Нильсен Татьяна: другие произведения.

"Под знаком радуги"

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    На что может решиться женщина, спасая свою жизнь? Вступить в лесбийские отношения, уехать в другую страну, порвать с прошлым? А может просто изменить весь уклад, чтобы лучше понять жизнь? Понять то, что мир состоит из разных цветов и оттенков.

  "- Послушайте!- Ещё меня любите,
   За то, что я умру."
   Марина Цветаева.
  
   Посвящается сестре Гале.
  
   Глава 1.
  
   Она сидела в камере с такой разномастной публикой, что хотелось рассматривать каждого персонажа отдельно и долго.
   "Интересно, в Берлине камеры для задержанных лучше чем в Москве"?- размышляла женщина, сидя на бугристом матрасе. Не с чем было сравнивать, она никогда не была в местах такого рода, понятия не имела как надо себя вести, что можно говорить, что нельзя. В фильмах актёры визжали, требуя адвоката, когда находились в подобной ситуации. У неё никого нет в этой стране кроме подруги, и кажется, что в целом мире она одна. Телефон отключен, потому что даже такси невозможно вызвать, когда говоришь на другом языке. Уж что там говорить про адвоката. Одна надежда на подругу. А надеяться надо было, потому что обвинение, которое предъявлялось могло иметь тяжкие последствия. Это тебе не воровство, лифчика в супермаркете и не пьяный дебош в ресторане, это убийство. Даже в страшном сне не могло привидеться, что её, женщину уважаемую, с отличными характеристиками, пенсионерку в конце концов изолируют от общества из-за подозрения в убийстве человека. А что её изолировать, она и так, будто отрезана от мира, не понимает тех, кого слышит, и не в состоянии объяснить чего хочет. Хотя то, зачем она вообще приехала в эту страну, достигнуто. Да только имеет ли это достижение смысл? И нужно ли было идти на такие жертвы? Сидя в прокуренной камере рядом с проститутками, воровками, мошенницами разных возрастов, сословий, национальностей, Лариса задавала себе множество вопросов и почти не находила ответов, а может не хотела находить.
  
   За несколько месяцев до этого...
  
