Тимохин Александр: другие произведения.

Бой за дефиле Мораннон

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 6.80*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Толкиен всё наврал, не было в Средиземье никакой магии, а орки это просто мордорская пехота в боевой раскраске. Веками жители Запада копили ненависть к Востоку, убеждали себя, что они иные, и вот настал момент выснить отношения на поле боя. У запада передовая боевая техника, численное превосходство и господство в воздухе, против ограниченных мордорских сил. Есть ли у Мордора свой туз в рукаве? Если они проиграют, их страну ждёт геноцид, как уже один раз было в прошлом...

  От автора.
  
  Все грамматические и пунктуационные ошибки являются частью данного текста и моего творческого наследия.
  
  В своё время, Толкиен создал целый воображаемый мир, породивший целое движение энтузиастов и поклонников, что-то создающих на этом наследии, от организации ролевых игр, до фильмов. Были и те, кто писал книги по следам Толкиеновского 'легендариума', со своими героями и сюжетами, например, Ник Перумов.
  У меня в свою очередь уже давно возникла хулиганская идея во-первых 'разлегендировать' эту реальность, превратив её в нечто более реалистичное, перенести в более 'материальные' что ли, более понятные декорации, а во-вторых, 'разобраться' со всеми этими народами, пошедшими за Сауроном. Для Толкиена все они - кристаллизированное, чистое зло, подлежащее уничтожению, будучи верным сыном западной цивилизации, он даже не пытается понять культуру, с которой находятся в противоборстве его главные герои. Это просто зло as default, подлежащее безусловному уничтожению, полностью, без разбора. Но ведь сейчас таким же злом Запад представляет нас. Идёт полное расчеловечивание русских, чтобы потом, когда придёт время, жители запада не испытывали жалости к уничтожаемым русским unhumans.
  Почему бы не представить, что орки это на самом деле просто люди, которых когда-то, очень давно, расчеловечили, и зафиксировали это в легендах? Также как с нашими предками это пытался сделать Гитлер, а сейчас хочет сделать коллективный Запад?
  Если предположить, что 'легендариум' Толкиена базировался бы на какой-то реальной истории, то всё так бы и было - никакой магии, просто одни люди, совершили массовое убийство других, и заменили их настоящий образ карикатурными чудовищами и легендарными мифологизированными событиями. Тем более, учитывая, что автор англичанин - представитель нации, являющейся чемпионом человеческой истории по массовым убийствам и геноцидам, the last but not the least - лжи.
  Разве не мог он всё переврать и поставить с ног на голову?
  От англичанина в принципе нельзя ожидать ничего другого.
  А если серьёзно, то я пошутил, конечно, но в каждой шутке только доля шутки.
  Реальность 'Боя за дефиле Мораннон' кому-то напомнит сороковые годы двадцатого века в 'нашей' реальности. Я же писал по велению души, специально к эпохе не привязывался, можно сказать, что сюжет 'вёл' меня, а не я его, и стиль воображаемой эпохи у меня сложился сам по себе.
  Также по ходу чтения у читателя возникнут некоторые вопросы, на часть из которых я заранее хочу дать ответы.
  Во-первых, Мордор, это не СССР/Россия, что бы кому из текста не показалось. Это совсем другое общество.
  Военные могут оценить работу их радиосвязи, уровень взаимодействия между подразделениями, сравнить с тем, что мы всегда имели, историки могут вспомнить, что у нас не было королей, и так далее. Мордор это Мордор.
  Во-вторых, в повести нет имён. Я бы сломал себе голову, придумывая такое количество логичных, благозвучных, но не настоящих имён, поэтому я решил проблему радикально и отменил имена вообще, имя есть только у вражеского генерала, я его придумал сам, и у героев Толкиена, упомянутых в моём тексте. У главного героя есть его прозвище, чтобы его идентифицировать хоть как-то, у остальных - только их должности в воинской иерархии.
   В-третьих, будьте готовы к почти полному отсутствию диалогов, 'картонным' характерам, и неестественности персонажей. Повесть это лишь фон к главной идее, упомянутой вначале.
  В четвёртых - эльфы, хоббиты, роханцы и т.д. это просто национальости и гражданства солдат, не более. Всем ведь понятно, что люди это один биологический вид, не так ли?
  Не стоит уподобляться Толкиену и доказывать, что пехотинец Мордора по умолчанию нелюдь.
  В пятых, если Вы не хотите проблем с пониманием текста, то нагулите карту Средиземья, и освежите по Википедии его историю - кратко, в том числе т.н. 'Войну Кольца', которую в Мордоре до сих пор называют 'Великое опустошение'.
  В пятых, автор 'от балды' пишет номера соединений то цифрами, то буквами, калибры то в мм, миллиметрах и т.д. Автор так видит.
  Вся повесть это просто описание одного, пусть и тяжелого, боя, одной стрелковой бригады, написанное в стиле: 'Контратака пехоты на правом фланге, танки двигаются с рубежа Х по команде, как слышите, приём', никакой художественной ценности в тексте нет, и она там никогда не планировалась. Тупое описание атак, контратак, маневров и обстрелов на сорок один лист А4 шрифтом 'десять'.
  Ну, вот такое я носил в своей голове.
  По сюжету нужно некоторое пояснение, чтобы не создавалась путаница в номерах частей и позывных.
  1. У бригады позывной 'Лавина'. У каждого подразделения есть свой номер, например комбриг имеет индивидуальный позывной 'Лавина-1', первый батальон - 'Лавина-2', второй 'Лавина-3' и так далее.
  Общаясь внутри бригады, они просто говорят друг другу номера - первый, седьмой. А при общении с приданными или вообще 'чужими' подразделениями, используют свои и чужие позывные целиком.
  У соседей то же самое с позывным 'Поляна', в корпусе 'Гром' и т.д.
  2. В проходе Мораннон обороняются две стрелковые бригады - 5-я, которой командует главный герой, и 6-я, соседи слева. Это обычные общевойсковые соединения. Каждая бригада состоит из четырёх стрелковых батальонов, одного мотоциклетного батальона, и трёхдивизионного артиллерийского полка, из двух артиллерийских дивизионов с полевыми пушками, и одного гаубичного, и самоходно-артиллерийского дивизиона. В мордорском дивизионе артиллерии четыре батареи по четыре пушки.
  Это правило не соблюдается в таком подразделении бригады как самоходно-артиллерийский дивизион, где всего две батареи, по три машины в каждой.
  Плюс в бригаде есть разные мелкие подразделения, например разведрота.
  Две эти бригады входят в состав 4-го горнострелкового корпуса, в котором также есть две горнострелковые дивизии - 1-я и 2-я, корпусной танковый полк, корпусной артиллерийский полк, различные артиллерийские и зенитные части, разведка и т.д.
  Корпусу придётся сдерживать весь натиск Запада на Южном фронте.
  Он входит в состав 4-й армии, а что туда входит ещё, я не придумал.
  3. В начале боя в первом эшелоне бригады стояли второй батальон слева и первый справа. Атака гондорцев отбросила второй батальон на резервную позицию, а первый уполовинила и прижала к скалам, закрывающим правый фланг бригады.
  В ответ была проведена контратака силами третьего батальона, стоявшего уже во втором эшелоне, которая вернула отбитые позиции бригаде и полностью восстановила положение, но потом, под давлением превосходства противника в силах и средствах, эти основные позиции пришлось оставить.
  После этой контратаки, третий батальон вернулся во второй эшелон, а первый и второй - окончательно закрепились на резервных позициях первого эшелона.
  Затем перед резервными позициями внутри первого оборонительного эшелона, была оборудована передовая позиция - боевое охранение, которое должно было помешать противнику скоординированно атаковать резервные позиции всеми силами. Это было сделано. Затем, в ходе боя, войска оставили эту позицию.
  В перерыве между атаками противника была проведена ротация - измученные первый и второй батальоны заменили на третий и четвёртый. Первый и второй батальоны ушли во второй эшелон.
  Потом, когда в бой пошли войска эльфов, остатки первого и второго батальонов в последней контратаке придут на выручку почти раздавленным танками третьему и четвёртому.
  В общем, не путайтесь в номерах и позывных.
  Номера батальонов и позывные нетождественны.
  И последнее - категорически не читайте повесть с конца! Там развязка понятна с каждого слова.
  
  1.
  
  Тарахтелка - стандартная открытая командирская машина, медленно перевалившись через ухаб, въехала на ЗКП - Замаскированный Командный Пункт 4-го горнострелкового корпуса 4-ой армии, внутри заброшенного склада. Часовые проверили пропуска, спросили у Змея пароль, и пропустили его на сам КП, пока адъютант и солдат-водитель оставались сидеть в Тарахтелке, названной так за специфический звук от установленного сзади дизельного двигателя.
  Склад был за пределами дальности Гондорской артиллерии, а от авиации его защищал полк истребителей из Барад Дура - старой столицы. И скрытность.
  Змей прошел мимо ещё одной пары часовых - светловолосых лопоухих срочников в пилотках, глаза которых, казалось, притягивались к его нашивке 'Урук Хай' на правом плече.
  Змей получил её много лет назад в Топях, когда только получил свой первый взвод. Воспоминания о том бое до сих пор сидели в сердце острой занозой...
  А его тогдашний комбат был сейчас командиром 4-го горнострелкового.
  Змей зашел в помещение, которое служило для совещаний, и увидел там комкора, и с ним рядом своего левого соседа - командира 6-й стрелковой бригады, с которым они пополам делили ответственность за ущелье.
  В отличие от нормальной практики, в помещении были только они и ещё порученец командира.
  - Здравия желаю, товарищ командир корпуса! - выдал Змей, прикладывая руку к фуражке.
  - Вольно.- ответил комкор. - Давай садись, не будем время тянуть.
  Змей прошёл, поприветствовал соседа, сел.
  - Ну в общем так, товарищи офицеры, - своим обычным слегка ироничным голосом начал командир, в своей обычной саркастическо-иронической манере. Он по жизни всегда, казалось, хотел по недоброму пошутить над всеми и всем, иногда это даже был перебор, но в армии его уважали, и это не отражалось на его карьере.
  Змей до сих пор помнил то чувство, когда на гондорцев обрушились мины, а из-за камышей показалась пехота батальона, пришедшая на помощь передовому взводу, от которого к тому моменту почти никого не осталось. Чтобы успеть, они тогда бросили всё, каски, рюкзаки, лопаты, всё кроме оружия и гранат. И успели в последний момент. Комкор же продолжал. - Вы долго ждали и момент настал. Западный Союз ударит в течение следующих десяти дней. Без вариантов. Превосходящими силами.
  Он оглянул двух комбригов.
  - Чтобы был понятен масштаб. Вы видели гондорскю пехоту, видели недомерков. Но за ними стоит две эльфийских танковых дивизии, и мы считаем, что у них массово пойдут в бой новые танки 'Элронд'. Вам про них сообщали.
  Ещё добавлю, что все аэродромы на запад от Минас Тирита забиты роханскими десантниками. И они там явно не для того, чтобы пойти в бой пешком.
  Он отхлебнул воды из кружки.
  - Вы, кстати, берите воду, жарко. - он кивнул на оцинкованный бак с краником в углу комнаты и две кружки на табуретке рядом. Но никто не встал.
  - Конкретнее, у нас сейчас напротив прохода Мораннон две дивизии Гондора - 15-я и 3-я пехотные, там же бригада недомерков, номер мы пока не знаем, за ними 4-я танковая эльфов, и вторая тоже с неизвестным номером и тоже танковая, как я уже говорил.
  Есть ещё одно соединение, или мотопехота или танки, стоит на северо-запад от входа в Мораннон. Не знаем пока кто, но скоро узнаем.
  По Роханцам - там 173-я, 82-я и 101-я бригады, плюс 504-й полк. Весь их Воздушно-десантный корпус. Мы их выявили всех. Вот карта.
  Командир отодвинул импровизированную занавеску на стене, и взору присутствующих явилась карта с нанесенными частями западников.
  - Транспортная авиация, которую они там сосредоточили, позволяет им поднять пять батальонов, то есть бригада и один батальон в каждом вылете. То есть они в три вылета выбросят весь корпус. Это по идее, работы на сутки, может чуть больше.
  Комкор помолчал.
  - И мы не знаем, где они их высадят. Или в тыл Вам, то есть в ходе штурма дефиле, или в Минас Моргул, чтобы сразу взять хребет в этом месте и прорваться потом в старый Мордор по тоннелям и военной дороге.
  Ну да ладно. Давайте про Ваши задачи.
  Комкор оглядел командиров бригад ещё раз.
  - Задачи простые до невозможности. Стоять на месте, удерживать позиции любой ценой. Отход запрещён. Если соседа скинут с позиций, попытаться помочь контратакой. Если контратаковать будет некем, то удерживать фланги. Быть готовыми принять бой в окружении, обороняться против атаки с тыла. Всё. - Он ещё раз обвёл комбригов мрачным взглядом. - Задача ясна?
  Задача была яснее некуда. Две бригады - 5-я под командованием Змея и 6-я встанут в глухую оборону против многократно превосходящего противника. А противник обрушится на них своими многократно превосходящими силами, после чего бригады перестанут существовать. Не сразу, конечно. Это будет долгая бойня и к её концу в ущелье всё будет завалено горящей броней и сожженными и разорванными человеческими телами. Такая вот задача.
  - Так точно, ясна, - сказал Змей. - Продержаться как можно дольше. Усиления, резервы какие-нибудь у нас будут?
  Комкор чуть помолчал и неожиданно сказал вместо ответа:
  - Ты только рожу свою недовольную не показывай солдатам, хорошо? А то у них боевой дух упадёт.
  Змею и вправду было не очень хорошо от услышанного. Не каждый день тебя и почти две тысячи людей, которых ты ведёшь за собой, выводят в расход - а это был именно вывод в расход. Сосед тоже как-то сник. Упорным сопротивлением и собственным самопожертвованием бригады ослабят и задержат удар противника, выиграют время для остальных сил корпуса и армии. Только из их состава мало кто выживет.
  Бывают на войне и такие приказы.
  - Вас там не бросят. - Обратился он к командирам. - Истребительный полк с Барад Дура будет на Вас работать. Штурмовой полк оттуда же. Санитарная служба и эвакуация. Корпусной артполк будет до последней возможности поддерживать Вас огнём. Его снимут только, если будет удар на Минас Моргул, и то не факт.
  Если прорыва через Минас Моргул внутрь Старого Мордора не произойдёт, то и подвижный резерв будет за вами находиться. В подвижном резерве корпусной танковый полк и батальон бронеавтомобилей, это немало.
  Теперь по усилению. Мотоциклетные батальоны я у Вас заберу. Они Вам ни к чему. От разведрот оставлю только взвода пешей разведки, моторизованные взвода тоже заберу.
  В обратную сторону - по тяжелому артиллерийскому противотанковому дивизиону, с 80-миллиметровыми пушками, по две батареи безоткатных орудий, и по танковой роте со средними танками.
  - Разрешите? - спросил комбриг-6, воспользовавшись паузой.
  - Разрешаю.
  - В чём в целом-то план заключается? Мы стоим в обороне, и...?
  Это был неправильный вопрос. Комкор недобро взглянул на командира 6-й бригады и едко ответил:
  - Ну, так в этом и есть план. Вы стоите в обороне, атака врага захлебывается перед Вашей обороной, победа. Что тут непонятного? Окапывайся и воюй, вот и весь план.
  - Виноват.
  - Ладно, стратеги. Штабные вкалывали как проклятые и понаписали для Вас планов стояния в обороне. Всё расписали, от взаимодействия с корпусом до рекомендаций по тому, как внутри своей полосы обороны маневрировать, если понадобится. Думал Вам отдать, но боюсь, что нарвётесь на их разведгруппу. Завтра фельдегеря Вам доставят пакеты с документами на КП. С ними же приедут сапёры и химики, плюс несколько штабных в каждую бригаду. Помогут Вам с организацией обороны. Прислушивайтесь к ним, люди опытные, дело знают.
  Ещё я тебе, - он посмотрел на Змея - роту ополченцев отдам. Мне не надо их, а ты их в старые доты посадишь, пехоту высвободишь за счёт этих людей.
  - Спасибо.
  - Ещё вопросы?
  - Есть вопрос. Сказал комбриг-6. - У корпусного полка дальности хватит, чтобы в контрбатарейной борьбе участвовать?
  - Нет, контрбатарейный огонь Вам придётся вести самим, а вот по целям перед Вашими позициями корпусная артиллерия сможет работать. В планах всё это есть. Ещё вопросы?
  - Нет вопросов, товарищ командир корпуса.
  - Тогда удачи. Завтра вам привезут планы, боевые приказы, специалистов из штаба. Я знаю, что Вы готовились к этим боям, но надо будет ещё поднапрячься. Времени почти не осталось...
  
  2.
  
  'Вот поэтому он только нас двоих и позвал' - думал Змей, сидя в раскачивающейся на ухабах Тарахтелке. 'Чтобы объявить смертный приговор'. При свидетелях было как-то некомфортно, наверное.
  Тарахтелка как лодка на волнах, раскачивалась на ухабах скалистой грунтовки на своих архаичных поперечных рессорах. Передний мост у машины был не ведущий, и она могла быть довольно резко вписана в поворот. Солдат-водитель, видимо, любил такие маневры, а Змею было наплевать, вот он и раскачивался на задней скамейке, держа пистолет-пулемёт стволом влево, как защиту от вражеских диверсантов. Адъютант на переднем сиденье следил за правой стороной.
  Здесь, в ненаселённом Приграничье такие меры предосторожности были нелишними даже в условно-мирное время, а сейчас - и подавно.
  Впрочем, мира эта земля не знала.
  Шестьсот лет назад одному из правителй нуменорских королевств - Элендилу из Арнора, удалось путём интриг спровоцировать конфликт между королевством Мордор и его соседями на западе, самым сильным из которых был Гондор. Фактически Элендил, заинтересованный в увеличении своего влияния в Средиземье, управлял людьми как марионетками, умело подталкивая их к нужным к нужным ему действиям.
   Он смог втянуть в войну разные народы, включая эльфов и даже несколько племён недомерков.
  А поводом стало всего-навсего лишение мордорских жителей доступа к реке Андуин, который был гарантирован для них ещё с тех времён, когда никакого Гондора не было вообще.
  Минас Моргул, который жители Запада называли Минас Итиль тогда был форпостом нуменорских племён, и как только он был окончательно построен, людям Мордора отрезали путь к воде.
  Саурон IV, который тогда правил в Мордоре не мог вовремя отреагировать на строительство форпоста, потому, что был занят Кхандской войной.
  А когда она закончилась, проблема уже созрела.
  Это была явная провокация, и она удалась.
  Саурон отдал приказ выбить незваных гостей на западный берег, Андуина, что и было сделано одним из его Назгулов - командиров отрядов, примерно равных по численности полку.
  Удар этих маленьких сил был таким, что после этого в Средиземье всех жителей Мордора, независимо от племени или народа, стали называть словом Орк - чужак, несущий смерть.
  Элендил только этого и ждал. Он стал активно обрабатывать короля эльфов Гил-Гилада и десятки вождей поменьше, рассказывая им о неспровоцированной агрессии Саурона, и о том, что мордорцы жаждут вырваться за пределы своей горной клетки и покорить всё.
  Одновременно с этим, лазутчики Элендила, ведомые его сыном Исилдуром, правителем самопровозглашённого Гондора, постоянно обстреливали мордорские лодки на реке, убивали купцов и периодически нападали на патрули на восточном берегу, провоцируя Мордор на организацию карательных рейдов уже и на западный берег.
  Если бы только Саурон смог вовремя понять, что происходит!
  Но он не понял.
  Пехотинцы Мордора играючи сметали силы отдельно взятого Гондора или Рохана, но когда объединённые армии почти всего Средиземья зажали мордорцев на Дагорладской равнине, уже ничто не могло помочь. Огромная масса войск сломала сопротивление солдат с закрашенными лицами.
  За этим разгромом последовал второй - в дефиле Мораннон, ровно там, где сейчас стояли бок о бок 5-я и 6-я стрелковые бригады 4-го горнострелкового корпуса.
  Потом в Мордор пришёл ад.
  Варварство тёмных веков, вековая зависть жителей равнин к жителям Мордора, богатых за счёт экспорта стали и оружия, шерсти и винограда, выращиваемого в горах, желание нуменорцев выжечь полностью народ, мешавший им быть почти неограниченными правителями Средиземья, соединились в одном месте, в одно время.
  Западники сжигали на своём пути всё, начиная с людей, которые находили смерть от огня в сараях, загнанные туда как скот, и кончая кузницами и литейными артелями - тем, что создавало богатство Мордора. Всё на их пути было разрушено и сожжено. В панике люди бежали в Кханд, пешком переходили Пепельные горы, чтобы скрыться на севере, умирали от голода и холода на пути своего бегства. Те же, кто выбирал драться, сталкивались с многократно превосходящими силами, и погибали в неравном бою.
  В конце войны, после жестокой и долгой осады Барад Дура, мордорцы предприняли последнюю атаку. Саурон лично дрался в рядах гвардейцев, как простой воин.
  Черный таран элитной мордорской пехоты пробил брешь в боевых порядках западников. Брошенная в контратаку кавалерия разбилась об мордорские каре.
  Одетые в черные доспехи, с лицами закрашенными черной краской для устрашения, солдаты прорвались к пытающемуся сбежать Элендилу.
  Горстка храбрецов во главе с Сауроном изрубила жестокого короля на куски, а потом остатки армии сделали то же самое с Гил-Гиладом и его охраной.
  Но это ничего не дало. Врагов было слишком много, чтобы Мордор мог победить.
  Вечером, когда из мордорской пехоты и ополченцев уже никого не оставалось в живых, гондорские солдаты извлекли из завалов тел ещё живого Саурона. Его подняли, вогнав крючья для стаскивания всадника с лошади прямо в тело, а потом Исилдур, достав меч, отрубил королю руки и подождал, пока из него вытечет кровь.
  Барад Дур пал, почти всё его население было убито, а сам город был предан огню. Вся королевская семья, обе его жены и все дети были зарублены прямо в подвалах торговых рядов, где они пытались спрятаться и смешаться с толпой, чтобы выжил хоть кто-то. Беда была в том, что и толпу ждал меч...
  Уцелевшие бойцы отомстили через несколько лет, встретив Исилдура с охраной на одной из горных дорог, и уничтожив его, но восстановить сожженную страну это уже не могло...
  В легендах западников всё это, конечно, имело совсем другой окрас. Там Воины Света и Добра спасали мир от чудовищ, намеренных его пожрать, ни больше, ни меньше.
  Змей как-то прочитал гондорскую брошюрку, переведённую политуправлением армии.
  Орки-мордоррцы там вообще впрямую назывались отдельным биологическим видом от людей, неполноценной расой, склонной к немотивированной агрессии.
  Чего там только не было в этой брошюре, вплоть до орков-людоедов, терминов 'орко-человек' и доказательств родства орков с волками. Тот факт, что принадлежность к Мордору являлась не более чем гражданством, на Западе, похоже, вообще был неизвестен. Или тщательно замалчивался.
  Вся история войн Мордора с Западом была перевернута с ног на голову, даже последняя война, когда Запад отжал у Мордора Топи, тоже подавалась как оборонительная. Но Змей-то в ней уже участвовал и помнил, как оно было, помнил, как целый артиллерийский корпус смёл огнём все приграничные посёлки вместе с населением.
  А теперь западники накачивали свою молодёжь тем, что это была самозащита от Мордора.
  А ещё был противоположный полюс - эльфы, давно убедившие себя, что они сверхлюди, якобы высшая раса, биологически иная, чем всё остальное человечество, поставившие себя выше остальных людей, относящиеся как к животным даже к своим союзничкам с нуменорскими корнями.
  Если они, накачанные подобной пропагандой, ворвутся в Мордор снова...
  Змей абсолютно точно понимал, что для недопущения этого можно пожертвовать не только его бригадой и соседней тоже. Ради этого можно было пожертвовать вообще всем.
  И, похоже, это именно то, что вскоре будет сделано.
  
  3.
  
  -Видите их товарищ, командир? - шёпотом спросил разведчик.
  - Да, вижу - тихо ответил Змей. -
  Он и три бойца разведывательной роты лежали на земле в трёхстах метрах от границы, в невысокой траве, одетые в лохматые камуфляжные костюмы. Ярко светила Луна и видимость в эту ясную ночь был отличная. В бинокль Змей видел, как на той стороне несколько фигур в тёмных комбинезонах стоят около лежащих на земле мотоциклов и рассматривают территорию Мордора в бинокли.
  Реконгносцировка.
  Кто там в этой группе, интересно? Командиры бригад? Дивизий? Может сам генерал Теондил, командующий Гондорским корпусом?
  
