Tiger.711: другие произведения.

Прикладная Ритуалистика

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:

     
        Шестая война за Святой Грааль, не смотря на все усилия Тосаки Рин, всё-таки начинается.
    Лей-линии в Фуюки уничтожены, поэтому семья Мато подыскивает новую площадку для монтажа Святого Грааля,
    в то время как семья Айнцберн, кажется, отказывается от участия в ритуале, именно Мато остаются единственными из семей-основателей ритуала...
     
        По крайней мере, это то, чем всё кажется на первый взгляд.
       
    Обновлено 31.03.2018
    Текст отбечен Wiererid, спасибо ему за это.

18+
 
Прикладная Магия


В тексте присутствует насилие, расчленёнка, анатомические подробности.

Персонажи рассказа – маги насуверса.
Их нельзя назвать толерантными или человеколюбивыми, к сожалению.

Мотивация и точка зрения персонажей не обязательно совпадает с авторскими.

 
Прикладная Ритуалистика

 
Бесцветный Пролог

 

 Восемь небольших пластиковых цилиндров с хлопком разлетелись в разные стороны, и взорвались, почти мгновенно заполняя всё вокруг дымом и крошечными металлическими бабочками, скрывая всё вокруг непроницаемым саваном дымовой многоспектральной завесы. Матово-чёрное покрытие доспеха пошло рябью, словно старый телевизор, расцветилось множеством белых точек и посерело, подстраиваясь под окружение. Теперь, на фоне дыма, невооружённый взгляд соскальзывал с человеческого силуэта.
 Человек в теперь уже сером доспехе не стоял на месте, начав двигаться ещё до того, как дымовые гранаты разорвались в воздухе. Он примерно знал, где первые доли секунды будет самое большое скопление дыма и рванулся прямо туда, чтобы уже там, в скрывающих от взгляда завесе, резко броситься в сторону, быть максимально непредсказуемым...
 Он почти успел.
 Удар, который должен был пришпилить его к бетонному полу, словно бабочку, прошёл впритирку к наплечнику, с мерзким скрежетом выбивая снопы искр. Словно сплетённая из стальных полос серебристого цвета, длинная и тонкая кавалерийская пика глубоко вошла в бетонный пол. Удар был такой силы, что плиты, прежде чем развалиться на крупные осколки бетона, на мгновение подлетели в воздух, подбрасывая заодно и воина в сером доспехе.
 Владелец кавалерийской пики, одетый в блестящий серебром тяжёлый пластинчатый доспех, неожиданно легко приземлился на ещё крошащийся от удара бетон и, словно не замечая сопротивление бетонного пола, взмахнул пикой, нанося новый удар по тёмно-серой цели, стремясь достать противника прежде, чем тот обретёт почву под ногами.
 Пока ты в воздухе – ты беззащитен, лишён манёвра. Это основное правило быстротекущего рукопашного боя. Все школы рукопашного боя в первую очередь учат при любых условиях хотя бы одной ногой твёрдо стоять на земле, чтобы иметь возможность манёвра. Создатели меняющего цвет доспеха пошли дальше – они дали владельцу доспеха возможность обрести опору даже в воздухе.
 Прежде чем воин приземлился, прежде чем его настиг стремительный удар копья, на поясе, наплечниках, за спиной и на ботинках серого доспеха с отчётливо слышимым щелчком раскрылись крошечные сопла и завертелись, исторгая струи раскалённого газа, закручивая воина вокруг оси и отбрасывая в сторону с траектории копья. Рыцарь в серебристом доспехе, используя инерцию от неудачного удара пикой, закрутился пируетом, чуть приседая, выбивая кавалерийскими шпорами бетонную крошку, и рванулся вперёд, молниеносным прыжком настигая всё ещё не успевшего приземлиться противника. Позади остались вздыбленные причудливом цветком бетонные плиты, одна из которых уже разлеталась в пыль от могучего толчка рыцарских сапог.
 На этот раз удар копья был гораздо точнее, направленный точно в середину набранной из множества неправильных многоугольных поверхностей нагрудной пластины. Миниатюрные сопла дружно развернулись вбок, пытаясь убрать владельца с линии атаки, но ловить кончиком копья подвижную цель, самому при этом двигаясь на огромной скорости навстречу – это именно то, что рыцари делают постоянно.
 Когда наконечник пики был уже практически вплотную к расцвеченному рябью серому доспеху, сопла развернулись ещё раз, закручивая влево, одновременно с этим воин ударил по древку копья наручем правой руки, смещая удар, направляя его по касательной в наплечник, но вместо рикошета, копьё вгрызлось в броню, словно раскалённый нож в масло, проплавляя и проламывая защиту одновременно.
 Игнорируя боль, воин в сером доспехе взмахнул рукой, целясь в держащую копьё руку. Выполненный в том же странном стиле, что шлем и нагрудник, наруч раскрылся с внешней стороны, с щелчком выпуская похожие на паутинки конструкции, вокруг которых мгновенно взметнулось ярко светящееся двухметровое лезвие. Рыцарь выпустил копьё, не рискуя подставлять руку под сотканный из огня клинок.
 Они приземлились в паре метров друг от друга и заскользили по растрескавшемуся бетонному полу, гася огромную скорость прыжка, оба с лёгкостью удерживаясь на неровностях перекорёженной поверхности. По обе стороны от них мелькали разноцветные грузовые контейнеры, словно вагоны проносящихся мимо поездов.
 Оставшаяся в наплечнике пика исчезла, чтобы тут же вновь материализоваться в руке рыцаря.
 — Слушай, почему бы тебе... — начал было воин в сером доспехе, но его прервал стремительный удар копья.
 — ...просто не отвлечься на секунду... — продолжил говорить воин в сером доспехе, изворачиваясь и уклоняясь от уколов и размашистых ударов, перестав тормозить и даже набрав скорость, двигаясь спиной вперёд по проходу между контейнерами, единственным, что теперь ограничивало противников в манёвре, когда под ногами была твёрдая опора.
 Обладателя серого доспеха быстрыми и точными ударами планомерно загоняли к стене, от которой он не смог бы никуда убежать и был бы обречён. Как показала практика, против этого копья бронирование наплечника было явно недостаточным, и он не торопился проверять, справится ли со своей ролью нагрудник.
 — ...и дать мне убежать? — договорил воин в сером и исчез.
 С отчётливо слышимым хлопком воздух сомкнулся на том месте, где он только что стоял, а заполнившие помещение клубы дымовой завесы отчётливо показали уходящий вправо след, сотканный из турбулентных завихрений.
 Копейщик растерялся буквально на секунду, но моментально принял решение и ударил в контейнер справа, легко пробивая тот насквозь вместе со всем содержимым.
 По другою сторону стены из грузов словно случился маленький взрыв – распространившаяся волна кинетической энергии от простого, но нечеловечески быстрого удара с лёгкостью разворотила сложенные в контейнеры мешки с мукой и сами хлипкие железные конструкции. Выброшенная в воздух мучная взвесь ухудшила и так практически нулевую видимость. Воин в сером доспехе, находившийся по ту сторону стены из контейнеров, отшатнулся в сторону, застигнутый взрывом врасплох и обрывки листового металла, словно шрапнель, застучали по его броне, не причиняя, впрочем, никакого вреда. Ориентируясь на звук, копейщик использовал свою пику как рычаг, с неожиданной лёгкостью сдвигая многотонные ряды контейнеров. И те посыпались, словно карточный домик, заваливая проход со всех сторон от воина в сером.
