Тарасенко Алексей: другие произведения.

Дочь.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Август 2003 г.

  ДОЧЬ (Моя дочь).
  Рассказ.
  
  Вступление.
  
  Когда его провожали в армию- а его провожали не просто в армию, но на войну- пусть и не похожую на предыдущие войны - значительно меньше- но все же на войну- она пришла на вокзал. Посмотреть, как он уезжает.
  Там была почти вся его родня, родители, и невеста.
  Но она пришла. Встала в сторонке- и смотрела на него.
  Его невеста тогда злилась, родители недоумевали, а родственники так просто и не знали, в чем дело.
  Тогда ему пришлось подойти к ней- разрядить обстановку
  -Зачем ты пришла сюда?
  -Посмотреть на тебя- ведь я тебя теперь очень долго не увижу- правда ведь?
  -Может, больше никогда не увидишь. Я на войну еду. Понимаешь?
  -Тебя не убьют, потому ,что мои молитвы будут тебя хранить.
  -Ну да, конечно.
  затем он просит- пока его невеста не устроила истерику- или драку, убраться ее подобру по здорову. Она говорит, что будет скучать- и просит его писать ей при этом передавая ему в руку- из своей руки- зажатый в ее маленьком кулачке клочок бумаги с ее адресом и телефоном.
  -Пожалуйста! Напиши мне, как приедешь.
  На что он отвечает, что ничего обещать не может.
  02. Год он ей не пишет. Но постепенно- все больше и больше- начинает думать о ней.
  На войне, пусть даже на такой, как эта- на небольшой войне, но все же видя реальную угрозу, и видя реальную смерть- он постепенно стал ценить настоящие, не театральные, не фальшивые отношения. И ему стало казаться, что она к нему неравнодушна по- настоящему.
  Не буду же я настолько неразумен, чтобы гнать от себя- человека, который ко мне имеет чувства, которые я, может быть потом никогда не найду?
  Затем ему дали отпуск. Он приехал домой к родителям. Встретился с невестой, а в предпоследний день- не смог- и позвонил ей.
  -Давай встретимся?
  03. И они встретились, между ними не было ничего такого, они лишь долго- допоздна вместе ходили и разговаривали. Он снова стал ощущать в себе, что она ему как бы неинтересна- просто девушка, как девушка, ничего такого, но, как только он проводил ее до дверей и они попрощались, он снова почувствовал, что хочет быть рядом с ней.
  04. Прошел еще год- и он снова позвонил ей, когда дома у нее никого не было. И они снова встретились, но на этот раз все закончилось по- другому.
  05. Когда же она проснулась утром- он уже ушел. Прождав несколько дней- а от него не было никаких известий, обидевшись на него, что он пропал- она- таки решилась позвонить ему домой.
  Трубку подняла его мама, и на ее вопрос - где он ответила что
  06. Он пропал без вести полгода назад. На войне.
  Она не стала говорить, что видела его еще несколько дней назад. Она просто не поверила его маме.
  И стала горько плакать.
  
  Часть 1.
  01. Врач спрашивает, моя ли это дочь. Я отвечаю, что дочь моя.
  Но приемная.
  Врач говорит, что с ребенком происходит что-то необычное, и что то, что происходит с ней- трудно поддается объяснению. Обещает навести справки, выяснить и поговорить с кем следует.
  Затем он уходит, а я остаюсь один, носить ее на ручках и баюкать.
  В принципе, мы к этим ее внезапным болезням уже и привыкать стали- раз в год, она обязательно- и нельзя сказать или предугадать- когда начинает болеть- болеет. Температура снижается до... не буду говорить, пульс- еле прощупывается. Она становится резкой, плаксивой и очень плохо спит. То есть можно сказать- вообще не спит.
  И так- две недели. Но потом все очень быстро проходит- и вот, перед вами снова самый обычный, нормальный ребенок.
  02.Когда я был свидетелем этому в первый раз - я рвал на себе волосы и впадал в истерики. Я чуть ли не с дракой все порывался к телефону для того, чтобы вызывать скорую, но жена категорично
  Если ты это сделаешь- я уйду навсегда
  И ты меня больше не найдешь
  Меня останавливала
  А я все удивлялся ее спокойствию:
  -Это же твой ребенок! Как ты так можешь- что, если она сейчас умрет?
  В прошлом году было то же самое, ничего, это скоро пройдет. В принципе, так и должно быть.
  Ее голос для меня звучит- как из далекой комнаты, хотя она- передо мной. И иногда мне кажется, что это у меня самого 25 градусов температура.
  03. Когда же это произошло в последний раз, Насте было уже четыре- я тайно, через друзей-знакомых решил вызвать врача. Знакомого- знакомого- через еще одного друга- приятеля- и еще одного знакомого.
  Пока жены не было дома. Я даже ничего ей не сообщая, взял на работе отгул. Да, мы привыкли уже к тому, что раз в году на две недели нашу дочь "вырубает".
  Но я...
  Я все удивляюсь спокойствию жены. Она спокойно утром пьет чай и уходит на работу.
  Спокойно попрощавшись с Настей.
  -Всем пока! Буду вечером- не позже восьми. Если что- звоните.
  04. Когда врач уходил- он оставил мне свой телефон и сказал, чтобы я позвонил ровно через неделю. Я проводил его до дверей подъезда, помог забраться в машину. Я все надеялся, что он , может быть , в самую последнюю секунду, в самый последний момент- может быть, вспомнит что-то, и так, как человек, уже вышедший из дому, но вспомнивший, что что-то забыл
  вдруг скажет:
  -Аааааааааааа! Я вспомнил! Вспомнил, что с вашей дочерью-... вот, в прошлом году- нет, вру,- в позапрошлом,- был у меня один мальчик...
  и это то, что он скажет, будет приятным и обнадеживающим- типа: Ерунда это все! Скоро пройдет- не беспокойтесь! Зря только отгул брали!
  Но врач, насупонившись, молчит. На его лице недоумение, смешанное с озабоченностью и непониманием. Он садится в свою секонд хенд иномарку- и взяв в меня баксы за визит, попрощавшись, захлопывает дверь.
  До свидания.
  05. Я открываю почтовый ящик. В нем почти пусть. Почти- потому, что в ящике кроме листка формата А4 сложенного вчетверо- больше ничего нет.
  Никаких предложений купить мужские брюки со скидкой. Никаких предложений остеклить ваш уже остекленный балкон. Никаких предложений пробить в вашей стене проем. И никаких предложений поставить на место ваших пластиковых окон другие пластиковые окна.
  
  ВЕРНИ МНЕ МОЮ ДУШУ! ОТДАЙ МНЕ МОЮ ЖИЗНЬ!
  Херня какая-то. Кто-то пошутил. Большие Черные буквы. Напечатано на принтере.
  Комкаю, и бросаю лист в картонную коробку для мусора.
  06. Когда я все-таки осмеливаюсь доложить жене о том, что
  -Сегодня у нас был врач. Нет, не из поликлиники, знакомый знакомых- говорят, очень хороший терапевт.
  Она выходит из себя:
  Больше никогда не смей так поступать, и всегда обо всем, что касается моей дочери- сообщай мне.
  -Мы же еще до свадьбы договорились, что она для меня будет дочь, а не падчерица. И я просто хочу ей помочь.
  Она усмехается, и я понимаю, почему.
  Я сказал "свадьба" но это свадьбой назвать было трудно. Приходят в ЗАГС двое, без родных и знакомых, без свидетелей и родителей- и, расписавшись- без зала, без торжества, шампанского, музыки- быстро убегают вон.
  Затем я, уже со своей женой и Настей просто пошли гулять. Насте было два года. Мы ее попеременно несли на руках. Иногда- правда. Немного, она ходила сама.
  Радости, почему-то не было. Или просто была противная осенняя слякоть.
  А потом ей стало не по себе, и мы вернулись домой.
  