  В любом случае, это реконгносцировочная команда. Старшие офицеры под видом солдат разглядывают глазами свою ближайшую задачу.
  Пока ночью, и это означает, что атака будет не завтра, а может дней через пять. Или четыре.
  За день-два они начнут делать это в открытую, днём, может даже в своей форме со всеми знаками различия.
  В любом случае, Змей и вся 5-я бригада очень постарались для того, чтобы они не могли увидеть ничего полезного, но чтобы вдалеке им бросились в глаза якобы плохо замаскированные ложные позиции.
  Конечно, есть ещё авиаразведка и пешие разведчики, способные проникнуть за линию фронта и увидеть как оно там на самом деле, но авиаполк из Барад Дура постоянно висел над дефиле, не пуская разведчиков с той стороны даже на минуту, а на земле работала пехота Змея, которая тоже своё дело знала как надо.
  Ещё неделю назад погранзаставу, которая тут стояла, эвакуировали, вместе с пограничниками, и теперь на всём протяжении возможного фронта была только пехота.
  Как был уверен Змей, они были на пике боеготовности. Неважно, самоубийственная это задача или нет, но в лучшей форме 5-я стрелковая уже не будет, и на текущий момент Змею уже хотелось, чтобы началось всё побыстрее.
  Побывав пару раз в 6-ой бригаде, он знал, что там тоже самое.
  Видимо, ждать оставалось уже недолго.
  Они отползли в лощину, встали на ноги и двинулись назад к своим, по складкам местности, так, чтобы наблюдатели не могли их видеть.
  Идти приходилось наклонившись, а то и снова ползти, но через сорок минут Змей спрыгнул в великолепно замаскированный окоп.
  Потом они долго шли от позиции к позиции по ходам сообщения, которые весь прошлый месяц копали солдаты и мобилизованные местные. 'Рвали жилы, но успели'-довольно подумал Змей. Теперь войска могли перемещаться между опорными пунктами, не выходя из траншей. Эффективность вражеского артиллерийского огня существенно снизится.
  Это было очень хорошо.
  Жаль только на противотанковые рвы и эскарпы времени не хватило.
  Плохо также было то, что из всех старых ДОТов, остались функционирующими только те, которые были вырублены в скалах на правом фланге. Бетонные бронеколпаки и бункеры, ранее перегораживавшие весь проход, когда-то давно полностью разукомплектовали, и подорвали, как бесполезные и мешающие прокладке шоссе.
  Сейчас бы он придумал, как их использовать!
  В остальном же они были на высоте.
  То, что всё-таки по факту было самоубийством, здесь, в окопах таковым уже не казалось. Помощь штаба корпуса, помноженная на умения офицеров бригады и энтузиазм солдат дали свой эффект.
  Противник будет наносить удар многократно превосходящими силами, вот только, похоже, большинство их здесь и останется.
  Бригада всё сделала просто великолепно.
  Их полоса обороны, шириной в три километра и глубиной в четыре, была разбита на огромную сеть опорных пунктов, зарытых в твёрдый грунт по макушку. Все стрелковые ячейки были только на обратных скатах складок местности, лощин и овражков, которых тут было в избытке. Все обратные скаты до гребня были заминированы.
  Миномётные позиции со стороны выглядели как квадратное окно в земле, из которого с хлопком вылетает мина.
  Безоткатки и 40-мм противотанковые пушки были убраны в окопы полного профиля, перед которыми была вырыта углублённая площадка для стрельбы, на которую расчёт орудия выкатит его только перед открытием огня прямой наводкой. То же касалось и станковых пулемётов. Окопы были закрыты сверху легкими перекрытиями или сетями.
  Также были спрятаны и самоходные орудия с 80-мм пушками
  Вся связь была дублирована как по радио, так и по проводному телефону, с проложенными под землёй кабелями. Были проговорены световые сигналы ракетами, на случай, если связи не будет или не будет возможности ей пользоваться.
  Все огневые средства, даже те, которые были отданы ротным командирам, могли, при необходимости управляться централизованно, с КП бригады.
  Два батальона в первом эшелоне имели в тылу запасную позицию, на которую могли отойти по ходам сообщения, она располагалась на отдалении 900 м от основной, и это расстояние было выше на 100 метров, чем предельная дальность для стрельбы прямой наводкой где-либо на этом участке.
  Остальные силы бригады формировали второй эшелон, который Змей планировал использовать и как эшелон обороны, и как резерв для контратаки - местность позволяла такой финт ушами. Там же была и подчиненная ему на время операции танковая рота.
  Полевую артиллерию Змей отвёл за второй эшелон, чтобы она не попала под первый огневой удар гондорской артиллерии, а гаубичную - ещё дальше, и полностью отдал её начальнику бригадной артиллерии, который должен был заниматься исключительно контрбатарейной борьбой, а остальными задачами - только по приказу.
  Он же отвечал за наведение корпусного артполка на цели перед фронтом бригады.
  И всё это было врыто в землю и замаскировано так, что и сам Змей не всегда мог понять, где окопались его люди.
  А поверх этого были вырыты фальшокопы, наставлены муляжи пушек и танков, закрытые маскировочными сетями, прокопаны якобы ходы сообщения между ложными позициями.
  На этих сооружениях всегда находились солдаты, которые там вели себя немного 'небрежно', позволяя себе иногда высовываться из окопов с биноклями, и зажигать ночью сигарету в окошке стрелковой ячейки.
  Змей планировал, что гондорцы начнут с огневого удара, очень мощного, но скоротечного, потому, что захват дефиле надо было проводить в максимально быстром темпе.
  Удар они нанесут по разведанным целям, то есть по тем, которые Змей им подсунул. В атаку пошлют силы около одной дивизии, и сначала она ударит по его бригаде. Шестая поначалу будет наблюдать, подкидывая 'огня', потому, что через проём в скалах в начале дефиле двум дивизиям не пролезть, это уже потом ущелье резко расширяется, а позиции у соседей были чуть левее, чем проход в дефиле.
  Пока артиллерия Гондора лупит по ложным позициям, их мотопехота на бронетранспортёрах постарается рывком проскочить так далеко в Мораннон, как это только возможно, а потом спешится, и под прикрытием артиллерии и танков двинется вперёд.
  Тут-то их и ждёт сюрприз.
  Пока они будут подниматься на скат, наводимые наблюдателями с отрогов ущелья миномёты и полевая артиллерия будут кромсать их с защищённых и невидимых для них позиций, а как только пехота кое как перевалит через гребень любой складки, снизу, с обратного ската по ним откроет огонь уже мордорская пехота, усиленная безоткатными орудиями и сорокамиллиметровками. А им, в свою очередь, нельзя будет подтянуть туда танки и САУ, потому, что они ещё будут на другом скате.
  Потом, когда перевалят его, то там пехоты уже не будут, и бронетехника, пришедшая на выручку пехотинцам сама окажется в ловушке.
  Змей специально рассаживал пехоту мелкими группами, чтобы их нельзя было накрыть в одном месте.
  Он не планировал концентрировать силы, он планировал концентрировать их огонь.
  По идее, после нескольких таких циклов, гондорцы должны будут пустить в дело дивизионный танковый полк.
  И тут ребята Змея, зарывшиеся в землю, и покажут всем как хорошо они управляются в противотанковыми гранатами. Если у 5-й бригады получится в этот момент отсечь гондорскую пехоту от танков, то она устроит гондорцам бойню, которую те запомнят очень надолго. Если нет, то придётся отходить с потерями, а потом вызывать огонь корпусного артполка на потерянные позиции и под его прикрытием переходить всей бригадой в контратаку.
  Как-то так.
  Змей хотел устроить резню, которая заставит Гондор израсходовать свои силы за сутки, чтобы командование западников в ярости кинуло на него эльфийские танки, которые он потом также мог бы здесь жечь, пользуясь такой же тактикой. При всей их мощи, танковая дивизия в таком месте будет крайне уязвима, а реализовать качества своих танков эльфы в таком бою не смогут.
  Это был его замысел, но у противника наверняка тоже был замысел, да и в общем превосходство в силах могло бы сказаться.
  'Посмотрим, кто кого' - думал он, проигрывая в уме свои действия и действия соседей в ответ на тот или иной ход противника.
  Правый фланг 5-й бригады упирался в довольно крутые горы, недоступные для техники. Когда-то давно там построили ДОТы для ведения фланкирующего огня по ущелью. Это была очень удобная позиция, ДОТы были укрыты скальным массивом и с фронта, и сверху, подойти к ним можно было только по узким тропам, которые также простреливались, зато амбразур для фланкирующего огня там было более чем достаточно. Туда Змей посадил местных ополченцев, под командованием своих офицеров, и буквально забил их склады боеприпасами и водой для охлаждения старых пулемётов, которые там были установлены. Гребень скальной гряды тоже держали ополченцы, но там особо было не повоевать, и это были скорее наблюдательные пункты, чем огневые точки. Эти силы Змею уже не подчинялись.
  Левый фланг упирался в автодорогу, связывающую Гондор и Мордор, которая шла через весь проход, а за ней начинались позиции соседей - 6-ой бригады. Солдаты левого фланга 5-ой и правого фланга 6-й иногда могли видеть друг друга без оптики.
  Змей разбил всю пешую разведку на группы по три-четыре бойца с рациями, и рассредоточил их на всю глубину обороны, чтобы всегда знать о возможных прорывах противника, даже если сам их наблюдать не может. Несколько таких групп были заброшены за линию фронта и сидели сейчас в схронах, не выходя на связь без команды. Это уже была игра на грани фола, но Змею нужно было знать, что делает противник.
  Вчера Змею привалило ещё два подарка.
  Во-первых, из корпуса прислали зенитно-артиллерийский дивизион. Четыре батареи по четыре 85-мм зенитных пушки, с приборами управления и радиолокатором. Это был просто королевский подарок, учитывая то, как их будет рвать эльфийская авиация.
  Во-вторых, комбриг-6 предложил ему помощь танками. Свою танковую роту, которую он, как и Змей, получил от Корпуса, он расположил в лощине, близко к позициям второго эшелона 5-й бригады. И предложил, чтобы при необходимости, Змей забрал роту себе, потому, что, судя по местности, основной удар будет именно по нему, почему он и получил полосу меньшей ширины. Это было очень великодушное предложение.
  Змей, конечно, согласился и быстро отладил канал связи, позволяющий забрать роту в ходе боя себе, если, конечно, её не бросит в контратаку комбриг-6.
  Он был рад обоим подаркам, и расположил зенитчиков так, чтобы их зона действительного огня начиналась над передним краем первого эшелона. Это позволит не дать эльфам свободно бомбить передний край, а если произойдёт гипотетический танковые прорыв через позиции первого эшелона, то эти пушки можно будет использовать против танков.
  Неплохо.
  Змей теперь сидел на КП, который когда-то был большим старым ДОТом в скале. Вентиляционные шахты были расширены, и в них были оборудованы маленькие площадки со стереотрубами и телефонами, на одного человека. Отсюда, с небольшого возвышения, весь проход был как на ладони.
  Здесь, под защитой скалы он и будет управлять боем. Совсем скоро.
  
  4.
  
  Вечером Змей поднялся на скалу, с которой открывался красивый вид на закат. Солнце уходило за чёрные горы, красиво подсвечивая унылую складчатую равнину Мораннон. Где-то там, внизу, скрытые траншеями и перекрытиями, сидели пехотинцы, нервно ожидая вражеские танки.
  Почему-то люди боятся танков больше, чем пехоты, хотя справиться с ними легче. Если позиции нормально оборудованы, конечно.
  У каждого было своё видение.
  Где-то гондорский командир просчитывал примерные потери после взятия опорного пункта, который он считал настоящим.
  Генерал в эльфийском штабе планировал ввод в прорыв двух танковых и одной мотопехотной дивизий. Десантники Рохана напряженно ждали приказа на выброс в неизвестность...
  Зачем всё это?
  Почему Запад так остервенело, не считаясь с потерями, лезет к ним, сюда?
  У Змея была теория на этот счёт.
  При Сауроне IV и до него в пехоте - главном роде войск тогдашнего Мордора, была традиция покрывать лица солдат чёрной краской перед боем.
  Вместе с такими же чёрными доспехами, и щитами это давало мощный психологический эффект, потому, что дикие люди тех времён не были психологически стойкими. Чёрная стена, неотвратимо надвигающаяся под бой барабанов навевала жуть, и это была одна из причин мордорских побед.
  Но это же вызвало в жителях Запада страх и отчуждение, они не верили, что этот чёрный убийственный монолит - просто такие же люди, как и они, и от страха навыдумывали разной чертовщины.
  Это стало удобно, ведь на дьявольскую сущность орков любой некомпетентный военачальник всегда мог свалить любую свою глупость. И это породило неприятие людьми Средиземья мордорцев, непризнание их такими же людьми, а наоборот - признание страшной нечистью.
  Тупые и примитивные крестьяне Гондора, Рохана, недомерки из Шира и даже рядовые эльфы часто не знали, какой из королей начал войну, и зачем. А вот чёрную лавину, сметающую всё на своём пути видели вполне.
  'Вот и первопричина, того, почему они к нам так относятся' - подумал Змей. Глупо, но вот так. Поколения людей, мысливших таким образом, натуральным образом отравили сознание всему Западу.
  А чуть позже, западные правители, которые вполне были в курсе того, как оно на самом деле, использовали эти настроения как оправдание экспансии против всех восточных народов, не только против Мордора.
  После Великого опустошения Мордор бился за свободу почти десять лет. Выдавив захватчиков за Мораннон, постанцы были разбиты подкреплениями из Рохана, Гондора и эльфийских городов, главным образом из Ривенделла. Но когда армия оккупантов ринулась обратно в Мораннон, Ородоруин рванул последний раз в своей истории, выплюнув в небо гигантские массы пепла, и пламени.
  Суеверная гондорская пехота разбежалась, сочтя это гневом демонов Мордора.
  Повезло, так повезло, пусть вулкан и завалил горячим пеплом огромные площади, вплоть до окрестностей Барад Дура, и прикончил кучу людей.
  Но Мордор остался стоять, и целое поколение западников даже не пыталось туда ходить после этого.
  Естественно, представление об орках как об огромных нелюдях - людоедах с чёрной кожей только укоренилось за эти годы.
   Мордор, оставшись без династии, почти без населения, без богатств, был по идее обречен, но не такие люди здесь жили!
  Уже через двести лет Мордор без войны присоединил к себе Кханд. К тому моменту это была республика с Диктатором во главе. Кханд был первой ласточкой и уже через тридцать лет после неё Чёрная Армия поднялась вверх по Бурым Равнинам и вошла Прирунье.
  Двести лет назад Республика уже была в разы больше и сильнее, чем старое королевство, даже название той, окружённой скалами зоны, где оно было раньше, теперь звучало как 'Старый Мордор'.
  Пятнадцать лет назад Гондор, с пассивной поддержкой Рованионской республики, напал на Мордор и отжал Топи - район торфяников, обеспечивавший топливом тысячи людей.
  Отбивать их назад было слишком дорого, и эта вылазка стала победой Гондора, пусть и чудовищно дорогой по потерям для такого мероприятия.
  Это была первая война Змея.
  Сейчас, солдаты Запада, с детства накачанные историями про страшный Мордор, готовились повторить Великое Опустошение.
  Оно и понятно, народ в Умбаре активно требовал от правительства вступления в Республику, правительство колебалось, напуганное риском вторжения западных армий, и, видимо, где-то было принято решение, что с Мордором пора кончать, пока умбарцы не сделали его морской державой.
  Змей краем уха слышал про чудовищную концентрацию войск на Бурых равнинах, про то, что против Мордора там развёрнута целая группа армий, наголову превосходящая Западный Фронт, в зону ответственности которого эти равнины входили.
  Что ни первая танковая армия, ни две общевойсковые, развернутые на ТВД удар сдержать не смогут.
  В Мордоре с его бедными землями и плохим климатом просто не было столько населения, сколько было в Западном Союзе.
  Превосходство Мордора в силах, о котором пела западная пропаганда, существовало только в страшилках для западного обывателя.
  В принципе, умелой обороной это превосходство можно существенно уменьшить, но Змея волновал и вопрос как вообще, в принципе, Мордор будет выруливать. Когда на одного твоего солдата от четырёх до пяти вражеских, шансы не очень.
  Хотя и нулевыми их тоже не назвать.
  В любом случае, теперь это было неважно.
  Они будут драться с тем, что имеют.
  Хотя... Может у командования есть туз в рукаве?
  Может им надо просто продержаться время, достаточное для выкладывания этого козыря на стол?
  Они скоро увидят так это или нет.
  
  5.
  
  'Сегодня' - комкор позвонил Змею и сказал сразу это слово. - 'Не знаю, во сколько, но сегодня. Будьте готовы'.
  Змей уже жил на КП, готовиться дополнительно ему было не надо.
  Тем не менее, сигнал о полной боевой готовности прошёл по окопам и ДЗОТам. Змей наблюдал в стереотрубы из дыры в скале, не повлечёт ли этот сигнал какое-нибудь заметное для вражеской разведки шевеление? Нет, не повлёк.
  Всё было тихо.
  Было раннее утро. Логично было, что и атака должна начаться под утро, чтобы у нападающих был полный световой день в запасе.
  Но пока, в 04.00 ничего не начиналось. Не работала вражеская артиллерия, не пересекали границу вражеские самолёты.
  В 04.15 Змей по радио отдал приказ находящимся за линией фронта разведгруппам докладывать обстановку.
  Но они тоже ничего не видели.
  Странно.
  Ожидание было томительнее всего. Скорее бы началось! Или отменилось, хотя вот уж этого-то точно не будет.
  В пять утра позвонил комкор лично и сказал, что понеслась, по Барад Дуру отбомбилась целая орава бомберов, пытались уничтожить авиацию на аэродромах. Но авиация уже была рассредоточена и смогла хорошо потрепать вражеские самолёты, пусть и с потерями.
  После этого стало ясно, что ждать наземной атаки осталось недолго.
  И действительно, в 08.00, после трёх с половиной часов ожидания в предельном нервном напряжении, разведка с той стороны доложила о выдвижении как минимум четырёх батальонных колонн на полугусеничных бронетранспортёрах в стороны прохода.
  Ещё через полчаса - о движущейся туда же колонне танков, тоже примерно батальонной - около сорока машин.
  Артиллерия противника молчала.
  С 09.00 пехота из первого эшелона стала докладывать о шуме от крупной массы техники за государственной границей.
  Всё это передавалось в штаб корпуса и по заранее обговорённому каналу - соседям.
  Но они пока не атаковали, и не наносили огневой удар. Мысль о том, что они дураки и попытаются атаковать на гусеницах не до конца разведанную оборону в дефиле без артподготовки Змей даже не рассматривал.
  Значит... что? Сюрприз от противника, вот что. Но пока бригада могла только ждать.
  В 10.00 разведчики сообщили о ещё четырёх батальонных колоннах из мотопехоты на бронетранспортёрах, полугусеничных грузовиках и танков.
  Ещё бригада. Получается, что сейчас перед проходом уже две бригады.
  В гондорской дивизии их всего две, и дивизионный танковый полк. Значит, что первый эшелон, который пойдёт пробивать его, Змея, оборону, уже сформирован. Но чего они ждут?
  В 11.30 6-я бригада сообщила, что правее ворот наблюдает крупную колонну мотопехоты на бронетранспортёрах, предположительно полковую, и ещё какую-то крупную колонну техники вдалеке, движущуюся к проходу.
  Это, видимо начиналась концентрация сил второй гондорской пехотной дивизии, которая будет давить 6-ю бригаду.
  Ещё через пять минут разведка 5-ой бригады сообщила о грузовиках с радиостанциями, движущихся на малой скорости справа и слева от разведгрупп в сопровождении мотоциклов с пулемётами.
  Это выглядело, как попытка обнаружить точное расположение выявленной радиостанции, и разведчики получили приказ отходить.
  О пеленгаторах сообщили в 6-ю бригаду.
  Гондорцы выглядели подготовленными и хорошо оснащёнными. Но каково их решение на бой?
  Змей предчувствовал, что это будет какое-то неприятное для него решение.
  И так оно и оказалось.
  Вскоре штаб корпуса и зенитный дивизион сообщили одновременно: 'Воздушные цели'. Зенитчики добавили, что их там 'от горизонта, до горизонта'.
  В этот момент Змей понял, на что рассчитывал противник. Воздушный удар снесёт всю оборону, и они подойдут на броне прямо к переднему краю, спешившись только в тот момент, когда без огня пехоты с земли уже будет не обойтись.
  Чтобы такой фокус сработал, им нужен был поистине страшный воздушный удар, и именно его, видимо, и готовилась выполнить орда самолётов на горизонте.
  Змей взял телефон и вызвал офицера ВВС при штабе Корпуса
  - 'Гром-6', это 'Лавина-1', как слышите?
  - 'Гром-6' на связи, слышу хорошо.
  - Запрашиваю истребительное прикрытие, срочно.
  - 'Лавина-1' прикрытие уже в воздухе, ждите.
  - Сколько?
  - Уже сейчас должны быть на месте.
  - Принял, отбой.
  Потом он приказал объявить по бригаде воздушную тревогу, поднялся по наблюдательной шахте наверх, и вместо того, чтобы рассматривать поле боя в стереотрубу, вылез наверх с биноклем.
  В воздухе отчетливо слышался тяжелый низкий вой сотен пропеллеров, приближающийся с Запада. Горы, стоявшие на пути звука гасили его, ослабляли, но он был слишком мощный. Змей поднял голову, и навел бинокль туда, где небо показалось ему покрытым темной рябью.
  Вот это да!
  В небе было тесно от самолётов!
  Змей водил биноклем, оглядывая воздушную орду, которая будет здесь в течение, может быть сорока секунд, и словно что-то сжималось в нём внутри от осознания того, какая сила пришла за жизнью его людей.
  Но главное было не это.
  В воздухе, помимо истребителей и привычных уже двухмоторных бомбардировщиков, были десятки, если не сотни огромных самолётов с четырьмя двигателями.
  В Мордоре таких не было. Нигде таких не было, вообще в Середиземье не было.
  Валинор!
  Вот чьи это самолёты! Твари проклятые, Вы-то, зачем лезете сюда, на другой континент!!!
  Змей спрыгнул обратно в скальное углубление со стереотрубой, и схватил трубку телефона, выведенного сюда от коммутатора снизу.
  - Дежурный, дай 'Гром-6'!
  - Даю.
  - 'Гром-6' это 'Лавина-1'.
  - 'Гром-6' на приёме.
  - Сюда идут четырехмоторники, Валинорские. Будут накрывать нас сплошным покрытием, как слышишь?!
  - 'Лавина-1', слышу. Это точно?!
  - Сам вижу их сейчас. Пусть истребители их валят, любой ценой атаку надо сорвать, они нас сметут! Как понял?!
  - Понял, передаю.
  - Отбой.
  Змей посмотрел наверх. Самолёты были почти над позициями бригады... и в этот момент мордорские истребители атаковали их с курса под углом к встречному, в аккурат со стороны Солнца. Змей снова вылез вверх и увидел, как в небе разворачивается титаническая битва. Авиаполк ударил в полном составе, все 40 машин, видимо даже все заместители и учебные спарки пошли в бой. Черные точки истребителей прошли сквозь боевые порядки атакующей авиации, и вниз потянулись машины с густым чёрным дымным следом, некоторые валинорские бомбардировщики тоже задымились, но остались на курсе. Полк делал второй заход на противника, эскадрилья за эскадрильей, но истребительное прикрытие противника тоже очнулось и вместо второго расстрела в небе завязался бой. Змей не мог охватить картину целиком, его бинокль сужал поле зрения, а без него расстояние было слишком большое, но было ясно, что в воздухе началась 'мясорубка'.
  Судя по всему, часть истребителей воспользовалась возможностью и вместо участия в рубке прорвалась к тяжёлым бомбардировщикам.
  Маленькие самолёты выходили на цель, стреляли, и ... падали вниз, оставляя дымный след. Тяжёлые машины тоже могли за себя постоять.
  Но вот один пошёл вниз. Второй...
  Внизу, у земли, уже было много различимых в бинокль белых точек - парашютов. Уже чадили на земле костры от упавших с неба машин - как мордорских, так и противника.
  Полк делал третий заход, на этот раз сверху. Даже визуально было видно, как поредели ряды мордорских самолётов, но и десятки - в разы большее количество - машин врага уже горели на земле.
  Ещё один четырехмоторник полетел вниз, только на это раз камнем - видимо ему перерубило плоскость пушечной очередью. И ещё один.
  И ещё!
  'Молодцы!'-думал Змей. - 'Хотя бы так'.
  После этой атаки мордорцы начали выходить из боя - судя по всему ни боеприпасов, ни топлива на атаки уже не оставалось. Видно было как истребители противника, отогнанные от бомберов, пытаются броситься в погоню, но на пути была зона отсечения, контролируемая двумя эскадрильями двухмоторных перехватчиков, и попытка проскочить через неё стоила нападавшим ещё десятка самолётов.
  Впрочем, это мало что меняло.
  Небо осталось за противником.
  Змей видел, как после отхода мордорских истребителей, истребители нападающих тоже повернули назад, оставив бомбардировщики без прикрытия.
  А потом, мутной с такой дальности россыпью, из-под самолётов посыпались бомбы. И через несколько секунд земля под ногами задрожала от массы взрывов.
  Он не хотел рисковать понапрасну и спустился в командный пункт, закрыв за собой тяжелый люк.
  - Ну-ка дай, - схватил он телефонную трубку у связиста.
  - Коммутатор.
  - Дежурный, дай 'Зенит-5'.
  - Даю.
  - 'Зенит-5' это 'Лавина-1'.
  - 'Зенит-5' на связи.
  'Зенит-5' это были подчинённые Змею зенитчики, с 'чужим' для бригады позывным.
  - В группах атакующих самолётов есть большие четырехмоторные бомбардировщики. Приказываю вести огонь только по ним, на остальные цели не отвлекаться, как поняли?
  - 'Лавина-1' Вас понял, выполняю.
  - Отбой.
  Змею было тоскливо в этом КП. Он получал доклады от командиров на земле, он видел непрерывно меняющуюся обстановку, которую штабисты отмечали на карте, но он не видел поле боя глазами. Впрочем, кое-что он мог сделать и без этого.
  - Дежурный, дай 'Гром-6'.
  - Даю.
  - 'Гром-6' это 'Лавина-1'. Нужен воздушный удар по участкам 'Ворота', 'Луч-1,2,3,4'. Цели - рассредоточенная бронетехника. Возможен огонь с земли, истребительное противодействие.
  - 'Лавина-1' запрос принял.
  - Отбой.
  Змей не мог дотянуться до тех войск, которые стояли сейчас за входом в Мораннон - дальность его артиллерии не позволяла, но штурмовики с Барад Дура вполне могли.
  Звонок телефона, дежурный связист передаёт трубку Змею.
  - 'Лавина-1' это 'Гром-6', как слышите?
  - Отлично слышу, давай!
  - Авиаудар через 1 час по заявленной цели.
  - Отлично, спасибо, отбой!
  По полу под ногами пошла дрожь. Она усиливалась и превратилась в сопровождаемую низким рёвом тряску. Это бомбы из бомбардировщиков рвались неподалёку. Тряска, только появившись, начала стихать, и Змей снова упал на телефон.
  - 'Лавина-2'- это 'Лавина-1' доложите обстановку...
  Картина вырисовывалась такая. Змей немного перенервничал, ожидая сплошной, 'ковровой' бомбёжки. Удар был сильный, но не фатальный.
  В основном под него попали те самые ложные позиции, к подготовке которых Змей так скурпулёзно отнёсся. Но и батальоны тоже попали под удар. В первом эшелоне, в двух батальонах накрыло позиции передовых рот, и отсечную позицию на левом фланге. Потери уточнялись, но судя по всему, были большими - массированные разрывы бомб приводили к разрывам лёгких даже у окопавшихся солдат.
  Второй эшелон накрыло не так, но зато одна из батарей безоткатных пушек попала под удар и погибла целиком.
  Попало и гаубичной артиллерии, 'ковёр' накрыл их с краю, и уничтожил несколько орудий с расчётами.
  Последняя волна бомбардировщиков ориентировлась на результаты удара впереди летящих и смогла выявить зенитный дивизион. Ему досталось особенно сильно, по первоначальным данным из строя выбыло половина орудий и личного состава. Но при этом, дивизион сбил пять валинорских бомбардировщиков!
  Возможно, этот успех спас всю 5-ю бригаду целиком.
  Всё это было несоизмеримо лучше, чем ожидал Змей. Намного лучше.
  Спустя двадцать минут после авиаудара, передовые батальоны доложили, что мотопехота Гондора вкатилась в проход.
  Вражеская артиллерия молчала.
  -Ну, добро пожаловать. - процедил про себя Змей, который опять вылез наружу и разглядывал поле боя в стереотрубу.- Давайте ребята. Мы Вас встретим.
  
