Сушков Владимир Михайлович: другие произведения.

Делион. Огненная пляска. 3 глава

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:

7 число Месяца Листопада

Вольный город Ноблос. Морской Восток

Клепий не сомневался в том, что Велисарий отправился в Ноблос неслучайным образом. Библиотека Ноблоса с недавних пор стала самой большой и богатой библиотекой Морского Востока и, наверняка, страж старался отыскать в старых архивных документах любое упоминание о горе Шармат. Здешние жители не слыхивали о такой горе, более интересовавшись политической жизнью и не спроста. Политическая обстановка на Морском Востоке накалилась до предела - Вольные города до сих пор придерживаются нейтралитета, пока Куарья воюет с Пятью Колониями - грозной силой в здешней ойкумене, везде бесчинствуют фанатики культа Фахтаче. И Куарья и Пять Колоний желают заполучить себе в союз в первую очередь Ноблос - самый крупный порт на Морском Востоке при этом, городские стены охраняются пусть и храбрыми, но малочисленными воинами, к тому же вольными наемниками. Своей армии у Ноблоса нет, посему, он для двух враждебных фракций представляется лакомым куском, который стоит на столе и ждет, пока его сожрут. В любом случае, рано или поздно, перед жителями Ноблоса встанет вопрос, на чью сторону встать, иначе город ждет завоевание.

Так почему же библиотека стала столь великой лишь в недавнем времени? Это было напрямую связано с тем, чем промышлял король Куарья. Город Месабад - культурная столица всего Морского Востока, которая по своей численности вряд ли уступает имперской столице Фикии. В то время, как Куарья был на подступах с многочисленной и разношерстной армией у Месабада, правящая элита не нашла ничего лучше, чем сбежать из города, при этом вывозились телегами золото, книги, достопримечательности. Куарья же зайдя в наполовину опустевший город сделал его столицей своего королевства. Элита Месабада рассредоточилась по всему Морскому Востоку, большей частью во враждебных для Куарья Пяти Колониях, но некоторые поселились и здесь в Ноблосе, который чужд к каким-либо ветрам перемен в плане правящих кланов.

Клепий решил после посещения библиотеки зайти на один из базаров Ноблоса и подобрать себе одежду попроще. Здесь у стража нет авторитета и будет лучше, если он сольется с толпой и будет орудовать своим словом и кинжалом, нежели мечом, который у всех на виду.

"Главное, чтобы не было поздно. Хотя, здесь столько разных лиц, что мое, ничем не примечательное, мало кому запомнится".

Страж шел по Проспектуму, разглядывая дома, расположенные на центральной улице. В основном здесь были торговые и промышленные постройки, в особенности кузницы. Более всего тканных мастерских, где делали прекрасные одежды для мужчин и платья для женщин, так же жилых домов было не мало, где жили не такие уж зажиточные купцы. Богачи жили в отдельном районе, который располагался на холме у северо-востока, где находилась еще одна гавань, но более спокойная. Проспектум был для них слишком шумным и загрязненным, с чем Клепий не мог не согласиться.

Здесь было столько лошадиного и верблюжьего навоза, которого хватило бы для удобрения нескольких гектаров почвы. Мощеная крупными камнями дорога была буквально усеяна дерьмом, через каждый десяток шагов здесь встречались экскременты и Клепий даже решил поразвлечься и сыграть в игру.

"А чье это может быть дерьмо?".

Поначалу ему попадалось только лошадиное. Но углубившись в Проспектум, можно было встретить отходы кастрированных волов, мулов, верблюдов, тягловых быков и еще одних причудливых животных костоперов. Местные даже не замечали загаженности улицы, для них это было нормой. Помимо прочего здесь было много мусора, который люди не стеснялись бросать прямо на дорогу. В этом плане варвары Империи были намного чистоплотнее, нежели жители Морского Востока, помои выливались прямо из окон домов, в переулках просто жутко воняло мочой и, не мудрено, что здесь так часто свирепствовали болезни. В городе была канализация, где, судя по слухам, проживал некий "Крысиный король", глава местной группировки. Клепий был удивлен тем, как может человек проживать в столь зловонном месте. Однако вспомнив его приключения на Зловонных Топях, он понял, что прожить так можно, потому как привыкаешь ко всему.

Жизнь действительно кипела на Проспектионе, где было полно всяких личностей - торговцы, местные жители, спешащие по своим делам, либо прогуливающиеся и беседующие между собой, а также крестьяне, чьи повозки с сеном были запряжены волами. Через некоторое время Клепий добрался до здания, которое располагалось чуть поодаль от Проспектиона. К библиотеке вело два входа, дорога шла через своеобразный парк, в котором росли чудесные деревья Морского Востока - кипарис, папоротник, пальма, бахтачер, иллизим, а в глубине располагались древние и могучие секвойи, которым было не по одной сотне лет. Библиотека состояла из целого комплекса зданий, Клепий не мог сосчитать сколько их тут, но явно больше трех.

Свернув на узкую улочку, которая так же была вымощена, но в этот раз белым кирпичом, страж направился к комплексу. Удивительные деревья создавали на тропе одну сплошную тень, позволяя передохнуть уставшему путнику от нещадно палящего солнца. Ветви кипариса клонились в сторону стража, приветствуя его своей зеленой листвой, на которой красочно играли солнечные блики. Дойдя до развилки, перед Клепием предстал высокий мраморный фонтан, на котором была высечена фигура гарпии.