  Потом, она успокаивается. Подходит ко мне, и своим нежным вкрадчивым тоном- который она иногда включает в такие "напряженные" моменты
  Говорит:
  Просто я очень прошу тебя,
  НЕ ОБРАЩАЙ НА ЭТО ВНИМАНИЯ!!!
  07. Утром на работе меня все сочувственно спрашивают, что произошло с падчерицей, и я отвечаю всем, что так, ерунда. Просто ОРЗ. Ли грипп. Врач точно ничего не смог сказать.
  -Вот такие теперь у нас врачи пошли! - ребята с пониманием качают головами.
  Или: "Вот, когда у меня болел сын!" и пошло- поехало на полчаса. Начальника нет, и все только и ждут повода поговорить. Затем все встаем- и идем в наш буфет пить чай.
  -Ничего, такое бывает. Это у них иммунная система "запускается". Так происходит со всеми детьми. И долго. Чуть ли не до пяти лет!
  Потом мне звонит на работу жена и просит мне дать телефон врача, который у нас был накануне. Пытаюсь найти номер, но он где-то затерялся, наверное зря, но в отличие от других телефонных номеров этот я записал не в блокноте, а на каком-то клочке бумаги.
  Дорогая, извини, я его куда-то подевал.
  08. Она обычная. И даже несколько больше обычной нормы терпеливая. Иногда мне кажется, что наш союз- это ее терпение ко мне, обалдую. Но раз в год, когда Настя начинает так необычно болеть- жена как с цепи срывается, и тогда мне кажется наоборот, что наш брак- это мое терпение по отношению к жене. Мое терпение ее истерик и закидонов.
  Никаких лекарств!
  Никаких врачей!
  Никаких телефонных звонков.
  Даже для наших немногих друзей и знакомых- выйдя за меня, она быстро обрубила большинство моих "внешних" связей своей сугубой необщительностью- на две недели
  мы умираем.
  И притом так, как если бы и вправду, умерли раз и навсегда.
  09. Мне чуть ли не клещами удалось из нее вытащить, где же она работает. Оказалось, что она работает в некоем научном журнале- составляет для народа
  астрологические прогнозы.
  Когда же я прочел один из номеров этого "научного" журнала, и особенно- ее колонку, над которой красовалась ее фотография- одна из немногих, где она улыбается, - то, как-то раз лежи в постели, спросил ее, верит ли она сам в то, что пишет и рекомендует другим.
  -Фигня все это. Просто нужно же где-то работать?
  Но, не смотря на это, за всю эту "фигню" она получала больше денег, чем я. правда, не намного. Молодому специалисту трудно зарабатывать на жизнь, прокладывая на бумаге бесконечные ответвления вентиляции в проектах будущих зданий, когда вокруг него и без того такое изобилие старых и опытных специалистов, умеющих делать все то же самое, но при этом значительно быстрее, а главное - качественнее.
  Хотя жена говорит, что не в деньгах счастье. И я благодарен ей за это, зато, что она не попрекает меня моей скудной зарплатой.
  Ну, если что- мне то же есть то, чем можно ее было бы попрекнуть. Она при всей своей старомодности и "моральности" уже успела пожить с мужиком и это даже ребенком кончилось.
  -Я у тебя не первый! А сколько у тебя их было до меня, а? Десять? А может и все пятьдесят?
  Она плачет, а я, пьяный, все продолжаю ее канать:
  Ну, да- да! всего один раз! - я передразниваю ее голос и манеру говорения- и сразу в дамки! А потом он меня бросил- я изображаю, как она чуть ли не плачет.
  -Я уйду от тебя! Потому, что ты- шлюха- ору я ей в лицо, - а она закрывает лицо ладонями- и опускает его на колени - я найду себе другую, может быть, не такую умную и тонкую, как ты но честную девушку!
  Ведь мне- по настоящему больно.
  А еще больнее от того. Что я знаю, что не уйду от нее никогда.
  А не следующее утро я прошу прощения. Она же говорит свое сакраментальное: Да лаааааадно!- и все снова идет своим чередом.
  Работа- дом, ее астрологические прогнозы.
  10. Затем на очень долго- устанавливается затишье- без истерик и скандалов, без ревности и допросов с моей стороны. И мы планируем, как провести отпуск вместе. Ей отпросится легче, чем мне. Ей- просто составить эти прогнозы- но не на следующую неделю- а еще дополнительно на три вперед- а она это делает с легкостью, но и мне как-то удается выскрести себе отдых.
  Нет, на море она в этот раз не хочет.
  В следующем году.
  В этот раз мы поедем на дачу ее бабушки.
  Все радуются и у всех поднялось настроение. У нас настоящий, первый совместный отпуск!
  11. Всякий же раз, когда мне кажется, что я наконец-то добрался до ее души настолько, что она, уже многое мне сказав, раскрыв мне сердце- вот-вот- и сможет ответить мне на любой вопрос, какой я ей не задам- я обламываюсь.
  Она сидит в постели, и я понимаю, что ей хорошо. Мы разговариваем, и когда я полностью и почти точно начинаю ощущать, что вот оно, приблизилось, можно спросить
  Она меня опережает.
  Не спрашивай меня о нем, ладно? Ну, пожалуйста.
  Дальше она пытается меня обнять, говорит, что разве это важно для нас сейчас и прочее. Но я, уже снова ошпаренный и опять обиженный отворачиваюсь. А иногда злюсь.
  -Посмотри на себя! Да ты как пыльным мешком огретая. Дура!
  И... как тебе было с ним? Хорошо? Получила удовольствие? Сколько раз кончила?
  Пусть опплачется! Мне все равно!
  А утром- сами понимаете, что.
  12. Мы спускаемся вниз к машине. Я говорю жене, чтобы она шла с Настей веред , а сам задерживаюсь- открываю почтовый ящик. Ящик переполнен, он забит, но нет- не рекламой, открытками- огромным их количеством- без картинок на плохом бежевого оттенка картоне.
  И на всех одно и то же:
  ВЕРНИ МНЕ МОЮ ДУШУ. Я ХОЧУ УМЕРЕТЬ.
  Не знаю я, как, но нам пора выяснить, кто это уже неделю хулиганит с нашим ящиком. Что это за шутки такие теперь?
  Хотя... на открытках стоит штамп почтового отделения, откуда они все были отправлены. Так... значит, из Чехова. Все двести- из одного отделения.
  Тут мне становится- пусть и на небольшое время не по себе как-то- дача бабушки жены- она ведь как раз под Чеховым.
  Но нет! Бояться я никого не собираюсь! Дудки. Кто бы там за этим не стоял- я убираюсь отсюда на три недели. Я буду отдыхать по полной. Пусть и в конце сентября.
  Погрузив все эти свои баулы в багажник и еле заведясь- рано- рано утром, пока на дорогах еще почти никого нет- рассекаем утреннюю полутьму в направлении дачи. Ехать нам не долго- не недолго- полтора часа, и я с умилением в сердце наблюдаю в зеркало заднего вида, как они засыпают- жена и дочь - прислонившись в к жене.
  Мне все- таки кажется, что я сильно их люблю.
  Обоих.
  А что там за хрен промелькнул в ее жизни?
  Так черт с ним. Он меня злит, конечно, при встрече я бы ему рожу расквасил- хотя то же вопрос- кто кому, но сейчас- достоин ли он того, чтобы я о мыслями о нем себе портил отпуск?
  Нет уж.
  Пустое шоссе, и я позволяю себе втопить сто двадцать.
  Желтые листья разлетаются из под колес. Солнышко, прозрачный воздух. Хорошо!
  13. Кто же мне сказал, что дом в деревне? Самая настоящая дача. Жена потом объясняет, что бабушка дом в деревне- зачем-то обменяла на дачу в ближайшем садовом товариществе.
  -Шило на мыло?
  -Нет, очень, очень, очень для себя невыгодно. Хороший дом с большущим участком- на небольшую халабуду и шесть соток.
  Я немного разочарован словом "халабуда", но потом жена проясняет что халабуда давно снесена и на ее месте ее отец не за долго до того, как умер поставил хороший и теплый, с печкой сруб.
  Я смотрю на дом.
  -Ну и молодец де был твой старик!
  Мы все друг другу улыбаемся, а потом наперегонки бежим в дом- включать электричество, ставить чайник- а потом- мы уже все на этом сошлись - спать. Восполнять не доспанное раньше.
  14. Видимо, поняв, что держала меня на слишком большом удалении от своего прошлого, что даже слишком- на начинает мне что-то рассказывать.
  Единственное, то есть единственный, о ком не будет ни слова- и я это уже усвоил, будет он. Настоящий отец Насти.
  Ну так и х... с ним!
  Она рассказывает мне о своей бабушке. О том, как она купила совсем по неимоверной дешевке дом в ближайшей деревне. О том, как бабушка- а она тогда еще была в возрасте лет пятьдесят- с дедушкой приезжали туда проводить отпуска, и как они, после второго отпуска, проведенного в этом доме- решили его продать- да никто не брал.
  Мне звонит по мобильному телефону мама, и я говорю, что у меня все в порядке.
  -А как твоя дочь? - даже моя мама себя приучила- не без моей агрессивной помощи, конечно, что Настю следует- хотя бы при мне, называть моей дочерью.
  А ночью, когда я выходил на улицу- в сортир, так одиноко стоящий на голом огороде- после того, как я газонокосилкой скосил на нем (на огороде) все буераки, - увидел чьи-то желтые глаза, из тьмы холла глядевшие на меня.
  15. Мне стало очень страшно- и я, чуть не прыснув в себе в штаны немного мочи- кинулся ощупью искать выключатель света.
  Папа! Папа! - моргают глаза, и я слышу- о! Ужас! Голос дочери- и где? где-то рядом с теми самыми глазами неизвестно, кому принадлежавшими.
  Наконец-то, отмучавшись- включаю дрожащими руками свет. Только Настя. Она стоит- сонная, и просится на горшок.
  Привиделось! Слава Богу! Бегу за горшком.
  16. Она возражает, но я
  -Ну, да ладно! Ну, поедем! - все-таки вытаскиваю ее в деревню, - ну, и что, что десять километров? Мы же на машине!
  И она уступает.
  -Так... где этот дом, который твоя бабушка обменяла на ничто, как ты говоришь?
  Мы выворачиваем на улицу пустых, брошенных и заколоченных домов. Жена нмного погрустневшим голосом:
  -А раньше здесь было столько народу!
  Потом она мне разъясняет, что еще успела пожить в этом доме- когда еще была маленькая, с мамой и с бабушкой. И с дедушкой!
  Только от дома осталось... как бы это сказать? Конечно, что дом горел- видно было невооруженным взглядом. Но деревянные стены все еще стояли. А крыша обвалилась.
  Вижу, что по улице мимо проходит мужик- деревенский, неказистого вида, подхожу к нему, здороваюсь и спрашиваю, когда этот дом сгорел. Мужик- просто- отвечает, что дом этот
  Сожгли года эдак два назад
  И потому
  Как всем это уже осточертело, что здесь происходило
  И
  Не зря, кстати, сожгли,
  Потому как
  После того, как сожгли все это прекратилось!
  А еще он сказал- и я тогда точно уверовал- что люди были настроены серьезно- и к действию, видимо их побудило что-то очень сильно их обеспокоившее-
  Мужики даже дом сначала не грабили, а так, сразу- со всем имуществом, взяли- и сожгли!
  Как оказалось, дом уже лет как десять стоял никем не занятый, но вокруг него что-то происходило такое, что побудило местных жителей этот дом сжечь.
  -И что же?
  -А- так! Сила нечистая.
  И мужик- не обращая внимания на мои дальнейшие вопросы- очень быстро стал удаляться.
  17. И потом мы поняли, почему. Через какое-то время к нам подъехала иномарка- не ахти- но все-таки, с несколькими бритоголовыми молодыми людьми. В машине так же сидел- показывая на нас пальцем тот самый мужик, который только что со мной разговаривал.
  Ребята вышли- и начали нас- как на допросе расспрашивать, кто мы, откуда, чего здесь делаем, зачем приехали. Я тут было чуть не полез в драку, но накаляющуюся атмосферу разрядила жена. Все рассказав ребятам. Как есть.
  Тогда они от нас отстали, но все-таки сказали перед тем, чтобы мы уезжали к себе. Еще они нам "не советовали" появляться рядом с этим домом ночью или поздно вечером.
  Затем я еще какое-то время видел в зеркало заднего вида, как их машина едет за нашей.
  -Нет, мужик- да ты не понял- я о тебе забочусь- чтобы ты как бы не пострадал, ты понял? Тут у нас такое происходит! Хичкок отдыхает!
  Он что, мне угрожал?
  Жена криво улыбается. Она чем- то довольна.
  18. Но мое любопытство пересиливает. И на следующее утро- рано- рано, я все- таки уже один, на машине снова подъезжаю к этому дому. Я всхожу на это пепелище, брожу там. Ничего интересного, ничего из того, не чем можно было бы остановить взгляд.
  Я разочарован, но когда я было уже возвращаюсь к машине- те несколько парней, с которыми мы встречались накануне- неожиданно появившись- нападают на меня, сбивают с ног, и, связав скидывают в какой-то погреб.
  Целый день один, связанный и совершенно ничего не понимающий я пролежал на холодном полу погреба, и лишь вечером- заслышав шум снаружи- с большим трудом , извиваясь, как червь и то и дело подпрыгивая- смог посмотреть на улицу сквозь маленькое- без стекол, но с решеткой окошечко.
  Конечно, я там увидел
  Ее.
  Она спокойно о чем-то говорила с бритоголовым верзилой, в то время как тот- и это было очень явственно видно- весьма волновался, хоть и пытался хорохорится перед ней.
  Тогда я, к сожалению, услышал лишь небольшие обрывки их разговора, из которых нельзя было составить впечатление о том, о чем они разговаривали.
  Потом я подумал, что - какой же я дурак! Она разговаривает- ну, конечно же обо мне. Пусть и так- мне все же приятно, потому что иногда мне кажется, что для нее меня не существует.
  Так вот
  -Это... вам... еще цветочками покажется- говорит моя жена бритоголовому верзиле спортивном костюме, при этом показывая полную невозмутимость безмятежность.
  Он же ей отвечает что-то о том, что ...не разборчиво... и духу твоего (какого-то) здесь не было.
  Меня выволакивают наружу, развязывают- и мы идем вместе до машины, обнявшись.
  Машину назад ведет она.
  -Ну, зачем ты поперся в деревню в такую рань?
  -Дорогая, как ты меня нашла, детка?
  -Ты мне не ответил на мой вопрос.
  А что я мог ответить?
  Извини дорогая- и... немного стыдное, детское-
  -Я больше не буду.
  19. Может быть, я маньяк и у меня идея "фикс"- но мне почему-то кажется, что в тот момент, когда я осмотрю этот дом более внимательно- а для этого нужно, чтобы мне никто с бритыми затылками не мешал- то я пойму какую-то страшную тайну...
  О чем? Или... о ком? О жене? Ее прошлом? О ее бабушке, умершей тринадцать лет назад?
  Бог весть.
  И тогда я твердо решил совершить к "дому в деревне" ночной пеший марш- бросок.
  Как-нибудь.
  20. Маньяка от маньячества спасает звонок начальника на мобильный телефон. Меня срочно вызывают на работу, на один день. Хоть я и доподлинно знаю, что где один- там и три!
  Мы прощаемся с женой, я машу рукой Настеньке. Говорю, что буду звонить на сотовый- и. вжав в пол педаль газа- со ста двадцатью врываюсь в наш, еще сонный город.
  Пока работал- уже вечером, уходя домой- вспомнил, что уже несколько дней прошло, как мог бы- неделя прошла- позвонить доктору, который осматривал мою дочь.
  Прихожу домой- долго ищу тот самый клочок бумаги, где записан был его телефон- закуриваю- и звоню. Бумага с номером, к моему удивлению- лежала зарытая в вещах жены. Но...
  
