Лиловая Луна: другие произведения.

Душа моря

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Издавай на SelfPub

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 8.23*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В процессе (будет ли процесс когда-нибудь заветшен, не знаю )) в глубинах океана живет раса могущественных магов, которые всеми силами тормозят какой бы то ни было технический прогресс на суше... зачем они это делают? /обычно в любовных романах герои сначала знакомятся, затем переживают совместно какое-нибудь приключение, и уж потом все заканчивается хэппи эндом разной степени эротичности. у моих героев с этим все не как у людей. впрочем, и сами они далеко не люди./это примерно четверть. продолжение будет дописываться ниже и выделяться другим цветом./ последнее обновление 14/01/2011


   Я люблю море. Я чувствую море внутри себя
   Иногда я думаю, что я это море
   Приливы и отливы, иногда шторм, а иногда - штиль
   Течение души, глубина невысказанного. А иногда во мне отражаются облака...
   Ночью я вижу костры. Они горят на берегу, и я любуюсь ими издали, зная, что мое прикосновение несет им смерть.
   Иногда я пучина, в которой тонут корабли, и я долго храню в себе обломки их воспоминаний.
   Чего мне на самом деле хочется - это, чтобы во мне тонули звезды.
   А они лишь отражаются от моей поверхности,
   оставляя прохладные прикосновения нежности.
   Прикосновения, которые дарят надежду, тревогу и предчувствие чего- то близкого.
   Надежду на что они дарят?
  
  
   Сюэрта, небольшой портовый городок, был сегодня на редкость оживлен. Его спокойную и размеренную жизнь нарушило происшествие чрезвычайной важности: дочь губернатора округа с сопровождением прибыла позавчера с визитом к местному голове и планировала пробыть еще два дня. По этому случаю город был вычищен, выметен, украшен лентами и флажками, а на набережной и вдоль главной улицы были развешаны фонари. Жители города, надев свои лучшие вещи, степенно прогуливались, обсуждая прибывших, их манеры, одежду, экипажи и лошадей, а также самого губернатора, возможное понижение цен на соль и рыбу и обострение отношений с соседним государством. Почти все сходились на том, что Эвелина, дочь губернатора, очень мила и проста в обращении, хотя, конечно, весьма серьезная девушка, Ирэн, ее подруга и компаньонка, довольно изысканна, но пигалица и редкая стерва, мужчины из сопровождения все очень элегантны и все как один писанные красавцы (мужское население Сюэрты, правда, предпочитало другое слово - пижоны), что рессоры у столичных карет делаются только из стали высшего качества, а лошади удивительно выносливы, что рыба и соль подешевели изрядно и будут продолжать падать в цене и что соседи, несомненно, совсем зарываются, подняв цену за лес до двух танов за куб.
   Город волновался и гудел, как растревоженный улей, город наряжался, город жаждал новых происшествий и свежих новостей, в то время как гости общались и скучали.
   Ирэн, хрупкая блондинка с прозрачными и пронзительными светло зелеными глазами, с губами, выкрашенными в агрессивно красную помаду, под цвет лака на длинных, слегка заостренных ногтях, сидела у небольшого столика у окна и нервно курила, щурясь на дым и покусывая мундштук. Ее тонкое лицо с очень выразительной мимикой в данный момент отражало только досаду и крайнюю степень раздражения. Эвелина сидела напротив, отстраненно глядя куда-то вдаль и лишь изредка отмахиваясь от сигарного дыма.
   - Эвелин, я вообще не понимаю твоего спокойствия! Этот напыщенный индюк ведет себя как царь и бог, он постоянно хамит, ведет себя с тобой, как с непонятливым маладенцем, он почти смеялся тебе в лицо, а ты сидишь здесь... как...как... как сфинкс задумчивый и витаешь непонятно в каких облаках. Мало того, что мне запретила вчера говорить, так еще и сама не поставишь его на место. Да кто он такой?! Неряшливая голова какого-то задрипанного городишки! Эвелин! Почему ты молчишь?
   - А где ты видела понятливых младенцев, Ирэн, милая, скажи мне пожалуйста? - голос Эвелины был мягким, а глаза смеялись.
   Ирэн моргнула, затем возмутилась
   - Ты издеваешься надо мной, да? При чем здесь младенцы? Этот голова...
   - Ирэн, не мне, не тебе и не моему отцу, а именно этому человеку придется через дюжину дней собрать двадцать кораблей и отправить их к северной границе. Причем восемь из этих кораблей - обычные рыболовецкие суденышки - кормильцы многих семей. Как ты думаешь, он должен радоваться?
   - Да незачем ему радоваться, но грубить-то зачем? Ведь это не ты придумала, ты ведь всего лишь посланец, "голос" своего дорогого папочки.
   - Ну, наверное, он решил, что я не только голос, но и уши, - Эвелина примирительно улыбнулась, - к тому же, он ведь сегодня с утра извинился и даже решил устроить городской бал в честь дорогих гостей.
   - Да кому он нужен, этот его бал? И извинения. Я лично туда не пойду.
   - Вот тут я с тобой полностью согласна. Ни бал, ни извинения мне не нужны. И вообще, я уже третий день сижу в этом... весьма! гостеприимном доме, и ни разу не имела возможности выйти на свежий воздух.
   - Дался тебе местный воздух.
   - Конечно, ведь здесь есть море.
   - Подумаешь, море. Маленький, грязный городишко, узенькие улочки, тесная набережная, мутная водичка... на что смотреть-то?
   - Ну, разумеется, бассейны с подогревом - это неизмеримо круче. Эх ты, дитя сердца континента, неужели тебе не интересно взглянуть на настоящую стихию? Да и когда еще доведется взглянуть на жизнь провинциального городка не из окна экипажа, а так, вживую?
   Ирэн задумалась.
   - А как ты собираешься отделаться от нашего милого сопровождения?
   - Зачем? Пусть мальчики тоже погуляют... метрах в десяти. Ну что, идем?
   - Как будем выходить? Кажется, у меня в комнатах была лестница в сад.
   - Вот и чудненько. Не придется ни с кем ругаться. Только... ты не хочешь одеться попроще? Во что-нибудь менее броское и вызывающее.
   Ирэн демонстративно оглядела свой наряд: короткое (чуть ниже колен), жемчужно серое, облегающее платье, ярко красный шарф, красные же туфельки на шпильке, все по последней столичной моде. - А что именно в моем наряде выглядит вызывающе ?
   Эвелина только вздохнула. Ко вкусам сводной сестры она уже давно привыкла.
   - Пошли уже, скромница.
   Через пятнадцать минут изрядно обмелевшая толпа (счастливчики, получившие приглашения на бал, уже убежали готовиться к этому выдающемуся событию) на минуту замерла, а затем перешептывания и переглядывания удвоились.
   Две девушки (и четверо молодых людей, старавшихся держаться шагах в десяти позади и усиленно "не замечать" своих подопечных) беззаботно прогуливались по городу. Они выскользнули через заднюю калитку дома головы, с самым независимым видом прошлись по главной улице вниз, к морю, с улыбками поглядывая на ленты и флажки, с удовольствием поахали напротив причалов, где на период зимних штормов стояла большая часть кораблей Сюэрты, затем пошли налево от порта, к свежеустановленным скамейкам, приятно пахнущим древесной смолой, и, подумав, присели. Ирэн лениво оглядывала набережную и гуляющих парами "провинциалов", глаза Эвелины горели, она с удовольствием вдыхала незнакомые запахи, вглядываясь вдаль, за горизонт.
   - Если бы не было туч, то сейчас наверняка было бы очень жарко.
   - Да, а так того и гляди дождь пойдет. А мы без зонтов.
   - Ладно тебе брюзжать, дождь - это прекрасно! Пойдем еще вон туда, поближе к волнорезам, я хочу потрогать море.
   - С ума сошла! Что значит потрогать? А если тебя обрызгает?
   - Значит, буду мокрая. Как церковная мышь.
   Ирэн расхохоталась. - Бедная как церковная мышь, а мокрая просто как мышь. Хотя быть похожей на мышь тебе не грозит в любом случае. Ну хорошо, пойдем, еще немного пройдемся.
   И девушки медленно и неспешно двинулись дальше, к гранитному краю, за которым плескалось холодное и прозрачно-зеленое с белыми барашками зимнее море. Их неизменный эскорт шел следом на почтительном расстоянии. Ирэна вдруг заметила что-то интересное возле кораблей, а когда повернулась, пронзительно вскрикнула. Недалеко от них, через высокий гранитный край вдруг перемахнуло огромное мокрое нечто. Приземлившись прямо среди нарядной, гуляющей толпы, оно распалось, оказавшись двумя высокими и очень страшными существами. Одно из них двинулось по набережной, сея крики и панику, а другое в два молниеносных, практически неуловимых человеческим глазом прыжка оказалось совсем рядом, переводя взгляд с Ирэн на Эвелину и обратно. Затем, видимо решив что-то для себя, существо схватило Эвелину и так же быстро, в несколько стремительных движений, исчезло в море, второе тут же последовало за ним.
   Через несколько минут молчания на набережной вновь раздались женские крики, несколько мужчин прыгнули в воду, некоторые побежали отвязывать лодки. Немного позже, когда госпожа Ирэн пришла в себя в доме городского головы, и еще позже, когда приехали столичные дознаватели, никто из присутствовавших в тот день на набережной не смог внятно описать происшедшее. Все сходились на том, что госпожу Эвелину унесла огромная волна, неизвестно как миновавшая волнорезы и внезапно накрывшая набережную и пристань. И только иногда Ирэн снились свирепые и хищные желтые глаза.
  
  
  
