Свадковский Алексей Рудольфович: другие произведения.

Некромант

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 6.69*16  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Второй рассказ из цикла "Вор и маг".

- Папа, расскажи историю!

- А ты уже помогла маме рассадить цветы?

- Да, мы всё рассадили, и я даже нашей кухарке помогла вишни перебрать!

- То-то я смотрю, ты такая чумазая: все лицо и руки в вишнёвом соке.

- Папа, ну расскажи историю, ты же обещал!..

- Хорошо, и что же ты хочешь услышать?

- Расскажи что-нибудь интересное. Как ты был в Туманных горах.

- Может быть, ты хочешь послушать о чём-нибудь другом? Это долгая история, и немного страшная.

- Я не боюсь: ты же со мной! - сказала Амина, и завозилась возле моего плеча, устраиваясь поудобней.

- Арен, посмотри, какие любопытные образцы мне прислал мой друг, магистр Агарден!

- И чем же они интересны?

- О, это большой прогресс в постижении природы мира. Это вещество, например, обладает удивительными свойствами: хранить его можно лишь в полной темноте, потому что при свете солнца оно сгорает без следа. Его назвали "амарин", в честь богини ночи Мораны. А это вещество наоборот, только при свете дня показывает свою силу. Достаточно лишь на миг осветить его, и оно будет долго светиться, разгоняя темноту. Его назвали "гелионис", в честь бога Солнца Гелиона. Эти вещества удивительны, хоть и похожи с виду на обычную соль.

- Если гелионису ещё можно найти применение в шахтах или ещё где, то этот "амарин" абсолютно бесполезен. Где и кому нужно вещество, сгорающее при свете?

- Ты не прав, Арен. Это ещё один шаг в нашем познании мира. Да и гелионис вряд ли будут использовать повсеместно. Процесс его создания очень долог, к тому же стоимость этого вещества из-за ингредиентов, входящих в его состав, очень велика.

- Ну что ж, можно порадоваться за магистра Агардена, создавшего очередное никому не нужное, бесполезное чудо.

- Я не узнаю тебя, Арен. С каких пор ты стал таким брюзгой, переставшим радоваться новому и удивительному?

- Учитель, я не могу радоваться всяким глупостям. Когда я пришёл к вам учиться Высокому мастерству, я думал, что магия сможет помочь мне вернуть мою семью. А вместо этого, чем я занимаюсь? Утром составлял прогноз погоды для городского совета, потом пришлось возиться со старухой, которая просила узнать, жив ли её сын, потом купец, попросивший наложить на его склад заклятье, отгоняющее крыс. А теперь вы мне предлагаете радоваться очередному бесполезному открытию магистра Агардена, который за всю свою жизнь не придумал ничего путного, что можно было бы куда-то приспособить.

- Арен, разберёмся по порядку. Во-первых, утром ты занимался важными и нужными делами. В Гаршеме выращиваются лучшие винные ягоды; это основной источник дохода для всех местных жителей. Вином, которое делают здесь, потом торгуют во всех близлежащих странах, и даже вывозят за море. Саженцы винных ягод очень капризны, и когда начинают их высаживать, очень важно знать точный прогноз погоды, ведь сильные заморозки, или наоборот, затянувшиеся дожди, могут их погубить, и тогда труд сотен людей окажется напрасным. Будут потеряны и время, и деньги, и людям в следующем году будет тяжело прокормить свои семьи.

Во-вторых, унять беспокойство матери о судьбе её сына - это тоже очень важно. К тебе приходила мать Альбиана, купца. Он торгует вином, и часто путешествует по морю, а сейчас как раз сезон бурь, и мне понятно беспокойство матери за жизнь её сына.

И в третьих, Кирмут, торговец сыром. Если его товар будет попорчен мышами или крысами, то он не сможет его продать, разорится, и вместе со своей семьёй будет бедствовать. Ты не прав, Арен, полагая, что эти дела бесполезны. Как видишь, они достаточно важны.

- Простите меня, учитель, я немного погорячился. Просто я совсем не этим хочу заниматься. Когда я пришёл к вам, я искал ответы на свои вопросы. Я не хочу бесконечно отвечать на вопросы других людей.

- Арен, я понимаю тебя. Все мы, когда только начинали идти по тропе мудрости и постижения знаний, ожидали найти ответы на все свои вопросы, сравняться с богами в силе и могуществе, постигнуть тайны жизни и смерти, и так далее, и так далее. Когда семь лет назад ты пришёл ко мне и попросил стать твоим учителем, в память о твоём отце и моём друге я согласился учить тебя магии, и ни разу не пожалел о своём решении. У меня никогда не было более усердного и трудолюбивого ученика.

Я знаю о твоей трагедии, но пойми: магия не возвращает мёртвых. Это нарушение законов мироздания, и как всякое нарушение, оно карается. Лишь боги могут отменить этот запрет, но за всю историю известно лишь два таких случая, и это были исключительные обстоятельства. В первый раз это был Алгараил, сын Хозяина небес, Гелиона, нёсший Скрижали правды людям, и подло отравленный еретиками. А во второй раз это был Банасаай, первосвященник Мелираны, богини жизни и смерти, восставший из мёртвых, дабы на суде сказать слова правды в защиту несправедливо обвинённого своей мачехой принца Кашема. Даже сами боги неохотно идут на возвращение живых из страны мёртвых, а ты хочешь это сделать посредством магии.

Только некроманты осмелились нарушить запрет богов на возвращение ушедших - и где они сейчас? Истреблены и забыты, а их искусство под запретом. Поэтому, Арен я прошу тебя, как учитель: оставь попытки воскресить семью. Ты ещё молод, ты сможешь найти себе другую женщину, создать новую семью. Через полгода твоё обучение будет закончено, и если ты пройдёшь испытания, ты будешь допущен в круг мастеров. Тебя ждёт блестящее будущее. С твоими способностями ты легко найдёшь себе место городского волшебника, а там, если повезёт, через несколько лет ты сможешь стать и придворным магом при дворе одного из королей. Посмотри на местных красавиц. Дочь главы городского совета Мирана уже давно на тебя посматривает. Красавица, из хорошей семьи, отец - самый богатый купец в городе. Чего тебе ещё надо для счастья? Позволь себе вновь полюбить, отпусти своих мёртвых, их уже не вернуть. В конце концов, ты же маг, и знаешь, что смерть - это не конец. Они всего лишь ушли туда, куда уйдём мы все, чтобы потом, спустя время, вновь вернуться в этот мир.

- Учитель, если бы я хотел богатства или славы, я мог бы остаться при дворе королевы в Хашеме, но вы знаете, что мне этого не надо. Вы упомянули каких-то некромантов. Кто это такие? Я никогда о них не слышал, и ни в одной книге о них не упоминается.

- И не удивительно. Под запретом любое упоминание о них, и об их тёмном искусстве. Любой маг, вздумавший заняться некромантией, будет изгнан из круга мастеров, и, рано или поздно, окажется в руках Озарённых, а их суд для преступившего запрет всегда одинаков: пламя костра, дабы через боль очистить душу от зла, а тело уничтожить, чтобы только пепел остался от преступившего волю богов. Мне самому мало что известно о некромантах. Лишь то, что в своё время поведал мне мой учитель. Это история о том, что произошло с магом, забывшем, что он человек, и в гордыне своей вообразившем себя богом...

Хозяева мёртвых, или некроманты, как их ещё называли, были одним из древнейших магических орденов в нашем мире. Они охраняли границы мира мёртвых и живых, и служили Мелиране. Они помогали душам умерших людей, которые задержались по каким-то причинам в мире живых, уйти в мир мёртвых; или наоборот, могли призвать душу умершего, дабы спросить её о чём-то очень важном для живых. Например, найти убийцу, оправдать несправедливо обвинённого в преступлении, или подсказать, где находится что-то, о чём знал только ушедший.

Многое им было подвластно, и немало хорошего было в своё время ими сделано, за что они пользовались почётом и уважением, как среди магов, так и среди простого люда. И всё было хорошо, пока после смерти главы их ордена к власти не пришёл молодой, честолюбивый, талантливый некромант по имени Сардонис. Уж не знаю, как это произошло, какими интригами, уговорами или чем там ещё он сумел получить перстень и книгу Хозяина мёртвых, но, так или иначе, это случилось.

Новому главе ордена было мало полученной власти, людского уважения, богатств, собранных орденом за века своего существования. Он хотел большего. Если власти, то как у богов, если богатства, то все сокровища мира, а если уж славы, то чтобы о его имени помнили в веках. Но больше всего на свете он хотел жить. Он не хотел умереть, как обычный человек, чтобы спустя время родиться вновь в теле какого-нибудь пастуха или крестьянина. Он хотел жить вечно, наслаждаясь властью и всеми богатствами мира.

И, задавшись такой целью, он сделал всё, чтобы ее достичь. Тех, кто мог ему помешать, он отослал в дальние края, а кого-то и убил, если по-другому избавиться от человека было нельзя. В конечном итоге рядом с ним остались лишь те, кто также разделяли его цели и жаждали вечной жизни и власти над миром.

В книге главы ордена были записаны все тайны, когда-то открытые богиней Мелираной, так и те, что сами некроманты узнали за века существования своего ордена. Сардонис и его слуги использовали знания, хранившиеся в книге, но только не на благо людей, а отвергнув запреты богов, что бы узнать, как жизнь сделать бесконечной. Страшные дела творились в то время под сводами замка, десятки людей погибли в бесчисленных попытках приоткрыть тайну вечной жизни.

Они делали всё тайно, привозя рабов из дальних уголков мира, чтобы никто не узнал о том, чем они занимаются. Годами их деятельность ни у кого не вызывала подозрений. Спустя десятилетия и сотни загубленных жизней, они смогли понять, как построить врата между жизнью и смертью, пройдя через которые живой человек обретал бессмертие, и наоборот, мёртвых можно было возвращать к жизни. Но чтобы сделать это, нужно было одновременно умертвить тысячи людей, чтобы с помощью их жизней раскрыть врата.

И тогда было задумано величайшее злодеяние. Жители местных деревень и городков были приглашены на торжество в честь четырёхсотлетия основания ордена. Был обещан трёхдневный праздник, щедрые угощения, подарки всем прибывшим. Множество повозок были отправлены во все концы, дабы на праздник смогли добраться все желающие, и люди с радостью откликнулась на этот призыв. Тысячи людей прибыли в замок, дабы поздравить тех, в ком они привыкли видеть помощников и заступников. Мужчины и женщины, дети и старики, обычные крестьяне и ремесленники, и аристократы, решившие почтить своим присутствием торжество. Все собрались на поле перед замком, где были накрыты огромные столы, уставленные яствами. Рядом стояли здоровенные бочки с вином, из которых мог пить, сколько захочет, любой желающий. Но то, что утром начиналось как весёлый праздник, вечером закончилось величайшей трагедией. Парализующее зелье было добавлено в вино и угощения, и к вечеру поле было завалено тысячами тел. Мужчины и женщины, дети и старики, все, кто пришёл на этот праздник, доверившись некромантам, были парализованы, а на поле, где происходил пир, вспыхнули, огромные кристаллы, вырезанные целиком из чёрного камня. Они, подобно воронкам, начали затягивать в себя жизненную энергию, буквально вырывая из людей их жизни.

С помощью этих кристаллов Сардонис смог создать врата жизни и смерти, разорвав границу между миром живых и миром мёртвых, но такое деяние, потребовавшее сильнейшего магического воздействия, не могло остаться незамеченным для остальных магов. Были отправлены посланники, чтобы разобраться в происходящем. И когда они прибыли в замок некромантов, то, что они увидели, привело их в ужас: огромное поле перед замком, заваленное тысячами непогребённых, разлагающихся тел.

Там их ждали слуги Сардониса, и силой заставили следовать в замок, где их встретил сам глава ордена, восседающий на троне. Назвавший себя властелином жизни и смерти, он отправил посланников назад, дабы они возвестили миру о том, что он теперь его хозяин, и всякий, не покорившийся ему, будет уничтожен. Он потребовал, чтобы все главы орденов, короли и султаны, правители этого мира, пришли к нему и присягнули ему на верность. И тем, кто это сделает, он обещал вечную жизнь и милость их нового хозяина. И, в подтверждение своих слов, чтобы показать свою силу, Сардонис открыл созданные им врата...

Вернувшись, посланники рассказали об увиденном, и это потрясло всех и напугало. Никто и никогда не дерзал нарушать границы мироздания, ведь последствия были непредсказуемы, и, более того, могли привести к гибели нашего мира.

И тогда было принято решение остановить безумцев во что бы то ни стало. Были собраны все, кто владел магией, от магистров до учеников. К тогдашним правителям обратились за помощью, и они выделили войска. Никто не представлял, какими силами овладели некроманты, открыв эти врата, поэтому было принято решение ударить как можно сильнее.

Никогда ни до, ни после этого не собиралась столь огромная армия: десятки тысяч солдат, сотни магов и чародеев. Сбор и поход столь огромной армии сложно было скрыть, поэтому некроманты успели подготовиться. И когда армия подошла к окрестностям цитадели, их ждали десятки тысяч мертвецов. Все, кто однажды погиб на поле - люди, которые были обмануты и убиты, чтобы их жизни помогли открыть врата, оживленные, дабы уже мертвыми служить своим убийцам. С одной стороны находились тысячи вооружённых солдат при поддержке магов всех восьми орденов, а с другой - тысячи трупов во главе с некромантами, прошедшими сквозь врата, и получавшими силу из мира мёртвых.

Это была чудовищная бойня. Обычное оружие мало помогало против оживших трупов. Чтобы остановить мертвецов, было недостаточно простых ударов мечом: нужно было разрубать тела на части. Солдаты не были готовы к тому, с чем им пришлось встретиться: они привыкли драться с живыми людьми, а не с живыми мертвецами, которые, не обращая внимания ни на какие удары, стараются добраться до тебя. Маги были заняты некромантами, и мало чем могли помочь: ни в одной школе магии нет такого количества смертоносных заклинаний, как в некромантии. Они не так красивы, как огненный шар или Кулак Хамаши, но зато очень эффективны: Рука смерти, останавливающая сердце врага; Песнь мёртвых, убивающая всё живое; Коса Драгнара, мощнейшее боевое заклинание, подобно косе разрубающее врагов на куски. Используя всё это, и черпая энергию для своих заклятий из мира мёртвых, даже несколько десятков приспешников Сардониса стали грозной силой, способной противостоять объединённой армии магов. А когда на глазах у солдат их мёртвые товарищи начали вставать и сражаться на стороне врага, было принято решение о прекращении штурма и отходе.

