# Дверь между двумя колоннами. Глава 10

М Пол

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ


Владелец самого крупного поместья в Калужской губернии Изидор Афиногенович Ш... принял приехавших к нему соседей и итальянского гостя необычайно радушно. Попенял, конечно, для начала Богуславу Олимпиадычу на то, что не ответил сразу на его письмо, но не сильно. Поздравил Феофилакта Семирадова с возвращением из-за границы, пообещав обязательно расспросить его касательно военных событий, в которых ему довелось участвовать и попросив передать огромный привет его управляющему Людвигу Ивановичу, который восхитил его своими инженерными знаниями и умениями во время устроительства мельницы, а также отводных каналов к ней. Так ловко рассчитанных и исполненных Людвигом Ивановичем, что, по словам Изидора Афиногеновича, он всерьез задумался о том, чтобы и у себя соорудить нечто подобное, только побольше, поразмашистей, подороже и повосхитительней, и поизумительней.


Потом помещик Ш... посмотрел на иностранного гостя, и как показалось Богуславу Олимпиадычу, на его губах мелькнула едва заметная полуулыбка, как будто он был совершенно не удивлен этим неожиданным визитом, как будто Изидор Афиногенович и магистр Карло Паппини были знакомы сто лет, а может и того дольше.


Произошел обмен приветствиями и знакомство.


- Магистр черной магии из Италии Карло Паппини.

- Исследователь и биограф Дьявола из Калужской губернии Изидор Афиногенович Ш...


На пару минут в зале воцарилось молчание, которое можно было бы, конечно, назвать дуэлью взглядов, если бы в ней присутствовало хоть какое-нибудь напряжение либо со стороны иностранного гостя, либо со стороны хозяина поместья. Богуслав Олимпиадыч и Феофилакт это молчание не прерывали несколько минут, а потом все же прервали. И прервал его Богуслав Олимпиадыч:


- Уважаемый Изидор Афиногенович, - произнес он, - у нас при участии итальянского магистра черной магии Карло Паппини родился совершенно грандиознейшей план по перестройке вашего громадного поместья в итальянском стиле, таким вот образом, как это нарисовано вот на этих итальянских гравюрах, на которых черный паук ползет, ползет, через дорожку и через стены, а потом в самом конце заползает в церковь. Вот как вам самому кажется - эта идея вас может заинтересовать?


Все трое посмотрели на него выжидательно, особенно Карло Паппини. Хотя и было заметно, что он тщательно старался ничем не выказать своего нетерпения и повышенного интереса к ответу Изидора Афиногеновича.


- Идея, безусловно, очень интересная, - ответствовал Изидор Афиногенович, - но позвольте вас, господа, все же спросить - почему вы решили перестраивать в итальянском стиле именно моё поместье? А не ваши собственные, например? Можете мне сказать?


- Конечно, можем, - с готовностью кивнул Богуслав Олимпиадыч, - Во-первых, ваше поместье гораздо больше, чем наши оба вместе взятых. А во-вторых, у вас есть деньги, необходимые и на переустройство вашего поместья, и на переустройство наших с Феофилактом тоже. А кроме того, как вы сами написали мне в письме, вам недавно приснился интереснейший сон про переустройство вашего поместья и огромного черного паука. Так вот, уважаемый Изидор Афиногенович, это был не просто сон. Потому что это было послание, адресованное вам итальянским магистром черной магии Карло Паппини. Которое он отправил так же не только с помощью этого ночного видения, но и на вот этих вот гравюрах, привезенных Феофилактом Семирадовым из Италии. Вот видите, здесь и образцы зданий, которые в дальнейшем будут в вашем поместье возведены, и черный паук имеется. И даже огромная и превеликая тайна и загадка, которую мы сможем решить только после того, как все эти здания будут возведены здесь вместо ваших при помощи магического умения магистра Карло Паппини, ваших денег и нашего с Феофилактом активного участия. А именно - куда именно поползет черный паук после того, как окажется внутри церкви - направо, налево или прямо, или вообще никуда не поползет, а наоборот сразу возьмет да и выползет обратно? Как вам такой план?

- Очень и очень интересно, - кивнул Изидор Афиногенович, - Действительно, очень интересно. Сами придумали?

