Тарасов Александр Валерьевич: другие произведения.

Вась

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 5.71*100  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Эпоха космических полётов, исследования дальних звёзд и постижения иного разума. Молодой человек с аграрной планету, не лишённый таланта и воли, идёт к своей заветной цели - стать пилотом. Но судьба поворачивает всю его жизнь одним лёгким прикосновением, дав непозволительно много для простого человека. И начинается борьба за мечту, ведь при всех открывающихся возможностях, цель одна - летать.

  Пролог
  - Профессор, разрешите? - среднего роста миловидная женщина с длинными каштановыми волосами возникла на пороге кабинета.
  - Да, Анна Сергеевна, проходите, что у вас? - увлечённо просматривающий какую-то схему учёный отключил голоэкран и откинулся на спинку кресла, сцепив руки на столе в замок, тем самым приглашая к диалогу.
  - Объект исследований 51249С. Нам удалось расшифровать пространственные координаты вектора излучения.
  - И финиш? - названный профессором человек напрягся, подавшись вперёд.
  - Наше пространство, где-то на Сангории, - посетительница сделала паузу, как бы решая, не будит ли следующая просьбы чрезмерной, но в итоге всё же произнесла строгим официальным тоном. - Считаю целесообразным перенести артефакт в конечную точку луча и проводить дальнейшие исследования уже на месте. Профессор, нам нужен корабль для экспедиции.
  Хозяин кабинета мысленно усмехнулся. Сколько лет они уже знают друг друга, работали над десятками проектов, но до сих пор она так и не научилась уверенности. При этом выводы делает исключительно верные и никогда не ошибается. Как это может сочетаться, непонятно.
  - Хотите поглядеть, как себя чувствуют местные пляжи, Ань? - губы говорившего чуть раздвинулись в лёгкой улыбке, но профессор сразу стал серьёзным и совсем по-другому произнёс: - Добро, будет вам экспедиция. Составьте перечень оборудование и готовьте артефакт к переброске. Летите на 'Гермесе', как только закончите сборы, а я тем временем порадую отделу УВР на месте, пусть подготовят встречу.
  Когда девушка вышла, мужчина поднялся с кресла и подошёл к стене, за которой распахнулась картина морского побережья.
  Ох уж этот гостинец. Обнаруженный четыре месяца назад во время самой рутинной исследовательской экспедиции, объект настолько заинтересовал управление разведки, что был отдан приказ о приоритетном его исследовании. Впрочем, страсти уже поутихли, иначе вряд ли бы даже ему разрешили перемещать артефакт со станции.
  Вначале всё шло как обычно - высадка экспедиции на безжизненном спутнике, привлекшем внимание исследовательского аппарата неестественностью ландшафта возле единственной горы, стоящей на усыпанной кратерами поверхности.
  Прибывшие учёные обнаружили сеть пещер, явно искусственного происхождения. Ничего стоящего, правда, не нарыли, лишь незначительные древние обломки, ещё не рассыпавшиеся в пыль под гнётов беспощадного времени, упаковали в стасис. Корабль вот-вот собирался отбыть на родную планету, но проведённое напоследок агрессивное гравимагнитное сканирование, обрушившее часть проходов в горном массиве, выявило вместе с тем полость в форме шара на глубине двух километров.
  Когда пробили тоннель, выяснилось, что рукотворная пещера окружена постоянным энергополем, сдерживавшим давление пород. Пришлось возиться, испарять скальное основание вокруг и расширять канал с поверхности, но всё работы того стоили - в помещении обнаружился рабочий механизм иной цивилизации, этот самый 51249С.
  Правда радость оказалась преждевременной - объект не поддавался никаким методам сканирования, лишь излучая слабые гиперпространственные импульсы сложной амплитуды и начисто игнорируя любые воздействия извне.
  К счастью, научной группе доктора Винник удалось интерпретировать сигналы, подаваемые артефактом и превратить их в точные координаты, совпавшие с точкой на обитаемой планете, которая к большой радости профессора находится на их территории. Ну и отлично. Теперь пусть слетают, может быть прояснится, что за предмет они из-под земли откопали, археологи.
  
  Глава 1
  Вот вечно мне не везёт. Скажите, ну откуда в субботу, в самый разгар дня, когда голубое солнце Сангории заставляет даже привычных ко всему ящериц забиться куда подальше, откуда взялись эти вояки на мою голову? Не знаете? И я не знаю. Хорошо ещё, что заметил их прежде, чем они меня обнаружили. Тогда б точно весь выход накрылся.
  Появление нежданных гостей заставило меня уподобиться этим самым ящеркам - упасть на живот и ползком протиснуться в щель между грудой металлолома, оставшегося уже не поймешь от чего, и обугленным остовом штурмовика Хэнок 337.
  Целый холм песка, наметённый безжалостным пустынным ветром вокруг массивного укрытия, тонкими струйками песчинок прокрался внутрь некогда могучей техники, образовав удобное место для наблюдения, всего в нескольких шагах от ведущих беседу взрослых. Это было как нельзя кстати, и для улучшения обзора я осторожно прополз по зыбкой поверхности, вплотную подобравшись к перфорированной плите плазменного делителя, которую покрывали сквозные отверстия. Тень от нависающих над головой многотонных конструкций надёжно скрывала от чужих глаз, тогда как стоящие на самом солнцепёке люди были видны как на ладони.
  Форма на военных была незнакомая - черно-зелёная, без следов камуфляжа, наверняка ещё и парадный комплект. Вывод напрашивался сам собой - гости наверняка относятся к сытой штабной братии. Интересно, что их заставило покинуть уютные кабинеты, где можно спокойно ничего не делать за государственные деньги, и выбраться в поле?
  Но больше всего вызывал удивление сам факт наличия подобного облачения, ну кто, скажите, в самый разгар лета будет надевать тёмное? Своих идиотов нет, вон Виталий Степанович, местный смотритель, только в лёгкой футболке и шортах щеголяет. Не удивлюсь, если этих выпендрёжников пригнали с самой столицы, не удосужившись предупредить об особенностях местной погоды. Конечно, для них-то вся жизнь протекает в среде управляемого климата, в тиши коридоров, в уютных кожаных креслах. Теперь стоят на солнышке и обтекают, ха ха.
  - Это единственная свободная площадка требуемого размера? - спросил средних лет высокий лейтенант, утирая пот со лба тыльной стороной ладони.
  - Я о чём вам и говорю. Транспорт пригнать наземный сюда ещё можно, а дальше завалы. Или сюда ваш груз кладите, или в пустыню, до которой всего полкилометра, кстати.
  Офицер, которого с самого вечера ошарашили прилётом каких-то головастиков с Новороссии, да ещё и подчинили им вдобавок, был вне себя от злости. Дельный совет умудренного опытом сторожа он проигнорировал, вместо этого что-то прикинул, сверяясь со своим браслетом, затем ещё раз оглядел ровную площадку.
  - А почему хранилище до сих пор не приведено в порядок? Где полный список техники и оборудования? Я уже не говорю про секторное разделение отходов, - с раздражением спросил он, вертя головой.
  Хранитель свалки, которому уже и так осточертело стоять на жаре, а вдобавок не понять кто ещё и указывать пытается, вспылил и ответил довольно резко. А почему нет? Территория армии не принадлежала и содержалась на средства завода, являющегося частью глобальной корпорации. Это без сомнения добавляло Виталию Степановичу уверенности.
  - А тут вам не армия, юноша. Привыкли у себя в центре всё по уставу делать и с линейкой выверять, хотя что я говорю, откуда вам про этот прибор знать. На сколько денег дают, такой у нас и порядок. Не на горбу же мне это железо таскать, сами подумайте. Вы бы ещё про охраняемый периметр спросили.
  Офицера малость перекосило от такого укорота, но он взял себя в руки, достал рацию и произнес короткую фразу, не расслышанную мною из-за ветра. Дождавшись ответа, молча пошёл к ожидавшей их машине, кивком головы пригласив следовать за собой смотрителя, после чего военный грав чуть приподнялся над поверхностью и, пыля шлейфом красноватого песка, исчез за поворотом. Я облегчённо перевёл дух, наконец-то убрались.
  Смотреть было больше не на что, клоуны уехали. Перевернувшись на спину, я разжал упётрые в стенки щели руки и скатился с песчаной подушки вниз. Тень нисколько не спасала от жары, спина вспотела и нестерпимо захотелось выпить чего-нибудь холодного.
  Выбравшись из временного убежища и отойдя в сторонку, я подобрал впопыхах брошенный рюкзак с припасами и присел возле горячего, несмотря на тень, борта штурмовика. Достал флягу, отхлебнул пару маленьких глотков ледяной свежести домашнего морса и зажмурился в блаженной улыбке.
  Повезло мне с этой флягой. Ёмкость была армейская, найденная здесь же на свалке в хвостовой половинке распиленного на части эсминца. Корабль был настолько древним, что перестал представлять интерес даже для учебных частей, особо не балуемых не то, что новой, а вообще любой техникой. В итоге старичка без особых сожалений списали и раскурочили на запчасти.
  Вот курсанты наверняка и забыли полевой спасательный комплект в рубке механика, хотя может статься, что кто-то из членов экипажа был параноиком, готовым выжить в любых условиях и распихавший запасы по тайникам на корабле. А что, я про такое слышал.
  Повезло, короче. Сама спасательная экипировка была велика, пришлось продать её вместе с комплектом инструментов и приборов, оставив для личного пользования аптечку, нож и эту флягу.
  Никаких украшений на приборе не наблюдалось - с виду невзрачный серый овал. Тем не менее чуть тёплая на ощупь ёмкость, оснащённая плёночным накопителем, питаемым от термо- и фотоэлеметов, целый месяц без подзарядки могла сохранять свежесть залитой в неё жидкости, обеспечивая при этом любую требуемую температуру.
  Никаких тебе кнопок, просто пара движений пальцем по сенсорному экрану, закрученная крышка и с собой всегда полтора литра холодной воды. С тем же успехом можно было выставить режим кипячения и заваривать чай. Внутри кипяток исходит паром, а многослойная поверхность так и останется чуть тёплой. Пар даже ладонь не обожжёт, если крышку открыть.
  Ещё одним достоинством была встроенная система фильтрации. Тонкая плёнка силового поля не позволяла проникнуть внутрь опасным примесям и микроорганизмам, фильтруя даже тяжёлые химические элементы, растворённые в жидкости. В это технологическое чудо проходила только чистая, как слеза вода, какая бы мутная лужа не служила ей источником. Понятно, почему цена на армейские фляги была весьма существенной.
  Ради таких вот подарков судьбы в свободное время все мальчишки от мала до велика половину свободного времени проводили на нашей свалке в поисках уцелевших ценностей. Ну а там уже как кому везло - джунгли, они и есть джунгли, что настоящие, что металлопластовые.
  Совсем я о вежливости забыл. Зовут меня Василий, Василий Ежов, если полностью. Но все называют просто Вась. Мне скоро пятнадцать, живу вместе со старшей сестрой в небольшом посёлке, являющемся пригородом Норбока.
  Иллана заменяет мне и мать, и отца. Родители наши погибли, разбившись на граве когда мне было три года. На память сохранились только голографические записи, запечатлевшие нашу семью в те далёкие времена. Молодая, счастливая женщина с широкой улыбкой и синими глазами на этих снимках всегда вызывала у меня в душе тёплые чувства чего-то родного...и потерянного навсегда.
  Для нас с сестрой тогда настали тяжёлые времена. Хотя суд и признал вину производителя, обеспечив наше существование вполне приличной компенсацией, сестре требовалось продолжать обучение, вдобавок обеспечивая меня всем необходимым.
  Не поймите неправильно, вопрос о пропитании, крыше над головой и стандартном комплексе социального обеспечения ребром не стоял. Технологическое развитие индустриального сектора давно шагнуло вперёд настолько, что государство с лёгкостью обеспечивало всем необходимым своих сограждан, даже если эти самые граждане вообще не желали ничего делать. Трутней всего-то ограничивали в правах и лишали шанса завести детей, хотя обычно до крайних мер старались не доводить, предлагая работу и возможность приносить обществу хоть номинальную пользу.
  Но в том-то и дело, что стандартное социальное пособие было минимальное - это самое правильное слово. С голоду не умрёшь, но ни достойного обучения, ни шансов на омоложение не предвидится. Тянуть же лямку у конвейера до семидесяти, а потом давиться всю оставшуюся жизнь синтезированными продуктами. Ужас какой. Желающих, как вы понимаете, было крайне мало.
  Поэтому Иллана старалась, как могла, она у меня вообще умница - упорная, смелая, никогда не сдаётся и всего старается добиваться сама. Видя, как она тянется вверх, я по мере сил старался её поддерживать.
  Сестрёнка с успехом окончила полный курс медицинского факультета университета Сангории по специальности лазерная хирургия. Уже после трёх лет практики Иля стала лучшим специалистом региона, а после прохождения нескольких дополнительных квалификаций, по достоинству заняла место ведущего хирурга и диагноста клиники.
  На юге континента мы оказались вынужденно, по распределению сестры. Денег на полное обучение не хватило и, чтобы оплатить курс, ей пришлось брать кредит у государства на условиях отработки в провинции, чем сейчас сестра и занимается.
  На работе Иля - гений. Нынешние системы обеспечения безопасности жизни человека не чета тем, что существовали ещё недавно, но случайности и несчастные случаи происходили всегда и без работы хороший медик не останется. А специалист она действительно великолепный.
  Особенно поражает её интуиция, проистекающая из богатого опыта, хорошей памяти и постоянных тренировок. Зачастую ей хватало одного взгляда на пациента, чтобы поставить диагноз даже без молекулярного сканера и сразу же начать действовать, демонстрируя чудеса при управлении хирургическими системами операционной. Её действия зачастую ставили в тупик всезнающий искусственный интеллект, который не всегда поспевал за её выводами.
  Это может показаться невозможным, ведь скорость реакции фотонных вычислительных систем невероятно высока, а связь с центральными хранилищами памяти позволяет рассмотреть каждый новый случай через призму тысяч других, схожих ситуаций. Вот тут стоит сделать паузу для полного понимания причин подобного феномена и остановиться на технологии прямого ментального обмена информацией с компьютером, попросту на вирте.
  Например, я учусь в обычной школе. Виртуальной. Еще лет пятьдесят назад технологии, лежащие в её основе, существовали исключительно в военной сфере и были строго засекречены, но теперь они стали применяться повсеместно, что невероятно подстегнуло качество обучения. Как это работает?
  Достаточно лечь в кресло и надеть виртуальный шлем, и ты попадаешь в совершенно другой мир. Фактически тело остаётся на месте, а разум путешествует по сети. Нет, не так. Разум тоже никуда не девается, вместо чего все данные транслируются на терминал пользователя, а хитрый прибор воздействует на зрительные, слуховые, тактильные зоны мозга, вследствие чего для человека-оператора эти искусственные ощущения как бы подменяют настоящие, становясь новой реальностью.
  Сознание при этом раздваивается. Ощущение напоминает взгляд сквозь стекло. Можно посмотреть на прозрачную поверхность и увидеть каждую незначительную пылинку, не видя при этом, что происходит за окном. Но если сфокусировать взгляд, с тем же успехом можно окинуть взглядом всю улицу, тогда стекло как бы растворяется и игнорируется разумом.
  Точно так и происходит в вирте, только фокусируется не зрение, а сознание. Небольшая практика и совершенно незаметным усилием воли можно менять реальность на виртуальный мир. А сказки учёных про раздвоение личности просто сказки и есть. Наших прадедушек небось тоже пугали, что если сутками не вылезать из-за существовавших тогда плоских стационарных мониторов, то останешься в компьютере навсегда, потеряв связь с реальностью. Вот же чушь. Не верю, что за плоским светящимся монитором можно просидеть больше трёх часов, я как то пробовал, чуть глаза не сломал.
  Конечно же, не все воздействия виртуального мира доступны страждущим. Имеется целая система ограничений доступа, служащая для предотвращения несчастных случаев и даже смерти оператора.
  Например, боль может быть транслирована только при ручной модификации шлема и отключении специальных фильтров. Этот режим в основном используется для тренировок боевых искусств, ведь человек так устроен, что без болевых ощущений в результате занятий можно получить разве что толчок в развитии, но в перспективе никакого эффекта не добиться.
  Или взять индустрию вирт-эротики (хе хе хе), которая шагнула настолько далеко, что различить настоящее и виртуальное подчас очень сложно. Ещё бы, учитывая число желающих абсолютно безопасно получить приятные ощущения, эта сфера услуг развита куда лучше любой государственной соцпрограммы. Да и слишком большие деньги крутятся в этой области вирта, иногда кажется, что именно нереальный секс и толкает вперёд прогресс, по пути оплачивая все исследования.
  В соответствии с законом, только с шестнадцати лет можно получить полную разблокировку запретных удовольствий. Хотя, кто сказал, что абсолютная защита существует? Вам любой пацан снимет какую угодно блокировку за десять минут. Тут главное не попадаться сестре...э, о чём это я?
  Ещё, если вы думаете, что виртуальный мир заменит реальный, это ошибка. Например, стакан воды. В реальности, выпив его можно почувствовать вкус воды, её прохладу, а после жаркого дня это такое удовольствие, что мурашки пробегут по коже. В вирте это будет просто стакан воды, вылитый в желудок, имеющий определённый набор параметров: мокрая, холодная, без запаха. Суррогат, одним словом, но суррогат похожий, а для некоторых весьма реальный. Ну, в общем, понятно.
  Учиться я всегда любил, лишних знаний не бывает, и предпочитал четыре часа в будние дни проводить в школе, ещё два уходили на занятия в виртуальном клубе рукопашного боя, преподаваемого бывшим взводным космического десанта. Оставшееся время я летал. Много, страстно, ожидая с нетерпением шестнадцатилетия, которое уже не за горами, когда можно будет попробовать поступить в Звёздную Академию.
  Пробыть в школе требовалось не менее двадцати часов в неделю, иначе толку от занятий не будет ни малейшего. Многовато, если учесть налагаемое тем же законом ограничение на присутствие в виртуальном мире подростков - восемь часов в день.
  Времени на всё, конечно же, не хватало, но для таких случаев существовала технология ускоренного восприятия виртуальной реальности, или темп. Учёные сделали открытие, доказав что скорость мышления человека далеко не полностью связана с функционированием нервных клеток мозга - в этом процессе не последнее место занимает энергетика организма. Оказалось, что чем выше уровень внутренних сил, тем быстрее человек думает, лучше запоминает информацию, обладает дополнительными способностями, которые следует развивать.
  Часть теории нам позже разъяснили тарги, до остального дошли сами люди, но так или иначе, в последние годы технология темпа получила широкое распространение.
  Суть в том, что один физический час, в недрах компьютерного мира мог растянуться в два, три и более раз, в зависимости от пси-индекса. Естественно на уровне устройства были встроены всевозможные ограничители, чтобы мозг оператора не выгорел, так что всё более-менее безопасно.
  А сейчас можно вернуться и к Иллане с её лазерным скальпелем. Да, она во время использования ускорения обгоняла фотонный процессор ИИ. Как? Ответ прост - дар предвидения. Каждый человек им обладает в той или иной степени. Фактически это способность точно предугадать развитие событий на несколько мгновений вперёд, кроящаяся в личном опыте и ещё в надёжно скрытом от любопытства учёных природой и не раскрытом до сих пор механизме ментальной интуиции.