  - Ну-с, одевайтесь голубушка.
   Доктор поправил её кофточку, поднялся и скрылся за белой ширмой. Лариса потянулась следом, но не поспела за ним, былая прыть осталась только в голове. Она по-прежнему быстро разгадывала кроссворды, за вечер могла прочесть толстенную книгу, писала острые комментарии в интернете на волнующие темы и в магазине в течение нескольких минут проверяла длинную портянку чека. А вот с телом творилось что-то неважное. К вечеру наваливалась невероятная усталость, утром просыпалась как будто не спала вовсе, а разгружала мешки с картошкой и по несколько минут сидела на кровати собираясь с силами прежде чем двинуться в ванную комнату. Стоять у плиты и готовить еду стало невмоготу. А кашеварить надо было- дочь с зятем работали, а она, как пенсионерка, должна за хозяйство отвечать- убирать квартиру, утюжить бельё, выносить мусор и оплачивать коммунальные платежи. Кто такой порядок завёл Лариса знала очень чётко- она сама. Когда год назад её торжественно выдворили на пенсию, энергия ещё фонтанировала, она с усердием и рвением посвятила себя тому, до чего раньше не доходили руки. На столе появились пирожки, блины, сырники на завтрак, она научилась консервировать компоты, помидоры в собственном соку и мариновать капусту. И вот ни с того ни с сего тело перестало слушаться, а ноги держать. Зять скоро обратил на это внимание и взялся подначивать:
   - Что-то вы, маменька, неважно выглядите. Парикмахер вас давно не обихаживал, да готовить стали без прежнего энтузиазма.- он громко хлюпал борщом и уминал вприкуску охотничьи колбаски.- Так мы скоро по ресторанам пойдём! Где же нам столько денег взять, для ресторанов то?
   Лара молчала, знала, если ответит остротой, там недалеко до скандала. Зятю нравилось делать из мухи слона. Ей казалось, что таким нехитрым образом он развлекается, надо же куда-то тратить энергию, которая скапливалась в огромных количествах от безделья.
   "Мимо тёщиного дома я без шуток не хожу, то ей хрен в окно поставлю, то ей жопу покажу.- думала она с сожалением глядя на здоровенного увальня.- Вон уже бока поплыли как у бабы, да и весь уже принял форму дивана. Угораздило же Вероничку полюбить такого. Уж лучше жить одной, чем с бесталанным захребетником".
   Отношения с зятем складывались прямо сказать нелёгкие. Когда Лариса работала, то на него обращать внимание не имелось ни времени ни желания, а вот сейчас они вынуждены были целые дни проводить вместе, в силу того, что Алексей считал себя писателем и черпал вдохновение возле телевизора, поджидая свою музу на диване. Она жалела дочь, ведь росла без отца, тот бросил их когда Вероничке исполнился год, а как только девушка поступила в ВУЗ подвернулся вот этот. Да прилип просто как банный лист. Ну что делать, любовь!Хотя на тот момент этот вариант казался не самым худшим- всё-таки студент Литературного института! А Нику в то время заносило в различные "кружки по интересам", да так заносило, что однажды пришлось забирать из полицейского участка! Сыграли свадьбу и зятёк перебрался от пьющих родителей в просторную квартиру жены. Лариса сама не знала радоваться или печалится тому факту, что у молодых никак не получалось иметь детей. Она прекрасно понимала, что забота о малыше ляжет на её плечи. Дочь, как можно скорее, вырвется на работу, а ей отведут роль заботливой бабушки. Вероничка с детства мечтала стать актрисой, и ведь всё для этого имелось и высокий рост, и лицо-картины можно писать, и волосы вьющиеся, каштановые, но как бы не топырилась начинающая звезда ни одна комиссия не смогла рассмотреть задатки таланта. Как её ни крути верти, нет актёрских дарований, даже самых глубоко скрытых способностей и тех нет. Однако дочь шла по жизни с завидным упорством- уж если в театральный не поступила в этом году, то на следующий год обязательно получится. Чтобы не терять времени даром, благодаря уговорам матери окончила Институт бизнеса и дизайна, а позже устроилась работать в театр помощником костюмера, всё ближе к богеме. Время шло, однако подмостки никак не хотели ей поддаваться. Часто Вероничка винила всех вокруг себя, особенно мать, а вот муж прекрасный, талантливый писатель, просто не оценён сегодняшними критиками и читателями. Но ничего, наступит и на их улице праздник! Лариса сокрушалась глядя на эту пару, живут, как в мыльном пузыре, напридумывали себе достоинств которыми совсем не обладают, подпитывают и убеждают друг друга в исключительности. И ведь обоим уже за тридцать, пора бы обрести реальность, начать хотя бы зарабатывать для того чтобы прокормить семью, а не ждать когда тёщина скатерть- самобранка заблагоухает пирогами. Ночами Лариса долго ворочалась в своей комнате, она боялась посмотреть правде в лицо, но в данный момент надо что-то делать с её непослушным телом. Всё это произошло не вдруг и она не сразу заметила и обратила внимание на недомогания, но последние дни чувствовала себя хуже некуда. В одно не совсем прекрасное утро она отложила все дела и начала свои хождения по мукам, пока не добралась до последней инстанции в виде моложавого профессора медицины Забелина Ивана Петровича, который вот в эту минуту готов поставить ей диагноз. Лариса сидела на высокой кушетке и боялась выходить из-за ширмы. Ей казалось, что услышав что-нибудь страшное весь этот разноцветный мир перестанет существовать, краски поблекнут и останется лишь чёрное и белое, а может не останется ничего.
   - Ну что же вы, голубушка, не торопитесь, меня другие пациенты ждут.
   Мягкий голос не сулил ничего хорошего. Лариса поправила волосы, обула туфли и села напротив Забелина. Он немного помолчал, потом прочистив горло спросил:
   - Вы с кем живёте? Я хотел бы поговорить с кем-нибудь из ваших близких.
   - Говорите со мной. Я готова.- она опустила глаза, собираясь с мыслями. Лариса никого не ставила в известность о своих походах по клиникам, и сейчас не хотела травмировать дочь плохими новостями, а то что известия будут плохими она уже не сомневалась.- Говорите всё как есть.
   - Ну хорошо.- начал доктор после небольшой паузы. Он внимательно посмотрел на женщину и решил не подбирать слова, не юлить и не приукрашивать действительное положение вещей.- У вас рак.
   Она ожидала чего-то подобного, но сообщение раздавило безысходностью. Холодная волна окатила тело с головы до ног, во рту пересохло и на лбу выступили ледяные бисеринки пота. Лариса прочистила горло:
   - У меня есть шанс?- вдруг захотелось закричать, упасть на пол и биться в истерике пока сознание вместе с этими простыми словами не исчезнут из памяти. Она с надеждой посмотрела на профессора и из глаз, без её ведома потекли слёзы.- Вы ведь поможете мне?
   - Послушайте, голубушка, Лариса Николаевна, мы сделаем всё, что в наших силах.- он поднялся, налил из графина воды и протянул женщине.- Честно сказать, шансы есть всегда. Завтра же начнём курс терапии, а дальше посмотрим.
   - Может быть нужны какие-то препараты или специализированная клиника?
   Она с надеждой взглянула на доктора, но тот энергично замотал головой:
   - Давайте я объясню реальное положение вещей. Бытует мнение, что где-то есть край похожий на рай, там излечивают все болезни и горести и беды покидают душу. Это не правда. Вы можете поехать в Израиль, в США, в Германию. Не сомневаюсь, что там действительно в состоянии помочь, уход за больным отличный, эффективнейшая аппаратура, препараты, но только за первичный осмотр, подчёркиваю- первичный, надо выложить около двух тысяч евро.- профессор вздохнул.- Я уже не говорю о лечении. И потом в нашей клинике есть всё необходимое для оказания полной медицинской помощи, и всё это вы получите совершенно бесплатно. Онкологические больные проходят по стандартной обязательной страховой системе. Кое-какие препараты необходимо приобретать и оплачивать некоторые медицинские услуги, но это не большие суммы. Даже обидно за такое отношение к отечественной медицине.
   Вернувшись домой Лариса выпила таблетку аспирина, закрылась у себя в комнате и укрывшись одеялом с головой тревожно уснула. Её разбудил какой-то шум. В гостиной ходили, сидели, разговаривали люди, выпивали и громко смеялись. Дочь и раньше приглашала в дом околотеатральную тусовку, которые, собственно, к высокому искусству не имели никакого отношения, но она хотя бы предупреждала о своих планах. Лариса незамеченной прошла на кухню, где Вероничка готовила нехитрые закуски и громыхала хрустальными бокалами.
   - Почему ты не ставишь меня в известность о своих планах?
   - Ты это о чём?
   - О твоих гостях.
   - Ты знаешь, всё так внезапно получилось.- девушка закинула в рот оливку.- У помощника звукооператора сегодня день рождения, а он живёт в коммунальной квартире.
   - Мы тоже в каком-то смысле живём в коммунальной квартире, есть я и со мной надо считаться.
   - Ты что не в духе сегодня? Раньше мои гости тебя не напрягали.
   Вероничка нервно тряхнула кудряшками и, схватив бокалы, направилась к шумным гостям. Лариса встала в дверях и преградила ей путь.
   - Мне надо сказать тебе только несколько слов.- она помедлила рассматривая чистое, правильное лицо дочери. Девушка раскраснелась от выпитого от неё пахло сигаретами, облупился лак на ногтях и на блузке оторвалась пуговичка.- Я хочу предупредить, что с этого дня я не буду на свои деньги оплачивать коммунальные услуги, закупать продукты и забивать холодильник, так же чистить и убирать квартиру и готовить еду. Все хозяйственные расходы и домашние дела будем делить на пополам.
   - Мам, ты что с дуба рухнула?
   - Перестань разговаривать со мной со мной в таком тоне. Скажи спасибо, что я не делю на три, то есть на всех членов, проживающих в этой квартире. Лучше заставь найти работу собственного мужа. Хотя бы какую-то копейку принесёт в семью.
   Дочь задохнулась от негодования, выпитый алкоголь ударил в голову и на кончике языка назрел скандал. Она сдержалась лишь потому, что её тянуло к гостям в шумную, беззаботную вечеринку, да и руганью с матерью может испортить хорошее настроение присутствующим. Ника прошипела тонкой ниточкой губ:
   - Мой муж талантлив, просто он в творческом кризисе. Один режиссёр взял на рассмотрение его сценарий. А ты, просидела всю жизнь без мужа, хочешь, чтобы я повторила твою судьбу.
   - Нет не хочу! Я всегда желала тебе счастья, поэтому всю жизнь посвятила тебе и не привела в дом другого мужчину. Сейчас стало ясно, что всё было неправильно и настало время исправить собственные ошибки.- Лариса посторонилась пропуская оторопевшую дочь, потом бросила вдогонку.- Я тебя предупредила.
   Она включила чайник, бросила пакетик зелёного чая в кружку и повернулась к окну. Город горел вечерними огнями, и автомобили бесконечной световой рекой двигались по проспекту. Как всегда, в марте грязные сугробы просели и вытекали ручейками, образовывая лужи и целые реки. Лариса услышала бурление кипятка и горестно подумала, что её жизнь тоже дошла до точки кипения и многого уже не вернуть. Душа внутри скрутилась в тугой жгут из которого вот-вот хлынут слёзы. Нет, она не намерена тихо умирать, надо бороться! Но где же взять силы? С завтрашнего дня начинается новый виток жизни и не известно куда он приведёт. Она совсем забыла про чай, зашла в ванную, умылась и посмотрела на своё отражение. Как же так? За что это испытание? Ведь не старая совсем, не увлекалась пьянством, когда-то курила, но давно бросила. Не предавала, не завидовала, не распутствовала! От чего эта зараза прилепилась именно к ней? Женщина, не обращая внимание на шумную, пьяную компанию, тихо вернулась в комнату.
   Ночь пролетела без сна. Лариса просидела в своей кровати укрывшись пледом и поджав ноги. Слёзы лились ручьём, как будто копились долгое время специально для этого случая. Вся жизнь пролетела в памяти. Она вспомнила маму, папу, брата Ваньку, который ушёл в Армию и не вернулся из Афганистана. Плыли образы её подружек сначала школьных, потом институтских. Её первая любовь... как там его Семён или Фёдор или Валентин. Наверное и не любовь это была вовсе если память даже имя не сохранила. Зато чётко нарисовался красавец Илья, отец Веронички, который воспринимал жизнь как череду удовольствий от вкусной еды, красивых женщин, пьянящих напитков, и все эти пелёнки, распашонки не про него. Его уход лишь придал силы, она наняла няню и окунулась в работу с утроенной энергией. Вскоре Лариса покинула заштатную бухгалтерию небольшого предприятия- поступило приглашение на должность заведующей бухгалтерии в более крупную организацию. А через какое-то время генеральный директор, который пошёл на повышение взял её с собой. Таким образом Ларису назначили главным экономистом в крупной энергетической компании. Появилась возможность приобрести просторную, четырёхкомнатную квартиру в центре города, автомобиль и множество приятных вещей, о которых мечтает каждая женщина- золото, бриллианты и шубки из драгоценных мехов. Основные средства уходили на Вероничку- она ни в чём не знала отказа. Мать потакала прихотям девушки, как будто компенсировала то время, которое отнимала работа.Однако такое существование не могло длиться бесконечно- как только генеральный директор то ли ушёл, то ли его ушли с занимаемой должности, Ларису тоже терпели недолго. Когда подошло время выходить на пенсию, ей в корректной форме указали на дверь. Лара не особенно сопротивлялась, хотя была полна сил идей и энергии, но вставать на пути нового всесильного босса не решилась. Перед рассветом навалилась чуткая дремота. Робкие лучи прорвались сквозь шторы. Лариса лежала с закрытыми глазами и понимала, что жизнь раскололась на до и после. В этой войне, её личной войне она осталась один на один с невидимым противником. Хоть бы знать как этот враг выглядит, какие жертвы ждёт от неё. Что надо? Душу? Тело почти уже получил! Или хочет показать, какой ничтожной была её жизнь и какая жалкая она сама? Рыдания снова рвались наружу. Лара кое-как отдышалась, села на кровати, ожидая когда её больное тело сможет двигаться. В квартире стояла тишина. В гостиной висел прогорклый запах табака и алкоголя, под столом валялись пустые бутылки, белая скатерть пропиталась пунцовыми, винными пятнами. Она привела себя в относительный порядок, взяла необходимые вещи и отправилась в клинику. Машина давно принадлежала дочери- сама и переоформила у нотариуса. Такси поймала быстро, ничего не замечая вокруг доехала до клиники. Так бы и продолжала сидеть изваянием, но голос шофёра привёл в чувство.
   - Женщина, с вами всё в порядке?
   - Простите.- она достала из сумочки деньги и протянула пожилому мужчине.
   - Вам плохо?- таксист то ли утверждал, то ли спрашивал. Лариса слабо улыбнулась и выбралась из салона.- Вам помочь?- мужчина выскочил и помог подняться на крыльцо.
   - Спасибо. Вы хороший человек.
   Она скрылась за дверями, а мужик с грустью покачал головой. Ему вдруг захотелось перекреститься, он сдержался, лишь прошептал: "Дай Бог здоровья".
   Так пролетел месяц. Утром Лара уезжала в клинику, после процедур перекусывала где-нибудь в городе, после обеда возвращалась и удалялась в свою комнату. Терапия настолько изматывала её, что не хватало сил на споры, беседы, а теми более заниматься чем-то по дому. После того разговора дочь почти перестала общаться с ней. Вероничка искренне считала, что мать могла бы и дальше продолжать оплачивать их содержание, потому что они, творческие натуры, витают в высоких сферах, и спускаться в бытовуху просто не имеют времени. Алексей иногда что-то шлёпал на клавиатуре в своей комнате, а большую часть времени проводил у телевизора. Вероничка, если была возможность увильнуть с работы, бегала по кастингам и прослушиваниям. Когда-то ей даже повезло: в одном сериале она сыграла труп молодой, красивой проститутки, один раз приглашена на съёмки рекламы кошачьего корма, а в другом малобюджетном фильме продавщицу на рынке. Короче: только симпатичная картинка без слов. Девушка никак не могла поверить, что ни в ней, ни в её муже никогда не прорастёт творческое зерно. Последнее время стало заметно, что с матерью творится неладное, но от упрямства дочь не желала первой идти на разговор. Алексей сообщал ей шёпотом, что тёща каждое утро уезжает куда-то, потом возвращается и запирается в своей комнате. И где бывает непонятно. Вероничка решила, что мать или нашла работу, или любовника, и её не устраивал ни тот ни другой вариант. Во первых надо было самостоятельно заполнять холодильник продуктами; во вторых выдёргивать из зарплаты определённую сумму на коммунальные платежи, интернет и электричество; и в третьих они начали ругаться с мужем, который требовал уж ладно, не завтрака, но полноценного обеда и ужина. Она приносила замороженные пельмени, котлеты и хлеб, но Алексей скандалил и требовал от жены чуткости и внимания. Они громко ругались, били посуду и швыряли друг в друга кухонными принадлежностями. До слуха Ларисы доносился голос дочери, которая переходила на фальцет и указывала мужу на дверь, на путь, который вёл обратно в жилище родителей- выпивох. Тот, конечно, в долгу не оставался и отвечал, что уж лучше жить с пьяницами и ни на кого не надеяться, а здесь он никто, тёща даже прописать на общей жилплощади не соизволит. Сайгородова равнодушно наблюдала как пыль скапливается на мебели, растёт гора грязного белья и в кружках и бокалах образовались тёмные ободки от чая и кофе. Она даже засомневалась, а знают ли остальные члены семьи для чего в одном из шкафов на кухне стоит стиральная машинка автомат и умеют ли пользоваться ей? Лариса что могла, то делала по дому, но надолго её не хватало- усталость и быстрая утомляемость укладывали назад в койку. С дочерью и зятем они сталкивались- всё-таки на одной жилплощади живут, но с ней никто не разговаривал, не спрашивал о самочувствии и здоровье. Эта парочка решила, что мать, устроившая демарш, скоро одумается и прежний порядок снова вернётся. Лариса Николаевна обессилевшая от тяжёлого лечения даже не пыталась что-то объяснить, а тем более жаловаться на здоровье, тяжёлую судьбу и бессердечную дочь. Она осунулась, сбросила несколько килограммов, и лицо приобрело желтоватый оттенок, но Вероничка, увлечённая собственной, актёрской судьбой, в упор не замечала недуг матери, а зятю тем более до неё не было никакого дела. Через месяц профессор Забелин снова пригласил её в кабинет.
   - Проходите, садитесь, голубушка.- ворковал доктор перелистывая историю болезни.- Не хотел давать ложные надежды, мы в самом начале пути, и тем не менее- мы смогли приостановить процесс. Это далеко не победа, но болезнь пока отступила. Скажу вам честно: избавиться от недуга, который давно сидел в вас, насовсем не получится. Однако я серьёзно надеюсь на продлении жизни и приложу все усилия, чтобы сделать её, по возможности, комфортной. Это не значит, что вы отправитесь на работу, станете чемпионкой города по верховой езде или начнёте вести на телевидении кулинарные курсы, наоборот, надо нести себя как вазу хрустальную, избегать негативных эмоций. Вот здесь рекомендации по режиму, питанию и приёму препаратов.- Забелин протянул от руки исписанный листок. В голове Ларисы мелькнула мысль, что профессор категорически не желает менять старый, привычный уклад, хотя на соседнем столе стоял компьютер.
   "Ещё бы чернильницу-невыливайку, ручку с пером, в шкафу склянки с засушенными жабьими пупками и веники разных трав".
   А доктор перехватил взгляд пациентки и усмехнулся:
   - Вот такая привычка- когда пишу от руки, то концентрируюсь на проблеме, а когда сажусь за компьютер, всё время хочется заглянуть в интернет. Итак- отпускаю вас на месяц, отдыхайте и приходите в себя. Я выписал таблетки поддерживающие иммунитет.- доктор поднялся, подошёл к календарю на стене и провёл пальцем.- Сейчас конец марта. Давайте назначим встречу в середине мая, после праздников.
   Лариса кивнула:
   - Хорошо.- она не торопилась уходить. За месяц Лариса так привыкла к докторской опеке, что эта свобода даже испугала. Пришлось взять себя в руки и подняться. Её не убедил оптимистический и бодрый тон врача.У двери остановилась и полными от слёз глазами посмотрела на профессора.- Скажите доктор, сколько мне осталось?
   Забелин снял очки, и протёр их салфеткой. Его близорукие, голубые глаза выражали грусть и усталость.
   - На всё воля Господа. Дам только один совет не как доктор- живите на всю катушку. Исполните свою мечту. Я уверен, что она у вас есть.
   Лариса не торопясь вышла на крыльцо, подняла воротник пальто и поёжилась- с неба сыпал снег с дождём. Она бродила по равнодушным улицам пока совсем не промокла и не озябла.
   "Вот это то, что надо. Горячий кофе или чай, можно даже с пирожными. Сейчас полезно! Все кофточки и юбки болтаются, как на учебном макете скелета".
   Сидя перед огромным окном кафе и наблюдая за улицей, Лара уплетала сладости и запивала ароматным "Американо". Так что же с мечтой? Со всеми стрессами, переживаниями она совсем забыла, а есть ли мечта? Или это было в прошлой жизни и мечты потеряли актуальность? Так, хотела купить дачу за городом или дом, чтобы Вероничка смогла отдыхать и есть настоящие огурцы с огорода. А зачем эта морока сейчас? Хотела сделать ремонт в квартире, перебраться в маленькую комнату, а свою, просторную отдать молодым. Тоже ерунда. Что же ещё? Ника хотела новую шубку. Вдруг до неё дошло, что она никогда не думала о себе. Зачем поставила себя в унизительное положение жить ради кого-то, а самое ужасное и мечтать ради кого-то? А она сама для себя уже ничего не значит? Стоп! Мечта, какая она мечта для себя любимой? Ну конечно же море. Как она сразу не разобралась в такой простоте! Лариса была на море давным-давно и уже забыла аромат утреннего бриза, насколько оно солёное и голубое или зелёное! Ей так понравилась эта мысль, что захотелось запеть свою любимую песню:
   - Чубчик, чубчик, чубчик кучерявый,
   Развевайся чубчик по ветру,
   Раньше чубчик я тебя любила,
   А теперь забыть я не могу!
   Она улыбнулась собственным мыслям:
   "Ничего себе, как давно я живу, застала ещё дедовский граммофон. Хотя лет то ещё всего пятьдесят шесть...ну семь скоро исполнится".
   Дед постоянно крутил пластинки с песнями в исполнении Аллы Баяновой, которую он обожал. Эта любовь передалась и ей. Лара считала себя старомодной и костной, но это нисколько не волновало, современная эстрада казалась примитивной и пошлой, забитой разряженными, как цирковые лошади геями и разряженными трансвеститами. Уж лучше слушать Анну Герман, Муслима Магомаева и современных исполнителей русского фольклора вроде ансамбля "Как у наших у ворот" или "Бабкины внуки".
   Она действительно стала чувствовать себя гораздо лучше. Утром приготовила завтрак. На запах блинов потянулись дочь и зять. Вот такое дело им нравилось больше. Они уже не ожидали, что прежний порядок когда-нибудь вернётся. Сытая Вероника постучала в комнату матери, чтобы поговорить, но увидев, что та снова куда-то собирается осеклась.
   - Ты уходишь?
   - Да дорогая, у меня дела в городе.
   Лариса подкрасила глаза и губы, открыла гардероб, чтобы выбрать одежду. Дочь ёрзала не зная как спросить.
   - Ты что, нашла работу?
   - Нет. Мне надо в паспортный стол. Хочу сделать загран паспорт.- она сняла с вешалки блузку, прикинула на себя и покрутилась возле зеркала.- пожалуй эта подойдёт. Как ты думаешь?
   - Мама, я тебя не узнаю. Какой загран паспорт? Ты куда собралась?
   - Ещё точно не решила, одно знаю точно- поеду к морю.
   - А мы?- глупо спросила Вероничка.
   - А вы, для начала, наведите порядок в квартире. Носки твоего мужа валяются в каждом углу, пыль на мебели такая, что можно картины рисовать.
   - Ты можешь объяснить, что происходит, с тобой происходит?
   На Ларису вдруг снова навалилась усталость, она села на краешек кровати. Лучше рассказать дочери о проблемах, которые обрушились на неё. Она уже открыла рот, как в дверь заглянул Алексей.
   - Спасибо маменька за блины. Ты идёшь?- он повернулся к жене.- Я могу увезти тебя на работу.
   - Я сама уеду.
   - Мне машина нужна сегодня.
   Так происходило часто- автомобиль имелся один на всю семью. Они заспорили и шумно удалились, а Лариса махнула рукой, видно разговор это ещё не ко времени.
   Паспорт получила довольно быстро. Похоже немного таких отсталых осталось, кто влачит жизнь без документа, разрешающего посещать дальнее зарубежье. В ближнем то приходилось побывать во времена СССР, а куда ещё была возможность поехать если стоял высокий забор под названием железный занавес. Она только начала работать после института и считалась молодым специалистом, как профсоюзник, молодой, пронырливый парняга, всучил десятипроцентную путёвку в Палангу. О существовании такого города Лара даже не слышала, но общественный деятель живо и в красках всё расписал- Балтийское море, литовский город чистый, красивый, в магазинах полно всякого дефицита! Почти Европа! Если повезёт, то можно найти кусочки янтаря. Лариса воодушевилась, да и родители поддержали- цена вопроса месячная зарплата, ну чуть больше, а остальное оплачивает профсоюз, включая билеты на поезд. Она провела на курорте две недели, загорела, отдохнула и даже завела роман с одним жгучим молдаванином. Но, как только её ухажёр уехал, засобиралась и она- ещё десять дней в одиночестве не выдержит. И не потому что страдала по кавалеру, а просто не могла больше находиться во враждебном лагере. Литовцы с огромным терпением относились к русским, если не сказать больше и это ощущалось во всём. Горничные не убирали номер по неделям, не меняли полотенца и постельное бельё, хотя у других постояльцев комнаты вычищали ежедневно. В магазине, услышав обращение на русском языке, продавцы сбивались в кучку и делали вид, что ужасно заняты, потом какая-нибудь лахудра снисходила и обслуживала так, что хотелось скорее покинуть заведение. Такая же картина творилась и в столовых и в кафе и на пляже. Она совершенно искренне не понимала за что такая нелюбовь? Ведь все же братья славяне! А вот путешествие в Абхазию Лариса вспоминала с огромным удовольствием. Там любили всех, не только русских! Гагра и Пицунда оказались почти что раем на земле. Оттуда Лара привезла полный чемодан подарков для всей семьи, прекрасные воспоминания и несколько лишних килограммов- отказаться от шашлыков в кизиловом соусе, хачапури, форели запечённой на углях, лобио, горячего лаваша, сыра Сулугуни и множества других кулинарных изысков не представлялось возможным! А когда родилась Вероничка свободная жизнь закончилась. Лариса Николаевна перебирала в памяти эти воспоминания, направляясь в туристическое агентство.
   Её встретила энергичная, красивенькая девушка без возраста. Вся какая-то кукольная, наверное от того, что бровки нарисованы татуажем, губки подкачаны гелем, личико без складок и морщинок, скорее всего благодаря ботоксу. Она постучала ноготками с безупречным маникюром по гладкому столу и улыбнулась белозубо:
   - Вы уже выбрали путешествие?
   - Нет. Знаю одно, мне нужно море.
   - Прекрасненько!Мы сейчас что-нибудь подберём! Какую страну уже посещали?
   Девушка уткнулась в монитор, а Лариса растерянно пожала плечами.
   - В каком смысле? Я только что загран паспорт получила.
   - О, так вы туристка начинающая, неискушённая. Какими средствами располагаете?
   Средствами клиентка располагала, но растратить все запасы за одну поездку не намеревалась. Пенсия небольшая, а на лечение деньги будут нужны. Они долго перебирали страны и континенты и к концу второго часа всё-таки определились. Самой оптимальной страной оказалась Турция- без оформления визы и других дополнительных затрат. Лариса категорически отказалась проживать в огромном, шумном пусть даже пятизвёздочном отеле. Она нуждалась в покое и созерцании. Девушка, пощёлкав по клавиатуре, предложила несколько вариантов на выбор. Остановились на небольшом комплексе, состоящем из нескольких отдельных строений с бассейном, зелёными лужайками и в непосредственной близости от Средиземного моря. Местечко Олимпус недалеко от Кемера славился развалинами античного города и вытянутым подковообразным пляжем. В начале мая ещё нет бурного потока туристов, поэтому тишина и покой гарантированы. Изнуряющая жара наступит в середине июня, а сейчас погода самая комфортная, да и клубникой в это время торгуют на каждом перекрёстке. В отеле включено трёхразовое питание, есть интернет и русское телевидение. Выпалив поток информации девушка примолкла и выдержала паузу, для того, чтобы клиентка окончательно созрела, а потом вытащила из стола бланки:
   - Ну что? Определились? Оформляем путешествие?
   - Оформляем!- выдохнула почти счастливая Лариса Николаевна.
   Домой она вернулась к вечеру. Открыв дверь снова услышала музыку, гвалт, тянуло запахом сигарет.
   "Ох Вероника, хоть бы постеснялась, в квартире бардак, а она гостей созывает". В такие моменты Лариса чувствовала себя чужой в собственном доме. Она незамеченной прошла в ванную, умылась, затем юркнула в свою комнату. Уснуть не получалось. Гости сначала орали, а потом совсем распоясались и, кажется, назревал скандал. Она накинула халат и вышла в гостиную. Какой-то здоровенный детина держал за грудки её зятя. Громыхала музыка, и женщины визжали, пытаясь перекричать грохот. Лариса выдернула шнур музыкального центра из розетки и в наступившей тишине чётко произнесла:
   - Уважаемые, очень прошу вас покинуть квартиру. Время уже позднее. Давайте не будем ждать, когда соседи вызовут полицию.
   Через несколько минут пьяная компания рассосалась и тут наступило время для сольного выступления Веронички:
   - Мать, ответь, зачем ты это сделала?- девушка еле стояла на ногах.- Сама, как волк одиночка, ни друзей, ни подруг! Хочешь, чтобы и мы отшельниками жили?
   - Мне интересно, на что вы пьёте? Квитанцию за квартиру принесли, прошлый месяц я платила, этот месяц за вами.
   - Какая тебе разница! Нечего в чужие кошельки заглядывать. А платить мы не будем и точка!
   - Тогда вам лучше съехать. Можете пожить с родителями Алексея!
   - Ничего себе, ты видела?- включился зять.- Она уже нас гонит!
   Дочь аж захлебнулась от негодования.
   - Да это мой дом, я здесь прописана!
   - Я могу и выписать, не проблема.- у Ларисы внутри всё клокотало, но она сдерживалась, чтобы не уподобиться пьяной дочери и не сорваться на крик.- Эту квартиру я заработала собственным горбом, не получила от государства, она не досталась по наследству.
   - А вот хрен тебе!
   Растрёпанная девушка подскочила, непослушными пальцами изобразила фигу и помаячила перед лицом матери. Лариса поняла, что разговаривать, когда парочка в неадекватном состоянии бесполезно, молча повернулась и скрылась в комнате, закрыв за собой дверь, но то, что она услышала за спиной повергло в шок.
   - Чтобы ты сдохла!
   Женщина села на кровать и заплакала. Осознание того, что она воспитала эгоистичную, наглую дочь жгло сердце. Но что делать, уже ничего не вернуть, сама виновата, нельзя прожить чужую жизнь, даже если это твой собственный ребёнок. Лариса вытерла слёзы, свернулась калачиком и задремала. Сквозь сон в памяти всплыли стихи Иосифа Бродского:
   "Когда так много позади
   Всего, в особенности горя,
   Поддержки чьей-нибудь не жди,
   Сядь в поезд, высадись у моря."
   С Вероникой так до отъезда она не помирилась. Дочь демонстративно игнорировала мать, конечно, не оплатила счета, а пыль на мебели и бутылки под раковиной копились. За день до отлёта Лариса навела порядок, выкинула мусор, погасила долги и собрала чемодан.
  
   Глава 2.
  