- Если честно - то не сами. Нам его итальянский магистр черной магии Карло Паппини подсказал. Потому что он хочет установить магическую связь между своим черным итальянским кругом, в котором он самый главный и это не обсуждается никогда впредь, и нашими тремя поместьями, в первую очередь вашим. А взамен за свои услуги хочет всего лишь три ведра наших знаменитых калужских яблочек. Как мне кажется - плата вполне разумная. Да и Феофилакт тоже согласен. Правда, Феофилакт?

- Конечно согласен, - подтвердил Феофилакт, - только хочется еще мне очень, чтобы у нас в Калужской области побольше каналов с гондолами прорыли, как в Венеции. И плавали бы люди на них, и песни бы пели, и шапочки у них были бы на головах красивые - красные, и венецианские маски, а зимой, по этим каналам замерзшим скользить было бы можно. И на коньках, и на валенках, и так чтобы один бежал, а другого бы за веревочку по льду тащил. И-эх и красотища же получится, и веселье!

- Очень интересная идея, - согласился Изидор Афиногенович. - И я, конечно с удовольствием разрешу начать это переустройство со своего поместья и дам любые деньги на воплощение этого грандиознейшего плана в жизнь. А с чего же мы начнём? Наверное, это вопрос уже к вам, магистр Карло Паппини?


Тот откашлялся.


- Да, это вопрос ко мне. Начнем мы с того, что вы трое примите от меня тайные имена моего черного круга и пообещаете никогда не пытаться занять мое место.

- Логично, - согласился Изидор Афиногенович, - Я готов. Эти два господина - я полагаю - тоже.


Богуслав Олимпиадыч и Феофилакт Семирадов согласно кивнули.


- Ну, раз все согласны, - резюмировал Изидор Афиногенович, - то можете приступать магистр Карло Паппини - давать нам тайные имена своего черного круга.


Магистр Карло Паппини поставил их троих в ряд, а сам встал напротив. В этот момент вид у него сделался крайне серьезным, немного торжественным и как бы отстраненным. Сейчас перед ним стояли не просто обычные люди, но будущие чернокнижники. Он посмотрел на Феофилакта:


- Твое тайное имя, Феофилакт Семирадов - отныне будет Фео, потому что тебя так называли в детстве. Твое - Изидор Афиногенович - Шео, потому что шире всех твое поместье и прекрасней во всей Калужской губернии. Ну а твое тайное имя, Богуслав Олимпиадыч - будет Бео. Потому что больше всех других ты знаешь про то, как соваться надо в неизведанный мир, чтобы живым оттуда выбраться. И каждому этому имени станет покровительствовать отныне одно из животных, но не пытайтесь отгадать какое именно. И уж тем более не вздумайте сначала придумать - какое же это может быть животное, а потом - если вам оно не понравится или покажется вас недостойным - взять да и обидеться. Потому что насколько я понял, вы здесь в Калужской губернии очень любите сначала сами себе что-нибудь напридумывать, а потом за то, что сами же и напридумали, на всех остальных начать обижаться. Да и кроме того, уж не знаю как в вашем калужском чернокнижии, но в нашем - итальянском - любое такое покровительствующее животное является очень мощным защитным талисманом, потому что является квинтэссенцией вообще всех животных этого вида на Земле. Индейцы, как рассказывал мне один инквизитор-доминиканец, ездивший их просвещать по поводу слова Божия, называют это - тотем. Поздравляю, господа. Отныне вы все - участники моего черного круга. А теперь я, с вашего позволения, немного отдохну на кресле, а потом мы продолжим. Вы не поверите, как много сил отнимает это посвящение новых участников.


Карло Паппини отошел в угол залы, опустился на кресло и закрыл глаза. Посмотрев на него Богуслав Олимпиадыч решительно взял под локоть Изидора Афиногеновича и отвел его в сторону:


- Послушайте, Изидор Афиногенович, - он явно нам всем врет, - у него здесь явно свой корыстный интерес. И он совершенно явно не просто так в моем саду об яблоньки обтирался, и слезы на землю лил. Он явно что-то в это время колдовал против нас. И поэтому у нас с Феофилактом родилась такая мысль - давайте после того, как он нам все здесь сделает - разрубим его на куски и закопаем в наших трех поместьях под яблоньками. И таким образом создадим свой собственный черный круг с вписанным туда треугольником, и не мы после этого станем подчиняться итальянскому магистру Карло Паппини, а весь его итальянский черный круг - станет подчиняться нам. Как вы считаете?