  У большинства людей эта способность развита слабо, но у Илланы она доведена до четырёх десятых секунды. При выполнении сложной операции сестра использовала пятикратное ускорение, благодаря чему на субъективные три секунды предвидела развитие ситуации на операционном поле, а так же быстрее компьютера могла произвести оперативную диагностику и принять правильное решение. Таким образом, компьютер ещё только считал варианты развития событий, а моя сестра уже действовала по одному ей ведомому алгоритму. И никогда не ошибалась.
  Ну да святые с ним, с виртом. Есть ещё и реальный мир, он куда интереснее.
  В выходные, покончив с домашними делами, я рыскал по кладбищу космической техники в поисках чего-нибудь ценного. Сказать по правде, найти что-либо завалах старых кораблей было практически нереально, очень уж тщательно обирался каждый.
  Судите сами, сначала с судна еще в доках снимали всё более-менее ценное, потом то, что осталось транспортными платформами отправляли на переработку. И уже оттуда ободранный скелет попадал в хранилище не утилизируемых компонентов, короче сюда, на свалку. Если что и ускользнуло от цепких взглядов, то, скорее всего, оно просто было не нужно никому, кроме таких же, как и я мальчишек.
  Оставались ещё старые зоны свалки, где имелся шанс найти не до конца ободранный кораблик, или поврежденный в бою и выброшенный военными в суматохе. Но добраться туда нужно целый день, очень уж сложно пешком пробиться через многокилометровые нагромождения отжившей свой век техники.
  Ещё вчера я навестил соседа, работавшего мастером на перерабатывающем комплексе 'Энио', располагавшегося в пригороде Норбака. Человеком Виктор Аркадьевич был одиноким и всегда радовался моей компании, за чашкой ароматного чая рассказывая про свою работу. На этот раз он поведал о военном транспорте, цикл утилизации которого был предварительно завершён и на следующий день грузовая платформа перенесёт его останки на свалку.
  Информация была эксклюзивной, вот я и занял место в первых рядах, вдруг чего вкусного перепадёт. Тем более, что пилоты грузовозов далеко летать не любили и сбрасывали металлолом на первое же свободное место, давно наплевав на правила размещения. А последняя более-менее нормальная площадка именно в этом месте и располагалась, поэтому все шансы, что именно на неё угодит очередная куча хлама. Эх, знал бы я к чему всё приведёт... конечно же сделал бы всё то же самое.
  Бегать по жаре с высунутым языком совершенно не хотелось, да и опасно ждать вне укрытия, вдруг нерадивые работники вывалят весь лом мне на голову, так и костей не найдут потом. Поэтому я поднялся, подпрыгнул, уцепился за край технологического отверстия, бывшего некогда створом люка и, подтянувшись, заглянул внутрь штурмовика.
  Пятнадцатиметровый корпус некогда грозной машины был разворочен в самой середине попаданием крупнокалиберного заряда. А чем еще объяснить полутораметровую рваную дыру и отсутствие внутреннего каркаса? Но больше ничего примечательного внутри не обнаруживалось, и я полез внутрь.
  Переваливаюсь через край и встаю на ноги. Боевая броня легко отражала солнечный свет, поэтому, несмотря на палящий полуденный зной, внутри стояла приятная прохлада - нечастое явление, учитывая, что такое покрытие сдирали в первую очередь.
  Узкие лучики света, с трудом пробившись в узкие сквозные щели, падали на заметённую песком палубу. Под подошвами ботинок чуть похрустывало, но это нисколько не разгоняло царившую вокруг уютную тишину.
  Ни кают, ни приборов не оставило время и человеческие руки. Только закопченные стены внутренней обшивки, пыль, да песок составляли незамысловатый интерьер отсека. Я аккуратно прошел ближе к входу в центральный пост управления, в благоговении прикасаясь к пачкающим пальцы черным стенам. Двери на месте тоже не оказалось, от неё осталась просто овальная дыра в переборке.
  Внутри кабины пилотов стало темнее и горестнее - не так, по моему мнению должна погибать боевая машина. Зияли провалами гнезда модулей оптроники, посредине торчком выдавались массивные стержни системы крепления боевых ложементов, а сквозь прорехи в переборках вообще можно было свободно выйти наружу.
  Присаживаюсь на кучку песка и представляю, что пережил этот штурмовик, как он воевал, огрызаясь вспышками фотонных ускорителей от залпов врага, нацеливая и выпуская собственные ударные ракеты. Сам не заметил, как уснул на прохладном песке, представляя себя на месте безвестных пилотов, ведущим боевую машину в горнило схватки, крошащим врагов направо и налево.
  Пробуждение стало неприятным сюрпризом - оглушительный удар сверху до основания сотряс убежище. Пол наклонился и вместе с мусором меня отбросил вперед, на металлопласт кабины.
  Ударившись рукой и плечом, я мгновенно вскочил и попытался сориентироваться. Штурмовик ощутимо накренился и проседал. Верхняя балка каркаса, теоретически неразрушимая, на практике скрипела и грозилась лопнуть, унеся с собой тайну гибели одного излишне любопытного существа.
  'Пора валить' - намекнул внутренний голос.
  Слева дыра перекрыта вдавленными внутрь металлопластовыми острыми полосами, через которые не было ни единого шанса проскочить. Оставался только правый проход.
  Осторожно выскользнув наружу, где поднятый завихрениями воздуха бушевал песчаный ураган, шипя от боли в руке и прикрывая глаза, я 'по приборам' отбежал в сторону площадки (как не напоролся ни на что, не понимаю) и уже находясь на свободном и безопасном месте, оглянулся назад.
  Хвостовая часть триста тридцать седьмого поднималась все выше, придавленная краем огромной орбитальной гравиплатформы, зацепившей кабину кораблика и сейчас вдавливавшей его в песок не хуже пресса. С какого такого перепугу пилот решил посадить на старые железяки свою машину? Совсем мозгов нет, так ведь можно плиту преобразователя энергии грохнуть и дешевле будет оставить труп платформы на свалке.
  Грузовик стабилизировался, поднятый при посадке песок постепенно оседал на близлежащих кораблях, покрывая всё вокруг ровным сантиметровым слоем. Что не помешало мне, несмотря на наступившую тьму, разглядеть лежащий на свободной от груд металла утрамбованной площадке шестиметровый блин непонятного назначения.
  Протерев запылённые глаза, я нашарил в кармане очки, незаменимые в переменчивом пустынном климате, надел их и пригляделся внимательнее. Сразу стало понятно, отчего посадка не была проведена по всем правилам. Груз определённо представлял из себя нечто очень ценное и его зафиксировали не только гравизахватами, но и физически подстраховали тросами, закреплённые на спускаемой аппарели платформы. В такой ситуации по-другому опустить груз на поверхность не получилось бы.
  Конечно же, мне стало донельзя любопытно, что это такое важное, ради чего стоит гробить невероятно дорогую платформу? Подойдя ближе, я отщёлкнул с пояса фонарик, и узкий конус света осветил непонятную конструкцию. Тёмно-серая поверхность отражала и рассеивала синеватый луч. На устройстве, если это устройство, конечно, не было ни одного шва, люка, болта, просто ровная стена двухметровой высоты. Веяло от блина почему-то древностью и холодом, несмотря на жару.
  Я осторожно дотронулся до поверхности пальцами и ощутил покалывание, как будто отлежал руку, и кровь теперь возвращалась обратно, принося лёгкую боль. Необычное ощущение служило лишним доказательством происхождения этого непонятного устройства. Стало совершенно ясно - это не наше, не человеческое.
  В мозгу пронеслись десятки вариантов, но отчего-то не уходила одна картинка из фильма 'Имперский миротворец', прошедшего в прошлом году и пересмотренного всеми мальчишками не один раз. В картине присутствовал эпизод, где инопланетный корабль приземлился на планетарную базу центральной планеты неведомой империи, и главный герой так же, как я сейчас дотронулся до поверхности неведомого корабля. Чушь, конечно, какой корабль, если в нём всего шесть метров диаметра и два высоты, но что вы ещё от любопытного мальчишки хотите?
  Я облизал языком враз пересохшие губы, плотнее прижал левую руку к стенке, и, не обращая внимания на неприятные ощущения, чуть хриплым от волнения голосом произнёс:
  - Я пришёл с миром.
  Глупо? Наверное, да. Но вокруг никого, способного посмеяться над моей наивностью как-то не наблюдалось, самое время совершать глупости. Душа жаждала тайны, разум же уверенно твердил о несовместимости чуда и реального мира.
  К сожалению, интеллект оказался прав. Не открылись шлюзы, не появились укрытые золотистыми переливами силовых полей инопланетяне с новейшими технологиями. Никто не повёз меня в космос на встречу с расой древнейших. Чего и следовало ожидать.
  Я подождал ещё минуту, держа руку на плите неведомого материала, мягкостью сравнимого с бархатом. Возникшее в начале контакта покалывание сошло на нет, оставив напоследок ощущение сухости и тоски.
  Разочарование стало настолько сильным, что пришлось убеждать себя в невозможности сюжетов из вирта в мире реальном. Тем более и инопланетяне уже давно были известны людям, познакомившимся с представителями восьми иных рас. Подумаешь, нашли и сбросили на свалку какой-то инопланетный блин, зарядившийся статикой при посадке, а я успел нафантазировал невесть что.
  Раздавшийся со стороны дороги тихий шелест заставил насторожиться и присесть, прислушиваясь. Возвращался грав с военными, были видны отсветы его фар, пронзающие белым светом полумрак образовавшегося коридора и рассыпавшие искорки бликов на отполированных песком поверхностях старых кораблей. Видимо, посадившие эту штуку на землю не возвращаются, получив сигнал о моём здесь присутствии, или для проверки состояния груза.
  Связываться не было никакого желания, и пришлось быстрой ящеркой юркнуть за артефакт, пробежать десяток метров, проскользнув между перекосившимися от напряжения конструкциями, сплюснутыми давящим сверху штабелем пластика.
  Поняв, что никто не собирается меня преследовать по непролазным завалам искорёженной техники, я несколько снизил скорость бега, скользнул в люк малого тягача с Палмы, выбрался с другой стороны, поднырнул под перекрестьем рёбер ещё одного корабля и спустя пару минут оказался в недрах 'прямого коридора' - треугольной формы полукилометрового каркаса лихтера, заваленного сверху многометровым слоем всякого мусора. Теперь им меня не найти даже с орбиты, можно было немного расслабиться, уходя от суеты военных специалистов по наверняка не известному им маршруту.
  Здесь, в полной темноте, прочерчиваемой только острым светом поискового фонаря, повеяло настоящим холодом подземелья. Стены смыкались всех сторон, капал где-то неподалёку конденсат, раздавались в полной тишине шорохи и мягкие шлепки маленьких лапок по склизкой поверхности.
  Я достал нож, просто на всякий случай. Бывало, из пустыни забредали в это прохладное место довольно опасные твари, от одной из которых - песчаного иглоголова - я как-то еле сбежал, вовремя заметив. Нож может и не поможет против такого противника, но уверенности он придаёт изрядно.
  К счастью, ничего экзотического на этот раз не ждало случайного путника, и через десять минут настороженного продвижения по прямой как стрела дорожке показался свет, льющийся с противоположной стороны тоннеля. А ещё спустя два часа пешего похода, я стоял возле лежащего на боку старого транспортника, увенчанного сверху планетарным катером, выделявшимся на фоне завалов, как маяк на скале. Именно в этом малыше была оборудована дальняя база капитана Василия Ежова.
  Проверив, нет ли вокруг кого чужого, я откопал из песка припрятанную пластиковую лесенку, нырнул в полумрак трюма, прикрыл за собой держащийся на единственной петле люк и по покоробившейся стене взобрался наверх. Там пришлось покопаться в нише, разыскивая монтёрский ключ, которым снималась массивная с виду, но на деле необычайно лёгкая сетка вентиляционной заглушки. Теперь осталось проползти по узкому лазу, пачкаясь в вездесущем песке, после чего я очутился в просторном зале бывшей кают-компании планетарного катера.
  Странно, что бригады ремонтников практически ничего здесь не тронули. Приборов они не оставили, как и обзорных экранов с энергокристаллами, зато сохранился диван, стол, даже шкафы из металлопласта остались в целости и сохранности.
  Обнаружен этот укромный уголок был только благодаря обширным знаниям в области космической техники. Я по схемам изучал конструкцию похожего судёнышка, а когда обнаружил почти целый катер на свалке, сумел пробраться внутрь. Правда, повозиться пришлось изрядно, но результат того стоил.
  Обшивка снаружи была заклеена маскировочной молекулярной пленкой так, что даже при внимательном осмотре возникало ощущение наполненности внутренних отсеков утрамбованным мусором, который торчал из всех щелей брони. Никто так и не решился забраться и проверить так ли это на самом деле, убеждённый в невозможности и бесперспективности подобного мероприятия.
  Скинув рюкзак, первым делом достал из шкафа пачку влажных салфеток, которыми с наслаждением вытер лицо, буквально растворившись в нежном лесном аромате освежающей ткани. Вот только когда я снял перчатки без пальцев и начал протирать второй салфеткой запачканные ладони, мне вдруг резко поплохело.
  На левой руке, той, с которой я снял перчатку прежде, чем потрогать иноземный гостинец, ярко-желтым цветом выделялся фосфоресцирующий символ.
  Сердце ухнуло в пятки, перед глазами пронеслись картинки инопланетной чумы, пожирающей меня и скелет, оставшийся на полу. Стоп, что за чушь в голову лезет, соберись тряпка. Какие скелеты, если меня могло убить на месте энергетическим разрядом, это что-то совсем иное.
  На руке проступал чуть пульсирующий в такт биения сердца знак не виденный мною никогда до этого. Это был именно знак, иероглиф, руна, что угодно, но только не случайно оставшаяся метка, слишком ясные и чёткие были линии. Растворитель и нейтрализатор, никакого эффекта на назойливого гостя не оказали. Портативный анализатор аптечки ничего опасного не зафиксировал, замерцав зелёным цветом и уверяя меня в полной чистоте исследованного органа.
  Вытерев руку насухо, я потыкал ладонь - никаких ощущений. Ровная кожа, не признака припухлости, никаких изменений температуры в месте, где светилось переплетение сеточки линий. Аккуратно расположившись в центре руки, призрачный гость нисколько меня не беспокоил.
  Помаявшись еще немного, решил не накручивать себя, плюнул, достал из рюкзака флягу и не выбирая выбрал с полки первый попавшийся армейский пищевой рацион - зверски захотелось есть.
  Во время трапезы сам не понял как, но слопал целый пакет, рассчитанный на суточное питание здорового мужчины в походных условиях. Не бог весть что, но мясо было мясом, суп на вкус не отличался от настоящего, а десерт - оранжевая витаминая масса со вкусом апельсина - мне даже нравилась. Блин, как в меня влезло за один присест четыре с лишним тысячи калорий?
  Осоловевшими глазами посмотрел на обёртки. Офигеть, как же я назад-то пойду. Вдобавок захотелось пить и что за наваждение, как будто какая-то сила управляла мной - я выпил всю фляжку. Живот изрядно надулся, горло заболело от холода, но иных неприятных ощущений не возникало.
  С трудов поднявшись с дивана (дико захотелось поспать), промыл водой опустевший сосуд и заново долил водой из бачка конденсатора. Подумал, и на всякий случай затолкал внутрь чуть крошащуюся таблетку витаминного коктейля, дал раствориться, затем установил режим охлаждения и убрал ёмкость в рюкзак.
  Взглянув в следующее мгновение на левую ладонь, я понял, что рано обрадовался. Знак изменился. Теперь его цвет был небесно-синий, да и форма совершенно другая. Я сел на диван, откинулся на спинку и продолжил всматриваться, запоминая узор и боясь пропустить новые изменения.
  Вдруг, как на экране голографа, синие линии плавно перетекли, раздвинулись, образовав уже третью надпись. Последним, что я запомнил, падая на мягко пружинившие подушки дивана, был изумрудный цвет нового символа на ладони и ощущение присутствия внутри кого-то или чего-то, холодного, оценивающего и безумно равнодушного ко всему живому.
  
  Загрузка энергоструктуры симбиотического кода завершена.
  Подключение к энергоструктуре носителя.
  Обнаружена псионическое поле восьмого типа.
  Матрица влияния наложена.
  Анализ стадия 1-27 завершена. Базовые биогенные параметры носителя выявлены.
  Целостность псионического поля носителя 56%.
  Целостность физической структуры носителя 41%, обнаружена критическая аномалия.
  Активация программы структурного восстановления.
  Завершено. Аномалия ликвидирована.
  Целостность структуры носителя 54%.
  Активация программы структурного преобразования.
  Ошибка. Недостаточно материала для активации. Вероятность потери носителя 87%.
  Изменение состояния структуры. Необходимый материал получен.
  Активация программы структурного преобразования.
  Считывание базовой матрицы носителя.
  Завершено. Анализ данных.
  100% совместимости с преобразованием по типу 81: 'Энерго'.
  Ситуация тип 1. Активирован канал прямой трансформации.
  Загрузка матрицы 'Энерго' в базовую матрицу носителя.
  Активация преобразования.
  Преобразование завершено.
  Анализ базовой матрицы носителя.
  100% соответствие типу 81: 'Энерго'. Ошибок не выявлено.
  Целостность псионического поля носителя 609%.
  Целостность структуры носителя 378%.
  Энергонасыщенность матрицы 96 абсолютных единиц.
  Носителю присвоена категория 9 тип 'Энерго'.
  Ошибка. Вероятность отторжения социоментальной матрицей 72%.
  Активирован режим эмуляции. Установлен порог эффективности носителя 10%.
  Преобразование завершено.
  Режим пассивного наблюдения.
  
  Глава 2
  Разбудила меня дикая головная боль. Самочувствие - не передать, будто бы в мозг одновременно с нескольких сторон медленно закручивают раскалённые шурупы, хотя нет, два из них не закручивают, а забивают. Этим, как там этот древний инструмент пыточный назывался? Вспомнил! Перфоратором. Кто-нибудь дайте кубик аспирина или пристрелите нахрен.
  Я застонал, попытался подняться с дивана, но новый приступ отбросил меня на подушки. Перед глазами плыли радужные пузырьки с мелкими циферками, не иначе как отсчитывающих последние секунды моей никчемной жизни. Всё тело колотило, как от холода, ноги стали ватными и не слушались, руки дрожали, как у алкоголика. Вот за что, блин, мне всё это?
  Ладно, лежать и страдать можно и позже, а пока надо бы чего-нибудь с головой сделать. Кстати, отличный повод потренироваться в медитативной стимуляции.
  Организм расслабился, дыхание выравнивалось, становясь глубоким и редким. Быстрый вдох и медленный выдох, вдох-выдох. Мысленно представляю очаги боли в голове как пульсирующие точки, концентрирую на них волевое усилие, прогоняя энергию по кругу от диафрагмы к мозгу и обратно, приказывая боли исчезнуть.
  Молоточки в висках продолжают стучать, но я не сдаюсь и через какое-то время становится настолько легче, что появляется желание жить дальше. Для закрепления эффекта (эту технику требуется поддерживать хотя бы минут тридцать) продолжаю глубоко дышать, и только поняв, что все неприятные ощущения канули в небытие, неторопливо открываю глаза.