  
   Первое, что увидела Эвелина, очнувшись, были огромные желтые не-человеческие глаза существа, стоявшего напротив. Глаза смотрели холодно и пренебрежительно, так смотрит кошка на пойманную уже мышь, лениво и безразлично, лишь в глубине хищных глаз таится готовность оборвать в любой момент мышиное существование. Эвелина вздрогнула, встретившись с этими глазами, но продолжила осмотр. Глаза находились на... да, это вполне можно было назвать лицом. Смуглая кожа с легким оливковым оттенком, череп непривычной для человека, немного вытянутой формы, высокие скулы, острые, резкие черты, нос длинный, тонкий, "аристократический", но с широкими ноздрями, очень яркий рот, агрессивный подбородок, длинная и сильная шея, не по-человечески широкие плечи и очень мускулистые руки. Кисти рук с длинными и сильными пальцами, а между пальцами - самые настоящие перепонки и... у него был хвост, длинный, как у ящера или динозавра, украшенный гребнем. Эвелина присмотрелась: гребень этот начинался на голове, где- то в районе макушки. Были и брови, и волосы, неимоверно блестящие, цвета платины, очень прямые и гладкие.
   - Боже мой, это что же здесь такое водится?! - Эвелина сама удивилась нелепости и несуразности своих мыслей. Руки и ноги существа украшали массивные платиновые браслеты, было и некоторое подобие набедренной повязки, сделанное, похоже, из того же металла. Все это очень странно гармонировало с загорело-оливковой кожей, блестящее, гладкое, хищное... и наверняка вполне разумное. Да оно здесь не водится, оно тут живет.
   Боясь отвести взгляд от этого непонятно кого, девушка слегка скосила глаза, чтобы немного осмотреться, и тут же резко села, зажав рукой рот, чтобы не закричать - вокруг была вода. Точнее, от воды их отделяло абсолютно прозрачное стекло. Правильный стеклянный куб медленно погружался вглубь. На полу, в центре этой.... комнаты стоял еще один стеклянный куб, не то стол, не то тумба, полый внутри. Эвелина посмотрела сквозь прозрачную "стену" этой "комнаты", и почувствовала, как волосы на всем ее теле становятся дыбом и стремительно холодеет в груди - они погружались. Расширенными от ужаса глазами она посмотрела на существо, которое продолжало все так же вполглаза на нее поглядывать.
   - Вы кто? - вопрос прозвучал глухо и как-то хрипло, но Эвелина не обратила на это внимания. - Что вы собираетесь со мной делать? Вы вообще понимаете человеческий язык? - девушка отчаянно старалась, чтобы ее голос не сорвался на крик.
   Существо повернуло голову и посмотрело в упор, Эвелина тут же пожалела, что открыла рот, столько презрения и холодной ярости было в этом немигающем взгляде.
   - Вертикальные зрачки, - безразлично отметило ее сознание. Она вжалась в холодную поверхность стены за своей спиной, но не отвела глаз: бежать некуда, а противника лучше все же не выпускать из виду. В одно неимоверно быстрое движение существо оказалось перед девушкой, слегка наклонилось - холодные пальцы приподняли ее за подбородок, огромные желтые глаза, казалось, заполнили сознание, проникая в душу и заполняя собой все мысли. Хватка была просто стальной.
   - Какой там противник? - мелькнула и исчезла паническая мысль, - бороться с этим - все равно, что сойтись в рукопашную со слоном.
   - Вообще-то я ссобиралсся тобой пообедать, ссегдоня, когда ссядет ссолнце. - желтые глаза продолжали смотреть прямо в душу.
   Второй рукой существо подняло Эвелину, поставив ее на ноги, продолжая удерживать за подбородок.
   - Что значит пообедать? Вы хотите меня... съесть? - ноги отказывались ее держать, а руки скользили по стеклу. Существо внезапно усмехнулось, показав зубы хищника.
   - Ну, целиком я тебя есть не ссобираюссь, меня интерессуют только кровь, сердце и печень.
   Шипящий голос завораживал, ледяной яростный взгляд обжигал, голова внезапно закружилась, но Эвелина сделала слабую попытку освободиться. Существо снова усмехнулось, обнажив острые зубы, стальные тиски разжались, и девушка беспрепятственно сползла по стене. Существо же вновь заняло позицию безразличного наблюдателя по другую сторону от кубической стеклянной тумбы.
   Внимательные глаза продолжали цепко следить.
   - А... вас... много таких... морских хищников? - голос по-прежнему был хриплым, но сидеть неподвижно и молча под этим взглядом казалось невыносимым испытанием.
   Чудовище напротив продолжало молчать.
   - Я просто удивляюсь, что никогда не слышала ни о чем подобном. Ведь если вас много, и вы едите людей... то нас давно уже могли всех съесть. - Эвелину передернуло от собственных слов и это не укрылось от внимания морского монстра.
   - А ззнаешшь, чему удивляюссь я? Я удивлен, почему ты не падаешь в обморок, не кричишь и не плачешь. Не угрожаешшь и не требуешь срочно тебя отпустить?
   Эвелина удивленно подняла брови:
   - а это что-нибудь изменит в ваших планах?
   - Нет, но именно так обычно ведут ссебя люди, которые погружались на дно до тебя.
   - Вам, конечно, виднее, но у меня сейчас нет никакого желания кричать или плакать, это ничего?
   Вокруг искрилась вода, пронизанная лучами солнца. Странно, - подумала девушка, -а ведь день сегодня был очень пасмурный. До нее внезапно дошло, что она, скорее всего, больше никогда не увидит солнца, но эта мысль не вызвала у нее каких либо эмоций. Эвелина сама удивлялась своему безразличию, но паника исчезла, а вместо нее пришло жгучее любопытство, ведь никто из ныне живущих людей этого не видел, никто даже и подумать не мог, что можно так запросто погрузиться и попасть в подводный мир, возможно ей повезет, и она сегодня увидит других обитателей моря, и интересно, много ли еще таких как этот... монстр, и где они живут, ведь, судя по всему, они, как и люди, дышат воздухом и... мысли о том, что с ней будет, когда сядет солнце, Эвелина старалась гнать подальше. До заката есть еще много часов, испугаться можно будет и позже. Все же с некоторой опаской покосившись на монстра, она поднялась со стеклянного пола, только сейчас заметив, что платье и волосы у нее совершенно мокрые, и стала смотреть на светлую воду за стеклом. Судя по движению воды, двигались они довольно медленно. Мимо проплывали небольшие стайки рыб, некоторые из них тыкались мордочками в стекло, удивленно шевеля плавниками. Эвелина смотрела на них с умилением. Какое это все-таки чудо, - прошептала она, - какое чудо. Как жаль, что я не видела этого раньше.
   Она много раз видела рыб в аквариумах, многие в столице держали рыб в небольших бассейнах... но чтобы вот так, нос к носу встретиться с рыбой? И как удивительно, оказывается, выглядит море "изнутри". Эвелина провела ладонью по стеклу, жалея, что так и не дошла до края набережной, чтобы "погладить" море. Потрогала через стекло стайку золотисто- розовых рыб, ткнулась носом в то место, где открывала-закрывала рот самая любопытная из них, потом с удовольствием повторила движение рыбьего рта и невольно усмехнулась.
   - Ну какие же они все-таки смешные!
   Монстр из своего угла смотрел на нее с легким недоверием, хищные глаза недобро прищурились.
   Эвелина вдруг вздрогнула, обнаружив его в метре от себя, за своим плечом. Девушка взглянула в желтые глаза и опять почувствовала, как целое стадо мурашек устроило забег по ее коже.
   - Ты все же определись, тебе сстрашшно или тебе интерессно. - Монстр снова усмехался, демонстрируя острые белые зубы, он явно развлекался, наблюдая за реакцией девушки. Некоторое время она стояла, боясь пошевелиться (а ну как передумает и съест прямо сейчас?) затем, видимо, решила не обращать на него внимания и вернулась к разглядыванию моря и его обитателей. Как-то незаметно стало темнее. Она погладила еще одну стайку рыб, рыбы стали крупнее, но какими-то более тусклыми, как будто потеряли часть своих красок; не удержалась от возгласа восхищения, когда совсем близко подплыла рыба, над губой которой висел небольшой светящийся шар.
   - Прям как фонарик на удочке, - прошептала она.
   - Это рыба- хищник, но вместо того, чтобы охотитьсся, она заманивает добычу себе прямо в пассть.
   Эвелина оглянулась.
   - Вам обязательно стоять у меня за спиной?
   - А ты хочешшь мне запретить? Монстр за плечи развернул девушку к себе лицом, и, продолжая смотреть в глаза, провел пальцем по ее руке от плеча до локтя.
   Глядя в эти глаза, пронизывающие и очень-очень недобрые, Эвелине вдруг страстно захотелось упасть в обморок, а еще лучше - потерять сознание... до лучших времен... и очнуться уже после того, как все произойдет, в идеале - на том свете. Потом страх вдруг исчез и накатила усталость.
   - А вам недостаточно того, что вы сегодня меня съедите, надо еще и попугать хорошенько? Или это часть какого-то ритуала? Кровь с большой концентрацией адреналина лучше уссваиваетсся?
   Вертикальные зрачки сузились, но на этот раз девушка спокойно выдержала бешенный взгляд. - И, по-моему, вы почему-то очень не любите людей.
   - Поверь, у меня досстаточно причин для этого. И ессли еще раз передраззнишшь... умрешь ссразу.
   Монстр сделал два шага назад и сел на тумбу. Эвелина облегченно вздохнула, постаравшись сделать это незаметно.
   - Я поняла.
   Почему-то слова этого чудовища не вызывали ни тени сомнения в своей однозначности.
   - И как я могла произнести это вслух? - ужаснулась она про себя. - нервы что-то шалить начали. С чего бы это им? - Ей захотелось вдруг истерически расхохотаться. С трудом сдержав этот порыв (кто знает, как этот монстр на это отреагирует? шуток в свой адрес он, судя по всему, не терпит), Эвелина решила вернуться к наблюдению за морской пучиной. А это была уже именно пучина, потемнело еще, вода за стеклом стала напоминать темно лиловый кисель, и в этой пугающей, густой темноте медленно скользили белесые тени. И какие! Они были просто огромны! Вдруг вспомнились истории о страшных кашалотах и их извечных врагах - гигантских кальмарах - хозяевах глубин. Небольшой стеклянный куб вдруг показался невообразимо хрупким, казалось, водяные стены вот-вот сомкнутся, в одно мгновение уничтожив двух слабых, совсем крошечных существ. По сравнению с этим ужасом, монстр, сидевший на кубе, казался уже совсем безобидным и почти родным. И правда, что значат когти, клыки и хвост в противостоянии с этой всепоглощающей стихией?
   Внезапно, будто в ответ на ее страхи, одна из теней начала увеличиваться, приближаясь. Нечто огромное, извивающееся, мерцающее тысячами огоньков, оно наплывало откуда-то сверху. Эвелина заворожено наблюдала за извивами и переливами, пока через минуту это нечто еще не приблизилось, и тут до нее дошло - это... это же... Щупальца!!! Громкий визг сотряс стеклянные стены изнутри, и в мгновение ока девушка уже сидела на руках у совсем уже нестрашного монстра, забравшись на него с ногами, вцепившись побелевшими пальцами в загорело-оливковые плечи и продолжая оглушительно визжать. Через пару секунд прохладная жесткая ладонь плотно зажала ей рот и изрядно оглушенный монстр недоуменно моргнул. Резко очерченные, властные губы зашевелились. Через две минуты девушка все же услышала:
   - Я сспрашшиваю, зачем так орать? О, уже сслышшишь? Ты усспокоилассь?- Эвелина затрясла головой.
   - Это да? - Эвелина затрясла головой энергичнее, и жесткая ладонь разжалась, позволяя сделать глубокий вдох.
   Монстр смотрел настороженно, как бы прикидывая, чего еще сейчас стоит ожидать.
   Девушка продолжала сидеть, крепко вцепившись и, казалось, совершенно не собираясь его отпускать.
   - Ты слезсть с меня не хочешшь? - платиновая бровь ехидно изогнулась.
   Эвелину это ничуть не смутило, она вцепилась в него еще крепче и замотала головой.
   - Неттт. - зубы заметно стучали. - а этто ужже ушшлло?
   Желтоглазый перевел взгляд к ней за спину, затем посмотрел в глаза и спокойно произнес - Нет. Но кракхисс как раз опусстился пониже и у тебя есть уникальная возможность его получше рассмотреть. Больше такой возможности у тебя может не быть.
   - Ну да, ты ж меня съешь.
   - Да, скорее всего. - Вторая бровь поднялась до уровня первой. - А мы уже на ты?
   Девушка едва заметно порозовела. Ей отчаянно захотелось как можно дальше отойти от этого монстра, но ее взгляд соскользнул вниз, к стеклянному полу куба, и она снова вскрикнула: внизу, а так же и сбоку клубились и извивались гигантские щупальца.
   - А оно... этот кракхис, до нас не доберется?
   Эвелина зябко поежилась - прохладная жесткая ладонь легла ей на плечо и, слегка сдавив, отпустила.
   - Пойдем, поссмотришшь. Ну же, разве тебе не интерессно?
   - Интересно. - Признала, наконец, она, - но очень страшно.
   - Сейчасс тебе нечего боятьсся, это отнюдь не стекло, а намного более прочный сплав, и, поверь, в этом элангиссе я не раз благополучно попадал на сушшу и обратно.
   - Эвелина с трудом заставила себя разжать пальцы. Еще больших трудов ей стоило убедить себя спустить ноги на дно куба. Потом дело пошло легче. С опаской повернувшись, на расстоянии метров десяти от себя она увидела два глаза. По форме они напоминали выпуклые полусферы, а по размеру бассейн с фонтаном с центральной площади Сюэрты. Зрачки этих глаз походили на огромные черные блюдца. Эвелине показалось, что глаза эти уставились прямо на нее, но страха она не испытала, скорее удивление: ей показалось, что монстр замер в немом восхищении. Затем его глаза как будто засветились изнутри мягким голубоватым светом, и в голове девушки сами собой стали возникать слова. Точнее, сначала это был неясный шум, а затем мягким шепотом зазвучало : "Deberte... Hurum... Atinem... Advirte... Seleset... Adonakhht". Все это дополнялось теплым голубоватым туманом и ощущением невероятной, просто запредельной радости. Радость эта передалась и самой Эвелине,
   Она сделала два шага вперед и прикоснулась к холодному стеклу, ей ужасно захотелось погладить этого светло сиреневого кальмара? Осьминога? "Senelement" - прошуршало у нее в голове. Стараясь не придавать значения этому шуму, Эвелина провела рукой по стеклу. И тут же огоньки на щупальцах вспыхнули ярче, показалось, что даже сама вода под ее руками засветилась, а гигантский кальмар окрасился вдруг в голубой.
   - Вот это да! - выдохнула Эвелина. И морской монстр за ее спиной тоже протянул задумчиво - Вот ушш не ожида-ал.
   -Чего не ожидал? Что я решусь взглянуть на это чудо?
   Девушка оглянулась, но монстр пристально смотрел на гигантского кальмара, и, повернувшись обратно, она увидела, что кальмар тоже смотрит на монстра, казалось, они общаются взглядами. Затем кальмар вдруг резко развернулся и, моргнув напоследок тысячами голубых искорок, быстро поплыл куда-то во тьму. Эвелина с сожалением смотрела ему вслед. Она повернулась, чтобы спросить, почему кальмар так быстро исчез, но натолкнулась на обжигающее пламя глаз морского монстра. Он смотрел, не мигая, властно и одновременно требовательно. От этого взгляда у нее закружилась голова и стало тяжело дышать, она попыталась отшатнуться, но только еще больше вжалась спиной в холодное стекло. По телу побежали холодные мурашки.
   - Прекрати немедленно, что ты делаешь?! - она попыталась его оттолкнуть, но это было все равно, что пытаться сдвинуть вручную многоэтажный дом.
   - Ссмотрю на тебя.
   - Можно подумать, до этого ты меня не видел.
   - Можно подумать и так. - только сейчас Эвелина почувствовала, что от монстра пахнет морской солью и какими-то диковинными благовониями. Запах дурманил, усиливал головокружение.
   - Ты пока подумай, а я еще немного на тебя поссмотрю. - он взял ее за подбородок и принялся вновь пристально вглядываться куда-то, казалось, в самую глубину ее души.
   Как ни пыталась, Эвелина не могла ни пошевелиться, ни отвести взгляд, ни просто дышать нормально.
   Внезапно все это закончилось. Монстр сидел на корточках в углу стеклянного куба, отрешенно созерцая непроглядный кисель за стеклом. Эвелина же обнаружила себя сидящей на стеклянной тумбе. В голове у нее царил совершеннейший кавардак, перед глазами почему-то плясали цветные искры, а во рту пересохло. Монстр продолжал сидеть и смотреть в одну точку, судя по всему, его мысли витали где-то очень далеко. Сколько девушка ни вглядывалась, она так и не сумела различить в полутьме выражение его лица. Наконец, ей надоело просто сидеть на холодном стекле (или не стекле, но все же, когда ты промок до нитки, сидеть на холодном - весьма сомнительное удовольствие). И при этом вставать, прикасаясь ногами к темной и по-прежнему пугающей поверхности не хотелось совершенно, поэтому, сглотнув и набравшись храбрости, Эвелина решилась заговорить.
   - А... что такое Senelement?
   Монстр оторвался от своих мыслей и уставился на девушку пристальным, немигающим взглядом. Выражение лица у него при этом было престранным.
   - А ты разговаривала с кракхиссом, да?
   - Не-эт. Я... мне просто послышались... какие-то слова. И я подумала, вдруг это что-нибудь значит.
   - Поссслышшалоссь, - монстр покачал головой, затем поднялся, шагнул к Эвелине и, продолжая глядеть на нее сверху вниз, усмехнулся, - нет, я проссто не могу в это поверить.
   Затем, решив-таки ответить на вопрос, прошипел:
   - Senelement - это общшее нассвание для "рассы разумных и мудрых" кракхиссов. Доссловно, "древний, разссумный и мудрый сын темной воды".
   - А... ээ. А что, эти большие кальмары разумны?
   - Это кракхиссы. И они действительно разумны. В отличие от кальмаров и прочих осьминогов. Ты сслышшала что-нибудь ещше?
   - Да, какие-то слова, но я их уже не помню. У меня сильно закружилась голова. Очень закружилась. А потом я очнулась уже сидя на этом кубе. И я вообще себя очень странно чувствую. Даже если вычесть то, что я до нитки промокла, ужасно замерзла и к тому же меня сегодня съедят... - Эвелина снова охрипла, поэтому прочистила горло и только потом смогла продолжить, - так вот даже если это все вычесть, то чувствую я себя все равно очень и очень странно.
   Морское чудовище (в который уже за сегодня раз, - обреченно подумала она) бесцеремонно поднял Эвелину с ее ледяного сидения и, глядя в глаза, крепко прижал к себе одной рукой, а второй осторожно и неторопливо начал убирать пряди с лица и шеи девушки.
   О боже, - она попыталась вырваться - бесполезно, хватка у этого монстра была просто стальной.
   - Ччто, ужже... уже закат? - сердце, казалось не просто ушло в пятки, оно разделилось на тысячу молоточков и теперь грохотало в каждой частичке ее тела.
   - Нет, закат будет через час и сорок минут. - он откинул с лица Эвелины последнюю прядь, но руку (или лапу) от шеи убирать не спешил. - а ты замерзла, да?
   - Безумно, - Эвелина с ужасом поняла, что у нее стучат зубы. Гладкое и прохладное тело монстра не грело совершенно. Заглянула в желтые, с вертикальными зрачками глаза - змеюка. - А может, ты съешь меня прямо сейчас, пока мне еще не очень страшно, - она снова прислушалась к своим ощущениям - страшно действительно не было, крупная дрожь, бившая ее, имела совершенно другую природу, - потому что я не выдержу ждать еще целый час и сколько-то-там-минут. Я умру от ужаса. И тебе придется пить кровь уже мертвой меня. И есть сердце и...
   Желтые глаза смотрели насмешливо, красивый рот растянулся в острозубой усмешке.
   - Надо же, и при этом ты такая теплая.
   Терпкий и пряный запах снова коснулся обоняния девушки, голова опять закружилась.
   "Да что же это со мной такое!" - возмущенно подумала Эвелина.
   Хватка монстра немного ослабла, и девушка предприняла очередную отчаянную попытку освободиться. К удивлению и монстра, и самой Эвелины, попытка эта увенчалась успехом - девушка влетела спиной в ледяное стекло и на какое- то время лишилась дыхания, монстр же усмехнулся и скрестив руки на груди продолжил свои наблюдения. Острозубая улыбка стала еще шире. Эвелина в отчаянии оглядела свою стеклянную тюрьму и во второй за сегодня раз ей захотелось проснуться, просто проснуться в своей постели, и понять, что все это был сон, всего лишь страшный сон.
   - У меня ессть новоссть - приятная для тебя и ссовершшенно неожиданная для меня. - девушка подняла голову, заставляя себя снова взглянуть в эти глаза, - я не стану тебя сегодня есссть.
   "Даа? а по улыбке и не скажешь - главное не ляпнуть это вслух"
   - А когда станешь?
   - Не знаю, сстану ли вообщше. Я могу ссказать тебе большше - в ближайшие нессколько дней ты будешь в полной безопассноссти.
   Монстр еще некоторое время поразглядывал девушку, затем неожиданно мягко спросил: как тебя зовут?
   Эвелина растерянно молчала. Она продолжало вглядываться в желтые глаза, пытаясь понять, это он серьезно, или просто продолжает издеваться.
   - Ты не хочешь представиться?
   - Эвелина Киат, - наконец, решилась она.
   Монстр изящно... поклонился?! - несмотря на огромный рост, внушительную комплекцию и совершенно нелепый наряд, поклонился он действительно изящно.
   - Эвелина Киат, поззвольте приглассить васс быть моей госстьей.
   Эвелина нервно хмыкнула
   - Ну да, а можно подумать у меня есть выбор.
   - Разумеетсся нет. Но эта фразза ритуальна. И ессли вы ссоизволите ссказать "с превеликим удовольсствием" то будете ссчитатьсся моим официальным госстем... леди.
   - С превеликим удовольствием. - сказала Эвелина тоном, выражавшим все что угодно, только не это самое удовольствие, а про себя подумала "в конце концов, еще несколько дней побыть живой - это уже очень и очень много. Если этот не шутит",
   - а ты сам не желаешь представиться? А то как то странно... - договорить она не успела - монстр шагнул к ней и, встав у нее за плечом и вытянув руку перед собой торжественно произнес: добро пожаловать в Аластар.
   Некоторое время Эвелина усиленно вглядывалась в окружавшую синеватую тьму, но ничего не смогла углядеть, затем внезапно посветлело, вода окрасилась в прозрачно- голубой а прямо на их плавучий стеклянный куб стало стремительно наползать какое-то громадное искрящееся тело.
   "О боже, неужели опять кракхис?!" - ей снова захотелось завизжать и с ногами забраться на монстра, но, натолкнувшись на очередной насмешливый взгляд, Эвелина просто стиснула руки. Огни все приближались. Через некоторое время стало видно, что огни образуют светящееся кольцо, висящее прямо в воде.
   "Как тигры, - подумалось Эвелине, - сейчас мы прыгнем в это кольцо, как тигры... но окажемся в чьей -нибудь прожорливой пасти. Глубоководные хищники приманивают добычу на свет". И они действительно вплыли в это кольцо. Вода вокруг вспенилась и исчезла, исчез и стеклянный куб. Эвелина с удивлением огляделась: они стояли в огромной темной пещере, потолок и стены которой терялись где-то во тьме. Оглянувшись, девушка увидела за своей спиной светящееся кольцо. Оказывается, это были огоньки, красиво обрамлявшие идеально круглый "вход" (или "вплыв"?) в пещеру. Сейчас этот вход был отгорожен от внешней стихии толстенным стеклом. "Интересно, подумала она, продолжая озираться, - пол совершенно сухой, как же мы проникли внутрь? Если бы эта штука у входа сдвигалась, здесь было бы пол- зала воды, не меньше. И где наш плавучий куб? - Эвелина заставила себя расцепить пальцы и подошла ближе к стеклу, - такое впечатление, что оно растет прямо из стен". Вода за этим окном (или дверью) искрилась и переливалась, но рыб не было видно.
   - Красиво. - сказала она, оглядываясь, - а если вспомнить о километрах воды над головой, то красиво и неимоверно величественно.
   - Пойдем.
   Морской монстр направился вглубь пещеры. Он двигался легко и грациозно, с изящной и обманчивой неторопливостью. Хвост плавно покачивался в такт шагам, не касаясь пола. Эвелина поспешила за ним, стараясь не отставать. Идти было не очень-то просто, то тут, то там на пути попадались огромные колонны, растущие из пола и теряющиеся где-то во тьме над головой, мокрое платье липло к телу, путалось между ногами. Звук каблуков разносился по залу громким эхом. Монстр же двигался совершенно бесшумно. Когда впереди появилось овальное пятно света, девушка вздохнула с облегчением, она уже было подумала, что здесь принято жить в темноте, а через минуту сощурилась и заморгала - свет был очень даже ярким. Они вышли из пещеры и оказались в коридоре. Коридор этот, правда, больше походил на улицу, если, конечно, представить себе, что стены домов на улицах срослись между собой и сливаются крышами где-то высоко вверху. "Какой огромный каменный дворец!" - подумала Эвелина, пораженная масштабами открывшегося, и вздрогнула - у противоположной стены стояло с десяток морских чудовищ. Девушке вдруг отчаянно захотелось спрятаться за спину "своего" монстра, но она лишь вцепилась в гладкое прохладное предплечье. Монстр покосился насмешливо и, не замедляя шага, высвободил свою конечность, но тут же взял Эвелину за руку.
   - Чтобы не ссбежала. - пояснил он.
   - Можно подумать, здесь есть куда. Я, к сожалению, не спрут и не морская черепаха, чтобы удрать от тебя с такой глубины. И не таракан, чтобы забиться в какую- нибудь щель.
   - Да... - задумчиво протянул монстр, - жаль, чшто ты не черепаха, вссе было бы намного прощше.
   - Что было бы проще?
   Но они уже подошли к небольшой группе... однозначно не-людей. Очень высокие, светловолосые мужчины с загорело- оливковой кожей, гребнями и хвостами. Все они, как по команде склонились в глубоком поклоне, затем разогнулись и дружно вытаращились на Эвелину. Затем один из них, синеглазый мужчина с абсолютно белыми волосами и бровями, еще раз поклонился и зашипел что-то воопросительное. Монстр же, слегка дернув плечом и что-то пренебрежительно прошелестев в ответ, продолжил свой путь по коридору. Эвелина, ожидавшая хоть сколько- нибудь длительной беседы, чтоб не остаться без руки, побежала следом. Она почти физически ощущала, как десять пар глаз хищных глаз сверлят дырку у нее в спине. Переведя дыхание, спросила
   - А... куда мы идем?
   - Сейчас найду кого-нибудь, кто поможет тебе устроиться, и ты пойдешь отдыхать.
   Они шли по коридору, и все встречавшиеся на пути существа почтительно кланялись, растягивая губы в вежливой улыбке, у Эвелины, правда, при виде этих оскалов мурашки бежали по коже. И тут она увидела... женщину? Девушку? "да, а женщины у них вполне красивы, а на любителя, так фантастически красивы" женщина была тоже довольно высокой, как и все виденные сегодня морские чуды, но при этом тонкой и удивительно изящной. Черты лица тоже были тонкими и хищными, волнистые черные волосы, огромные темно- фиолетовые глазищи без ресниц остановившись на Эвелине тут же расширились, но губы исправно растянулись в улыбке, и женщина поклонилась. Монстр подошел ближе и что- то долго шипел ей, на что та еще раз молча поклонилась, развернулась на 180 градусов и заскользила по коридору впереди них. В абсолютном молчании все трое пошли дальше, девушка чуть впереди, монстр с нечитаемым выражением лица, периодически поглядывающий на свою "гостью" и Эвелина, с трудом поспевающая следом. Они прошли так несколько ответвлений в ходы-коридоры поуже, несколько полукруглых арок-входов в какие-то помещения и, наконец, остановились возле ступеней, ведущих к еще одной арке. Она отличалась от предыдущих только тем, что, во-первых, к ней вели высокие ступени их серого камня, а во-вторых, вход закрывали побеги каких-то растений, и было совершенно невозможно разглядеть, что находится за этой живой ширмой. Морская женщина, как окрестила ее Эвелина, остановилась возле ступеней, снова поклонилась и принялась что- то почтительно шипеть. Монстр оборвал ее на полуслове, рыкнув что-то в ответ, и женщина тут же поднялась по ступеням и скрылась за зелеными плетями.
   Монстр (а вместе с ним и Эвелина) преодолел половину ступенек, затем, рывком развернул к себе девушку и, не отпуская ее руки и снова уставившись на нее немигающий взгляд хищных глаз, прошипел:
   - Здесь ты будешь жить. Латена поможет тебе обустроиться.
   Эвелина подергала рукой, пытаясь высвободить ее - безрезультатно - на что монстр ухмыльнулся и притянул девушку вплотную к себе. Она еще раз попробовала освободиться, уперевшись ему в грудь руками. Оскал стал шире, а в глазах зажглись золотые искры. Эвелина почувствовала, как ладони ее рук начинают гореть (вместе со щеками) и отдернула руки. Это, впрочем, мало помогло - монстр придвинулся еще ближе, стада ледяных мурашек поползли по телу девушки. Желтые глаза затягивали все глубже, ответно проникая вглубь. Его голос из шипящего превратился в шелестящий, казалось, это не слова - это осенний ветер, проникающий под кожу.
   - Тебе не нравитсся?
   Она хотела крикнуть гневное "нет!" но, глядя в эти глаза было невозможно лгать, и она просто прошептала:
   - Очень холоддно.
   - Разссве это холод?
   - Я не з-знаю.
   Одна рука монстра продолжала удерживать Эвелину, вторая мягко прикоснулась к щеке, скользнула к шее, забралась под волосы и медленно поползла к затылку.
   - Спроссси.
   Эвелина вовсе не собиралась произносить этого вслух, но не сумела выбраться из двух желтых бездонных колодцев, все же спросила:
   - А... наши виды совместимы?
   Она видела перед собой только глаза, поэтому не заметила, как хищная улыбка превратилась в улыбку властную.
   - Вполне.
   Стальные тиски разжались, Эвелина попыталась шагнуть назад, но была поймана за руку.
   Монстр медленно поднес ее ладонь к губам и острый и длинный розовый язык прошелся от центра ладони к пальцам, скользнул в выемку между средним и безымянным пальцами. Монстр довольно улыбнулся, затем выпустил ее руку и прохладный осенний ветер прошелестел:
   - Отдыхай, я зайду за тобой завтра.
   Как во сне Эвелина сделала несколько шагов, отделявших ее от живой ширмы, затем глубоко вдохнула и вошла внутрь. И остолбенела - это было волшебно. Огромный зеленовато -голубой зал с молочно-белыми полупрозрачными колоннами, под ногами хрустит белый песок. По залу произвольно разбросаны такие же молочно-белые вазоны и клумбы, растущие прямо из пола, а в них растения, растения, растения, ни одного знакомого, и половина из них цветет, распространяя по залу умопомрачительный аромат. Несколько стеклянных столиков, в окружении легких плетеных кресел, а в центре зала на возвышении огромная кровать, застеленная сиреневым атласом. Вдоль стен было несколько аквариумов и один водопад. Дальше рассмотреть девушка не успела, натолкнувшись на непроницаемый взгляд темно-фиолетовых глаз морской чуды. Увидев, что на нее наконец-то обратили внимание, она слегка поклонилась и, указав рукой куда-то вглубь зала, направилась туда, приглашающее махнув рукой. Эвелина безропотно последовала за ней. На чуде была надета все та же набедренная повязка и нечто, вроде расшитого разноцветными камнями воротника, прикрывавшего плечи, часть груди и часть спины. Смотрелось все это весьма колоритно, особенно в сочетании с лиловым гребнем, выглядывающем из-под волос, вертикальными зрачками и перепонками между пальцев. Широкие браслеты на руках тоже блистают яркими камешками
   "как же ее зовут? Кажется, Латена, хотя я могу и ошибаться".
   Они прошли мимо кровати, девушка восторженно покачала головой - и на этом можно спать? Воображение тут же услужливо нарисовало пару занятных картинок, наглядно иллюстрировавших, что и не только спать. "ну почему он не зашел? Отдыхай. Разве тут уснешь?" В левом углу зала оказалась арка, ведущая в идеально круглую ванную комнату приличных размеров. Конечно, если этот бассейнчик в форме огромной морской раковины в полу можно назвать ванной. Латена повернула фигурку каменного дракона на стене и ванна стала заполняться водой. Обвела рукой ракушки, баночки, и амфоры, стоявшие возле ванной и простыни и полотенца, висевшие вдоль стены, зеркало... и вопросительно уставилась на Эвелину. Та покивала, дескать, спасибо, все понятно и женщина снова поклонилась и направилась к выходу.
   - Э... Латена! Мне бы еще платье. Если можно. - с сомнением осмотрела наряд морской чуды, - если они у вас вообще есть. Ну, или какую-нибудь чистую одежду, только не такую, как на тебе, а что- нибудь... более закрытое.
   Латена непонимающе уставилась на девушку.
   - Платье. - Эвелина выразительно помахала подолом собственного. - Одежду. Сухую, - демонстративно отжала краешек своего платья, на сверкающем полу образовалась грязная лужица.
   Латена посмотрела на девушку, на платье, на лужицу, снова на девушку, медленно наклонила голову и вышла из комнаты.
   - И что бы это могло означать?
   Эвелина вышла вслед за женщиной, но той уже и след простыл.
   - Нда, дела.
   Задумчиво прошлась по залу.
   - Восхитительно!
   Все вокруг было потрясающе красивым. Ярким, завораживающим, нереально- красивым. Все чувства обострились, во всем теле образовалась какая-то волнующая легкость и пустота. "Я все еще жива" - эта мысль была единственной и она окрыляла.
   Эвелина вернулась в ванную, потрогала воду - она была достаточно теплой, с удовольствием высвободилась из мокрой одежды (и обуви), спустилась в бассейн- раковину, воды там оказалось по грудь, какое -то время просто полежала в теплой воде, позволяя ей унести усталость тела. Подплыла к краю и перенюхала содержимое всех пузырьков. Ммм... запахи были смутно знакомы, но при этом ни с чем не ассоциировались, выбрала несколько пузырьков с тягучей гелеобразной массой, с наслаждением намылилась и поныряла. Вышла из ванны, оставляя за собой мокрые следы и еще некоторое время поперебирала простыни-полотенца, висевшие вдоль стены. Все как одно были шелковыми. "и как они умудряются ими вытираться? - непонятно" - подумалось Эвелине, когда третья мокрая и скользкая простыня полетела на пол. Закутавшись в очередное шелковое чудо цвета чайной розы, она направилась к зеркалу и застыла, рассматривая незнакомку по ту сторону стекла. Все было чужим - кожа в непривычном освещении казалась такой же белой, как местные стены, волосы темными спутанными прядями змеились по плечам, сине-зеленые глаза лихорадочно блестели, улыбка и та была какой-то блуждающей и диковатой. Возвращаться к привычному облику
Эвелина решила поэтапно. Для начала она взяла тонкий костяной гребень и принялась расчесываться. Когда последняя прядь была распутана, взглянула в зеркало еще раз. Нда... дело, видимо, было совсем не в волосах.
   - Что ж, - пробормотала Эвелина, - я это не я, похоже к этому надо привыкать.
   Выполоскав свое платье и развесив его на крючках для полотенец - вдруг высохнет, - она ринулась на исследование новой территории. Мир вокруг был совершенно не знаком и он манил, тянул ее к себе. Спать не хотелось, и Эвелина принялась бродить по залу, рассматривая, восхищаясь, прикасаясь к каждой вещи, привлекшей ее внимание. Огромные, горящие восторгом сине- зеленые глазищи в обрамлении черных ресниц могли принадлежать десятилетнему ребенку, впервые попавшему в зоопарк, но никак не взрослому человеку. Придерживая одной рукой простыню (чтоб не развязалась), другой рукой она гладила растения в вазонах, ракушковую роспись стен, камни водопада у стены, колонны, стеклянные столы и плетеные стулья, босые ноги по щиколотку утопали в теплом белом песке, а сама Эвелина тонула в ароматах. Недалеко от входа в ванную она обнаружила весьма необычный аквариум. Одна из колонн примерно в полутора метрах от пола обрывалась и вода как бы продолжала эту колонну до самого потолка. В воде искрились пузырьки, змеились водоросли и плавали рыбки. "такого не может быть". Эвелина подошла ближе, ткнула в воду пальцем, ожидая, что иллюзия исчезнет, а под пальцем окажется какое- нибудь особо прозрачное стекло, но нет, палец спокойно вошел в воду, которая продолжала вздыматься к потолку, нарушая все законы физики. Девушка восхищенно погладила упругий водяной бок. Вода под ладонью слегка засветилась. Рыбки, привлеченные движением и светом, подплыли поближе и с любопытством уставились на девушку, смешно открывая и закрывая рты. Казалось, они пытались ей что-то сказать, но все звуки поглощал столб воды. "Красивая. Хорошая" - шептала Эвелина, погладив пальцем одну рыбку. А та и не думала уплывать, подставляя девушке то один, то другой бок. "никогда не видела рыб, которые ведут себя, как кошки" - подумала девушка, еще немножко погладила общительную рыбку, вода под пальцами стала светиться сильнее. "удивительно. У них и вода светится". Эвелина читала, что в августе и сентябре у побережья Ариэрты вода начинает светиться от большого количества планктона. ткнулась носом в водяную стенку, пытаясь рассмотреть этот самый планктон. Рыбка подплыла поближе, свечение стало ярче. "может, это такие специальные светящиеся рыбки" - подумала Эвелина. Реагируют на поглаживание. Улыбнувшись своим мыслям и послав рыбке воздушный поцелуй, она решила поближе познакомиться с собственной кроватью, вдруг, если лечь, то сразу захочется спать. Монстр обещал зайти завтра, кто знает, во сколько у них наступает утро?
   Направившись к возвышению в центре зала, она вдруг увидела на одном из столиков аккуратно разложенные яркие предметы. Подойдя поближе, она разглядела набедренную повязку насыщенного бирюзового цвета и широкий воротник, расшитый камнями в тон. "Подразумевается, что я это буду носить? Ужас какой. Хотя вот Ирэн наверняка пришла бы в восторг от этих... этой... одежды". И, словно бы экзотическая Латена предвидела ход мыслей девушки, рядом лежала узкая рубаха с длинными рукавами и треугольным вырезом, белая, с широкой синей полосой по подолу и низу рукавов. "О, а вот и моя одежда!" - обрадовалась Эвелина и тут же надела рубашку. Та оказалась чуть ниже колена, чуть тесновата в груди и с довольно высокими разрезами, но все равно, не эту же бирюзовую порнографию надевать. Улегшись на сиреневые простыни и убедившись, что спят здесь тоже на шелке и укрываются им же, она впервые за сегодняшний день задумалась. Вопросы кто? Где? Как? Когда? А главное, зачем? Ну, и самое насущное, а что дальше-то?! Ответов, к сожалению, не имели. Эвелина лежала, разглядывая узоры на высоком-превысоком потолке, и перед ее мысленным взором мелькали события сегодняшнего дня, затем в голове прояснилось и стало головокружительно звонко. А стоило прикрыть глаза, как тут же появлялось ощущение падения в пропасть. Спиной вперед. Журчал водопад у стены, еле слышно перешептывались растения. Часа два пролежав без сна с этим странным ощущением "кувыркания", Эвелине все же удалось заснуть.
  