Пройдя дальше, Клепий наконец добрался до комплекса зданий. В центре располагалась широкая площадка, где стояли различные каменные статуи, никого из этих статуй страж не узнал, судя по всему они являлись местными героями. На этой площади располагались два больших фонтана с акведуками, вода текла прямо в одно из зданий библиотеки.

Народу здесь было немного, но все же можно было найти и детей, и стариков. Дети располагались в небольшом каменном двухэтажном здании, мимо которого как раз проходил Клепий. Каменные колоны поддерживали крытый навес, защищавший детей от солнца. Они восседали на подушках и внимательно слушали своего наставника, говорившего на явном восточном наречии.

Это строение являлось лекторием, где проводились занятия для тех людей, кто желал прослушать лекции по грамматике, астрономии, геометрии или истории. Второе строение было одноэтажным. Окруженное кустистыми деревьями, это прямоугольное вытянутое здание предназначалось для писцов, которые переписывали древние иссохшиеся манускрипты или переводили с других языков труды на восточный диалект. Третье было прямоугольным, с множеством небольших башен. На каждой из которых сидели гарпии, зорко наблюдающие за всяким, пришедшим в библиотеку. Его предназначение для Клепия не совсем было ясно, скорей всего в нем жили сами работники.

Сама же библиотека была намного больше по площади любого другого здания.

Стражу было до ужаса жарко, он пожалел, что не сменил свои доспехи на более подходящие одежды. Клепию казалось, что он был дураком, среди расхаживающих в просторных тогах и продуваемых платьях людей. Он подобрался к одному из фонтанов, вода которого оказалась прохладной и чистой. Сверху на него взирал каменный человек, гладковыбритый, с небольшим животом и набедренной повязкой. Скульптор искусно воссоздал личность первого основателя библиотеки - купца Калехара. Набрав в ладони воды, Клепий выпил и заодно умыл свое пропотевшее под солнцепеком лицо, после чего направился к самой библиотеке.

Большое прямоугольное здание стояло на каменном постаменте, возвышаясь над всяким, кто входил в него. К главному входу вели тринадцать ступеней, которые Клепий одолел без труда, оказавшись под каменным козырьком с удивительно красивой резьбой.


"Здесь живет премудрость богов, ибо знание - делает из человека бога, а незнание творит из бога дурака", - прочитал про себя Клепий надпись, которая была выбита в каменной плите, расположившейся над широким входом.

Войдя внутрь, Клепий понял, что эта библиотека по размерам сильно уступала имперским, однако он верил, что в ней наличествуют те книги, которых в Империи нигде не сыскать. Здание было двухэтажным - на второй этаж вели полукольцевые мраморные лестницы с толстыми периллами. Повсюду стояли стеллажи, на которых находились различные свитки, манускрипты, письма, древние книги, даже какие-то непонятные предметы, вроде бронзового скарабея. В центре первого этажа стояла статуя одного из морсковосточных богов, перед ней воскуривался фимиам и на коленях стояли люди. Второй же этаж был читальным залом, где за кедровыми столами сидели те, кто пришел сюда за знаниями предков.

- Эй, друг, - обратился Клепий к одному из мимо проходящих мужчин на древнем наречии.

Казалось, что незнакомец немного испугался грозного вида стража, тощий человек остановился и губы его затряслись.

- Не подскажешь, где мне найти главного либрариума? - задал вопрос страж.

- О, алвай, - отвечал незнакомец, поглядывая на меч стража. - Там.

Он тыкнул пальцем куда-то наверх, и Клепий начал подъем по мраморной лестнице. Большое количество открытых окон делали второй этаж наиболее освещаемым помещением по всем комплексе, свет проникал во все уголки библиотеки. Клепий вновь поинтересовался, где ему найти либрариума и ему указали на худощавого старика, одиноко сидевшего за одним из столов. Он был одет в одну лишь тогу - длинные седые волосы спадали на его правое оголенное плечо, короткостриженая борода была белее снега Съердии, а впалые глаза и острые скулы, вкупе с густыми бровями придавали старику грозный вид. Однако, все его движения были плавными и аккуратными, голубые глаза не метались из стороны в сторону, а плавно просматривали рукописи, лежавшие на столе.

- Алвай, - страж сделал уважительный поклон.

Старик, сидевший за резным, крепко сколоченным кедровым столом поднял глаза, оторвав свой взгляд от папирусов и свертков, усыпавших стол. Ему хватило нескольких секунд, чтобы разглядеть новоприбывшего гостя.

- Амикус, - ответил либрариум практически на чистом имперском диалекте. Добро пожаловать, в библиотеку Ноблоса страж.

Теперь то, что в Клепии признавали стража, его ничуть не удивляло. Старик явно был начитанным человеком и отличить стража от рыцаря, наемника, легата или всадника ему не составляло труда.

Клепий погладил свою уже прораставшую щетину, осматривая великолепное убранство библиотеки. Все столы, как на подбор - новые из кедрового или кипарисового дерева, отлично налакированные, с закругленными углами. Столы попроще были без ящиков, более массивные имели при себе комод для письменных принадлежностей, хотя эта часть комплекса предназначалась именно для чтения. Стены помещения облицованы кварцем и бронзой, которые в сочетании между собой придавали библиотеке роскошный вид. Из бронзы были сделаны выпуклые в стенах головы - лики взирали на читающих осуждающим взглядом. Обычного человека выражения выплавленных из бронзы лиц должны пугать. Перила были резными, как и контуры стен, а окна отличались прекрасной отделкой - края оконных рам, без стекла, что непривычно для имперца, были аккуратны замазаны глиной и покрашены в лазурный цвет, который подчеркивал ясное голубое небо над Ноблосом.

