The Elf: другие произведения.

Любящий Тишину главы 14 и 15

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


14

  

Белеют ровным рядом кости,

Скелет недвижимый стоит.

Нет больше доброты иль злости

Личу всецело он принадлежит.

Некростих 1688, 1 строфа.

  
   Паладин стоял и смотрел на лича. Он полностью повернулся к нему, проигнорировав Марию.
   - Опусти меч и мы поговорим, - возникло предложение лича.
   - Мерзость! Ты еще и разговариваешь со мной! - ответил юноша, когда прошло его удивление от способа общения лича.
   - Прочувствуй, человек, девушка, что стоит рядом со мной - настоящая, из плоти и крови. Она не фантом, не приведение, не мертвец. На ней нет заклинания, сковывающего разум и сознание. Она по настоящему ЖИВА. Тебе это ни о чем не говорит?
   - Да, она жива, я не знаю, зачем она тебе, но может она и не связана с тобой, нежить?
   - Мария, скажи ему.
   - Да, я жива и нахожусь вместе с Любящим Тишину добровольно.
   - Ну, смертный, ты чувствуешь правду в ее словах?
   - ...
   - Положи меч!
   - Никогда!
   Лич поднял посох Мастера и направил его на юношу. Паладин загородил свою грудь мечом, держа его под углом к земле. С посоха сорвалась зеленая молния. Достигнув светящейся поверхности меча, она остановилась, натолкнувшись на металл, горевший огнем. Полупрозрачные нити клубились в протянувшемся до рыцаря тугом канате. Зеленый туман охватил пламя клинка, став похожим на гротескное изображение руки. Напряжение на лице юноши росло с каждой секундой. Руки, державшие меч, начали ослабевать, он заколебался и медленно начал клониться к земле. Сквозь нечеловеческое усилие на лице паладина явно проступило отчаяние. Меч с глухим звуком упал. В последнем рывке рыцарь сотворил заклинание и направил его на фигуру в кольчуге. Горящие белым разводы достигли лича, и разбились о тысячи мелких колец, не причинив вреда магу. Ничем более не сдерживаемая зеленая плоть достигла юношу, закованного в броню. Под ее туманом вспыхнул и погас крест на груди. Паладин упал. Зеленые змеи втянулись в посох Мастера. Девушка подбежала к упавшему человеку. Шлем откатился в сторону, и стало видно, что на лице рыцаря нет повреждений.
   - Ты убил его? Да? - гнев и отчаяние звучали в ее вопросе.
   - Нет, успокойся. Я не убиваю ради развлечения. Я его всего лишь усыпил.
   Мария присела на корточки и приподняла голову паладина. Она безвольно повисла на руках девушки, напомнив ей кролика из корзины. Это был тот самый магический сон без тонуса в мышцах. Над верхней губой был виден еще не почерневший пушок усов, а на подбородке было несколько темных волосков.
   - Мария, ты заметила, что произошло с тихим молодым человеком, после того, когда он увидел меня? Ты почувствовала перемену?
   - Ну, э...э...э, нет. Я не поняла, все было слишком быстро...
   - После того, как паладин обнаруживает нежить, он перестает быть существом, имеющим разум. Он превращается в машину истребления. С одной стороны, это хорошо, так как не надо тратить время на обдумывание действий. Особенно это утверждение полезно в момент, когда нападает вампир. Но сейчас я читал в сознании этого юноши мысли о том, что гибель неизбежна. Он был готов к смерти. Потому-то его удивлению не было предела, когда я предложил ему сдаться. Но даже в этот момент он не перестал бороться. Сознание не смогло противиться вбитому в голову механизму агрессии. Паладин предпочел умереть. Как он думал. Но ему не суждено было погибнуть сегодня. По его поводу у меня есть один план, который поможет раскрыть механизм агрессии и ее ущербность по отношению к более конструктивному восприятию мира.
   - Что ты собираешься делать с ним? - в голосе чувствовалось, что девушке не безразлична судьба, лежащего на земле воина.
   - А вот информация про "упыря" действительно интересная. Насколько я знаю, в районе Больших Бугорков нет вампиров на много миль вокруг с тех пор, как прошло Великое Истребление. После моего рейда в ту область там не осталось ни гулей, ни призраков, - проигнорировав вопрос девушки сообщил лич.
