# 17 апр. для мобильников

Таис Сотер

Какими бы не были планы Юрия, всех их пришлось оставить до следующего дня. Утром, проснувшись в постели Аланы, он привычным жестом поцеловал спящую женщину в висок и погладил по гладким рыжим волосам. Алана даже не проснулась, всё ещё не отойдя после неумелого вмешательства маленького эспера.

В обеденном зале никого не было. Императрицу (уже фактически бывшую) удалили из замка, временно отправив в Кадис, и без её свиты в замке стало удивительно тихо.

Впрочем, через полчаса к Юрию присоединился доктор Оссе. Врач неодобрительно взглянул на гардарика, поглощавшего толстенный бутерброд с куском мяса и ломтём сыра, и взял себе овсянки.

- Как там наследник, доктор? Траур будем объявлять? - в лоб спросил Цехель. Репутация у него сложилась человека нахального и любопытного, и он этим с удовольствием пользовался. С иностранца то из союза какой спрос?

Так и сейчас, Оссе совсем не удивился осведомлённости Юрия о делах императора.

- Тай Замир вполне здоров, хотя и нуждается в отдыхе, - вежливо ответил доктор. - Но про его психологическое состояние без тайнэ Аланы я не рискну говорить. По крайней мере со мной юный тай отказался говорить.

- Алане не здоровится, - коротко ответил Юрий, не вдаваясь в подробности.

Оссе кивнул.

- Я передам императору.

Цехель шумно отодвинул стул, зевнул, потянулся, и небрежно кивнул старичку:

- Не стоит. Я сам. А... к Эрике вы вчера вечером не заходили?

- Мне и без того забот хватает, но я загляну, - проворчал доктор. Всё же присутствие более молодого коллеги, Дали, весьма облегчало работу Оссе. Забота о важной рабыне императора утомляла немолодого врача. И всё же он старался работать на совесть. - Вчера девочка выглядела ошеломлённой. История с отравлением её весьма подкосила. Но вот что свалило с ног юного наследника?

- Не забивайте голову, док, - уже почтя выйдя из обеденного зала, произнёс Юрий, и махнув рукой, исчез за дверями.

Пофлиртовав с хихикающей служанкой с кухни, смущённой вниманием красавчика-гардарика, Юрий смог выяснить, что Альге встал почти два часа назад и уже позавтракал. А значит, сейчас он или работает в своём кабинете, или, что вероятнее, упражняется в тренировочном зале.

Интуиция не подвела гардарика. Ядгар, уже со взмокшими волосами и пропотевшей майке пытался сбросить напряжение последних дней на беговой дорожке. Решив пока не отвлекать Ядгара, Юрий быстро переоделся, и принялся за разминку. К тому времени, когда гардарик уже успел немного разогреться, император остановился, снял очки санро и казалось только сейчас заметил друга.

Усевшись на скамейку, Ядгар глотнул воды, стёр со лба пот и заговорил с Юрием так, как будто они продолжали недавнюю беседу:

- Я облажался.

Рыжеватые брови Юрия взлетели вверх. Такого признания от друга он не ожидал. "Надо же, Эрике действительно удалось растопить сердце ледяного короля", - почти с восхищением подумал Цехель.

- Ну, должен и ты иногда совершать ошибки. Кто знал, что Анхела окажется такой безумной сучкой.

Если прежний император обязательно осадил бы зарвавшегося гардарика, непочтительно высказавшегося о его жене, то этот даже не поморщился:

- Дело не в Анхеле. Замир... я причинил ему вред. Вчера он впервые воочию увидел меня за очень долгое время. Ему стало так плохо от моего присутствия, что он просто потерял сознание.

Как и думал Юрий, Альге взял всю ответственность за произошедшее на себя. "Ах, мой старый друг, как же ты предсказуем".

- Оссе говорит, что с твоим сыном всё будет в порядке, - негромко сказал гардарик. - Значит... Эрика так и не смогла помочь? Она ведь была в тот день с вами.

Император кинул на Юрия странный взгляд, едва не заставивший его заёрзать на месте.

- Ты как всегда хорошо осведомлён.