- Это здание поражает меня своей красотой, алвай. - хотел завязать разговор страж. - Воистину, эта библиотека - бриллиант в короне Ноблоса.

Старик хихикнул.

- Страж, будем честны, эта библиотека не сравнится с вашей фикийской, или магической библиотекой Дунхолла, - ответил на это либрариум. - Но мы бережем свои труды и нам важны не красоты этого здания, которое будет разрушено либо по пришествию землетрясений, либо обратится в пепел после завоеваний, но красота ума, здесь можно наточить свой ум и будет он острым, как твой меч. Меня зовут Аблат.

Клепий отметил красивый поэтический язык либрариума, который схож с риторикой февсийских философов. Стражу на момент показалось, что старик не один год провел в пределах Империи, что вполне вероятно.

- Я Клепий, алвай, - путник потянул руку старику и тот с удовольствием пожал ее. - Как ты уже понял, страж Ордена Света, несущий гибель для Тьмы.

Старик медленно потянулся из-за стола, опершись на него ладонями и встав на ноги, взял в руки трость, которая стояла подле него.

- Я знаю зачем ты пришел страж, - ответил Аблат, положив ладонь на левое плечо стража.

Похоже старику было горячо от прикосновения нагревшихся на солнце доспехов, но он ничем не выдал этого.

- Боюсь, что здесь этой информации нет, - покачал головой Аблат.

"Проклятье Дадура! Не хотелось бы волею богов отягощать свой путь".

- До тебя сюда уже приходил страж, - продолжил старик и указал ладонью вперед, предлагая Клепию проследовать за ним. - Кажется, звали его, Велисарий. Как того имперца, что удерживал мост от тысячи варваров.

Клепий не понимал, куда его хочет отвести старик. Либо подальше от этих стен, что явно имели уши, либо попросту показать ему что-то. Страж беспрекословно подчинился Аблату и последовал за ним.

- Ты ищешь ответ, на тот же вопрос, что и он? - с ноткой неуверенности задал вопрос либрариум.

- Да, алвай, - ответил страж.

- Пойдем, выйдем на улицу, освежимся в местном парке. Люблю кипарисы. Они быстро вырастают и медленно старятся. Поэтому, я бы хотел быть кипарисом.

Клепий взял под руку Аблата, и они начали спуск по каменной лестнице. Страж был прав, либрариум хотел избавиться от лишних ушей и решил вывести путника в библиотечные сады.

- Вам известно, что случилось с Велисарием? - решил разбавить разговором затянувшееся молчание страж.

Старик медленно утвердительно кивнул головой и обратил внимание на статую посередине фонтана. Калехар по-прежнему стоял в центре площади, мраморная статуя зорким взглядом следила за тем, чем занимаются в библиотеке.

- Калехар был мечтателем, - заговорил Аблат. - Хотел собрать для своего города ценные знания и передать их потомкам.

Старик внимательно посмотрел на стража и их взгляды встретились. Казалось, что Аблат юлит.

- Так говорят люди, - продолжил старик. - А возможно, что Калехар сделал библиотеку, чтобы там обучались письму дети здешних купцов и щедро оставляли золотые монеты в его кошельке.

Он пожал плечами. Клепий не понимал, к чему клонит старик.

- Правда, под пеленой времени, становится менее примечательной и обретает более затуманенный вид, - продолжил говорить Аблат. - А человек, видящий в тумане очертания древа, додумывает, что это опасный монстр, а ветви его, ничто иное, как огромные костлявые руки чудовища. Чем дальше ты от дерева, тем более фантасмагоричная картина выходит.

В скором времени они добрались до парка, где находились каменные скамьи. Аблат предложил сесть путнику на одну из таких, которая располагалась под густо заросшим кипарисом. Скамья была искусно вырезана из камня, на ее спинке красовались миниатюрные фигуры каких-то ближневосточных существ. Клепий увидел в них гарпий, ползунов, гигантских песчаных червей, авакул, джинов. Каждая из фигур была в действии - солдат поражал гарпию копьем, червь будто выпрыгивал из песка, пытаясь сожрать очередную жертву, авакул покоился в недрах морсковосточных гор, джин же сражался один против десятков воинов. Клепию понравилось с каким вниманием и любовью к деталям подходили местные архитекторы к своему делу.

Страж снова обратился к прежнему разговору.

- Хотите сказать, что горы Шармат не существует?

- Не могу этого утверждать, - пожал плечами старик.

"Он не хочет прямо отвечать на мои вопросы. Не доверяет мне".

Подувший ветерок слегка освежил Клепия. Ему хотелось быстрее снять с себя доспехи и перевоплотиться в рядового гражданина Ноблоса.

- В наших преданиях, имперец, есть упоминание о далекой горе на востоке, которая называется Шаремат, - сказал Аблат. - Об этом сообщают много авторов и от народа ходит молва, я не могу сказать, где находится эта гора, хотя могу рассказать, что с ней связано.

"Уже что-то".

- Погодите, - прервал либрариума страж. - Велисарий сказал, зачем ищет эту гору?

Старик ответил отрицательно и начал свой рассказ.

