# L'Amour De La Mort. Глава 1

М Пол

"L"AMOUR DE LA MORT" (повесть)


ГЛАВА ПЕРВАЯ


Едва начинается новый день, и еще не успели крестьяне выйти в поля, и лишь птицы весенние ходят по пашне важно. Выклевывают червей из земли, и так заняты самозабвенно этим таким интересным делом, что даже и улететь не пытаются, когда по дороге, слегка дребезжа, проезжает конный экипаж, двумя лошадьми запряженный. Не обращают они внимания, и когда экипаж останавливается, и открывается дверца, как будто оттуда сейчас кто-то выйдет. Но не выходит никто, лишь рука женская в чёрной перчатке могла бы сообщить тому, кто оказался бы в этот момент рядом, что экипаж не пуст, а везет в себе пассажирку. Но не желает она показываться окружающим раньше времени, потому что пассажирка эта никто иная, как Смерть. Путешествующая инкогнито под видом обыкновенной французской дворянки, и сейчас направляющаяся в Италию для осмотра небольшой церквушки при городском кладбище на окраине Вероны. Где совсем недавно был к удивлению местного священника обнаружен небольшой каменный гроб с неизвестными никому письменами, еще древнее египетских мумий.


Дожди тогда шли беспрестанно недели четыре без перерыва. И небо всё было чёрное, и чтоб поехать куда - никто не решался. Или телега потонет в грязи, или молния с неба слетит вдруг, да прям в человека ударит. Или съедят незадачливого путника те, кто живёт в грязи, и выползают охотиться именно в ливни такие, с громами и грозами, и не придумано имя им, потому что кто видел - тот мертвый. А убежать никому от них не удалось, чтоб рассказать потом всё монаху, который рассказы записывать умеет, чтобы красиво и так подробно, как если бы сам всё увидел. А другой монах, который словами писать не умеет красиво, но рисовать обучен миниатюры - нарисовал бы для книги про самых разнообразных чудовищ, которые мир населяют, и многих из них не видел никто, а только в картинках.


А так лишь ходят о тех, кто живёт в грязи, лишь зловещие слухи. И кости находят потом на дороге людские рядом с костьми животных, и сразу понятно, что не хищные звери съели людей и тех, кто по лесу бегает. А те, кому имени нет, и кто под землей обитает, и только когда дожди идут долго, из под земли появляются. Чтобы пожрать, и от молнии подзарядиться, и вновь под землю уйти. Полукроты, получерви, полугнилые, но быстрые, вёрткие и ничего после себя не оставляют, даже фекалий.


Жители тех деревень знают, за что им дожди с неба. Знают, за что сидеть дома безвылазно и есть только то, что в доме осталось. Такова сила проклятия ведьмы, которую сами они умертвили, потому что боялись болезней, которых нашлёт, и потому что так приказали им сделать. А кто приказал - имя того лишний раз поминать боятся, потому что везде он имеет уши, даже что в чистом поле. И если кому-нибудь скажешь хоть что-то, а может, что даже подумаешь, то не пройдёт и дня, как ворота сломают, а самого повесят. И соседи смолчат, и всё подтвердят, что про такого скажут. И что в колдовстве виновен, и во всех преступленьях замешан, и сами дадут веревку, чтобы скрутить руки, и станут кидаться камнями не только, когда им прикажут, а сами - по собственной воле, пытаясь попасть побольнее. И дети их станут рядом бежать и в ноги бросать палки, чтобы споткнулся, чтобы упал и ударился побольнее, чтоб за веревку дёргали те, кто ведет, чтобы из грязи поднялся, чтобы повиснуть на дереве вскоре, и чтоб посмотреть, как вначале краснеть и задыхаться будет.


И все они будут думать, что это и есть Смерть. Но это не Смерть, а всего лишь казнь, которую совершают люди. Сама же Смерть в это время от них далеко, и лишь еще собирается отправляться в Италию для осмотра удивительного гроба с неизвестными письменами, который через четыре недели дожди от проклятия ведьмы предсмертного из-под земли размытой, появится на краю кладбища. Как будто приплыл сюда сам под землей по каким-то подземным тоннелям, прорытым неведомо кем, зачем и когда, и считается - именно так путешествуют мёртвые. И лишь в океане каменный гроб на поверхность из под земли появляется, и плывёт уже по океану, и встретить его кораблю у моряков за хороший знак почитается. Потому что, если каменный гроб уж плывёт, то и корабль не утонет, который из дерева сделан. Но вот доставать его из океана нельзя, и на палубу брать ни за что не надо. А уж если, кто открыть попытается, думая что там сокровища могут быть спрятаны, или золото, или предметы магические, или бриллианты - тот сам в этом гробу каменном тотчас же и окажется. И то, что размером он не велик - не станет препятствием, потому что те, кто откроет его - не просто сломают крышку, но и печать и запрет древний, неизвестными письменами обозначенный. И окажется во много раз меньше, чем есть даже самый маленький океанский моллюск, которым киты питаются, заглатывая их многие тысячи всего лишь с одним своим вдохом.


