Тебенкова Ольга Владимировна: другие произведения.

Cезон штормов. Часть 1.4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Новинки на КНИГОМАН!


Читай и публикуй на Author.Today
 Ваша оценка:


Предыдущие части: Пролог
Первая
Вторая
Третья



Адегар



  Царевич направился на драконий ярус. Завидев его, животные приветственно ревели и вставали на задние лапы.
  -Эх, и почему эти скотинки так тебя любят? - за ним следом шел Гизир. - Гляди-ка, какой радостный!
  Он кивнул в сторону дракона, скулящего как щенок: он то пытался выломать дверцу стойлища, то припадал мордой к решетке и высовывал язык.
  Адегар помнил этого зверя - раньше он принадлежал Декреку. Сторонясь неприятных воспоминаний, царевич ускорил шаг.
  Наконец они нашли Тому - Танура никогда его не запирала, и дракон ходил и спал, где только ему вздумается. На этот раз он, свернувшись клубком, лежал у широкого арочного выхода на террасу. Его янтарные глаза были открыты, и он тоскливо смотрел вдаль.
  -Хочешь полетать?
  Адегар потрепал его по загривку, на что дракон ответил утробным рычанием.
  -Давай, вставай!
  Он приподнял морду зверя, и тот чуть его не укусил. Тома снова зарычал, и его усы нервно дернулись.
  -Брось это, - Гизир положил руку царевичу на плечо, - ты его только разозлишь.
  -Опытный наездник может приручить любого дракона, - отрезал Адегар, скинув руку друга с плеча, - главное - быть настойчивым.
  Словно поняв суть их разговора, Тома встал и, раздраженно что-то проворчав, вышел на террасу. Он лег там и поднял морду к небу, словно ожидая чего-то.
  -А я слышал, что царь-дракон верен только одному хозяину, - юноша оперся на колонну, скрестив руки на груди, - он любит твою сестру и, боюсь что, никому больше не подчинится.
  -Любит? - рассмеялся Адегар. - Да что эти зверюги могут знать о любви? О долге, чести? Ничего!
  Гизир фыркнул, закатив глаза. Махнув рукой, царевич направился к дракону.
  Услышав его приближение, Тома опустил морду, оскалился и зарычал. Он смотрел на него своими хищными желтыми глазами, и царевичу от этого становилось дурно. Словно почуяв его угнетенное состояние, ящер с раскрытой пастью кинулся на Адегара. Тот отшатнулся и упал на каменный пол. Дракон наступал на него, готовый вот-вот порвать на куски.
  Раздался свист, и зверь отвлекся.
  -Иди сюда! - Гизир держал в вытянутой руке разделанную тушку кролика. - Иди ко мне! У меня тут вкуснятина для тебя!
  Нерешительно, словно ожидая подвоха, Тома побрел к нему. Юноша швырнул тушку в сторону, и дракон поспешил на неё наброситься.
  -Спасибо, - поднявшись на ноги, произнес царевич, - ты мне жизнь спас.
  -Ты как? - Гизир подошел к нему.
  -Хорошо, что живой, - ответил Адегар, посмотрев на то, как рьяно зверь раздирает мясо, - где ты взял этого кролика?
  -Купил, - он пихнул царевича в бок, - и это был мой ужин на целую неделю!
  -Ничего, я куплю тебе другого. Подожди-ка, ты что, все это время таскал кусок мяса в своей сумке?
  -Да он вяленный, ничего ему не будет.
  -Ты таскал его в одной сумке с картой?!
  -Да, а что?
  -Да она же твоим кроликом провоняла!
  -Не выдумывай, - отмахнулся Гизир.
  Адегар был поражен такой беспечностью, но предпочел не раздувать ссору. Небрежность товарища не раз злила царевича, но все мы не идеальны, а Гизир - хороший друг, на которого в трудную минуту можно положиться.
  В отдалении послышалось хлопанье крыльев - к ним летел дракон. Сощурившись, Адегар разглядел на нем двух всадников. Когда ящер приземлился на террасу, в одном из них царевич узнал свою сестру, переодетую в мужскую одежду. Вторым и ведущим всадником был Меркут - сын Ирика - юноша с силой быка, и его же умом.