  Надо же, я жив! Не настолько, чтобы почувствовать себя здоровым человеком, но вполне достаточно для возникновения интереса к внешнему миру.
  Вокруг царила темнота. Бросив взгляд на браслет, удивлённо поджимаю губу. Шесть утра. Это сколько же я проспал, получается? В голове мелькнула цепочка образов от появления военных до момента пробуждения. Ответ всплыл в сознании сам собой - сорок два часа. Скорости расчета я значения не придал, поскольку память в тот самый момент услужливо напомнила про некий волшебный символ на ладошке.
  Нащупав на полу фонарик, поставил его на стол и включил режим ночника, затем недолго поколебавшись, раскрыл кулак.
  Никакого символа на ладони не было в помине. Сделал свет ярче, наплевав на светомаскировку - та же песня. Даже обидно стало, только прикоснулся (в буквальном смысле) к тайне древних, как всё куда-то исчезло. Нет, ну не привиделось же мне это? Я ясно видел перед собой первый символ, второй, третий. Они вставали перед глазами как живые, перетекали из одного в другой с такой чёткостью, что глюком быть не могли в принципе.
  Сижу на диване и тупо разглядываю чистую ладонь. Всё же люди - странные существа. Вчера ещё был напуган этой иноземной меткой до усрачки, чуму вспоминал, а теперь её нет, а ощущение потери осталось. А ведь, по идее, радоваться должен, что жив остался.
  В этот момент меня как толкнуло. Я поднёс руку к самому свету и недоверчиво уставился на розовую кожу. На ладони отсутствует не только знак.
  Несколько лет назад, во время очередной вылазки, я этой самой рукой напоролся на острый штырь, пробивший ладонь насквозь. В тот раз еле успел оставшейся рукой залить рану имевшимся в наличии кровоостанавливающим гелем и кое-как добрался до дома. Три дня в больнице, двухсантиметровый уродливый шрам и частичная потеря моторики двух пальцев была ценой глупости. Счастье ещё, что новая техника пилотирования не придаёт особого значения наличию всех конечностей и этот досадный мой промах не станет помехой для поступления в Академию.
  Сейчас в свете ночника передо мной розовела чистая, как у младенца ладонь, без всяких шрамов. И пальцы гнулись, как до ранения - никакого ограничения подвижности.
  Я тотчас забыл про головную боль и слабость. Вскочил, подцепил фонарь и прилепил его силовым держателем к стене в дальней части кают-компании, за встроенными нишами шкафов. Теперь снаружи не должны увидеть никаких отсветов, хотя кто там в такое время может шастать, разве только зверьё пустынное.
  Я разделся и осмотрел себя полностью. Начисто пропали все родимые пятна, царапины, мелкие шрамы и иные отметины бурной молодости. Повреждённое во время вчерашних приключений плечо не болело. Сгибаю руку и вижу наливающийся шарик бицепса. В принципе, он и раньше имел место, но сейчас, на ощупь, комок мышц казался каменным. Я потыкал в пресс пальцем, напрягся - броневая плита.
  - Нифига ж себе, - только и произнёс я.
  Перспектива вырисовывалась зыбкая. С одной стороны подобного рода преобразования не могли не порадовать - организм явно стал здоровее и научился быстро устранять повреждения. Ведь могло стать хуже, например, если бы вырос хвост. Представив себя, помахивающего длинным пушистым хвостиком, нервно хихикнул.
  С другой стороны, бесплатный сыр сами знаете, где лежит. Какие ещё функции тела были изменены, сможет показать только полное молекулярное сканирование, а не получится ли в результате так, что я тихо исчезну в недрах секретного НИКа? На благо родного государства, так сказать.
  Одевшись заново (стало холодно стоять раздетым на голом полу), я огляделся по сторонам. Здравствуйте, тут что, бомба взорвалась? Все шкафы распахнуты, а вещи, ещё не так давно аккуратно лежавшие на полках, валялись по всему помещению. Везде, куда падал взгляд, раскиданы смятые обёртки от военных рационов. Пустые. Не понял, ко мне на огонёк кто-то заходил и забыл поздороваться?
  Я принялся вспоминать, что где лежало до, попытался сопоставить с тем, что имелось в наличии, запутался, понял бесперспективность этой затеи и занялся уборкой, укладывая на полки ценности, выкопанные из груд мусора. Закончив (стало жарко), сел на пол перед изрядной кучей разорванного пластика и задумался.
  Все восемь имевшихся в наличии рационов были съедены до крошки. Пятнадцатилитровая ёмкость конденсатора, наполовину полная к моменту моего прихода, пустовала, как и фляга, валявшаяся рядом с диваном. Аптечка распакована, часть препаратов отсутствует и я, кажется, начал понимать, где они находились в данный момент.
  - Но это же в общей сложности почти пятнадцать килограммов продуктов и воды, - я уже сам с собой заговорил, здравствуй доктор, называется. - Да ещё и гадостью обкололся всякой, понятно чего меня так вертит. Но это я, что ли всё сожрал?
  Нехорошее предчувствие заставило прикоснуться к браслету, вызывая голографический экран, на котором можно посмотреть календарь. Мама дорогая! Шесть часов двадцать минут утра, понедельник.
  Вот теперь мне действительно стало не по себе. Какие там мурашки, скорее уж стадо ящериц по спине пробежало. Уснул в субботу, проснулся утром через двое суток. Не осознавая своих действий, сожрал все продукты. Да что происходит, это всё артефакт? Господи, Иллана, она же с ума сошла меня разыскивая! Хотя, отставить панику. Сестра умчалась в город на дежурство и приедет только сегодня к вечеру. На браслете вызовов нет. Уже легче.
  Ещё одна мысль назойливо вертелась в голове. Военные. Они вполне могли видеть следы возле артефакта. Платформа так точно оборудована камерами слежения за поверхностью, и если лицо заметить пилотам не удалось, то сам факт присутствия обнаружится запросто. А это чревато большими неприятностями, ведь если простое прикосновение к Активатору дало такой эффект, то не знаю, что могут со мной сделать для сохранения секретности. Сериалы в вирте ясно давали понять, что такие свидетели живут очень недолго, а дохнут пачками.
  Лихой бег мыслей постепенно остановился. Могли бы - уже б нашли. Я вспомнил свои действия и не нашёл в них изъянов, ушёл как заправский профессионал. Тем более, что опыт в таких делах у меня изрядный - не впервой скрываться от сторожей и своих собратьев-'археологов', некоторые из которых бродят компаниями, человека по три.
  Активатор. Откуда я собственно знаю, что этот артефакт называется именно Активатором? Чуток поразмыслив и ничего не вспомнив, решил не забивать голову, а потихоньку готовиться к выходу.
  Ночью, а тем более на рассвете по кладбище гулять явно не стоило. Тут и днём то было на что напороться, а в тёмное время суток можно так качественно помереть, что и следов не сыщут. Да и живность местная бывает не самой приятной в общении, например, получить шип от плевателя в темноте нет ни малейшего желания.
  До рассвета ещё час, нужно себя занять работой, пока есть такая возможность.
  Вымел песок, убрал весь мусор в отдельный пакет, чтобы отнести его подальше, подклеил несколько разъехавшихся кусков маскировочной плёнки.
  Незаметно пролетело время. Вокруг всё уже сияло первозданной чистотой, а на свалке тем временем начал светлеть горизонт, постепенно наполняя мир красками.
  Рассвет на Сангории - одно из самых красивых зрелищ во вселенной и им даже приезжают любоваться влюблённые парочки с обитаемой части этой вселенной. Красный песок пустыни и синее солнце создают просто удивительный эффект. Горизонт играет всеми оттенками зелени и золота. Иголочки света короной расходятся по небу, пронзая шапки облаков, которые, подсвечиваемые изнутри, меняют цвет на алый. В игре оттенков появляется узкий серп звезды, пока ещё лимонно-жёлтый, он постепенно вырастает, светлея и принимая свой истинный небесно-синий цвет.
  Заворожённый я простоял минут двадцать, пока не спохватился, восстановил маскировку, собрал вещи и выбрался наружу через узкий лаз вентиляции. Далее последовала стандартная процедура заметания следов направленная на сохранение тайны убежища, не занявшая к счастью много времени. И вот я снова стою на мягком песке, окружённый привычными остовами отжившей свой век космической техники.
  День вступал в свои права. Маленькие ящерки то тут, то там мелькали среди обломков. Искорки выпавшей за ночь росы играли радужным блеском на открытых частях металлопластовых рёбер. Ветра ещё не было, его время наступит позже, к полудню. Пока же вокруг стояла тишина, нарушаемая раздававшимся изредка потрескиванием и тихими скрипами конструкций.
  Я не решился пойти напрямик, выбрав кружной путь. Пробираясь по нижнему ярусу я на каждом повороте замирал, ожидая услышать голоса, но спустя полчаса понял, что свалка пуста. По пути выбросил мусор, закинув его в первую же дыру. Главное не бросать ничего рядом с базой, а здесь уже можно.
  Постепенно беспокойство отступило, и я перестал обращать внимание на свои страхи, физически ощущая, как возвращается задор и хорошее настроение от замечательного утра.
  Идя по красноватым дорожкам, я размышлял, что же делать дальше. Возвращаться с пустыми руками не хотелось, но других вариантов не было. Несмотря на отсутствие грузовой платформы пойти на место позавчерашнего происшествия казалось откровенной глупостью. Исследовать свалку наугад тоже особого смысла не имело, на площади в двести квадратных километров можно бродить всю жизнь.
  В этот момент со мной произошла очередная метаморфоза. Голову второй раз занял некто незнакомый, покопался внутри и ушёл. А спустя миг мне как наяву привиделась картинка двухнедельной давности, когда мы с сестрёнкой пролетали над территорией свалки на такси, спеша в город. Пилот набирал высоту от нашего дома, а я жадно рассматривал поле, плотно забитое кораблями, стараясь запомнить все детали и используя систему внешнего обзора, которой оснащались подобные гравы, на полную катушку. Сейчас каждый миг представал передо мной, как будто в виртуальной имитации.
  Вот текущий сектор. Ничего нет интересного, продвигаюсь дальше. Снова ничего, пусто, пусто. Стоп. Дальний сектор. Наваленные друг на друга, уже даже не подлежащие классификации останки лежат неаккуратной грудой. Такси ещё не набрало высоты и вид сбоку просто превосходный. Вот движется ряд контейнеров, кончается каким-то остовом, сверху воткнут огромный цилиндр - часть конструкции силовой установки.
  Был сильный удар, боковая крышка контейнера отошла. Такси движется дальше, занимая позицию между солнцем и точной ракурса. Буквально на миллисекунду взгляд проникает в контейнер, пройдя вслед за узким лучиком солнечного света сквозь баррикаду металлопласта. Время остановилось, и перед мысленным взором предстал правильный силуэт в провале смятого ударом сверху контейнера дальних перевозок.
  Очнувшись, я понял, что стою на одной ноге и не шевелюсь, лихорадочно пытаясь сориентироваться на местности. Память услужливо предоставляет нужную информацию.
  Старая часть базы давным-давно заставлена огромными неповоротливыми контейнерами. Каждая такая махина имела сорокаметровую длину и боковую стенку двадцать на двадцать. Выполненные из сверхпрочного материала, предназначались они для перевозки крупногабаритных грузов на дальние расстояния специально сконструированными контейнеровозами.
  Но коммерческая идея, что называется, не пошла. Так и не набрав необходимого количества контрактов для окупаемости проекта, компания-перевозчик разорилась. Последние сверхтяжелые контейнеровозы разобрали, а такие вот останки доживали свой век на свалках различных планет, поскольку воспользоваться повторно металлопластом можно, но цена изменения раз созданной конструкции такова, что проще отлить новые формы. Пустые контейнеры чаще всего забивали чем могли и выкидывали.
  Но каким образом в подобном хранилище мог оказаться корабль, если это конечно он. И ведь там не просто старый хлам, и не яхта, а как минимум малое боевое судно, поскольку антрацитовый цвет брони означал наличие абсорбирующего покрытия, полностью поглощавшего высокотемпературные атаки и распределявшего их по поверхности корабля так, что накопители заряжались под огнём противника.
  Мозг заработал, как самый настоящий компьютер. Производили это покрытие всего три корпорации. Силуэт узкий, надстройки не видно, часть крыла скруглена и вытянута вперёд, явно предназначен для посадки на планету. Длина около тридцати метров. Поместился в контейнер, значит крылья или убираются, или их размах не превышает размеров упаковки.
  Проанализировав все данные, мозг выдал ответ. В контейнере с высокой вероятностью находилось изделие с планеты Новороссия, 'беркут', модель 24-16.
  Созданный семнадцать лет назад по заказу флота малый разведчик, оснащённый гиперпространственным модулем, защитной силовой системой и великолепным блоком маскировки, этот кораблик даже вооружён был неплохо, поэтому использовался флотом в ситуациях, когда требовалось работать быстро и тонко, сочетая невидимость с возможностью мгновенно нанести мощный удар и уйти.
  Я непроизвольно облизнулся. Это вам не фляжками побираться. Если корабль ещё не зарегистрирован, то по прошествии десяти лет, при условии отсутствия заявленных на него претензий, владельцем станет первый, кто сумеет зарегистрировать.
  Тут я, может быть, допустил ошибку, но уж очень невтерпёж было. Я развернул экран браслета и произвёл запрос в регистрационную службу на предмет принадлежности частных боевых кораблей, сформировав его таким образом, что в ответ должны были попасть все средние и малые корабли, не исключая обнаруженный разведчик.
  Информация эта являлась общедоступной, граждане имели право знать у кого есть легальное разрешение на пользование оружием, и почти мгновенно я получил список из двухсот строчек, среди которых, о счастье, не было ничего похожего на беркут. Более того, в реестре боевых кораблей, находящихся на Сангории так же не значилось ни одного корабля подобного класса. Но как он вообще тут тогда оказался? Так, это десятый вопрос, прикинем наши шансы.
  Разрешение на пилотирование по исполнению четырнадцати лет не получает только ленивый. Тем более, процедура бесплатна и имеет целью как можно большее число молодёжи приобщить к управлению современной техникой. Флотские вирт-программисты даже создали великолепный симулятор, в который загрузили данные о не самых секретных боевых машинах. В вирте отличий между настоящим и виртуальным космическим боем мало заметны - те же манёвры, перегрузки, оружие и корабли. А я далеко не последний пилот в рейтинге лиги, уверенно держусь в первой тройке на Сангории, летаю с восьми лет, с тех самых пор, как заболел космосом.
  Оружие, понятно, заблокируют, а вот всё остальное останется на месте и будет моим. Нужно только добраться до контейнера, убедится в целости разведчика и выковырять его наружу. А то может быть это вовсе макет, либо рисунок на стене.
  Споп. А с чего я так размечтался. И откуда в памяти возник этот образ, позабытый ещё полмесяца назад. Мдя. Одни вопросы.
  Но никакие умозаключения остановить меня уже были не способны. Отказаться от такого было выше всяких сил. Да вы покажите мне мальчишку, который будет долго раздумывать, получив такой шанс.
  Чтобы отправиться в дальний поход, не хватало только еды и воды, но это не проблема, склад у меня не один, через двадцать минут всё добуду. Раннее утро, соответственно времени у меня вагон и маленькая тележка. Сестру успокою вечером. Да нафиг, она и слова не скажет, если я корабль найду. Решено - вперёд!
  До цели было шесть километров. Но это легко сказать. На деле, вместо часовой лёгкой прогулки, приходилось пробираться по настоящим завалам, внимательно глядя по сторонам - а ну кто выскочит, или сам напорешься на острый обломок.
  Не раз и не два мне приходилось возвращаться и искать обходные пути. Я даже чуть не сорвался и чудом успел схватиться за выступ на монолите стены, распоров ладонь сквозь перчатку. Было больно, но я терпел, такое на свалке постоянно случается.
  Пена из баллона аптечки закрыла рану, а через пятнадцать минут я с удивлением обнаружил, что застывшая нашлёпка отпала, посчитав свою работу выполненной. Даже шрама не осталось. Вот это дело, если на мне так всё регенерирует - ничего не страшно. Кстати, на фоне получения собственного корабля, все мои изменения, артефакты древних и их тайны вышибло из головы начисто.
  Впрочем, продолжалась моя радость недолго. Уже предвкушая головокружительные полёты на собственной боевой машине, зависть друзей и знакомых, я неожиданно даже для самого себя остановился и сел, поначалу не понимая, что заставило это сделать.
  Шкварк, шкварк. Мне знакомы практически все звуки свалки, давно уже ставшие фоном и проходящие мимо сознания, но то, что потревожило мой слух, было чужим. А всё чужое здесь смертельно опасно, это известно всем.
  Сердце гулко забилось. Стараясь не шуметь, я поднялся по намертво впаянным в стену старого рудовоза скобам на второй ярус, где затаился, прислушиваясь. Раздавались негромкие щелчки. Раз, второй, вот целая серия. Что-то до боли знакомое чудилось в этих отрывистых звуках.
  Я подполз к щели между плитами брони и осторожно выглянул наружу. Никого, перебрался дальше, и только с третьего раза мне удалось выяснить источник шума. Подо мной стояло паукообразное существо грязно-серого цвета. Вытянутое вперед сплюснутое тело сверху было покрыто хитиновым панцирем и увешано какими-то зализанными устройствами, придававшие этому чудовищу фантастический вид.
  Я не мог видеть его целиком (иначе был бы уже мёртв), но воображение услужливо дорисовало шесть лап, удерживающих туловище над землёй и узкие полоски фасеточных глаз, окружавших голову монстра, стоявшего неподвижно, лишь чуть покачивая корпусом из стороны в сторону и издававшего негромкое пощёлкивание.
  Я отодвинулся от щели и сел на пол. Я знал, кто это. Мне ли не знать. Во всех фильмах и играх представители этой расы водились в обязательном порядке. Но если в мире виртуальном чудовища умирали десятками, то на практике встреча с одним из них без тяжёлого вооружения представляла собой гарантированно удачный способ самоубийства.
  Дело в том, что трёх шагах от меня, на родной планете, принадлежащей людям, стоял корн.
  
  Изменение статуса
  Обнаружена боевая особь типа 403 'Корн'
  Вероятность потери носителя 95%
  Отмена режима эмуляции
  Разблокировка базовой матрицы носителя
  Зафиксирована ситуация тип 3
  Возможность удалённого считывания симбиотического кода представителем низшей цивилизации - 34%
  В связи с проведённой социальной адаптаций объекта, полноценно воспринявшего код трансформации, рекомендовано воззвать к создателям.
  Отправлен запрос и лог ситуации.
  Активирован протокол стирания симбиотического кода.
  
  Глава 3
  Кто такие Корн? О! Корн это и не раса даже, это самая настоящая стихия - первозданная и яростная в своём великолепии. Они напоминают древних викингов, без разговоров бросающихся в драку, лишь завидев чужака. На самом деле им и повод не особо нужен, если хочется почесать кулаки (это к слову, какие кулаки у членистоногих). Единственное отличие от предков - космические корабли и плазменное вооружение, в остальном их поведение вполне соответствует привычкам каких-нибудь варваров.