  Его нет дома.
  21. И не будет.
  Все дело в том, что он несколько дней назад умер. Вот как.
  Я пускаю тугую струю дыма в потолок.
  -А вы кто?
  Конь в пальто.
  Пепел с сигареты опадает на пол парашютистами.
  Когда же я спрашиваю, от чего скончался врач- мне отвечают, что от сердечного приступа. Милиция дня на три задержала похороны, но потом разрешила. У них какие-то подозрения. В этот момент в трубке слышен какой-то щелчок.
  Что это?
  -А вы кто? - снова спрашивает голос на том конце.
  -Да так, приятель,
  он осматривал мою дочь неделю назад...
  Извините.
  Не слушая прощания, я первый кладу трубку.
  22. Когда же я глубоко спал, ко мне в дверь позвонили. Звонили долго и упорно- перемежая звонки в дверь стуком кулаков и воплями: откройте! Милиция!
  Ко мне заходят люди, а я щурюсь на свет. Они представляются следователями. Ведущими дело о смерти врача- расспрашивают меня. Что я знаю- и так далее. Следователь дотошно выясняет все обстоятельства нашего с доктором общения. Но главный вопрос, который, я думал, следователь обязательно задаст:
  -А что, собственно, с вашей дочерью...
  или
  -А почему это ваша жена не позволяет вам обращаться с болезнями дочери к участковому?
  Он так и не задает.
  А я так ждал! Так хотел. Самому же рассказать- означало бы обмануть жену. Я ей ведь обещал!
  Следователь говорит, что, скорее всего- доктор был убит. Кто-то воткнул ему в сердце очень тонкую и очень длинную иглу, на конце которой был сильнодействующий яд. Но действие яда таково, что выяснить, что человек умер не естественной смертью- чрезвычайно сложно.
  -Мы ведь даже эту ранку у него на груди еле обнаружили. Если честно- случайно.
  Когда же говорят об очень длинной игле, почему- то вспоминаю длинную деревянную женину спицу для волос.
  Да, но она никак не очень тонкая.
  Да и вообще- я что, псих- подозревать свою жену?
  23. День не день- но два точно- я на работе. Утром, спускаясь вниз и вспоминаю про странные открытки, которыми был завален еще недавно наш почтовый ящик.
  Опять двадцать пять. Письмо, а в нем сложенный вчетверо лист А4-
  Отдай мне то, что принадлежит мне.
  На конверте- только наш адрес. Ни фамилии, ни имени получателя.
  Но отправлено уже из Москвы. Этот кто-то подбирается к нам.
  Решил больше не утаивать от жены этих странных "посланий"- и показать, как только приеду на дачу.
  Потом у меня возник план- поехать туда не утром- как я уже было решил, но поздно вечером- и, по пути заехать в ту деревню на это самое пепелище.
  Все- таки мне кажется, что там скрыта какая-то загадка.
  24. Прошатавшись весь день без дела по Москве, часов в одиннадцать сажусь в свое авто и отправляюсь.
  Вот она какая- моя женщина! Ни звонка, ничего- я говорил, что пробуду на работе один день, уже третий на исходе- а от нее ни ответа, ни привета. Я уж было думал позвонить самому, но потом решил разузнать- сколько понадобится времени для того, чтобы не я, но она проявила инициативу первой.
  Наверное, очень много.
  Бросаю на заднее кресло новый купленный фонарик- завожу мотор. Постояв несколько минут с работающим двигателем, прогрев машину, уезжаю.
  25. В деревне подъезжаю к этому мне так уже почему-то близкому пеплу. Стараясь как можно тише вести себя- открываю скрипучую калитку в заборе- и перелажу внутрь через проем, внутри которого некогда было окно.
  Светя фонариком себе под ноги, постоянно прислушиваясь и оглядываясь вокруг- разгребаю мусор- переворачиваю то, что некогда было крышей, достигаю минут через десять пола- и начинаю его расчищать. Минут через двадцать усилий мне удается расчистить небольшой фрагмент. Так... интересно- а на полу ведь когда-то что-то было нарисовано, а? Я вижу дугу- часть, по- видимому, круга, две прямые линии, смыкающиеся в одной точке на круге. Затем я освобождаю еще небольшое пространство пола- и вижу еще больший фрагмент круга- и еще две линии, так же смыкающихся в одной точке на круге.
  Мне становится немного не по себе...
  Можно было бы, конечно, расчистить и весь пол, увидеть всю, так сказать, картину- но мне и без того уже все ясно.
  Когда-то, кем-то на полу была начертана пентаграмма. В тех местах, где прямые линии- почти точно можно сказать- составляющие лучи пятиконечной звезды, пересекались в одной точке на круге- небольшие круглые углубления. Видимо, сюда когда-то ставили свечки.
  26. На минуту застываю, переводя дух.
  Пока не слышу чье-то сопение у себя за спиной. Как- будто бы кто-то рядом так же, как и я минуту назад занимается интенсивным физическим трудом. Оглядываюсь...
  Никого не видно. Я выключаю фонарик и жду, пока мои глаза не привыкнут к темноте.
  27. В то же время шуршание, шебуршание, сопение продолжаются. Иногда слышно, как на пол падает что-то тяжелое- видимо, какие-то камни. Мне дико страшно, но я пересилив страх все- таки хочу узнать- кто там.
  Да боже ж ты мой! Скорее всего, там ничего такого и нет! Пристроился какой-нибудь пьяница переночевать- жена в дом не пустила.
  Я подхожу к стене, из- за которой доносятся эти звуки- и смотрю внутрь другой комнаты- с печью- дома- в проем, который когда-то был дверью.
  