  Как только Танура ступила на каменный пол, Тома тут же кинулся к ней. Величественный царь-дракон подбежал к ней, словно собачка, и начал лизаться.
  -Тома, хватит! - смеясь, девушка пыталась оттолкнуть от себя морду зверя. - Ну, хватит, я уже вся в слюнях! Фу!
  -Тебе не стоило оставлять его одного, - с осуждением произнес Адегар, - он сильно тосковал.
  -А ты пришел его утешить? - она ответила с наигранным сочувствием.
  -Танура, он дракон! Ему нужно летать, иначе он обрюзгнет, а его кости станут ломкими! Ты же не хочешь, чтобы он заболел и умер?
  - Кажется, я поняла, чего ты добиваешься, - она гладила шею своего питомца, - я тебе его все равно не отдам.
  -А тебя никто и не спрашивает, - сквозь зубы проговорил царевич, - я приручу его, чего бы мне это не стоило! Этот дракон должен быть моим!
  -Ты своего дракона потерял, - в их разговор встрял Меркут, - Тома принадлежит Тануре.
  -Тебе слово не давали, баскаков ублюдок!
  -Сам ты ублюдок! - юноша замахнулся, сжав пальцы в кулак.
   Меркут никогда не был особо сдержан. Адегару стоило вспомнить об этом раньше. После болезненного удара в глазах у него потемнело, и он потерял равновесие.
  Во рту был вкус крови. В ушах стоял гул. Более-менее придя в себя, царевич услышал, что кто-то щелкает пальцами. Насилу разомкнув веки, он увидел над собой Гизира.
  -Очнулся?
  -Ага...
  Адегар попытался приподняться, но в глазах потемнело. Гизир взял его за руку и помог встать. Он стоял как немощный, цепляясь за друга, пока ясность зрения не вернулась к нему.
  - Где Танура? - окончательно оправившись, спросил царевич.
  -Они с Меркутом ушли, - найдя в сумке какой-то лоскут, Гизир протянул его другу, - на, у тебя губа разбита.
  Адегар взял кусок ткани и вытер рот. От ткани пахло пылью от карты и солью с кролика, и рана на губе стала больно саднить.
  -Ты что, все свои пожитки в этой сумке носишь?
  -Ну, вообще-то, да, - Гизир ответил без смущения.
  Его слова заставили царевича задуматься о многом. С самого момента знакомства Адегар не особо интересовался жизнью своего друга и знал о нем только то, что он не из столицы и вынужден снимать где-то жилье.
  -Скажи, - Адегар отвел глаза, - а где твоя семья?
  Со стороны Гизира донесся сдавленный смешок.
  -Н-да, видимо, тебе сильно досталось, раз ты об этом спрашиваешь. Пошли, пора седлать драконов.
  Больше ничего не сказав, он направился вглубь ангара.
  -Ты не ответил на мой вопрос, - упорствовал царевич.
  -Раньше тебя как-то не особо интересовала моя жизнь, - отмахнулся юноша.
  Он открыл дверцу стойлища, где жила его любимица. Увидев хозяина, зверюга приветственно заворчала.
  - Ты так и не ответил на мой вопрос, - повторил Адегар.
  -У меня нет семьи, - Гизир тяжело вздохнул, - я сирота и вырос на улице. И это не самая приятная тема для разговора.
  Он натянул на лицо хмурое выражение и молча принялся седлать свою дракониху, пока та спокойно ела. Ратна была, наверное, самым покладистым и неприхотливым зверем из всех, несмотря на мощное тело и крупные зубы. Главным её недостатком была ненасытность, и сейчас она с наслаждением, словно смакуя, догрызала косточки, оставшиеся от обеда. Судя по всему, сегодня ей подали птиц, даже не озаботившись ощипать - теперь пух и перья от них украшали пол её стойлища.
  Адегар оставил друга и направился искать дракона себе. Приручить Тому у него не получилось, а это значит, что придется брать обычного ездового ящера.
  