  Заставить корн уважать себя можно только в случае успешного выполнения одной нехитрой процедуры - хорошенько набить им морду. Желательно совершить это в открытом бою, сойдясь с плазменными кораблями этой расы лицом к лицу.
  Впрочем, свойственная корн некоторая прямолинейность не должна вас обманывать. Раса эта древняя, насчитывающая десятки тысяч лет документированной космической истории. Корн вполне могут быть хитрыми, изворотливыми, умеют лгать, и при любых обстоятельствах они чрезвычайно опасны.
  Первое же знакомство людей с корн переросло в войну. На деле, 'война' слишком громко сказано, но конфликт со столь любимой флотскими адмиралами космической пальбой имел место.
  Дело было так. Сорок семь лет назад мирный и никого не трогавший исследовательский крейсер 'Скарабей' проводил рутинную астрографическую съёмку в звёздной системе, расположенной в трёх шагах от Палмы. Что-то донельзя интересное обнаружили там автоматические исследовательские зонды, настолько значимое, что стоило экспедиции.
  Корабль в тот момент подлетал ко второй планете системы, показавшейся капитану привлекательной как по причине отсутствия агрессивной атмосферы, так и в связи с обнаружением на поверхности крупных залежей трансурановых элементов, которые всегда в хозяйстве пригодятся.
  Безжизненный шар красно-голубой планеты уже был достаточно близко, чтобы рассмотреть его в оптику. Но этого не требовалось, поскольку выведенные на орбиту четыре спутника крутились на границе атмосферы, производя гравитационное сканирование, интерпретируемое корабельным компьютером в подробную карту поверхности.
  Температура на нулевой отметке выше двухсот градусов, мутная атмосфера состоит в основном из углекислого газа, азота и плотного водяного пара - испарившейся с поверхности воды. Ни следа кислорода, но подобные условия, тем не менее, являются чуть ли не идеальными для начала планетарного преобразования.
  Восемь станций класса 'Преобразователь' зависнут на орбите, и силовой зонтик невидимой стеной преградит путь свету местного солнца. Девяносто процентов излучения не достигнет поверхности, на которой наступит непроглядная ночь.
  Спустя два-три месяца атмосферная влага выпадет чудовищными грозовыми ливнями, которые более полугода будут терзать лиловые скалы оживающей планеты. Воздух очистится, став кристально прозрачным. Снося всё на своём пути, по вновь сформированным руслам устремятся пенные потоки, наполняя животворной влагой низины. Уже сейчас компьютер на основании анализа состава атмосферы и глубинных слоёв поверхности давал прогноз на как минимум трёхкилометровой глубины океан и два крупных континента, не считая бесчисленных островов.
  До полного замерзания поверхность не станут доводить, стабилизировав температуру на уровне двадцати цельсия. Через год в очистившуюся атмосферу будут сброшены капсулы искусственно созданных спор, которые начнут бурно размножаться, поглощая углекислый газ и азот, покрывая поверхность многометровым слоем органики, очищая океан и воздух от опасных примесей.
  Спустя восемь лет, по окончанию жизненного цикла первичной схемы биотрансформации, планетарные челноки с высоты километра засеют всю поверхность круглолистным папоротником с Морга, который размножится и за каких-то десяток лет из непригодной для дыхания атмосферы будет создан настоящий рай на земле.
  Папоротник будет уничтожен специально для этих целей выведенной бактерией, а ещё через год на перегнивший компост специалисты экологического управления начнут высаживать травы, засеивая поля и океаны флорой и фауной.
  Ещё десятилетие и первые колонисты смогут ступить на эту Терра-Нову, прекрасную в своей первозданной чистоте. У влюблённых нового мира будет даже своя луна, уютно укутывающая их нежно-зелёным сиянием.
  Пройдут годы и могучие леса зашумят там, где совсем недавно бескрайним одеялом лежали безжизненные пустыни, овеваемые смертельный ветром. Фиолетовый песок станет играть разноцветными красками лишь в пустынях экваториального пояса, привлекая туристов. Синева океанов, нежно-розовое солнце и могучий дух девственной планеты станет новым домом для миллионов разумных.
  Но пока это были мечты. Реальность же в очередной раз доказала, что человек может предполагать, тогда как истинным властелином мира является судьба.
  В момент приближения к спутнику планеты, из-за его горизонта вынырнул довольно крупный космический объект, напоминавший по виду тугой огненный шар. Температура на его поверхности зашкаливала за сотни тысяч градусов, и поначалу экипаж никак не мог классифицировать гостя - то ли это искусственное солнце, то ли корабль, а быть может естественный феномен, чего не случается в далёком космосе. Все сомнения отпали, когда подойдя чуть ближе, незнакомец без особых раздумий плюнул плазменным сгустком в крейсер и тотчас устремился в лобовую атаку.
  Если нападавшие считали неожиданную атаку верным средством покончить с незнакомым кораблём, то они сильно просчитались - наши тоже не лыком шиты. Откуда Корнам было знать, что протокол космофлота, регулирующий правила работы в неизученном пространстве, создавался группой параноиков-профессионалов и всего скорее процесс написания сего жизнеутверждающего труда проходил при изрядном потреблении мозговых стимуляторов.
  Согласно предписаниям, все работы в свободном поиске должны выполняться в состоянии полной боевой готовности. На практике это оказалось весьма верным решением, спасшим не одну человеческую жизнь во время экспедиций к далёким звёздам. Но, святые, как муторно было следовать всем ненужным на первый взгляд пунктам, вы даже не представляете. Поэтому, пока не случалось нечто экстраординарное, а по статистике оно случалось в одном из сотни походов, все проклинали чёртовых бюрократов. Но не в тот раз.
  Согласно тому же протоколу, корабли дальнего поиска оснащались самыми совершенными, зачастую экспериментальными системами вооружения, в результате чего представляли из себя квинтэссенцию технологического развития боевого флота. Применение оружия так же оговаривалось, и главным его условием было обеспечение безопасности экипажа, а потом уже шли все пункты про мир, дружбу и инопланетян.
  Именно поэтому первый, самый неожиданный залп противника был мгновенно отслежен, проанализирован и нейтрализован операторами противоракетной обороны. А спустя пятнадцать секунд, необходимых для наведения на цель уже готовых к стрельбе установок, боевые рубки в свою очередь осчастливили агрессивную мишень массированным ракетным пуском.
  Как показала практика, прямая ракетная атака оказалась относительно неэффективным средством воздействия на системы защиты корн, корабли которых были окружены высокотемпературным плазменным полем, заключенным в вихрях гравитационных коконов. Атакующие заряды попросту сгорали, не успевая достичь зоны эффективного подрыва, ну а если взрывались дальше, чем в километре от внешней поверхности экранов, то ядерный шквал бессильно обтекал сияющую защиту. Конусные заряды, к сожалению, в тот период развития людям известны не были.
  Следующая атака противника была осуществлена уже роем высокотемпературной плазмы. На этот раз часть из сгустков, прорвавшихся через систему защиты крейсера, чуть не пробили гравимагнитный щит 'Скарабея', начисто проигнорировав огонь фотонных концентраторов, составлявших в то время основную деталь противокосмической обороны. А вот гравитационные ускорители, грассы, названные так по аналогии с давно устаревшие гаусс орудиями, пришлись как нельзя кстати, эффективно уничтожая любые атаки противника металлопластовыми шариками, разогнанными до девятисот километров в секунду.
  На второй минуте боя ситуация здорово поменялась. Ангары крейсера выплюнули эскадрилью штурмовиков, что стало полной неожиданностью для корн, не имевших на тот момент представления о концепции малых боевых судов.
  Пока неожиданный враг ломал голову, что делать с вьющейся вокруг него мошкарой, операторы орудий приноровились к манере боя противника, сбивая неуправляемые заряды очередями из грассов, и лёгкими ракетами уничтожая самонаводящиеся плазменные шары, медленно летевшие в сторону крейсера. Защита уже подстроилась под заряды корн, став гораздо устойчивее против высокотемпературных плазменных атак. Боевые посты даже успевали контратаковать, и нужно сказать не без успеха.
  'Скарабей', в долгу не остался, существенно потрепав чужаков каскадным подрывом боеголовок, позже вошедшим во все учебники, как 'атака Крафта'. Кроме того, в результате налёта эскадрильи штурмовиков была выведена из строя часть двигательной системы крейсера корн, что и дало человеческому кораблю шанс на спасение.
  Через шесть минут после начала столкновения, а это очень долгий срок для скоротечного космического боя, были исчерпаны средства ПКО. Получив несколько чувствительных попаданий, командир 'Скарабея' отдал приказ к отступлению и за мудрость принятого решения позже был представлен к награде.
  Многие аналитики уже после боя сделали вывод о возможности окончательной победы путём применения специальных схем атаки, более эффективного управления эскадрильей штурмовиков, а некоторые гении всерьёз рассматривали возможность проведения десантной операции. Я вообще аналитиков не люблю, на мой взгляд, корнем этого слова является как раз первый четыре буквы. Многие из этих теоретиков космос видели на картинках и как можно вообще судить в тиши кабинета о смертельной схватке в глубине космоса, схватке с равным по силам противником, способным угрожать всему человечеству. Правильно всё сделал капитан, честь ему и хвала за это.
  К сожалению, люди не обладали в то далёкое время даже отдалённым представлением о реальной скорости перемещения корн в гипере, как и о совершенстве их технологий, иначе попытались бы скрыться несколькими прыжками. В любом случае, идти напрямую к Палме было ошибкой.
  Повреждённый крейсер только успел добраться до орбитальной ремонтной базы и сообщить о произошедшем инциденте, как спустя всего несколько часов боевой линкор объединения корн вышел в трёх астрономических единицах от орбиты главной планеты демократического союза.
  Спасло людей только одно: противнику не была известна технология поля Вилларда. История создания этого, одного из важнейших секретов человеческой расы, демонстрирует, что и в науке очень многое зависит от элементарной удачи.
  Почти сто лет назад Гейн Виллард при исследовании резонанса частот гравитационных и статических полей наблюдал очень интересный эффект: возникавшее в результате взаимодействия нескольких полевых структур поле полностью нейтрализовало радиоактивность в радиусе девятисот километров, поглощая и рассеивая энергию альфа, бета, гамма частиц. В результате проведённого эксперимента были выведены из строя почти на тридцать минут все ядерные и термоядерные реакторы в этом регионе планеты, что по счастью не привело к фатальным последствиям в связи с повсеместным переходом на энергокристаллы.
  Как позже выяснилось, эффект дополнительно препятствовал накоплению критической массы, что делало невозможным детонацию ядерного заряда. Термоядерные боевые части, как показали испытания, тоже не срабатывали должным образом.
  Открытие опередило своё время на столетия. Учёному случайно удалось нащупать такое точное сочетание параметров энергопотоков. Между прочим, шанс на это оценивался как один к десяти триллионам. И ни в каких других вариантах поле не давало подобного стабильного эффекта.
  Технологию, конечно же, засекретили и люди получили возможность безо всякой опаски добывать трансурановые элементы буквально открытым способом. В результате торговля изотопами с другими расами начала приносить весомую прибыль по причине безопасности и низкой себестоимости добычи. О лучевых поражениях и радиации человечество вообще позабыло прочно и навсегда.
  В военной сфере мы тоже получили преимущество, и какое! Никакие ядерные и термоядерные удары были больше не страшны оборудованным подобными системами планетам и звёздным базам, тогда как наносить по врагу мощные ядерные удары никто не мешал. Как жаль, что сама установка занимала слишком много места и потребляла прорву энергии, по причине чего не могла быть смонтирована нигде, кроме поверхности планет и на самых крупных кораблях и станциях.
  Что касается корн, то громадный линкор довольно быстро разогнал вышедший ему на перехват патрульный флот, разрушил внешний сегмент системной обороны и с семисот тысяч километров дал залп тяжелыми термоядерными шарами по орбитальной инфраструктуре. С нулевым эффектом. Хотя вру, смесь тяжёлых изотопов позже выковыряли из носителей, которые не сгорели в атмосфере, да и продали обратно корнам, а чего добру пропадать.
  Ответный удар накрыл корнский линкор, частично рассеяв окружавшее его защитное поле последовательным ударом. Убедившись, что противник не обладает полем Вилларда, военные выдали второй залп, чуть было не разорвавший один из мощнейших боевых кораблей объединения на части.
  Концепция ракетного вооружения была корн хорошо знакома - они применяли управляемые плазменные структуры. Вот только методы обороны против массированного залпа высокоманевренных ракет, полагаясь только на гравитационную и плазменную технологии, оказались бесперспективными. Агрессивно настроенные чужаки не смогли противопоставить в ответ ничего, способного уравнять шансы и вынужденно отступили, потеряв несколько средних кораблей прикрытия.
  Каково было изумление человечества, когда спустя трое суток в пространстве системы появилась целая делегация корн с предложением сотрудничества.
  С тех самых пор вялотекущее противостояние с расой разумных паукообразных проходило с переменным успехом. Они учились у нас политике и дипломатии, мы вели успешную торговлю. И обе расы грызлись в локальных стычках, теряя корабли и наземные подразделения. Впрочем, мелкие столкновения никогда не выходили за определённые рамки и служили прекрасным полигоном для испытания эффективности средств вооружения и защиты. И для тренировки солдат.
  Но если в космическом пространстве люди были равны корн, то в планетарном противостоянии похвастаться нам было особенно нечем. Одна из самых многочисленных каст корн - боевая. Выведенные специально для ведения войны живые машины оснащались как техническим, так и встроенным биологическим оружием, обладали невероятной живучестью и быстротой реакции. Многое зависело и от материального оснащения, но если выставить отделение из восьми тяжеловооруженных десантников против трёх пехотинцев корн, то шансы уравнивались - пятьдесят на пятьдесят. А меньше, чем в составе боевой ячейки из трёх особей, корн не ходили.
  Не думаю, что ошибусь, если свяжу появление инопланетян на Сангории с прибытием артефакта. Наша дырявая противокосмическая оборона успешно прошляпила появление пауков, осуществивших незаметную высадку. А по отсутствию вокруг тяжелых пехотных частей можно судить, что тайной наличие корн на планете так и остаётся до сих пор. Бред какой-то.
  Воякам что, они свой блин вывезли и уплыли, а мне теперь придётся огребать за них. Сомневаться же в способности корн, отличавшиеся большой въедливостью, рано или поздно меня найти, не приходилось. Это такие ребята, что сначала стреляют, затем думают и это только в сказочке можно выйти к корн подняв лапки, мол, извините, поговорить хочу. Ага, щаз. Поджарят и не спросят, как звать. Ну, не зажарят, а захватят - ничуть не лучше перспектива.
  В этот момент меня накрыло. Хорошо ещё я сидел, а то звук падения тела был бы слышен в гулком корпусе как внутри колокола. Свет померк, возникло ощущение, будто разум входит в вирт, только не сам, а затягиваемый в глубину тёмного тоннеля чьей-то недоброй волей.
  Попробовал переключиться на реальный мир, да только куда там, меня тянуло в воронку бессознательности. Я честно старался бороться, сопротивлялся, как мог, но замелькавшая карусель тысяч картин свела все мои попытки на нет. Образы было смутно знакомыми, как дежавю, но ни один не задержался в голове надолго, унесённый в бесконечность скользким ветром подсознания.
  Сколько прошло времени, пока свернувшееся в позу эмбриона тело лежало на полу, неизвестно, знаю только, что когда приступ отступил, я с удивлением оглядел разительно изменившийся мир.
  Тёмный потолок при взгляде на него приблизился, вновь отдалился, как бы фокусируясь, качнулся ещё несколько раз, вызвав лёгкую тошноту. Вокруг посветлело, стала видна узкая трещинка, расползавшаяся по стене трюма в десятке метров от меня. Поменялась с чёрно-белой на цветную палитра цветов, и я понял, что способен видеть в тепловом спектре.
  Окончательно привело меня в себя щелканье речи инопланетян с другой стороны борта, понять бы ещё как я их слышу сквозь обшивку. Страх подстегнул сознание, мелькание в голове сразу прекратилось, а зрение скачком подстроилось под полумрак отсека и стабилизировалось.
  Пытаясь подняться, я вытянул вперед руку и заметил, что её окружает полупрозрачная оболочка. Наиболее плотной она было у границы кожи, и сантиметра через два истаивала, чуть мерцая. Я попробовал соединить две ладони, не ощутив никакого сопротивления, но свечение в зоне соприкосновения изменилось, пошло волнами. Ух ты, да я же ауру свою вижу.
  Сразу вспомнились игры в вирте, где это умение присутствовало в той или иной мере. По расцветке и узорам биополя можно было определить кто перед тобой, но только то происходило в играх, а не в реальном мире. Очень интересно, что я ещё умею?
  Шорохи и щелчки, доносившиеся снаружи, смолкли. Заместо них явственно послышалось шуршание песка, и вскоре наступила полная тишина.
  Посидев ещё немного и поэкспериментировав с возможностями зрения, я рискнул проверить, вдруг воины действительно отправились в другое место и можно попробовать выйти на свободу из ловушки старого корабля.
  Смотрю в первую щель, никого не видно, наверное ячейка рассредоточилась, расширив зону поиска. Это шанс. Осторожно выглядываю из люка, свесившись вниз и в тот же миг стоящий в глубине трюма воин оборачивается всем телом и в меня летит оранжевая капля плазменного заряда.
  Скорости с которой моя голова втянулась в люк позавидовала бы любая черепаха. Сгусток огня пролетел мимо и расплескался потёками расплавленной стали по потолку, образовав десятисантиметровую воронку, светящуюся тревожным бардовым цветом. Ничего себе, мы так не договаривались. Я на то плен надеялся, а тут меня убивают самым натуральным образом.
  Чувствуя, как утекают последние мгновения, слыша цокот лап агрессивных инопланетян, лихорадочно осмартиваюсь. Выбраться отсюда можно только через верхние отверстия вырезанные лазерами орбитальной базы. Одна проблема - ближайшее находилось на пятиметровой высоте.
  Отталкиваюсь от пола, надеясь ухватиться за выступающий из стены трюма кусок трубы, но сила импульса толкает меня вверх как из катапульты. Чувствую рывок, слышится треск разорванного рукава. Я благополучно пролетаю мимо цели и, больно ударившись головой о потолок, дезориентированный падаю обратно, успев заметить настороженного корн, выпустившего в меня второй заряд и снова промазавшего.
  Охренеть, не встать. С трудом поднимаюсь и, уже не думая об альпинизме, прыгаю повторно, целясь в сторону дыры в потолке.
  Вот что правильная мотивация делает! Мне удалось подскочить вверх на добрые семь метров, вылетев как пробка из шампанского, воспарить над палубой, и приземлиться на внешнюю обшивку, распластавшись по ней как блин на сковороде.
  Уй, больно-то как. Тру ушибленную руку, подскакивая - некогда думать, наступило время бегать. Главное живым убраться с открытого пространства, а уж по лабиринтам я как-нибудь уйду от преследования. Тем более, что в поиске участвуют трое пауков как минимум - корн всегда держатся поблизости и все будут в сборе очень скоро.
  Разбег - прыжок. Перелетаю пятиметровую пропасть, даже не успев испугаться или глянуть вниз. Ноги касаются упругого пластика поверхности, и я перекатом, как на тренировках, гашу инерцию падения. Тут же вскакиваю и зигзагами лавирую между обломками, как ящерица.
