том, что почти не дышит. Он не верил, что все это наяву. Но когда, сглотнув, провел пальцами между ягодиц Тома, и тот, зашипев как от боли, не зажался, а наоборот, двинулся навстречу пальцам - Билл чуть не задохнулся.
   Пальцы вошли сразу, на всю длину, настолько Том был расслаблен, и настолько он хотел снова их почувствовать в себе.
   Еще минута подготовки, не столько физической, сколько моральной, и Билл, чувствуя, что Том почти на грани, уверенно раздвинув его бедра еще шире, сжав челюсти так, что казалось, трескается эмаль на зубах, приставил член и пытался осторожно войти.
  
   Все, произошедшее в следующие несколько секунд, осталось очень смазанным в памяти Уильяма. Мгновением позже, он осознал, что сам оказался лежащим на животе, крепко прижатым к постели телом любимого.
   - Что... - выдох, и резкий, перехвативший горло страх, когда до его раскрошенного мозга, наконец, с задержкой дошло то, что случилось за секунду до этого:
   Негромкий вскрик Тома, его вздрогнувшее тело, рычание, глухой стон и движение прочь, когда, вывернувшись всем телом, Том рукой захватил шею Билли, и через секунду тот оказался в том же положении, что и Том до этого - лицом в подушку, придавленный бедрами к постели.
  
   "Твою мать! Что я сделал не так? Слишком резко? Чеееееерт..."
  
   - Том... Томми! - Билл, вцепившись в подушку нервно дрожащими пальцами, безуспешно пытался повернуться, желая что-то услышать от Тома. Его молчание было сейчас невыносимо. Хотя, он говорил языком тела. Билл почувствовал, как Том хрипло дышит, упирается в него напряженным членом, грубо целуя плечи, прикусывая зубами. Руки Тома стискивали его талию, опускаясь все ниже к бедрам.
   Все это чувствовал Билл. А что случилось с Томом за минуту до этого?
   Все оказалось просто, как дважды два. Наркотик сыграл с ним злую шутку, обострив все ощущения до предела и дав его сознанию иллюзию свободы. Том оказался не готов к тому, чтобы его телом овладели. Никто. Даже Билл. Да, он балдел от своего парня, от его рук и языка. Но как только он почувствовал вторжение более явное, чем пара пальцев - это хлестнуло по его мозгу не только болью, но и ярко вспыхнувшим осознанием, насколько ЭТО для него неприемлемо.
   Пелена желания отдаться слетела так же быстро, как до этого накрыла. Но осталось другое, не менее сильное - взять. И сейчас Том брал. Страстно, сильно, уверенно.
   Билли выгнулся со стоном, когда Том вошел в него сразу и на полную. И замер, целуя взмокшую спину, и для Уильяма это было как просьба о прощении за сумасшедший порыв. Он улыбался, сжав увлажнившиеся веки, и вовсе не от боли, а просто его разносило от смешанных чувств. Комкая подушку, он, почти не дыша, принимал поцелуи, которыми сейчас Том покрывал его плечи. Сумасшедшая страсть, с которой Том буквально вбивался в его тело, растворила остатки страха, что он сам мог причинить ему боль или неправильно понял его желание. Горячий коктейль из адреналина, желания принадлежать, любви и потребности отдаваться каждой клеточкой своего тела пьянил сознание.
   Том, разгоряченный и заведенный до предела, уже не смог сдержать себя, ему казалось, что никогда раньше у него не было такого невероятно сильного желания кончить. Перед тем как взорваться, он сдавленно зарычал, а потом вскрикнул, судорожно хватая ртом воздух, пока его тело содрогалось, получив долгожданную разрядку.
   Все случилось слишком быстро, и Билли еще не кончил. Том это прекрасно знал. В те несколько минут, пока он приходил в себя, пытаясь нормально дышать, лежа навзничь рядом со своим парнем, он чувствовал, как теплые пальцы гладят его шею, плечи, и чувствовал губы на своем виске. И вместе с тем, как Том остывал, приходило понимание того, как себя сейчас должен был чувствовать Билли. Ведь, по большому счету, он, Том, продинамил его, намекая на одно - а сделав совершенно другое.
  
   "Так получилось, бля..."
  
   Он медленно повернулся и наткнулся на блестящие, почему-то показавшиеся ему влажными, даже в тусклом свете, проникающем в спальню из коридора через открытую дверь, глаза. Самые красивые на свете глаза, в которых застыл немой вопрос, смятение и растерянность. И нежность...
   - "Я такой ублюдок", - подумал Том и со стоном притянул к себе черноволосую голову, мягко целуя в губы.
   - Прости, малыш, прости... Я не смог...
   Билли тихонько кивал в ответ на этот вымученный шепот, все понимая, прощая. Да, они просто слишком рано попытались зайти дальше. Слишком рано.
   - Все нормально, - шепот в ответ и робкая улыбка.
   А Том тихонько целовал его подбородок, шею, спускаясь все ниже, вылизав ямочку под ключицей, где так трогательно билась жилка, оглаживая ладонью его тело, вздрагивающий живот, слыша хриплые страстные выдохи Картрайта. И все сильнее заводился и сам и от нежности к парню, который таким невероятно разным мог быть в постели - то неистовый, как дикий зверь, до горящих безумием глаз, то сводил с ума покорностью, которая разрывала Тома осознанием, что Билли ЕГО, и он может сделать с ним все, что захочет.
   И Том уже знал, как именно он попытается загладить свое странное поведение после "озарения", что он, Том Трюмпер, мужик, а, следовательно, никто не может его безнаказанно трахнуть.
   Тому было стыдно. Вот только он не понимал, за что больше: за то, что он вообще почувствовал желание отдаться? За то, что повелся на него? Или за то, что так грубо поступил с Биллом после того, как сам же его спровоцировал. Но пока он решил этим не заморачиваться. Сейчас для него важно было другое - Билли все еще не кончил.
   И хотя Том понимал, что в его представлении то, что он собирался сделать, тоже не очень по-пацански, все равно знал, что за это ему стыдно уж точно не будет. Ему очень хотелось загладить свою вину.
   "Скорее, зализать, епт!" - мелькнула правильная мысль, и Том невольно улыбнулся.
   И хорошо, что Билли не видел этой улыбки. Он млел от сладких прикосновений рук и губ Тома. И принимал все это, с наслаждением закрыв глаза, впитывая в себя ощущения от каждого касания, как губка впитывает воду. Чтобы потом - когда будет нужно - вернуть обратно, приумножив в разы.
   И когда уверенные пальцы сжали его напряженный член, сдвигая тонкую кожицу, обнажая головку, он глухо застонал, даже не подозревая, что в следующее мгновение почти взвоет от опаляюще горячей, влажной ласки рта Тома. Такой ласки, которую тот подарит Биллу впервые. И от которой Картрайт забудет не только его предыдущую резкость, но и свое имя...
   Спустя несколько минут после того, как Билли кончил - настолько бурно, что Тому пришлось впиться губами в его рот, чтобы в ночной тишине не так разносились стоны - они оба, опустошенные, утомленные этой длинной, сумасшедше насыщенной ночью, просто вырубились, обнявшись, чтобы прийти в себя далеко за полдень.
  
  
  

Оценка: 6.26*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"