# Зеркало миров Глава 5 Ника

Ксайо Атрей

Новая версия

В сумерках, освещённых неверным светом факелов, по сосновому бору мелькали чёрные тени. Воздух был полон звона мечей, стука палок, тяжёлых вздохов и окриков. Ника смотрела на происходящее во все глаза и пыталась повторять движения бойцов, тренировавшихся в сосновом бору. Все до единого были в чёрной одежде и с косичками за ушами - Ника никогда не видела ни одного из них в городе или в числе гвардейцев Дома Светлейших. Кто они? Откуда взялись? Для чего тренируются?

Ника так увлеклась происходящим, подалась вперёд и наступила на сухую ветку. Та треснула так громко и смачно, словно это был ствол молоденькой вишни. Ближайшие к кусту за которым пряталась Ника бойцы перестали сражаться и оглянулись.

Ника похолодела от ужаса.

-Эй, малый! - крикнул один из бойцов, высокий и грузный, - иди глянь, что там.

От группы отделился мальчик примерно лет одиннадцати. Заметно было, что чёрные брюки и рубаха без рукавов ему великоваты. Он неохотно подбежал к краю соснового бора и углубился в кустарник.

Ника застыла на месте. Она даже не думала, ей казалось, что она - облако, и никто её не увидит, и вообще это происходит не с ней.

Мальчик отодвинул ветку в полуметре от неё и остановился. Голубые глаза спустили Нику на землю, и она ясно ощутила, что она из плоти и крови, а вовсе не прозрачное облако. И что в данную секунду её видят, и ей грозят неприятности.

-Ну что там, малый? Тебя волки съели? - крикнули за его спиной.

-Нет здесь волков, дубина стаеросовая. Это ж юг. Откуда на юге волки? - ответили ему басом.

Мальчик был чуть выше Ники. Чёрный короткий ёжик волос торчал во все стороны, а за ухо была заправлена тонкая косичка, спускавшаяся чуть ниже скулы. Чёрная одежда была подпоясана бечевкой, рукава льняной рубахи закатаны до локтей. Колени штанов перепачканы в земле, и на них кое-где прилипли сосновые иголки.

Нике показалось, что она превратилась в статую или в дерево - ни одна мысль не пролетала в её голове. Где-то глубоко мелькало нечто неясное, вроде "бежать" или "поднести палец к губам", но Ника оцепенела настолько, что не смогла бы убежать или даже поднять руку.

Мальчик ещё секунду смотрел на Нику, и ей показалась вечностью эта секунда. Вокруг всё было черным-черно, а перед ней ярко светились два голубых глаза. А потом мальчик, не отводя взгляда от Ники, крикнул:

-Это заяц.

Обернулся и направился обратно к бойцам.

-Убежал уже.

Послышались разочарованные возгласы и предложения поохотиться, но высокий и грузный боец - тот самый, что велел мальчику посмотреть, что за шум - велел всем заткнуться и продолжать тренироваться. Почти сразу же возобновился стук деревянных палок и лязг мечей.


***

Ника возвращалась обратно поздно ночью. Лук она не рискнула оставить в доме родителей - неизвестно, кто за ней следил, и не наведается ли он туда опять. Так что она спрятала лук и колчан со стрелами в лесу, недалеко от дома, в углублении под толстыми корнями старого дерева, и засыпала сверху листвой и веточками.

Когда утром Ника покинула Дом Светлейших, она точно знала, что никогда больше туда не вернётся. Две вещи заставили её передумать: неизвестный преследователь, который мог наведаться ночью, и голод. Второе перевесило больше всего, так что девочка вприпрыжку добежала до Дома Светлейших, прокралась через знакомый коридор к себе в комнату. Когда открыла дверь, в нос ударил аппетитный аромат жареной картошки и овощного рагу. Няни в комнате не было. Ника бросилась к столу, как хищник бросается на жертву.

В последнюю ночь лета Ника впервые за последние недели спала без кошмаров. Фиолетовый туман больше не окутывал её с ног до головы и белое нечто не тянулось к ней белыми когтистыми руками. Она вновь чувствовала себя живой и полной энергии. Все её мысли занимали тёмные фигуры, сражающиеся в свете факелов. Ей даже казалось, что она всё ещё слышит лязг мечей и глухие возгласы.