  Пока вслед мне ничего противоестественного не летит, но кажется, это только вопрос времени. Одно попадание и докторов можно не бояться, было бы что хоронить. О! Накаркал.
  Спину буквально обжигает предчувствие, я падаю, и серия светящихся шариков прочерчивает пространство над макушкой. Меня начинает разбирать злость. Нет ну какого хрена. Никого не трогаю, живу своей жизнью, роюсь в мусоре, тут этот артефакт, превративший меня в мутанта, затем пришельцы. Хочется нажать кнопку сброса, да ладно, я бы уже в игре давно сохранился, или вообще стёр этот бессюжетный бред фантазии полоумного режиссёра. Выпустите меня из вирта!
  Тело само перекатывается влево, и новая серия ложится чуть ниже моих ног, впиваясь в покрытие и разбрасывая яркие искры. Одна попадает мне в плечо, прожигая куртку. Многострадальная левая рука повисает плетью, а меня скрючивает от боли. Всё, достали, сволочи.
  Я уже настолько зол, что сознание от ярости практически отключается и верх берут голые инстинкты. Всё становится зыбким и медленным, хотя на самом деле это я начинаю двигаться и мыслить быстрее, как будто войдя в темп.
  Правая рука рывком выстреливает вперед, по телу проходит холодная дрожь энергетического разряда, волосы на голове встают дыбом от статического поля. Пальцы обращённой к инопланетянину руки начинают наливаться белым и светиться. Вот раздаётся треск, я ещё успеваю ощутить запах озона, как дуга высоковольтного разряда соединяет меня и монстра, уже скорректировавшего прицел и готового в следующую секунду меня добить. Всё происходит настолько быстро и неожиданно, что гаду не хватает буквально секунды.
  Голова корна, охваченная сеточкой статики, буквально взрывается, раскидывая вокруг синие ошмётки плоти и блестящие обломки навесного оборудования. Следом вспухает огненное облако расколовшегося плазменного накопителя, высвободившего разом всю свою мощь. Мама родная! Нас разделяет-то всего метров пятьдесят.
  Ураганные порывы горячего ветра налетают, сбивая с ног, вертят, тщась сбросить цепляющегося за жизнь человечка с двадцатиметровой высоты на мешанину обломков. Я только и успеваю ухватиться за стык между броневыми листами, с трудом переживая мною же сотворённую бурю.
  Порывы, рвущие одежду, постепенно стихают, устремившись во все стороны песчаным смерчем, а я поднимаю голову, выплёвывая песок изо рта. Картинка передо мной та ещё. Огненным валом практически начисто вымело всю поверхность старого рудовоза, обшивка которого была изрядно закопчена по центру. Следов монстра не видно, только висит в воздухе взвесь чёрных обрывков то ли пластика, то ли хитинового панциря. Отвратительно пахнет палёным.
  Смотрю на свою правую руку, никаких изменений, обычная ладонь. Вспоминаю ещё свежие ощущения, напрягаю мышцы и с удовлетворением улыбаюсь, обнаружив белое свечение, начинающее окружать пальцы. Будете знать, уроды, как стрелять в великого меня! Приходит мысль пойти поохотиться, но здравый смысл побеждает азарт. Эффект неожиданности утерян и потерявшая одного из членов тройка прекрасно знает о присутствии в зоне опасного для них фактора.
  Ноги сами доносят меня до края, и развернувшийся вид своей красотой заставляет остановиться. Я стою на многометровой высоте над целым океаном обломков мёртвых кораблей. Ветер пока ещё несёт прохладу, его порывы колышут волосы, быстро высушивая бисеринки пота. Мелкие песчинки с шорохом осыпаются с поверхности куртки, хлопающей складками на ветру, но я не обращаю внимания ни на что вокруг, кроме близкой цели. Под моими ногами ребристая поверхность огромного контейнера, а ниже, стоит ещё один, раскрытый и покорёженный. Именно внутри него, среди грудой наваленных сверху обломков должно покоиться угольно-черное тело моего 'беркута'.
  Все контейнеры стоят аккуратными рядами, по два в штабеле. Все, кроме последнего, на крышу которого, умники с завода и сбросили массивную балку, скорее всего даже её часть, настолько непропорциональной и кособокой она была. Пятнадцатиметрового диаметра махина нанесла такой динамический удар, что лопнули более хрупкие крепления, идущие по всему периметру боковой плиты, которая не выдержала давления, прогнулась и рухнула в гору металла, наполовину обнажив своё содержимое.
  Я достал веревку, свернул верхний конец в кольцо и нажал дважды. Гибкий пластик стал ощутимо твёрдым, больше похожим на металл или камень. Надев получившееся кольцо на сломанное крепление замка, я скинул оставшуюся часть веревки вниз, дождался, пока она с шорохом развернётся до самой земли и спрыгнул вниз. Стоило сжать шершавый материал в руке, как на нём тут же вздувалось утолщение, похожее на узелок. Очень удобно - достаточно приложить небольшое усилие и руки получали удобную опору для спуска.
  Очутившись ярусом ниже, я подёргал гибкий кончик, свернул упавший инструмент в бухту и, тщательно выбирая место, куда ступаю, преодолел оставшиеся метры до края нижнего контейнера.
  Всё пространство подо мной было завалено острыми штырями металлопласта, и мне пришлось долго искать новое место спуска, но это уже мелочи. Спустившись и смотав верёвку, стоя на одном колене, я никак не мог заставить себя обернуться. Эх, была - не была.
  Оборачиваюсь и да! Память, подстегнутая воздействием иноземного артефакта, не подвела - хищное тело космического корабля лежало прямо у моих ног.
  
  Неизвестно.
  
  Зафиксировано пополнение ряда 'Энерго': категория 9, особь тип 573 'Человек'.
  Для взаимодействия и защиты направлена особь тип 5 'Иллар'.
  Задание - произвести первичное обучение объекта и вывести его в режим созидания за восемь полных циклов.
  Дополнение: и если опять чего-нибудь натворишь, назад не возвращайся!
  
  Глава 4
  Внешнее покрытие 'беркута' успело изрядно запылиться, превратившись местами в грязно-бордовое. Под бортом скопился песок, перемешанный со всяким мусором, гнездо с осколками скорлупы того самого иглоголова, разорённое и заброшенное, притаилось под правым крылом, но никакого вреда всё это боевой машине причинить не могло.
  Подойдя ближе, я как во сне дотронулся до шершавой поверхности, стирая слой грязи, под которой обнажилась чёрная броня. Пройдя вдоль борта, от носа к корме, рассматривая знакомые по вирту обводы, я просто млел от нереальности происходящего.
  Остановился около атмосферного крыла, выдающегося из корпуса почти на пять метров и вытянуто вперед полумесяцем. Толщина его основания превышала мой рост, а на конце виднеется треугольное вздутие орудия, до времени сокрытого за сегментарной бронёй.
  Возвратившись к входному люку, возле которого на стене виднелся овальный контур идентификатора, я остановился в нерешительности.
  Обычно, чтобы получить неограниченный доступ ко всем системам космического корабля, нужно иметь соответствующий доступ - капитанский. А стать капитаном возможно исключительно после привязки - официальной регистрации, осуществляемой через вирт-интерфейс и проходящей по реестру космического транспорта. До этого корабль использовать по назначению попросту невозможно - будут задействованы минимальные транспортные функции, жизнеобеспечение, аварийный контроль и только...
  Для проверки мне оставалось всего ничего - приложить руку, но именно это действие вызывало дрожь в коленках. А ну, как не получится, вдруг корабль уже зарегистрирован и стоит в этой пустыне не просто так, а с какой-то неведомой мне целью? Ведь тогда вскрыть корпус смогут лишь на заводе, а я могу сколько угодно сидеть перед запертым люком. Ладно, чего я жду.
  Подношу ладонь к сенсорному блоку. Круг осветился бежевым, мигнул и переключился на зелёный. Есть! Раздалось шипение, сдувшее песчинки с окружающего люк покрытия, щелчок и часть корпуса разделившись на три части, растеклась в разные стороны, освобождая проход.
  Мягко осветился внутренний коридор. Энергетическая стена отсекла часть пространства за люком, превратив его в аналог шлюзовой камеры. Процедура отлично знакомая и очень хорошо, что всё работает. Это означает, что компьютерная система, энергообеспечение и основные механизмы не пострадали за годы бездействия.
  Я сделал шаг и очутился внутри. За спиной с шелестом схлопнулись лепестки, вновь превратив корпус в несокрушимый монолит. Освещение плавно сменилось на сиреневое - началась процедура биологической обработки, которая не только уничтожала всю потенциально опасную бионику, но и очищала гостей от грязи, принесённой с поверхности. После завершения процедуры поле исчезло, открыв взору рассеиваемый неярким дежурным освещением полумрак коридора.
  - Компьютер, - произнес я, - свет.
  Зажглись жёлтым полосы на полу и потолке, заливая пространство непривычным, режущим глаза светом. Видимо изначально настроенный на спектр солнца планеты, где произвели эту машину, компьютер не имел достаточно интеллекта для самостоятельной регулировки освещения под условия внешней среды.
  - Цвет освещения - белый, яркость половина текущего, - отдал я следующую команду.
  Спектр изменился, став привычным, интенсивность снизилась. Пока бортовой комп слушался отдаваемых ему команд и выполнял простейшие бытовые приказы. Это подтверждало мои выводы о статусе корабля.
  Я находился на нижней палубе, всего их тут две, судя по высоте корпуса. Лихорадочно вспоминая всё, что знал о конструкции судна, пошёл вперёд, вертя головой по сторонам. В игре-то всё просто, очутился в кабине, сел в кресло и полетел, а сейчас придётся голову поломать, где тут рубка.
  В воздухе витал неуловимый запах, который, я предполагаю, свойственен исключительно новым, только привезённым с завода, машинам. Не знаю, сколько лет простоял 'беркут' в одиночестве, но запах не выветрился и внутри него стоял аромат пластика, смазки и металла. Позже, в соответствии с предпочтениями экипажа коридоры наполнятся ароматами леса, травы, цветов и всем, на что горазда внутренняя климатическая система. Но никогда уже не возникнет такого ощущения первозданной новизны.
  Постояв в коридоре в поисках поста управления, я мысленно хлопнул себя по лбу, вот дурак.
  - Показать схему отсеков, - попросил я и тотчас на боковой стене развернулся голоэкран с полной картой корабля в разрезе.
  Справа ангар, энергоотсек, технический блок, слева коридор спецотсеков неясного пока назначения, но подробности можно узнать и позже. На второй палубе комнаты экипажа, кают-компания. В конце главного коридора небольшая лестница, которая и ведет в кабину управления. Вот оно.
  Небольшое помещение трёхметровой высоты. Одно кресло впереди, ещё два справа и слева от главного - резервные посты. Ничего лишнего, никаких кнопок, приборов, вся информация подается в вирт, либо на голоэкраны с силовым интерфейсом. Стандартная, унифицированная пилотская рубка среднего корабля.
  Сажусь в кресло, и тут меня ждёт первый сюрприз, нет шлема. Вот смешно будет, если корабль ими забыли укомплектовать.
  - Компьютер, а где шлем? - спрашиваю я.
  - Управление кораблём осуществляется через полевой интерфейс, резервная система управления вмонтирована в ложемент пилота.
  Силовой шлем. Тоже неплохой вариант. Пока они еще слишком дороги, но по качеству ничем не отличаются от физических. Но это в бытовых условиях роскошь, а на военных кораблях было логично использовать более надежный полевой интерфейс. Ладно, выясним для начало самое главное.
  - Статус принадлежности корабля? - задаю я главный вопрос.
  - Корабль не зарегистрирован. Система не прошла привязку. Крайний срок активации просрочен на четыре тысячи триста восемьдесят два планетарных цикла. Возврат в точку отправки невозможен по техническим причинам. Режим оповещения заблокирован.
  - Запустить последовательность регистрации согласно законам Сангории.
  - Предоставьте ваш идентификатор и активируйте систему внешней связи для обновления баз данных.
  Я с облегчением снял с шеи красный кристалл и включил на браслете внешний доступ, передав канал кораблю. Тело в тот же момент притягивает к спинке кресла, цвет освещения сменился на красный.
  - Обнаружено несоответствие идентификатора объекту проверки. Провожу генетический анализ на соответствие биоспектру, пожалуйста, ожидайте.
  Вот блин! Точно, артефакт же изменил меня настолько, что теперь кристалл не соответствует моему генетическому коду и слепку ауры.
  Я примерно представлял, что сейчас будет. Примчатся на экстренный вызов полицейские, вытащат меня и увезут на проверку, а свободный корабль просто разыграют между собой или продадут, пока всё будет выясняться. Хотелось плакать от отчаяния.
  Прошли две минуты, показавшиеся годом. Компьютер не отвечал на вопросы и не ослаблял хватки защитной системы. Но в момент, когда отчаянье буквально душило меня и слёзы непроизвольно наворачивались на глаза, свет в помещении сменился вновь, став белым.
  - Проверка зафиксировала проведение незарегистрированной операции по изменению генома. Слепок ауры соответствует Василию Ежову на семьдесят девять процентов. Прошу отдать команду на снятие ментального индекса.
  - Подтверждаю.
  Я сразу успокоился. Если дошло до проверки индекса, то теперь всё будет в норме - самая надёжная методика анализа личности, ни подделать, ни изменить критерии по которым производится тестирование невозможно. Я расслабился. Мелькнули образы детства, родители, сестра, моя комната, укрытие на свалке, первый запомнившийся мне день рождения.
  Процедура ментальной индексации проста. Демонстрируется стандартный набор символов, их всего больше пятидесяти, как я помню. Сознание реагирует на эти картины в соответствии с хранимыми воспоминаниями, а компьютер индексирует полученный цифровой ряд. В итоге появляется последовательность, свойственная одному-единственному человеку, подделать которую просто нереально, как нельзя искусственно перезаписать весь объём памяти одного человека другому. Вместе с генетическим анализом все эти параметры заносятся в персональный идентификатор и периодически обновляются в социальной службе учёта населения.
  - Идентификация завершена, соответствие подтверждено. Рекомендую зафиксировать изменения в центре службы контроля.
  - Хорошо, но регистрацию провести можно?
  - Подтверждаю.
  - Так начинай, - торопливо произнёс я.
  - Отправлен запрос на регистрацию права владения, ожидаю ответа. Ответ получен, ограничения не зафиксированы, право собственности зарегистрировано. Установлен запрет на применение боевых систем в границах гравитационной зоны планеты.
  - Компьютер, я хочу вписать название корабля в реестр. Пусть будет Тень.
  Всю жизнь мечтал именно так назвать свой корабль.
  - Принято.
  - И подключай вирт, хочу посмотреть, чем я теперь владею.
  - Запускаю процесс привязки корабля к пилоту.
  Виски сдавило, видимо это и есть силовой шлем. Потекла череда непонятных кодов. Сбоку появился инъектор и кольнул меня в шею, второй укол я почувствовал в затылок. Медленно текли секунды, требуемые на фиксацию моих параметров в бортовом компьютере. Наконец всё закончилось, включился вирт и рубка сразу преобразилась.
  Пространство стен трансформировалось в один огромный экран, отображавший происходящее снаружи. Перед виртуальным взором возникли стандартные глифы систем управления. Одновременно в мозг полилась потоком информация о состоянии бортовых систем. Проверим.
  Накопители в норме. Установлен энергокристалл четвёртого класса (ого-го!). Гипердвигатель в норме. Наличие биомассы для синтезаторов пять процентов (неприкосновенный запас). Полевая защита в норме. Комплекс ближнего боя на основе двенадцати волновых индукторов в норме (заблокировано). Сдвоенное гравиплазменное орудие в норме (заблокированно). Ракетное оружие не установлено.
  Это куда я попал? Как такой корабль мог пылиться на свалке двенадцать лет?
  - Компьютер, почему не была произведена регистрация?
  - Неизвестно. Предположительно, в отсутствии заявленных прав и без возможности обратной отправки, после окончания оплаченного срока хранения контейнер с кораблём утилизирован автоматической службой.
  Вот это да... То есть корабль доставили, он стоял, ожидая хозяина, который не пришёл. Все сроки истекли, принято решение отправить обратно, но грузоперевозчик разорился и оплаты за дорогостоящую пересылку негабаритного груза получить не с кого. Контейнер выкинули на ближайшую помойку, поскольку операция по взлому защищённого хранилища стоит зачастую в несколько раз дороже груза. Всё равно не логично, корабль стоит никак не меньше пятидесяти тысяч галов. И тут меня осенило!
  - Что стояло в графе 'наименование груза'?
  - Свежезамороженная рыба с Чу-Ли.
  Я расхохотался. Теперь все стало ясно. Кто-то контрабандой решил привезти кораблик, поэтому блокировал связь и подделал декларацию. А компании-перевозчику в условиях кризиса было абсолютно всё равно, что возить. В порту же сочли, что после нескольких месяцев хранения вне стасиса рыбка, мягко говоря, испортилась, и вскрывать контейнер не решились. Ещё бы, я бы тоже не стал этого делать. И изначальная стоимость не имела значения, просто гнилая рыба с Чу-Ли - это официально самое вонючее и несмываемое вещество, известное человеку. Куда там земным скунсам, весь грузовой портал пришлось бы закрывать на дегазацию минимум на месяц. Вот и выкинули контейнер, вздохнув с облегчением, идиоты.
  Главное, некому было предъявить претензии. И теперь этот корабль мой, разрешение на полёты имеется, вооружение заблокировано, таким образом всё по закону. Осталось только выбраться наружу, а вот с этим предстояло повозиться.
  - Мы можем отсюда вообще вылететь? - я прикидывал и так и эдак, но по любому Тень задела бы стенки при попытке выйти из тесного капкана.
  - Да. Но для этого необходимо разблокировать боковую стенку контейнера.
  Хм. Это я уже и так понял. Защищённый энегопласт, это вам не бумагу разрезать. Хотя и боевые индукторы не древние лазеры, искромсают за милую душу. Но фишка в том, что они заблокированы. Что же делать-то.
  А может поле включить и выдавить стенки наружу?
  - Может активировать защитное поле?
  - Риск уничтожения накопителя более восьмидесяти процентов.
  Дальше подумать мне не дали. Шестипалая тень свалилась откуда-то сверху, на миг замерла, ориентируясь, и выстрелила в борт черточкой плазменных разрядов, прочертивших воздух оранжевым пунктиром. Эй! Не стрелять в мой корабль, урод!
  - Судно атаковано. Применено плазменное оружие ручного класса. Активизирован пассивный защитный протокол.
  Корабль вздрогнул
  - Эффективность рассеивания сто процентов.
  Ну да, как же. Кресло ощутимо потряхивало, слышались глухие удары. И ведь силовые поля врубить не получится, так бы эти пауки могли бы век стрелять из своих ручных плазмеров.
  К первому террористу присоединился второй паук, после чего интенсивность обстрела возросла вдвое. Пришла мысль, что эти животные могут и капсулу вызвать, не пешком пришли, наверное. А там тяжёлое вооружение...
  Я углубился в чтение, лихорадочно перебирая строчки документов в сети, вспоминая уроки права. Не то, не то, вот!
  - Пользуясь пунктом 43, статьи 12, кодекса права, требую разблокировать систему обороны корабля.