   ********
  
   В большом темном зале с куполом - потолком, расписанным белыми узорами, на широченном ложе, застеленном черным шелком, сидел сердце синих глубин, повелитель стихий, любимец смертоносных цунами, господин штормов и просто последний из клана ашотри, владыка Латориан. Подогнув под себя одну ногу и нервно подергивая хвостом, он, не моргая, глядел в небольшую шипастую раковину, стоящую перед ним прямо на простынях. Раковина была заполнена водой, и в зеркальной поверхности воды отражался прекрасный зеленовато-голубой зал с белыми колоннами. Возле колонны с аквариумом стояла человеческая девушка и нежно поглаживала коралловую желтопёрку. Девушка была невысокая, изящная, с красивыми длинными и густыми темно- ореховыми волосами. Если принять во внимание огромные, в пол-лица глаза цвета морской волны, длинные черные ресницы и черные же плавно изгибающиеся брови, девушку можно было назвать красивой, даже с точки зрения латорианина. Экзотически красивой, но все же... Повелителя стихий и любимца цунами экзотическая красота девушки не волновала абсолютно. В данный момент его интересовала единственная часть тела девушки - ее рука. Но ни красивая узкая кисть, ни длинные нервные пальцы не привлекали внимание Владыки - он неотрывно смотрел на яркие голубоватые искорки, появляющиеся из-под пальцев девушки. Искры множились, превращаясь в устойчивое свечение, окутавшее сначала всю кисть, затем желтопёрку, а затем распространившееся на всю воду аквариума. Взгляд повелителя остекленел, красивый, жесткий рот беззвучно шептал ругательства на древнем, неизвестном в человеческом мире языке. Девушка прошлась по комнате, переоделась в длинную белую рубаху с разрезами до бедра, легла в волны сиреневого шелка и уже не видела, как в аквариуме со светящейся водой и смешными желтыми рыбками на одной из лент диатомеи появился небольшой салатовый бутон с просвечивающими белыми лепестками. Шипастая раковина с треском врезалась в стену темного зала, длинные и острые когти, выскочившие из перепончатой лапы, яростно впились в черный шелк. Можно не верить Атину Селемент, можно сомневаться в собственных глазах, но... Hurum Atinem Advirte. И она действительно вернулась, впервые за шесть тысяч лет. Но в человеке?! Платиновые когти оставили пять длинных полос на прекрасной обивке ложа. Да, шутки Черной Литар могут свести с ума кого угодно. Что ж, - король бездны внезапно успокоился. - жаль, конечно, что это не жемчужина, не рыба или не черепаха, жаль. Но что надлежит делать в случаях, когда Hurum Atinem приходит вместе с разумным существом, Владыка знал прекрасно. Он откинулся на подушки и уставился в расписанный белыми узорами потолок.
  
   Эвелина спала без снов, ее плавно качало на волнах, и сквозь полуприкрытые веки ей виделась голубовато- зеленая глубина. Качка усилилась и вдруг Эвелина проснулась, кто-то тряс ее за плечо. Промычав что-то невразумительное, она попыталась перевернуться на другой бок и нырнуть обратно в сон, но услышала, как мягкий женский голос произнес:
   - проссыпайтесссь, госпожа, ужже утро. Госспожжа... Латориан проссил разбудить васс.
   - Ирэн, поверь мне, это не смешно. Я хочу спать и... - тут Эвелина сонно приоткрыла один глаз, а через секунду уже широко распахнула оба и села. - О боже!
   На нее с любопытством взирали огромные светло-сиреневые глазищи с черными вертикальными зрачками. Глаза смотрели с узкого светло- оливкового женского лица. Вьющиеся золотистые волосы тугими кольцами спадали на грудь. На макушке из-под волос кокетливо выглядывал острый серебряный гребень.
   - О, нет... о, нет! - Эвелина упала на простыни, закрыла руками лицо и громко зашептала: "это сон-это сон - это сон - это сон. Это сон, это сон, это сон!" Затем убрала руки от лица и нерешительно открыла глаза. Поморгала. Заклинание не работало.
   - О нет!
   - Госпожша, Латориан попросил меня помочь вам проснуться. Меня зовут Лисса ... и я не ссон. - Голубоглазая морская чуда приветливо улыбнулась.
   - А могла бы им быть. - Эвелина тяжело вздохнула и неохотно поднялась. Босиком прошлёпала в ванную, плеснула в лицо холодной воды, вышла обратно, проходя мимо аквариума со светящейся водой и приветливой рыбкой, удивилась: на одном из темно-зеленых стеблей морской травы красовался большой белый цветок.
   - Откуда он тут взялся, вроде ж не было вчера такого, я бы запомнила, если бы был. Уж очень красивый.
   Оглянулась на Лиссу. Та глядела с восхищением переходящим в благоговение. Эвелина пожала плечами, ну да, красиво, но ведь не настолько же? Хотя... о вкусах не спорят. Прошлась по залу.
   - Красиво у вас, очень. Жаль только, нет окон. Лисса, а где Латена?
   Сиреневоглазая улыбнулась - улыбка у нее была очень располагающая, открытая и немного озорная. Эвелина вдруг подумала, что эта девушка, наверное, ее ровесница, а может, даже и немного младше.
   - Латена не знает твоего языка, просто она первая попалась под руку Латориану, вот он ее и прислал.
   - Да? А кто такой этот Латориан, кажется, ты говорила, именно он велел тебе меня разбудить.
   Лисса вдруг склонилась в глубоком поклоне, а из-за спины Эвелины послышалось знакомое шипение:
   - Так ушш вышло, что Латориан - это я.
   Лисса еще раз поклонилась и как-то очень поспешно вышла. Эвелина осталась молча стоять напротив монстра.
   - Как сспалоссь? - что -то странное было в его голосе. И вообще, что-то в нем сегодня было не так. Эвелина посмотрела на монстра и обожглась о полный ярости взгляд желтых змеиных глаз. Ей захотелось отшатнуться, а еще лучше - завизжать и убежать, но она не смогла даже пошевелиться. Она сделала неуверенный шаг назад. Обжигающий взгляд завораживал, он притягивал и не отпускал. "Картина птица и змея" - ехидная мысль мелькнула и исчезла. Казалось, что фигура напротив излучает смерть. Даже вчера, когда она впервые смотрела на него, сидя на полу стеклянного куба, ей не было так жутко. В одно неуловимое, нечеловечески гибкое стремительное движение монстр оказался прямо перед ней, сделал еще один медленный шаг, приближаясь вплотную. Выражение хищных желтых глаз поменялось, и Эвелина как и вчера начала тонуть. В бездонном, желтом, затягивающем, заполняющем...
   - Нет, пожалуйста...
   Платиновые когти разодрали белую ткань и рубашка двумя половинками скользнула на пол. Мягкий шелест осеннего ветра скользнул по волосам:
   - Ты хотела сказать не это.
   Холодные когтистые лапы резко толкнули ее на кровать. Рычание и хриплое дыхание хищника, жесткие ладони, вжимающие в холодный шелк, длинный заостренный язык, скользящий по телу, острые зубы, осторожно, но неотвратимо смыкающиеся на загривке, янтарные глаза, заполняющие душу и наслаждение, начисто стирающее приличия и страх.
   Спустя полтора часа, охрипнув от собственных криков и чувствуя, как дрожит каждая клеточка тела, Эвелина лежала, тесно прижавшись к прохладному монстру, полуприкрыв глаза и слушая медленное биение холодного сердца. Страх исчез. Она могла спокойно смотреть в жгучий янтарь, при прикосновении к холодному телу ее больше не била дрожь. Мысли о произошедшем вызывали довольную улыбку и желание повторить.
   Несмотря на юный возраст, у Эвелины было достаточно мужчин. Ей было с чем сравнить. Но это... Это не было похоже ни на что, испытанное ранее. Буря, сминающая тело и разум, беспощадная, яростная, не дающая ни секунды передышки, стирающая запреты вместе с остатками мыслей, кружащая в потоке невозможных ощущений. Восхитительно. "и как после ЭТОГО можно спать с обычными мужчинами?"
   - Дажже и не думай. Ты не будешшь спать больше ни с каким мужшчинами.
   Монстр очень серьезно и внимательно смотрел на Эвелину.
   - Ты умеешь читать мысли?
   - У тебя очень выразительная мимика, - он усмехнулся и осторожно прикоснулся к плечу девушки, страшные когти куда-то исчезли "удобно, - подумала Эвелина, - как у кошки" жесткая ладонь поползла ниже, но тут из-за двери раздался мужской голос, который что-то коротко, но выразительно прошипел.
   До девушки вдруг дошло, что зеленую лиану вряд ли можно считать полноценной дверью, и что весь дворец наверняка слышал ее крики, и...
   - Не думай об этом.
   - Что?
   - Не думай об этом, это помещение звуконепроницаемо, и то, что никто ничего не слышал, я могу тебе гарантировать. Одевайся, нам пора.
   - Куда пора?
   - Совет восьми кланов. Он собирается примерно раз в ваш месяц, каждое полнолуние.
   - И на этом совете соберутся представители всех кланов?
   - Главы всех кланов. Одевайся, я не люблю заставлять их ждать.
   Эвелина с недоумением посмотрела на половинки так приглянувшейся ей вчера рубашки. Перевела взгляд на бирюзовую юбку с воротником.
   - Я это не надену!
   - А это наденешь? - монстр наклонился, поднял с пола две половинки, встряхнул их и подал девушке... целую рубаху, совершенно такую же, какой она была два часа назад. Только полосы на ней были не синими, а сине-зелеными, под цвет ее глаз.
   Эвелина заворожено уставилась на свою одежду в лапах морского чудовища (или просто морского чуда?)
   - А... - начала было она.
   - Эвелина! - девушка вздрогнула, услышав свое имя. - пожшалуйста, давай ты задашь мне все свои вопросы несколько позже? Мы сильно опаздываем.
   - Можно подумать, в этом я виновата, - пробормотала она себе под нос, но все- таки оделась.
   Монстр скалозубо улыбнулся, взял девушку за руку, и они зашагали по лабиринтам коридоров. Повторить этот путь в одиночку Эвелина не рискнула бы. То и дело им навстречу попадались и другие обитатели этого подводного города. и каждый из встреченных при виде ее монстра тотчас же улыбался и гнул спину в разной глубины поклонах. На Эвелину же все здесь косились с самыми различными эмоциями, от радости и дружелюбного любопытства до явственно ощутимых ненависти и презрения. Под пристальными взглядами такого количества огромных хищных глаз она зябко поеживалась и с трудом удерживалась от желания спрятаться за спину монстра. Так, наверное, чувствовали себя темнокожие туземцы на улицах ее родного города.
   - А что я забыла на этом вашем совете восьми? Я так понимаю, что ты один из этих восьми, глава одного из кланов? - она выжидающе замолчала, уставившись на монстра, но не увидев на его лице ни подтверждения своих слов, ни их опровержения, продолжила, - но я- то что буду там делать? Или у вас принято на этих советах показывать свою добычу из верхнего мира? Монстр на минуту привлек к себе девушку, заглянул ей в глаза - золотистое сияние стало ярче, оно окутывало и согревало. - Ни о чем не беспокойсся, ничего не бойсся. Ты со мной, и этого довольно. Здесь тебе никто не причинит вреда... ты же можешь вести себя на совете так, как тебе заблагорассудится.
   - Даа? А как же твое вчерашнее намерение меня съесть?
   Монстр задумчиво провел пальцем по ее плечу, глаза его приобрели нечитаемое выражение, и прошептал:
   - Ну, планам свойсственно меняться, разве нет?
   - А разве вчера, при взгляде на меня, твои глаза не светились ненавистью?
   Он прижал ее к себе теснее и нежно погладил по спине
   - Вчера... я смотрел не на тебя, я смотрел на людей.
   - А чем тебе люди-то так не угодили?
   - Я обещал ответить на твои вопросы?
   - Обещал.
   - И я это сделаю. Но не прямо сейчасс, ладно?
   - Ладно, наверное, - пробормотала она про себя, снова стараясь не сорваться на бег, чтобы идти с ним в ногу.
   А еще через минуту они вошли в огромный сияющий зал. Стены, пол и потолок - все было из искристо- голубого камня, в центре находился белый полированный стол, вокруг которого стояли восемь кресел. Четыре кресла были снежно-белыми, четыре - эбонитово-черными. За семью из восьми стульев стояло по морскому чудовищу. С одной стороны от стола прямо в воздухе висело кольцо из светлого металла, примерно трех метров в диаметре. В кольце переливалось всеми цветами радуги сияющая плоскость. Похоже на зеркало... или картину, - подумала Эвелина. В данный момент это зеркало (или все-таки картина?) отражало аквариум, очень похожий на тот, что так удивил ее вчера. Та же продолжающаяся светящейся водой колонна, те же смешные желтые рыбки, даже такой же красивый белый цветок. Интересно, может это у них такой государственный символ чего-то там? И их просто принято иметь в каждом помещении? Так поставили бы аквариум. Белая колонна смотрелась бы здесь вполне уместно... хотя и эта картина смотрится совсем недурно... интересно все-таки, как это она висит прямо в воздухе? А черные стулья здесь как-то совсем не в тему. Вот если бы пол черно-белыми квадратиками расчертить, тогда - да. Еще пару десятков черных и белых стульев и можно... - продолжить свои размышления Эвелина не смогла. Головы всех присутствующих существ дружно повернулись в сторону вошедших и тут же склонились в приветствии. Латориан кивнул им в ответ и встал за последним (черным) креслом. Ободряюще улыбнулся растерявшейся было Эвелине - плавный взмах рукой - и рядом с его появилось красивое искрящееся голубое (под цвет стен) кресло. Эвелина удивленно моргнула, но послушно встала за "своим" креслом по левую руку от "своего" монстра, изо всех сил стараясь сохранить уверенный в себе и (а вдруг получится?) невозмутимый вид. Возможно, сказалась привычка с детства вертеться в "высшем" свете или опыт деловых переговоров, в которых отец в последнее время все чаще заставлял ее участвовать, но невозмутимость получилась у нее "а ля натурэль", т.е. очень похожа на настоящую. Латориан довольно кивнул, и тут же все восемь прошипели что-то на своем языке (приветствие? гимн?) и сели. Тут же несколько монстров зашипели что-то "ее" монстру, и до Эвелины вдруг дошло, что языка-то она не знает и, следовательно, понять из происходящего ничего не сможет. И за каким морским чертом он меня сюда притащил? "Говори, что хочешь". Как же! Очень мило. И вообще... надо срочно учить их язык, подумала девушка. И тут же вспомнила длинный и острый язык, изучающий ее тело, осторожно, сантиметр за сантиметром... мурашки тут же побежали по телу. В попытке отогнать эротическое наваждение и снова просыпающееся желание, Эвелина пребольно ущипнула себя за кисть, глубоко вздохнула и осмотрелась - не заметил ли кто. Но все сидящие монстры были слишком увлечены - они шипели друг на друга, причем весьма и весьма эмоционально. Видимо, местный "совет директоров" решает достаточно важные вопросы, - усмехнулась про себя девушка и огляделась еще раз. Прямо напротив нее сидел монстр, которого она вчера уже видела - представительный синеглазый мужчина с абсолютно белыми волосами и бровями. Гребень, выглядывающий из-под волос был под цвет глаз. Он восседал (по другому и не скажешь) на белом кресле. Все элементы его одежды, включая украшения, были все того же, глубокого синего цвета. Слева от него сидел совсем молодой монстр с оливковыми глазами, таким же гребнем и пепельными волосами. Он был счастливым обладателем задорной мальчишеской улыбки, и этой самой улыбкой, в сочетании с резкими движениями и звонким голосом, он сильно отличался от остальных - степенных, властных и выдержанных. Эвелина внимательней пригляделась к остальным монстрам: все они выглядели весьма солидными и "зрелыми". И все как один поражали воображение. Черноволосый мужчина с ярко-алыми глазами и черно-бордовым гребнем. Золотоволосый с изумрудными глазами и гребнем. Молодой мужчина со светло-ореховыми прямыми волосами, совершенно черными глазами и смоляным гребнем. Солнечно-рыжий с ярко-оранжевыми глазами и терракотовым гребнем. Было за столом и две женщины. Одной из них оказалась изящная морская чуда с сиреневыми волосами, дивными серебряными глазами и таким же серебряным гребнем. На ней единственной не было ни единого украшения, все тело было украшено затейливым сплетением тонких линий, нарисованных белой краской. Во второй Эвелина с некоторой заминкой опознала Латену. Сегодня она казалась несколько старше, чем выглядела вчера. К тому же, она была очень явно чем-то рассержена. В фиолетовых глазищах периодически вспыхивали искры, а голос так и сочился ядом. В то время, как остальные монстры то и дело с любопытством поглядывали на девушку, Латена явно избегала на нее смотреть, часто повышая голос, как будто пыталась доказать что-то остальным. Вообще, создавалось впечатление, что все здесь присутствующие не спорят, а ругаются, не брезгуя площадной бранью и регулярным переходом "на личности". Впрочем, Эвелина прекрасно знала, что так проходит большинство деловых переговоров, к тому же "ее" монстр сидел абсолютно спокойно. Он единственный не повышал голоса и не демонстрировал своего раздражения. Когда Латена прошипела что-то уж очень агрессивное (и обидное - это ясно читалось по лицам окружающих), Латориан прошелестел что-то с вопросительной интонацией, на что фиолетовоглазая слов не нашла, и принялась усердно разглядывать свой лиловый "маникюр". Эвелина, не понимавшая ни слова, увлеченно следила за эмоциональной составляющей беседы. Единственная фраза, повторяющаяся каждые пять минут, была ей смутно знакома. Что-то похожее шептал вчера у нее в голове голос гигантского кракхиса , но за точность этого она бы не поручилась. Спустя два часа монстры, похоже, если не решили все свои вопросы, то, по крайней мере, пришли к какой-то договоренности. Голоса стали мягче, эмоции - ровнее. Наконец, все встали и снова пропели-прошипели какую-то фразу. После чего поклонились Латориану, с непередаваемыми выражениями лиц посмотрели на Эвелину и удалились. Трое: синеглазый мужчина с белыми волосами и синим гребнем, черноглазый брюнет и улыбчивый юноша задержались, но получив короткие приказы-распоряжения тоже поспешили уйти. Латориан с улыбкой повернулся к Эвелине и прошипел:
   - Ну вот. А теперь мы с тобой займемся восполнением твоих знаний, точнее отсутствия таковых. И начнем мы, пожалуй, с языка. А то мне уже надоело общаться с тобой на твоем забавном наречии. - Монстр насмешливо прищурился. Ну, и маленькая лекция по устройству нашего общества тебе тоже явно не повредит. А большего тебе сегодня все равно не запомнить.
   Эвелина нахмурилась
   - А мне и этого-то не запомнить.
   Монстр приобнял девушку
   - Пойдем, я отведу тебя в зал для обучения.
   И по совершенно пустому коридору они дошли до еще одного, не очень большого зала. "Дверью" в зал служила плоскость плотного серебристого тумана. По его поверхности скользили белые блики. Эвелина в нерешительности остановилась, но Латориан слегка подтолкнул ее в спину и, пройдя прямо сквозь туман, они очутились внутри милого, искристо-голубого (как почти все здесь) зала. Из мебели присутствовали только некое подобие длинного полулежачего кресла, выполненного из чего-то, больше всего похожего на горный хрусталь, возле него еще штук восемь обычных, "сидячих" кресел, изготовленных из того же материала. Низкие и глубокие, от своих братьев в зале совета они отличались большей комфортностью. Вдоль одной из стен тянулись полки, или шкафы. Казалось, они растут прямо из стен. На полках стояло множество друз и кристаллов, красотой и размерами они превосходили все драгоценные камни, виденные Эвелиной за всю ее жизнь.
   Но оглядеться ей не дали. Монстр развернул ее, крепко прижав к себе.
   - Мы немного подождем, скоро должны подойти те, кого я попросил обучать тебя. - прохладные руки заскользили по телу девушки, желтые глаза стали ярче и глубже.
   Эвелина попробовала отстраниться.
   - Так... если сюда сейчас придут... что же ты делаешь?
   - То, чего ты хочешь. - монстр хищно усмехнулся, - не бойся, никто не сможет войти сюда без моего разрешения.
   Его голос опять превращается в шелест, холодит затылок и проникает под кожу, а дыхание уже щекочет шею.
   - О, только рубашку опять не рви.
   - Не буду. Если ты снимешь ее сама.
   - Сниму. - мурашки превращаются в дрожь предвкушения, тело само выгибается навстречу ласкам, и сопротивляться этому нет никакой возможности. "Мы похожи на подростков", - это последняя мысль, успевшая промелькнуть у нее в голове.
   Спустя полчаса рубашка была надета обратно, волосы приглажены, но образ "подростков", занимающихся "этим" в родительском доме, никак не хочет покидать мысли Эвелины. Вдруг монстр немного отстранился, будто к чему-то прислушиваясь, затем еще раз нежно поцеловал ее и подтолкнул к тому самому "лежачему" креслу
   - Садись.
   А сам уселся напротив и усмехнулся. Через минуту в зал зашли все тот же синеглазый мужчина с белыми волосами и синим гребнем и улыбчивый юноша с прозрачными нежно-зелеными глазами. Они подошли к креслу Эвелины, нерешительно оглянулись на Латориана. Тот что-то им прошипел, синеглазый озадаченно нахмурился, а юный монстрик заулыбался и закивал.
   - Ложись и постарайся расслабиться, - это уже Эвелине. - Как я и обещал, сейчас ты выучишь язык и немного узнаешь о моей расе. - монстр неизвестно чему усмехнулся.
   - Ложись, смелей. Бояться тут нечего, поверь. Я все время буду рядом, и прослежу, чтобы все было хорошо, - его голос стал глубже, тише и мягче.
   Эвелина легла и у нее за головой тут же встал синеглазый монстр, а улыбчивый монстрик встал рядом и взял ее за правую руку. Лотариан же продолжал сидеть в кресле напротив, внимательно глядя в глаза. Через пару мгновений холодные жесткие пальцы легли ей на виски, и девушка провалилась в глубокий сон без сновидений.
  