   Лариса пребывала в тихом восторге от отеля, пляжа, окружающих гор и в первую очередь от моря. Отель содержала семейная пара он турок, она немка. Лариса наблюдала за ними и недоумевала- как могла сложиться пара из настолько разных людей. Она лет сорока, высокая, сухая с голубыми глазами и пепельными волосами, заплетёнными в косичку. Широкоплечий турок рост имел средний, и от этого пара выглядела несколько нелепо. Похоже внешнее несоответствие их не смущало, они споро вели свой небольшой бизнес и понимали друг друга с полу взгляда. Хозяева жили тут же в небольшом домике. Турок Али каждый день ездил в город за продуктами, свежими фруктами и овощами. Его жена Моника раздавала горничным задания и следила за кухней. Лариса получила то счастье, о котором забыла и уже даже не ждала. Если бы не периодические боли и усталость, она бы наверное прыгнула с парашютом, пошла в горы, сплавилась по горной реке, посетила какую-нибудь экскурсию или бы просто напилась вина, сидя у моря. Как ни странно, но последнее из желаний ей суждено было осуществить. С собой Лара прихватила препараты, которые выписал профессор Забелин, но употребляла лишь тогда, когда было невмоготу. Появилась возможность сидеть в плетёном кресле на зелёной, стриженной под ёжик лужайке и слушать журчание фонтанчиков, разбрызгивающих воду или в шезлонге возле моря, в двух минутах ходьбы. Она читала книги, гуляла по берегу, разговаривала с постояльцами отеля. Как-то за обедом, к ней подсела абсолютно седая, с пышной шевелюрой, эффектная пожилая женщина, увешанная звенящими от каждого жеста золотыми и серебряными браслетами. На пальцах блестело несколько колец, а на шее каждый раз красовались новые бусы. Дама заговорила с Ларисой на русском, однако к удивлению оказалось, что она жительница Германии. Женщины как-то сразу сдружились и много времени проводили вместе.
   - Вы прекрасно говорите по-русски.- восхищалась Лариса. Она вообще восхищалась этой энергичной, уверенной в себе дамой. У неё как-то не получалось носить украшения так естественно и легко, волосы прятать под яркие, замысловатые тюрбанчики из платков и без смущения выходить к завтраку в коротеньких шортиках. По виду Хельга была лет на пять старше её, но рядом с ней Лара чувствовала себя сморщенной старушкой.- Всё у вас так естественно получается!
   - Лариса, во первых- давай на ты, а во вторых- перестань оглядываться на других, на то, что они скажут, плюнь на их мнение! Живи собственными интересами и сама удивишься, как легко быть свободной.
   - Свобода же не только во внешних проявлениях. Вот например ты не только гармонично выглядишь в бикини или в коротких шортах и с сигаретой, ты и ведёшь себя соответственно. А я стесняюсь излишней откровенности в одежде, иногда боюсь сказать что-нибудь невпопад или сгораю от стыда, если за столом на глазах у всех роняю кусок на белую скатерть.
   - Дорогая я психолог высокой квалификации, у кое-что про тебя поняла. Например если ты сейчас здесь, значит уже на пути к независимости собственного я. Процитирую классика нашего Александра Пушкина:
   "Иная, лучшая, потребна мне свобода:
  Зависеть от царя, зависеть от народа -
  Не все ли нам равно? Бог с ними.
  Никому
  Отчета не давать, себе лишь самому
  Служить и угождать!"
   Новоявленные подруги много времени проводили вместе. Лариса узнала много интересных подробностей из жизни Хельги. Её бабка русская аристократка, во времена революционных перемен, будучи молодой институткой из Смольного, вместе с отцом -генералом царской Армии перебралась сначала в Турцию, а потом во Францию. Там она познакомилась с польским инженером и вышла за него замуж. После второй мировой войны мужа пригласили работать на восстановление разрушенной Германии, там родились их внуки. Бабуся, судя по рассказам Хельги, имела железный характер, наверное сказалось время обучения в институте благородных девиц. Она завела железное правило в семье- в стенах дома все должны разговаривать на русском языке. Горничная готовила только русскую кухню- борщи, расстегаи, пельмени и даже чисто хлебный квас. Наверное так она компенсировала острую тоску по родине. Если муж поляк раз в год наведывался на свою историческую родину в Польшу, то бабушка в России побывала лишь за несколько недель до смерти.
   - Ты знаешь, мама вспоминала, что бабушка целовала родную землю. Это так трогательно сохранить до самой смерти любовь к родной земле. Сейчас это кажется странным. Мы стали космополитами, особенно после того, как границы Шенгенской зоны размылись, культуры проникают друг в друга. Мебель покупаем в одном и том же магазине "Икея", продукты в супермаркетах "Альди" или "Лидл". Мы едим одинаковые продукты, смотрим одинаковые шоу.- Хельга улыбнулась собственным мыслям, и дёрнула подругу за рукав.- Вы в России тоже смотрите "Голос"?
   - Конечно! Я обожаю это шоу!
   - Бабуся до последнего дня выпивала перед сном рюмкочку смородиновой наливки и выкуривала тонкую, длинную сигарету. До последней минуты сохраняла память и живой ум. Дожила до ста двух лет.- Хельга пожала плечами и с сожалением произнесла.- Мне кажется, она прожила бы ещё, но как-то призналась, что просто устала.
   Они немного помолчали. Лариса так мало что знала за пределами своего города, своего дома, что про мебельный супермаркет "Икея" читала в каких-то новостях, а про другие названия слыхом не слыхивала. В Москве процветали бренды с другими названиями.
   - Мой дед Кшиштав Радзишевский безумно любил бабушку, во всём потакал ей. Чего стоит только то, что сносно выучил русский язык, по субботам, он, католик, приводил её в православную церковь, а вечерами играл в дурака. Она оставляла его в проигрыше и весело смеялась, когда дед начинал сердиться.- Хельга улыбнулась своим воспоминаниям. - Моя мать полу русская, полу полячка была невиданной красоткой, рано вышла замуж за немца, потом появилась я, следом сестра. После войны Берлин разделили на два лагеря, мы оказались в западной зоне. Город восстанавливался после разрухи. Мы жили в небольшом домике, позже, благодаря деду, который к тому времени занимал достаточно высокий пост в комитете по восстановлению коммуникаций, переехали в только что построенный особняк. Вот это для меня и есть "Фатерланд" -родина.
   - Он ещё существует? Дом не снесли?
   - Нет, что ты. Я вышла замуж и мы с мужем долгое время работали в Аргентине. Когда один за другим ушли родители хозяйкой сама себя назначила младшая сестра.- немка безнадёжно махнула рукой.- Потом, не посоветовавшись со мной быстро его продала и вложила деньги в бизнес. Через какое-то время и бизнесу пришёл конец.
   - Ты скучаешь по дому?
   - Сейчас уже не так, наслоилась новая информация, время меняется очень быстро. Но когда проезжаю по этой улице обязательно останавливаюсь. Там живут мои воспоминания, детство, юность, бабушка с дедушкой, родители. Я знаю там каждый уголок, помню, где стояла коробка с игрушками и где бабуся прятала свои сигареты и настойку.
   - А ты знаешь, мама рассказывала, что её отец- мой дед во время войны был простым солдатом, дошёл до Берлина и даже на разрушенном Рейхстаге нацарапал стёклышком свою фамилию Сафронов. Было бы справедливо, чтобы это памятник поверженной Германии не восстанавливали и не реставрировали, тогда каждый освободитель, который побывал там, мог и через годы гордиться собой. Я бы например хотела обнаружить надпись, сделанную дедом, которого я никогда не видела.
   - Может быть ты и права. Только не все с таким почтением и желанием вспоминают этот исторический факт. Немцев приучили стыдиться этой страницы своей истории. Уже столько времени прошло, выросло несколько поколений, а им всё вдалбливают: Вы должны быть толерантными, должны уважать другие нации, другие мнения, должны помогать слабым странам. Немцы уже всё осознали, навели свой "заубер"- порядок в стране, сколько можно их ещё стыдить за то, что произошло почти сто лет назад?
   - А тебя бабушка не учила русской поговорке- "кто старое помянет, тому глаз вон, а кто забудет, тому оба!" Я думаю, что амнезия в истории ведёт к повторению.
   Подруги проводили много времени вместе, иногда спорили до того, что уже не желали друг с другом разговаривать, но за ужином мирились, хоть и оставались каждая при своём мнении. У Хельги в запасе оказалось множество занимательных историй, а Ларисе нравилось её слушать. Казалось, что её жизнь пресная и скучная, а в повествованиях приятельницы мелькали страны, континенты и разные, занимательные судьбы.
  