- Я встретил вчера Эрику. Неслась куда-то сломя голову. Я подумал, что неплохо было бы немного успокоить её, пока она не наделала глупостей, - подчёркнуто легкомысленно сказал Юрий. Не рассказать о встрече с Эрикой было бы глупо - император всё равно бы об этом вскоре узнал.

- Успокаивал, значит? - как то недобро протянул император, смеряя взглядом рыжеволосого наёмника, сидевшего рядом с собой.

- Эй эй! - Юрий обезоруживающе поднял руки и нервно улыбнулся: - я ведь не для себя старался! Ты же сам сказал за ней приглядывать.

- Приглядывать на корабле, - напомнил Альге, поднялся и с хрустом потянулся. - Впрочем, ладно. Поучаствуешь со мной в спарринге?

- Только не в рукопашке! - поспешно ответил Юрий, вставая вслед за другом. - Может, посохи?

Ядгар и Юрий практиковали совсем разные стили боя, и там, где Альге был хорош, Юрий обычно проигрывал, и наоборот. У каждого были свои преимущества. Юрий был ловок и быстр, не гнушаясь использовать грязные приёмы, но в бою легко истощался. Поэтому выносливый и крепкий Ядгар был для него не самым удобным противником. К тому же, тот был совсем не так медленен, каким казался на первый взгляд. А стоило попасть ему хоть раз в захват... Нет, прямого столкновения Юрий предпочитал избегать. Поэтому в тренировочных боях с Ядгаром он больше любил посохи - предпочитая держать Ядгара на расстоянии длины палки.

- Как хочешь, - равнодушно ответил Альге. - Правда, я давно не тренировался с палками.

- Я тоже.

Вырезанный из дерева Тонге, того самого, из плодов которого готовили алкоголь, посох с двух сторон был снабжён мягким навершием. Несколько раз взмахнув посохом в воздухе, приноравливаясь к его тяжести, Юрий искоса взглянул на Альге, точно так же испытывавшего своё тренировочное оружие.

Ещё в юности Ядгар Альге производил впечатление громилы - некоторые девицы, очарованные яркой внешностью Юрия и его эксцентричными манерами, порой скидывали его мрачного компаньона со счетов. Принимая, иногда даже, Ядгара за телохранителя. Наследник империи не обижался, ни на девушек, ни на развлекающегося за его счёт друга, тем более что и ему внимания перепадало. Просто так получилось, что на них клевали совершенно разные женщины - и поэтому дух соперничество между мужчинами отсутствовал.

Столь непохожие друг на друга, они, безусловно, привлекали внимание всегда и везде. С годами разница между ними немного сгладилась. По молодости совсем тощий, со временем Юрий немного раздался в плечах, и перестал походить на смазливого хлыща, а Альге, став императором, наоборот, приобрёл некий налёт цивилизованности. Мельком взглянув в зеркало, Юрий раздражённо встряхнул рыжими волосами, небрежно забранными в хвост. "Если сравнивать... интересно, кого же Эрика на самом деле выбрала бы из нас?".

Хотелось успокоить себя, что девушка терпеть не может своего хозяина, но факт оставался фактом - впервые за десять лет их знакомство император забрал себе ту, что искренне понравилась Цехелю. И это неожиданно сильно задевало гардарика.

Постаравшись выбросить из головы неуместные мысли, Юрий сделал первый выпад, целясь в левое плечо Ядгара. Тот неожиданно ловко для своей массы сдвинулся в сторону, и контратаковал. Кончик посоха скользнул в опасной близости от живота гардарика.

Тренировочный бой оказался неожиданно тяжёлым для обоих, как будто от него зависели жизни бойцов. И если Альге ко всему относился с максимальной серьёзностью, то почему он сам так напрягался, Юрий понять не мог. Когда Ядгар провёл подсечку, ударив друга по ногам и заставив плашмя упасть, Юрий, вместо того, чтобы смириться с поражением, перекатился, и не вставая с колен, кинул посох как копьё. Не слишком надеясь на успех, но внезапно попав. Ядгар согнулся, грязно выругавшись.

- Мой тай, вы в порядке?

Гардарик поспешно поднялся, не рискуя, впрочем, подходить к скрюченному императору.

- Нормально. Ну, и какой у нас теперь счёт, мой неожиданно вежливый друг?