Танура



  Когда Меркут уговаривал пойти к Адегару и поговорить о трупах сервов, Тануре стоило отказаться. И уж точно не появляться на глаза брату в мужской одежде, верхом на драконе, да еще и в обнимку с сыном простого баскака! Что теперь будет...
  Разговор не сложился сразу: Адегар требовал отдать ему Тому, Меркут вмешался, и дело дошло до кулаков. Про сервов и случай на улице так и не удалось поговорить.
  Танура не знала, как ей быть, и что будет с Меркутом, после того, как он ударил её брата. Она не могла сдержать слез, и все плакала, и плакала. Меркут пытался её утешать, но все безуспешно.
  В какой-то момент он попросил её замолчать и вытереть слезы. От такого хамского отношения Танура потеряла дар речи, и тогда услышала топот на лестнице. Не желая, чтобы кто-то чужой видел её такой, она мигом успокоилась и утерла влажные щеки.
  В проходе появился отец Меркута в окружении своих подчиненных. Он явно был не рад увидеть её рядом со своим сыном.
  -Ирик, эт что - наша царевна? - подал голос кто-то из отряда.
  Их главарь молчал, и выглядело это зловеще.
  -Отец, - Меркут вышел вперед, - кто отдал приказ продавать трупы сервов как мясо?
  -Какие трупы?
  Баскак недоверчиво сощурился, а среди его подчиненных волной разошелся гомон:
  -Что-о?
  -Да как же так...
  -Быть не может!
  Напряжение росло. Тануре хотелось исчезнуть, убежать, стать невидимой - все что угодно, только бы скрыться от холодных взглядов.
  -Сегодня на Широчайшей улице, - не вытерпела она, сорвавшись на слезы, - кто-то из баскаков предлагал купить у него трупы сервов. Он продавал их, как обычное мясо.
  От её слов старый баскак побагровел.
  -Уж не знаю, кто там был, - прохрипел он, едва не срываясь на крик, - но знаю, кого винить. Где я могу найти твоего брата?
  -Он в ангаре, - за Тануру ответил Меркут, - без сознания. Сам виноват.
  -Светлейшая, отправляйтесь к себе, - двумя большими шагами баскак преодолел расстояние между ними и схватил своего сына за плечо, - а ты пойдешь со мной.
   Он уверенно направился дальше, толкая перед собой Меркута. Отряд, словно бездумное стадо, пошел за ними следом, хотя и с меньшей уверенностью.
  На ходу они перешептывались, и то, что они болтали, решительно не нравилось Тануре. Мужчины, а сплетничают хуже девчонок!
  Она отправилась в свои покои. Перед глазами пробежал весь этот день - наверное, худший день, который когда-либо был в её жизни.
  Танура шла по коридору сама не своя, и вдруг какой-то мужчина схватил её за руку. Она сперва посмотрела на него отрешенно, но когда она осознала, кто это, по её спине пробежали мурашки.
  -С отцом что-то?..
  Она еще не договорила, а лекарь уже скорбно кивнул.
  


Адегар



  Не найдя ничего лучше, Адегар оседлал дракона Декрека - ящера мелкого и тощего, похожего на предыдущего хозяина.
  Тогда-то к нему и подошел Ирик, весь красный и запыхавшийся, как после бега.
  -Светлейший, я тут собрал своих ребят, и мы уже готовы к вылету. Приказывайте!
  За его спиной шепталась толпа подчиненных, среди которых царевич увидел Меркута, и это разозлило его.
  -Ирик, мне нужно с тобой поговорить.
  -Ну, так говорите!
  Махнув рукой в сторону, Адегар отошел от толпы. Баскак последовал за ним.
  -Могли бы сказать все при ребятах, - проворчал Ирик, - я ничего от них не скрываю.
  -Что тут делает твой сын? - прошипел царевич.
  -Ясное дело - он летит с нами.
  -Я запрещаю.
  -Почему? - недоумевая, произнес баскак.
  Адегару сложно было придумать стоящую причину:
  -Потому что я так сказал, и это не обсуждается.
  Ирик захохотал.
  -Вы же уже не дети, - вдоволь насмеявшись, произнес он, - ну, подрались и ладно. Дело-то делать надо.
  -Я сказал - он с нами не полетит, - сквозь зубы проговорил царевич, - или ты посмеешь ослушаться воли твоего правителя?
  Баскак изменился в лице.
  -Во-первых, ты мне не правитель, - сурово произнес он, - а во-вторых, мой правитель должен слушаться разума и чувства долга, а не быть обидчивым мальчишкой.
  -Ты себе слишком многое позволяешь!
  -А ты?
  -Что ты имеешь в виду?
  -Кто приказал продавать сервов как куски мяса?
  -Я не понимаю, о чем ты.
  -Спроси у своей сестры. Или можем наведаться на Широчайшую улицу, если товар еще не раскупили.
  -Какой товар? Причем тут моя сестра?
  -Кто-то из баскаков сегодня притащил трупы сервов и продавал их как мясо, а твоя сестра это видела. Судя по заплаканным глазам, ей это очень не понравилось.
  -Я такого не позволял!
  -Кого ты обманываешь?! Уж если такое произошло, то только из-под твоей руки!
  Адегар был в замешательстве.
  -Это не мой приказ, - выдавил он из себя.
  Баскак сплюнул, ничего больше не сказав. Напоследок он смерил царевича осуждающим взглядом и направился к своим подчиненным.
  Ни с того ни с сего в ушах вдруг зазвенело, голова начала раскалываться от боли. Когда Адегар пришел в себя, он услышал голос Гизира:
  -Эй, ты чего? Ирик со своими уже собрался улетать!
  -Ничего, просто голова закружилась. Собирайся, мы тоже летим.
  Гизир оглядел его с ног до головы.
  -Ты точно себя хорошо чувствуешь?
  Царевич кивнул, хотя был в ужасном состоянии. Он поплелся к оседланному дракону, но тут же обернулся, вспомнив кое-что.
  -Гизир, друг, не знаешь, кто сегодня совершал налеты на деревни румов?
  -Да все, кому было не лень, - пожал плечами юноша.
  