   В этот день море штормило, волны с грохотом и брызгами накатывали на берег. Лариса то смотрела на стихию, то заглядывала в книгу. Время приближалось к обеду. Пора было переодеваться и отправляться в столовую на открытой террасе. Самое удивительное, что столики оказались пусты. Она огляделась- неужели самая голодная или время перепутала? Вдруг жалюзи на барной стойке с грохотом поднялись, образовался шум и гам. Лара округлила глаза- постояльцы отеля, наряженные в мишуру, клоунские колпаки и держа в руках разноцветные шарики хором громко закричали:
   - Хеппи бёздей ту ю! С днём рожденья тебя!
   Лариса оглянулась на всякий случай, может за другим столиком кто-то сидит тот кому адресованы поздравления. И тут до неё дошло, что сегодня действительно её день рождения! Она оторопело поднялась и прижала руки к груди:
  постояльца все данные с паспорта. Стало понятно, откуда известно о таком факте личной жизни. Она сама забыла, наверное потому, что понимала- скорее всего не дождётся поздравлений, да и в свете последних событий эта дата затёрлась в голове. Последний раз она получила подарок от коллег на работе- букет тюльпанов и открытку. Домашние, как всегда были заняты собой и сначала не поняли из каких соображений она, нарядная вернулась со службы раньше положенного, да ещё нагруженная пакетами с готовой едой. Прозрение наступило, когда именинница объявила о причине сабантуя. Сейчас её глаза наполнились слезами. - Невероятно!- она вспомнила, что Моника при заселении записала в карточку спасибо! О Боже, я так тронута!
   В эту минуту Али на вытянутых руках, торжественно вынес из подсобки торт со свечами, а Моника возвышалась следом, держа в руках разнос с бокалами и запотевшими бутылками белого вина. Обед прошёл в приподнятом настроении, Лариса стеснялась, оказавшись в центре внимания, бесконечно кланялась и благодарила всех подряд. К ней подходили, чего-то желали на разных языках, Хельга переводила с английского на правах подруги и выглядела довольной. Она радовалась за приятельницу и за то, что имеет возможность поучаствовать в её личном празднике. Немка с первой встречи разглядела, что с Ларисой не всё в порядке, чувствовался какой-то надлом. Женщина сторонилась компаний, старалась уединиться и, в отличие от неё самой, не отличалась словоохотливостью. Хельга с расспросами не лезла, знала такой тип людей, не захотят, ни каким калёным железом от них ничего не добьёшься.
   После обеда постояльцы разбрелись по номерам. Лариса тоже задремала с книжкой в руках. В дверь постучали. Сквозь дремоту женщина догадалась, что это Хельга и, громко сказала:
   - Заходи Хельга, не заперто.
   - Откуда ты знаешь, что это я?- приятельница распахнула дверь.
   - По звяканью браслетов и аромат твоих духов потянуло сквозняком.
   - Ишь ты, чувствительная! И кто мы по профессии?
   - Всего лишь экономист на пенсии.
   - Твоё государство богатое, если позволяет отправлять на отдых людей полных сил в расцвете лет! Да ещё и платить пенсии! Немцы должны работать до шестидесяти семи лет, что мужчины, что женщины.
   Лариса открыло было рот, чтобы ответить, но подруга махнула рукой, снова звякнув украшениями.
   - Собирайся. Через несколько минут Али едет в город за продуктами и подвезёт нас. Сегодня будем гулять, кутить и всячески праздновать твой день рождения! Если хочешь, воспользуемся услугами мальчиков по вызову! Здесь и такое есть!- Хельга громко захохотала закинув голову.- Про мальчиков шучу, мы найдём занятие поинтересней! Я так люблю танцевать! Ну, давай, не стой столбом, Али не будет ждать!
   - А что одевать?- Лариса сначала растерялась, потом кинулась к шкафу.
   - Не вздумай напялить высокие каблуки, ноги устанут, но и балетки не подойдут. Терпеть не могу такую обувь как балетки, фигура становится квадратной, ноги короткими. Для женщины необходим хоть маленький, да каблук даже для домашних тапочек. Она должна возвышаться и нести себя как первый приз Всемирной Ассоциации Красоты трепетно и с достоинством! И обязательно разукрась лицо!
   Через двадцать минут подруги уже ехали в машине по направлению к городу. Жара спала и толпы туристов заполонили улицы. Опускался вечер зажигая фонари. Возле каждого кафе, ресторана, бара стояли зазывалы, приглашая посетить именно их заведение. Сначала дамы посидели в небольшом баре, выпили по бокалу вина так сказать для разминки, а потом отправились в "Караоке-бар" на дверях которого красовался синий, неоновый какаду. Несмотря на то, что вечер развлечений только начинался, зал оказался забитым людьми. Кругом слышалась русская речь.
   - Можно закрыть глаза и легко представить, что ты не в Турции, а в России. Даже ведущий вечера говорит на русском.
   Лариса огляделась в поисках свободного столика. Хельга потянула её вглубь зала и кивнула, соглашаясь:
   - Да, твои соотечественники любят это место- и дёшево и сердито. В отелях, как правило, всё включено и еда, и полный пансион и выпивка какая хочешь. Ты же тоже из этих соображений выбрала именно это курортное место?
   - Ой, а твои немцы исключительно на Сейшелы или Канары тянутся?
   - Да ну, турецкие курортные службы подсчитали и выяснили: сорок процентов русских, тридцать немцев, остальные проценты за разными странами. Если смотреть территориальное соотношение- у вас только Красноярский край территориально в два раза превышает Германию, так получается, что немцев больше. Средний класс он везде средний.
   Они не успели приземлиться за столиком, как подскочил официант. Подруги сделали заказ и полностью включились в происходящее в зале. Юркий конферансье приглашал на сцену показать свои таланты, желающих находилось много. Публика кому аплодировала, кого вяло освистывала, а на кого вовсе не обращала внимания. Вечер только-только набирал обороты. Кондиционеры кое-как разгоняли духоту, официанты сновали между столиками, разнося выпивку. Через не сколько минут перед дамами стояли высокие, запотевшие бокалы с традиционными коктейлями "Маргарита" и пиала с орешками. Хельга с удовольствием потянула напиток и достала из сумочки длинную сигарету, тут же кто-то тронул её за плечо:
   - Мадам, в зале курить запрещено.
   Мадам даже не соизволила повернуть головы:
   - А кто вам сказал, что курю, я вхожу в образ.
   Она подмигнула подруге, поднялась и отправилась на сцену, держа на уровне лица зажатую между пальцами незажжённую сигарету. Лариса с удивлением наблюдала за подругой. Та перекинулась несколькими словами с ведущим программы и вышла к микрофону.
   - Добрый вечер дорогие друзья!- ещё не совсем разогретый зал жидко и скептически зааплодировал. Прохладный приём не сбил с толку исполнительницу и она продолжила представление.- Перед вами выступает Хельга Мюллер с русским романсом "Очи чёрные". Публика замерла. Хельга оттопырив пальчик и, демонстрируя всем длинную сигарету, набрала воздух и низко и волнительно запела. Темп песни постепенно убыстрялся. На проигрыше немка пританцовывала и кружилась, волосы растрепались, уже ненужная сигаретка отлетела куда-то в сторону. Когда музыка смолкла, зал взревел восторгом. Конферансье подскочил и, чувствуя настроение, предложил всем выпить за мир во всём мире. Но Хельга не торопилась уходить, она оттеснила ведущего и снова завладела микрофоном.
   - Сегодня у моей русской подруги день рождение.- рука в браслетах указала вглубь зала. Лариса ощутила на себе любопытные взгляды.- Давайте поздравим её, пожелаем всех благ, а она нам за это споёт свою любимую песню!
   Лариса сидела как истукан и не двигалась. Какие песни? Последний раз она пела года два тому назад, когда встречала новый год со своей подругой Наташкой. Однако из зала доносились реплики, к ним подключился конферансье, в конце концов разгорячённая публика скандировала:
   - Песню давай! Песню, песню...
   Женщина на ватных ногах двинулась в сторону своего позора.
   "Может в честь дня рождения не побьют если осрамлюсь. Была не была, не корову же проигрываю".
   Она поднялась на маленькую сцену с лихорадочными мыслями, усмехаясь про себя: "Ещё два месяца назад, даже представить не могла, что решусь на такой отчаянный шаг".
   Сидящий за пультом оператор с длинным хвостиком вопросительно вскинул брови.
   - Найдите, пожалуйста "Чубчик кучерявый" в исполнении Аллы Баяновой.- шепнула женщина.
   Через минуту парень поднял глаза:
   - Нет такой. Есть тоже "Чубчик" Вилли Токарева.
   - Я слов не знаю.- растерялась Лариса.
   Парень указал рукой на монитор:
   - Вы же в караоке. Текст увидите на мониторе и тут же включил музыку.
   Лара как во сне подошла к микрофону и уцепилась за него, чтобы не упасть. Первый куплет с припевом получился не очень уверенно, зато второй и последующие припевы зал не только пел вместе с ней, ещё и пустился в пляс. После Лариса долго приходила в себя, а в голове крутилось:
   "Чубчик, чубчик, чубчик кучерявый,
   А ты не вейся на ветру,
   А карман, карман ты мой дырявый,
   А ты не нра, не нравишься вору"!
   Потом была ночная дискотека. Они гнулись и вертелись так, что молодёжь расступалась и качала головой, мол ничего себе, бабки зажигают. Рекой лились "Мохито", "Манхеттен", "Бейлис" и что-то такое, о существовании чего Лариса не подозревала и даже не представляла, что когда-нибудь сможет попробовать. В отель возвращались глубокой ночью на такси. Ноги гудели. Хельга сняла туфли и сунула в сумочку:
   - До номера пойду босиком, конечности отваливаются. Ничего мы повеселились сегодня! Давно я так не радовалась жизни!
   - Спасибо тебе.- неожиданно Лариса загрустила.- У меня никогда не было такого дня рождения. Сейчас смотрю и думаю, для чего жила эту жизнь?- из неё полились признания и старые обиды на дочь, зятя, на тех, кто так рано выпнул её с работы. Хельга слушала, не перебивая. Вдруг подруга горько заплакала.- А ведь у меня рак. Сколько осталось не известно. Мой врач хороший, чуткий человек, голубушкой меня называет, но и он бессилен.
   - Может быть попробовать лечиться в других странах? Попросить помощи у благотворительных организаций? Сейчас много различных фондов в твоей стране.
   - Хельга, как я туда обращусь, с каким глазами? Столько детей нуждаются в помощи!Сколько молодых, талантливых умирает от этой заразы!- из глаз Ларисы ручьём текли слёзы.- А я, видимо, свой век прожила! Если я не нужна собственной дочери, то посторонний точно мимо пройдёт.
   Немецкая подруга замолчала. Она точно знала, что спровоцирует большую печаль и слёзы если начнёт утешать. Уже возле отеля Лариса кое-как успокоилась, вздохнула обречённо и вытерла слёзы. Они разбрелись по своим номерам опустошённые, от былого веселья не осталось и следа. Лара вспомнила слова матери, которая говорила, что гулянка получилась тогда, когда возникает диапазон чувств от радости до печали и наоборот.
   "Программа выполнена"- подумала несчастная и в то же время счастливая женщина и, не смывая косметики, рухнула на кровать. Перед тем как уснуть, нащупала на тумбочке телефон. От прикосновения экран загорелся голубым светом. Через минуту швырнула аппарат на пол и повернулась на другой бок. Никто не вспомнил о её дне рождения, лишь подруга Наташа прислала СМС с поздравлениями.
   Наутро Хельга, в отличие от подруги, выглядела бодро, подтянуто и как всегда элегантно. За завтраком перекинулись парой слов.
   - Ты завтра улетаешь?- Лариса так привязалась к немке, что печально вздохнула, представив, что оставшиеся несколько дней проведёт в отеле без её компании.
   - Да. Самолёт в двенадцать дня. Такси приедет в девять утра. А ты когда?
   - Через три дня.- Лара грустно посмотрела на подругу.- Мы больше не увидимся. Я очень тебе благодарна, ты как будто вдохнула в меня воздух.
   Они уже собрались подняться из-за стола, когда немка предложила прогуляться по берегу. Лариса чувствовала себя неважно. Вчерашний выплеск энергии давал о себе знать. Ещё до завтрака она выпила лекарства и сейчас тянуло в сон. Однако отказывать подруге не хотелось, тем более, что завтра расстанутся навсегда. От осознания этого факта заныло под ложечкой. Лара одела тёмные очки, чтобы скрыть тоску, которая заполнив всё внутри, выдавливала из глаз слёзы. Как только вышли к морю, Хельга посерьёзнела:
   - Мне надо с тобой поговорить, это очень важно.- женщины уселись на уже прогретую солнцем гальку.- Ты в том состоянии, что не видишь выхода, а главное, не будешь просить о помощи! Вот в этом вы все, русские! Добровольно идёте на страдания, какая-то обречённость в вашей сущности! Самое удивительное в этом и есть сила, потому что ничего не страшно.- подруга замолчала подбирая слова, потом чётко произнесла, глядя прямо перед собой.- Я могу предложить заключить партнёрский брак.- Лариса посмотрела вопросительно и непонимающе, а немка предостерегающе замахала руками.- Объясню, чтобы расставить все точки над i: я совершенно традиционна. Была дважды замужем, один умер, со вторым развелись, но сохранили хорошие отношения. Развелись не потому что изменила половую ориентацию, просто в какой-то момент увлеклась другим мужчиной. Я натура импульсивная и увлекающаяся.- Хельга кокетливо тряхнула головой, но глаза сохраняли серьёзность.- Хорошо, вовремя его разглядела и не полетела сломя голову под венец. Так вот у меня двое детей, оба давно самостоятельные, взрослые, имеют свои семьи и живут отдельно. Все эти подробности для того, чтобы ты не искала подводных хитростей и скрытых мотивов. Так вот, в Германии существует закон о зарегистрированных гражданских партнёрствах, который позволяет двум совершеннолетним лицам одного пола зарегистрировать так называемое гражданское партнёрство. Это означает социальный институт который признан законом и государством, и в нём могут узаконить отношения люди одного пола не состоящих в браке.
   - Постой, постой, а мне то это зачем?- по большому счёту Лариса даже не пыталась фильтровать весь этот бред.
   - Если мы зарегистрируем брак в Германии или Дании, то ты сможешь получить сначала временный вид на жительство, а потом возможность постоянно проживать на территории ФРГ. Нужна тебе эта страна или нет, другой вопрос. Суть в том, что гей или лесбийский брак, неважно, он приравнивается к традиционному браку между мужчиной и женщиной и имеет все те же права. То есть, если мы заключим с тобой брак, то ты сможешь пользоваться моей медицинской страховкой! Ты сможешь лечиться и сделать операцию в Берлине или в любой клинике в Германии!
   Предложение звучало настолько абсурдно, что Лариса даже гипотетически не собиралась рассматривать его. Но ей стало настолько тепло от осознания, что кто-то просто так, ни за что хочет помочь и поучаствовать в судьбе. Она поднялась и вопросительно посмотрела на приятельницу.
   - Зачем ты это делаешь? Я ничего не смогу отдать взамен.
   - Послушай меня и услышь. Я профессиональный, высокооплачиваемый психолог и в мои принципы не входит становиться для кого-то альтруистом. Просто я знаю и могу предполагать, чем всё может закончиться. Моё время стоит дорого. Иногда поступают предложения выпить кофе или чай, и во время застолья знакомые, как бы невзначай навязывают тему для разговора. А тема состоит из проблем, которые случились в их компании или жизни. Эти люди ждут от меня совета. Я, конечно, пытаюсь разобраться в ситуации, но внутри понимаю, что меня примитивно используют. Зачем платить высокий гонорар за официальный визит, когда можно лишь выпить чай и узнать всё необходимое. Я не интересна как друг, человек, а лишь как профессионал. Так вот с некоторых пор чаепития меня интересуют лишь в компании людей, которые не знают кто я или в кругу близких родственников или друзей.
   - А что ты отвечаешь на приглашения заинтересованных личностей?
   - Я сразу, на сухом берегу выставляю счёт. Если становится понятно, что клиент в затруднительном финансовом положении, прошу о встречной услуге, например повесить мой рекламный пост и положить визитные карточки на видное для сотрудников и гостей место.
   - Какой-то капиталистический подход. Слишком рациональный.
   - Может быть. Я к этому пришла не сразу, заставила жизнь.- Хельга достала из сумочки сигарету и закурила. Табачный дым обволок её серьёзное лицо. Лариса позавидовала внутренней уверенности этой женщины, которая казалось знает ответы на все вопросы и не подвергает малейшему сомнению свои взгляды и принципы. Приятельница выпустила аромат дорогого табака и продолжила.- В моей жизни произошла история. У меня была младшая сестра, она и есть сейчас, но только в другом измерении. Мы не виделись с ней уже много лет. С ней всё в порядке, она живёт в другом городе с мужем, детьми и собакой и, кажется, счастлива. Как-то, она обратилась ко мне за помощью. Компания, которую они вместе с мужем основали, начали преследовать неудачи. Я со своими коллегами, совершенно бесплатно протестировала сотрудников, и все звенья рабочей цепи, потому что сердечно хотела помочь сестре. В тот момент она находилась на последних месяцах беременности, а ещё с крупным банковским кредитом. Выяснилось, что муж, оставшись один в управлении, разогнал почти всех толковых сотрудников, поэтому фирма начала приносить убытки. Я составила письменный отчёт и лично объяснила сестре суть проблемы. Однако, услышав обвинения в адрес мужа, тут же указала мне на дверь. Тогда в голове родился первый, правильный вывод: самый простой способ превратить друга во врага, это дать совет, который он не хочет слышать. Зачем давать советы, если люди, даже близкие, к ним не готовы? Однажды они могут обратиться и сказать, что в их неуспехах виноваты именно вы, со своими дурацкими советами! С тех пор я перестала помогать тем, кто этого не хочет. Не надо переживать чужие драмы, лучше потратить это время на себя любимую. В этом состоит рациональный эгоизм.
   Хельга докурила сигарету и зарыла в мелкую гальку. Лариса смотрела на бирюзовое море и думала, что она то жила как раз наоборот, подчинила весь порядок интересам Веронички, а подруга тем временем продолжала обосновывать своё странное предложение:
   - Один из самых примитивных способов уничтожить отношения с человеком это дать надежду и предложить помощь, которую не в состоянии оказать. В конце концов может произойти всё что угодно и закончится хорошо или плохо, правильно или не совсем. Всё получится в итоге, если мы найдём правильный баланс между крайностями. Я хочу тебе помочь, это не будет стоить для меня больших затрат. Основные вложения потребуются от тебя- это перелёты, оформление визы, изучение немецкого языка. О жилье не беспокойся-у меня просторная квартира почти что в центре Берлина, о еде тоже. Это не моя работа, этот наша работа и если ты согласна, то засучиваем рукава.
   - Мне надо подумать. Уж слишком это всё неожиданно.
   У Ларисы голова шла кругом, она не могла сконцентрировать мысль на чём-то одном. Ну с языком ладно- в школе и институте изучала, можно вспомнить на уровне разговорного, но как объяснить дочери столь странный поступок, где взять деньги на такие радикальные перемены? Она с сомнением покачала головой.
   - Ты понимаешь, что взваливаешь на себя обузу в виде меня? И снова спрашиваю- зачем ты хочешь нарушить свой комфорт и спокойствие?
   - А ты что, хочешь тихо умирать рядом с равнодушной дочерью и её никчёмным мужем?- Хельга забросила камешек в море, он потонул с утробным бульканьем.- Знаешь, что моя бабка была русская аристократка. Считай, что это дань памяти. И потом, ели следишь за новостями, то в курсе, что твориться в Германии.
   - Это ты о чём?
   - Страну наводнили иммигранты со всего мира- Сирии, Пакистана, Ирака, бегут из Сектора Газа. Это понятно, там война. Но почему-то именно Германия взяла на себя миссию благодетельницы всех униженных и оскорблённых. Так беженцы не хотят ехать в другие страны Европы, а прямиком двигаются в мой Фатерланд, потому что именно здесь правительство выделяет огромные средства на содержание и материальную поддержку. В месяц один человек получает примерно одну тысячу евро. Я понимаю, если это ребёнок, подросток, женщина или пожилой человек. В массе своей это молодые, сильные, здоровые парни, мужчины и женщины, которые не могут найти работу, потому что не знают немецкого языка, а учиться не желают! Они хотят получать пособия, социальное жильё, в котором даже за электричество платит правительство и не желают возвращаться в страны, где уже стабилизировалась обстановка и нужны рабочие руки, чтобы восстанавливать государства. Они не патриоты своих стран, а жалкие ничтожества, которые как пауки проникли в Европу и присосались к денежным сосудам. Вот представь себе, как-то у меня образовалась деловая поездка в Гамбург. Я решила не ехать своим автомобилем, а отправиться автобусом. В дороге провела несколько часов. Выйдя на автовокзале, прежде отправилась выпить кофе и посетить туалет. Рядом за столиками сидели люди разных цветов кожи, да и просто груши околачивали возле стоянки автобусов. Я видела выходцев из Африки, Ближнего Востока, Азии. А вот общественный туалет мыла и чистила коренная немка! Так вот моё государство очень богатое, если позволяет себе содержать армию тунеядцев! Я уверена, что это правительство не обеднеет, если окажет медицинскую помощь русской женщине, которая в этом очень нуждается!
   - Я боюсь, что будет довольно сложно претворить в жизнь эти планы.
   - Не волнуйся, я уже всё продумала.
   - Хельга, дорогая, я тебе так благодарна, но это не имеет смысла.- Лара поникла.- Как можно оставить дочь, квартиру, да и вообще всю жизнь, уклад!
   - Прежде ответь сама себе- ты хочешь жить?
   - Очень!
   - Тогда соберись, вытри слюни и не ной!- Хельга поднялась и подала руку подруге. Они медленно двинулись вдоль берега.- В ближайшие дни я сделаю для тебя официальное приглашение. Ты соберёшь нужные документы и сдашь в Генеральное Консульство ФРГ. Точно не знаю, ждать придётся что-то вроде семи- десяти дней.Это даст возможность провести в Германии три месяца в качестве гостя, за это время надо будет много сделать. Во первых: и этот самое трудное, надо будет ассимилироваться в той атмосфере, представителями которой мы себя планируем объявить.
   - Каким образом такое возможно?- Лара скептически усмехнулась.- Скажу тебе честно, я очень настороженно отношусь к таким парам. Скорее всего никак не отношусь. Это вообще другая сторона жизни. В нашей стране это ассоциируется с насилием, которое происходит в местах не столь отдалённых. Я читала о таком в книгах, смотрела фильмы, противно даже думать на темы такого рода.
   - А ты и не думай. Никто не заставляет любить или ненавидеть, но надо уважать выбор каждого. Мы не имеем в виду насилие, о котором ты говоришь. Речь идёт о добровольном выборе жизненного пути.
   - Я плохо понимаю слово "ассимилироваться"?
   - Чтобы немецкие власти не заподозрили нас в мошенничестве, надо выглядеть как можно естественнее.
   - И что будем делить роли, кто муж, кто жена? Выбирать манеру поведения и стиль одежды?
   - Послушай, я сама толком ничего не знаю!- вспылила Хельга.- Я лишь психолог и создаю гипотетическую картину возможного развития событий.- подруга остановилась и посмотрела Ларисе в тусклые глаза.- Ты должна помочь прежде всего себе! Я не могу сделать всю работу за нас двоих. Никто не должен даже помыслить о подлоге и о том, что ты нуждаешься в медицинской помощи. Может быть с нами составят беседу работники социальных служб, а может и нет, но необходимо подготовится к любому развитию событий. Мы обзаведёмся друзьями из этой тусовки, начнём ходить друг другу в гости и в те места, где обитает эта публика.
   - Хорошо, что во вторых?
   - Ах, да, во вторых: заключим союз, скорее всего в Дании, там не надо собирать так много бумаг и разрешений. Потом на основании свидетельства о браке ты получишь медицинскую страховку и сразу же попадёшь на приём к врачу. После возвращаешься в Россию, сдаёшь документы на получение визы по воссоединению семьи.
   - Голова идёт кругом от всей информации.
   - Согласна. Давай шаг за шагом. Степ бай степ.
   До вечера больше к этой теме не возвращались. Однако после ужина Хельга снова, как бы между прочим затеяла разговор:
   - Ты знаешь, далеко за пределами страны известен берлинский район Шёнеберг- буквально слово переводится прекрасная гора, для которого характерна высокая концентрация гей-кварталов с развитой инфраструктурой. В квартале, расположенном между улицами Фуггерштрассе, Моцштрассе и площадью Ноллендорфплац находятся многочисленные магазины, бутики, кабаки, кафе и бары, ориентированные исключительно на гомосексуальную и лесбийскую публику. Если женщины, предпочитающие свой пол, практически не выделяются ни поведением, ни манерой одеваться, то мужчины очень любят всячески себя украшать, делают маникюр и уважают косметику. С 1993 года в один из выходных дней в этом районе проводится гей-лесби- фестиваль, представляющий собой что-то вроде информационной кампании, здесь же организованы яркие шоу и ярмарки. Это событие привлекает тысячи не только меньшинств, но и туристов с разных концов света.
   - Карнавал в Рио-де-Женейро тоже много желающих посмотреть.- Лариса вздохнула озабоченно.- Даже предположить не могу, осуществится ли наша затея?
   - Мне нравится уже то, что ты не отказываешься. Поверь, я искренне пытаюсь помочь.- Хельга закурила сигарету.- В том же районе на улице Кляйстштрассе находится офис берлинского отделения Союза геев и лесбиянок Германии. Я знаю это место хорошо. Обратимся туда, потому что может понадобиться помощь адвоката.
   - Где нарыла информацию?- Лара усмехнулась.- В интернете?
   - А где ещё? До встречи с тобой эта тема меня занимала лишь со стороны психологии.
   - Я тоже глянула. Оказывается символ Берлина- "Берлинский медведь" раскрашен в радужные цвета.
   - Символ города медведь- чёрный, синий, зелёный. Это уже кто-то из гей сообщества придумал разукрасить в цвета радуги. Что ты думаешь, Берлин состоит только из меньшинств и остальных, сопереживающих им? Для этого и определение "меньшинства"! Население столицы такое же пёстрое, как и в других крупных городах мира. Люди верят в Бога, ходят в церковь, мечеть, кирху, женятся, рожают детей, умирают в конце концов. Все рождаются для жизни, и никто не будет долбить живущего рядом, если понимает, что тот выбрал другой путь, отличный от общего восприятия. Может быть в этом и состоит свобода- быть самим собой и не оглядываться на мнение толпы.
   - Но это не правильно, противоестественно!
   - А что естественно? Твоя дочь? Ведь она не протянула тебе руку помощи в тот момент, когда ты в ней нуждалась или муж, который бросил с маленьким ребёнком?
   - Ты жестокая.- насупилась Лариса.
   - Отнюдь! Где сказано, что сексуальное отклонение причисляется к смертным грехам?
   - Это не что иное, как блуд!
   - А в традиционных семьях этого нет? Да будет тебе известно, что гей и лезби браки распадаются в два раза реже относительно нормальной семьи.
   - Ты что их защищаешь?
   - В мою задачу не входит защищать кого бы то ни было, а также обвинять. Я хочу, чтобы ты понимала, что это нормальные люди со своими страстями, любовями, разочарованиями. Им тоже бывает больно, страшно, обидно. Они также смеются над фильмами Чарли Чаплина, восхищаются картинами Тинторетто и плачут когда режут лук!
  
   На другое утро Хельга улетела, оставив подруге небольшой флакон удивительных духов "Мадлен". Лара в одиночество провела оставшиеся дни и вскоре тоже простилась с гостепреимными хозяевами отеля Моникой и Али. Она даже начала забывать обо всей этой затее с липовым лесбийским браком. У неё были небольшие сбережения, но она не собиралась спустить последнее на подозрительную афёру.
  
   Глава 3.
  