- Пятьдесят три против сорока одного. Естественно в твою пользу.

- Не подмасливай, - поморщился Ядгар, и уселся на татами, потирая бок. - Старею, я что ли? Проигрываю более молодым.

- Я всего года на три младше, - хмыкнул Юрий, почесав щёку, на которой змеилась татуировка. Та, как всегда после использования способностей симарглов, немного зудела. Это напомнило ему о задаче, ради которой он сюда пришёл. - Ядгар, понимаю, что ты не хочешь, чтобы я лез в твои личные дела, но меня не может волновать то, что происходит с тобой.

- Со мной или с Эрикой? - неожиданно резко произнёс император, и окинув пристальным взглядом удава замершего Юрия, криво улыбнулся: - Думал, я не замечу? Расслабься. Пока ты держишь свои руки при себе, а язык за зубами, всё будет хорошо. Я не виню тебя. Птичка... любого достать может.

- О чём ты? - осторожно спросил Цехель, немного выдыхая. Но император этого уже не заметил. Улёгшись на татами, он утомлённо прикрыл глаза. Голос его звучал глухо:

- О том, что я совершенно не знаю, что делать с Эрикой. Она меня совершенно измучила. А я её... судя по-вчерашнему, за её смирением скрывалась такая жгучая ненависть, что обожгла даже меня.

- Удивительно, - изумлённо покачал головой Юрий. - Но для тебя, наверное, это полезно. Не ты ли мне когда-то твердил, что тебе постоянно скучно?

- Теперь не скучно. Вот только ей плохо, а я... не хочу, чтобы ей было плохо, - неожиданно скомкано и косноязычно сказал Ядгар, как будто не мог подобрать правильные слова. - Эрика хрупкая, живая, а я продолжаю убивать её, как делал это когда-то её бывший хозяин. Не хочу. И видеть её больше не хочу.

- Так отпусти. Свою задачу девушка уже выполнила. Замир... он ведь смог выйти из своего кокона. Перевези его в столицу, представь двору как своего наследника... поверь, вам не нужно будет так уж часто встречаться. И рано или поздно твой сын сможет общаться с тобой. А пока - отпусти Эрику, раз она доставляет тебе столько хлопот.

Если бы Ядгар взглянул сейчас на Юрия, то увидел бы, каким хищным стало выражение его лица.

- Глупости не говори, - раздражённо ответил император. - Я не собираюсь позволить эсперу разгуливать по всей вселенной с моими секретами. Да и... привык я к Эрике.

Признание далось императору тяжело. Впервые Ядгар сознался кому-то ещё, пусть и косвенно, что Эрика была нужна ему не только для сына, но и для самого себя.

- Седина в бороду, бес в ребро, - Юрий сочувственно похлопав Ядгара по ноге, и тот недовольно открыл глаза, заставив Цехеля убрать руки за спину.

- Не понимаю я твои гардарийские пословицы. У меня нет бороды, и джинов на меня призывать не стоит.

- Не бери в голову. Послушай, я предлагаю тебе немного другое. Не хочешь, чтобы Эрика улетала с планеты - не надо. Просто отсели её от себя. Пусть поживёт немного как свободный человек на Лонге. Под присмотром, конечно же. Так ты сможешь добиться доверия Эрики, и заодно позволишь ей понять, что под твоим крылышком ей гораздо лучше. И тогда она сама вернётся к тебе - уже добровольно.

Ядгар несколько скептично посмотрел на своего друга, но Юрий уже знал, что смог заронить нужную мысль в голову императора.


## Глава 7


Пытка свободой


Вы меня так обидели, что я все равно отомщу вам.

Я докажу, что вы мне безразличны. Умру, а докажу.

(с) Обыкновенное чудо.


Следующие несколько дней я провела, загибаясь от одиночества. Дали уехал, Асаки умерла. Алане Кронберг было явно не до меня. К Замиру меня пока не пускали, а император в очередной раз игнорировал свою рабыню. О последнем, правда, я не слишком сожалела. И всё же, отчего то каждый вечер ждала, что вот зайдёт ко мне слуга Альге и скажет, что император хочет меня видеть. Или же сам Ядгар зайдёт, заполнив собой всё пространство, и улыбнётся знакомой кривоватой улыбкой. И от взгляда его, предвкушающего и голодного, станет немного страшно, и бросит в дрожь.