Танура



  Отец тяжело дышал, говорил он медленно. Разговор опять был о долге и преемственности, и, хотя Тануре это не нравилось, она внимательно слушала.
  Видя изнеможенное лицо отца, слыша его по-старчески хриплый голос, девушка все больше проникалась мыслью, что, возможно, они в последний раз говорят вот так вот. Скоро путь её отца окончится.
  -Я хочу, чтобы именно ты стала моей наследницей, - в который раз повторял старик, - не твой брат, его не примут как правителя.
  -Конечно, я все понимаю, - кивала Танура, держа руку отца.
  Его руки, как и его лицо, были сухими и морщинистыми. Казалось, что одно неловкое движение - и он рассыплется, как песок. И Танура дышала через раз, чтобы ненароком не нарушить хрупкий строй песчинок, из которых был сложен её престарелый отец.
  Он рассказал старую легенду о возникновении их страны и о первой царице из их рода. Её звали Кантара, и она была лесной охотницей. И эта скромная женщина стала первой, кому удалось заполучить верность дракона. Она решилась обучить этому искусству других, и её сторонниками стали храбрый воин Акар, юная целительница Уссуна, весельчак Дагра, ученый Кадрак, ремесленник Тардан, хитрец Нетеп, воительница Виндара и её брат Миккар. Вместе они объединили острова и провозгласили их единой страной - Ирией. Каждый из них взял себе по острову под защиту и стал именоваться его главой, но Кантара во имя любви отказалась от собственного острова и стала женой Акара.
  После свадьбы они нарекли себя царем и царицей Ирии. Акар выбрал в свое покровительство свой родной остров, который ранее называли Землей Судьбы из-за культа, правившего там. А Канатара отказалась от участи драконьего наездника и родила Акару сына. Мальчика назвали Дедан, но это уже совсем другая история.
  Отец на этом закончил свой рассказ и, тяжело вздохнув, закрыл глаза. Лекарь успокоил Тануру, жестом показав, что царь спит, и проводил её к выходу.
  После разговора с отцом у Тануры остались смешанные чувства: с одной стороны были усталость и истощенность; а с другой - какой-то неведомый порыв и полное отсутствие страха, граничащее с безразличием. Старая легенда очень впечатлила девушку, и она решила отправиться полетать. Впервые одна, без Меркута.
  Она нашла своего дракона на открытой площадке перед ангаром и, погладив его шею, запрыгнула на спину.
  -Вперед и вверх, Тома, вперед и вверх, - протараторила Танура и взмыла в небо.
  Это был самый чудесный полет на драконе. Незабываемое чувство свободы, такая легкость в теле, что, кажется, ветер вот-вот сдует и понесет своей дорогой. Она, что было сил, цеплялась за гриву дракона и смеялась, смеялась до слез, а Тома несся все выше и выше.
  Это было настоящее чудо. Она бы все отдала, чтобы испытывать эти чувства вновь и вновь, раз за разом, день за днем.
  