 Ещё одним взрывом послабее выглядел удар стальных подошв о бетонный пол, когда рыцарь подпрыгнул на несколько метров вверх, чтобы использовать один из падающих контейнеров в качестве опоры для следующего прыжка. Завеса из дыма, муки и множества крошечных металлических частиц делала зрение практически бесполезным, но у копейщика ещё оставался его слух. Он точно определил направление, с которого донёсся звук стучащих по броне кусков рифлёного железа, он ограничил противнику возможность манёвра, заваливая проход контейнерами, и теперь атаковал туда сверху, используя падающий контейнер под ногами и как площадку для трамплина. От прыжка рыцаря в серебристом доспехе падающий контейнер с огромной скоростью отбросило в противоположную сторону. Двери из листового железа порвались, словно бумажные, их сорвало с петель и унесло вглубь контейнера, разнося попутно аккуратно упакованные коробки с фарфором, а сам контейнер сплюснулся по всей длине, словно гармошка. Серебристое копьё устремилось вперёд, разрезая воздух и порождая расходящуюся кругами ударную волну от преодоления звукового барьера.
 Воин в серой броне замешкался на доли секунды, когда рядом взорвалась стальная стена, но, когда сверху стали валиться контейнеры, он среагировал молниеносно – рванулся вперёд в длинном, стелющемся прыжке, стремясь проскользнуть под падающими препятствиями. Все сопла крошечных двигателей, встроенных в броню, развернулись назад и выдали струи раскалённого газа, придавая дополнительное ускорение. Один из контейнеров падал прямо перед воином, но тот не остановился, а ухватился за стальное ребро, используя препятствие для ускорения движения как раз в тот момент, когда за его спиной с грохотом приземлился сверкающий серебром рыцарь.
 Воин в сером не смотрел глазами в привычном понимании этого слова. На сетчатку его глаз проецировалась реконструкция окружения, основанная на данных с множества активных и пассивных датчиков, рассредоточенных по всей поверхности брони. Часть многоугольников, из которых была столь причудливым образом набрана поверхность брони, на самом деле были прозрачными, а за ними находились окуляры различных оптических систем. Часть – представляла из себя приёмопередающие решётки радарных систем. Все они были совершенно бесполезны на этом складе, заполненном дымом, мучной взвесью и миллиардами металлических частичек, и именно для подобных условий в гранях наплечников и поножей прятались несколько десятков направленных микрофонов, улавливающих эхо даже самых тихих звуков и по нему реконструируя картину происходящего вокруг – более продвинутая версия эхолокации летучих мышей, лишённая проблем с демаскирующим фактором источника звука. Именно эта система первой забила тревогу, уловив в воздухе ударную волну от преодоления звукового барьера, безошибочно определив расстояние и траекторию источника. Когда рыцарь, не обнаружив противника, огляделся вокруг, гуляющее под сводами склада эхо от его собственных действий и звуков падающих контейнеров детально обрисовало не только окружающее пространство, но и его силуэт.
 Оглядевшись, копейщик заметил в воздухе турбулентные вихри, оставленные пробегавшим под контейнерами воином. Укрыться и убежать у него снова не получилось. Воин и сам это понял, когда серебристые шпоры высекли из бетонного пола мелкую крошку, породив новый источник звука, незамедлительно отразившийся на визуальной реконструкции окружающего пространства.
 Коснувшись носком ботинка бетонного пола, воин в сером использовал эту опору и реактивные струи для разворота лицом к противнику, и невероятным образом успел не только встать на обе ноги, но и пригнуться, пропуская копьё над головой, чтобы тут же рвануться вперёд, раскрывая оба наруча, вновь выпуская двухметровые клинки. Одну руку рыцарь легко заблокировал, ударив сверху пяткой копья, вторую умудрился отбить пинком окованном серебристой сталью сапога, и тут же крутанулся, нанося удар кулаком сверху-вниз, прямо в цельную, лишённую даже прорезей для глаз лицевую пластину шлема противника. Маленькие сопла провернулись и бессильно чихнули, а гладкое серебро латной перчатки с глухим хрустом впечаталось в состоящую из множества граней серую поверхность шлема.
 Бетонные плиты взмыли в воздух, раскрываясь бутоном причудливого цветка, столь мощным было столкновение. Две из них были развалены надвое идеально ровным оплавленным разрезом – следом от ослепительных двухметровых клинков. Находясь так близко, противники видели друг друга достаточно хорошо. Серебряный рыцарь видел, как дёрнулась голова его противника, видел, как чихнули, словно подавившись кружащейся в воздухе пылью, сопла микродвигателей, видел, как погрузились в пол светящиеся лезвия из наручей и погасли, предохраняя кисти хозяина от возможной травмы. Видел, как его противник опёрся на пол обеими руками и перенёс вес на них, отрывая ноги от пола. Наверное, сопла прочистились после предыдущей неудачной попытки, потому что сзади из ботинка вырос факел огня, придающий подсечке ногой дополнительное ускорение, но это всё равно было недостаточно быстро – рыцарь в серебряном успел упереть свою пику в пол пяткой, и опираясь на неё разорвал дистанцию.
 Сопла породили новые порции огня, воин в сером перекатился через плечо, поднимаясь на ноги и тут же бросился в сторону, уклоняясь от острия копья, прыгнул на стальной контейнер ногами и оттолкнулся, разваливая и эту секцию стены, перелетая над своим противником, готовясь крест-накрест полоснуть по серебристой броне огненными лезвиями из наручей, и перевернулся в воздухе, получив сокрушительный удар пяткой копья по шлему.
 Рыцарь в серебряном, пользуясь мгновением дезориентации противника, обернулся на каблуках, вышибая шпорами искры и бетонную крошку, и ударил копьём из удачной позиции прямо в затылок своего противника. Провернулись сопла и реактивные двигатели развернули серый доспех вокруг своей оси, ведь в отличие от воина, доспех не мог быть оглушён, его оптика заднего обзора распознала угрозу, и броня самостоятельно приняла решение, спасшее жизнь её хозяина, жертвуя правой стороной шлема, которую с лёгкостью вскрыл наконечник копья.