- На Морском Востоке высоко почитают богиню, которую вы называете Магелия - богиня огня, огненной стихии и очага. Как вы ее именуете? Жена? Охранительница очага. Восточные люди называет ее Фахтаче и тесно связывают ее с поклонением огню и огненной стихии. Тебе ведь известно, страж, что есть в наших краях, особенно пустынях, странное растение, именуемое мохиром. Мохир - это высокий кустарник, ростом чуть выше среднего человека и растет он всегда одиноким. Это наименьшая из его странностей. Когда мохир цветет, его бутоны не распускаются, совсем нет. Они начинают возгораться как свечи и через несколько часов куст превращается в горящий очаг. Мохир горит несколько часов неопалимым огнем, когда же огонь стихает, куст не поврежденный пламенем начинает умирать - бутоны опадают на землю, стебли становятся вялыми и сжатыми, в конце концов он умирает навсегда. Мохир часто связывают с богиней Фахтаче напрямую, говорят, что она действует через это растение на наш мир. Издревле в наших землях прижился культ этой богини, который в последнее время стал весомой силой на Морском Востоке.

Прости, за длинное предисловие, но я должен был сказать про Фахтаче, ведь она напрямую связана с горой Шаремат. Не знаю, как в имперском Пантеоне, но в Восточных верованиях Фахтаче является самой красивой богиней и вряд ли, кто может затмить из других существ ее красоту. Если захочешь прочитать этот миф полностью, я дам тебе рукопись. Вкратце - появилась неписанная красавица на Востоке, настолько она была красивой, что приезжали к ней цари со всех земель, говорят, что даже император ваш просил ее сердца. Фахтаче не могла не заприметить эту красавицу и внимательно следила за ней. Однако эта красавица, которую звали Месида, была влюблена в своего друга детства. Месида отвергала всех царей, королей, императора, даже эльфийского Мудрого. Когда она и Гесиор родились, их положили на один из камней, который раскололся под неведомой силой. Судьба говорила о том, что им не суждено быть вместе, однако они решили сделать из этого камня две круглые печати и носить их на груди до смерти. Но влюбился в Месиду сам бог Фарей - муж богини Фахтаче. И воспылала в ревности богиня, подобно самому обычному человеку. И решила увести мужа Месиды - Гесиора к себе. Фахтаче знала, насколько был честолюбивым Гесиор, потому приняла облик Месиды, только лишь для него. Когда Месида застала Гесиора и Фахтаче в одной постели, то вышла она в пустыню, дожидаясь, чтобы поглотил ее песчаный червь. Гесиор был вне себя от горя. Фахтаче отомстила Месиде, своему мужу Фарею, а сама влюбилась в Гесиора. Однако, он отверг ее любовь, на что богиня незамедлительно отреагировала - бедный Гесиор был закован в гору Шаремат навечно. Таков сказ, точнее, один из вариантов сказаний.

Старик умолк, а Клепий глубоко выдохнул. Красивое сказание, истина которого облачена в одежду мифов и легенд. Сама история была намного прозаичнее. Однако страж думал, что из этой легенды стоило бы вынести для себя. Возможно необходимо прочитать первоисточник.

- Спасибо вам либрариум за предоставленный рассказ, - произнес страж, вставая со скамьи. - Значит Велисарий не сказал вам, зачем ему понадобилась информация о горе.

- Нет, - покачал головой библиотекарь. - Думаю, это как-то тесно связано с культом Фахтаче.

Слова старика прогремели словно гром среди ясного неба. Возможно культисты причастны к убийству названного стража, однако вопросов было по-прежнему намного больше, чем ответов. Культисты хотят найти одну из печатей? Они союзники Тьмы? Был ли Велисарий союзником Тьмы? Были ли культисты союзниками Велисария? Кто убил стража? Зачем культисты ищут Шармат? Может быть они ищут Гесиора? Но зачем?

Нитка, которая вела Клепия из Империи в Ноблос окончательно запуталась, образовав один большой спутанный клубок. Страж не сомневался в том, что Велисарий и культисты Фахтаче играют роль в поисках горы Шармат и одной из печатей.

Клепий возблагодарил старика и обещал зайти в библиотеку позже, чтобы забрать сказание о Фахтаче и Гесиоре. Сам же направился в сторону маяка Ноблоса, чтобы увидеть место, где был повешан (или повесился) страж.

Ноблосский маяк располагался у северно-западной части города, на небольшом острове, к которому вел каменный мост, зиждущийся на толстых колоннах, спрятанных под беспокойным морем. Вход на мост охраняли пешие наемники, одетые в легкие доспехи. Двое арбалетчиков и двое копьеносцев разглядывали каждого, кто пытался нарушить порядок. Само же это место называлось "мостом влюбленных", некоторые называли его совершенно по-другому - "мостом самоубийц". Здесь люди часто, одержимые идеей тщетности бытия, потерявшие смысл в дальнейшем волочении жалкой жизни, сбрасывались с моста и убивались об острые многочисленные рифы, либо тонули в неспокойном течении.

Маяк возвышался над городом. Он был построен в небольшой крепости, которая защищалась гарнизоном из наемников. Издалека Клепию казалось это здание очень высоким и величественным, сейчас же эпитетов стражу не хватало вовсе. Маяк был грандиозной постройкой и позволял за много стадий разглядеть торговым кораблям ориентир на Ноблос. Кроме того, маяк был оборудован защитными машинами - катапультами, скорпионами и бойницами на крепости, защищая центральную военную верфь Ноблоса, где располагался сильнейший флот Морского Востока. Горожане служили именно на море, презирая сухопутное ведение войны и в этом напоминали храбрых Семиостровцев или северных варваров Съердов.