На следующий день Ника покорно съела всё, что принесла Няня, дала себя одеть, дождалась, пока та уйдёт, и как могла повторяла увиденные вчера движения, повороты и удары. Она еле дождалась вечера, выскользнула из комнаты и побежала через город к лесу. Духота и пыль поднимались от земли и повисали грязными облачками. Ника вдруг ощутила на себе чей-то взгляд. Усилием воли заставила себя не оборачиваться, и идти дальше.

На краю леса, недалеко от её дома, было озеро, и там, в небольшом каменном доме жил мужчина. Ника часто видела, как он на своей лодке отплывает подальше от берега и рыбачит. Иногда родители покупали у него рыбу.

На озере был длинный деревянный пирс с пристройкой в конце. Ника, не оборачиваясь, прошла до конца пирса и свернула за пристройку. Пришлось вцепиться пальцами в деревянный выступ на уровне шеи и, переступая на носочках, обогнуть пристройку. Ника осторожно выглянула из-за угла. Какое-то время ничего не происходило, но потом кусты на краю леса зашевелились, и на поляну вышел мальчик. Он огляделся и, пригнувшись, перебежками добрался до пирса. Ника узнала сына булочника, который сдёрнул покрывало с... Как его зовут? Ах да, Йонас! Мальчик осторожно, как на горячие угли, шагнул на деревянные перекладины и подошёл к краю. Огляделся. Светлые кучеряшки на его затылке переливались на солнце.

Ника тихо ступила на пирс, подбежала к Йонасу и толкнула его в спину. Мальчик взмахнул руками и плюхнулся в воду, забрызгав Нике одежду. Он даже не вскрикнул.

Ника развернулась и со всей скоростью, на какую была способна, побежала в лес. Она должна успеть скрыться, пока он не вылез из воды и не побежал за ней. Ника отбежала как можно дальше, обернулась и выглянула из-за дерева. Она стояла и считала. Минута. Две. Никого нет. Оторвалась.

Она оттолкнулась от шершавого ствола и пошла к сосновому бору. Она не знала, что Йонас не умеет плавать.


***


Звуки вырывались из него пузырями воздуха. Руки молотили по воде, в отчаянной попытке ухватиться за край пирса, который был всего в полуметре. Так близко, но в совершенной недосягаемости. Силы таяли, с каждой попыткой руки становились всё тяжелее, а понять, где верх, где низ - всё сложнее. Наконец, в глазах потемнело, сверкающие брызги шлёпнулись в воду, и поверхность озера успокоились.

Чья-то рука схватила за ворот, затем под мышки и рванула из воды. Йонас упал на деревянные перекладины и откашлялся. Ему показалось, что из него вылилось не меньше ведра воды. Лёгкие жгло. Что-то большое загораживало солнце. Йонас поднял взгляд, щурясь от яркого солнца и рези в глазах.

-Ты в порядке?

Зрение, наконец, сфокусировалось, и Йонас увидел перед собой мужчину. Он сидел на коленях и поддерживал мальчика. Обеспокоенный взгляд, светлые усы и короткая борода.

-Ты как?

Йонас сначала кивнул, а потом прохрипел:

-Нормально, - и снова закашлялся.

-И какого чёрта тебя понесло тут купаться?

Мужчина был крепкого телосложения, жилистый и подтянутый. Возможно, кто-то из гвардейцев, - подумал Йонас, - хотя, откуда бы им тут взяться. Мужчина постучал Йонасу по спине, а затем поднял на руки. Он поднёс его к дому, поставил на ноги рядом с перилами, и сказал:

-Здесь теплее, чем в доме. Снимай мокрую одежду, я сейчас полотенце принесу.

Йонас кое-как стащил мокрую рубаху и штаны, перебросил их через перила. Мужчина вынес два огромных махровых полотенца, укутал в них Йонаса и усадил в плетёное кресло. Из открытой двери высунулась щенячья мордочка. Пискнула и скрылась. А в следующую секунду на деревянную веранду вывалился целый клубок щенят.

Мужчина увидел, что мальчик смотрит на них и улыбается. Взял одного из щенят, светло-коричневого с тёмным пятном на ухе, и посадил к мальчику на колени. Йонас выпростал руку из полотенец и стал гладить щенка.