  6.
  
  Гондорцы вошли в проход в 13.00, не спешиваясь, прямо на броне. Волны бронетранспортёров и некоторого количества движущихся за ними танков, шли вперёд, компактной плотной массой, обтекая обильные здесь складки рельефа, лощины и впадины. Перед ложными позициями группа бронетранспортёров оторвалась от основной массы, выстроилась цепью и медленно двинулась вперёд. В этот момент позиции, которые противник считал как будто бы настоящими, просто взорвались. Сотни взрывов в мгновение ока разнесли фальшивки полностью.
  Змей в шоке смотрел на это со своего наблюдательного поста и не мог понять, как такое может быть. Он видел, что за секунду до взрывов в неба на позиции как будто бы падали огненные чёрточки, похожие на хвосты ракет. Может это ракеты? Но как они так кучно их запустили? Если только эти ракеты у них не пакетом стоят на одном орудии.
  Вот и ещё один сюрприз, и опять неприятный.
  С другой стороны, это просто мощная артиллерия, не более.
  Змей поднял телефон и связался с Начальником артиллерии.
  - Засёк залп?
  - Нет, это не пушки, не можем их засечь.
  - Ясно. Это, похоже, их новая ракетная артиллерия. Напрягите там голову, нам надо их засекать.
  -Попробуем, но шансов почти нет.
  -Пробуй всё равно.
  - Есть.
  Змей посмотрел на часы. Пора бы уже героям-штурмовикам появиться.
  И они появились. Огненные хвосты ракет яркими пучками прочертили небо справа, со стороны скал. Маленькие серенькие коробочки гондорских бронемашин взрывались, дымились, а сверху летели всё новые ракеты и трассеры автоматических пушек.
  Змей видел, как гондорцы стреляют в ответ из тяжелых пулемётов и установленных на бронемашинах зенитных пушек, но штурмовики, сделав два ракетных залпа и дав очередь из пушки, отваливали влево и уходили на сверхмалой высоте в сторону мордорских позиций. Правда, некоторые уходили, оставляя дымный шлейф.
  Всё больше бронетранспортёров загоралось и останавливалось. Но и мордорские самолёты начали падать.
  Змей видел, как огонь с земли ронял один штурмовик за другим, в отместку за взрывающиеся одну за другой бронемашины. Прыгать с парашютом с такой высоты было невозможно...
  Атака закончилась также внезапно, как и началась. Штурмовики ушли, а поле перед позициями бригады теперь было затянуто дымом.
  Змей понимал, что следующий авиаудар если и возможно будет организовать, то только часов через пять. Час уйдёт на обратную дорогу и посадку самолётов, ещё полчаса на заправку и подвеску оружия, потом будет боевой вылет в чьих-то ещё интересах, может по заявке соседей. И потом только его запрос будет отработан.
  Теперь они будут воевать сами.
  Он посмотрел на часы. 13.20.
  Бригада, хоть и понесла ощутимые потери, но полностью боеспособна. Боевого контакта ещё не было, по сути, бой ещё и не начинался.
  'Да, генерал Теондил. Слабо, очень слабо. Не надо было Вам ждать валинорцев, надо было идти с артподдержкой.' - думал Змей про себя и улыбался. Полдня потерял. Броню в мешок загнал. Ай-яй-яй, а ведь он, Змей, отмёл такую возможность.
  В 13.30 с позиций первого и второго батальонов доложили, что бронетранспортёры гондорцев преодолели ложные позиции и находятся в зоне действительного огня миномётов и противотанковых сорокамиллиметровых пушек, и поэтому батальоны открывают огонь и просят артиллерийской поддержки.
  Змей отдал Начарту приказ нанести огневой удар полевой артиллерией по запрошенным координатам, запросить от корпусного артполка удар по тем же участкам, по которым работали штурмовики, а бригадной гаубичной артиллерии отдельно перепахать ложные позиции, уже занятые противником.
  Спустя пять минут все вокруг уже бабахало, батареи плевались снарядами на километры вперёд, превращая боевые порядки гондорцев в сплошную зону смерти.
  Бой начинался просто великолепно, и Змей подробно доложил обо всём в штаб корпуса.
  Тем временем, гондорцы поняли, какую глупость они совершили, понадеявшись на ударную силу бомбардировщиков, и данные разведки.
  Наблюдатели батальонов докладывали, что бронетранспортёры расползаются по фронту компактными боевыми группами, чтобы уйти из-под обстрела и найти, наконец-то передний край обороны мордорцев. Часть машин в виде головного дозора уходит вперёд, чтобы основные силы внезапно не напоролись на окопавшуюся пехоту.
  Змей опять спустился внутрь командного пункта, где стоял рабочий шум - Начарту кто-то докладывал о том, что '180 снарядов, работу закончил, меняю позицию', доклады разведгрупп отпечатывались на машинке машнистской разведотдела в общую сводку, в то время как сам 'энэр' слушал их все одновременно, чтобы не пропустить ситуацию, требующей мгновенной реакции, связисты принимали донесения батальонов.
  Артиллерия к этому моменту существенно сбавила темп стрельбы - количество снарядов было далеко от бесконечности, да и смена позиций занимала время.
  Тем более, что у батальонов были миномёты и легкие противотанковые пушки, уже слегка устаревшие, но смертельно опасные для бронетранспортёров.
  - У нас контакт. - проговорил зам.начальника штаба, снимая наушники с головы, когда Змей проходил мимо. - Началось. - и он показал пальцем на наушники.
  На настольной карте всё было отражено в деталях, и Змей кивком показал на неё.
  - Где, кто?
  - Первый батальон, вторая рота. К ним в овраг заехал бронетранспортёр и подорвался на противопехотной мине, вот здесь. - он показал на карту. - Пехотинцы расстреляли всех выживших из окопов, и в этот момент к ним съехал второй. Погасили из сорокамилиметровками. Сейчас их будут штурмовать. Там десять бронемашин и четыре танка перед позициями.
  Змей сравнил карту с картой скрытого управления и приказал Начальнику артиллерии выполнить огневой налёт на зону перед передним краем второй роты.
  - Уже скомандовал, командир. Две минуты и одна батарея начинает работать, вторая на марше, включается через семь минут. Работаем. - начальник артиллерии улыбнулся.
  - Товарищ командир, - раздался голос дежурного связиста. - Вас.
  Иду.
  Змей взял трубку телефона.
  - Первый на связи.
  - Это третий. По всему фронту противник спешился и двигается к нашим позициям. Вычислили передний край. Вступаю в бой.
  - Принял. Действуй по обстановке. Сейчас огня тебе подкинем.
  - Есть. Ждём огонь.
  Змей подошёл к начальнику артиллерии, у которого тоже была карта перед глазами, только поменьше.
  - Их уже штурмуют, надо ещё сильнее отработать перед их передним краем. Есть чем?
  - Есть, у меня две гаубичных батареи уже сманеврировали, сейчас отдам приказ.
  - Ты не забывай про контрбатарейный огонь, они с минуты на минуту палить начнут.
  - Я не забываю, но эта их ракетная артиллерия не улавливается нашей техникой, у неё нет хлопка при выстреле, понимаешь? Мы не слышим её и вспышек не видим из-за рельефа. Ствольную я поймаю, а этих не могу.
  - Ладно, понял - с досадой сказал Змей.
  Начальник артиллерии, уловив паузу в разговоре, взял трубку телефона и начал передавать целеуказание для гаубиц.
  - Я сейчас отстреляюсь и на главный НП артиллерийский перейду.
  - Давай.
  Змей опять повернулся к карте. Сейчас на второй батальон обрушится огневой удар. Этого нельзя избежать. И сразу за разрывами снарядов на позиции попытается ворваться спешенная гондорская пехота с танками.
  Всё, вот теперь началось.
  - С первого батальона докладывают о мощном огневом ударе по второму, доложил снова зам.начштаба. Наши пушки тоже долбят по гондорцам.
  - Второй на связи?
  - Нет, не отвечают, но сейчас они под огнём.
  - Понятно,- раздосадовано сказал Змей.- И не достать эти ракетные орудия ничем. Знать бы, где они.
  О! Точно! Вот идиот!!!
  - Телефон.! - Змей аж прыгнул к связисту. - Дежурный, 'Гром-6'!
  - Даю.
  - 'Гром-6' это 'Лавина-1'.
  - На связи.
  - Есть авиаразведка? Мне надо найти артиллерийские позиции противника.
  - Все самолёты на вылетах, запрос принят, сообщу. В каком виде информация нужна? Где примерно искать?
  - Да просто координаты на словах. Там ракетные орудия, они не так выглядят, как пушки, от них много пламени и дыма при стрельбе. Точно как выглядят, не знаю. Надо найти их, находятся в радиусе трёх-четырёх километров от участка 'Ворота', в любую сторону от нас.
  - Принял, сообщу.
  - Конец связи.
   Змей вдохнул. Как он не запросил авиаразведку сразу?! Вот пень. Теперь потери пошли.
  - Второй батальон. - тут же протянул ему трубку связист.
  - Давай. Первый на связи.
  - Первый, это третий. Идёт бой на позициях первой и второй рот, ввожу в бой батальонный резерв. Наши пушки долбят их, но они всё равно лезут.
  - Понял тебя. Помощь нужна?
  - У меня обстрелом накрыло половину бронебойщиков. Нужен огонь по танкам прямой наводкой, они сейчас лощинами прошли с флангов, ведут огонь из-за укрытий.
  - Потерпи минут десять. Вышлю САУ на помощь сейчас.
  - Есть потерпеть. Жду!
  Змей щелкнул рычагом.
  -Товарищ командир!
  Змей обернулся и увидел начальника штаба бригады, который до этого сидел с телефоном на крайнем в бункере пульте связи.
  - Надо обстановку доложить.
  - Подожди. - сказал Змей и попросил соединить его с командиром двухбатальонной тактической группы второго эшелона. Змей специально объединил второй эшелон в один кулак и ввёл в него и оставшиеся два стрелковых батальона, и бригадный самоходно-артиллерийский дивизион, и подчинённый бригаде артиллерийский противотанковый дивизион и кучу других частей.
  - Четвёртый.
  - Это первый. Сейчас сними с позиций две САУ и выведи их на рубеж.... - он оглянулся на карту скрытого управления - ... 'Полоса 4'. Оттуда поставь им приказ вести огонь по танкам, которые вклинились сейчас в первый эшелон в аккурат напротив рубежа. Пока они стреляют, выведи на тот же рубеж, но позади САУ, батарею противотанкистов. Там есть лощинки, ямки, пусть в них встают, получают снаряды и стреляют вместо САУ. А САУ отведешь назад. Ясен приказ?
  - Так точно, сколько им там быть?
  - До полного уничтожения противника, сколько ещё-то? Давай, в темпе, там сейчас пехоту броней раздавят.
  Он повернулся к уже собравшемуся уходить Начарту.
  - У тебя как?
  - Ведём огонь на подавление перед вторым. Сильнее бить не могу, снаряды не бесконечные.
  - Ладно. С НП маякни, что на месте.
  - Есть.
  - Так, обстановка, да? - он подошел к штабистам, уже разложившим новую карту с обстановкой на столе.
  - Да, - сказал начальник штаба.- По нам - второй батальон атакован, первый будет атакован через пару минут. По соседям - атакован соседний с нами батальон в первом эшелоне. У них потери больше от бомбардировки, чем у нас, есть риск, что их первый эшелон сомнут и окажутся у нас на фланге.
  Далее проблема. Разведка докладывает, что вдоль дороги, между бригадами замечена моторазведка. Разведчики сами расстреляли один мотоцикл, несколько расстреляла шестая бригада. Также танки гондорцев идут сейчас к дороге.
  - А по второму батальону кто бьёт тогда? - спросил Змей.
  - Это, видимо, танки из мотопехотных бригад. Там же по батальону есть. А вот дивизионный танковый полк, видимо, в бой ещё не веден. Хотя и побывал под обстрелом.
  - И что ты думаешь, они попробуют прорваться вдоль дороги? Им там не выжить.
  - Выжить, если они задавят артиллерией фланги у нас и в шестой, а дорогу оставят как узкий непростреливаемый коридор. Тогда они вклинятся до второго эшелона.
  - Понял тебя, вот и ответ, где из артиллерия и почему она молчит. - сказал Змей. - Хм. Ну да, так и есть. Тогда смотри. Сейчас запрашиваем от корпусной артиллерии удар по танкам. Параллельно, двигаем из второго эшелона противотанкистов вот сюда - он показал на карту. - и разворачиваем их вот так.
  Батарею безоткаток надо забрать из третьего батальона и вот здесь разместить. А у зенитчиков выкатить два орудия вот в эту складку. Соседей предупредить.
  Нормально?
  - Да, вполне. Я бы ещё танковую роту перегнал поближе.
  - Хорошо, давай. Можешь боевой приказ написать по-быстрому?
  - Конечно, - сказал начштаба. - он повернулся к заму . - Давай, организуй.
  - Есть.
  - Теперь по общей обстановке. Из штаба корпуса сообщают о движении бригады недомерков из Шира к нам. Видимо пойдёт как усиление к гондорцам. Но не сейчас, сейчас у них две трети своих сил в бой введено. Далее, оттуда же сообщают о воздушном десанте в горы, за Минас Моргулом. Минас Моргул отрезан, десантники из Рохана наступают по горам. Корпус может забрать артполк через пару часов. Такая вот новость.
  - Плохо. - сказал Змей. - Давай тогда успеем по танкам отработать?
  - Конечно.
  Первый батальон был атакован через минуту.
  
  7.
  