   Девушку удалось погрузить быстро. Намного быстрее, чем они рассчитывали.
   - Это хорошо, - подумалось повелителю бездны, - тем легче Эртилаю будет с ней работать, тем легче улягутся знания. Со своей стороны он еще немного понаблюдал, но сознание Эвелины не сопротивлялось, процесс проникновения не был воспринят как стресс, информация ложилась легко и тут же усваивалась, ее психике также ничего не грозило. Владыка глубин вздохнул и мягко отпустил сознание девушки, некоторое время понаблюдал за работой hintena adelaii - глав кланов. В принципе, здесь справились бы и рядовые члены этих двух кланов, но в таком важном деле владыка предпочитал не рисковать. В зал обучения осторожно заглянул Харит Вердана, глянул на владыку - не помешаю?
   - Заходи, только тихо.
   Изящный латорианин сел в кресло напротив повелителя, с интересом покосился на глав двух других кланов, находящихся один - в обучающем трансе, второй - в трансе исцеления, иронично приподнял бровь и еле слышно сказал:
   - Необычно, правда? Скажи мне, разве были в нашей истории случаи, чтобы Hurum Atinem приходила к владыкам в человеке?
   Повелитель внимательно посмотрел в насмешливые черные глаза и так же тихо произнес
   - Ни разу. Но это не имеет значения, главное - она вернулась. Три тысячелетия непрерывных поисков и тут... случайно... в человеке, - слово человек он произнес как ругательство, - я ведь сам выбрал ее как ежелунную жертву! Черная Литар!
   - Не думай об этом, в хрониках пишут, она всегда приходит случайно, но всегда приходит вовремя. А то, что до этого она всегда приходила в форме создания моря, к тому же чаще неразумного... Арикан, Hurum Atinem вернулась!
   Желтые глаза владыки торжествующе сверкнули
   - Вернулась. Правда.... - протянул он, - признаюсь, я еще не до конца осознал этот факт. Я как будто сплю и вижу сон.
   - Ха, ты бы видел, как сейчас лихорадит кланы! Все радостно возбуждены, молодежь так вообще сходит с ума. Есть правда некоторое количество сомневающихся, и некоторое количество... мм... недоумевающих.
   Владыка понимающе улыбнулся
   -Они недоумевают так же громко, как Латена Рис-тен-ашш? И тоже пытаются требовать немедленного проведения обряда?
   - Нет, что ты. Да и Латена, полагаю, уже осознала всю глубину своего заблуждения.
   - Я не осуждаю Латену, и, в общем-то, мне вполне понятна ее реакция. Я и сам вчера ... недоумевал. - повелитель усмехнулся, вспомнив свою вчерашнюю ярость. - Но я Латориан. И я не имею права на подобные слабости. К тому же... эта девушка, Эвелина, - владыка синих глубин покатал на языке это имя, как море обкатывает гальку, - для меня она уже не человек. Это пришедшая ко мне Hurum Atinem. Вернувшаяся к детям моря спустя три тысячелетия. И она принадлежит мне. Все остальное значения не имеет.
  
