Токацин: другие произведения.

Обратный отсчёт-2: Проект "Геката". Часть 5. 01.02.35-17.05.31. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката" - кратер Кей, малый полигон - Ис, кратер Дахут - Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара" - Гималия, временная база атомного космофлота - Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    О войне в Солнечной системе и за её пределами, о стремительном взлёте и быстром падении.

  01 февраля 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Передатчик на руке Хольгера мигнул и громко загудел. Гедимин, собравшийся было спрыгнуть с края гусеничной платформы - он только что осмотрел реактор, возвращённый в тренировочный отсек, и нашёл его состояние терпимым - остановился, посмотрел на своё запястье и удивлённо мигнул.
  - А со мной не связались, - сообщил он. - Кто там? Арторион?
  Хольгер отмахнулся.
  - С наукой покончено, атомщик. Я просился к Арториону, но он боится Ассархаддона... Это наш куратор. Вернулся на базу, инспектирует флагман и просит меня больше не называть Маркуса идиотом, не убедившись, что вокруг нет камер.
  Гедимин хмыкнул.
  - Теперь и на тебя доносят? Раньше самым неблагонадёжным был я... И как ему флагман?
  - В отличие от нас обоих, Ассархаддон очень сдержан в выражении эмоций, - сказал Хольгер, недовольно щурясь на ремонтника. - И нам бы этому поучиться... Он предупреждает, что февральская группа увеличится на два сармата, и надеется, что это не создаст непреодолимых трудностей для нас.
  Гедимин пожал плечами.
  - Что пятнадцать, что семнадцать, - всё равно реактор задёргают... Васко, сходи за стульями, - двух не хватает.
  ...Они вышли встречать курсантов в коридор - по традиции, первое построение проводилось там. Новички выстроились полумесяцем по двое, Гедимин пересчитал их и удивлённо мигнул.
  - Где ещё двое?
  Сарматы переглянулись и дружно пожали плечами.
  - Впервые о них слышу, - сказал за всех сармат с тёмно-синей кожей, исчерченной шрамами. - У меня список на пятнадцать курсантов. Вот...
  Гедимин, в свою очередь пожав плечами, открыл список.
  - Хорошо. Начнём с переклички. Кайя Тарс?
  "Кайя... Переделанная самка?" - он внимательно посмотрел на сармата, шагнувшего вперёд. На самку он был похож не больше, чем остальные, а многочисленные шрамы на лице говорили о том, что жизнь у него была нелёгкая... впрочем, в этом самки не отличались от самцов.
  - Имел дело с ирренцием? - задал Гедимин дежурный вопрос. - С другими ядерными устройствами?
  Перекличка уже дошла до середины, когда в коридоре послышались быстрые шаги. Из-за поворота показались двое в чёрных скафандрах - сармат и филк. Узнав одного из них, Гедимин изумлённо мигнул.
  - Альваро долго влезал в броню, - бесстрастно сообщил Константин, становясь девятым в первый "слой" полумесяца. Филк остановился за его спиной.
  - Вы тут что забыли? - спросил Гедимин и тут же получил тычок под рёбра от укоризненно хмыкнувшего Хольгера.
  - Прибыли для прохождения подготовки на курсах оператора реактора типа "Феникс" и двигателя типа "Седжен", - не изменившись в лице, отрапортовал Константин. Хольгер снова ткнул Гедимина в бок, тот досадливо отмахнулся.
  - Вольно! Продолжаем перекличку...
  Внеся в список последнего сармата и запустив курсантов в "класс", Гедимин поймал в дверном проёме Константина и прижал к стене.
  - И давно ты в реакторщиках?
  - Вчера узнал, - отозвался тот, недовольно щурясь. - Думаешь, я этому рад? Особый приказ. Меня берут на "Марк", как наиболее благонадёжного и подготовленного. Но практики-то у меня нет...
  - Будет, - пообещал Гедимин, покосившись на реактор, до поры прикрытый защитным полем. - Ничего сложного тут нет. А Альваро? Давно филков берут во флот?
  Константин пожал плечами.
  - Мы пока не знаем, возьмут его или нет. Ассархаддон обещал замолвить слово... Мне будет легче работать с ним. Одному там не справиться, всё равно нужен напарник. А я привык к Альваро.
  - Ладно, учитесь, - Гедимин выпустил его и жестом пригласил в "класс". - Только одно условие. На занятиях до меня не докапываться. Если есть что сказать - скажешь вечером.
  Константин кивнул, изобразил "руки по швам" и, проскользнув мимо Гедимина, сел на свободное место рядом с устроившимся на краю ряда филком. Курсанты озадаченно косились на Альваро; он старался держаться спокойно, но Гедимин видел, что ему не по себе.
  - Чтобы крутить реактор, нужны мозги, а не мышцы, - сказал ремонтник, занимая место у проектора. - Поэтому первые три дня мы посвятим теории. Вот крейсер типа "Бет", разрез в горизонтальной проекции...
  
  03 февраля 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - Hetatza!
  Двое сарматов, с любопытством наблюдавшие за развлечением третьего, шарахнулись в стороны. Гедимин, перехватив его руку в движении, резко вывернул её - так, что заскрежетала броня - и швырнул курсанта лицом в стену. Альваро, высвободившийся из цепкой хватки противника, полетел в другую сторону, не удержался на ногах и с грохотом растянулся на полу. Гедимин покосился на него, но рядом уже был Хольгер, из реакторного отсека выбирался, свирепо сверкая глазами, Константин, на минуту упустивший Альваро из виду, а курсант, вдавленный в стену, задёргался, пытаясь вывернуться. Гедимин развернул его к себе лицом и резко вскинул руку, поднимая сармата на полметра вверх. Тот вскрикнул.
  - Ну, покажи свою силу, - прошипел Гедимин, недобро щурясь. - Померяйся со мной!
  - Атомщик, хватит! - Хольгер, потеряв надежду докричаться, постучал по его броне кулаком. - Руку сломаешь!
  Гедимин, встряхнув головой, с удивлением уставился на то, что держал, подняв высоко над головой. К руке всё ещё прилагался курсант, но он уже не дёргался - только жмурился и еле слышно подвывал сквозь сжатые зубы. "Мать моя пробирка..." - Гедимин с трудом разжал пальцы. Сармат, освободившись из его цепкой хватки, шарахнулся за спины товарищей, придерживая безвольно повисшую руку за локоть.
  - Альваро, как ты? - спросил Гедимин, повернувшись к филку. Тот уже стоял на ногах, но держался неуверенно и норовил опереться на стену - то ли из-за громоздкого скафандра, то ли из-за удара по голове.
  Филк потрогал шлем и качнул головой, едва заметно вздрогнув от этого движения.
  - Я... Мне бы в медотсек.
  Курсанты, до того молча наблюдавшие за Гедимином, забеспокоились. От группы отделился Кайя Тарс и сказал, с опаской глядя на ремонтника:
  - Никто не хотел причинить ему вред. Миндже всего лишь пошутил.
  Константин скрипнул зубами. Хольгер придержал его за плечо и сердито сказал:
  - А Гедимин, в свою очередь, пошутил с Миндже. Весёлые шутки, вот только медики не рады. Атомщик, возьми Константина и отведи Миндже и Альваро в медотсек. Я закончу занятие.
  Миндже, вытолкнутый курсантами из толпы, нервно поёжился, но ничего не сказал и от предложенной Гедимином руки шарахнулся, как от удара. Ремонтник недоумённо хмыкнул, но настаивать не стал - локоть, а возможно, и кисть незадачливого шутника были определённо повреждены, и затягивать с посещением медиков не стоило.
  Сармат-медик - Эвтимис, знакомый Гедимину по давней встрече в том же отсеке - посмотрел на ремонтника, выразительно ухмыльнулся и жестом позвал к себе пострадавших. Миндже отпустили быстро, вправив вывих, наложив лёгкие фиксаторы и вколов дозу анестетика; Альваро, хотя подозрение на кровоизлияние в мозг не подтвердилось, и вроде как повреждения ограничились шишкой на затылке, был уложен в капсулу-автоклав и остался в отсеке на ночь.
  Когда Гедимин, уточнив прогнозы и получив ампулу с чем-то сладковатым "для успокоения нервов", вышел из медотсека, Константин ещё стоял напротив входа, скрестив руки на груди и как будто нахохлившись.
  - Сотрясение, - сказал Гедимин, поравнявшись с ним. - Ничего опасного. Скафандр ему велик, нет должной фиксации. Свяжись с Кумалой, пусть поправит.
  Константин на мгновение вскинул на него угрюмый взгляд и снова уставился в пол.
  - Что, теперь так и будет?
  Гедимин недобро сощурился.
  - Постараюсь, чтобы не было.
  - Ну, хоть что-то, - криво усмехнулся Константин. - Я, конечно, могу связаться с Ассархаддоном...
  Гедимин вздрогнул.
  - Не торопись. Этот Миндже, возможно, уже получил своё и успокоился.
  - Будто других там мало, - буркнул Константин. - В лабораториях никогда такого не было. Я уже думал, что филки ни у кого не вызывают возбуждения...
  Гедимин невесело ухмыльнулся.
  - Здесь не лаборатория. Здесь, ah-hasulesh, армия. Никогда не любил эту штуку.
  Они вышли из вагона в Тренировочном блоке - Гедимин хотел проверить реактор, Константин в задумчивости вышел за ним, вместо возвращения в жилой блок, и сам этому удивился, но обратно не пошёл - напротив, догнал Гедимина и пристроился рядом с ним.
  - Ты просил не лезть к тебе на занятиях. Видишь, я это помню, - начал он со вступления, не предвещающего ничего хорошего, и Гедимин помянул про себя уран и торий. - Но то, что ты плёл про нейтронные вспышки...
  - Чего? - сармат недоумённо мигнул и, замедлив шаг, повернулся к нему. - Что там со вспышками?
  - Вопиющая бессмысленность того, что ты предлагаешь с ними делать, - отозвался Константин. - Сам подумай, какое отношение к выбросу нейтронов может иметь... Что там?
  Кусок стены откинулся прямо перед сарматами, перегородив полкоридора. В следующую долю секунды маскировка спала, и Гедимин увидел обычный открытый люк - и запоздало содрогнулся, вспомнив, где они находятся. Коридоры незаметно вывели их к "особому отсеку"; он сейчас и открывался, выпуская наружу самоходную тележку медиков с двумя неподвижными телами на ней.
  Сначала Гедимин увидел руку - странно вывернутую, с распухшими почерневшими от крови пальцами и треснувшими ногтями - и только потом взглянул на лицо и узнал сармата. Это был Айзек; он лежал, закрыв глаза, под кислородной маской. Рядом с ним, так же неловко раскинув искалеченные руки, распластался Хильдир. Из-под его маски виднелись засохшие чёрные потёки.
  - Очень хорошо, - донеслось из-за двери; Ассархаддон, продолжая разговор с медиками, вышел в коридор. - Можете использовать ускорители регенерации, если нет риска эа-формирования. Мне хотелось бы увидеть их в строю как можно скорее.
  - Sa hasu! - выдохнул Гедимин Тележка уже проехала, люк наполовину закрылся, и больше ничего не мешало ему шагнуть к Ассархаддону и молча его ударить. Точнее, почти ничего, - охранники перехватили его на подлёте и скрутили, не давая шевельнуться. В наушниках послышался раздражённый вздох и звонкий удар ладонью о шлем - Константин наконец подал признаки жизни.
  - Гедимин? - Ассархаддон смотрел на него с лёгким удивлением. - Да-а... я и забыл, что мы теперь соседи. Не беспокойтесь, медблок осмотрел раненых и признал их повреждения лёгкими. Вы должны помнить сроки реабилитации при таких ранениях.
  - Что ты... с ними... делаешь? - Гедимин не оставлял попыток вырваться из рук охранников - он уже понял, что до Ассархаддона не дотянется, но и стоять смирно не собирался.
  - Особые тренировки, Гедимин, - куратор смотрел на него спокойно, без малейших признаков раздражения, с дружелюбным любопытством. - Теперь они, как и вы, носители важной информации о наших технологиях. И их, попавших в плен, будут допрашивать со всем усердием. Конечно, они не расскажут о принципах работы ваших изобретений, но навыки управления передать могут. А нам это совсем ни к чему. Я удовлетворил ваше любопытство?
  Гедимин услышал в наушниках потрясённый шёпот Константина и криво усмехнулся. "Да, расчётчик. В твои расчёты снова вкралась ошибка. Жалко Альваро - он филк, у них выносливость ниже..."
  - Скажи им, чтобы отпустили меня. Я не буду драться, - пообещал он и секунду спустя уже стоял прямо, разминая онемевшие руки. Охранники расступились.
  - И что, с ним тоже... будет так? - сармат кивнул на Константина. Ассархаддон покачал головой.
  - Незачем повторять дважды. Или вы уже усвоили мои уроки, или... или нет. И я уже говорил Константину, что брать напарником друга - очень плохая идея. Но... окончательное решение за капитаном флагмана - Маркусом.
  Он снова перевёл взгляд на Гедимина и слегка сузил глаза.
  - А кстати - почему вы здесь в такое время? Что-то произошло? Нужно моё вмешательство?
  Гедимин услышал, как Константин нервно сглатывает, - кажется, он хотел что-то сказать, но передумал.
  - Нелепая травма на занятиях, - отозвался он. - Пришлось вести в медотсек. Хольгер остался с курсом... Я пойду, пока там реактор не разнесли.
  - Идите, - кивнул Ассархаддон, остановившись у закрытой двери. Вход в "особый отсек" уже покрылся маскирующей голограммой и слился со стеной. Гедимин отошёл на десяток шагов и щёлкнул коммутатором.
  - Зря ты Альваро сюда втянул. У них с выносливостью...
  - Заткнись, сам знаю, - отозвался Константин и больше не проронил ни слова - ни на занятиях, ни после них.
  
  04 апреля 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Хольгер вздохнул, уже не стараясь скрыть возрастающее раздражение.
  - Ты так говоришь, атомщик, будто "макаки", взяв филка в плен, будут при допросе делать скидки на его низкую выносливость. Им всё равно! И хорошо, если методы Ассархаддона хоть как-то подготовят Альваро к общению с землянами. По крайней мере, умрёт достойно.
  Апрельская группа резвилась на платформе, в десятый раз собирая разрозненные куски энергосистемы в работающий конгломерат. То, что у них получалось, именно конгломератом и было - механизмом Гедимин считать это отказывался и, в очередной раз подойдя к платформе и посмотрев на результаты трудов, требовал разобрать "эту ерунду" и повторить всё сначала. Отчего-то эта группа была особенно слаба в ручном труде, - предыдущие имели хоть какие-то навыки механиков...
  - Мне вот интересно, - угрюмо сощурился на него Гедимин - и обсуждаемый вопрос, и вид раскуроченной платформы с одиноким реактором посередине наводили на него мрачную тоску. - Они не решат под конец нас... ликвидировать? Обеспечить достойную смерть, не дожидаясь допросов...
  Хольгер, испустив тяжёлый вздох, хотел ответить, но отвлёкся на курсанта, куда-то тянущего хвост кабеля.
  - Это не втыкается в стену, - сдержанно сказал он, преградив сармату путь. - Ищите подходящее гнездо в пределах установ...
  Отсек содрогнулся. Гедимин, на долю секунды потерявший равновесие, в следующий момент обнаружил себя над реактором, на краю вскрытой крышки, с рукой, просунутой к электромагниту. Посмотрев на пустоту в своём кулаке и сообразив, что все стержни, и управляющие, и аварийные, опущены в активную зону ещё четыре дня назад, и реактор не подаёт никаких признаков "жизни", он растерянно мигнул и повернулся к Хольгеру.
  - Что это?
  Химик молча поднял палец. Он к чему-то прислушивался - и теперь и Гедимин услышал отдалённый перекатывающийся грохот и лязг. Отсек встряхнуло ещё раз, но слабее.
  - Это не у нас, - тихо сказал Хольгер. - Где-то сверху.
  Гедимин мигнул.
  - Над нами? Химблок снизу... Старые шлюзы?!
  - Разве что крейсер на перегоне, - прошептал Хольгер, щёлкнув для верности коммутатором и переведя настороженный взгляд на курсантов - они, как и преподаватели, растерянно переглядывались, забыв о полуразобранной платформе. - Или с порталом промахнулись.
  Красные светодиоды над выходом замигали, и тут же загудели все передатчики - и у преподавателей, и у курсантов.
  - "Метеоритный удар в районе шлюзов "Гекаты". Пришлюзовые отсеки разрушены и закрыты для посещения. Маскировка базы восстановлена, транспортное сообщение восстанавливается. Не покидайте помещений, в которых находитесь, до конца рабочей смены. Участники восстановительных групп будут оповещены отдельно," - по старой привычке прочитал вслух Хольгер. - Уран и торий...
  - Космос, - криво ухмыльнулся Гедимин, вспомнив карту Луны. Её сторону, никогда не поворачивающуюся к Земле, от метеоритов не защищало ничего - и они, как им и полагалось, падали.
  - Почему не сработали щиты? - спросил один из курсантов. - "Геката" надёжно прикрыта...
  - Размеры метеорита, - пожал плечами Хольгер. - Неудачный угол атаки. Любой щит рано или поздно трескается.
  - Если приближается крупный метеорит, ему навстречу должны послать ракету, - вступил в разговор другой курсант, вертя в руках одну из обсидиановых линз. - Щиты выдержали бы дождь осколков. У нас теперь есть ракеты, способные разрушить Землю! Почему они нас не защищают?
  - Зачем разобрал систему линз? - спросил у него Гедимин, сердито щурясь. Теперь, когда ясно было, что метеорит уже упал, всё, что могло, обрушилось, и Тренировочный блок выдержал, внимание сармата вернулось к курсантам. "Убил бы," - подумал он, глядя на линзу, неизвестно зачем вытащенную из вполне рабочего агрегата. "По какому принципу они набирают курсантов? По благонадёжности, что ли?"
  - Взрыв ирренция демаскирует базу надёжнее, чем десять метеоритов, - ответил курсанту Хольгер. - Возвращайтесь к ремонту установки. Щиты починят без вас.
  Когда они вышли на станцию, транспортный туннель уже работал - хотя, как понял Гедимин из обрывков чужих разговоров, некоторые участки приходилось объезжать, а откуда-то сарматы выбирались пешком.
  - Много погибших, - Хольгер, обменявшийся с кем-то из толпы новостями, вернулся мрачным. - Весь верх просел от удара, и были кислородные взрывы. Хорошо, внизу развернули резервные станции.
  - Реакторы не зацепило, - облегчённо вздохнул Гедимин. - Космос, сожги меня пучок нейтронов... Космос - большая штука.
  Столовая была закрыта, - огромный отсек отключили от подачи воздуха; воду и пищу раздавали у входа в жилой блок. Одну из резервных кислородных станций притащили прямо туда и разобрали кусок стены, чтобы обеспечить ей контакт с горными породами.
  "Тренировочный блок не закроют," - успокоил Гедимина Ассархаддон. "Кислорода достаточно. Наверху идут утечки воздуха, их скоро найдут и устранят. Тогда откроем и столовую. Продолжайте работу, Гедимин. Это важно для нашей расы."
  
  06 апреля 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката" - кратер Кеджори, научно-испытательная база "Койольшауки"
  Девятый курсант подошёл к щиту управления и уверенно поднял голографические стержни, запустив нарисованный реактор. Гедимин одобрительно кивнул. Тренироваться с виртуальным щитом управления придумал Хольгер; Константин ещё по осени нарисовал тренажёр, смоделировав все последствия команд - и аварийное глушение при хаотичном тыканьи в кнопки. Вчера глушений было много, сегодня все наигрались, и Гедимин думал, что некоторых курсантов уже можно подпустить к настоящему реактору - ненадолго и под присмотром.
  - Атомщик, - услышал он тихий голос Хольгера; химик стоял с другой стороны голограммы и следил за движением стержней. - Я, пожалуй, схожу наверх. Пустое любопытство, но покоя оно мне не даст.
  - Будто мне не интересно, - хмыкнул ремонтник. - Лучше сиди тут. Они пока ничего взорвать не могут... я съезжу наверх.
  Он запоздало вспомнил, что забыл отключить коммутатор, - уже на выходе его догнали трое курсантов.
  - Мы всё сделали, - сказал один из них. - В реактор нас не пускают. Можно с вами наверх?
  Гедимин пожал плечами.
  - Вам полезнее было бы перечитать инструкцию. Ладно, идите, но от меня ни на шаг.
  Транспортный туннель поднял их недалеко; дальше пришлось перебираться с яруса на ярус с помощью Вертикали, и кое-где Гедимин, оглядевшись, открывал люки с помощью лучевого резака. Утечки воздуха через разрушенные ярусы ликвидировали ещё вчера, а небольшая тяга с этажа на этаж, по мнению ремонтника, только способствовала быстрейшей передаче кислорода от станций к обитателям базы.
  - М-мать моя пробирка! - потрясённо выдохнул один из курсантов, выбравшись из последнего люка. Здесь обрывалась и Вертикаль. Прямо над головой Гедимина зиял пролом в потолке. Выбитая крышка люка валялась среди обломков обрушенного свода. Опасных трещин не было - ликвидаторы поработали над ними, заделав то, что заделывалось, и обвалив всё остальное. Над проломом виднелась плотная белесая плёнка защитного поля, но Гедимин разглядел между ней и полом следующего яруса узкий коридор, по которому можно было проползти. Жестом приказав закрыть респираторы и подключить внутренний кислород, сармат ухватился когтями за края пролома и подтянулся, выползая на верхний ярус.
  Ползти пришлось недалеко; как и предполагал сармат, это был ремонтный коридор, ведущий в большой пузырь с установленными шлюзовыми камерами. Группа ликвидаторов в тяжёлых экзоскелетах повернулась к пришельцу, удивлённо мигая.
  - Посторонние на разрушенном ярусе! - немедленно объявил один из них, и Гедимин недовольно сощурился.
  - Подожди ты, - сказал он. - Я - ремонтник. А ты бы лучше правильно закрыл ремонтную перчатку. В таком положении резак включается от встряски.
  - Гедимин Кет! - раздался в наушниках громкий голос Ассархаддона. Говорил он по-прежнему спокойно, но настройки звука подкрутил, и у Гедимина зазвенело в ушах.
  - Мы пришли помочь, - отозвался ремонтник. - Такие серьёзные разрушения...
  - Если вас до сих пор не мобилизовали, значит, на то были причины, - отрезал Ассархаддон. - Сейчас не время любопытствовать. Возвращайтесь вниз и забирайте с собой курсантов. Мы не можем рисковать единственным физиком-ядерщиком!
  По ту сторону шлюза сверкнуло что-то красное - охранник в тяжёлом экзоскелете приземлился, зацепив при развороте защитное поле краем "лучевого крыла". Встав напротив прозрачного экрана, он жестами повторил Гедимину приказ Ассархаддона, добавив, что при неповиновении его отряд выдворит пришельцев силой. Ликвидатор, так и не закрывший ремонтную перчатку правильно, злорадно фыркнул.
  - Да ходи ты без руки, вот проблема-то... - вздохнул Гедимин, разворачиваясь к выходу. - Посмотрели? Ползём обратно.
  Курсанты не возражали - пока Гедимин пререкался с куратором, они успели посмотреть в прозрачные проёмы и оценить масштаб разрушений. До самого транспортного туннеля они не издали ни звука, только потрясённо переглядывались. Гедимин тоже молчал и сердито щурился, вспоминая ликвидатора. "Как только с такими мастерами база функционирует без аварий..."
  Где-то по пути он в задумчивости свернул не туда, долго искал Вертикаль, а спустившись, наткнулся на транспортный туннель с открытыми люками. У платформы стоял грузовой вагон, и Гедимин, решив не привередничать, шагнул внутрь.
  - Ирренций! - крикнул кто-то из находящихся внутри, заметив вторжение.
  - Атомщики, - отозвался Гедимин, указав на свой скафандр. Сармат облегчённо вздохнул и жестом позвал и его, и курсантов на борт.
  - Атомщики? Значит, есть полная карта, - сказал незнакомый сармат в инженерной броне. - Как отсюда выбраться к "Сампо"? С нынешними подъёмами и спусками я самого себя без карты не найду.
  - Я тоже заблудился, - неохотно признал Гедимин, открывая карту. "И сел не на своё направление," - добавил он мысленно, увидев, как обозначена платформа, на которой он только что был, и куда ведёт данная ветка. "Ладно, вот здесь можно сойти и быстро доехать. Провожу инженеров и вернусь."
  Пока инженер изучал карту, Гедимин рассеянно слушал, о чём говорят по соседству, у грузовой самоходной платформы, принайтованной к вагону и, судя по золотистому коробу над ней, перевозящей ирренций. Голос одного из сарматов показался ему знакомым, и на очередной реплике он медленно повернулся к беседующим.
  - Не знаю, что у вас за комиссии, - сердито говорил сармат в облегчённом варианте "скафандра атомщика" - из двух слоёв, нейтронностойкого и флиевого, с ипроновыми вкладками на шлеме. - Я непроверенное в Ураниум не потащу. Нам всё это у себя ставить. А вдруг взорвётся или нафонит?
  - Гарантии Ассархаддона, конечно, ничто для инженеров Ураниум-Сити, - фыркнул на него сармат из Инженерного блока. - Отличный зачин для взаимодействия... Эй! Кто вы, и что вам надо?
  Гедимин протянул руку к сармату в двуслойном скафандре.
  - Иджес?
  Тот изумлённо мигнул и двинулся навстречу.
  - Гедимин?! Но тебя же... Арррхс!!!
  Гедимин поспешно выпустил шипящего от боли Иджеса и виновато опустил взгляд.
  - Прости, забыл, - тебя же не модифицировали...
  - Да и Седна с ним, - Иджес потёр помятое плечо и заглянул Гедимину в глаза, растерянно мигая. - Атомщик. Живой. Здоровее, чем был... Но что тогда... Я же видел тебя убитым! Там, у взорванного реактора... Стой! А остальные? Линкен, Хольгер, Константин, ваши филки? Они тоже здесь?!
  Гедимин кивнул. Лицевой щиток будто заволокло туманом - сквозь мутную пелену силуэт Иджеса виделся расплывчатым, и слова доходили невнятно. Гедимин медленно улыбнулся.
  - Да, мы все здесь.
  Он перевёл взгляд на ипроновый короб с грозными предупреждающими знаками.
  - Что везёшь? Это для Ураниума?
  - Ага, какие-то новые РИТЭГи, - кивнул Иджес. - На иррен... Стой! Это же твои штуки, верно? Кто ещё стал бы возиться с ирренцием?!
  - Мои, - Гедимин улыбнулся. - ЛИЭГи. Восемь штук заменят "Полярную Звезду". Для чего вам... А, понял. Война?
  Иджес, помрачнев, нехотя наклонил голову.
  - Готовимся. Подробности... Нет, не буду. Даже тебе.
  Гедимин крепко сжал его плечо.
  - А я-то, идиот, хотел мира... АЭС на ирренции... - он тяжело вздохнул. - Реактор я всё-таки построил. Хороший реактор.
  - Слышал, - кивнул Иджес. - Атомный флот, да? Говорят, обходит землян по всем параметрам... Здорово, что ты жив, атомщик. Мне не поверят, что я тебя видел.
  Гедимин сдвинул пластину брони и достал плоский серебристый диск. На нём были закреплены расходящиеся кольца, напиленные из перламутрового конуса - внутренней раковины какого-то беспозвоночного с Кагета. По краям были приделаны несимметричные лучи из силикатных иголок - остатков фильтрующего организма из Аметистового моря.
  - Это тебе. Этих животных нет в Солнечной Системе. А это... - он извлёк из скафандра ещё три цацки, разной формы и размера, всё с теми же органическими деталями из инопланетных организмов. - Это для Лилит и сестёр... братьев Хепри.
  - Ого... - Иджес потрогал пальцем перламутровые кольца. - Спасибо, атомщик. Передам им от тебя привет. Тебя там все помнят. Лилит едва не выбралась за Периметр, когда тебя... вывезли. Хорошо, отговорили...
  Курсанты высадились на станции, с которой легко было добраться до Тренировочного блока, Гедимин поехал дальше и, уже проводив Иджеса к "Сампо", долго стоял на галерее и смотрел на мигающие припортальные дуги. Иджес возвращался в Ураниум-Сити "коротким путём" - через галактику Вендана; инженеры, убедившись, что ЛИЭГи прошли сквозь портал, направились к транспортному туннелю, и Гедимин пошёл за ними, задумчиво улыбаясь. "Им теперь будет спокойнее," - думал он. "И если повезёт, мы ещё встретимся. Я бы вернулся в Ураниум. Перестроил "Полярную Звезду" под ирренций..."
  ... - Полезли наверх? - Линкен выразительно хмыкнул. - Надо было тебе во взрывники идти. Там если голову оторвёт, то по делу. Ну вот что вам, атомщикам, делать на развалинах?!
  - А то ты не полез бы, - отозвался Гедимин. Он даже не щурился - с самой встречи с Иджесом он не мог ни на кого толком разозлиться, и даже курсант, едва не удравший наверх в одиночку, не получил от него заслуженной затрещины.
  - Я рад, что там обходятся без нас, - сказал Хольгер, глядя на пустые места за столом. Константин исчез вскоре после февральского выпуска, с ним пропал и Альваро. Хольгер пару раз связывался с ним - северянин отвечал, что он на стажировке, а потом и вовсе перестал выходить на связь. Айзек появлялся пару раз - в униформе Атомофлота, разработанной Кумалой, строгий, сосредоточенный и молчаливый. Напоследок он подошёл к Гедимину и протянул ему руку; на вопросительный взгляд не ответил и больше в столовой не появлялся.
  - Где их всех стажируют, вот что мне интересно, - еле слышно пробормотал Гедимин.
  - Корабли стоят на базе, - пожал плечами Линкен. - Там все стажёры, наверное. Экипажи подбираются небыстро. Всем надо освоиться, сработаться... Я тоже со дня на день исчезну. Вы тут не пугайтесь.
  Гедимин и Хольгер переглянулись.
  - Не так скоро, как вы думаете, Линкен, - послышался над головой ремонтника голос Ассархаддона. Гедимин даже не обернулся - он давно подозревал, что носит за плечами невидимый портал, и куратор просто вылезает оттуда, когда ему надо.
  - Маркус хотел бы видеть вас на испытаниях "Марка", - продолжал Ассархаддон, занимая место, оставшееся от Константина. - До сентября вас придержат тут, а потом... Не исключено, что переведут на "Шаман".
  Гедимин мигнул, вопросительно посмотрел на Линкена.
  - База на Палиаке, - отозвался тот. - "Марк" припишут к "Шаману"? Непонятно, я думал, все крейсера будут на "Маре"...
  - "Марк" - особый крейсер, - сказал Ассархаддон. - Маркус хочет перенести на него свой штаб.
  Его глаза слегка сузились, и Гедимин насторожился - Ассархаддон нечасто выражал своё мнение о решениях Маркуса. Но в этот раз он сдержался - и, снова придав лицу каменное выражение, положил на стол небольшой пакет.
  - Держите, Гедимин. Впредь будьте осторожны, - сухо сказал он.
  Сармат, растерянно мигнув, развернул пакет. На стол выпали четыре цацки - всё, что он отдал недавно Иджесу.
  Задать вопрос он не успел - только навалился на стол, чувствуя, как в груди холодеет, а глаза против воли сужаются.
  - Иджес цел и невредим, - сказал Ассархаддон. - Как и все остальные. Вашу контрабанду перехватили на Кагете, на ваше и его счастье. Впредь воздержитесь от таких подарков. "Геката" - всё ещё секретная база.
  Гедимин молча наклонил голову. Ему не хотелось смотреть на куратора, и он перевёл взгляд на блестящие перламутровые кольца и конусы. "Ничего. Вернусь в Ураниум - всем привезу подарки. Сделаю ещё лучше."
  
  01 августа 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - Ну, как тебе новая группа? - дежурно спросил Хольгер, отключая голографический проектор и убирая телекомп в стену, под экранирующую облицовку. Гедимин спустился с платформы, до начала практических занятий принайтованной в дальнем конце отсека, и пожал плечами.
  - Сарматы как сарматы. Мне реактор не нравится...
  - Что с ним? - насторожился Хольгер. - Думаешь, пора в утилизацию?
  Гедимин покачал головой.
  - Пока не знаю. Надо подумать. Если до завтра не успокоится...
  - А что? - взгляд Хольгера из настороженного стал испуганным. - Он до сих пор пульсирует? Там же куча ипрона! Ты аварийные не поднимал?
  - Три вспышки за смену, - отозвался Гедимин, угрюмо щурясь на платформу. - Задёргали. Сколько групп у нас на нём было?
  - Тринадцать. Ему уже больше года... Думаешь, отработал своё?
  Гедимин пожал плечами.
  - Посмотрю за ним завтра. Если не успокоится - придётся менять.
  Реактор занимал все его мысли по пути в столовую, и он даже не обернулся, когда Линкен шумно сел за стол рядом с ним и хлопнул по столешнице двумя руками.
  - Осторожнее, - недовольно сказал Хольгер, глядя на вытекшую из контейнера Би-плазму. - Чего ты такой довольный? Что взорвал?
  Линкен мигнул.
  - Это, похоже, заразно, - сказал он, с недоумением глядя на химика. - Атомщик всегда был с
  Энцелада. А теперь и ты туда переселился. Ты что, не слышал о первом полёте "Марка"?
  - Взлетело? - оживился Гедимин, ненадолго оторвавшись от неприятных мыслей. - Не взорвалось?
  Линкен кивнул и расплылся в широкой улыбке.
  - Сегодня перегнали на Палиак. Собирают экипаж. Эх, не будь у меня своего корабля...
  - Константина мы теперь долго не увидим, - подвёл итоги Хольгер. - И Альваро тоже. Надеюсь, хоть там, на борту флагмана, обойдётся без идиотских драк!
  