   Любящий Тишину подошел к мечу и поднял его. Под его руками клинок вновь начал светиться. Но этот свет уже не был ярким. Он больше не разгонял тьму своим горением, а лишь напоминал светлячка. Лич воткнул его острием в землю. Затем он отошел от залитого светом костра пространства, и вдруг в темноте ночи вспыхнуло пятно бледного синего пламени. Оно все увеличивалось в размере, пока не достигло размеров небольшого дома. Поверхность этой субстанции находилась в постоянном движении, напоминая смерч. Эволюции светящегося объекта продолжались до тех пор, пока он не погрузился на одну треть в землю, а вся возвышающаяся его часть не приобрела форму идеальной дуги. После этого из поверхности портала высунулся белый череп с множеством рогов и клыков на длинной, сложенной из десятков позвонков шее. Затем показались грудные кости и остовы верхних и нижних конечностей. После того, как существо из костей совершило несколько шагов, полностью вытянув свой длинный хвост, портал схлопнулся, оставив в воздухе лишь запах озона. Перед взором Марии предстал дракон-скелет. На костях, которые раньше служили основой крыльями, виднелась белая прозрачная пленка, отсвечивающая зеленым.
   - Мария, это мой дракон. Один из нескольких, согласившийся стать личом добровольно. Его имя - Махуурн. Мы с ним сосуществуем же много сотен лет.
   Драголич повернул голову в сторону девушки. Среди множества острых, торчащих в разные стороны костей сверкнули два красных глаза.
   - Человек! А, ты и есть та самая ученица Любящего Тишину, - даже в беззвучном голосе, который существовал лишь в сознании, чувствовалось, что он принадлежит дракону. Хотя девушка никогда не беседовала с драконами, она подумала, что именно так звучат их голоса.
   Огромный драголич, переваливаясь на лапах, подошел к лежащему на земле юноше. В его движениях, несмотря на отсутствие мышц, было столько гармонии и проворства, что невольно в голове возникал образ ящерицы. Дракон склонил свою длинную ажурную шею к паладину и аккуратно схватил его своими челюстями. У Марии невольно вырвался вопль ужаса. Огромный скелет своей костяной лапой взял меч, и взмахнув крыльями, взлетел. Он поднялся на высоту метров тридцати и полетел над лесом, быстро став невидимым в весенней ночи.
   Лич подошел к девушке и сообщил:
   - Не беспокойся, паладин не пострадает. Махуурн умеет делать такую работу. И он очень ценит чужую жизнь. Мы с тобой направимся туда же, но более быстрым путем, через портал. Почти такой же, какой ты видела только что. Наверняка ты хочешь спросить, почему мы не воспользовались порталом для перемещения рыцаря? Зачем потребовалось вызывать драголича? Потому, что паладин посвящен в магию и перемещение в портале, открытом с помощью моей Силы может дать ему много информации обо мне. А я этого не хочу.
   Любящий Тишину подошел к лошади рыцаря, которая недовольно зафыркала. Под кратким жестом его руки узел, приковывавший животное к вбитому в землю столбику, развязался. Кобыла, почуяв свободу, дернула ушами и стала отходить от фигуры в кольчуге. Лич поднял посох мастера и в воздухе снова возникло облачко, светящееся синим. Оно вновь расплющилось до блина, приняв плоскую форму. После стабилизации портала Любящий Тишину сделал приглашающий жест рукой. Мария подошла к поверхности портала. Все вокруг него приобрело холодный синеватый оттенок.
   - Сделай шаг внутрь него. Просто иди, - повелел некромант.
   Девушка шагнула, мерцающая плоскость приблизилась к ее лицу, достигла его и ... ничего не произошло - она шагнула на сухую траву, среди которой уже поблескивали изумрудным свежие листочки. Мария сделала несколько шагов и огляделась вокруг. Сзади за ней вышел из портала лич. Девушка заметила, что они теперь в лесу, а не среди поля, но резкого контраста смены ландшафта в ночной темноте не получилось. По средине полянки, которую окружал густой еловый лес, стоял деревянный стол с вкопанными ножками и деревянные лавки с двух сторон от стола. Над ним плавали светящиеся шары, заливавшие поляну ярким белым светом. Лич и его ученица подошли к столу. Некромант жестом показал, что Мария может сесть. Девушка села