# "Ночная массовка", сборник коротких рассказов. 2. Пошли мы как-то фильм смотреть

М Пол

А в ту сторону, куда я пошел, я и да этого много раз ходил. И взрослый уже, и когда в школе еще учился. Там сквер находится Краснопресненский, где в школьные времена зимой лыжня была почти через весь парк для уроков физкультуры. И два памятника - один знаменитый и магический - "Булыжник - оружие пролетариата" называется. Он раньше во всех школьных учебниках был, потому что знаковый для советского времени по идеологическим соображениям, необычный по своему художественному решению, и магический, потому что про камень, который с земли надо поднять - ну а дальше все образуется. В зависимости от темперамента.


А второй памятник не такой знаменитый на общенациональном уровне, но тоже магический, потому что там Ленин на кресле, ногу на ногу закинув, сидит и в сторону реки смотрит. И вот если на ботинок к нему сесть и попросить, чтобы он тебя покачал - Ленин тебя покачает. Но это только в том случае, если ничего слишком уж сильно мерзкого у тебя на душе нет. Покачает-покачает, да и сможешь слезть и дальше пойти - по своим делам, и вообще по жизни, так чтобы не касались тебя особо разные неприятности, которые конечно никуда не денутся, но будут остерегаться лишний раз досаждать и на выносливость тебя испытывать, потому что все же Ленин покачал, а Ленин абы кого просто так не качает. Да и силу древнего камня тоже все эти неприятности чуют, поэтому лишний раз и стараются не нарываться, и на пути не попадаться. Теоретически, по крайней мере, но ведь все теории на чем-нибудь да основаны? Даже если они и немножко спорные.


А вот если слишком уж сильно мерзкого в душе у тебя просто ну очень сильно много, то Ленин этот тебя, безусловно, тоже покачает. И выглядеть это поначалу будет приблизительно так же. Но вот как только на ботинок к нему залезешь в таком случае, то очень быстро поймешь, отчего же это скульптор его так целенаправленно в сторону реки-то развернул? И почему же сам Ленин тоже куда-то в ту сторону и смотрит. И хотя самой реки почти что с этого места и не видно, потому что там впереди дома, но это человеку не видно. А Ленину видно. Потому что человек это человек, даже если он и очень продвинутый, а Ленин это Ленин, даже если он всего лишь просто изваяние, и находится в данном воплощении вообще в расслабленной позе отдыха - в кресле, и ногу за ногу закинул. Но это поза расслабленная - она на самом деле обманчива, потому что неожиданно распрямит этот Ленин ногу, на ботинке которой ты сидишь, да и полетишь ты через улицу с машинами, через жилые дома, и через бывшее здание Трехгорной мануфактуры - той самой, где революция начиналась, прямиком в реку. Которая еще и холодной может оказаться, а может так и вовсе толстенной коркой льда покрыта. И как бахнешься ты с небесного воздуха и высоты большой об этот лёд - так и останется на нём только тело неподвижное, только струйки крови будут растекаться во все стороны, и не получится ни крылья ангела изобразить, ни - сам дурак! - покричать. И это если об лёд, а не об кованую чугунную решетку вдоль набережной. Потому что тогда и вообще непонятно что получиться в результате может. Может, помертвевшим украшением на этой решетке станешь - пока спасатели не отскребут. А может, разрежут украшения этой решетки тебя на куски, когда ты об них ударишься, и попадаешь ты в реку уже совершенно не целиковый, а по кускам небольшим. И окажется на льду тогда много разбрызганной крови и разных мясных ошмётков, и станут их зимние птицы клевать - преимущественно вороны, которые очень до свежего мяса зимой охочи, потому что для них это такой способ выживания. Так что если не уверен ты до конца в количестве той мерзости, что в душе твоей обитает, и накопилась, и самую сущность скрытую твою представляет, - не залезай этому Ленину на ногу и не проси его, чтобы он тебя покачал. Не потому что Ленину жалко, а потому что Ленин думает. Ну и из чувства самосохранения и собственной будущей безопасности тоже. Потому как людей много, а Ленин один. Даже что и памятников ему по стране и миру остальному предостаточно, и в Атлантиде тоже есть, но это же памятники разные, а не Ленин? Ленин-то один и тот же. И тот который в Краснопресненском сквере, и тот который в Мавзолее на Красной площади, и тот который в Атлантиде - на дне морском, но не на обычном, а в специально спрятанном так, что не каждый человек туда попасть может. Даже если и очень богатый, и очень знаменитый, и очень продвинутый, и даже неожиданно, что и очень порядочный. А Ленин там есть, потому что Ленин он и в Атлантиде - Ленин. И поэтому Ленина в Атлантиде за одно из самых первых хтонических божеств почитают, а обыкновенных людей в Атлантиду не пускают, даже если они и очень высококлассные дайверы. Потому что очень высококлассных дайверов много, а Атлантида одна. Как и Ленин.


А если дальше за Краснопресненский сквер идти, то там дорога вниз начинается. Но не в образном смысле, а просто потому что там горка. И упирается эта дорога в кованую решетку на набережной, а по правую руку от нее статуя бога Гермеса стоит - по латыни - Меркурия. Бога хитростей разных, предпринимательства, торговли, крылатых сандалий на босу ногу, и крылатой шапочки на голове. И как бы стоит на одной ноге этот бог, а вторую в колене согнул - это чтобы было понятно, что на самом деле он по небу летит. И смотрят все, кто мимо проходит, на этого бога Гермеса, и очень многие тайком от других в этот момент в кармане пальцы скрещивают - не оккультно, конечно, а скорее машинально - на удачу, чтобы денег побольше было, и успех в делах, ну и вообще, чтобы залетал он иногда в окно, а не только орудия пролетариата, или что-то и того похуже - типа коктейлей Молотова, или больших таких валунов, которыми в средневековье из катапульты крепостные стены разбивали - вроде каменные ядра это называлось.