  02 августа 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - Ну наконец-то! - облегчённо вздохнул Хольгер, выключая передатчик. - Верхние ярусы восстановлены вокруг имитации нового кратера.
  - Хорошо им, - пробормотал Гедимин, не отвлекаясь от невесёлых мыслей. На верхние ярусы он не поднимался с тех пор, как его с курсантами погнали оттуда охранники, да и тогда, честно говоря, лезть туда не стоило. А вот реактор, едва-едва переставший пульсировать на вторые сутки после аварийного останова, стоял у него под боком, и сармата это не радовало.
  - Ты уже определись, - Хольгер искоса посмотрел на него и жестом позвал сармата к открытой двери вагона. - Или он исправен - и ты с ним работаешь, или он неисправен - и его ликвидируют. Мяться тут не над чем.
  - Эти реакторы рассчитаны на сотни лет, - отозвался Гедимин. - А его задёргали за год. Что-то не сходится.
  - Э-эй! Энцелад, приём! - кто-то постучал по наплечнику Гедимина, и сармат нехотя обернулся. Рядом со своей обычной ухмылкой стоял Кенен и совал под нос массивный перстень - дырявую болванку, свёрнутую в кольцо и по цельной, не продырявленной стороне покрытую мелкими синими камешками.
  - Нравится? Это за мои проекты наград, - похвастался он. - Маркусу понравилось.
  Сарматы переглянулись.
  - Ещё войну не начали, а уже думают о наградах, - пробормотал Гедимин, недовольно щурясь. - Вы сначала победите...
  Вагон открылся, и Гедимин прижался к стене, пропуская всех, кто в лёгких скафандрах первым прорвался к выходу. Кенен поспешил было за ними, но оглянулся на неподвижного ремонтника и тоже остановился.
  - Правильно. Куда нам спешить? - спросил он самого себя. - Би-плазму без нас никто не съест. Поужинаю с вами, парни. Приятно находиться рядом с гениями!
  Гедимин, направившийся к выходу, увидел краем глаза, как Хольгер молча показал Кенену кулак.
  Когда сарматы добрались до стола, улыбка учётчика сперва приугасла, а потом и вовсе исчезла с лица. Место Константина, уже давно пустовавшее, сегодня было занято; на месте Айзека сидел Альваро, и оставался всего один свободный стул - обычно отводимый для Ассархаддона.
  - А, Маккензи? Иди, садись, место свободно, - Линкен кивнул на пустой стул. Константин не шевельнулся. Он сидел, подперев ладонью респиратор, и разглядывал сплющенный контейнер из-под воды.
  - Что это с ним? - тихо спросил у Линкена Хольгер.
  Гедимин перевёл взгляд на Альваро. Филк тоже выглядел подавленным.
  - Эй! - он дотянулся до локтя Константина. - Вас пытали? Может, в медотсек?
  Северянин поднял на него удивлённый взгляд потемневших глаз и едва заметно качнул головой.
  - Это мы прошли, атомщик. Да только зря.
  - Зря? - переспросил Гедимин, недоверчиво щурясь. - Тебя же направили на "Марк"... Он взорвался? Или нашли других?
  Линкен, успевший что-то ответить на вопрос Хольгера, сердито фыркнул.
  - Я тебе взорвусь...
  - О чём ещё волноваться Гедимину?! - Константин посмотрел на потолок. - Корабль цел. Я по-прежнему в экипаже. А вот Альваро - нет.
  - Что? - Гедимин изумлённо мигнул. - Но ведь Ассархаддон обещал...
  - Замолвить слово, - закончил за него Константин. - Маркус сказал, что на его корабле "выродков Джеймса" не будет.
  - При чём тут Джеймс? - Гедимин обвёл всех сарматов недоумённым взглядом. - Он давно мёртв, а филки - тоже сарматы... Да их уже больше, чем нас!
  Константин вздохнул.
  - Прекрасная планета Энцелад... Я вот иногда думаю - а что, если бы "макаки" не упирались так в благонадёжность - и выбрали координатором нашего атомщика?
  - Хватит чушь молоть, - поморщился Гедимин. - Маркус поступает глупо.
  - Альваро - единственный филк за всё время работы наших курсов, - тихо сказал Хольгер. - Я не знаю, какие экипажи готовят на "Маре" и "Шамане"...
  - Никэс берёт в москитный флот только филков, - сказал Линкен. - Остальные в кокпит не влезают.
  - Москитному флоту нужно много пилотов, - пробормотал Хольгер, отводя взгляд. Гедимин вспомнил последние дни "Шибальбы" и содрогнулся.
  - Да, Маркус никак не может забыть дела Джеймса, - ухмыльнулся Кенен. - Наверное, никогда не забудет. Мне рассказали, парни, как он недавно хотел приказать перестроить все клонарии на производство обычных сарматов.
  Гедимин мигнул.
  - Там же места не хватит. Они в шахтах, там тесно...
  Кенен отмахнулся.
  - Координатора такие мелочи не волнуют! Он ещё хотел перестрелять всех филков и заменить их нормальными сарматами. Хорошо, Ассархаддон у нас не дурак, - отговорил...
  - Как именно? - вяло поинтересовался Константин, положив руку на плечо вздрогнувшему Альваро.
  - Я там не был, парни, - качнул головой Кенен, - но говорят, будто он сказал, что на фоне филков Маркус выглядит особенно внушительно.
  Гедимин невольно усмехнулся.
  - Аргумент, - пробормотал он, толкая локтем Хольгера. Тот, испустив негромкий смешок, тут же помрачнел.
  - То, что нужно координатору сарматской расы. Найти, на фоне кого он будет выглядеть внушительно, - он поморщился и подвинул к себе контейнер с Би-плазмой. - Надеюсь, атомщики, это просто анекдот. Иначе всё очень и очень печально.
  
  01 сентября 35 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Спецконтейнер закрылся; повреждённый твэл больше не представлял опасности для окружающих, и Гедимин, оттерев от перчаток красный раствор меи, взял у приблизившегося сармата клейкий лист с маркировками. Большая часть символов не вызвала у него вопросов, - яркие знаки предупреждали о радиационной опасности и крайней хрупкости перевозимого предмета. А символ в самом низу листа сообщал: "направлено на переработку".
  - Изучение, - буркнул Гедимин, исправляя знак. Сарматы, присланные в Тренировочный блок с новым твэлом и контейнером для старого, озадаченно переглянулись.
  - Распоряжений не было, - сказал бригадир. - У нас направление в цех переработки. А рисовать ты можешь хоть свой портрет.
  - Ты в себе? - спросил Гедимин, стараясь говорить и выглядеть мирно - устраивать драку над твэлом ему не хотелось. - Его надо изучить. Иначе так и будем выбрасывать по твэлу в год.
  Бригадир пожал плечами. Ему было не по себе рядом со "взрывоопасным" грузом, и это чувствовал даже Гедимин.
  - Куда его тогда везти?
  - В лабораторию лучевых исследований, - сказал Гедимин. - Блок Исгельта Марци. Знаешь, где это?
  Бригадир качнул головой; его фиолетовые глаза насмешливо сверкнули.
  - Покажи на карте, - попросил он. - У вас, ядерщиков, полные карты. Мы ваших секретных лабораторий не знаем.
  Гедимин развернул карту и изумлённо мигнул - все отсеки, занимаемые когда-то лабораториями Исгельта, были поглощены расползающимися цехами при верфях.
  - Так куда везти-то? - бригадир уже откровенно ухмылялся. Гедимин свернул карту и коснулся передатчика.
  - Сейчас спрошу у Ассархаддона.
  Побледневший сармат подался назад, рабочие испуганно переглянулись.
  - Эй, может, не надо... - пробормотал кто-то из них, но Гедимин уже слышал в наушниках голос Ассархаддона:
  - Гедимин Кет? Что произошло?
  - Кто сейчас занимается лучевыми исследованиями? - спросил сармат. - Нужно изучить отработанный твэл...
  В наушниках послышался тихий вздох.
  - Исследовать некому, Гедимин. Исгельт занят другими делами. Запускайте переработку.
  - Стой, - сармат почувствовал знакомый холод в груди. - Это очень важно...
  - Знаю, - отозвался Ассархаддон. - За изучением последуют изменения в конструкции реактора, несколько месяцев на модернизацию технологических линий... У нас очень мало времени, Гедимин. Подумайте лучше, где на корабле удобнее будет хранить запас твэлов.
  ...За столом Ядерного блока снова освободились места - и Константин, и Линкен покинули базу, исчез и Альваро - просто пересел после отъезда Константина за другой стол, и Хольгер не уговорил его вернуться. Двое курсантов из августовской группы, завидев Гедимина, подсели было к нему, но увидели что-то в толпе - и, быстро извинившись, отошли к другому столу.
  - Ну вот, - буркнул Гедимин, глядя на пустые места. - Все ушли.
  - И моя компания, боюсь, вас тоже не обрадует, - вздохнул Ассархаддон, занимая своё обычное место. - Вы не обижены на меня за твэл?
  Гедимин пожал плечами.
  - Это ведь не от тебя зависело?
  Куратор кивнул. Он смотрел на сармата по-прежнему пристально, будто каждая их встреча была первой; Гедимину казалось, что он привык к этому въедливому взгляду, но сейчас ему было не по себе.
  - Цели и средства, Гедимин, - проговорил Ассархаддон, недовольно щурясь. - Прежде чем выбирать средства, неплохо бы определиться с целями. Иначе результат неприятно удивит. С Маркусом проблема не в тупости... он не идиот, а отсутствие гибкости мышления - ещё не приговор. Хуже то, что он не определился.
  Гедимин мигнул. Он не знал, чего ему больше хочется - положить куратору на плечо руку или незаметно уехать в соседний блок. Так или иначе, разговор выходил странный.
  - Не понимаю, - осторожно сказал он.
  - Можно уничтожить вид Homo sapiens, - Ассархаддон загнул один из крайних пальцев. - Можно произвести впечатление на вид Homo sapiens и внушить им страх и благоговение. Это разные цели, Гедимин. И делается это по-разному.
  - Это можно совместить, - заметил Хольгер. - Сначала устрашить, а потом...
  Ассархаддон кивнул.
  - Эффективность, - сказал он со вздохом. - Эффективность страдает. Имей мы в распоряжении сравнимые ресурсы, можно было бы поиграть в звёздные войны. В нашем случае - или мы быстро и тихо зачищаем планеты, или впечатляем - и нас разносят в прах. Мне всё равно. Я только хочу, чтобы Маркус определился... и чтобы он, во имя всех богов всех цивилизаций, обзавёлся хоть каким-нибудь стилем!
  Сарматы озадаченно переглянулись.
  - Ничего не понимаю, - признался Гедимин. - Он тебя оскорбил?
  - Только мой здравый смысл, - отозвался Ассархаддон, совладав с собой. Его глаза снова посветлели, но это был очень странный оттенок - не ярко-жёлтый, как в спокойном состоянии, а белесый, будто выцветший.
  - Знаете, над чем работает Исгельт Марци? - спросил куратор, и Гедимин мигнул от внезапной смены темы и поспешно покачал головой. - Специальное поручение Маркуса - разработать на основе "Та-сунгара" и двупучковых излучателей так называемое "Устройство Судного Дня". Вам знаком этот термин?
  Хольгер кивнул. Гедимин, удивлённо покосившись на него, пожал плечами.
  - Странное название. Какого дня? Что это должно значить?
  - Вы плохо знакомы с земным кинематографом? Это к лучшему, Гедимин. Это к лучшему, - глаза Ассархаддона на долю секунды пожелтели и снова стали белесыми. - Это бомба, которая должна будет в случае нашего поражения взорвать Землю.
  Гедимин вздрогнул всем телом, придвинулся к куратору, пристально глядя ему в глаза, - непохоже было, чтобы тот шутил.
  - Взорвать Землю... - медленно повторил Хольгер. - Зачем это ему?
  Ассархаддон едва заметно поморщился.
  - Отсутствие стиля, seatesqa. Подражать персонажам земного кинематографа - довольно-таки глупо, и особенно глупо - брать пример с персонажей, самим сюжетом обречённых на поражение. Но приказ отдан, и Исгельт работает. Как думаете, у него получится?
  Гедимин на секунду задумался.
  - Такую бомбу можно сделать, - сказал он. - Даже если Земля не расколется, тектонические сдвиги и их последствия... В общем, придётся заново терраформировать, и то не сразу.
  Хольгер кивнул.
  - Атомщик прав. Физически это возможно. Но... - он пожал плечами. - Я бы так делать не стал. Планет, пригодных для жизни, и без того мало.
  - В определённом случае я бы так сделал, - задумчиво сказал Ассархаддон. - Но случай не тот... Хорошо, я услышал то, что хотел. Продолжайте работу. У вас осталось меньше двух лет.
  За опустевшим столом Гедимин и Хольгер озадаченно переглянулись.
  - Взорвать планету, - ремонтник тяжело вздохнул. - Может, у него эа-мутация?
  - Ассархаддон бы знал, - качнул головой химик. - К сожалению, эа-мутации у него нет.
  
  01 января 34 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Вольер Зелёных Пожирателей пришлось расширить вдвое - как выяснилось, смертность среди молоди у них ничтожно мала. Теперь весь аквариум изнутри кишел тридцатисантиметровыми многоножками. Их челюсти уже затвердели, и им больше не добавляли радиоактивную пыль в Би-плазму - они перешли на рыхлый облучённый металл. Огромные миски с Би-плазмой, впрочем, остались в вольере - подросшие личинки съедали немало органики, набирая массу. Взрослые особи лениво переползали от мисок к завалам облучённых металлических балок. Их наспинные железы сдулись, и тела стали почти плоскими, но вид у "червяков" всё ещё был взъерошенный из-за топорщащихся на спине чешуй.
  - Смотри, - Хольгер указал на миску, из которой взрослый Пожиратель вытаскивал за хвост извивающуюся личинку. - Я бы поспорил, что он его не съест... Ну да, так и есть.
  Пожиратель выплюнул детёныша и нырнул мордой в миску.
  - Что они едят, когда вокруг нет Би-плазмы? - Гедимин покосился на соседний вольер с мелкими представителями ириенской фауны. Все они, собранные в одной кормушке, не наполнили бы её и на треть.
  - Наверное, на Ириене одна особь приходится на пару квадратных километров... а не по две на метр, - сказал Хольгер. - И смертность там определённо выше.
  Наблюдение за Зелёными Пожирателями было не самым интересным делом, но больше заняться было нечем. Ни Линкен, ни Константин, ни Айзек так и не появились на базе - если им и разрешили отдохнуть в день смены дат, то где-то на орбите Сатурна. Гедимин надеялся, что появится хотя бы связь с "Марой" и "Шаманом", но режим скрытности за прошедшие месяцы только усилился. "И чего, спрашивается, нам не работалось?" - думал Гедимин, лениво следя за прожорливыми "червями". Он надеялся, что они предпримут ещё один штурм люка на потолке - или хотя бы шлюзовой камеры в нижней части вольера - но Пожиратели были заняты размножением, а в этом деле Гедимин ничего не понимал.
  - ...в симбиозе с радиотрофными бактериями, - донёсся негромкий голос с противоположной стороны вольера. Хольгер заглянул за угол и, хихикнув, потянул Гедимина за руку. Тот, недоумённо пожав плечами, посмотрел на дальнюю галерею и увидел Кумалу. Рядом с ним, с любопытством глядя в вольер, стоял Сциен.
  - Смотрите, мы здесь не одни, - радостно улыбнулся Кумала, вскинув руку в приветственном жесте. - Гедимину нравятся радиотрофы. Вы обратили внимание на строение их внешнего покрова? Оно навело меня на идею ваших радиозащитных скафандров.
  Гедимин удивлённо хмыкнул.
  - Новая группа завтра, - Хольгеру надоели "червяки", и он, когда Кумала и Сциен скрылись за вольером, решил сменить тему. - Может, заменим ещё один твэл? Ты уверен в реакторе?
  Гедимин пожал плечами.
  - Пока работает.
  - И я очень рад это слышать, seatesqa, - раздался в наушниках голос Ассархаддона. - Я отменил январскую группу. Ваша помощь будет нужна мне в другом проекте. Зайдите в отсек Аметиста, мы поговорим без свидетелей.
  Сарматы озадаченно переглянулись.
  В отсеке Аметиста, едва подсвеченном синими светодиодами, не было никого; даже Ассархаддона, в его ярком скафандре, Гедимин разглядел не сразу - куратор стоял в тени, в стороне от люминесцентной дорожки, нарисованной на галерее.
  - Великолепная приспособляемость, - медленно проговорил он, глядя в иллюминатор, за которым в клубящейся мути мелькали удлинённые тени. - Здесь, в этом небольшом вольере, шестнадцать замкнутых экосистем. Наша роль сводится к добавлению минералов в донные отложения. В соседний вольер мы не добавляем ничего, и он существует так уже полтора года. Остался последний шаг...
  Куратор перевёл взгляд на Гедимина.
  - Завтра утром вас заберут с пирса "Койольшауки" и отвезут в кратер Кей. Константин Цкау рассчитал код планеты, пригодной для расселения аметистовой фауны. Вам остаётся только её найти.
  Гедимин усмехнулся.
  - Я думал, ты о них забыл... А раньше планеты искали без нас, - заметил он и тут же получил тычок в бок от Хольгера.
  - Блок лучевых исследований расформирован, - отозвался Ассархаддон. - Прервать работу цеха на месяц не могу даже я. А вы так хорошо выполняете план, что нехватку одной группы никто не заметит. Только одно условие... Не распространяйтесь о том, чем вы будете заниматься.
  Гедимин кивнул.
  
  02 января 34 года. Луна, кратер Кей, малый полигон
  Гедимин сидел на краю платформы, от нечего делать разглядывал кислородную станцию, наполняющую баллоны в полусотне метров от него, и прикидывал, как её модифицировать. За его спиной работал реактор, и вращался волчок гравитационного генератора, обеспечивая привычную силу тяжести. Справа границу её действия обозначала кислородная станция, слева - Хольгер, пристроившийся на дне кратера с переносным прожигателем. Если бы Гедимин обошёл реакторный отсек, он увидел бы белые вспышки - пульсацию очередного портала. У Хольгера что-то не ладилось, и он, отложив прожигатель, следил за показаниями дозиметра. Рядом с ним, глядя на тот же прибор, стояли двое сарматов, и Гедимин сквозь вой "глушилки" слышал обрывки слов. "Опять не та планета," - подумал он, не двигаясь с места. В последний раз он предлагал свою помощь полчаса назад; кажется, стоило выждать час-другой, прежде чем предложить её снова.
  Болтовня в наушниках прекратилась, а с ней смолк и раздражающий вой. Сармат перевернул листок ежедневника и сделал несколько пометок. "Когда закончится дурацкая война, я займусь делом," - подумал он. "Тут многое нужно довести до ума."
  - Гедимин! - прозвучал в наушниках взволнованный голос Хольгера. - Есть планета! Разворачивай платформу и жди сигнала!
  Сармат, пожав плечами, убрал ежедневник и вошёл в реакторный отсек. В этот раз сарматы решили не морочиться с заполнением его дыхательной смесью, и шлюз был не нужен. Передвижения ускорились, охлаждение реактора, напротив, замедлилось, но всё равно он не прогревался настолько, чтобы это помешало работе ротора, - и Гедимин о нём не беспокоился.
  Он едва успел развернуть платформу так, чтобы системы линз смотрели на портал, как услышал ещё один голос в наушниках.
  - Гедимин, нам нужна подпитка. Отправляем группу разведки. Код в вашем передатчике.
  "Ещё один Прожиг," - сармат притронулся к щиту управления. "Не люблю Прожиги."
  Когда, оставив реактор "успокаиваться", он вышел из отсека на нос передвижной платформы, портал растянулся до пяти метров в поперечнике, и в его проёме уже была виден неподвижный синевато-белый шар, кое-где покрытый красными концентрическими кругами. "Железная пыль," - машинально отметил Гедимин.
  - Высылаем дроны, - сообщил, отключив наконец назойливую "глушилку", временный командир Гедимина. Его звали Эншуну Марци; судя по тёмно-синей коже с серыми пятнами "ядерного загара", на Марсе он если и работал, то недолго, а остальное время провёл на каком-то спутнике Юпитера или Сатурна.
  - Первичное сканирование показало наличие ледяной коры, жидкой мантии и углеродисто-силикатного ядра, - добавил Эншуну. - Толщина коры от пятисот до пяти тысяч метров, состоит преимущественно из водяного льда и углекислоты.
  Гедимин одобрительно кивнул. "Хорошая планета," - думал он, глядя на выглядывающее из-за белого бока светящееся жёлтое пятно. С этого ракурса газовый гигант, вокруг которого вращалась новооткрытая планета, был не виден - портал открылся между ним и его спутником.
  - Тут есть участок с трёхсотметровой корой, - сообщил Хольгер через полчаса. - Видишь большой кратер немного выше экватора? Я бы начал бурение там.
  - Под корой что-нибудь видно? - спросил Гедимин. - Там вода?
  - Вода, насыщенная углекислотой, - отозвался Хольгер. - Видишь длинные разломы вдоль кратера? Похоже, газ иногда взламывает кору.
  - Можно жить в такой кислой воде? - забеспокоился ремонтник.
  - На Аметисте она была кислее, - ответил Хольгер. - Если тут не найдут серы...
  Его речь прервал протяжный писк.
  - Они нашли серу и соединения азота! - в голосе химика слышалась радость. - Дроны сканируют океан в поисках жизни.
  В наушниках снова загудело - Эншуну, заметив переговоры сарматов, решил их прервать. Гедимин сердито сузил глаза и снова достал ежедневник. "Зачем они меня вытащили? Сидел бы в Тренировочном блоке. Всё равно никуда не пускают..."
  Ожидание затянулось на пять часов. Гедимин уже решил ждать конца смены - это событие наступило бы в любом случае, а понадеявшись на скорый сигнал из-за портала, можно было неприятно разочароваться. Но сигнал пришёл раньше.
  - Гедимин, дроны вернулись! - крикнул Хольгер. - Портал оставляем!
  Сармат закрыл ежедневник и пошёл к реактору.
  ... - Ис, - объявил Эншуну, убедившись, что временный лагерь и портал рядом с ним хорошо замаскированы. - Эта планета будет обозначена как "Ис". Завтра высылаем экспедицию. Сайджин и Нур-Айя обследуют кратер Дахут и делают пробную скважину. Если в керне найдутся следы жизни, экспедицию сворачиваем.
  Гедимин изучал данные, сброшенные ему Хольгером в тайне от Эншуну; следовало поторопиться - сармат ничуть не удивился бы, если бы файл исчез сразу по возвращении на базу. "Планета пригодна для жизни, но крупные формы не обнаружены," - сделал он выводы из прочтённого. "Могут найтись одноклеточные или доклеточные. Хм... Не думал, что Ассархаддон настолько щепетилен, что свернёт экспедицию из-за бактерий. На Аметисте своих было предостаточно."
  
  04 января 34 года. Луна, кратер Кей, малый полигон
  - Есть первый керн! - крикнул Хольгер. Гедимин ждал, настороженно щурясь, - вчера он, улучив момент, поработал над устройством глушения сигнала и убрал себя и Хольгера из списка "заглушаемых". Кажется, это сработало, - с самого утра он ни разу не слышал воя в наушниках.
  Миниатюрный спрингер первой экспедиции откатился от портала, и его окружили ремонтники. Гедимин видел, как Нур-Айя передаёт Эншуну контейнеры.
  - Как отработал бур? - спросил Гедимин.
  - Они сделали семь скважин в районе кратера Дахут, - отозвался Хольгер. - Все буры исправны. Сейчас в океане остались дроны, они берут пробы со дна. Керн отвезут в Биоблок, но одно могу сказать - там ничего не шевелится.
  Гедимин хмыкнул.
  - Ты сам рассказывал про бактерии, живущие в кристаллах, - напомнил он. - Нужно ждать тысячу лет, чтобы увидеть одно деление.
  - Поэтому образцы и передают в Биоблок, - проворчал Хольгер. - Атомщик, ты запомнил только последние слова?
  Эншуну, проследив за упаковкой контейнеров, поднял руку, требуя внимания. Хольгер замолчал.
  - Завтра высылаем вторую экспедицию. Сайджин и Нур-Айя снимают показания с подводных разведчиков. Если следы жизни не будут найдены, послезавтра в кратер Дахут отправляется Дугал и готовит площадку для высадки. Отбой!
  
  06 января 34 года. Луна, кратер Кей, малый полигон - Ис, кратер Дахут, временная база
  Участок в трёхста метрах от передвижной платформы Гедимина пометили широким белым крестом. Сармат смотрел на него сквозь единственный иллюминатор и ждал вспышки. Сайджин и Дугал отправились на Ис ещё утром; шёл второй час дня, а сигнала всё не было.
  Устав от ожидания, сармат перевёл взгляд на окрестности будущего портала. Эншуну не терял времени зря - вокруг крошечной временной базы уже развернулся целый передвижной лагерь. Из "Койольшауки" подогнали мощные вертикальные проходчики - на таких работали на Европе... и, как подозревал Гедимин, строили скрытые базы на многих спутниках Юпитера и Сатурна.
  Передатчик на запястье сармата тревожно замигал. Гедимин, забыв о проходчиках, повернулся к участку, отмеченному крестом. Над ним пульсировала, быстро разрастаясь, ярко-белая точка.
  Два потока зелёного света влились в портал, и он, мигнув, расширился так стремительно, что Гедимин испугался в него провалиться. Подпитка растянула проход на шесть метров; за ним проступило рыжеватое дно кратера Дахут. Лёд, присыпанный метеоритной пылью, успел покрыться свежими наледями - ярко-белыми звёздчатыми пятнами поверх красных борозд. За проёмом виднелся маленький спрингер Сайджина, и пилот стоял рядом, приветственно подняв руку.
  - Опять залез под лучи, - сердито сказал в пространство Гедимин, сбрасывая аварийные стержни. Краевые, пульсирующие, сборки отработали своё; заглушить их обычным набором стержней Гедимин уже и не пытался.
  - Портал стабилен! - крикнул Хольгер, обернувшись и помахав платформе дозиметром. - Ты готов?
  Гедимин изумлённо мигнул.
  - К чему?
  - Гедимин берёт на борт кислородные станции, - раздался в наушниках голос Эншуну. - И помогает в их погрузке. Реактор проезжает первым, сразу после проверки прочности. Непосредственное управление базой "Ис" принимает Нур-Айя!
  Кроме кислородных станций, к платформе, как самому грузоподъёмному транспорту, прицепили ещё два проходчика. Гедимин не возражал. Ему было не по себе, когда он смотрел на красный лёд Иса, и в груди на миг похолодело, когда гусеницы платформы коснулись поверхности чужой планеты. Он напомнил себе, что на Луне погибнуть глупейшим образом так же легко, как на Исе, и что там, что там из скафандра не вылезешь и без кислорода в горы не улетишь. "Ещё одна планета," - думал он, унимая сердцебиение. "В этот раз - безжизненная. Интересно, как она понравится переселенцам?"
  Сразу после высадки на борт платформы залез Хольгер. Посмотрев Гедимину в глаза, он молча положил руку ему на плечо и жестом показал на кислородные станции.
  - База "Ис" работает круглосуточно, - объявил Нур-Айя. - Смены двенадцатичасовые. Никто не покидает кратер без особого распоряжения. После размещения базы Гедимин и Хольгер следят за реактором посменно. Экипажи проходчиков...
  Гедимин поднял кислородную станцию и, отмахнувшись свободными пальцами от Хольгера, понёс туда, где уже был нарисован чёрный крест. Хольгер и один из монтажников подняли вторую. В наушниках было тихо. Углекислота под ногами ощутимо проминалась - мелкие кристаллы крошились и, будь здесь плотная атмосфера, сармат услышал бы их хруст. "Надо было взять Айзека," - подумал Гедимин и сам усмехнулся нелепой шутке. "Он быстро нашёл бы, где тут вода."
  
  09 января 34 года. Ис, кратер Дахут, временная база
  Гедимин проснулся - и, едва открыв глаза, вздрогнул и с замирающим сердцем прислушался к тишине. Привычный свист вентиляции смолк, из коридора не было слышно шагов, в непривычно широком отсеке горел единственный синий светодиод, подсвечивающий выход.
  - Насосы! - выдохнул он, рывком поднимаясь на ноги. Кто-то, склонившийся было над ним, испуганно шарахнулся.
  - Heta! Какие насосы? - спросил Хольгер; Гедимин узнал его по голосу - в темноте даже сармат не видел лица. - Опять Луна приснилась?
  "Луна?.. Верно. Мы на Исе," - ремонтник с облегчённым вздохом сел обратно на матрас. Хольгер хихикнул.
  - Куда? Твоя смена, атомщик. Я и так тебя заждался, - сказал он, спихивая сармата с матраса и занимая его место. - Нур-Айя и Дугал нашли воду. И у нас гости с Луны. Иди, займись делом!
  Гедимин выбрался из-под купола, установленного над помостом поверх свай, по привычке посветив под них фонарём. Лёд ещё не начал таять; сваи подёрнулись белым конденсатом - где-то между сменами успело похолодать на полсотни градусов. Гедимин сверился с анализатором - атмосфера Иса, и без того жидкая, выпала в осадок на треть.
  Реактор, при всех его экранах, поверхность немного нагрел, - сармат убедился в этом, приложив анализатор к бурому льду под гусеницами; впрочем, до таяния ему ещё оставалось градусов тридцать, и Гедимин решил, что эту смену платформа простоит на том же месте.
  Убедившись, что внутри всё в порядке, сармат снова выбрался на поверхность Иса, прихватив с собой оставленную Хольгером воду. Прикрепив контейнер к респиратору, он сделал большой глоток и огляделся по сторонам. В то, что он на другой планете в неизмеримо далёкой галактике, до сих пор верилось с трудом. Сверху на полнеба раскинулся жёлто-красный шар, перетянутый белыми поясами; под ногами бесшумно крошилась твёрдая углекислота. Вдалеке, на самом дне кратера, где зияли две глубокие скважины, мигали разноцветные огни, - работа не прекращалась ни на минуту. Гедимин притронулся к шлему, настраивая связь.
  - Sa terke! Atza quu! Atza quu! Stzien zaa tatzqa!
  "Сциен?" - Гедимин растерянно мигнул. "Что он здесь делает?"
  - Sa qu"ke! - отозвался Сциен несколько секунд спустя. - Разворот закончен, углубляюсь в лёд. Пройдено два метра. Нур-Айя, что на сканерах?
  - Я тебя вижу, - ответил почти сразу же Нур-Айя. - Направление правильное. Двигайся дальше, у тебя десять часов!
  Мимо, на пару секунд заслонив огни над скважинами, проехал прицеп с огромным серебристым контейнером. Над ящиком курился белый дымок - груз ещё не успел обменяться газами с местной атмосферой и выровнять температуру.
  Гедимин щёлкнул коммутатором.
  - Сциен, - тихонько позвал он. - Не пугайся, тут общая связь.
  В наушниках послышался щелчок, а затем - негромкое хмыканье.
  - Гедимин Кет? Ну да, Кумала говорил, что ты отменный техник. Нур-Айя знает про общую связь?
  "Переключил коммутатор," - Гедимин недоверчиво сощурился на скважины. "Ладно. Нажалуется, и меня отключат, - подключусь по-новой."
  - Тебя спустили в скважину? - спросил он, уже на втором слове сообразив, что вопрос не самый умный.
  - А тебя посадили к реактору, - отозвался Сциен. Гедимин неловко хмыкнул.
  - Я - атомщик. А ты почему здесь? Я думал, ты... - он хотел сказать "охранник", но побоялся, что это обозначение для Сциена будет обидным. - Ты испытываешь броню для Кумалы?
  - И это в том числе, - благодушно ответил Сциен из-под трёхсотметрового льда. - Но бурить я тоже умею. Мы монтируем подлёдную базу. Ты её не видел? Такой серебристый контейнер.
  - Он едет к вам, - Гедимин проследил за отъехавшим прицепом и нашёл его у самых скважин.
  - Рано, - недовольно отозвался Сциен. - До завтра он здесь не нужен... Тихо, Нур-Айя на связи!
  Коммутатор щёлкнул, разрывая канал. Гедимин покачал головой. "Сциен - оператор проходчика," - думал он. "И в целом неглупый сармат. Отсюда вопрос... на кой ему Кумала?!"
  
  10 января 34 года. Ис, кратер Дахут, временная база
  - Базу затолкали под лёд, - первым делом сообщил Хольгер разбуженному Гедимину. - Я летал смотреть. Ты пропустил редкое зрелище!
  - Как там Сциен? - спросил сармат, проверяя коммутатор. Нур-Айя не включил "глушилку" - видимо, Сциен не проболтался.
  - Командует подлёдной бригадой, - ответил Хольгер. - Он работал на Европе и был в первой миссии на Энцелад. Очень расстроился, что жизнь там нашли без него.
  Гедимин встряхнул головой и растерянно посмотрел на химика.
  - Он толковый сармат. Ты знаешь, зачем он связался с Кумалой?
  Хольгер пожал плечами.
  - Кумала - не менее толковый сармат. Ладно, иди на пост. Отгони реактор на пару метров, пока он не примёрз!
  
  16 января 34 года. Ис, кратер Дахут, временная база
  Глайдеры с герметичными контейнерами из тёмного рилкара шли к скважинам непрерывным потоком. По соседней колее, продавленной гусеницами во льду, возвращались к порталу пустые контейнеры, и пилоты уже не боялись разгоняться по дну кратера. Углекислота, размолотая в мелкую крошку, мешала скользить и въедалась в подошвы; даже Гедимин с его удобным скафандром, пройдя по колее, оставленной глайдерами, долго отряхивал ступни.
  - Надо же, - пробормотал Хольгер, глядя на вереницу контейнеровозов. - Сколько на нашей базе было инопланетян...
  - Как они только помещаются подо льдом... - Гедимин посмотрел с края платформы на лёд, будто рассчитывал увидеть под ним тень огромной временной базы.
  Хольгер, услышав его голос, вздрогнул и резко обернулся.
  - Атомщик! Шёл бы ты спать, ещё час до смены!
  - Я выспался, - отозвался Гедимин. - Смотрю на глайдеры. Уже наладили поток... Ассархаддон здесь?
  - Странное совпадение, - послышалось из наушников. - Как раз в эту секунду я вспомнил о вас. Наблюдаете за межпланетным переселением?
  - Впервые вижу терраформирование, - пробормотал Гедимин, стараясь не показать удивления. "Маячок, что ли, на меня повешен? Да я проверял, нет ничего..."
  - Да, эпическое зрелище, - согласился Ассархаддон. - Спасибо, что помогли его организовать. Вы находитесь на Исе уже пятнадцать дней, - вполне достаточно для первого раза. Я привёз вам сменщиков. Кайя Тарс и Дьенеш Юнь примут у вас реактор, и вы можете возвращаться в кратер Кей. Эншуну ждёт вас.
  Гедимин изумлённо мигнул.
  - Так быстро? И... это всё?
  Из наушников донёсся сдержанный смешок.
  - Вы пятнадцать дней находитесь в другой галактике, Гедимин. Возвращайтесь. Капсулы в медотсеке уже ждут вас. Две недели на отдых, потом вы вернётесь к обычной работе.
  - Почему ты выгоняешь только нас? - Гедимин даже не успел обидеться на нежданный медотсек. - Тут все сидят две недели...
  - И все специалисты возвращаются вместе с вами, - заверил Ассархаддон. - Все, от Дугала до Сциена. Кайя, Дьенеш, идите к реактору. Вам знакомо это устройство. Гедимин объяснит подробности.
  