Отступление едва не превратилось в бегство. К счастью, слуги Сардониса не преследовали отступающую армию, торжествуя победу. В ночь после Разгрома на Кровавом поле, как потом назвали эту битву, состоялся совет выживших магов и предводителей армии короля Рагнека и князя Вегрейна, возглавившего часть армии после гибели его короля. Точно неизвестно, о чём они совещались - история этого не сохранила, но я думаю, не сложно догадаться, о чём они говорили. Повторный штурм был невозможен: солдаты ни за что не вернулись бы после увиденного на поле боя, а маги без поддержки солдат не продержались бы долго против тысяч мертвецов.

И вот тогда, уж не знаю кем, в отчаянии, было принято решение обратиться за помощью к богам. Боги редко вмешиваются в дела людей, и их долго надо молить, прежде чем они тебя услышат и откликнутся, если сочтут нужным. Но дело не терпело отлагательств: маги выяснили, что врата нужно постоянно подпитывать жизнями людей, и чем дольше они открыты, тем больше нужно жизненной энергии для их поддержания, и тем быстрее разрушается граница между мирами.

Было решено послать священного гонца к богам, что бы он смог сам рассказать всё и попросить их о помощи для спасения нашего мира. Был брошен клич среди добровольцев, и многие люди откликнулись на него, потрясённые увиденным. Люди были готовы на что угодно, чтобы остановить этот кошмар. Жребий пал на принца Ренделла, сына короля Рагнека, возглавлявшего армию. Отец хотел воспротивиться этому и потребовал, чтобы кто-то другой, а не его единственный сын и наследник, был отправлен к богам. Но принц отказался, сказав, что боги, видимо, желают, чтобы пред ними предстал именно он.

И на рассвете молодой принц был убит, и душа его отправилась к богам, дабы просить у них помощи людям и остановить смерть. Ты сам знаешь, наша вера запрещает человеческие жертвоприношения. Наши боги не любят крови, им достаточно нашей веры в них, поэтому случаев, когда отправляют гонца к богам, очень мало в нашей истории. Ибо если сочтут боги, что люди зря их побеспокоили, и сами могли справиться со своей бедой, то кара осмелившимся оборвать человеческую жизнь будет беспощадной.

Но в этот раз боги решили помочь людям. После полудня над войском, собравшимся возле алтаря, на котором лежало тело молодого принца, нестерпимо ярко засветило солнце, и на девяносто воинов, наиболее достойных, сильных и храбрых, снизошла сила богов. Сила, дарованная богами, сделала их ловкими настолько, что каждый мог на лету схватить стрелу, бежать наравне со скаковой лошадью, и обладал силой десяти мужчин. Раны на их теле заживали очень быстро, и кроме того, божественная милость защищала их от магии, делая их невосприимчивыми к волшебству. Лишь сильнейшие заклинания были способны причинить вред Озарённым, как их стали потом называть.

Ободрённые поддержкой богов, солдаты и маги приняли решение о повторном штурме цитадели некромантов, и вернулись на Кровавое поле, но в этот раз всё было по-другому. Озарённые, которых возглавил князь Вегрейн, также одарённый божественной силой, сокрушили армию мертвецов, и, прорвавшись сквозь груды трупов, начали бой с некромантами. Хозяева мёртвых не ожидали ничего подобного: заклятья мало помогали им против Озарённых, к тому же их атаковали другие волшебники, заставляя отвлекаться и сражаться на две стороны. Вскоре все они были уничтожены.

Армия мертвецов, лишённая поддержки некромантов, рассеялась. Войска ворвались в цитадель. Большинство некромантов и мертвецов были уничтожены на поле, но в замке укрылся глава ордена вместе с немногими выжившими подручными. Загнанные в угол, они сражались отчаянно, понимая, что им нечего терять, и пощады им не будет. Но ни заклятья Сардониса, ни сила врат уже не могли им помочь против магов и Озарённых. Последние защитники замка были уничтожены, а сам Сардонис прыгнул в пропасть, прижимая к себе драгоценную книгу некромантов и один из кристаллов, открывших врата мертвых.

После штурма, цитадель и врата были уничтожены. Кристаллы, поддерживавшие врата открытыми, разбили, и даже их осколки стёрли в пыль, а цитадель уничтожили землетрясением, которое вызвали с помощью магии, что бы ничто не напоминало о проклятом ордене. С тех пор даже само упоминание о некромантах под запретом, а всякого, кто вздумает играть с жизнью и смертью, Озарённые отправят на костёр.

- Так вот откуда появились Озарённые. Я и не знал, что палачи колдунов появились благодаря вмешательству богов. Я думал, они подобно магам черпают свою силу из этого мира и постепенно совершенствуют свои способности.

- После той битвы князем Вегрейном был создан Орден Хранителей, призванный не допустить ничего подобного. Они не вмешиваются в обычные дела магов, но от их взора не укрыться никому, кто может причинить вред людям. Многие годы назад они очень рьяно взялись за волшебников, и чуть всех нас не извели, полагая, что уничтожив магов, они уничтожат и магию, а с ней и угрозу миру, который они хранят. Ордена магов такой оборот, естественно, не устраивал, и дошло до открытого противостояния, в ходе которого погибло много хороших людей с обеих сторон. Длилось это противостояние почти сорок лет, пока маги восьми орденов и Хранители, устав от взаимного истребления, не заключили Великий Договор, в котором было чётко указано, что дозволено магам, и что - Хранителям. Мы не можем касаться определённых областей магии, убивать или причинять вред людям ради прихоти, но мы можем использовать все доступные силы для защиты себя, своих близких или своего имущества. И много чего ещё там было. Впрочем, всё это ты и сам не хуже меня знаешь, ведь Великий Договор изучают на самом первом году обучения мастерству.

- А что стало с книгой и перстнем Хозяина мёртвых?

- Их долго искали на дне ущелья, куда спрыгнул предводитель некромантов, но ни тела, ни перстня с книгой так и не было найдено. Некоторые глупцы до сих пор рассказывают сказки о том, что он жив и прячется в подземельях Туманных гор вместе с выжившими мертвецами, и копит силы, чтобы потом оттуда выбраться и снова попытаться захватить мир.

- А если он и вправду жив?

- Глупости. Это всего лишь сказка, которой крестьяне на ночь пугают своих детей. Если бы что-то под Туманными горами и было, то Хранители организовали бы поход. Даже маги не отказались бы принять в нём участие, и давно бы перебили тех, кто прячется в пещерах. Без врат даже Хозяин мёртвых не опасен. Что он сможет сделать? Призвать десяток мертвецов себе на помощь? Сплести несколько заклятий, пусть и опасных? Всё это бесполезно против сил Хранителей и волшебников.

- Гм... А Туманные горы не так уж от нас далеко. Пара месяцев пути...

- Арен, я надеюсь, ты не собираешься туда ехать на поиски этой книги? Любой, кто даже просто попытается вызвать духов, будет за это отправлен на костёр. Эта книга не принесла счастья своим настоящим хозяевам, и тебе она не принесёт счастья, даже если ты её и отыщешь.

- Нет. Но столько великих событий произошло в том месте... Хотелось бы увидеть собственными глазами Кровавое поле, скалу, где высилась цитадель. И ущелье.

- Это безлюдные, богами проклятые места, Арен. Прошло столько лет, но несмотря ни на что, люди с тех пор так и не селятся в тех местах... Впрочем, я слишком хорошо знаю тебя: если ты что-то вобьёшь себе в голову, тебя не остановить. Поэтому не надо уловок или обмана. Хочешь тратить своё время на глупости и авантюры? Пусть так и будет. Поезжай после сдачи экзамена в Круге мастеров. Полазишь по горам пару месяцев, выбросишь из головы все эти старые сказки, и возьмёшься, наконец, за ум!..

Туманные горы оправдывали свое название. Величественные и гордые, одетые в драгоценные меха ледников и укутанные облачной дымкой, они были прекрасны в своей первозданной красоте. До подгорных земель я добрался, пристав к торговому каравану из десятка повозок, ведущему торговлю с местными жителями, выменивающими меха и шерсть на изделия из железа, украшения, посуду и другие вещи. Учитель был прав, говоря о слабой заселённости Туманных гор и их окрестностей: последнее село я оставил семь дней назад. Маленькая, бедная деревенька, с какими-то запуганными, неряшливыми, бедно одетыми крестьянами, выращивающими похожих на них тощих, грязных коз и пробавляющимися охотой. Деревенька произвела на меня тягостное впечатление: бедные, запуганные люди, после наступления ночи и носа боящиеся высунуть из домов, увешанных какими-то нелепыми амулетами и символами Огнеликого, нарисованными или вырезанными где только можно. Я пытался расспросить местных, как пройти к окрестностям замка Хозяев мёртвых, но они либо отмалчивались, либо пытались меня отговорить от путешествия туда. Я пополнил свои припасы сыром и вяленым мясом, но так и не смог найти проводника: местные наотрез отказывались провести меня в горы, как будто я предлагал отправиться в страну мёртвых, а не прогуляться на несколько дней. Ни золото, ни обещания вознаградить смельчака так и не заставили их передумать.

Дороги, по которой могла бы пройти лошадь, я не нашёл, поэтому дальше в горы я шёл один, неся свою поклажу на себе и ориентируясь по копии старинной карты, которую перерисовал в архиве Цитадели знаний, куда я получил доступ после сдачи испытаний на звание Мастера круга. На карте были подробно изображены Туманные горы, а самое главное - небольшой замок, возвышающийся на одной из них. Там же была нарисована и дорога к замку, но в отличие от гор, ни замок, ни дорогу время не пощадило, поэтому идти приходилось, пробираясь через лес, обходя рухнувшие деревья и проклиная ветки, которые постоянно цеплялись за одежду и норовили выколоть мне глаза.

Так дорога, которая у опытного путешественника заняла бы не больше трёх дней, растянулась на семь. Два раза за время пути я натыкался на заброшенные деревни. Мимо первой я прошёл ближе к вечеру и поэтому не сразу разобрался, что здесь когда-то жили люди. Рухнувшие столбы, ограды, покосившиеся дома, чуть ли не по крышу вросшие в землю, заросшие мхом стены - всё это производило тяжёлое впечатление какой-то давней беды. Может, банда разбойников напала на небольшую лесную деревеньку, или мор какой случился, понять было сложно. Скелетов людей я не нашёл, только кости животных: коров, лошадей и скелет пса с цепью на шее, лежащий возле того, что было когда-то будкой. Шею животного кто-то сломал.

После осмотра я постарался удалиться от этого места, прошептав молитву Солнцеликому о душах тех, кто жил когда-то в этом месте. На вторую деревеньку я наткнулся через полдня пути. Оставлена она была не больше пятидесяти лет назад, судя по виду домов. Костей не было, и мне показалось, что в отличие от первой деревни, эту люди оставили сами, захватив всё, что можно, с собой.

Всё это было очень странно и пугающе. Запуганные местные жители, брошенные деревни. Я не мог понять, почему так мало людей здесь живёт, ведь леса у подножья гор были богаты живностью: белки, зайцы и даже олени встречались мне на каждом шагу, и частенько пробегали неподалёку, не опасаясь стрелы охотника. Земля выглядела плодородной и никогда не знавшей плуга. Отсутствие очевидных причин тревожило меня, поэтому, чтобы уберечься от неожиданных опасностей, перед каждой ночёвкой я стал окружать себя защитным кругом, наполняя его силой ограждающего заклинания. На всякий случай я держал наготове несколько заклинаний Солнечных стрел, одинаково эффективных как против людей, так и против животных. Впрочем, хищных зверей я не опасался: амулет Хищника, купленный мной у одного знакомого мага Земли, должен был оградить меня от встреч с волками и рысями, населяющими местные леса. Он испускал едва ощутимый для человеческого носа запах, который хищные звери воспринимали как запах огромного страшного зверя, вышедшего на охоту, и стремились убраться с пути, чтобы не попасть ему на обед. Посох мастера, плащ-всепогодник, да заплечный мешок с припасами и едой составляли всё мое имущество. Плащ мне подарил учитель перед дорогой. Он здорово облегчал путешествие и уменьшал тяготы пути: в жаркий летний зной от него веяло ночной прохладой, а холодными ночами, укутавшись в него, я чувствовал тепло домашнего очага; капли дождя скатывались с него, не промачивая одежду. Не знаю, как этого добились мастера на далёком юге, продавшие когда-то этот плащ за немалые деньги тогда ещё молодому моему учителю, но чары их действовали до сих пор, облегчая мне дорогу, за что я им был благодарен.

Так, не спеша, я и добрался до цели своего путешествия. К полудню седьмого дня я оказался на поле рядом с разрушенным замком, что когда-то был убежищем для грозных Хозяев мёртвых, и где произошла битва, столь многое изменившая в мире.

Кровавое поле не оправдало своего страшного названия: я почему-то ожидал увидеть здесь совсем другое. Скелеты воинов в доспехах, сжимающие заржавевшее оружие, костяки лошадей вместе с погибшими всадниками, остатки истлевших знамён, а не залитый солнцем луг, на котором густо росли цветы. Отругав себя за детскую глупость и фантазию, я вспомнил, что тела всех павших в той битве были сожжены. Но на поле не было и того, что точно должно было быть - стелы, возведённой победителями, на которой была начертана история битвы между Озарёнными и некромантами, как назидание о том, что бывает с теми, кто ослушался богов. Стелу защищали чары, и она должна была стоять век за веком, как и было задумано теми, кто её воздвиг. Но даже её следов мной не было найдено.

Так я и бродил весь день, исследуя место давней битвы и ища следы памятника в честь победы. Когда солнце стало клониться к закату, я отправился искать место для ночёвки. Спать на лугу, где много веков назад погибло столько людей, мне не хотелось, поэтому свой костер я разложил на опушке леса.