  И я снова вижу желтые глаза!
  Так, как будто тот, кому они принадлежат, смотрел сначала куда-то в сторону, но после, поняв что рядом я- оглянулся.
  28. Не помню, как, но очень- очень быстро я добежал до машины- и втопил! Думаю, что никогда до и никогда после моя машина не выдавала таких скоростей. В минуты четыре я оказался на месте- у нашей дачи.
  Взбежав по ступенькам к входной двери- открываю.
  Обошел все комнаты- жены нет. Дочь лежит в своей кроватке и спит. В ее комнате горит свет.
  В нашей спальне тоже горит свет.
  А через минут тридцать- когда я уже начинаю не бог весь что думать- слышу ее шаги.
  Она говорит, что выходила... ну... понимаешь.
  -Ты это делала больше получаса?
  Мне почему-то кажется, что она врет. Но сам себя я укоряю за то, что не заглянул в наш ватер- клозет. Так мне страшно было!
  Потом мы вместе пьем чай- и я снова прихожу в себя. Ну, я даю! Увидел в темноте кошку- и чуть ли в штаны не наложил от страха. С другой стороны- да, у кошки глаза "горят" в темноте, но они не сами- как лампочки горят- а лишь отражая уже существующий, пусть и слабый- свет.
  На пепелище же была непроглядная тьма.
  Ладно, забыли.
  Когда же мы ложимся спать- а спим мы только при свете- иначе она не может- спрашиваю, почему это эти бритоголовые ребята так суетятся вокруг этого, давно сгоревшего дома.
  Она говорит, что эти ребята в деревне- в покинутой ее части, хотят построить коттеджный поселок, и, видимо, ревнуют всех, кто интересуется той землей, на которой стоят брошенные дома относительно того, что не окажется среди "интересующихся" кого-то с законными правами на какой-нибудь старый дом или землю.
  М-да... логично ведь?
  Утром пытаюсь отчистить свою куртку и брюки от сажи. Как ни старался вести себя аккуратно- наверное, испачкался, пока выбирался с того, что осталось от бывшего дома бабушки жены- к машине.
  Еще замечаю, как жена комкает и убирает свой плащ в нашу большую дорожную сумку- хотя сейчас и холодно, по улице ходить "просто так" не очень-то возможно, особенно в одном джемпере- без чего-нибудь сверху еще.
  29. Постепенно с дач съезжают многие наши соседи. Ночью- просто непроглядная темень, а по причине того, что на дачах осталось народу мало, фонари на местных "улицах" по ночам не горят- экономия электричества.
  Зато дни просто обалденные! Светит солнышко, холодный утренний воздух нас бодрит- и мы завтракаем обычно на улице. К середине дня воздух прогревается, но все- таки не на столько, чтобы жене ходить без плаща- но она говорит, что ей ничуть не холодно.
  Тогда я ей отдаю свою куртку- и она даже полсекунды не возражает, хотя зачем она ей, коли только что говорила, что ей не холодно.
  За нее мерзну я.
  Потом у нас кончаются дрова- и я иду в лес- их нарубить. По тихому. Я понимаю, конечно, что это не совсем хорошо, что меня могут оштрафовать.
  Да что там! Кому это надо?
  Я нашел подходящую березу- и завалил ее. А когда тащил к дому- через небольшую полянку, заметил, как где-то в стороне от меня. Среди деревьев- пронеслась чья-то черная тень. Какое-то время мне даже казалось, что там человек. Но после я решил, что это мне почудилось.
  В этих тихих, осенних, печальных березовых лесах, мне кажется, может привидится что угодно.
  Но когда я уже выхожу из леса- боковым зрением снова улавливаю стремительное движение какого-то черного силуэта сбоку от меня. И ведь недалеко так.. я оборачиваюсь.
  Нет. Нет там никого. Снова причудилось.
  30. Потом ломается телевизор и мне становится совсем скучно. Жена же возражает, что уезжать сейчас обратно- нам нет никакого резона. Погода слишком хорошая и эти замечательные деньки нужно использовать до конца.
  Как хочешь, дорогая.
  Но однажды, когда до конца наших отпусков остается совсем немного- сидя у окна и глядя на небо, я снова- боковым зрением замечаю в лесу быстрое мелькание как бы человеческого силуэта.
  И я встревожен.
  Там кто- то есть. И, видимо этот кто-то интересуется именно нами- время от времени появляясь в лесу именно у нашего дома. Ближайшие же соседи, которые еще не свалили с дачи от нас- домов восемь.
  А ночью мне снится, что моя жена с кем-то разговаривает. Она ругается, что ли. Как бы торгуется. Никогда не слышал, чтобы моя жена с кем-то торговалась. А тут- ты мне- это, я тебе- то.
  Просыпаюсь утром и говорю ей о моем этом странном сне.
  Она лишь смеется надо мной.
  В это утро у нее почему-то особо хорошее настроение- она много шутит и потом первая звонко смеется над своими же шутками.
  В тот вечер мы с женой- уложив дочку спать- распили на двоих бутылку белого вина- и завалились, веселые спать.
  И как же хорошо, что дни солнечные! Эти тени, желтые глаза, черные силуэты- они быстро забываются, для того, чтобы воспоминанием вернуться лишь к ночи. И мне начинает казаться, что это все- лишь игры, в которые со мной играет моя усталость.
  Я великолепно сплю, возмещая все не доспанное в городе время.
  Сладких вам снов, мои дорогие...
  31. А потом, кто-то на мой мобильный телефон присылает смс.
  Ti ne ponimaew, kak mne trudno git6. Ja mu4aus6 uge 4 goda iz- za teby! Otpusti meny. Ja ispit6ivau strashnie boli. Za 4to ti mne mstiw6?
  Чушь какая-то. По моему- это все тот же наш "письмописатель".
  Даже не знаю, что делать. Хотел было рассказать обо всем этом жене, но потом мы разговорились, и я боб всем забыл. А тот странный смс я тут же стер, как только прочитал.
  Потом был звонок- с того самого номера, что откуда пришел смс но я решил на него не отвечать, а просто выключил мобильный. Ну их всех. Пусть шутят с другими- я в этих их играх участия не хочу принимать.
  Подростки какие-нибудь.
  
  Часть 2.
  01.Затем наступил, наверное, последний счастливый день в моей жизни. Мы с женой встали очень рано утром и смотрели на то, как рассветает. Мы стояли, обнявшись, взявшись за руки и разговаривали. Лишь где-то очень- очень далеко, почти на горизонте было видно одно маленькое облачко. Я, наверное никогда еще не видал в совей жизни более чистого неба.
  Нежно- розовый свет, постепенно упирающийся в голубизну, переходящую плавно в темно- синий со звездами. В двух местах небо скальпелями шлейфов разрезали самолеты. И даже где-то неподалеку, не очень красиво, но пела какая-то птица.
  Потом проснулась дочь и мы завтракали на улице за столом все вместе, вокруг нас жужжали большие и лохматые шмели и летали бабочки.
  Потом супруга обнаружила, что в шланге для поливки, лежащем мирно дремлющей змеей на земле есть остатки воды- и окатила нас водой, включив насос . Видя, что на нас летит эта масса воды мы с дочерью закричали- но после засмеялись- вода была теплая.
  Все было настолько хорошо, что даже как-то не верилось, ни грусти о том, что подходит к концу наш скоротечный отпуск, ни мысли о каких-то нас еще ожидающих заботах. Нам просто было хорошо, и мы веселились с женой- как дети. Дочери это очень нравилось, она то и дело нас спрашивала:
  -А вы что, как маленькие играетесь?
  И она играла вместе с нами.
  Потом был жаркий день- последний привет нам от бабьего лета, и такой перегруженный теплом, пахнущий- как мне показалось жатвой вечер.
  Теперь уже темно- синий со звездами наступал на розовый, пока не наступила полная тьма.
  Мы с женой положили дочь спать, а потом долго провожали уходящий свет- смотря вдаль на это угасание дня.
  А потом мы, перегруженные ощущением счастья- завалились спать и быстро уснули. Мне снились радостные сны всю ночь, и я спал как младенец. Во сне я слышал голос жены, как будто- где- то рядом, но за какой-то преградой она с кем то так "мурлыкающе" разговаривала.
  А засыпая, я все надеялся, что следующий день окажется таким же счастливым, как этот.
  02. Новый день был то же солнечным, но я поздно проснулся, когда жена и дочь уже позавтракали, и просто сидели, разговаривая, во дворе.
  -Доброе утро, папочка! - приветствовала меня, еще сонного, дочь.
  Доброе утро, Настенька.
  Жена же просто улыбалась.
  Она согласилась со мной попить чай вместе, а Настя, тем временем. Сев на свой трехколесный велосипед- ездила где-то рядом с нами. Время от времени мы видели. Как она мелькала где-то рядом с нами, пела песенки и как буд-то с кем- то разговаривала. То есть, с самой собой.
  Потом мы разговорились с женой о том, что жаль, что кончаются наши отпуска, о том, что скоро нам нужно возвращаться в Москву, и о том, как будем собираться обратно.
  Вокруг нас снова летали бабочки и жужжали- прельстившись медом в блюдечке, пчелы и шмели.
  Я же, сидя на стуле вытянул ноги-
  Ах! Как хорошо! А я еще хотел ехать на море! Зачем? Тут ведь так замечательно! Потом жена пошла в дом- начинать, как она сказала- паковать вещи, а я стал читать книгу. Послезавтра мы уезжаем отсюда, наверное, минимум на шесть месяцев.
  03. Недалеко закаркала ворона, разбудившая меня снова.
  Где дочь?
  Я кричу: Настя! Настя!- никто не откликается. Несколько минут я думаю, что она играет со мной в прятки, но потом, уже немного начиная беспокоится- иду осматривать участок. Ее нигде нет.
  Ну и что?
  Наверняка дома- с мамой.
  Жена отвечает
  -Я думала, что она с тобой.
  -Сколько времени прошло с того момента, как мы перестали ее хотя бы слышать?
  -Не знаю... ты, вообще-то сидел на улице- ты должен был за ней, в принципе наблюдать.
  Мне стыдно признаться, но я- на немого- уснул.
  А жена, как всегда - невозмутима.
  Я выхожу на улицу- на дорогу. Насти нигде нет.
  И тут я начинаю волноваться уже по- серьезному. Зачем-то- как будто я следопыт- смотрю на дорогу- вниз- на самый грунт. И вижу- к своему ужасу- покрываясь горячим потом- две пары следов, которые были оставлены на дороге недавно, - следы большие- взрослого человека- судя по размеру- и рядом маленькие. Настины. Точно. Такие я видел у нас во дворе после дождя, отпечатавшиеся на влажном песке.
  И начинаю сначала быстро идти- но потом- бежать- за этими следами.
  04. Я прохожу мимо наших соседей- через восемь домов от нас- они то же собираются уезжать домой в эти выходные. Настю они не видели.
  Мимо их участка- от нас недавно проходил один молодой человек. Потом понимаю, что соседи со своего участка- тем более так- мельком, особо не сосредотачиваясь- Настю разглядеть не смогли бы потому, что у них со стороны дороги растут густые- еще с зеленой листвой- развесистые кусты.
  Продолжаю "бег по следу"- и так выхожу за пределы дачных участков- а потом и вовсе дохожу до нашей ближайшей остановки электричек. Там- на бетонных ступенях, ведущих вверх к платформе- следы обрываются. Но мне посчастливилось, и я встречаю других наших дачных соседей - более удаленных от нашего участка территориально, но более нам знакомых. Они приехали сюда на машине за продуктами.
  -А мы когда увидели, что Настю какой-то нам незнакомый мужчина ведет- тут же хотели было к вам бежать- сообщить, но потом глядим- больно ваша дочь на того молодого человека похожа- уж, думаем, не родственник ли? Может, брат вашей жены? Уж больно они похожи.
  Да... только вот Настя не похожа на жену.
  А электричка- конечно, только что ушла.
  Я со всех ног бегу обратно к себе- к машине.
  05. Кричу на жену, что нам надо бежать и всех ставить на уши, что нужно немедленно обратиться в милицию...
  А она, как всегда спокойна, только вот сейчас она стала такой же, как прежде, как всегда. Это чувствуется. Ласковость вчерашнего моего счастливого дня- как рукой сняло.
  Жена мне говорит, что не надо никому об этом рассказывать- и как то странно проводит рукой- ладонью ко мне у меня перед лицом.
  Не знаю, почему, но ч с ней соглашаюсь:
  -Те виднее.
  -Вот, сейчас ты говоришь абсолютно правильно...
  тогда я говорю, что нам надо срочно ехать домой, но здесь жена снова возражает мне- снова как-то странно проводит рукой перед лицом:
  -Я тебя не держу. Если хочешь- уезжай. У меня же здесь еще есть дела. Закончу- вернусь. Одна. На электричке.
  Я сбитый этим всем с толку окончательно- даже предлагаю ей подождать ее, пока она все сделает- и мы тогда поедем вместе.
  -Нет. Ты езжай сейчас. Один.
  У самой машины она меня догоняет.
  Послушай- она смотрит строго мне прямо в глаза- никакой милиции, никому ничего не говори- мимо нас пролетел воробушек- я посмотрел на полсекунды на него- нет, ты слушай сюда- ни к кому не обращайся.
  ТЫ ПОНЯЛ?
  Да, дорогая, тебе виднее, дорогая.
  Сам же про себя думаю, что смогу еще на машине- если очень- очень быстро ехать- догнать- пусть, может быть и у самой Москвы- электричку. Но автомобиль не заводится полчаса. Надежда на погоню потеряна. Но я все равно один- не знаю, правда, зачем- если ничего не нужно делать- возвращаюсь домой.
  06. Пока еду обратно- как-то не с того, не с сего- вспоминаю тот самый момент, как мы познакомились с женой- тогда, конечно, еще только с будущей моей женой. Мы... мы столкнулись- вот случай- лбами в подземном переходе где-то на Пушкинской площади. Я засмотрелся на мемориальную доску в память о жертвах теракта, который произошел когда-то в этом переходе- а она засмотрелась на витрину одного из многочисленных стоящих там ларьков.
  -Ой!
  -Ой, девушка- простите...
  Тогда мне показалось еще, что я ее где-то видел до этого. А она... интересно- вот, из памяти нашей иногда такое всплывает- провела еще у меня перед лицом рукой- так... как сегодня... и мы разговорились.
  Потом мы стали общаться чуть ли не каждый день по телефону- мне показалось тогда еще очень странным, что у такой еще очень молодой девушки- уже умерли родители и уже есть ребенок.
  Потом мы стали вместе очень часто встречаться, потом- каждый день. А затем, однажды, я позвонил своей девушке и сказал ей, что прошу прощения, я нашел другую, и не хочу больше (со своей прежней девушкой) больше встречаться. Постарался, как можно вежливее все объяснить. Извинялся.
  Потом мы вместе с моей новой девушкой переспали. А на следующий день я, весь такой счастливый, предложил ей выйти за меня замуж.
  Она мне говорила о своей дочери, а я тогда еще ей сказал, что буду относиться к ее дочери , как к своей собственной. И, в общем- то своего обещания так никогда и не нарушал.
  Конечно, мы часто потом ругались с женой, пару раз чуть ли не разъехались- но это, прежде всего было из- за того, что я тогда считал, что жена должна мне рассказать о своем прошлом все, и ничего не утаивать, но она ничего о том говорить не желала:
  -И слушать даже не хочу обо всем этом копошении в грязном белье друг друга.
  Как-то раз, случайно повстречавшись со своей бывшей девушкой, рассказал ей обо всем, и сказал о том, как я сейчас счастлив.
  Она чуть ли не заплакала, а потом сказала:
  -Ну, и черт с тобой! Дурак ты.
  А я еще не понял, чего это она так злится.
  07. Вспоминая прошлое- я въезжаю в Москву. Открыв квартиру- первым делом решаю все тщательно обдумать. Что же мне делать?
  Я ложусь на диван, и, глядя в потолок, думая- не заметно для себя засыпаю. Когда же- минут через двадцать- посыпаюсь- как пелена спала какая-то с моих глаз, и, может вам это и покажется странным- с моего сердца:
  -Что ж я делаю?
  У меня похитили дочь, жена чушь какую-то городит, а я при этом совершенно ничего не делаю? Нет, я должен бать инициативу в свои руки. Когда же я подхожу к телефону- что-то внутри меня заставляет остановиться.
  Может, это все и правильно? Жена ведь так настаивала на том, чтобы я никому не говорил обо всем происшедшем.
  Значит - не зря?
  Мне кажется даже почему-то в этот момент, что она снова стоит рядом со мной и снова так проводит своей рукой близко к моему лицу-
  Никому ничего не говори, никому ничего не сообщай...
  И я решаюсь пойти на хитрость- позвонить на в милицию, а следователю, который недавно побывал у меня на "неофициальном разговоре" дома. Они, как он мне сообщил, сидя у меня за чаем- мною предложенным - засекли мой номер телефона, когда я звонил погибшему ( или умершему) врачу, который осматривал Настю, когда та болела- и решили приехать по адресу, соответствующему номеру в базе данных. Телефон врача они прослушивали, желая найти хоть какие-то зацепки в этом деле.
  Да, так и сделаю.
  Честно говоря, мне все начинало тогда уже казаться каким-то кошмаром и бредом- и я искал поддержку в лице трезвых, реальных людей- таких как этот следователь.
  И жену не обманул. Лишь, может быть- чуть- чуть. И себе камень с сердца.
  08. А телефон у нас отключили. Я вспомнил- да, мы замешкались с оплатами. А мой мобильник - отключен из- за отсутствия на нем денег. Так что я звоню с обычного таксофона в метро. Шумя где-то рядом поезда, ходят люди- и очень плохо по- этому слышно.
  А... собственно, почему это я должен слушать жену?
  А с другой стороны - не хорошо как-то- она так настаивала...
  08. На работе его, конечно. нет. Он- в отпуске. Очень прошу дать номер его мобильного, говорю, что очень важное дело, говорю, что по делу об убийстве (то же ведь вру- плохо, да?) врача. Помощник- или заместитель спрашивает, не мог бы я встретится- а он что-то вдруг как-то неожиданно- улышав- что по делу об убийстве врача- оживился-
  с кем-нибудь другим?
  Нет! Я доверяю лишь ему.
  -А вы кто? Не представитесь? Я вас знаю.
  -Конь в пальто!
  -О"кей. Вот вам номер. Позвоните. Если уж очень- как вы говорите- важно- он к вам на встречу приедет, но он сейчас- на даче. А дача его- ооооочень далеко.
  Так что вам лучше всего- если вы ему все- таки решитесь позвонить- сообщить ему что-то по- настоящему важное. Иначе- он рассердится, и сможет вам устроить "козу". Будьте уверены!
  Да-да, учту, конечно.
  Моя милиция меня бережет.
  Ну, а что ты хотел? Если бы тебя заставили бы ехать триста километров- из- за ерунды какой-нибудь- ты бы как на это отреагировал бы, а?
  09. Следователь мужик и вправду- реальный- просто говорит мне, что
  Еду
  