за стол, облокотилась, и положила голову на руки. Через несколько минут в колодец освещенного пространства поляны начал спускаться драголич с паладином в пасти. Сначала на землю опустился длинный хвост, затем задние лапы, после этого глухо звякнув упал меч, и наконец, дракон встал на землю всеми конечностями. Он подошел к столу и, наклонив шею, опустил на землю человека в латах. Огромное существо село на задние лапы и запустило переднюю себе в пасть. Спустя несколько секунд оно достало шлем воина, видимо, зацепившийся где-то в костях черепа. Драголич развернулся и вновь взлетел, растворившись в темноте. На поляне остались три фигуры. Одна из них сидела, другая лежала, третья стояла. Лич подошел к рыцарю и что-то сделал, отчего паладин взмыл в воздух и приземлился точно на лавку за стол. После этого, неожиданно для Марии, Любящий Тишину подошел к столу и сел за него. Никогда до этого девушка не видела его сидящим. Он постоянно стоял. Или ходил. Посох Мастера остался висеть рядом со скамьей.
   - Итак, Мария, сейчас я разбужу паладина. Тебе, насколько я изучил его мысли ничего не угрожает. Мне, как я понимаю, тоже. Хотя наш благородный знакомый Сэмиэл так не считает. Особенно в минуты священной ярости. Начнем изучение фанатизма.
   После этих слов сидящий рыцарь открыл глаза. Человек в латах снял с левой руки кольчужную перчатку и голой рукой, которая размером не превосходила руки Марии, протер лицо. Затем он зевнул и уставился на лича.
   "Видимо, магический сон притупляет чувства", - подумала ученица лича.
   Спустя секунду молодой человек уже стоял метрах в пяти от лавки, на которой сидел, и его глаза становились все шире и шире. Было заметно, что ему сильно не хватает меча и шлема для того, чтобы ощущать себя комфортно. Его движения были суетливы и беспорядочны. Вдруг он остановил бессмысленные шевеления и замер. Его глаза начали излучать яркий белый свет, зрачки и радужная оболочка слились, превратившись в белые шары. Наконец, паладин поднял руки над головой, сбросив вторую перчатку. Между его руками, направленными друг к другу ладонями, между его растопыренными пальцами возник шар. Он все увеличивался, пока не достиг размера бычьей головы. Его поверхность излучала такой яркий свет, что поляну осветило почти как днем, деревья, окружавшие ее, возникли, отобранные у тьмы в мельчайших подробностях. От света лицо благородного рыцаря стало похоже на лицо мраморной статуи. Наконец, нараставшее напряжение вылилось в действие. Паладин сделал шаг в сторону стола и с его рук сорвался шар магической энергии. Стремительно пролетев два метра шар внезапно схлопнулся, не оставив следа, слегка ослепив Марию.
   Когда глаза девушки снова привыкли к освещенности, ей бросилось в глаза лицо паладина. На нем было изумление. Полное, всепоглощающее изумление. Даже рот был приоткрыт, глаза были неподвижны.
   - Ну, что?! Благородный смертный, ты только что убедился в том, что я не зло. С точки зрения Бога Благой Чаши я не подлежу уничтожению. У тебя есть какие-нибудь комментарии по этому поводу рыцарь?
   - Но ты же нежить! - шепотом сказал юноша.
   - Ну и что?
   - Ты зло!
   - Если я зло, почему твое заклинание "уничтожить зло" не нашло цели? Бог не считает меня злом, он не направил свою карающую длань на мою персону, как ты это объяснишь? Ты хочешь поспорить с определениями Бога? Упорство паладинов-людей, как и большинство не старших рас, поражает своей косностью мышления и полной алогичностью.
   - Ну, что ты там стоишь? Иди, присядь к столу, и мы сможем поговорить, - поступило предложение лича.
   Сэр Сэмиэл медленно передвигая ноги подошел к столу. Мимика его лица была неподвижна, взгляд остекленел, руки безвольно болтались вдоль тела. Он сел напротив Марии и положил на столешницу руки, закованные в броню.
   - Хочешь узнать, рыцарь Чаши, почему ты не обнаружил меня? Да потому, что искал вокруг себя зло. Почувствуй, я не несу печати зла. Моя аура нежити абсолютно нейтральна для тебя. И это не ловкий трюк. Ты еще не забыл, что ты паладин? Их, насколько я знаю, обмануть невозможно, не так ли?
  