  Количество есть количество. Через пару часов с момента начал атаки, гондорская пехота смогла сбросить второй батальон со своих позиций и захватить часть траншей и ячеек первого.
  Остатки второго батальона, не выдержав комбинированного нажима со стороны пехоты, танков и ракетных орудий, побежали по ходам сообщения в тыл.
  По счастью, комбат сумел организовать контратаку силами третьей роты и сводной команды остальных подразделений, задержать гондорцев, и под прикрытием этой контратаки отвести назад, на запасную тыловую позицию тяжелое оружие - противотанковые пушки, крупнокалиберные пулемёты, безоткатки, миномёты и даже несколько 40-мм зениток, которые были слишком тяжёлыми, чтобы солдаты могли бы их катить. Лёгким тягачам, однако, в последнюю секунду удалось ускользнуть с пушками на буксире.
  Теперь передний край сместился на девятьсот метров назад, а от первого батальона осталось полторы роты, прижатых к скалам, которые были связаны боем в окопах и которым был некуда отходить. Во втором суммарно, по людям, оставалось почти две.
  Если бы Гондор смог ударить танками вдоль шоссе в этот момент, то, видимо, оборона дефиле была бы рассечена, но корпусной артполк, как будто извиняясь за передислокацию, обрушил на сосредотачивающиеся на исходном рубеже гондорские танки такой шквал огня, после которого об атаке можно было бы забыть.
  Змей искренне полагал, что они отстреляли весь наличный боекомплект, чтобы не везти его с собой.
  Истребительный авиаполк снова вступил в бой, когда над полем боя проскочило несколько эльфийских истребителей, и вовремя, потому, что сразу после них появились истребители-бомбардировщики и двухмоторные бомберы с явным намерением проштурмовать позиции мордорской пехоты.
  Атака была сорвана, а в ответ истребители и штурмовики наконец-то накрыли позиции ракетных установок, которые Гондор особо и не скрывал, уверенный, что звукометрические установки мордорцев их не засекут.
  Не засекли, но авиаразведка сделала свою работу как надо, и эффективность ракетных ударов очень сильно снизилась, хотя и ценой полутора десятка сбитых самолётов.
  В ответ Гондор пустил наконец-то в ход ствольную артиллерию.
  Особенность входа в Мораннон была в том, что для нормального ведения огня на всю глубину ущелья, надо было подтянуть пушки непосредственно в узкий проход северо-западного входа в дефиле или ближе. А в этом месте они были бы уязвимы для контрбатарейного огня и могли бы быть засечены звукометристами.
  С этого момента артиллерия двух бригад завязала жестокую дуэль с гондорцами, постоянно выделяя большую часть гаубиц на контрбатарейный огонь, оставляя огневую поддержку пушкам и тем нескольким гаубицам, которые иногда можно было выделить для этой задачи.
  Тем не менее, теперь пехоте доставалось сильнее. Артиллерийский огонь, пусть и слабее, чем ракетные удары, но зато он почти не прекращался. Где-то бешено маневрирующие гаубицы мордорцев накрывали батарею противника, но некоторые пушки выживали, и продолжали стрелять, к тому же противник постоянно подкидывал подкрепления.
  К вечеру Гондор всё-таки попытался двинуть танки вдоль шоссе - как и предполагали в штабе, но атака получилась жиденькой, прикрытые небольшими перепадами высот САУ с 80-мм пушками, две батареи таких же по калибру буксируемых орудий, безоткатки и артиллерийский обстрел бригадной артиллерии быстро превратил продвигающуюся бронегруппу в лом. Правда, две САУ из шести так и остались стоять на позициях, дымя густым чёрным дымом.
  У соседей Гондор скинул с позиций один батальон, правофланговый и так же частично оттеснил второй.
  В 21.20 Солнце окончательно зашло за горизонт...
  - Давайте, парни. - Змей вместе с одним из отделений броском перебежал расстояние, отделявшее их от других солдат. Третий батальон сосредоточился за запасной позицией второго, с таким расчётом, чтобы не проходить его позиции при контратаке, а ворваться в стык между бывшими позициями второго и первого. Змей решил предпринять ночную контратаку, так как считал, что Гондору надо будет пару часов на то, чтобы закрепиться на захваченных позициях, и подянуть резервы. Это время по факту уже давно истекло, и тянуть было нельзя. Кроме того, остатки первого батальона до сих пор вели перестрелку в окопах, противник уже отрезал их от ходов сообщения, по которым можно было отойти, и продолжал отжимать к скалам.
  Было два варианта. Потерять ту сводную роту, которая сейчас оставалась от первого батальона, и окопаться на резервной позиции.
  Или вернуть позиции контратакой, чтобы заставить Гондор отбивать их снова.
  Ответ был очевиден.
  Как только солнце село, солдаты третьего батальона, стоявшего во втором эшелоне, двинулись по траншеям вперёд, занимать рубеж для контратаки.
  Их лица по старой традиции были замазаны, правда, грязью, а не краской, также были перемазаны каски, чтобы не давать бликов от лунного света. То же самое было с примкнутыми к карабинам штык-ножами. Одеяла были порезаны на полоски и использованы для обмотки снаряжения, чтобы ничего не брякало и не звенело и не бликовало.
  Станковые пулемёты и их расчёты были оставлены на позициях, зато Змей забрал из четвёртого батальона десяток бойцов с ручными пулемётами.
  Батальонная рота автоматчиков с пистолетами-пулемётами, которой отводилась задача зачистки окопов, несла двойной боекомплект.
  Змей лично спланировал эту атаку, и, вопреки резким возражениям, как начштаба, так и комбатов, лично её возглавил.
  Дальнейшее сидение в бункере просто убило бы его психику, особенно, когда решаются такие важные вопросы.
  За двадцать минут до атаки артиллерия бригады прекратила огонь и, уже обосновавшись на очередных сменных позициях, взяла прицел на захваченные окопы первого и второго батальонов.
  Позади, в полукилометре, в неглубокой лощине, стояла бронегруппа из остававшихся в его распоряжении четырёх САУ и танковой роты из десяти танков Т-7.
  Роту танков из 6-й бригады Змей просить не стал, у него на рубеже сосредоточения бронегруппы не было места, чтобы её спрятать, но договорился, что артиллерия 6-й бригады проведёт обстрел гондорских подразделений, которые пойдут на встречную контратаку уже против третьего батальона.
  Впереди атакующей группы шло, а вернее, ползло два взвода разведчиков, группами по половине отделения, в задачу которых входило бесшумное снятие дозоров.
  Змей прополз вперёд, к комбату третьего батальона. Следом проползли его радист, с тяжелой рацией на спине и бессменный адъютант с пистолетом-пулемётом. Перед атакой Змей тоже хотел взять с собой пистолет-пулемёт, но передумал, чтобы не сорваться вместе с пехотинцами в ближний бой. Удержаться от стрельбы и ближнего боя он бы не смог, а так вроде как и нечем воевать, пистолет не в счёт. Оружие командира это мозги, рация, бинокль и сигнальные ракеты, так? Так.
  Возле комбата на пузе лежал командир разведроты.
  - Готовы? - спросил Змей.
  - Так точно. - уже ползём к ним потихоньку.
  - Ну давайте, не подведите. Мы ждём.
  Время тянулось медленно. Разведчики, более всего заинтересованные в скрытности, не торопились, опасаясь быть обнаруженными и перебитыми из 'станкачей', а все остальные вынуждены были тихо ждать, пока поступит сигнал.
  Змей лежал на холодной земле в своей офицерской куртке, было по ночному прохладно, но ему казалось, что он испытывает адский холод, ему надо было встать и побежать вперёд, чтобы спастись от этого холода, а минуты всё тянулись и тянулись, и сигнала всё не было.
  Он усилием воли заставлял себя успокоиться, ведь разведчики не имеют права на ошибку.
  Но вот, спустя бесконечность, радист прошептал.
  - Щелчки, товарищ командир!
  Разведчики щелкали переключателем рации, это был условный сигнал. Это означало, что они сплошным боевым порядком проползли к рубежу сто пятьдесят метров перед противником, вырезали все секреты и огневые точки на пути и взяли на прицел те, которые слишком далеко от них, но могли не попасть под артиллерийский удар. Опасно близкая дистанция, предельно малая. Артиллеристы будут стараться попасть точно в оставленный опорник, но это артиллерия, всё может случиться.
  Тем не менее, готовность рисковать была единственным их козырем.
  Змей прислушался.
  Ночь совсем не была тихой. На позициях первой роты шёл бой с применением стрелкового оружия и миномётов. Где-то далеко шли колонны бронетехники, он скорее чувствовал их, чем слышал. Гаубицы Гондора били по шестой бригаде, а она отвечала своими пушками. Оттуда же, с позиций шестой бригады, доносилась ружейно-пулемётная пальба.
  Но всё это было поодаль.
  Пятая бригада замерла.
  Пушки ждали приказа разово извергнуть огненный смерч на окопы, которые недавно занимал второй батальон, и резко уйти, оставив для вражеского контрбатарейного огня пустые позиции, с отстрелянными гильзами от снарядов.
  Ждали танкисты.
  Змей взял у радиста гарнитуру ларнингофона, и сам щелкнул переключателем рации, включив нужный канал.
  - 'Седьмой', я 'Первый', как слышишь, приём. - Змей опустил традиционное 'Лавина' общаясь внутри бригады, номера было достаточно. Седьмой номер был у Начальника артиллерии.
  - 'Первый', это 'Седьмой', слышу хорошо, приём.
  - Огонь согласно приказа, приём.
  - Принял, выполняю.
  - Конец связи.
  Змей снял ларингофон.
  Ну, вот и всё.
  Где-то позади бабахнули выстрелы из десятков стволов, как будто один, очень громкий и очень долгий выстрел, который никак не кончался.
  На позициях разверзся настоящий ад. Десятки осколочно-фугасных снарядов калибром 100 и 120 мм рванули почти как один, осветив ночь ярким вспышками. От грохота заложило уши, и Змей подумал, что разведчики у него оглохнут от такого.
  Пора.
  Его солдаты пробегут расстояние до окопов противника за примерно четыре с половиной минуты.
  К этому времени артиллерия как раз закончит обстрел, им осталось как раз четыре залпа, из которых последний будет наполовину осветительным.
  К моменту, когда последний разрыв снаряда стихнет, пехота должна быть у первой траншеи.
  Змей достал сигнальную ракету, вставил в ракетницу и выстрелил зелёной ракетой вверх.
  Вперёд!
  По сигналу пехотинцы ринулись вперёд, рота стрелков с карабинами, за ней две боевых группы автоматчиков, одна для зачистки окопов второго батальона, вторая для деблокирования остатков первого, потом ещё одна рота стрелков. С ней же был и Змей, который уже бежал за солдатами с тяжёлым автоматическим пистолетом в руке. Радист топал следом, тяжело дыша под своим грузом, с другой стороны от Змея бежал адъютант.
  На позициях ослепительно бабахнуло снова.
  Солдаты молчаливой волной бежали вперёд, и топот без малого четырёхсот ног, обутых в тяжёлые сапоги гулко отдавался в темноте, освещаемой разрывами снарядов.
  БАХ!
  Ещё один залп накрыл гондорцев.
  Окопы были всё ближе. Змей знал, что если гондорцы вылезут в ячейки, то разведчики откроют по ним огонь, но они молчали, значит всё идёт по плану. Солдаты бежали вперёд, ускоряясь на адреналине. На позициях противника что-то горело, и змею казалось, что их видно как на ладони.
  Но никто не рисковал смотреть. Гондорцы поймут, что идёт атака, только когда над ними вспыхнут 'люстры', и после этого у третьего батальона будет где-то секунд пять.
  БАХ!
  Казалось, что снаряды рванули совсем рядом, Змей чувствовал, как у него в лёгких ходит ходуном воздух а через секунду всё вокруг залило ослепительным светом.
  Всё, противник всё понял, и вот прямо сейчас солдаты подпрыгивают на ноги, чтобы рывком добраться до стрелковых ячеек.
  Секунда.
  Две.
  Три.
  Разведчики открыли огнь по гондорцам, показавшимся над брустверами окопов, и Змей понял, что его пехота успела вовремя.
  Очереди из пистолетов-пулемётов и 'ручников' разведывательных отделений по всему фронту дали его пехотинцам ещё пару секунд, достаточных для того, чтобы подойти к ячейкам на расстояние броска гранат.
  Змей видел на бегу, как первая цепь замедлилась, кто-то залёг, а кто-то присел на одно колено, и над первой стрелковой цепью взметнулись гранаты.
  Массовый взрыв, и вот первая цепь над траншеями и ячейками. Винтовочный залп в окоп, и первая цепь перепрыгивает через траншеи и ямы, только некоторые из солдат задерживаются на секунду для штыкового удара вниз.
  Вторая ротная цепь преодолела окопы также, с одним выстрелом, а потом, следом первые автоматчики группами стали спрыгивать в окопы.
  Отлично.
  К моменту, когда Змей добежал до первой траншеи, первая рота уже достигла середины опорного пункта, подавив огнём неорганизованное сопротивление гондорцев. Из траншей доносились автоматные очереди.
  Пехота организованно двигалась вперёд, давя огневые точки беглым огнём из карабинов и ручных пулемётов, забрасывая противника гранатами.
  Медленно начинали работать миномёты второго батальона, отсекающие резервы гондорцев на опорном пункте от атакующей мордорской пехоты.
  Змею нужен был НП, и он занял место за бруствером, который раньше защищал сорокамиллиметровую противотанковую пушку.
  Всё шло по плану.
  Артиллеристы 'подвешивали' в воздухе одну 'люстру' за другой, и они, медленно спускаясь на парашютиках вниз, заставляли все тени двигаться, немного затрудняя наблюдение.
  Он снова одел ларингофон, одновременно оглядывая поле боя в бинокль.
  - 'Кречет-5' это 'Лавина-1', как слышите, приём.
  - 'Лавина-1' это 'Кречет-5', слышу Вас хорошо, приём.
  - Выходите на огневую позицию, работать согласно приказа, приём.
  - Принял, выполняю.
  - Конец связи.
  Змей подчинил САУ командиру танковой роты. Это было непросто, потому, что по субординации командир дивизиона САУ был по рангу равен командиру батальона, а вот ротой командовал ротный.
  И без разницы, что в бригадном дивизионе САУ даже по штату всего две трёхорудийных батареи, а по факту осталось четыре установки, что он сам теперь как батарея, всё равно - дивизион!
  Но Змей волевым решением просто забрал все установки из дивизиона и ввёл их в роту, на правах отдельного взвода, которым командовал офицер в таком же ранге, как и ротный танкистов. Специфика мордорских организационно-штатных структур диктовала порой странные решения.
  Где-то позади взревели дизеля и залязгали гусеницы.
  Сначала двинулись вперёд танки, у которых возможности по наведению пушек были намного лучше, чем у САУ, где пушка стояла в бронерубке неподвижно.
  Самоходки двинулись следом по паре с каждого фланга, метрах в ста позади, чтобы не лезть по огонь, но оставить себе возможность поддержать танки огнём своих орудий, значительно более мощных, чем танковые.
  Старый Т-7 был хорошей машиной. Когда-то давно промышленность продавила этот танк на вооружение, вопреки воле военных, и угадала. Простой, с надёжным атмосферным дизелем, без стрелка радиста и лобового пулемёта, он оказался основным инструментом мордорских танковых войск. Пушка калибром 55 миллиметров быстро ушла в небытие, 'передав эстафету' длинноствольной 65-ти миллиметровке, спаренной с пулемётом.
  Бронелисты имели наклон, не часто встречавшийся в те годы, а толщина лобового листа сразу, изначально была 70 миллиметров - относительно неплохо даже по современным меркам.
  Широкие гусеницы давали проходимость, большую, чем у противника, а командирская башенка - хороший обзор. И главное - танки изначально были радиофицированы, все сходящие с конвейера.
  И вроде как он был не самый быстрый, не самый защищённый, с не самой мощной пушкой, но по сумме качеств очень хороший и любимый в войсках.
  Хотя сейчас уже несколько устаревший.
  САУ тоже были сделаны на этой же базе, только вместо башни у них была бронерубка с тяжелым 80-ти миллиметровым длинноствольным орудием, которое в последнее время тоже перекочевало в противотанковые, по мере замены пушек в артиллерии на полевые стомиллиметровки.
  Сейчас бронегруппа выдвигалась на позиции, с которых могла бы поддержать огнём пехоту третьего батальона.
  И вовремя!
  Змей увидел, вспышки орудийных выстрелов впереди, на вершине плоского холма, обратный скат которого они только что заняли, и звуки пушек, которые он однозначно распознал как танковые.
  Где-то невдалеке несколько раз бабахнуло, видимо выпущенные гондорскими танками снаряды взрывались.
  Одновременно над передним краем возвращённых позиций взлетели три жёлтые ракеты.
  Всё, позиции второго батальона взяты обратно.
  Змей с несколькими бойцами спустился в заваленные трупами окопы.
  В этот момент, последняя 'люстра' погасла. Змей привстал и выглянул из окопа, чтобы оценить видимость.
  Луна светила достаточно ярко, но видно ничего толком не было.
  Это было предусмотрено.
  Он достал синюю ракету и выстрелил вверх.
  Это был заранее оговорённый сигнал, и по этому сигналу те остатки второго батальона, которые сейчас сидели сзади-слева относительно своих же бывших позиций, начали пулять из миномётов осветительными.
  Гребень высоты перед вновь захваченными позициями снова стал видимым, пусть и хуже, чем раньше, и стали видны четыре гондорских танка с пехотой, спускающиеся к солдатам 5-ой бригады.
  Змей нырнул обратно, под защиту траншеи.
  И в следующую секунду его бронегруппа открыла огонь, пользуясь подсветкой от световых мин.
  Змей не смотрел туда, он нашел место, где можно было присесть и снова надел ларингофон.
  Предстояла ещё масса работы и помимо гондорских танков, о которых пока пусть беспокоится бронегруппа. Напомнить 6-й бригаде об обстреле, который их комбриг обещал провести. Их давили значительно слабее.
  Передвинуть противотанковый артдивизион на позиции для стрельбы прямой наводкой перед отбитыми позициями второго батальона.
  Закончить с деблокированием остатков первого батальона.
  Отвести в тыл бронегруппу.
  Провести ротацию и вернуть третий батальон на место, а на захваченные позиции вернуть второй.
  Найти где-то людей на усиление первого, от которого уже почти ничего не осталось.
  Работы было навалом.
  Ночь только начиналась.
  Но радость Змея от удачного боя была преждевременной.
  Прошло всего десять минут, и на его новые позиции обрушился шквал снарядов, загнавший всю пехоту вниз. Надо головами полыхнули 'люстры' гондорской артиллерии.
  Земля ходила ходуном, взрывы подбрасывали вверх такие массы земли, что Змея, скрючившегося на дне траншеи, просто засыпало ей. Пехота забилась в щели и ямы и сейчас никакая сила в мире не смогла бы заставить её поднять голову.
  Ничего не было слышно от разрывов, и рация была бесполезна. Шум вокруг просто не дал бы ему ей воспользоваться.
  Похоже, что гондорцы решили сделать с ними то же, что до этого сделал третий батальон.
  'Только бы не проворонить момент' - думал Змей, лёжа на трясущейся земле под градом песка и мелких камешков.
  Хлопки в ушах сливались в рёв, а он постепенно превратился в какой-то вой, а потом пришла тупая давящая тишина. Она взрывала уши не хуже, чем взрывы и Змей внезапно понял, что оглох.
  Чёрт!
  Как не вовремя!
  'Люстры' снова проступили сквозь осевшие вниз массы подброшенного воздух грунта. Над траншеей сверкали трассеры зенитных автоматов, стрелявших откуда-то со стороны тыла.
  'Зенитки'-подумал Змей. 'Второй лупит зенитками по гондорской пехоте перед нашей обороной, а я оглох и не слышу ничего'!
  Он встал, шатаясь и выглянул из-за бруствера.
  Волна гондорцев ломилась на мордорских пехотинцев. Масса пехоты, танки, и зачем-то медленно движущиеся следом бронетранспортёры. Они были совсем рядом, казалось, что эта лавина вот- вот сметёт его пехотные роты. Бронегруппа стреляла и видно было, как их снаряды то превращают в факел какой-нибудь танк, то просто поднимают взрыв рядом с вражеской бронемашиной, но им явно не хватало плотности огня на такую ораву.
  Змей видел, что его бойцы ведут огонь по наступающей пехоте Гондора, но у них нечем было достать танки.
  Иногда очередь из зенитного автомата прореживала строй гондорцев, но прущая сзади пехота немедленно заполняла брешь.
  Тот же самый эффект давал огонь миномётов второго батальона, который вёлся с их тыловой запасной позиции.
  'Не выдержать!' - подумал Змей про эту атаку. Он всё ещё ничего не слышал, только видел, не мог ничем командовать, никак не мог изменить ситуацию, а на переднем крае срочно нужен был огонь тяжелого оружия.
  Вдруг огонь зенитных автоматов резко усилился. Как будто десятки новых стволов ударили по гондорской пехоте, кося её ряды как траву, и она не выдержала, залегла, пропустив мимо себя танки.
  Разрывы артиллерийских снарядов валом прошли по фронту атакующих по всей ширине поломы обороны бригады, окончательно вбивая гондорскую пехоту в землю.
  И танки вломились на позиции одни, без пехоты, и Змей видел, как из каждой дыры в земле летят длинные противотанковые гранаты с парашютиками на ручках и взрываются на решётках моторных отсеков, поджигая один танк за другим.
  Танки стреляли по окопам в упор, убивая одно отделение солдат за другим, поливая пехоту из пулемётов и давя гусеницами тех, кто был недостаточно глубоко, но бронегруппа стреляла и стреляла, гранаты летели из-под каждого камня, сорокамиллиметровки второго батальона стреляли как безумные и зенитки продолжали полосовать пехоту, не давая ей подняться, и танки загорались один за другим, лишённые прикрытия в этой ночной атаке.
  Он оглянулся, чтобы посмотреть, кто там так вовремя пришел им на помощь и увидел, что трассы снарядов идут со стороны соседней бригады. 'Шестёрка', видя, как сильно на них навалились, пришла на помощь...
  И противник дрогнул.
  Пехота поползла назад, вместе с теми танками, которые ещё не успели превратиться в погребальный костёр для экипажа, и как только это случилось, зенитки соседей тоже стали замолкать одна за другой, видимо, чтобы уйти с позиции и не попасть под артобстрел, который однозначно начнётся с минуты на минуту.
  Змей представил, как лёгкие тягачи трогаются с места с зенитными пушками на прицепе, а солдаты бегом бегут к ближайшим окопам, чтобы успеть укрыться.
  Давно ему так не везло, очень давно.
  К 03.00 третий батальон полностью вернул утраченные позиции, восстановил положение и отбил контратаку противника.
  Правда окопы были очень сильно разрушены, а потери не давали повода надеяться, что на этой позиции удастся долго продержаться.
  Светало.
  
  8.
  
  Спустя всего час обстановка опять была кардинально другой. И изменил её сам Змей, причём крайне неожиданным образом.
  По мере того, как к нему возвращался слух, а это начало происходить довольно быстро, он смог заслушать доклады ротных, для чего ему пришлось всех обойти, и общаться через радиста по радио, сам он пока слышал слишком плохо для радиосвязи.
  Лёгкий обстрел, который вели гондорцы после последнего отступления, не мешал ему двигаться по окопам, и не мешал разведчиками проползти до мест, откуда они могли заглянуть за гребень той складки местности, которая их прикрывала от противника, и за которой они окопались.
  Картина вырисовывалась безрадостная.
  Окопы, траншеи и бункеры были в значительной степени разрушены - чем ближе к переднему краю, тем сильнее.
  Располагать миномёты было негде, их окопы подвергались особо жестокому и длительному обстрелу и повсеместно обсыпались.
  Перекрытия с наваленными сверху камнями были разрушены огнём.
  Конечно, и запасной позиции досталось, да и по второму эшелону уже и авиация, и артиллерия отрабатывала, но здесь всё было просто развалено.
  В первом батальоне осталось на ногах сто десять человек и ещё без малого сотня же раненых, потерявших боеспособность. Половина батальона погибла. Те, кто остался, еле стояли на ногах после нескольких часов ближнего боя, в том числе окопного.
  Наличие ходов к резервным позициям первого эшелона противником было выявлено.
  Отбитые позиции были под непрерывным обстрелом гондорских самоходных миномётов.
  Эти машины, построенные на базе стандартного полугусеничного бронетранспортёра, непрерывно меняли позиции и, подобно танкам, укрывались между складками местности от огня прямой наводкой. Стреляли очень мощными минами, Змей был уверен, что около 120 миллиметров.
  Третий батальон, сыгравший главную роль в контратаке, выбил гондорцев почти без потерь, но потом потерял убитыми и ранеными почти полторы роты. Сейчас санитары и солдаты выносили раненых в тыл, и Змей отчётливо видел, насколько ослаб и третий батальон теперь.
  Скоро будет обстрел, может и ракетный. Вся маскировка уничтожена, впереди рассвет и авиаудары.
  И Змей принял решение отойти с только что отбитых позиций.
  Он приказал по радио произвести огневой налёт на гондорцев, 'небрежно' по выражению разведчиков окопавшихся через одну лощину от мордорского переднего края, а потом повёл уцелевших бойцов назад, остатки первого батальона на резервные позиции первого эшелона, рядом со вторым, а третий к себе, во второй эшелон.
  Солдаты ворчали, оставляя с таким трудом отбитые позиции, злобно смотрели на командира, отдающего тупые и бессмысленные приказы, стоившие многим из них жизни.
  Но чуть позже, наблюдая чудовищной силы и длительности ракетный удар, по только что оставленным позициям, они смотрели на Змея уже совсем иначе.
  Ракеты массово перепахивали только что оставленные окопы, и если бы солдаты остались там, то мало кто смог бы пережить этот обстрел.
  Змей, однако, не собирался откатываться совсем на резервные позиции.
  Пока все (и он в том числе) прятались в окопах, от ракет и артиллерийских снарядов, он придумал новый план.
  Как только обстрел стих, он приказал теперь уже своей артиллерии начать слабый по интенсивности беспокоящий огонь по гондорцам и переднему краю оставленных позиций, а тем временем, второй батальон начал кое-что делать.
  Лёгкие батальонные тягачи вытянули зенитные автоматы - их оставалось четыре штуки, в лощину между оставленными позициями и резервными. Эта лощина давала возможность солдатам укрываться от огня прямой наводкой, и с неё просматривался тыл оставленных позиций, с которого Гондор пойдёт в наступление.
  Туда же солдаты руками выкатили сорокамиллиметровки и перетащили ящики со снарядами.
  Тягачи заняли позиции поодаль, в лощинах, готовые стащить пушки вниз.
  На эту же линию вытащили десяток зенитных пулемётов и 'станкачей'.
  Чуть позади резервных позиций, в неглубоких лощинках встали САУ и танки, которые не понесли потерь в ночном бою. Все эти силы он растянул в линию, чтобы простреливалась вся полоса обороны.
  Когда гондорская пехота двинется через опустевшие позиции, все эти огневые средства откроют по ней огонь, чтобы заставить её спуститься в полуразрушенные окопы и остановиться.
  Змей хотел повторить трюк с отсечением пехоты от танков снова, только на этот раз не допуская танки на свои окопы. Он планировал, что лёгкий огонь полевой артиллерии и миномётов второго батальона ( у первого своих уже не осталось) затруднит для гондорцев наблюдение и наведение своей артиллерии на мордорцев.
  Из всего оружия, выдвинутого на эту импровизированную передовую позицию, до поры до времени должны были молчать только станковые пулемёты, чтобы по факту их применения, противник не мог бы понять на какой дальности находятся мордорские позиции.
  У Змея здесь был ещё один туз в рукаве.
  Старые ДОТы на склонах скал на правом фланге. За триста метров от импровизированного переднего края начиналась их зона обстрела и далее продолжалась на пятьсот метров в глубину.
  ДОТы эти были построены очень давно, ещё до рождения Змея, тогда же и оснащены, но по-прежнему могли быть очень эффективно использованы.
  Амбразуры были прорублены глубоко в скальный массив.
  Пулемёты были оснащены пламегасителями, и маскировочными щитками для маскировки внутреннего объёма ДОТа. Все пулемёты имели довольно совершенные прицелы - комбинацию обычного пулемётного с поправками на ветер и диоптра, которые можно было применять по очереди.
  И легкие семимиллиметровые и тяжелые одиннадцатиметровые пулемёты имели стволы с водяным охлаждением, подключенные к охлаждающему контуру с электронасосом и радиатором.
  Подача ленты была механизирована, была обеспечена вытяжка для дыма и напольный гильзоприёмник.
  Эти машины пробивали почти всю полосу обороны бригады - одиннадцатимиллиметровые пулемёты с их удлинёнными стволами добивали до шоссе, а легкие - не доставали до него около километра.
  И всё это было электрифицировано, защищено от химического оружия избыточным наддувом, и надёжно закрыто несколькими метрами скального массива с фронта и сверху.
  Вход тоже прикрывался амбразурой, только с бронещитом, который переносное оружие не могло достать никого внутри.
  Змей посадил в старых ДОТах сотню местных ополченцев, под командованием своих офицеров, и рассчитывал, что ДОТы внесут существенный вклад в оборону, эффективно отсекая пехоту от танков.
  Организовывая все эти мероприятия, Змей ещё раз связался с командиром ДОТов и проинструктировал его.
  В некотором отдалении от тяжелого оружия замаскировались снайперы.
  Сейчас, пока атака ещё не началась, бойцы интенсивно окапывались, пользуясь тем, что по их текущему расположению противник огонь не вёл.
  Всё должно получиться.
  Змей ушёл с батальонного КП, пробрался, пригибаясь от периодически взрывающихся снарядов, к одному из наблюдательных пунктов. Ближе к переднему краю. Радист и адъютант послушно брёли за ним.
  Обзор, однако, Змея не устроил, и он пошёл дальше, по ходу сообщения, ведущему к старым позициям, а потом, уйдя подальше, вылез и пополз ползком вверх по пологому склону и, в итоге, вылез на вершину бугра, с которого пусть не очень хорошо, но было видно и старые позиции, и свою линию обороны вплоть до скал.
  Пойдёт.
  Он не стал окапываться, вместо этого переполз в ямку поглубже, вместе с адъютантом, в соседнюю сполз радист, и все они накрылись плащ-палатками, по цвету очень похожими на местную растительность.
  Змей достал бинокль.
  - Товарищ командир! - тихо проговорил радист. - Вас.
  И он подполз к Змею с ларингофоном в руке.
  - Лавина-1 на приёме.
  - Это шестой. - услышал он позывной начальника штаба, который остался за командира бригады, когда Змей ушёл в контратакующий батальон.
  - Ты срочно нужен на КП. Срочно!
  Планы у Змея были совсем другие.
  - Докладывай!
  - Не по радиосвязи! Срочно!
  Змей тяжело вздохнул.
  - Иду к телефону, конец связи.
  Они раздражённо поползли обратно, и двинулись на тот НП, с которого только что ушли и где был проводной телефон.
  - Докладывай - резко скомандовал Змей в трубку через несколько минут. Рядом бухнул гондорский снаряд и они все инстинктивно присели, надвигая каски на лоб для защиты от падающих комьев земли.
  - Недомерки концентрируются для атаки вдоль шоссе. Противник снял все танки с фронта шестой бригады, сейчас будет нажимать вдоль шоссе. Удар по нашему остальному фронту будет отвлекающий, главный удар, похоже, будет по левому флангу второго батальона. Ты там к чему готовишься?!
  'Вот это вляпался' - подумал Змей. 'Заигрался в солдатики'.
  Дело было плохо. Играть в фокусы в выдвинутыми вперёд позициями и пешими атаками можно, но не тогда когда целая бригада готова обрушиться на твою левофланговую роту. И хорошо, если просто бригада.
  - Вызови гром! - сказал он кодовое слово, обозначающее авиацию.
  - Не получится теперь у нас! Авиация отозвана! - с досадой в голосе ответил начштаба.- Двигай на КП, тут обстановка поменялась радикально.
  - Сейчас переставлю всех - с досадой сказал Змей. - И приду.
  Да, пора было заканчивать беготню. Получилось, что он, командир бригады, не владел обстановкой, и сейчас будет отдавать контрприказы, изматывая людей постоянными перемещениями и манёврами, подставляясь под вражеских наблюдателей.
  Он бегом побежал на КП второго батальона, чтобы отдать новые приказы - один из зенитных автоматов переставить, перебазировать на фланг две сорокамиллиметровки, и часть пулемётов.
  В принципе, изначальный план и тут был хорош, но некоторые огневые средства надо было перебазировать.
  Хорошо, что тягачи в тыл не отвёл, солдаты почти двухтонную зенитку катить бы не смогли.
  Проинструктировав комбата второго батальона, и отдав по радио новый приказ танкистам, Змей пошёл быстрым шагом на КП бригады.
  