   Его разбудили крики ребятишек во дворе и энергичное чириканье птиц. Пришло лето время каникул, отпусков и дач. Лениво заползла мысль, что и этот тёплый сезон они проведут в душном городе. Раньше Лариса Николаевна субсидировала на поездку к морю на Балтику или к Черноморскому побережью. Сама почти не выезжала, хоть и имела финансовые возможности отправиться в Мексику, США, Францию, да что там , в кругосветное путешествие. В Лёхиных фантазиях тёща сидела на сундуках с золотом, хотя на самом деле всё было гораздо скромнее и прозаичнее. Она отказывалась выезжать куда-то из-за того, что уставала на работе и с удовольствием проводила время отпуска сидя у телевизора. Лариса хоть и зарабатывала прилично, но семейную бухгалтерию, в силу своей профессии, вела исправно. Госпожа экономист понимала, что содержать одной семью из трёх человек, двое из которых с повышенными запросами и с пониженными или практически никакими прибылями, затратно. И когда подходило время отпуска, женщина подсчитывала плюсы и минусы, дорожные расходы, проживание, питание и развлечения. Получалась внушительная сумма на троих. Она так уставала за год от стрессов на работе, от своей прыткой, энергичной дочери и постоянно жующего зятя, что легко выделяла конкретную сумму, и отправляла парочку с глаз долой на пару недель, а сама действительно садилась у телевизора, читала романы и с удовольствием скиталась по магазинам. Находился ещё один резон не проводить отпуск вместе- Лара чётко понимала, что если будет рядом, дочь не мытьём, так катаньем начнёт вытягивать из неё деньги на бары, развлечения и тряпки. Однако Лёху эти подоплёки не интересовали, ещё лёжа с закрытыми глазами он горевал, что прошлый год пришлось провести время безвыездно, так в этом и в последующих годах наверняка ничего не изменится.
   Алексей Силантьев считал себя неудачником по одной простой причине- он родился не в той семье, не у тех родителей, не в том доме, не в той стране в конце концов! От этого природа с самого рождения начала экономить на нём не дав вдоволь таланта, красоты , обаяния. В школе его садили на заднюю парту, не с самой красивой девочкой, прыгал он не выше других и бегал не быстрее. И дальше пошло поехало в том же духе-наперекосяк. Лишь в одном хвалили учителя- мальчику удавалось сочинительство, во всяком случае в пределах школьной программы. Такое поощрение привело в высшее учебное заведение, но везения не прибавилось. В какой-то момент Лёша надеялся пробить все преграды своим талантом. Вот напишет бестселлер, издательства начнут рвать с руками и ногами, вскоре снимут кино по одноимённой книге, там растопыривай карман шире для денежных вливаний и сиди денно и нощно за компьютером, сочиняй свои нетленки. Однако удача не торопилась, видно топталась у другого порога. Изредка кое-что получалось: некоторые журналы брали его статейки, даже заказывали новые. Только Лёха мечтал о славе Джоан Роулинг, на крайний случай как у автора "Пятьдесят оттенков серого" Эрики Леонард Джеймс. Силантьев понимал, что этой Джеймс с её книгами до литературы в высоком смысле слова, как до Пекина пешком, но простому обывателю нравилась скользящая по краю клубничка, и миллионные тиражи приносили автору баснословные гонорары. Всё правильно- зачем забивать голову размышлениями Достоевского, "Войну и мир" лучше посмотреть в британской киноверсии, а изданную заумь Маркеса, Борхеса и Хулио Кортасара лучше поставить на полку не открывая, ради интерьера. Алексей произвёл в голове кое-какие подсчёты и попытался писать раскованно и свободно на бесстыдные сексуальные темы, но издатели воротили нос от почти непристойной литературы. Тогда Силантьев кинулся в другую крайность и обратил свой взор в философские, заумные дали, уподобляясь то Альберу Камю, то Герману Гессе, то Паоло Коэльо. И опять не попадал в тему. Лёха носился со своими идеями, как с нарывом на пальце, баюкал, лелеял и взращивал, ожидая, что обязательно, в один прекрасный момент его прорвёт и потекут слова по бумаге легко и свободно. Он был уверен, что стоит сочинить лишь одну историю талантливую и незабываемую, за которую возьмутся издатели, а после пойдёт как по маслу. Но как ни пытался, как не обхаживал сотрудников различиных крупных и малых издательских агентств, они в упор не замечали, наверное слишком глубоко спрятанного, таланта сочинителя Силантьева. Родителей не интересовали потуги сына, они считали, что выдали парню всё возможное, а об остальном, в виде хлеба насущного, жилья, питья, еды и крыши над головой, он должен позаботиться сам. Лёха, понимая, что полагаться в этой жизни не на кого и ещё штудируя третий курс Литературного института, быстренько женился на красивой, эффектной девушке Вероничке. Она обладала многими достоинствами, на его взгляд: красота- не стыдно появиться в обществе, а со временем на обложках журналов и на телевидении (он, как и все писатели, мечтал он фантастической славе); отдельная, просторная квартира в центре города- и не важно, что она принадлежит тёще (никто не вечен под Луной), а самое главное- только жена верила в его талант. Сама Вероника тоже находилась в поиске и метаниях, но немного другого плана- артистического, одно их объединяло- они паслись на одной ниве любви к искусству и надеялись получить ответное чувство от искусства. Вот эта пара нашла друг друга для какого-то странного, заоблачного существования- она верила в него, а он верил в неё. Так они и жили- тёща работала в крупной энергетической компании в числе топ менеджеров, отлично зарабатывала, а пара благополучно проживала за её счёт, сначала потому что молодожёны являлись студентами, а потом ни у кого не возникло желания хоть что-то изменить. И всё-таки Лёха не был законченным эгоистом и тупицей, в глубине души подозревал, что они с женой никогда не достигнут чего-то достойного во всяком случае на выбранном ими поприще. Но пессимистичные мысли не часто тревожили голову и душу. В холодильнике всегда стояла коробка с молоком, коралька колбасы и десяток яиц, интернет и кабельное телевидение вещали исправно, горячая, холодная вода не прекращались, деньги на пиво и сигареты шуршали в кармане. Алексей, не привыкший к разносолам и роскоши, довольствовался этой жизнью, потому что имел возможность плавать в глубинах своей фантазии, а не разгружать ящики с пивом и мешки с картошкой в соседнем универсаме "Пятёрочка". Когда тёща вышла на пенсию стало непонятно радоваться или огорчаться. Минусы вылезли почти сразу. Лариса Николаевна целыми днями находилась дома, и это начало раздражать зятя, который до этого времени полностью хозяйничал в огромной квартире. Буквально через месяц пришлось перейти на режим экономии- если раньше семейная пара позволяла себе выпить мартини в каком-нибудь баре или саке в японском ресторане, то сейчас денежный поток превратился в ручеёк, и эту струйку тратила Ника- заправляла бензином машину, покупала по привычке трусы и лифчики в "Victoria s Secret" и помаду от "Chanel". Лёхе от этого не оставалось ни капли. Он даже не подозревал, а находился в полной уверенности, что у тёщи есть заначка на дождливый день и почему бы ей не раскошелиться и не купить дачку в пригороде. Могла бы пенсионерка переехать туда, варить варенье, любоваться красотами ландшафта, пением птиц, а им оставить квартиру в полное и безвозвратное пользование. Насчитались и плюсы- маменька прекрасно готовила и теперь на завтрак, обед и ужин оказывался сервирован стол, разносились ароматы, из кастрюль валил пар. Комнаты сияли чистотой, рубашки висели в шкафу отглаженными, носки не валялись по углам, а стопочкой лежали в ящике. Своих родителей он жалел, справедливо полагая, что им в свою очередь так же не повезло- и мать и отец росли в семьях рабоче-крестьянских. Соответственно по жизни отправились не с золотой ложкой во рту и профессию выбрали не относящуюся к белым воротничкам. Отец вышел на пенсию по горячему стажу, так как работал на металлургическом заводе, а мать получила вожделенную по старости, то есть в положенные пятьдесят пять. Если раньше родители позволяли себе энергично расслабляться после рабочей недели, то оказавшись на пенсии времени на это дело прибавилось в разы. Появились друзья -собутыльники и всегда находился желающий сгонять в лобаз за "лекарством" чтобы поправить здоровье. Они ещё не спились до скотского состояния- мать ходила к дантисту и красила губы, а отец ещё мог поменять лампочку, прокладки в кране и два раза в неделю брился, однако всё вокруг приходило в какое-то унылое запустение. Лёха помнил, что шторы в большой комнате повесили когда он ещё учился в школе, зимняя шапка матери, некогда торжественная, тёмная норка превратилась в облезлую кошку, а отец не снимал синтетические трико с пузырящимися коленками. А вот у Сайгородовых всё было по-другому: мебель натурального дерева, не со шпона, паркетные полы, дорогая техника, да и сама квартира в элитном доме с консьержкой, лифтом и специальной парковкой, не двушка с маленькой кухней, а просторная с четырьмя комнатами, гардеробной и огромным балконом. Раз в неделю приходила юркая, чернявая молдаванка непонятного возраста и наводила порядок. Правда с холодильником иногда происходили перебой- тёща обедала на службе, а жена витала в творческих облаках и мало интересовалась содержимым. Алексею приходилось довольствоваться малым- яичница, сосиски и молоко, но он не сетовал, всё лучше, чем в прокуренной родительской квартире с круговоротом сомнительных друзей и постоянным галдежом. Там не только голодным останшься, но никто не оценит высокие творческие муки. Алексей вздохнул от таких дум.
   "Много что произошло за последнее время.- мысли текли тоскливо. Он подошёл к окну. Во дворе набухла сирень и через открытое окно проникал тонкий аромат.- Началось всё меняться, когда Лариса Николаевна вышла на пенсию. А сейчас и вообще куда-то исчезла".
   Лёха ладил с тёщей, а она его терпела. Он видел это и обращался иронично, называя маменькой или мадамой, как бы желая уколоть и тайно отомстить за пьющих и таких запущенных родителей. Он понимал, что одна элегантная, сильная женщина, без поддержки мужчины, создала вокруг себя достойный комфорт, а его родители вдвоём, сплочённо и радостно тянут друг друга вниз. Он повернулся к жене, которая сидя на диване красила ногти на пальцах ног.
   - Куда наша маменька подевалась? Нет дома почти десять дней.
   - Я знаю не больше твоего. Ты же помнишь, мы поругались.- не отрываясь от занятия произнесла Вероничка.- Соскучился по блинам?
   - Соскучился.- также тоскливым эхом отозвался муж.- Может что-нибудь стряслось? Ты бы позвонила.
   - Послушай, она не интересуется мной, а я почему должна в порыве дочериной любви рвать провода? Ничего с ней не случилось. На днях встретилась с её подругой случайно в ГУМе, та связывалась с ней по телефону, поздравляла с днём рождения. Так что жива, здорова твоя "маменька".- Вероника подняла голову.- Мне что-то не совсем понятна такая забота о тёще.
   Она остановила вопросительный взгляд на муже, а тот, суетливо двигаясь, уселся рядом.
   - Тебя не бывает дома целыми днями, ты не замечаешь, а мы вынуждены встречаться на нейтральной территории. Заметно, что тут что-то не так. Раньше она причёски делала, маникюры, а сейчас как-то осунулась, поблекла, волосы седые. На кухню даже заглядывать перестала, сам сосиски варю.
   Вероника отставила в сторону лак для ногтей и сбросила ноги с дивана.
   - Ты прав! А что значат последние заявления по поводу оплаты квартиры, готовки и уборки? Зачем было увольнять домработницу, если сама не справляется с домашними делами?
   - Так вот я и говорю, нам нужна помощница по хозяйству.
   Он заглянул в глаза жены с надеждой, а та тряхнула возмущённо пышными волосами.
   - С каких шишей платить будем? Ты что-то не особенно разбежался рубли заколачивать, носишься со соей фантомной книгой, как с писаной торбой!
   - Ты и сама не особенно стараешься!- Лёха еле сдерживал себя от того, чтобы не наговорить кучу гадостей жене.- Да и с какой стати? Я здесь даже не прописан!
   "За стол садишься исправно, душ каждый день, чистое бельё и интернет с электричеством"!- зло подумала Вероника, откинув непослушную прядь тонкой ручкой.
   Пришлось выдержать паузу и отдышаться, чтобы не рассориться с мужем в пух и прах. Последнее время это случалось всё чаще и чаще, и поводы для этого находились различные, а самый главный это вопросы неорганизованного быта.
   - Ладно, проехали!- Ника утихомирилась, справедливо полагая, что взаимными оскорблениями ничего не решат.- У тебя есть предложения?
   - Есть. Я предлагаю, чтобы мать переехала жить к нам!- лицо жены вытянулось, а Лёха затараторил, чтобы не дать жене опомниться.- Здесь четыре комнаты, мать устроится в гостевой. Лариса Николаевна уже не желает заниматься хозяйством. Зато с приходом матери воцарится прежний порядок! Она будет готовить еду!
   - А она не забыла как это делается?- Ника оказалась ошарашенной от неожиданной просьбы.- Что я скажу матери? На каком основании свекровь поселиться на её жилплощади?
   - Да ты такая же хозяйка здесь, как и она!
   - Подожди, а что твоя мать согласна?
   Глазки мужа забегали, и он с трудом подобрал слова:
   - Они поругались с отцом. Батя приревновал её и побил.
   - О Боже, да к кому? К собутыльнику из соседнего подъезда?
   - Попрошу не оскорблять мою семью!- Лёха почти визжал.
   - Твоя семья это я!- она безнадёжно махнула на мужа рукой.- Опять твои родители. Нажрутся, как свиньи потом творят всякую ерунду!
   Лёха хотел спорить, но сам понимал, что почти весь блуд начинается не от влечения разума, а от лживого обмана пьяного тела. Алкоголь порождает распущенность. Ему приходилось писать статьи о таких маргинальных семьях, где отчим, в отсутствии матери, бесстыдно развращал несовершеннолетнюю девочку. Но каково было его жуткое открытие, когда разговаривая с невинной, но падшей в силу грубого насилия жертвой, корреспондент понимал, что для неё это вещь не из ряда вон выходящая. Девочка росла в этих условиях и, наблюдая за пьющими родителями, воспринимала такую модель поведения, как норму. Да ему вообще в свои тридцать с хвостиком было невдомёк, что может волновать пьющих людей глубоко за пятьдесят кроме того, где взять деньги на бутылку. Оказывается и в этом королевстве бурлили страсти с ревностями, разлуками и торжественными возвращениями.
   "Хорошо, хоть меня успели зачать не с похмелья, когда тупая эрекция разрывает трусы."
   Алексей сердился сам на себя, что-то мямлит, топчется вокруг да около! Надо быть мужиком- сказал- сделал! В конце концов он муж, глава семьи, и как он скажет, так и будет! А в глубине души понимал, что он король с бумажной короной на голове, живёт в квартире в качестве приживалки. Надо как-то исправлять! Ника тоже прикинула в уме кое-какие нехитрые расчёты и решила, что так, наверное будет лучше. Будут меньше ругаться, да и борщ свекровь наверняка варить не разучилась.
   - Хорошо, пусть поживёт какое-то время, пока со свёкром не помирится. Но предупреди её, что прерогатива приглашать в дом гостей исключительно наша!
   Алексей энергично затряс головой. В уме ещё не созрел чёткий план, но что-то начало уже формироваться.
  