Мало тенистая песчаная аллея, по бокам от которой располагались жароустойчивые пальмы, вела к единственному входу в крепость. Здесь этот небольшой островок сужался и еще более возвышался над остальной территорией. Маяк был огорожен белыми кирпичными стенами, на которых постоянно патрулировали наемные арбалетчики и стрелки с луками. На входе стояли тяжеловооруженные воины с пиками, однако они не обратили особого внимания на Клепия. Что может сделать один человек против такого гарнизона?

Внутри крепости кипела работа. Телега, которую притащили два вола, стояла подле лестницы, ведущей к маяку. На телеге было целых шесть бочонков со смесью, о которой Клепий узнал позднее. Как ему рассказали, смесь эта называется красное золото, которое активно используется в культах Фахтаче, здесь же на маяке, она позволяет поддерживать постоянный огонь, который с момента постройки никогда не гас. Крестьяне двуручной пилой распиливали бревна, которые в дальнейшем передавали крепким мужикам с топорами. Дрова клались в специальные корзины, которые, благодаря недюжинным усилиям работников сверху, доставлялись в самое сердце маяка - очаг, где и горел огонь, предназначенный для плутающих по бесконечным водным просторам кораблей. Помимо работников и наемников здесь можно было найти жрецов, судя по красному балахону и расписной тоге они были священниками Фахтаче. Женщины занимались приготовлением пищи в другом здании, примыкающем к стене. Пахло свежевыпеченным хлебом и сладким картофелем. На другой стороне крепости, прямо под палящим солнцем на сети висела рыба, которая тоже годилась в еду работникам маяка.

Страж еще раз осмотрел маяк. Здание было построено в форме цилиндра, без каких-либо видимых углов, если смотреть вверх, то ничего не разберешь. Клепий пытался без применения способностей эфира разглядеть где в вышине кончается маяк, однако ничего кроме летающих аистов и других более мелких птиц, щеголяющих под кучными тяжеловесными облаками, он не видел.

- Мне нужно поговорить со смотрителем маяка, - обратился Клепий к одному из наемников.

- А ты кто такой? - поинтересовался воин с изрядной долей скептицизма в голосе.

- Страж, имперец, - ответил путник, выставляя вперед бедро, на котором висел зачарованный меч. - Меня послали расследовать убийство, которое произошло тут недавно.

Наемник посмеялся.

- Самоубийство. Сентар на маяке, поднимайся.

Одно слово "поднимайся" стоило Клепию больше тысячи шагов. По началу он останавливался на каждой сотне ступеней, несмотря на хорошую физическую форму, преодолеть каменную винтовую лестницу было трудно. Позже, он начал останавливаться у каждого небольшого оконца, благодаря которым здесь гулял свежий прохладный ветер. Клепий взмок, сейчас ему хотелось сбросить доспехи и спрыгнуть с маяка прямо в море, окунуться в прекрасные морские воды. Однако дело было безотлагательным, он двигался все выше и выше, проклиная все на свете и уже думая о том, как ему придется спускаться.

"Насколько толстыми ноги должны быть у смотрителя маяка?" - поинтересовался мысленно Клепий, думая о том, что подниматься сюда ежедневно невозможно.

Следующая остановка у окна стала для Клепия водопоем. Пригубив прохладной воды из фляги, он посмотрел в небольшое оконце, которое на этот раз выходило на юг. Отсюда выдавался прекрасный вид этого восточного муравейника - в некоторых местах крытые крыши практически были в настил, прикрывая друг друга, люди сновали туда-сюда, прятались под широкими козырьками на центральных улицах. Прекрасно было видно военную гавань Ноблоса - верфь, где кипела работа. Острое зрение Клепия позволило разглядеть как корабельщики строят очередной корабль для города, а матросы тренируются на старых галлеях слаженной работе. Гавань была огромной дырой в Ноблосе, будто кто-то вырвал из города сердце и оставил там зияющую дыру. Корабли в гавани были словно селедки в бочке - забивали все водное пространство верфи. Клепий пытался сосчитать их количество, но уже после тридцати сбился. Сделав небольшую передышку, он отправился дальше вверх.

Вскоре, страж прибыл в самое сердце маяка - его святую святых, очаг, где всегда горел огонь, а смотритель поддерживал его круглосуточно от восхода и до заката Светила.

По всей окружности лежали дрова, предназначенные для поддержки огня. Стояли крепко сколоченные дубовые бочки, в которых хранилось "красное золото". Красное оно было только по названию, на самом деле же отливало двумя противоположными оттенками - лазурным и черным. В центре маяка стоял огромный котел, жар от которого чувствовался даже у самого края. Сентар, так звали смотрителя, стоял в одной простой набедренной повязке, исхудавший человек, тридцати-сорока солнцеоборотов, с густыми бровями и жилистым телом. Специальный механизм, с крюком и лебедкой поднимал бочку вверх, одним движением рычага он опускал бочку и маяк возгорался еще сильнее. Пламя уходило далеко ввысь, опаляя итак ископченный купол маяка. В центре купола зияла большая дыра, через которую выходил едва заметный дым от дров.