15

  

Глазниц на черепе провалы,

И белых два ряда зубов,

Надбровных дуг покатые овалы,

покрыт зеленой плотию остов.

Некростих 1688, 2 строфа.

  
   - Лич, скажи, почему на тебя не подействовало заклинание? - спросил Сэмиэл.
   - Повторюсь - я не являюсь злом. И больше не надо повторять "но ты же нежить". Да, я нежить.
   - Но...
   Глаза лича вспыхнули под короной.
   - СМЕРТНЫЙ! Ты просишь объяснения, так умей выслушать! Что есть зло? Зло есть сознательный переход границы ограничения жизни или свободы другого сознания, которое соблюдает этот принцип. Это одно из моих определений зла. Я никогда не переходил этой грани. Тем не менее я убивал. Я забирал души. Но свобода больше не является таковой у существ, преступивших порог нейтральности в сторону зла. Но все это очень трудно выяснить даже эльфу, не обремененному таким разрушительным метаболизмом, как у вас - людей.
   Твое обращение к Богу произошло, когда ты творил заклинание, и он вложил в твои руки первозданный Свет Творения. Этот Свет уничтожает любые формы зла. Но нейтральным существам или исповедующим добро он не может причинить никакого вреда, а наоборот, и при обратной модуляции вектора оно может благотворительно сказаться на существе. Так вы, паладины, излечиваете раны и болезни.
   Объясню про отрицательный образ некромантов и нежити: служение Смерти очень даже просто начать - нужен лишь некромант, посвященный в ритуал открытия портала в Ее плоскость. Плоскость Смерти это не добро и не зло - смерть нейтральна по своей сущности. Ей равно принадлежат добрые и злые, маленькие и большие. Все, кто имеет окончание своего жизненного пути, все, кроме бессмертных. Хорошим или плохим является меч в твоей руке? А в руке орка, убивающего детей? Видишь ли, в этом мире большинство некромантов - это люди. А люди очень плохо понимают границы добра и зла, особенно, когда дело касается набивания кошелька маленькими блестящими кружочками. Лишь знание, сохраненное и переданное - вот главное богатство мира. Власть, деньги и сила - это средство, а не цель. Даже очень многие благородные паладины не прочь принять дар от спасенных за совершенный поступок. Но дар только тогда дар, когда нет подоплеки связывающей его с давлением на свободу объекта.
   Когда некромантом становиться человек, и когда он узнает, что вместо приобретения власти, богатства, бессмертия он приобрел лишь инструмент, да еще и с неизбежностью гибели его плоти. Той плоти, ради ублажения которой он и начинал всю эту затею. Вот тогда и появляются безумные Короли Мертвых или им подобные. Именно такие некроманты, обремененные собственным тщеславием и прочими суетными желаниями и создают образ злобного мага, который практикует убийства ради появления новых слуг. Те, кто достиг лишь небольших успехов в изучении некромантии, но понял, как можно создать огромное количество бездумных исполнителей своей воли. Если внимательно изучить историю мира, то можно увидеть, что при борьбе против таких безумцев всегда выступают истинные некроманты - те, кто остается за гранью славы, а часто вообще про них не упоминается в официальных летописях, но именно они дают мудрый совет, который оказывается камнем, перевешивающим чаши весов при борьбе. А вообще некромантия - это магия, изучающая Жизнь. Задумайся, ибо именно так определяется эта школа магии.
   Лич перестал посылать мысли. Выражение лица Сэмиэла сменилось. Теперь он не выглядел испытывающим праведный гнев паладином. Это был растерявшийся юноша, которому внезапно открылась информация, перевернувшая очень многое в его представлении о мире.