Едва пламя разгорелось, я сосредоточенно начертил защитный круг. Последние несколько ночей я плохо спал; мне всё время казалось, что кто-то за мной следит из темноты леса. То ли моё воображение играло шутки, то ли впечатления от брошенных деревень не давали мне покоя, но к созданию защитного круга я стал подходить очень внимательно и аккуратно, следя, чтобы в начерченной линии не было разрывов.

Глядя на пламя костра и слушая треск горящего хвороста, я прикидывал, на сколько ещё дней мне хватит моих запасов еды, и приходил к грустной мысли, что моё путешествие скоро завершится. С учётом обратной дороги до ближайшей деревни, моей еды мне хватит ещё на три-четыре дня, а потом придётся или собирать грибы с ягодами, или охотиться на местных птиц и зверей. Ни то, ни другое меня не радовало: охота без лука или арбалета представляла определённые сложности. Понадеявшись на магию, я не взял с собой ничего, что прибавило бы веса моему заплечному мешку, о чём сейчас сильно жалел. Солнечная стрела, попав в зверька, просто сжигала его; в лучшем случае от зайца или фазана оставались лишь обугленные, непригодные в пищу кусочки. Кулак Хамаши действовал лучше, но в отличие от стрел, чтобы его применить, необходимо было постоянно держать цель в поле зрения, а проклятые зайцы не хотели сидеть на месте, ожидая, пока я метну в них заклинание, а бегали с места на место, не давая возможности прицелиться. Другие же заклинания, знакомые мне, мало чем могли помочь в решении проблем с едой.

Вот так я, Мастер круга, член ордена Странников Серых путей, докатился до перспектив перейти на подножный корм и питаться ягодами и грибами, которые, к моей радости, встречались в лесу в изобилии. Как я буду добираться обратно, я боялся представить. То, что казалось в тиши кабинета легко осуществимым путешествием, теперь выглядело глупой авантюрой, как мне и сказал учитель, едва услышав, куда я собираюсь. И, как не грустно было это признавать, но учитель был прав. Лишь находясь возле подножия Туманных гор, побродив по Кровавому полю, я смог понять тщетность задачи, которую перед собой поставил. Не имея помощников, припасов, неся всё необходимое на себе, я бросился искать то, что было утрачено много веков назад. До меня книгу разыскивали сотни людей; искать её в одиночку было как минимум глупо. Такую задачу могла бы решить хорошо подготовленная экспедиция из нескольких десятков мастеров и магистров с не менее чем полусотней помощников. Потребуется немалое время для того, чтобы создать заклинание, способное уловить искру магии. Радиус такого заклинания невелик. Поэтому поиски в горах потребуют массу времени и сил, и подобное мероприятие, к тому же, будет весьма дорогостоящим при весьма сомнительном результате. Ведь за минувшие века книга могла оказаться одним богам ведомо где. Если вообще не была уничтожена Озарёнными, предпочётшими по каким-то причинам умолчать об этом.

Так, предаваясь грустным мыслям, не зная толком, что я буду делать завтра, я начал незаметно засыпать, когда внезапный детский крик вырвал меня из сна.

- На помощь! Помогите! Спасите!

Детский голос слышался от меня неподалёку. Встрепенувшись ото сна, я выхватил горящую головню из костра и побежал на голос. "Держись!" - на бегу крикнул я ребёнку, оказавшемуся в ночном лесу.

- Спасите!

Голос зазвучал ближе. Я со всех сил бежал туда, откуда он раздавался, и едва не упав, выбежал на залитую лунным светом поляну, где увидел маленькую девочку лет двенадцати от роду, почему-то с улыбкой глядевшую на меня.

- Попался! - сказала она с довольной и какой-то плотоядной ухмылкой.

Из кустов, окружавших поляну, ко мне бросились какие-то существа, которых я толком не успел рассмотреть. В одно из них я, не раздумывая, бросил Солнечную стрелу, и то, во что она попала, резко вспыхнув, с дикими воплями начало кататься по поляне, стараясь сбить пламя. Вторую стрелу мне бросить не удалось. Кто-то сильно ударил меня сзади по голове, и я потерял сознание.

Я опять бежал по улицам охваченного паникой Хашема. Испуганные люди, стремящиеся к королевскому дворцу, где они надеялись найти защиту от толпы бедняков, вырвавшихся из своих трущоб, заражённых Красной гнилью. Повсюду люди: мужчины, женщины, кричащие и плачущие дети; было очень трудно бежать; я постоянно наталкивался на людей, отталкивал их, и бежал дальше... Ещё немного; за Золотыми рядами шёл Переулок мясников, там находился мой дом... Впереди уже были видны огни пожаров, слышны звуки сражения... Разбрасывая всё на своём пути, мимо меня на конях промчался отряд личных гвардейцев королевы. По проделанному воинами проходу в людской толпе я бежал к своему дому. И сердце обрывалось в груди от увиденного: дом полностью охвачен огнём, вокруг валяются тела каких-то людей...

...Я бежал к своему дому, надеясь на чудо, и опять не успевал, как и всегда, на протяжении семи лет. Поэтому я был благодарен тому удару по рёбрам, вырвавшему меня из моего кошмара. В окружающей меня темноте ничего не было видно; руки и ноги были скручены верёвками, во рту кляп. Я не мог ни шевелиться, ни разговаривать, разбитая голова сильно болела. В темноте раздались шаркающие шаги, и новый удар обрушился на меня.

- Хватит его бить. Он нужен Хозяину живой, - услышал я молодой и властный голос.

- Он спалил Туруна. А он мне был должен две жизни. Лучше бы мы его просто без затей сожрали, и тогда Турун был бы жив, и отдал мне долг, - ответивший голос был мужской и немного сиплый.

- Не тебе обсуждать волю Хозяина. Это колдун, а не обычное мясо, к которому ты привык, и у Хозяина на него свои планы. Поэтому бери его, и неси за мной.

Меня подхватили руки с какими-то огромными когтями, впившимися в тело сквозь одежду. Тварь перебросила меня через плечо и понесла. В нос ударил сильный запах, исходивший от тела того, кто меня нёс. Запах гнили и разложения. Вонь была нестерпимой настолько, что дышать было почти невозможно, и меня вырвало. Не обращая на меня никакого внимания, тварь быстро и уверенно куда-то двигалась в кромешной темноте.

Я не понимал, что происходит. Всё время казалось, что это сон. Схватка на поляне, подземелье без света, похитители, от которых несёт, словно от давно сгнивших трупов. Но что бы ни происходило со мной сейчас, всё это наяву. Головная боль, вонь - всё это точно явь, а не затянувшийся кошмар.

Наконец меня принесли куда-то, и без всяких церемоний сбросили на каменный пол.

- Осторожнее, Скабен, с нашим гостем. Он мне нужен живым и не покалеченным. Мужской голос, властный, сильный и красивый, тон, не терпящий возражений и пререканий, правильное произношение, характерная манера речи. Так разговаривают вельможи со своими слугами. "Видимо, это и есть хозяин, который хотел меня видеть" - сделал я про себя выводы. Голос, тем временем, продолжил:

- Мастер Арен, я хочу с вами поговорить. Поэтому прошу не делать глупостей и не пытаться бросить заклинание. Мне оно не повредит, но это закончит наш с вами разговор и прервёт вашу жизнь. Если вы согласны, кивните головой.

Выбора у меня почти не было. Бросить заклинание со связанными руками не получится, а разговор прояснил бы ситуацию. Поэтому я несколько раз кивнул головой, от чего боль заново вспыхнула в разбитом затылке.

После того, как изо рта у меня был выдернут кляп, тот же голос спросил:

- Я хочу знать, что вы делаете в моих владениях. Что здесь понадобилось Странникам Серых путей? Отвечайте, мастер Арен, и от правдивости ваших слов зависит ваша жизнь.

- Прежде чем ответить, я хотел бы понять, что происходит. Вы назвали меня своим гостем, но держите связанным по рукам и ногам. Я даже лица своего гостеприимного хозяина не вижу, а тем более не знаю вашего имени. Вы спрашиваете, что я ищу здесь, в ваших владениях, но что-то я не припомню никаких хозяев Туманных гор, у которых следовало бы спрашивать разрешение. Это вольные земли, и ни один король или князь не называет их своими. Поэтому это я вас спрашиваю: по какому праву вы напали на меня и похитили? Если вы знаете, что я маг, то вы должны знать и то, что мой орден всегда карает тех, кто поднял руку на его служителей, а я признанный маг и член Круга мастеров. Вам придётся держать ответ за ваши поступки.

Мои слова вызвали смех, который я меньше всего ожидал услышать. Смеяться над гневом Странников Серых путей не осмеливались даже короли, не то, что разбойники, называющие себя хозяевами Туманных гор. Когда смех прекратился, невидимый собеседник продолжил:

- Меня давно так не смешили. Пожалуй, уже лет пятьдесят я так не смеялся. Но в одном вы правы: невежливо разговаривать с гостем, когда ты его видишь, а он тебя - нет. Скабен, зажги огонь и поставь мастера Арена на ноги. Пусть увидит, с кем он разговаривает, и поймёт, что здесь ему орден не поможет.

От ярко вспыхнувшего пламени мне пришлось зажмуриться. Глаза, привыкшие к темноте, заболели от света. Наконец, когда глаза перестали слезиться, я смог разглядеть того, с кем разговаривал всё это время.

На каменном троне, вытесанном из куска скалы, сидел высокий, красивый мужчина лет сорока пяти, темноволосый, с серыми, очень умными глазами, тонкими чертами лица и немного выступающим вперёд подбородкам, одетый в старинного покроя камзол, украшенный драгоценными камнями. На груди висела изящная золотая цепь с каким-то амулетом, на голове - тонкий золотой обруч, похожий на княжескую корону. Но больше всего моё внимание привлёк его перстень, одетый на средний палец правой руки: огромный бриллиант, тускло светившийся зеленоватым светом. Похожий перстень подробно описывали в хрониках Хозяев смерти: он был символом власти и могущества главы их ордена. Согласно легендам, зелёный бриллиант в центре перстня - не что иное, как застывшая слеза богини Мелираны, дарующей одной рукой жизнь, а другой забирающей её. Камень защищает своего владельца от враждебного волшебства, поглощая слабые заклинания и ослабляя сильнейшие из них, и при этом усиливая мощь своего владельца. Если это был он, то его хозяину действительно не стоило опасаться моей магии.

Позволив мне его рассмотреть, загадочный человек вновь заговорил:

Я - Сардонис, глава ордена Хозяев смерти, истинный и единственный хозяин Туманных гор и их окрестностей, обрётший бессмертие и власть над жизнью и смертью. Я требую ответа: зачем вы пришли в мои земли? Что ищут здесь Странники Серых путей? И не вздумайте мне лгать.

В моей разбитой голове окончательно сложились кусочки мозаики. Покинутые деревни, запуганные крестьяне, исчезнувшая стела победителей, существа, от которых несёт гнилью, а теперь ещё и их хозяин, глава ордена некромантов, исчезнувший так давно. Или я окончательно спятил, или это всё происходило со мной наяву, и я действительно разговаривал с тем, кто восемьсот лет назад, отвергнув запрет богов, открыл врата жизни и смерти, умертвив при этом тысячи людей, развязал войну против всего мира и почти её выиграл; и если бы не вмешательство богов, то может, сейчас он и повелевал бы нашим миром, а может, уничтожил бы его, принеся в жертву своему безумию и властолюбию. Если это действительно он - а тот, кто сидел передо мной на троне, не походил на шутника - то моя жизнь висела на очень тонкой ниточке. Теперь мне стал понятен и его смех над моими угрозами: тот, кто не испугался гнева богов, не боялся магии людей.

Стараясь не испытывать терпение Хозяина мертвых, я честно ответил:

- Я хотел найти книгу заклинаний Хозяев мертвых. Мой орден меня не отправлял, это моя собственная инициатива.

Не удивлённый моим ответом, Сардонис задумчиво проговорил:

- Как же вам всем не даёт покоя моя книга! Сколько экспедиций вы сюда за ней отправляли, все горы облазили, все ущелья проверили. Зачем она вам? Вы отвергли наше искусство, прокляли наш орден, и теперь даже упоминание о нас под запретом. Но каждые пятьдесят-шестьдесят лет, втайне от остальных, здесь появляются маги одного из восьми орденов, и начинают рыскать по моим горам в поисках книги. Вы все лжецы и лицемеры! Я просто сделал то, о чём вы все в тайне мечтали. Я обрёл власть, о которой можно лишь мечтать, сбросил узы запретов богов, боящихся того, что люди могут сравняться с ними. Я обрёл бессмертие и силу, равную божественной, и хотел поделиться этими дарами с моими братьями по мастерству, но вместо того, чтобы принять их, вы собрали армию и напали на меня. Я защищал свой дом, я победил всех ваших солдат и магов! Сорок моих мастеров вышли на Кровавое поле, но их сил хватило, чтобы победить все восемь орденов, и даже в победе мне хватило милосердия не преследовать и не добивать вас!..

Чем больше он говорил, вспоминая события давней войны, тем больше распалялся. Видно было, что воспоминания больно ранили его; должно быть, за минувшие века не одну тысячу раз он вспоминал те давние события, обвиняя тех, кто остановил его на пути к обретению власти над миром. Глядя на него, я видел перед собой сумасшедшего, обвинявшего мир в том, что он не захотел погибнуть. Абсурдность ситуации невольно заставила меня улыбнуться: я стоял в какой-то дыре и разговаривал с сумасшедшим трупом; если я когда-нибудь отсюда выберусь, мне никто не поверит. Хотя вероятность того, что мне суждено ещё раз увидеть солнце, была крайне мала.

Видимо, промелькнувшая на моём лице улыбка задела хозяина трупов, потому что он прервал свой монолог и посмотрел на меня, словно вспоминая, зачем я здесь.

- Вижу, вы находите смешным то, что я говорю. Что ж, посмотрим, сможете ли вы смеяться, когда вами займутся мои слуги!