 В следующий момент воин пришёл в себя, ухватился рукой за копьё сразу за наконечником и рывком подтянулся, бросая себя лоб-в-лоб на противника, помогая себе ускорением реактивных двигателей, выставляя вперёд свободную руку, из наруча на которой вновь вырывалось ослепительное лезвие. Копейщик выпустил копьё, шагнул вперёд, вновь ударом ноги отбивая руку противника в сторону, тут же переступая на эту ногу, и встречая противника боковым ударом в шлем. Между кулаком и забралом на мгновение вспыхнула и тут же рассыпалась тонкая изумрудная преграда из твёрдого света, а после могучий удар из устойчивой позиции отправил воина в короткий полёт, прошибая серым доспехом ряды контейнеров. Не останавливаясь, рыцарь рванулся в проделанный телом противника проход, вновь призывая в руку своё копьё, беспощадно нацеливая добивающий удар.
 Мгновение дезориентации его противника прошло, он вновь развернулся на реактивной тяге, но на этот раз устремился не вниз, к полу, а наверх, к потолку, где и уцепился за одну из несущих балок, удерживающих крышу ангара, используя её как опору, почти уходя от удара пикой, которая лишь по касательной задевает его бедро, без видимого сопротивления вскрывая многослойную броню поножей, окрашивая серебро наконечника в алый.
 Приземлившись на один из контейнеров, копейщик оттолкнулся, вскакивая на железную несущую балку и оттолкнулся вновь, ориентируясь по турбулентному следу – единственному, что рыцарь видел в заполнившем помещение дыме. Невероятной силы прыжками он перемещался с одной балки на другую, оставляя за спиной погнутые, перекорёженные и даже порванные железные швеллеры.
 В какой-то момент здание не выдержало разрушений несущих конструкций и, протяжно заскрипев, начало складываться само в себя, обрушивая крышу прямо на головы сражающихся.
 Первым из развалин выбрался воин в сером. Впрочем, теперь поверхность его доспеха окрасилась в голубой цвет со смазанными белыми разводами, подстраиваясь под небо с облаками. Строго говоря, когда он сбежал со склада, тот ещё не стал развалинами, крыша ещё только начала разваливаться. Скорее даже это он помог крыше окончательно развалиться, пробивая кровлю своим телом и на мгновение зависая в небе на одиннадцати столбах раскалённых газов, которые ударили в металлочерепицу словно одиннадцать кипящих кувалд.
 А следом крышу пробило серебристое копьё. Казалось, рыцарь выбрал идеальный момент для удара, когда микродвигатели доспеха уже отключились и противник двигался по инерции, скорее даже падал, но оптические системы доспеха распознали приближающуюся фигуру и в последний момент, когда копьё уже почти коснулось нагрудной пластины, тот вновь увернулся, снова используя реактивную тягу. Струи раскалённого газа отбросили противников на несколько метров друг от друга и падая с многометровой высоты они лишь увеличили это расстояние.
 Стальные ботинки серебряного цвета заставили асфальт растрескаться – рыцарь даже не пытался смягчить удар о землю, в то время как его противник коротким импульсом микродвигателей замедлил своё падение перед самой землёй.
 Возможно, он сделал это просто по привычке, а может быть, падение с такой высоты действительно было для него опасным, но эта небольшая разница во времени едва не стала роковой – копейщик уже бежал вперёд, когда его противник ещё только вставал на ноги, поэтому вновь разорвать дистанцию у него не получилось и пришлось уклоняться от целого каскада ударов, летевших не только в центр груди, но и в руки, и по ногам – рыцарь умело сковывал возможность перемещения противника, хотя в этот раз, в отличие от склада, пространства для манёвра было предостаточно. Позади сражающихся с грохотом и душераздирающим скрипом рушился склад, поднимая в воздух целые облака пыли. На мгновение противник серебряного рыцаря отвлёкся на это зрелище, прикидывая, можно ли его использовать. Ему не стоило этого делать – копейщик уловил заминку и воспользовался для точного и быстрого укола в голову. Как и в прошлый раз, воин в меняющем цвет доспехе развернулся, используя движение ног и реактивные двигатели, как и в прошлый раз использовал удар по древку копья чтобы сместить траекторию удара, но в этот раз он сделал это с опозданием на долю секунды.
 Слишком большим опозданием.
 Пика прошла к доспеху по касательной, в нормальных условиях любое другое оружие срикошетило бы от одной из многоугольных граней, но это конкретное копьё словно игнорировало само наличие забрала, прорезая его так же легко, как воздух перед ним. Воин дёрнул головой, убирая лицо с линии удара и попытался разорвать дистанцию вслепую, но рыцарь, невероятно быстро переместившись, схватил его за руку и ударил в забрало шлема гардой копья, затем ещё раз, а затем добавил коленом в живот, после чего отпрыгнул, заметив, как у его противника раскрылся наруч на свободной руке. Огненное лезвие наискось перечеркнуло нагрудник, но копейщик успел увести неприкрытые тяжёлой бронёй участки тела из-под удара.
 Поверх блестящего серебра появилась тёмная, слегка оплавленная полоса, но если это и доставляло неудобство, то копейщик этого не демонстрировал со свойственным рыцарю холодным спокойствием. Из-под забрала впервые раздался его, неожиданно звонкий, словно у подростка, голос:
 — Ты стал медленнее двигаться.
 — Технические проблемы, — донёсся ответ из-под набранного многогранниками забрала. — Я дрался с твоей скоростью только благодаря системе хроносдвига, но теперь, когда сильно нарушена целостность магистралей тёмной материи, стабильное и управляемое поле искажения создать невозможно и система заблокирована.
 Внезапно, забрало шлема разделилось по незаметной ранее ломаной линии стыка на верхнюю и нижнюю половины. Нижняя ушла вниз, закрепляясь перед бронированным воротником, а верхняя, вместе с большей частью шлема, повернулась вбок и легла поверх левого наплечника. Часть шлема всё ещё обхватывала подбородок, закрывала темя и уши, но теперь молодое европейское лицо с аккуратными усиками и козлиной бородкой было прекрасно видно. Потрескавшиеся, словно от обезвоживания, губы скривились в усмешке:
 — Знаешь, ближний бой, всё-таки, не мой профиль. В конце концов, я Ассасин, а не какой-нибудь там Сейбер.
 Прежде чем ответить, копейщик из вежливости свободной рукой снял собственный шлем, явив безупречное, даже слишком красивое лицо.
 — Я знаю Ассасина, способного на равных драться с любым из рыцарских классов в ближнем бою, — с лёгкой укоризной в голосе произнёс рыцарь.
 — Возможно, я слабейший из Ассасинов в ближнем бою, — последовал весёлый ответ. — Говорю же, это не мой профиль. Сражаться в ближнем бою мне позволял только этот экзоскелет. Теперь он повреждён, а системе саморемонта понадобится ещё минуты полторы, прежде чем вновь заработают сдерживающие циклонические поля магистрали тёмной материи. Поскольку ты не подаришь мне столько времени, очевидно, что мне придётся придумать что-нибудь ещё.
 — На это я тоже не дам тебе времени, — произнёс рыцарь, отбрасывая шлем в сторону.
 Словно знамя, взметнулся за спиной рыцаря пронзительно-синего цвета плащ, когда серебристой молнией копьё устремилось прямо в незащищённое шлемом лицо Ассасина.
 — Прости, Мастер, — произнёс тот с грустной улыбкой.
 