  9.
  
  На КП его уже ждали вокруг карты штабные и старшие офицеры, которые не были на позициях.
  - Докладывай. - устало сказал он.
  У офицеров вид был помятый, приближались первые сутки на ногах, но Змей, весь в земле и грязи, с всё ещё грязным лицом, с кусками чьего-то одеяла на пряжках, весь в ссадинах и царапинах, выглядел как пришелец из ада.
  - Докладываю. - устало ответил начштаба.- Авиация отозвана. Противник прорвался в горы за Минас Моргулом, скинул вторую горнострелковую дивизию с позиций и идёт к выходу в Старый Мордор.
  Они используют вертолёты для массовых десантов. Там много ущелий, в них вертолёты могут пролететь. Валинорские бомбардировщики, которые по нам отработали, висят там целыми днями, так что авиацию с нашего участка забирают, рассчитывать на неё мы больше не можем.
  Далее штаб корпуса предупреждает о возможности нового массированного авианалёта после рассвета, то есть уже сейчас.
  Это из общей обстановки.
  - А где начарт? - перебил его Змей. - Сколько у него снарядов? Если они будут хозяйничать в небе, у нас ни одна машина не проскочит. Что вообще с боеприпасами?
  - Занимаемся уже. Конвой с боеприпасами прибывает через час, нам их при нынешнем сумасшедшем расходе хватит часа на четыре. Сразу же за после разгрузки мы отправляем машины назад с приказами прорываться обратно вне дорог единичными автомобилями. Работаем, в общем. Мин нам хватит ещё на день, тут всё не критично, до ночи есть чем стрелять.
  - А корпусной танковый полк?
  - Пока здесь, не отзывают, в горах он особо не поможет.
  - Хорошо. - Змей внезапно почувствовал, как пол поплыл под ногами и опёрся на край стола с картой.
  - Ты же не лейтенант... - с укоризной сказал начштаба, глядя на это. - Зачем ты в стрелковой цепи бегаешь? Думаешь, солдаты не справятся без тебя? Справятся, поверь.
  Он был прав и Змей это знал, но продолжать этот разговор не стал.
  - Ладно, давай по недомеркам.
  - По недомеркам. Они сейчас стекаются вот сюда. - Он показал место на карте. - Достать их там мы можем, но сила удара будет несравнима с прошлым разом. - сказал он, имея ввиду последний огневой удар корпусного артполка.
  - Бить или нет, как думаешь?
  - Думаю да, но не сейчас, а когда они танки стянут туда от шестой бригады, дозаправят их, боекомплект пополнят, это всё ещё где-то от часа до двух.
  - Хорошо. Делаем. В остальном мы с прошлого раза дислокацию сил особо не меняли. Я думаю, нам надо просто ждать их там, где мы есть. Как только они докатятся до сил первого эшелона, их противотанкисты смогут доставать, САУ смогут, если чуть двинуть танки, то и танки смогут. Главное вот в этой полоске - Змей показал на карте место, где второй батальон оборудовал выдвинутую вперёд позицию - как следует накрыть их и не только средствами батальонов, но и артиллерией.
  Змей сделал паузу, вдохнул.
  - Давай, пиши приказ. Третьему и четвертому батальонам вести огонь миномётными батареями в интересах второго, отрабатывать все заявки.- Змей поморщился от усталости. - Сформулируй, правильно хорошо? Их миномёты теперь приданы второму, они должны это понимать.
  - Делаем.
  - Далее, все сорокамиллиметровки из четвёртого батальона изъять, перекинуть во второй, там сейчас для них позиции пустые есть, они-то свои пушки вперёд выдвинули. Так...
  Змей ещё раз посмотрел на карту.
  - Танкистам - все САУ передвинуть вот сюда, левее противотанкистов, в балку, работать при появлении противника в зоне действительного огня, и, это важно, контролировать позиции соседей, при появлении танков противника там, вести огонь по ним. Видно оттуда соседей хорошо. Пишешь?
  - Пишу.
  - Огневой налёт по противнику силами артиллерии через... сам время впиши. Ну и пока всё.
  - Зенитный дивизион не двигаем?
  - Нет пока. Составляйте приказ, всем разослать максимально быстро.
  Змей отпустился от стола.
  - Я наверх, на НП.
  - Я бы тебя попросил не наверх, а полчаса поспать. - ответил ему начштаба. - Что-то будет, разбужу, но ты сейчас падаешь с ног.
  Змей подумал.
  - Да, наверное, ты прав. Давай, умоюсь, почищусь и вздремну. Приказ передадите сами, без меня.
  - Да уж передадим.
  - Да, и как солнце взойдёт пусть разведчики, кто на скалах, подбитые танки посчитают.
  - Есть, сделаем.
  Их КП, оборудованный в скале, наголову превосходил полевые не только по защищённости, но и по комфорту.
  Змей умылся в нормальном умывальнике, почистил форму и прилёг в настоящей каптёрке, сразу же отключившись.
  Но времени поспать ему противник дал не полчаса, а целых полтора.
  - Подъём, командир! - начштаба лично пришел и растолкал его. Змей подскочил с осоловелыми глазами, покачиваясь, и пробормотал, что сейчас выйдет из каптёрки.
  И он вышел, чувствуя уже какую-то тошноту и головокружение от недосыпания, прошёл к карте.
  Было 06.00 утра. Пошли вторые сутки этой войны.
  За толщей стен бункера что-то бабахало.
  - Авиаудар. - флегматично сказал начштаба.- Сейчас уже закончится. Валинорцы снова работают. Зенитчики работают в соответствии с полученными ранее приказами, валят бомберы. Пытаются, вернее. Сейчас закончится и будет новая атака.
  Кто-то сунул Змею кружку с крепким до одури растворимым кофе из солдатского пайка.
  - Ты спал? - не то спросил, не то буркнул Змей, понимая, что пока бомбардировщики месят бригаду с землёй, никто ничего сделать не сможет.
  - Зачем мне спать, я же не воюю, так, бумажки перекладываю. - отшутился начштаба, но увидев сердитый взгляд Змея осёкся. - Посплю, сейчас отобьём атаку и посплю.
  - Ты давай, вообще организуй людям по часику, хорошо?
  Змей отхлебнул кофе, надеясь, что в голове немного прояснится. Впрочем, у него была капсула с пятью амфетаминосодержащими таблетками, в крайнем случае, он их примет.
  - Есть по часику. Сейчас начну отправлять по одному.
  Отдых нужен был людям обязательно. В окопах солдаты и офицеры сами могли регулировать эти вопросы, к тому же у командиров был запас амфетаминов, но штабных лучше было отправить поспать. Шли вторые сутки войны, и напряжение боёв даже и не думало спадать.
  Бомбёжка потихоньку заканчивалась, принеся новые потери в людях и технике. Бомбы прошлись по резервным позициям первого эшелона, убив там несколько десятков человек и выведя из строя столько же, по второму эшелону, зацепила опять зенитчиков, оставив только пять исправных зенитных орудий, зацепила тонкую линию войск, выдвинутую Змеем вперёд.
  Один танк получил попадание бомбы совсем рядом, и тоже выбыл из строя, хоть его и можно было восстановить. Но пока ещё его вытащат в тыл...
  А потом лавина штурмовиков пошла на них на малой высоте, прикрывая несколько тысяч солдат, поднявшихся для атаки шоссе, и десятки танков, идущих в атаку вместе с ними.
  
  10.
  
  Ещё за двадцать минут до того, как хоббитская пехотная бригада из Шира и остатки 15-й, как уже было установлено, пехотной дивизии Гондора навалились на фланги мордорских бригад, Змею сообщили результат подсчёта подбитых гондорских танков в полосе 5-й бригады. Их было почти пятьдесят, и сейчас противник интенсивно вытаскивал их с поля боя бронированными тягачами, надеясь вернуть в строй как можно быстрее. Ещё несколько десятков разбитых машин виднелись вдалеке, на рубеже, с которого несколько часов назад должна была начаться атака вдоль шоссе, но это было далеко, и разглядеть сквозь задымление, сколько там стоит и чего, разведка не смогла.
  Но Змею и штабу и так было понятно, что за первые сутки 15-я дивизия Гондора потеряла почти все танки, и положила как минимум две трети от своих семи пехотных батальонов. Это означало почти полную потерю боеспособности.
  В Гондорской дивизии было две бригады пехоты из трёх пехотных и одного танкового батальонов, и один трёхбатальонный танковый полк, без пехоты. Плюс артполк.
  Змей оценивал силы, оставшиеся от всей дивизии в примерно тысячу пехотинцев, если считать по головам, и десять-пятнадцать танков, частью уже отремонтированных, со сводными экипажами.
  Всё остальное погибло в ходе боёв за позиции в первом эшелоне, и предыдущей попытке прорыва вдоль шоссе, в основном, от артиллерийского огня.
  Пушкам тоже досталось, мордорская артиллерия знала толк в контрбатарейной борьбе.
  Это значило, что, во-первых, 5-я бригада - молодцы, особенно первый и второй батальоны, а самое главное - артиллерия, а во-вторых, что 15-я дивизия полноценно наступать уже не сможет, её хватит только на сковывающий удар, чтобы не дать 5-ой бригаде маневрировать силами и парировать удар вдоль шоссе.
  А вдоль шоссе, тем временем, должна была прорваться бригада из Шира, при огневой поддержке от всей гондорской артиллерии, своей артиллерии, и части артиллерии 3-й пехотной дивизии Гондора, которая действовала против 6-й бригады. И видимо, танковый полк 3-й дивизии тоже будет там.
  За пять минут до атаки 6-я прислала свою разведсводку, из которой следовало, что дивизионный танковый полк этой дивизии в бой не вводился, а значит, что именно он усилит пехоту недомерков.
  Змей не испытывал ни малейших иллюзий относительно хоббитов - дрались эти потомки низкорослых лесных племён пусть и без фанатизма, но упорно, откровенных героев там не обычно было, но и трусы были редкостью, и тот факт, что средний рост пехотинца там всего сто пятьдесят восемь сантиметров, никакого преимущества мордорской пехоте не давал...
  ... Вражеские ударные самолёты напоролись на сосредоточенный огонь с земли, когда все зенитные автоматы, крупнокалиберные и станковые пулемёты и даже карабины и винтовки бьют по конкретному эшелону, заставляя самолёты перед выходом на цель пролетать через сплошную стену из свинца и стали. Туда же били и оставшиеся тяжёлые зенитки из зенитного дивизиона, и их снаряды оглушительно разрывались на малой высоте, оставляя серые облачка порохового дыма, видимые, в отличие от потока осколков. Это несколько снизило силу нанесённого самолётами удара, и даже заставило часть медленных бомбардировщиков отвернуть, а пять самолётов один за другим врезались в землю.
  Впрочем, шквал ракет и бомб в любом случае обрушился на бригаду, загоняя солдат в окопы, и только малое количество сил в выдвинутой передовой позиции перед вторым и первым батальонами не привело к массовым потерям.
  Прополов позиции пехоты, бомбардировщики ушли в сторону гор, набирая высоту, а истребители-бомбардировщики сделали вираж, и пошли на второй заход, наплевав на потери от зенитного огня, но к этому моменту, 'химики', приданные стрелковым батальонам уже пустили дымы, и прицеливание для атакующей авиации стало проблемой.
  Пока в воздухе были бомбардировщики, делать так было нельзя, наоборот, дым стал бы идеальным ориентиром для прицеливания и массированного сброса бомб, но они свои бомбы уже сбросили, а пилотам маловысотных ударных самолётов надо было видеть цель.
  Второй заход опять стоил эльфам потерь, три истребителя-бомбардировщика взорвались, ударившись о твёрдый грунт, но такого же эффекта как первый, это налёт уже не дал, дым помешал пилотам целиться и значительная часть ракет и снарядов ушла в никуда, хотя и не вся.
  К досаде Змея, второй заход не только всё-таки привёл к потерям в людях, но и стоил одного безвозвратно потерянного вместе с экипажем танка, поражённого прямым попаданием ракеты.
  Израсходовав боекомплект, самолёты на малой высоте потянулись на северо-запад, давая мордорцам передышку в паузе между авиаударом и артиллерийским обстрелом, которые не могли проводиться одновременно.
  Но мордорцам никого ждать не надо было, и как только самолёты повернули назад, артиллерия бригады нанесла сильный огневой удар по бригаде из Шира, и тем местам, где по данным разведки сконцентрировались танки. Удар был мощный, но короткий - снаряды необходимо было экономить, и потом гаубицы бригады снова сманеврировали с помощью тягачей-вездеходов, израсходовав последнее, кроме НЗ, топливо на этот манёвр.
  А потом началась наземная атака. Артиллерия однозначно нанесла значительный урон атакующим, но, видимо, их наступательные возможности ещё были достаточными.
  Цепи пехоты, в традиционных для хоббитов грязно-зелёных комбинезонах приближались к выдвинутой Змеем вперёд цепочке войск неотвратимо, как смерть, и хотя солдаты двигались вперёд перебежками, залегая и вставая снова, выглядело это как живая волна. Змей знал, что маленьким хоббитам тяжело таскать станковые пулемёты, но они решили этот вопрос, массово пустив на уровень отделения и выше 'ручники' с сороказарядными магазинами, и насытив пехоту снайперами и пистолетами-пулемётами. Змей как-то стрелял из хоббитского ПП - довольно длинный ствол и патрон со сверхзвуковой пулей позволяли точно стрелять на двести-двести пятьдесят метров. А больше было и не надо.
  В отличие от мордорских пистолетов-пулемётов, к хоббитскому крепился полноценный штык. Змей был бы рад иметь в бригаде такое оружие, но сейчас им пользовались враги.
  За волной недомерков катились гондорские самоходные миномёты и танковые взводы - по четыре машины в каждом, на столько, на сколько дым позволял видеть.
  Змей сейчас находился на своей наблюдательной площадке над скальным КП, и не мог отсюда посчитать танки, но понимал, что часть машин тот, кто командует этой атакой, держит в резерве.
  По идее, сейчас, после того, как самолёты покинули поле боя, их артиллерия должна начать стрелять, иначе вся эта живая волна превратится в кровавую кашу, вперемешку со жжёной броней, и он ждал этого момента, чтобы снова пустить в ход звукометрические станции и гаубицы.
  Его солдаты будут сидеть в окопах до тех пор, пока, вражеская пехота не войдёт в зону действительного огня всего оружия батальона, в том числе стрелкового. Это было против уставов и это было очень опасно, но Змей ждал ракетного удара по своим позициям непосредственно перед броском пехоты к ним, и не хотел, чтобы это удар перебил у него всех солдат, вылезших из укрытий в стрелковые ячейки.
  Тем временем, гондорские самоходные миномёты открыли огонь, довольно точно накрывая резервные позиции второго батальона. Цепочку же солдат выдвинутую вперёд не трогали, видимо, авиация не успела довести до наземных войск информацию о выдвинутой вперед позиции.
  Тем хуже для них.
  Огонь миномётов нарастал - всё новые машины находили ямки и лощинки, в которых можно было бы встать, и начать стрелять с места, и на позициях второго, и теперь уже и первого батальонов становилось всё больше и больше грязно-чёрных облаков от взрывающихся крупнокалиберных мин.
  Тем временем, начала работать вражеская артиллерия. Цепь разрывов прошла перед фронтом наступающей пехоты и танков, создавая огневой вал, призванный прикрыть пехоту от вражеского огня и подавить тех, кто собирался её остановить.
  До передовой позиции оставалось совсем немного, и скоро огневой вал докатится до неё.
  Змей, наблюдавший за полем боя не из укрытия, а как обычно, сверху, в бинокль, сполз в безопасное углубление и взял телефон.
  - Дежурный, седьмого.- он опять позвал начальника артиллерии.
  - Даю.
  - Седьмой это первый, начинай работать по их пушкам, как слышишь?
  - Слышу хорошо, не можем, их миномёты сбивают засечку, не слышим где пушки и не видим из-за дыма.
  - Они двигают огневой вал на нас, а у меня там не все окопаны как следует, их сметёт, понимаешь?- почти закричал Змей, вдруг поняв как сильно он подставил солдат на передовой позиции.
  - Надо задавить миномёты сперва, но мне на них снарядов не хватит, они на бронемашинах и размазаны по фронту, надо сыпать один снаряд в другой, чтобы их достать, потом стрелять будет нечем, да и времени нет на это, это долго! Давай я по пехоте их отработаю, пусть хоть залягут.
  - Да без разницы, вал дальше пойдёт всё равно!
  - Никак тогда, ничего не могу сделать.
  Тем временем, миномёты второго батальона открыли огонь по вражеской пехоте, и с интервалом в полминуты, к ним, уже с позиций второго эшелона, присоединились миномёты третьего. Четвертый, правофланговый отсюда до шоссе не добивал.
  Цепочки взрывов расцвели посреди массы атакующих, но плотность огня была недостаточной, чтобы их остановить и они продолжили идти вперёд.
  И огневой вал взорвался новой цепочкой разрывов, теперь совсем близко от передовой позиции.
  'Наверняка артиллеристы стреляют по плану, им никто не говорит по радио перенести огонь на сто метров вперёд, просто пехоте вменяют бежать за взрывами. Если положить пехоту, пушки стрелять не перестанут' - думал Змей, пытаясь найти решение в оставшуюся минуту. Но его не было.
  Где-то в лощинах, которых тут было навалом, десятки самоходных миномётов били по окопам батальонов, и они были слишком далеко друг от друга, чтобы уничтожить их одним огневым налётом, а за ними другие построенные на базе бронетранспортёров машины везли им боеприпасы, чтобы обстрел не кончался.
  Змей понимал, что в принципе, его артиллерия может начать перепахивать все места, где они могут быть, но тогда все снаряды придётся ввалить именно туда, а подвезти их в течение дня вряд ли получится, пока в небе будет висеть авиация противника.
  Он снова позвонил на артиллерийский наблюдательный пункт, который начальник артиллерии сделал своим КП.
  - Есть у тебя данные, чтобы по их боевому порядку отработать?
  - Пересчитываем раз в минуту, всё есть.
  В принципе, Змей такого ответа и ждал.
  - Давай огневой налёт, секунд тридцать по их передовым подразделениям, по всему фронту наступления, перед вторым батальоном погуще.
  - Принял, выполняю, одна минута.
  - Конец связи.
  Была ли у солдат на передовой эта минута?
  Огневой вал прошёлся по выдвинутым вперёд подразделениям 5-й бригады как смерч, снося солдат, не успевших отрыть себе глубокие окопы, разбивая тягачи в лощинах, раня и убивая расчёты орудий. Змей видел в бинокль как что-то - толи зенитный автомат, толи противотанковая пушка, подлетело вверх, подброшенное ударной волной.
  Но тут же солдаты, те, кто уцелел и мог двигаться, кинулись к своему тяжёлому оружию из своих щелей и окопчиков, разворачивая стволы пушек и пулеметов в сторону атакующей пехоты, которой оставалась минута бега до их позиции. Они понимали, что вал прошёл и теперь надо отбить тех, кто шёл следом, прижимаясь к разрывам.
  Затрещали пулемёты, затрепетали вспышки зенитных автоматов, обрушивших на хоббитские стрелковые цепи массу огня. Передовая позиция успела сделать то, для чего Змей её создал - задержать пехоту, замедлить её продвижение задолго перед передним краем.
  Хоббиты пригибались, падали на землю, и ползли вперёд, прямо под огонь пулемётов, и тут ударила артиллерия. Взрывы пушек смели первые роты солдат, заставив залечь вообще всю пехоту, на всю глубину боевого порядка.
  А огневой вал тем временем уже почти подошёл к позициям, которые теперь занимал второй батальон.
  И тут яркие вспышки взрывов накрыли эти позиции полностью, а через секунду и левый фланг первого батальона тоже.
  'Ракетный удар' - понял Змей. Видимо, артиллерийский огневой налёт и стрельбу передового боевого охранения по наступающей пехоте противник расценил как вступление обороняющейся мордорской пехоты в огневой бой, нанесение удара по ней в этот момент было логично, но ракеты упали не туда, откуда стреляли реально, а на ту цель, о которой ракетчиков заранее предупредили.
  Солдаты с передовой позиции тем временем продолжали стрелять по противнику, пользуясь тем, что всё его тяжелое оружие стреляет не туда, поливая залёгшую хоббитскую пехоту пулемётными очередями, полосуя градом сорокамиллиметровых снарядов из зенитных автоматов.
  Хоббиты, тем временем начали стрелять в ответ.
  Миномёты батальонов мешали им нормально целиться и наносили непрерывные потери, но у командира хоббитской пехоты не было выбора - остаться на месте он не мог, его пехоту расстреляли бы, отступать тоже не было возможности - по той же причине, отход по наблюдаемой местности без укрытий означал смерть.
  В такой ситуации он принял единственное верное - как ему казалось, и как это было бы в другом месте - решение - атаковать одним броском.
  В другом месте, это спасло бы бригаду из Шира, пусть и ценой больших потерь, и позволило бы порваться к настоящему переднему краю противника.
  На стороне хоббитов были танки, которые как раз начали стрелять по тонкой цепочке мордорских солдат, и тот факт, что огневой вал уже ушёл вперёд ничего не менял, кроме величины потерь.
  Но выбора не было.
  Громкий крик огласил складчатую равнину Мораннона, когда несколько тысяч солдат в едином порыве бросились вперёд, в штыки. Танки, уже развернувшиеся в боевой порядок двигались следом, то и дело, останавливаясь, и делая прицельный выстрел. В ответ перепуганные мордорские солдаты стреляли напропалую, уже не пытаясь спрятаться, укрыться или сменить позицию.
  Выстрелы танков прореживали и без того жидкую линию обороны, когда четыре сорокамиллиметровки рявкнули в ответ. Один из танков задымился, а остальные остановились, поводив пушками, и дали залп в ответ - близко к пушкам, но не попав.
  Эта дуэль должна была закончиться очень быстро, в течение минуты. Но в это момент 5-я бригада выложила козыри на стол.
  Подступы к передовой позиции находились на очень пологом подъёме, и начиная с середины этого подъёма, продвигающийся противник попадал в зону видимости артиллерийского истребительно-противотанкового дивизиона, стоявшего позади позиций пехоты второго эшелона, на возвышенности.
  Этот дивизион был вооружен 80-мм пушками, которые когда-то были основным 'калибром' мордорской полевой артиллерии, а потом, с появлением 100-мм пушек, перекочевали в противотанковую артиллерию.
  Но Змей, с присущей ему хитростью, нашел за пару дней и обманом вывез в расположение бригады старые осколочные снаряды, а начальник артиллерии провёл с противотанкистами занятие по обычному ведению огня осколочными снарядами.
  К моменту, когда цепи пехоты на склоне стало видно в мощную оптику с артиллерийских НП, командир дивизиона уже был готов пустить в ход и осколочные снаряды, и бронебойные. Расстояние от склона, оборонявшегося солдатами с передовой позиции, до артдивизиона было около 1900 метров, и это было в зоне действительного огня.
  Дивизион стоял за четвёртым правофланговым батальоном, прикрывшись с правого фланга танконедоступной скалистой местностью, резко переходящей потом в скалы, и атакующая ширская пехота находилась слева от него.
  Едва закончившийся ракетный обстрел второго батальона создал сильное задымление на левом фланге бригады, но с правого фланга оно почти не препятствовало наблюдению.
  Когда атакующая пехота залегла, движущиеся за ней танки выдвинулись вперёд, и дивизион дал залп.
  Гондорский танк двигавшийся впереди всех в наступающем строю танков как раз счастливо избежал попадания из сорокамиллиметровки. Наводчик заметил пушку, запросил остановку для прицеливания и через пять секунд уже поймал в прицел взмыленных артиллеристов, судорожно перенацеливавших пушку на его ушедший с линии огня танк. Его палец вдавил кнопку стрельбы, но до конца нажать её он уже не успел.
  Яркие вспышки захлестнули атакующие войска - и пехоту и танки. Бронебойные 'болванки' прошивали гондорские танки насквозь, их не останавливала ни основная броня, ни накладная двадцатимиллиметровая плита, ни закреплённые поверх траки, ни почти двухкилометровая дистанция.
  Кумулятивный сорокамиллиметровый снаряд мог 'взять' эту защиту с небольшого расстояния, но подкалиберный восьмидесятимиллиметровый снаряд с твёрдым сердечником прошивал на таком расстоянии почти любую броню.
  Агония, только так можно было это назвать. В очередной раз западники, внезапно напоролись на оборону, готовую встретить их убийственным огнём.
  А они не ждали, не планировали, что будет именно так, думали, что масса огня, брони и пехоты проломит хлипкую с виду оборону четырёх батальонов.
  Но топографы 4-го корпуса не зря промеряли все расстояния от холмика до холмика, чтобы командиры могли понять, где и что должно стоять, где и кто должен окопаться. И это давало свой результат.
  Змей понимал, что, несмотря на убийственный огонь дивизиона, атака скоро продолжится. Они откатят танки обратно вниз и двинут вперёд пехоту, с мощной артиллерийской поддержкой.
  И тонкая линия обороны, от которой сейчас откатывалась атакующая волна, будет прорвана с ходу.
  Он снова полез вниз по лестнице, в бункер командного пункта.
  - Дежурный, третьего! - он схватил телефон, ожидая, что сейчас его соединят с командиром второго батальона.
  - Они не отвечают - сказал дежурный в ответ. - Уже пять минут пытаемся вызвать, ни по радио, ни по телефону никто не отвечает, товарищ командир!
  В голосе парня чувствовался лёгкий страх.
  - Тогда давай второго! - потребовал Змей, надеясь, что в первом батальоне, почти не попавшем под ракетный удар, осталась работающая командная цепочка.
  Казалось секунды, которые прошли до ответа были вечностью. Но потом кто-то ответил в телефон:
  - Второй на связи. - Змей узнал голос комбата.
  - Это Первый. Что у соседа?
  - Не знаю точно, они на связь не выходят. Я послал связных туда, и одного связиста с проводом и телефоном. По виду позиции сильно разрушены, но какие-то миномёты ещё стреляют оттуда, и видно иногда солдат.
  Змей облегченно выдохнул. Кто-то там ещё жив и он не бежит, а продолжает драться.
  - Внимание, приказ. Разыскать командира соседа и помочь выйти на связь. Если командовать там некому, то принять командование над батальоном. Дальше, надо срочно отозвать боевое охранение, они под соседом были, но теперь ты их забирай, передавай приказ на отход на позиции соседа, пусть усиливают его. Пошли офицеров туда, если надо и организуйте вынос раненых. Ходы сообщения к ним целые?
  - На вид целые, мы проверим.
  - Главное - отзови боевое охранение, сейчас.
  - Есть. Все понял, всё выполняю, ещё есть что-то?
  - У тебя миномёты есть?
  - Нет, как потеряли всё на основных позициях, так и сидим без них. Пушки две штуки нам дали, и винтовочных гранат.
  - Ясно. Давай, выполняй. Конец связи.
  Змей положил телефон и прошёл в штабную комнату.
  Там как обычно, штабисты склонились над картой, с кучей распечатанных донесений.
  - Есть что-то новое.
  - Тебя не было десть минут. - ответил начштаба. - Ничего нового за это время. Прошу отвести людей с боевого охранения на позиции второго батальона.
  - Ха! Где ты раньше был? Уже скомандовал, но ты же знаешь, что там со связью. Это ты приказал первому батальону связных отправить к соседям?
  - Нет, это он сам, нам только сообщил.
  Змей вздохнул. Что ещё можно было сделать?
  - Где разведка у нас? - спросил он, обведя взглядом комнату.
  - Пошёл в туалет.
  - Я думаю, нам разведчиков надо снять с тех мест, где они сейчас.
  - И куда?
  - Искать ракетные орудия. Они нас перебьют ими. Надо найти их координаты и отработать по ним артиллерией. Не жалея снарядов. Вот что я хочу.
  - Мы уже решали этот вопрос. Там всё кишит западниками, не получится прятаться. Всю голову сломали.
  - Хорошо подумали?
  - Да, все варианты перебирали. Но у них очень плотные массированные боевые порядки, там не проскочить. Если только дальше по скалам пойти, но они в начале ущелья пологие, противник их занял. У тебя идея, что ли какая-то?
  Змей думал. Решение крутилось в дурной от усталости голове, и он никак не мог его ухватить.
  - Товарищ командир - подбежал к ним дежурный связист. - Разрешите...?
  - Что у тебя?
  - 'Поляна-1' на проводе. Вас. - назвал связист позывной комбрига- 6.
  Змей подошёл к телефону.
  - 'Лавина-1' на проводе.
  - Слушай сосед, ты как дал сейчас по недомеркам, так они перевели удар ко мне, на мой правый фланг. Кинули весь танковый полк целиком. И пехоты батальон. Мои их не смогли остановить, сейчас бой идёт на позициях, но похоже мои парни попали, я их даже отвести уже не смогу. У тебя САУ на фланге молчат, не видят из-за дыма ничего. Я тебя прошу, помоги броней. Мне фланг не удержать, а они оттуда сразу ударят по тебе, ты знаешь, что будет тогда.
  - Ты уверен? Они ведь меня давят по-прежнему.
  - Уверен. На тебя два хоббитских батальона оставили, чтобы они тебя отвлекали, и тех, кого ты раньше не добил. А танки их и ещё один батальон сейчас у меня, я их вижу с НП. Помоги, двинь броню через шоссе, а то они с моих позиций тебе во фланг двинут. Я танки уже отправил в контратаку, но у меня их всего десять, а САУ самолёты пожгли. Слышишь меня, 'Лавина'?
  - Слышу.
  - Ты если пойдешь, я командира танкистов на свой правый фланг двину, чтобы они твоих не перепутали с гондорцами, и нажмём с двух сторон. Твоё решение?
  Секунда. Две. Комбриг-6 прав, если хоббиты и гондорские танки вычистят там фланг, то обрушатся с двух сторон на остатки его второго батальона и это будет конец для всего первого эшелона, бригада окончательно потеряет эту часть оборонительных позиций и по факту, её оборона будет наполовину пробита. Три.
  - Помогу. Будь на связи, я минут через десять тебя вызову.
  - Давай, только не долго, у меня как раз через десять минут контратака начинается, у меня за танками артнаводчики с рациями пойдут, артиллерию будут наводить, мы справимся, только ты не тяни, сосед!
  - Понял, работаю, жди, конец связи.
  Артнаводчики с рациями! Вот оно решение для разведки!
  Но сейчас Змею надо было отдать совсем другой приказ.
  Он снова перешёл к столу с картами, где уже напряглись штабисты.
  - Соседа скинули с правого фланга, просит двинуть броню на помощь.- он обвёл взглядом офицеров. - Я принял решение помочь.
  - Это верно, они нам во фланг ударят потом. - согласился начштаба. - Вот где танки у нас сейчас. А САУ вот тут.
  - Да я знаю. - Змей взялся за стоявший рядом телефон.
  - Дежурный дай седьмого.
  - Даю.
  - Седьмой.
  - Приказ - через десять минут открыть огонь на ослепление по всей ширине разрыва между вторым батальоном и соседом, и по глубине на пятьдесят метров. Эта зона должна быть не просматриваемой ещё в течение десяти минут, как понял?
  - Понял, но у меня дымовые не на всех позициях есть, мне...
  - Без разницы, понял?! - Змей взорвался. - Хоть фугасными бей, но этот участок должен быть закрыт от наблюдения, любой ценой, я отдаю приказ другим командирам исходя из того, что это так и будет, ясно?!
  - Так точно, сделаем. - ответил начарт. - Если что, осколочными будем долбить, но завеса там будет. Любой ценой. Выполняю.
  - Давай.
   Змей щёлкнул рычагом телефона и вызвал танкистов.
  - Кречет-5.
  - Кречет, слушай боевой приказ. Выйти через десять минут на участок ... - Змей повернул голову, чтобы лучше видеть карту скрытого управления...- 'Полоса-3'. Развернуться фронтом на Юго-Запад на ориентир 'Гора Пирамидка'. Далее, танками и САУ наступать на фланг соседа, на котором сейчас гондорские танки.
  Непрерывно подавать световой сигнал 'Я свой', потому, что слева от тебя будет идти танковая рота соседей. Задача - уничтожить танки противника, прорвавшиеся на позиции соседней бригады, отбросить остатки сил противника от позиций соседей. Потом обратно на участок 'Полоса 3'.
  Начинать выдвижение немедленно, а шоссе пересечь, когда по нему справа от Вас начнёт артиллерия работать, не раньше.
  Приказ ясен?
  - Так точно, разрешите выполнять?
  - Давай, и сообщи как всё сделаете сразу же по радио.
  - Есть.
  - Конец связи.
  Змей глубоко вдохнул, глядя на штабных. Тут вошёл начальник разведки.
  - Ты чего так долго?
  - Виноват - засмущался тот.
  Змея опять качало, полтора часа сна за полтора дня войны давали о себе знать. Что он хотел 'энэру' приказать? Ага. Артиллерия и рации!
  - Так, по тебе вот что. Снимай своих людей со всех НП, кроме 'высоты 99' на скалах. Далее надо вот что... - он опять оглядел офицеров - Двигаться по скалам до обнаружения наблюдательных пунктов и секретов противника. При обнаружении, наводить на них огонь артиллерии и добиваться уничтожения. Потом двигаться дальше, до следующего, и так до тех пор, пока не дойдёте до туда, откуда просматривается тыл противника. С собой возьмёте артиллеристов с рацией и дальномерщиков с их оптикой. Задача, визуально обнаружить ракетные орудия противника и передать их координаты в артполк.
  При продвижении себя не обнаруживать, работать артиллерией.
  Все притихли.
  - Иначе они нас сметут своими ракетными орудиями. Как второй батальон. Пиши приказы - обратился он к начальнику штаба. - И давайте побыстрее.
  Змей снова взял телефон.
  Весь следующий час он проведёт с трубкой в руках, заслушивая донесения и отдавая приказы.
  