   Голубоватые пятна на потолке... а! это играют блики ограненных камней, стоящих вдоль стен... а вот интересно, откуда здесь исходит свет. Ничего похожего на свечи или фонари я здесь не видела. - Эвелина лежала на жестковатом ложе и медленно -медленно просыпалась. - даа... и еще интересно, почему я вдруг заснула, ведь совсем не хотела. Кажется, меня собирались чему-то учить... языку? Не понимаю. Никакого нового языка я вроде не узнала... ммм... а знания по истории и культуре... чьей? Латорианской, что ли? А! - девушка резко села и удивленно захлопала глазами. И тут же была уложена обратно.
   - Тихо, тихо. Тебе нельзя пока совершать резких движений. И так напрягать нервную систему тоже пока не стоит... тише, тише... хорошо. Вот так, а теперь просто немного полежи. Твоему сознанию, видишь ли, требуется какое-то время, чтобы ко всему привыкнуть и все разложить по полочкам. - Владыка морских глубин склонился над девушкой, внимательно глядя ей в глаза, руки в узорчатых платиновых браслетах продолжали удерживать ее за плечи. - Не дави так, Латориан, я поняла тебя, и буду лежать тихо до тех пор, пока процесс интериоризации не закончится, - собственный голос показался Эвелине странно хриплым. Голос повелителя тоже казался тоже каким-то не таким. Немного подумав над этими двумя странностями, Эвелина поняла, что владыка просто перестал так ужасающе шипеть.
   - Интересно, с чего бы это? А... и что такое интериоризация?
   Вероятно, мыслительный процесс очень явно отразился на ее лице, потому что Латориан очень неодобрительно прошептал:
   - Ну я же просил тебя не думать пока о полученных знаниях, а еще лучше - совсем пока не думать. Скажи лучше, как тебе нравится разговаривать на ашотаре?
   - Разговаривать на... ээ? О! а я ведь на нем не только разговариваю, но еще и думаю, да? - до Эвелины потихоньку начало доходить, что обучение, кажется, все-таки состоялось... но как?!
   - Ну да. Я решил, что лучше всего, если я заменю тебе твой родной язык на наш... - и, глядя на вытянувшееся лицо девушки, быстро добавил, - тебе ведь никто не обещал, что ты сможешь вернуться наверх. А так тебе будет намного легче у нас "акклиматизироваться". Твой родной винтийский будет теперь восприниматься тобой, как хорошо выученный иностранный. Поверь, так правда будет лучше.
   Эвелина немного помолчала.
   - Да, так действительно будет лучше. А... скажи, почему ты меня все-таки не убил? Тебе ведь так хотелось это сделать?
   Латориан как-то очень по-человечески дернул плечом.
   - А мне вдруг расхотелось. Полежи еще немного, постарайся совсем ни о чем не думать, просто лежи и смотри в потолок. Где-то через четверть эола я зайду за тобой, и можно будет вставать.
   Эвелина лежала в теплом кресле из цельного хрусталя и честно пыталась ни о чем не думать, но чем старательней она гнала мысли, тем назойливей они становились. Судя по всему, ей уже и вправду никогда не подняться на поверхность - иначе с чего бы такая щедрость - самый древний язык на планете плюс куча сведений по строению и организации латорианского общества. Латориан... Интересно, как же его настоящее имя?
   Латориан - верховный правитель восьми кланов, при вступлении возраст повелителя глубин, терял собственное имя, отрекаясь от всего личного во благо своего народа. При этом он пользовался абсолютной властью и безграничным доверием своих подданных, каждый латорианин мог, не раздумывая, умереть по приказу владыки глубин. Интересно, за что его так любят-то? Нынешний Латориан был последним из клана ашотри - королей бездны. Всего кланов было восемь, каждый из которых обладал силой и властью в определенной сфере латорианского общества. Хисшак - воины, ответственные за выживание рода, этот клан испокон веков обладал боевой магией и являлся мощной силовой структурой. Чисто визуально члены этого клана отличались черными волосами, ярко-алыми глазами и черно-бордовым гебнем.
   РанИт - клан лекарей обладал магией исцеления, отличаясь золотыми волосами, зелеными глазами и гребнем.
   Вердана - хранители власти (управляющие) - очень малочисленный клан. Им принадлежала магия власти, они были призваны нести волю своего властелина и следить за ее исполнением. Для этого клана были характерны светло-ореховые прямые волосы, черные глаза и смоляной гребень.
   Кираат - хранители мудрости, учителя и наставники. Члены этого клана занимались всевозможными научными исследованиями. Их отличительными признаками были снежно - белые волосы, синие глаза и синий гребень.
   Верши - хранители прекрасного, создатели всех произведений искусства. У них были сиреневые волосы, серебряные глаза и гребни.
   И, наконец, два совершенно непонятных для Эвелины клана, рис тен ашш - хранители времени, обладатели черных волос и темно-фиолетовый глаз и гребней и лаш-таар, хранители силы, солнечно-рыжие с ярко-оранжевыми глазами и терракотовым гребнем. Если роль предыдущих шести кланов Эвелина себе смогла легко и быстро представить: первые правят, вторые охраняют, третьи лечат, четвертые управляют на местах, пятые обучают, а шестые творят, то чем занимаются представители этих двух кланов оставалось совершеннейшей загадкой. Насколько поняла Эвелина, дисциплина и субординация в кланах латориан была жесточайшая. При этом она не навязывалась снаружи, а как бы шла изнутри. Как такое может быть, тоже было совершенно непонятно, Эвелина хорошо помнила, каких трудов отцу стоило наводить порядок в своей губернии, при этом мало кто из его подчиненных делал свое дело как нужно. В основном, только карьеристы, желающие получить больше. В мире Латориана денег не было совсем. И, хотя в голову девушки вложили эти знания, представить себе устройство общества без товарно-денежных отношений было выше ее сил. Эвелина с удивлением отметила, что мысли об отце и верхнем мире не причиняют ей боль.
   Как и обещал, Владыка бездн зашел за ней ровно через четверть эола. Не доходя нескольких шагов, он остановился и принялся внимательно изучать Эвелину. Затем, видимо, увидев что-то понятное ему одному, одобрительно улыбнулся.
   - И как тебе нравятся новые знания?
   - Ну, теперь я смогу более или менее ориентироваться в вашем обществе, только половину из того, что вы поместили мне в голову, я все равно не понимаю.
   - Да, чего-то вроде этого я и ожидал. Видишь ли... оглянись.
   Девушка послушно огляделась - голубой зал был пуст, все те же кресла, вдоль стен все те же полки, уставленные всевозможными друзами и кристаллами.
   - Все, что ты видишь вокруг - это кристаллы памяти. Эвелина тут же вспомнила, что то, что с ней только что проделали - не являлось чем-то сверхъестественным, все молодые латориане усваивали новые знания подобным образом. Различие состояло лишь в том, что впадать в "учебный транс" они умели самостоятельно.
   - Память, кстати, не находится в голове - не понимаю, почему ты так решила, память большинства существ нашего мира находится во всех мышцах тела, но это не важно, просто к слову пришлось. Так вот, при помощи этих кристаллов можно легко вложить в тебя любой объем знаний, но ведь не все можно запомнить, некоторые вещи можно только понять... и этих веще слишком много, чтобы можно было полагаться только на кристаллы. Именно для этого у нас и существуют наставники. Они призваны объяснять необъяснимое.
   Эвелина некоторое время смотрела в хищные желтые глаза, затем спросила
   - а я очень неуважительно к тебе все это время обращаюсь, да? Ведь ты Латориан, да еще и с глубоким поклоном.
   Монстр усмехнулся, но затем серьезно произнес
   - а тебе теперь уже нельзя ко мне так обращаться. Никаких поклонов, ясно? С тобой только на равных.
   Эвелина уже почти открыла рот для следующего вопроса, но тут в зал быстро вошли (теперь уже Эвелина знала это точно) Харит, глава клана хранителей власти и Ротар, глава клана воинов хисшак. Они оба были сильно взволнованы, хотя старались не подавать вида. Покосившись на девушку, Ротар безмолвно уставился на Латориана, а Харит поклонился, сказал всего одно слово: "Повелитель..." и многозначительно замолчал.
   - О как же они не вовремя! Черная Литар! Ну почему именно сейчас?! Латориан вихрем пронесся по комнате и остановился напротив глав кланов, его хвост несколько раз зло дернулся - Ненавижу...
   Монстр посмотрел на девушку и осекся. - хорошо, мы выдвигаемся немедленно. Вы идите, я вас сейчас догоню.
   Красноглазый и черноглазый монстры понятливо склонили головы и вышли, Эвелина же стояла, удивленно хлопая глазами. - у вас какие-то неприятности?
   - ничего непоправимого, но мне нужно будет отлучиться на какое-то время.
   - Надолго? - девушка вдруг представила, что она будет делать здесь одна, среди незнакомых монстров, часть из которых относились к ней весьма враждебно.
   - Еще не знаю, - монстр посмотрел в глаза девушке и, видимо, прочитал там все ее мысли, так как тут же добавил:
   - Пойдем, я отведу тебя к Лиссе, она ведь тебе понравилась, правда?
   Ты можешь побыть у нее, пока я не вернусь. И не дожидаясь ответа, он подхватил ее на руки и почти бегом двинулся по коридорам. В мельтешении голубых и серебряных стен Эвелину успела посетить всего одна мысль: наверное, у них произошло нечто поистине ужасное, чтобы повелитель носился по коридорам своего города, как сумасшедший. А потом Латориан бережно опустил девушку перед ступенями, ведущими вниз к входу - арке с красивой занавесью из белых ракушек, крепко взял ее за руку, и уверенно сказал.
   - поверь, тебе действительно нечего бояться. Здесь никто (слово никто он произнес с нажимом) никто не причинит тебе вред.
   Затем он спустился вниз по белым ступеням и прошелестел : Лисса.
   Прошла минута, прежде чем морская чуда появилась из-за занавеси, и тут же склонилась в глубоком поклоне : мой повелитель.
   - я вынужден отлучиться, Эвелина поживет пока у тебя. - это не было вопросом.
   - да, Повелитель. - морская чуда радостно улыбнулась и, обернувшись к Эвелине, приглашающее махнула рукой, указывая куда-то за занавесь - заходи!
   Эвелина неуверенно покосилась на своего монстра, и тот подтолкнул ее в спину, - давай, мне надо сказать Лиссе еще пару слов.
   Когда Эвелина скрылась за белой аркой и оттуда донесся восхищенный вздох, Латориан усмехнулся и отошел от двери на десяток шагов. Лисса послушно следовала рядом.
   Монстр долго смотрел в светло-лиловые глаза, затем прошипел:
   - я вижу, ты испытываешь к ней искреннюю симпатию, - тон был почти обвиняющим.
   - Да, Владыка, это правда.
   Он осуждающе покачал головой, затем продолжил.
   - Развлеки ее, не дай ей скучать. Постарайся сделать так, чтобы за время моего отсутствия вы обе не попадались на глаза Латене. Незачем злить ее еще больше.
   - Хорошо, Повелитель, - Лисса понятливо закивала.
   - Отвечай на ее вопросы, но помни о том, - голос Повелителя бездны стал угрожающим, - что есть вещи, которых вам нельзя касаться в разговоре.
   - Да, Повелитель. А если она спросит...
   - Лисса!
   - Да, Господин, я все поняла.
   - Я надеюсь на это. Не позволяй своей симпатии говорить ей лишнее.
   - Конечно.
   Латориан еще какое-то время постоял, пристально глядя в глаза морской чуде, затем кивнул, развернулся и помчался к выходу из секции.
   - Удачи, Латориан, - прошептала Лисса в спину Повелителю и скрылась за белыми ракушками.
   Внутри жилища Лиссы Эвелина замерла, открыв рот и даже забыв дышать. Огромный зал был искристо-белым, ослепительным. То здесь, то там стояли столы, скамеечки, плетеные кресла. В углу у самой стены стояло ложе, застеленное голубым шелком. Все это сознание девушки отметило мимоходом, сама же она стояла, уставившись в огромные, от пола до самого сводчатого потолка окна. За окнами были белопарусные суда, соревнующиеся по скорости с пенными барашками, пустой желтый пляж с соломенными зонтиками и бамбуковыми шезлонгами и корягой, выброшенной на берег. По безлюдному причалу важно расхаживали чайки. А в небе, из-за пушистых белых облаков выглядывало недосягаемое солнце. Эвелина долго-долго, не отрываясь, смотрела на это великолепие, прежде чем заметила, что корабли не движутся с места, что ветер не шевелит края зонтов, и что чайка замерла на одной ноге. Девушка быстро пересекла зал и коснулась ладонями одного из кораблей. Глаза ласкали мастерски прорисованные снасти, а пальцы гладили шершавую поверхность стены. Но, даже приподнявшись на цыпочки, ей не удалось достать до краешка солнца.
   - Тебе нравится? - Лисса вошла совершенно бесшумно и застала Эвелину в попытке пригладить растрепанные перья одной из чаек.
   - Ты просто гениальна, - честно ответила девушка. Она подняла голову вверх - купол - потолок был превращен в небо - с облаками и чайками, и вздохнула - разочарования и восхищения в ее вздохе было ровно пополам. - это все... они же почти живые.
   - Я почти гениальна. Гениальной стану тогда, когда мои картины будут создавать иллюзию движения.
   Эвелина подошла к Лиссе и обличительно ткнула в нее пальцем:
   - У тебя глаза сиреневые.
   Морская чуда поощрительно улыбнулась.
   - А гребень серебряный! Такого же не бывает. У меня, конечно, еще не все в голове уложилось, но я точно помню, что глаза и гребни у вас являются показателем принадлежности к клану. И зависит это не от наследственности, а только от личной склонности. У воина и целителя может родиться малыш из клана хранителей мудрости. Ни о каких смешанных способностях в вашей истории не упоминалось.
   - А я уникум, Эвелина. Единственная и неповторимая. Но слишком молода, а потому просто еще не успела попасть в историю, - Лисса усмехнулась и улыбка ее стала грустной. Но тут же хитро подмигнула. - Пойдем, Латориан разрешил мне отвечать на твои вопросы, и мы вполне можем выбрать себе уголок и немного пошептаться. Улыбка Лиссы была на редкость приятной, золотистые кудряшки смотрелись весьма забавно, а сиреневые глаза были полны тепла и просто светились изнутри. А в ее жилище царила совершенно особенная атмосфера легкости и беззаботного веселья.
   - Лина... ты не против, если я немного сокращу твое имя? Давай руку. Вот. И садись сюда, нет, спиной к окну, успеешь еще насмотреться. Лицом ко мне. Ты ведь не против, если я тебя немножечко нарисую? Нет? Ну и прекрасно. Нет, позировать не надо, ничего такого. А хочешь яблок? - ловким движением фокусника Лисса достала из- под кровати корзину яблок. На ошарашенный взгляд Эвелины пояснила: наши обычно не слишком-то любят пищу с суши. Ну, просто людей у нас не любят совсем, поэтому всех раздражает малейшее упоминание о суше. А я вот такой любитель..ээ.. экзотики, мне нравится суша, и поверхность моря...но я верши, художник, а верши многое сходит с рук. Мы просто обязаны быть странными. Вот, а людей, конечно, я рисовать не стала. Чтоб не злить Повелителя, ну и просто, по-моему, пустынные пляжи смотрятся романтичнее. А ты любишь яблоки?
   Лисса замолчала и выжидающе уставилась на девушку. Та улыбнулась в ответ
   - Люблю. И яблоки, и пустынные пляжи. А скажи мне, ты все-таки творец прекрасного или хранитель времени? И еще, если ты рис-тен-ашш, то расскажи, от кого? (или где?) а главное - как? вы все- таки храните это самое время. А то вложить-то мне в голову что-то вложили, но все равно ничего не понятно.
   - Правда? Хотя, я думаю! Ты же с суши. Как вы там вообще живете? Хотя, неважно. Смотри. У нас личные склонности родившейся сущности совершенно однозначны и ярко проявляются внешне. И это индивидуально, то есть не передается по наследству. У вас ведь тоже мама может быть учителем, пама - портным, а ребенок возьмет да и выберет карьеру военного.
   - Ну да. Но ведь профессию можно сто раз поменять!
   - У вас - да. Но каждый латорианин рождается с определенной склонностью, способностями, а главное - желанием работать в определенном направлении. И это проявляется даже во внешности.
   - Кстати о внешности...
   - Никто не знает, почему я родилась такой. Я единственная в своем роде. Детей со смешанными склонностями в моей расе не рождалось никогда. Когда-то давно Эртилай, глава клана хираат - хранителей мудрости, объяснил мне, что цвет гребня определяется основной склонностью сущности, цвет глаз - ее способностями. Чем старше становится существо, чем больше оно совершенствует свои способности, тем ярче и насыщеннее становятся цвета его окраски. Вот примерно так.
   - То есть ты - творец прекрасного со способностями хранителя времени?
   - Именно. Но, поскольку основа сущности, ее основные склонности - это гребень, я принята в клан верши, и принадлежу ему.
   Все время, пока она говорила, Лисса внимательно разглядывала девушку. А сейчас установила мольберт и принялась смешивать краски.
   - Хочешь чего-нибудь выпить? Или съесть?
   - Очень. Я с позавчерашнего вечера ничего не ела. Вчера утром только пила кофе. Только... Эвелина замялась, не зная, как бы потактичней это сказать. - я ведь не знаю, что вы едите. Это ведь не сырая рыба?
   Лисса звонко расхохоталась
   - Конечно, нет. Ты решила, я дам тебе сырую рыбу на первое и водоросли на второе?
   Эвелина с сомнением кивнула.
   - Нет, что ты! Мы и правда не едим продуктов с суши, но только потому, что все необходимое выращиваем сами. У нас есть все, и даже много больше. И лучше, разумеется. Лисса показала язык и смешно наморщила нос. Пошли. Морская чуда подошла к стене, в левом углу которой была арка, ведущая в ванную, и хлопнула по ней ладонью. Часть стены послушно отползла в сторону, и морская чуда исчезла в соседнем помещении.
   - Ого! - восхищенно прошептала Эвелина. - здорово. И поспешила за Лиссой - а вдруг закроется.
   Помещение оказалось гибридом кухни, склада и зимнего сада. Как и во всех местных комнатах, было невозможно установить источник света - он лился отовсюду. На довольно- таки большом пустом пространстве стояло несколько столов, стульев, целая пирамида из больших кубических ящиков, все остальное место занимал зимний сад, напоминающий настоящие джунгли, и полностью скрывающий противоположную стену.
   - Вот это кухня! - Эвелина рассмеялась. - а у меня есть такая?
   - Конечно! Все жилые помещения устроены одинаково. Только украшают их хозяева, каждый - на свой манер, планировку же комнат меняют редко. Так что, захочешь есть - хлопни ладонью посередине стены на уровне груди - и сможешь себе чего-нибудь приготовить. Возможно. Лисса захихикала.
   - Ты чего?
   - Ничего. А ты вообще себе еду хоть раз готовила, губернаторская дочка?
   - Конечно. Ну, я, конечно, могла бы этого не делать, но я люблю готовить.
   - Это хорошо - очень серьезно произнесла Лисса. Я вообще не понимаю, почему ваши богатые люди доверяют такое ответственное дело, как приготовление еды, другим людям.
   И ладно бы любящим их родственникам! Но слугам, которые чаще всего терпеть не могут своих нанимателей!
   Эвелина только пожала плечами, ей совсем не хотелось объяснять морской чуде вещи, которые она и сама не очень-то понимала. Она встала и принялась рассматривать кухню.
   Все столы были круглыми, на одном из них, в центре, на пару сантиметров над столешницей поднимался круг поменьше, на нем с едва заметным шелестящим звуком горело три ярко-синие горелки.
   - А как они включаются?
   - Никак. Они горят всегда.
   Эвелина провела ладонью над огнем - красота.
   Лисса тем временем что-то уже резала на другом столе. Приглядевшись, девушка вздохнула с облегчением - какие-то овощи.
   - Вон там возьми казан, - чуда махнула в сторону пирамиды из ящиков. Оказалось, это некое подобие кухонного шкафа, в котором сверху была посуда для еды, чуть ниже - для приготовления еды и в самом низу - какие-то продукты.
   - Нашла? Молодец, ставь на маленький огонь, теперь вот в этом - еще один взмах руки, - бери кувшин с маслом. Наливай. Да смелее, много не будет. Теперь на, высыпь в казан и стой рядом, будешь помешивать.
   Эвелина послушно выполняла все указания, не забывая разглядывать, трогать и нюхать каждый предмет, попадавший в поле ее зрения. Все без исключения было ново и необычно. Все манило формой и цветом, кружило голову новизной, и особенно - запахами. Запахи здесь были совершенно сумасшедшими. Минут через сорок, когда некое блюдо (по словам Лиссы) было уже готово и снято с огня, Эвелине было велено выбрать себе посуду и садиться за стол. Эвелина выбрала себе темно-коричневую тарелку из обожженной глины и такую же кружку. Вилок здесь не было. Были среднего размера ложки из какого-то металла и красно - оранжевые деревянные палочки. Девушка поколебалась, но взяла и то и другое. Еда была фантастически вкусной, кофе не было, что-то похожее то ли на травяной чай, то ли на компот, пахло специями и было обжигающе-горячим. Все время Эвелина чувствовала на себе любопытный взгляд Лиссы.
   - Лисса, а ты расскажешь мне побольше про кланы? Чем занимаются шесть из них, мне более-менее понятно. Но вот хранители времени и хранители силы? Воины у вас хисшак, тогда что же хранят желто-рыжие лаштаар?
   Лисса положила руки на стол перед собой и задумчиво улыбнулась. И принялась рассказывать, тщательно подбирая слова.
   - Ну, ты, я думаю, уже поняла, что мы живем совершенно не так, как это делаете вы. Начать стоит с того, что мы, в отличие от вас - дети это мира, его неотъемлемая часть.
   Не перебивай. У вас, у людей, есть религия о каком-то далеком боге и о противостоянии каких-то мифических сил света и тьмы, - Лисса усмехнулась, но тут же стерла усмешку, - но это не важно. В вашей религии правдой является только две вещи: первая - бог есть, и вторая - у вас действительно есть бессмертная душа. У нас же души нет. Я же просила - не перебивай. Ваши представления о мире очень... - Лисса замялась... очень ограничены. Вы считаете, что есть Тиера, которая является частью вашей солнечной системы, есть космос, есть много других планет и звезд. Время ваше тоже довольно примитивно устроено: прошлое, настоящее и будущее. И все. На самом же деле, все устроено намного сложнее. Кроме так называемых планет есть миры. Ты спросишь в чем разница? В рамках одной планеты может находиться множество миров, расположенных в разном времени и пространстве. Я понимаю, тебе это сложно понять, да и я не кираат. Будет желание - попроси одного из наставников, он с радостью тебе объяснит, возможно, даже покажет. Дело не в том. Существа, подобные людям, имеют... душу. И эти существа способны жить.. да и живут... во многих мирах. У латориан же такой души нет. Мы устроены совершенно по-другому. Наши тонкие сущности - часть самой стихии, они сравнимы только с водными элементалями.
   Лисса внимательно вгляделась в Эвелину - ты хоть немножечко понимаешь?
   - Не знаю пока. Но то, что у вас нет души, кажется мне ужасным. Как же вы живете?
   - Глупая! У рыбы есть жабры и плавники, у мартышки есть хвост и цепкие пальцы, а у птицы есть крылья. Значит ли это, что рыбе жилось бы проще с обезьяньим хвостом? А рыбе - с крыльями? Душа - это всего лишь одно из множества ваших тонких тел. И она дает лишь одно - возможность жить в разных мирах. Вы рождаетесь в одном мире - взрослеете - умираете, душа покидает грубое тело и отправляется в приглянувшийся ей другой мир, где снова рождается в другом теле. Мы же живем только в одном мире - в том, в котором родились. Наша сущность - часть водной стихии, часть этого мира. Мы рождаемся, проживаем очень длинную (по вашим меркам) жизнь, развиваемся до той степени, до которой считаем нужной, и уходим обратно - сливаясь с породившей нас стихией. По большому счету, разница между людьми и латорианами заключается в том, что вы развиваетесь, проживая множество коротких жизней, каждый раз забывая себя, бесконечно начиная с начала, затем, дойдя до определенного уровня, сливаетесь с матерью-вселенной, становитесь активной, почти равной ей по возможностям, действующей частью. Мы же проходим один, но очень длинный путь, а затем сливаемся со своим миром, чтобы со временем стать одной из сил той же вселенной.
   Эвелина слушала, широко раскрыв глаза.
   - В связи с тем, что все латориане - это как бы своеобразная материализованная часть силы этого мира, мы и живем совершенно по-другому. Ближе к естественным циклам, ближе к велениям мира. Именно поэтому наше общество настолько едино в своей внутренней организации. И еще... люди бы, конечно, назвали нас колдунами или волшебниками... каждый из нас владеет той или иной гранью силы. Силы самого мира.
   Хисшак, воины, в совершенстве владеют магией разрушения; лаштаар, хранители силы
   - это живые батарейки, они способны пропускать через себя, преобразовывая по своему усмотрению, огромное количество энергии.
   Кираат, хранители знаний, способны видеть суть вещей, они суть изобретатели, ученые. Но при этом у них не хватает энергии для того, чтобы воплотить свои изобретения в жизнь. Именно поэтому лаштаар и кираат так часто работают бок о бок, они создали все предметы, которые ты видишь вокруг себя. Что до так удививших тебя хранителей времени... это один из самых малочисленных у нас кланов. Их можно назвать магами времени. Они учатся изучать и использовать временные потоки. Когда-то давно этот клан был необычайно силен. Но после определенных событий их осталось очень мало, и то в основном молодые и очень неопытные особи. Большая часть знаний рис-тен-ашш ушла вместе с гибелью взрослых членов клана. Это была невосполнимая потеря для моей расы... сейчас все члены этого клана практически не вылезают из лабораторий - бьются над секретами знаний прошлого. Они помнят все, что должны уметь, но как? - это для них загадка.
   - это поэтому Латена такая злая?
   - ну... и поэтому тоже. Ей, скажу честно, вообще очень непросто живется. Но это ладно. Ты уже решила, чем мы сегодня займемся?
   - Конечно! Я хочу побольше узнать о вашей жизни, как можно больше всего увидеть. А ты будешь моим гидом. Мне, конечно, жутко страшно выходить из твоего жилища - там вокруг бродит куча твоих сородичей, и как минимум, половина смотрит на меня так, будто готовы съесть живьем, без соли и перца. Но при этом здесь так нечеловечески красиво, и столько интересного и необъяснимого... пока необъяснимого... что я готова надеть на свой страх жесткий ошейник. А по возможности еще и намордник. Ты ведь покажешь мне ваш город, Лисса?
   Лиса посмотрела на девушку как-то странно, но ответила уверенно, без тени сомнения:
   - Конечно, покажу!
   - Тогда пойдем?
   И они пошли. Аластар - столица подводного царства латориан - действительно поражала воображение. И это отнюдь не преувеличение, гигантский многоярусный пещерный город был воистину прекрасен. Он был похож на дворец, архитектор которого презирал углы - повсюду были только плавные, мягкие, скругленные линии: высоченные потолки - как купола, дверные проемы - только в форме арок, ступени, и те не имели углов, что уж говорить о перилах, колоннах. Цвета этого города - всевозможные оттенки белого, голубого, искристо-серого невероятным образом успокаивали, обещали, что все наладится, все будет хорошо... долго-долго... всегда. В этом городе потрясало все - даже стены, камень которых был полупрозрачным, дымчатым и таил в себе глубину.
   Лисса наслаждалась искренним восхищением своей гостьи, ее детской непосредственностью манер, ее восторженностью и доброжелательностью. На протяжении веков наблюдая за людьми, юная верши уже привыкла к тому, что люди либо глупы, либо заносчивы и надменны, либо напуганы... либо все сразу. Люди порочны - так считали латориане, и Лисса не была исключением. Но, как и все верши, она обладала широтой и гибким мышлением, и успела найти положительную черту в людях, правда, всего одну. И этой чертой были человеческие дети. Они были чисты и открыты, они искренне улыбались и искренне плакали, и даже, когда они лгали - они делали это из каких-то вполне искренних побуждений. Лиссе были симпатичны их мордашки, и она часто их рисовала... правда для того, чтобы тут же уничтожить эти холсты - никто в Аластаре не понял бы ее пристрастий. Людей здесь просто ненавидели.
   И сейчас, гуляя по ярусам Аластара, Лисса видела перед собой ребенка, глядящего на мир широко открытыми глазами. А юная верши смотрела на этого ребенка и была готова поблагодарить то человеческое существо, которое заставило Повелителя бросить все и умчаться на сушу, решать очередную проблему. Ведь для верши нет ничего лучше, чем новый источник вдохновения.
   Аластар состоял из девяти уровней. Восемь из них отводилось под нужды восьми кланов, девятый был общим, впрочем, деление это было весьма условным. Поскольку семьи чаще всего состояли из членов разных кланов, то все селились, кому где больше нравилось, и уровни разделяли лишь по тому, лаборатории какого клана на них расположены. И только Повелитель бездны, являясь последним представителем своего клана, один занимал целый уровень. Это, кстати, был единственный уровень, вход на который простым членам клана был строго запрещен. Об этом в самом начале экскурсии и предупредила Эвелину Лисса.
   Начать решили снизу - с общего уровня. Помня о распоряжении Повелителя, Лисса твердо решила избегать тех мест, где обычно бывает Латена. И даже тех мест, где она могла бы находиться. Но, как назло, стоило девушкам начать спускаться вниз, как навстречу им из-за поворота лестницы выскользнула глава клана рис-тен-ашш, повелителей времени. Эвелина улыбнулась, встретив знакомое лицо, затем новая память подбросила ей сюрприз: неожиданно для себя девушка склонила голову и прошипела: "Приветствую Вас, атасити!" кто при этом удивился больше неизвестно, Латена, вздрогнувшая всем телом и отпрянувшая назад или Эвелина, чье тело действовало без ведома ее же сознания. Лисса усмехнулась про себя, но повторила движение и фразу - глав кланов было принято приветствовать именно так. Дальше по протоколу главе клана надлежало благосклонно улыбнуться и произнести: приветствую, латориане, но по очевидным причинам, Латена только кивнула, бросила оценивающий взгляд на Эвелину и поспешила наверх. Лисса же вздохнула с облегчением.
   - Такая красивая! Она меня не любит, да? - Девушка посмотрела на морскую чуду с недоумением.
   - Нет, что ты.
   - Ну я же чувствую. К тому же, сегодня утром на совете Латориан, похоже, поругался с ней из- за меня, я, правда, тогда ничего не понимала, но было очень похоже на то.
   Лисса искренне рассмеялась.
   - Что ты! Латориан в принципе не может ни с кем поругаться. Его отношения с остальными сводятся примерно к следующему: он приказывает, остальные - выполняют. Ему частенько высказывают свое несогласие, но это ничего не меняет. Латориан в нашей жизни - это все.
   Они, наконец, спустились на нижний уровень. В отличие от остальных уровней, с длинными, ветвистыми коридорами и залами-комнатами, расположенными по обе стороны, этот уровень состоял всего из нескольких смежных залов. Залы были поистине огромны и соединялись между собой небольшими арками. Стены и колонны первого зала были молочно синими, прямо из пола то тут, то там росли скульптуры под цвет стен, очевидно, творения какого-то гениального верши.
   - Лисса, я, вроде, кое-что о вас уже узнала, но никак не могу понять этой фанатичной преданности Латориану. На суше я нигде не видела такого благоговения людей перед своим правителем.
   - Люди! - морская чуда фыркнула, затем покосилась на девушку и с трудом подавила гневное восклицание. Вздохнула.
   - Эвелина. Помнишь, я рассказывала тебе о том, что мы, латориане, являемся детьми этого мира. И все наши кланы - это семь взаимосвязанных граней одной стихии. Эти грани не могут противоречить друг другу, они созданы каждый с определенной целью, ни один из них не главней другого, но эти семь кланов - это просто народ, живущий в глубинах моря. Ты видишь, мы тоже дышим воздухом, имеем (хоть и сильнее твоего) такие хрупкие тела. Мы песчинки в теле великого океана. Но Клан ашотри - короли бездны, ее душа, ее сила. Этот клан создан для того, чтобы связывать Пучину с ее детьми. Выживание всех семи кланов целиком и полностью зависит от ашотри. И (скоро ты увидишь сама) это не просто слова. Каждый ашотри в состоянии поддерживать жизнь целого города. Когда -то давно первый ашотри сумел разбудить наш первый город. Разбудить, приручить, вырастить, изменить по своему желанию...
   - Погоди, Лисса. Ты хочешь сказать, что все это, - Эвелина обвела рукой окружавший их зал, - все это - живое существо?
   - А ты разве сама еще этого не почувствовала?
   - Не знаю даже... - Эвелина прошла вглубь зала, всматриваясь в скульптуры, а затем сквозь невысокую арку вошла в следующий. - Не знаю. Я думала, мне это только кажется.
   - А что именно тебе кажется? - Эвелина была слишком занята своими мыслями и не заметила, что Лисса остановилась и смотрит на нее, затаив дыхание.
   - Мне кажется, что все это - девушка подошла к полупрозрачному дымчато-синему камню и приложила к нему маленькие смуглые ладошки, - кажется, что это и не камень вовсе, а вода, притворившаяся камнем... может, все дело, в прозрачности этих стен... а может, в том, что они такие нежные, гладкие и при этом волнистые на ощупь. - Эвелина беспомощно улыбнулась, - я понимаю, звучит смешно, но я не знаю, как точнее описать свои ощущения, все эти слова как-то не подходят для правильной передачи моих чувств.
   Эвелина нежно улыбнулась и погладила стену - та и правда была весьма необычной на ощупь. Впрочем, как и все местные стены. Стена была настолько приятной на ощупь, что убирать от нее ладони девушке не хотелось вовсе, но тут она заметила, что посреди этого зала от пола до самого потолка росли массивные колонны, и решила рассмотреть их поближе. Колонн было девять, гладкие, идеально цилиндрической формы, каждая - в несколько обхватов шириной. Каждая колонна отстояла от следующей на добрую сотню метров и все вместе они образовывали идеально ровный круг. Эвелина подошла к ближайшей и умиленно погладила и ее. Ты знаешь, Лисса, я, конечно, видела пока только малую часть Аластара, но уже просто влюбилась в ваш город. Ничего более необычного мне просто не встречалось! Девушка счастливо улыбнулась и вдруг заметила, что колонна под ее ладонями начала слабо светиться, камень из темно-синего постепенно становился молочно-голубым. Свет был белым, очень мягким и теплым, это напомнило Эвелине водяную колонну со смешной рыбкой. - Ой, как здорово! - Эвелина погладила колонну еще, и колонна поменяла цвет на искристо-белый, ее свечение стало ярче.
   Девушка засмеялась. - Ты видишь? Они даже светятся. Конечно, я верю, что этот камень живой. Лисса, а у вас все камни так светятся? - Эвелина не спешила оборачиваться, продолжая поглаживать колонну, поэтому не увидела бури чувств, отразившихся на симпатичном личике юной верши. Там были и обожание, удивление, и испуг, и даже жалость. Но больше всего, конечно, восторга. Лисса прижала перепончатую ладонь к груди, вздохнула. Сейчас она уже не была так рада, внезапному уходу Латориана. Только он знает, как нужно вести себя с Hurum Atinem, чтобы все было правильно. Только он мог обуздать ее, направить ее мысли в нужную сторону. Но сейчас, глядя как оживают стены родного города под пальцами человеческой девушки, Лисса решила, что ничего не будет, если они еще немного погуляют. Эвелина хочет развлекаться, и она, Лисса, сумеет ее чем-нибудь развлечь. Главное, суметь ответить на все вопросы, не нарушая приказа Латориана, и при этом не лгать.
   Лисса ласково улыбнулась этой маленькой человечке, сумевшей вызвать в ней столько эмоций и ответила:
   - Да, Эвелина, это одно из свойств этого камня. И ты совершенно верно заметила, что это, скорее, не камень, а вода, принявшая его свойства. Пойдем, в общих залах нет больше ничего интересного, кроме пустоты, колонн и нескольких статуй.
   Лисса взяла девушку за руку и потянула ее к следующей арке. На выходе же тайком оглянулась, чтобы увидеть, как все девять колонн побелели и сияют от пола до потолка.
   В следующем зале (он оказался последним - на этом уровне было всего три зала) возле одной из скульптур, украшающих основание лестницы, стояли два юных латорианина из клана кираат и о чем-то оживленно беседовали. Возраст латориан, весьма приблизительно, но все же, Эвелина определять уже научилась: светлые оттенки цвета глаз и гребней у молодых особей до тысячи лет, более темные - у взрослых особей от тысячи до трех и густые, насыщенные тона, которыми могли похвастаться лишь старейшины кланов, о чьем возрасте молчала даже новая память девушки. Завидев человека в сопровождении морской чуды, латориане мгновенно смолкли и отвесили глубокий поклон. Насколько Эвелина помнила, поклон такой глубины полагался только самому Латориану. Она вежливо кивнула в ответ и почти пожалела о том, что решилась на эту прогулку - внимания такой интенсивности к своей персоне она не испытывала давно, причем было непонятно, рассматривают ли ее как новый деликатес, либо как новую обезьянку в провинциальном зоопарке. Когда первый лестничный пролет был пройден, она прислонилась спиной к стене и с облегчением перевела дух.
   - Боже, Лисса, как они смотрят. Это просто кошмар. Я чувствую себя просто монстром каким-то. А почему они так низко поклонились?
   - Они просто растерялись. Не ожидали никого увидеть в общих залах.
   - А, кстати, почему в общих залах так пусто? Я как-то по-другому все представляла. Сейчас ведь, должно быть, уже вечер... я думала, там все собираются и... как-то развлекаются.
   Лисса только хмыкнула. Укоризненно покачала головой, а затем пояснила.
   - Нет, конечно, нет. Я знаю, как это обычно происходит у людей. По-моему, это ужасно.
   У нас, видишь ли, при четкой структуре общества... все... как бы это правильно сказать? У нас все жуткие индивидуалисты. Свободное время каждый предпочитает проводить с семьей и близкими друзьями. Ты же видела наши дома? Там достаточно места, чтобы вместить хоть дюжину гостей. Общие залы нужны только для определенных важных... ээ... ритуалов, когда собираются все вместе, но это бывает редко. Это во-первых. А во-вторых, сейчас все по лабораториям, кто учится, кто экспериментирует... рабочее время в разгаре.
   - Оо... - Эвелина задумчиво покивала, она вспомнила, что латориане не были привязаны к солнечным суткам, их собственный "суточный цикл" занимал примерно двое с половиной обычных суток. - А.. Лисс, скажи, а чем они все в своих лабораториях занимаются?
   - А вот мы сейчас пойдем и посмотрим! Или боишься?
   - Боюсь, конечно, но мы все равно посмотрим, ладно? А можно?
   - Ну, думаю, не во все, но в большую часть нас точно пустят. К тому же, Латориан разрешил тебе здесь все показать. Сейчас мы поднимаемся на уровень лаштаар. Там находятся лаборатории самых разных... как у вас их называют, научных исследований.
   Разумеется, Эвелине было очень интересно, но при этом ей приходилось буквально заставлять себя идти вперед, в то время как больше всего ей хотелось забиться в темный угол и не выходить оттуда до ночи. На этаже хранителей силы было очень оживленно. По коридорам туда-сюда ходили, переговариваясь, довольно большое количество юных монстриков. Из них приблизительно половина принадлежала клану Лаштаар, остальные были кираат.
   При появлении Эвелины все замолкали и начинали ее усиленно разглядывать. Причем все делали это по-разному: часть делала это в открытую, другие же сперва усиленно делали вид, что ничего особенного не происходит, а затем прожигали дырки в ее спине. "Нда, если б взглядом можно было убить, то я, наверное, уже давно была бы мертва" - так думала Эвелина и сильно заблуждалась. Лисса же тактично не стала просвещать девушку, что представители всех восьми кланов в действительности могли запросто убить взглядом. К тому же, на самом деле неприязненных взглядов было не так уж и много, намного больше просто любопытных. Другое дело, что испытывать на себе пристальный и очень внимательный взгляд около полусотни пар огромных, с вертикальными зрачками глаз - нелегкое испытание для простого человека. И Лисса с удовольствием отметила, что с этим испытанием Эвелина вполне справляется - спину держит прямо, кивает вежливо, а сама - ну просто светится от любопытства, и все время вертит головой, ну где же они, лаборатории?
   Первая же увиденная лаборатория Эвелину разочаровала: огромное пустое помещение, стены бледно-голубые вдоль стен пару пустых кресел. В центре сгрудились пятнадцать существ, преимущественно обладатели оранжевых гребней. Стоят и спорят на повышенных тонах, размахивая руками, некоторые нервно подергивают хвостами. При появлении девушек все как один дружно повернулись и принялись было прожигать дырки, но кто-то умный рявкнул: не отвлекаться! и группа тут же продолжила обсуждение, быстро забыв про непрошенных гостей. Эвелина уже решила уходить, когда обсуждения вдруг закончились. Один из оранжевых гребней, старший, судя по насыщенности цвета, произнес, обращаясь к синему: "ладно, хорошо! Я разрешу испробовать это безумие, но не на своей территории. Кому там из ваших сейчас не помешало бы немного энергии?"
   - Гельгейму. У них как раз полным ходом должно идти создание глубоководного элангиса нового типа. Но там сейчас находится Эйнар...
   - Сам Эйнар?
   - Да, рис-тен-ашш предсказывают новое пробуждение, поэтому Латориан приказал подготовить десяток глубоководных элангисов.
   - О, Бездна! А какова вероятность?
   - Процентов пятьдесят через две луны, процентов семьдесят - через одну.
   - Кракен!
   - Да ладно, справимся, как обычно.
   - Нда... но тогда вопрос переброски становится еще актуальнее! Рам, попроси-ка Эйнара присоединиться к нам.
   Совсем юный солнечноволосый Рам выбежал из лаборатории, а Эвелина зашептала Лиссе
   - Лисс, ты что-нибудь понимаешь?
   - Да, конечно. И я все тебе объясню, только немного позже. Интересно посмотреть, что у них выйдет.
   В зал вбежал Рам, за ним мягко вошел Эйнар. Оглядел лабораторию, изящно поклонился девушкам, затем подошел к группе, все члены которой тут же почтительно поклонились.
   - Переброска?
   - Да, атасити.
   Эвелина сразу вспомнила этого монстра, он присутствовал утром на совете. Его глаза имели цвет расплавленной лавы, а гребень был терракотовым. Глава клана лаштаар щелкнул хвостом по каменному полу и зубасто улыбнулся: "что ж, посмотрим. Начинайте, а я прикрою наших гостий". Все снова поклонились, а Эйнар подошел к девушкам и мягко улыбнулся Эвелине.
   - Лисса уже рассказала тебе что-нибудь о том, чем сейчас занимаются эти лаштаар?
   - Нет, атасити, - девушка слегка наклонила голову, на что Эйнар одобрительно кивнул, - она как раз собиралась это сделать.
   - Ну, хорошо, надеюсь, вы обе не против, если это сделаю я. Все равно некоторое время у них уйдет на подготовку, и смотреть будет не на что.
   Он встал таким образом, чтобы вести беседу, и при этом не выпускать из виду группу лаштаар, которые тем временем встали в круг, взялись за руки и закрыли глаза.
   - Что они делают?
   - Готовятся к переброске. Ты же знаешь уже о том, что все лаштаар являются проводниками и преобразователями энергии, поэтому без нас невозможно ни одно серьезное действие латориан, будь то создание элангиса или перепланировка комнаты. Наш клан достаточно многочисленен, но все равно мы не можем находиться повсюду одновременно. Раньше существовали камни-накопители, но после событий черного века, латориане лишились многих своих знаний, в том числе и технологии создания этих камней. И вот сейчас Рам с Неридом будут пытаться провести переброску энергии на расстояние.
   Солнечноволосый Рам возмутился:
   - Почему это пытаться? Вы в нас не верите, атасити?
   Эйнар ехидно усмехнулся.
   - Верю, верю. Но теория Нерида о личной привязке на субъект кажется мне весьма правдоподобной, так что... вы уже готовы?
   - Да! - в голосе Рама звенели азартные нотки.
   Нереид подошел к Раму и взял того за предплечье. Все сделали несколько шагов в сторону, Эйнар - два шага вперед, загородив собой девушек. Эвелина встала на цыпочки и увидела- таки, как Рам резко взмахнул свободной рукой, как воздух вокруг него заколебался... и все застыли в ожидании непонятно чего. А затем где-то прозвучало отчетливое БУМ! И наступила абсолютная тишина. Эйнар опомнился первым:
   - Ну, молодые люди, могу вас поздравить, собственно переброска определенно удалась. Но вы двое лучше бегом отсюда, и спрячьтесь где-нибудь до конца дня. Юные монстрики понятливо переглянулись и припустили прочь. Остальные настороженно замерли. Спустя минуту в лабораторию ворвался разъяренный Эртилай. Синие глазищи метали громы и молнии. Лисса переглянулась с Эйнаром, схватила Эвелину за руку и вытащила из лаборатории. Та удивленно хлопала глазами, но бежала быстро: Эртилай, показавшийся ей утром таким милым, сейчас выглядел просто ужасающе. Забежав за поворот коридора, морская чуда принялась хохотать.
   - Лисса! Да объясни ж ты мне, наконец, что у вас здесь происходит.
   - У нас тут.... Ой, не могу! Ничего такого особенного, обычный дурдом у нас происходит.
   - А поточней можно?
   - Пойдем на уровень кираат, посмотрим, что у них все-таки получилось, - Лисса хихикнула. - Пока будем идти - объясню.
   Верши взяла девушку за руку и поспешила к лестнице.
   - Ты ж поняла насчет переброски?
   - Ну, наверное. Те двое пытались перебросить энергию на расстояние.
   - Ну да! Только... видишь ли, обычно, когда лаштаар помогают творить, они находятся рядом и вливают в процесс необходимое количество энергии.
   - А сейчас?
   - А сейчас они просто взяли и перебросили энергию в лабораторию, в которой кираат работали над созданием элангиса, в робкой надежде на то, что энергия сама приложится к нужному месту... судя по всему, кого-то там крепко приложило.
   Эвелина вспомнила перекошенное лицо Эртилая.
   - Вот это они дают! А они не побоялись убить кого-нибудь?
   - Уби-ить? Эвелина, ну что ты! Латорианина не так просто убить, уж поверь мне.
   На уровне кираат было шумно: монстрики шустро бегали туда-сюда по коридорам, напротив одной из дверей собралась целая толпа - все вполголоса обсуждали происшествие. Все, что удалось расслышать Эвелине, было "вот это да!" и "ну надо же!". Протолкавшись ко входу, девушки успели увидеть зал, усеянный прозрачными осколками и трех кираат у дальней стены, когда услышали за спиной знакомый голос:
   - Экспериментаторы, Кракена им под хвост! А ты знаешь, что Латориан ждет десять глубоководников уже до конца этой луны? А у нас еще не отработана система забора и транспортировки! И прозрачность по-прежнему оставляет желать лучшего.
   Эртилай встал на пороге разгромленной лаборатории, развел ладони в стороны, а затем с силой их сомкнул и два раза хлопнул. Осколки послушно сползлись в одну кучу и... исчезли.
   - Не переживай брат, - Эйнар положил руку ему на плечо, - сейчас разгоним всех, сядем и найдем причину просчетов. Улучшим прозрачность, и скорость заодно подправим... - огненноглазый глава клана лаштаар бросил через плечо укоризненный взгляд и девушки поспешили исчезнуть.
   - А что, Эртилай и правда его брат? -спросила Эвелина, когда они спускались обратно на этаж хранителей силы (девушка изъявила желание продолжить экскурсию с того же места).
   - Да, они дети одних родителей.
   - Это так необычно. У нас дети из одной семьи обычно хоть как-то похожи друг на друга.
   - А они и похожи. Если ты присмотришься, ты легко это заметишь. Ты, наверное, просто еще не привыкла обращать внимание на что-нибудь, кроме цвета глаз и гребней, - Лисса рассмеялась.
   - Да, наверное, ты права, - Эвелина тоже улыбнулась, - Слушай, Эртилай что-то говорил о черном веке. Расскажешь мне, что это такое?
   Лисса поморщилась
   - Э... ты знаешь, мне не хотелось бы сейчас об этом говорить. Вот Латориан вернется, устроит тебе пару занятий по истории, сама все и узнаешь.
   - Да? А он скоро вернется? Ну а что такое пробуждение, о котором говорили в лаборатории? Или об этом ты тоже не хочешь говорить?
   - Ох, Лина, сколько вопросов!
   - А сколько их еще будет!
   - Ну, видишь ли... тема пробуждения очень тесно связана с темой событий черного века. В общем, чуть больше шести тысяч лет назад, в нашем мире случилась настоящая катастрофа...
   - Чуть больше шести тысяч? Но история Тиеры насчитывает только пять тысяч лет.
   - Ты хочешь сказать, ваш вариант истории. Но слушай дальше. В результате этой катастрофы погибло большинство латориан, люди с суши тоже сильно пострадали...- Лисса замялась. - В попытке спасти наш мир, десяток хранителей мудрости и трое рис-тен-ашш совершили ошибку, за которую поплатились своими жизнями, так и не справившись с бедой. Спустя некоторое время, тогдашний Латориан сумел спасти остаток моей расы... и людей заодно. Но Литара, жена главы клана хранителей времени, бывшего среди тех двенадцати погибших латориан, не согласилась с решением Владыки. Она использовала петлю времени, чтобы вернуться в прошлое и спасти мужа и его группу, но... то ли напутала чего сгоряча, то ли стихия не захотела поддержать ее решение... петля времени - это очень опасное и энергоемкое заклинание, а делиться своими планами ни с кем из хранителей силы Литара не захотела. В результате, она почти умерла, но одержимость идеей спасти мужа не позволила ей слиться обратно со стихией...
   И сейчас, на глубине многих тысяч миль, в Карпакской впадине живет полубезумное и очень могущественное существо, одержимое местью всему живому. Черная Литар. Чаще всего она спит, но иногда... то ли температура воды меняется, то ли ее тревожит какое-нибудь течение, неизвестно как попадающее на такую глубину... в общем, иногда она просыпается и... в общем, это и есть та самая опасность, которую наши по привычке называют пробуждение.
   Эвелина слушала, затаив дыхание. Ей было страшно и интересно одновременно. Подумать только! Сколько всего еще может таить глубина! А ведь люди так привыкли считать себя хозяевами природы...
   - А как она выглядит, эта Черная Литар? Это кокой- нибудь страшный монстр, вроде кракхиса? С огромным количеством щупалец и все такое?
   - Она выглядит, как мутная черная вода, застоявшаяся на дне кувшина. Просто большой участок темной воды. Как будто огромный кальмар выпустил чернильное облако.
   Девушка передернула плечами. Вот это было по-настоящему жутко - выяснить, что монстр - это всего- навсего "большой участок темной воды". Может, Ирэн с ее паническим неприятием естественных водоемов, была не так уж и неправа?
   -А она... эта Литар, ест всех, кто окажется поблизости?
   - Что ты, глупая! Если бы она просто ела... - Лисса нервно рассмелась, - хотя что-то она, наверное, иногда ест. Черная Литар одержима местью, и она хочет уничтожить все живое, ни много ни мало. Не забывай, она ведь в первую очередь, могущественный маг, и уже во вторую - сумасшедшее чудовище.
   - Как мило. И как же вы с этим справляетесь?
   - Справляется с этим Латориан - он просто снова усыпляет ее, а помогают ему воины клана хисшак и, разумеется, наши хранители энергии лаштаар.
   - И ее нельзя убить?
   - В том-то и дело, что можно. Но наш Латориан категоричен в этом вопросе - чему море позволило жить - то свято. И не нам лишать жизни это существо. Каждый раз, когда она просыпается, он снова и снова пытается наладить с ней хоть какой-то контакт, и лишь когда она нападает - снова усыпляет. Это длится уже несколько тысячелетий... сдвигов пока никаких... но он все еще рассчитывает решить этот вопрос.
   Эвелина задумалась... - но ведь убить - проще.
   - Убить всегда проще.
   За остаток дня девушки успели обойти большинство лабораторий на семи уровнях. Эвелина посмотрела как учатся, работают и экспериментируют латориане, как они создают невиданные вещи, оперируя при этом невообразимыми понятиями. За день она наслушалась таких вещей, что теперь (если бы ей вдруг удалось вернуться на сушу) она получила бы возможность стать академиком с мировым именем. Больше всего девушку поразили две вещи: первой был сам принцип жизни латориан, их умение договариваться со всем живущим. Они договаривались с камнями, металлами, животными и растениями, договаривались с водой и с воздухом, это было удивительно. Если бы вдруг в их жилищах завелись мыши, их не стали бы травить или ставить мышеловки - их просто уговорили бы уйти! На фоне этой глобальной терпимости ко всему живому их ненависть к человечеству была особенно непонятной. Пять раз Эвелина пробовала разговорить Лиссу на эту тему и пять паз натыкалась на категорический отказ ее обсуждать. Последний раз морская чуда выразилась прямо: "спроси у Латориана". Мило. Только где ж он есть?
  