Прежде, чем он отдал команду слугам, я быстро заговорил, низко склонившись в поклоне:

- Простите, Величайший, ничтожного червя, осмелившегося вызвать ваш гнев. Смех мой был над собственной глупостью и попытками завладеть книгой, имеющей уже столько веков истинного хозяина.

Довольный моими извинениями, Сардонис снова присел на свой трон и внимательно посмотрел на меня.

- Зачем вам нужна моя книга? Что вы хотите в ней найти?

Терять мне было нечего, поэтому я ответил:

- Я хотел найти в ней заклинание возврата мёртвых, чтобы оживить свою семью.

Я подробно рассказал ему о Хашеме, о болезни в городе, о бунте бедняков и гибели жены и дочери, о своей клятве на пепелище вернуть их назад в мир живых. Внимательно, не перебивая, он выслушал мой рассказ, и некоторое время размышлял над ним, сидя на своём троне.

Он думал о чём-то, а меня вдруг охватил страх. Мне казалось, что сейчас Хозяин мёртвых отдаст приказ, и меня убьют. Я вряд ли был ему нужен, отпустить меня тоже было бы глупо. Узнав то, что ему нужно, хозяин, видимо, выбирал для меня казнь пострашнее: слишком много у него обид накопилось за эти века к волшебникам. Оторвавшись от своих размышлений, Сардонис вновь посмотрел на меня, и я приготовился услышать свой приговор.

- Я могу помочь вам вернуть свою семью, мастер Арен, но и вы для этого должны кое-что сделать.

Не ожидая подобного, я немного замешкался с ответом:

- Чем я, простой мастер, могу помочь величайшему магу, властелину жизни и смерти?

- Мне нужно, чтобы вы построили новые врата жизни и смерти. С их помощью мы вернём вашу семью назад, а я, наконец, смогу получить власть и славу. Я смогу вновь возродить мой орден, и заставить всех этих выскочек из восьми орденов трепетать при одном упоминании обо мне!

Услышав подобное, я потерял дар речи. Придя в себя, опасаясь вызвать новую вспышку гнева сумасшедшего, я попытался возразить:

- Величайший, это просто невозможно. Я читал хроники битвы на Кровавом поле. Чтобы открыть врата, потребовались жизни почти тридцати тысяч человек. Такое невозможно повторить. Во всех окрестных деревнях и тысячи человек не наберётся. К тому же, открыть врата втайне от восьми орденов не удастся: такая магия привлечёт внимание, и вас уничтожат, не дав набрать силу. Да и зачем я вам для этого нужен, ведь у вас есть книга, и вы сами можете открыть врата...

Сардонис не дал мне закончить:

- Мастер Арен вы считаете меня ослом? Я был главой величайшего из девяти орденов тогда, когда не было на свете даже предков ваших предков. Я стал главой ордена благодаря своему таланту и мастерству; ни один маг, ни до, ни после меня, не смог добиться того, чтобы в тридцать лет стать главой ордена. Я смог достичь таких вершин мастерства, каких ни один смертный после меня так и не смог увидеть. За века моего пребывания здесь я всё рассчитал и продумал. Нам не придётся никого убивать. Я смог сохранить один из кристаллов, открывающих врата. Его силы недостаточно, чтобы широко их распахнуть, но хватит, чтобы создать небольшую щель между нашими мирами. Это не вызовет сильных магических возмущений, поэтому стражи восьми орденов не смогут заметить, что граница между жизнью и смертью потревожена. А ваша магия мне нужна, поскольку сам я утратил силу после того, как врата, открытые мною, были уничтожены. Пройдя сквозь врата, отделяющие жизнь и смерть, я обрёл бессмертие, но потерял магию.

Вы должны знать, что волшебство творит огонь жизни, горящий в душе человека, и чем сильнее это пламя, тем больше способности к волшебству. У одних этот огонь горит, подобно яркому костру, у других едва тлеет. Но есть он у всех, и со временем, путём тренировок и занятий, можно и из тусклого огонька разжечь настоящее солнце. Моё внутренне пламя погасло, когда я прошёл сквозь врата за вечной жизнью. Там, внутри меня, где когда-то полыхало огромное пламя, возник звенящий холод пустоты. Пока врата были открыты, из мира мёртвых мы брали силу для творения заклинаний, но с их разрушением сила иссякла. Теперь даже простенькое заклинание мне неподвластно. Вот почему вы нужны мне, мастер Арен.

- Но я простой мастер. Смогу ли я это сделать? Мне абсолютно не знакома ваша магия, способы построения заклинаний... Необходимы годы работы, чтобы понять хотя бы основы вашего волшебства, книги заклинаний, тренировочные залы. Учитель, наконец. Тот, кто поможет мне постигнуть вашу магию.

Он улыбнулся:

- Мастер Арен, я сам стану вашим учителем. Тем, кто раскроет вам суть и силу волшебства Хозяев Смерти. Библиотеки, учебные классы, лаборатории - всё это погибло, или было захвачено мародёрами после падения моего замка. Но я смог сохранить главное - книгу главы ордена. В ней хранятся все тайны и заклинания, известные некромантам, а что до тренировочных залов, то под Туманными горами хватает пещер, где вы сможете заниматься. Времени у вас будет столько, сколько вам понадобится. Подумайте о величии и власти, которые мы получим. Вы станете моей правой рукой. Помимо семьи, вы получите бессмертие, и власть, равную божественной. Я отдам вам любую из стран, ныне существующих; вместе со своей женой и дочерью вы будете вечно править людьми. Всегда молодой, не знающий болезней и усталости. Сила, текущая из врат, сделает вашу магию неодолимой. Всё это будет. Вы сможете исполнить свои самые заветные мечты и фантазии, у вас будет всё, что доступно человеку и магу, а самое главное - бесконечная жизнь, позволяющая познать все радости и наслаждения, которые только есть в этом мире.

Слушая некроманта, я пытался выиграть время, чтобы понять, как мне действовать дальше.

- Но что эта щель вам даст? Однажды вы уже построили врата, но это вам не помогло против объединённых сил магов и Озарённых. Если даже врата не помогли вам устоять, то что сможет небольшая щель, дающая лишь слабый поток силы?

Мои слова вызвали злую усмешку на лице некроманта.

- Мастер Арен, я совсем недавно вас знаю, чтобы доверить вам свои планы. Заслужите моё доверие: постройте малый круг врат, и тогда мы с вами поговорим о моих планах ещё раз. А теперь я хочу услышать ваш ответ: вы поможете мне или нет? - после этих слов некромант замолчал и внимательно посмотрел на меня, ожидая ответа.

Мысли в моей голове лихорадочно завертелись: Хозяин мёртвых предлагал мне возможность вернуть Амину с Сафирой, а ведь именно за этим я и шёл в эти проклятые горы! С другой стороны, помочь Сардонису, отступнику, преступившему запрет богов, означало предать все данные мной при вступлении в круг мастеров клятвы. Малый круг врат... Даже небольшая щель может вызвать огромные катаклизмы. Я помнил рассказ учителя, помнил о том, что потребуется для того, чтобы она оставалась открытой; помнил и о том, что щель со временем начнёт расширяться, пропуская в наш мир всё больше гибельной силы мира мёртвых. Но если бы я отказался, я наверняка был бы убит.

Поэтому я решил дать согласие и выиграть время, а там, может быть, я что-то смогу придумать. Лишь мёртвым не нужно надеяться, а у живых всегда есть шанс.

Я поднял глаза на некроманта, терпеливо ожидавшего ответа.

- Я согласен. Но мне нужны гарантии, что вы сдержите своё слово и воскресите мою семью, и не убьёте меня после открытия врат.

Довольная улыбка промелькнула на лице Сардониса.

- Я рад, что вы приняли правильное решение. Если вам нужны гарантии, вы получите их, мастер Арен. Но прежде чем доверить вам тайны некромантов, я также хочу получить гарантии от вас. Перстень на моей руке будет свидетелем нашего договора. В нём заключена божественная сила Мелираны, дарующая и отнимающая, и тот, кто нарушит слова клятвы, познает силу гнева богини!

После этих слов он встал со своего трона, и, подняв над головой руку с перстнем, твёрдым голосом начал произносить слова клятвы:

- Я, Сардонис, последний великий магистр Ордена Хозяев смерти, обещаю мастеру Арену, страннику Серых путей, вернуть его жену и дочь из мира мёртвых; не убивать, и не причинять иного вреда ни ему, ни его семье после того, как он поможет мне создать малые врата жизни и смерти. А когда он поможет мне достичь моих целей, клянусь наделить его и его семью вечной жизнью и властью над любой из стран по его выбору, но под моим началом. В этом я клянусь своей жизнью!

Перстень на его руке ярко вспыхнул, услышав клятву. Теперь, если он её нарушит, никто и ничто не защитит его: нить его жизни, пусть и вечной, прервётся, и Мелирана призовёт его душу в мир мёртвых.

Внимательно выслушав слова клятвы, я спросил:

- А почему вы не добавили слова о том, что мы будем свободны идти, куда захотим, после того как моя семья будет воскрешена? Что вам помешает сделать нас своими пленниками?

Услышав мой вопрос, некромант опять внимательно на меня посмотрел, а потом сказал, немного подумав:

- А вы не дурак, мастер Арен. Но поверьте мне: когда мы вернём вашу семью, вы точно не захотите нас покинуть. Но если всё-таки вы решите вместе с семьёй уехать, держать вас мы не станем. Я клянусь в этом. Но тогда о власти и бессмертии можете не мечтать.

И перстень на его пальце тускло сверкнул, услышав его слова.

Про себя я подумал, что как-нибудь проживу и без власти с бессмертием: главным для меня было вернуть семью. Я спросил у некроманта, что я должен пообещать. Протянув руку с кольцом ко мне, он потребовал:

- Положите руку на перстень, и произнесите вслед за мной: "Я, Арен, мастер Странников Серых путей, клянусь создать малый круг врат жизни и смерти; не предпринимать попыток убежать до его создания, и не причинять какого-либо вреда с помощью магии или иным способом Сардонису, великому магистру Ордена Хозяев смерти, и его слугам. В этом я клянусь своей жизнью!"

Повторив вслед за ним слова клятвы, я понял, что попал в ловушку, из которой вряд ли смог бы вырваться: даже получив доступ к заклинаниям некромантов, я все равно не смог бы ничего сделать. Стоило мне попытаться бросить любое заклинание, причиняющее вред Сардонису, и жизнь моя оборвалась бы до того, как заклинание нашло свою цель. Видимо, увидев разочарование, промелькнувшее на моем лице, Сардонис довольно засмеялся:

- Неужели вы думали, мастер Арен, что я настолько глуп, что дам вам оружие против меня, при этом никак себя не обезопасив? Я прожил столько лет не потому, что доверял людям, и какие бы глупости вы, мастер Арен, не придумали, вы не в силах мне ни повредить, ни помешать. А теперь ступайте в вашу комнату; завтра мы приступим к работе. Посмотрим, чего вы стоите. Нарвен! Проводи нашего гостя в пещеру с родником, и оставайся рядом с ним, пока я не позову.

Услышав его слова, из темноты за троном, не освещённой светом огня, выступила огромная фигура, локтей пять в высоту. Я испуганно отшатнулся, подумав сначала, что это какое-то чудовище, но в свете огня смог разглядеть, что это просто очень крупный мужчина. На его широком квадратном лице не было видно ни тени чувств; огромные, как лопаты, руки; ноги, как стволы деревьев. Он казался великаном из легенд, сошедшим со страниц книг.

- Иди за мной, - приказал он, и молча пошёл куда-то вперёд. Я, стараясь поспеть за ним, побрёл следом, попутно сотворив Светлячка: маленький волшебный огонёк, разгоняющий темноту, чтобы не разбить голову о какой-нибудь камень в темноте.

Шли мы довольно долго, петляя в каких-то тёмных коридорах и переходах, пока я не услышал тихий шум льющейся воды, и мы не вышли в небольшую пещеру. Внимательно её оглядев, я заметил в дальнем углу небольшой родник, из которого текла вода. Небольшой ручеёк пересекал пещеру и обрывался у стены, устремляясь куда-то вглубь. Несмотря на наличие воды, воздух в пещере был сухим и тёплым. Склонившись над водой, я попробовал её: она была прохладной и вкусной.

Осмотрев пещеру, которой предстояло стать моим домом на какое-то время, я оглянулся на стража. Доведя меня до пещеры, он замер на пороге, неподвижный и мрачный.

- Ты можешь идти. Я хочу остаться один, - приказал я стражу. Мне необходимо было остаться одному, чтобы обдумать ситуацию и разобраться, что мне делать дальше, а присутствие этого урода действовало мне на нервы, не позволяя сосредоточиться на чём-либо.

- Хозяин мне приказал оставаться с вами, пока он не позовёт, - негромко прогудел страж.

- И ты так и будешь стоять всё время?

- Да, - последовал короткий ответ.

- А если я захочу куда-то пройтись? Например, нужду справить? - спросил я, с волнением ожидая ответа. После небольшой паузы мой надзиратель ответил:

- Хозяин запретил. Если вы хотите справить нужду, большую или малую, справляйте в ручей, вода всё смоет вниз.

- Он такого не говорил! - запротестовал я. - Я слышал, что он тебе приказал присутствовать рядом, но он не запрещал мне выходить из пещеры! Такого приказа не было!

- Он сейчас мне приказал, - невозмутимо проговорил верзила.

- Ты врёшь! Его здесь нет! Ты не мог его слышать! - возмутился я, оглядывая коридор. Могло ли быть так, что проклятый некромант подкрался в темноте, а я его не заметил?

Страж, не обращая внимания на мою вспышку гнева, ответил:

- Чтобы служить хозяину, нам необязательно слышать его голос. Мы слышим его желания, а он слышит наши вопросы, если мы их задаём.

Задумавшись над ответом, я присел на небольшой камень возле ручейка. Получается, Хозяин мёртвых мог общаться со своими слугами на расстоянии. Видимо, какую-то магию он всё же мог творить, или эти способности у него появились после того, как он обрёл бессмертие. Какие, интересно, ещё сюрпризы он приготовил, о которых я не догадываюсь, а он не сказал? О враге лучше знать как можно больше, а то, что он враг, я не сомневался, несмотря ни на какие клятвы и обещания.