  11.
  
  Война словно свела людей с ума, заставляя их рвать друг друга, уничтожать без жалости, забирать чужие жизни и отдавать свои. Но если пехота Мордора делала это, чтобы спасти своих людей, то мобилизованные жители нуменорских государств, Рохана, Шира, и Эльфийских республик, делали это чтобы убивать чужих. Странно, но их мотивация была при этом совсем не хуже, чем у тех, кого они называли 'орками'.
  Пехота хоббитов, залегшая было под огнём, снова встала в полный рост и пошла в атаку, когда увидела, что их враг - солдаты Мордора отходят со своей хлипкой передовой позиции. Но когда до бывшего расположения мордорцев оставалось всего пятьдесят метров, в дело вступили ДОТы в скалах. Одиннадцати миллиметровые пулемёты пробили два с половиной километра, отделявшие их от шоссе и массированно накрыли хоббитов, уже было взявших недоступный ранее рубеж.
  В ДОТах пулемёты находились на высоте двадцать метров над землёй, были ощутимо выше целей, и управляли ими офицеры бригады как артиллерией, просчитывая угол подъёма ствола, необходимый для поражения цели на нужном расстоянии. Дальше в дело вступал тяжелый стационарный станок, амортизаторы, механизмы фиксации пулемёта при стрельбе, диоптр и стереотрубы на наблюдательных постах командиров.
  Десять непрерывно стреляющих стволов на каждый из которых был погреб с десятью тысячами патронов сработали как гигантская газонокосилка под которую попали живые люди вместо травы. Пулемёты было неслышно, и когда сбоку по наступающей пехоте Хоббитов ударила лавина свинца, то те, кто не попал под этот первый удар, даже ничего не услышали, увлечённые наступлением.
  Это была настоящая жатва смерти. Боги Мордора миловали пулемётчиков из ополчения и офицеров, не дав им вблизи увидеть содеянное, а оно было страшным. В течение пятнадцати минут почти батальон ширской пехоты лёг, скошенный свинцовым ветром, а потом командир ДОТа приказал перенести огонь на следующий сектор, и смерть вцепилась когтями во второй. Им было не встать из-за бугорков и лощинок, в которых некоторые нашли себе укрытие, не отойти из центра зоны обстрела ДОТов, и на месте, где они лежали и прятались среди трупов и продолжали рвать пули.
  А мины третьего батальона всё падали и падали, периодически издалека давал залп осколочными снарядами дивизион, который противник почему-то называл противотанковым, и даже те, кто не погиб сразу понимали, вжимаясь в землю, что это - конец.
  Но сдаваться противник не хотел. Спустя примерно пятнадцать минут, вокруг погибающей пехоты начали рваться дымовые снаряды, мешавшие наблюдать за полем боя. Это не остановило пулемёты, но теперь гондорские танки смогли подняться на склон и прикрыть корпусами тех, кто там лежал.
  Из последних сил, хоббитская пехота поползла вниз, прячась за танками, и пытаясь утащить раненых на себе, а потом танки возвращались, чтобы вытаскивать остальных. Некоторые, правда, там и оставались, поймав прилетевший из-за недостаточно густого дыма снаряд.
  В определённый момент генерал Теондил бросил на эвакуацию гондорские же бронетранспортёры, оставшиеся без погибшей в боях пехоты, но как выяснилось, одиннадцатимиллиметровые пули пробивали их даже на таком расстоянии. Если броня держала удар в большинстве мест, то колёса на переднем мосту и траки с катками плотный огонь просто срубал, лишая машину хода.
  Западники вытащили только сотню своих из почти семи ста пошедших в бой. Некоторые, - ещё человек двести, залегли среди убитых, дожидаясь ночи или прекращения стрельбы.
  Левее, на позициях 6-й бригады, своё слово сказали танки.
  Рота Т-7 перевалила через шоссе под прикрытием артиллерийского огня точно вовремя и сразу натолкнулась на целый батальон гондорских танков, наступающий навстречу другой танковой роте, приданной 6-ой бригаде. Увлечённые танковым боем с противником, наступающим с фронта, гондорцы просто не увидели нового врага, развернувшегося в боевой порядок прямо на их фланге.
  Танкистам оставалось только остановиться и стрелять.
  САУ, который командир бронегруппы решил поставить на левом фланге, за дорожной насыпью, низкой в этом месте, делали тоже самое.
  Уже спустя пять минут, гондорские танки стояли, охваченные пламенем, а мордорцы уже могли бы праздновать победу. Но тут в бой вошли новые подкрепления гондорских танков, и теперь мордорским танкистам и пехоте пришлось отбиваться от внезапного нападения, но на этот раз без потерь не обошлось. Когда гондорцы откатились назад, не выдержав потерь, пять из девяти Т-7, отправленных Змеем в бой, горели, а 6-я бригада потеряла все свои танки полностью.
  По счастью, дизели не вспыхивали так как же, бензиновые двигатели гондорцев, и часть танкистов спаслась.
  Западники, однако, сдаваться не хотели.
  Они наконец-то начали массированный артиллерийский обстрел, и чуть позже опять пустили в ход ракеты, но к этому моменту немного осел дым, и наблюдателям удалось засечь вдалеке вспышки от запускаемых ракет, а самоходные миномёты сильно сбавили темп стрельбы и не мешали звукометристам так, как раньше. Этой информации хватило мордорским артиллеристам, наконец-то получившим возможность поквитаться с ненавистными ракетами и бригада, в течение буквально десяти минут, отстреляла по выявленным ракетным и артиллерийским позициям чуть меньше четверти наличного боекомплекта.
  Тыловики распечатали неприкосновенный запас топлива, и пушки сманеврировали ещё раз, уходя из-под ответного удара.
  Противник слегка притих после этого.
  Пару раз танки, под прикрытием дымовой завесы, пробовали подойти к позициям второго батальона, но гаубицы издалека открывали огонь и вал снарядов отпугивал гондорцев и вынуждал их отступить, пусть и без потерь.
  'Пощупать' первый батальон без потерь не получилось - ДОТы опять отсекли пехоту, которую в этот раз отправили в атаку вместе с танками, а потом, когда танки ворвались на позиции батальона, солдаты начали закидывать их гранатами, а противотанковый дивизион, стоявший в полутора километрах позади, опять пустил в ход свои страшные подкалиберные снаряды, и атака снова сорвалась.
  К этому моменту, Змей оценивал оставшиеся силы всего гондорского корпуса - двух гондорских дивизий и бригады из Шира, в примерно пятнадцать танков и около двух тысяч пехотинцев. Оставались, конечно, ещё и самоходные миномёты, артиллерия и ракетные орудия, но выбить мордорскую пехоту со своих позиций этими силами было нереально.
  При этом, противнику удалось отбросить мордорцев менее чем на километр - хоть основные оборонительные позиции первого эшелоны и были захвачены противником, сбросить части первого эшелона с резервных позиций не удалось.
  После провала последней атаки, противник отошёл на безопасное расстояние, и начал окапываться, одновременно ведя из самоходных миномётов непрерывный беспокоящий огонь по всей ширине фронта. Иногда их засекали, и мордорская артиллерия проводила огневой налёт на засечённую по звуку машину, впрочем, толку от этого было не много.
  Змей разрешил такие трюки, потому, что к этому моменту в бригаду снова начали возвращаться грузовики со снарядами, да и заправщики ушли за топливом вполне себе беспрепятственно, пусть и не по дорогам.
  Воспользовавшись затишьем, Змей произвёл ротацию батальонов, отведя остатки первого и второго во второй эшелон, в не разрушенные окопы, а третий и четвёртый батальоны двинув вперёд, вместе с бригадной сапёрной ротой. Солдаты тащили доски и брёвна, чтобы восстановить укрепления хотя бы частично.
  Ротация прошла на удивление гладко и измотанные до неадекватного состояния солдаты первого и второго батальонов наконец-то получили возможность уйти с переднего края.
  В 12.00 Змей принял решение поспать ещё час, дождавшись, что и другие офицеры штаба по очереди стали ходить на отдых.
  Но часа не получилось, уже через сорок минут его разбудили по требованию командира корпуса.
  - 'Лавина-1', по нашим данным, к Вам в тыл может быть высажен воздушный десант. Валинорский. Все роханские парашютисты у нас тут, а вот в Валиноре их тоже много, и, видимо, Вы с ними скоро познакомитесь. Ты готов к круговой обороне?
  - Так точно, с самого начала.
  - Хватайте все боеприпасы, питьевую воду и топливо, которое сможете, я дал команду на складах выдавать Вам всё без учёта норм. Времени немного. Если ты окопался и с тыла тоже, то давай человек тридцать пошли по госпиталям, складам, там тоже надо всё организовать. Десант будет без тяжелого оружия, сам понимаешь, с парашютом много не скинуть.
   - А могут они планеры использовать?
  - Могут, но в них больше чем командирскую машину или мотоцикл не засунуть, если они, конечно, не придумали специальный микроброневик. Но это мало что им даст. Если высадятся, надо будет сдерживать их до темна, потом я мобильный резерв введу в бой, раздавлю их ночью. Так что держитесь!
  - Есть держаться. - ответил Змей. - В горах как обстановка? Не прорвутся роханцы?
  - Держим. Тяжело очень. Валинорские бомбардировщики здесь просто висят над головой. Не можем отогнать.
  'А истребители закончились' - подумал про себя Змей. Чудес не бывает.
  Под конец комкор сказал, что все подкрепления будут идти в горы, но подвижный резерв он до последнего будет держать здесь.
  Змей, как и любой другой командир на его месте, прополол тылы, и набрал там почти четыреста человек, которые в данный момент не были заняты. Водители, повара, механики, операторы горомкоговорящей установки, оставшиеся без пушек зенитчики, обслуга при медроте и многие другие были вообще-то специалистами и в другое время Змей бы их в боевой порядок не поставил.
  Но ситуация была такова, что выбора не было, и это маршевое пополнение он держал под рукой.
  Вот только, после получения информации о возможном десанте, он отправил его не для пополнения пехотных батальонов, а в тыл, к артиллеристам, которые находились в самом дальнем конце занимаемого бригадой участка. Там уже были отрыты окопы, чтобы отражать атаку с тыла и в них уже было небольшое охранение.
  Теперь туда отправились и эти собранные по тылам солдаты, некоторое количество ополченцев и застрявших в расположении бригады пограничников, две безоткатки из четырёх оставшихся, броневики из охраны штаба, комендантский взвод, легкораненые, которых успели вернуть в строй...
  Вся эта солянка под командованием артиллерийских офицеров, была его единственно пока защитой с тыла.
  Подумав, Змей приказал отбыть туда же и сапёрной роте, после того, как она поможет третьему батальону восстановить окопы.
  Уже через полчаса противник снова 'ожил' и ударил невесть откуда взявшимися танками.
  Сначала появились двухмоторные бомбардировщики и разбомбили перед резервной позицией, которую теперь занял третий батальон, бывшую передовую позицию, которой уже была оставлена, потом начали бомбить и сам третий батальон, но тут вмешались зенитки, и удар вышел не такой уж и сильный, хотя без потерь не обошлось. Когда самолёты выходили из атаки, их было на один меньше, а у ещё двух был виден чёткий дымный след. Освободившись от бомб, они ушли в своё воздушное пространство, низко гудя пропеллерами.
  И ещё до того, как дым от бомб развеялся, около двадцати пяти танков на предельном ходу, проскочили линию бывшей передовой позиции, неся на броне десант из пехоты, а за ними, на такой же скорости шли бронетранспортёры. Ударили самоходные миномёты, скрывая наступающих дымовой завесой и обрушивая осколочные мины на третий батальон, и танки, притормозив, скинули пехоту на землю.
  Но третий батальон был не измотанным, у него ещё оставались сорокамиллиметровки, миномёты, и зенитные автоматы, и огонь всего батальонного тяжелого оружия опять заставил противника отступить, оставив на поле боя два подбитых танка.
  В штабе посчитали, что эти танки - то, что было отремонтировано за ночь. Это значило, что гондорский корпус очень быстро восстанавливает силы.
  Но пополнить пехоту так быстро не получится.
  'Они наверняка сейчас проредят тылы и сгонят около тысячи человек в батальоны, может быть сведут некоторые батальоны в один и в конце дня наберут пехоты на полноценную бригаду. Починят танки, доформируют один полноценный батальон машин в сорок. Добавят противотанковых САУ, и получат неплохой ударный кулак. Но этого мало' - думал Змей. Этим остатки обороны в Моранноне не прорвать. Хоть в пехотных батальонах некомплект и подходит к трети, но система огня не подавлена, и даже не разведана толком, и по сути, всё ещё только начинается.
  В 13.30 служба воздушного наблюдения и оповещения корпуса сообщила о подходе большого количества боевых самолётов к позициям бригад.
  Зенитчики, со своей оставшейся батарей тоже вели наблюдение, но ничего не видели, однако потом наземные силы доложили о звуке от большого количества самолётов. Но их никто не бомбил.
  В 13.50 из штаба корпуса сообщили о массированном воздушном десанте за позициями бригад, в тылу.
  Чуть позже на КП Змея, который лихорадочно вместе со штабными искал, где ещё изъять людей, и выбирал где теперь расположить оставшуюся бронетехнику, опять позвонил командир корпуса.
  - Всё, высадились. Почти полторы бригады, с техникой. В один подъём выбросили всех. Нормально в Валиноре с самолётами!
  - С какой техникой? - спросил Змей. Он подозревал, что у противника и на этот раз будет для них сюрприз, например в виде тяжелых планеров, способных перевозить лёгкие танки. Это было бы фатально для бригады и он хотел знать об этом заранее.
  - Судя по рапортам разведчиков, лёгкие тягачи, мотоциклы, безоткатные пушки, автомобили, тяжелые пулемёты. Есть немного гаубиц лёгких, так что пусть звукометристы будут начеку. Примерно половина их сил на колёсах, правда, у них бензина немного, но я думаю, что им его могут сбросить на парашютах. Авиация лютует, твои грузовики уже горят повсюду, так что экономь снаряды и всё остальное.
  - У меня вроде большинство машин проскочило...
  - Ну и хорошо, что проскочило. Некоторые, получается, не проскочили, и не проскочат теперь. Десант пока собирается, готовься. Соседу я сам позвоню.
  - Последний вопрос. - сказал Змей. - Если там с полторы бригады, то где ещё половина? У них ещё парашютисты остались?
  - Пока не знаем ничего, нам валинорские штаты неизвестны. Это по нашим нормам полторы бригады.
  - Понял.
  Змей сразу же после разговора опять вызвал начальника разведки, и приказал ему забрать в штабе все автомобили и мотоциклы с водителями, набрать из госпиталей и маршевого пополнения столько людей, сколько нужно, отправить к ним офицеров из отдела разведки при штабе, связистов столько, сколько можно с рациями и любой ценой организовать разведку в тыловом направлении.
  Змей разрешил взять с собой крупнокалиберные пулемёты, чтобы держать самолёты противника на расстоянии, маскировочные сети и вообще всё, что захотят кроме тяжелого оружия.
  Почти все оставшиеся разведчики ушли в рейд по тылам гондорцев чтобы найти артиллерию, сил на разведку в другую сторону уже не оставалось, но вроде как Змей и на этот раз выкрутился. Сколько ещё он так сможет?
  Чуть позже с артиллерийских позиций сообщили о большом количестве самолётов над тыловой зоной.
  Змей был уверен, что парашютисты не пойдут в атаку. Они перехватят перекрёстки, высоты, уничтожат всю инфраструктуру в зоне досягаемости, но атаковать с лёгким оружием его позиции пойдут только тогда, когда он будет скован боем с наступающим с фронта противником, и когда для противника будет очевидно, что у него кончились, или почти кончились снаряды.
  Противник тоже не дурак, всё считает, даже танки его посчитал, наверное, и радио пытается слушать, как бы они с частотами не игрались, может уже и в телефонную линию врезался в какую-то.
  Если нашёл её, конечно, в подземных трубах.
  С другой стороны, нельзя исключать рейдов спецподразделений через линию фронта, парашютисты народ отчаянный.
  Так что не зря он с тыла укрепляется.
  А пока он просто сидит отрезанный от снабжения. И его положение не в пример лучше, чем положение госпиталей в тылу, где валинорцы наверняка перебьют всех раненных и медиков. Если их не успеют вывезти дальше, пока десант собирается после выброса.
  Змей присел на ящик от радиостанции и отключился...
  Ему снилась огромная пушка, которую им из корпуса прислали в качестве подкрепления, которая могла снести полк одним выстрелом и они отбились с её помощью и от гондорского корпуса, и от эльфов с их танками, и от валинорских парашютистов, а потом пушку куда-то потянули от него, она стала удаляться от их позиций, а потом его самого, пытавшегося догнать её, кто-то потянул за руку, он открыл глаза спрашивая, ещё не отойдя от сна, где пушка, но увидел начальника штаба, пытавшегося разбудить его и одновременно не дать упасть с ящика.
  - Нашли! - радостно говорил он. - И пушки, и ракеты.
  Змей окончательно вернулся в реальность.
  - Нашли? Кто? Что?
  - Ты что, совсем уже отключаешься? Таблетки прими тогда хотя бы.
  Змей потряс головой. Да. Нашли. Разведчики. Которых он сам отправил в тыл.
  - Пойдём к карте.
  Змей встал и, шатаясь, подошёл к столу. В глазах всё расплывалось. Он устал. Не было и речи о том, чтобы в таком состоянии командовать дальше, но спать было некогда. Он достал капсулу с таблетками из кармана кителя и закинул одну таблетку в рот.
  Опёрся на стол руками.
  - Докладывай.
   - 'Энэр' сейчас разведку в наш собственный тыл отправляет, я за него доложу. Вот здесь - он показал на карту - очень крупная группировка из ракетных орудий. Вот здесь - ещё одна поменьше, а вот тут почти целый артполк. Где ещё есть орудия, они не видят, от нас туда несёт дым, но если мы накроем и это оружие, то нормально наступать на нас гондорцы не смогут больше. Нечем им будет нам по батальону за обстрел из строя выводить.
  - Давай приказ седьмому. Пусть столько снарядов израсходуют, сколько нужно, потом будем выкручиваться со снарядами.
  - Есть.
  - Разведку продолжать.
  - Не получится. Их обнаружили и обстреливают из пушек. Они отошли в скалы сразу после доклада.
  - Тогда наоборот, пусть возвращаются сюда, пока их не блокировали.
  - Передадим.
  По проводам понеслись приказы. Артиллеристы рассчитывали данные для стрельбы, щёлкали механическими арифмометрами, заносили данные в блокноты и листки приказов. Определялись запасные позиции, на которые тягачи перетянут пушки после прекращения огня, проверялось - есть ли топливо на манёвр, заранее загруженные снарядами грузовики неслись по пересечённой местности в точку встречи со 'своими' пушками, наводчики задирали стволы вверх, звукометристы готовились засечь контрбатарейный огонь со стороны противника.
  Спустя пятнадцать минут бригадный артполк в полном составе открыл огонь. Даже для полевых пушек дальность стрельбы позволяла достать противника, а для гаубиц и подавно. Гулкий гром от десятков почти одновременно выстреливших орудий раскатился по ущелью.
  На Змея к тому времени уже подействовал амфетамин, в малой дозе содержащийся в таблетке стимулятора, он снова ожил и даже вылез в наблюдательную ячейку с биноклем.
  Пушки били, не умолкая, в этот раз артиллеристы решили не менять позицию после нескольких залпов, как всегда до этого и били от души.
  Где-то на линии горизонта сейчас был ад. Змей не смог бы увидеть это в свою оптику даже без задымления, но он представлял себе, что творится там, куда на пределе своей скорострельности лупит целый артполк.
  Ад. Осколочно-фугасная смерть не только разбивает вдребезги пушки и установленные, как выяснилось, на грузовиках-вездеходах ракетные орудия, но и подрывала боекомплект, выжигая и взрыхляя землю на метр вглубь и уничтожая всё живое в радиусе сотни метров зоны обстрела.
  Змей серьёзно сомневался, что такие потери в артиллерии будут быстро восполнены. Целые сутки до этого лучшие в мире мастера контбатарейной борьбы и артиллерийских дуэлей - мордорские артиллеристы - поражали гондорскую артиллерию, открывавшую огонь.
  Ещё до этого авиация отрабатывала по ракетным орудиям и вот сейчас этот удар.
  Такие потери за несколько часов не восполнить.
  Их даже не оценить полностью.
  Теперь они будут осторожнее.
  Змей понимал, что время работает на противника. Непонятно было, как Мордор планирует заканчивать эту войну, может просто правительство хочет сделать её неприемлемо дорогой для Запада, но раз Валинор вступил в эту войну в открытую, то это может оказаться просто в принципе невозможным.
  На его же участке всё было ясно - убивать как можно больше, погибать как можно меньше - столько, сколько получится.
  И этот удар поможет ему очень сильно, может даже принудит эльфов бросить свои части не в развитие успеха после прорыва, а в сам прорыв. Заставит противника по-прежнему наступать на неподавленную систему огня.
  Это будет однозначный срыв их планов... и однозначная гибель всей бригаде, потому, что такого удара они не выдержат. Никто его не выдержит. Но цену с противника они возьмут очень большую. Огромную.
  Жаль, только, что снаряды кончаются.
  Орудия, отстреляв назначенное количество снарядов, зацеплялись расчётами к тягачам и уходили с позиций, чтобы избежать ответного огня.
  Но это было напрасно. Противник не отвечал - впервые за эту войну.
  Дождавшись, пока смолкнет последняя пушка, Змей полез вниз, в бункер.
  