   Второй вещью, так сильно поразившей Эвелину, были три лаборатории на уровне вердана, хранителей власти. В этих лабораториях вдоль стен стояли полки, уставленные разнообразными кристаллами, а в центре залов висели огромные кольца из белого металла, окаймлявшие сияющие плоскости. Одну из таких плоскостей девушка видела в зале совета и ошибочно приняла за картину. На этих висящих прямо в воздухе "экранах" с обеих сторон показывали... людей! Люди разных национальностей ходили, сидели, общались, читали, занимались самой разной работой или просто спали. Вердана, наполнявшие эти лаборатории неодобрительно покосились на девушек, но ничего не сказали, продолжая свои странные наблюдения. Лисса же, как ни в чем не бывало, объяснила, что это лаборатории по наблюдению за прогрессивными людьми: учеными, политиками.
   - Мы должны быть в курсе, что творится в головах людей. - это объяснение шокировало Эвелину. Ведь все эти люди даже не подозревают, что в любой момент за ними могут наблюдать хвостатые и скалозубые монстры. Брр. Девушка решила даже не пробовать обсуждать это с Лиссой. Все равно ведь не ответит. Проще уж дождаться Латориана и узнать все у него. Если удастся, конечно. Еще какая-то мысль все время кружилась в сознании Эвелины, но не на поверхности, а в глубине. Девушка попробовала выловить ее из сумбурных впечатлений сегодняшнего дня, но мысль, почувствовав к себе пристальное внимание, взмахнула хвостом и ушла еще глубже. Пожав плечами, Эвелина еще раз посмотрела на экран с группой людей, спорящих о возможности увеличения изображения мелких объектов при помощи каких- то особых стекол. Пять человек сгрудились возле чана с водой и рассматривали трещины на дне этого чана. При чем здесь стекла, было совершенно не ясно. Лисса же, услышав вопрос, только усмехнулась, и пробормотала что-то про то, что скорее всего в ближайшем будущем у Латориана опять возникнет срочное дело.
   - Лисса! - воскликнула Эвелина, покинув, наконец, последнюю лабораторию, - Я ничего не понимаю! Я столько всего услышала за сегодня, что у меня в голове просто каша! Понять бы еще хоть что-нибудь. Я чувствую себя такой ужасающе глупой. Это кошмарное чувство, поверь мне Лисс.
   Лисса с сочувствием покосилась на человека.
   - Да брось ты! Ну, подумаешь, много непонятного. А ты что же думала, что за один только день сможешь во всем разобраться? Ты ведь чего хотела от нашей прогулки?
   - Посмотреть немного на вашу жизнь...
   - Ну и как, ты посмотрела?
   - Да. Я понимаю, что ты мне сейчас захочешь сказать. Что не стоит за день пытаться понять все, и уж тем более не стоит из-за этого расстраиваться. Но, знаешь... я так странно себя чувствую. Ваше могущество... оно подавляет. Хотя ваш взгляд на мир мне очень симпатичен. А скажи, люди...- девушка замялась, пытаясь подобрать правильное слово, для описания увиденного, - эти всякие ваши способности - это отличительная черта твоей расы, или у людей тоже есть что-нибудь в этом роде?
   Лисса улыбнулась
   - А что тебе понравилось больше всего?
   - Нуу... меня, конечно, впечатлили способности хисшак ставить огненные барьеры... замораживать... и все такое. Очень здорово было бы научиться договариваться с телом, как умеют ваши лекари - ранит. Переброска энергии тоже весьма впечатлила, - девушки посмеялись, - Проникать вглубь сути вещей так, как могут ваши кираат - этого мне хотелось бы больше всего. Научиться договариваться с огнем, чтобы он загорался там, где мне нужно, научиться договариваться с водой, чтобы она текла вверх, с камнем, чтобы он вырастал в дом... это так здорово!
   - Да, пожалуй, - Лисса внимательно посмотрела на Эвелину. - чисто теоретически, у людей много всяких возможностей... и способностей. Но они ими почему-то не пользуются. Уже вечер, ты устала, проголодалась? Хочешь отдохнуть?
   - Да, пожалуй. Но сначала я хотела бы посмотреть на водный зал. Помнишь, ты говорила, что на уровне верши есть зал со стенами-аквариумами. А то так чуднО. Вы живете под водой, а ни одной рыбы я за сегодня так и не увидела.
   - Ты хочешь посмотреть на рыб? Пойдем, конечно! Только давай завтра с утра. В водном зале сейчас слишком многие... отдыхают.
   - Да уж, косых взглядов на сегодня уже довольно, - Эвелина зябко передернула плечами, - к тому же я и правда устала... ваши дни намного длиннее наших. Утром, так утром.
   Лисса облегченно вздохнула и повела девушку к себе - кормить, поить отваром из трав (в который, пользуясь неопытностью Эвелины в использовании местных растений, рассчитывала добавить калаиле - сон траву, дарующие легкие и приятные сны), развлекать ненавязчивой беседой. Что делать с Эвелиной дальше было совершенно неясно - чем дольше отсутствовал Латориан - тем больше накапливалось вопросов у маленькой человечки, на которые Лисса не имела права давать ответы.
  