  01 февраля 34 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Люк медотсека захлопнулся, оставив двоих сарматов в пустом коридоре. До начала рабочей смены оставалось полчаса; медик, дежуривший в ночь, выпустил последних пациентов, те, кто работал днём, ещё не подошли.
  Хольгер посмотрел на Гедимина и криво усмехнулся.
  - Странное чувство, - сказал он, переступив с ноги на ногу и неестественно глубоко вдохнув. - Только что сидел на ледяной сфере в далёкой галактике и дышал из баллонов, и вот - снова тут.
  - Сидишь на каменной сфере и дышишь тем же, только баллоны вскрыты, - отозвался Гедимин, выгибая спину - от долгого лежания в капсуле мышцы, при всех стараниях медиков, всегда немели.
  - Интересно, базу уже свернули? - понизил голос Хольгер. Они шли по пустому коридору к ближайшей станции. В наушниках было тихо - Ассархаддон то ли не подслушивал, то ли решил промолчать.
  - Это зверьё вроде бы расселяют постепенно, - Гедимин попытался вспомнить всё, что вытряхнул по дороге из Нур-Айи и Сциена. - Тысячу там, тысячу там. Потом ждут месяц-другой. Снова заселяют участок. Может, два года провозятся.
  На платформе никого не было. Гедимин попробовал вызвать вагон и обнаружил, что их отогнали в депо перед началом дневной смены.
  - Ремонтная дрезина, - сказал он, кивнув на лючок под потолком. - Сегодня первый день занятий, опоздаем - будем выглядеть глупо.
  - Тебе, кажется, понравилась эта работа, - усмехнулся Хольгер, выбравшись из лаза в широкий туннель.
  - Привык, - отозвался Гедимин, придавливая пальцем кнопку вызова дрезины. - Работа не хуже других.
  "А я бы лучше довёл до ума реактор," - думал он. "Всего-то два года было нужно..."
  
  06 июля 34 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - Уже скоро год, как Линкен здесь не появляется, - вздохнул Хольгер, покосившись на пустое место за столом. - Но перед отъездом, похоже, он успел тебя заразить. Что ты привязался к этим курсантам?
  - Тут полная база сарматов, - Гедимин, поморщившись, обвёл столовую широким жестом. - Можно было найти пятнадцать курсантов, знающих, как держать лучевой резак?!
  - Атомщик, мы их не на ремонтников учим, - покачал головой Хольгер. - Чтобы сидеть у щита управления, лучевой резак не нужен. И потом, у них месяц впереди. Обычная группа, они все два года такими были.
  Гедимин недобро сощурился.
  - Потом скажут, что реактор был плох. Или что их не научили. Я не хочу отвечать за чужие аварии!
  - Этого от вас никто не требует, - мягко заметил Ассархаддон, подходя к столу. В этот раз он материализовался там, куда только что смотрел Гедимин, - но это не помогло ремонтнику заметить его заранее. "Мимикрирует он, что ли?" - без особого интереса подумал сармат, наблюдая, как куратор занимает свободное место. Раньше там сидел Константин; Константина с базы на Палиаке не отпустили ни на смену дат, ни на пятнадцатое июня, и Гедимин подозревал, что на день атомщика тот тоже не появится.
  - Вы уже вернулись с Иса? - оживился Хольгер, повернувшись к Ассархаддону. Тот кивнул. Его глаза снова пожелтели и даже слегка искрились.
  - Первые восемь колоний пошли в рост, - сказал он, покосившись на передатчик. - Бактериальные облака расширились на три тысячи процентов. Выглядит так, будто Ис только и ждал каких-нибудь поселенцев. Надеюсь, мы не нарушили ничьи планы по терраформированию.
  Гедимин неуверенно усмехнулся, но тут же осёкся, увидев, как глаза куратора на долю секунды потемнели. "Его в самом деле тревожат инопланетяне?" - удивился про себя сармат. "Но ведь мы... Гедимин, ты идиот! Шахта на Кагете, "патрульный катер" Ириена... Ещё бы они его не тревожили!"
  - А там есть признаки... таких планов? - осторожно спросил он. Взгляд Ассархаддона на секунду стал неприятно-пронзительным. Ничего не ответив, он притронулся к передатчику.
  - Так вас не устраивает качество курсантов? - спросил он. - Эта группа особенно плоха, или предыдущая была ненамного лучше?
  Гедимин поморщился.
  - Они тупеют от месяца к месяцу. Завези кого-нибудь с Земли! Резервы "Гекаты", кажется, исчерпались.
  Ассархаддон едва заметно усмехнулся, и Гедимин настороженно посмотрел на него - сам он ничего забавного тут не видел.
  - Дело не в курсантах, - мягко сказал он. - Вы устали. Два года несвойственной вам деятельности... Хольгер, что о курсантах думаете вы?
  - К концу месяца мы их натаскаем, - уверенно ответил химик.
  - Я в вас не сомневался, - кивнул Ассархаддон. - Вы справитесь без Гедимина? Я могу дать вам в помощь Кайю Тарса или Дьенеша Юня, на выбор.
  - Главное, верните наш реактор, - отозвался Хольгер. - И меня устроит Дьенеш.
  Гедимин мигнул.
  - А меня куда?
  - У вас будет много работы, Гедимин, - сказал Ассархаддон. - Во-первых... вы сохранили наработки по топливу без примеси ириенского металла?
  - Что? - сармат покосился на карман, в котором лежал ежедневник. - Разумеется. Зачем они тебе? Ты же тогда говорил...
  Ассархаддон поднял руку, попросив тишины.
  - Теперь Ириен недоступен. Придётся перейти на собственные резервы.
  Гедимин и Хольгер в недоумении переглянулись, потом химик, прикинув что-то в уме, вздрогнул.
  - Земляне нашли портал?!
  - Не земляне, - помрачнев, ответил Ассархаддон. - Мы привлекли внимание на той стороне. Я догадывался, что этим кончится. Отчего-то Ириен, при полном отсутствии их активности на самой планете, для них важен. Портал пришлось закрыть. Думаю, на Ириен мы больше не наткнёмся.
  Гедимин задумчиво посмотрел на свою ладонь. "Вот Ириен как раз найти нетрудно. Планет с таким спектром много быть не может..."
  - Стойте, - Хольгер протянул руку к Ассархаддону. - Эти существа... вы что-то о них узнали? Не только слухи и подозрения? Кто они?
  Куратор с сомнением посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Гедимина и, на секунду задумавшись, кивнул.
  - Вреда не будет... Послушайте эту запись. Сигма-связь сомнительна для передачи данных, но весьма хороша для их... взлома.
  Он тронул клавишу на запястье.
  Первое, что почувствовал Гедимин, - неприятное давление на барабанные перепонки. Тонкий, переходящий в ультразвук голос отрывисто что-то выкрикивал. Воспроизвести отдельные звуки Гедимин мог бы - если бы его голосовые связки позволяли истошно пищать, изредка переходя на визг, но понять, где там слова, и как их, в случае чего, записывать, сармат даже не пытался. Взвизгнув в последний раз, существо замолчало. Гедимин потрогал наушники и сглотнул, - уши заложило.
  - Если вы расслышали, они дважды произносят слово "миийяньяа", - сказал Ассархаддон, подождав, пока оба сармата восстановят слух. - Это самоназвание их... цивилизации, должно быть. Галактической империи... или республики. Я не осведомлён об их формах правления. "Миийяньяа". Фальк предлагает называть это "Миана". Легче для произношения.
  Гедимин кивнул.
  - Миий... - попытался выговорить он и, не закончив, махнул рукой. - Миана... Существа на записи... они, похоже, очень разозлены.
  - Нет, просто тембр голоса, - качнул головой Ассархаддон. - У нас шесть сходных записей. Они всегда так разговаривают. Есть подозрения, что их предки - аналог рукокрылых. И чего бы я ни отдал, чтобы получить одного из них в Биоблок "Гекаты"...
  Он сжал пальцы в кулак. Гедимин невольно вздрогнул.
  - Ну так... что же заставило вас бежать и отказаться от исследований? - нервно ухмыльнулся Хольгер. - Они могут что-то противопоставить атомному крейсеру?
  Ассархаддон молча прикоснулся к передатчику. Голограмма развернулась над столом. Первое, что увидел на ней Гедимин, был пририсованный сбоку "Феникс". Он был размером с четверть ближайшего объекта и чуть больше двадцатой части центрального. Объект, расположенный между ними, напоминал астероид, внезапно покрывшийся придонными фильтровщиками с Аметиста, - если бы только эти перепончатые фильтровщики могли вырастать до двухсот метров в высоту.
  - Вот эта синяя панцирная рыба - патрульный катер, перехвативший Фалька на подлёте к Ириену, - пояснил Ассархаддон. - Хорошо, у Фалька хватило ума не открывать огонь. Его... мягко отодвинули от планеты. А вот эта медуза без щупалец - носитель катера, корабль-матка.
  Гедимин посмотрел на корабли Мианы, на "Феникс", ненадолго задумался о смысле слова "отодвинули" - и зябко поёжился. "Космос - очень большая штука," - оторопело думал он. "Фальку повезло. Интересно, на чём эти штуки летают, и сколько нужно ремонтнику, чтобы от носа добежать до кормы..."
  - Они действительно такие яркие? - спросил Хольгер, глядя на красно-малиновые "складки" корабля-матки, прошитые изумрудными и жёлтыми "стяжками". Патрульный катер был раскрашен в ярко-синий, ярко-голубой и ярко-фиолетовый и местами подсвечен красным.
  - Очень, - кивнул Ассархаддон. - То ли традиция, то ли особенности цветовосприятия.
  - А астероид с перепонками? - спросил Гедимин, переведя взгляд на менее яркую часть голограммы. - Тоже такой корабль?
  - Или астероидная форма жизни, - взгляд куратора на секунду затуманился. - Он очень настойчиво уходил от нашего спрингера, маневрируя на световых парусах. Потрясающе эффективный механизм.
  - А тут торпеды, - заметил Гедимин, разглядывая астероид. - В углублениях.
  Ассархаддон пожал плечами.
  - Они не стреляли. Возможно, это спасательные капсулы... Но вернёмся к делу.
  Он коснулся передатчика, и ослепительно-яркая голограмма погасла.
  - Гостеприимные мианийцы что-то имеют против освоения Ириена... и, если это они оставили следы на Кагете, против ирренция вообще, - сказал он. - Строить реакторы на "Гекате" бессмысленно. Исгельт предложил соорудить синтезный цех на "Маре", на базе космофлота. Шесть новых реакторов. Завтра утром Васко отведёт вас к "Сампо" и посадит на транспорт. Двух недель на работу вам хватит?
  Гедимин кивнул.
  - Плутония достаточно? - спросил он. - А монтажники есть?
  Ассархаддон усмехнулся.
  - Я не заставлю вас собирать реакторы вручную. Исгельт обещал выделить рабочих. За качество не ручаюсь, но... у вас будет полная свобода действий. Завтра на "Маре", Гедимин Кет. Ознакомитесь с ещё одной планетой.
  Он вышел. Гедимин и Хольгер переглянулись.
  - Миана... - повторил химик и поёжился. - И живые астероиды... Что-то мне кажется, что закрытый портал ненадолго их удержит.
  Гедимин пожал плечами.
  - Зачем им нас преследовать? Фальк не причинил им вреда. Если за высадку на Ириен убивают, у них было время это сделать. Они отпустили его и не стали преследовать. Мне кажется, мы им не нужны. Они нас даже не заметили.
  - Хорошо бы, - пробормотал Хольгер. - Мне бы твою уверенность.
  
  07 июля 34 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  Глайдер мягко приподнялся - видимо, под гусеницы бросили шар защитного поля - и заскользил по прямой, постепенно замедляя вход. Его встряхнуло - в первый раз слегка, потом сильнее. Гедимин прикоснулся к стенке фургона и недовольно сощурился - иллюминаторы в транспорте, проходящем через двойной портал "Сампо", были не предусмотрены.
  - Руки! - прикрикнул на него один из сарматов, сидящих в фургоне. - Нас ловят. Если борт не выдержит...
  - Снаружи минус двести, - хмыкнул другой. - И пол-атома на сто кубометров. Если борт не выдержит, будет не до сломанных рук.
  Глайдер остановился. Фургон, сплющенный сверху, расширился вправо и влево. Гедимин пригнул голову - придавленный чем-то тяжёлым потолок лёг ему на шлем.
  - Ну ты амбал! - пихнул его в бок один из сарматов, потрогав потолок вытянутой рукой. - Трудно будет тебе на "Маре"...
  В расширившихся бортах открылись проёмы. Никаких шлюзовых камер за ними не было - что внутри фургона, что снаружи кислорода было так мало, что не было смысла его экономить. Сарматы, подобрав запасные баллоны, сошли на помосты, уходящие вдоль стен в две стороны к узким гермоворотам. Гедимин остановился, озадаченно глядя по сторонам. "А мне куда?"
  - Гедимин Кет? - голос Исгельта в наушниках прозвучал устало и как-то обречённо. - Шлюз справа от тебя. Я жду на выходе.
  Сармат наклонил голову, прежде чем войти в шлюзовую камеру, но, посмотрев на второй проём, решил согнуться ещё и в плечах. Люк был настолько узким, будто его делали для филков, - даже Кенену или Айзеку здесь пришлось бы пригнуться.
  На той стороне он с облегчённым вздохом выпрямился - и тут же задел шлемом потолок. Исгельт, со скрещёнными на груди руками дожидающийся его у перекрёстка, сочувственно хмыкнул.
  - Шевелись аккуратно, физик. Базу разрушишь.
  Гедимин осторожно выпрямился, попытался просунуть ладонь между шлемом и потолком и не смог - верхние пласты, прикрытые термоизоляцией, практически лежали на его макушке.
  - База для филков? - спросил он, недовольно щурясь.
  - Это не Луна, физик. Тут сильно не разроешься, - отозвался Исгельт. - Идём, покажу тебе отсеки.
  Они свернули на перекрёстке, несколько метров прошли бок о бок, свернули ещё раз - и Гедимин обнаружил, что проход слишком тесен для двоих сарматов в тяжёлых скафандрах. Он отступил на шаг, пропуская Исгельта вперёд.
  - Это грёбаная ледяная глыба, - продолжал бывший адмирал, мимоходом притронувшись к серой облицовке с тусклой подсветкой. - Немного пыли и миллионы тонн льда. Метановый сверху, углекислый и водяной - снизу. Мы зарылись в рыхлый песок, временно скреплённый замёрзшим метаном и углекислотой. Если бы не твои РИТЭГи, я бы вообще не взялся тут копать. Это хуже Европы и Энцелада, вместе взятых.
  "Снаружи минус двести," - вспомнилось Гедимину. Даже в термоизолированных коридорах чувствовался холод. Сармат покосился на передатчик - температура держалась на минус десяти по Цельсию.
  - Тут есть жидкая вода? - спросил он. Исгельт фыркнул в респиратор.
  - Наверху бывает жидкий метан. Устроит?
  - Вы пьёте метан? - почти не удивился Гедимин. - А выделительная система...
  Исгельт, не выдержав, рассмеялся.
  - Всё не так плохо, физик. По вечерам дают горячее питьё. Для мытья есть спецрастворы. Здесь нельзя устраивать жару. Когда от перегрева начнёт испаряться метан, всю базу разнесёт в пыль. Твои РИТЭГи почти не греются. Полноценный реактор я бы сюда не потащил.
  Гедимин мигнул.
  - А космофлот? На каждом корабле по реактору. Они не растапливают метановый лёд?
  - Я велел Маркусу держать свои игрушки в десятислойной изоляции, - поморщился Исгельт, искоса посмотрев на Гедимина. - Стой! Здесь подъём. Не растопыривайся на лестнице!
  О чём он говорит, сармат понял сразу же. Лаз, ведущий на верхний ярус, был сделан точно по мерке Гедимина - так, чтобы тот мог пролезть, обтерев скафандром обе стены, но всё-таки не застрял. На всякий случай он задержал дыхание на подъёме и услышал ещё один сочувственный хмык от Исгельта.
  - Здесь у нас жилой блок, - сказал тот, сдвинув в сторону крышку ближайшего бокового люка и посветив внутрь фонарём. На полу лежали скатанные матрасы.
  - Два? Зачем? Тут одному сармату будет тесно, - удивился Гедимин, заглядывая в отсек. На его счастье, потолок внутри сделали таким же, как в коридоре; кромка люка выступала наружу на пару сантиметров и цепляла шлем, но пройти всё же было можно.
  - Я бы послал тебя ночевать в пакгауз, - отозвался Исгельт. - Но ожидается ночная разгрузка. Кстати, сверим часы...
  Он протянул Гедимину руку с открытым передатчиком. Условное время "Мары" совпадало с условным временем "Гекаты" - сарматы не собирались сверяться с местными сутками.
  - На Фебе девятичасовой день, - сказал Исгельт. - Но это никого не касается. Здесь, у входа, спят временные поселенцы. Бери любой матрас, только не задерживайся со смены. Там, дальше, отсеки на троих, и самые крупные поселенцы часто переходят сюда. Может быть тесновато. А теперь выдохни - лезем вниз.
  Дождавшись, когда Гедимин спустится, Исгельт затолкал наверх складной трап, закрыл люк и пошёл дальше, изредка прикасаясь к мигающему передатчику.
  - Все корабли садятся на выходе из кратера Ясона, - продолжал он пояснения на ходу. - Едут к своим шахтам - каждый по своей полосе. Шахтные доки - слева и справа от нас. Этот коридор, если пройти до конца, смыкается с общим доковым. А мы свернём вглубь массива и пойдём до упора.
  - Здесь нет транспортных туннелей? - спросил Гедимин, вспомнив бесконечные перегоны "Гекаты" и - особенно - тот, что соединял "Гекату" со станцией ядерных испытаний. "Если всё это пешком, всю смену пробегаешь," - с опаской подумал он. "А на "лучевом крыле" тут не развернуться..."
  Он прислонился к стене, пропуская бригаду в лёгких серых скафандрах. Сарматы, даже не замедлив шаг, боком проскользнули мимо громоздкого пришельца.
  - Здесь не "Геката", - отозвался Исгельт. - Часа достаточно, чтобы пересечь базу в любом направлении. У тебя самое отдалённое место работы, физик... пока мы не построили ещё полсотни доков, конечно.
  В коридоре постепенно темнело - сарматы прошли основной массив и углубились в промороженную скалу с единственным рассекающим её туннелем. Гедимин увидел по бокам выступы и еле успел пригнуться, разминувшись с очередным люком, но через пять метров влетел в следующий.
  - Это на случай аварии, - пояснил Исгельт. - Ветка герметизируется и превращается в новый кратер, не задевая остальные.
  Гедимин поёжился.
  За четвёртым аварийным люком пропали последние светодиоды со стен. Исгельт включил фонарь, и вдоль туннеля зажглись четыре полосы люминесцентной краски ярко-зелёного цвета. Гедимин покосился на анализатор - температура упала до минус двадцати.
  - Ничего, будете греться плутонием, - хмыкнул Исгельт, подсветив ещё полкилометра дороги. На дальнем её конце вспыхнул ярким зелёным трилистником закрытый люк.
  - Камера дезактивации, - сказал Исгельт, но Гедимин и сам уже услышал под ногами знакомый плеск и почуял запах меи. Датчики движения наконец сработали, и под потолком зажглись яркие лампы, едва не ослепив сармата после долгой темноты.
  - Проблемы с энергией? - спросил Гедимин, недовольно щурясь, - световой удар пришёлся совсем некстати.
  - Проблемы с теплом, - отозвался Исгельт. - Чем меньше здесь его источников, тем лучше. Не бойся, рядом с реакторами света будет достаточно.
  Они вышли из шлюзовой камеры и оказались посреди широкого коридора, протянувшегося налево и направо от них; от него вперёд уходили такие же широкие туннели. Там, где они заканчивались, Гедимин увидел знакомый холодный свет, - черенковское свечение бросало синие блики на потолок. Он невольно улыбнулся, и сердце сделало на один удар больше.
  - Чего у нас в избытке, так это хладоагента, - сказал Исгельт, останавливаясь перед небольшим бассейном, разделённым на ячейки. В нём лежали плутониевые цилиндры. Ирренций хранился отдельно, в сухих контейнерах из рилкара с ипроновой фольгой. Гедимин покосился на анализатор, сверяясь с показателями излучения, и увидел, что температура поднялась выше нуля. Он опустил сканирующий конус в воду, - плутоний, несмотря на затопленные баллоны с хладоагентом и непрерывную работу насосов, нагрел бассейн до пятнадцати градусов.
  - Здесь, - Исгельт показал на закругление в конце короткого туннеля, - ты поставишь реактор. Тут, по потолку, пройдут пути выгрузки. Здесь будет временное хранилище, а вон там развернёшь переработку.
  Гедимин огляделся по сторонам, - из всего оборудования в будущем реакторном зале были только разобранные стержни и хвостовики к ним.
  - Это я соберу, - сказал он. - Но до завтра найди остальные детали. И рабочих.
  - Детали выгрузят ночью, - ответил Исгельт. - Там немного осталось. Рабочие... У меня сейчас свободна бригада монтажников. Скафандров нет, так что заэкранируй это своё сооружение до того, как они подойдут.
  Гедимин мигнул.
  - Скафандров нет? А как вы собираетесь выгружать ирренций?
  - Лёгкие радиозащитные есть, остальное только у космофлота, - махнул рукой Исгельт. - Ты здесь на две недели? Надеюсь, к концу срока тебе пришлют какую-нибудь смену. Мне над реакторами сидеть вот совсем некогда.
  "Скафандров нет..." - Гедимин вспомнил снаряжение специалистов "Гекаты", оборудованный по последнему слову техники Ядерный блок и полностью автоматизированную сборку реакторов под управлением Хильды Хагав. "Что-то не так с этой базой."
  - Почему не дали скафандров? - спросил он. - И где твои сарматы из блока лучевых исследований? У них же было снаряжение...
  Исгельт досадливо сощурился.
  - Что ты хочешь от меня, физик? Главный по флоту - Маркус. Моё дело - построить базу, а потом я уйду в штаб, и твои реакторы мне будут до орбиты Седны. Это уже не владения Ассархаддона, физик. Справляйся, как знаешь.
  ...Стержни собирались легко - Гедимин ещё не забыл, как соединять тонкостенные цилиндры и растягивать вдоль них защитное поле. Ирренция было немного, и сармат рискнул убрать с висков ипроновые пластины; после обжигающей "хватки" ядерного реактора тончайшие нити сигма-излучения от синтезных сборок казались прохладными и невесомыми. До конца смены он успел собрать всё; оставалось соединить все сборки в активную зону, но "обвязки" для неё ещё не было. Гедимин вспомнил баллоны с жидким азотом, которыми охлаждался его первый реактор, посмотрел в ближайший бассейн и ухмыльнулся - здесь с хладоагентами не было никаких проблем. "Насосы надо бы доработать," - подумал он, в очередной раз измерив температуру воды и воздуха. На щите, которым сармат прикрыл бассейн, снизу висели капли конденсата. Он закрыл последние проёмы и следил, как понижается влажность, и остывает воздух, пока громкий гудок не сообщил ему, что смена закончилась.
  Столовую он нашёл быстро - достаточно было проследить, куда идут рабочие. По пути он снова зацепил край люка шлемом, забыв о низких потолках. Местные сарматы привычно пригибались, быстро проскакивая очередной перекрёсток или аварийный шлюз, Гедимину пока приходилось идти медленно и высматривать все выступы сверху и по бокам. В столовую он, впрочем, не опоздал.
  Раздавал автомат; сдвоенные контейнеры подавались по одному, над ними висел пар, и оболочки слегка вздувались от перепада температуры. В столовой от дыхания множества сарматов воздух прогрелся до минус пяти. Сарматы со спутников Юпитера поснимали шлемы, марсиане отстегнули респираторы. Выходцы с Венеры собрались группкой у дальней стены, сбившись так тесно, что соприкасались плечами. Каждый, кто подходил к их кружку, вносил внутрь горячие контейнеры, и сарматы прижимали к ним руки, как будто термоизоляции скафандров было недостаточно, чтобы не промёрзнуть на холодной базе. Фильтры в респираторе Гедимина прогревали воздух, но прохлада всё же чувствовалась, и прикосновение тёплого контейнера к пальцам было приятным.
  Столов и стульев тут не было; контейнеры из-за этого выдавали жёсткие, и каждый отходил со своей порцией к невысоким лавкам шириной в один метр, находил свободное место и приступал к еде. Сидели довольно плотно; сармат, рядом с которым устроился Гедимин, сначала недовольно покосился на него и хотел отодвинуться, но приостановился - и, наоборот, почти прижался к нему и быстрыми жестами позвал других сарматов.
  - У тебя броня тёплая, - сказал он. - Проверь теплообменник. Здесь энергией не разбрасываются.
  - Ты с базы или с корабля? - спросил у него Гедимин. - Перевели с "Гекаты"?
  Сармат испуганно вздрогнул, его глаза настороженно сузились.
  - Я из Утгарда, перевезли два месяца назад. Так ты из "Гекаты"? Из сарматов Ассархаддона? Мутант?
  Гедимин сердито фыркнул.
  - Я нормальный eateske. На "Гекате" нет никаких мутантов. И там всегда плюс пятнадцать.
  Сармат недоверчиво покачал головой.
  - Там Ассархаддон. Если скажешь, что ему не понравится, - сразу расстрел. Так что молчи, теск. Я тебя раньше не видел, но смерти тебе не желаю.
  В жилом отсеке у спуска кто-то уже спал; Гедимин, зацепив его лучом фонаря, сразу отвёл пучок в сторону и присматриваться не стал. Развернув матрас, он обнаружил, что в отсеке ещё осталось чуть-чуть места для прохода - а при желании можно втиснуть ещё одного среднего сармата или свободно расположить спящего филка. "Значит, так выглядит база Маркуса," - ремонтник вспомнил, что не взял с собой ни одеяла, ни подушки, даже не подумав, что на "Маре" их может не быть, и с усталым вздохом подсунул под голову локоть. "Ну да, чем ближе к величию расы, тем меньше полезных вещей вокруг. Посмотрим, что тут за рабочие..."
  
  08 июля 34 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  Рельсы для электрокрана проложили по потолку ещё в начале смены, - это было сделано так быстро и легко, что Гедимин даже удивился. Теперь в дальний конец отсека переправляли по частям систему охлаждения, основной корпус и биозащиту. Сармат отошёл с дороги (насколько это позволяла ширина коридоров реакторного блока) и с благодушной усмешкой наблюдал за работами. Бригадир - марсианин по имени Фарман - клятвенно уверял, что помощь Гедимина будет нужна не раньше, чем начнётся монтаж активной зоны - уже после проверки всех систем.
  На другом конце коридора, ближе к общему туннелю, уже собирали оборудование для выделения ирренция. Оно в разобранном виде очень незначительно отличалось от корыта с трубками и газовым баллоном, соединённого с механической дробилкой, - химические свойства ирренция за годы, проведённые Гедимином на Луне, всё-таки не изменились, и ничего нового тут не придумали. Всё отличие было в количестве биозащиты, повешенной поверх рабочих узлов. До неё пока не дошло - сарматы разглядывали чертёж, обсуждая, где в тесном коридоре расположить цистерны с водой, а где - влагоуловитель. Они, как успел понять Гедимин, использовались на Фебе едва ли не шире, чем на Луне, - что для "Гекаты" было досадной тратой ценного ресурса, то для "Мары" могло обернуться серьёзной аварией. У сармата были соображения насчёт влагоуловителей, и он думал подойти к монтажникам, но его отвлёк странный скрежет, доносящийся от бассейна. "Пар сдвинул экраны," - успел подумать Гедимин, резко разворачиваясь и на ходу включая анализатор. "Видимо, нагрев... Эй!"
  - Heta! - крикнул он на рабочего, сдвинувшего экран и с любопытством склонившегося над светящейся водой. - Закрой!
  Туда, где сармат стоял, излучение при слегка отодвинутом экране дойти не могло, но ему, должно быть, было плохо видно - и он решил сдвинуть пластину ещё дальше. Едва она стронулась с места, Гедимин одним прыжком добрался до сармата и отшвырнул его от бассейна. Пластина с треском легла на место, на неё опустилось защитное поле, мгновенно уплотнившись до непрозрачности.
  - Tzata! - закричал сармат, проворно отползая к стене и уже там, под прикрытием подбежавших рабочих, поднимаясь на ноги. "Опять перестарался," - с досадой отметил про себя Гедимин, глядя, как тот, пошатываясь, прислоняется к стене и держится за плечо. "Он же в лёгкой броне, а я со всей силы..."
  - Здесь ирренций, - громко и внятно сказал Гедимин, повернувшись к рабочим. Их - тех, кто прибежал на крик упавшего - было трое, но и остальные, как сармат заметил краем глаза, оставили работу и повернулись на шум. От пульта управления электрокраном к бассейну быстро направился Фарман.
  - Не лезьте сюда, - сказал Гедимин. - Здесь ирренций и плутоний. Вам что, не сказали?
  Он рассчитывал, что после его слов все четверо шарахнутся от бассейна, но они не двинулись с места и смотрели на ремонтника озадаченно.
  - Ирренций? Что это? - спросил один из них. - Мы не взяли бы это себе. Что ты швыряешься, как дурная макака?
  Гедимин мигнул.
  - Взять себе? - повторил он. - При чём тут это? Вы сдохнете раньше, чем достанете его из-под щита. Омикрон-излучение...
  - Heta-heta, - замахал руками Фарман, остановившийся на почтительном расстоянии от защитного поля. Кажется, он был единственным, кто понимал слова Гедимина, и сармат повернулся к нему.
  - Работать! - приказал Фарман, жестами разгоняя монтажников по местам; они неохотно подчинились, только ушибленный сармат остался стоять, отлепившись от стены, но ещё держась за помятое плечо.
  Фарман подошёл к Гедимину вплотную и жестом попросил его переключить коммутатор. Удивлённо мигнув, тот выполнил просьбу, и только тогда сармат заговорил, с подозрением оглянувшись на рабочих:
  - Они тут не физики. Ничего не знают про такие штуки. Я им говорить не стал. Сказал не трогать. Кто знал, что Утуа, кретин, туда полезет?! Если он слов не понимает, я завтра же найду замену.
  Гедимин покачал головой, глядя над его плечом на Утуа, так и оставшегося у стены. Идти он мог, но что-то держало его - может быть, надежда что-то подслушать...
  - Это неправильно. Они должны знать, в чём опасность.
  Фарман резко мотнул головой; его зрачки испуганно расширились.
  - Инженер, ты не понимаешь. Они все разбегутся, если поймут, что тут лежит. Нам показывали фильмы про бомбу... они просто не поняли, что это одно и то же. Если поймут - их не удержишь.
  Гедимин недоверчиво посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Утуа. Сармат, сообразив, что коммутаторы переключены, и канал связи закрыт с двух сторон, отошёл от стены и остановился на другой стороне бассейна. Кто-то из рабочих жестом позвал его, он только отмахнулся.
  - Я много кому рассказывал об ирренции. Пока никто не сбежал, - сказал Гедимин. - Я объясню одному Утуа. Если он в самом деле струсит, ты просто его выгонишь.
  - Они всегда всё друг другу разбалтывают, - безнадёжно махнул рукой Фарман. - Замороженные мозги!.. Как знаешь, инженер. Только уйди с ним в тот коридор. И коммутатор переключи, не то все услышат.
  В последний раз посмотрев на защитное поле (оно не светилось - значит, экран был надёжным, и щелей нигде не осталось), Гедимин жестом позвал за собой Утуа и, выйдя в общий коридор и разминувшись с погрузчиком, тут же свернул в соседний реакторный отсек. Там работы ещё не начались, и бассейн с охлаждаемыми стержнями стоял под ипроновой пластиной, но без защитного поля.
  В отсеке было тихо, только гудели насосы в бассейне, да из-за поворота доносился шум погрузчика и лязг и звон перетаскиваемых конструкций. Гедимин обернулся, предположив на секунду, что Утуа не пошёл за ним, однако сармат был здесь - он остановился поодаль и настороженно смотрел на ремонтника.
  - Нравится свечение?
  Утуа, помедлив, кивнул.
  - Оно красивое, - Гедимин слегка отодвинул экран - там, где прямо под ним не было стержней. Из-под воды шёл холодный синевато-зелёный свет - скорее синий, чем зелёный. Гедимин покосился на дозиметр - сигма-излучение усилилось, но незначительно.
  - Синий - это плутоний, - пояснил сармат. - Зелёный - ирренций. Слышал о таких металлах? Они крайне радиоактивны. Пока эта пластина на месте, излучение наружу не выходит. Если её убрать, мигом обуглишься до костей. Вам рассказывали про радиоактивность?
  Утуа, до того настороженно молчавший, быстро закивал.
  - Я им говорил - оно светится, - выдохнул он. - Светится! Никто не верил...
  Гедимин понял, что в объяснения вкралась ошибка, хотел исправиться, но подумал секунду - и махнул рукой.
  - Если хочешь смотреть на свечение, завернись в защитное поле, - он показал сармату наручный генератор. - Но надолго не задерживайся - часть лучей сквозь него проходит. Всё, хватит...
  Он вернул пластину на место, и свет погас. Утуа протяжно вздохнул.
  - Я видел похожий свет в фильме, - сказал он, исподлобья глядя на Гедимина. - Там взрывали лучевую бомбу. Только он был более зелёным... и немного белым.
  - "Гельт", - Гедимин кивнул. - Это ирренций. И в вашей бомбе, и здесь. Я был на испытаниях "Гельта". Красивое зрелище.
  Утуа немного поднял голову - теперь он смотрел Гедимину в глаза, и в его взгляде читалось что-то странное.
  - Ты инженер, работал с Ассархаддоном, был на испытаниях... - медленно перечислил он. - Это ты сделал бомбу?
  - Это Линкен, - качнул головой Гедимин. - Я только немного помог. Линкен любит бомбы. А я сделал реактор для атомного крейсера. Ладно, хватит болтовни. Идём работать.
  Утуа кивнул и отступил немного назад, пропуская Гедимина; тот видел краем глаза, как монтажник украдкой потёр ушибленное плечо.
  - В медотсек? - предложил сармат.
  - Не надо, - ответил Утуа. - Это скоро пройдёт. Ты похож на Ассархаддона, знаешь? Такой же амбал, и глаза жёлтые.
  Гедимин неопределённо хмыкнул, потянулся к коммутатору, вспомнив, что надо переключить его обратно в общий режим, и покосился на Утуа.
  - Наши передатчики тоже работают на ирренции, - сказал он. Монтажник качнул головой и прикоснулся к запястью.
  - У нас старые, в них ничего такого нет.
  "Старые?" - Гедимин остановился. "Тогда при выделении канала нужно... Уран и торий! Так я ничего не выделил?!"
  Он подошёл к накрытому защитным куполом бассейну. Сарматы при его появлении прервали работу и повернулись к нему; в их взглядах читались растерянность и смутные опасения. Секунду спустя они, спохватившись, развернулись к полусобранному корпусу реактора. Никто ничего не сказал Гедимину, пока не дошло до испытания систем, и он не подошёл, чтобы осмотреть все узлы.
  - Клон Ассархаддона, - донёсся чей-то тихий шёпот по общей связи. - Делал лучевую бомбу...
  - Инженер, - заговорил Фарман, заглушив незнакомый голос в наушниках. - Не трогай бассейн, пока мы тут не закончим. Мы уйдём в соседний отсек - тогда можешь достать их. У нас скафандры не для такой работы.
  - Не бойся, - отозвался Гедимин, отходя к бассейну. - Хорошо проверь все клапаны. Это вещество нельзя выпускать наружу.
  "Клон Ассархаддона," - думал он, криво усмехаясь. "Он не слышит, а то посмеялись бы вместе."
  