- Алвай, Сентар, - обратился издалека к смотрителю Клепий, однако тот не услышал.

Путнику было невероятно жарко, он клял Бездной свою глупую голову, что торопился сюда. Казалось еще немного и страж грохнулся бы в обморок, если б не его выдержка, тренированная в ордене. Солнце пекло далеко не так, как жар от маяка, огонь здесь пел свою бодрую, казалось, военную песнь. Потрескивали дрова, которые слуги смотрителя подкидывали в огромное горнило. Сам же очаг был прикрыт чугунными прутьями, хоть немного, но это спасало от жара.

Смотритель сам заметил стража и направился к нему, отдав приказания своим слугам.

- Да не опалит тебя пламя нашей богини, путник, - поприветствовал смотритель своего гостя, сразу же признав в нем стража. - Меня зовут Сентар.

- Я Клепий, член ордена Стражей, - ответил гость. - Могу я тебя ненамного отвлечь своими расспросами, Алвай?

Сентар кивнул головой и отошел чуть подальше от горнила, к ограждению верхнего этажа. Он облокотился на каменный парапет, где открывался еще более потрясающий вид. Протяни руку и половина города будет тебе по локоть.

"Наверно, так видят только боги. И смотритель Маяка".

Судя по обстановке, боги покинули это место из-за сильного жарева. Был только Сентар с бронзовой кожей и его слуги, которые трудились в поте лица.

- Вы можете рассказать, что тут произошло, чуть больше недели назад? - задал вопрос Клепий.

Сентар со смешанными эмоциями посмотрел на Клепия и начал рассказ.

- То был мой рабочий день, мы попали в пересменку с моим товарищем смотрителем Ламосом. Это я обнаружил тело стража, оно висело на веревке, того подъемного механизма. Была вторая половина третьей дневной стражи, солнце уже зашло за горизонт и было темно, поначалу я не мог разобрать, что висело на веревке. Слуги втащили на маяк тело, закованное в кольчугу, я не знал, кто это, пока слуги не передали мне слухи из склепа. Только на следующий день я узнал, что этот человек приплыл из Империи. Что заставило его пойти на этот шаг неизвестно.

От стража не ускользнул бегающий взгляд Сентара и то, что он постоянно отводил свой взор от глаз Клепия. С виду он не казался уверенным в своем рассказе, но голос его держался твердо. И все равно, что-то в его истории не сходилось.

- Разве при пересменке на маяке никого не бывает? - поинтересовался Клепий у смотрителя. - Я думал, вы сменяетесь только на этом месте.

Сентар начал нервничать. Его левая рука теребила набедренную повязку, а правой он поправлял потрепанную прическу.

- Да, но в тот день Ламос спустился с маяка раньше времени, ссылаясь на боли в животе, - ответил Сентар. - Говорил, мидии, купленные у Местофана на рынке, были несвежие. Этот гад и мне в тот раз подсунул рыбу, которая уже три дня разлагалась на прилавке, сдобрил ее солью как следует.

Клепий понимал, что обычным разговором тут мало чего добьешься. Сила - это показатель любого человека и проявляться она может в разных ипостасях. У кого-то есть сила физическая, у кого-то умственная. Здешний смотритель не владел ни той, ни другой и страж думал, что стоит только лишь немного поднажать и Сентар лопнет как переспелый мандарин.

- Боги посмеиваются над таким удивительным совпадением, Сентар, - говорил страж. - Каким же образом Ламос не увидел стража, а если он его и видел, то почему не передал тебе, что чужой на маяке? Где же были слуги Ламоса в тот момент?

Голос Клепия был настолько железным, что о него можно было точить клинки.

- Клянусь Пламенем Фахтаче, страж, он отпустил своих слуг раньше положенного, я видал их на обратном пути, два дурака близнеца. Я не знаю, зачем Ламос сделал это.

- Это Ламос убил стража? - с угрозой в голосе задал вопрос Сентар.

- Я не знаю, клянусь, - отвечал смотритель маяка, чьи поджилки уже начали трястись от страха.

Страж решил перейти от вербальных угроз к делу. Взяв Сентара крепко за руку, одним движением он опрокинул затрусившего смотрителя за парапет. Тот сильно ударился ребрами о камень и сбил свое дыхание, но как только оно восстановилось, Сентар начал истошно кричать.

- Подними меня страж! - орал смотритель во всю глотку. - Заклинаю тебя всеми богами Делиона, втащи меня обратно.

Только крепкая хватка Клепия отделяла Сентара от свободного полета в воздухе. Смотритель схватился другой своей конечностью за руку Клепия и с выпученными глазами просил его затащить наверх. Его ноги барахтались в воздухе, он старался наступить на стену маяка, однако они каждый раз соскальзывали, осыпая вниз крошечные камни и таким образом Сентар раскачивался в воздухе.

- Говори правду! - потребовал Клепий. - Или я отпущу тебя вниз и падать ты будешь не дольше дождевой капли. Только вот капля высохнет, не оставив и следа, а твое тело будут соскребывать с камней.

Слуги Сентара смотрели на все это, но не вмешивались. Однако всего тут было двое слуг, один куда-то исчез. Они что-то кричали на восточном диалекте Клепию, при этом продолжая заниматься своей работой. Они опускали благодаря рычагу длинную веревку вниз вместе, на котором должна была быть корзина.

- Скажу тебе правду, клянусь! - умолял Сентар пощадить Клепия. - Клянусь неопалимой Фахтаче, я все тебе расскажу, как было.