И хотя многие люди две эти статуи множество раз видели, а некоторые и сейчас постоянно видят - мало кто догадывается, что образуют они на самом деле одну и туже скульптурно-истоирическую композицию. Хотя и можно эту скульптурно-историческую композицию в постмодернистском ключе трактовать двумя разными способами. Некоторые - те, разумеется, кто знает - о том, что это единая композиция - называют ее "Ленин на следующий день после подписания декрета о введении НЭПа". И вот, по их мысли, Ленин смотрит на этот символ свободной торговли - бога Гермеса - и думает - это хорошо. Потому что раз Гермес летит, значит и вся остальная страна скоро тоже полетит.


А некоторые называют эту композицию - как бы в обратную сторону "Античный бог торговли Гермес благодарит товарища Ленина за введение НЭПа в Советской республике". А тот факт, что бог Гермес так слегка фривольно и игриво выглядит по сравнению с Лениным, то это так в античной Греции было принято благодарить, очевидно. И кому - как не хтоническому божеству Ленину об этом знать, потому что он всей античной Греции гораздо древнее.


А вот третьи - которые в наибольшей степени сосредоточены на внутренних оккультных занятиях. А до всего остального им вообще особого дела нет - те еще в раннем детстве обычно узнают, что две эти статуи - не просто скульптурно-историческая композиция, а на самом деле - сакральные ворота. И вот когда сквозь них проходишь - то определенно куда-то попадаешь. Хотя и понимаешь это, как правило, значительно позже, когда уже задним числом вспоминаешь - а вот когда сам об этом впервые задумался, то что в первый раз на ум сразу пришло?


И вспоминается сразу, как сбежали мы как-то с приятелем школьным с пионерского слета какого-то, который в местном доме культуры проходил, в ближайший кинотеатр, который как раз там и находился - в Краснопресненском парке. Который ни в коем случае не надо путать с вышеупомянутым Краснопресненским сквером, в котором памятник Ленина, который одна половина этих сакральных ворот. А этот парк другой - и окружен он настоящим высоким железным забором, и в центре его каналы с водой и мостиками, и плавают в каналах уточки, и даже не простые, а такие большие и навороченные, которые мандаринки называются. И вот там при входе в этот парк и находился кинотеатр, и шел в тот день в этом кинотеатре новый фильм Свердловской киностудии под названием "Наутилус". И поскольку мы решили, что это про группу "Наутилус", которая тогда еще имела приставку "Помпилиус", поскольку тогда называлась в честь глубоководного моллюска, а не в честь подводной лодки из книги Жюля Верна - то и пошли на этот фильм, поскольку я его типа как разрекламировал.


Сейчас-то он мне может, даже бы и понравился, а вот тогда совсем не понравился. А что касается приятеля - так тот и вовсе обломался и вроде как даже на меня за это обиделся. Потому что оказался этот фильм не про нашу любимую группу, а про постсоветского перестроечного инженера из города Свердловска, на которого очень сильно давят окружающие скверные обстоятельства, и все что вокруг него происходит - перестройка, вывод войск из Афганистана, и в личной жизни тоже. Да и вообще все впереди беспросветно, потому что время такое, в общем, плюнул он на всё - и дворником устроился, потому что задолбали.


Но тогда - в 10 лет - мы этого в полной мере не прочувствовали, а вот осадочек как говорится, остался. И вот уже впоследствии - когда я в институте учился, то задумался - а вот если бы у того самого инженера из фильма было бы, к примеру, очень и очень много денег. То на что бы он их потратил? Кроме, разумеется, обустройства собственного быта в городе Свердловске, который сейчас называется Екатеринбург. И отчего-то мне показалось, что вряд ли он стал бы их тратить на то, чтобы всем тем людям, которые на протяжении всего того фильма ему жизнь портят, а он от этого портит ее таким вот, как мы, обыкновенным советским школьникам, которые ради этого фильма с пионерского слета сбежали, и если бы этот герой об этом узнал, то у него бы еще больше настроение испортилось. А он и без того замкнутый и интроверт, недаром наутилусом прозвали.


В общем, вышли мы тогда с тем приятелем из кинотеатра очень расстроенные, а он на меня и злой еще, а я на него тоже - потому что - ну мало ли - в конце концов, это я поклонником группы был, так что я больше расстраиваться должен был, но что же с того - ну хоть фильм посмотрели. И о рекламе наверное впервые в жизни задумались не просто как зрители, а о внутреннем так сказать смысловом наполнении. Хотя еще и слова такого не знали, а просто подумали - как-то очень это нечестно брать да и называть так фильм в момент наивысшей популярности группы с таким же названием, которую в фильме даже и по телевизору в комнате героя вроде как не показали, а название такое, потому что у героя прозвище такое, потому что он замкнутый человек очень. В общем, вышли, а там игровые автоматы стоят - такие классические советские - морской бой, тир, гонки. Я на автоматы кивнул и говорю:


- Хочешь сыграть в игру?


А он:


- А у тебя есть пятнадцать копеек?


Я говорю:


- Пятнадцать копеек есть. Ну, чего - хочешь сыграть в игру?