  - Запрос отправлен. Зафиксирован входящий вызов.
  - Ответь.
  Передо мной сформировался кабинет с сидящим в кресле мужчиной плотного телосложения. Опять вояки, ненавижу. Офицер внимательно смотрел на скрытый от моих глаз экран, не обращая на моё появление ни малейшего внимания. Дочитал сообщение и поднял на меня глаза.
  - С кем имею честь? - даже не представился.
  - Василий Ежов. Требую разблокировать систему вооружений частного корабля!
  - Зарегистрированного три минуты назад, - как ни в чём не бывало, заметил собеседник. - Пострелять захотелось, малыш?
  Новый удар сотряс корпус. Благодаря специальному покрытию кораблю удавалось гасить энергетическую составляющую ударов, но вот массу плазменного сгустка никто не отменял, а бьют уже на полной мощности, судя по частоте вибрации. Так. Вдох-выдох, как учили. Надо срочно становиться взрослым и убедительным, а то не поверят.
  - Находясь в районе Норбока подвергся атаке боевой ячейки корн. В данный момент нахожусь под огнём. Корабль попал в ловушку и выбраться я могу только с использованием бортового вооружения. Прошу дать разрешение на разблокировку в связи с угрозой для жизни человека, - упрямо повторил я.
  Лицо передо мной стало серьёзным. Я перекинул картинку.
  - А третий где? - вдруг спросил меня офицер.
  - Уничтожен. Слушайте, вы намерены ещё подождать, пока меня тут поджарят?
  - Ладно, умник, оружие мы тебе включим. Но сразу направляешься на базу в Норбок. Попробуешь исполнить любой финт, отстрелим зад по самый нос, как понял, пилот?
  - Услышано, - скрипя зубами, произнёс я.
  Отключение абонента совпало с докладом Тени.
  - Орудийные системы разблокированы, активирую оборонный комплекс.
  Ну, это по-нашему. С подобной компоновкой оружия я ещё не сталкивался, но какая разница, система управления знакомая.
  Сначала убрать насекомых. Я взял под контроль один индуктор. Пауки заметили энергетический скачок от запуска систем вооружения и попытались убраться, но попали в ловушку, скользя по наклонной поверхности упавшей стенки. Две едва заметных синих вспышки и взрыв испарил надоедливые пауков, исчезнувших во вспухших на миг облаках плазмы.
  Теперь плита. Шесть волновых индукторов правого борта перешли в полный боевой режим. Задав сектора и параметры работы, я стал наблюдать, как сконцентрированные в одну точку ослепительно-синие жгуты ведут росчерк по поверхности тугоплавкого материала, испаряя заодно и мусор, опираясь на который не может упасть стенка. Вот, наконец, разрезанная на две части, она рушится, увлекая следом обломки. Еще несколько рассеянных ударов и силовые захваты разблокируют проход, достаточный для вылета.
  Что примечательно, заряд накопителя после работы в непрерывном режиме шести индукторов вообще не снизился, то есть энергии кристалла достаточно для работы как минимум половины системы точечной защиты на прямом потоке. Впечатляет.
  Дав команду гравам, аккуратно вывел машину наружу. Вирт действовал великолепно, каждая система корабля стала частью меня, я чувствовал его весь, от носа до кормы, как своё собственное тело. В игровом мире так не бывает, там всё как-то пресно, что ли. А тут я фактически стал кораблём.
  Приподнявшись над свалкой и видя удаляющуюся землю, я почувствовал восторг. Хотелось кувыркаться, петь, совершить что-нибудь дикое, но угроза со стороны неизвестного офицера еще была жива в моей памяти, и с трудом уняв возбуждение, 'беркут' взял курс на военную базу. Успеется полетать. Теперь отобрать у меня корабль они не смогут, только пугать будут для острастки. Пусть их.
  Открылся экран вызова и женский голос произнёс.
  - Контроль движения. Господин Ежов, вам надлежит следовать курсом на военную базу Норбок. Отклонение от маршрута не допустимы.
  - Понял вас, выполняю.
  Запустив ускорители, я занял предписанный эшелон и начал набирать скорость. Красота. Никакой вибрации, полная стабильность полёта. Не машина, а сказка.
  Я видел на несколько километров вокруг. Системы обнаружения, состоявшая из целого набора высокоточных сенсоров, позволяла разглядеть и идентифицировать даже спутники в приорбитальной зоне. Никто мне систему сканеров использовать не запрещал, чем я и пользовался на полную катушку.
  Мы медленно поднимались над океаном красного песка. Свалка была видна как на ладони, играя отблесками солнечных лучей. Вскоре стал виден и пригород, даже наш с Илланой домик, зажатый между соседними участками, получилось рассмотреть во всех деталях. Конечно же, флотский разведчик ещё не на такое способен.
  Я летел в ручном режиме, наслаждаясь свободой и простором. Не космос, конечно, но и не пешком по земле.Эх, вот сейчас разберусь с вопросами на базе и полечу встречать сестру, устрою ей сюрприз, в конце концов. Как же она обалдеет.
  Всего шесть минут мне понадобилось, чтобы достичь места назначения. На подлёте обнаружил комитет по встрече, ох, чую, сейчас что-то будет, не доверяю я воякам, если быть совсем точным, то я их попросту ненавижу. И на то есть причины.
  Тень аккуратно приземлилась на выделенную площадку. Защита отключилась, и корабль опустился на грунт. Добро пожаловать в благословенную армию.
  Спросите, за что я не люблю вояк? Это какое-то глубинное отвращение, накопившееся после нескольких эпизодов с их участием. С каждым последующим случаем я лишь убеждался в правильности своих выводов и полностью перестал доверять армии как структуре. Никакие фильмы и новостные сюжеты, восхвалявших доблестных защитников Отечества, не щадящих живота своего за Родину, не могли изменить это чувство гадливости при встрече очередного бравого воина. Знаете, как это бывает?
  Первый случай произошёл когда мы с сестрой ездили в город на праздник. Тогда вместе с семьёй наших друзей, все вместе мы отлично провели время в парке, пообедали на природе и попрощавшись, шли себе спокойно на станцию гравов. Решили срезать путь, пройдя по боковой улочке, ну и нарвались на неприятности.
  Началось всё с двух здоровенных десантников, которых зачем-то вынесло из близлежащего бара. Что они там делали и без слов понятно, их шатало, но бодрость и веселье плескалось через край. Чего им внутри не сиделось?
  Тут на беду мы с сестрой и проходили мимо. Накалённым парни, лет по двадцать пять каждый, захотели поразвлечься и не нашли ничего умнее, как обратить внимание на проходившую мимо симпатичную цыпочку. Они загородили проход сестре, оттёрли меня в сторону и начали, как они думали, флиртовать. Мне тогда было всего одиннадцать, но что делать я знал, не стал кидаться на идиотов, а вывал номер комендатуры и продемонстрировав синхронную запись, вызвал патруль.
  Можно было дожидаться армейскую службу, по прибытию способную поставить на место пьяных идиотов. Но я не выдержал, когда сестра вскрикнула, неаккуратно схваченная за руку одним из заигравшихся героев. На меня как-то не обращали внимания, подумаешь, хлипкий подросток. Зря они так, подростки после вирта и беготни по свалке на пограничной планете, это вам не городские нытики.
  Подкравшись к спине одной из ржущих свиней в форме (а мне уже было всё равно, за сестрёнку я реально готов прибить), я разблокировал магнитный датчик и отскочил уже со штатным армейским 'зорком' в руке.
  Если судить по реакции, боевые навыки вбили в десант на уровне рефлексов спинного мозга. Солдат успел развернуться и присесть, я - отключить предохранитель, а затем, сдвинув режим огня на одиночные, навести оружие на бритую голову и нажать курок. Второй десантник этого не видел, поглощённый Илланой.
  Я тогда не знал, что в мирное время на оружии активировался датчик принадлежности, препятствующий подобным происшествиям, иначе придумал бы чем стукнуть напавшего. Но пьяный солдат, узрев наставленный ему в лоб узкий ствол игломёта с активированным голографическим прицелом, а затем, услышав характерный щелчок, отпрыгнул назад (будто бы это ему помогло), сбил с ног сестру и своего напарника.
  Не знаю, что бы произошло дальше, если бы не прибывший флотский патруль, мгновенно разоруживший меня и не давший пришедшим в себя пехотинцам открыть стрельбу.
  Сестре удалось уговорить прибывшего офицера замять дело по обоюдному согласию, и настаивать на расследовании инцидента никто не стал, поскольку досталось бы всем. Но осадок в душе остался, особенно когда я дома увидел выделяющиеся на коже синяки, покрывавшие руки и плечи сестры.
  Далее произошёл инцидент с армейским патрулём, чуть не сбившем меня в городе. Система контроля движения оказалась не в силах остановить не подчинявшийся гражданским законам грав, на высокой скорости пролетевший по пешеходному переходу. Спасло меня предчувствие и реакция, заставившая упасть и пропустить бешеную машину над собой.
  В дальнейшем случилось ещё несколько подобных эпизодов, в том числе рассказанных друзьями. Пришлось однажды даже непонятно за что провести ночь в провонявшем карцере, после поимки меня на свалке. Всё это выработало во мне стойкое отвращение к людям в форме.
  В противоположность, моё отношение к флотским офицерам и рядовым членам корабельных команд было совершенно другим. Они на моей памяти никогда не напивались до потери пульса, вирт такое не прощает. Я многих знаю лично - мы часто пересекаемся в схватках, а трое профессиональных пилотов даже состоят членами нашей гильдейской лётной эскадрильи. Виртуальной, конечно.
  Наблюдая за успехами двенадцатилетнего паренька на соревнованиях по лётному мастерству среди подростков, в которых мне было присуждено второе место, в качестве приза нас вместе с победителем прокатили по орбите на десантном 'корсаре'. Каждый получил возможность 'порулить', а мне персонально посоветовали поступать именно в Звёздную.
  Но на базе меня встречали именно солдаты. Грав с тремя вооружёнными военными дожидался у борта, куда подкатил от края посадочной площадки сразу после приземления 'Беркута'. Ох, не доверяю я им.
  - Тень, после моего выхода врубай режим контролируемого доступа, чтобы никто, кроме меня внутрь попасть не мог. Главный приоритет до возвращения. И прикрой, если что, лады?
  Таким образом, я обезопасил себя и корабль. В заданном режиме, находясь снаружи, только я сам смогу теперь отключить защиту, когда попаду внутрь. А никого постороннего компьютер вместе со мной не пропустит.
  Спокойно выхожу, готовлюсь представиться, но мои планы ломает здоровенный лысый детина, сразу отпихнувший меня от люка и попытавшийся проскользнуть внутрь.
  Ха-ха. Вспышка и незадачливый солдат катится по бетону. Проход тем временем плавно затягивается, включается гравитационное поле, поднявшее корабль на метр вверх.
  - Немедленно отключите защиту! Нам отдан приказ провести проверку корабля! - визгливый голос лейтенанта заставляет меня немного отступить, упершись в блокирующего сзади солдата. Ага, разбежался.
  - Судно находится в моей собственности, - голос дрожит, но я намерен бороться до конца. - Я не даю разрешения подняться на борт.
  - Поговори мне ещё, открывай немедленно, а не то хуже будет, - лейтенант надвигается, от него разит потом, как будто он не мылся с колыбели. Я пробую отойти в сторону, но руки сзади как капканы впиваются в мои плечи.
  Я начинаю злиться. Да какого вообще хрена? Я конечно белый и пушистый, но не до такой же степени. Пальцы сжимаются сильнее, как будто желая сломать мне кости, становится больно.
  - Тень, помоги! - кричу я, и корабль подчиняется.
  Пальцы с плеч исчезли вмиг. Компьютер, выполняя программу, подхватывает всех троих в силовые захваты и поднимает над землёй. Лейтенант тянется к кобуре, но его так резко подбрасывает на пять метров вверх, что оружие выскальзывает от рывка и падает передо мной. Я не делаю даже попытки подобрать пистолет, не хватало ещё обвинений в присвоения оружия.
  Осознавший опасность своего положения офицер оставляет попытки сопротивляться и с ненавистью смотрит на меня. Лицо его перекошено от ярости и испуга, но, видимо, в голову приходит какое-то решение, он произносит короткую фразу и зло улыбается.
  Ох и не нравится мне выражение морды на его лице. И верно. Раздаётся вой сирены - этот недоумок объявил боевую тревогу по всей базе!
  От ангара в мою сторону бегут люди в форме, на этот раз уже с винтовками. Венчик одной из башен ПКО меняет позицию, неспешно разворачивая орудия в нашу сторону. Тень расширяет периметр защиты, беря меня внутрь, одновременно доворачивая корпус вправо, наводя прицел на главную угрозу. На броне наливаются светом утолщения волновых индукторов, судно готовится к бою.
  - Капитан, - первый раз она так меня назвала! - ввиду явной угрозы жизни рекомендую подняться на борт. Не могу гарантировать вашей безопасности во внешнем периметре.
  Но я пока надеюсь разрешить всё миром, не могут же они все быть поголовными придурками. Хотя...
  Военные останавливаются у границ экрана, нацелив на меня своё оружие. Смешно. Накопители полны, кристалл стоит от крейсера. Чтобы пробить защиту, стационарные плазменные пушки потребны или тяжёлые ракеты, а не ручные фонарики.
  Так и стоим. Солдаты понимают всю глупость ситуации и недобро поглядывают на продолжающего висеть в воздухе офицера со товарищами. А оружие-то в руках наверняка тяжёлое.
  Впрочем, проверить выдержку и силу персонала базы мне не посчастливилось, вследствие появления на нашей сцене нового действующего лица представления, на этот раз в чине майора. Высокий, поджарый, с кулаками, размером с мою голову, весь как с картинки армейского призывного пункта.
  Оглядев мельком всю композицию, не дрогнувшим голосом прибывший начальник прекращает бардак, бросив всего одну короткую команду.
  Солдаты с облегчением опускают оружие, и направляются обратно в помещения базы. Вой сирены стихает.
  Видя вменяемого человека, я прошу Тень отпустить горе-вояк, отключить оружие и выпустить меня наружу для беседы. Поле на миг гаснет и тут же смыкается за моей спиной.
  - Что тут происходит, лейтенант? - громовой, отлично поставленный голос раскатывается по площадке.
  - Несанкционированное проникновение на базу, - враз севшим голосом докладывает вытянувшийся в струнку лейтенант, - отказ подчинения военному патрулю, отказ в досмотре судна. Прибывший пилот совершил нападение на военный персонал базы, была предпринята попытка завладеть личным оружием. Согласно уставу, была объявлена тревога.
  - Лейтенант Краузе, вы всерьёз думаете, что ваше оружие могло заинтересовать этого мальчишку? И в чём было выражено нападение? Да он вас в пар бы превратил при желании!
  - Это пилот приземлившегося военного судна... - лейтенант замялся. Ха, объяснить попытку проникновения на борт частного корабля, нападение на его капитана и угрозу расправы было сложновато.
  - Вы что скажете, - обратился майор уже ко мне.
  - Меня на вашу базу направила диспетчерская служба. Попытку проникновения на борт посторонних пресёк компьютер, он же защищал меня, восприняв ответные действия лейтенанта как попытку причинить вред экипажу. Корабль находится в моей собственности, можете проверить, - я уже успокоился и взял себя в руки.
  - Ясно. Лейтенант, свободны. Рапорт об инциденте жду к вечеру, вы же, - он обернулся в мою сторону.
  - Василий
  - Василий, - он чуть помолчал, оглядывая меня, - прошу за мной, расскажете, каким образом у вас в собственности оказался 'беркут' и что за бред несёт служба контроля про нападение корн.
  На военной базе мне ещё не доводилось бывать. Не считая конечно посещения заброшенного флотского полигона в пустыне, давно покинутого и почти засыпанного наносами красного песка. В ту степь меня занесло просто из озорства и желания полазать по старым обломкам, там все мальчишки перебывали.
  Вокруг чистота и порядок, чувствуется тяжёлая рука толкового командира, не дающего заскучать подчинённым даже во время несения рутинной службы.
  Ходят патрули, несколько взводов выполняют упражнения на плацу, куда-то направился танк. Приплюснутое тело боевой машины чуть вильнуло влево, разминулось с нами и, обдав лица жаром, умчалось куда-то назад. Э...а не к кораблю ли оно поехало.
  Я обернулся. Точно, не дай бог выстрелит, Тень же тут всё с землёй сравняет. Майор флегматично, будто его это не касалось, вёл машину.
  - Тень.
  - На связи, - тихим шелестом голос компьютера возникает в голове. Встроенный имплант подцепился к слуховому нерву и транслирует теперь передаваемые кораблём сигналы напрямую, минуя органы слуха.
  - Там танк приехать должен, ты его не трогай. Первой.
  - Хорошо, капитан, первой не буду, - мне показалось, или это было ехидство?
  Майор покосился на безмятежно откинувшегося на спинку кресла пассажира и отдал команду вернуть боевую машину в ангар. Так-то лучше.
  Мы добрались до штаба. Стоящие на посту десантники вытянулись, пропуская нас в помещение сквозь силовое поле. Пройдя на второй этаж, мы оказались в кабинете начальника базы, которым мой провожатый и являлся. Странно, чего это его лично потянуло прогуляться, не иначе, как случайно рядом оказался.
  Табличка на двери гласила 'майор Дж. Стампл'. Внутри обстановка, скажем прямо, не блистала роскошью. Включённый овальный экран полукругом окружал пустое кресло. Поверхность рабочего стола, устланного ворохом пластиковых листов, едва виднелась. В помещении присутствовал шкаф в углу, где стояли папки с документами, три стула и небольшой узкий столик возле широкого окна дополняли интерьер. В качестве украшения на стене висел портрет Александра шестого.
  Майор обогнул стол и занял рабочее место. Затем отключил экран, откинулся на спинку кресла, кивком головы предложив мне занять любое место. Когда я устроился поудобнее, он начал разговор.
  - Итак, гражданин Василий Ежов, что вы можете мне рассказать? - спросил хозяин кабинета. В голову ничего не приходило, он сам-то знает, чего хочет?
  - А ко мне будут вопросы? - извернулся я.
  - Без сомнения, - согласился мой собеседник. Тут вновь зажёгся монитор, продемонстрировав атакующих моё судно корн. Те старались изо всех сил, молотя плазменными шарами по невидимой камере. Помолчали.
  - На свалке хоть нашел чего? - вдруг задал неожиданный вопрос офицер.
  - Неа. Пусто.
  - Оно и видно, - ослепительный луч на экране скользнул от края до края, вспухло огненное облако, и картинка закончилась.
  - Случайно я этот разведчик обнаружил, - почти как было рассказал я, - убегал от корнов, влетел в дальнюю зону, а там он и стоял.
  - И ждал кораблик всё это время, покинутый и одинокий: вот придёт сейчас Василий Ежов и будет мне счастье. Ладно. Метод получения тобой 'беркута' в сферу моих интересов не входит. Твоё право на него подтверждено, таким образом у службы охраны правопорядка пусть об этом голова болит. Уничтожение боевой группы корн оправдывает разблокировку оружия, его снова отключат, как только вернёшься на корабль. Теперь что касается отчётности: даёшь мне лог компьютера за неделю, мы проводим полное сканирования, после чего свободен.
  - Вот так просто? - я не мог поверить в удачу.