  Назначаю ему встречу в центре. В 17 часов.
  -Да-да, я помню, как вы выглядите. Не волнуйтесь.
  Но ни в 17, ни в 19, ни в 20, - а я все жду- он не является.
  Я звоню ему. Авария. Придется подождать.
  Но разговор мы все равно не переносим.
  -Ждите меня и дождитесь. Был в армии? Считайте- что это приказ!
  Пол девятого он подходит ко мне.
  -Здравствуйте!
  10. Я сразу- прямо вываливаю ему все, как есть. Про жену, которая не велит мне близко к дочери подпускать врачей, про то, как нашел этого детского доктора, про то, как мы встречались, про странные ежегодные болезни дочери.
  Следователь внимательно слушает, иногда что- то записывая в блокнот.
  Говорю о том, что потерял листик с телефоном врача, а после того как того убили- но я еще не знал этого, нашел в вещах жены.
  -Вы меня извините, наверное, это все ерунда- не стоили вас заставлять так далеко ехать?
  -Нет, молодой человек, продолжайте- это. Как мне кажется, все важно.
  Незаметно вместе мы переходим дорогу- и сворачиваем в этот длинный переход- от Пушкинской до Елисейского- выход в торец. Там никого нет и света то же. Не помню, кто тогда был "ведомым" я или он- наверное, все же я - я чувствовал чрезвычайную усталость от всего этого тяжелого дня- и мне уже хотелось хоть немного- но поспать-
  Как вдруг- немного опередив следователя- он остановился прикурить- а я , пройдя шага два вперед- еще не успел оглянуться- слышу, как он издает странный звук- как бы:
  -Ух!- на выдохе- и слышу- что следователь падает.
  Вокруг темень- видно плохо- но я вижу темный силуэт, быстро удаляющийся в сторону Пушкинской площади. Я хочу догнать его- но спотыкаюсь о тело следователя и падаю. Вижу, как во тьме- мелькнули желтые светящиеся глаза. Их обладатель как бы обернулся- взглянул на меня- с ненавистью- я это почувствовал- и снова повернувшись - исчез, свернув за угол этого сквозного перехода.
  И тут я вынужден сделать то, что сделал- как опытный преступник- но не преступник, а желая лишь всего- лишь обезопасить себя от подозрений в том, что я не совершал.
  Я обыскиваю не подающее признаков жизни тело следователя- забираю у него пистолет- мне почему-то чувствуется, что с ним мне будет поспокойнее- и мобильный телефон.
  Ломаю СИМ- карту- выбрасываю- и после кладу телефон обратно в карман следователю.
  -Господи! Пожалуйста, простите меня- зачем-то говорю ему на прощание.
  -Простите!
  Зачем, зачем, зачем я повел его в эту темную подворотню?
  Или он- меня?
  Меня ведь как влекло. Мне нужно сосредоточится.
  11. Очень, очень поздно возвращаюсь домой -в метро, с ужасом думая, что иду- хоть немного но по пути обладателя желтых, светящихся в темноте глаз.
  Дома ложусь на дива- не снимая "уличной" обуви. Жена не звонила. На мобильном- пусто, ни смс-ок, ни не принятых звонков.
  Странно она относится к Настеньке. Порою так с ней ласкова, а порой- наоборот- с той что-то случается, а жене- как будто бы и все равно. Даже я, не родной отец- отношусь к ней значительно мягче.
  Позвонить самому?
  Лучше отправлю сообщение.
  Nu, ti gde? Kogda verneshsy domoi?
  Через минуту
  Nu, ti gde? Kogda verneshsy domoi?
  Приходит к мне. Блииииииииииин! У нас с женой- одинаковые абсолютно мобильные телефоны. Мы их купили в салоне- а там было- при условии, если купить таких два- будет большая скидка. Сэкономили.
  Но мы еще никогда не путали их.
  Здесь мой мобильный разрядился, а подзарядку я забыл на даче, а денег на телефоне нет- хоть с одой- двумя смс- ками можно было еще "проскочить"...
  И я погрузился в сон.
  12. Утром же я вел себя как профессиональный преступник. Решив, что обнаружив мертвое тело следователя недалеко от Пушкинской площади- начнут искать человека с которым он разговаривал перед самой смертью- я стал радикально менять внешность.
  Теперь по улице я буду ходить так- вместо короткой ветровки - длинный плащ, вместо джинсов- "классические" брюки, а вместо полуспортивной обуви- прочто черные ботинки на небольшом каблуке. В руке не многократно собирающийся телескопический зонтик- а зонтик- трость.
  Еще я очень коротко постригся в парикмахерской, а вернувшись снова домой- так решил и вовсе на некоторое время- пока не найду Настю- переехать жить к родителям.
  А вообще-то уже понедельник. Мне как бы и на работу надо.
  Но я никуда не пойду. Наверное, даже не позвоню.
  И напоследок- может это и не хорошо, но она дала для этого множество поводов, особенно в последнее время- обыскиваю вещи жены.
  Шкаф, несколько старых чемоданов- затем залез в комод. И вот там, среди этого изобилия трусиков и лифчиков, а так же запасов прокладок- нахожу черный пакет.
  Несу его на кухню, вынимаю содержимое пакета- и кладу на стол. Сажусь н табуретку- и начинаю рассматривать.
  13. Сначала- самое простое. Два каких-то амулетика. Первый представляет собой связанный пучок какой-то травки, перевязанный в середине ниткой. В пучек вплетены торчащие в разные страны иглы. Все это- на веревочке, так, чтобы можно было бы одевать на шею. Второй амулет- это, по всей видимости фрагмент корня какого-то растения- очень "кудрявый". Так же на веревочке для ношения на шее.
  И самое главное- конечно- две книги. По всей видимости очень старые - обе в черном кожаном переплете. Разобраться же в тексте книг- я не имею возможности. Все написано от руки- и видимо, давно, в те времена когда люди говорили на "нашем" языке так, что понять их и сейчас- возможности обычному человеку нет.
  На полях книг в изобилии проставлены пометки шариковой ручкой. Почерк- моей жены.
  Одна фраза в начале одной книга- подчеркнута - и на полях - еще разборчиво было вынесено- "в этой книге не се правда". Дальше. Видимо, увлекшись переводом- жена "разошлась"- и ее почерк стал так же неразборив.
  Лишь редкие: "три раза", "стоять", "смешать", "настаивать", "повернуться", "дунуть- сплюнуть"...
  По- началу даже решил всему этому не предавать особого значения, но
  14. Вечером, уже от родителей, звонил своему другу- журналисту- не очень известному, но очень осведомленному почти во всех вопросах- насчет того , кто бы мне смог объяснить кое- какие вещи, наверное, оккультного рода. Только чтоб не шарлатан какой, а человек по- настоящему во всем этом разбирающийся.
  Мой друг тогда отвечает, что такой человек есть, но по телефону его координаты передавать нельзя.
  И мы решаем тогда встретиться.
  15. Встретившись же - видимо, здесь сказалась чрезвычайная эмоциональная перегруженность и усталость последних дней- мы на некоторое время за разговорами забываем даже то, зачем встретились.
  Мы просто пошли в какой-то бар и там трепались, сидя за столом, несколько часов. После же, уже очень поздно вечером, когда было уже пора расходится по домам, мой друг- уже выйдя из бара- на пороге- передает мне клочок бумаги. Я смотрю туда- только адрес, имя и фамилия. Никаких телефонов.
  -Вот тебе. Лучший наш специалист по эти вопросам. Ты уж извини, что я тебе не дал по телефону его координаты- старик несколько лет назад по причине того, что кто-то так по телефону сказал его адрес- сильно влип. С тех пор- никаких координат по телефону. Я же поступаю так по его просьбе знаешь почему? Потому, что он все знает. Ты ему соврешь- а он вежливо, но настойчиво тебе скажет, как все было на самом деле.
  Он все знает. Надеюсь ты к нему собираешься не с ерундой?
  А мне хотелось бы, чтобы с ерундой.
  И тогда мы расстаемся. Моему другу в одну сторону. Мне в другую.
  Где-то через минуту, как я иду в направлении метро -слышу громкий, истошный крик.
  Я даже знаю, чей он. Я даже знаю, что теперь мой друг- журналист мертв. Но я не могу вернуться.
  Я лишь сильнее сжимаю в своих руках этот черный пакет и ускоряю шаг.
  16. Утро было солнечное, и от этого я немного взбодрился. Пусть вокруг меня и сыпятся трупы- это значит лишь то, что я на верном пути.
  Мне открывает дверь такой светленький старичок- весь одет в белое или светлое. Седые длинные волосы гладко зачесаны назад. Очки, усы и борода.
  -Здравствуйте!
  Какое-то время старичок расспрашивает меня откуда у меня информация о нем. Я отвечаю.
  -Говорят, вы целый допрос устраиваете тем, кто к вам приходит?
  Старичок улыбается и отвечает:
  -Ну, вам-то я этого делать не буду!
  -А почему? Никогда не любил быть на "особом счету"- мне кажется, что это несправедливо по отношению ко всем другим.
  На это старичок говорит, что
  Ваш друг- журналист- впрочем, он и мой друг так же- вчера вечером был убит. Вы это знаете?
  -Да... слышал его "прощальный крик".
  -То есть, он передает вам мой адрес- и тут же погибает. Так?
  Значит, дело важное. По- настоящему.
  -Боюсь вас разочаровать!
  Я достаю содержимое черного пакета- и кладу на стол в гостиной квартиры старичка- куда он меня сначала пригласил пройти. Потом я рассказываю старичку о своей дочери, ее болезнях, о своей жене, об этих вещах, которые я нашел в ее части нашего общего комода.
  Старичок недолго- не больше полминуты рассматривает все это- открывает одну, потом другую книгу... по выражению его лица понимаю, что он слегка разочарован. Так, как если бы рыбак после сильного поклева вытащил бы из воды рыбу более мелкого размера, чем ожидал.
  -Ну что ж, молодой человек, -начинает старичок- поздравляю вас.
  