Адегар



  Вечер был на редкость холодным, но Дагра встретил их вполне дружелюбно. Благодаря Гизиру удалось довольно быстро найти комнаты на ночь и, конечно же, харчевню с великолепной выпивкой - вместо купленного у эльвийцев эля здесь подавали напиток из сброженного сока фруктов с пряностями, кисло-сладкий, дивно пахнущий и оставляющий приятное послевкусие. Теперь Адегар понимал, почему его друг вечно цапался с Ромиром - когда на его родном и близком сердцу острове есть такое!
  Ирик запретил своим подчиненным выпивать больше одной кружки. Они восприняли это безрадостно, но послушались. Сам же баскак был не понятно от чего зол и, вопреки своему же приказу, раз за разом просил ему подлить. Его ребята были этим недовольны, но никто и слова не сказал спивающемуся главарю.
  Адегар не горел желанием составлять им всем компанию. Быстро поев и осушив две кружки великолепного, не сильно пьянящего напитка, он вышел на улицу.
  Дагра островок небольшой, жителей на нём немного. Дороги камнем не проложены, дома похожи на развалюхи - толи просто стары и потрепаны, толи изначально строились с сильным перекосом, что возможно только по пьяни. Это и не удивительно: когда есть вкуснейшая на свете выпивка, зачем ходит трезвым?
  Тем не менее, на этом островке чувствовалось то, чего никогда не было в столице - душевность. Народ здесь казался дружелюбным, что наполняло даже самые покосившееся и трухлявые домики уютом.
  Царевич сидел на ступеньках харчевни, рассуждая об этом. Видимо, он сильно разомлел от выпитого, раз ему везде мерещится тепло и добродушие.
  Двери заведения скрипнули, и на порог вышел Гизир.
  -Я думал, ты будешь пить до последнего, - усмехнулся Адегар, - тем более, выпивка тут действительно отличная.
  -А я думал, что ты уже спишь и видишь сны, - он сел рядом, - если так понравилась местная бурда, что ж еще не выпил?
  -Ну, зачем ты так - такую вкусную вещь бурдой обозвать!
  -Если так, то ты не пробовал вино.
  -Что это такое?
  -Это похоже на то, что подают в этой харчевне, только насыщеннее и пьянее, - Гизир облизнулся, - фелитяне как-то привозили. Сделали они его не сами, тоже у кого-то купили. Вот это действительно вкусная вещь, только цену хвостатые заломили. Ну, и кто-то из местных молодцов по дешёвке стал продавать самодельное подобие, которое тут же прижилось.
  -А-ага, - Адегар многозначительно кивнул, - а где этот молодец взял рецепт?
  -О, об этом целую легенду сложили, но если вкратце: один из стариков, когда попробовал вино, сказал, что оно похоже на забродивший сок. А кое-кто - есть тут один падкий на все новенькое - специально дал бочке с фруктовым соком забродить. И у него получилось что-то похожее на вино. С тех пор этим и травимся.
  -Занимательно. А почему сразу травиться-то?
  -Утром узнаешь, - рассмеялся Гизир и хлопнул друга по спине.
  Они уже собирались уйти, когда Адегар заметил стоящего в дверях Меркута.
  -А тебе что надо? - царевич огрызнулся на него.
  Юноша молчал. Он перевел глаза на Гизира, затем отвернулся. Видимо, хотел показать, что не будет разговаривать при посторонних.
  -Ладно, я пойду тогда, - Гизир понял его намек, - вы только морды друг другу не бейте, а?
  -Уж как-нибудь постараемся, - заверил его Адегар.
  Когда они с Меркутом остались один на один, юноша, покраснев, пробурчал:
  -Я люблю её.
  -Кого?
  -Твою сестру, урод! Еще раз её обидишь, и я...
  Адегар, громко засмеявшись, не дал ему договорить.
  -Люби дальше, да только эту дурочку судьба обидела, а не я.
  Пользуясь моментом, пока Меркут пребывал в оцепенении, царевич развернулся, чтобы уйти.
  -Стой, гад!
  Юноша пришел в себя быстрее, чем думалось, и схватил Адегара за руку. Вот только второй драки за день им и не хватало.
  -Я. Не хочу. С тобой. Драться, - медленно проговорил царевич, поворачиваясь к нему.
  И едва опять не словил кулаком в челюсть. Чудом увернувшись, Адегар оттолкнул Меркута. Запнувшись о ступеньку, тот распластался на пороге харчевни.
  -Ну что, больше на старших кидаться не будем? - спросил царевич, пнув ногу противника.
  Юноша не ответил, и даже не шевельнулся. Как лежал с закрытыми глазами, так и остался. Тогда Адегар понял, что дело плохо.
  Взвалив безвольное тело себе на спину, он пошел по дороге, крича:
  -Гизир! Чтоб тебя рыбы ели, где ты, когда нужен!? Здесь есть врач? Врача сюда! Где врач?!
  Царевич голосил так громко, насколько хватало его сил. И переполошил всех, кто спал, дремал и только собирался лечь спать. И продолжал орать, не обращая внимания на ругань и просьбы замолчать, пока со стороны одного из полуразвалившихся домиков не послышалось:
  -Я врач! Что случилось? - из покосившегося входа вышел старик. - Ой-ёй, неси его сюда.
  Адегар дотащил Меркута до домика лекаря и уложил его там на кровать. Врачеватель осмотрел юношу, и сказал, что ничего страшного - он просто сильно ударился головой.
  Перепоручив заботу о парне деревенскому лекарю, царевич, успокоившись, направился в ночлежку.
  Ему надо поспать. И больше не пить дагракскую бурду. И никогда, больше никогда не заговаривать с этим влюбленным недоумком!
  