Немного поразмышляв, я вновь спросил стража, надеясь узнать что-нибудь ещё полезное для себя:

- А какие ещё приказы отдал тебе хозяин?

- Оставаться здесь. Смотреть за вами. Никуда не выпускать. Если вам будет что-то нужно, докладывать ему, - чёткие слова приказаний почему-то очень нелепо звучали от этой горы мышц с пустыми глазами: видно было, что не в этой голове они родились. Я ещё раз внимательно осмотрел того, кто меня сторожил. При жизни это был ещё молодой, и даже красивый мужчина. Видимо, он долго занимался тяжёлым трудом, судя по развитым мышцам рук и ног. На вид ему было около тридцати лет, одет он был в грубые кожаные штаны, огромные сапоги и жилетку из волчьего меха на голое тело. Если бы не едва ощутимый сладковатый запах разложения и пустые глаза, его можно было бы принять за обычного человека, какого-нибудь деревенского кузнеца или лесоруба.

- А много таких, как ты, у хозяина?

- Нет. Раньше нас было много, а сейчас нас осталось совсем мало. Два раза по десять, и ещё охотники.

Аккуратно расспрашивая своего тюремщика, я начал потихоньку разбираться в происходящем. Самым главным здесь был, разумеется, Сардонис, глава Ордена некромантов, каким-то образом сумевший выжить после падения в пропасть, собравший остатки своих слуг и укрывший их глубоко под землёй в подземных лабиринтах, растянувшихся под Туманными горами. Ему подчинялись охотники и немёртвые. Охотниками себя называли те, кто, ещё будучи живыми, прошли сквозь врата. Это произошло во время битвы на Кровавом поле, когда благодаря Озарённым, силы людей и магов стали побеждать некромантов. Чтобы вырвать победу, сквозь врата жизни и смерти прошли не только волшебники, но и обычные люди: слуги, кухарки, конюхи - все, кто был в замке. Под угрозой смерти или по собственной воле они прошли сквозь врата, но помимо вечной жизни, они приобрели и другие способности: силу, быстроту, возможность видеть в темноте, слышать на расстоянии мысленный призыв хозяина. Они уступали в силе и быстроте Озарённым, но превосходили во много раз обычных людей, поэтому их появление не повлияло на исход битвы, а лишь задержало падение замка Сардониса. В основном же слугами Хозяина мёртвых были те несчастные, которых некроманты убили на Кровавом поле для того, чтобы открыть врата. Даже после смерти их тела продолжали служить некромантам: пустые оболочки, бездумно выполняющие любые приказы того, кто пробудил их к нежизни. Но за минувшие века многие из охотников и немёртвых были уничтожены, или как-то иначе обрели покой. Одни погибли от несчастных случаев, другие сгорели под лучами солнца, или были сожжены крестьянами, защищавшими свои дома. В конце концов, из более чем полусотни немёртвых и семи охотников остались только пара десятков немёртвых и четверо охотников (один из них как раз и сгорел на поляне от выпущенной мной солнечной стрелы). К моему удивлению, оказалось, что солнечные лучи убивали этих тварей не хуже магических заклинаний, правда, не так быстро, но оказавшись под лучами солнца, они загорались, как хорошо просмоленная ветошь. Мне показалось это странным, но потом я вспомнил одно из имён Гелиона, чьё небесное око согревает землю. "Изгоняющий зло" - так его называют в храмах, и можно ли представить более омерзительное зло, чем полутрупы, живущие вопреки воле богов и оскверняющие самим своим существованием небесное око? Так, за разговорами и размышлениями, как-то незаметно для себя, я задремал, убаюканный шумом воды.

Проснувшись, я не сразу смог понять, где нахожусь, но взглянув на огромную фигуру Нарвена, замершую у порога, я понял, что моё похищение, разговор с Хозяином мертвых и клятва, данная на перстне Мелираны - всё это было не кошмарным сном, а правдой. Рядом с камнем, на котором я заснул, на аккуратно расстеленной тряпке, лежала краюха хлеба, сыр и несколько яблок. С аппетитом поев и напившись воды из ручья, я присел, чтобы поразмыслить над дальнейшими действиями. Но страж, молчаливый и неподвижный, до этого спокойно стоявший у входа, подал голос:

- Хозяин хочет вас видеть.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Хозяина мёртвых мы встретили в тронном зале. Сегодня он был одет проще, никаких вычурных нарядов или украшений: скромных белый хитон, лёгкие сандалии, и лишь магический перстень на руке не давал забыть о его истинном положении. Ко мне он подошёл с легкой улыбкой на лице.

- Как вы отдохнули, мастер Арен? Простите меня за более чем скромный завтрак, но это всё, что смогли раздобыть мои слуги за ночь. Гости редко нас жалуют своими визитами, но мы всё это скоро исправим и устроим вас как можно комфортнее.

Не ожидая такого потока любезностей, я даже немного растерялся. То тебе грозят скорой смертью, то наоборот, интересуются, хорошо ли ты спал и вкусно ли позавтракал.

- Спасибо. Я привык с утра есть немного.

- И это правильно. Как говорил Муса аль Сааби, человек, набив живот с утра, и день проводит вяло и неторопливо; а тот, кто ест утром мало, наоборот, может все силы бросить на заботы дня. Итак, мастер Арен, прежде чем приступить к занятиям с вами, я хотел бы узнать, что вы можете, знаете и умеете.

И мне был устроен многочасовой допрос. Хозяина мёртвых интересовало буквально всё: какие заклинания мне доступны, чем я занимался до того, как вступил на путь Высокого мастерства, кто были те волшебники, что признали меня достойным звания мастера, и какие испытания я проходил для того, чтобы получить это звание. И так далее, и так далее. Наконец, когда я уже начал чувствовать себя лягушкой, которую, разложив на столе, разбирают на части, Хозяин, довольный услышанным, откинулся на своем троне.

- Что ж, я вижу, что своё звание вы получили не зря. Странники Серых путей по-прежнему готовят достойных волшебников. В моё время, когда ваш орден только появился, многие думали, что он скоро исчезнет, просуществовав весьма недолго. Разве могли вы соперничать с Владыками ветра и воды Майнгейнами, Хозяевами земли Хейсерами и Повелителями огня Орунгэнами? Ваш орден выбрал другой путь, провозгласив свой целью постижение знаний. Вы не избрали какую-то одну стихию или специализацию, а наоборот, попытались охватить всё, и многие считали, что этот путь не принесёт успеха, ведь вы никогда не сравнитесь во власти над водой и ветром с Орденом Майнгейнов, или во власти над огнём с Орденом Орунгэнов. Но время доказало правоту Магнуса Серого плаща, основателя вашего ордена. Услуги волшебника стоят дорого. Городским советам и правителям проще содержать одного волшебника, умеющего всё понемногу: призвать дождь на поля, унять огонь в загоревшемся доме, подлечить людей или животных, найти вора, укравшего вещь. Платить куче волшебников невыгодно. И хоть ваши маги никогда не сравнятся с Майнгейнами, Орунгэнами и Хейсерами во власти над стихиями, вы не уступаете им благодаря разнообразию умений.

- Вас послушать, так у нас не орден, а сборище деревенских колдунов-самоучек, - решил я вступиться за честь своего ордена, серым плащом и посохом которого я по праву гордился. - Но это не так. В отличие от других орденов, у нас самые строгие экзамены, и больше всего срок обучения мастерству, а после получения титула мастера обучение продолжается. Мастер сам выбирает, в чём хотел бы специализироваться. И потом, чтобы получить титул магистра, необходимо доказать в круге испытаний своё мастерство. Поэтому ещё до окончания учёбы у меня было три приглашения от городских советов разных городов с предложениями места городского волшебника, а те же мастера Майнгейнов и Орунгэнов вынуждены скитаться по миру в поисках работы или постоянного места для себя, потому что мало кому в мирное время нужен маг, умеющий только призывать огонь, или наоборот, его гасить; так же, как вдали от портовых городов мореходы редко находят применение своим умениям. Только Хейсеры так же востребованы, как и мы, благодаря своему дару, помогающему выращивать хорошие урожаи чуть ли не в бесплодных землях.

- Что вы, мастер Арен! Я нисколько не умаляю ваш орден. Наоборот, я восхищаюсь мудростью его основателя. Благодаря моей поддержке, Магнусу удалось создать свой орден Серых Плащей, и я горжусь тем, что в своё время помог ему. Когда я возглавил орден Хозяев мёртвых, ваш орден только появился, и многие считали, что он скоро исчезнет, не просуществовав и пару десятков лет.

- Вы хотите сказать, что вы знали Магнуса Серого плаща? - невольно вырвалось у меня. Основатель ордена считался легендарной личностью, перед которой преклонялись, а память чтили. Его вещи - потёртый серый плащ и обычный деревянный посох - как драгоценные реликвии хранились в музее, напоминая о том, благодаря кому появился наш орден. На гербе нашего ордена был изображён странник в плаще и с посохом, бредущий по дороге наперекор сильному ветру, дующему прямо в лицо. Этим странником и был Магнус, который, несмотря на насмешки врагов и неверие друзей, основал свой Орден Странников Серых путей, собирателей истины.

- Да, - невозмутимо ответил некромант. - Мы виделись с ним пару раз. Когда он загорелся идеей создания своего ордена, он приезжал ко мне за поддержкой и помощью. Верховные маги не хотели давать своё согласие на появление нового ордена, но я его поддержал. Мне всегда нравились целеустремлённые люди, одержимые целью, и идущие к ней, несмотря ни на что. В последний раз, когда я его видел, он даже подарил мне на память вот это.

И Сардонис протянул мне небольшую заколку для плаща, сделанную в форме дубового листа.

Дрожащими от волнения руками я взял реликвию, и внимательно начал её рассматривать. Чуть меньше ладони, заколка поражала красотой исполнения. Она идеально повторяла дубовый лист, покрытый капельками росы, Искусник, создавший эту красоту, сверху на золото броши нанёс тончайшую зеленоватую эмаль, повторяющую зелень молодого листа. Капельки росы, разбросанные на поверхности листа, вблизи оказались небольшими, но очень чистыми бриллиантами. Мастер смог создать даже тонкие прожилки, разбредающиеся по листку. Если эту пряжку уронить среди молодой листвы дуба, глаз вряд ли заметит её.

На обратной стороне броши я увидел едва заметный, выгравированный с такой же тщательностью, как и сама брошь, дуб - фамильный герб Магнуса. Там же были начертаны и слова на старохемирском: Магнусу в память об Арютан. Не оставалось сомнений: в руках я держал Дубовый листок, брошь, которую принцесса Арютан подарила Магнусу при расставании. Об этой легенде помнят и рассказывают её до сих пор: Магнус, вечный странник путей и дорог, по просьбе королевы Хазизы прибыл в Хемир, чтобы помочь единственной её дочери и наследнице, принцессе Арютан. Принцесса была одержима демоном, вселившимся в неё из-за проклятия жрецов Банагариса, бога похоти и запретных удовольствий. До этого, по повелению королевы культ Банагариса был запрещён, а жрецы были казнены или изгнаны. Тварь, вселившаяся в принцессу, заставляла несчастную девушку вытворять немыслимые вещи: она предлагала своё тело стражникам и слугам для утех, наедалась отбросами и фекалиями, набрасывалась на слуг, пытаясь выцарапать глаза. За несколько месяцев из прекрасной принцессы девушка превратилась в вонючего, безобразного монстра, которого держали взаперти, чтобы он не мог причинить вреда себе или другим людям.

Принцессу пытались спасти, изгнать тварь, поселившуюся в её теле, но ни усилия жрецов, ни волшебники и мудрецы, прибывшие из разных стран, не могли помочь: тварь была очень сильна, и при попытках изгнать её, принцесса начинала умирать, едва только сила богов или магии касалась твари в её теле.

В отчаянии, видя, во что превратилась её дочь, королева уже хотела умертвить дочь, чтобы прекратить её мучения и очистить душу и тело, но к этому времени в столицу приехал Магнус Серый плащ. Упросив королеву дать ему шанс на исцеление принцессы, он смог сотворить чудо. История не сохранила, как именно Магнус смог победить демона, овладевшего телом принцессы, но ему удалось добиться того, чего не смогли все остальные жрецы, мудрецы и маги.

После исцеления принцессы он долго оставался в столице рядом с ней, помогая ей вернуться назад к людям, и там, во дворце, они полюбили друг друга. Говорят, что ради неё он был готов даже отказаться от своих странствий и осесть на одном месте, чтобы только быть рядом с любимой. Но как не быть вместе орлу и рыбе, так и принцесса не может выйти замуж за простого человека, пусть и волшебника. Её рука уже была обещана сыну короля соседнего государства. Всё уже было решено, и ничего нельзя было изменить. Верная долгу перед своей страной, она не могла быть с тем, кого любила, и Магнус должен был уйти.

Вернувшись к серой пыли дорог, он отверг все награды и дары, которая королева дала ему в награду за спасение дочери. Лишь эту брошь он взял с собой в память о любимой. Её подарила ему сама принцесса пред расставанием, и капельки росы, разбросанные по дубовому листу, символизировали слёзы, пролитые Арютан при расставании с Магнусом.

От волнения я долго не мог справиться с собой, но всё-таки нашёл в себе силы спросить:

- Неужели Магнус вот так просто расстался с подарком, ведь это была его единственная память о любимой?

- К тому времени прошло уже тридцать лет после их расставания, и когда я с ним встретился, он уже бредил мечтой о создании собственного ордена. Ему была очень нужна моя поддержка на собрании орденов, где решился бы вопрос о том, позволят ли ему создать свой орден или нет. Я как сейчас помню наш разговор. Я тогда ему сказал: "Если ты хочешь что-то получить, ты должен быть готов чем-то пожертвовать. Если хочешь моей помощи на голосовании совета, отдай мне эту брошь". Я знал, как он дорожил этой вещью, и он скорее бы отрубил себе руку, чем расстался бы с нею. Мне было интересно, что для него важнее: создать свой орден или сохранить память о единственной женщине, которую он любил. Он выбрал орден.