Сентар оглядывался по сторонам, стараясь что-то рассмотреть, на что страж не обратил внимания. Клепий держал смотрителя крепко за руку и ждал, пока тот ответит на все его вопросы.

- Кто убил стража Велисария? - повторил свой вопрос страж.

- Клянусь, я не знаю, клянусь, - ответил испуганный до коликов Сентар.

- Тогда расскажи мне всю правду.

- Расскажу, клянусь всеми богами Делиона, - ответил Сентар. - Только затащи меня обратно.

Клепий не поддался искушению напугать смотрителя еще больше. Суда по его состоянию, он готов был рассказать все что угодно, даже признать себя владыкой Империи. Страж втянул смотрителя на парапет и схватился за его набедренную повязку.

- Если я увижу, что ты врешь, то толкну тебя, - произнес страж. - Умеешь летать?

Сентар судорожно покачал головой. Клепий видел в его бегающих глазах испуг, руки смотрителя тряслись как при болезни, именуемой трясучкой. Сентар был перепуган и дрожал, словно опавший осенью лист на ветру. Слуги продолжали крутить лебедку, Клепий и вовсе перестал обращать на них внимание.

- Рассказывай все, что ведомо тебе.

- Хорошо, хорошо, - ответил Сентар, выставив в знак доброжелательности вперед ладони. - Клянусь Неопалимой, что в тот вечер я не знал, что должно свершится. Да, я слыхал от местных, что в город прибыл из Империи член какого-то старого ордена и назвался он исконно имперским именем. Слыхал, что связался он с Крысиным королем, а после его прибытия культисты Фахтаче стали чувствовать себя увереннее и все чаще принимались за сожжения людей.

- Это ложь, - потянув за повязку смотрителя ответил Клепий. - Стражи не принимают участия в мирских делах и обязуются клятвой защищать мир от тварей Тьмы.

- Стой, стой! - кричал смотритель. - Я говорю тебе, что слышал от других. Возможно это просто слухи.

- Что было дальше?

- В тот вечер я встретил слуг Ламоса на мосту влюбленных и не стал задавать лишних вопросов. Мне показалось это странным, но мало ли, что у старика было на уме. Он уже проработал на маяке с самой юности с двух десятков лет и может быть башка съехала набекрень от жары, почем мне знать? Самого же Ламоса я встретил уже в корзине, по которой он спускался вниз.

Клепию этой информации было мало.

- Он был испуганным? Загадочным?

- Наоборот, - ответил Сентар. - Он выглядел довольным, когда вылезал из корзины, однако, как только заприметил меня, то сразу же схватился за живот и рассказал то, о чем я говорил тебе раньше, страж.

"Так значит смотрители и слуги поднимаются по одному в корзине наверх, а не пешком по лестнице. Этот говнюк заставил меня преодолеть тысячу ступеней, ничего не рассказав о корзине".

Клепий чувствовал, как сильно болят его ноги, особенно в области икр. Они были вздуты, а ступни будто горели от усталости.

- Погоди, что-то тут не сходится, - сказал страж и посмотрел на слуг, которые еще крутили лебедку непонятно зачем. Рычажный механизм находится только на маяке, или на земле тоже?

- Только на маяке, - ответил Сентар, понимая к чему клонит страж.

- Кто же тебя тогда поднимал? - снова затряс смотрителя Клепий. - Если наверху никого не было. И кто опускал Ламоса?

- Клянусь страж, клянусь Неопалимым пламенем Фахтаче, я не знаю, - кажется на этот раз Сентар говорил правду и далее он рассказал, что произошло. - Вскоре, когда я уже был близко к вершине я видел, как на веревке болтается чье-то тело и я до смерти перепугался. Когда мы наконец поравнялись с мертвецом, чьи глаза повылазили из орбит, я от страха надул в штаны. Я трус, страж, я трус, я не мог убить твоего друга.

- Когда ты добрался до верху, кто был у рычажного механизма?

- Я не добрался до верху, - ответил на это Сентар, который в тот момент уже расплакался. - Я остался один на один с мертвецом и трусливо рыдал в отчаянии, кричал, стараясь докричаться до тех, кто был внизу. Так как слуги Ламоса ушли раньше времени, то и поднимать моих слуг было некому. Они шли пешими долго, для меня казалось, что целую вечность. Я ничего не знаю, тебе надо поговорить с Ламосом.

Клепий нутром чувствовал, что в этом деле с мертвым стражем был замешан второй смотритель маяка, первый же был обычным трусом и дорожил своей шкурой. Сентар был прав, он не мог убить Велисария, Клепий готов был поклясться своей головой, что Сентар то и комара забоится убить.

- Где мне найти Ламоса?

- Где точно, сказать не могу, - глаза Сентара покраснели от слез, сам же он трясся подобно одуванчику, который ласкается весенним ветром. - Он живет в Рыбьем квартале, неподалеку от пристани.

В этот момент выражение лица Сентара сменилось с расстроенного на удивленное и он посмотрел за спину стражу. Клепий обернулся, но было поздно. Арбалетный болт прошел насквозь его кольчуги, прямо подмышку. Он упал на одно колено от болевого шока. Правое предплечье онемело и сильно жгло от боли. Двое наемных арбалетчиков поднялись в корзине, благодаря слугам. Клепий поздно сообразил, что они спустили третьего слугу смотрителя, чтобы тот позвал на помощь. Все это происходило за доли секунды, второй арбалетчик понял, что имперец еще не повержен, начал быстро заряжать оружие. Рука разжалась и Сентар судорожно упал на пол маяка.