Изидор Афиногенович похлопал его по плечу:


- Молодец, Богуслав Олимпиадыч, что заметил это. Я ведь уже очень давно его ждал, но он все не являлся. На самом деле - то, зачем он сюда прибыл с помощью своего хрустального магического шара и вот этих гравюр, гораздо страшнее, потому что это касается будущего. И не столько нашего с вами, сколько всей Калужской губернии и всей Российской империи. Дело в том, что где-то приблизительно спустя век здесь родится один ребенок, которого в будущем назовут Калужским мечтателем, и он станет таким же известным, как и самые знаменитые астрономы, а может даже еще известнее. Потому что придумает, что человечество сможет полететь к далеким звездам. И звать его будут Константин Эдуардович Циолковский, и ходить он в старости будет в колпаке, и с бородой. И вот оттого, что он родится здесь и будет гулять под нашими с вами яблоньками - придумает он эту идею у нас, и поэтому первыми в космосе окажутся русские, а все остальные в жопе. И вот для того прибыл сюда магистр Карло Паппини, чтобы эту идею придумали не у нас в Калужской губернии, а вроде как в Италии. И тогда к звездам полетят они, а в жопе окажемся мы. Понятно, насколько это важно?


Богуслав Олимпиадыч и Феофилакт после этих слов даже побледнели. Настолько они поразили их в самое сердце.


- Но что же делать? - растерянно спросил Феофилакт. - Особенно теперь, после того, как мы приняли так опрометчиво тайные имена и вступили в его черный магический круг?

- Ничего не опрометчиво, - успокоил его Изидор Афиногенович. - Не волнуйся, я это предусмотрел. Я же не зря сказал вам, что уже очень давно его ждал, но он все не появлялся. Дальше я стану говорить с ним сам. А вам господа - я советую выйти.


Богуслав Олимпиадыч и Феофилакт возражать не стали и молча удалились, оставлял Изидора Афиногеновича наедине с итальянским магистром черной магии. Изидор Афиногенович дождался, пока за ними закроется дверь, за дверь удаляться шаги, и подошел к креслу, на котором сидел Карло Паппини.


- Я знаю, что вы на самом деле задумали, магистр Карло Паппини, - произнес он, - но у меня для вас тоже есть сюрприз, - он посмотрел на небольшую, не сильно бросающуюся в глаза дверь в стене и произнес командным тоном, - Войди сюда, Карло Паппини-2.


Дверь открылась, и из нее появился точно такой же магистр Карло Паппини. Он слегка деревянным шагом прошествовал через залы и остановился рядом с Изидором Афиногеновичем. А шагом таким он шел, потому что на большую часть был глиняный.


- Что угодно, хозяин?

- Поздоровайся со своим прототипом, - произнес Изидор Афиногенович, - сегодня ты окончательно сделаешься полноценным членом человеческого общества вместо него. И теперь тебя будут звать не Карло Паппини-2, а просто Карло Паппини.

- О, Господи, - простонал настоящий магистр Карло Паппини, - как же я не догадался сразу. Это же Голем! Я должен был это предвидеть!

- Разумеется, должны были, - произнес Изидор Афиногенович, - но не предусмотрели. Это все оттого, что вы там - у себя в Италии - недооцениваете нас, простых калужских дворян, даже если они являются биографами Дьявола. А теперь, позвольте, я расскажу вам о том, что будет происходить дальше. Сегодня этот созданный мною новый Карло Паппини вернется вместо вас в Италию с помощью моей магии и вашего хрустального шара. И станет вместо вас там заведовать вашей книжной лавкой. И безусловно он высадит там не просто сад, но целую рощицу наших калужских яблонек. И станут на них петь соловушки серые, и целоваться под ними молодые люди со своими барышнями. И станут от пения этого рождаться в головах ваших итальянских ученых и астрономов разные умные идеи, но вот только попадать они будут к нам, а не наоборот - как вы того желали. А вас, магистр Карло Паппини, мы разрубим на куски и закопаем в наших трёх поместьях под яблоньками, создав таким образом свой собственный черный круг, в который будет вписан треугольник по местам ваших захоронений. Как вам такая идея? Мне кажется, это прекрасно!