  Ваша жена ведьма.
  
  17. Обычная, стандартная, ничем не примечательная...потом он, как бы зная, начинает говорить мне о моей жизни.
  -Спите, наверное, при свете?
  Не помните, когда жена последний раз у вас на глазах ела?
  -Со мной она пьет лишь чай.
  Ага, и , наверное, он у нее свой- вам не дают.
  Но когда я ему еще сообщаю и то, что дочь- четыре года, так же спит при свете- старичок нахмурился...
  Он открывает предо мной первую книгу- закрывает, затем открывает другую- вот, посмотрите. У ведьм существует так называемый "трилистник"- сборник из трех ведьминских книг. Каждая книга по "их" обычаю- называется "лист".
  Первый лист- безобиден, как любая книга художественного содержания. Просто различные сведения о различных "потусторонних" явлениях и существах. В этой книге не все правда- к примеру "болотного упыря" не существует. А еще в эту книгу многие явления не вошли. Ну да ладно.
  Вторая же книга- уже более серьезная. Там заклинания. То же- некоторые из них работают, некоторые нет. На первой странице- "черная" молитва- обращение- посвящение в ведьмы. Женщина отдает свою душу в обмен на силу и власть на земле.
  После "посвящения"- женщина, без посторонней помощи- может как угодно применять заклинания из второй книги.
  Вот и все. А третья книга- думаю, выдумка ведьм. Никто и никогда ее в глаза не видел, во всяком случае из тех, кого я знаю. Говорят лишь, что когда одна "из" доберется до этой книги- то она возымеет такую силу- что может овладеть даже всем миром. Если захочет. Но это все, как мне кажется- лишь легенда. Всем нужны свои легенды.
  Еще он берет в руки амулеты- вот- первый- оберег от заклинания, второй- при ношении постепенно "снимает" все старые заклинания, уже наложенные на человека раньше.
  -Кстати, если уж вы так долго живете с этой женщиной и не знаете, кто она на самом деле- советую это все одеть.
  -А что еще?
  Я рассказываю о том, что похитили Настю.
  Старичок же мне советует- носить амулеты а с женой больше постараться не видеться. А что там у нее с ее дочерью? Предоставьте все ее проблемы ей решать самой. Тем более, что дочь ее вам не родная.
  Он улыбается.
  Потом старичок уходит- и возвращается через несколько минут. Он несет на подносе чай- а еще там, между чашек с чаем, сахарницей и баночкой с вареньем лежит какой-то продолговатый предмет- аккуратно завернутый в материю.
  -Знаете, - старичок продолжает- эти ведьмы настолько свято верят в то, что третий "лист" существует, что мне иногда кажется даже- это правда. Они его ищут, - снуют тут и там в его поисках. Прилагают такие усилия!
  Вот бы взглянуть.
  Я спрашиваю старичка, как он может читать содержимое этих старинных книг- там ведь одни "яти", "иже", "если"...
  Старичок говорит, что это его работа. А еще он мне рассказывает- как много лет назад - его вычислили ребята из КГБ- по телефону кто- то обмолвился его номером- и заставили работать на них.
  Но потом оказалось- что это даже удобно. За небольшие консультации по "общим" вопросам- получить в замен доступ к базам данных такого могущественного ведомства!
  Он отхлебывает чаек из блюдечка: "Вот, теперь совмещаю!".
  И снова улыбается.
  Затем он, все так же вкрадчиво улыбаясь- освобождает от ткани тот самый предмет, который лежал на подносе.
  Что-то очень похожее на нож. Только- выточенное из дерева. На нем нанесены обильно какие-то символы и слова.
  18. -Если же вы вправду очень любите свою жену- очки старичка бликуют, так, что я не вижу его глаз- вот вам предмет...
  -???
  -Если этим ножом убить ведьму, как написано в книгах, это освободит ее душу от вечного проклятия...
  впрочем... в книгах очень много ложной информации.
  Старичок вкладывает этот нож мне в руку- а затем сжимает мои пальцы вокруг-
  -Это вам подарочек! От меня.
  
  Когда же я ухожу- и одеваюсь в коридоре- он ошарашивает меня еще кое- чем: рассматривая меня, он говорит:
  Стандартный рост, стандартная внешность, наверное- не знаю, стандартный интеллектуальный уровень.
  Вы идеальная жертва, молодой человек!
  -Что?
  -Найдя последнюю книгу "трилистника" ведьма должна принести человеческую жертву. Лучше всего- особо ничем не отличающегося человека. Ни в чем. Золотую середину.
  Ваша жена- не знаю, обосновано или нет- уже решила, что подошла совсем близко к третей книге.
  Даже жертву себе уже приготовила.
  