  18 июля 34 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Подожди, - Исгельт покосился на молчащий передатчик. Где-то на дальнем конце коридора, соединяющего блок ядерного синтеза с основной базой, закрылся очередной люк. Бригада монтажников отступала из блока, перекрывая за собой туннель, и Гедимину казалось, что они убегают от взрыва, - так торопливо и испуганно они уходили. "Боятся," - думал он, досадливо щурясь. "Видимо, плохо объяснил."
  - Давай, - Исгельт коснулся передатчика пальцем, прервав тревожный писк. Гедимин опустил руку на пульт управления - один на все шесть реакторов. Сармат помнил коды, но в памяти пришлось покопаться, - синтезирующие установки он не запускал уже давно. "Un... du... ter..." - он отключал генераторы защитного поля, запускал пульсирующие облучатели, привычно проверял циркуляцию в системе охлаждения и температуру в активной зоне. "Qu... qen... shi... Attahanqa!"
  - Растёт, - отметил Исгельт, пристально следивший за интенсивностью омикрон-излучения. Гедимин, не оборачиваясь, жестом попросил его подождать.
  - Работает, - признал он через полчаса, когда установки стабилизировались. - Но нужен присмотр. И через три месяца нужно будет всё это выгрузить. Ты нашёл операторов?
  - Сиди здесь, - сказал Исгельт, сверившись с передатчиком. - Часа через полтора пришлю кого-нибудь.
  Время тянулось медленно; Гедимин, убедившись, что ничего не перегревается, достал ежедневник и открыл на странице с чертежом реактора. За время, проведённое на "Маре", чертежей прибавилось, и сармат решил перенести хотя бы часть в память передатчика. "Так целее будет. Хотя... не знаю, кому это нужно," - он пролистнул несколько страниц и тяжело вздохнул. "До войны реакторами никто не займётся. А потом... не знаю, кто доживёт до этого "потом", и что его будет волновать."
  Через два часа шлюзовая камера за спиной Гедимина с плеском открылась, и он обернулся и удивлённо мигнул. На пороге стояли семеро филков; один из них был в тяжёлом скафандре, шестеро - в лёгкой радиозащитной броне.
  - Zaa seateske! - весело сказал, вскинув руку в приветственном жесте, Амос; в броне он двигался не легко и не бесшумно, но уверенно. - Мы пришли принять смену.
  - Амос? Недавно из "Гекаты"? - Гедимин поднялся из кресла, уступая филку место. - А Хольгер...
  Пришелец покачал головой.
  - Во вторую смену придёт Альваро... Ну что же, всё в порядке. Можешь идти, Гедимин. Тебе надо отдохнуть - глаза у тебя замученные.
  Сармат удивлённо мигнул.
  - Это от скуки, - отозвался он. - У кого ты учился управлять всем этим?
  - Разве ты забыл? Мы все вместе это начинали, ещё в Ураниуме, - ответил Амос. - Немного практики с Хильдой... Хильдиром - и меня сделали начальником смены.
  Он кивнул на шестёрку филков, распределившуюся по блочным щитам управления.
  ... - Исгельт, - связь снова заработала только за последним закрывшимся люком; Гедимин остановился в сгущающейся темноте - люминесцентная краска постепенно гасла. - А мне теперь куда?
  - Послезавтра рейс на "Гекату", - отозвался адмирал - теперь уже, наверное, не "бывший". - До тех пор... ну, сходи в доки.
  ...На выходе в огромный по местным меркам туннель, соединяющий все ответвления доков, стояла кислородная станция, а перед ней - прицеп, нагруженный субстратом. Сармат, загружающий сырьё в установку, на минуту прервался и протянул Гедимину баллон кислорода. "Надолго?" - жестом спросил он. Гедимин пожал плечами: "Закончится - вернусь."
  Первые четыре дока были пусты, внешние шлюзы закрыты.
  - На учениях, - буркнул пробегающий мимо техник, задержавшийся в пустом доке.
  Здесь было просторно - почти так же, как у главных шлюзов "Койольшауки", и Гедимин наконец выпрямился во весь рост и расправил плечи. За двенадцать дней в тесных коридорах он физически ощущал, как его сплющило по всем направлениям. "База для филков," - подумал он, криво усмехнувшись. "Только здесь нормально дышится... хоть и воздуха нет."
  Поперёк пятого дока была натянута белесая мембрана защитного поля. Когда Гедимин к ней приблизился, она растаяла, выпустив наружу пару сотен сарматов. Ремонтник отступил к стене, пропуская их, - даже эти коридоры для такой толпы были узковаты.
  "Феникс", вернувшийся с учений, стоял в доке, и техники обходили его, проверяя обшивку. Люки, чтобы не расходовать кислород, закрыли сразу же. Гедимин украдкой притронулся к чёрной броне. На секунду он ощутил тепло, но рецепторы его обманули, - обшивка слегка фонила сигма-излучением, сам же корабль остыл до минус восьмидесяти.
  - Атомщик, ты, что ли? - раздался в наушниках изумлённый голос Линкена, и секунду спустя сармата сгребли в объятия. Он, схваченный со спины, ответить тем же не мог и только недовольно щурился, пока его не выпустили.
  - Тебе тоже дали корабль? - Линкен с жадным любопытством заглядывал ему в глаза. - Какой?
  Гедимин отмахнулся.
  - Я строил реакторы для базы. Теперь твэлы будут делать прямо тут. Сменят топливо, если что... Ты с учений?
  Линкен кивнул.
  - Идём, - поторопил он Гедимина. - У тебя кислород на исходе.
  В полупустой столовой взрывник снял шлем и с наслаждением вдохнул холодный воздух.
  - Приятная прохлада! Ну, как тебе наша база?
  - Тесно, - пожаловался Гедимин. Линкен ухмыльнулся.
  - Да, тебе нужна планета побольше! Ничего, атомщик. Когда всё закончится, слетаем с тобой на Марс. Посмотришь на каньоны Маринера, на Ацидалию, на лисковые степи... Может, и мы наклонируем там какого-нибудь зверья.
  - Ты сначала доживи, - буркнул Гедимин, вспоминая, как разлетался на части астероид Гоберта, и как ослепительно горело излучение, свёрнутое в кольцо. - Земляне вас ещё не засекли?
  - Мы летаем в Вендане, - отмахнулся Линкен. - Землян там нет... местных, впрочем, тоже не видно. А я бы проверил на прочность их крейсер! Размеры, атомщик, - это ещё не всё. А маневрировать такая разлапистая ерундовина не сможет.
  - Не лезь к мианийцам, - недобро сощурился Гедимин. - Второй войны нам не хватало...
  - Вот и Ассархаддон о том же, - вздохнул Линкен. - Ну ладно, я и подождать могу. Сначала нам нужно Солнце. Со своей планетной системой уже можно будет о чём-то говорить... Но я всё-таки удивлён, почему тебя никуда не берут. Мы с Хильдиром, Ихсаном и Эверисом уже три месяца летаем.
  - Как справляется Эверис? - насторожился, услышав очередное имя, Гедимин. - Экзамен он сдавал с большо-ой натяжкой.
  - Сидит на "лучевом крыле", - махнул рукой Линкен. - Бывали у меня пилоты и хуже. Ещё десяток вылетов - и сдаст без натяжки. Хм... А Ихсан и Хильдир у тебя вопросов не вызвали?
  - Они справлялись и на Луне. А вот в Эверисе я уверен не был, - отозвался ремонтник. - А почему меня не берут... ну, кто-то должен строить им реакторы. Ты же это делать не будешь?
  - Я бы взял тебя на борт, но вся роль уже расписана, - с сожалением сказал взрывник. - И мы уже слетались. Я всё-таки не думаю, что тебя навсегда оставят на базе. И на месте Маркуса я взял бы тебя, а не Константина. Почему Ассархаддон ему не предложил?
  - Я неблагонадёжен, - напомнил Гедимин с кривой ухмылкой. - Ничего, для меня найдут... какой-нибудь погрузчик или заправщик.
  К концу смены Линкен, неохотно попрощавшись, ушёл на корабль, - звездолётчики ночевали в доках, не занимая и без того тесные жилые отсеки "Мары". Гедимин долго ворочался с боку на бок на матрасе, - едва он засыпал, в глаза бил ослепительный свет размыкающегося лучевого кольца на месте взорванной Гоберты. "Лиск, наверное, взрывает по астероиду на каждых учениях," - думал он, в очередной раз открывая глаза и переворачиваясь. "Фонят на всю Вендану. Хорошо хоть, из Солнечной Системы ушли..."
  
  20 июля 34 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Пустой вагон замедлил ход, подъезжая к Биоблоку. Гедимин, по привычке наклонив голову, направился к открывающемуся люку и только снаружи вспомнил, что на "Гекате" можно не съеживаться. "Планета по размеру," - усмехнулся он про себя - и, сняв шлем, вдохнул полной грудью. После промороженного воздуха "Мары" ему было жарко на "Гекате" - и, несмотря на всю защиту, его пальцы и крылья носа заметно посинели.
  - Орбита Сатурна? - хмыкнул знакомый медик - Эвтимис - широким жестом указывая на открытую капсулу. - Десять дней, физик. И никаких гуляний по отсекам.
  - Я не ранен и не болен, - Гедимин недовольно сощурился. - Сарматы живут там годами.
  - И вам придётся там жить, когда все мои проекты будут окончательно свёрнуты, - услышал он негромкий голос Ассархаддона и от неожиданности вздрогнул. Он не сразу даже понял, куда смотреть, - броня куратора в этот раз стояла на стапеле, а сам он, без неё почти неузнаваемый, поднимался с кушетки. Окончательно узнал его Гедимин, только взглянув в глаза.
  - Удивлены? - Ассархаддон едва заметно усмехнулся. - Я тоже прохожу реабилитацию.
  Гедимин смотрел на его шею и не мог отвести взгляд - там, почти опоясав горло, прошёл извилистый шрам со множеством ответвлений, спускающихся на плечи и грудь. Руки - насколько их видно было из-под рукавов жёлтого комбинезона - были обвиты похожими шрамами, только там они накладывались слоями, так, что из-под рубцов не видно было кожи. Из-под плотной ткани комбинезона выступал ещё один шрам - наискосок через левую сторону груди, от подмышки к животу; из-за него мышцы выглядели странно перекошенными, будто и кости под ними деформировались и выступали под неестественными углами.
  - Авария? - спросил Гедимин, глядя, как шевелится шрам на горле, пока Ассархаддон закрывал на себе скафандр.
  - "Вайт Рок", - отозвался куратор. - Ложитесь в капсулу, Гедимин. Постарайтесь восстановиться. Когда "Геката" закроется, вам уже не будут докучать медициной.
  Он пошёл к двери.
  - Стой! - Гедимин остановился у автоклава и усмехнулся, вспомнив забавный эпизод. - На "Маре" меня называли твоим клоном. Глупо, да?
  Ассархаддон обернулся, и сармат замолчал. Ему даже захотелось отступить - этот пристальный взгляд куратора был особенно неприятным.
  - Так и есть, - ровным голосом сказал Ассархаддон. - И кто там такой... проницательный?
  Гедимин мотнул головой.
  - Я не запомнил имени.
  Ассархаддон несколько секунд пристально смотрел ему в глаза, потом отвёл взгляд и издал тихий смешок.
  - Ничего страшного, Гедимин. Все мы чьи-то клоны. Особенность расы. До встречи...
  Эвтимис что-то ворчал, укладывая сармата на дно автоклава, но Гедимин не разбирал слов, и кривая ухмылка не сходила с его лица. "Вот как выходит," - думал он. "И поэтому у меня так хорошо получаются бомбы и так плохо - реакторы..."
  
  01 января 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Некогда огромный, отсек фауны Аметиста ужался в размерах; остался всего один вольер, наполненный тёмной водой и скупо освещённый синими лучами со смотровой галереи. Гедимин обошёл его по кругу, заглядывая в иллюминаторы, и направился было к выходу, но остановился. Что-то было не так, как в прошлый раз.
  - Смотровых окон стало меньше, - сказал он. - Было шестнадцать по каждой стороне, теперь только восемь.
  - Хорошая у тебя память, атомщик, - равнодушно отозвался Хольгер. - Должно быть, фауну из этого аквариума тоже выселили в Исское море.
  Они вернулись по своим же следам в отсек Кагета, ненадолго остановившись у вольера с многометровыми водорослевыми матами (с прошлого раза они прибавили в толщине). Гедимин пересчитал про себя смотровые окна - теперь уже намеренно - и озадаченно мигнул.
  - И здесь пропали иллюминаторы. Стало на два меньше.
  Хольгер пожал плечами. Он рассеянно смотрел на существ, копошащихся за стеклом, и время от времени косился на часы.
  - Приедут, - буркнул Гедимин, поймав очередной его взгляд. - Или сами пройдём сквозь "Сампо". Мы знаем, как оно работает. И пусть попробуют нас не пустить.
  - Да, с тобой лучше не спорить, - невесело усмехнулся Хольгер.
  В отсеке Ириена ничего не изменилось, только "личинки" подросли и внешне уже не отличались от взрослых особей. Хольгер утверждал, что они разнятся числом усиков, но усики у сытых и спящих многоножек были плотно прижаты к панцирю, а то и втянуты, и проверить его предположение не удалось. Ещё по осени Ассархаддон разрешил забирать "червей" из вольера для добычи флония; вчера их вернули, чтобы не нарушалась отчётность, и каждый желающий мог сверить их количество с указанным на вольере. Число особей написали на стене после того, как "личинки" отцепились от родителей, - возможно, биологи хотели узнать, склонны ли "черви" к каннибализму. Гедимин от нечего делать пересчитал Пожирателей и сверился с контрольной суммой, - пока что никто никого не съел.
  - Эй, тески! - услышал сармат нетерпеливый возглас Линкена, едва вышел из ириенского отсека. - Куда вы провалились? Мы в отсеке Венеры, и Маккензи уже предложил поймать плавунца!
  Гедимин недоверчиво хмыкнул.
  - Ассархаддон не на базе? Так это ненадолго. Кенен, ты там в себе?
  В наушниках сердито фыркнули.
  - У Линкена, как всегда, дурацкие шутки. Подходи к нам, Джед, пока он не додумался засунуть меня в вольер!
  Хольгер хихикнул.
  - Всё как обычно, - прошептал он, толкнув Гедимина в бок. - Будто из Ураниума не улетали. Не хватает ещё миниглайда и высшего пилотажа на глайдере без крыши.
  - У Лиска теперь есть "Феникс". Что ему тот глайдер?! - отозвался Гедимин, на ходу пересчитывая смотровые окна в вольерах. Их количество уменьшилось почти везде. "Странно," думал сармат, решив в этот раз не делиться ни наблюдениями, ни догадками, - раз Хольгеру неинтересно, то и донимать его незачем. "Не мог же Ассархаддон всех животных выпустить на Исе? Европейских ползунов сожрут исские плавающие твари, а черви с Энцелада, наоборот, сожрут весь Ис..."
  Несколько секунд в венерианском отсеке звучал гул и звон - сарматы хлопали друг друга по плечам, и скафандры лязгали от ударов. Линкен и раньше не осторожничал, а теперь на радостях едва не сбил Хольгера с ног, - Гедимин едва успел удержать пошатнувшегося химика.
  - Ерунда, - отмахнулся тот, украдкой ощупав плечо и задетый кусок спины. - Теперь видно, взрывник, что ты нам действительно рад.
  - Как идут учения? - спросил Гедимин, в свою очередь едва не уронив Линкена. - Много мианийских крейсеров сбил? А земных?
  Линкен фыркнул, с трудом сдержав смех.
  - Подожди, атомщик. Всё будет! Ну что, все готовы? Едем в Карман?
  Кенен хлопнул себя ладонями по бёдрам.
  - Лиск! Тебе на работе стрельбы не хватило?!
  - Отстань, - отмахнулся Линкен. - Крейсер - одно дело, экзоскелет - другое. Капитану не пристало прыгать по десантным палубам. Хотя... я тут думаю - может, отбить на Церере один-два "Харгуля"? После войны пригодятся...
  Они вышли на платформу, и Линкен снова фыркнул, хотя с ним никто не говорил. Гедимин удивлённо покосился на него - взрывника словно распирала изнутри какая-то информация, и отчего-то он не мог выдать её прямо сейчас.
  - Расскажу, - буркнул он в ответ на удивлённый взгляд Гедимина. - Правда, странная история...
  Вагон закрылся за ними и пошёл, набирая скорость, по прямой ветке на "Койольшауки". Линкен пощёлкал коммутатором, подозрительно покосился на Кенена, задумался на секунду, наконец махнул рукой и жестом позвал всех сарматов к себе.
  - Я там, на учениях, узнал странное. Пока мы лазили по Вендане... ну, и иногда видели разные корабли, не без этого...
  Гедимин открыл было рот, но Линкен мотнул головой.
  - Нет, не могу. Дал подписку. Ассархаддон отчего-то не хочет... Ну, Седна с ним. Я про дезертиров.
  Сарматы удивлённо переглянулись.
  - Что? - первым подал голос Константин, до того молчавший и как будто не слишком довольный общей встречей. - Кто-то уже угнал крейсер в другую галактику?
  Линкен покачал головой.
  - Нет, тут другое, - он говорил медленно и сам выглядел озадаченным. - В общем, выяснилось, что на той стороне мы - не первые сарматы.
  - Экспедиция Тамоанчана... - заговорил было Хольгер, но Линкен резким жестом прервал его.
  - Нет, ещё раньше. Наверное, в ту войну. Нашли случайно тот портал на орбите Сатурна и... ушли. Экипаж того "Ицумадена", другие, вместе с кораблями... несколько тысяч, а то и больше. Ну... вы помните ту войну? Особенно бардак в конце. Там мог весь Марс уйти, никто не заметил бы.
  Гедимин кивнул.
  - Наверное, их сначала прихватил патрульный катер. Ириен у них - запретная планета, вот так-то. Очень не любят, когда кто-то берётся за ирренций. Но тем он ещё был не нужен, и их... приняли у себя, наверное. В общем, они там живут.
  Сарматы снова переглянулись, но никто не сказал ни слова - все внимательно слушали.
  - Ассархаддон как-то заслал к ним разведчиков. Наверное, случайно наткнулся и... Они там живут. Там тысячи разумных рас - и ещё сарматы. Живут на дрейфующих станциях. У них там клонарии. Добывают всякое, нанимаются на стройки, чинят корабли. Подданные Мианы... Миана -союз обитаемых систем. Там, кажется, всех принимают, лишь бы не наглели. Фальк видел, как у дрейфующей базы стоял на рейде мианийский крейсер. Базу рядом с ним и видно-то не было... Ну, в общем, они там живут. Уже под миллион, если не больше.
  Гедимин улыбнулся и вскинул руку.
  - Tzaat"es!
  Фраза от невнятности слиплась в одно слово, но сармат не обратил на это внимания. "Додумались. Договорились. Мирная колонизация, мирный союз... Вот это разумные существа!" - он смигнул набежавшую влагу.
  - Эй, теск, - Линкен смотрел на него с растущим недоумением. - Ты чего?
  - Ничего. Рассказывай дальше, - поспешно попросил Гедимин. Ледяной обруч, периодически смыкающийся на его груди, снова лопнул - и на этот раз надолго. "Может, они объяснят Маркусу... может, вообще войны не будет?" - думал он с робкой надеждой.
  - Когда эти разведчики вернулись, сообщили Маркусу, - продолжал Линкен. - Говорят, Ассархаддон сначала не хотел, но там же везде шпионы... Маркус разозлился. Мол, у него воевать некому, а там миллион работает на каких-то уродов. Он велел сказать им, чтобы вступали в армию. Мол, они отомстят "макакам". А если им не выбраться, выведут через порталы. Маркус думал, они там только его и ждали. Ха!
  - То есть? - Хольгер, задумавшийся о чём-то и опустивший взгляд к полу вагона, внезапно поднял голову. - Маркус решил, что сарматы, живущие в другой галактике, примут его как координатора?
  - Это же Марк Криос, - Линкен поморщился, и шрам на его щеке дрогнул. - Когда он был нормальным?! Но те сарматы, - у них уже свои координаторы. И они видали его на орбите Седны. Никто из них сюда не полетел. Ни один сармат.
  Гедимин улыбнулся.
  - Правильно. Лучшего и желать нельзя. Если бы нам всем хватило мозгов...
  - Атомщик, - Линкен с недоумением посмотрел на него. - Ты сегодня совсем странный. Ты всегда был странный, но сегодня...
  - Да хватит тебе! - Хольгер, досадливо щурясь, ткнул его кулаком в плечо. - Что там дальше с этими сарматами?
  - Да что там, - Линкен поморщился. - Маркус объявил их всех предателями и дезертирами и пообещал убить всех, кто ему не подчинится и не явится на базу атомофлота до конца мая. И любого, кто к ним присоединится, тоже расстреляют. Вот на этом и всё.
  Сарматы переглянулись.
  - Нелепость какая-то, - пробормотал Гедимин, болезненно щурясь. - Зачем?..
  Вагон притормозил; сармат ждал перехода на уровень выше или ниже, но транспорт ехал по прямой - значит, скоро должен был остановиться у платформы.
  - Я боюсь, что нас пошлют усмирять мятеж, - сказал Линкен. - По мне, Маркусу не стоит к ним лезть. Пока у нас тут нет своих планет, нам нечего показать - и кто к нам пойдёт? Вот потом, когда победим, можно к ним слетать и договориться. Если Маркус сейчас не натупит на тысячу лет вперёд.
  
  05 января 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - ...И приказал отправить туда три "Циклопа", будто у нас их миллион! - сармат за соседним столом ударил кулаком по столешнице. Другой тронул его за плечо, призывая успокоиться. Гедимин, направляющийся с контейнерами к столу Ядерного блока, невольно приостановился.
  - Не столько даже жаль кораблей, как экипажи, - продолжал сармат, немного понизив голос - он сам уже заметил, что все вокруг оборачиваются. - Крошечный флот против тысячных межзвёздных баз... Ирренций ирренцием, но что там, у этих мианийцев, на кораблях поставлено... Ты видел те корабли?
  Его сосед кивнул.
  - Да, бред. Идиотский план. Их там под миллион, и они там вроде бы свои, - значит, их прикроют. А этот полоумный лезет с тремя "Циклопами" против галактической федерации. Мало нам землян под боком...
  Гедимин, жестом попросив Хольгера есть и его не ждать, направился к беседующим. Увидев чужака, они замолчали и настороженно взглянули на него.
  - Чего тебе? - спросил тот, кто рассказывал про "Циклопы". - Тут всё занято, иди вон туда.
  - Ты говорил о мианийских сарматах? - спросил Гедимин. - Так Маркус послал туда карательный флот? Не знаешь, какие корабли, новые или старые?
  Второй сармат поморщился.
  - Новые, мать его колба! Их строят по два месяца, а эта куча слизи...
  Третий, до сих пор молчавший, крепко ткнул его кулаком в бок, и сармат замолчал.
  - Плохо, - сказал Гедимин. - Пропадут корабли. Я видел мианийские крейсера...
  Он развернулся, собираясь уйти, но сармат придержал его за руку.
  - Ты тоже думаешь, что не надо было трогать этих дезертиров? Они ведь не присягали Маркусу. И про закон о мутантах и гибридах не слышали.
  - Ну, положим, это не повод спариваться со всеми подряд, - другой сармат брезгливо поморщился. - Тем более - клонарий у них есть.
  - Они там спариваются с местными, и это укрепляет союз, - отозвался первый. - А нас без кораблей спарят "макаки", и от этого будет один вред. По мне, так лучше бы Маркус нашёл себе мартышку, чем кидался нашими атомолётами...
  - Это верно, - кивнул Гедимин. - И Маркусу не надо было лезть к чужим сарматам. Я бы сам туда переселился. Похоже, там живут разумные существа.
  Его потянули за руку, оттаскивая от стола. Обернувшись, он увидел Хольгера.
  - Во что ты тут влез, атомщик? - сердито зашипел тот. - Своих проблем тебе мало?
  - Маркус послал карателей на сарматские базы в Миане, - отозвался Гедимин. - Я думал, он умнее.
  
  17 января 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - Далась же тебе эта экспедиция! - Хольгер раздражённо передёрнул плечами. - Если Маркус так легко выделил три "Циклопа" - они у него не последние. И как ты, скажи на милость, собирался во всё это вмешаться?
  - Там девять моих курсантов, - угрюмо сказал Гедимин, глядя мимо него. - Как? Вбил бы ему респиратор в череп. Я ничего не смыслю в войнах, но это были мои реакторы - и мои курсанты.
  Двое сарматов, обсуждавшие что-то у двери в столовую, замолчали и отошли в сторону. Хольгер ткнул Гедимина в бок.
  - Потише, атомщик. Никто не любит, когда ему угрожают. А Маркус и так обидчивый.
  Сарматы сели за стол. Ядерному блоку он уже не принадлежал, да и самого блока практически не было, - Гедимин, Хольгер и два-три любопытствующих курсанта не в счёт. Даже стул, на который обычно садился Ассархаддон, последние месяцы кто-нибудь занимал. Васко, дневной охранник Гедимина, иногда появлялся за его плечом, но чаще уходил к друзьям и только изредка переглядывался с охраняемым. Стивен пропал - видимо, участвовал в учениях вместе с остальными капитанами флота Тохиля. Остался ли в окрестностях хоть один доносчик, и о чём он пишет, Гедимин не знал - и об осторожности вспоминал не чаще обычного. Сейчас ему мешали думать постоянно всплывающие мысли о карательной экспедиции в Миану.
  "Дрейфующая космическая база, население больше тысячи сарматов, свой клонарий, ремонт крейсеров..." - он в задумчивости водил пальцем по столу. "Есть у них своё вооружение? Не знаю, но антиграв быть должен. Значит, можно ударить гравитационным конусом. Кинетику сделать нетрудно, если есть немного времени. Как быстро они узнают, что к ним летят?.. Уран и торий, что за бред..."
  - Смотри! - Хольгер тронул задумавшегося Гедимина на локоть и кивнул куда-то вправо. - Ассархаддон!
  Куратор действительно был там - внимательно слушал сарматов, собравшихся за столом, иногда косился на передатчик и показывал что-то на экране. Когда один из сарматов вышел из-за стола, а другие отвернулись и взялись за еду, Гедимин, не выдержав, поднялся на ноги.
  - Куда? - крикнул ему вслед Хольгер.
  - Пойду спрошу. Он должен знать, - отозвался ремонтник.
  "Первый раз подхожу к Ассархаддону до того, как он подошёл ко мне," - подумал сармат и криво усмехнулся. "Получится незаметно или нет?"
  - Не тратьте попусту время, Гедимин Кет, - сказал, не оборачиваясь, куратор. - Я рад, что два твэла были удачно заменены, но на изучение у нас по-прежнему нет времени. Даже Биоблок сворачивает все проекты, а вы говорите о ядерной физике...
  Гедимин изумлённо замигал. "Не получилось," - подвёл он итоги маленького эксперимента, занимая место рядом с Ассархаддоном.
  - Я не о твэлах. Ты знаешь что-нибудь о карательной экспедиции в Вендану?
  Куратор поднял на сармата удивлённый взгляд.
  - Карательная экспедиция, - медленно повторил он. - Я знаю. Не буду спрашивать, как об этом позоре узнали вы. Экспедиция, как и следовало ожидать, провалилась.
  Гедимин не двинулся с места. Он выжидающе смотрел на куратора, и тот, слегка поморщившись, продолжил:
  - Атаковать миллионный анклав тремя "Циклопами" надо очень быстро и очень тихо. А Маркусу всё мерещится, что у нас в распоряжении пара галактик. Он начал с угроз, и когда дошло до стрельбы, нас там ждали. Я пока не говорил с теми, кого ждали, - им надо отлежаться в медблоке и успокоиться...
  Гедимин вздрогнул.
  - Что с ними сделали? Они живы?
  - Более чем, - отозвался Ассархаддон. - Я даже заподозрил вброс биооружия, но медики не нашли ничего нового, хотя проверили их вдоль и поперёк. Значит, богатые традиции дипломатических отношений... с малоразвитыми расами.
  Он криво усмехнулся.
  - Не знаю, что конкретно там было. В портал их вытолкнули в носовой части "Циклопа". Оторвали всё по самый антиграв, оставили один ЛИЭГ и "Седжен". Оружие изъяли, даже ручные бластеры. Но все живы, и ни одной серьёзной раны. Ушибы, ссадины, небольшие ожоги.
  "Небольшие ожоги?" - сармат вспомнил "особые тренировки", и его передёрнуло.
  - Их допрашивали?
  - Непохоже, - ответил Ассархаддон. - Нет, это не те повреждения, о которых вы подумали. Просто мелкие ранения, полученные в стычке. Видимо, они пытались сопротивляться, когда корабль вскрыли. Мне кажется, им очень старались сохранить жизнь. Любопытно, насколько это местная традиция, и насколько - заслуга сарматов на той стороне...
  Повисло молчание. Гедимин думал о мианийцах. "Кажется, они умнее нас," - осознавать это было не слишком приятно. "А вот нас там теперь считают злобными идиотами. Досадно."
  - Так они видели тех существ... вблизи? - рискнул спросить он. - Говорили с ними?
  - Не так быстро, Гедимин, - качнул головой Ассархаддон. - Всего три дня, как они вернулись, и всего сутки, как мне удалось отбить их у Маркуса. Может, через неделю они смогут что-то рассказать.
  Гедимин мигнул.
  - А что Маркус? Ему тоже интересно?
  Ассархаддон коротко хохотнул; веселья в его глазах не было - только усталость и досада.
  - Маркус всерьёз считал, что из этой экспедиции выйдет что-то кроме позора. Поэтому обвинил вернувшихся в предательстве и дезертирстве, и я едва уговорил его не расстреливать их. Он даже допрашивать их не собирался!
  Он досадливо поморщился и на секунду отвёл взгляд. Когда он снова посмотрел на Гедимина, его глаза уже ничего не выражали.
  - Ваше любопытство удовлетворено?
  Сармат кивнул. Ему было что сказать о Маркусе, но он уже понимал, что пользы от этих слов не будет.
  - Когда ты узнаешь, что там было, можно будет тебя расспросить?
  Ассархаддон смерил его долгим непроницаемым взглядом и медленно покачал головой.
  - Возвращайтесь к своей работе, Гедимин. Пока вы ещё можете ей заниматься...
  Хольгер, увидев сармата, облегчённо вздохнул, дождался, когда тот сядет за стол, и ткнул кулаком в плечо.
  - Атомщик, ну вот куда ты лезешь?
  - Я просто спросил, - буркнул Гедимин. - За это не расстреливают. Ты слышал, что он рассказал?
  Хольгер кивнул.
  - Хотелось бы надеяться, что мианийцы - дружелюбный биологический вид, не склонный к ксенофобии. Но... Я бы не делал поспешных выводов.
  Гедимин удивлённо хмыкнул.
  - Ты тоже думал, что неплохо было бы...
  Получив второй тычок в плечо, он растерялся и замолчал.
  - Давай работать, атомщик, - тихо сказал Хольгер. - Пока мы ещё можем этим заниматься.
  
  30 апреля 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  - Как локоть? Болит? Может, в медотсек? - обеспокоенно спросил Хольгер, увидев, как Гедимин несёт контейнеры с едой, прижимая их к груди одной рукой. Вторую он старался не сгибать и не раскачивать ею - локоть, неудачно проехавшийся по главному ротору энергоустановки, всё ещё ныл. Деформированную пластину скафандра удалось выправить, просидев над ней пару минут; ушиб должен был зажить к утру.
  - Да ну, - отмахнулся Гедимин, поставив контейнеры на стол. - Это пройдёт. Долго не работал. Растерял навыки...
  Он досадливо сощурился, потрогал локоть и отвёл взгляд.
  - Ты в январе заменил два твэла, - напомнил Хольгер. - Это не работа, что ли? А сколько раз за это время мы разобрали и собрали установку?
  Гедимин поморщился.
  - Я хочу заняться делом. Своим делом. Из меня плохой тренер и так себе учёный. Я умею работать с механизмами. Лучше бы мне к этому вернуться.
  Чья-то тяжёлая рука легла на его плечо, и он вздрогнул от неожиданности. Хольгер, поглядев на что-то за его спиной, изменился в лице и подался в сторону.
  - За этим я и пришёл к вам, - сказал Ассархаддон, занимая свободное место. Последнее время за столом было много свободных мест, и сама столовая - даже в час, когда ей надо бы кишеть сарматами - смотрелась полупустой.
  - Апрельская группа была для вас последней, - продолжил куратор, направив пристальный взгляд на Гедимина. - Вы подготовили достаточно операторов и пилотов. Если Маркусу нужны будут ещё, он разберётся с этой проблемой сам. Я со своей стороны считаю задачу выполненной. С завтрашнего дня вы оба направляетесь на демонтаж базы.
  Гедимин мигнул, но задать вопрос не успел - Ассархаддон шевельнул ладонью, призывая к молчанию.
  - Мы переезжаем, Гедимин. В существовании "Гекаты" больше нет необходимости. Всё её проекты выполнены, я свою работу закончил, - теперь слово за флотом. Осталось разобрать оборудование и зачистить местность. По вашей части - "Квазары", синтезирующие реакторы, цех переработки руды. Именно в таком порядке. Приступать можете прямо с утра... если вам, Гедимин, не понадобится помощь медиков. Васко отведёт вас в медотсек, если утром заметит, что с рукой что-то не так.
  - Это обычный ушиб, - досадливо сощурился Гедимин. - Куда мы переезжаем?
  - Это не ваша забота, - отозвался куратор. - Оборудование вывезут, вы должны только его подготовить.
  Он открыл трёхмерную карту "Гекаты", и Гедимин удивлённо мигнул - она разительно изменилась, из цельного комплекса превратившись в набор разноцветных блоков, ничем между собой не соединённых.
  - Вот эти три блока, - показал Ассархаддон. - Займитесь ими. Жилой блок, как и столовая, будут существовать до последнего. До середины мая будет работать экзотариум, - если хотите, можете попрощаться с Зелёными Пожирателями. Постепенно база сожмётся вокруг верфей. Некоторые отсеки будут подсвечены на карте жёлтым. Не заходите в них. Надеюсь, это указание вы запомните.
  Гедимин и Хольгер переглянулись.
  - А что потом? - спросил химик. Ассархаддон пожал плечами.
  - Окончательное решение - за Маркусом. Идите отдыхать, seatesqa. Завтра вам будет о чём подумать.
  Он едва заметно усмехнулся.
  - С завтрашнего дня с вас снимают охрану. Не знаю, насколько вас это обрадует...
  Гедимин кивнул.
  - Лет бы на пять раньше...
  