   Удивительно сладко спалось Эвелине в огромной комнате, стены которой больше всего походили на окна маяка, по потолку неслись облака и гордо парили птицы, а плетеная мебель весьма странно сочеталась со скользким голубым шелком и соломенными циновками на полу. Возможно, все это потому, что сама эта комната больше всего походила на продолжение сна, чем на привычную и понятную реальность. Так думала сама девушка, сонно приоткрыв один глаз и улыбаясь морской чуде, которая вчера вечером уступила ей свою постель, отговорившись тем, что совершенно не хочет спать и к тому же весь день только и мечтала сесть за мольберт. Сейчас Лисса все так же мычала что то довольно мелодичное и весело помахивала хвостом. Рука с зажатым в ней мелком порхает над листом бумаги, золотистые кудряшки растрепаны, длинный раздвоенный язык то и дело мелькает между зубов. Морская чуда в очередной раз почесала лиловый гребень длинным лиловым когтем, еще больше взъерошив волосы, и два раза подпрыгнула на месте. Эвелина, все это время исподтишка наблюдавшая за творческим процессом, не выдержала и хихикнула. Лисса вздрогнула и резко дернула хвостом, перевернув плетеное кресло. Мелки, лежавшие на нем, запрыгали по полу. Морская чуда приветливо улыбнулась.
   - Ну как спалось?
   - Чудесно. Ты знаешь, в твоей комнате удивительно хорошо спать. Мне всю ночь снились лодки и солнечный берег, - девушка сладко потянулась и решительно села. - А что у нас на завтрак?
   Лисса хмыкнула, побочным эффектом калаиле-травы было улучшение аппетита на несколько суток.
   - Может быть, ты захочешь сначала умыться? Моя ванная в твоем распоряжении.
   - Ой, конечно! Я вчера так устала, что не нашла в себе сил до нее доползти. А ты покажешь, что у тебя там? - Эвелина подошла к мольберту и попыталась разглядеть рисунок, но Лисса была непреклонна и оттеснила девушку
   - Да, но не раньше, чем закончу.
   - Даа? Ну хоть одним глазочком дай посмотреть!
   - Такой грязнуле? Ни за что!
   Сонно зевая, Эвелина удалилась в ванную комнату, которая превзошла все ожидания девушки. Нет, конечно, она догадывалась, что стены ванной будут разрисованы в том же стиле, что и зал, но обнаружить себя в кольце колонн на вершине знаменитого Каппского холма! Будучи в Каппе, Эвелина трижды поднималась в монументальную беседку - вид из нее был прорисован до мелочей, с одной стороны спускались к морю виноградники, с другой - великолепная панорама Каппы. Единственным отличием от оригинала было полное отсутствие людей. Полюбовавшись этим великолепием, Эвелина крикнула:
   - А ты уверена, что не гениальна? Лисс, по-моему, это шедевр!
   - Уверена! Но я рада, что тебе понравилось, - Судя по голосу, морская чуда улыбалась.
   - Еще бы мне не понравилось, - прошептала Эвелина, и спрыгнула в ванну, по форме больше похожую на затопленный амфитеатр. Вода была прозрачной и теплой, и пахла цветочными маслами.
   - Красота какая! - девушка поплескалась немного, внимательно осмотрелась, но не увидела ни мыла, ни полотенец, - Лисс, а чем у тебя тут мыться-то? И вытираться?
   Из комнаты послышался тяжелый вздох, затем в арке показалась Лисса.
   - И всему-то тебя учить. Смотри, - морская чуда подошла к одной из колонн и требовательно хлопнула по ее белому боку. Колонна послушно повернулась вокруг своей оси, оказавшись нишей с разноцветными склянками. - Таак, это для объема, тебе это не нужно, это для ухода за гребнем, тоже нет... Лин, ты какой запах больше всего любишь? У меня тут есть много разных масел с суши.
   - Нет, из того, что есть на суше, я уже все перепробовала, это не интересно. Мне бы чего-нибудь необычного.
   - Необы-ычного. Ну смотри...
  
   *************
  
   На рассвете сквозь кольцо-привратник в шлюзовый зал зашел скоростной элангис. Платиноволосый латорианин взмахнул рукой и элангис плавно растворился в воздухе, замерцав одним из камней браслета на мощном предплечье. Владыка бездны оглянулся, прислушался к своим ощущениям. Прошипел, обращаясь к спутникам:
   - Все спокойно.
   Два латорианина, сопровождавшие его, замерли на минуту, сканируя внутреннее пространство, переглянулись и хором ответили:
   - У нас тоже.
   - Хорошо.
   Один из них, черноволосый мужчина с ярко-алыми глазами, черно-бордовым гребнем и подвижным, изменчивым лицом, тряхнул своей ношей, - Куда ее?
   - Отнеси в черный зал. - Слушаюсь.
   - Ты не хочешь провести обряд прямо сейчас? - подал голос второй, молодой мужчина со светло-ореховыми прямыми волосами, совершенно черными глазами и смоляным гребнем. Полнолуние продлится еще пару эолов, и ты мог бы...
   - Не сейчас, Харит. Сейчас вопрос силы отступает на второй план, ты ведь сам все понимаешь.
   Черноглазый задумчиво кивнул, - Да, правда.
   - Мне вообще не стоит больше отлучаться в ближайшие пол-луны, так что если что еще случится, вам придется справляться вдвоем.
   - Да, Повелитель. - сопровождающие согласно склонили головы.
   На выходе из шлюзового зала, Повелитель и глава клана хранителей власти повернули налево, красноглазый гигант поклонился и свернул по направлению к лестнице. На его плече тряпичной куклой болталось тело черноволосой человеческой девушки.
  
   ******
   Нити белых ракушек бесшумно разошлись перед Латорианом и он быстро окинул взглядом комнату: кровать разобрана, одежда кучкой валяется у кровати. Самих девушек нигде не видно, но из ванной раздаются веселые голоса. "Не похоже, чтобы они здесь скучали". Повелитель подобрал с пола скрипнувший под ногой мелок, усмехнулся: "Лисса все же не удержалась" и направился к мольберту, по пути подобрав еще десять мелков, аккуратно поставил лежащее на полу креслице и уставился на рисунок. На нем Эвелина стояла, тонкими пальцами нежно касаясь одной из девяти колонн нижнего зала. Лицо ее выражало умиление и детский восторг, а тонкая фигурка казалась совсем маленькой и хрупкой на фоне огромной колонны. Одетая в легкое светлое платье, девушка белым пятнышком вырисовывалась на фоне массива темного зала и казалась жемчужиной, сверкающей в пустоте темно-синей раковины. Сравнение с жемчужиной показалось Повелителю вполне удачным, тем более, что слабое свечение вокруг сильно напоминало перламутр.
   - Таак, - протянул сердце морских глубин, внимательно посмотрел в сторону заливистого смеха и еле слышно прошептал, - Лисса.
   Почти мгновенно та появилась в комнате и поклонилась Повелителю.
   - Латориан! - и выдержав приличествую моменту паузу прошептала - Вы благополучно вернулись?
   - Все оказалось чуть серьезней, чем мы рассчитывали, но в целом... в целом, хорошо. Людишки настойчивы и упорно стремятся к познанию. Но, как обычно, снова не в том направлении. И на рассвете мне сообщили, что они опять подбираются к микроскопу...
   - Вы уже знаете? Мы тоже видели это вчера. - Лисса прикусила язык, но было уже поздно, Владыка нахмурился.
   - Вы были в лабораториях?
   - Да. Лина хотела посмотреть, чем занимаются разные кланы.
   - Лисса!
   - Вы не запрещали этого, Повелитель. Я не отвечала на скользкие вопросы, как и обещала. Но, мне кажется, вам вскоре придется сделать самому. Девушка слишком любопытна.
   Латориан перевел взгляд на набросок.
   - И в нижних залах побывали.
   Юная творительница прекрасного кивнула и затаила дыхание, но, к ее удивлению, Владыка улыбнулся.
   - Это хорошо. Ты покажешь мне это сейчас, быстро. На разговор нет времени.
   Лисса тяжело вздохнула, но послушно кивнула. Общение без слов было приоритетом ашотри, королей бездны, и вердана, хранителей власти. Им оно не доставляло никаких неудобств. Прочие же предпочитали общаться нормально - слишком уж неприятно и головокружительно было для них такое общение. Лекари ранит прекрасно чувствовали физическое и психическое состояние, а верши, творцы прекрасного, - эмоциональное, но это было совсем не то.
   Латориан взял ее за запястье и впился взглядом в глаза. Через пару секунд отпустил и одобрительно кивнул все хорошо, все правильно. Еще раз взглянул на рисунок и исчез в арке, ведущей в ванную комнату. Какое-то время Лисса постояла неподвижно, восстанавливая дыхание, затем пересчитала мелки, которые Повелитель аккуратно сложил в кресле, дернула хвостом, извлекла из стопки чистый лист, придирчиво его осмотрела и снова принялась рисовать. Морская чуда не переносила, когда ее отвлекают от любимого дела.
  
   ******
  
   Купаться в ароматной теплой воде в ванной, которой больше подошло бы название "бассейн", нравилось Эвелине невероятно. Наплававшись вволю, она стояла на ступенях этого затопленного амфитеатра, там, где вода как раз достигала груди и собиралась смывать волосы, когда тяжеленная каменная крышка от баночки с жидким мылом выскользнула из пальцев и насмешливо поблескивая, принялась медленно опускаться на дно. Девушка проследила взглядом ее "падение" и нырнула за ней вслед, затем еще, и еще раз, пока нахалка не была поймана и водворена на место. Отлепив от лица волосы, Эвелина решила вылезти из бассейна и повторить опыт крышки - плюхнуться в воду с высоты, как вдруг, неподалеку от себя увидела ноги... и хвост. Девушка быстренько убрала с глаз последнюю прядь и подняла взгляд выше - тяжелые и волнистые пряди платиновыми змеями сползали на грудь, красивый рот улыбался, но на лице застыло совершенно нечитаемое выражение. Монстр сидел на корточках у бортика бассейна и, склонив голову на бок, рассматривал девушку. Эвелина так обрадовалась, увидев его, что даже забыла смутиться.
   - И давно ты здесь сидишь?
   Монстр ничего не ответил, но улыбка стала шире.
   - Значит, давно. Как прошла поездка? . . . ээ . . . проплывка?
   Латориан сделал загадочное лицо, выпрямился во весь рост и сделал то, что только что собиралась сделать сама Эвелина - нырнул в бассейн. То, что у самой Эвелины наверняка получилось бы как "плюхнуться", у этого вышло одним грациозным движением "скользнуть". Латориан скользнул в воду и сделал пару кругов под водой. Затем остановился на глубине в паре метров от девушки и резко открыл глаза. Эвелина сделала над собой огромное усилие, чтоб не завизжать, до того угрожающе выглядел ее монстр под водой, настоящее морское чудовище! Чего стоили только эти огромные желтые глазищи, гребень и хвост, который в воде оказался намного подвижнее, чем на суше. Как будто почувствовав состояние девушки и желая усилить эффект, монстр хищно оскалился и бросился на Эвелину. Оглушительный визг слился с довольным хохотом. Подхватив девушку на руки, Латориан склонился к ее лицу:
   - Испугалась?
   - Еще бы! Видел бы ты себя со стороны. Чудище морское!
   - Ну да, оно и есть, - Латориан снова хищно оскалился, но на этот раз визга не последовало - Эвелина в восхищении уставилась на острые белые зубы, потрогала пальцем клык, потом взяла двумя пальцами и попробовала его пошатать.
   - Класс. Вот это зубы, не то что у меня.
   Латориан щелкнул зубами и недоверчиво уставился на девушку. А она уже переключила свое внимание на гребень, ощупала пластинки, потрогала волосы, теплым пальчиком пощекотала маленькое, едва выступающее ухо, заглянула внутрь
   - О, а это что такое?
   - Мембрана, когда я ныряю, она полностью закрывает слуховое отверстие.
   - Как удобно. Жалко у меня такой нет.
   Оставив в покое ухо, тонкие пальчики заскользили по шее ниже.
   - О! у тебя и ключицы совсем не такие.
   Латориан усмехнулся.
   - У меня все такое. Скажи, тебе что, совсем, ни капельки не страшно? - голос превратился в шипение, и по шее девушки заскользил раздвоенный язык.
   - О! - Эвелина попыталась ухватить язык, но тот ловко увернулся от ее пальцев и надежно укрылся за острыми зубами. - Ну дай посмотреть! Тебе же не жалко! Я ведь так и не успела тебя толком рассмотреть.
   Монстр коснулся языком ее носа и усмехнулся:
   - И с чего ты хотела бы начать?
   - А дай хвост потрогать!
   - Еще чего!
   - Ну, тогда я сама возьму!
   - Ммм...
   - А для чего он нужен? Чтобы плавать? Как у рыб, да?
   - Скорее, как у морских драконов, - Латориан выпустил девушку из рук, но тут же подхватил ее хвостом. Руки же заскользили по спине, погладили волосы, нежно прикоснулись к лицу. - Зато я успел тебя рассмотреть.
   - Мм?
   - И ты знаешь, мне понравилось...
  
   Заслышав в ванной пронзительный визг, сменившийся довольным смехом, Лисса улыбнулась, собрала в коробку мелки и отправилась в кухню, справедливо рассудив, что через час здесь появятся два зверски голодных существа, которых надо будет срочно кормить. Чтобы саму не съели.
  
   ********
  
   Когда, спустя некоторое время, все трое сидели за столом и ели, лениво раскинувшись в плетеных креслах, Эвелина вдруг вспомнила:
   - Латориан! А ты ведь планируешь продолжить мое "образование"? Помнишь, ты обещал, что тот первый раз в зале для обучения на уровне кираат - это только начало?
   Повелитель на минутку оторвался от поедания каких-то дивных овощей с мидиями.
   - Помню, конечно. Но не сегодня.
   - Почему не сегодня?
   - Видишь ли, ты человек. И я не знаю, насколько быстро твоя память принимает новые знания. Для верности я бы выждал еще пару суток, прежде чем продолжать твое общение с кристаллами. Но, если хочешь, мы можем попробовать завтра. Сегодня же мы отдыхаем.
   Лиса встрепенулась
   - Повелитель, и вы тоже?
   Латориан уже с пол- часа наблюдал, как художница просто поедает глазами его... и его Hurum Atinem, и не надо было быть телепатом, чтобы понять, что Лисса сейчас мечтает только об одном: чтобы ее, наконец-то, оставили в покое. Ведь когда еще ей представится возможность ЛЕГАЛЬНО нарисовать человека, да еще и выставить эти рисунки на всеобщее обозрение на уровне верши? Повелитель представил себе тысячу набросков: Эвелина пьет чай, Эвелина купается, Эвелина задумчиво сидит в кресле, Эвелина кормит рыбок, Эвелина спит... и с трудом сдержал улыбку, но видимо, она все-таки промелькнула у него в глазах, потому что Лисса вспыхнула и потупилась.
   - И я в первую очередь. Только не забывай, пожалуйста, что и художники иногда спят.
   - Я не забуду, Латориан. - морская чуда просияла. Она прекрасно знала, что Повелитель видит ее насквозь.
   - А что мы будем делать сегодня? - Эвелина допила отвар из ягод и цветов и решительно поставила чашку на стол. Потом немного поколебалась, и налила себе еще, придвинув поближе вазочку с приглянувшимся печеньем. Эту вазочку Лисса наполняла уже дважды, но аппетит Эвелины никак не хотел уменьшаться.
   Латориан хмуро глянул на Лиссу, та в ответ лишь развела руками, подумав при этом "а что было делать? Столько впечатлений. Она ведь наверняка пол- ночи не спала бы!" Повелитель кивнул, а вслух сказал:
   - А что бы ты хотела? Опять лаборатории?
   - Нет, наверное, лаборатории подождут до завтра. Вдруг я резко поумнею и все пойму, - Эвелина усмехнулась, - нет. Сегодня я хотела бы увидеть что-нибудь красивое. У вас здесь, правда все безумно красиво, - девушка обезоруживающе улыбнулась, - но мы вчера так и не дошли до галереи творений на уровне верши. И еще я хотела посмотреть на ваш морской зал...
   - Водный, - поправил Владыка и улыбнулся своим мыслям. - я, кажется, придумал. Устрою тебе кое-что поинтересней водного зала.
   - А что?
   - Тебе точно понравится.
  
   Когда странная парочка все же ушла, Лисса скинула посуду со стола в очищающий раствор и принялась ходить взад и вперед по своей комнате. С одной стороны, ее распирали эмоции - девушка с суши нравилась ей все больше и больше, с другой - не терпелось достать краски и с третьей (Латориан был прав) - безумно хотелось спать. Закончив, наконец, метания и приняв решение, Лисса снова отправилась на кухню - варить травяной настой. На этот раз, бодрящий.
  