  Спрашиваю, могу ли я зайти- если что- еще. Да, конечно.
  -И я- старичок сияет так, что мне в голову приходит: "чеширксий кот", - если что- вас найду.
  Я пытаюсь было написать ему свои координаты- но старичок отказывается.
  -Если понадобиться- я вас найду. Хоть из под земли достану.
  В лифте я вспоминаю, как всякий раз, как я пытался чего-то поменять в жизни к лучшему- там... пойти учиться на водительские права, изучить иностранный язык- жена- и при том всегда очень убедительно -меня от этого отваживала- говоря, что
  У тебе все равно ничего не получится- я-то знаю!
  И я, еще не начав и даже немного не попробовав- сдавался .
  
  Спешно одеваю оба оберега на шею. Помогут- не помогут- а вот я себя теперь буду чувствовать более уверенно- это точно.
  19. Но на следующее утро я воспринимаю этот мой визит к "старичку"- как сумасшествие. Что за чушь? Бред какой-то! Этот чокнутый меня ведь до тюрьмуы доведет!
  Я беру черный пакет, снова кладу в него эти обереги- сняв их с себя, беру деревянный нож, пистолет- и собираюсь ехать к жене- на дачу- у нас дома она так и не объявилась- а я уже у родителей-
  Объяснится.
  Думаю, что вместе с ней очень посмеемся надо всем.
  А Настя? А Настю, наверное, по просьбе жены увез в Москву какой-нибудь родственник. Только жена, по причине своего характера обсуждать это не хочет.
  Ну и ладно?
  Спускаюсь вниз, а у родительского подъезда меня поджидает...
  Тот самый вчерашний седовласый старичок.
  20. -Молодой человек!
  Мы, (возвращаться- плохая примета) - вместе поднимаемся в квартиру к моим родителям.
  Там располагаемся на кухне.
  -Молодой человек. Все оказалось немного не так, как я представлял себе вчера. - он, по- видимому- по настоящему взволнован.
  Вчера, как только вы ушли- ко мне заявилась ваша жена. Мы долго с ней ругались- как два просто частных лица- и при этом ни она не хотела мне показывать, кто она на самом деле- ни я сам не хотел выдавать себя, кто я такой.
  Видимо, чувствуя, что я- не просто так, она вскоре ушла. Но она... сильна! Даже я чуть ли не поддался на ее чары! - глаза старичка на выкате...
  Так значит, она в Москве!
  Я уже снова набираю телефон - к нам домой- но там никто не отвечает.
  -Знаете- продолжает старичок- ваша жена- не просто так. По всей видимости- я не верил никогда в то, что это может реально случится- она уж или нашла, или в ближайшее время найдет третью книгу "трилистника". Тогда вам от вашей жены нужно держаться подальше. Но если вы только очень любите ее и хотите, чтобы ее дума освободилась от этого ужаса- это вам- старичок достает из своего пухленького саквояжа нож, очень похожий на вчерашний- но сделанный из металла.
  -Это серебряный нож. Для таких, как ваша жена. Если им воспользуетесь, или решитесь никогда не воспользоваться- пожалуйста, верните.
  Тогда я отдаю старичку деревянный нож, а при этом еще демонстрирую ему свой пистолет. но он говорит, что против нее это не сработает. Как слону дробина.
  -Но как, как я смогу убить- свою жену?
  Старичок, видимо понял мой вопрос в ином ключе:
  Как- как? Да как хотите- только этим ножом. Хотите- просто один раз в сердце воткните. Хотите- в живот- и несколько раз проверните. Хотите- резом, хотите- "тыком"...
  Я говорю, что будет, наверное много крови, труп.
  Старичок же отвечает что:
  -Э, не! Вот как раз останков-то и не будет.
  И кровь- увидите, какая у нее.
  
  Он уходит, а я снова надеваю на себя эти дурацкие "обереги".
  21. Среда. Рабочий день. И мой и ее отпуск- кончился уже в понедельник. Каждый день утром она уходила на работу. То есть, если она в Москве- то есть слабая надежда на то, что сейчас у себя на работе.
  Еду туда- в редакцию этого "астрального" журнала. Меня впускают, а я представляюсь не мужем- а знакомым своей жены.
  И тут меня поджидает еще одно потрясение...
  Она здесь не работает. Приносит лишь по понедельникам свои прогнозы- и все...
  Раз в месяц забирает зарплату.
  Нехотя, лишь себя самого, но достаточно громко для того, чтобы меня расслышали другие люди, спрашиваю:
  -Так где же она пропадает целыми днями?
  Девушка, которая разговаривала со мной только что- видимо услышав, протягивает мне - платное приложение- с объявлениями к журналу.
  -Видимо, там! - я вижу одно из объявлений "оккультного" порядка- фотография моей жены - адрес и телефон.
  С 10.00- до 18.00. Как в магазине.
  22. А потом- я уже добавил денег на мобильнй телефон- ко мне поступает смс-ка.
  Priwla pora nam vstretitsy, pravda?
  Segodny, v 19 30 na kyzn mostu- u lavochek.
  
  
  Часть последняя.
  
  01.Я его узнал сразу. А он меня, конечно- нет. Он писал смс на телефонный номер моей жены, и ожидал, думаю, что придет она. А меня он вообще не знал.
  Черный силуэт- мелькавший в лесу рядом с нашим домом. Лицо Настеньки.
  Я подхожу к нему "неприлично близко", тычу ему в живот дулом взведенного пистолета, спрятанного и спрашиваю, где моя дочь.
  Он мне очень не советует здесь, в толпе, прямо в метро "творить расправу", а потом берет за грудки и говорит, что я ошибаюсь. Настя- его дочь.
  02. Пока мы идем от метро до того места, где я припарковал машину- а это довольно далеко, мы не разговариваем. Затем садимся и, пока едем туда, куда он мне говорит- по пути - он мне рассказывает все.
  03.- Когда я уходил в армию служить- она пришла на вокзал меня провожать. Там были мои родственники, родители, моя девушка. Но она пришла. Мне тогда еще пришлось к ней подойти- попросить ее уйти, чтобы не случилось скандала. Она отдала мне свой адрес- наивно думая, наверное, что я ей буду писать, и ушла.
  Ну, где-то около года я служил почти без проблем. Сначала месяцев шесть нас дрессировали, как псов- натаскивали на войну. Затем послали в эти проклятые горы, но еще шесть месяцев мы обслуживали- подвозом боеприпасов, основные силы, ведущие боевые действия.
  Но затем нас прикрепили- в качестве пополнения выбывших к боевой десантной части. И тут началось!
  Полгода мы на вертолетах носились по горам- в поисках баз партизан. Иногда, бывало- высадимся- думаем- уничтожим тайники с оружием- и уйдем- а их там- пруд пруди! Потом возвращаются "хозяева" и мы еле уносим ноги. Приходилось даже и артподдержку - прямо на себя и авианалеты- вызывать.
  Ну так... худо- бедно- но со мной еще полгода ничего такого не случилось. Пока однажды мы не высадились в еще одной горной, людьми незнамо когда брошенной деревушке. Партизан на месте не оказалось, но оказалось, что все вокруг очень серьезно и тщательно заминировано.
  Мы с саперами шли от одного дома к другому, они- разминировали, снимали ловушки, а мы уже после них из заминированных домов выволакивали оружие- и уничтожали его.
  Так вот стоял я как- то на стреме- пока сапер копошился в одном глинобитном сарайчике- как вдруг- р-раз! - мощный взрыв. Стена этого сарая меня-то как раз аккуратно так и накрыла.
  Когда же я из под этой стены выбрался- в деревне уже никого не было. Я удивился тогда тому ,что остался жив. Я почистил автомат, снова привел его в полную готовность- и пошел искать своих.
  Меня просто оставили. Никто не стал меня разыскивать, куда я делся. Думая, что за мной вернуться, я пробыл в той деревне еще три дня. Мне показалось тогда это странным, но не пить, ни есть мне совершенно не хотелось.
  Затем в деревню пришли трое- разведчики партизан.
  И тогда я про себя все понял.
  Зайдя к этим троим в спину- я одной очередью снял двух сразу. Они упали- как подкошенные, но третий успел в это время развернуться- и полоснуть по мне из своего пулемета. Меня тогда как будто бы несколько раз сильно ударили в корпус- меня сильно толкнуло, но я устоял.
  А потом я прикончил и третьего. Вот что.
  04. Пока понял, что дым- это ткань на моем бронежилете тлеет- еще прошло время. Я снял свою броню, смотрю- а в ней аж три дыры. Большие такие. Пулеметные. Ну... потом то же расположение дыр я увидел в своем "корпусе". Но мне- ничего!
  Я стал мерить у себя пульс, температуру- пульс ноль, температура- как у окружающего воздуха.
  Тогда-то я и догадался, что уже мертв, но по каким- то причинам еще живу.
  Еще через день наблюдал со стороны, как ребята из моего взвода, прилетев на вертолете- снова прочесывают ту деревню. Видимо, они искали меня, или то, что от мня осталось. Найдя же трех партизан -но без боеприпасов- я забрал- они долго о ем- то судачили, стоя недалеко от мертвых тел- прикрывая носы и рты руками- а потом прилетел вертолет и всех забрал.
  Еще я тогда думал, что нужно выйти к своим. Но зачем? Меня бы ведь все равно рано или поздно медики бы "разоблачили". И что тогда? В какой- нибудь сверхсекретный военный институт- на роль подопытного кролика?
  Пробравшись из этой "мятежной республики" в Россию - выбросив весь свой арсенал- день за днем, то пешком, то еще как- без документов абсолютно- стал пробираться домой, еще не представляя себе, что буду делать дальше.
  05. Затем "мертвец" показывает мне- свернуть на какую-то плохую дорогу, недалеко от какой-то стройки- и мы выезжаем на пустырь.
  -Я хочу, чтобы ты во всем убедился сам- говорит он мне- и предлагает - вокруг никого- несколько раз в него выстрелить.
  Он расстегивает свою одежду- и я вижу его грудь- бело- серого цвета- с, видимо, небольшим количеством трупных пятен.
  -Стреляй! Сюрпрайзд!
  Но я не могу.
  Тогда он делает это за меня- взяв из моих рук пистолет.
  Раз! Раз! Раз! Раз!- от его тела отлетают клочья- но он стоит, и ухмыляется.
  -Видишь? Со мной ничего не произошло.
  Я рассматриваю поближе его поранения- и меня рвет. Прямо на месте. А он смеется, что я слабак и не служил в ВДВ.
  06. А потом- теперь уже ведет он- мне не по себе- мы приезжаем к нему. Маленькая однокомнатная квартирка в пятиэтажке.
  -Я ее снял на время.
  Окна завешаны. В комнате темно. Он говорит мне, что Настя спит. Но я все равно вхожу в комнату- и, в этом полумраке подхожу к кровати. Проявив неловкость- что-то задеваю, оно, это что-то , шлепается на пол- и Настя просыпается.
  Я вижу ее горящие в полумраке желтым светом глаза.
  -Папочка! Папочка! Я так рада, что ты пришел. Ты не бойся, мне с моим настоящим папочкой хорошо. Он меня не обижает.
  Я иду на кухню. Мертвец извиняется за то, что у него нечего есть, нечего пить.
  -Ни мне, ни ей- он указывает на стену, за которой комната, где Настя- ничего этого не нужно.
  Затем он продолжает свой рассказ. Говорит о том, что, когда прибыл в Москву- ему ничего больше не оставалось, как заявиться к той самой девушке, которая так активно к нем некогда клеилась.
  -Она говорила, что молилась за меня по старинному бабушкиному молитвеннику- но, один только раз взглянув на этот "молитвенник" я понял, что это колдовская книга. Она произносила, думая обо мне, заклятие на близких людей- для того, чтобы те не умирали. Вот и допроизносилась. Я умер- но я не умер. Так-то. Это по ведьминскому означает "не умирать". Не оградить человека от обстоятельства, которое может привести к его гибели- а несмотря на его смерть сделать так, что бы он продолжал "проявлять активность".
  Потом мы...
  А утром я ушел. Я тогда еще понял, что эта наивная девочка ничем не сможет мне помочь.
  Тогда я какое-то время еще думал, что в моем положении- в общем-то нет ничего плохого. Просто нужно как-то постараться себя "обналичить"- достать документы, держаться подальше от врачей- и все. Мое тело было как у совершенно здорового человека. Никаких признаков разложения- как в фильмах ужасов- ничего. Только вот еще через какое-то время начались ужасные боли. Боли в суставах, в мышцах. Тогда я, помотавшись по стране и достигнув почти всего того, чего хотел- "обналичивания"- возвращаюсь в Москву- примерно через год после нашей последней встречи- и прошу ее что- то сделать, я согласен даже на смерть- окончательную.
  Но она к тому времени сильно изменилась. И многое поняла про себя и про свои колдовские книги. Она требует от меня, чтобы я помог ей разыскать "третий лист"- о котором ей сообщила еще ее бабушка перед смертью.
  