Но дверь моей комнаты открывалась лишь для слуг и доктор Оссе, пичкавшего меня таблетками вместо Аланы. Без них я уже заснуть не могла.

В горах наступила зима, замёрзло и моё сердце. Может быть, ныла ещё на где-то вина, да мучило порой беспокойство за светловолосого мальчика, но даже она не могла перебить моей апатии. Снова и снова я вертела в голове сцену, происходившую в кабинете. Мои слова Альге и его попытку меня купить, мой призыв к Замиру, ставшему случайным свидетелем моей истерики.

Замир был опасен, я знала это всегда. Я лучше всех понимала, что он сделал с Тао Тацуми - и это было чудовищно. Юный эспер не просто вторгся в его сознание, он проломил все стены разума Тао, сделав его уязвимым. К чему это могло привести? К кошмарам, это если секретарю повезёт. В худшем случае - к безумию или смерти.

Но вот то, что опасной была и я сама, стало для меня открытием. Правда, как у меня получилось повлиять на Замира, и насколько моё влияние было долговечным, я не представляла. Что ж, не скрою, попробовать свои силы мне хотелось. Но не на старичке же Оссе?

Случай мне подвернулся совершенно неожиданно. В один из дней завтрак мне принесла не служанка, а один из моих стражников - Гиано Бей, тот самый, что не пускал ко мне Альвареса в день покушения.

- Еда, - хмуро сказал усатый стражник, не скрывая своей антипатии ко мне.

- Я вижу. А почему именно вы её принесли?

Я уселась на кровати и с интересом посмотрела на Гиано. Нет, его совершенно не жалко. Чувства у него были тусклыми и пыльными, а мысли... ну, повредить ему что-то было на самом деле сложно.

- Потому что боятся, знамо дело. Слухи о тебе ходят.

- Сами то вы, я гляжу, в них не верите, - пропела я, стараясь не шуметь, сползая с кровати. Пару шагов, и я оказалась уже за спиной Бейя. Почувствовав моё прикосновение к своему локтю он резко вздрогнул и побледнел:

- Чего удумала то?

Успокаивать прикосновениями я умела довольно давно, правда работало это отнюдь не со всеми. Бей оказался внушаем. Почувствовав волну спокойствия от меня, пусть даже и несколько фальшивого, он расслабился и даже заулыбался.

- Тупые провинциалки, - пробормотал он, масляно меня разглядывая. - Эспера за ведьму приняли. Хотя я тебя когда увидел, тоже не поверил, что ты из этих, читающих мысли. Знаешь, о чём я сейчас думаю?

А чего ж не знать то. Неправда, что мужчины думают только о сексе. Но такие как этот - думают чаще всего. Поэтому и вместо обычной симпатии, на которую я рассчитывала, я получила лишь желание меня поиметь.

Значит, пора было приступать к эксперименту.

- Гиано,- негромко сказала я, вместе с тем обращаясь к нему мысленно, правда так тихо, что моих мыслей он не должен был почувствовать. - Гиано, ты не должен так думать обо мне. Ведь я не старше твоей дочери. Как же её зовут?

- Лейла, - немного растерянно ответил стражник.

- Лейла, точно. Ведь я на неё похожа, - продолжала убеждать я Бейя. Воля моя тонкой струйкой просачивалась в разум стражника вместе с моими словами. - Наверняка, глядя на меня, ты вспоминаешь о своей милой дочурке.

Он кивнул и сделал попытку по-отечески меня обнять. Я быстренько отскочила, вовремя вспомнив о камерах.

- Идите, идите тай. Спасибо за завтрак.

Обойдя по кривой дуге опешившего Гиано, я подняла поднос и грустно заметила:

- Опять тосты с клубничным джемом. А я ведь люблю персиковый.

Лишь когда стражник вышел, недоумённо потирая лоб, я смогла облегчённо выдохнуть. Так, надеюсь, моё внушение было не слишком заметно, потому что в его эффективность и долгосрочность я не слишком то верила.

Голова неприятно кружилась. На секунду присев на кровать, я просто вырубилась, проспав почти до вечера. Кажется, я нашла отличную замену снотворного.