-Хорошенький, да? - мужчина сел рядом на пол и взял на руки другого щенка. Тот недовольно пискнул.

-Вы разводите собак? - спросил Йонас хрипло.

-Нет. Сука вот ощенилась. Этих раздам, себе может одного оставлю, а с ней, пожалуй, придётся распрощаться.

-В смысле?

Мужчина посмотрел на мальчика.

-Злая она. Как тысяча оживленцев злая. Кидается даже на меня. Скалится, не подпускает к себе. Вот сорвётся как-нибудь с цепи и не приведи Светлейший, загрызёт кого-нибудь! Ну её к чертям собачьим.

Йонас провёл полотенцем по холодному носу. Ему в голову пришла идея, и он спросил:

-А можно посмотреть?

-На собаку-то? - мужчина засомневался. -Ну отчего нельзя, можно. Но только близко подходить не будем.

Они встали. Мужчина взял вещи Йонаса, хорошенько их выжал и повесил сушиться на верёвку. Йонас, босой и обмотанный полотенцами, прошлёпал за ним на задний двор. Щенки бежали следом.

-Зира! - мужчина свистнул, и из будки, ступая на длинные тонкие лапы, вышла поджарая худая собака. Она посмотрела на хозяина без интереса, отряхнулась от носа до хвоста, потянулась, сладко зевнула и уселась около будки. Щенки тут же окружили её пушистой стайкой.

-Не такая уж и страшная, - Йонас склонил голову, разглядывая собаку, завалившуюся чуть набок.

Мужчина хмыкнул. Собака вдруг оскалила зубы и вцепилась в шею одного из щенят. Тот взвизгнул и отскочил. Зира опять лениво откинула голову и прикрыла глаза, греясь на солнышке.

-Пойду принесу ей чего-нибудь. Ближе не подходи, хорошо?

Йонас кивнул, не отрывая взгляда от собаки. Мужчина пошёл в дом и щенки, словно по команде, побежали следом, повизгивая и тявкая. Йонас смотрел на Зиру. Зира делала вид, что она спит, но мальчик видел, как застыли два чёрных зрачка под полузакрытыми веками. Йонас сделал шаг. Затем ещё один. Зира лежала не шевелясь. Мальчик подошёл на расстояние цепи и опустился на колени.

-Иди сюда, - он поманил рукой, смотря ей в глаза.

Зира неохотно поднялась, вяло переставляя вытянутые лапы, подошла к мальчику, опустила голову, ткнулась мокрым носом в пальцы, а затем плюхнулась на живот, положив голову Йонасу на ладонь. Когда мужчина вернулся с куском мяса в руках, чтобы дать его Зире, он увидел только сгорбленный комок полотенец на земле, а Зиры нигде не было видно.

Кусок мяса шлёпнулся в пыль. Мужчина ринулся вперёд и схватил комок полотенец. В ту же секунду у него перед самым лицом клацнула челюсть Зиры. Мужчина отпрянул, оттаскивая за собой мальчика.

-Ты сдурел? Я же тебе сказал не подходить к ней!

Зира замерла в напряжённой позе: передние лапы расставлены, голова приопущена, уши прижаты. Она беззвучно скалилась и с чёрной губы свисала тонкая струйка слюны.

-Нет, нет, она хорошая! Она послушная, я её гладил. Она на вас за что-то злится, но на самом деле, она не злая, - быстро говорил Йонас таким голосом, словно умолял мужчину не бить собаку. А потом вдруг выпалил: Отдайте её мне.

Мужчина открыл рот, но ничего не сказал.

-Не убивайте её. Вы ведь это имели в виду, когда сказали, что придётся с ней распрощаться, да? Отдайте её мне.

-А если она тебя... Если она тебе что-нибудь сделает, мне потом головой отвечать?

-Она мне ничего не сделает, честное слово! Смотрите! - и Йонас двинулся к собаке, но мужчина его перехватил. -Пожалуйста, дайте мне показать. Она ничего мне не сделает, - уговаривал мальчик.

Йонас почувствовал, как хватка ослабла. Он сделал шаг назад и повернулся к собаке. Она перевела взгляд на мальчика, заскулила, облизалась и подползла поближе, насколько позволяла цепь. Йонас опустился рядом и положил ей руку на голову. Зира не шевелилась, позволяя себя гладить.