   Лариса еле вытолкала огромный чемодан из лифта, где-то в аэропорту слетело колёсико, пришлось нанимать носильщика чтобы он дотащил и загрузил в такси. Возле двери долго рылась в сумочке в поисках ключей. Прислушалась. В глубине квартиры работал то ли телевизор, то ли радио. Ничего удивительного- зять, как всегда, терзается в творческих муках сидя у телевизора и поглощает чипсы из шуршащего пакета. Войдя в прихожую ощутила запах табака.
   "Совсем офонарели! Просила же курить на балконе или перед вытяжкой". Лариса с раздражением бросила ключи на полку. Она сама когда-то интенсивно курила и помнила этот спёртый запах, который проникал во все окружающие предметы- портьеры, ковры, мебельную обивку, а самое противное в вещи. Блузки, юбки, особенно трикотаж настолько пропитывался табачной вонью, что ни один дорогой, французский или арабский аромат не заглушал амбре. Самое интересное, что не важно качество табака- сигареты с ментолом, тонкие, дорогие, дамские или папиросы, или сигары, душок во всех случаях ощущался совершенно одинаковый. Она мимоходом отметила про себя недоумённо- дочь с зятем особенно курением не увлекались, так иногда в компании под коньячок, и то старались на балконе. Лариса скинула туфли с усталых ног и, оставив чемодан в прихожей двинулась в гостиную, тут же остановилась в дверях оторопело. В кресле, закинув ноги на журнальный столик, сидела мать Алексея. Телевизор громко вещал новостями, женщина болтала по телефону, не замечая того, что за ней кто-то наблюдает, и смачно между словами выпускала клубы табачного дыма. Длинная трубочка пепла готова была уже сорваться на бежевый ковёр. Лариса рванулась, схватила пепельницу, выдернула из корявых пальцев дешёвую папироску и с остервенением раздавила в хрустале.
   - Что вы здесь делаете?
   Хозяйка квартиры пыталась подавить вспыхнувшее раздражение, а гостья испуганно прижала руки к груди, потом подскочила.
   - Ну ты меня и напугала Лариса Николаевна!
   Сайгородова зло сверкнула глазами. С родственниками она особенно не дружила, так терпела, если приходилось приглашать на семейные обеды по случаю дня рождения дочери или зятя, и вовсе не потому что считала себя какой-то интеллигенткой или снобизм затмевал глаза. Они существовали в разных мирах и измерениях, не имели точек соприкосновения и совсем не желали эти точки искать, а тем более находить. Алла Иосифовна Силантьева- женщина простая, без затей, общалась со свахой по-свойски на ты и без пиететов, как-никак родня. Ну подумаешь одна работала в солидной компании при должности, а вторая в не менее солидной компании мыла пол, зато сейчас пенсия сравняла обоих. Что уже кочевряжиться друг перед другом? Гостья засуетилась перед хозяйкой, замахала руками разгоняя сизый дым.
   - Ты ничего не подумай, меня сноха пригласила пожить.
   - С какой стати? У вас что, в квартире ремонт? Пожар?
   - Да я с Женькой со своим поцапалась. Дай, думаю, поживу отдельно, пусть помучается.
   Только сейчас Лариса рассмотрела сизый, замазанный тональным кремом бланш под глазом.
   - И как давно он уже страдает?
   - В смысле?- не сразу сообразила сватья.- Да дня четыре уже. Вероничка мне постелила в комнате для гостей.- Алла Иосифовна тараторила.- Ты где пропадала? Я сноху спрашиваю, та понятия не имеет куда подевалась мать и когда вернётся. Может чай заварить? Сейчас Алексей придёт, он в ларёк за сигаретами отправился.
   Лариса безнадёжно махнула рукой, забрала из прихожей чемодан и скрылась в своей комнате, оставив растерянную гостью наедине с телевизором. Через минуту вернулась, взяла хрустальную пепельницу с окурками испачканными красной помадой и чётко, глядя прямо на фингал сватьи, произнесла:
   - Дорогая Анна Иосифовна, уж если вы гостите в моём доме, то я убедительно прошу соблюдать простые правила- курить на балконе, вытряхивать пепельницу, выносить мусор и мыть за собой посуду. С некоторых пор в квартире нет прислуги.
   Она повернулась и направилась на кухню, а сватья сквасила за её спиной лицо, мол надо же какие мы важные! Лариса устала за перелёт. Постепенно боль снова начала возвращаться. Таблетки и микстуры, которые прописал профессор Забелин заканчивались, через два дня надо будет снова вернуться в клинику. Остался позади турецкий праздник, море, горы, подруга Хельга, Али и его жена Моника. Она приняла душ и задремала. Вскоре вернулся зять, а следом и дочь. Сквозь сон слышались шаги, голоса и смех. В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, Вероничка зашла в комнату, села на кровать и кивнув в сторону открытого чемодана спросила:
   - Где ты была?
   Лариса села на кровати.
   - И тебе привет, дочь. Я отдыхала в Турции.
   Дочь присвистнула:
   - Ничего себе!- в голосе Вероники прозвучала злая зависть.- Почему нас с собой не взяла?
   - Когда ты училась в школе мы всегда отдыхали вместе. Ты помнишь Кисловодск, Санкт-Петербург, а сплав на Катуни в Горном Алтае?- Лариса улыбнулась воспоминаниям.- Ты уже большая девочка, у тебя есть муж. Зачем нужна компания пожилой, старомодной женщины? И потом, вы люди взрослые и в состоянии путешествовать на собственные средства и на своё усмотрение.
   - Ты же знаешь, что у нас на это нет денег!
   - Родная моя,- терпеливо произнесла Лариса,- я пенсионерка и уже не могу содержать дом, тебя, твоего мужа, а теперь ещё и его мать! Оторвитесь от меня, живите своим умом!
   - А чем тебе свекровь не угодила?- дочь свирепо сверкнула глазами.
   - Скажи мне, на каком основании ты приглашаешь пожить посторонних людей! Здесь не общежитие!- Лариса еле сдерживалась, чтобы не закричать.- Достаточно того, что я терплю твоего тунеядца мужа!
   - С чего это я должна тебя о чём-то спрашивать? Это и моя квартира тоже! Я здесь прописана! И потом, это мать Алексея, а не чужой человек!
   Вероника почти визжала. Мать устала от тяжёлого разговора, лишь махнула рукой, потом достала из чемодана красивый пакет и протянула Веронике со словами:
   - Это подарки тебе и Лёше из Турции.
   Девушка цапнула пакет и повернувшись уходить не горомко кинула через плечо:
   - Да пошла ты со своими подарками!
   - Постой!- крикнула в спину Лара.- Завтра чтобы свекрови здесь не было. А если вы очень скучаете по ней, переезжайте к ним. Я имею право на покой на собственной жилплощади!
   Дочь громко хлопнула дверью, а Лариса Николаевна печально подумала:
   "Вот и поговорили родные люди. И ведь надо как-то сообщить о своей болезни?"
   Алла Иосифовна покидать уютный дом не торопилась, поэтому мелькала ещё следующий и следующий дни. Она ещё неделю дымила в квартире, как не пыталась бороться Лара. Лишь один плюс оказался от её присутствия- каждый день на столе сервировались вкусные обеды и ужины, правда продукты приносила хозяйка. Сайгородова снова отправилась к профессору Забелину для прохождения курса терапии, от чего у неё не оставалось сил налаживать треснувшие отношения с дочерью. Она чувствовала себя невероятно одинокой, часто хотелось плакать и жалеть себя. Дни сузились от утреннего посещения больницы до того, как голова касалась подушки. Лариса напрочь забыла о глупом предложении Хельги, только прекрасный аромат духов "Мадлен" напоминал о немецкой подруге, которая так внезапно появилась, а потом исчезла из её жизни.
   Сегодня не оказалось сил добраться до дома на общественном транспорте, пришлось взять такси. В лифте штормило из угла в угол, хотелось скорее свалиться на кровать. Из дрёмы её вывел звонок телефона. Лариса пошарила рукой под подушкой и нащупала трубку. В первые секунды память перебирала кому принадлежит голос, настолько неожиданными звучали слова с лёгким акцентом.
   - Аллё, Лариса, ты слышишь меня?
   - Кто это?
   - Привет подруга, не узнаёшь меня! Давай, соображай быстрее, роуминг международный, евро отлетают!
   - Хельга!- Лариса радостно выдохнула.- Как приятно, совсем не ожидала тебя услышать вновь!
   - Нет времени на сантименты. Слушай внимательно. Я оформила приглашение на твоё имя для того, чтобы ты сделала гостевую визу в Германию, как договаривались. Завтра в Шереметьево делает пересадку мой приятель. Он летит в Новосибирск и имеет в запасе три часа. Чтобы не отправлять документы почтой и не терять время, поедешь в аэропорт и заберёшь бумаги у него! Записывай номер рейса!
  
   Лариса рассматривала себя в зеркале, открывала рот, откидывала пряди волос. Зубы вроде бы не пожелтели, цвет лица бледный, но в норме (румяновощёкостью никогда не отличалась), а вот седина прибавилась особенно на висках. После изнурительных процедур казалось силы и энергия покинули тело и скорее всего химия сказалась на внешности, но рассмотрев себя Лариса не ужаснулась своему отражению. Она периодически проводила экспертизу собственного облика. Каждый день осматривать себя оказалось невозможным просто потому, что жизненная энергия растрачивалась на борьбу за жизнь. Сегодня она дольше обычного провела в ванной. В общем-то совсем ничего- бледнось, конечно, не исправить никакими румянами, но блеск для губ, тени и тушь сделали лицо очень одухотворённым и романтичным. Лара присела на край ванны и задумалась. Она боялась своей болезни, паниковала и не знала, что делать. Одна надежда на доктора. В этой борьбе у неё оказался только один союзник- профессор Забелин. Ужас который она испытала узнав свой диагноз, не сменился обречённостью, Лара просмотрела интернет и сделала для себя вывод: пессимизм равно смерть. Если не сдаваться, то победа обеспечена! Надо верить, надо идти, надо бороться! Но страх лез в душу, и в грудной клетке поселился холод. Лариса посмотрела на часы- в запасе оставалось около двух часов. Херр Рессманн появится в Шереметьево около шести вечера. С утра она предупредила дочь, что заберёт машину на вечер, на что та скептично пожала плечами и бросила ключи на журнальный стол. Между ними сохранялись холодные отношения. А Лариса никак не могла понять что и кому должна, но пока задавать такие прямые вопросы не имела душевных сил. Она ехала по забитым пробками улицам к аэропорту Шереметьево и недоумевала, зачем всё это нужно. Документы, приглашение, виза? Может лучше убаюкаться в промадольном забытьи? Нет, так нельзя, подруга суетилась, время тратила, мужика нашла в качестве почтальона. Она отогнала тяжёлые мысли и переключила внимание на поиски парковки. Кружила несколько минут и, поняв бесполезность затеи, вырулила на платную стоянку. От Хельги она получила полную информацию- в какой терминал пребывает самолёт Берлин-Москва, как выглядит этот херр и даже, какой галстук будет болтаться на его шее. Лариса пробежала глазами по залу ожидания. Взгляд наткнулся на того, с кем должна встретиться и, несмотря на усталость, захотелось громко, от души захохотать. Во времена СССР иностранца определить было не сложно. Тотальный дефицит позволял советскому жителю приобретать лишь то, что производила отечественная лёгкая промышленность. Можно было, конечно, отстоять очередь в тридцать три коральки и стать обладателем чешской обуви "Цебо", болгарского трикотажа или польской косметики, но о таких брендах как "Лакост", "Адидас", "Ланком" догадывались лишь единицы из дипломатической и актёрской среды. И если на Красной площади или в метро разевал рот какой-нибудь мужик в ярко жёлтой майке с вышитым крокодильчиком на груди, в тёмных очках и с наушниками от плеера, среднестатистический совок думал завистливо: "живут же люди за кордоном"! Сейчас никого и ничем не удивишь- барахла в магазинах завались какого хочешь! А если есть бабки, то можно позволить не китайскую подделку, а настоящую, фирменную вещь, а иностранца можно определить только тогда, когда он открывал рот и обращался к прохожим:
   - Please help me get to the Bolshoi Theater.
   Так вот персонаж, который топтался у огромного окна и вертел головой, установить не составило труда, тем более имелись чёткие инструкции для определения личности. Однако увиденное превзошло все ожидания. Мужчина примерно сорока двух-пяти лет, среднего роста, с уже округлившимся животиком вид имел уморительный: короткие, со множеством карманов шорты, канареечного цвета пиджак и массивные ботинки из которых торчали сжатые в гармошку оранжевые носки.
   "Надо же так вырядиться,- кусала губы Лариса сдерживая смех. Она немного замешкалась, чтобы перевести дух и направилась к гостю столицы,- Не хватает только пробкового шлема, ружья в руках и убитого бизона за спиной. Тут всё понятно- начинается лето, и в центральную Россию надвигается жара, но он то направляется в Новосибирск, там почти до начала июня ещё лежит снег, рановато для коротеньких шортиков!- в голове промелькнуло.- Как же к этому господину, то есть херру обратиться? Да и вообще, на каком языке"?
   По-видимому мужчина так же имел предварительный инструктаж, и при виде Ларисы широко развёл руки:
   - Добрый, добрый день.- он схватил ладонь женщины и манерно поклонился.- Вы, я так понимаю, Лариса Николаевна!
   Мужчина прекрасно говорил на русском, хотя и с небольшим акцентом. Лариса облегчённо вздохнула- не придётся выковыривать из памяти давно забытые немецкие слова, которые когда-то изучала в институте.
   - А вы значит Вольфганг Рессманн! Поздравляю, прекрасно говорите на русском!
   - О, да, просто обязан в силу своей деятельности. Я работаю юридической конторе, которая специализируется на трудовых отношениях между Германией и странами бывшего Советского Союза.
   - А что вас занесло так далеко? В Западную Сибирь?
   Лариса задала вопрос из вежливости, зато собеседник оказался большим охотником поговорить. Женщина незаметно глянула на часы, висящие над дверями зала ожидания и подумала, что лучше провести время беседуя за чашкой кофе, чем в час пик застрять где-нибудь в пробке
   - Меня не только в западную и в восточную и Тьму Таракань заносит.- Рессманн как-то комично пожал ухоженными ручками и мило улыбнулся наклонив вправо голову. Он подхватил небольшой чемоданчик, легко коснулся локтя Ларисы и увлёк в сторону небольшого кафе.- Надеюсь вы не торопитесь?- то ли спрашивал, то ли утверждал новый знакомый. Лара кивнула, понимая, что немцу, так же как и ей хочется скоротать время в компании за болтовнёй, чем скитаться в одиночестве по залу ожидания.- Вот и прекрасно! Юридическая компания в которой имею честь служить находится в Берлине. Я специалист по разрешению трудовых споров. Несколько лет назад Новосибирске открылся новый завод по производству двигателей для "Боингов", так вот почти все запчасти производятся на машиностроительных и прочих заводах в Новосибирской, Кемеровской и Томской областях, потому что оригинальные детали привозить из Европы или Америки не рентабельно.- адвокат щёлкнул пальчиками подзывая официантку, потом глянул голубыми глазками поверх очков на собеседницу.- Вам интересно?
   - Конечно!- Лариса улыбнулась, её и в правду это интересовало, потому что сама почти всю жизнь занималась экономическими вопросами.- Только не понятно, при чём здесь "Боинги", а куда девались наши ТУ, АН?
   - Сразу видно, вы далеки от этого вопроса, собственно это и понятно- женщин интересуют совсем другие вопросы.
   - Не скажите, я экономист по образованию и долгое время работала в крупной энергетической компании. Больше года как на пенсии, поэтому отошла от дел.
   - Вы прекрасно выглядите!- Вольфганг спохватился, снял очки и часто заморгал.- Да, понимаю. Ваша страна очень богата ресурсами и позволяет себе обеспечивать армию молодых пенсионеров. В Германии же мужчина становится свободным от работы в шестьдесят семь лет, а женщина в шестьдесят пять.
   Сайгородова мысленно усмехнулась- где-то уже слышала рассуждения о социальных возможностях России и Германии. Она пожала плечами:
   - А когда же жить? Выйти на пенсию и умереть!- Лариса на секунду задумалась о том, что именно это с ней и происходит. Она спохватилась не позволяя горестным мыслям появиться в глазах.- Так что происходит в самолётостроении?
   - Больше половины российской гражданской авиации базируется именно на летательных аппаратах этой компании. Уж извините, после развала СССР ваша экономика никак не может собрать костей, только и осталось, что газ с нефтью качать. Ваш "Сухой", конечно вне конкуренции, но они производят только военную технику. Недавно приступили к выпуску "Сухой-Супер-Джет", но когда ещё они выйдут в массовое производство не известно.
   Официантка принесла ароматный кофе с десертом и разговор на минуту прервался. Сайгородова с любопытством разглядывала собеседника, весь вид которого показывал, что он душка, ну просто умная душка!Она отпила горячий напиток.
   - И в чём проблема с новосибирским предприятием?
   - Так вот в головной офис компании, который находится в Берлине, стекаются отчёты со всех предприятий, и наши экономисты нашли огромный разрыв в затратах между аналогичными заводами в Китае, Южной Корее, Турции, России. У вас при более дешёвой рабочей силе и электроэнергии, затраты в три раза выше, чем в других компаниях.
   - И вы нашли причину?
   - Конечно! Директор вор! Он покупает комплектующие по одной цене, а в отчётах показывает совершенно другие, завышенные цифры, а разницу складывает себе в карман!
   - Так увольте его, в чём проблема?
   - На его место придёт другой, ещё хлеще!
   - Пришлите своего управляющего, честного и порядочного.
   - Компания скорее всего так и сделает, а моя задача заключается в другом.
   - Ах да, вы же адвокат! И что вы можете сделать? Судить его? Убить? Разорить? Да ему вообще ничего не страшно здесь в России! Проще всего снять и дело с концом!
   - В том-то всё и дело, что мы в Европе руководствуемся законами, и снять этого хапугу можем лишь базируясь на чётких и веских доказательствах!- Рессманн сокрушённо вздохнул.- Только здесь так сложно работать! Вот еду лишь на пять дней, а пробуду минимум две недели, потому что три дня рыбалка, столько же дней охота, русская баня, застолья и лучшим другом во всём этом будет именно директор завода! До суда дело довести навряд ли получится. Хапуга напишет заявление по-собственному, руководство "Боинга" пожурит и отправит с миром, потому что скандал для подрыва репутации всемирно известной компании никому не нужен. Уже проходил, знаю!
   - Н-да, не позавидуешь вам.Ситуация совершенно безнадёжная.
   Несколько минут сидели молча, поедая тирамиссу и запивая кофе. Вольфганг Рессманн спохватился, вытирая рот салфеткой:
   - Послушайте, Лариса, вы выбрали правильный путь. Я хоть и специализируюсь на юридических конфликтах производственного характера, однако вам при случае могу помочь, или порекомендовать кого-то из своего адвокатского круга более компетентного.
   - Что вы имеете в виду?
   Женщина слегка растерялась. Первоначально она предполагала поздороваться, забрать бумаги, поблагодарить и отчалить восвояси, но разговор повернул в русло, где она точно не знала брода. Решила лучше кивать и со всем соглашаться. Её растерянный вид поощрил адвоката и он продолжил с большим жаром:
   - Я понимаю, насколько трудно было решиться на такой серьёзный шаг. Это не просто изменить в таком нелегкомысленном возрасте всю жизнь, но любовь и человеческие отношения позволят преодолеть все препятствия!
   Лариса смутилась ещё больше. В душе она ругала подругу, что та не сообщила до какой степени осведомлён Рессман и от этого она затруднялась какую линию поведения выбрать- то ли страдающей от тяжёлого заболевания женщины, то ли стареющей лесбиянки. Положим больной претворяться не надо и так всё видно, а вот как ведут себя женщины придерживающиеся другой ориентации она понятия не имела. Рессманн истолковал её задумчивость по своему.
   - Вы знаете, у нас в Берлине, да и во всей Европе, вопросы личного характера никого не касаются, человек сам выбирает свой путь, и все терпеливо, ненавязчиво существуют рядом друг с другом. Это норма цивилизованных, человеческих отношений. Понятно, насколько трудно вам реализоваться здесь. Вы не должны стесняться, во всяком случае не меня, потому что и я тоже отношу себя к так сказать меньшинствам.- мужчина поставил локти на стол и приложил ручки пальчик к пальчику.- А Хельга не рассказывала вам, как мы познакомились?
   Ларисе стало наконец-то ясно, что Рессманн принимает её за члена его же секты. Она лишь отрицательно покачала головой, решила больше помалкивать, чтобы не выдать Хельгу и себя.
   - Мы познакомились в клубе.- воодушевлённо вещал немец.- Сами понимаете, выпили, разговорились. Хельга поделилась ситуацией в которую вы попали. Да собственно никаких преград я не вижу, всё идёт по плану. Да, кстати,- немец спохватился и полез в портфель,- здесь приглашение, которое ваша подруга передала.- он вложил в её руки конверт.- Я, конечно, знаю содержимое, потому что перевозить чужие, неизвестные вещи через границу достаточно опасно.
   Сайгородова поблагодарила, сунула конверт в сумку не рассматривая. С ней начали происходить вещи, которые даже в самом удивительном фантазийном сне, дремоте, мираже представить было невозможно, и всё свершалось как будто без её волевого участия. Скорее можно представить членство в Масонской ложе, секте Аум Синрикё, занятия в кружке Брейк Данса, чем стать представителем ЛГБТ сообщества.
   "Да плюнуть и растереть, в конце концов на карте стоит здоровье и жизнь"!
   - Извините может быть это бестактно, а у вас тоже есть пара?- Лара плюнула на условности и двинула напропалую, надо же когда-то вникать в суть, почему не начать сейчас!
   - Не извиняйтесь. Это нормальный вопрос. Вы знаете, так непросто найти родственную душу в наше время! Очень часто тебя попросту хотят использовать, присосаться к кошельку, войти в общество, а потом бросить, как использованный материал. К счастью уже несколько лет мы вместе с бойфрендом. Сначала просто встречались, скоро стали жить вместе.- Вольфганг сконфузился, достал салфетку и вытер пот со лба.- Мы хотим усыновить мальчика.- он мечтательно закатил глазки.- А может двоих!
   Лариса улыбнулась через силу, а в голове закружился вихрь мыслей:
   "О, Боже! Как же потом объяснять ребёнку где мама? Что скажут сверстники в школе из традиционных семей? Дети жестоки в подростковом возрасте, они же засмеют этих двух мальчиков у которых только два папы. Или один из них будет глупо и бездарно играть роль женщины- матери? А может уровень терпимости настолько высок, что никого не смутит такая семья. И самый главный вопрос: кем вырастут эти дети, видя перед собой пример таких родителей?"
   Свои размышления Лариса оставила при себе. Скоро объявили регистрацию на рейс Москва-Новосибирск. Немец засобирался, достал кошелёк и зашуршал евровыми бумажками.
   - Не извольте беспокоиться.- женщина поднялась первая и сунула подошедшей официантке рублёвые купюры.- Ещё раз огромное спасибо.
   - Когда вы в Германию?
   - Как только сделаю все документы.- чуть не сорвалось с языка, что времени не так много, надо торопиться пока болезнь не начала полностью разрушать организм.- Скорее всего вы приедете вперёд. А напоследок хочу вас огорчить: воруют везде, не только в моей стране. Алчность и жадность не имеет национальности.
   - В этом я категорически согласен!
   - Желаю успешно провернуть все дела в Новосибирске.- Лариса как можно радушнее улыбнулась.
   - Благодарю.- он схватил обе её руки и жарко затряс.- Надеюсь, что мы встретимся в Берлине. В любом случае, если возникнут какие-нибудь вопросы, обращайтесь.- Вольфганг сунул в ладонь визитную карточку. Всё что угодно в Германии, но на территории России я бессилен, во всяком случае в вашем вопросе.
   Лариса Николаевна катила по вечернему городу и размышляла о том, насколько причудлива жизнь.
  