На следующий день Бей заступил на свою смену только вечером, и тогда же я смогла оценить результат своих трудов. К привычному мне уже ужину, состоящему из салата и мясного, Бей присовокупил баночку персикового джема. С чем его есть, я не представляла.

- Вот, - шепнул мне стражник, красноречиво указывая глазами на джем. - Завтра ещё принесу, с булочкой. Худенькая ты больно...

Вслед за джемом в ход пошли уже свежие персики, подсунутые тайком шерстяные носки (стражнику показалось, что я мёрзну), и даже записка, где Бей корявым почерком уверял меня, что я всегда могу обратиться к нему с советом, если будет нужно.

После записки Бейя наконец то перевели на другой пост, а у моих дверей стал стоять не один стражник, а два. Заговаривать им со мной строго запретили. А я поняла, что в чём-то Юрий был прав. Сам по себе мой дар не приносил вреда - Бей не проявлял ни малейшего признака нездоровья - а уж его моральное состояние и вовсе выросло до невиданных высот. Возможно, он о своей родной дочери так не волновался, как обо мне.

Но вот могла ли я полагаться на слова Юрия в остальном? Воспоминания Альге скорее подтверждали, чем опровергали версию Цехеля о Гардарике. Вот только я всё не могла разобраться - был ли этот мир раем для эспером, или же тюрьмой для них?

Я могла бы рискнуть собой. Мне нечего было терять. Рвануть за Юрием, надеясь на новую, лучшую жизнь, оставить Альге с носом...

Замиром я рисковать не могла. Не могло быть так, чтобы существовало всего два шанса для Замира - покинуть родной мир или оказаться стёртым. Не могло! Это бы было слишком несправедливым. Да и зная мальчика, упрямого, как и его отец, я не сомневалась, что и сотня специалистов по эсперам не смогла бы заставить Замира смириться с тем, что за него всё решили. Такой как он никогда не привыкнет к несвободе и не простит тех, кто посягнёт на его дар.

Нет, нельзя было так поступать. Вот только сдать Юрия я не могла. Да, этот человек похитил меня, насмехался, и наверняка рассматривал меня как возможность ближе подобраться к Замиру.

А ещё он спас меня от Ли, и утешал меня там, на корабле. Мог рассмешить тогда, когда мне было грустно, и успокоить мои страхи, просто разозлив очередной неуместной остротой.

Я не знала, был ли он хорошим человеком, этот гардарик. Но в его взгляде на меня не было злости.

Возможно, мои аргументы в защиту столь опасного человека могли показаться кому-то смешными. Но я была всего лишь глупым эмпатом, идущим на поводу у своих чувств, поэтому решила попробовать всё-таки изменить решение Цехеля, не прибегая к помощи Альге. Для этого, правда, мне нужно было увидеть гардарика, а его, к моей досаде, ко мне не пускали. А ведь мне было о чём с ним поговорить.

Может быть, я и была никчёмной, ограниченной девчонкой, неспособной даже самостоятельно справиться с головидом. Но целых семь лет я сопровождала Нибеля, своего прежнего хозяина, на заключения сделок и договоров. Бизнес очень грязное занятие, в котором стороны нередко пытались воздействовать друг на друга не самым честным способом. Среди которых был и шантаж. Опасная игрушка - прежде всего для того, кто его использует. "Тех, кто пытается тебя шантажировать, нужно уничтожать без раздумий" - говаривал мой прежний хозяин. И всё же сам прибегал к этому оружию не раз, перед этим хорошо убедившись, что его жертвы не смогут потом до него добраться.

Шантаж. Это слово мне не нравилось, но то, что я собиралась делать, иначе назвать было нельзя.

Я знала тайну Юрия, он знал почти все мои. Но я готова была вызвать неудовольствие или даже кару императора, если так было нужно, чтобы не позволить Замиру оказаться в опасности. А вот Юрий едва ли был готов рискнуть своей жизнью только ради мести ко мне. Конечно, он мог попытаться заставить меня замолчать, но это лишь значило, что мне не нужно было позволить подходить ему ко мне слишком близко.