 
 
Песочно-коричневый Пролог

 

 Не обращая внимания на яркий свет и порывы потустороннего ветра, человек в идеально сидящем твидовом пиджаке неспешными движениями перетягивал тонкой полоской бинта левую ладонь. Когда, с особо сильным порывом ветра, свечение угасло, он как раз зубами оторвал бинт и привычным движением разорвал недлинный остаток на две части. Только после этого он поднял взгляд на встающего с колена воина в лёгкой броне из чёрной кожи, разбавленной отдающими серебром элементами доспеха. Впрочем, от мага не укрылось, как этот воин бросил быстрый взгляд по сторонам, оценивая обстановку.
 — Ахиллес, я полагаю? — вежливо уточнил маг и улыбнулся, приветливо и открыто, вызывая у воина непроизвольную ответную улыбку.
 — Верно, — кивнул древнегреческий герой, выходя из начертанного кровью круга. — Имя мне Ахиллей, сын Пелея и Фетиды. Ты, думается, Мастер мой?
 — Меня зовут Виктор Гафт, — маг сделал шаг вперёд, протягивая руку для пожатия. — Я несказанно рад знакомству с вами, Ахиллей! Для меня честь быть вашим Мастером.
 Герой удивлённо изогнул бровь, но всё же ответил на рукопожатие своего Мастера. Так, как привык отвечать – пожимая не кисть, а предплечье. Гафт растерялся буквально на долю секунды, но всё же обхватил серебристый наруч Ахиллеса и энергично тряхнул руку несколько раз. С гладко выбритого лица мага, словно приклеенная, не сходила улыбка. Мастер и его Слуга в этот момент выглядели как старые приятели, встретившиеся спустя пару недель разлуки, а не как впервые увидевшие друг друга люди.
 Гафт отступил на шаг и, всё так же помогая себе зубами, наконец закончил с перевязкой ладони. Ахиллес заметил, что на бинте уже проступило пятно крови, но также отметил и то, как повязка надёжно скрывает руны Командной Печати. Закончив с бинтом, Виктор улыбнулся ещё шире и жестом пригласив героя следовать за ним, направился в сторону лестницы.
 — Я маг крови, и я губернатор этой провинции, — говорил Гафт, легко поднимаясь по ступеням. — Так же у меня союзнический договор с госпожой Сакурой Мато, так же участвующей в этой войне. Семьи Айнцберн и Тосака отказались от участия, так что вдвоём с госпожой Мато мы легко обеспечим себе победу. Так же, благодаря тому, что ритуал проходит в моём городе, на моей стороне эффективный административный ресурс и – до определённого предела – возможности наших спецслужб. А значит, мы изначально в выигрышной позиции... кстати, лучше всего будет скрыть личность призванного героя, вы не думаете так же? Как мне следует называть вас, друг мой? Лансер?
 В ответ на эту тираду и этот вопрос Ахиллес весело хмыкнул и отрицательно мотнул головой:
 — Я призван в классе Райдера, Мастер. И я не думаю, что нам будет необходим союз с другим Мастером. Имя мне Ахиллей, и с любым из Слуг противника я справлюсь с лёгкостью и быстротой!
 — Отрадно слышать, — кивнул продолжающий улыбаться Гафт, отпирая дверь ключ-картой. — В таком случае, мы так же можем не волноваться в том, что, когда останется только Слуга госпожи Мато, вы с лёгкостью и быстротой завоюете для нас Грааль. Стол уже накрыт, Леночка? — обратился он к ожидающей по ту сторону двери девушке в приталенном светло-сером брючном костюме.
 — Всё как вы хотели, Виктор Валентинович, — сдержано ответила она, грациозным движением поправляя очки. — Заказанное вами греческое вино так же доставлено и ожидает на столе.
 — Что бы я без вас делал, моя дорогая! — покивал в ответ маг. — В таком случае, можете быть свободны, Леночка, так же, как я и говорил, ближайшие три дня для вас – выходные. Как следует отдохните, чтобы в понедельник с новыми силами взяться за проблемы, которые обязательно скопятся в ваше отсутствие.
 Левый уголок губ девушки дёрнулся в раздражении, но тут же вернув на лицо нейтральное выражение, Леночка безукоризненно-вежливо ответила:
 — Спасибо, Виктор Валентинович. В таком случае, я вас оставляю, до свидания.
 — До понедельника, Леночка, до понедельника! — Гафт явно не заметил промелькнувшей на мгновение эмоции и продолжал открыто и добродушно улыбаться. — Обязательно как следует отдохните, моя дорогая.
 У отвернувшейся девушки снова дёрнулся уголок губ. Она ненавидела, когда начальство обращалось к ней подобным образом, но стоически терпела, слишком уж высокой была зарплата, слишком уж престижно было место правой руки губернатора. Ради такой работы она была согласна и на большие... вольности.
 Проводив помощницу внимательным, внезапно ставшим жестоким взглядом, Гафт рукой показал Ахиллесу в сторону большой двустворчатой двери:
 — Если желаете, то я с удовольствием угощу вас современной едой, друг мой. Вы сможете отведать прекрасного вина, что в этом веке производят на вашей исторической родине и обсудить со мной любые вопросы, которые посчитаете важными. Не стесняйтесь, друг мой, чувствуйте себя так же как дома.
 Греческий герой и не собирался заниматься такой ерундой, как стеснение. Весело хмыкнув, он прошёл в распахнутые двери, оглядывая наполовину заставленный едой длинный обеденный стол, и обернулся в сторону губернатора:
 — А ты тщательно подготовился к моему призыву, Мастер.
 — Разумеется, — широко улыбнулся Гафт. — Если собираешься что-то делать, то надо делать это максимально хорошо. И не важно, что это – разовая сделка, управление провинцией или война за Святой Грааль. Всё нужно делать так же максимально хорошо, или не делать вовсе.
 — Отлично звучит, — кивнул греческий герой, отодвигая стул во главе стола. — Действительно не стоит ничего бросать на половине пути.
 Ахиллес лёгким движением руки свернул пломбу с крышки бутылки вина и пальцем продавил пробку внутрь, после чего подхватил со стола фужер и налил себе вина едва не через край. Откинувшись на спинку, так что стул опасно накренился на двух задних ножках, античный герой легко закинул на стол обе ноги. Вино в фужере осталось безмятежным, не делая даже намёка на то, чтобы политься через край.
 — И так, Мастер, — внезапно посерьёзневший Ахиллес впился в глаза мага немигающим взглядом, — Есть ещё кое-что, о чём необходимо уточнить. Ради чего тебе нужен Грааль?
 Гафт хмыкнул, отодвинул одну из тарелок с виноградом от края стола и, неожиданно легко подпрыгнув, уселся на стол в нескольких сантиметров от сандалий Райдера.
 — Моё желание недостаточно амбициозно, — произнёс маг, перегибаясь через ноги Ахиллеса и подхватывая со стола откупоренную бутыль. — Скорее даже оно выглядит слишком простым. Тем не менее, только лишь Святой Грааль сможет исполнить его.
 Гафт, не глядя, зашарил где-то за своей спиной и нашёл ещё один фужер. Налил чуть больше чем на четверть вина и пару раз крутанул фужер кистью, давая вину «дышать».
 — То чего я хочу, — продолжил Гафт, разглядывая фужер с вином на свет, — это референдум. Я просто хочу, чтобы в результате референдума в Соединённых Штатах Америки, вся территория США целиком вошла в состав Российской Федерации.
 Переведя взгляд на Ахиллеса, маг сполна насладился удивлением на лице античного героя и только после этого поднёс фужер к лицу, чтобы ознакомиться с ароматом напитка.
 — Зачем? — единственное, что смог выдавить из себя обескураженный сын Пелея и Фетиды.
 — Не считая, что это так же автоматически убирает главного вероятного противника страны, в которой я так же живу? — широко улыбаясь уточнил Гафт, после чего медленно отпил вина.
 Прежде, чем Ахиллес собрался с мыслями, маг крови проглотил вино и продолжил:
 — Так же, на самом деле, неожиданно возникшие Соединённые Штаты Российской Федерации потребуют для своего управления министра по делам присоединённых территорий, который будет заниматься так же интеграцией нового субъекта в уже существующую политическую, экономическую и военную структуры России. И, по договорённостям, так же достигнутым мною ранее, именно я стану этим министром.
 — Так ты хочешь управлять Соединёнными Штатами? — Ахиллес подумал, что понял, и задал самый логичный, с его точки зрения, вопрос: — А почему тогда не пожелать стать царём этой страны?
 — Потому что, — наставническим жестом указал на героя Гафт, — после успешной интеграции США и России, мой рейтинг на обеих континентах вырастет достаточно высоко, чтобы я смог так же баллотироваться в президенты объединённой страны и победить на выборах. Таким образом, я так же стану президентом самой сильной страны на этой планете, а значит тем, кто может диктовать свою волю всему остальному миру!
 — А почему бы тебе тогда просто сразу не пожелать править этим миром? — все ещё не понимал античный герой.
 — А какой в этом интерес? — с улыбкой спросил Виктор Гафт.
 