   Глава 4.
  
   Хельга Мюллер мать двоих детей, бабушка троих внуков, профессор психологии "Свободного Университета Берлина" слыла в научных кругах дамой достаточно резкой относительно оппонентов, имела очень узкий круг друзей, не афишировала собственную жизнь и не давала поводов для пересудов. Хельга и впредь решила придерживаться именно такой линии поведения, но в свете последних событий избежать публичности оказалось почти невозможным. То, под чем она подписалась взявшись помогать своей русской подруге, обязывало заводить новые знакомства, посещать злачные места и открытые мероприятия. Мюллер, естественно, не собиралась пускаться во все тяжкие в угоду того, чтобы доказать всему миру смену сексуальной ориентации. Тем не менее она понимала, что так как является фигурой достаточно известной и появляясь в компании геев и лесбиянок, рискует попасть на страницы жёлтой прессы. По большому счёту она уже перешла ту возрастную грань, когда могут взволновать сплетни и измышления по поводу её непристойного поведения. Всегда можно найти отговорки для друзей, или хранить неприступное молчание на скабрёзные вопросы и взгляды коллег. И даже своим пациентам можно впарить историю о том, что она изучает определённую социальную среду для написания статьи в научный журнал. Самое трудное это объяснить продвинутым подросткам-внукам, которые, конечно же, просматривают интернет. Они обязательно когда-нибудь натолкнуться на информацию о непререкаемом авторитете, любимой, доброй бабушке у которой под старость лет поехала крыша. Надо продумать все версии и для всех, потому что проект который они задумали рассчитан не на один день, не на неделю, а как минимум на год. Сначала Лариса живёт в Германии два-три месяца в течение которых они вливаются в среду, заключают брак и попадают в клинику на обследование, а может даже подруга получит первую порцию лечения или даже операцию. Потом она возвращается в Москву и оформляет визу по воссоединению семьи. Самое проблемное в этой истории сдать экзамен на знание немецкого языка, потому что без сертификата в Консульстве даже документы не примут. Но почему-то Хельга была уверена, что с этой задачей подруга справиться. Большую часть времени Лариса должна будет находиться или в клинике, или проживать с ней в квартире, а это подтвердит подозрения соседей, родных и близких, а уж как обрадуются враги!
   "Да плевать, для детей и внуков объяснение найду, а остальные пусть хоть подавятся!" Хельга уже начала вливаться в новую среду, несколько раз побывала на вечеринках и в клубах, где пёстрая, разряженная публика отнеслась к ней и её истории доброжелательно и с большим интересом. Однако желательно получить консультацию какого-нибудь специалиста, ну геи и лесбиянки понятия относительно ясные, а вот остальные? Ведь чёрт их разберёт ху из ху и чем отличаются трансвеститы от трансгендеров, садо от мазо. Она полистала в памяти страницы своей телефонной книги и вспомнила давнего знакомого коллегу - Розенфельда Якова Натановича, который специализировался как раз на сексуальных отклонениях и половых расстройствах. На страницах ежедневника обнаружился номер телефона. Хельга долго слушала длинные гудки, потом оставила голосовое сообщение и отключилась. На город опускались сумерки, в окне от пола до потолка, бурлящий машинами и огнями бульвар, лежал как на ладони. Офис находился в новомодном, высотном здании из стекла и бетона на восьмом этаже. От того, что выходящая на улицу стена была прозрачной, складывалось впечатление аквариума, только не понятно, кто за кем наблюдал- то ли город за ней, то ли она за городом. Женщина специально выбрала именно это место под офис недалеко от Брандербургских ворот, здесь в огромном, элитном строении, всё напоминало о её прошлом. Эту улицу когда-то разрезала легендарная Стена. Хельга думала иногда, что её можно было назвать Стеной Плача по аналогии с иерусалимской, потому что эти бетонные блоки за двадцать восемь лет своего существования видели много горя и печали. Профессору фрау Мюллер посчастливилось родиться в западной части Берлина. Их дом находился как раз недалеко от серой, бетонной Стены разделяющий город, страну, народ и целый континент на две части. В её сознании Берлинская Стена наличествовала неизменно. Когда она родилась, этого сооружения ещё не было, стена возникла через несколько лет, но казалось, что это глухое заграждение существовало всегда и никогда не исчезнет с лица земли, как Пирамиды Хеопса. Что-то в этом строении таилось страшное. Монумент длиною в сто шесть километров, выше трёх метров высотой, из серого армированного бетона и с натянутой по верху колючей проволокой по которой шёл ток высокого напряжения устрашал жителей по обе стороны Берлина. По периметру строения возвышались смотровые вышки с автоматчиками наверху, а чтобы Стена стала совсем неприступной, возвели противотанковые сооружения. В детские и подростковые годы они с сестрой постоянно отирались возле пропускных пунктов, туда, как магнитом тянуло посмотреть на людей, которые жили по ту сторону страшного забора. Какими они были - с длинными ушами, синей кожей или крыльями за спиной? Однако счастливчики, которые смогли преодалеь границу по официальным документам, оказывались нормальными, адекватными людьми. Шли они на двух ногах и даже говорили на том языке, на котором разговаривало всё население другой половины города. Мать запрещала приближаться к Стене, потому что боялась провокаций с социалистической стороны, наверное тоже думала, что восточные немцы как минимум с рогами. Хельга хотела поведать ей, что эти люди такие же как они, только одеты немного хуже. Из разговоров за обеденным столом, на улице и из газет было ясно, что материнское волнение было не напрасно. При попытках нелегального пересечения границы гибли люди, иногда слышались автоматные очереди. Среди жителей ходили разные невероятные истории, например какие-то родители, в поисках лучшей судьбы для своих детей, отправили их на западную сторону на воздушном шаре или рассказывали о смельчаках, которые вырыли подкоп длиной в сто сорок пять метров и через него переправил на другую сторону множество народа. Фрау Мюллер окончила Университет, вышла замуж, родила детей, развелась, а стена продолжала стоять. Финал наступил неожиданно быстро, наверное так рушатся великие цивилизации, прследующие грандиозные цели. Жизнь за высоким забором стала невыносимой, как опара для теста забродила, потом поднялась и потекла разрушая все преграды. Сначала социалистическая Венгрия почти открыла границы с Австрией и тысячи туристов из ГДР кинулись через эту лазейку. Вскоре Чехословакия подняла железный занавес. Четвёртого ноября 1989 года на площадь Александрплатц стеклось почти полмиллиона демонстрантов. Вся Восточная Германия превратилась в бурлящую реку. И вот тут происходит неожиданное. Член Коммунистической партии Германии Гюнтер Шабовски, скорее всего пропускал заседания правительства и не вполне владел информацией, он и допустил казус, который изменил не только Германию, но и всю Европу. В то волнительное время весь мир следил за происходящем на территории социалистического лагеря. Хельге в этот год исполнилось сорок один год. Она уже не бегала к Стене, а узнавала о происходящем из газет, радио и телевидения. В эти дни всё внимание было приковано к средствам массовой информации. Эта пресс-конференция транслировалась в прайм-тайм, поэтому в последствии невозможно было уже что-то изменить. Швабовский по недоразумению на вопрос итальянского журналиста, когда же вступит в силу закон о свободе передвижения, ответил, что этот закон, по его информации, начинает действовать немедленно. И людская река двинулась к Стене, к контрольно-пропускным пунктам, чтобы попасть в западную часть города. Пограничники у которых не имелось никаких свежих инструкций о новых правилах сдерживали натиск в течение трёх часов. После того, как западные телекомпании установили камеры и подтвердили сенсационную новость, стало ясно, что многолетний период раскола Германии подошёл к концу. Берлинскую Стену быстро разобрали по кирпичику, скоро также поменялась и власть. Хельга помнила это время до мелочей: в каждом баре, ресторане, на дискотеке звучала песни Удо Линдберга, "Kiss", "Europe", "Chilly", бродил пьянящий аромат свободы, улицы заполнялись людьми дождавшись время перемен. Народ скандировал: "Горби, Горби, Горби"! Она никогда не понимала, за что Горбачёв получил Нобелевскую премию Мира- за свою слабость, бездеятельность, за то, что не заставил солдат стрелять в мирных жителей? На вопросы относительно судьбы Германии он просто пожимал плечами. Члены Нобелевского комитета должны были, просто обязаны раздать этот миллион долларов людям, которые решили свою судьбу в Берлине, Лейпциге, Дрездене! В крайнем случае всучили бы этому Швабовски, который ляпнул не подумав перед телекамерами, тем самым подтолкнув массы к решительным действиям. Может быть она пропустила бы этот исторический факт мимо себя, воспитывала детей, писала диссертацию, но в тот момент вместе с политическим переворотом она хотела изменить и свою жизнь. За несколько лет до этих событий фрау Мюллер развелась с мужем, осталась одна, умная, красивая, с огромными перспективами в карьерном росте и с двумя детьми. Её сердце не страдало в любовных муках до поры до времени. Как-то на конференции в Варшаве в ресторане произошло знакомство, которое изменило доселе спокойное душевное состояние. Он работал в крупной промышленной корпорации и проживал в ГДР. Так возникла любовь на расстоянии, они рвались друг к другу, но никак не могли соединиться. Её держали дети, работа, дом, а его, ведущего инженера никогда бы не выпустили органы государственной безопасности на территорию ФРГ. Они тайно встречались в то в Праге, то в Будапеште, то в Софии, то вообще у чёрта на рогах, туда, куда он ездил в командировки, инспектируя заводы принадлежащие корпорации. Они знали друг о друге всё. Хельга показывала фотографии детей, рассказывала о своей работе и тоскливой жизни без него. Он смотрел восхищённо и грустно, целовал её руки и обещал, что наступит день когда они навсегда соединятся. И вот после знаменательных событий они наконец-то смогли жить вместе, но судьба отмерила всего несколько лет. Врачи диагностировали рак, он угасал скоро и тяжело. Женщина пригласила пастора из местной церкви для последнего причастия, но ему не в чем было каяться кроме того, что так и не успел сделать её счастливой. В сердце Хельги никогда не переставал гореть огонь любви к этому нежному, преданному мужчине. Она ещё раз вступала в брак, но союз продлился не долго. Фрау Мюллер считала себя счастливой женщиной, потому что в её жизни была такая большая и удивительная любовь. Когда профессор Мюллер искала помещение для своего офиса и медицинской практики, то выбрала именно это, с видом на место где когда-то проходила Стена, словно ожидая, что однажды снова увидит родной силуэт.
  
   Из задумчивости вывел назойливый телефонный звонок. Хельга оторвалась от окна и воспоминаний. В первую секунду она металась в непонимании, какую трубку поднять, то ли сотовую, то ли стационарную. Наконец-то сообразила, села в кресло и выдохнула:
   - Да, слушаю.
   - Как же я рад, что ты снова вспомнила обо мне.
   - Яков Натанович, дорогой, я тоже невероятно счастлива тебя слышать! Ты в порядке? Как жена, дети, внуки?
   - Спасибо, всё без изменений, кроме того, что я перевёз всю семью в Израиль. По какой причине ищешь мою персону? Зачем понадобился старикан роскошной даме?
   - Так уж и старикан.- Хельга улыбнулась. В голове всплыла крупная, слегка сутулая фигура с седой шевелюрой. С Розенфельдом их связывала старая дружба, настолько старая, что забылись некоторые подробности знакомства. Одно она помнила- Яков, даже в молодые годы умудрялся пахнуть, как старикан, как будто вещи, которыми он пользовался пролежали в пыльном сундуке много лет. Когда-то Яков даже приударял за ней, а потом неожиданно решил жениться на еврейской девушке и пригласил на свадьбу витиеватой открыткой. Однажды Хельга оказала коллеге неоценимую поддержку. Он обратился к ней за помощью как к профессионалу, потому что сам в какой-то момент настолько эмоционально истощился и выгорел, что не мог слышать даже голоса своих пациентов. Он так глубоко погружался в их проблемы и пропускал их через себя, что сам оказался на грани срыва. Мюллер провела с Яковом Натановичем несколько сеансов и к сожалению констатировала, что лучше для него прекратить активную практику. Позднее могут начаться проблемы в семье, возникнут разногласия с детьми, да и сам рискует загреметь в клинику неврозов. Розенфельд прислушался к совету и основную часть своего времени посвятил науке, лишь иногда консультируя по вопросам сексуальных отклонений.- Просто хотела пригласить тебя по старой дружбе в какой-нибудь уютный ресторан.
   - Если дама приглашает, значит ей что-то нужно. Для тебя, дорогая, любой каприз! Называй место и время.
   - "Кит-Кат" клуб.- выпалила женщина. Она уже побывала там несколько раз, обзавелась знакомствами и даже доверила адвокату Вольфгангу Рессманну- завсегдатаю этого заведения, передать документы московской приятельнице. Хельга тщательно выбирала место- совсем не подходили клубы и рестораны только для геев и только для лесбиянок. В "Кит-Кат" клубе были рады всем, не только секс меньшинствам, но и натуралам. Фрау Мюллер так давно жила на свете и так много видела, что смутить чистую душу оказалось невозможно. В первое посещение она наблюдала за этим ряженым в латекс и перья балаганом и философски размышляла о невероятном многообразии проявления любви и жизни. Хельга любила свой город именно за ту свободу которая находилась на какой-то грани добра и зла. Берлин не дикий и распущенный, а скорее зрелый и благоразумный и при этом всё равно свободный, научившийся получать удовольствие от жизни не эпатируя грубо. "Берлин бедный, но сексуальный", заявил как-то бывший мэр города Клаус Воверайт- открытый гомосексуал. Никого здесь не удивить ни гашишем, ни трансвеститами, ни танцами в голом виде, ни автобусами с рекламой самого большого в Европе борделя со спецпредложениями.
   - Теперь понятно вопросы какого плана тебя интересуют.- хрюкнул в трубку Яков.- Боюсь, что на спокойный, уютный ужин мы рассчитывать не можем.
   - Но выпивку и зрелища я тебе гарантирую!
   - Дорогая моя, я добропорядочный семьянин и уже стар для экстремальных ощущений.- Розенфельд снова засмеялся хрюкающим звуком.
   - А мы не расскажем твоей жене. Зато все персонажи, о которых я хочу знать, будут как на подбор и в огромных количествах.
   - Уговорила, но сначала ужин в какой-нибудь тихой таверне. Ты помнишь, что я диабетик и режим питания важен для моего организма.
   - Договорились!
  