Я долго держал в руках брошь. Мне жаль было возвращать этот символ любви в руки этого негодяя, но с болью в сердце я протянул её назад. Сардонис отстранил мою руку:

- Оставьте себе эту вещь, мастер Арен. Пусть это будет мой подарок вам в честь начала нашего общего дела.

Я отрицательно мотнул головой:

- Я не могу это взять. Это слишком дорогая вещь для нашего ордена. Это бесценное сокровище, за которое Странники Серого пути не пожалеют никаких денег.

- Тем более, она должна храниться у члена вашего ордена. Для меня это красивая, но бесполезная безделушка, которую мне некуда даже надеть. Ведь кроме крыс и летучих мышей здесь никого нет. Я не вижу здесь других людей, способных оценить её красоту, а тем более, понять её значение.

"Спасибо", - это было всё, что я смог сказать на эти слова. Про себя я подумал, что если я смогу выбраться из этих пещер живым, то отнесу эту брошь в цитадель ордена, в музей, где она должна храниться вместе с другими реликвиями нашего ордена: простым серым плащом, потёртым и порванным, и дубовым посохом, вырезанным и отполированным руками Магнуса. Жаль, что никто, кроме меня, так и не узнает о той цене, которую заплатил основатель, чтобы наш орден появился.

Посмотрев, как бережно я укрываю брошь в складках своего плаща, Хозяин мёртвых сказал:

- Итак, приступим к обучению, мастер Арен. Очень хорошо, что вы не специализируетесь в чём-то одном. Вам будет легче понять и усвоить то, что я вам сейчас буду объяснять и рассказывать...

Я не знаю, сколько времени мы занимались, но когда в сопровождении стража я вернулся в свою пещеру, я едва не падал от усталости. Принципы построения заклинаний, призыв и манипулирование силой, необходимой для создания чар - всё это было абсолютно незнакомо, и заставляло меня максимально выкладываться, чтобы понять то, что мне втолковывал некромант.

В пещере горел небольшой костер. На камне, служившем мне столом, была разложена еда: вяленое мясо, хлеб, сыр несколько яблок. Возле костра я заметил котелок, от которого вкусно пахло кашей. Не заставляя себя упрашивать, я с аппетитом набросился на еду.

Вспоминая события дня, я по-прежнему не верил, что стал обладателем Дубового листка, принадлежавшего самому Магнусу, основателю. Невольно я представлял, сколько золота смог бы потребовать за неё. Так, размышляя, я поймал себя на том, что сквозь складки плаща ощупываю брошь, чтобы убедиться в том, что она реальна. Решив себя порадовать, я достал её из кармана, и долго ею любовался при свете костра.

Когда я понял, что засыпаю, устав от обилия знаний, выпавших на мою голову за день, я ушёл спать в угол, где кто-то заботливо раскидал солому, на которую сверху положил мой мешок. Последнее, что я увидел, засыпая, был мой сторож, молчаливо возвышавшийся у входа...

Так и началось моё обучение у последнего некроманта нашего мира. Я всегда любил учиться, постигать что-то новое и ранее мне неизвестное. Сардонис был хорошим учителем, и очень умным и интересным собеседником. Вначале понимание силы, которую использовали некроманты для своих заклинаний, мне не давалось, но со временем, благодаря терпению Хозяина мёртвых, своему желанию учиться, и тому обстоятельству, что деваться мне всё равно было некуда, мне постепенно начали удаваться сначала простенькие заклинания, а потом и более сложные.

Я потерял счёт дням в этом царстве ночи и теней. Когда бы я ни засыпал и ни просыпался, в пещере горел огонь, и была готова еда, простая, но хорошо приготовленная. Я не знал, откуда она берётся, кто её готовит, и кто меняет солому, служившую мне постелью, на более свежую. Я просто принимал всё это, как есть.

Нарвен, мой молчаливый надзиратель, каждый раз занимал своё место возле входа в пещеру. После завтрака он отводил меня к Хозяину, и мы продолжали обучение, которое давалось мне с трудом. Приходилось полностью выкладываться, чтобы понять сложные структуры построения незнакомых мне заклинаний, настраиваться на потоки силы, текущие сквозь этот мир, преобразовывать её в причудливые формы, создающие удивительную магию некромантов. Это было очень трудно. Я признавал, что никогда не справился бы без Сардониса: он был гением, по праву в тридцать с небольшим лет возглавившим орден Хозяев смерти. Не теряя выдержки и терпения, он раз за разом подробно объяснял, что я должен делать, чтобы получить результат. В случае неудачи, мы вместе разбирались, где я совершил ошибку, и что нужно сделать, чтобы она не повторилась.

В перерывах между занятиями мы часто разговаривали об истории и давно минувших событиях, свидетелем которых был мой учитель. Мне было интересно с ним разговаривать о тех событиях, упоминания о которых я мог встретить лишь на страницах летописей и легенд. Падения королевств, рождения королей - всё это хранилось в его памяти.

Иногда мы играли в табы, и в этих играх с постоянной неизменностью я проигрывал. Независимо от того, как удачно падали кости, победа всегда оставалась за моим соперником. И тот ужас, с которым я вначале смотрел на него, постепенно уходил, сменяясь восхищением перед мудростью, знаниями и опытом человека, не испугавшегося запрета богов и посмевшего поступить вопреки их воле.

Вернувшись после занятий к себе в пещеру, перед сном, я взял привычку любоваться брошью, подаренной мне некромантом, а потом разговаривать с Нарвеном, караулившим меня у входа. Меня угнетало отсутствие солнца и людей, холодные камни вокруг не согревали меня, и даже редкие ночные прогулки на волю не могли мне заменить солнечного света и людских голосов. Я смог убедить Сардониса в том, что мне необходимо выходить наружу, хотя бы для того, чтобы подышать свежим воздухом и увидеть небо над головой, поэтому по ночам меня иногда выводили из пещер в сопровождении Нарвена и одного из охотников, и я любовался на звёзды и луну, вдыхал прохладный ночной воздух и просто босиком гулял по траве.

...Я всё более и более тяготился своим пленом, в то время как моё обучение продвигалось вперёд. То, что вначале казалось невозможным, теперь стало вполне достижимым. Ещё пару месяцев, и я смогу создать малый круг жизни и смерти. Я не знал, что мне делать. Пытаться тянуть время, затягивая учебу, было бесполезно: Сардонис слишком умён, он поймёт, что я валяю дурака, и не пощадит меня. Мои надежды на орден были весьма зыбки: найти меня в пещерах Туманных гор почти невозможно. Я все больше склонялся к мысли построить этот проклятый круг, воскресить жену и дочь, и убраться подальше от этих гор, мертвецов и некромантов. Но мне не давала покоя мысль о том, что создав врата, Сардонис будет держать их открытыми, а это означало, что рано или поздно опять погибнут невинные люди. И я помогу опрокинуть весь мир в бездну, из которой нет спасения.

Теперь по ночам мне снился новый кошмар. Он начинался привычно: я бежал по улицам охваченного болезнью города, чтобы спасти свою семью; но потом я внезапно проваливался под землю, и оказывался в пещерах под Туманными горами. Я пытался выбраться из этих проклятых пещер, я бежал по коридору наверх, но стоило мне подобраться к выходу, как передо мной вырастала стена. Я опять бежал по бесконечным коридорам навстречу свету дня, но в шаге от выхода передо мной вырастали все новые стены, и так без конца. Чтобы я ни делал, куда бы ни бежал, я не мог выбраться из этого лабиринта.

В очередной раз, вернувшись в пещеру после занятий, я свернулся возле костра и мрачно задумался о том, что мне делать дальше. Занятия прошли хорошо: сложное заклинание Зова пустоты, которое мне долго не удавалось, сегодня, наконец-то, было сотворено без ошибок, и за это я получил похвалу от Сардониса. Однако похвала за верно исполненное заклинание меня не радовала: я ещё на один шаг стал ближе к созданию круга, а значит, времени на размышления у меня оставалось всё меньше.

Пройдясь несколько раз туда-сюда по пещере, я взглядом зацепился за фигуру Нарвена, неподвижной глыбой возвышавшегося возле входа, и меня охватила злость на эту пустоголовую кучу потухшего мяса. Внезапно потеряв самообладание, я подскочил к нему и начал колотить его ногами и руками со всей силы.

- Стоишь тут, пустоголовая тварь! Что ни прикажут, всё выполнишь! Детей своих, если прикажут, собственными руками задушишь и на куски разорвёшь! - кричал я, и бил его что было силы, обвиняя во всём, что со мной происходило. И когда моя рука, занесённая для очередного удара, вдруг замерла в воздухе, я не сразу понял, что происходит. Подняв глаза, я увидел, что мою руку держит Нарвен, и внимательно смотрит на меня.

Потом, не спеша, чётко выговаривая слова, он произнёс:

- Я не могу убить свою семью. Потому что их давно убили. У меня на глазах.

Обалдев от услышанного, я отступил на несколько шагов, потирая руку.

- Чьи это слова? Твои, или твоего хозяина? - спросил я первое, что пришло в голову, не отрывая от него взгляда.

И когда он снова заговорил, я чуть от испуга не упал в костёр.

- Это мои слова. Я помню тот день, когда погибла моя семья и все мои близкие. Я очень хорошо помню день, когда это произошло. Мы поехали на праздник всей семьёй. До этого мы почти две недели готовились. Жёны готовили наряды и собирали припасы в дорогу. Мы с братом подковали коней и привели в порядок телеги. Дети в ожидании предстоящего праздника прямо места себе не находили, считая дни до его наступления.

За два месяца до того дня некроманты разослали гонцов по всем деревням и сёлам, приглашая жителей на свой праздник. Мы с братом были простыми деревенскими кузнецами, и почти никогда никуда не выезжали из нашего тихолесья, поэтому такое событие не хотелось пропускать, да и внимание со стороны магов было приятно.

Когда подошло время, мы всей семьёй поехали на праздник. Брат со своей женой и двумя сыновьями, и я со своей женой, дочкой и сыном. Даже матушка с отцом не усидели дома, захотев посмотреть на праздник, устроенный некромантами.

И хоть до замка некромантов почти четыре дня пути, мы приехали в срок. Тогда было очень солнечно, на небе ни тучки, повсюду поют птицы. Всё поле перед замком было уставлено столами, вокруг множество людей. Все красивые и нарядные, улыбаются, поют. На столах множество яств, каких мы в своей глухомани отродясь не пробовали, и сколько народ не съедал, их всё подносили. Ещё были бочки с вином и пивом, огромные, с человека ростом. Из них наливали не жалея, всем желающим. А ещё вокруг затейники, музыканты, жонглёры. Очень весело. Поют, танцуют... Очень всем весело было...

Каждому ребёнку, прибывшему на праздник, дарили игрушку. Кире подарили большую куклу в зелёном платье, а Фирену - деревянный меч, как настоящий. У них никогда в жизни не было таких красивых игрушек. И хоть народу на поле веселилось много, да ещё и подвыпившего, драк почти не было. За порядком следили сами хозяева. Они прогуливались по полю среди столов, их легко было узнать по чёрным плащам, которые они носили, несмотря на солнце.

Потом, когда все наелись вволю и напились, затрубили трубы, и слуги попросили всех собраться возле столов, чтобы поприветствовать хозяев праздника. Рядом со мной стояла моя дочка, не выпуская из рук куклу, которую ей подарили. Собрались некроманты, окружив поле кругом, и начали читать заклинание... Говорили они негромко, но почему-то их слова слышал каждый. И вместе с их словами вспыхнули, как звезды, тёмные кристаллы, стоявшие на столбах вокруг поля. Мне стало так больно, что я упал, где стоял. Рядом со мной упала дочка, и выронила проклятую куклу. Я попытался встать, но не мог. Тело не слушалось меня, я не мог пошевелить даже пальцем. Всё, что я мог, это только кричать. Я кричал, но моего крика никто не слышал. Всё поле было завалено телами людей, и все беззвучно кричали. А проклятые кристаллы разгорались всё ярче, высасывая из нас наши жизни. Было очень больно, но я смотрел только на свою девочку. Она лежала рядом, и смотрела на меня...

Она не хотела умирать. Ей было больно, она смотрела мне в глаза, и шептала: "Папа... Папа... Папа..." - надеясь до последнего, что я ей помогу. Под конец она даже шептать не могла. Просто смотрела на меня, а из глаз текли слезинки... Потом она умерла. А я лежал, как деревянная колода, и ничего не мог сделать. Я молился Гелиону, молил его до последнего спасти моих детей. За себя я не просил. Я умолял спасти их. Но в тот день боги были глухи к моим молитвам. А потом и я умер.

Но сила, убившая всех на том поле, не позволила мне уйти в Обитель тишины и света. Тварям, убившим нас, мало было наших жизней. Им нужны были и наши тела, покорные их воле и выполняющие приказы. То, что было потом, я плохо помню. Это было как во сне: какие-то люди с оружием, крики, молнии, падающие с небес... Все куда-то бегут, я бью кого-то в грудь, ломаю рёбра... Потом люди убегают, потом возвращаются. Опять битва, но среди людей уже другие. Обжигают, как солнце... Они сильные, быстрые, пробиваются к вратам, убивают колдунов одного за другим, врываются в замок... Потом ничего не помню...

Снова зов, но уже тихий, едва слышимый... Приказывает идти к горам. Там я снова увидел Хозяина с его проклятой книгой. Он был весь изломан, голова разбита, из неё вытекали мозги, но он был жив. Мы, повинуясь его воле, отнесли его, куда он приказал. В пещеры под Туманными горами. Они тянутся вглубь на тысячи шагов. В этих пещерах мы и оставались, пока хозяин приходил в себя.

Потрясённый услышанным, я сидел возле костра, не зная, что сказать. Я как будто сам побывал на том проклятом поле, и видел, как моя дочь умирает на моих глазах, умоляя ей помочь. Если у меня и были какие-то мысли о создании врат, они ушли вместе с сомнениями. Никогда и ни за что я не буду строить эти проклятые врата! Нет, они никогда больше не появятся!

Мы оба молчали. Потом я спросил Нарвена:

- Почему ты не рассказал мне этого раньше, и почему ты не похож на остальных слуг Хозяина?