  
  12.
  
  - У нас осталось по тридцать снарядов на ствол. - сказал начальник артиллерии.- На гаубицы и на полевые одинаково. В противотанковом дивизионе по два осколочных, по тридцать бронебойных. До вечера нам хватит, но больше такого расхода быть не должно. Я прошу ограничиться нормой на три снаряда в час на ствол в артполку. В дивизионе, понятное дело - по обстановке.
  Шло совещание, на котором бригада должна была адаптироваться к новой обстановке. Противник притих после огневого удара, и сейчас был самый подходящий момент для изменения планов действий. Потом времени уже не будет.
  - По сути мы остаёмся без артиллерии, так? - спросил Змей.
  - Никак нет. Три в час означает, что после 16.00 у нас окажется три неиспользованных за этот час, а всего шесть. Шесть снарядов с 16. До 17 часов на сорок восемь пушек в час это двести восемьдесят восемь выстрелов от всего артполка, из которых девяносто шесть пойдёт в контрбатарейный огонь.
  Это не мало, просто нам ещё тщательнее придётся орудиями управлять.
  Но ограничить надо, а то потом мы вообще без снарядов останемся.
  - Если нас деблокируют, то за сколько ты подвоз произведешь? - спросил Змей командира автороты.
  - Часа за три-четыре.
  - Ясно. Хорошо, принимается, пиши - сказал он дежурному офицеру - установить лимит расходов снарядов для артиллерийского полка три снаряда в час на ствол. Далее танки.
  Молодой командир танковой роты тоже был здесь.
  - Сколько танков отремонтировали?
  - Два. Один тот, который под бомбёжкой повредило, второй из расположения шестой вытащили. Ещё два надо на ремзавод везти, остальные металлолом.
  - Итого у тебя сейчас шесть танков и четыре САУ, так?
  - Так точно.
  - Ясно. Направление выдвижения в тыл разведал?
  - Так точно, по команде выдвинемся ля контратаки, если надо. Все подходы проехали на мотоцикле.
  Змей помолчал.
  За эти полчаса они в принципе решили все вопросы. Бригада ввела в бой все ресурсы, какие имела. До захода солнца, когда танкисты корпуса смогут начать операцию по деблокированию стрелковых бригад, оставалось ещё шесть часов, которые надо было пережить. А потом пережить ночь без снарядов.
  - Последний момент. - Змей сделал паузу. - Сейчас они, потеряв большую часть артиллерии, буду замещать её авиацией. Они знают, что у нас нет нормального прикрытия с воздуха. Поэтому, максимально серьезно отнеситесь к маскировке и ложным позициям, особенно это касается артиллерии, на которую они сейчас бросят все силы. Без артиллерии наша оборона будет прорвана с хода.
  Начальник артиллерии понимающе кивнул. Они уже маскировались брезентом и сетями, стаскивали повреждённые огнём противника пушки и муляжи из труб на ложные позиции, накатывали к ним следы машинами, сжигая последнее топливо, хитрили как могли, чтобы следующий авиаудар не стал для артполка последним. Зона, в которой артиллеристы маневрировали, была не такой уж и большой, три километра на три, прикрытая с фронта большим и длинным холмом, она не наблюдалась с земли, но с воздуха там укрыться особо было негде. Даже сама схема маневрирования на таком маленьком пространстве была нетривиальной, но они всё-таки сбивали с толку противника, и пока артиллерия была полностью боеспособна, хоть тоже не обошлась без потерь.
  Пушки были их главной силой, и Змей знал, что артиллеристы сделают всё, что в человеческих силах для того, чтобы и дальше держать оборону.
  - Знаешь что, сказал он начальнику артиллерии в последний момент. - Запланируй для дивизиона стомиллиметровок выход на прямую наводку. Прямо сейчас.
  - Куда нам выходить? На холм?
  - Да, на холм.
  - Думаешь, всё так плохо будет? - спросил начарт.
  - Да. Думаю, так и будет.
  - Сделаю.
  Офицеры ещё какое-то время были в этом тесном бывшем ДОТе, а потом разошлись с боевыми приказами в планшетках, и Змей приказал штабу отдыхать, оставив только дежурных офицеров, и сам завалился спать.
  Через полчаса его уже разбудил дежурный.
  В небе появилась авиация противника. Не очень много.
  Мелкими группами самолёты шли на большой высоте над позициями бригады. Зашли сбоку, из-за скал. Бомбить не бомбили, просто висели сверху в вышине.
  Зенитчики не стреляли, не желая себя обнаружить, их пушки, передвинутые на полкилометра с прежним позиций, были накрыты брезентом, одинаковым по цвету с местной жухлой травкой.
  Это была аиаразведка, и всем было понятно, что скоро будет новая атака. Змей гадал, будет ли противник ждать расшифровки фото, или будет наносить на карты обстановку со слов наблюдателей. Скорее всего, второе было ближе к истине, световой день заканчивался, и надо было бить быстрее, чтобы уже сегодня добиться какого-то ощутимого успеха.
  Змей на месте противника бы использовал как можно больше артиллерии для взлома обороны, а авиацией давил бы пушки. Неизвестно, сможет ли противник это сделать.
  Авиаразведчики ушли, гудя пропеллерами, и Змей понял, что скоро начнётся.
  Ну что, они сделали всё, что могли.
  В 16.00 последний оставшийся наблюдательный пост разведчиков сообщил об огромных облаках пыли на входе в проход.
  В 16.15 из батальонов сообщили о том, что при прослушивании грунта слышен звук гусеничной техники.
  В 16.17 с юго-запада, из-под прикрытия гор появились эльфийские самолёты - истребители бомбардировщики с ракетами и пушками, и двухмоторные бомбардировщики и подвергли бомбардировке левый фланг 6-й бригады
  Они же отработали по фланговым огневым постам в горах левее позиций бригады, где пограничники и ополчение удерживали некоторые высоты малыми силами. Горы с той стороны были более пологими, по ним могли перемещаться люди и даже вьючный транспорт, поэтому и сил там было побольше.
  В 16.18 воздушное оповещение доложило о движущейся к позициям пятой бригады большой группе ударных самолётов.
  Змей принимал эти доклады в бункере, и понимал, чем противник реши заменить свою потерянную артиллерию.
  Самолёты, так, чтобы в небе черно было от них, бомбы сотнями тонн по любой заявке с земли, и массированная атака эльфийских танков, которые сотнями сейчас входили в проход Мораннон.
  Это был конец, и это все понимали.
  Всё докладывалось в штаб корпуса, но корпус не давал ни подкреплений, ни приказа на прорыв - теперь просто отход был невозможен.
  В 16.20 позвонил сам комкор и сказал держаться любой ценой, сообщил о массированном воздушном десанте в тыл 1-ой горнострелковой дивизии на Минас Моргульстком направлении, об артиллерийских самолётах - бомбардировщиках с тяжёлыми пушками, направленными вбок, которые массово поддерживают валинорский десант и о высадке с планеров лёгких броневиков. Дивизия, уперевшись в горах с фронта, изо всех сил контратаковала в свой собственный тыл, и её утюжили с воздуха так, как никого и никогда. В бой был брошен последний резерв - сводный полк пограничников и изъятые в бригадах мотоциклетные батальоны с броневиками.
  Танковый полк стоял на месте, ожидая, когда можно будет начать деблокаду войск в Моранноне.
  Да, это был конец.
  В 16.22 на позиции бригады обрушился шквал бомб.
  Солдаты сидели в укрытиях, не пытаясь даже вытащить из них зенитные пушки и обнаружить себя. Бомбовый шторм всё усиливался и усиливался, и Змей отчётливо видел по докладам, что теперь они знают, куда сыпать бомбы.
  В 16.25 6-я бригада сообщила, что на горы с их левого фланга высажен массовый десант с вертолётов. В составе пехота с автоматическими винтовками, стреляющими очередями, маленькие безоткатные пушки, переносимые одним человеком, миномёты.
  В 16.30 с позиций третьего и четвёртого батальонов сообщили о больших танках, в количестве 'от горизонта до горизонта', наступающих на их позиции и начале обстрела из тяжёлых миномётов.
  В этот же момент из ДОТов сообщили о том, что к их амбразурам движутся танки. Командир ДОТов предположил, что они могут быть огнемётные и сообщил о том, что личному составу приказано надеть огнеупорное снаряжение, противогазы, и подготовиться к борьбе за живучесть.
  Змей сомневался, что ополченцам хватит психологической устойчивости выдержать такое, но значения это уже не имело.
  В 16.32 бомбардировка позиций бригады прекратилась, но значительная часть эльфийских двухмоторных бомбардировщиков никуда не улетела, просто ушла за скалы, но осталась рядом, чтобы быть готовой к нанесению новых ударов.
  Тогда же в ответ на запрос из штаба об обстановке, с наблюдательного поста сообщили, что всё ущелье заполонено танками, и они продолжают входить в проход. Вместе с ними грузовики и разные бронемашины.
  В 16.33 6-я бригада сообщила о чудовищном по силе ударе танков и пехоты противника, десантников с гор, поддержанной низколетящими истребителями бомбардировщиками.
  Змей позвонил начальнику артиллерии и приказал немедленно двигать на холм, на прямую наводку два дивизиона, установить им лимит по восемь снарядов на первый час, с момента первого выстрела, привести всю наличную пехоту в максимальную боеготовность, а зенитные автоматы и пулемёты - к немедленному открытию огня по воздушным целям.
  Змей ожидал сильного воздушного удара по артиллерии в ближайший момент, но реальность оказалась намного хуже.
  В 16.38 ему принесли сводку от потерях от бомбардировки, из которой следовало, что в третьем и четвёртом батальонах убило и ранило почти по роте, в первом и втором, где людей и так уже не оставалось, было несколько десятков раненых и пара убитых, противотанковый дивизион потерял шесть пушек из шестнадцати, а в бронегруппе сгорела ещё одна САУ.
  В 16.40 эльфийские танки открыли огонь по переднему краю батальонов. В ответ батальоны открыли огонь из миномётов, в надежде поразить часть танков прямыми попаданиями, из зенитных автоматов и лёгких противотанковых пушек.
  Всё, понеслась.
  Змей понимал, что сейчас будет. Танки с пехотой подойдут к позициям батальонов, нанося им потери, по ним откроет огонь противотанковый дивизион, завяжется дуэль, в которой танкам будут помогать самолёты, и скоро она будет выиграна. Потом поток брони пойдёт дальше, чтобы повторить это ещё раз, уже на позициях второго эшелона. Потом ещё раз - на позициях артполка.
  И всё. Часа на три работы.
  Позвонил комбриг-6 и сказал, что пошёл со штабом в окопы, будет только на рации. Предупредил, что новые эльфийские танки противотанковые сорокамиллиметровки не берут ни в лоб, ни в борт, ни с какой дистанции, и что отремонтированный ими танк в лоб взять эльфийского 'Элронда' не смог даже в упор, зато другой танк, который у них был как огневая точка без мотора, с двухсот метров взял одного в борт. И что одна восстановленная после поражения САУ со ста пятидесяти лобовую броню взяла подкалиберным. Да, в корпусе обо всём знают. Нет, пока подкреплений не обещают, ждут ночь. Артполк у него работает прямой наводкой, снаряды пока есть, но помочь соседям они не смогут.
  В общем, все удачи, кому сколько достанется.
  Змей потом позвонил зенитчикам, и приказал им открывать огонь только при угрозе пушкам на холме или им самим, прикрывать артиллеристов любой ценой.
  Потом взял бинокль и каску и пошёл на наблюдательный пункт наверху, но его остановил дежурный связист.
  - Вас, товарищ командир, седьмой.
  - Давай.
  Что там, у пушкарей стряслось? Змей с тревогой взял трубку.
  -Первый, у меня воздушный десант прямо в расположении, до батальона пехоты. Вертолёты спикировали со склонов прямо следом за их штурмовиками, и сразу сели, выбросили десант. И с тыла их пехота ударила, слышишь?
  - Слышу. - Змей переваривал услышанное. Вот и добрались они до артиллерии, основе их боевой устойчивости. Вот и всё.
  - У них автоматическое оружие у всех, ракетные пушки переносные, стреляют с плеча они, миномёты, есть. И с парашютисты давят, до полка. Я все пушки и гаубицы на прямую наводку вывожу, без маневров, кто где стоит, и пошёл в окопы, слышишь, Первый?!
  -Слышу. Только ты сначала две батареи с холма себе обратно забери. Пусть они тоже работают по десанту. Я сейчас к тебе отправляю всех химиков на машинах, пусть ставят дымы, прикрывают тебя. Будь на рации!
  - Принял первый, сейчас распоряжусь, потом окопы, с химиками лучше без меня работайте, не факт, что я смогу на связь выйти скоро... ну ты ведь понял, да?
  - Да понял. Давай, бейся, не опускай руки, понял?
  - Понял первый.
  - Конец связи.
  Змей положил трубку и вернулся обратно.
  - Дай команду химзводу, всем, кто не под огнём сейчас. Двигать на артиллерийские позиции с дымовыми установками. Прикрыть пушки на холме от наблюдения сверху-с тыла. - сказал он дежурному офицеру. - Сейчас!
  - Есть! - ответил тот поднимая телефон.
  - Штаб! - крикнул Змей.
  Стоявшие и сидевшие на рабочих местах офицеры и начальник штаба повернулись к нему.
  - К бою. Взять каски, личное оружие, все гранаты какие есть. Отделению связи оставаться на местах. Я сейчас приду.
  С этими словами, он снова полез наверх, в наблюдательный пункт.
  Наверху всё было видно очень хорошо.
  Зенитки уже били вверх, отгоняя вражеские самолёты от стоящих вдалеке пушек, противотанковый дивизион по непрерывным обстрелом вёл огонь по огромным чёрным танкам, уже ворвавшимся на позиции батальонов. Только несколько пушек стреляло, остальные уже были разбиты, но и 'Элронды' уже дымили на позициях мордорской пехоты. Змей видел, как танк встал, получив попадание в корпус, а затем в него откуда -то из окопа полетела граната.
  ДОТы молчали, и пехота эльфов выпрыгивала из огромных бронетранспортёров - полностью гусеничных, как танки.
  Миномёты били по ним, и иногда взрыв раскидывал вражеских солдат.
  Другие падали, сражённые очередями из стрелкового оружия.
  Это был упорный бой, но танки уже давили огневые точки гусеницами, стреляли по солдатам в упор из пулемётов и вели огонь по пушкам противотанкового дивизиона - успешно, судя по тому, сколько орудий оставалось в строю. И то, что в ответ пушки и гранаты солдат превращали в костёр один танк за другим, уже ничего не могло решить.
  И над всем этим буквально 'ходили по головам' вражеские самолёты, стреляя ракетами по всему, что было видно сквозь дым. Стоял грохот, а от пироксилиновой гари, казалось, сейчас потекут слёзы.
  Позади, на холмах ещё никто не стрелял. Видимо, пушки ещё не были выведены на позиции.
  Змей в уме прикинул, сколько и на что надо время - как ему, так и противнику, и спустился вниз.
  Там офицеры уже с мрачной решимостью стояли с карабинами в руках, на кители были накинуты подсумки для патронов и гранат, к ремням были пристёгнуты штык-ножи.
  Змей подошёл к ним.
  - На позиции артполка выброшен воздушный десант силой до батальона. Парашютисты, ранее высаженные к нам в тыл, атакуют артполк с тыла. Начальник артиллерии и штаб пошли в окопы. С фронта танки противника ворвались на резервные позиции первого эшелона и уже их давят. Танки 'Элронд' не поражаются нашими сорокамиллиметровыми пушками вообще, а танковыми орудиями в лоб - ни с какой дистанции.
   Все молчали.
  - Сейчас я отдам приказы о контратаках, после того, как они будут переданы исполнителям, Вы все пойдёте в окопы, а я лично возглавлю одну из контратакующих групп. Пока - он повернулся к штабистам - сообщите об обстановке в штаб корпуса.
  - Есть.
  - Разведка - он повернулся к начальнику разведки. - Где те люди, которых ты отправил для разведки обстановки в тылу?
  - Были на позициях артполка, готовились к выходам, но сейчас связаться с ними не могу.
  - Та группа, которая вернулась с поиска артиллерии?
  - Тоже готовится к выходу, но здесь, за вторым эшелоном.
  - Направить её на позицию за первым батальоном, вот сюда. - он ткнул в карту. Предупредить, чтобы взяли как можно больше патронов и противотанковых гранат.
  - Есть. В контратаку возьмёте?
  - Да.
  Пока офицеры расходились, Змей сел к телефону. Вызвал командира танкистов и приказал двигаться на позиции артиллерии, найти артиллеристов, вступить в бой с десантом. Над башней головного танка поднять флаг, идти по крайнему правому флангу вдоль скал, непрерывно передавать сигнал 'я свой'!
  По прибытии на позиции артиллерийского полка связаться с 'седьмым', получить приказ от него. При невозможности связаться по радио, действовать по обстановке, уничтожать десант. САУ оставить на месте, с собой не брать...
  Он отдавал один приказ за другим спокойным голосом, как будто уже нечего бояться.
  Связь.. .подвезти телефонный провод пару бухт за первый батальон... нет только кабель....
  Боепитание - все гранаты, какие есть, в том числе противопехотные на позицию за первым батальоном...хоть в руках несите, найти там разведчиков, сказать, чтобы ждали меня...
  Дивизион САУ...погиб?... Кто за него?... Взводный?... Бери командование дивизионом. Все САУ сосредоточены... собрать, выйти на рубеж атаки 'Полоса - 2', ждать приказа...Второй, собрать два стрелковых взвода, двойной боекомплект каждому, не ручные пулемёты не надо, только лёгкое оружие, пистолеты пулемёты и карабины. Гранат противотанковых побольше...Мне плевать, ясно?...Третий, собрать роту бойцов, двойной боекомплект...
  Танки уже вышли... Отлично...
  Змей положил трубку.
  Штабные уже собирались в толпу за ним.
  - Займёте позиции первого батальона, там людей почти не осталось. Второй под тобой - он обратился к начальнику штаба - пусть всё их оружие работает на нас. Я отправил танки к артиллеристам, САУ и полторы роты пехоты забираю для контратаки. Мы выйдем к третьему и четвёртому батальонам по лощинам, когда полевая артиллерия откроет огонь по танкам, они там застрянут на время, тут мы выгоним САУ, и под их прикрытием пойдём на танки с гранатами.
  Змей замолчал на секунду.
  - Пока я командую контратакой, ты командуешь остальной бригадой. Вопросы?
  - Нет вопросов.
  - На позициях стоять до конца, отход запрещаю.
  - Ясно.
  - Отделение связи, где командир?
  - Здесь, товари...
  - Остаётесь на месте. Задача - поддерживать связь, восстанавливать перебитые линии, оборонять дверь в бункер. Задача ясна?
  - Так точно!
  - Выбери из своих двух парней пошустрее. Здесь в бункере знамя бригады. Пусть они его спрячут в одежде. Если противник прорвётся через оборону бригады и уничтожит весь личный состав, приказываю скрытно выходить из окружения и спасать знамя. Ясно?
  - Так точно!
  - Всё, вперёд.
  Офицеры длинной вереницей потянулись на выход.
  Змей оглянулся, ища свой пистолет-пулемёт, но не нашел его, а когда спросил у адьютанта, тот сказал, что его забрал водитель, которого забрали разведчики. Змей молча выслушал это и ничего не сказал.
  Было 18.20.
  