Король Адальбеона: Рисунки по пеплу



  Когда король и его подданные наконец добрались до поселения румов, их встретили тлеющие угли и разруха.
  К тому времени был уже поздний вечер, и все дружинники жаловались на усталость, да и сам Ронагор не отказался бы поспать. Их сопровожатые - румы-посланники и воины азисов - тоже наверняка устали, но они не сильно много болтали, а даже если и что-то говорили, никто их не понимал. Однако этот вечер не сулил отдыха - еще издали они заметили серый дым над лесом. Сервов, как король мог судить по их голосам, это обеспокоило, и было понятно почему.
  Они пришли к разорённому поселению: очаги, сложенные из камня, были разрушены, пламя не пощадило хижин из веток и сухой травы - они обратились в угли и пепел. Подмога опоздала - ирийцы уже здесь побывали.
  Румы-посланники начали что-то яро обсуждать, а один из них, молодой парень, еще даже безрогий, упал на колени посреди пепелища. Он в голос заревел, зарываясь пальцами в слой золы на выжженной земле.
  Ронагор не знал, как быть. Он не мог ни выразить свои соболезнования, ни поговорить с румами о том, что они собираются делать - ведь единственным, кто связывал его с сервами, был толмач Зипа, которого король отослал со своим советником на переговоры с горцами.
  -Пусть хоть старому лису повезет больше, чем нам, - пробормотал он себе под нос и тут же закашлялся от запаха гари.
  Это поселение уже не спасти, надо было идти дальше. Оставалось как-то это объяснить убитым горем сервам.
  -Смотрите!
  Из леса, кольцом окружавшего пепелище, вышли оставшиеся в живых. Едва различимые сквозь едкий дым фигуры походили на призраков, их шаги были неслышны, а единственным, что возвещало об их приходе, был плач.
  Их было немного, не больше двадцати: невысокие, смуглые и темноволосые женщины с такими же черненькими детьми да седые старики. Сопровождавшие короля румы тут же кинулись их обнимать и о чем-то расспрашивать. Ронагору не нужно было знать их язык, чтобы все понять. Но поймут ли они, если он начнет уговаривать их уйти?
  "Не узнаешь, пока не попробуешь", - так всегда повторял его отец, и, несомненно, уж в этом-то он был прав.
  Улыбнувшись собственным воспоминаниям, Ронагор уверенно зашагал к оживленно беседовавшим румам.
  Когда он приблизился, разговоры стихли. Те, кто прибыл с королем, шепотом что-то сказали своим соплеменникам. Как решил Ронагор, так они пояснили, кто он и с какой целью сюда пришел.
  -Я - друг, - громко произнес он, поднимая вверх руки, чтобы показать, что он безоружен.
  Сервы испуганно прижали уши и, как-то странно вытянув шеи, попятились от короля - звук его голоса напугал их. Они затравленно смотрели на Ронагора - чужака с длинным хвостом и когтями на руках, как у хищного зверя.
  -Друг, - уже спокойнее произнес он, ища глазами того, кто пойдет ему на встречу.
  Его взгляд упал на женщину, держащую на руках ребенка. Дитя уже было не маленьким, но мало что понимало - он или она жевало собственные волосы и с любопытством смотрело на пришельца. Самое странное, что у его матери (или, скорее, сестры - женщина выглядела слишком молодо) был такой же любопытный взгляд.
  -Де-руг? - ссадив малыша на землю, повторила она.
  -Да, друг.
  Ронагор сделал шаг ей на встречу, и вдруг под его ногами что-то хрустнуло. Наклонившись, он поднял с земли обломок прутика, скрытого до этого под слоем золы. Тогда-то его голову посетила светлая мысль.
  Жестом он подозвал женщину поближе, и та нерешительно приблизилась. Король тем временем, опустившись на одно колено, водил прутиком по пеплу, вырисовывая домики и маленьких сервов с оленьими ушами (в исполнении Ронагора уши получались больше похожими на заячьи). Результатом его стараний стали два расположенных рядом почти одинаковых изображения.
  -Смотри, вот это - вы, - прутиком он обвел один рисунок, а второй рукой указал на румов.
  Женщина ткнула пальцем на одного из нарисованных сервов, а затем приложила руку к сердцу. При этом она что-то говорила на своем языке, король не знал что, но, судя по её жестам, он заключил, что она все поняла, и кивнул.
  -А вот это, - он указал на второй рисунок, - ваши друзья.
  -Де-ру-зия? - выговорила непонятное слово женщина.
  Другие румы, о чем-то перешептываясь, с заинтересованным видом подходили ближе. Короля не могло это не радовать - все больше сервов прислушивались к нему.
  -Да, друзья - такие же, как вы, но далеко-о, не здесь, - свою речь Ронагор сопровождал жестами.