  - А что не нравится? Уникальный случай - корабль ты зарегистрировал уже на планете, так что таможня тебе не грозит, как и преследование безопасников, при условии отсутствия на борту запрещённых предметов. Обслуживания 'беркут' требует минимум, что касается энергии, то даже завидно, от тебя хоть город подключай. Лети, птичка, никто тебя не задерживает, - сидевший офицер усмехнулся.
  Тут нас прервали. Раздался гул, затем хлопок, потом всё повторилось. Ожил, ещё больше увеличившись в размерах, экран на столе, снова завыла сирена, наполняя истошным рёвом все закоулки базы.
  - Доклад, - рявкнул майор в одно из изображений, сразу превратившись из доброго начальника в матёрого тигра.
  - Атакованы тяжёлым рейдером корн, ещё два корабля на подходе. Автоматически задействован оперативный периметр ПКО. Орбитальная группировка выпустила перехватчики, подлётное время двадцать восемь минут. Дежурное звено вистребителей ступает в бой.
  - Отправить доклад в центральный штаб. Передать код ноль. Космическую тревогу по региону. Составу базы приготовиться к отражению атаки с воздуха. Усиленный патруль отправить на свалку 'Энио'. Исполнять.
  - Господин майор, мне нужно на корабль, - решительно произношу я.
  - Сиди, тебя там не хватало, бросает начальник базы, не глядя в мою сторону.
  Стараясь унять предательскую дрожь в голосе, начинаю убеждать майора.
  - Мой корабль запросто справится с рейдером, только довооружить ракетами. Плюс, скорее всего, это из-за моих действий они пошли на приступ. Скорее всего им стало известно об уничтожении разведгруппы, корн не без оснований полагают, что на свалке я мог что-то видеть и не успокоятся, пока не выяснят всё досканально. Так что при любых обстоятельствах мне безопаснее находиться на корабле. И ... и с этой стороны планеты у вас ничего нет, я знаю.
  Нихрена себе тирада. Это каким образом я на столь чёткое и решительное изложение мыслей стал способен?
  С сомнением офицер посмотрел на меня. Его можно понять, ведь действительно, кроме дежурного звена с этой стороны только спутники, а они три средних судна не сдержат и полчаса. Да и экипаж патруля вряд ли по составу больше двух звеньев истребителей.
  - Ты кроме как по курсу идти, ещё что можешь?
  - А вы проверьте. Ник 'Альтаир' в виртуальном рейтинге флота. У меня почти двести корн набито.
  - Сынок, война не игрушка, там убивают, - произнёс назидательно офицер, но глянул на экран, проверяя заявление сидящего напротив него парня.
  - Меня и так дважды сегодня чуть не убили. И сестра сейчас в этом городе находится, поэтому кому, кроме меня, лететь?
  Майор перевёл взгляд на экран, снова посмотрел на меня. Челюсти его были сжаты. На улице снова что-то хлопнуло, раздался гул близкого взрыва.
  Могу понять его нерешительность, давать разрешение на боевую операцию частному лицу он вправе, но если будут последствия в виде убитого мальчишки, средства массовой информации поднимут истерику. Ну а не отпусти он меня, может погибнуть куда больше людей, это пока есть время, до объединения кораблей корн в одну группу, потом будет сложно справляться с ними. Если бы на базе находилась подготовленная группа пилотов - тогда да, реквизировали бы 'беркута' на время отражения угрозы вся недолга. Но чего нет, того нет, а система космической обороны Сангории и так не является, скажем прямо, самой эффективной в Новоросии.
  - Да и хрен с тобой, хочешь помереть, твоё дело, - офицер хлопнул рукой по столу.
  Отдаю должное, думал он всего секунд пять. И это первый военный, которого я действительно зауважал.
  - Дона, выведи разовый контракт на гражданина Василия Ежова, частный 'беркут'. Что значит, не можешь, несовершеннолетний? У нас три рейдера на орбите, а он боевой пилот. Отставить пререкания, ящик, отдаю прямой приказ: подготовить разовый контракт. Сообщай на здоровье. И заодно включи пункт о боезагрузке по третье категории.
  На столе материализовались два плотных листа пластика с синими квадратами идентификаторов сбоку. Надо же - настоящий контракт на боевую операцию, мне это не снится часом?
  Я начинаю понимать, что происходит. Корн вошли в пространство далеко от планеты и подобрались по инерции, отключив активные поля. Служба контроля пространства умудрилась прошляпить этот факт, что немудрено, учитывая качество нашей сенсорной сети и единственный форт на орбите, который прикрывает столицу на противоположной стороне планеты. Теперь запахло жареным, патруль вступил в бой, и быстрее меня никто поспеть им на помощь не сможет, перехватчикам даже на форсаже лететь минут тридцать. А других подразделений с этой стороны планеты не имеется, поскольку считалось, что пока противник преодолеет разделяющее планету и зону перехода пространство, сто раз можно вывести подразделения на курс перехвата.
  Я дважды прижал палец к листам и забрал свой экземпляр. Офицер больше внимания на меня не обращал, занявшись командованием.
  - Э...господин майор, а ракеты будут?
  Он оторвал голову от экрана и посмотрел на меня, как на идиота. Что и спросить нельзя?
  Сбежав по лестнице, я выскочил наружу. То, что там творилось можно охарактеризовать одним словом - война.
  Все бегают в разные стороны, танки разъезжаются на заранее означенные позиции. Невдалеке занялся пожар и туда спешат гравы противопожарной роты.
  Сверху падает небольшая искорка, похожая на белую звезду. Тотчас с двух концов базы вверх устремляются росчерки зенитных излучателей, раздаётся знакомый бух и в небе расцветает огненный цветок. Как корны умудряются с такого расстояния цели видеть, интересно.
  Прыгаю в ближайший свободный грав и, едва не сбив не вовремя подвернувшегося капрала, стартую к своему кораблю. Вслед несутся сочные матюги.
  Влетаю в зону защиты Тени, бросаю не нужную больше платформу и врываюсь на корабль, едва тот отключает силовое поле.
  Ещё снаружи отдаю команду раскрыть внутренние контейнеры, ясно представляя, как передние обтекатели крыльев выгибаются вверх, меняя форму и открывая шесть пустых ячеек ракетного боезапаса. Часть плит, покрывающих площадку, уходит вверх, их место занимают силовые манипуляторы, несущие заранее переданные по зарядным эскалаторам ракетные контейнеры. По маркировке я всё равно не пойму, что грузят, а компьютер сам скажет, поэтому спешу оказаться в кресле пилота.
  
  Иллар.
  
  Полёт - это прекрасно. Нет запретов, нет соединения с наставниками, нет ничего, кроме меня и пустого пространства. Условно пустого, конечно. На скорости, с которой я приближаюсь к цели, сквозь меня проходят миллионы частиц, рассеянных, одиноких, забытых всеми. Каждая оставляет о себе кусочек энергии, или забирает его, кажется, что меня качает на волнах звёздный протуберанец, играя и щекоча.
  Интересно, какой он, мой будущий подопечный? Я мало узнал о его расе, даже бесконечные знания наставников хранят в себе лишь разрозненную информацию о расе гуманоидов, совсем юной и беззащитной, но смелой и упорной, полной радости жизни и познания.
  Дождись меня, маленький человек, вскоре я буду рядом, чтобы научить всему, стать другом и защитником, жди, я уже лечу...
  Что за ерунду я несу?
  
  Глава 5
  - Тень! У нас хорошие новости! - добравшись до своего кораблика и не в силах сдерживать эмоции, заорал я с самого порога.
  - Капитан?
  - Вот, - я махнул в воздухе листком контракта, мгновенно считанным внутренними сенсорами.
  Комментариев по этому поводу не последовало. Зато компьютер сообщил о последних изменениях в своём состоянии:
  - Идёт пополнение боезапаса. Хотите ознакомится со спецификацией?
  - Давай без выканий и обращайся ко мне просто Вась. Показывай, чем они тебя кормят, - шлюз закрылся за моей спиной.
  Пока шла процедура биологической очистки, успел развернуться экран браслета, куда Тень скопировала информацию по загрузке.
  Что тут? 'Гром-ПК6' с плазмо-кристаллической боевой частью, шесть штук, жмоты. 'Орбита-2М' двадцать четыре штуки в двух контейнерах. Эти вообще накопительного типа, надеюсь, их хотя бы зарядили, а то будет не смешно. На самом деле это даже не оружие, а бред в данной ситуации - вояки бы еще первую модель для меня откопали, тогда корн имели бы все шансы лопнуть от смеха. С другой стороны, против плазменных шаров нормально будет, да и пару атакующих наработок можно выполнить, рейдер - это всё же не крейсер, защита не та. Но я рассчитывал на более серьёзное вооружение, подходящее к ситуации.
  Третий пункт мне не известен, не приходилось встречать подобного оборудования. 'Шершень АП-13', это ещё что за хрень? Читаю внимательно, мамочка, каждый занимает один внутренний модуль. Да все шесть 'громов' занимаю два, а это, между прочим, средние ракеты с разделяющейся боевой частью.
  Нет, зря я так. Оказывается это у нас что-то вроде беспилотника, помимо прочего оснащенного накопителем, полевой защитой и волновым индуктором. Вооружённая группа прикрытия и разведки, которая дохнет от первого же залпа. Жаль я уже не могу ничего поменять - времени не хватит, так что пусть птички лежат, а с рейдером и без них справимся.
  Пока знакомился с ракетами, успел добежать до рубки, по пути чуть было не растянувшись на лестнице - не привык пока. Свернул экран браслета, обогнул и занял кресло пилота.
  - Тень, подключай меня.
  Для облегчения работы сразу скинул кораблю код моего персонажа в 'звёздных крыльях', чтобы перенести все настройки. Игра - игрою, но меню виртуальной боевой консоли каждый пилот сам себе создаёт. Значение имеет любая мелочь, вплоть до цвета виртуального глифа и его расположения. Миллисекундная задержка на поиск там, где требуется инстинктивное мгновенное действие и всё, противник сместился, залп попадёт в лучшем случае в поле, а не в намеченную точку. Даже полное слияние с кораблём не поможет, поскольку дело отнюдь не в одном выстреле - пилот чаще всего использует в бою заранее созданные и оттестированные на практике комбинации лучевых и ракетных ударов, направленных в различные части машины противника.
  Именно эти схемы составляют уникальный стиль боя каждого пилота. С совершенствованием приёмов вы становитесь всё опаснее для противника, который будет вынужден разгадывать хитросплетения ваших каскадных ударов, противопоставляя им собственные наработки. Никакое копирование боевой системы другого человека не поможет - давно проверено, что на основе чужих приёмов можно создать свои, только вот мастер их быстро раскусит и подберёт механизм противодействия. Поэтому процесс совершенствования должен идти постоянно, иначе можно морально устареть.
  Все панели встали на места, остаётся чуть подправить оружейный экран, распределяя по зонам соответствующие им глифы.
  На стадии активации ускоренного режима возникла небольшая проблема:
  - Несоответствие параметров пси-резерва, необходимо провести повторную индексацию.
  А то, конечно провести. Артефакт наверняка мне не только мышцы подправил, если я молниями научился кидаться. Тешу себя надеждой, что пси-резерв тоже немного подрос, вот было бы здорово!
  Что такое пси-индекс? Грубо говоря - это ресурс энергии, необходимый для работы с режимом ускоренного восприятия вирта. Я, например, работаю в темпе два, то есть с использованием двухкратного ускорения. При этом два часа в вирте равны часу в реальном мире. Чтобы мозг не выгорел, предусмотрены системы защиты, которые заранее высчитывают безопасный период рабочего времени, которое оператор может проводит в темпе.
  Мой потолок равен тридцати четырём единицам, то есть максимум я могу провести в вирте (условно) тридцать четыре часа без ускорения. При этом пси-индекс расходуется не линейно. Двукратный темп сокращает время работы до восьми часов, а десятикратный оставляет мне всего несколько минут для работы. Истощив резерв, пилот просто вываливается в нормальное течение времени и становится лёгкой добычей противника, или идёт до конца, истощая энергетику организма и выжигая себе мозги.
  С тренировками и возрастом порог растёт, можно ещё химией воспользоваться, но правильные препараты дороги, а прочие...здоровья не хватит. В Звёздную Академию, кстати, необходим минимальный порог сорок единиц, чего я надеюсь достичь к шестнадцати, совсем немного не хватает.
  Что-то подозрительно долго комп копается.
  Вывожу базовую панель, меня сразу окружает целая система различными цветами обозначенных параметров пилота и корабля. Заряд накопителей, мощность поля, отдельно гравичастоты и алгоритм их смены. Оружие, двигатель, сенсоры, мой пси-резерв. Ох, е...
  Цифры в боковом секторе просто пугают своей невозможностью. После общения с инопланетным компьютером, я, конечно, ожидал увидеть чуть больше, но индекс в сто единиц был пределом мечтаний. Тренированные ветераны флота имеют двести и выше, но я хорошо осознавал свои возможности и возраст. Да что говорить, с сотней пси индекса в Академию брали без всяких экзаменов, ещё и именную стипендию выдавали. Вот и представьте, что я почувствовал, вместо стандартных тридцати четырёх, увидев нереальное число триста семь.
  У меня аж дыхание спёрло.
  - Тень, какой мой текущий резерв ускорения по режимам? - сдавленно
  - Безопасный режим восемь единиц четыре часа активной работы. Полный режим тридцать единиц шесть минут. Поскольку данные пилота соответствуют потенциалу класса три нуля, согласно директиве командовании звёздного флота лог оценки направлен в штаб сектора.
  Так, замечательно, теперь я точно попаду в Академию, да ладно, меня туда под конвоем доставят и выучат. Проблема в том, что направить повестку могут прямо сейчас, а тогда мне придётся попрощаться с контрактом, который мигом аннулируют ради моей потенциальной ценности. Чтобы этого не произошло (в процессе выполнения задания меня уже никто и никогда остановить не сможет), я отдаю приказание Тени.
  - Старт по готовности.
  - Стартуем через двадцать секунд. Разрешение получено.
  Не успели транспортные эскалаторы, подававшие боезапас, скрыться в покрытии площадки, как гравиполя начали поднимать судно. На высоте пятнадцати метров включились магнитные ускорители, и Тень с хлопком ушла по выделенному взлётному коридору.
  Две минуты до орбиты. Быстрее не получится - атмосфера не позволит набирать ускорение так, как могут позволить двигатели. Откажи сейчас защитное поле и корабль превратится в капельки металлического дождика, несмотря на всю броню. Но оно не откажет, я знаю.
  На обзорных экранах видна стремительно удаляющаяся поверхность земли, от базы в сторону Норбока тянется хвост белесого дыма, заметны росчерки противокосмических орудий, ведущих огонь по подлетающим целям. Я подключился к системе внешних сенсоров и осмотрелся. За последние минуты ситуация изменилась.
  Группа перехватчиков проходила экватор. Штурмовики максимизировали плотность защиты и шли на грани фола, пытаясь пролететь по касательной у самого края атмосферной границы, чтобы в гравитационном поле планеты набрать ещё большую скорость. Корабли двигались форсируя двигатели, рискуя сжечь накопители, но они всё равно не успевали, слишком далеко расположена основная орбитальная база. Через двадцать минут эскадрильи как раз успеют к подходу двух рейдеров корн, до того же мне в одиночку придется разбираться с гостями. Вот и поглядим чего стоит виртуальный опыт.
  Экран расширился, показав весь сектор. Ближайший рейдер так и крутился, окружённый патрулём. Дальние цели, обозначенные в виде двух красных точек, приближались с ускорением, но пока не достигли зоны применения оружия.
  Торговые и транспортные корабли разбегались из зоны конфликта в разные стороны, не желая получить случайную плазменную плюху. Очнувшаяся сеть боевых спутников, жидкая и разрозненная, вела ракетный обстрел рейдера, который в это время успешно противостоял патрулю. Два лёгких истребителя, находящиеся от меня в двадцати тысячах километров, выделывая немыслимые финты, крутились вокруг плазменного шара рейдера. Жёлтыми ленточками мелькали заряды энергии.
  Несмотря на проявляемую сторонами активность, можно было констатировать патовую ситуацию. Неповоротливый корабль корн не может поразить скоростные истребители, которые в свою очередь не обладали достаточным для пробития многослойной полевой структуры противника вооружением и способны были только отвлекать, не давая вести прицельный огонь по планете и орбитальной инфраструктуре. В принципе грамотно работают парни, но надолго их не хватит в таком режиме. Только бы успеть.
  Проходит шесть минут, я готовлюсь совершить гасящий скорость микропрыжок, и в этот момент загорается глиф внешнего вызова. Ого, а я был прав, патруль использует темп семь для боя. Жду синхронизации временного потока и слышу напряжённый голос.
  - Варан 2 вызывает неопознанный корабль, ваш статус? - канал плывёт и чуть дрожит, явный признак усталости и истощения резерва собеседника.
  - Здесь 'беркут' 24-16, позывной Альтаир. У меня контракт на эти воздушные шарики, так что если исчерпали резерв, выходите из боя пока можете, я ими готов заняться. У меня вооружение класса 3-3А на борту.
  - Принято, Альтаир, удачи, - пилоты не стали отказываться от нежданной передышки, - мы поблизости будем, поможем ракетами.
  Ну что ж, понеслась. Тело наполняется предвкушением настоящей схватки и очень хорошо, что будучи в вирте, я не могу чувствовать дрожи от сумасшедшего выброса адреналина в кровь. Усиленно давлю эйфорию ногами, ни к чему хорошему она никогда не приводила, проверено на практике. Только почувствуешь неуязвимость и начнешь геройствовать наобум, как раз, и в попе пара лишних дырок. У меня более пяти тысяч часов виртуального налёту и девятьсот индивидуальных побед, так что будем работать профессионально.
  Отдаю команду на переход в боевой режим, разблокирую вооружение и сразу ныряю в темп двенадцать. Время резерва выдаётся на экране сбоку - три часа десять минут, обалдеть.
  На таком ускорении мне ещё летать не приходилось. Мир вокруг замедляется, сознание становится ясным, а хитросплетение траекторий движения трёх корабликов в семистах километрах от меня перестаёт казаться котлом непонятностей, став простым и понятным.
  Звёздочки патруля рваной строчкой уходят от огрызающегося плазмой корабля корн, не желающего отпускать добычу. Вот неровная линия маятника одного из них становится предсказуемой - у пилота иссяк пси-резерв. Бортовой компьютер тут же выдаёт конус расчета алгоритма работы защиты 'Варана-2' и мне становится понятно, что жить пилоту, лишившемуся темпа, осталось всего несколько секунд - корабельный компьютер истребителя не чета интеллекту среднего корабля корн - подловят на манёвре и амба. Надо бы подсобить, заодно обозначу, что я тут тоже есть.
  Трасса прицела на миг накрывает тело противника, я мысленно жму глиф активации носового орудия. Два уже сформированных плазменных сгустка вылетают под действием разгонных блоков в космическую пустоту, и в тот же миг гравимагнитный импульс, выданный накопителем орудия, размазывает боевые заряды в оранжевую линию, финиширующую на внешней оболочке рейдера. Великолепное попадание, что при моих возможностях просто детская забава. Индикатор выдаёт расчёт урона, запускается вариативный анализ систем защиты противника.