-Ну дела, - качнул головой мужчина. Последний раз Зира позволяла себя гладить ещё когда была маленьким щенком, не старше своих отпрысков. А теперь вот позволяет какому-то незнакомому мальчишке себя гладить. Чудеса, да и только. "Она на вас за что-то злится". Мужчина сжал челюсти и отвёл взгляд от мальчика, гладящего собаку. Та зима была на редкость суровой для юга. Зира лежала в доме у камина, на своей подстилке, окружённая первыми щенками. Мягкие пушистые комочки ползали по её разбухшему телу, сосали молоко и тихо попискивали, словно маленькие мышата. Зира была счастлива. Каждый раз, когда он встречался с ней взглядом, она открывала пасть высовывала язык и ему казалось, что она улыбается. Дни становились короче, а ночи темнее. Запасы рыбы и дичи быстро оскудевали, а впереди ещё несколько месяцев, и кто знает, какими они будут. Уже несколько недель он возвращался из леса с пустыми руками. Щенков брать никто не хотел, а кормить их было нечем...

-Ладно, забирай её себе, - наконец, сказал он.

Мужчина подошёл к будке и открепил цепь.

-Но с цепи лучше не отпускай. Кто её знает...

Зира, урча от удовольствия, зажмурила глаза, чуть наклоняя голову, чтобы Йонас чесал за ухом.


***


Когда Ника прибежала к сосновому бору, начало темнеть. Сначала ей показалось, что она заблудилась, потому что было тихо. Отодвинула веточку куста и увидела, что сосновый бор пуст. Подалась вперёд, не веря своим глазам. В груди тоскливо защемило.

Вдруг, что-то обрушилось на неё сбоку. Ника повалилась на землю, взвизгнула, когда ей завели за спину руку, попыталась оглянуться, но плечо пронзила острая боль.

-Ты кто? Зачем сюда пришла? - услышала она знакомый голос.

-Отпусти! - она попыталась лягнуть ногой, но её только сильнее прижали к земле.

-Я буду держать тебя, пока не ответишь.

-Ника! Меня зовут Ника! А теперь отпусти меня, или я тебя...

-Зачем пришла?

-Я тоже хочу... - почти зарычала Ника.

-Чего ты хочешь?

-Научиться!

-Научиться драться? - сзади прыснули. -Ты же девчонка!

Ника почувствовала, что хватка ослабла. Она взбрыкнула, высвободилась и откатилась в сторону. Мальчик, смеясь, отпустил её.

-Ну ты даёшь, - покачал головой он.

Ника обижено тёрла предплечье. Мальчик вдруг посерьезнел.

-Тебе лучше не приходить сюда больше.

Ника хотела возразить, но мальчик перебил.

-Если тебя поймают, то минимум высекут, а может и ещё что похуже.

-Они меня не поймают! Я буду тиши воды, ниже травы, честное слово! Я буду приходить заранее, забираться на самое высокое дерево и сидеть там, не шевелясь до самого конца.

-Зачем это тебе? Мой учитель говорит, если хочешь научиться сражаться, у тебя должен быть враг.

-У меня есть враг! - выпалила Ника.

Когда Ника только увидела бойцов, в ней вспыхнуло желание быть среди них, и она не сразу поняла, откуда оно взялось. Но потом, поразмыслив, она осознала, что вся её ненависть направлена на Светлейших. Что именно из-за них она хочет научиться драться. Когда-нибудь придёт день, и она отомстит за родителей.

Мальчик не стал интересоваться, кто её враг. Что за враг может быть у маленькой девочки, чтобы она рисковала жизнью, лишь бы научиться драться? Да и есть ли этот враг вообще? С другой стороны, если он действительно есть, и если она будет продолжать совать сюда свой нос, рано или поздно её поймают, и тогда...

-Ладно, - сказал он, - я научу тебя.

-Правда? - у Ники зажглись глаза.

-Но ты должна пообещать мне, что и близко не подойдёшь к сосновому бору! Мы будем заниматься в другом месте и в другое время.

Ника светилась от счастья.

-Кстати, меня зовут Тео, - он протянул ей руку.

Вскочив с земли и позабыв о боли в предплечье, Ника порывисто обняла мальчика. Тот пошатнулся, еле устояв.

-Спасибо!

-Задушишь! - прохрипел он.