  Как он не старался, но по глазам женщины и её соплеменников было видно, что никто из них его не понимал.
  -Ладно, идем дальше, - вздохнув, он снова склонился над рисунками.
  Румы тем временем о чем-то начали переговариваться. Король мог только догадываться, о чём они толковали, но по голосам ему было ясно, что они больше его не боятся, и, может даже, он понемногу завоевывает их расположение.
  На рисунке, изображавшем это поселение, появились тонкие волнистые линии, сужавшиеся кверху.
  -Пуф-ф, огонь, - нарисованные языки пламени закрывали собой дома.
  Все что изображал, Ронагор пояснял, хотя румы в этом не нуждались - они беспокойно переглянулись, а их голоса стали звучать как-то тоскливее. Охваченные огнём нарисованные дома король сначала перечеркал, а затем взял пригоршню пепла и засыпал из вместе с линиями, обозначавшими языки пламени. Тогда на первом рисунке остались только одиноко стоящие фигуры сервов.
  -Дома нет, деревня пуста, - от первого до второго изображения король точками обозначил дорогу, - идем к друзьям.
  Он стер первый рисунок и добавил ко второму нарисованных сервов.
  Румы переговаривались все громче и громче, а та любопытная женщина, которая первой подошла к Ронагору, что-то у него выспрашивала, поясняя жестами. Судя по всему, она хотела уточнить, должны ли они уходить, и если да, то к кому. Наполовину жестами, наполовину рисунками, король пытался объяснить, что уходить надо и как можно скорее, а к кому - к тем, к кому ближе.
  Он был не до конца уверен, все ли правильно поняла женщина, но увидев, что румы собирают остатки своего скарба, Ронагор облегченно вздохнул - он добился, чего нужно.
  Когда они отправились, ночная тьма уже заволокла небо. Их дорога лежала через темный лес, путь им освещали несколько факелов да светлячки, которых приманило пламя. Несмотря на бесшумную поступь, румы не могли идти тихо - они пели, пытаясь возвестить весь мир о своей потере, но из-за какой-то особой, "лесной" магии их голоса утопали в густой листве, терялись в хитросплетениях ветвей и звучали глухо, словно бы вдалеке.
  "Эх, был бы здесь Зипа, перевел бы", - с досадой подумал Ронагор, прислушиваясь к диким, непривычным его уху песнопениям сервов.
  Песня из печальной постепенно становилась легкой и невесомой, будто пушинка, а потом и вовсе зазвучала даже как-то весело, обнадеживающе. Дети румов перестали плакать и, как и полагается маленьким сорванцам, начали бегать друг за дружкой и смеяться. Взрослые тоже прекратили унывать, и с каким-то потаенным светом смотрели вперед.
  Только дружинники все как один продолжали жаловаться на усталость, но это, впрочем, было неудивительно.
  -Я вас понимаю, но не на углях же нам спать! - развел руками король. - Скоро дойдем до другой деревни, там и заночуем.
  -Как скоро?
  -Не знаю - врать не стану, - Ронагор едва удержался, чтобы не зевнуть, что было бы неприлично для правителя, - я надеюсь, как можно скорее.
  После этого он впервые порадовался, что рядом нет Зипы, который бы ввернул ловкое словцо: "Только обещаниями Вы свой народ и кормите!" Отсутствию Мартана тоже можно было бы порадоваться - "Милорд, Вы в первую очередь должны думать о нуждах своих подчиненных".
  Их голоса в голове Ронагора звучали смешно и передернуто, но по сути, слова были истинны.
  -Глубокой ночью в лесу опасно, - как бы мысля вслух, проговорил король, - но если к рассвету мы никуда не придем, то разобьем стан где придется.
  Он обернулся посмотреть на своих дружинников, ища у них согласия. Те вяло волочили ноги, сгибая спины под тяжестью усталости, но, кажется, услышав слова своего правителя, немного воспряли духом.
  Тогда же он и заметил, что румов стало больше - к поющему шествию присоединялись всё новые и новые беженцы из леса. Это не могло не удивить Ронагора - похоже, поблизости пострадала не одна деревня.
  Многие из них держались от короля и его дружины поодаль и даже не смотрели в их сторону. Но один рум как-то особенно пристально оглядывал чужаков. Он был невысок и темноволос, как и все его соплеменники, но его одежда отличалась - на нём были льняные штаны и холщовая накидка, в то время как остальные румы носили что-то, сплетенное из травы и листьев, что с трудом можно было назвать платьем.
  Этот странный юноша (что он молод, было видно по его рогам - один едва выступал над копной всклоченных волос, а второй попросту был обломан) подошел к румам, идущим ближе всего к королю, и что-то спросил у одной из женщин.