   - Возможно, многое, что я только что сообщил тебе не понятно, многие мои мысли покажутся тебе неоконченными или вообще лишенными смысла, но большего я тебе не скажу. Единственный совет, который я тебе дам - будь более объективен к окружающему тебя миру. Никого не оценивай только по внешнему виду, даже если этот кто-то выглядит как скелет, завернутый в кольчугу. Скажу тебе больше - не все вампиры являются злом, многие из них также знают цену Жизни.
   А сейчас, мой благородный рыцарь мы покинем тебя. Я надеюсь, твой фанатизм еще не выгнал разум из сознания, и ты сможешь извлечь урок из общения со мной. И еще, на память я тебе дам вот эту вещь. Она спроецирует в сознание любого мой образ. Я бы хотел, чтобы ты отнес этот артефакт в свой орден и рассказал там о нашей встрече. Я решил, что в Йормине и окружающих его землях больше не будет стихийно обитающей нежити. Об этом я тебя тоже попрошу рассказать.
   После этого лич протянул паладину что-то, завернутое в черный шелк. Рыцарь принял вещь и развернул ткань. Внутри лежал кусок дерева квадратной формы, размером с куриное яйцо. В его центре было углубление с мозаикой в виде развернутой ладонью к зрителю кисти скелета со слегка разведенными в разные стороны пальцами. В отличие от темного цвета самого квадрата кости были выполнены из материала ярко белого цвета.
   - Чтобы добраться до дороги тебе нужно будет идти вот за этим шаром. Сначала он выведет тебя к твоей лошади. Твой шлем и меч на этой поляне.
   Из магической люстры, образованной толкущимися над столом шарами отделился один и подплыл к паладину. Любящий Тишину встал из-за стола и взял в руку посох Мастера. Они с Марией отошли от освещенного места и ушли в портал, оставив в воздухе лишь запах грозовой свежести. Остальные сферы-огоньки над столом медленно потухли. Сэр паладин Благой Чаши Сэмиэл подошел к своему мечу, подобрал его, надел шлем на голову и посмотрел на шар, который висел над его головой на расстоянии в полметра. Шар начал медленно уплывать, и рыцарь последовал за ним, в сторону казавшегося глухой стеной леса. В поясном кошеле, рядом с медными монетами, лежал аккуратно завернутый в черную ткань артефакт.
   Мария шла рядом с некромантом и вертела в руках небольшую сухую веточку, которую она подобрала по дороге. На ее душе было очень хорошо, ее настроение заметно улучшилось, ибо на психику девушки больше не давили стены из серого камня. Она шла и напевала про себя песенку. Лич шагал рядом с ней и смотрел на нее. Он видел, как ткинсу перетекает с рук девушки, впитываясь в засохшую ветку березы, как волны ткинсу порожденные хорошим настроением, уходят в окружающий мир. Он читал ее мысли о Сэмиэле, о весне и окружающей действительности. Ему не давал покоя этот человек. Потому, что он видел себя в ней. Огромное количество времени назад его мысли были очень похожи на мысли этой девчонки. Так давно, что реки успели поменять свои русла, целые народы вымерли, уступив место вновь появившимся. Его безупречное сознание несло память о тех временах в тончайших подробностях. И несмотря на то, что огромное количество времени унеслось в Лету, существа с таким отношением к жизни и миру снова страдали. Их вновь и вновь притесняли жестокие диктаторы, казнили безумные тираны и обманывали подлые лжецы. И несмотря на все это, такие существа появлялись в мире. И Любящий Тишину точно знал, для чего он продолжает свое существование.
   А далеко от лича и его ученицы одинокая фигура с горящим белым огнем длинным мечом вышла на край леса. Шар, плавно плывший над головой остановился и исчез, заставив темноту схлопнуться вокруг освещенной стали клинка. И почти сразу за этим Сэмиэл услышал тихое ржание своего коня. Он негромко крикнул особым образом, подражая крику сокола. В ответ раздалось громкое фырканье и вскоре на поляну перед паладином вышло оседланное животное. Сэр рыцарь подошел к нему и воткнув перед в землю свое огромное оружие, встал на колени. Сложив руки перед собой на груди Сэмиэл начал молитву. Почти