 
 
Канареечно-жёлтый Пролог

 

 — Мне здесь не нравится! — громко и визгливо заявила идущая впереди Алисы блондинка.
 Ярко накрашенная, на высоких каблуках и в юбочке, что больше показывала, нежели скрывала, блондинка цеплялась за невысокого парня в хипстерских очках и поношенной кожаной косухе ярко-красного цвета. Как ни посмотри, парень был совершенно обычным, скорее даже выглядел ботаником, не взирая на косуху; и Алиса совершенно не понимала, почему такая роскошная блондинка с великолепной грудью четвёртого размера вешалась на него, а не прибилась к компании байкеров, зашедших в здание парой минут раньше.
 В то, что блондинка извивается вокруг ботаника из-за любви, Алиса почему-то не верила.
 — Лен, ты сама хотела пойти на этот квест, — слегка поморщился ботаник.
 — А теперь не хочу, — проныла блондинка.
 Ботаник в косухе поморщился чуть больше, но ничего не сказал. Названная Леной блондинка, в свою очередь, продолжала идти со своим парнем, не смотря ни на какое нытьё.
 Алиса тяжело вздохнула и обернулась. Бурно целовавшаяся за спиной парочка, видимо, услышала движение и разлепилась, с вызовом глядя на Алису. Парочка была одета в чёрные джинсы и короткие плащи, а на их лицах был мейкап «под готику», и если одна из них явно была девушкой, чью грудь третьего-а-может-и-больше размера плащ скрыть был не в силах, то насчёт второй или второго Алиса не была уверена. С одной стороны, второй или вторая выглядела достаточно женственно, да и макияж на лице... но не будут же здесь, на квесте, активные лесбиянки, верно? В России таких демонстративных сексуальных меньшинств было не особенно много, да и окружающие, часто самых либеральных взглядов во всём остальном, смотрели на таких с порицанием.
 Алиса вздохнула и ускорила шаг, нагоняя блондинку с парнем. Определиться с полом второй второго гота она так и не смогла.
 — Стойте! — донеслось сзади. — Это здесь!
 Голос был неожиданно басовитый и звучал угрожающе, даже немного рычаще.
 — Вот метка, — произнесла всё тем же рычащим басом склонившаяся над рисунком девушка.
 Именно девушка, если только это не был какой-нибудь трансгендер с силиконовыми сиськами.
 Алиса тяжело вздохнула, окончательно отчаявшись с определением половой принадлежности готов. Обоих готов.
 — Давай не пойдём! — опять заныла блондинка. — У меня стрёмное предчувствие!
 — Смертные могут вернуться, утешаясь своей трусостью, — прогудела девушка-гот, горделиво выпрямляясь.
 — Можешь не сомневаться, что я последую за Вами, моя принцесса, — согнулся в полупоклоне второй гот, прикладывая ладонь к сердцу.
 Голос определённо был женским, хоть и довольным низким, явно прокуренным.
 Алиса тяжело вздохнула и последовало за гордо удалившейся обладательницей баса. Распрямившийся гот пошёл рядом, не торопясь догонять «свою принцессу».
 — Это плохо кончится, — проныла за спиной блондинка.
 Не смотря на сказанное, она со своим парнем всё равно пошли следом.
 — Не обращай внимания, — неожиданно обратилась к Алисе идущая рядом гот. — Страх есть лишь иллюзия разума.
 — Это же из Вархаммера? — вслух удивилась Алиса.
 — Не важно, — пожала плечами гот, — это довольно меткая фраза, а значит достойна цитирования. Или ты думала, что мы будем цитировать только Диккенса и Толстого?
 Алиса подавилась комментариями. При чём тут Толстой – она совершенно не понимала, но побоялась наткнуться на пространное рассуждение и десятки цитат. Этот конкретный гот была (или всё-таки был?) явно начитаннее Алисы, и врываться в философский диспут она немного опасалась.
 Не столько самого диспута, сколько проиграть в процессе.
 — Эй, что за... — донеслось от впередиидущей «принцессы» и голос оборвался.
 — Ольга? — встревоженно позвала вторая гот и заторопилась вперёд.
 — Никит, мне стрёмно! — проныла за спиной блондинка.
 Алиса заторопилась вслед за готами, опасаясь, что в действительности могло случиться нечто нехорошее. В памяти ещё свежи были истории о проваливающихся потолках и торчащей арматуре ветхих зданий. А про здание, в котором они все находились нельзя было сказать, что оно было новым.
 Что пол скользкий и уходит вниз под наклоном, Алиса поняла, когда бегущая впереди гот матерно вскрикнула и поехала вниз, неуклюже раскорчившись. К сожалению, это было уже слишком поздно – попытавшись затормозить Алиса заскользила и хлопнулась на задницу, поехав вслед за готами.
 — Никит, они пропали-и-и-и! — завизжали у Алисы за спиной.
 Если бойфренд блондинки как-то и комментировал коварное препятствие, то за визгом его пассии этого совершенно не было слышно.
 Споткнувшись о конец жёлоба, Алиса уже готова была полететь головой вперёд, сшибая лбом все возможные препятствия, вроде вон той обшарпанной колонны, но неожиданно оказалась поймана второй готой. Теперь в том, что это действительно девушка, сомневаться не приходилось – Алиса плечом уткнулась в мягкую и упругую девичью грудь.
 — Цела? — спросила гот.
 — Цела, — ответила освобождающаяся из объятий Алиса.
 Приземлившаяся рядом блондинка бубнила что-то себе под нос, потирая отбитую задницу и не торопясь вставать со своего парня.
 Не то, чтобы он выглядел недовольным...
 — Теперь, когда все наконец в сборе, я спешу сказать! — произнёс странный мужской голос, слегка визгливый, немного безумный, но проникающий в самую душу своими интонациями.
 — Добро пожаловать, мои дорогие жертвы! — склонился в поклоне высокий мужчина, прижимая к груди лиловый цилиндр.
 Он был одет в белоснежный фрак, на его шее был повязан лиловый галстук, а на ногах были лиловые же туфли, удивительно чистые и блестящие, не смотря на запылённые коридоры заброшенной швейной фабрики.
 Вспыхнувшие под потолком софиты позволяли разглядеть его во всех деталях и убедиться, что нелепое сочетание цветов не привиделось в полутёмных коридорах. Куда более странной и нелепой выглядела причёска мужчины – торчащий вертикально изумрудно-зелёный короткий ирокез.
 Вдоволь насладившись драматизмом паузы, мужчина выпрямился и прокрутив в пальцах лиловый цилиндр небрежным жестом надел его прямо на ирокез. Удивительно, но цилиндр именно наделся на ирокез, а не растрепал волосы в стороны. Теперь на лице можно было увидеть искусно наложенный грим, имитирующий шрамы, тянущиеся от кончиков губ до самых ушей.
 — Мои дорогие жертвы! — радостно продолжил мужчина в смокинге. — Как же я рад! Как же я рад, что вы все, наконец-то, собрались в этом зале, откуда нет никакого выхода!
 — Этот аниматор какой-то стрёмный! — проныла блондинка, наконец вставая со своего парня.
 Тот, в свою очередь не торопился, задумчиво созерцая открывшийся ему снизу роскошный вид.