  Оказывается, купив, давным-давно этот дом в деревне бабушка моей жены- тогда еще не бабушка- до этого далеко еще было- обнаружила там некие книги, хорошенько изучив которые- сами понимаете, что...
  Она говорила, что три книги "трилистника"... то есть все. Включая и третью, последнюю.
  
  Мой новый приятель- мертвец сообщает что
  -Все ведьмы верят в то, что написано в их книгах. Притом хорошо зная, что в книгах не всегда написана правда. Одной из таких "неправильных" записей является та, что мертвец может помочь отыскать оккультные предметы. Дескать он их чувствует . но это не так. Я вот ни хрена не чувствую.
  
  Моя жена использует его- своего бывшего возлюбленного, для того, чтобы отыскать последнюю книгу на участке, когда-то принадлежавшем ее бабушке. Но мертвец отказывается это делать. А теперь он вообще шантажирует жену дочерью- для того, чтобы в обмен жена сняла с него заклятие.
  Я спрашиваю его:
  -И ты сможешь- если жена ничего не сделает- причинить вред своей дочери?
  -Конечно нет. Но мне уже невмоготу- и надо же что- то делать!
  Я же уже достаю серебряный нож.
  Может, тебе это поможет?
  07. Я забираю дочь - и перевожу ее к родителям. Пока я еду по ночному городу- у меня перед глазами эта сцена исчезновения мертвеца- сверху появляется свет- и он, с блаженной улыбкой испаряется- на прощание благодарно глядя на меня.
  Он отмучился.
  А у нас есть еще дома дела. Я заезжаю на нашу квартиру, где мы вместе с женой прожили несколько лет- снова копошусь в ее вещах и, найдя массу различных ключей- прихватив их с собой еду по адресу- указанному в платном приложении с объявлениями в "астрологической" газете, для которой моя жена пишет прогнозы.
  Перед тем, как уехать- бросаю мимолетный взгляд на нашу фотографию, сделанную сразу после свадьбы- и что это я тогда в ней особого нашел?
  По- моему эти амулеты действуют- и некоторые ее чары уже ослабли и не действуют на меня.
  08. Мне, конечно, страшно, но я все- таки после долгого подбора правильного ключа- вхожу внутрь. Включаю свет, делаю- как уже начинаю привыкать - обыск. Нахожу ее дневник.
  Все
  Так
  Как я и думал- еще немного, и она должна была найти третий "лист", потом... ей нужна жертва...
  Это моя роль- конечно...
  Сука.
  Она использовала своего строго приятеля для поисков книг- но он ей рассказал только то, что книга находится в доме, а не на участке.
  09. И я снова в машине. И я снова еду.
  Не доезжая до ее дачи я сворачиваю к деревне, где находится то, что осталось от некогда большого и капитального дома, где давным-давно, так давно, что можно сказать, что с тех пор несколько эпох прошло- бабушка моей жены нашла эти клятые ведьминские книги. И не просто- как все- две, а целых- три, включая даже и последнюю, дающую власть такой силы- что можно и целым миром завладеть. Так вот.
  Подъезжаю к этим останкам дома- и выхожу. Мне срочно нужен тот, чьи глаза во тьме горят желтым огнем.
  Я забираюсь внутрь.
  Я вижу эти глаза, смотрящие на меня. Я включаю фонарик.
  -Здравствуй!
  -Здравствуй, дорогая.
  Она говорит мне, что без этого проклятого мертвеца- сама нашла книгу.
  -Но он тебе указал на то, что книга находится в доме. Не так ли?
  Она. Как и любая другая ведьма эгоистична до крайности, и все успехи присваивает себе. А все неуспехи- скидывая на других.
  Я вижу, как она достает из своей, как всегда пышной прически свою набившую уже оскомину деревянную длинную шпильку- и начинает там, в ней, что-то раскручивать. Ее густые роскошные черные волосы опадают на плечи. Настоящая растрепанная ведьма- готовая к шабашу.
  Тогда я останавливаю ее- взяв ее руку в свою-
  Дорогая, не надо меня убивать этой иглой.
  С твоей иглы- достаточно. Ты убила ею за последние несколько дней- двух человек! Всех тех, кого я пытался привлечь себе в помощь.
  Тогда она меня поправляет- трех. Трех человек.
  -Того твоего седовласого старичка то же. На следующий день, как ты к нему заходил- это был уже не он. А я. Я тебе дала серебряный нож - посмотри на него...
  Я достаю нож- и точно! Он- из фольги. Им никого никогда не возможно было бы убить. Это ее чары и наваждение.
  И я говорю что
  Сдаюсь.
  А она говорит мне, что именно это-то ей и нужно.
  Ты- моя жертва, которую я несколько долгих лет держала при себе и воспитывала. Воспитывала так, чтобы ничего, ни в чем, никогда нестандартного в тебе не развилось. Никакой инициативы. Ничего нестандартного.
  У меня опускаются руки- и из них выпадает этот уже не нужный кусок фольги.
  Она говорит, что перед смертью даст мне прикоснуться к ведьминской святыне- третей книге "трилистника". Она касается руками моего лица, думая что насылает на меня чары.
  Но на мне ее же обереги.
  Я спрашиваю, как же мертвец исчез, воспользовавшись серебряным ножом? Она говорит, что тот испарился не потому, что воткнул в себя этот нож, а потому, что она на него наслала заклятье, которое действует таким образом что в случае, если он попытается воспользоваться ножом у меня на глазах- он, мертвец- исчезнет, потому как в тот момент все заклятия, которые на нем- перестанут действовать.
  Ну, хоть одна душа свободна.
  Тогда- я говорю, что перед смертью хочу знать все- я спрашиваю жену о Насте. Она мне говорит что Настя- редкий среди людей- но не редкий среди ведьм плод любви вот так от "воскрешенного" человека- и ведьмы.
  Ребенок, который с самого рождения будет иметь перед всеми остальными претендентками на роль "ведьм" сто очков форы.
  Врожденная предрасположенность к колдовству.
  Ничего другого ей не надо будет. Ни в чем другом она не возымеет успеха.
  Лишь однажды- рано или поздно- поймет это свое предназначение.
  И с последней книгой "трилистника"- станет...
  -И я приготовлю ее к этому предназначению!
  
  10. И лишь совсем- совсем на прощание- я спрашиваю жену,
  любила ли ты меня когда-нибудь, хоть немного?
  
  Она только смеется.
  
  -Дорогая, дорогая, прошу тебя- выслушай меня сейчас- я смотрю в ее глаза, которые, не смотря на свет- немного светятся желтым-
  пожалуйста, прости меня за то, что я сейчас сделаю... обещай мне!
  Она снова смеется
  Но я говорю ей
  Что поднял из мусорного ведра тот самый деревянный нож, который мне подарил старичок- специалист по оккультизму- и который она, поменяв его мне на фольговую фальшивку- тут же выбросила в ближайшую урну.
  -Прости, дорогая- я вонзаю ей в живот нож.
  
  Из нее сначала льется черная жидкость- похожая на нефть, а потом- вокруг ножа быстро начинает опадать ее плоть- превращаясь, пока падает в пыль.
  Она немного вскрикнула- а потом я увидел ее добрую улыбку- которой никогда не видел раньше- и исходящий неизвестно, из какого источника- сверху свет...
  
  11. Через три дня я подал заявление о пропаже без вести жены. Они ее будут искать. Они ее не найдут. Все это следствие, допросы.
  Нет даже тела.
  Я сижу в спальне своей дочери.
  Я смотрю на нее.
  Здесь и так без того светло, что можно свет и выключить.
  Меня не смущают ее глаза, горящие во тьме желтым светом. Меня не смущает то, что она может не есть и может не пить. Я терпеливо отвечаю на ее вопросы, что люди делают, когда она видит, что они пьют и едят.
  
  Я только думаю о том, что делать с этой третьей книгой "трилистника".
  
  Во всяком случае, я очень постараюсь сделать так, чтобы эта книга и моя дочь никогда не пересеклись.
  
  Никогда.
   Москва. Август 2003.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"