   *******
  
  
   Сегодня, шагая по коридору рядом с Латорианом, Эвелина чувствовала, что внимание к ней все еще не уменьшилось, но приобрело какое- то иное качество. Если вчера бОльшая часть взглядов в ее сторону была неприязненная и негодующая, то сегодня почти все смотрели на нее с интересом. Характер этого интереса был ей совершенно не ясен, а в голове все время кружилась стайка туманных вопросов, которые никак не хотели облекаться в слова. После завтрака вместо той дважды порванной рубахи Латориан создал ей красивое белое платье, простое, но вместе с тем очень изящное. Лисса почему-то смутилась, увидев это платье, а Эвелина пришла в полный восторг - ее сводили с ума способности ее монстра в обращении с "энергиями", как называли это латориане. Эвелине же это казалось настоящим волшебством: утром на кухне у Лиссы Латориан дважды подогревал чай в чайнике, просто проведя над ним рукой, жестом притягивал к себе понравившееся блюдо, поймал выпавшую у Лиссы чашку и вернул в нее выплеснувшийся сок. На вопрос, почему Лисса сама не сумела поймать свою чашку, морская чуда сказала, что ее способности лежат совсем в другой области, и печально добавила, что она "неудачный гибрид". Девушка не стала выяснять, что это значит, уж больно печальным стало при этом лицо художницы, но решила при первом же удобном случае выспросить все у Латориана. Сейчас вместе с повелителем Эвелина шла в "шлюзовый зал" - так назывался тот самый зал, через который несколько дней назад она попала в подводный город. Повелитель пообещал, что будет интересно, но так толком ничего и не объяснил.
   Войдя в уже знакомый зал, стены и потолок которого терялись в непроглядной тьме, а у дальней стены горело голубыми огнями огромное кольцо, девушка не выдержала, и спросила:
   - А может, ты все-таки скажешь, куда мы идем?
   Латориан загадочно улыбнулся.
   - А мы уже пришли.
   - Дальше будем плыть? - Эвелина опасливо покосилась в сторону стеклянной поверхности, неизвестно как сдерживавшей стихию, притаившуюся снаружи.
   - Боишься? - Латориан недоверчиво оглянулся и вгляделся в лицо девушки.
   - Не то чтобы очень, но... - договорить она не успела, неизвестно как оказавшись в довольно просторной прозрачной штуке, больше всего напоминающей продолговатый казан с крышкой. "Казан" тем временем поднялся в воздух и поплыл к "выходу" из пещеры, миновал светящееся кольцо и заскользил прочь от света.
   - Глубоководный элангис, - пояснил Повелитель и снова улыбнулся, глядя на ошарашенное лицо Эвелины.
   Он заметил, что улыбка, являвшая миру два ряда длинных и ровных, сильно заостренных зубов, уже вроде бы перестала пугать девушку. А сейчас Эвелина, кажется, даже не заметила ее - она судорожно озиралась по сторонам. Смотреть пока, правда, было не на что - черно-синяя вода, белые пузырьки, проскальзывающие то тут, то там вдоль корпуса элангиса. Насмотревшись на эту непроглядную синь, девушка, наконец, отлипла от стекла и слегка хриплым голосом произнесла:
   - Глубоководный - это тот самый новой модификации, первый из которых разгромили монстрики с оранжевыми гребнями?
   - Да, ребята Эртилая тогда здорово переборщили со своей переброской, - Латориан пошевелил пальцами.
   - А куда мы направляемся? Или это секрет?
   - Мы проведаем Харита. Поболтаем, выпьем кьятта, поиграем в кракена... И прогуляемся заодно.
   - Харит... - Эвелина замолчала, а память услужливо подсунула ей нужный образ, - это такой молодой мужчина со светлыми волосами, черными глазами и смоляным гребнем? Твой атасити Вердана?
   Латориан хмыкнул.
   - Все верно, глава хранителей власти... и мой друг по совместительству. - Латориан привлек к себе девушку, - смотри.
   Эвелина не сразу поняла, на что нужно смотреть. Темнота стала не такой однородной, какой была вначале. Вдали показались, все приближаясь, мигающие, искрящиеся и переливающиеся огни, и скоро уже стало намного светлее. Когда первый из огней приблизился достаточно, девушка приникла лицом к стеклу и не смогла сдержать восхищенного возгласа
   - Что это?!
   Красивый и достаточно большой желтый кристалл почти круглой формы, светился, разгоняя мрак и привлекая к себе внимание шустрых рыбешек, которые сновали вокруг него, как мошкара вокруг садового фонаря. Приглядевшись, Эвелина поняла, что сравнение было очень точным: мелкие камешки на дне образовывали настоящую дорожку, по обе стороны от которой колыхались невиданные "деревья" и "цветы" - разнообразные водоросли, кораллы и полипы. Последние больше всего напоминали бабушкины розы, цветущие круглый год вдоль дорожек родного поместья... если только возможно представить фиолетовые, синие, голубые и оранжевые розы. Дорожка была прямой и довольно широкой, и вдоль нее то здесь, то там, стояли кристаллы-фонари и освещали путь. Через пару минут скольжения вдоль этой дорожки впереди замаячила светящаяся арка, очевидно, служившая входом. В отличие от кольца-привратника в Аластаре, эта арка (как и огни в саду) была теплого, насыщенно- желтого цвета.
   - Я думала, что все латориане живут внутри города... - задумчиво протянула Эвелина, - но так... так мне нравится даже больше. Запрокинув голову и широко улыбаясь, она разглядывала небольшую скалу. Желтый свет арки не доставал до ее вершины, но все равно она казалась не слишком большой, облако рыб у входа всколыхнулось при их приближении, "стекло", надежно перекрывающее "вход", привычно вспенилось, а элангис куда-то послушно исчез. Эвелина жадно огляделась: внутренность скалы очень мало напоминало пещеру, скорее круглую комнату с высоким сводчатым потолком. Колонн не было, несколько черных скульптур вырастали из такого же черного пола. Вообще окрас местных стен произвел на девушку сильное впечатление: пол и нижняя половина стен были черными, как шлифованный эбонит, верхняя же половина смыкалась над головами и была теплого песочного цвета. Источник яркого света, казалось, был разлит повсюду в песочной части комнаты, нижняя же часть, как будто поглощала этот свет, создавая в итоге весьма своеобразный полусвет-полумрак. Несколько арок напротив входа вели в другие помещения этого удивительного дома.
   Повелитель очень внимательно следил за реакцией девушки, которая покрутившись вокруг своей оси, присела, осторожно потрогала пол, усмехнулась (видимо, ощущение абсолютной гладкости пришлось ей по вкусу), подошла к стене, пробежала пальцами вдоль волнообразного стыка двух цветов, опасливо покосилась на статуи, но подойти к ним ближе не отважилась и, наконец, обернулась к Латориану.
   - Как здесь необычно! А где хозяин? Он тебя не встретит?
   - Нет, вряд ли. У нас не принято встречать гостей. Пришел, значит сам сумеешь найти дорогу.
   - Аа. - Эвелина замялась, - а он не будет против, что я тоже здесь?
   Она вдруг подумала, что при предыдущих нескольких встречах Харит показался ей очень суровым и малоприятным существом. Светло- ореховые волосы были идеально прямыми, очень ровно подстрижены и напоминали полотно ножа, совершенно черные проницательные глаза без белков блестели насмешкой, а квадратный подбородок и жесткий рот выдавали упрямство и целеустремленность. Он, конечно, был куда приятнее той же Латены, но...
   - Ну, - Латориан усмехнулся, - вот прямо сейчас мы это пойдем и проверим.
   Хозяин дома обнаружился в третей по счету комнате - развалившись в массивном глубоком кресле, подперев рукой подбородок, он безотрывно смотрел на синюю доску, зависшую перед ним в воздухе. На доске, среди уменьшенных копий морских скал, с отчаянным писком дрались два маленьких чудовища. Эвелина застыла на пороге, не в силах побороть робость, Повелитель же рассмеялся
   - А тебе никто не говорил, что играть с самим собой в кракен - верный признак старости?
   - Не стой на пороге, любимый сын пучины, лучше составь мне компанию. А то ведь и правда состарюсь, пока ты до меня дойдешь. Чего ты там нашел, в моей прихожей? - голос Харита был полон насмешки, а сам он, похоже, не собирался отрываться от созерцания боя, но минут через пять хвост с черным гребнем изогнулся на манер вопросительного знака и хлестнул по полу, а его обладатель недовольно покосился в сторону двери. Увидев совсем не то, что ожидал, Харит неловко дернулся и вскочил, уронив доску на пол.
   - А.. Ээ. Эвелина.. ээ... приветствую тебя в моем скромном жилище и... Договорить он не успел. Потерпевший поражение монстрик, воспользовавшись тем, что доска упала, а хозяин отвлекся, из последних сил оттолкнул своего противника и с громким писком понесся по комнате. Харит сквозь зубы выругался и сделал пару пассов, пытаясь схватить существо. Но оно совершило несколько удачных прыжков, после чего неожиданно оскалилось, зашипело и юркнуло за дверь, пробежав в каком-то метре от хранителя власти. Харит опомнился и поспешно махнул рукой в сторону второго монстра, заключив его в прозрачную сферу. Вздохнул. Эвелина стояла, приоткрыв рот и удивленно хлопая глазами. Латориан, получивший массу удовольствия от этого маленького представления, отметил, что в девушке привычно борются испуг и любопытство, а Харит немного, но все- таки растерян. А это, нужно сказать, случается с ним очень и очень нечасто. Занятно. Наконец, хозяин вздохнул и усмехнулся
   - Застали старика врасплох.
   А Эвелина на минутку задумалась о том, что, хотя латориане и не стареют (в привычном для людей смысле этого слова) и что кто знает, сколько же на самом деле тысяч лет этому "молодому человеку". А Харит тем временем уселся обратно в свое кресло, махнул рукой, и в комнате прямо из воздуха появились низкий столик и еще два точно таких же кресла.
   - Ну, садитесь, гости дорогие, - пропел он медовым голосом, в то время как его взгляд красноречиво добавил "коль уж принесла вас нелегкая". - Чем угощать вас прикажете?
   - Мы, вообще- то, только что из-за стола, но от кьятта точно не откажемся. Ведь не откажемся, правда? - Повелитель внимательно посмотрел на Эвелину, которая, как оказалось, ужасно смущается в обществе Харита, и к тому же очень хочет есть, хоть и не подает виду. Однако. А Лисса-то явно перестаралась с сон-травой. Хм... Латориан в одно движение перенес на стол все печенюшки со стола Лиссы, кувшин и три кружки со стола Харита, подумал, и добавил казанок с печенью трески с овощами, которые готовил сам лично несколько суток назад. Он сам не одну сотню раз испытывал воздействие калаиле, которая сильно замедляла метаболизм на некоторое время, но затем организм неизменно брал свое, убыстряясь в несколько раз. Аппетит в таких случаях превышал любые представления о разумном.
   Эвелина сидела, вжавшись в глубокое кресло, и чувствовала себя просто ужасно. Молчание, повисшее над столом, тяготило ее, а насмешливые взгляды, которые хранитель власти то и дело бросал на Повелителя, выводили ее из состояния равновесия. Самого Латориана они, правда, совсем не задевали, он был безмятежен и весьма доволен собой. Повелитель единственный вел себя легко и естественно: прихлебывал кьят (оказавшийся смесью сладкого чая и сока неведомый ягод), жмурил от удовольствия желтые глазищи, благодушно улыбался.
   Вскоре девушке надоело жевать в тишине, и она осмелилась ее нарушить:
   - Латориан. . . - Эвелина замялась под внимательными взглядами двух существ, но, все-таки решила спросить, - а куда девается элангис после его использования?
   - В смысле? - Повелитель приподнял бровь, а хранитель власти с интересом уставился на девушку.
   - Ну вот мы приплыли сюда, прошли сквозь... шлюзовую арку, а он исчез. И откуда он взялся там, в пещере, когда мы... - она снова смутилась, не сумев подобрать нужного слова.
   - Я понял. - Латориан улыбнулся и поднял руку, демонстрируя Эвелине браслет. Затем коснулся пальцем одного из камней (это был синий, изумительно красивый кабошон), - вот.
   Эвелина удивленно моргнула.
   - Что вот?
   - Это - элангис. Точнее, не сам элангис, а его матрица. Ну, как бы основа, форма... когда мне снова понадобится им воспользоваться, я активирую эту основу, и он будет в моем полном распоряжении, а когда он не нужен, то он здесь. Поняла?
   Девушка по-новому взглянула на руки повелителя: в каждом из двух его браслетов было по двадцать три камня самых разных цветов, и если один из них - это элангис ...
   - Как удобно! А в остальных что? - глаза Эвелины заблестели, но Латориан не разделял ее энтузиазма.
   - В остальных другие нужные мне вещи. Я потом тебе обязательно покажу, а объяснения ты сможешь получить уже из завтрашнего урока.
   Девушка глубоко вздохнула. За последние несколько суток у нее скопилось такое количество вопросов, что хоть книгу выпускай. Эвелина уже и название для нее придумала: "большая энциклопедия вопросов" - легко так и не навязчиво. Только вот где б раздобыть "большую энциклопедию ответов"? - думала она, покусывая губу. Лисса вечно что-то темнит, Латориан пока только обещает, остальные - вообще так и норовят сожрать. Глазами, правда, но кто знает... решив отвлечься от неконструктивных мыслей, Эвелина принялась разглядывать комнату и взгляд ее зацепился за маленькое чудовище, заточенное в прозрачную полусферу, да так и забытое хозяином на полу. Больше всего оно напоминало диковинную помесь рака, крокодила и скорпиона, все покрытое шипами и бородавками оно диковато топорщило все шесть пар глаз- усиков, воинственно щелкало клешнями и потрясало хвостом. Если это и есть уменьшенная модель кракена, то не завидую я тем мореходам, которые встретят этого милашку в полный рост. Эвелина вспомнила вдруг про второго монстрика, удравшего из комнаты и затаившегося где-нибудь в глубине жилища Харита. И тут же перед глазами услужливо нарисовалась картинка: атасити вердана в пижаме и ночном колпаке откидывает белоснежное одеяло, а там...
   Повелитель внезапно хрюкнул, сбившись на полуслове, и неодобрительно покосился на Эвелину, погрозил ей пальцем и продолжил рассказывать про какой-то жутко важный принцип Рампаса, упоминание о котором ему недавно удалось откопать в архивах. Судя по всему, они еще долго могут говорить о вещах, вроде этой, а мне-то что делать? - подумала Эвелина и поднялась с кресла.
   - Атасити Харит позволит мне осмотреть свое жилище?
   - Конечно, Эвелина, вы можете чувствовать себя, как дома, - черноволосый монстр был так увлечен рассказом Латориана, что даже не поднял на нее глаз, заворожено уставившись на своего повелителя. Девушка пожала плечами и тихонечко вышла из комнаты. Здесь должно найтись много красивых и интересных вещей, - думала она, - и, хотя большую часть из них совершенно нельзя понять, то уж насладиться их видом мне никто не помешает.
  
   Когда шаги девушки затихли вдали, владыка стихий резко замолчал и серьезно взглянул на друга
   - Литара проснется через несколько суток.
   Лицо Харита вытянулось от удивления
   - Как, уже? Но ведь...
   - Она проснется через несколько суток. На этот раз хранители времени ошиблись с прогнозом на целых пол- луны. Но я хочу, чтобы ты все приготовил.
   - Ты все еще не теряешь надежды?
   - Я уверен, что рано или поздно у меня все получится, обязательно.
   На лице Харита отразились неодобрение и недоверчивость, но уважение (в который уже раз за эти несколько тысячелетий) победило скепсис и он нейтрально заметил:
   - Латориану виднее. А зачем ты решил выпроводить девчонку? И, кстати, знаешь, когда она рядом с тобой, ее совершенно невозможно почувствовать.
   Латориан усмехнулся:
   - Да, я это заметил.
   - По высоте моего прыжка?
   - По силе перекошенности твоей рожи. И это лишь в очередной раз доказывает, что все идет абсолютно правильно. Кстати, спасибо, что подыграл. Я понимаю, что принцип Рампаса тебе надоел еще когда ты был большеухим головастиком...
   - Так зачем, Арикан?
   - Да есть у меня одна мыслишка, сейчас мы ее и проверим, - Повелитель, чье истинное имя назвал только что глава клана хранителей власти, тряхнул кистью руки и аккуратно поставил перед собой небольшую шипастую раковину, заполненную водой. Немного подумал, увеличил ее в несколько раз, установив в центре стола, между собой и Харитом.
   - Ну, давай посмотрим, что из этого выйдет.
   Харит, который пока еще ничего не понял, но уже давно привык к непостижимой логике своего друга и повелителя, послушно уставился на зеркальную поверхность воды, философски рассудив, что если звезды зажигаются, значит это кому-нибудь нужно.
  
   Вернувшись к шлюзовой арке (и снова по дуге обойдя кошмарное творение какого-то скульптора), Эвелина некоторое время разглядывала рыб, крутящихся перед входом. Ей было очень любопытно, по каким законам сделана эта странная прозрачная преграда, что отделяла воду от пещерки, и очень хотелось высунуть руку за этот барьер. Девушка раз десять подносила ладошку почти к самой воде... и столько же раз отдергивала. Она прекрасно понимала, что любопытных вещей в этом новом для нее мире просто тьма тьмущая, а нос всего один и его стоит беречь. Но как было бы здорово... недовольно махнув рукой, Эвелина отошла от этого искушения, направившись к новым. Нда, в этом "доме" все было не как у людей. Хотя, кое- что в назначении окружающих предметов девушка уже понимала. Вот эта, например, комната, больше похожая на соты, с тысячами камней-кристаллов, аккуратно расставленных в нишах-ячейках, с единственным пугающим холодным креслом, выполненным из хрусталя, - это библиотека. Вот этот зимний сад с правильной пирамидой деревянных ящиков и "вечным огнем" в центре круглого стола - кухня- столовая. Девушка полюбовалась красным трехлепестковым огненным цветком, и вдруг поняла, что снова голодна. Стоило об этом подумать, как желудок громко заурчал, требуя хозяйского внимания.
   "Да что же сегодня со мной творится? - с ужасом подумала Эвелина. - Я ведь только что поела! И куда в меня столько влезает-то?" желудок снова заворчал. Эвелина повернулась к шкафу- пирамиде, собираясь поискать там что-нибудь съестное, как вдруг заметила какое-то странное колебание кустов чуть впереди, у крайнего стола, за которым начинался сад. Губы девушки еле слышно прошептали: "ой, мамочки", но глаза уже заблестели от любопытства, а ноги, словно сами собой, потащили девушку в сторону подозрительно шевелящихся кустов.
   А за кустом, весь измазанный в густой синей жиже, обнаружился второй участник боев на голубой доске. Игра в кракена - так, кажется, называлась та жестокая забава. По сравнению со своим победителем, этот малыш показался Эвелине довольно симпатичным. Размером с трехмесячного щенка овчарки, он больше всего напоминал дракончика, сине-серебристого, с красивыми желтыми глазами, с вытянутым тельцем и длинным хвостом. Темно-синий с серебряным гребень начинался чуть выше предполагаемой переносицы и тянулся вдоль позвоночника. Заметив девушку, он зашипел, попутно залезая поглубже в кусты, но неловко задел пораненный бок веткой и захныкал-заскулил, пытаясь дотянуться до раны раздвоенным красным язычком.
   Забыв о всякой осторожности, Эвелина нежно вытащила это чудо, отряхнула его от листьев и, не обращая внимания на рассерженное шипение, прижала к себе, разглядывая ранку и многочисленные порезы, поглаживая по уцелевшим частям чешуйчатого тельца и лихорадочно раздумывая, стоит ли тащить его к беседующим монстрам. А вдруг те откажутся его лечить, а то и вовсе кинут в стеклянный пузырь к рако-крокодило-скорпиону? А вдруг проигравший - это законный обед победителя? Еще раз глянув в желтые глазищи этого крохи, Эвелина осторожно сгрузила его на стол. Ей очень -очень хотелось помочь раненному существу, но она была совсем не знакома с особенностями физиологии морских обитателей. Потоптавшись на месте, но так ничего и не придумав, она решила для начала хотя бы отмыть его от липкой и синей... крови, наверное, догадалась девушка. И, обнаружив кувшин с водой, принялась аккуратно поливать ранку водой, аккуратно поглаживая пальцами красивую голову, смешной подковообразный нос, длинный изящный гребень. Девушка не сразу заметила, как вода под ее пальцами постепенно начала светиться, а вспыхнувшие искрящимся белым струйки, будто сами собой потянулись к ранкам и царапинам, с шипением исчезая в теле дракончика. И только когда царапины начали стягиваться, уменьшаться, и как будто таять на глазах, Эвелина действительно удивилась. "Ну и вода здесь у них. Живая, как в сказках". "или это на тебе все так быстро заживает?" - спросила она у дракончика, но тот, конечно, ничего не ответил, а уткнулся носом в ладонь и замурлыкал, как кошка. "Какой милый! Надо будет спросить у Латориана, вдруг его можно будет оставить себе. Было бы так здорово засыпать под это мурчание".
   В другой комнате хранитель власти Харит явно давился воздухом, не в силах совладать с собственными эмоциями.
   - Но это же совершенно невозможно! Драконы вымерли две тысячи лет назад, а это. . . это. . . пять минут назад это был самый обыкновенный голем с функцией самоуничтожения по завершению игры. Я ведь сам его только что сделал! Ну что смешного?
   А Повелитель не смеялся, он просто хмыкнул, завороженно наблюдая, как маленький дракончик с урчанием уплетает кусок рыбы, сидя прямо на кухонном столе, время от времени преданно заглядывая в глаза своей спасительницы. "вернее будет сказать - создательницы" - подумал Латориан, вслух же сказал:
   - Тебе не кажется, что это символично?
   - Что именно?
   - Морской дракон - это символ клана Ашотри.
   - Да, действительно. И что?
   - Неважно. Я просто загадал сегодня одну вещь, нечто практически нереальное. А оно возьми да и сбудься.
   - Я все равно ничего пока не понимаю. Но у тебя ведь неважных вещей не бывает.
   - Не бывает. Но как я теперь выкручиваться буду?
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

Оценка: 8.23*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  С.Волкова "Жена навеки (Пока смерть не разлучит нас)" (Любовное фэнтези) | | Н.Мамлеева "Я подарю тебе верность" (Любовное фэнтези) | | А.Кувайкова "Варвара-краса или Сказочные приключения Кощея" (Современный любовный роман) | | М.Боталова "Леди с тенью дракона" (Любовное фэнтези) | | П.Роман "Игра. Темный" (ЛитРПГ) | | О.Чекменёва "Чёрная пантера с бирюзовыми глазами" (Любовное фэнтези) | | П.Роман "Игра богов" (Боевое фэнтези) | | А.Олефир "Знак змея" (Любовное фэнтези) | | Лаэндэл "Заханд. Метисация" (ЛитРПГ) | | П.Флер "Поцелуй василиска" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"