Все это произошло моментально, арбалетчик прицелился и был готов выстрелить. Клепий закрыл свои глаза и окунулся в пучину эфира. Боль ушла на задний план, жжение прекратилось, страж почувствовал себя незначительной маленькой точкой в кипении жизни безграничного эфира. Ментальные щупальца стали перебирать нити времен. Здесь, в метафизике, Клепию казалось, что прошло много времени, но в физическом мире он еще был жив. Скорее всего арбалетчик даже не успел выстрелить. Нащупав нужную нить времен Клепий приложил много усилий, чтобы открыть дыру в метафизическом пространстве и просочиться через нее в реальность.

- Где точно, сказать не могу, - Клепий вдохнул свежий воздух и поначалу тело не хотело подчиняться ему, однако тренированный воин-монах все же превозмог над собой. - Он живет в Рыбьем квартале...

После этих слов Клепий повернулся в сторону слуг, которые уже делали последний оборот рычага. Арбалетчик только брал свое оружие на изготовку, даже не успев прицелиться, у второго же стражника арбалет и вовсе был опущен. Несмотря на полное отсутствие сил, казалось, что эфир высосал все физические силы Клепия, страж из последних сил делает кувырок вперед и арбалетный болт проходит мимо. Встав быстро на ноги, он вынимает из своих ножен зачарованный мастерами рун меч и направляется к корзине. Второй арбалетчик целится в Клепия, однако страж, наделенный звериными рефлексами, успевает пригнуться от выстрела. Болт попадает в подвешенный бочонок с красным золотом и проходит насквозь. Когда Клепий бежал в сторону подвешенной корзины, брызги от бочонка разлетелись по маяку и головешки от огня попали на красное золото. В один момент, за спиной стража происходит чудовищное зарево, и он слышит краем уха как слуги Сентара начинают истошно кричать от боли.

Первый арбалетчик так ничего и не смог поделать, не успев ни перезарядить, ни достать оружие ближнего боя он получил лишь прикосновение клинка стража по горлу. Однако это касание заставило его захрипеть, кровь хлынула из пульсирующей вены, орошая деревянную корзину, покрытую соломой. Второй арбалетчик вовремя достал изогнутый кинжал и пытался пырнуть стража. Кинжал только лишь попал в кольчугу, не оставив заметных повреждений даже на доспехах, не говоря уже о теле Клепия. Первый раз страж не пожалел о том, что не снял свое обмундирование. Корзина была слишком тесной для двоих, поэтому уклониться второму арбалетчику от удара Клепия было невозможно. Меч легко прошел через кожаные доспехи и наемник, пораженный полуторным оружием в сердце, не издал ни звука. Корзина покачивалась по инерции и Клепий понимал, что веревка скорее всего выдержит, но стоит ли испытывать богов на превратности судьбы. Развернувшись, одним прыжком он добрался до парапета и увидел, как почти вся площадка маяка горит. Красное золото попало на дрова, которые спокойно лежали и ждали своего последнего часа в горниле. Теперь возгорелись и другие бочки. Клепий понимал, что пора двигаться отсюда.

Страж думал о том, что его ожидает спуск на тысячу ступеней вниз, но не осознавал, что натворил на маяке. Он убил двух людей, еще двое сгорели, превратившись в головешки, жутко воняло жареным мясом и палеными волосами, все двое слуг застыли в ужасных позах и пламя до сих пор плясало на них. Однако Сентара на маяке уже не было.

"Надо его догнать, пока он не забаррикадировал меня на маяке!".

Кровь забурлила в теле стража, он начал осознавать, что на этот раз его зачарованный меч поразил не прислужников Тьмы, а обычных людей, которые еще вчера пили в таверне, веселились с друзьями и спали со своими женами. Однако оставить в живых Сентара было нельзя, иначе он поднимет тревогу.

"Мое первостепенное задание - найти печать. Люди не должны вставать на моем пути и мешать божественному свету".

Клепий решил, во что бы то ни стало, догнать Сентара и остановить его, хотя бы так, чтобы тот потерял сознание. Страж прикрыл своими руками лицо, так как шлема на нем не было и пробежал через коридор, пожираемый с двух сторон пламенем от красного золота. Все же некоторую часть волос он опалил, но успел добраться до выхода к ступеням и тут же ринулся вниз, перескакивая через каждые три ступени, стараясь догнать Сентара.

В праведном гневе его чувства были острыми, словно секира палача, адреналин в его крови бил фонтаном, Клепий был подогреваем энергией эфира и чувствовал все тонкости материи. Острый слух позволял слышать, как морские волны разбивались о корма кораблей, взмахи крыльев птиц, а зрение фокусировалось на одной точке и страж мог различить каждый нюанс в стенке маяка. Нечеловеческая скорость бега позволила Клепию нагнать Сентара.

В таком состоянии Клепий не понимал, как Сентар испугался его появления. Смотритель маяка пал на колени в угол и истошно рыдал, умоляя пощадить его. Однако гнев, который завладел стражем не позволил ему остановиться. Меч оставил красную кровавую полосу на груди смотрителя. Клепий был словно в пелене тумана и толком не помнил, как выходил из Ноблосского маяка.


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"