как при произнесении заклинания его глаза стали подсвечиваться изнутри ослепительным белым огнем. На руках сквозь кольца кольчуги тоже пробился Свет. После этого молодой человек встал и подошел к животному. Паладин положил руки на голову коня. Как и предполагал юноша, ничего не произошло. Конь подался вперед, пытаясь положить свою благородную голову на плечо. "Никаких признаков порчи или насилия". Почти инстинктивно паладин потянулся к поясному кошелю. Его пальцы проникли внутрь холщового мешка и извлекли наружу артефакт. Сэмиэл поднес к лицу таинственный квадрат. На его поверхности горели кости. В сознании паладина появился образ лича. Не смея поверить в собственные ощущения рыцарь вновь и вновь ощупывал своим священным зрением этот образ. Но попытки приносили один и тот же результат. Лич был нежитью, но нес нейтральную ауру. Хотя насчет истинной нейтральности, такой, какую излучают животные не имеющие сознания эти ощущения были отличны. Более того, к своему ужасу паладин заметил, что аура Любящего Тишину несет отпечаток добра. Он был много меньше, чем у паладинов или священников, но все же явственно различим. Рыцарь огляделся в ночи, используя все свои чувства и не заметив ничего необычного, запрыгнул в седло. Теперь молодой человек совершенно не представлял, кто же тогда мог красть детей в такой обжитой области. Большие Бугорки были довольно крупной деревней, около сорока дворов. Значит, это не мог быть дикий зверь или хищник, подобный василиску или же виверну. Зацепок больше не было. Сэмиэл решил, что на месте все будет гораздо понятнее и легче, какой смысл гадать, если завтра он все увидит своими глазами, услышит свидетельства очевидцев. Конь размеренно шел по тропе и незаметно для себя молодой человек задремал.
   На поляне перед столом под плотным пологом темноты обитатели поляны продолжили свое существование - листья и стебельки молодой травы, пробивающейся сквозь мертвый сухостой, примятые ногами паладина, девушки и лича начали расправляться, пытаясь принять первоначальный вид. Полевая мышь, суетно перебирая лапами взобралась на одну из кочек на поляне и резко поворачивая голову обнюхала воздух. Ее тело, покрытое светло-серой шерстью оканчивалось коротким хвостом. Синий полумрак поляны содержал множество тонких, неуловимых запахов. Звуки струились своим чередом, повторяя размеренный ход бытия. Тысячи молекул одновременно контактировали с рецепторами мыши, которые в свою очередь давали своей хозяйке представление об окружающей среде. Зверек совершил резкое перемещение к корню, торчащему из земли и попробовал его на вкус, вонзив свои острые резцы в тонкую оболочку. В выси крон деревьев бесшумная плотоядная сова поворачивала свою голову, улавливая малейшие звуки. Ее идеально устроенный слуховой аппарат, фокусировал с помощью перьев звуки, делая их пригодными для анализа. Лапы совы, одетые в мягкие перья скрадывали шум движения по ветвям. Тихо и незаметно для окружающего мира птица взлетела, чтобы пронесясь на крыльях над поляной, добыть себе пищу. Когти резко сжались вокруг маленького тельца, моментально убив грызуна. Спустя несколько мгновений на поляне вновь воцарилось спокойствие. Все живое на поляне практически не почувствовало, что за время, пока на поляне присутствовал лич, они потеряли микроскопическую частичку своей ткинсу. Каждое живое существо, тратящее ткинсу огромными объемами за одно движение, за сброс покровных чешуек с почки, за удлинение линейных размеров своей плоти, поделилось с личом своей жизненной энергией. Обращенный в окружающий мир Ее портал, который нес Любящий Тишину каждую секунду забирал из мира часть его ткинсу. Подобно дыханию живых, аура лича брала Жизнь, преобразуясь и поддерживая его существование.
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"