  -Тэ де-руг, - оторвавшись от пения, выпалила она, указав на Ронагора.
  -Но друг ли вправду, - сощурившись оглядывая чужаков, проговорил юноша на родном языке гридовчан.
  Он определенно им не доверял, но короля не пугали напрасные подозрения юного рума.
  -Так ты понимаешь нашу речь?! - Ронагор в мыслях восславил всех богов за то, что даровали ему редкую удачу. - И говоришь!
  -Да, - отрывисто ответил юноша, - я говорю на вашей речи.
  -Говоришь на речи, - король потер подбородок, - говорить на речи - звучит!
  Мартан, составляя своё описание стран и земель, у кого только не выпрашивал, как называется язык, на котором говорили гридовчане и айлуры. Отец Ронагора, который перенял от лиса называть гридовчан линнами, предлагал название линно-айлурский язык. Но с присоединением вельфров и ильборцев, от этого названия пришлось отказаться - гордецы посчитали оскорблением, чтобы язык, на котором и они тоже говорят, так назывался. А если объединить в название все народы, которые говорят на этом языке, то это было бы слишком длинно. Некоторое время он назывался "общим североконтинентальным", или просто общим, но потом Мартан узнал о существовании нирайцев и хорусийцев, у которых были свои, отличные от северян, языки, и решил, что "название общий - это не научно". Название северный тоже не подошло, потому что севернее гридовчан жили таальмирцы и куманни, и у них был свой язык (его-то Мартан в своем описательном труде и назвал северным). Итак, родной язык Ронагора до сих пор не приобрел собственного названия, но сегодня, кажется, король нашел достойное, которое должно прийтись по нраву всем.
  -Значит, говоришь на речи? - он оставил свои рассуждения и мыслями вернулся к юноше-руму.
  -Да, я так и сказал, - тот смотрел на Ронагора настороженно, чуть ли не как на сумасшедшего.
  -И на языке сервов тоже?
  -Да, конечно.
  -Тогда, конечно же, ты не откажешься стать толмачом.
  Рум поджал губы и ещё сильней сожмурился.
  -Нет, - таким был его ответ.
  Король от возмущения едва не забыл, как дышать - ещё никто и никогда не отказывал ему в просьбе, и он никак не рассчитывал услышать "нет" от дикаря
  -Хорошо, - он не хотел ссориться с местными, даже с очень наглыми, - но видишь ли, мы с дружинниками прибыли сюда, чтобы спасти уцелевшие деревни румов.
  -Отрадно слышать, - кивнул рум, - но пока не видно, чтобы вы спасли хоть одну деревню.
  -В том нет нашей вины - мы пришли слишком поздно, - Ронагор хотел донести до упрямца, что они не враги, - и сейчас нам как можно скорее нужно прийти к ещё УЦЕЛЕВШЕЙ деревне, чтобы хотя бы её спасти от ирийцев.
  -Скоро у вас будет возможность подтвердить слова делом, - хмыкнул наглец.
  -Как скоро?
  -Может завтра днем, - пожал плечами рум, - а может к вечеру - смотря как быстро будем идти.
  За спиной короля раздались недовольные окрики, да и сам Ронагор был не рад.
  -Послушай, - он схватил рума под локоть. - Нам нужен отдых - вот устроим привал, а завтра пойдем дальше.
  -Устраивайте, если хотите, - парнишка пытался вырваться, но тщетно, - мне до вас никакого дела.
  -Я это к тому, что тебе все-таки придется побыть толмачом некоторое время, - не обращая внимания на слова нахала, продолжал Ронагор. - Скажи остальным сервам, что нам нужно разбить стан на ночь, а завтра днем продолжим путь - так и безопасней будет. Пожалуйста, не подводи.
  Парнишка, прислушавшись к сказанному, вздохнул и ответил:
  -Хорошо, я помогу тебе. Но только потому, что на этот раз ты вежливо попросил, полукровка.
  -А ты наглец, - король в голос засмеялся, - но я прощаю тебе твоё хамство.
  И он со всей силы хлопнул рума по спине, так, что тот закашлялся.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  LitaWolf "Проданная невеста" (Любовное фэнтези) | | А.Миллюр "Сбежать от судьбы или верните нам прошлого ректора!" (Любовное фэнтези) | | Л.Ангель "Серая мышка и стриптизер." (Современный любовный роман) | | К.Корр "Секретарь дьявола или черти танцуют ламбаду " (Приключенческое фэнтези) | | Баса "Бастарды" (Городское фэнтези) | | М.Санди "Последняя дочь черной друзы." (Любовное фэнтези) | | Н.Яблочкова "Академия зазнаек или Попала в дракона!" (Попаданцы в другие миры) | | С.Лайм "Мой князь Хаоса" (Романтическая проза) | | М.Савич " " 1 "" (Боевое фэнтези) | | А.Нукланд "По дороге могущества. Книга первая: Возрождение." (ЛитРПГ) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список