Я много раз репетировала то, что собиралась сказать гардарику, но всё сводилось лишь к одному: "Вы должны покинуть Лонгу, и обещать, что перестанете охотиться за Замиром. Иначе император узнает о ваших намерениях".

Правда, стоит мне произнести эту угрозу, и можно попрощаться с мыслью о том, что Цехель продолжит помогать мне. Последний факт здорово подтачивал мою уверенность в принятом решении, тем более что рядом с Юрием здравомыслие мне нередко отказывало, слишком уж ловкий язык был у этого гардарика.


Прошло пять дней с попытки покушения на меня, и мне уже начало казаться, что в моей жизни всегда будет так - снежные горы за окном, маленькая комнатка, трапезы три раза в день, и нескончаемая скука. Но Оссе, заглянувший ко мне ранним вечером, чтобы проверить моё некстати простуженное горло, сообщил о том, что завтра меня забирают в Кадис.

Кадис! Значит ли это, что моей изоляции пришёл конец? Или наоборот, эти перемены сулили мне одни неприятности? Как бы то ни было, я чувствовала себя необыкновенно взбудораженной, ожидая возвращения в столицу Лонги. Поэтому долго не могла заснуть, даже выпив тайком припасённое от доктора Оссе снотворное.

Когда же меня сморило, сон мой был тревожным и беспокойным. Проснулась я посреди ночи от сухости горле. К тому же в носу неприятно свербело. Я чихнула в ладошку, тут же вытерев её об одеяло.

- Надень носки. Они под кроватью.

Голос императора заставил меня вздрогнуть и за озираться. Альге сидел на полу около двери, прислонившись спиной к стене. И как я не почувствовала его присутствие?! Привычка, должно быть. Хотя...

Я прислушалась к собственному дару, и впервые усомнилась в том, что он работает правильно. Потому что ощущения от императора были совсем иными, чем обычно. Ядгар всё ещё казался неправильным, но.. он явно не был настолько пустым, как раньше. При этом я всё равно не могла понять, что же он чувствует, но точно перестала ощущать веяния холода. Когда же это произошло?

Путаясь в полах ночной рубашки, я выбралась из кровати и изумлённо присела рядом с Альге, забыв о прежней обиде.

- Что ты так смотришь, Эрика? - устало спросил Ядгар. Алкоголем вроде от него не пахло, но выглядел он так себе. - Пытаешься понять, не выросли ли у меня рога? Так я их спиливаю.

Неужели Замир всё-таки смог ударить по разуму своего отца и свёл его с ума? Странный он какой-то. Я опасливо попыталась отодвинуться, но Ядгар внезапно схватил меня за руку и потянул к себе, заставив почти упасть на него. Попав в плен его объятий, я неожиданно для себя не испугалась, а расслабилась. И едва ли даже не потёрлась носом об его плечо, как будто скучавшая по своему хозяину кошка, требующая ласки.

- Хочу тебя. И наплевать, что ты ко мне чувствуешь.

Слова Альге были грубы и жестоки, но вот руки касались меня неожиданно осторожно, скорее не удерживая, а поддерживая меня. Я всхлипнула.

- Что, опять рыдать будешь? - устало спросил Альге. - Может, дать тебе что-нибудь для швыряния в меня? Оскорблять больше не позволю, спасибо, наслушался.

Я всхлипнула ещё раз, и смущённо отстранилась от мужчины, попытавшись украдкой вытереть нос своим рукавом, а затем ещё раз звонко чихнула.

- Насморк, - наконец догадался император. - И где только умудрилась?

- Не наную, - прогнусавила я, неожиданно расстроившись из-за своей болезни. Целовать меня такую Альге явно не станет.

Я оказалась права лишь частично. Моего рта в ту ночь Альге так и не касался, но поцелуев мне хватило сполна. Альге изучал моё тело своими губами, языком, пальцами, не оставив, казалось, ни один сантиметр кожи без своего внимания. И в этот раз я отвечала ему неожиданно агрессивно, позволяя вместе со страстью вырваться наружу и моему гневу. Оставляя на нём метки от своих зубов и ногтей.

Мне кажется, ему понравился мой новый способ проявлять свою ненависть. И всё-таки, я его наверное заразила. Хотелось бы на это надеяться.