  Ах, мы не обращаем внимания! Корн попадает в подставившийся патрульный перехватчик липучкой и тот сразу теряет ход. Не дожидаясь добивающего удара, который не заставляет себя долго ждать, пилот Варана 2 катапультируется, а напарник, совершив головокружительный манёвр, захватывает его гравизахватами, вновь встав на траекторию отступления. Правильно - нефиг ему тут делать, со спасательной капсулой под боком.
  Вот и пробил ваш смертный час, изделия с невнятным названием. Оба дрона стартуют к удаляющемуся кораблю и сразу переходят под его контроль, пристроившись в хвост и начав отстреливать довольно медленные атаки плазменных шаров рейдера. Я тем временем приближаюсь.
  Противник уже в радиусе действия волновых индукторов, но по-прежнему увлечён погоней, не обращая на ещё один малый корабль никакого внимания. Есть у корн такая черта, как азарт в бою. Периодически им это очень дорого обходится.
  Задаю последовательность работы индукторов на серию из трёх импульсов с интервалом две миллисекунды и сменой частоты в переделах одного процента. Усиливаю темп до двадцати, одновременно проводя разворот, сейчас мне понадобится вся возможная точность. Корабль летит боком к цели, но для современных машин всё равно, как ускоряться, хоть кормой вперёд.
  Залп их трёхсот микроимпульсов, угодивший в одну точку защитного экрана явно не пришёлся по вкусу корн. Часть разрядов вступает в резонанс с защитой и компьютер, мгновенно уловивший энергетический всплеск, даёт сигнал. Попался! Тень просчитала частоту щита противника и автоматически ведёт огонь, не теряя резко ускорившуюся кривую смены режима работы повреждённых силовых экранов. То, что в реальности заняло бы всего одну секунду, для меня ощущалось, как двадцать секунд субъективного времени, которые тянутся, как улитка.
  Запускаю первый 'гром'. Надо же, пилот рейдера сообразил, что вмешавшийся в противостояние противник куда опаснее первых, и начал маневрировать, пытаясь раскрутить массивное тело и закрыться неповреждёнными секторами полевой структуры. Поздно, насекомое.
  Полный импульс двигателей, и я лечу вокруг вражеского корабля, не отклоняясь от нащупанной резонансным сканером бреши в энергополе. Две установки 'держат' частоту, а четыре молотят по врагу десятью импульсами максимальной мощности в секунду. Вот первый, второй прорывают щит, и наружу вырывается облако плазмы, рассеивающееся в пустоте. Пока что индукторы рейдеру что слону дробина, но это не важно, главное нащупана слабая точка.
  'Гром' к этому времени достиг рубежа атаки. Повинуясь программе, эллипс ракеты распадается, и пять нестабильных энергокристаллов выстраиваются атакующей цепью, реализуя принцип каскадного подрыва. Вот первый кристалл бьёт в поле корабля противника, направляя всю высвобожденную энергию внутрь, сминая скрученный спиралью объём плазмы и силовых полей. Сквозь брешь пролетают оставшиеся боевые части, прочерчивая взрывами внутреннюю зону, обеспечивая коридор для следующих за ними боеголовок. Да, я теряю так три из пяти боевых зарядов, зато два последних кристалла не сгорают в плазменном поле, а точно поражают борт вражеской машины. Есть!
  Подчиняясь обострившейся как никогда интуиции, резким манёвром увожу корабль вправо. Сквозь покинутую точку пространства пролетает гравитационная липучка, вслед за которой неспешно приближаются два ослепительно белых шара самонаводящейся плазмы. Относительно медленные, они могут долго преследовать свою жертву, но уж когда попадают, то сносят малый корабль сразу. А гравитационная липучка, встречи с которой я успешно избежал, имеет свой целью замедлить излишне ретивого противника. Очень хорошая стратегия ближнего боя, только вот шаблонные методы экипажу корн не помогут. Две малых ракеты и облака безобидного газа рассеиваются в пустоте.
  Попадание 'грома' серьёзно повредило рейдер. Напряжённость внешнего поля быстро падает, частоты уже не меняются с немыслимой скоростью, и я спокойно расстреливаю его из индукторов, нащупывая ослабленные зоны и маневрируя, кружась по орбите искусственного плазменного шара, как сошедший с ума спутник.
  Не тратя больше ракет, втыкаю в брешь сдвоенный заряд главного орудия, уворачиваюсь от замедлялки, делаю полный оборот, наблюдая неуклюжие попытки пилота сместиться, и достигнув пробитой дыры на четверти мощности накопителя пронзаю копьём плазмы борт уже повреждённого рейдера.
  Серия внутренних взрывов сотрясает обшивку, внешнее поле гаснет, истекая разлетающимся по спирали плазменным хвостом. Передо мной открывается чёрно-алая броня с огромной рваной дырой посередине, но это зрелище доступно всего миг, уже в следующий весь корабль вспухает изнутри, пламя и внутреннее оборудование выплёскиваются через нанесённую мною рану, а разорванное пополам тело противника медленно распадается в виде остывающих обломков.
  В режиме ускорения это фатальное зрелище кажется сюрреалистическим, но для экономии ресурса, я сбрасываю интенсивность информационного обмена. Сразу же следует внешний вызов.
  - Варан-1 Альтаиру, приём.
  - Слышу хорошо, как вы, живые?
  - Да, спасибо за помощь. Альтаир, а чем ты его так приголубил?
  - 'Громом'.
  - Да мы в него воткнули четыре штуки до этого, ноль эффекта, как так?
  - Потом объясню, тут ещё два на подходе.
  В голосе пилота слышится беспокойство
  - Может ты это, вместе с оперативным крылом, они уже скоро будут? Чего зря рисковать.
  - А я жадный. Не волнуйтесь вы, прибью и мама сказать не успеют, сами увидите.
  - Лады, залетай тогда на базу после боя, за нами должок.
  Обстановка вокруг напряжённая. Похоже, с поверхности стартовали все аэрокосмические силы Сангории, учения они собрались проводить, что ли? Смысла в подобном количестве кораблей я не находил - тут четырёх штурмовиков за глаза хватило бы, если б все штатные звенья грамотно прикрывали планетарное пространство. А вот командиру авиаотряда, отправившему два лёгких истребителя да ещё без поддержки в бой против среднего рейдера, я б самолично высказал пару очень приятных комплиментов. Козлина.
  Контроль пространства вообще никакой, это ж надо оставить почти пятнадцатиминутный разрыв в обороне. Будь мы в вирте, три-четыре звена нашей гильдии уже снесли бы половину ПКО и до прихода с противоположной стороны планеты помощи, без суеты разрушили бы любые объекты на поверхности. Чую, будет на орехи местному штабу от высокого начальства.
  Два рейдера тем временем снизили ускорение, опасаются. И правильно. Идут парой, разойдясь друг от друга на пару сотен километров, прикрывая друг друга. Надеются взять меня в клещи, ну-ну. Так, кто мне меньше всего нравится, пусть будет правый.
  Выпускаю в каждый корабль по 'орбите' и сразу подрываю, одновременно дав команду на короткий прыжок. Пространственный двигатель выдаёт импульс, съедая половину оставшегося заряда накопителя, свет тухнет на миг, и я оказываюсь в хвосте выбранной жертвы.
  Энергии потрачено уйма, я мог вообще до соседней звезды прыгнуть, но оно того стоило. Я ещё не пришел в себя, но заданная последовательность действий скрупулезно выполняется Тенью.
  Взрывы ракет на миг скрыли моё старт, и хотя экипаж рейдеров тут же вновь поймал моё местонахождение, момент был упущен. Не ожидали они от беркута подобной энергонасыщенности.
  Одного из корн придётся кончать быстро, а то с двумя не совладать. Поэтому я ушёл в прыжок с четырьмя ракетами 'гром', выпущенными наружу и удерживаемыми в сфере перехода гравизахватами. На самом финише они стартуют к целям, одновременно корабль выдаёт максимально мощный залп носовым орудием. Учитывая почерпнутую в бою с первым рейдером информацию, я могу надеяться на схожесть конфигурации противостоящих мне кораблей, следовательно, и на аналогичные методы защиты.
  Мои предположения оправдались. Луч разогнанной плазмы вонзается в щит врага. Точка попадания пульсирует, оттягивая энергию накопителей, но заряд обладает такой силой, что структура защиты сминается и начинает разрушаться, теряя монолитность. Интеллект корабля, не допуская прорыва, выполняет наложение соседних секторов, смыкая их в атакуемой зоне тем самым на краткое время ослабляя мощность полевой структуры. И вот, пока сложная сеть гравиполей не стабилизировалась, иглы боевых частей 'громов' наносят точно выверенный удар, выполняя сложную и чрезвычайно эффективную комбинацию 'цветок'.
  Одновременный подрыв четырёх энергокристаллов первого уровня заставляет всю обращённую ко мне часть поля схлопнуться, выпустив наружу многокилометровое плазменное облако, сжигающее несколько близко подошедших боевых частей. Но тех слишком много, в итоге семь зарядов достигают цели.
  На этот раз не осталось даже обломков. Боевое судно, превосходящее по массе мой кораблик втрое, просто испарилось и пусть ответный залп уже погибшего экипажа задевает вскользь носовой сектор, потеря тридцати процентов щита быстро компенсируется, а я, пролетев сквозь шлеёф газа, захожу на последнюю цель.
  Третий корн, ошарашенный скорой расправой над собратом, повёл себя по-другому. К моменту моего приближения на дистанцию эффективного поражения, капитан противника начал вращать свой корабль всё быстрее и быстрее, не давая мне нащупать и поразить уязвимые точки. Одновременно в мою сторону полетели сгустки управляемой плазмы. Два, четыре, шесть, десять огненных шаров уже сориентировались и неслись навстречу.
  Что ж, видали и такой вариант обороны, странный, но вполне осуществимый, особенно для корн, корабли которых как будто специально предназначались для подобной игры. В недавнем прошлом я бы не стал даже пытаться строить траекторию ухода от такого количества угроз. Мой резерв, даже будь он полон после уничтожения двух средних боевых кораблей, этого не позволял категорически, а самоубийцей я никогда не был. Но сейчас другое дело, мой пси-индекс до сих пор составлял двести тридцать.
  Я перевёл внутреннее восприятие на полное ускорение, ещё больше замедляя ритм боя, вместе с компьютером распределяя схему ведения ответного огня.
  Первый же залп ракет, и веер вырвавшихся наружу снарядов нейтрализует большую часть нацелившихся на 'беркут' угроз, от двух я ускользаю красивым манёвром. Импульс гравиускорителей и я перестраиваюсь в верхнюю сферу корабля корн, к точке полюса вращения.
  После двух полных залпов и телепорта ресурс накопителя не достиг даже половины. Но кристалл четвёртого уровня довольно быстро восполняет потраченную энергию, восстанавливая энергорезерв.
  Наношу удар из носового, стартует последний 'гром'. Дополняю залп малыми ракетами для расчистки пути, но на этот раз противник весьма опытен. Поле дёргается вместе с кораблём, и заряды растекаются по вращающейся сфере, не причиняя той особого вреда.
  Повинуясь обострившемуся чувству опасности, бросаю корабль в разные стороны, уходя от атак и сбивая прицел системе наведения. Индукторы максимально снизили время импульса и бьют теперь на грани своих возможностей, пробивая смещающееся поле и стараясь нащупать уязвимость. Проходит минута, две и, наконец, то одна, то вторая лёгкая ракета или фотонная шпага пронзают ослабленную защиту последнего противника.
  Мой корабль тоже успел получить несколько чувствительных ударов, пришлось снизить интенсивность огня и переориентировав поток поступающей энергии на защитное поле. Я с удовольствием наблюдал, что корн не так быстро восстанавливает свои щиты, как Тень.
  Вокруг хаос из мешанины огненных шаров, плазменных выхлопов, остающихся после локальных проколов поля и всевозможных зарядов, усиленно швыряемых в мою сторону. Тень максимально облегчает мне задачу, просчитывая безопасные траектории движения и я уже на основе интуиции прокладываю самый правильный курс, не забывая угощать рейдер серией энергетических разрядов. Бой идёт уже несколько минут, вскоре должен исчерпаться резерв и придётся снижать темп. Корабль подтверждает мои опасения.
  - Превышение ментального лимита через девяносто секунд.
  Тень предупреждает об осторожности, но я хочу закончить этот бой сам, без помощи флотских перехватчиков, спешащих к месту столкновения на полных парах.
  Первым не выдерживает экипаж противника. Корн быстрее людей, но и им недоступен достигнутый мной и Тенью уровень темпа. Контроль над работой всех систем противостоящего мне судна берёт автоматика и сразу же становится понятен алгоритм смены частот поля, а атаки становятся предсказуемыми.
  Разогнанные пучки фотонов вскрывают защиту врага. Ракеты практически кончились, ресурс поля Тени всего треть, но враг теряет защиту, и мои импульсы начинает победный танец по внешней обшивке, уничтожая эффекторы гравиполей, оружие и синтезаторы плазмы. Стартуют все оставшиеся ракеты, дополняя разверзшийся на борту корабля противника ад девятью ослепительными вспышками.
  Вот очередной взрыв выводит из строя двигательную систему, и я облегчённо сбрасываю ускорение до трёх единиц, с наслаждением принимая сигнал сдачи от капитана корн.
  После открытого признания своего проигрыша, экипаж рейдера следует дипломатическому протоколу, выработанному с участием всех известных нам раз давным-давно и принятому в свою очередь человечеством. Условия пленения просты. Шар корабля передо мной истаивает пылью - результатом работы системы самоуничтожения, оставившей на своём месте лишь спасательный модуль и энергоячейку.
  Подтягиваю всё к борту, капсулу энергоблока сразу беру на борт.
  - Получен энергокристалл третьего уровня, - сообщает компьютер.
  Замечательно. Все расы используют эти кристаллы. Если корабль находится на грани гибели, то с целью сохранения в секрете технологий, все системы уничтожаются, кроме энергоячейки. Сам кристалл выступает в роли приза победителю. И он же гарантирует жизнь пилотам и доставку их на родину. Хороший закон, спасший множество достойных пилотов, очень правильный.
  Третий уровень корабельного источника - это уже достойная награда. Чтобы создать такой требуется огромная энергия и импульс энергокристалла на пять уровней выше. Обычно такие ячейки устанавливаются в системы боевых кораблей класса эсминец или легкий носитель. Но корн, имеющие существенное преимущество по высокоуровневым источникам энергии перед другими расами, оснащают свои средние суда именно третьим типом. Кстати, стоит подобный кристалл в районе тысячи галов.
  Разворачиваюсь в сторону планеты, ложась на обратный курс. До перехватчиков три минут, они практически поспели к бою, покинув гравитационный колодец Сангории и находясь на полпути ко мне. 'Хоть прокатились ребятки', - улыбаюсь про себя.
  Выхожу из темпа и вызываю базу флота. Контракт выполнен полностью, осталось сдать спасённых корн и можно лететь домой хвастаться. Сразу же вспоминаю про сестрёнку, и голова сама собой уходит в плечи. Вот она мне задаст, когда сможет добраться...
  - Альтаир - Орбите, как слышите меня?
  - На связи.
  Приятный женский голос раздаётся в голове одновременно с появлением картинки девушки в пилотской форме, сидящей за пультом.
  - Выполнен контракт 349-23/2 на защиту от орбитального прорыва. Все цели уничтожены. Захвачены три пилота корн. Куда сдавать?
  - Передаю коридор до орбитальной базы, прекрасная работа, - лицо девушки озаряет искренняя радость.
  Оператор если и удивлена, видя в вирте такого молодого пилота, никак не демонстрирует этого, продолжая улыбаться.
  - Спасибо, - благодарю я, завершая связь.
  Облачко точек, обозначающее перехватчики, разворачивается обратно по пологой орбитальной траектории - теперь спешить некуда. Наши курсы совпадают, поэтому пристраиваюсь эскадрилье в хвост. Если не форсировать двигатель, лететь нам на другую сторону планеты никак не меньше часа - будет время прийти в себя.
  Отключаю вирт, переживаю головокружение - извечный спутник отключения связи с компьютером - и понимаю, что сижу в пилотском кресле весь мокрый, как мышь. Несмотря на работающие системы управления климатом, вся моя одежда пропиталась потом, хоть выжимай.
  Пытаюсь встать с ложемента, но руки скользят по сидению, я теряю равновесие и чуть не падаю. После обычного вирта такого не бывает, может быть виновато ускорение, с которым я действовал в бою?
  Всё-таки мне достался умный и заботливый кораблик. Меня подхватывает силовой захват, помогая, а перед глазами появляется бокал с прозрачным, чуть искрящимся от пузырьков напитком и запахом хвои.
  - Стимулятор, - сообщает комп.
  Выпиваю, блин какая гадость, солёный, чуть горчит, но заставляю себя допить последний глоток, ибо сразу ощущаю живительный поток силы, вливающийся в меня. Тело наполняется бодростью, усталость отступает. Остаётся привести себя в порядок, а то как можно показаться на глаза людям в таком неприглядном виде.
  - Тень, где тут моя каюта?
  Светящийся шарик появляется под ногами и плывёт к двери. Следуя за подсказкой, поднимаюсь по лестнице вверх и оказываюсь на второй палубе. Первая же каюта оказывается капитанской, удобное расположение.
  Стягиваю с себя всё и с наслаждением встаю под душ. Господи, вот это да! Только под горячими струями, хлещущими по груди и плечам я понимаю, что сделал. Мне же только что удалось самому уничтожить три тяжёлых рейдера корн, сделав это на 'Беркуте'. Да, он относится к среднему классу, но мало того, что разница в тоннаже была раз в десять, так разведчик вообще для открытого боя не предназначен, пусть и неплохо вооружён. Видимо корн прекрасно знали это и поплатились за самонадеянность, не учтя возможных изменений, внесённых в конструкцию корабля. То есть первые два не учли, третий не того поля ягодка - опытный и матёрый волчара, хрен бы я его побил, если бы не запредельное ускорение и дар предвиденья. Выхожу из кабинки. Постель так и манит, но мужественно надеваю комплект одежды, выданный кораблём. Тень явно расстаралась, запустив на экстренном запасе синтезатор и явив мне стандартный лётный комбинезон нейтрального пилота. Знаки различия, само собой, отсутствуют, зато на правом плече уже проявились три узких зелёных полоски, обозначающих самостоятельное уничтожение трёх целей среднего класса. Позже количество полосок будет увеличиваться, изменится их цвет и по цветовой гамме на плече сразу можно будет определить кто перед тобой. Оперативно работает кораблик.
Оценка: 5.71*100  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Д.Коуст "Золушка в поисках доминанта. Остаться собой" (Романтическая проза) | | Н.Жарова "Выйти замуж за Кощея" (Юмористическое фэнтези) | | М.Кистяева "Кроша. Книга вторая" (Современный любовный роман) | | В.Свободина "Вынужденная помощница для тирана" (Современный любовный роман) | | А.Атаманов "Ярость Стихии" (ЛитРПГ) | | Д.Дэвлин "Аркан душ" (Любовное фэнтези) | | LitaWolf "Неземная любовь" (Любовное фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Первая Книга" (Современный любовный роман) | | Т.Мирная "Чёрная смородина" (Фэнтези) | | Л.Миленина "Полюби меня " (Любовные романы) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"