   За столом собрались лишь члены семьи. Вероничка настаивала на друзьях, но Лариса оказалась непреклонной. Надо как-то пережить встречу с семьёй Силантьевых, а если появится шумная компания, то вообще невмоготу. В день рождения зятя традиционно собирались в доме Сайгородовых с того времени как Алексей вошёл в семью в качестве зятя. Его мать- Алла Иосифовна никогда не обременяла себя заботами о застолье, о подарках и поздравлениях, а отец вообще вспоминал об этой дате тогда, когда видел белую скатерть и набор запотевших бутылок. Рюмки за здравие сына он поднимал прытко и часто, не особенно оценивая кулинарные изыски, которыми хозяйки заставляли стол. Все семейные торжества неизменно посещала подруга Наташа, её считали членом семьи, доверяли секреты и одалживали деньги. Лёха в глубине души возмущался, что на его праздник приходят люди никакого отношения не имеющие к его персоне. Однако открыто высказываться не осмеливался, понимал, тот кто заказывает музыку, тот и танцует по своим правилам. Да и причина была для внутреннего бунтарства и раздражения- Наташа, тётя Наташа, Наталья Павловна с первой встречи раскусила Силантьевскую семейку, общалась с ними снисходительно и колко невзирая на то, что сидеть приходилось за одним столом. Лишь одно примиряло Алексея с тёщиной подругой- она следила за его публикациями и верила в наличие таланта. За это он мог простить много и даже те гадости, которыми Наталья открыто поливала осоловелого отца и раскрасневшуюся мать. Сегодня разговор как-то не клеился, присутствующие постно чокались, ели без аппетита, только у бати от одного вида водки "Столичная" поднималось настроение, ещё от того, что он понимал- вся поллитровка достанется ему в одну харю- дамы предпочитали вино, а тёща так вообще крепче сока ничего не употребляла. Постепенно нашлись темы для беседы и стол слегка оживился. Наблюдая за своими гостями Лариса грустно размышляла о том, что будет, когда её не будет... Однажды она случайно попала на концерт удивительной пары Юрия и Татьяны Михайловых. Как-то зимой, в канун Нового года организовалась командировка в дочернее предприятие в Кемеровской области. Сидеть одиноко тоскливыми, зимними вечерами в номере отеля было невыносимо поэтому накинув шубку, Лариса отправилась на вечерний променад. В фойе гостиницы она заметила красочное объявление о том, что в местном музее проводится творческий вечер самобытных исполнителей народной песни. Туда ноги и привели. К аутентичному фольклору своего скептического отношения Лариса не скрывала, вот если Бабкина или Кадышева, но вот эти исполнители из сибирской глубинки, из небольшого городка Мариинск сразили наповал своей искренностью и мощным душевным посылом. Сердце заходилось от далёкой тоски, хотелось заплакать от непонятной грусти. А текст одной песни запал в душу, простой, незатейливый и от этого такой правдивый. В памяти всплыли слова:
   - Скоро будет нас не будет,
   Кого будете глядеть, кого будете жалеть.
   Кого будете любить, кого будете просить.
   Кого будете просить, на руках кого носить,
   Кто же песню вам споёт, слово доброе найдёт,
   Жалко, жалко, жалко вас, как вы будете без нас
   Растревожились не зря, не даёт заснуть мысля,
   Не даёт заснуть мысля, что же будет опосля,
   А всё будет опосля, будет каждый день заря,
   Будет каждый день заря, растревожились мы зря!
   Умирать не страшно нам, мы своё отдали вам!
   А последняя молитва не за голову свою,
   Не за голову мою, а за родину мою
   Никого мы не забудем, вас оттуда помнить будем!
  
   Торжественным финалом застолья стал торт со свечами. Алексей млел от внимания к своей персоне, да и вообще в этом доме он чувствовал себя каким-то важным и нужным. Не то что в родительских, прокуренных "хоромах", в которых хороводились странные личности, постельное бельё менялось раз в месяц, а в кастрюлях в качестве коронного блюда тушилась капуста. Мать с отцом не изменили своим привычкам и нарезались до очень нетвёрдой походки. Вероника вызвала такси. Алексей кое-как утолкал пару на заднее сиденье и сунул водителю несколько купюр. Опустился вечер, двор опустел, только запоздалые прохожие спешили домой, да прогуливались влюблённые парочки. Возвращаться домой что-то не хотелось, он сел в палисаднике на скамейку и закурил. Будучи подростком он стеснялся своих родителей, иногда плакал от бессилья и невозможности что-то изменить. Однако Алексей никогда не презирал несчастных, в душе жила скулящая жалость к ним. Для чего прожили эту жизнь? Работали тяжело, света белого не видели, а по выходным надирались что есть мочи. И ведь ничего, кроме двухкомнатной хрущёвки не поимели. В чём радость непонятно! Ну ведь было время, когда они втроём на электричке ездили кататься на лыжах, летом выбирались на пикник возле реки, осенью собирали грибы. Вот этот диапазон передвижений и остался навсегда, только со временем сошёл на нет. Отпуск проводили дома, о морях, курортах, минеральных источниках речи никто не заводил. Лишь однажды отец поездом отправился на похороны брата куда-то то ли в Махачкалу, то ли в Минеральные Воды, о чём долго вспоминал и рассказывал в красках, прибавляя, а скорее фантазируя всё новые красочные подробности. Алексей хотел хоть что-то изменить для них, но не знал, как и что. Если оставить проживать на прежнем месте, то товарищи-собутыльники всё равно проникнут в квартиру под любым предлогом. Вот если их куда-нибудь перевезти, оторвать от привычной, угарной обстановки, глядишь, возьмутся за ум. Но толкового ответа несчастный сын не находил, лишь терзался фантазиями о том, что когда-нибудь родители облагоразумятся и остепенятся. Шевелилась в голове одна отличная мыслишка, но пока он не знал, как подойти к её осуществлению. Алексей предполагал, что у тёщи есть приличная заначка, насколько приличная не совсем ясно, однако на домик в деревне должно хватить. И парень в мечтах своих видел, как отец колет на зиму дрова, мать варит варенье, а вечерами жаркая баня и телевизор перед сном у тёплой печи. Иногда и для Ларисы Николаевны в этих бреднях находилось место, да и не важно, лишь бы дом купила.
   "Дурак думкой богатеет". Лёха в сердцах щелчком закинул сигарету в кусты, наблюдая как огонёк, пролетев дугой, скрылся в тёмной траве.
   Через какое-то время из подъезда вышли Лариса Николаевна и её подруга Наталья. Алексей понял, что хозяйка пошла провожать гостью. Женщины не торопясь приблизились к скверу и мужчина мог слышать их разговор.
   - Лариса что с тобой происходит? Ты какая-то сама не своя.- Наташа взяла Ларису под руку.
   - Всё в порядке.- наигранным, бодрым голосом Сайгородова хотела заглушить рыдания.
   - Ну я же вижу. Ты не заболела часом?
   - В точку!- Ларису прорвало и она заплакала.- Доктор диагностировал рак. Я в жутком состоянии уже несколько месяцев.
   - О Боже!- Наташа обняла подругу. Больше она не знала, что сказать, просто стояла и гладила её по голове.- Но ты же не сдашься просто так? Надо что-то делать? Искать клиники, целителей, травников! Может поехать за границу?
   - Я и не сдаюсь. Просто так тяжело находиться один на один со своими страшными мыслями.
   - Ты что не рассказала Веронике о болезни?
   - Пока нет. Зачем расстраивать её раньше времени.
   - Странная ты, а когда по твоему это время придёт? Если хочешь, я с ней поговорю.
   - Прошу тебя, не надо! Чуть позже сама всё сообщу.
   - Но ты не можешь управляться по дому, как и прежде, готовить разносолы, стирать за ними и убирать квартиру. Твоя дочь с зятем практически сидят на твоей шее! Кто платит коммунальные услуги, электричество? И потом, необходимы средства на лечение, усиленное питание, рыба, желательно сёмга, фрукты и овощи! Твоя пенсия всего не выдержит.
   - Пожалуйста, не начинай! Я разберусь с этим сама. Мне и так тяжело.
   - А сейчас ты получаешь лечение?- Наташа не унималась.
   - Конечно! - Лариса постепенно успокоилась, ей стало легче от того, что часть своей боли она отдала подруге.- За мной наблюдает прекрасный доктор, профессор Забелин Иван Петрович.
   - Тебе нужна какая-нибудь помощь? Ну деньги, например, какие-то лекарства специальные? Может сходим вместе к психологу? Тебе надо получить поддержку, как же ты одна справишься?
   - Ты права, два месяца назад, когда я узнала о болезни, думала, что сойду с ума. Представляешь, даже в Турцию поехала, чтобы в последний раз увидеть море. Там и правда немного успокоилась.
   - То-то я думаю ты на день рождение не приглашаешь, оказывается ты наслаждалась морем. Это хорошо!Тебе сейчас положительные эмоции просто необходимы. Если хочешь, пойдём на неделе в зоопарк или в цирк?
   Наташа совсем не была готова к разговору о болезни, поэтому собирала всё, что придёт в голову, лишь бы поддержать подругу. Лариса улыбнулась и пожала её руку.
   - В Турции я познакомилась как раз с психологом. Очень интересная женщина, немка. Прекрасно говорит на русском. Ты знаешь, она сделала мне предложение.
   - Интересно какое?
   - Вступить с ней в брак.
   Повисла пауза. Наташа растерялась.
   - Не поняла. Как это?
   - В Европе и в частности в Германии официально разрешены однополые браки. Вот она мне и предложила.
   - Погоди.- подруга развернула Ларису лицом к уличному фонарю и заглянув в глаза произнесла.- Ты рехнулась? Ты о чём говоришь? Здесь тебе не Европа! Это Россия и не вздумай ещё кому-нибудь квакнуть про однополый брак. Скажи только- зачем?
   - Да я жить хочу, мне всего пятьдесят шесть, внуков мечтаю увидеть.- Лариса рассердилась.- Как буд-то у всех у всех есть право на жизнь, а у меня его нет!
   - А брак тут причём?!
   - Притом. Если мы оформим документы, то по законам Германии, я, как член семьи, имею право пользоваться её медицинской страховкой. Всё лечение смогу получить бесплатно в клиниках мирового класса! Все знаменитые люди, артисты, политики едут в Германию лечиться, у них денег куры не клюют, а у меня таких средств нет, я значит, помирай здесь! Посмотри в интернете, только первичный осмотр у врача в берлинской больнице стоит полторы тысячи евро! И это без всяких там анализов! Эта женщина просто хочет мне помочь, предлагает проживать в её квартире! Просто так! У меня есть кое-какие сбережения на перелёты, питание, заплатить за визу, а самое главная затрата это лечение покрывает страховка.
   Лариса устала за долгий день, от пьяных родственников, а сейчас вот вынуждена оправдываться перед подругой. Ей вдруг стало всё равно что она подумает о ней. В душе Сагородова досадовала на себя: ведь не хотела никому говорить, зачем рассказала, уехала бы потихому и дело с концом. Наташа догадалась о состоянии подруги и уже тише спросила:
   - И кому в голову пришла такая идиотская идея?
   - Ну не мне же.- успокоившись ответила Лара.- Я и в страшном сне такое не смогла бы представить. Это предложение всерьёз не воспринималось. Стало понятно, что это не шутка и розыгрыш только вчера, когда немка через знакомого передала приглашение. Осталось собрать кое-какие документы и сдать в Консульство Германии.
   Помолчали. Вдруг Наташа хрюкнула и зашлась смехом сквозь который кое-как произнесла:
   - Лариска, а ты в семье кто муж или жена?
   - Не думала.
   Лариса фыркнула и громко засмеялась, а приятельница не унималась, она почти что рыдала от смеха:
   - Так в ЗАГС пойдёте, кто из вас фату одевать будет? Или вы обе? А целоваться будете?
   Алексей сидел в кустах и подслушивал сначала откровения, потом смачный хохот. Стало понятно, что происходит с тёщей в последнее время. Ему было не стыдно, что он вот так сидит и слушает разговоры не предназначенные для его ушей. Смеяться совсем не хотелось, он думал, как преподнесёт всю историю Вероничке. Одно он знал точно: тёщу надо останавливать любыми путями. Женщины кое-как утихомирились и двинулись дальше, прочь со двора и дальнейший разговор Силантьев не слышал, но и той информации оказалось достаточно для панических размышлений. Лариса вытерла брызнувшие от смеха слёзы и решила полностью открыть подруге свои мотивы:
   - Я просмотрела множество литературы, читала отзывы таких же онкологических больных. Кто-то победил рак, кто-то боролся до последнего, у каждого свой путь. От отчаяния одни идут в церковь, другие к Богу, третьи ищут исцеления у шаманов. У кого есть деньги едут в Израиль, Америку, Германию. Ты не представляешь, сколько знахарей прелагают свои услуги по исцелению, разводят на деньги и так ослабевших, несчастных больных, ничем не гнушаются! Для себя я сделала вывод, что с болезнью не надо бороться.
   - Послушай, в твоей голове вообще всё перевернулось с ног на голову.- перебила Наташа.- Я сегодня смотрю и думаю, что совсем тебя не знаю! О чём ты говоришь? Вообще решила опустить руки?
   - Дослушай меня!- Лариса дёрнула приятельницу за руку.- Болезнь это уже следствие, бороться надо с причиной. Я поняла, что жила не правильно. Всё отдавала дочери, а сейчас и зять присоединился. Всегда терзалась тем, что ребёнок растёт без отца, что Вероничка не получила толкового воспитания. Моя вина, что дочь не стала тем, кем хотела, ни к чему не стремиться чтобы содержать себя в будущем. Я наивно полагала, что её муж возьмёт всю ответственность, но в доме появился вместо сильного мужчины ещё один клоп, который благодаря мне, быстро превратился в паразита. Понимаешь, я виновата, что они превратились в бездельников. Я создала культ дочери: "Ах какая ты умная и красивая, ты талантливая, какие прекрасные глаза и волосы! Обязательно будешь актрисой"! Вдалбливала с детства, Вероничка и поверила! Сейчас не хочет менять своего мнения, а я не могу сказать, что таланта нет, и красота завянет со временем. Надо идти работать, да хоть куда, в супермаркет продавцом, кондуктором в автобус, кем угодно, только чтобы смогла содержать себя, когда меня уже не будет! Сейчас крутится в костюмерной театра, так чтобы дома не сидеть, а денег кот наплакал. Вся жизнь, все Солнца и Марсы с Венерами крутились вокруг дочери, а кто я? Работала как лошадь, замуж не вышла, хоть и были претенденты. Боялась, что Вероничка отойдёт на второй план. Не думала о себе даже когда пошла на пенсию, быстро превратилась в бабку и бесплатную домработницу. Подавление собственного Я привело к бунту организма, вследствие чего вылезла опухоль.
   - Я согласна с тобой. Настало время подумать о себе. А это невозможно, если не переменить обстановку. И когда тебя не будет рядом, не с кого будет сосать деньги, зять с дочерью отправятся добывать средства к существованию.
   - Вот именно! Это судьба свела с Хельгой Мюллер и этот шанс надо использовать!
   - Только способы для достижения цели какие-то комичные. Не представляю тебя в роли лесбиянки.
   - А те русские, которые в состоянии оплатить лечение в заграничных клиниках идут честным путём? На какие деньги они позволяют себе отдельные палаты, как гостиничные номера пятизвёздочных отелей? Согласна, что мой путь не самый честный, но я не украла деньги из бюджета страны или города, которые должны были пойти на приобретение жилья для детей сирот.
   Уже подойдя к автобусной остановке, Наташа глупо хихикнула:
   - На свадьбу то пригласишь? Я подарок куплю, тульский пряник-"Совет да любовь"!
   - Да ну, тебя.
   Лариса махнула рукой и слабо улыбнулась. Навалилась усталость. Подошёл автобус, подруги быстро расцеловались. Уже из дверей Наталья крикнула:
   - Держи меня в курсе событий. Я провожу тебя в аэропорт.
   Когда Лариса вошла в комнату повисла неловкая тишина. Она окинула взглядом дочь и зятя, те хранили молчание, уставившись в телевизор невидящими глазами. Лариса Николаевна пожала плечами и отправилась в свою комнату. На сегодня треволнений получилось предостаточно, таблетки на ночь и сон. Вскоре квартира погрузилась в темноту. Прежде чем окончательно провалиться в сон до Лары ещё доносились голоса Веронички и Алексея.
   "Наверное опять выясняют отношения".- сквозь сон подумала она и отключилась.
   Вероника прорыдала всю ночь. И не известно кого было жалко больше себя или маму, которая всегда оберегала её, и не позволяла случиться страшному, вдруг в одночасье сама привнесла печаль и горе в её душу. Муж лез к ней с россказнями о том, что мать снюхалась с какой то немкой и собирается уехать за границу! Ведь она может продать квартиру и оставить их ни с чем, в крайнем случае прокатает все сбережения, и мечты о домике в деревне никогда не сбудутся. Ника еле сдерживая рыдания и крик, с полными слёз глазами выдавила зло:
   - О каких сбережениях ты говоришь, о каких домиках! Мама больна, это ни грипп, ни перелом руки, не язва желудка! Это самый страшный диагноз, который может услышать человек! Прошу тебя, оставь меня в покое, хотя бы на время.
   Она повернулась к стене, так и пролежала с открытыми глазами всю ночь, только вздыхала тяжело и вытирала слёзы. Наутро Вероника расположилась на кухне в полной решимости поговорить с матерью, сварила кофе и задумалась о том, как начать разговор. Совсем не хотелось рассказывать родительнице о том, что муж подслушивал их разговор сидя в кустах. После двух чашек показалось странным, что мать ещё не проснулась. Невзирая на то, что она превратилась в пенсионерку, свои привычки не изменила- просыпалась рано, готовила завтрак для всей семьи. Часы на стене показывали половину девятого. Вероника подошла к дверям спальни и тихонько постучала, постояла, прислушиваясь несколько секунд, потом открыла дверь. Комната оказалась пуста, а постель аккуратно заправленной. Ника поняла, что в какой-то момент всё-таки задремала и не слышала, как мама ушла из дома.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"