- Я не знаю, почему так произошло. Но у меня осталась память, и власть хозяина надо мной не так велика. Я могу ослушаться его, о чём он не знает, но я стараюсь быть похожим на всех, чтобы хозяин меня не заподозрил. А тебе я доверился, потому что ты не похож на тех, которые были до тебя, и которых хозяин тоже пытался заставить открыть врата.

- Разве кто-то ещё был здесь? - удивлённо спросил я. - Что с ними случилось?

Их было двое. Один - маг Земли, а другой - маг Огня, и они оба погибли. Они пришли сюда в горы за тем же, за чем и ты: искали книгу Хозяина. Их тоже захватили в плен, а затем Хозяин предложил им помочь ему открыть врата. Смотри сюда.

Он подошёл к валуну, служившему мне столом, а потом одним движением перевернул его. На обратной стороне камня я увидел едва заметные, полустертые буквы. С трудом их разбирая в неверном свете пламени, я смог прочитать написанное: "Меня звали Артан Хазид. В восемнадцатый день месяца Растущих трав я приехал в Туманные горы, чтобы найти потерянную книгу Хозяев смерти. Я искал славы и богатства, а нашел лишь плен и смерть. Обманутый посулами Сардониса, я учился у него проклятому искусству некромантии в надежде получить обещанное: вечную жизнь, власть и богатство. Но Нарвен открыл мне глаза, какую цену мне придётся за это заплатить, и эту цену я платить не буду. Я решил остановить зло и остаться верным заветам богов. Если кто прочтёт эти слова, пусть передаст весть в город Фередан моей матушке, чтоб не ждала сына".

Надпись была сделана два века назад. Прочитав, я спросил Нарвена, как умер этот человек.

- Он хотел вызвать землетрясение, чтобы обрушить горы и запереть навеки под толщей камней Хозяина вместе с нами, но проклятое кольцо не дало ему это сделать. Хозяин заставил его дать клятву, как и тебя, и он умер до того, как смог завершить заклинание.

- А что стало со вторым?

- Он был всего лишь подмастерьем, так и не сумевшим стать мастером. Пришёл сюда, мечтая с помощью книги обрести могущество. Но он оказался слишком глуп, и Хозяин, как не бился, так и не смог даже близко подойти к созданию врат. Когда Хозяин понял, что толку от него нет, он его съел.

- Съел?.. - переспросил я.

- После того, как были разрушены врата, сила, которая текла из них, исчезла. Чтобы жить дальше, мы вынуждены убивать и есть людей, поддерживая с помощью их тел свои тела. Если этого не делать, наши тела начинают разлагаться, и мы не можем больше служить Хозяину, - говорил он это спокойным, будничным тоном, как будто речь шла о погоде или урожае пшеницы. Я, ещё не до конца оправившись от всего, что узнал, спросил его, опасаясь услышать ответ:

- И ты тоже ешь людей?

- Да. И твои жена и дочь тоже будут есть человечину, чтобы жить. Если врата закроются, или вы уедете слишком далеко от них.

Тогда мне стали понятны усмешка некроманта и его слова по поводу того, что мы сами не захотим покинуть Туманные горы. Этот ублюдок меня обманул! Открыв для него врата и призвав своих родных назад, я своими руками превратил бы их в полутрупов, людоедов, постоянно зависящих от чужих жизней, и они бы сами убивали и пожирали тела людей! Представив свою дочь, поедающую внутренности или обгладывающую человеческую кость, я содрогнулся от отвращения.

Я не сомневался в правдивости слов Нарвена, но что делать со всем этим, я не знал. Я снова присел у огня и смотрел, как Нарвен ворочает валун, скрывая надпись, оставленную Артаном Хазидом.

В уме я перебирал всё, что мне было известно, и думал, как это можно использовать против Сардониса. Проклятая клятва связывала меня по рукам и ногам, лишая возможности напрямую атаковать Хозяина мёртвых. Но возможно, есть какие-то заклинания, неизвестные мне, которые помогли бы преодолеть силу перстня или как-то обойти клятву?

Размышляя над этим, я подумал о книге некромантов, за которой я и пришёл в эти проклятые горы. Если бы я смог её хотя бы пролистать! Может, в ней я нашёл бы подсказку, что мне делать дальше. За всё время моего обучения у Сардониса, я так ни разу её и не коснулся: все необходимые для занятий заклинания или другие сведения всегда были переписаны на листы бумаги. Учитывая, как Сардонис берёг свою книгу, я был уверен в том, что в ней есть что-то, что можно было бы использовать против него.

Ухватившись за этот шанс, я с надеждой спросил Нарвена, занявшего своё привычное место возле входа в пещеру:

- Скажи мне, где твой хозяин хранит свою книгу? Можно ли её как-то прочитать, но так, чтобы об этом не узнал хозяин?

Услышав мой вопрос, Нарвен некоторое время размышлял над ним, потом медленно сказал:

- Я знаю, где он её хранит. Но это вряд ли тебе поможет. Каждый раз, чтобы её открыть, Хозяин дотрагивается до неё своим перстнем, и тогда по книге пробегают зелёные искорки. Я думаю, что её защищает заклятье, и без перстня ты не сможешь её открыть. А свой перстень хозяин не снимает никогда.

Я усмехнулся. Было глупо надеяться, что вместилище знаний ордена некромантов никак не защищено. Я поразмышлял над возможностью снять защитные чары, охраняющие книгу, но отбросил эти мысли. Я понятия не имел, какие заклятья на неё наложены, но наверняка это были сильнейшие чары, известные только Хозяевам смерти, а моих скромных познаний было слишком мало, чтобы преодолеть защиту, созданную лучшим магом ордена. Мои грустные размышления прервал Нарвен:

- Есть другая книга. Может, она тебе поможет.

- Какая ещё книга? - удивлённо спросил я. В этих сырых пещерах книги, не защищённые магией, не могли долго сохраняться. Может, Сардонис мне соврал, и всё-таки сохранилась библиотека, хранившая книги некромантов?

- Я сейчас её принесу, - сказал Нарвен, и ушёл куда-то в темноту.

Я довольно долго ждал его, нетерпеливо ёрзая возле костра. Почти угасшая во мне надежда снова начала разгораться, и когда из темноты показалась фигура великана, что-то прижимавшего к груди, я бросился к нему, выхватив у него из рук книгу, которую он мне принёс.

Это был небольшой томик красного цвета со знаком Огнеликого на обложке. Торопливо его раскрыв, я еле сдержал возглас разочарования: молитвы, гимны и ритуалы, посвящённые Гелиону Огнеликому, были единственным содержимым этой книги. И, словно отвечая на мой незаданный вопрос, Нарвен тихо заговорил:

- Лет двести назад в эти забытые богами края приехал молодой проповедник, и принёс людям слово о Гелионе. Пламя его веры было очень ярким, но горело недолго. Он пытался убедить крестьян, до этого покорно выплачивавших дань Хозяину, что его бог сможет защитить их от гнева некромантов, и им больше не надо бояться и вносить кровавую плату за возможность жить в этих краях. Некоторые уверовали, а тех, кто не принял веру, проповедник защитил с помощью символа Огнеликого, начертав его на домах и воротах. Божественная сила не пускала охотников в деревню. Хозяин был очень зол тогда. Он приказал избавиться от него.

Мы осадили деревню. Днём мы отсиживались в убежищах, а ночью нападали на людей. Уничтожали посевы, убивали скот, устраивали ловушки. И хоть мы не могли войти в деревню, сила Огнеликого не защищала от камней, стрел или факелов, которыми мы поджигали дома. Сначала мы бросали факелы, а потом, когда люди начинали тушить пожары, в ход шли камни и стрелы. Охотники хорошо наловчились стрелять из луков. Мы не могли добраться до людей, а они не могли спокойно спать. Так, ночь за ночью, мы изматывали их. В деревне начался голод, многие заболели и умерли. Устав от бесконечных атак по ночам, пожаров и смертей, люди начали роптать.

Видя, что люди теряют веру, проповедник решил показать им всю силу своего бога, и истребить мертвецов, осаждающих деревню. Он спустился в пещеры Туманных гор, и в одиночку перебил с десяток немёртвых. Но Хозяин оказался хитрее. Он заманил его в ловушку, и проповедник погиб, когда на его голову обрушились камни. Мы три дня потом разбирали завал: Хозяин хотел убедиться, что он мёртв, и больше не доставит хлопот.

Там, на его теле, я и нашёл эту книгу. Хозяин приказал её выкинуть, чтобы она гнила вместе с телом проповедника, но я её сохранил, надеясь, что она пригодится когда-нибудь. Скажи, она может тебе помочь?

Мне жаль было огорчать Нарвена, но с таким же успехом он мог принести мне сборник любовных баллад. Вся книга была заполнена текстами молитв, священными песнопениями и указаниями, как правильно проводить жреческие ритуалы. Там не было ничего, что могло бы мне помочь. Но руки, соскучившиеся по книгам, сами листали страницу за страницей, и ближе к концу я наткнулся на то, что меня заинтересовало. Несколько раз внимательно перечитав то, что там было написано, я вдруг осознал, что нашёл решение. Остаток ночи я провёл, раздумывая над планом.

Утром, после завтрака, я отправился в сопровождении Нарвена на занятия. Моё обучение подходило к концу, и Хозяин был доволен моими успехами. Мне удалось выполнить сложное заклинание Дыхания ночи, последнее из самых сложных заклинаний, необходимых для создания малого круга жизни. Как это обычно бывало, когда Сардонис был мною доволен, он предложил сыграть партию в табы в качестве небольшой награды за мои успехи. Переставляя фигуры в зависимости от количества очков, выпавших на костях, я заговорил с Хозяином:

- Сегодня я завершил Дыхание ночи, не потеряв концентрации и контроля над заклинанием. Мне кажется, я готов приступить к созданию малого круга врат.

Хозяин удивлённо поднял глаза от доски с расставленными фигурами.

- Вы удивляете меня, мастер Арен. До этого вы уклонялись от разговора о создании врат, и я уже начал думать, что вы просто тянете время. Я рад, что вы, наконец, решили об этом заговорить. Создание врат, как вы уже поняли, это не просто начертание круга и символов. Этот процесс требует немалых сил и максимальной концентрации от мага. Но я думаю, что вы и вправду готовы к тому, чтобы создать круг.

Не сводя глаз с некроманта, я продолжил:

- Величайший, я осмелюсь предположить, что одного только желания будет недостаточно. Для создания врат требуются компоненты, которые весьма сложно найти в горах и в этой безлюдной местности: лепестки королевского лотоса, ртуть, максимально прозрачный и чистый янтарь, и многое другое. Мне хотелось бы знать, если всё это у вас. Вне всякого сомнения, некоторые компоненты можно заменить, или использовать не столь подходящие, но тогда круг врат будет нестабилен, и его силы может оказаться недостаточно для того, чтобы вернуть мою семью. Щель между мирами может оказаться столь малой, что ручеёк силы, который потечёт из неё, будет слишком слаб для того, чтобы вернуть из царства мёртвых моих близких.

Мои рассуждения не озадачили Хозяина. Отложив в сторону игральные кости, он чуть склонился ко мне и сказал:

- Я не ожидал вашего визита в Туманные горы, мастер Арен, но большая часть необходимых компонентов у меня есть. Некоторые из наиболее редких компонентов я собирался заменить на те, что можно достать в этих местах. Но вынужден признать вашу правоту: поток силы, конечно, будет ослаблен. Тем не менее, это ничего не меняет. Для моих целей на этом этапе достаточно и небольшого ручейка силы. Главное, чтобы он был. Со временем можно расширить щель, и тогда поток силы увеличится.

- Для ваших целей, возможно, этого и достаточно, но не для моих. Когда я давал клятву открыть врата, мы договорились о том, что я сделаю это однажды, после чего смогу уехать со своей семьёй, куда захочу. Я не собираюсь рисковать, сидя вместе с вами в этих горах в ожидании, когда Озарённые вместе с магами узнают о том, что нарушена граница между жизнью и смертью. У нас есть договор, и я хочу, чтобы вы выполняли свои обещания.

Сардонис сжал губы. Его глаза горели недобрым огнём.

- Мастер Арен, я приложил все усилия, чтобы достать необходимые ингредиенты. Но это глухие места, здесь нет купцов, а про алхимические лавки никто и не слышал. Немногие обычные люди готовы помогать мне. Поэтому вам придётся работать с тем, что я смог достать. Другого решения не будет.

Я сделал вид, что размышляю над словами Хозяина. Я был готов к тому, что всё необходимое для создания врат будет практически невозможно достать. Выдержав паузу, я снова заговорил:

- Величайший, простите мне мои сомнения, но я не могу так рисковать. Врата должны быть открыты так широко, как только можно, чтобы моя семья смогла вернуться. Если вы не можете достать необходимое, тогда это сделаю я. Вы говорите, что у вас есть помощники среди людей. В предгорьях раз в месяц проходят караваны купцов. Я напишу письмо своему учителю с просьбой прислать необходимые компоненты. Я напишу, что в горах я нашёл что-то интересное, и решил задержаться здесь, а для проведения исследований мне необходимы различные ингредиенты. Заодно, получив от меня добрые известия, орден не станет искать меня. Ведь поиски в этих местах были бы некстати.

Обдумав мои слова, Хозяин спросил:

- В таком случае, не проще ли заказать у купцов всё необходимое? Через неделю как раз прибудет караван. Вы могли бы сделать заказ у купца из большого города, и тот привезёт всё сюда, не привлекая вашего учителя.

Я покачал головой:

- Это невозможно. Ингредиенты, необходимые для магических ритуалов, продаются только магам или тем, кто имеет разрешение одного из орденов. Таковы условия Великого договора. Любой другой человек, попытавшись что-то купить, вызовет подозрения, и в лучшем случае ему ничего не продадут. А в худшем сообщат Озарённым, и его допросят, чтобы выяснить, для чего ему понадобились эти вещи.

Сардонис кивнул, откинувшись на троне:

- Что ж, мастер Арен, я подумаю над вашим предложением, прежде чем дать ответ. А вы пока на всякий случай подготовьте письмо для своего учителя. И бросайте кости. Игра ещё не окончена.

Эту партию в табы мне удалось свести к ничьей, впервые за всё время моего плена.

Утром я снова встретился с некромантом.