 Лицо мужчины в смокинге скривилось. Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, он снова улыбнулся, сминая шрамы на щеках. На мгновение Алисе почудилось, словно шрамы чуть разошлись в стороны, демонстрируя щёки и десна, что должны были бы прятаться за щеками.
 В следующую секунду аниматор сорвался с места, в несколько длинных шагов пересекая помещение и оказываясь напротив шумной блондинки.
 — Не скажу, что наша любовь взаимна, — прошипел он девушке прямо в лицо, — ты вообще уродина с коровьим выменем, единственное достоинство которой – смазливое личико. Но мне приходится работать с тем, что есть. С такими коровами как ты, например.
 Алиса подумала, что аниматор немного переигрывает.
 Покрасневшая от ярости блондинка замахнулась и влепила мужчине звонкую пощёчину, да такой силы, что у него голова мотнулась вбок. Аниматор не стал выпрямляться и застыл, отклонившись в сторону и отвернув голову, словно на стоп-кадре.
 — Неприятно... — протянул мужчина, подвигав челюстью.
 В следующую секунду он резко подался вперёд, оскалившись в радостной улыбке. Блондинка изумлённо всхлипнула, неверующе глядя в лицо аниматора.
 — Теперь приятно! — в лицо ей прошептал мужчина.
 Прошептал достаточно громко, чтобы услышали окружающие. И демонстративно неспешно отстранился, позволяя всем увидеть рукоять кинжала, торчащую из живота девушки. Короткая розовая блузка быстро темнела, пропитываясь кровью. Тоненькая струйка вырвалась из-под рукояти и побежала вниз, по мини-юбке, чтобы тяжёлыми чёрными каплями оросить пыльный пол.
 — К чёрту разговоры! — радостно вскричал мужчина во фраке. — Разговоры ни к чему не приведут! Перейдём же к делу! К делу!
 Ухватив начавшую падать блондинку за волосы, аниматор развернулся и потащил девушку под свет софитов, совершенно не заботясь об её удобстве. Хрипящая блондинка ухватилась за собственные волосы и бессильно перебирала ногами по запылённому полу, пока её юбка елозила по пыли и пропитывалась грязью, словно половая тряпка. Аниматор не обращал на это никакого внимания, что-то бормоча себе под нос.
 — Какого чёрта!? — встрепенулся парень блондинки.
 Перестав в ступоре валяться и наблюдать за событиями, он пружинисто поднялся на ноги и бросился вслед за аниматором, занося кулак для удара.
 Крутанувшись вокруг своей оси, мужчина во фраке резко выпрямился и быстрым прямым ударом в челюсть отправил парня блондинки в короткий полёт. Не дав ему приземлиться на пыльный пол, аниматор подхватил парня за отворот косухи и резко дёрнул на себя, разбивая своим лбом переносицу молодого человека. Слетевший с головы лиловый цилиндр, подпрыгивая на неровностях, покатился по полу, собирая на свои поля целые шматы пыли, а его хозяин продолжал колотиться лбом о разбитое в кровь лицо парня.
 — Будь добр, — с улыбкой произнёс аниматор, закончив избиение и отпуская парня на пол, — подожди своей очереди. Полежи, отдохни, посчитай птичек. Я всегда считаю птичек когда мне скучно!
 Истекающая кровью блондинка, отчаянно зажимавшая рану на животе, во все глаза следила за избиением своего парня.
 — Никита... — тихо простонала она, когда тот никак не отреагировал на издевательства аниматора.
 — Молчать, коровье вымя! — прикрикнул на неё мужчина во фраке, метким ударом ботинка разбивая ей губы в кровь.
 После чего ухватил застонавшую девушку за ногу и поволок куда-то в сторону, двигаясь вокруг софитов.
 Лишь несколько долгих секунд спустя до Алисы дошло, что мужчина в белоснежном фраке никак не мог быть аниматором.
 — Чушь какая-то! — выдохнула стоявшая рядом гот.
 Алиса поняла, что та тоже была в ошеломлённом ступоре.
 Девушка-гот, так похожая на парня, принялась оглядываться, выискивая свою подругу. И внезапно сдавленно вскрикнула, прижимая кулак ко рту. Алиса проследила за её взглядом и увидела тела, разложенные вокруг пятна света, создаваемого софитами. Там были и байкеры, зашедшие в здание квеста ранее, и там же, с краю, лежала и вторая девушка-гот. Лежала, глядя в потолок пустым взглядом. А на её шее истекал остатками крови глубокий, от уха до уха, разрез.
 — Ольга! — вскрикнула стоящая рядом с Алисой девушка гот и со всех ног бросилась к своей подруге.
 — Э-э-э! — крикнул на неё мужчина во фраке. — Можешь обниматься с ней, целоваться, даже заняться сексом, только пожалуйста, не двигай с места! Она лежит правильно.
 И потеряв к готам всякий интерес, он отпустил блондинку, что до сих пор тащил за собой. Девушка была всё ещё жива, и оказавшись на полу, попыталась скрючиться в комочек, прикрывая рану на животе. Но мужчине во фраке не было до этого никакого дела. Пихнув блондинку ногой, да так что она проскользила по полу несколько метров, он отошёл на пару шагов в сторону и критическим взглядом оглядел помещение.
 — Чуть правее, — произнёс мужчина голосом художника, а затем подошёл к блондинке и пнул её в бок, переворачивая девушку на другой бок.
 — Вот теперь идеально! — радостно улыбнулся он.
 В свете софитов белоснежные зубы блеснули сквозь шрамы на щеках.
 Алиса вздрогнула от увиденного и перевела взгляд на готов. Одна девушка склонилась над другой и пыталась руками зажать рану на шее, не понимая, что это уже бесполезно.
 — Как мило! — прокомментировал увиденное мужчина во фраке. — Вы такие заботливые, обе. Лучшие друзья, наверное? Или... это нечто большее?
 Ухмыльнувшись, мужчина во фраке поднёс растопыренные в жесте «Виктория» пальцы правой руки ко рту и, просунув между пальцами язык, быстро-быстро замотал языком из стороны в сторону.
 — Урод, — прошипела склонившаяся над подругой гот.
 — Ты тоже не в моём вкусе, — равнодушно ответил ей мужчина.
 — Она права, — прохрипел парень блондинки, с трудом поднимаясь на ноги. — Ты настоящий урод.
 И сразу же рванулся в сторону мужчины, вытаскивая из кармана косухи небольшой предмет. Фальшивый аниматор даже не двинулся с места, с каким-то нездоровым интересом наблюдая за происходящим. Оказавшись рядом с мужчиной, но вне досягаемости его кулаков, парень блондинки вскинул руку с зажатым в ней предметом и нажал на какую-то кнопку с торца. Раздался звук, который Алиса сначала приняла за звук распыления лака для волос. И только заметив, как мужчина во фраке схватился за лицо, Алиса поняла, что это был звук срабатывания перцового баллончика.
 — Ай-й-й! Как больно, больно, больно! — кричал фальшивый аниматор, держась за лицо.
 Не обращая больше на него внимания, парень блондинки поспешил к своей девушке.
 — Шучу! — внезапно выпрямился фальшивый аниматор и развернулся, поднимая непонятно откуда взявшийся огромный револьвер.
 Прогремел выстрел. Нога парня блондинки взорвалась ошмётками костей и крови, подломилась, и молодой человек покатился по полу, словно сломанная кукла.