  03 мая 33 года. Луна, кратер Кеджори, научно-испытательная база "Койольшауки"
  Гедимин легонько ткнул кулаком в стену, и толстая рилкаровая линза, встроенная в серовато-бурое покрытие, выпала ему на ладонь. Он просунул руку в крошащуюся стену, сдавил двумя пальцами патрон и высвободил корпус излучателя. Пласт окиси урана, за время работы установки проросший насквозь кристаллами сингита, трескался от лёгкого прикосновения; устройства, вмонтированные в скалу за ним, держались прочнее.
  "Исправен," - быстро проверив последний излучатель, Гедимин бросил его в короб, прикреплённый к бедру, и поднял голову, высматривая крышку люка. До неё оставалось всего полметра. Сармат подтянулся на тросах и щёлкнул карабином, повисая на самом верху. Осмотревшись, он сунул руку в пустую нишу и нащупал на её дне сдвоенный провод, уходящий вниз.
  "Можешь забирать," - он трижды дёрнул за кабель и выпустил его. Длинный "хвост" моментально втянулся в скалу. Будь в скважине воздух, Гедимин услышал бы шорох вытягиваемого кабеля, но в вакууме двухсотметрового туннеля висела только урановая пыль, быстро оседая на дно.
  Сармат включил фонарь. Искать излучатели можно было и без него - сингит светился достаточно ярко, но теперь Гедимину надо было как следует присмотреться к облицовке. Через несколько секунд он нашёл то, что искал. Его кулак врезался в стену в тридцати сантиметрах от левого плеча.
  Сингит сверкнул в свете фонаря и потёк вниз россыпью мерцающей пыли. Стена, пошедшая трещинами сверху донизу, задержалась на долю секунды - и рухнула. Обломки урановых пластин сыпались вниз, на лету разваливаясь в крошку. Гедимин следил за ними, подсвечивая дно скважины наручным фонарём, пока внизу не захлопнулась крышка пылеприёмника. Передатчик на его руке коротко мигнул.
  "Люк!" - напомнил Хольгер. Гедимин, кивнув, оттолкнулся от стены и рывком отодвинул в сторону верхнюю крышку. Подтянувшись на краю и скинув с себя ненужные тросы, он снова посветил на дно и, разрезав остатки креплений и саму экранирующую пластину, бросил их вниз.
  "Этот - последний," - сармат погасил фонарь и, поднявшись на ноги над чёрным колодцем разрушенного "Квазара", огляделся по сторонам. Отсюда он мог видеть ещё шесть скважин; все они были очищены от облицовки и замурованы с нижнего конца.
  "Щиты отключены," - предупредил сармата Хольгер. "Спускайся!"
  Гедимин, запрокинув голову, взглянул на чёрное небо. Сейчас, когда не мешала ни атмосфера, ни матовая плёнка защитного купола, Юпитер был виден как никогда ярко, - сармат даже рассмотрел три тени на его белесо-оранжевом боку. Занимал его, впрочем, не Юпитер, - скользнув по планете равнодушным взглядом, Гедимин повернулся туда, где, согласно карте, находился легендарный Ретранслятор.
  "Щиты отключены," - он покосился на передатчик и медленно протянул руку к небу. "Спутник где-то там. Попробую ещё раз..."
  Передатчик быстро замигал, посылая прерывистый пучок излучения в космос. Где-то на четвёртом мигании передача прервалась, и прибор испустил короткий гудок. Экран вспыхнул.
  - Гедимин, вы закончили работу? - сухо осведомился Ассархаддон. Сармат досадливо сощурился и тронул клавиатуру передатчика, снова выводя прерванное сообщение на передний план. "Почти получилось. Ещё раз..."
  - Ещё несколько секунд, - сказал он в коммутатор. Передатчик мигнул. Его экран зажёгся снова - теперь уже красным.
  - Вы настойчивы. Спуститесь сами, или выслать за вами охрану?
  "Не успел," - сармат виновато посмотрел на небо и, выпустив когти на руках, прыгнул в скважину. Затормозил он у самого дна, чтобы втиснуться в проём приоткрытой крышки пылеприёмника. Само устройство уже вынули, оставив прикрывающую пластину; Гедимин, выбираясь из "Квазара", прихватил её с собой, оставив рабочих замуровывать шахту снизу.
  - Что там было? Почему так задержался? - встревоженно спросил Хольгер, встретив его в туннеле, ведущем наружу - уже без крышки, которую сармат закинул на погрузчик.
  - Ничего. Смотрел на Юпитер, - буркнул Гедимин, досадливо щурясь.
  - И устанавливал связь с Лос-Аламосом, - дополнил его объяснения Ассархаддон, выйдя из-за поворота. - За пять лет я так и не объяснил вам, что этого делать не стоит. Что ж, моя оплошность, а самого себя мне расстреливать не с руки. Сегодня все останутся живы. Но... Гедимин, вы ничего не хотите мне сказать?
  Сармат растерянно мигнул.
  - Ничего? - переспросил Ассархаддон, выждав полминуты. - Ну, допустим. Как зовут учёного, который вам настолько дорог? Герберт Эдриан Конар?
  - Не трогай Конара! - рявкнул Гедимин, подобравшись для прыжка. Что-то шевельнулось с двух сторон от него. Ассархаддон качнул головой, и двое охранников остановились - ещё не вывернув Гедимину руки, но уже придерживая его за плечи.
  - Вы плохо думаете обо мне, - сказал куратор. - У меня были свои планы на Лос-Аламос, и они не состояли в сбрасывании на него астероида. Но если вам так надо, я отдам вам этого Конара. Вы получите его живым и в здравом уме. Дальше поступайте на ваше усмотрение.
  Гедимин отодвинул от себя охранников. Бросаться он больше ни на кого не хотел. В голове неприятно гудело.
  - Он плюнет мне в лицо, - тихо сказал он, глядя сквозь Ассархаддона. Тот пожал плечами.
  - Я пообещал отдать его вам. Насколько крепко вы друг друга обнимете, я гарантировать не могу. Работа с "Квазарами" закончена?
  Он посмотрел на Хольгера. Побледневший сармат быстро закивал.
  - Отлично, - куратор отметил что-то на трёхмерной карте и жестом позвал к себе одного из сарматов, дожидающихся его на развилке. Хольгер взял Гедимина за руку и потащил вниз, к переходу на транспортную ветку. Сармат не сопротивлялся. Он думал, не снять ли респиратор, - очень давно ему не было так тошно.
  
  14 мая 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Контейнер с выгруженными ирренциевыми цилиндрами медленно ехал по транспортной галерее. Гедимин шёл рядом с ним по смотровой и глядел вниз. Все защитные поля с оборудования были сняты, экраны сдвинуты, и весь зал, от стены до стены, был залит трёхсантиметровым слоем меи. Густое вещество местами потемнело до черноты, и Гедимину было не по себе. "Как после взрыва," - подумал он, посмотрев на вскрытый операторский отсек, и невольно поёжился.
  - Всё на сегодня? - полуутвердительно спросил Хольгер, закрепив контейнер на борту погрузчика и установив поверх него защитное поле. Сарматы-сопровождающие ушли к транспортному туннелю, Хольгер покосился на ближайший люк Вертикали. Жилой блок был рядом - всего на уровень выше.
  Гедимин кивнул.
  - Тут - всё, рудный цех просили не трогать... Пакгауз?
  - Там обошлись без нас, - Хольгер щёлкнул пальцем по закрытому передатчику. - Из оборудования там одни стеллажи и гермоворота. Выходит, у нас два свободных часа. Куда?
  Гедимин посмотрел на люки транспортного туннеля.
  - В экзотариум. В последний раз.
  ...Почти все отсеки были пусты, двери сняты, вольеры разобраны и вывезены. Гедимин, проходя по смотровым галереям, видел отверстия в полу - остатки трубопроводов. Обозначения со стен убрали, но сармат помнил и так - здесь был отсек венерианской фауны, а здесь - вольер с гигантскими морскими червями Энцелада...
  - С оборудованием всё понятно, - вполголоса рассуждал Хольгер, глядя на опустевшие помещения. - Верфи будут работать, топливо понадобится, "Квазары" выроют заново на каком-нибудь силикатном спутнике. Но куда повезли экзотариум? Не думаю, что на базе космофлота, которую ты описывал, можно разводить животных...
  - Ассархаддон найдёт, где их пристроить, - отозвался Гедимин, с надеждой глядя на закрытые ворота ириенского отсека. - Он долго их собирал и так просто не выкинет.
  Вольер с малой фауной был пуст, наполовину разобран и залит меей. На месте остались только Зелёные Пожиратели. Им насыпали горку радиоактивных обломков, и они увлечённо грызли рыхлый облучённый металл. Некоторые из них были крупнее, другие - мельче, - больше новое поколение "червяков" от старого не отличалось ничем. Хольгер попробовал было спорить, но пересчитал усики и нехотя кивнул.
  - Я бы взял одного на "Мару", - сказал Гедимин. - Рядом с реакторами тепло. Он бы находил утечки...
  - И делился флонием, - усмехнулся Хольгер. - Сколько инъекций ты получил, пока строил реактор?
  - Четыре, - буркнул сармат. - И три из них - не по делу. А верно... Этих червяков должны забрать на базу флота. Как-то надо будет добывать флоний...
  В наушниках раздался тяжёлый вздох.
  - Как-то. Хорошее определение, Гедимин, - сказал Ассархаддон. - Мне предстоит как-то обустроить этих животных на планете Сао. Она очень похожа на так понравившуюся вам Фебу, только меньше и дальше от Солнца. Я подумаю над вашей идеей насчёт реакторов.
  - Феба больше и ближе к Солнцу, - сказал Гедимин. - Вези их туда. Там стоит флот, и будет гора нестабильных стержней и облучённых конструкций.
  Куратор усмехнулся.
  - Командир фебианской базы - Арторион, отличный химик, но совершенно не биолог. Оставить животных на его попечение я не рискну. Так же, как и переселиться на Фебу. Сожалею, Гедимин, но с заведением домашнего питомца вам придётся подождать до конца войны.
  Гедимин удивлённо мигнул.
  - А потом что - можно будет?
  - Если у вас ещё останется такое желание, - бесстрастно ответил Ассархаддон. - Если популяция на Сао доживёт до конца войны, я выделю вам несколько особей. Интересно будет обмениваться наблюдениями.
  Они вышли из отсека; Гедимин напоследок оглянулся - Зелёные Пожиратели всё так же поедали облучённый металл, не обращая ни на что внимания.
  - Обмениваться наблюдениями... - пробормотал Хольгер. - Никогда не понимал, шутит он или всерьёз.
  
  27 мая 33 года. Луна, кратер Кеджори, научно-испытательная база "Койольшауки" - кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката"
  Девять грузовых вагонов, сцепленных вместе, ехали от опустевшего цеха переработки руды к станции "Сампо"; состав шёл медленно, подолгу застревая у подъёмников, - его разбирали на части и наверху собирали снова. Гедимин и Хольгер заняли место в последнем вагоне. Их прижало к стене контейнерами, и Гедимин старался глубоко не вдыхать, чтобы не застрять в узком проходе. Те, кто сопровождал груз, расположились у люка - там было относительно свободно. Гедимин мог бы не ехать, но на опустевшей базе заняться было решительно нечем.
  Экзотариум давно вывезли; там, где он находился, теперь желтел одинокий куб какого-то отсека. И "Геката", и "Койольшауки" сжались до предела, оставив от себя два зелёных сгустка -верфи и цеховые помещения вокруг них - и россыпь кубиков, подсвеченных жёлтым. Даже жилые блоки ужались; Гедимин и Хольгер, оставив свои отсеки, переселились ближе к столовой, в которую по вечерам приходило едва ли три сотни сарматов. На полигоны давно никто не выезжал, и шлюзы исчезли с карты, будто их не было.
  - Последние корабли, - нарушил молчание Хольгер на очередном перегоне между подъёмниками. Кажется, транспортные туннели тоже разбирали и вывозили, - в последние дни вагоны ходили по весьма замысловатым маршрутам.
  - Что? - не сразу понял Гедимин.
  - "Феникс" и "Бет" на Крейсерной Верфи, - пояснил химик. - Тридцать первого спустят со стапелей. Тогда начнётся вывоз верфей. Им проще - портал под боком.
  - Пять с половиной лет, - пробормотал Гедимин, приложив ладонь к ближайшему контейнеру. Хольгер, дотянувшись, погладил сармата по плечу.
  - Ты построил свой реактор. Мало кто может похвастаться подобным.
  - И сделал кучу отличных бомб, - горько усмехнулся ремонтник.
  Вагон остановился.
  - Эй! - кто-то из сопровождающих заглянул в просвет между контейнерами. - Вы там живые? Помогите с разгрузкой!
  - Что случилось? - спросил Гедимин, протискиваясь в свободный проход. - Зачем разгружаться на полпути?
  - Подъёмник заклинило, - отозвался сопровождающий. - И именно на нас. Говорят, тут проще проехать по отсекам. Выгружаемся!
  Через полчаса все контейнеры были сложены на платформе, но из трёх обещанных погрузчиков подъехал только один, и тот без прицепа. Хольгер, устроившись на ящике, досадливо щурился, вздыхал и бормотал что-то про Ассархаддона и отсутствие контроля. Гедимин, оглядевшись по сторонам и увидев, что вокруг уже собралось достаточно сарматов для погрузки, потянул Хольгера за руку.
  - Идём отсюда. Мы тут не нужны, погрузчики без нас быстрей доедут.
  - Верная мысль, - не без удивления отметил Хольгер и встал с контейнера. - Далеко отсюда до столовой?
  Гедимин открыл карту и долго разглядывал её в поисках короткого пути. Поймать ремонтную дрезину в соседнем туннеле было несложно; сармат пытался построить маршрут по отсекам с зелёной подсветкой, но каждый раз он получался неоправданно длинным.
  - Здесь, - он провёл пальцем по одному из коридоров, утыкающемуся в жёлтый отсек. - Самый короткий путь. Едем?
  - Жёлтый, - Хольгер с сомнением посмотрел на карту. - Не хотелось бы помешать рабочим.
  - А может, им нужна помощь, - сказал Гедимин. - Я помогу, а ты поедешь в столовую.
  - Нет, лучше мы сделаем вид, что нас там нет, - качнул головой химик.
  До жёлтого отсека оставалось сто метров, когда дрезина резко затормозила и через полсотни метров замерла. Гедимин открыл карту, - пройдя "заколдованный" отсек, можно было найти ещё один туннель и поймать там другую дрезину. Он расстегнул ремни на груди и взялся на скобы, вбитые в стену.
  - Доберёмся, тут близко.
  Он выполз из транспортного туннеля, на ощупь спустился на платформу и включил фонарь. В коридоре была непроницаемая тьма. "Наверное, и воздух откачали," - он покосился на анализатор и удивлённо мигнул - атмосферное давление в коридоре не изменилось, и кислорода хватало для дыхания.
  - Не откачали. Странно, - пробормотал он, нарушив давящую тишину.
  - Видимо, кто-то ещё тут работает, - сказал Хольгер, включая фонарь и подсвечивая стену с пустыми нишами, оставшимися от камер и турелей. - Вот, и облицовку ещё не содрали...
  В коридорах было пусто и тихо. Лучи фонарей изредка выхватывали из темноты проём, оставшийся от люка или гермоворот, часть помещения с аккуратно вскрытыми стенами, отверстия под потолком и в полу. Термопластины извлекли и вывезли, и температура снизилась уже до нуля. Гедимин прислушивался, стараясь уловить голоса рабочих или скрежет демонтируемого оборудования, но в брошенных отсеках стояла тишина.
  - Это здесь, - Хольгер, сверившись с картой, заглянул в просторное помещение. Луч фонаря, пройдя отсек насквозь, зацепил второй дверной проём - дверей в комнате было две, и обе стояли открытыми. "Никого," - с удивлением понял Гедимин, войдя в помещение. "Просто пустой отсек."
  Луч скользнул вдоль стены, высветив пустые каналы, оставшиеся от извлечённых кабелей, гнёзда выдернутых термопластин, тёмную дыру вентиляционной шахты - решётку с неё сняли, но лаз затыкать не стали. Сармат в недоумении пожал плечами и направил свет туда, где недавно видел дверь.
  - Пойдём... - начал было он, но тут же осёкся. Луч уткнулся в странные продолговатые предметы, уложенные у стены, - тот, что побольше, внизу, меньший, со смазанным знаком радиационной опасности на боку, - сверху.
  Гедимин опустился на пол, чтобы лучше рассмотреть устройства. То, что лежало сверху, было "грязной бомбой" с полукилограммом окиси ирренция, измельчённой в пыль. Снизу был заложен заряд пиркенита, достаточный для обрушения небольшой горы.
  - Сработает по сигналу... - пробормотал сармат, увлечённо просвечивая корпус нижней бомбы сигма-лучами. Он не прикасался к устройствам - даже теперь, когда выяснил, что от прикосновения они не взорвутся. Судя по пылевому слою, бомбы пролежали тут не меньше недели.
  - Ядро Юпитера... - еле слышно прошептал Хольгер, и Гедимин повернулся к нему. Химик открыл карту базы и соединил пальцами все жёлтые отсеки - получилось два аккуратных кольца.
  - Когда они сработают, кратеры станут вдвое глубже...
  Что-то негромко пискнуло, и Гедимин, вскинув руку, прислушался к приближающимся шагам. Секундой спустя он, выключив фонарь, прижался к стене и медленно продвигался вдоль неё к выходу. За ним крался Хольгер.
  - Сигнал шёл отсюда, - за поворотом мелькнуло световое пятно. - Смотреть в оба!
  - Tza tatzqa! - крикнул кто-то с другой стороны. За второй дверью зажглись фонари. Лучи с двух сторон проникли в отсек и встретились на середине пустой комнаты. Гедимин и Хольгер переглянулись - оба выхода были перекрыты.
  - Стоять! - торжествующе заорал сармат в тяжёлом экзоскелете, направив фонарь в лицо нарушителю. - Имя?
  - Считыватель возьми, - буркнул Гедимин, сердито щурясь. "Тёмный щиток надо было..."
  Над плечом охранника выразительно качнулось сопло ракетомёта. Хольгер выступил вперёд, примиряюще подняв руки.
  - Хольгер Арктус, Ядерный блок. Мы сбились с дороги...
  - Ядерщики, - сказал предводитель второй группы, осмотрев бомбы и повернувшись к нарушителям. - Сообщи Ассархаддону.
  ...Двое экзоскелетчиков шли сзади, придерживая Гедимина за плечи. Идти так было неудобно, но при попытке вывернуться его хватали ещё и за локти. За поворотом мелькнул знакомый люк, сармат удивлённо мигнул, решив, что ошибся, но нет - пару секунд спустя его вместе с Хольгером втолкнули в пустую столовую.
  - Гедимин Кет, - Ассархаддон сидел за столом, облокотившись одной рукой, и устало щурился на пришельцев. - Тут и считыватель не нужен. Кажется, я был неосторожен в высказываниях, и вы неправильно меня поняли. Команда "Attahanqa!" ещё не прозвучала. Я по-прежнему куратор "Гекаты", и вы подчиняетесь моим приказам.
  - Там бомбы, - выдохнул Гедимин, в очередной раз пытаясь вывернуться из стальных "клешней". - Ты собрался всё взорвать?
  - Ну не думали же вы, что я оставлю научный комплекс для изучения нашим друзьям-приматам, - отозвался Ассархаддон. - База будет уничтожена. Вопрос в том, кто разделит её судьбу.
  Гедимин вздрогнул.
  - Ты о чём?
  - Координатор Маркус настаивает на вашем уничтожении, - слегка наклонил голову Ассархаддон. - Вашем - я имею в виду вас обоих. Я не смог отговорить его. Был ещё один способ, но... не уверен, что мне хочется его применять. Вы настолько не цените свою жизнь, что мне даже неловко мешать вам умереть.
  Он шевельнул пальцами, и охранники, отпустив Гедимина и Хольгера, шагнули назад. Сарматы растерянно переглянулись.
  - Маркус - ублюдок, - Гедимину хотелось сплюнуть, но мешал респиратор. - Всегда это знал.
  Ассархаддон рассеянно покачал головой, глядя сквозь него.
  - Идите.
  Они вышли из столовой, пройдя сквозь строй охраны, как сквозь вакуум, и остановились за ближайшим поворотом, растерянно глядя друг на друга.
  - Уничтожение. Следовало ожидать, - тихо проговорил Хольгер; его глаза почернели от злости. - Мы слишком много знаем. Да, сарматы тоже так делают. Старый человеческий обычай...
  - "Седжен", - Гедимин прикоснулся к гребню "лучевого крыла". - Если мы выберемся, мы сможем добраться до полюса. Там город...
  Хольгер открыл карту. Там, где недавно находились внешние шлюзы, не осталось ничего, даже жёлтых отсеков.
  - Не думаю, что мы выберемся. Если бы найти хоть один излучатель...
  - Я могу его сделать, - прошептал Гедимин. - Ирренция в "крыле" хватит...
  Сбоку от него послышались нарочито тяжёлые шаги. Двое экзоскелетчиков остановились рядом с сарматами.
  - С этого момента вы под охраной, - послышалось из-под лицевого щитка. - Приказ Ассархаддона.
  
  10 июня 33 года. Луна, кратер Драйден, научно-исследовательская база "Геката" - кратер Кеджори, научно-испытательная база "Койольшауки" - Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Ну, как ты? - раздался в наушниках шёпот Хольгера. Гедимин не шевельнулся. Он так и лежал, как лёг с вечера - в скафандре, даже не сняв шлем, и, видимо, Хольгер сделал так же.
  - Ничего, - прошептал он, досадливо щурясь. - Без ирренция можно не рыпаться. Ты что-нибудь нашёл?
  - Ни грамма, - тихо ответил Хольгер.
  Ирренция не было - после случайной вылазки в заминированный отсек у сарматов изъяли и "лучевое крыло", и ключевые части ремонтных перчаток, и новые топливные элементы передатчиков.
  - Что думаешь? - спросил Гедимин, прислушиваясь к гулкой пустоте внутри черепа. Всё происходящее было бесконечно нелепым - и он не знал, что с этим делать.
  - Ничего, - ответил Хольгер. - Видимо, я плохой учёный.
  "Шестеро охранников," - думал Гедимин, закрывая глаза. "Тяжёлые экзоскелеты. Шансов нет, но надо попробовать. Если бы скоординироваться с Хольгером..."
  В отсеке зажёгся свет.
  - Подъём! - крикнул охранник, открывая дверь. - Одевайтесь и выходите. Приказ Ассархаддона.
  "В два ночи?" - сармат нехотя поднялся на ноги. Надевать ему было нечего - всё и так было на нём.
  - Ну чего? - спросил он, сердито щурясь, когда вышел в пустой коридор. Рядом с ним остановился растерянный Хольгер. Охранники сомкнули вокруг них кольцо, командир жестом приказал идти за ним.
  Шли быстро; пустой грузовой вагон уже ждал у платформы. Он летел по прямой, никуда не сворачивая и ни разу не останавливаясь на подъём или спуск. Гедимин с досадой покосился на передатчик - карта пропала вместе с топливным элементом, но было чёткое ощущение, что транспортные туннели со вчерашнего дня изменились.
  - На выход, - подтолкнул его в спину охранник. Вагон остановился. Снаружи было темно; фонари охраны высветили знакомые коридоры, очертания смотровых галерей над широким туннелем со следами рельс.
  - "Сампо", - прошептал Хольгер, глядя на распахнутый проём, в который ещё недавно проезжали грузовые глайдеры. Сейчас зал был пуст, только в центре, между ограничивающих дуг, слегка светился открытый портал. На той стороне тоже была ночь; зажгли красные огни, и Гедимин видел только их - два ряда фонарей вдоль взлётной полосы, упирающейся в такой же мерцающий проём.
  - Шестнадцать попыток побега, - медленно проговорил Ассархаддон, выходя навстречу. Он остановился рядом с весьма потрёпанным глайдером. На его бортах виднелись какие-то каракули. Боковой люк был открыт.
  - Я неправильно понял вас, не так ли? - куратор посмотрел Гедимину в глаза и усмехнулся. - Вы хотите умереть... так, как хотите вы? По своей воле и по своему выбору... Ну что ж, вполне понятное желание. Заходите. Садитесь на пол - мест не осталось.
  Охранники вошли в переполненный глайдер вслед за ними, и вскоре тесно стало даже на полу. Гедимин втиснулся в проход, придерживая Хольгера за плечо, и вцепился когтями в пол. Один из охранников поднялся на ноги, сбросив с себя экзоскелет; все, кроме Гедимина и Хольгера, ожидали этого и поймали падающий механизм, затолкав его частично под сидения.
  - Zaa ateske! - Ассархаддон повернулся к охраннику, оставшемуся в одном сером комбинезоне, и вскинул руку. Все, кто был в глайдере, повторили его жест.
  - Zaa, - ровным голосом ответил он, принимая из рук Ассархаддона небольшой браслет и надевая его на руку. Гедимин следил за ним, пока он не вышел из глайдера; иллюминаторов не было - маскировочный корпус закрыл их.
  Люк захлопнулся. Глайдер мягко качнулся - и взлетел с места. Гедимин только почувствовал, как ему надавило на уши - в первый раз на взлёте и ровно три секунды спустя - на посадке.
  - Гедимин Кет и Хольгер Арктус, - Ассархаддон снова повернулся к ним; его глаза были закрыты тёмным щитком. - Выходите. Через час придёт сигнал распределения. Знаете, чем себя занять?
  - Где мы? - спросил Гедимин, перелезая через экзоскелет, загородивший проход, и едва не падая. Хольгер прошёл легче - он уже стоял в проёме и нетерпеливо смотрел на ремонтника.
  - "Мара", - ответил Ассархаддон, протягивая сармату небольшой, но тяжёлый контейнер. - Забирайте. С ремонтом справитесь.
  Гедимин отдал контейнер Хольгеру, жестом выпроводил его из глайдера и остановился в проёме. Ассархаддон снова повернулся к нему.
  - "Геката" взорвана? - спросил сармат.
  - Ровно пять секунд назад, - куратор - теперь уже бывший - покосился на передатчик. - Вы привыкнете, Гедимин. Это и мне давалось нелегко. Первые шесть раз. Zaa seateske!
  Что-то мягко толкнуло его в грудь, и он невольно шагнул назад. Защитное поле растаяло, но глайдер уже закрылся - и резким рывком вырвался обратно в шлюз. Гедимин остался на знакомой узкой галерее, под потолком, давящим на макушку. Хольгер стоял рядом с ним, прижимая к груди контейнер.
  - Zaa seateske... - прошептал Гедимин и криво усмехнулся. - Вот не думал, что буду жалеть... Ладно. Пойдём в реакторный отсек. Там хотя бы светло. Что в контейнере?
  - "Седжены", перчатки, передатчики, - равнодушно перечислил Хольгер. - Все наши запчасти. Идём, атомщик. Надо починиться.
  Никто из сарматов, снующих по коридорам "Мары", не обратил на них внимания более чем на секунду - пока громоздкие и рослые "атомщики" пытались уступить дорогу. Гедимин старался не царапать шлем о выступы на потолке, Хольгеру приходилось легче, но и он неприязненно щурился на узкие проёмы.
  - Как ты тут жил, атомщик? - тихо спросил он, когда выбрался из лабиринта базы в прямой туннель, ведущий к реакторам. С тех пор, как Гедимин ушёл отсюда, в стенах прибавилось дверей с яркими предупреждающими знаками, - там достроили пару кассетных цехов.
  - Тесно. Холодно. Темно, - отозвался ремонтник, глядя на светодиоды над новыми дверьми. - Вот это появилось недавно.
  Он думал, что на шлюз реакторного отсека поставят какой-нибудь пароль, но люк открылся легко. Гедимин вдохнул знакомый запах меи и слегка улыбнулся. "Может, и правда привыкну. Шесть раз? Для меня этот - четвёртый. Ещё два осталось."
  - Ну чего... - начал, глубоко вдохнув, Альваро, разворачиваясь от мониторов - и замер на месте с открытым ртом. Гедимин растерянно мигнул.
  - Мы ненадолго, - сказал Хольгер, устраиваясь у стены и открывая контейнер с запчастями. - Гедимин, помоги...
  Когда ремонтные перчатки были починены, и сарматы вернули топливные элементы в передатчики и перешли к сборке "лучевых крыльев", из соседних отсеков подтянулись филки - сначала операторы синтезирующих реакторов, потом кто-то сходил в кассетный цех.
  - "Геката" взорвана, - коротко отвечал Хольгер на сбивчивые вопросы. - А мы - нет. Сам удивляюсь, Альваро. Ты Константина не встречал?
  Филк покачал головой.
  - Он на "Шамане". А вас где оставят?
  Гедимин покосился на передатчик. Распределение задерживалось - уже на полтора часа. "Ожидаемо," - подумал сармат. "Ассархаддон здесь не куратор."
  Передатчик мигнул и тихо загудел.
  - "Левое крыло, док пятнадцать, "Феникс". Кочегар, под командование Стивена Марци", - прочитал Гедимин вслух и ошеломлённо мигнул. - Мать моя пробирка...
  - "Правое крыло, док двадцать три, "Феникс". Кочегар, под командование Винфреда Марци", - прочитал своё назначение Хольгер. - Не знаю, кто это, но... Атомщик, может, нам поменяться? Тебе как-то уж совсем не повезло.
  - Какие тут обмены, - пробормотал сармат, глядя на значок рядом с назначением - "приказ, обязательно к исполнению". - Ну что, идём?
  Они ненадолго остановились в широком туннеле, идущем вдоль доков; Хольгер крепко сжал руку Гедимина и посмотрел направо.
  - В самом конце, - сказал он. - Как и ты.
  - Встретимся в столовой, - сказал Гедимин. - Тут дают горячее питьё.
  - Приятно слышать, - отозвался Хольгер. - Значит, вечером встретимся. Осторожнее там, ладно? Драться с капитаном - не к добру.
  Гедимин ухмыльнулся.
  - Интересно, мне выдадут бластер?.. Ладно, идём. Tza seatesqa!
  Стивена он не боялся, и всё же ему было не по себе, когда он - снова один - шёл по незнакомому коридору. Корабли стояли в доках - видимо, сегодня учений не было; пятнадцатый док замыкал дугу - после него ещё ничего не построили.
  Он прижал к обшивке передатчик, показывая "мозгу" корабля своё назначение, и вошёл в приоткрывшийся шлюз. Внутри прибор громко запищал, и двое часовых в тяжёлых экзоскелетах развернулись на звук.
  - Назначение, - сармат показал им передатчик. Часовые переглянулись.
  - Капитан Стивен, Гедимин Кет на борту, - сказал один из них в коммутатор. - Понял. Tza!.. Жди, тебя проводят.
  В капитанскую рубку его не пустили - Стивен сам вышел ему навстречу. Гедимин не сразу узнал его, - в тяжёлом экзоскелете с усиленным вооружением сармат стал крупнее и во взгляде прибавилось уверенности. Ремонтник вежливо шевельнул ладонью в приветственном жесте и с изумлением увидел, как Стивен подаётся назад, и его глаза темнеют, будто от испуга.
  - Меня приписали к твоему кораблю, - сообщил Гедимин. - Проверь назначения.
  Стивен, вяло кивнув, покосился на передатчик.
  - Приказ Тохиля Криоса... - прочитал он вполголоса. - Приказ... Да, ты на моём корабле. Идёшь в кочегарку... реакторный отсек и проверяешь реакторы. О пробных запусках предупреждать. Твой позывной - "ter". В отсеке находиться до особого распоряжения. Никуда больше не заходить. Всё понятно?
  - Zaa, - кивнул Гедимин. - Второй реакторщик на месте?
  - У нас нет второго, - мрачно отозвался Стивен. - Нам и тебя много. Иди!
  Сармат удивлённо мигнул, но спорить не стал. "Ну, может, капитан из него лучше, чем лаборант," - думал он, вслед за солдатом перебираясь с палубы на палубу по направлению к центру корабля. "Вроде спокойно поговорили."
  Реакторный отсек закрылся изнутри, превратившись в герметичный шар; внутренних запасов кислорода должно было хватить на месяц. Гедимин подошёл к щиту управления, всем весом опустился в кресло, качнулся, проверив его на прочность, и довольно хмыкнул. Мониторы не показывали ничего интересного - обычные параметры двух реакторов на третий день после планового останова.
  "Новые," - не без удивления отметил Гедимин. "Как вчера со стапеля."
  - Sa terke, - громко сказал он, положив перед собой руку с передатчиком. Экран изменился - вместо привычных адресов появилось шесть кодов. Один из них - тройка - был подсвечен, остальные - неактивны.
  - Sa terqa! - не без удивления откликнулся пилот "лучевого крыла". - У нас что, есть кочегар?
  - Тихо! - судя по звуку, второй пилот толкнул его в бок. - Голос узнал?!
  - Гедимин Кет, - подтвердил его догадку ремонтник. - Сайджин и Йенью?
  - Да мы-то мы, - протянул Йенью Гварза. - Но вас мы тут не жда... Ай! Извините. Но это, правда, неожиданно.
  - Учения были? - деловито спросил Гедимин.
  - Два дня назад, - ответил Сайджин. - За реактором был я. Хорошо отстрелялись.
  - Не сомневался, - кивнул Гедимин. - Но реактор надо проверить. Пробный запуск?
  Из далёкой рубки послышалось хмыканье и тихие смешки.
  - Sa tatzqa!.. Предупреждать?
  - Давай, - сказал Гедимин, занося руку над пультом управления. - Tza tatzqa seneta den una!
  - Atzesh saja! - разнеслось по кораблю, на долю секунды подсветив неактивные коды на экране передатчика. Гедимин удивлённо мигнул. "У них все каналы рабочие, а у меня... Наверное, техники не успели подключить. Тут меня не ждали... Ладно, потом разберусь."
  