  13.
  
  Казалось, что вся реальность сконцентрировалась на опорном пункте, который занимал сейчас третий батальон. Это всё ещё были резервные позиции, всё ещё первый эшелон, противник его так и не захватил!
  Правда, бой уже шёл в окопах, а эльфийские танки только что преодолели последнюю траншею.
  Наконец-то заработали пушки полутора дивизионов, вытащенные на холм посреди позиций второго эшелона, и прорвавшиеся танки расцвели ярким пламенем, один за другим.
  Неподавленная оборона снова собирала с атакующих дань. Но на этот раз сбор дани будет коротким. Истребители бомбардировщики устремились к пушкам и только внезапный огонь из пары зенитных автоматов и внезапно ожившей пары 85-миллиметровых зениток заставил их сманеврировать на курсе и сбил прицел. Основная масса ракет ушла мимо, а самолёты, резко развернувшись, ударили теперь по зениткам, испепелив их полностью.
  Казалось, пушкам конец, но самолёты улетели, оставив им возможность стрелять по танкам дальше - видимо, исчерпали боекомплект. Впрочем это означало, что через пять минут другая эскадрилья, полностью боеготовая снова выйдет на них, но за эти пять минут многое должно было случиться.
  Змей не видел всего этого, не знал, что уже погиб начальник артиллерии, что танки, пошедшие артиллеристам на помощь, в последнюю секунду успели спасти импровизированный опорный пункт вокруг нескольких разбитых огнём противника пушек и расстреляли и раздавили почти роту десантников - но потеряли половину танков от огня переносных безоткаток, и теперь их новый командир, один из солдат-танкистов, возглавивший остатки роты после гибели ротного, вёл их на помощь к следующей группе артиллеристов, чтобы успеть и там, а ещё не дать авиации, которая прилетит на помощь погибшему уже десанту, застать их на месте.
  Его миром были сейчас позиции двух батальонов, на которых шёл жестокий и кровавый бой и к которым сейчас пригнувшись, то в присяде, то вообще ползком приближались его сто шестьдесят солдат, обвешанные гранатами. Противотанковых гранат не хватало и они обвязали по три противопехотных телефонным проводом, чтобы иметь больше боеприпасов. Впереди были танки, они уже видели и слышали их. Танки шли навстречу, и расстояние сокращалось очень быстро.
  Пушки противотанкового дивизиона и артиллеристы с холма работали просто с убийственно эффективностью, подбивая один танк за другим, но ещё больше их маскировалось за дымом, ведя огонь по противотанкистам и пехотинцам, а ещё большее количество уже въезжало гусеницами на позиции батальонов.
  И главное - эльфийская пехота была уже в окопах, и значительная часть траншей была охвачена жестокой рубкой.
  Солдаты стремительно приближались к последней траншее, и Змей, подозвав радиста, по радио приказал САУ выходить на огневые.
  Где-то позади три самоходки выехали со дна лощин, в которых они прятались, чтобы стрелять прямой наводкой по танкам.
  Танков было много, и у экипажей не было проблем с выбором целей.
  Сзади раздались орудийные выстрелы и над головой солдат с воем пролетели бронебойные 'болванки'. Ещё минус два танка.
  Это отвлечёт танкистов на минуту-две. У САУ был приказ действовать по обстановке после первого залпа, маневрировать где и как угодно, и они готовы были его выполнить. Змей, поняв, что они вступили в бой, больше о них не думал.
  Они вбежали на позиции батальона, прячась за складками местности и подбитыми машинами, часть бойцов нырнула в окопы, часть ползком продолжила движение. Разведчики, возглавлявшие атаку, то и дело ныряли в траншеи, чтобы помочь батальоны очистить их от эльфов. А те, кто был назначен гранатомётчиками, продолжали ползти вперёд.
  Пушки били откуда-то сзади, подбивая танки или промахиваясь и поднимая землю в воздух, а вокруг была пальба и шум моторов, лязг гусениц и тоже орудийные выстрелы.
  Внезапно, в сорока-пятидесяти метрах от Змея из дыма выполз огромный чёрный танк с длинной и толстой пушкой. 'Элронд' - понял Змей. Лобовая броня 170 миллиметров, пушка 90, пятьдесят восемь тонн.
  Один из солдат швырнул в него связку гранат, она отскочила от бортовой брони, скатилась на надгусеничную полку и с грохотом взорвалась.
  Змей запаниковал, увидев, что танк продолжил движение, но потом увидел, что его гусеница порвана. Солдат, подбивший машину нырнул куда-то в траншею, а через секунду Змей увидел его каску над краем окопа, он бежал дальше вперёд, использую траншею как прикрытие.
  Танк завертелся, потеряв ход, и остановился. Ещё один пехотинец рванулся к нему со связкой гранат, но Змей крикнул ему: 'Сам!', показывая на себя, и солдат побежал дальше через дым и гарь. Змей прижимаясь к земле, подобрался к танку.
  С лязгом люк механика открылся, рядом открылся ещё один, из башни выглянул солдат с коротким тупоносым оружием, похожим на огромный пистолет, поводил им из стороны в сторону, видимо прикрывая двух других.
  Башня тем временем начала разворачиваться.
  Двое достали кувалду из ящика на борту и стали отсоединять трак от лобового листа. Змей оглянулся, желая понять, не попадёт ли сейчас в этот вставший танк ещё снаряд, но с фронта этот танк был прикрыт другим.
  Ну что же.
  Рядом с грохотом выскочило из дыма ещё одно такое же чудовище, и тут же из окопа вылетела связка гранат и упала на решётку двигателя. Взрыв! Яркое пламя вырвалось наружу грибообразным столбом, осветив всё вокруг яркой вспышкой. Его ребята были начеку.
  Открылся люк и механик водитель выпал наружу в дымящемся комбинезоне, за ним радист, а потом из башни вывалился ещё одни танкист в горящей одежде, скатился вниз, за ним второй такой же, те, которые не горели, бросились их тушить...
  Справа проревел ещё один танковый мотор, и ещё один танк прошёл позиции батальона насквозь.
  Пора.
   Змей достал свой длинный пистолет, встал на одно колено, прицелился, и выстрелил в парня, торчащего из башни.
  Он хорошо стрелял и попал в грудь, чуть левее левой подмышки, и сразу же метнулся к двоим с кувалдой. Они ничего не успели понять, как из дыма выскочила фигура в каске и прикончила их выстрелами в упор.
  Выстрелив, Змей тут же встал на одно колено, и расстрелял двух танкистов у горящего танка, за ними ещё одного на башне, и потом всадил по две пули в тех, что сбивали пламя. Есть!
  Он подскочил вверх, залез на броню, потом на башню, потом рванул за подмышки агонизирующего стрелка, и сам спрыгнул в люк.
  Заряжающий слева - БАХ!БАХ! Ещё две пули и назад, в командира... место наводчика не было отделено, и Змей успел в темноте увидеть испуганное лицо танкиста сзади, когда он обернулся.
  БАХ!
  Пистолет выстрелил куда-то в глаза танкисту, ослепив Змея яркой вспышкой в темноте.
  Вот так. Хорошо иметь двадцатизарядный магазин.
  Он вылез наружу, подобрал свою связку гранат и пошёл вперёд аккуратно, стараясь заранее увидеть через дым опасность.
  Подобрал он и выроненное убитым наводчиком оружие - короткое ружьё с барабанным магазином и гладким стволом большого калибра. Любопытно.
  Змей убрал пистолет, взялся за пистолетную рукоятку трофея и двинулся вперёд, держа в другой руке связку гранат. Оружие было тяжёлым.
  - Товарищ командир! - сбоку кто-то позвал его.
  Он увидел своих солдат в траншее, подзывающих его.
  Он спустился к ним, и они пошли по траншее вперёд.
  Контратака была на редкость успешной для таких малых сил. Солдаты как тараканы ползали прямо под огнём, прячась за подбитыми танками, в траншеях, в воронках, и кидали гранаты, подбивая один танк за другим.
  Пока весь третий батальон, и, как полагал Змей, четвёртый тоже, были заняты обороной траншей от спрыгнувшей туда и идущей цепями сверху по земле пехоты, неожиданное подкрепление почти свободно расправлялось с танками, не испытывая необходимости защищаться от пехоты.
  Танки вполне могли бы расстреливать пехотинцев и давить их, но всё вокруг было изрыто траншеями, а дым от горящего всего мешал обзору.
  Солдаты из контратакующего отряда шли вперёд, и по мере их продвижения всё слышнее был ружейный огонь, скоро им предстоит встретиться с вражеской пехотой. Скоро - уже через пятьдесят метров.
  Пройдя по траншее, солдаты разделились, часть пошла дальше, часть ползком поползла с гранатами на шум танка где-то совсем рядом, двоих Змей отправил в пустую стрелковую ячейку рядом, чтобы защититься от вражеской пехоты.
  Рёв от танка становился всё сильнее, и сильнее, казалось он в метре, но видно его не было.
  Внезапно он вылетел из дыма на скорости, и с рёвом пошёл прямо на Змея, на то место в траншее, где он был. Он резко пригнулся вниз, пропуская танк над собой, и сжимаясь от осыпающейся на него земли, а когда рёв титанического двигателя прошёл над головой, оставив позади резкий запах горелого бензина, он встал и швырнул гранаты ему на моторную решётку.
  Взрыв, огонь! Рядом застрочил мордорский пистолет-пулемёт и тут Змей почувствовал сильный удар в левое плечо сзади и острую боль, как будто ему туда воткнули стальной кол. Удар швырнул его вперёд и, ударяясь лицом о стенку траншеи, он понял, что это была пуля.
  Как глупо.
  Его ребята пытались прикрыть его огнём, но не успели.
  А потом пришла темнота.
  Он очнулся где-то через секунду как ему показалось, но тут же понял, что прошла далеко не секунда. Боль в плече вернулась из небытия вместе с ним, но главное, что он понял, что он больше не на позициях третьего батальона.
  Он лежал на ящике от винтовок, в траншее, под грязным одеялом, сверху был подбитый эльфийский танк, а рядом, начальник штаба с перевязанной головой и карабином за спиной. Он сидел поодаль, у стереотрубы, и за чем-то наблюдал.
  - Эй.. - хотел позвать его Змей, но вместо этого лишь прошипел что-то. Потом снова позвал, на это раз уже успешнее.
  - Ого. Очнулся. - начштаба подобрался по окопу к нему и только тут Змей увидел, что рядом сидит раненый начальник разведки и смотрит на него. У него была замотана рука и голова, к правой щеке примотан большой тампон, уже красный от крови, и говорить в таком состоянии он явно не мог.
  - На воды. - Змей жадно прильнул к фляжке.- Вода убрала сухость, мешающую говорить.
  - Где я?
  - На КП второго эшелона. Вас выбили с резервных позиций. После контратаки противник придержал танки, которые Вы там жгли, и пустил вперёд пехоту. Солдаты держались, как могли, но всему есть предел. Тебя успели вытащить.
  Потом мы отбили ещё одну атаку, здесь. Они перебили у нас все пушки на холме, сожгли все САУ, подтянули артиллерию, дожали противотанкистов, но запала выбить нас отсюда не хватило, немножко совсем. Сейчас они перегруппировываются, чтобы со следующего нажима скинуть нас отсюда и успеть соединиться с десантом до того, как сюда прорвётся танковый полк.
  Вот так. Ты лежи, от тебя сейчас всё равно толку нет. Пуля застряла внутри. Лежи. Недолго осталось. Тебя ещё с амфетаминов отпустило, сил вообще не было, врач сказал пятьдесят на пятьдесят из-за истощения.
  - Ага. Сосед как?
  - Бригада держится. Также как и мы, на последнем рубеже. Комбриг погиб у них.
  - Что в штабе корпуса говорят? - слабым голосом сказал Змей.
  - Ничего. Стойте, держитесь. Танковый полк сейчас скидывает с высот в тылу десант, как скинет, пойдёт к нам. Оказывается, у этих валинорских артиллерийских самолётов есть ночные прицелы. Вроде как инфракрасные. Так что они и ночью по танкам бьют, да ещё и обычные самолёты наводят по радио, световые бомбы сбрасывают.
  - Ты думаешь, достоим до их подхода?
  - Не знаю, честно. Людей почти не осталось, пушек вообще нет, брони нет, только гранаты и всё. Да и тех не много. Не знаю.
  Он глубоко вдохнул, а Змей поморщился от боли в плече. У него, похоже, ещё и жар.
  - А наш бункер?
  - Стоит, что ему будет. Только нам не добраться теперь до него. Но пока и противник до него не дошёл.
  - Артполк?
  - Очаговая оборона там. Десант они потрепали как надо, но сил на контратаки больше нет. Холм наш, а ниже пошли очаги. Но пока держится. Связи только нет, всё через посыльных. Пока танкисты не пошли в атаку, их авиация долбила, даже в темноте, сейчас полегче. Но это тоже ненадолго, там шума много было от вертолётов, видимо подкрепления подкидывают пока ночь. Все танки наши танки там подбиты.
  -ДОТы?
  - Выжгли огнемётами. Ты бы лучше лежал, не разговаривал.
  - Да ладно, хоть поболтаю ещё чуток. - Попытался пошутить Змей. - Пусть меня кто-нибудь под небо вытащит. Не хочу под танком лежать.
  - С минуты на минуту обстрел. Здесь безопаснее.
  - Да ладно, с меня всё равно толку нет. Что живой, что мёртвый, без разницы.
  - Ну как хочешь.
  Пара солдат потянула ящики и выволокла его аккуратно под звёздное небо. Была ночь, пушки на время стихли, и ему очень захотелось мира, чтобы ещё пожить, походить под звёздным небом, посмотреть на него. Да уж...
  -Скоро там связь с корпусом, плановая?
  - Пять минут.
  - Мне дашь.
  - Есть. Дам.
  Змей вдохнул, наслаждаясь таким желанным и хрупким спокойствием.
  По небу ярким росчерком пролетела стремительная падающая звёздочка. 'Выжить' - загадал желание Змей. Следом пролетела вторая. 'Победить'. Глупо, наверное. Как они так две подряд, интересно?
  Внезапно яркий свет залил всё вокруг, как будто на Западе зажглось новое Солнце. Яркий, жёлтый, он озарил ущелье как гигантская фотовспышка. И стал быстро, но плавно угасать. Над окопами раздались удивлённые крики. И тут же также полыхнуло ещё раз.
  Все метнулись посмотреть что там, и Змей крикнул, чтобы и его тоже подняли. Солдаты поколебались, глядя на его измученный вид, но потом аккуратно подняли на ноги, держа за здоровую руку.
  Змей тоже выглянул из окопа.
  Далеко, километрах в восьмидесяти, за горами, где-то в районе Минас Тирита, полыхало огромное зарево, такое, что небо в той стороне было тёмно оранжевое.
  А спустя пару минут, до них дошёл парный хлопок гигантского взрыва. Мощный даже здесь.
  Они пытались связаться с корпусом, но какие-то помехи забивали все частоты.
  А противник не атаковал ни через час, ни через два.
  Под утро вертолёты начали вывозить десантников и увозить их через горы. Солдаты, уже попрощавшиеся с жизнью, не могли поверить своему счастью. Самолёты всё ещё барражировали в небе, но уже не стреляли, а через час, к рассвету, до бригады дошла первая бронеколонна. Они думали, что это будет танковый полк, но это были броневики, проскочившие по дорогам, которые танкисты очистили от валинорских парашютистов.
  Эльфы с фронта гремели бронетехникой, но не наступали, не стреляли, и было ясно, что у противника всё пошло не так, как планировалось.
  К утру Змей опять потерял сознание, и его, вместе с ещё несколькими ранеными увезли в безопасный теперь уже тыл на санитарном фургоне - 'летучке'.
  Его война на этом закончилась.
  
  14.
  
  Солнце освещало аккуратные, застроенные домами из белого камня улочки Барад Дура, когда Змей вышел с сумкой из госпиталя в гражданском тренировочном костюме и кедах. Это было единственное, что он подобрал себе в госпитале. Его форма пришла в полную негодность ещё в Моранноне.
  Другие звонили жёнам, прося их подвезти одежду, или теребили свои воинские части, но Змей жене врал, что в боевой командировке, но жив и здоров, а часть трясти не хотел - до Барад Дура было не близко.
  Ничего, он и в спортивном костюме доберётся до дома.
  Он вышел на улицу, радостно вдыхая свежий утренний воздух, оглядывая цветники вдоль улицы и девушек в лёгких платьях, спешивших куда-то на работу или на учёбу.
  Было очень много военных, но они не салютовали ему, одетому в гражданское, а ему было безразлично.
  Он двинулся было к трамвайной остановке, чтобы уехать на автобусный вокзал, но его окликнули.
  - Эй, Урук Хай!
  Он повернулся через плечо и увидел там командира корпуса, стоящего около огромного явно военного автомобиля, абсолютно незнакомой Змею модели, похожего на командирскую машину с тентом, но на больших вездеходных колёсах, с передним ведущим мостом, что было редкостью для Мордора, и даже лебёдкой в переднем бампере, дверей у неё не было.
  'Явно трофейная' - подумал Змей и пошёл к командиру улыбаясь.
  - Здравия желаю! - весело сказал он командиру.
  - Вольно. Давай, залазь. Пролазь назад мимо сиденья.
  Змей с сумкой пролез назад и устроился на продольном сидении.
  - Эльфовская? - спросил он командира, когда тот сел вперёд.
  - Валинорская. В принципе тоже эльфовская, в каком-то смысле, конечно. Забрали у десантников в твоём тылу. Удивительный автомобиль. Мощный, крепкий, надёжный. Слышишь, как мотор ровно работает?
  - Да. - Восхищённо сказал Змей.
  - Шесть цилиндров в ряд, сто десять сил, полный привод, пять скоростей в коробке. Мечта. Жаль, что мотор бензиновый, у нас с бензином негусто. Видимо, придётся списать и отдать на гражданку.
  - Или дизель воткнуть. - ответил Змей.
  - Нет, места не хватит для нашего дизеля такой мощности. Может хоть у нас задумаются насчёт военной автотехники после этих машин. А то, сколько можно на тарахтелках рассекать.
  - Мне бы до автовокзала доехать, товарищ командир.
  - Нечего тебе там делать, сейчас в штаб армии поедем, но сначала в кафе какое-нибудь заскочим, хочу гражданской еды.
  - Мне тоже в штаб армии?
  - Тебе особенно. Ты же у нас на дивизию пойдёшь.
  - Не понял. А бригада?
  - Объясню. Дай доехать.
  Военный внедорожник донёс их до какой-то кафешки, и они завалились туда вместе с водителем, который тихонько помалкивал в этой ситуации.
  - Ну, давай по порядку, - отозвав его в сквер возле кафе, подальше от людей, сказал комкор. - Ты, наверное, думаешь, что у тебя порубили всю бригаду, но мы сейчас подлечиваем раненых, пленных нам вернули, многие без сознания в окопах валялись, в общем, по личному составу у тебя твоих старых людей выходит где-то процентов тридцать пять. Плюс ещё комиссовали человек двести по ранениям. А во 2-ой горнострелковой осталось живых семьсот человек живых. Там бойня была страшнее, чем у тебя намного, погибли и комдив, и штаб. Знамя кое-как два солдата вынесли по горам.
  Если бы не 1-я горнострелковая дивизия и не корпусные части, если бы не Ваши с соседом мотоциклисты, противник бы прорвался в Мордор в первый же день, и двинул бы танки по тоннелю, и по военной дороге тоже.
  Пришлось бы новое оружие по своей территории применять, а от него определённые последствия потом... Нежелательно бы это было.
  Вот ты, как лучший командир в армии, и будешь дивизию воссоздавать. А бригаду твою воссоздавать не надо, её доукомплектовать только. Начштаба твой засиделся в штабистах. Пусть побудет командиром.
  Змей на секунду задумался.
  - Почему мы сразу не применили это оружие?
  - Да не готовы были просто. Ракеты на сборке ещё стояли. Нам же надо было не просто ударить, а ударить массированно, да так, чтобы и на второй удар осталось, если противник с первого раза не поймёт. Эти ракеты надо на позиции вытащить, данные для прицеливания баллистикам рассчитать, прицелиться, заправить топливом, окислителем. Мы просто выигрывали время. И выиграли. Накрыли всю их Южную Армию под Минас Тиритом и Валинорскую бомбардировочную дивизию целиком.
  И на бурых равнинах тоже самое было, только потерь на порядок больше.
  - Вот как... ракеты...а народ всё ещё гадает. Думает бомбы.
  - Вот и пусть думает. Баллистическая ракета и атомный заряд. Наша инновация в этой войне, ответ на их вертолёты, тяжелые танки, самоходные миномёты, автоматические винтовки, ночные прицелы и всё остальное. Один сюрприз, но зато какой. И войну кончили в два дня, ты оглянись, народ даже понять ничего не успел, ты понимаешь?! А представь, мы бы развезли всё на год? А на два?
  - Да уж...А ведь я видел эти ракеты. Они как метеориты были, я даже перепутал.
  - Да? Я ни разу не видел. Ладно, сейчас тебя оформим на дивизию, потом месяц отпуск и вперёд, воссоздашь дивизию с нуля.
  - Бригаду жалко.
  - Не жалей. Они там не пропадут без тебя. Через месяц поедешь на церемонию туда, вручать Чёрное Знамя.
  - Вся бригада Урук Хай?
  - Вся.
  Змей улыбнулся. И, правда, много парней, с которыми он служил и которых тренировал, погибли. Большинство. Некоторые были лучше его намного. Он, наверное, всю жизнь будет гонять это сражение в памяти, пытаясь понять, что и как он мог сделать лучше. Но главный результат этого боя - счастливые девушки на не разрушенных улицах через месяц после того, как война началась и кончилась, был очевиден. И значит, что они не напрасно там стояли до конца. И те, кто выжил, и те, кто нет. Живые и мёртвые.
  Орки, 'Чёрная пехота', о которую разбилась такая сила.... И западникам опять есть, кем пугать детей.
  А то после Топей они оборзели слегка.
  Он пригладил свои светлые как у эльфа волосы, отросшие за месяц в госпитале. Дивизия, так дивизия. А он сделает всё как надо, прилепит себе нашивку горного стрелка под 'Урук Хая' на рукав.
  Змей улыбнулся.
  - Кстати, мы вернули Топи. Просто потребовали их назад и всё. Представляешь? Я подумал, тебе это понравится.- сказал ему комкор.
  Змею, понравилось. Его первый взвод после училища, потерял там двадцать два человека из тридцати. Вернуть топи обратно, это хорошо. Торф, опять же. Энергия.
  - И ещё,- улыбаясь, сказал комкор. Ящик открой.
  Змей открыл оружейный ящик на полу. Там лежало то ружьё, которое он отобрал у танкиста в бою. Короткое, с барабанным магазином и пистолетной ручкой. Гладкоствольное.
  - Нашли и притащили. Солдаты рассказали, как ты танк захватил неповреждённый. Сам-то ты не особо распространяешься о таких вещах, да? Но мы всё узнали, и 'Элронд' твой своим ходом выкатили потом оттуда. Он новый совсем и почти неповреждённый, его уже инженеры утащили. Ружьё забирай в личное пользование, патроны там обычные охотничьи, восемнадцать с половиной. Картечью накрывает человеческий силуэт на семнадцати метрах. Мощная штука, хотя в войсках странно смотрится.
  Змей радостно достал оружие.
  - Не заряжено?
  - Нет конечно.
  Он опять улыбнулся.
  Машина несла их к штабу 4-й армии, а в мире Средиземья наступала Атомная эра.
  
  
  
Оценка: 6.80*5  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"