 — Знаешь, если вовремя зажмуриться, а потом успеть стереть смесь с глаз, то ты даже не почувствуешь ничего, — спокойно пояснил фальшивый аниматор. — Ну ещё надо задержать дыхание и додуматься не облизываться. Ну это очевидно, так что я не буду говорить об этом... Ой! Сказал!
 И фальшивый аниматор оглушительно рассмеялся.
 И только тогда Алиса поняла, что он был не в своём уме.
 Подхватив потерявшего сознание парня за шиворот, мужчина в белом смокинге потащил его в сторону пятна света. Оглядевшись по сторонам, фальшивый аниматор определился с направлением и швырнул бессознательного парня словно мешок с картошкой.
 Склонившаяся над подругой девушка-гот вздрогнула от этого звука и медленно обернулась. Глядя, как не обращающий ни на кого более внимания фальшивый аниматор ворочает бессознательное тело, девушка встряхнулась и взяла себя в руки. Затравленно оглядевшись по сторонам, она встретилась взглядом с Алисой, всё ещё шокировано стоявшей у края скользкого жёлоба.
 — Прости, Оленька, — прошептала девушка-гот своей мёртвой подруге, — я постараюсь спасти тех, кого ещё можно...
 Посидев над телом ещё несколько секунд, она рывком поднялась и бросилась к Алисе. Мужчина во фраке всё ещё не обращал на них внимания, и для девушки-гота это было шансом. Схватив Алису за руку, гот хорошенько её встряхнула и зашипела прямо в лицо:
 — Очнись, балда, хватит тут торчать!
 Вздрогнув, Алиса отмерла и крепко стиснула протянутую руку.
 Так, держась за руки, они побежали в сторону выхода, пользуясь секундами, подаренными им отвлёкшимся фальшивым аниматором. Добежав до большой железной двустворчатой двери, над которой всё ещё горела выцветшая зелёная лампа с надписью «Выход», девушка-гот изо всех сил толкнула длинную, проходящую через всю дверь, ручку.
 Стальные створки скрипнули, чуть подались. Но не открылись.
 Несколько раз недоумённо моргнув, Алиса проследила за ручками двери, опустив взгляд вниз, туда где ручки сходились друг к другу буквой «V». Туда, где между ручками был продет самый обычный велосипедный замок, в несколько оборотов обвиваясь вокруг конструкции и надёжно её фиксируя.
 — Прошу прощения, — полным раскаяния голосом произнёс фальшивый аниматор за в спину девушкам. — Мы здесь не соблюдаем нормы противопожарной безопасности, поэтому аварийный выход закрыт. Чтобы уважаемые клиенты не сбежали. Но не волнуйтесь, если случится пожар – обязательно окажется, что у нас подписаны все нужные документы!
 И мужчина во фраке мерзко захихикал.
 Девушка-гот стиснула зубы. Даже не оглянувшись на безумца, она покрепче стиснула руку Алисы и побежала в сторону находившегося ближе к углу окна, единственного в помещении.
 На половине пути девушки резко затормозили и бросились в другую сторону. Окно было плотно заколочено досками. Оставалась лифтовая шахта.
 — Простите, уважаемые клиенты, — хорошо поставленным голосом конферансье торжественно произнёс безумец, — но сегодня лифт не работает. Мы очень сожалеем о доставленных неудобствах и постараемся устранить неисправность как можно скорее! Хе-хе-хе-хе!
 Под мерзкое хихиканье фальшивого аниматора девушки смотрели на пустую лифтовую шахту, на дне которой валялись обломки аварийной лестницы.
 Внезапно хихиканье прервалось и позади девушек вновь раздались шаги. Словно перепуганные суслики, они застыли неподвижно, лишь сильнее стиснув руки друг друга.
 Но шаги не приближались.
 — Как твои дела, моя милая уродливая коровка? — раздался голос безумца. Приглушённый, словно тот говорил в совершенно другую сторону.
 С замершим от испуга сердцем, Алиса медленно обернулась.
 Мужчина в белоснежном фраке склонился к всё ещё пребывающей в сознании блондинке. Та смотрела на своего мучителя безразличным взглядом. По переносице фальшивого аниматора скатилась капля крови и сорвалась вниз, попав прямо на щёку блондинки. Девушка закашлялась.
 — О! — удивлённо воскликнул безумец, выпрямляясь. — Похоже я где-то запачкался!
 Достав из внешнего нагрудного кармана фрака аккуратно сложенный платочек, фальшивый аниматор тщательно протёр лицо, избавляясь от следов крови, вытекшей из разбитого лица парня, которого минутой назад безжалостно бил лбом. Закончив, безумец швырнул платок прямо на лицо блондинки, и та вновь зашлась кашлем.
 — Жидкость из перцового балончика, — как-то излишне спокойно пояснила Алисе девушка-гот. — У этого урода какой-то странный иммунитет к ней, но у Лены ничего подобного нет, поэтому она кашляет даже от простого платочка, смоченного в этой дряни.
 — Эй! — обиженным голосом воскликнул псих, поворачиваясь к держащимся за руки девушкам. — На этом платке кровь её любимого бойфренда! Она должна радостно нюхать его, а не кашлять, словно у ней аллергия!
 Внезапно лицо мужчины просветлело, словно только что его озарило вдохновение. Вновь нагнувшись к блондинке, он схватил платок и прижал его к рту и носу несчастной девушке, крепко удерживая второй рукой и не давая вырваться, не смотря на непрерывный кашель и текущие из глаз слёзы.
 — Ты же слышала! — ласково приговаривал фальшивый аниматор. — Это останки твоего любимого парня! Как вообще ты можешь так реагировать на останки твоего самого близкого человека? Как ты могла делать ему минет, если у тебя на него такая аллергия? Неужели ваши отношения были насквозь фальшивые?
 — Урод! — прошипела гот.
 — Эй! — обиделся псих.
 Резко распрямившись, он одновременно выдернул из живота блондинки нож и швырнул неуловимо быстрым движением.
 Вздрогнув, Алиса повернула голову. Девушка-гот неверующе моргнула огромными глазами и перевела взгляд на свой живот.
 Рукоять торчала прямо под рёбрами. Была видна и часть лезвия, казалось, что с каждым вдохом нож всё больше и больше выходит из раны.
 — Нет! — ошарашенно выдохнула Алиса.
 — Ну, как бы, да, — спокойно произнёс безумец, неспешно подходя к всё ещё держащимся за руки девушкам. — Ничего личного, мне нужна ещё одна жертва. Хотя нет, вру! — переменившимся голосом закричал он внезапно. — Это было очень личное, она назвала меня уродом, хотя сама тоже уродина! Это нечестно, поэтому я проткнул её ножом! Если бы она так не сделала, я бы всего лишь проткнул её ножом, и вот тогда бы не было ничего личного!
 — Уж извини, — прохрипела девушка-гот, с вызовом смотря на фальшивого аниматора. — Ничего не могу поделать с тем, что ты такой урод...
 — Смешно! — с улыбкой отметил псих, подойдя вплотную к девушкам.
 Улыбка его становилась шире и шире, и где-то в глубине глотки фальшивого аниматора начало зарождаться мелкое хихиканье. Протянув руку, он похлопал готу по щеке:
 — Очень смешно! Хехехе! Ты шутишь! Это так мило! Хее-хее-хеее!
 Продолжая надсадно хихикать, безумец ухватился за торчащую из живота ручку кинжала и рывком выдернул с противным чавкающим звуком.
 — Вот только знаешь...