  14 июня 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  Филк с баллончиком краски снял с Гедимина трафареты и, на несколько секунд направив на него распылитель тёплого воздуха, поднял рычаг. Сармат отделился от стапеля и отошёл к стене, уступив место следующему. Филки работали вдесятером, одолжив у техников оборудование и расставив его вдоль безвоздушного коридора, - на базе негде было поставить стапель под тяжёлый экзоскелет.
  Гедимин посмотрел на свою броню. Она осталась чёрной, только на руках от подмышек до локтей появились параллельные серебристые полоски.
  - Выбрался? - Йенью Гварза, увидев сармата в толпе, подошёл и посмотрел на его раскраску. На его тёмно-сером скафандре тоже были такие полоски, но, кроме них, были ещё символы на наплечниках - угловатые знаки, составленные из трёх линий - чёрная внутри, две жёлтые по краям.
  - Что это? - спросил Гедимин, тронув наплечник. - Мне такого не нарисовали.
  Йенью удивлённо мигнул и завертел головой вместе со шлемом, высматривая кого-то среди сарматов, идущих к базе.
  - Сайджин! Иди сюда.
  - Tza atesqa! - второй пилот приветственно вскинул руку. - А что вы тут стоите? Пошли на воздух!
  "На воздух" - в помещения "Мары", наполненные смесью газов, пригодной для дыхания - уже ушли почти все; нанесение опознавательных знаков подходило к концу. Кто-то принёс филкам ещё десяток кислородных баллонов, чтобы они могли доработать без перерыва.
  - Подожди, - остановил его Йенью. - Посмотри на Гедимина. Ему не нанесли знаки отличия. Вон там стапель освободился - подойди и скажи, чтобы подождали.
  - Не нанесли знаки? - Сайджин мигнул, внимательно посмотрел на плечи Гедимина и даже потрогал броню. - Вот странно... А какое у тебя звание?
  Сармат растерянно пожал плечами.
  - Звание? Никакого. Откуда оно у меня? Я не военный.
  Пилоты переглянулись.
  - Вот это очень странно, - пробормотал Сайджин, открывая передатчик и разворачивая перед Гедимином страницу с информацией. - Смотри. Мы с Йенью - и почти все атомные пилоты - сержанты атомофлота. Видишь знак?
  Гедимин мигнул.
  - Сержанты? - он открыл свою страницу и снова пожал плечами. - У меня тут ничего нет. А откуда у вас звания?
  Сарматы снова переглянулись.
  - В первый же день, вместе с назначением... Стой! Ты же был назначен вообще в последнюю минуту. Может, что-то не успели?
  - Нет, ерунда, - сказал, недобро сощурившись, Йенью. - Он пришёл десятого, сегодня четырнадцатое...
  Гедимин с тоской огляделся, высматривая в толпе Хольгера, Линкена или хотя бы Хильдира, - какой-нибудь осколок знакомого и разумного мира.
  - Вот слизняк! - выругался внезапно Сайджин, и Гедимин, вынырнув из своих мыслей, растерянно мигнул. - Смотри, что пишет наш капитан! Приказа от адмирала, видишь ли, не было! А ведь мог бы сам решить - на корабле-то он главный...
  Гедимин хмыкнул. "Стивен? Дать мне звание? Мне оно даром не нужно, но у военных это, кажется, ценность..."
  - Да ну его, - пробормотал он, заталкивая пилотов в открывшийся шлюз и входя туда вслед за ними. - Для учёных звания не предусмотрены.
  Сегодня - как и вчера, и позавчера - никаких учений не было. После того, как Гедимин и пилоты "Седжена" проверили реакторы, их отпустили (точнее сказать - выставили) на базу, и на корабль они возвращались только перед отбоем. Ремонтник раздобыл матрас; одеял и подушек на "Маре" не было, и на вопрос о них интендант ухмыльнулся во весь рот - "ты что, макака?"
  Заняться было решительно нечем - видимых неполадок в механизмах базы он не нашёл, Альваро и Амос в реакторном отсеке обходились без него, корабль Хольгера с утра отбыл на учения, а где Линкен и его "Феникс", вообще никто не знал. Кажется, только они и покинули базу, - в коридорах сегодня было особенно тесно, как будто все экипажи слонялись по туннелям, не зная, куда приткнуться.
  - Завтра, - услышал Гедимин тихий голос в наушниках; говорил незнакомый сармат - здесь не заботились о хранении тайн, и редко кто-нибудь отключал коммутатор, чтобы вся база не могла его услышать. - В три, край - в четыре. Куда сначала? Первый удар - Петерсон, потом - Кларк. Застать их среди ночи. У "макак", сам знаешь, принято спать после полуночи. Полночь в Петерсоне - полночь на "Маре"... Точно говорю. У них праздник. Довольны, что победили Саргона. Ничего, мы им напомним. Устроим День памяти.
  "Завтра?" - Гедимин осмотрелся в поисках говорящего, но сарматов в коридоре и открытых отсеках было много. "Вместо речи Маркуса - команда "на взлёт"? Линкен будет рад. Он давно этого ждёт. Но куда он провалился? Пропустит же всю войну..."
  Он на секунду прижал ладонь к груди. Невидимый обруч снова давил на рёбра. "Интересно, надолго всё это? Давно не приходилось воевать. Думал, без этого обойдётся... Идиот ты всё-таки, Гедимин. Хоть и учёный."
  
  15 июня 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара" - Солнечная система - галактика Вендана
  - Tza tatzqa!
  Едва вслед за оглушительно громкой командой из передатчика послышался вой сирены, Гедимин вскочил на ноги, на ходу сворачивая матрас и заталкивая в нишу между слоями обшивки; когда загудел и залязгал весь корабль, сармат уже сидел в герметизированном отсеке, в кресле перед щитом управления, и проверял готовность реакторов к запуску. Последнюю проверку он сделал вчера, перед сном, и за два ночных часа ничего не изменилось. Он сцепил пальцы рук и до хруста растянул их. Кровь стучала в ушах - нарастающее волнение, как всегда, ускорило пульс и слегка замутнило рассудок.
  - Dekuter qen... dekuter qu... - продолжал размеренно отсчитывать передатчик. Внутренний отсчёт начался с пятидесяти; судя по звукам, долетавшим снаружи до того, как Гедимин закрыл гермозатворы, большая часть команды поднялась ещё быстрее, чем он, и была на местах на счёт "сорок".
  - Du... un... Tza tatzqa atta"anu! - механический голос сменился живым - коммутатор переключился на Стивена. Должно быть, он уже был в капитанской рубке, - Гедимин знал, где она, но внутрь пока проникнуть не удалось, хотя некоторое любопытство его донимало.
  - Atza teru! - послышалось в наушниках, и сармат удивлённо мигнул - "А первые два кода? Прослушал? Но когда?!"
  - Sa terke, - отозвался Гедимин. - Zaa tikka attahanu!
  - Tza - голос Стивена прозвучал непривычно радостно. - Dekudu den unu!
  - Tza, - кивнул Гедимин, щёлкнув переключателем. Механический голос послушно начал отсчёт с двадцати. На цифре "пять" Гедимин поднял управляющие стержни и оповестил пилотов "лучевого крыла". Они ответили в ту же секунду, и сармат слышал, как их голоса звенят от радостного возбуждения. Он озадаченно сощурился - "И чего тут хорошего?"
  Корабль мягко дрогнул, сдвигаясь с места на "лучевых крыльях". Это почувствовал даже не Гедимин - усовершенствованные демпферы погасили толчок; такие же, вроде бы, стояли под реакторами, но они узнали о старте первыми - и выдали на мониторы синхронный выброс нейтронов. Разбираться, откуда взялась такая чувствительность, было уже некогда - пока сармат гасил вспышку, "Феникс" уже взлетел. Корабль снова встряхнуло, уже сильнее, - три километра он прошёл за считанные секунды, и оба антиграва пришли в действие, отталкивая крейсер от планеты и устанавливая внутри свою гравитацию. От моментальной потери веса и следующего за ней "падения" и неприятного давления на все кости никакие демпферы не спасали, и на эти секунды Гедимин убирал руки с пульта. Реакторы выдали ещё порцию нейтронов, но омикрон-излучение было в норме - ни одна установка не вышла из критического состояния.
  - Atza teru! - гаркнул в наушниках Стивен. - Tza jasu qena den una!
  Над запястьем сармата вспыхнула, разворачиваясь, трёхмерная голограмма Солнечной системы. Среди замерших на секунду небесных тел горела одна ярко-красная точка - прямо над северным полюсом Луны. Рядом с ней высветились мгновенно посчитанные координаты "лучевого кода".
  Прыжок был двойным - едва корабль вышел в галактику Вендана, ему тут же пришлось её покинуть. Гедимин бросил за корму "закрывающее" излучение и хотел изучить голограмму повнимательнее, но она уже погасла вместе с координатами. Связь отключилась. Корабль летел где-то рядом с Луной, плавно маневрируя, из отсека управления доносились отрывистые реплики на сарматском - переговоры пилотов "лучевого крыла", но из их обкусанных фраз на каком-то невнятном жаргоне Гедимин не понимал ни слова. "Они летают дольше, чем я существую," - напомнил он себе. Влезать сейчас с вопросами было бы беспредельно неуместно, и сармат сидел молча, стараясь уловить хоть обрывок информации.
  - Atza teru! - ожила через пару минут капитанская рубка, а с ней и голографическая карта. - Tza jasqa!
  В этот раз на изучение карты Гедимину не дали и пяти секунд; он дочитывал координаты на ходу, одной рукой поднимая стержни. Сразу после выхода обратно в Солнечную систему корабль дрогнул, а из рубки пилотов донеслись отрывистые возгласы. Правый реактор "плюнул" нейтронами - что-то встряхнуло его прицельно. "Ракета?!" - Гедимин вскинулся, но вспомнил, что всё уже произошло, а он в любом случае не прикрыл бы установку собственным телом.
  - Tza jasqa! - рявкнул Стивен. Бросив взгляд на вспыхнувшую карту и едва успев считать код, Гедимин в пятый раз прожёг пространство. После шестого Прожига он сбросил управляющие стержни, надеясь хоть немного стабилизировать реактор. Излучение пульсировало, увеличивая амплитуду. "Не хватало ещё надкритики," - с замирающим сердцем подумал Гедимин, отстёгиваясь от кресла. "Держись!"
  Из отсека управления донёсся торжествующий вопль двух глоток. "Феникс" плавно разворачивался, реактор продолжал пульсировать, но амплитуда уменьшалась. Гедимин облегчённо вздохнул.
  - Что там? - спросил он в коммутатор, но его не расслышали - Сайджин и Йенью взахлёб что-то обсуждали на своём обычном жаргоне. Стивен молчал. "Феникс" летел, но куда, и что происходило в это время вокруг, Гедимин не знал. Он щёлкнул по передатчику, надеясь, что из шести кодов зажгутся хотя бы два, но реакторный отсек по-прежнему словно висел в вакууме, отрезанный от всего корабля. "А ведь связь есть," - сармат вспомнил мгновенно включающуюся карту. "Со штурманами. С резервной энергетикой. Какого астероида?!"
  Они ушли в Вендану снова - через полчаса, медленно, на счёт "двадцать". Координат у Гедимина не было, и корабль, выйдя в чужую галактику, направился дальше сквозь вакуум.
  - Час на отдых, - объявил очень довольный Стивен. Коммутатор щёлкнул, и Гедимин остался в тишине.
  Сбросив все стержни и оставив реактор остывать, он переключил антигравы на резервную генерацию и поднялся из кресла, расправляя затёкшие плечи. Фактическая нагрузка на них была ничтожно мала, - видимо, от волнения спину свело спазмом, и сармат не сразу это заметил. "Первый полёт," - он прошёл по отсеку, заглянул в корпус реактора и остался доволен увиденным. "Пока всё нормально."
  - Сайджин, - заговорил он с притихшим отсеком управления. - Что там было? Отсюда ничего не видно.
  Из наушников донеслось удивлённое хмыканье.
  - Гедимин? Чего не спишь? Командир дал час!
  - Спать? - удивился реакторщик. - Но мы только с базы...
  - А ты не устал? - удивился в свою очередь Сайджин. - Это в первый раз. Дальше будет труднее. Большое напряжение получается. Надо спать, пока дают.
  - Хорошо, - не стал спорить Гедимин, хотя заснуть он сейчас не смог бы. - Так что было-то? Чему вы так радовались?
  - Мы взорвали "Кондор" над Атлантисом, - ответил пилот. - Разнесли в осколки!
  Гедимин мигнул - и медленно расплылся в улыбке.
  - Tza atesieq! Давно хотелось. Но... он ведь не последний на Земле?
  - Вот поэтому у нас только час, - отозвался посерьёзневший Сайджин. - Ещё придётся попрыгать. А пока землянам весело без нас.
  Он протяжно зевнул, и Гедимин оборвал связь. Он сел на пол, покосился на нишу, где лежал матрас, и решил, что пока обойдётся. Растянувшись на спине, он положил руки под голову и прикрыл глаза. Волнение понемногу унималось. "Линкен, наверное, обидится. Он сам хотел взорвать тот "Кондор"," - думал сармат в полудрёме. "А мы, должно быть, не только его уничтожили. Было ещё два боя.
  - Надолго мы в рейде? - спросил он в пространство, не слишком надеясь на ответ. Йенью ещё не спал и ответил сразу же:
  - Как повезёт, атомщик. У нас воздуха на две недели. А на сколько у Земли хватит космофлота - я не знаю.
  Гедимин перевернулся набок. Лежать на полу он привык, скафандр не мешал, - что-то снова заныло под рёбрами, затрудняя дыхание. "Начало хорошее. Если ещё на борту все живы - совсем хорошо," - думал он. "Может, через две недели я снова займусь реакторами. Откуда, всё-таки, лезут нейтроны?.."
  
  29 июня 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  "Надо найти Хольгера," - думал Гедимин, без особой надежды вглядываясь в толпу. Он сошёл с корабля последним, не без оснований предполагая, что на базу вернулся не один "Феникс", и что в коридоре, даже самом широком, от экипажей в тяжёлых скафандрах и экзоскелетах станет очень тесно. До шлюза он добирался четверть часа, огибая плотные группы оживлённо беседующих сарматов и заглядывая в доки. Некоторые из них пустовали, но внутри работали техники, а на дальних концах "дуги" вдоль края кратера строили, как смог рассмотреть Гедимин, ещё восемь доков, - непохоже было, что космофлот потерял половину кораблей.
  - Вот что бывает, когда бомбер считает себя крейсером, - с досадой говорил кто-то громкий слева от сармата.
  - Не успели вывести миноносцы, - перебивал его другой. - Когда выведут - тут придётся думать...
  - Защитные поля просто выжгло, - с весёлым смешком говорил третий. - А потом и пол-обшивки. Вот так - "шшшш" - и зелёная волна!
  "Омикрон-бомба?" - подумал Гедимин, но уточнить не успел - его уже пронесло мимо, и надо было спешить, чтобы проскочить до закрытия шлюза.
  - Никакой Африки, - сердито фыркнул кто-то под правой рукой. - Оттуда - только драпать. Пока не получил на макушку Север и Мацоду. Про водохранилища - не знаю, может, и взорвали...
  Гедимин высвободил руку, прижался спиной к стене, посмотрел на передатчик, - экран был тёмен. На корабле связь ещё кое-как работала - хотя было ощущение, что пять каналов перерезали целенаправленно - а на базе устройство связи превращалось в наручное украшение со встроенным анализатором. "И где мне его теперь искать?" - думал Гедимин, высматривая в толпе чёрные скафандры. "Даже о встрече не договорились..."
  - Атомщик! - радостно заорал в ухо вынырнувший откуда-то Линкен, и секунду спустя Гедимин сердито щурился и пытался втянуть голову в плечи - взрывник не только обнял его так, что броня затрещала, но и подкинул к потолку, едва не расколов его шлемом облицовку.
  - Л-лиск, тут потолки низкие, - Гедимин кое-как вырвался и в свою очередь обнял Линкена - уже без рискованных подбрасываний. - Как ты вообще меня поднял?!
  - Атомщик, мать твоя пробирка! - взвыл Линкен, на секунду отстранившись, и тут же вжался в броню сармата, едва не угодив макушкой ему в респиратор. - Атомщик! Живой!
  - И ты вроде тоже, - хмыкнул Гедимин, глядя в горящие белые глаза. Вокруг столпилось много незнакомых сарматов, и кто-то хлопал ремонтника по скафандру и пытался пожать руку.
  - Нет, ты слышал? - Линкен отстранился, пытливо заглядывая в глаза Гедимину. - Марс наш! Взяли с налёта!
  - Марс?! - Гедимин растерянно мигнул. - Я думал, уже вся система...
  Линкен расхохотался, с силой хлопнул двумя руками по спине ремонтника и огляделся по сторонам.
  - Атомщик! Я же говорил - он с Энцелада! Что, тески, не взяли ещё Землю?!
  Вокруг засмеялись.
  - Марс наш, атомщик, - посерьёзнел Линкен. - И Титан, и твой Энцелад. И то, что осталось от Кларка. Вы там со Стивеном перестарались немного. Ну ничего, нам не привыкать строить. Будет наша база.
  Гедимин мигнул.
  - Мы взяли Кларк?!
  Сарматы снова рассмеялись, кто-то потрепал его по плечу.
  - Из реакторного отсека ничего не видно, - буркнул он. - Я вообще не знаю, где мы были. Сбили вроде бы "Кондор" над Канадой...
  - Туда ему и дорога, - ухмыльнулся Линкен, снимая шлем и с наслаждением вдыхая холодный воздух. - Как давно я не был на Марсе... Вот достроят базы в Агарте и Нергале - будешь летать туда на ремонт. Взяли доки нетронутыми!
  - А вот Юпитер разбомбили зря, - мрачно сказал один из сарматов. - Можно было взять. Повесить там по малому крейсеру...
  Линкен мотнул головой.
  - Юпитер пока не удержать. Земля слишком близко. Там Мацода, Север... Лучше не распылять силы. Марс взяли, Луну, - надо это удержать.
  - А что с Ураниумом? - спросил Гедимин, щёлкнув по его наплечнику для привлечения внимания. - Туда ничего случайно не упало? Город цел?
  - Цел, прислал подкрепление, - закивал Линкен. - Там сейчас мало кто остался. Все в космосе. Над Канадой теперь наши крейсера, миноносцы по периметру, - быстро до него не доберутся.
  Кто-то из компании уже торопил всех, толкал Линкена в бок; взрывник сгрёб Гедимина в охапку и поволок за собой, по дороге выловив из толпы Хильдира. Тесные коридоры гудели, как трансформатор, от тысяч голосов, шума шагов и лязга брони и оружия. В столовой открыли дополнительный зал и выставили на раздачу контейнеры с перцовкой.
  - У тебя на корабле все живы? - спросил Гедимин, сев рядом с Линкеном. - А Хольгера не видел?
  - А вон там Хольгер, - взрывник махнул контейнером в дальний угол. - Эй, химик!.. Тески, выловите его и тащите сюда. Если атомщик туда пойдёт, тут целой лавки не останется... Все живы. Москитов мы не выпускали, так обошлось. Это - последний такой чистый заход, атомщик. Две прекрасные недели. Будь у нас флот больше и разведка точнее, взяли бы всё. А вот теперь "макаки" забегали. Следующий вылет так чисто не пройдёт. Да, прозевали момент...
  Он тяжело вздохнул и залпом осушил контейнер.
  - Гедимин? Линкен? Старался думать всю дорогу, что вы в порядке, - улыбнулся Хольгер, занимая место на тесной лавке; сарматы отодвинулись без споров, кто-то и его похлопал по спине и плечам. - Броня, как я вижу, цела. Как твои реакторы?
  - Тихо, - ответил Гедимин. - Но опять откуда-то лезли нейтроны...
  Резкий тычок под рёбра заставил его замолчать - удары Линкена чувствовались даже сквозь скафандр.
  - Только не реакторы! - он с притворным страданием на лице приложил ладонь ко лбу. - Хольгер, слушай сюда. Атомщик взял Кларк - и сам этого не заметил!
  Химик вежливо усмехнулся.
  - Я сам точно не знаю, что мы взяли, а что - отдали. Две недели прыжков. Вроде бы все живы, и Марс опять наш. Но с Земли нас выгнали.
  - Ну, это разве что в мартышечьих мечтах, - ухмыльнулся Линкен. - Держим Канаду, Антарктиду и Гренландию. Ясархаг тоже на месте. А что до Африки, - воды у нас и здесь полно. А больше там копать нечего.
  Он щёлкнул по запястью, разворачивая карту. Трое сарматов немедленно над ней склонились и заспорили, тыкая пальцами во вспыхивающие точки. Гедимин "придвинул" к себе голографический Энцелад.
  - Лиск! - он поднял взгляд на взрывника, нехотя отвлёкшегося от обсуждения захвата Африки. - Там были города. Жило много людей. Где они теперь?
  Сармат, сидевший напротив, ухмыльнулся и хотел что-то сказать, но Линкен показал ему кулак, и он, фыркнув, отвёл взгляд.
  - Понятия не имею, - сказал Линкен Гедимину. - Наше дело - обстрел с орбиты. Для того, что внизу, есть наземный десант.
  - Ты кого-нибудь из десанта знаешь? - не отставал сармат.
  - Они сейчас на месте, - качнул головой взрывник; ему было не по себе, и Гедимин насторожился. - На планетах, то есть. Ты не думай об их делах, атомщик. Следи за реакторами. Что делать с пленными, наземники знают, им помощь не нужна.
  ...Крейсер Линкена стоял в четвёртом доке, но сармат проводил сначала Хольгера, а потом и Гедимина до их кораблей, хотя вся его команда уже была на борту.
  - Без меня не улетят, - отмахнулся он от смущённого химика. - Повезло, что мы встретились. Завтра новый рейд. Никогда не знаешь, все ли вернутся.
  Перед пятнадцатым доком он остановился, хлопнул Гедимина по плечу и криво ухмыльнулся.
  - Вон какой твой "Феникс"! Техники его до блеска вылизали. У моего сорвало пару пластин на носу, и вот здесь, над задним антигравом, была проплавленная борозда.
  - Из нашего вынимали осколки, - отозвался Гедимин. - Вон там, вдоль третьей палубы. Сорвало экран ракетой, и осколки пробили первый слой. А теперь ничего не видно. Здесь хорошие техники - наверное, с "Гекаты".
  Линкен, хмыкнув, снова потрепал его по плечу.
  - Это начало, атомщик. Дальше будет хуже. Говорят, у Ассархаддона был план, как взять Землю с налёта - чуть ли не в три дня. Но Маркус его послал.
  - Ассархаддона? - Гедимин недобро сощурился. - Зря.
  - Ну да, но теперь ничего не поделаешь, - Линкен с сожалением посмотрел на крейсер. - Значит, воюем дальше. Протянули, не прорвались сразу к их базам... Теперь "макаки" ждут удара. Вернёшься из рейда - зайди в четвёртый док. Я не люблю шататься по базе. Сижу обычно на корабле. Тебе там будут рады.
  
  30 июня 33 года. Солнечная система - галактика Вендана
  - Atza teru!..
  Этот манёвр Прожига был седьмым за последний час, и Гедимин уже не тратил времени на "закрывающее" излучение для второго портала, оставляя за кормой крейсера открытый проход в галактику Вендана. Порталы постепенно затягивались сами, если никто не мешал им; от окружающих кусков вакуума этот конкретный ни на вид, ни на спектр излучения не отличался ничем. А если бы корабль землян и попал туда, провалившись в Вендану, Гедимин точно не расстроился бы.
  Родная галактика встретила его ракетным залпом - сармат, замурованный в герметичном отсеке, узнал о нём по едва заметной вибрации палубы и хаотичным выбросам нейтронов в левом реактора - видимо, взрыв прогремел слева. В отсеке управления приглушённо выругался Сайджин. Спросить, в чём дело, Гедимин не успел, - в наушниках послышался крик Стивена:
  - Atza teru! Jasqa!
  Для крейсера выход в Вендану без немедленного возвращения в Солнечную систему ничего хорошего не означал - корабль, очевидно, получил серьёзный отпор. Но Гедимин, выполнив приказ, облегчённо вздохнул - у реакторов появилась небольшая передышка.
  - Atza teru! Отдых полчаса, - распорядился Стивен, и связь отключилась. Гедимин в недоумении смотрел на тусклые, так и не загоревшиеся значки на экране передатчика.
  - Atza quu! - громко сказал он, прижав пальцем четвёрку. В наушниках заскрежетало, но экран остался тусклым.
  - Что? Какой код? - удивился Сайджин - один из двух существ на этом корабле, с которыми Гедимин вообще мог связаться. - Четыре? Ты ошибся, наверное. У нас ничего, кроме тройки!
  - Вижу, - буркнул реакторщик. - И вы тоже слышите связь по единственному коду?
  - Чего? - теперь удивился и Йенью. - Почему? Мы слышим все шесть. А что, у тебя не так?
  - Да, не так, - отозвался Гедимин. - И это утомляет. Сидишь в реакторе, ничего не видишь и не слышишь.
  Йенью сочувственно щёлкнул языком.
  - Может, поменяемся передатчиками? Твой не мог сломаться?
  Гедимин неприязненно покосился на устройство. Технически оно было исправно; если чего-то не хватало в списке программ... "Или там что-то лишнее," - сармат недобро сузил глаза и огляделся по сторонам. Для излучений на всех частотах отсек был абсолютно герметичен, иначе все палубы давно загорелись бы зелёным огнём... но где-то здесь был проложен кабель с промежуточным коммутатором, и Гедимин примерно предполагал, где он может быть.
  - Ни к чему, - сказал он. - Мне своя связь нужна... Можешь сейчас выйти на Стивена?
  - Atza unu! - послышалось из наушников. - Atza unu! Sa terke!
  - Что? - немедленно спросил Стивен. Гедимин ухмыльнулся.
  - Где моя связь? - громко спросил он в коммутатор. Код "ter" был общим для троих сарматов, - Гедимин не сомневался, что капитан прекрасно его слышит.
  - Зачем меня изолировали? Я не знаю даже, куда мы летим, - сказал он и тут же понял, что последняя фраза была лишней.
  - В твои обязанности это не входит, - сухо отозвался Стивен. - Ты кочегар. Капитан отдаёт приказы. Ты выполняешь. Тебе не нужна связь.
  - Я должен знать, что происходит, - сказал Гедимин. - Как я смогу отреагировать...
  - Реагируй на приказы, - перебил его Стивен. - Никуда больше не лезь. Тут не лаборатория. Тут за любопытство расстреливают. Atzesh saja! Tza tatzqa jasu!
  Гедимин прислушался - в наушниках тихонько попискивало, но ответа экипажа - шести кодов, нескольких сотен постов - он не услышал. Над его запястьем развернулась карта-голограмма; красная точка вспыхнула над южным побережьем Австралии. "Бомбим Землю," - он ткнул в точку, запоминая лучевой код. "Нас собьют, а я и не узнаю."
  
  03 июля 33 года. Солнечная система - галактика Вендана
  Реакторный отсек встряхнуло. Гедимин, не отрываясь от мониторов, досадливо сощурился. "Ориентируемся по нейтронам. Выброс слева - выброс справа..." - он передвинул управляющий стержень на пять сантиметров вниз. "Ориентируемся по омикрон-пульсации. Вот сейчас будет очередной Прожиг..."
  - Tza jasqa! - заорал в наушниках Стивен Марци. Гедимин шевельнул свободной рукой, запуская движущие механизмы линз. "Феникс" снова нырял в другую галактику.
  Это был девятый Прожиг за последние полчаса - и, судя по координатам на всплывшей голографической карте, корабль выходил из галактики Вендана у всё той же планеты Церера, но немного с другой стороны. Он кружил над ней уже полчаса - и даже Гедимину, замурованному в реакторном отсеке и отрезанному от всех средств связи, было очевидно, что высадка провалилась.
  Корабль снова дёрнулся - сразу за порталом их ждали. Серия мелких толчков встряхнула крейсер от носа к корме, последние удары были слабее - защитные поля, сорванные первой ракетой (или, что вероятнее, миной), всё же восстановились. Гедимин считал секунды, глядя на мониторы, где пульсировало, наращивая амплитуду, омикрон-излучение. "Да чтоб вас всех!" - сармат стиснул зубы и резким движением опустил рычаг, сбрасывая аварийные стержни. "Взорвёмся!"
  - Реактор остановлен! - крикнул он в коммутатор, надеясь, что хотя бы пилоты "лучевого крыла" услышат и передадут сигнал дальше. - Включай ЛИЭГи!
  Ещё порция мин взорвалась по левому борту, снова разрушив защитное поле. Гедимин проследил за выбросом нейтронов, болезненно щурясь, перевёл взгляд на показатели омикрон-излучения и глухо застонал - мощность левого реактора, несмотря на сброшенные стержни, продолжала расти.
  - Atza teru! - рявкнуло в наушниках. - Tza jasqa!
  - Ya"at! - крикнул Гедимин, отстёгиваясь и рывком поднимаясь с места. - Реактор нестабилен!
  "Закроешь тут шлюзы..." - подумал он, камнем падая в активную зону. Сборки полыхали зелёным огнём, слишком ярким даже сквозь тёмный щиток шлема; Гедимин закрыл глаза и среди всплесков красного свечения различил белое пятно - участок нестабильности.
  - Heta! - крикнул он, просовывая ладонь между твэлами. С одной стороны пальцы прижгло сильнее, - участок был определён верно.
  - Tza jasqa!!! - заорал сквозь помехи Стивен. Корабль содрогнулся - кажется, за серией мин кто-то удачно пустил ракету.
  - Дай мне минуту, - отозвался Гедимин, прижимая вторую ладонь к пульсирующему твэлу. Из наушников донёсся гневный вопль.
  - Реактор... - начал было сармат, но понял, что его уже никто не слушает. Корабль перестало трясти. Палуба под ногами Гедимина слегка раскачивалась - пилоты маневрировали антигравом, и сила тяжести смещалась из стороны в сторону. Очередной толчок, видимо, привёл реактор в чувство, - белое свечение сменилось ровным зелёным. Облегчённо вздохнув, Гедимин в два прыжка вылетел из активной зоны и, не тратя времени на дезактивацию, кинулся к щиту управления.
  - Sa terke! Sa tikka jasu! - крикнул он, поднимая ипроновые стержни. В наушниках выругались.
  - Deka den una! - отозвался Стивен. Корабль снова дрогнул от носа до кормы - гравикомпенсаторы не успели среагировать на какое-то движение внутренних механизмов. "Палубы," - понял Гедимин, вспомнив устройство "Феникса". "Палубы закрываются. Стивен выводил москитный флот... против миноносцев Цереры?!"
  Галактика Вендана поглотила корабль, и тряска прекратилась. Гедимин с облегчённым вздохом заглушил реактор и прикрыл глаза. Невидимые волокна, протянувшиеся вдоль висков, из обжигающих стали приятно-тёплыми и сместились ниже, будто оберегая обожжённую кожу. Сармат удивлённо хмыкнул.
  - Atza teru! - ожил спустя долгие пятнадцать минут передатчик. - На палубу смотра, срочно!
  Гедимин нехотя поднялся на ноги. "Палуба смотра? Где это?" - вспоминал он, смывая с оплавленных перчаток радиоактивную пыль. На скафандре остались чёткие вмятины - следы перегретых стержней.
  Его схватили сразу же, как только он поднялся на палубу; двое в тяжёлых экзоскелетах заломили ему руки и развернули его лицом к выстроившимся сарматам. Их тут собралось много, но не все, - из отсеков продолжали выбираться филки, пилоты москитного флота. "Живы," - с облегчением подумал Гедимин. "По крайней мере, большая часть."
  - Рейд сорван, - объявил Стивен, бросив на сармата испепеляющий взгляд. - Мы потеряли три истребителя! Этого не произошло бы, уйди мы от Цереры на две минуты раньше. Был отдан приказ по коду "ter", но этот сармат его не выполнил. По закону военного времени...
  - Hetatza! - вклинился в разговор незнакомый сармат. - У нас один реакторщик. Без него мы никуда не улетим. Составь рапорт. Решать будут на "Маре".
  "Has-su..." - потрясённо выдохнул Гедимин. "Он что, уже собрался меня расстреливать?!"
  - Прожиг на две минуты раньше взорвал бы оба реактора! - он стряхнул с себя зазевавшихся экзоскелетчиков и шагнул вперёд. - Я стабилизировал их вручную.
  Он показал оплавленные перчатки. По строю прошёл тихий гул.
  - Как только угроза взрыва миновала, я вывел "Феникс" из-под огня, - продолжал Гедимин. - Мы сделали девять Прожигов за полчаса. Реакторы не выдерживают такой нагрузки. Рейд был сорван на пять или шесть Прожигов раньше. Почему ты не отдал приказ отступать до того, как реакторы перегрелись?
  Он взглянул на Стивена в упор - и с изумлением увидел, что тот подался назад, а его веки дрогнули.
  - Реакторщик прав, - сказал сармат в красном скафандре, до того молчавший; полос на его плечах было на одну меньше, чем у Стивена. - Наше мельтешение вокруг Цереры стянуло к ней половину флота Мацоды. Наше счастье, если это помогло рейду на Весту.
  - Адмирал Тохиль приказал атаковать, - сквозь зубы процедил Стивен. - Отмены приказа не поступало.
  - Поступила, - сармат в красной броне покосился на передатчик. - За семь секунд до последнего Прожига.
  - Что?! - Стивен схватился за передатчик. - Адмирал Тохиль... Нет! Это приказ адмирала Гельмера. Наш флот...
  Сармат поднял руку.
  - Рапорт будет составлен, - сухо сказал он. - Есть смысл дать экипажу отдых, а техникам - время на ремонт.
  Стивен нехотя кивнул.
  - Heta, - он жестом распустил собравшихся, посмотрел на Гедимина и недобро сощурился. - Три часа на отдых!
  Сайджин подошёл к Гедимину и, осторожно толкнув его в спину, повёл с палубы прочь.
  - Три истребителя... - реакторщик тяжело вздохнул. - Я не знал, что он выпускает "москитов". Там были миноносцы...
  - Глупо было брать Цереру с налёта, - качнул головой пилот. - Это и во вторую-то войну не выгорало. Что с реакторами? Не расплавились?
  - Ещё поработают, - отозвался Гедимин. - Если не устраивать по сто Прожигов за час.
  Вернувшись в реакторный отсек, он тщательно проверил твэлы. До серьёзной расстабилизации не дошёл ни один из них, глушение прошло штатно, - через пару часов можно было запускать реакторы и даже рискнуть выполнить Прожиг. Убедившись, что всё в порядке, Гедимин лёг на пол, - он уже привык понемногу спать во время передышек. "Тохиль так и не отозвал нас," - думал он. "А такое ощущение, что мы там были одни. Один крейсер против половины флота Мацоды? Он правда считал, что это "выгорит"?.."
  