Настоящий магистр Карло Паппини вздохнул:


- Похоже, вы победили, Изидор Афиногенович. И я действительно вас недооценил. Но все же мне кажется нерациональным взять да и разрубить меня на куски, для чего это нужно? Для создания в ваших поместьях собственного черного круга - достаточно закопать в трех местах под яблоньками немного моей кожи, крови, слюны и волос. И круг будет создан в полном объеме. Вам, как биографу Дьявола, следовало бы это знать. Но я думаю, что это оттого, что вы просто не знаете - как именно со мной поступить, чтобы я не стал вам вредить и никому бы не рассказал. Могу подсказать, как на вашем месте поступил бы я, если вам, конечно, интересно. Я бы сделал из себя живую статую и поставил бы у вас в саду. Внешне я выглядел бы как статуя - глиняная, гипсовая или бронзовая. А внутри бы был человеком - со всеми моими знаниями и умениями, которые и вам бы пригодились. Хотя бы для той биографии, над которой вы так давно работаете. Мне много о чем есть вам поведать. Было бы глупо упускать такую возможность.


Изидор Афиногенович задумчиво на него посмотрел:


- А, знаете, вы ведь возможно и правы. И пожалуй я так и поступлю. И поставлю вас в саду недалеко от фонтана. Стану разговаривать с вами по вечерам, а вы станет давать мне советы.

- Договорились, - кивнул магистр Карло Паппини, - Расскажите мне тогда - в какую именно сторону пополз паук, когда перестроите поместье?

- Обещаю, - кивнул Изидор Афиногенович. - кстати о переустройстве поместья. Как вы собирались перестроить его так быстро, и я сейчас не про деньги - деньги-то есть. Но время?

- Очень просто, - улыбнулся Карло Паппини, - Для этого надо вызвать дьявола и продать ему свою душу. Ну и души тех, кто окажется поблизости и тоже захочет поучаствовать. А дальше все очень быстро произойдет само собой.

- Интересно, - задумчиво произнес Изидор Афиногенович, - надо будет попробовать.

- Не утруждайтесь, - засмеялся магистр Карло Паппини, - я это уже сделал.


***


Сейчас в одном из Калужских парков - там где растут уже одичавшие яблоневые сады - до сих пор стоит эта статуя. Разумеется, подавляющее большинство современных жителей не осведомлены о том, что внутри эта статуя по-прежнему является живым итальянским магистром черной магии Карло Паппини и с готовностью может дать любые советы касательно черной магии, природы мироздания и отношений человека с Дьяволом. А так же подсказать недостающие факты Его биографии, если найдутся те, кто пожелает заняться ее составлением.


В Италии до сих пор существует книжная лавчонка с дальней комнатой, в которой полки до верху заставлены алхимическими трактатами и книгами по черной магии. Владеет ей созданный Изидором Афиногеновичем глиняный Голем, сделавшийся бессмертным человеком, которого тоже зовут Карло Паппини. По вечерам он запирает свою лавку и в одиночестве бродит по яблоневой роще, в которой сменилось уже не одно поколение некогда знаменитых калужских деревьев. В этой роще действительно поют соловушки, а под деревьями обнимаются молодые люди со своим барышнями, хотя иногда барышни тоже выглядят как молодые люди.


Спустя примерно век после описанных выше событий там, где находились поместья Изидора Афиногеновича, Богуслава Олимпиадыча и Феофилакта Семирадова действительно родился ребенок по имени Константин Эдуардович Циолковский, который с удивительной точностью предсказал возможность космических странствий, благодаря чему полёты в космос спустя немногим более полувека и впрямь сделались возможны. Под конец жизни он на самом деле имел на лице бороду, ходил в очках, а на голове носил иногда колпак, а иногда шапочку. Впоследствии, некоторые, увлекающиеся оккультизмом люди, считали его обратной инкарнацией писателя Эдуарда Лимонова, некоторые писателя Эдуарда Успенского, некоторые композитора Эдуарда Артемьева, а некоторые наоборот новым воплощением поэта пушкинской поры Константина Батюшкова, в свое время написавшего о будущем следующие провидческие строки:


"Вдали от храма муз

и рощей Геликона

Феб мстительной рукой

Сатира задавил.


Воскрес урод - и отомстил!

Друзья, он душит Аполлона!"