И пока тот каменный гроб еще лишь плывёт по океану, на крышку его опускается птица ночная. Которая связана с теми, кто обитает в земле. И пока она ходит по крышке, когтями своими постукивая, то получает послание тех, кто в этом гробу через весь океан путешествует. Чтобы летела она быстрее вперёд, и Смерть предупредила о том, что ей выдвигаться пора, чтобы, как только дожди прекратятся - садилась она в экипаж и отправлялась в Италию, где на окраине города и городского кладбища скоро начнётся то, где она будет самой желанной хозяйкой и где станет править.


И когда отлетает птица, то кажется, что и не птица это. А как бы душа того, кто лежит внутри, сквозь крышку сама пролезает и становится этой птицей - чёрной - с когтями кривыми, и громко кричит она несколько раз другим, никому не видимым, и лишь потом в небо взлетает, и пару минут спустя всего лишь одна в небе точка, и та - исчезла.


А Смерть всё это время живёт у себя в поместье. Ведёт простой образ жизни, без званных приёмов, без шумной лесной охоты. Никто не живёт в её доме, кроме мёртвого кучера, который и повар, и молчаливый друг, и если надо согреет. Но это не отменяет ежедневных вечерних прогулок - по заросшему саду, по каменистой тропинке, и там где пугало в поле стоит для того, чтобы птиц отгонять, каждый вечер Смерть останавливается и смотрит на небо. Потому что знает, что скоро должна быть весть о какой-то поездке дальней. Потому что сказали так карты, самые что ни на есть настоящие. Которые сделала Смерть когда-то давно из кожи возлюбленного.


Оба они знали тогда, чем всё закончится. И в тот момент, когда друг друга впервые коснулись, знали, что лишь одна только Смерть от них и останется. И осталась от них только Смерть, да еще полевое пугало - а сперва это было тело без кожи, из которой Смерть сделала карты. Но потом его съели птицы, а на скелет уже после всего Смерть одела одежду. И все птицы небесные избегают его, кроме той, что для Смерти со всей земли вести приносит.


И ранним утром в постели своей Смерть просыпается. И чувствует, что вот сегодня будет хорошая новость. Чёрное что-то плывёт в эти земли из-за океана. Но не корабль, а что-то такое же древнее, как и сама она. И ей интересно. Что это может быть столь необычное, столь непонятное, что даже сама она чувствует, если не страх, то заинтригованность. И даже как будто робость, чего с ней до этой поры никогда не случалось. Потому что случиться не может такое со Смертью, присуще лишь людям обычным.


Но не торопиться Смерть в этот день узнать ранним утром - что же это за новость? Хотя и знает уже, что идти ей придётся на поле, и ждать возле пугала чёрную птицу. Спокойно умылась, и завтрак отменный, и тихо в поместье. И только под вечер на поле идёт, когда уже солнце садится.


И вот оказалась она в чистом поле, и пугало рядом. И на небо смотрит, и видит на небе точку. И точка всё ближе, и ближе, и это не точка, а птица. И крылья видны уже, и доносятся первые хриплые крики. И улыбается Смерть, и если бы было в груди её сердце - то непременно забилось бы так, как и в людях не бьётся, когда они счастливы. Но ведь не может такого быть, чтоб у Смерти в груди было сердце. Разве что Смерть и является Сердцем сама, а когда ходит она - то и бьётся всё в этом мире. Не разбивается, а живёт и существует. Но лишь до тех пор, пока сама Смерть не получает послание. И там, куда следует ей отправляться, не знает никто, что недолго осталось им жить, и скорбеть, и смеяться, и всё закончится скоро, и лишь у счастливых не больно и быстро.


И слетает пред нею с небес огромная чёрная птица. И громко кричит. И когтем кривым на пугале неизвестные письмена рисует. И понимает Смерть, кому суждено на Земле умереть, а кому появится.