  04 июля 33 года. Галактика Вендана
  - Три часа на отдых!
  Связь отключилась. Гедимин, заглушив реактор и проследив немного за мониторами, отстегнулся и поднялся с места, выпрямляясь во весь рост. Шею и плечи сводило от напряжения - два часа прошли в непрерывных "прыжках" между галактиками. "Что у них в итоге вышло-то?" - сармат покосился на карту (точка, горевшая на ней перед последним Прожигом, погасла, но Гедимин запомнил, что видел её над Панамским перешейком) и в недоумении пожал плечами.
  - Atza teru, - позвал он пилотов "лучевого крыла". - Что в итоге-то? Рейд сорвался?
  - Рейд? - сонным голосом ответил Сайджин. - Да... Побомбили немного Панаму. Исгельт собирался сесть в Аргентине, Тохиль его прикрывал. Что вышло - не знаю.
  "Аргентина..." - Гедимин покачал головой. Чем дальше, тем меньше он понимал в происходящем; очевидно было одно - Земля оставалась в руках землян, а их флот, возможно, уменьшился, но серьёзно обозлился.
  - Кто знает, что происходит снаружи? - спросил он. - Что наше, что нет, как продвигаются флоты... Есть общая карта?
  Сайджин, почти уже проснувшийся, озадаченно хмыкнул.
  - Вот ты любопытный... Карта у капитана. Только я думаю - он тебя к ней не пустит.
  ...Во внутренних помещениях было гулко и пусто. Гедимин, тихо проходя по ним, слышал, как закачивается в отсеки воздух, пропущенный сквозь кислородные станции в трюмах, и как за множеством переборок гудят массивные волчки антигравитационных двигателей. Часовых выставили там, где можно было ждать десанта, - на открываемых палубах, у шлюзов... хотя какие десанты могли высадиться на "Феникс" посреди галактики Вендана?
  "Ага, понятно. Вот кабель, а вот и промежуточный узел. И если тут сделать врезку..." - оглядевшись по сторонам, Гедимин выпустил пару когтей и поддел лист обшивки. Шипение и пахучий пар плавящейся обмотки никого не привлекли, и через несколько минут сармат осторожно прикрыл кабель, немного отодвинулся, убедился, что следов вмешательства на обшивке не осталось, и пошёл дальше. Ещё минуту спустя передатчик на его запястье тихо пискнул. Посмотрев на экран, сармат увидел шесть загоревшихся цифр. "Работает," - подумал он с довольной ухмылкой.
  У капитанской рубки стояли двое часовых в тяжёлых экзоскелетах. Смерив Гедимина недоверчивым взглядом, один из них заступил ему путь.
  - Никого не вызывали. Почему не в своём отсеке?
  - У вас там есть штабная карта? - спросил Гедимин, пропустив вопрос мимо ушей. Сарматы переглянулись.
  - Хочу посмотреть, чья сейчас Церера, - быстро продолжил Гедимин, делая шаг вперёд. - Вчера с ней было много возни.
  - На Цереру не прорваться, - ответил из рубки Стивен. - Мацода стянула миноносцы и... Что?!
  Люк распахнулся, грохнув о переборку. Гедимин проворно отдёрнул руку.
  - Ты, - выдохнул Стивен, глядя на реакторщика. - Почему не в кочегарке?!
  - Хотел взглянуть на штабную карту, - мирно сказал Гедимин. - Пусти на минуту. Проверю, на месте ли Ураниум, и...
  - Пошёл вон, - тихо ответил Стивен. - Отвести его в реакторный отсек. Без приказа наружу не выходить! Понятно?
  Десять минут спустя Гедимин стоял в реакторном отсеке у вскрытой стены и снимал с кабеля лишние врезки. "Интересно, кто их ставил?" - думал он, растирая найденные "жучки" в серую пыль. "Сам Стивен не мог. Тут нужны прямые руки. И ставили давно... до меня. Чем ему так не нравятся реакторщики?"
  На экране передатчика светились шесть активных кодов. Можно было бы проверить их прямо сейчас, но Гедимин не хотел выдавать себя. "В следующем рейде сам всё услышу," - думал он. "Может, так хоть что-то будет понятно."
  
  13 июля 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - И что, так удобнее? - недоверчиво спросил Хольгер. Гедимин пожал плечами.
  - Ненамного. Раньше раздражало, что реакторы знают о сражении больше, чем я. Теперь легче. Только отсутствие обзора... - он недовольно сощурился. - Надо будет взломать внешнее наблюдение.
  Хольгер покачал головой, быстро огляделся по сторонам и придвинулся к реакторщику ближе.
  - От видеонаблюдения в открытом космосе толку чуть меньше, чем ноль. Пейзажами планет любоваться будет некогда, а врага ты не увидишь - на расстояниях обычных столкновений даже крейсер выглядит как белая точка. Взломай лучше систему сигма-сканеров.
  - Хорошая мысль, - согласился Гедимин и едва заметно усмехнулся, вспомнив побочное действие "лучевого крыла" - фантомные щупальца, отрастающие за спиной и сообщающие мозгу о найденных препятствиях. "Теперь у меня будет крейсер с щупальцами," - подумал он. "А он ведь так и должен выглядеть в сигма-диапазоне. Пульсирующие сгустки и тысячекилометровые щупальца. Две сросшиеся медузы..."
  - И не мешает тебе лишний шум в наушниках? - спросил Хольгер. - Я, наоборот, всё у себя отключил. Сидим в тишине, слышим только свои приказы.
  - У меня мало приказов. А в остальное время всё равно делать нечего, - ответил Гедимин. - Изучаю поведение реакторов. А для этого нужно знать условия. Вот те же нейтронные всплески... Ты за ними следишь?
  Это было второе возвращение Гедимина и Хольгера на "Мару" - не такое триумфальное, как в первый раз, но всё же сарматы, проходящие по коридорам и встреченные в столовой, поздравляли космофлотчиков с успешным рейдом. Флот Исгельта Марци высадился в Аргентине, захватив огромный промышленный комплекс "Вирма"; в свободных доках сейчас стояло шесть трофейных аргентинских барков, и техники в спешке переделывали их в примитивные боевые спрингеры. Ходили слухи, что две базы на Марсе достроены, укреплены и готовы к отражению любых атак, и что с Титана уже везут сотни цистерн с жидким метаном.
  - Пойду с тобой на корабль, - решил Хольгер, когда с едой было покончено. - Помогу с сигма-сканерами.
  Они прошли мимо дока с трофейным барком. Корабль был вскрыт, воздух и гептил из него выкачали и теперь прорезали в бортах люки под вылет москитного флота. Гедимин на ходу заглянул в огромные грузовые отсеки - все захваченные барки были рудовозами, на них остались бортовые погрузчики и контейнеры для рудного концентрата. Техники перекидывали в трюмы трубы кислородного снабжения, и Гедимин удивлённо на это смотрел, пока Хольгер не дёрнул его за руку.
  - Ну что там? Обычный барк-рудовоз.
  - Зачем проводить кислород в грузовые трюмы? - озадаченно спросил Гедимин. - Рудному концентрату дышать не нужно...
  От внезапной мысли его передёрнуло.
  - Ты ничего не слышал о пленных? - понизив голос, спросил он у Хольгера. Тот пожал плечами.
  - Я вообще не уверен, что мы берём пленных. Зачем Маркусу люди?.. Ну вот, твой корабль. Часовые нас пропустят?
  Через несколько минут двое сарматов уже шли по ремонтным коридорам, и Гедимин высматривал кабель нужного цвета. Он хотел было сделать врезку прямо здесь, но, подумав немного, остановился и достал передатчик.
  - Atza teru! Сайджин, Йенью, вы на месте?
  - Я здесь, - отозвался Йенью; он спал невообразимо много для сармата - вот и сейчас его голос звучал так, будто он только что открыл глаза и ещё не до конца проснулся. - А ты чего не на базе?
  - Я к тебе зайду. Никогда не был в отсеке управления, - отозвался Гедимин. - Со мной Хольгер.
  - Хольгер? А ты освоился на корабле. Уже водишь гостей... - из отдалённого отсека донёсся зевок. - Я посплю, ладно?
  Часовые у отсека управления были предупреждены, и в тесную рубку "лучевого крыла" сарматов пропустили беспрепятственно. Йенью растянулся во весь рост на матрасе, брошенном под пульты, и Гедимин осторожно перенёс его руку из-под кресла, чтобы случайно её не отдавить. Хольгер, быстро осмотрев рубку, показал пальцем нужный кусок обшивки, и несколько минут сарматы переговаривались только жестами. Гедимин вставил врезку, заделал образовавшиеся отверстия и приладил обшивку на место. Дыма было немного, вентиляция погнала его вертикально вверх, - даже сам реакторщик ничего не учуял, и тем более запах гари не разбудил спящего пилота.
  "Готово," - жестом показал он Хольгеру. Тот одобрительно кивнул. Последующие несколько минут они настраивали передатчик. Гедимин, открыв сигма-карту на одном из мониторов, рассматривал облицовку туннеля, смёрзшуюся пыль и метановый лёд за ней и борта двух соседних крейсеров. Сквозь крейсера сканер не видел - мешал слой ипрона в обшивке.
  У реакторного отсека часовых не было, и Гедимин недовольно сощурился - не то чтобы он хотел лишний раз отвечать на дурацкие вопросы, но диверсанты, проникни они на "Мару", к реактору пролезли бы беспрепятственно.
  - Скажу Стивену, чтобы поставил тут охранника, - сказал он, перебирая кабели под потолком и выламывая врезки. - Смотри сюда. Вот кто сюда насовал ерунды?
  Хольгер хмыкнул.
  - Да, вашему капитану очень не нравятся реакторщики. Подозреваю, он хотел вовсе без них обойтись... Ты вообще справляешься без сменщика? Мне было бы тяжеловато.
  Гедимин пожал плечами.
  - Работа несложная. Большую часть времени реактору ничего не нужно. Если бы к нему не лезли с Прожигами, я бы о нём вспоминал дважды в сутки.
  Он развернул сигма-карту, выведя её на голограмму, и чёрно-серебристый сгусток повис над пультом управления. Сканирующие лучи проходили сквозь стену общего коридора и просвечивали полбазы. Гедимин посмотрел на перемещающиеся тени - сканер видел сарматов, идущих по своим делам внутри базы, и стены за ними, и других сарматов в соседнем коридоре - и едва заметно усмехнулся.
  - Ну вот, другое дело. Буду знать, что мы делаем. Вывести бы ещё сюда карту Стивена...
  
  23 июля 33 года. Солнечная система - галактика Вендана
  Красная точка на голографической карте погасла, а за ней и вся карта исчезла, "втянувшись" в наручный передатчик. Крейсер вышел из безопасной чужой галактики над Уральскими горами, и первым, что увидел Гедимин, отведя взгляд от мониторов, были чёткие белые силуэты на сигма-карте. Из стратосферы, прикрытый маскирующим полем, в сопровождении электромагнитного шквала, поднимался "Юрий". "Феникс", едва успевший метнуть пару булыжников в защитные купола далеко внизу, быстро разворачивался, чтобы не оказаться к его главному калибру боком.
  "Прыгнет или нет?" - отстранённо думал Гедимин, глядя на мониторы. В этот раз реактор успокоился за считанные секунды - можно было бы и нырнуть в Вендану, оставив северянский крейсер ловить маскирующие помехи. "Не прыгнет. Разворачивает гравитрон..."
  - Tzaat saja! - гаркнуло в наушниках. - Tzagundu!
  "Все гравитроны к бою," - Гедимин занёс руку над кодом сброса управляющих стержней. "Сейчас начнёт трясти..."
  "Феникс" выстрелил на полсекунды раньше. Корабль встряхнуло от носа до кормы. Гедимин видел, как на сигма-карте вспыхивают и тут же тают полупрозрачные белесые полотнища - защитные поля вокруг кораблей. Град камней, разогнанных гравитронами до огромной скорости, сносил экраны, не давая времени на восстановление. Генераторы защитных полей работали непрерывно, но крейсер то и дело содрогался, подпустив очередной осколок слишком близко к броне.
  - Tzajesh! - крикнул Стивен. По сигма-карте прокатилась серебристая волна. "Ракета. Рано пустили. Погасла на щитах..." - недовольно сощурился Гедимин. "Ещё одна... Куда?!"
  Ракета промчалась мимо "Юрия" и нырнула в атмосферу. Северянский крейсер, накрытый многослойным защитным полем, разворачивался под обстрелом, будто не замечая булыжников. Ещё одна ракета взорвалась на щитах, снеся их, но растратив на это большую часть излучения. "Что они дела..." - успел подумать Гедимин, прежде чем грохнулся на палубу вместе с креслом. Мониторы зажглись красным, аварийная сирена испустила оглушительный вопль, на секунду замолчала - и завыла.
  - Tzajesh! - закричал Стивен. - Tza tatzqa jasu!
  Гедимин извернулся, разрывая ремни, встал с обломков кресла и кинулся к мониторам. Секунду спустя он был в активной зоне и, повиснув на управляющей дуге, вручную отключал её. Удар встряхнул левую часть отсека; реактор горел белым огнём, и даже сброс всех стержней не смог его "остудить".
  - Atza teru! - с третьего раза сигнал дошёл до Гедимина сквозь гул крови в ушах. Сармат выдернул мерцающий твэл из сборки и прикрепил к спине, закрывая реактор от пульсирующего излучения.
  - Ya"fauw! - отозвался он. - Реактор повреждён!
  - Has-sulesh, - выдохнул Стивен. - Гравиудар... Чини!
  В наушниках раздались команды, обращённые к пилотам и канонирам. Гедимин, потянувшийся было к нестабильному твэлу, изумлённо мигнул. "Что, и расстреливать не будет?"
  Корабль трясло так, что сармату пришлось воткнуть в палубу когти, и порой они скрежетали, проделывая короткие борозды. Реактор, набитый до отказа ипроном и обвешанный защитными полями, несколько мучительных секунд пульсировал, сменяя зелёное свечение белым - и позеленел окончательно. Гедимин облегчённо вздохнул, всунул в краевую сборку твэл, вынутый из центральной, - успешный Прожиг был сейчас нужнее, чем выработка энергии, - и вывалился из шлюза обратно к щиту управления. Бросив нестабильные твэлы на пол и прикрыв их матовым защитным полем, он встал к мониторам. Правый реактор встряску выдержал, хоть и заплевал всю активную зону нейтронами, - температура слегка повысилась, но до пульсации не дошло. "Держись..." - Гедимин глубоко вдохнул и задержал дыхание, унимая дрожь в руках. Раскалённые волокна вдоль висков, казалось, уже прожгли кожу и впились в череп. "Из надкритики вышли. Теперь Прожиг..."
  - Sa terke, - выдохнул он в коммутатор. - Tza jasu?
  - Ya! - коротко ответил Стивен. - Tza tatzqa ya jasu! Atza unu...
  Гедимин изумлённо мигнул. "Мы не уходим? А что тогда..." Он посмотрел на сигма-карту и шёпотом помянул уран и торий. Северянского крейсера нигде не было. К "Фениксу" со всех сторон приближались миноносцы, что-то взрывалось под его "брюхом", срывая защитные поля, но не успевая пробиться к броне. Корабль высаживал ракету за ракетой по чему-то, скрытому под слоем атмосферы, - Гедимин видел только серебристые волны, прокатывающиеся по карте. Стивен отдавал быстрые приказы канонирам на гравитронах. "Феникс" поднимался всё выше, уходя из-под огня атмосферных кораблей. Два миноносца, раскачиваясь из стороны в сторону, пошли вниз, один взорвался в стратосфере. Что-то массивное выплыло с дальнего края сигма-карты, и Гедимин протянул руку к пульту.
  - Jasqa! - приказал Стивен.
  ... - Семь часов на ремонт, - как сквозь плотное защитное поле, услышал Гедимин. Он уже заглушил реактор и теперь придирчиво изучал твэлы, извлечённые из реактора. Они перестали мерцать, свечение снова позеленело, и ни дозиметр, ни анализатор не выявили ничего подозрительного. Гедимин перепроверил показания приборов и пожал плечами. "Перекосило от тряски. От этого бывает и не такое," - он забрал твэлы и спустился в активную зону.
  Бороздки, оставленные его когтями, тускло блестели. Он досадливо поморщился и наклонился, чтобы заровнять поверхность. Конструкции реактора выдержали удар - может быть, с отсека снесло несколько пластин обшивки, но внутри всё было цело. Найдя и устранив пару мелких неисправностей, Гедимин выбрался наружу и с сожалением взглянул на обломки кресла. "Это под замену. Даже время тратить не буду."
  - Atza teru? - робко спросили в наушниках. - Гедимин, ты там живой? А реактор?
  - Обошлось, - отозвался Гедимин. - Сайджин, ты не ранен? Голос странный...
  - Да лучше бы я, - выдохнул в коммутатор Сайджин - у реакторщика даже в ухе защекотало. - По левому борту снесло два "крыла". Как садиться будем - Сатурн его знает...
  - Atza teru! - голос Стивена, прозвучавший в неловкой тишине, был бодрым и даже немного радостным. - Гедимин Кет, твое присутствие в реакторном отсеке необходимо?
  - Нет, тут всё остановлено, - ответил удивлённый сармат. - Что с "крыльями"? Ремонт возможен?
  - Йенью Гварза, иди в реакторный отсек, - приказал Стивен. - Сайджин Юнь, проводи Гедимина в трюм. Гедимин, осмотри повреждения. Надо собрать хоть одно "крыло" из двух.
  Сармат мигнул. "Стивен сегодня странный. Научился говорить, как нормальный сармат? Я уже не верил, что это возможно..."
  - Иду, - отозвался он. - Сделаю, что смогу.
  Десять минут спустя они с Сайджином пробирались к повреждённому борту. Гедимин осматривался и недовольно щурился. Реакторный отсек, с его усиленной бронёй, отделался "парой царапин"; другие части корабля пострадали гораздо сильнее. Техники заменяли оборванные кабеля, "сшивали" лопнувшие шланги, укрепляли треснувшие переборки, - но по всему кораблю был слышен треск искрящих проводов, шипение утекающей газовой смеси и скрип перекошенных балок.
  - В левый борт, прямо по реактору, - ронял обрывистые фразы Сайджин. - Подставились при манёвре. Гравиудар... Две ракетные шахты, три пояса турелей, два "крыла"...
  - Хорошо, что ракеты не взорвались, - буркнул Гедимин. Ирренцию от сотрясения взрываться не полагалось - но сармат, провозившийся с ним столько лет, уже ни в чём не был уверен.
  Вдоль смятого и местами лопнувшего борта, с внешней стороны, белели матовые пласты защитных полей - их успели поставить вовремя, до того, как большая часть воздуха высвистела в космос, и поэтому на крейсере не был объявлен режим кислородной экономии, и Гедимин мог дышать сквозь респиратор - даже здесь, в полуразрушенных отсеках. Сюда согнали всех ремонтников и всех сарматов, кто не был занят, вплоть до пилотов. Пробоины заделывали, вместо уничтоженной кислородной станции устанавливали новую, в коридоре разложили покорёженные остатки бластерных турелей, и незнакомый сармат выбирал из них кусочки ирренция и обсидиана. Гедимин приостановился было, чтобы помочь, но Сайджин потащил его дальше.
  - Нам не до стрельбы, атомщик. Нам бы сесть...
  Блоки "лучевых" крыльев были укреплены со всех сторон ипроновыми пластинами, вшитыми в особо прочный фрил. Их не раскрошило гравиударом - они вдавились внутрь корабля, разрушив по дороге несколько отсеков, и теперь стояли среди обломков чёрными бронированными колоннами. Связь с ними прервалась - кабеля полопались, контактные элементы отвалились, но ирренциевые "лепестки" уцелели - Гедимин, осторожно вскрыв механизм, увидел в них всего несколько мелких трещин.
  - Это не помешает, - сказал он Сайджину, напряжённо наблюдающему за ним. - А вот сердечник - под замену. Новый тут есть?
  Он сдвинул ирренциевые "лепестки", позволив расколотому обсидиановому элементу выкрошиться на палубу. Раздробив подвернувшийся кусок рилкара, он заправил порошком распылитель и поднёс к потрескавшейся поверхности. "Укрепить снаружи. Излучению не помешает..."
  Когда Сайджин вернулся с цилиндрическим контейнером в руках, блок "лучевого крыла" был практически восстановлен. Гедимин соединил обрывки кабелей, проверил, как идёт сигнал, и остался доволен.
  - Есть ещё сердечники? - спросил он у Сайджина, устанавливая ребристый обсидиановый элемент в центре конструкции. - Попробую починить второе "крыло".
  - Не стоит, атомщик, - отозвался тот. - Одного хватит. Всё равно идём на базу.
  Он позвал штатных техников, и Гедимина оттеснили. Он уже со стороны наблюдал, как блок вставляют в проём и заращивают швы. Защитные поля уже нигде не просвечивали - борт был восстановлен настолько, чтобы корабль мог дойти до базы. Мимо пронесли по частям дугу турелей; в ней осталась едва ли четверть бластеров, но выглядела она рабочей. Гедимин одобрительно кивнул.
  - Так что вышло с "Юрием"? - запоздало спросил он, идя за Сайджином к реакторному отсеку.
  - Сбили, - ответил тот с кривой ухмылкой. - "Теггаром" в борт. Попали в стык. Но вниз не прорвались.
  "Сбили," - Гедимин вспомнил первую встречу с северянским крейсером и едва заметно усмехнулся. "Мы всё-таки построили флот. Возможно, лучший в Солнечной системе."
  - Atzesh saja! - раздался в наушниках голос Стивена. - Всем собраться на палубе смотра. Немедленно!
  Сарматы переглянулись.
  - Надумал расстрелять? - еле слышно пробормотал Гедимин. Сайджин мигнул.
  - Кого?.. Идём, атомщик. К реактору успеешь.
  На палубе смотра собрались все - даже техники отложили инструменты и поднялись сюда. Стивен стоял на возвышении. Перед ним на самоходной тележке лежали, как сначала показалось Гедимину, четыре пустых скафандра. Сайджин пробормотал что-то по-сарматски и опустил голову.
  - Мы уничтожили врага, - объявил Стивен. - Крейсер "Юрий" был взорван нашей ракетой. Четверо сарматов погибли от гравиудара. Мы собрались тут, чтобы совершить обряд погребения.
  Гедимин мигнул. "Обряд? Разве с мёртвыми сарматами надо делать что-то особенное? У нас ведь нет традиции..."
  - Леннарт Маккензи, оператор ракетного шлюза, - начал перечисление Стивен, подняв на ладони маленький предмет - передатчик, извлечённый из скафандра погибшего. - Яари Арктус, трюмный моторист...
  Гедимин смотрел на скафандры мертвецов. Повреждений почти не было - несколько царапин на броне, сорванная пластина, трещины на лицевом щитке... Он вспомнил, как сам летел вместе с креслом - это при всех демпферах реакторного отсека! - и поёжился. Один из щитков изнутри был покрыт чёрными присохшими каплями.
  - Кто-то хочет забрать вещи погибших? - спросил Стивен, аккуратно сложив передатчики в специальный контейнер. Один из сарматов вышел из строя, достал из-под своей брони цацку, блеснувшую красноватой проволокой, и вложил в руку мертвеца - кажется, это был Яари.
  - Всё останется с ними, - глухо сказал он, возвращаясь в строй. Стивен молча кивнул и дал знак экзоскелетчикам, вставшим за его плечами. Несколько минут все смотрели, как тела вынимают из скафандров и, положив в карманы их комбинезонов все найденные цацки, сгружают в странные плоские контейнеры. Два контейнера - в каждом по два тела - затолкали в тёмный фриловый корпус вытянутой формы.
  - В ракетную шахту, - приказал Стивен. - Отправить в открытый космос.
  "Ракету" унесли. Стивен, опустив руку, вскинутую в прощальном жесте, коротко бросил:
  - Hetatza!
  Сарматы расходились по кораблю в молчании. Гедимин хотел свернуть в трюмы - лишний ремонтник там пригодился бы - но Сайджин, не отпуская, тащил его за руку, пока не довёл до реакторного отсека.
  - Четверо... Для гравиудара - считай, легко отделались, - угрюмо сказал он, войдя в шлюз. - На такой дальности нас должно было расплющить.
  - Разве у нас есть погребальный обряд? - спросил Гедимин. - Я никогда о таком не слышал. Вы так делали в ту войну?
  Сайджин покачал головой.
  - Это новое. Маркус научился у людей. По-моему, так лучше, чем бросать разлагаться в трюме. Я бы отправлял на ледяные планеты. Тепло, органика... Может, возникла бы жизнь.
  Гедимин хмыкнул, посмотрев на него с внезапно возникшим уважением.
  - Мне нравится.
  "Стать основой для жизни на планете..." - он усмехнулся. "Неплохо бы. Пока что получается только уничтожать."
  
  08 августа 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Атомщик, - Хольгер со вздохом покачал головой. - Если считаешь, что эти твэлы не в порядке - замени их. Чего ты ждёшь?
  - Они в порядке, - угрюмо отозвался Гедимин. - Если по ним не стрелять. Как и я.
  Он потрогал респиратор. Порванные хрящи вроде бы срослись, но от давления переносица всё ещё ныла. Удар о пульт управления был не таким уж сильным - ожидай Гедимин чего-то подобного, он подставил бы руку и не получил бы и лёгкого ушиба...
  - Настоящий атомщик, - ухмыльнулся Хольгер, проследив за его рукой. - Способен заглушить реактор, ударив кулаком в пульт.
  - Он и должен от этого глохнуть, - отозвался Гедимин, не настроенный шутить. - "Защита от дурака", двухсотлетняя традиция.
  "Феникс" вернулся из рейда вчера - и до сих пор стоял в доке, "залечивая" многочисленные "раны". Прорыв в Северную Африку закончился для него расстрелом в упор. "Ирренций в сочетании с дейтеридом лития," - вспомнилась Гедимину давняя обмолвка Ассархаддона. "Видимо, это оно и было. Снесло щиты вместе с генераторами."
  Хольгер протянул руку и крепко сжал его ладонь.
  - Не все рейды удачны, атомщик. Вас всё-таки не сбили.
  Под потолком громко загудело. Все сарматы, замолчав, посмотрели на закреплённый в дальнем углу передатчик.
  - В информаторий! - объявил механический голос, заглушив все звуки. - Общий сбор! В информаторий!
  Гедимин, вздрогнув всем телом, медленно поднялся на ноги. От проснувшихся воспоминаний его глаза потемнели и сузились. Хольгер поднялся вместе с ним, тихо скрипнув зубами.
  - Опять, - еле слышно прошептал он. - Опять...
  Гедимин впервые вошёл в информаторий "Мары". Это было самое большое помещение на тесной базе, - амфитеатр со ступенями, прикрытыми бархатистым скирлином. Сармат остановился на пороге, пару секунд смотрел на то, как ремонтники и космофлотчики занимают места ряд за рядом, махнул рукой и сел на лестнице.
  - Быстрее уйдём, - буркнул он Хольгеру, попытавшемуся пересадить его на ближайший ряд.
  Лестница понравилась не только Гедимину - когда сигнал сбора утих, на ней сидело полсотни филков. Хольгер, успокоившись, перестал пихать ремонтника в бок и сложил руки на груди.
  - Не нравится мне всё это, - прошептал он Гедимину в наушник.
  Голограмма, созданная посреди амфитеатра, упиралась головой в потолок и немного рябила посередине, - кто-то не совладал с проектором. Лицо Маркуса Хойда казалось каменным, только глаза слегка сузились, выдавая сдержанную ярость.
  - Tzaat Eatesqa! - он вскинул полупрозрачную руку и снова пошёл рябью - проектор сбоил, и настроить его было некому. - Свободный народ сарматов! Совсем недавно я поздравил вас с первыми победами. Наш удар был поистину сокрушительным. Марс, Титан, Энцелад, Луна, Южная Америка, Антарктида, Старая Европа, Индостан, - всё это легло к ногам превосходящей расы. Но теперь враги знают, чего от нас ждать, а вот вы... Вы расслабились, tzaat Eatesqa. Вы уже готовы упустить плоды первой победы!
  "Старая Европа? Там-то что ловить, кроме развалин и радиации?" - озадаченно думал Гедимин. "И ведь кого-то за неё наверняка подбили..."
  - Презренные hasulesh прорываются сейчас к Луне. Они атакуют Кларк, наш лунный космопорт. Вы должны сдержать их, чего бы это ни стоило. Флоты Гельмера Гьоля и Дерека Норти отправляются к Луне. Им нужны солдаты!
  - Вот ты бы и летел, - буркнул кто-то справа от Гедимина, в соседнем ряду. - Говорил же - на кой брать Луну?! Разбомбили бы, и пусть себе отстраивают. Пусть их флот там мотается, пусть они там дохнут. Нет, надо было влезть...
  Хольгер потянул Гедимина за руку.
  - Идём, - тихо сказал он, кивнув на опустевший центр амфитеатра - голограмма уже погасла - и на собирающихся к выходу филков. - Ничего не говори, атомщик. И так тошно.
  
  17 августа 33 года. Луна, кратер Пири - галактика Вендана - Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
   - Tza atesieq! - донеслось из отсека управления вместе со звонким ударом одной бронированной ладони о другую. - Атомщик, считай, что хлопнул с нами!
  - Tza, - вежливо отозвался Гедимин, осторожно поднимая управляющий стержень. Твэл, ушедший было в пульсацию, наконец "выровнялся". "Рано дёргаться. Всего четыре Прожига. Впереди ещё десяток," - сердито думал сармат, глядя на мониторы. "Хорошо, в этот раз никаких гравиударов. Доделать бы реактор, - он же для войны не предназначен..."
  - Нет, ты видел? - не унимался обрадованный чем-то Сайджин. - Вот так должен действовать сарматский крейсер! Три прохода, двадцать выстрелов, семнадцать попаданий, разрушенный купол.
  - Периферийный купол, - слегка охладил его радость Йенью. - До центрального не достали.
  - С орбиты сложно, - отмахнулся пилот. - В стратосферу бы...
  Гедимин слушал их вполуха, отслеживая показания на мониторах. Купол, над которым они так удачно прошли, находился к юго-востоку от озера Атабаска, - это всё, что сармат о нём знал. "А где-то там Ураниум-Сити, и по нему сейчас..." - он отогнал неприятную, но логичную мысль об ответном рейде на ближайшую сарматскую базу и поднял стержень ещё на десять сантиметров. "Немного выждать, и можно будет вывести. Если только..."
  - Atzesh saja! Safauw! - пронеслось по кораблю, и Гедимин, вздрогнув, оставил в покое твэл и развернул сигма-карту. "Противник? Где?!"
  - Tza tatzqa jasu deka den una! - приказал Стивен. Голографическая карта вспыхнула, показывая Гедимину северный полюс Луны. Красная точка пульсировала над Кларком.
  "Феникс" открыл огонь, едва высунув нос из портала; первое защитное поле с него сбили тридцатью секундами позднее. Сарматов ждали. Гедимин, сердито щурясь, смотрел на сигма-карту, белую от вражеских кораблей. На разглядывание Кларка уже не было времени.
  - Tza jasqa! - крикнул Стивен. Гедимин бросил за корму волну закрывающего излучения - прямо в нос идущему за ними "Кондору". Вслед за излучением в сужающийся проём успел проскочить "Теггар". "У них флиевый слой в обшивке," - подумал Гедимин. "Подготовились. Приходится тратить "Теггары". Раньше обошлись бы "Гельтом"..."
  - Jasu qena den una! - скомандовал Стивен. Красная точка на карте горела всё там же, над Кларком.
  Они "прыгнули" ещё раз, влепив четыре булыжника и "Теггар" в борт зазевавшегося "Кондора" - судя по деформированному носу, того, который недавно шёл за ними. Вдоль обшивки "Феникса" загрохотали мины, следом ударил снаряд из гравитрона, сорвав щиты и почти дойдя до брони.
  Гедимин зацепил локтем сигма-карту, и она сжалась, сменив масштаб. На её дальнем краю мелькнул знакомый силуэт - ещё один "Феникс" отстреливался, зажатый с трёх сторон. Ракета, посланная в ту сторону Стивеном, взорвалась на одной из бесчисленных мин, не принеся никакой пользы.
  - Tzagundu! - приказал капитан. Корабль шёл прямо на мины, пробивая себе путь булыжниками. Гедимин не видел просветов, но дважды ракеты были выпущены и прошли завесу. Одна отправила к Луне подвернувшийся миноносец, другая взорвалась на щитах чего-то крупного - не исключено, что "Солти".
  - Tza jasqa! - рявкнуло в наушниках. "Солти", оказавшийся между двух огней, дал залп всем бортом, но большая часть снарядов ушла в пустоту - "Феникс" уже ушёл в другую галактику.
  "Вовремя," - выдохнул Гедимин, глядя на мониторы. Два Прожига за несколько минут снова "растрясли" нестабильный твэл, и он беспорядочно пульсировал. "Ладно, без него пойдём," - Гедимин сбросил управляющий стержень и перевёл тонкое управление на соседний. "Лишь бы не вся сборка..."
  - Jasu qena den una! - скомандовал Стивен. Гедимин сердито фыркнул.
  - Опять Кларк?
  - Заткнись и жги! - рявкнуло в наушниках.
  Они открыли огонь ещё за порталом. "Солти", "Кондор", семь миноносцев, тяжёлые бомбардировщики, - всё, что собралось над Кларком, только их и ждало. Шквальный огонь вышвырнул "Феникс" обратно в галактику Вендана, и всё, что успел увидеть Гедимин на сигма-карте, - светлеющее серебристое пятно с размытыми краями и полупрозрачным центром.
  "Сбили?!" - не веря своим глазам, он смотрел на то, что осталось от сарматского крейсера.
  - Tza jasu? - неуверенно предложил он в наступившей тишине.
  - Deka den una, - безжизненным голосом ответил Стивен. Точка на карте зажглась в тысяче километров от осаждённого Кларка.
  ...Шлюзы открылись, выпуская экипаж "Феникса" в безвоздушный док "Мары". Гедимин, проверив запасы кислорода, отошёл к стене и стал ждать. Он ждал, пока узнавший его в толпе Агнаман, реакторщик на одном из "Бетов", вернувшихся в этот же день, не оттащил его от стены и не поволок на базу.
  - Кларк для нас потерян, - мрачно сказал он, убедившись, что Гедимин на него смотрит. Они сидели в столовой и смотрели на карту, спроецированную на самую длинную стену. На карте была Земля в развёртке - и остальные планеты, сбитые в кучу, населёнными территориями к зрителям. Её повесили восьмого, сразу после выступления Маркуса, - видимо, хотели поднять боевой дух, но вид Луны, снова окрасившейся в цвета противосарматского союза, ничего, кроме сердитого шипения, не вызывал.
  - Два месяца мы там сидели? - уточнил Гедимин. - Хоть вывезли что-нибудь полезное?
  Агнаман махнул рукой.
  - Напомни, кто он был? - снова заговорил сармат, несколько секунд в молчании наблюдавший за изменением цветов на карте. - Тот капитан, которого сбили?
  Агнаман уже называл его имя, но Гедимин, услышав, что речь не о Винфреде Марци, и Хольгера в том корабле не было, на радостях тут же его забыл. Теперь он досадливо щурился, пытаясь припомнить, чей же это был крейсер.
  - Свен Арктус, - ответил Агнаман. - Это ничего, я сам о нём впервые слышу. Крейсер взорвался изнутри - реактор, наверное, пробило.
  Гедимин угрюмо кивнул.
  - Там были все, - сказал он, глядя на свои руки. - Атлантис, Мацода, Австралия... Глупо было надеяться, что база выстоит.
  - Говорят, Свен прикрывал беженцев, - сказал Агнаман. - Кому-то удалось уйти. И вы тоже выиграли для них немного времени...
  Гедимин махнул рукой.
  