- Вы подготовили письмо, о котором говорили? - без предисловий спросил он.

- Да,- с этими словами я протянул небольшой листок бумаги, плотно исписанный словами. Некромант взял моё письмо, и начал внимательно его читать. В своем письме я писал учителю о красоте гор, о милых, добрых людях, живущих здесь, и о занимательном "магическом феномене", который я случайно обнаружил, путешествуя по этим местам. Для изучения этого феномена я просил его выслать различные компоненты, включая и те, что были необходимы для создания врат. В конце была небольшая приписка: "Передайте Маре и Гелиону мой привет, и скажите, что мне не терпится их увидеть".

Прочитав моё письмо, Сардонис спросил:

- Кто эти Мара и Гелион?

- Это близняшки, мальчик и девочка, дети сестры моего учителя. Они летом приезжают к нам в гости, чтобы навестить дядю. На севере принято давать детям имена богов. Считается, что боги присматривают за теми, кто носит их имена.

Сардонис презрительно ухмыльнулся:

- Глупый обычай, не правда ли? Люди так любят тешить себя пустыми надеждами на то, что богам есть до них дело! Но вернёмся к нашей проблеме. Я решил принять ваше предложение. По прибытию каравана мои слуги передадут купцам ваше письмо. А пока мы можем приступить к подготовке.

Я склонил голову, чтобы Хозяин не заметил надежду в моих глазах.

А дальше время как будто сорвалось с цепи, и с утроенной силой побежало вперёд. Мои дни были заполнены подготовкой к открытию врат: созданием всевозможных составов, которые должны были удерживать магию и придавать ей необходимую структуру. Раз за разом я повторял порядок произнесения заклинаний, ведь при сотворении столь сложной магии неправильно или несвоевременно произнесённое слово, или даже звук, могут привести к гибельным последствиям. В лучшем случае процесс будет прерван, и придётся начинать всю работу сначала. В худшем призванная сила уничтожит чародея, не сумевшего её удержать. О письме я успел позабыть, измотанный бесконечными тренировками.

Поэтому, когда однажды Сардонис вновь заговорил о моём письме к учителю, и о компонентах, которые мы ждали, я не сразу сообразил, о чём речь.

- Составляющие для проведения ритуала доставлены. Ваш учитель смог достать всё необходимое. Вместе с компонентами он прислал вам письмо. Разумеется, я его прочитал, прежде чем передать вам. Вы должны понимать, что я не могу рисковать, особенно сейчас, - с этими словами он протянул мне письмо учителя.

Не обращая внимания на Сардониса, я начал с жадностью читать привычные закорючки учителя. Лишь читая его письмо, я понял, насколько я соскучился по нему, единственному родному для меня человеку после Сафиры с Аминой. В Туманных горах мне очень не хватало его ироничных замечаний и веры в лучшее. Парой слов ему удавалось вырвать меня из тёмных пучин уныния и печали, в которые я часто погружался, когда вспоминал о своей семье.

И сейчас его письмо, наполненное новостями из дома, стало для меня маленьким кусочком солнца, согревшим мою душу. Несколько раз перечитав письмо, в конце которого Мара и Гелион передавали мне привет и просили скорее возвращаться назад, я спросил у Сардониса:

- Вы осмотрели всё, что он прислал?

- Да, конечно, - последовал ответ. - Как я уже сказал, у нас есть всё необходимое, чтобы открыть врата. Если всё пройдет хорошо, то уже скоро, мастер Арен, вы встретитесь со своей семьёй.

С полученными ингредиентами работа пошла ещё быстрее. Зал, в котором было решено проводить ритуал, начал покрываться цепочками символов; в центре зала был начерчен огромный круг, который должен был сдерживать силы, открывающие врата. Внутри круга была нарисована сложная звезда, касающаяся лучами границ круга, концентрирующая созданную магию для того, чтобы разорвать завесу между жизнью и смертью.

Наконец, настал тот день, когда всё было готово, и ритуал можно было начинать.

Зал, в котором собрались проводить ритуал, заполнился немёртвыми, потом пришли охотники. Среди них была и та девочка, что выманила меня из защитного круга. Она была лучшей охотницей, убившей сотни людей, попавшихся, как и я, в ловушку, и не предполагавших, что ребёнок может быть смертельно опасным чудовищем. Хозяин собрал всех, кто остался с ним после столетий ожидания. Час, которого он ждал веками, настал. Первый шаг, который нужен, чтобы вновь вернуть себе силу, будет сделан. Врата, пусть даже малые - это огромная сила. Я не сомневался, что найдутся те, кто возжелают получить вечную жизнь, и ради этого сделают всё. Врата будут лишь первым камешком, катящимся по склону горы, сталкивающим и увлекающим за собой другие камни, пока чудовищная лавина не обрушится на головы ни в чём не повинных людей.

Когда в зале не осталось свободного места, показался сам Хозяин. Он шёл не спеша, наслаждаясь торжеством, неся в руках огромную толстую книгу в чёрном переплёте, украшенную драгоценными камнями и золотом. Он положил книгу на небольшой пьедестал, и открыл её прикосновением перстня. Потом вошёл в круг со звездой, и положил в её центр блестящий чёрный кристалл размером с кулак.

- Всё готово, мастер Арен. Можете начинать.

Я вышел из угла, в котором все это время стоял, и пошёл к книге. Немёртвые, заполнившие зал, покорно расходились передо мной. Подойдя к пьедесталу, я остановился и несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоится и не потерять самоконтроль. Сейчас всё должно решиться.

Теперь в круге стояли двое: я и Сардонис. Хозяин мёртвых замер, чтобы не мешать мне в прочтении заклинаний, которые должны были выпустить силу, заключённую в кристалле, и влить её в круг, а затем оживить звезду, сияние которой пронзит завесу, разделяющую границу между миром живых и миром мёртвых.

Громким, чётким голосом я произнёс слова заклинания:

- Сфер иритун тромарис!

Яркая вспышка света озарила зал. И вслед за вспышкой света загорелись символы, и круг, и звезда. Они горели ярко и красиво, сливаясь воедино, распадаясь, и выпуская заключённую в них силу. Амарин, невидимым слоем нанесённый поверх круга со звездой, воспламенился, как и говорил учитель, и ярко загорелся, едва свет коснулся его.

И как ярко горели, исчезая, очертания малого круга жизни, также ярко вспыхнул невидимый до этого, огромный, на весь зал, круг, перерисованный мной из книги, которую мне дал Нарвен.

Круг Справедливости, Карающий круг, как его ещё называют служители Гелиона, ярко полыхал, разгоняя темноту пещеры, благодаря гелиону, которым он был начертан. Такие круги создают высшие жрецы, когда люди не могут разрешить спор сами, и просят суда у богов. Тогда сам Гелион, Небесный судья, решает участь тех, кто находится в круге. Я понимал, что задуманное мной может не удаться: я не был высшим жрецом Гелиона или даже его посвящённым, но я надеялся на то, что мой круг привлечёт внимание Небесного владыки, пусть даже его начертил не жрец, а волшебник. И если так случится, пусть он решит участь тех, кто в нём находится. Если же меня должна постигнуть кара за то, что я совершил кощунство, я был готов понести наказание. Всё, чего я хотел - чтобы Сардонис вместе со мной предстал перед судом Владыки небес, Карающим зло.

- Что ты натворил, проклятый ублюдок?!? - с перекошенным лицом бросился ко мне Хозяин мёртвых, опомнившийся после того, как исчез малый круг. Я стоял, не двигаясь, у пьедестала, и время как будто растянулось. Я молча смотрел на искажённое лицо бывшего когда-то величайшим некроманта; теперь оно перестало быть лицом умного и интересного человека. Это была ужасная морда монстра, демона, жаждущего смерти, живой человеческой плоти, чтобы рвать её, насыщая бесконечную, всепоглощающую пустоту внутри его.

Секунды перетекали в минуты, но ничего не происходило. Пламя Круга Справедливости начало тускнеть. План не удался. Огнеликий не заметил моего круга, и его суда не будет для тех, кто в нём заключён. Возможно, я где-то ошибся, рисуя круг по ночам при тусклом свете факелов, когда вместо отдыха пробирался сюда вместе с Нарвеном, который стоял на стаже, чтобы случайная тварь не застала меня за созданием Круга Справедливости. Возможно, Гелион откликается только на призывы своих жрецов. Теперь это будет уже неважно.

Мягким светом догорающее имя Гелиона, начертанное внутри круга, начало неожиданно разгораться вновь, как будто огромный поток струящегося света откуда-то извне начал его наполнять. Потом и весь зал залил яркий белый свет, как будто мы были наверху, под жарким полуденным солнцем, а не внизу под толщей гор; и яркое пламя очистительного огня охватило пришедших в движение мертвецов. Я смог разглядеть со своего места огромную фигуру Нарвена, охваченную пламенем.

Он смотрел вверх и улыбался. То, чего он желал столько лет с того дня, когда его семья погибла вместе с ним на том проклятом поле, свершилось. Мне показалось, что он шепчет: "Ты смог отомстить тому, кто был виноват в их гибели. Ты смог остановить зло и не дать ему повториться. И пускай о твоём подвиге никто не узнает, но в Обители тишины и света тебя будут приветствовать за столом героев!"

Пламя весёлым огнем охватило Хозяина мёртвых, упавшего на колени рядом со мной, и когда огонь охватил полностью его тело, перстень на руке некроманта тускло сверкнул, и я почувствовал, что умираю.

Это не было больно. Просто ноги внезапно подкосились подо мной, и я упал на каменный пол, а из тела ручейком побежала жизнь. Стало почему-то трудно дышать, и веки, вдруг ставшие такими тяжёлыми, стали закрываться. Я смотрел на высокий каменный потолок, и последними искорками в моей голове пронеслись мысли:

"Умираю... Простите меня. Простите за то, что не смог вас вернуть в этот мир. Я сделал всё, что мог. Теперь я сам иду к вам. Подождите меня, я скоро..."

Я соскальзывал в темноту, падая в благословенные объятия смерти, туда, где я, наконец, смогу встретить своих родных, обнять жену и дочь. Но яркая вспышка огромной силы вдруг разогнала темноту, в которую я падал.

- Живи!

И как будто огромная рука потянула меня назад в мир живых, который я только что покинул.

Очнулся я от холода камня, на котором лежал. Я долго не мог вспомнить, что со мной произошло. Тело было наполнено усталостью, не было силы даже просто приподнять руку. Каждое движение требовало огромных усилий и причиняло боль. Кое-как, медленно, я смог встать на четвереньки, потом, цепляясь за пьедестал, я поднялся на ноги. Было очень трудно удержаться, голова кружилась, ничего не было видно. Темнота полностью окружала меня.

Так я стоял довольно долго, и слабость с головокружением начали постепенно уходить. Наконец, я почувствовал себя лучше и призвал Светлячка, чтобы увидеть, где я нахожусь. Небольшой огонёк взлетел в воздух, и я понял, что по-прежнему нахожусь в тронном зале, в котором уже никого не было.

На пьедестале лежала книга, раскрытая, и более не защищённая. Чуть не выронив, я с трудом снял её с пьедестала, и сделал несколько шагов к выходу, но потом вернулся назад, и начал искать на полу в куче пепла, оставшейся от некроманта, перстень, который меня убил.

Я нашёл его в паре шагов от кучи пепла; видимо, он откатился, ударившись об пол, когда его хозяин рассыпался в прах. Всеочищающее пламя не причинило вреда перстню; чтобы его не потерять, я нацепил его кое-как на палец...

Как я выбрался наружу, я так и не смог понять. К моему счастью, я, как оказалось, немного помнил дорогу, которой меня выводили из пещер на поверхность. Когда я, наконец, вышел из пещер, яркая луна освещала землю. Под кустом, росшим возле входа, обессиленный, я заснул, положив под голову книгу...

Мне потребовалась почти неделя, чтобы вновь научиться видеть солнечный свет, от которого отвыкли глаза. Почти десять дней я добирался до ближайшей деревни, питаясь по дороге тем, что росло в лесу - ягодами, грибами и кореньями. Когда же, наконец, я подошёл к деревне, я наткнулся на детишек, которые собирали грибы. Я с криками радости бросился к ним, но увидев меня, они с воплями бросились удирать от меня, побросав корзинки с грибами.

Я кое-как добрёл до деревни. Меня встретили закрытые ворота, и куча вооружённых мужчин, укрывшихся за частоколом.

- Убирайся прочь, тварь! Мы уже уплатили дань твоему хозяину!

Едва сдерживая слёзы радости, я прохрипел:

- Я - живой. Я не боюсь солнечного света! - И я начертил перед собой символ Огнеликого, и прочёл молитву, прославляющую его имя. - Тех, кого вы боитесь, больше нет. Они исчезли, уничтоженные светом Гелиона; вам некого больше бояться.

Деревенские жители долго обсуждали мои слова. Но то, что я спокойно стоял при свете дня, убедило их в том, что я живой человек, а не мертвец, и они впустили меня. Умывшись и отдохнув, я взглянул на свою бороду, отросшую за время плена, и балахон, сильно испачканный и порванный за время моего плутания по лесу. Неудивительно, что дети испугались меня. Я и сам бы перепугался, увидев такое чудище, бегущее ко мне из леса. Местные не хотели мне верить, что ужас, который столько лет наполнял предгорья, исчез, что больше не надо по жребию отправлять раз в полгода одного из жителей в горы, и что теперь можно жить без страха за свою жизнь, и за жизни детей.

Через месяц, дождавшись каравана купцов, я уехал из тех мест. Что же до жителей деревни, они, без сомнения, убедились в правоте моих слов, когда тот, кто был предназначен в жертву, вернулся домой.

Амина уже давно спала, уткнувшись мне в плечо. Свеча, горевшая на столике возле кровати, тихонько потрескивала, испуская неяркий свет. Потревоженные воспоминания вернулись назад в уголки памяти. Пусть там и они остаются вместе с тенями прошлого.


Оценка: 6.69*16  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Маш "Искра соблазна"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) Kerry "Копейка"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров-2. Легион"(ЛитРПГ) Л.Свадьбина "Секретарь старшего принца 4"(Любовное фэнтези) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"