 Алиса в молчаливом ступоре смотрела, как фальшивый аниматор размахнулся и снова всадил нож в мягкое тело девушки-гота, после чего снова выдернул, разбрызгивая кровь во все стороны и начал снова и снова всаживать нож в девичье тело, сопровождая каждый удар выкриком:
 — Я! Не! Урод! Ты! Уродина! Я! Не! Виноват! В этой! Внешности! Не! Урод! Я!
 Остановился он только после того, как потерявшая сознание от боли девушка повалилась на пол.
 Единственное, о чём думала Алиса в этот момент – это откуда в таком теле взялось столько выносливости, чтобы стерпеть что-то подобное.
 — Нет-нет-нет! — засуетился мужчина в белом фраке. — Не надо умирать прямо сейчас! Сейчас не вовремя! Вы все должны умирать по порядку, иначе не сработает... Впрочем...
 Безумец прервался и всем телом повернулся к Алисе, внимательно изучая девушку с головы до ног.
 — Верно, — пробормотал он себе под нос, широко при этом улыбаясь. — У меня же есть небольшой запас! Какой я предусмотрительный!
 После чего фальшивый аниматор подхватил бессознательную девушку за ногу и, не обращая больше внимания на Алису, потащил тело в сторону света софитов. При этом тихо напевая какую-то детскую песенку и не переставая улыбаясь.
 Ноги Алисы подкосились, и она обессилено упала на колени, затуманенным от шока взглядом следя, как безумец аккуратно укладывал истекающее кровью тело девушки в одном ему известном положении.
 Безумие продолжилось и после того, как псих в белом фраке закончил оглядывать аккуратно разложенные по кругу тела. Фальшивый аниматор снова достал огромный револьвер и прострелил голову парня в красной косухе. С удовлетворённой улыбкой покивав самому себе, он перевёл прицел на лежащую без сознания блондинку и выстрелил уже в неё. Потом пришла очередь последней девушки-гота.
 — За что мне это? — тихо прошептала Алиса.
 Недостаточно тихо. Мужчина в смокинге перевёл взгляд на последнюю выжившую и долгим немигающим взглядом смотрел прямо ей в лицо. А потом просто пожал плечами:
 — Так совпало. Тебе не повезло.
 Отбросив револьвер в сторону, безумец вытянул перед собой руку и начал декларировать какой-то бессмысленный набор слов. В душе Алисы, несмотря на шоковое состояние, поднялось удивление, когда в ответ на слова кровавого психа на полу стали явственно проступать светящиеся линии.
 Неожиданно подул непонятно откуда взявшийся ветер, закружившись вихрем вокруг начертанного на полу светящегося узора, из которого в воздух начали подниматься крошечные кроваво-красные искорки, похожие на светлячков.
 — Пожалуйста, пусть это всё закончится, — забубнила себе под нос Алиса. — Пожалуйста, пусть это всё прекратится. Пожалуйста, кто-нибудь! Спасите меня! Пожалуйста, кто-нибудь, придите и спасите меня!
 Внезапно помещение старой фабрики озарила яркая вспышка. А когда Алиса проморгалась, то увидела стоящую в центре света софитов женскую фигуру.
 Это была молодая, не старше двадцати, загорелая девушка с точёной фигурой и кудрявыми золотистыми волосами, вьющимися до самой поясницы. Она была одета в тончайшую белоснежную тунику, точно такую же, как их рисуют в учебниках истории. На поясе туника была перехвачена тонкой золотистого цвета цепочкой, а на левом плече удерживалась искусно выполненной золотой заколкой. Правое плечо было открытым, позволяя увидеть верх роскошной груди идеальной формы. Несмотря на то, что туника скрывала всё, что должна была скрывать приличная девушка, ткань была настолько тонкой, в свете софитов практически просвечивала, позволяя смутно различить укрытые тканью аккуратные сосочки, а благодаря позе, когда девушка стояла на одном колене, словно древний вассал перед правителем, и благодаря длине туники, едва покрывающей бёдра, теперь задравшейся... Алиса покраснела, осознав, что склонившаяся перед ней девушка вовсе не носила нижнего белья.
 Неожиданно появившаяся в круге света девушка медленно подняла голову, открывая взгляду безупречное, словно у глянцевой модели, лицо и пристально посмотрела прямо Алисе в глаза.
 — Чудесно! — радостно воскликнул безумец. — Всё получилось! Привет, привет, добро пожаловать обратно в грешный нелицеприятный безумный мир, мой дорогой Слуга!
 Шагнув в круг света, мужчина протянул руку девушке в тунике.
 — Вставай же и иди за мной, нас ждут ве...
 — Не прикасайся ко мне, мужлан! — отшатнулась от безумца девушка.
 А в следующее мгновение мужчина во фраке неведомым образом улетел к стене и со стоном сполз по ней на пол. Алиса была уверена, что услышала хруст костей. Оторвав взгляд от бессознательного тела своего мучителя, последняя выжившая обнаружила, что девушка в тунике уже склонилась над ней, нежно обнимая за плечи.
 — Бедняжка, — тихо прошептала неожиданно появившаяся. — Ты столького натерпелась. Но теперь всё будет хорошо. Я защищу тебя. Только ответь положительно. Ты же сможешь ответить положительно?
 — Смогу... — тихо шепнула прижатая к роскошной груди Алиса.
 — Поведай же мне, юное дитя, — очаровательно улыбнулась девушка в тунике. — Скажи мне, ты ли мой мастер?
 — Да... — прошептала Алиса в ответ.
 — Тогда я, Кастер, принимаю Договор и клянусь! — тихо, но торжественно провозгласила золотоволосая девушка. — Признаю тебя, Алиса Вяземская своим Мастером и буду служить тебе Клинком и Словом!
 Маленькое солнце родилось между двумя обнявшимися девушками и разлетелось в стороны волной нестерпимо яркого света.
 Алиса вздрогнула, почувствовав боль в правой руке, словно кто-то только что вылил целый чайник кипятка прямо на незащищённое запястье.
 — Ну уж нет! — зло прокричал поднявшийся с пола безумец. — Так не пойдёт! Это мне должна служить Кастер! Мне, а не случайно попавшейся Гёрл-некст-дор! Это слишком заезженный штамп, так дела не делаются!
 Огромный угольно-чёрный револьвер, отделанный золотом и слоновой костью, был направлен прямо в лицо Алисе. Барабан с надписями «Любовь» и «Ненависть» повернулся, подставляя напротив ствола ячейку с надписью «Любовь». Отошедший в крайнее положение курок с щелчком сорвался с пружины и боёк ударил в капсюль.
 Раздался выстрел.
 Невероятная сила дёрнула Алису в сторону, и пуля бесполезно выбила из стены осколки кирпича и штукатурки. С удивлением девушка поняла, что всё ещё находится в объятиях золотоволосой красавицы, но уже нескольких метрах сбоку от того места, где была только что.
 — Мужланы! — с презрением выплюнула одетая в тунику девушка. — Все вы такие!
 Золотоволосая сделала небрежный жест рукой, словно стряхивала пыль с обивки дивана. Неведомая сила подхватила психа с револьвером и швырнула прямо в лифтовую шахту. Раздался его безумный смех, оборвавшийся влажным чавкающим звуком.
 — Пойдём отсюда, Мастер! — нежно произнесла девушка в тунике. — Тебе нужно прийти в себя. Теперь я о тебе позабочусь.
 
 
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"