  06 сентября 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Бери, сколько нужно, топлива много, - Амос широким жестом обвёл узкий коридор, увешанный флиевыми контейнерами. Длинные плоские ящики висели вдоль стен по всему лабиринту хранилища, выстроенного немного в стороне от топливных цехов; защитные поля, прикрывающие их, то белели, то подёргивались извилистыми красными разводами, - сигма-излучение проходило сквозь стенки и пульсировало, заставляя Гедимина опасливо щуриться.
  - Сюда бы ипроновой фольги, - сказал он, сворачивая раскладной контейнер в трубку и прикрепляя к скафандру. - Разделить их. Вот это свечение - плохой признак.
  Амос развёл руками.
  - Ипрона нет, физик. Был бы - я бы не экономил. Контейнер потом верни.
  Гедимин, кивнув, вышел из хранилища. Нестабильный твэл, кое-как вынесенный с корабля в десятислойном защитном поле, уже отправился в переработку - и, возможно, его уже раздробили и ссыпали в ванну с углекислым газом. Плановая замена топлива намечалась в июне, через год после официального "взлёта" и начала войны; Гедимин был не уверен, что и он, и реакторы до этой замены доживут.
  Уже на обратном пути в топливный цех, проходя с пустым контейнером мимо доков, Гедимин увидел, что в шестом появился крейсер, и техники осматривают его. Сармат приостановился, оценивая повреждения. К его удивлению, "Феникс" почти не потрепали - длинные борозды тянулись по лобовой броне, способной выдержать столкновение с астероидом, но на более уязвимых бортах появилось лишь несколько царапин. "Удачно маневрировал," - одобрительно кивнул Гедимин, вспоминая постоянные удары в реакторный отсек; Стивен будто нарочно подставлял "бока" то под мины, то под снаряды гравитронов, то под ракеты. "Линкен, может, псих, но корабль и экипаж он бережёт..."
  - Атомщик?! - что-то врезалось в сармата сбоку и вдавило его в стену. - Идём на воздух! Вот любишь ты шляться в вакууме...
  Глаза Линкена горели радостным белым огнём. Едва покинув шлюзовую камеру, он снял шлем и вдохнул полной грудью, а на укоризненный взгляд Гедимина только ухмыльнулся.
  - Свежий воздух, атомщик! Когда-нибудь я свожу тебя на берег замёрзшей Ацидалии. Сколько себя помню, там всегда был рыжий лёд, а вода пахла ржавчиной. Но воздух... воздух там приятный. Что нового в космосе?
  - Чтоб я знал, - отозвался Гедимин. - Хольгер жив. Отбыл позавчера. А мы на ремонте.
  - Что, опять Север? - сочувственно хмыкнул Линкен. - Не знаю, зачем Тохиль туда лезет. В Севере он никогда не понимал. Туда бы Исгельта или Оркуса...
  - Нет, - качнул головой Гедимин. - Не Север. С Севером получалось лучше. Снова Кларк. Скажи, Маркус от него когда-нибудь отстанет?
  - А, Кларк... - Линкен, скривившись, провёл пальцем по шраму на затылке. - Я бы Кларк оставил напоследок. Когда мы истощим Землю, Луна сама сдастся. "Макаки" там долго не продержатся - не та раса. Значит, Кларк бомбили... А я прикрывал Канаду. Вот ведь случай! Это мне бы надо бомбить, а тебе - прикрывать.
  Гедимин усмехнулся.
  - Я ничего не решаю, Лиск. Сижу в реакторе... И что? Канаду пока не взяли?
  Взрывник с широкой ухмылкой хлопнул его по плечу.
  - Очень хотят! Пол-Атлантиса рвётся к нашим базам. Оркус так их укрепил, что даже Север отступился. Я был в Ураниуме на днях - отвлекал мартышек от портала. Скоро получите свежий уран!
  Гедимин благодарно кивнул.
  - Уран нужен. Лучше бы плутоний, но...
  - Лилит говорит то же самое, - ухмыльнулся Линкен. - "Гедимин опять будет нудеть про плутоний! Откуда в наших шахтах плутоний, ядро Сатурна?!"
  Услышав знакомые интонации, Гедимин хмыкнул.
  - Лилит? Она ещё не в армии?
  - Он, - поправил Линкен. - Имя менять не стал... Нет, он не хочет уходить с завода. Говорит - кто-то должен заниматься делом, раз даже атомщика вы засунули в крейсер. Говорит - предложение отселиться и выстроить домик с мастерской всё ещё в силе.
  - Если во имя великой расы нас не рассуют по баракам, - пробормотал Гедимин, копаясь в "карманах". - Если снова попадёшь в Ураниум...
  Он вытряхнул на ладонь пригоршню цацек - всё, что отобрали когда-то у Иджеса.
  - Теперь секретности нет. Отдай это ей... ему. И сёстрам Хепри, если они живы.
  - Хепри во флоте, - качнул головой Линкен, забирая цацки. - Оба. Передам, конечно. Я ему говорил - у атомщика хорошая память...
  - Взрывник? Живой, пальцы целы? - незнакомый сармат хлопнул Линкена по плечу и радостно ухмыльнулся. Тот с широкой ухмылкой ударил его по спине. Гедимин подался в сторону, но взрывник, сцапав его за локоть, потащил обратно.
  - Живой. Только из Канады... Что нового в космосе?
  Незнакомый сармат - и он тоже был без шлема - досадливо поморщился.
  - А Маркус ещё не похвалился? Ну надо же... Проектор, что ли, сломался? У нас новое приобретение - похлеще старого. Ашшур взял Цереру.
  Линкен на секунду замер, затем с досадой ударил кулаком о ладонь.
  - Цереру... Какого астероида Ашшур там делал?! На Север его надо было послать, на Север... Вот ведь бешеная радость, - мало нам было Кларка...
  Сармат угрюмо кивнул.
  - Ну, побомбить её было можно. Взорвать всё, что там есть, отвлечь флот от Африки... Но он же её взял!
  Линкен тяжело вздохнул и прижал ладонь к затылку.
  - Сколько положили?
  - Не меньше тысячи, - отозвался сармат. - Тридцать на моём корабле. Приказ, чтоб его...
  Линкен положил ладонь ему на плечо и склонил голову.
  - Теперь у нас ещё и Церера... И что, базу там строят?
  - Занимают и расширяют, - буркнул сармат. - Если завтра Мацода не отобьёт, ещё и клонарий воткнут. Вот ты скажи...
  Он тронул за плечо Гедимина.
  - Разумное существо будет при таком раскладе строить клонарии?
  Гедимин пожал плечами.
  - Вам же нравился такой координатор. Джеймса убили. Войну начали. Что теперь не по нутру?
  Сармат изумлённо мигнул.
  - Так ты, выходит...
  - Heta! - рявкнул Линкен, вклиниваясь между сарматами. - Не лезь к атомщику. Иди, потом, в тишине, всё обсудим.
  Дождавшись, когда сармат уйдёт, он развернулся к Гедимину. Тот ожидал, что взрывник полезет драться, но тот лишь тяжело вздохнул.
  - Не надо так.
  - А где я соврал? - недобро прищурился Гедимин.
  - Атомщик, я за такие слова должен вообще-то тебя пристрелить, - тихо сказал взрывник, глядя на него потемневшими глазами. - Очень не хочется, если честно. Давай осторожнее, а?
  
  31 декабря 33 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
   - Гедимин, а ты хоть раз выбирался на поверхность? - спросил Хольгер, найдя место на лестнице амфитеатра и устроившись рядом с ремонтником. Тот удивлённо мигнул.
  - Нет, - признал он. - Надо будет выйти. Хоть посмотрю на планету.
  Хольгер одобрительно кивнул.
  - Всё равно тут нечем заняться...
  - Тихо! - гаркнул проходящий мимо экзоскелетчик в ярко-красном "Фенрире". Он остановился тремя ступенями ниже, едва не наступив на сидевшего на лестнице филка, и теперь подозрительно смотрел на Гедимина и Хольгера. Ещё три десятка красных "Фенриров" рассредоточились по залу, четверо стояли на входе. Гедимин посмотрел на них и досадливо хмыкнул.
  - Знал, что этим и кончится. Как заговорили о великой расе - жди проблем.
  Зал сегодня был набит битком - туда согнали даже тех, кто по своей воле никогда в информаторий не пошёл бы, и оставили на важных постах по одному оператору, а на кораблях - по паре-тройке часовых. "Жаль, Линкена нет," - думал Гедимин, от скуки подмечая неисправности в экзоскелете ближайшего охранника. "Я бы послушал, что он тут скажет. Когда люди водят под конвоем - это рабство, а когда сарматы - свобода?.."
  - Tza atesqa! - голограмма координатора Маркуса, на секунду воткнувшаяся головой в потолок, выровнялась и вскинула руку в приветственном жесте. - На исходе года, перед новой сменой дат, я приветствую вас, собратья, воины великой расы Eatesqa!
  Проектор починили; голограмма больше не рябила. Маркус был в красно-золотом экзоскелете с полным вооружением и многочисленными нагрудными знаками. Гедимин узнал почти все - чертежи этих украшений принёс ему когда-то Кенен, а он изготовил образцы.
  - Мои цацки, - прошептал он, толкнув Хольгера в бок. Тот ухмыльнулся.
  - За полгода мы заняли треть поверхности Земли, - продолжал Маркус. - В наших руках Марс и спутники Сатурна, и мы готовим наступление на Юпитер. Не пройдёт и полугода, как нашей станет вся Венера...
  - И он станет там губернатором и успокоится? - прошептал Гедимин и получил тычок в бок от Хольгера. Незнакомый сармат в соседнем ряду на секунду положил руку ему на плечо - то ли расслышал и одобрил, то ли вежливо просил заткнуться.
  - Но мы вернём и то, и другое, - Гедимин пропустил кусок речи, но до конца ещё было далеко. - Мы втопчем их в радиоактивную пыль! Две недели назад мы заняли Весту, и теперь весь пояс астероидов...
  - Дебил венерианский, - послышался злой шёпот с соседнего ряда. - Нашёл время брать Весту! Три тысячи потеряли на Церере, и у кого она теперь?!
  - Верно, - мрачно ответил ему другой. - Земля подходит к Марсу. Пара дней - и нас начнут бомбить. Месяц-два-три - и выкинут вон. Мы не можем ничего удержать, пока флот Земли не...
  - Тихо! - гаркнул охранник, шагнув на три ступени вверх. Он подошёл бы к шепчущимся, но между им и ними стоял Гедимин и угрюмо щурился.
  - Ты мешаешь слушать речь, - недовольно сказал охраннику Хольгер. - Зачем орать?
  - ...и к утверждению нашего господства от Меркурия до Седны! Tza atesqa! - голограмма вскинула руку и зажглась красно-золотым светом, прежде чем погаснуть. "Дебил венерианский," - промелькнуло в мозгу Гедимина.
  ...В шлюз их выпустили беспрепятственно, посоветовав только проверить, хватит ли кислорода, и не задерживаться на поверхности надолго. На хрупком метановом насте под ногами Гедимин сразу различил разлапистые следы - кто-то из техников выходил наружу и подолгу стоял, бесцельно глядя на кратер и небо над ним.
  Доки были приподняты над ребристым дном на десяток метров; к ним тянулись посадочные полосы, замаскированные под поверхность планеты, но всё же слегка над ней приподнятые. За ними, далеко впереди, блестел в тусклом свете Сатурна ярко-белый лёд. Нависшие над ледяным пятном склоны были тёмно-багровыми, почти чёрными. Гедимин притронулся к "камню" и тут же отдёрнул руку - минус двести по Цельсию сквозь скафандр ощущались как удар железной балкой по пальцам.
  - Сатурн, - сказал Хольгер, запрокинув голову и глядя на огромную полосатую полусферу, занявшую полнеба. - Красиво.
  Гедимин кивнул.
  - И что нам было не переселиться на Кагет... - пробормотал он, обращаясь то ли к склонам кратера, то ли к планете над головой. - Если мы даже тут способны выжить...
  Хольгер только вздохнул.
  
  23 января 32 года. Галактика Вендана - Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  Крейсер "Феникс", дымясь и прикрывая вмятины в бортах защитным полем, вывалился в межзвёздный вакуум. За порталом осталась Южная Африка, где, насколько успел разглядеть Гедимин, успешно высадился под прикрытием двух крейсеров сарматский десант; впереди было четыре часа неторопливого ремонта и пересчёта боеприпасов.
  - Гедимин, тебе не нужна помощь? - спросил из отсека управления Сайджин. На фоне послышался приглушённый зевок - Йенью, как всегда во время перерывов, ложился спать.
  - Всё цело, - отозвался реакторщик, глядя на мониторы. - Можете отдыхать. Я тоже посплю, пока реактор спокоен.
  Сегодня обошлось без прыжков в активную зону, сброса аварийных стержней и досадливого шипения - Стивен, выйдя из портала над Южной Африкой, успешно провёл операцию прикрытия, не дёргая реактор игрой в прятки с крейсерами землян, а Гедимин успешно отследил опасные процессы и не дал им развиться. Теперь обе установки "отдыхали", крейсер переключился на запасные генераторы, а сармат, в последний раз покосившись на сигма-карту, потянулся за матрасом - и замер на месте.
  - Atza teru! - выдохнул он, глядя на чёткие белые силуэты, влетающие под сканирующие лучи; поверх них пульсировало что-то размытое, но очень похожее на "дыхание" только что открытого портала. - Safauw!
  - Safauw?! - Стивен отреагировал раньше, чем Сайджин или Йенью успели открыть рот. - Tza... Ya"at! Hetatza! Sa"tesqa!
  "Сарматы?!" - Гедимин изумлённо мигнул, глядя на знакомые очертания крейсера "Бет" - его чёткий силуэт возглавлял эскадру из девяти разноразмерных транспортов трофейного вида. Это были барки - четыре рудовоза, три пассажирских, два - неопределимого назначения, с многочисленными повреждениями и неровным, дёрганным ходом. За барками в межзвёздное пространство вырвались пятнадцать сарматских спрингеров - "Ицумадены", среди которых затесались два изувеченных "Циклопа". Следом, на лету ныряя в приоткрытые ангары, летел шлейф москитного флота. Портал закрывался, и истребители, проскакивая в проём на предельной скорости, едва успевали разминуться с другими кораблями.
  - Атомщик, ты это видишь? - спросил Йенью, от потрясения переставший зевать.
  "Как они вообще с нами встретились?" - Гедимин вспомнил, как сложно в Вендане найти даже планету-гигант, не говоря уже о сарматском крейсере, и недоверчиво покачал головой.
  - Стой! - в наушниках что-то пискнуло - Сайджин переключил коммутатор. - Они говорят с капитаном...
  - Не услышишь, - буркнул Гедимин, досадливо щурясь. - Там врезка в его рубке. Туда не попадёшь.
  - Да тихо ты! - фыркнул на него окончательно разбуженный Йенью. - Они летят к нам!
  Два наиболее повреждённых барка осторожно сближались с "Фениксом", готовящимся к стыковке. По внутренней связи разносились отрывистые команды.
  - Мы берём их на борт, - сказал Сайджин, снова пискнув коммутатором. - И буксируем их корабли на "Мару". Это беженцы. Эвакуация с Марса.
  Стыковка прошла мягко - легчайший толчок почувствовали только реакторы. Гедимин, наблюдая за рассеивающимся нейтронным выбросом, слышал, как медотсек поднимают по тревоге, и как созывают незанятых сарматов на помощь медикам. Он сам думал, не пойти ли к месту стыковки (в медицине он не разбирался, но заняться ремонтом барка мог бы), но тут вокруг выхода замигали красные светодиоды, а из коммутатора донёсся грохот - в реакторный отсек ломились, и очень настойчиво.
  - Atza teru! - раздался в наушниках голос Стивена. - Герметизировать реакторы и открыть отсек! Немедленно!
  - Зачем? - растерянно спросил Гедимин.
  - Заткнись и выполняй! - ответил Стивен. Следом донеслось что-то о спаривании с "макаками".
  Минуту спустя в отсек ввалились двое в тяжёлых экзоскелетах. За ними шёл сармат в комбинезоне медика. Следом заглянул первый помощник Стивена.
  - Это наиболее защищённый отсек, - сказал он. - Самое безопасное место на корабле. Если нужны медики...
  - Нет, - отозвался врач, и Гедимин мигнул, услышав голос Домициана. - На борту много раненых. Пусть займутся ими.
  Экзоскелетчики, расстелив матрас Гедимина посреди отсека, уложили на него что-то громоздкое и, судя по их движениям, очень хрупкое, и быстро вышли. Сармат услышал тихий стон.
  - Секунду, адмирал Оркус, - отозвался Домициан, опускаясь на пол рядом с матрасом. Он взял раненого за руку, заменил опустевшую ампулу в дозаторе и склонился над сарматом, поправляя странного вида фиксатор на шее.
  - Секунду, - повторил он, перехватывая трубку дренажа, торчащую из-под нижних рёбер, и закрепляя на ней пустой прозрачный контейнер. По полу растёкся маслянистый чёрный сгусток.
  - Есть что подложить под плечи? - спросил Домициан, не оборачиваясь.
  - Нет, - признал Гедимин, быстро оглядевшись по сторонам. - Я могу приподнять его и держать. Позови солдат, пусть принесут что нужно.
  Домициан вскинул голову и удивлённо мигнул.
  - Ты?.. Космос - тесное место. Я приподниму его, ты держи. Несколько минут, дольше не потребуется.
  Гедимин сел, осторожно обхватил раненого за плечи и положил его голову себе на колено. В наступившей тишине было слышно тяжёлое хриплое дыхание. Вниз от фиксатора на шее и торчащей из него трубки расплывались чёрные пятна. Домициан не обращал на них внимания - он смотрел раненому в лицо и вытирал кровь, выступающую на губах при каждом выдохе.
  - Оркус? - что-то полузабытое шевельнулось в мозгу Гедимина. - Губернатор Канадских территорий?
  Домициан угрюмо кивнул.
  Веки Оркуса дрогнули. Сармат с трудом открыл помутневшие глаза и шевельнул губами. Кровь потекла сильнее.
  - Здесь Гедимин Кет, физик-ядерщик, - ответил Домициан на беззвучный вопрос. - Вы на крейсере "Феникс", в полной безопасности. Скоро мы доставим вас на базу.
  Оркус зашевелился. Казалось, он хочет запрокинуть голову, чтобы увидеть, что за спиной, и Гедимин опустил ногу и подставил ладонь под его затылок. Взгляд бывшего губернатора на секунду прояснился. Несколько секунд он смотрел Гедимину в глаза, потом слабо усмехнулся и приподнял руку в приветственном жесте. Ещё секунду спустя она упала на матрас, и всё тело, странно обмякнув, поползло вниз. Гедимин подхватил его за плечи, но Домициан, прижав на мгновение пальцы к шее Оркуса, махнул рукой.
  - Всё. Прости, что испачкали твой матрас.
  Гедимин растерянно мигнул. Оркус уже не дышал; неподвижные глаза быстро мутнели, подёргиваясь странной плёнкой. Домициан отстегнул дозаторы, пересчитал ампулы и снова посмотрел на Гедимина.
  - Поможешь его вынести?
  Он связался со Стивеном, выходя из реакторного отсека, и на палубе сбора их уже ждали. Все - и экипаж "Феникса", и беглецы с Марса - десант, пилоты, рабочие - смотрели на Гедимина и неподвижное тело на его руках.
  - Адмирал Оркус погиб, отражая атаку Земного Союза на Нергал, - сказал Стивен, склонив голову, пока Гедимин и Домициан укладывали тело внутрь пустой "торпеды". - Жаль, что ему не удалось отстоять ни Нергал, ни Марс.
  В реакторном отсеке пахло кровью. Даже после того, как Гедимин оттёр все пятна с матраса и вымыл пол дезинфектатором, резкий запах химикатов не смог перебить металлический кровяной "дух". Сармат запустил вентиляцию на полную мощность и сел к щиту управления, глядя на мониторы, но не видя ни одной цифры.
  - Atza teru! - вспомнил о нём Стивен - как показалось Гедимину, через пару минут, но на самом деле прошло четверть часа. - Возвращаемся на базу. "Феникс" идёт в жёсткой стыковке с двумя барками. За нами следует марсианская эскадра. Портал должен принять их всех. Выполнение возможно?
  - Сделаю, - отозвался Гедимин. - По счёту "тридцать".
  - Atzesh saja! - загремело в наушниках. - Tza tatzqa jasu terdeka den una!
  ...Гедимин смял в кулаке пустой контейнер из-под воды, швырнул его, не глядя, в мусорный бак и перелистнул страницы ежедневника. Линии чертежей расплывались перед глазами. Он открыл последнюю схему, несколько секунд тупо смотрел на неё и, стиснув зубы, снова захлопнул книжицу. Голографическая карта на соседней стене мигала, медленно, но неотвратимо меняя цвет - Марс из тёмно-красного становился голубым.
  
  01 марта 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Да, Марс мы потеряли, - тяжело вздохнул Линкен, глядя на посиневшую карту. - Агарта и Нергал разбиты в пыль. "Макакам" от них пользы не будет, но и нас туда пустят нескоро.
  Он был без шлема с той секунды, как прошёл шлюзовую камеру; его рука словно прикипела к шраму на затылке, и он морщился, будто дышать было больно. Гедимин, глядя на него, незаметно потёр левый бок и сам снял шлем. Холодный воздух "Мары" немного остудил кровь, и невидимые обручи на груди слегка ослабили хватку.
  Линкен почти уже успокоился. Когда он вернулся из первого февральского рейда, его глаза были чёрными, а лицо так перекосилось, что он едва мог разговаривать. Сейчас шрам из-под глаза снова переполз на нижнюю часть щеки, - второй февральский рейд не вернул сарматам Марс, и с этим пришлось смириться даже Линкену. Гедимин снова молча сидел рядом с ним - слова подбирались с трудом, а подобранное он, немного подумав, решал оставить при себе.
  - Как там твои реакторы? - спросил Линкен, отвернувшись от карты. Гедимин мигнул.
  - Заменил ещё один твэл. Амос боится, что ирренция не хватит на плановую смену. Выработка очень низкая.
  - Что? - Линкен взял его за плечо; его взгляд неожиданно прояснился. - Низкая выработка? Из-за чего?
  - Плутоний кончился, - недовольно сощурился Гедимин. - Вместо него идёт необогащённый уран. Выработка сразу упала втрое.
  - Понятно, - протянул Линкен, проведя пальцем по шраму. - Ну да, я помню. Мы тогда накопали ирренция на Ириене и за счёт этого наклепали столько реакторов. А теперь никакого Ириена... Атомщик! Если бы ты шёл на Ириен, какие координаты задал бы?
  Гедимин мигнул.
  - Его невозможно точно найти, ты же знаешь.
  - Скажи примерно, - не отставал Линкен. - Ириен - непростая планета. Она излучает в этих ваших хитрых спектрах... Дай мне координаты. Может, не с первого раза, но я к ней пробьюсь.
  - Там мианийцы, - напомнил Гедимин, открывая передатчик. Написать нужный код было несложно - сармат сам десятки раз это проделывал, но так и не решился открыть портал и в него шагнуть.
  - А тут - Eatesqa, - Линкен на секунду по-звериному оскалил зубы. - Это координаты? Спасибо, атомщик. Я буду к вечеру.
  Он развернулся и вышел. Гедимин растерянно покачал головой и, достав ежедневник, вернулся к расчётам. "Можно кое-что поправить, не переделывая весь реактор," - думал он, глядя на очередную схему. "Мне бы ещё материалы для опытов..."
  ...Линкен ввалился в реакторный отсек, оставив за спиной сидящих на полу часовых и оброненный кем-то из них ракетомёт.
  - Идиоты! - охарактеризовал он солдат, пытавшихся его остановить, и захлопнул за собой шлюзовую камеру. - Стивен, где ты таких берёшь? Из ракетомёта - в реакторном отсеке?! Дай каждому в рыло, или этим займусь я!
  Что ответил Стивен, Гедимин уже не слышал, - Линкен с хрустом отключил коммутатор и навалился на реакторщика, сжимая его в объятиях.
  - С первого раза! - выпалил он прямо в наушник; Гедимин зашипел - удар по барабанной перепонке был неожиданным и болезненным. - В доке разгружается мой "Феникс". Шестьсот сорок тонн руды, завалили все палубы. Жаль, не было нормального погрузчика... Ну да ладно, для начала вам хватит.
  Гедимин ошеломлённо мигнул.
  - Как?!
  Линкен, выпустив его, ухмыльнулся и ударил кулаком в ладонь.
  - Сначала гравиудар, потом немного повертелись... Загрузились бы нормально, но над нами уже висели. Извёл три "Та-сунгара"! Ничего особенного в этих размалёванных кораблях, взрываются не хуже астероидов. С "Солти" и то больше возни. Нет, чего покрупнее я ждать не стал, но с катерами "Та-сунгар" справляется. Я так думаю, "Та-сунгар" со всем справляется. Сделать бы их побольше...
  Линкен мечтательно вздохнул.
  - Лиск, - медленно, по буквам, проговорил Гедимин, пытаясь собрать разлетающиеся мысли во что-нибудь связное. - Ты напал на корабли Мианы? Ты в себе?! Они же нас...
  - Пусть сначала найдут, - ухмыльнулся Линкен. - Не бойся, атомщик. Я порталы закрываю.
  - Там же другие сарматы... - вспомнил Гедимин. Взрывник отмахнулся.
  - И как их со мной свяжут? Крейсеров у них нет. Порталами не хлопают. Я с надписью "eatesqa" на весь борт не летаю. Всё обойдётся, атомщик. Не хватит руды - сделаю ещё ходку. Давно так не развлекался!
  - Устроишь ты нам войну на два фронта, - покачал головой Гедимин. - Ладно, покажи свою руду.
  Когда они подошли к доку, последний грузовой глайдер уползал в направлении шлюза, мигая бортовыми огнями, - гудеть в безвоздушном коридоре было бесполезно.
  - Разгрузили, - развёл руками Линкен. - Да там ничего интересного. Пыль да камни. Вон, все палубы теперь в мее. Ну ничего, до нового рейда очистятся...
  
  07 апреля 32 года. Земля, где-то над Юго-Восточной Азией - Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Tzajesh!
  Крейсер шёл над стратосферой, и сигма-карта в реакторном отсеке порой подёргивалась серой рябью, - атмосферные вихри, притянутые массивным кораблём, поднимались к нему и клубились вокруг, расстилаясь вдоль защитных полей. Где-то внизу догорали обломки "Солти", падая на Индокитай; следом падали ракеты сарматского крейсера, и если хотя бы часть их излучения долетала в итоге до наземного купола, его давно должно было сдуть.
  - Atzesh saja! - объявил по внутренней связи Стивен. - Идём на Ясархаг! Курс норд... Sa?.. Ya"saja... Tza!
  Коммутатор зашипел и громко щёлкнул, со внутренней связи переключаясь на внешнюю. Гедимин изумлённо мигнул и вцепился в поручни - корабль встряхнуло от слишком резкого манёвра.
  - Ya"at fauw! - с приглушённым воем сирены разнёсся по отсеку сигнал крайней опасности. - Ya"at fauw!
  Гедимин привстал, опираясь на пульт управления. Реакторы были в порядке - даже не пульсировали, и очередной "прыжок" в другую галактику прошёл бы без проблем...
  - Говорит адмирал Гарпаг! Всем силам над Ясархагом! Немедленно отступать! - продолжал незнакомый голос. - Биологическая атака! В городе эа-вирус! Повторяю - немедленно отступать!
  - Ya"at... - коротко вскрикнул кто-то в отсеке управления. Гедимин, похолодев, смотрел на сигма-карту. Впереди, над горами, стягивались куда-то огромные корабли - десантные спрингеры Сина, бомбардировщики Северного Союза, прикрывающий их австралийский крейсер "Солти"...
  - Tza jasu deka den una, - приказал Стивен.
  - Стой! - крикнул Гедимин и сам с трудом узнал свой голос. - Туда идёт армада. Ещё можно эвакуировать...
  - Кого?! - в голосе капитана звучал нескрываемый ужас. - Источник эа-вируса? Адмирал Гарпаг запретил эвакуацию. Отступаем!
  - Там авиазаводы... - Гедимин с трудом подавил дрожь - ему больше всего сейчас хотелось "нырнуть" в галактику Вендана.
  - Заткнись и выполняй! - крикнул Стивен, едва не сорвавшись на визг.
  ...Крейсера входили в доки и застывали на месте, отключив "лучевое крыло" и сняв защитные поля. Гедимин, стараясь ни на кого не смотреть, шёл мимо пустых туннелей. Он не помнил, где именно стояли корабли из флота адмирала Гарпага, - они давно не приходили, азиатской базе постоянно нужно было прикрытие...
  В столовой так тихо не было с тех пор, как земляне захватили Марс. Все угрюмо сидели по углам и не смотрели друг на друга. Ещё один кусок карты на стене сменил цвет - рядом с чёрными "мёртвыми" территориями Индостана, Юго-Восточной Азии и Тибета появилось голубое пятно.
  - Эа-вирус... - пробормотал кто-то на соседней скамье. Гедимина передёрнуло.
  - Как они его вбросили? Там же пустыня вокруг, не подобраться... - тихо удивился кто-то с другой стороны. - Там же кордоны...
  - Война сейчас. Не до медицины, - буркнул третий сармат - молчать уже было невозможно. - Когда на "Маре" в последний раз была проверка? Может, ты сам уже носитель.
  Гедимин поёжился. Незаметно сдвинув участок брони и оголив кожу, он провёл по ней когтем. Брызнула кровь; короткая вспышка боли привела сармата в чувство. Эа-вирус, даже если он мог подняться за стратосферу и пройти сквозь броню крейсера и шлюзы реакторного отсека, до Гедимина пока не добрался.
  Под потолком замигал красный проблесковый маячок. Послышалось оглушительное дребезжание.
  - Tza tatzqa! - объявил механический голос. - Медблок "Мары" объявляет малый карантин! Всеобщая проверка на эа-мутацию...
  "Додумались," - облегчённо вздохнул Гедимин. "Вот не знал, что однажды обрадуюсь проверке на эа-мутацию..."
  
  15 апреля 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  В пустых доках висели яркие карантинные знаки. С каждым днём их становилось меньше - экипажи кораблей, вернувшихся из рейдов, немедленно под конвоем уходили на проверку, и только после неё знак снимали. "Феникс" трижды за неделю выбирался в короткие рейды, и каждый раз по возвращении Гедимин сдавал кровь. В другое время он бы фыркал и ругался, но сейчас выполнял распоряжения медиков без единого звука. Впрочем, на притихшей базе в эти дни с медиками не спорил никто.
  Доки, где когда-то стояли корабли адмирала Гарпага, теперь легко было отличить. Их залили меей - после нейтронной дезинфекции туннели "фонили", нужна была дезактивация. Гедимин видел, как техники обходят ярко-красные доки по широкой дуге, и сам невольно поступал так же - при том, что ни одна мутировавшая клетка не была найдена в пределах базы, ни в сармате, ни в свободном движении, и все об этом знали.
  - Ты в последнее время к чертежам не прикасаешься, - осторожно сказал Хольгер, встретив Гедимина за шлюзовой камерой. - Может, в топливном цехе тебе будет легче думать? Эти знаки биоопасности действуют на нервы.
  Гедимин угрюмо кивнул.
  Под потолком взвыла сирена.
  - Общий сбор! - прокатилось по коридорам. - В информаторий!
  Сарматы переглянулись.
  - Самое время сказать речь, - пробормотал Хольгер. - Небось опять взяли Весту. Или Цереру, поглоти её Юпитер...
  Голографический проектор в информатории работал исправно, но вместо гигантской голограммы Маркуса почему-то показывал белый квадрат.
  - Tzaat Eatesqa! - заговорил невидимый Маркус; голос его звучал так, будто он очень старается сдержать ярость. - Час назад "макаки" вышли с нами на связь. Я обещал, что передам вам их сообщение.
  Экран мигнул. На белом фоне проступило изображение человека в пехотной броне со странными нагрудными знаками. При себе у него был двуручный бластер, за спиной виднелись два тяжёлых экзоскелета - сильно модифицированные "Рузвельт" и "Стрелец".
  - Я, главнокомандующий Западного блока Кристофер Линхольм, - заговорил человек, глядя перед собой, - от своего имени и от имени главнокомандующего Восточного блока Анастаса Цанева обращаюсь к Маркусу Хойду, координатору сарматской расы, его адмиралам и всем мятежным сарматам.
  "Кристофер Линхольм? Это он теперь вместо да Косты?" - Гедимин вглядывался в лицо, похожее на тысячи человеческих лиц. "Надо будет запомнить."
  - Наши силы неравны, - продолжал "новый да Коста". - Вы уже не застанете нас врасплох - мы знаем, на что вы способны. Ваш флот великолепен, но его не хватит даже для удержания ваших собственных баз - и тем более вы не сможете ничего захватить. Один из ваших адмиралов уже мёртв, другой был захвачен нами. Вы несёте огромные потери, и эта война рано или поздно уничтожит всю вашу расу. Я предлагаю вам сдаться.
  По залу пронеслось гневное шипение, перемежаемое ругательствами.
  - Земной Союз сохранит сдавшимся жизнь, - пообещал Кристофер Линхольм. - Вам позволят жить на уцелевших территориях и дадут вам работу. Прекращайте бессмысленное сопротивление, или Земной Союз будет вынужден пойти на крайние меры. В наших руках оружие, от которого вы не сможете защититься. Взгляните на доказательство...
  Он повёл рукой, указывая на что-то сбоку от себя. Экран мигнул, и изображение сменилось. Теперь Гедимин видел угол помещения с идеально гладкими чёрными стенами. К ним прислонился полураздетый сармат с пятнистой кожей. Он опустил голову и высоко поднял плечи, судорожно прижав руку к груди. Сначала Гедимину показалось, что по голограмме идёт рябь, но секунду спустя он понял - это не дефект изображения, просто плоть на руке сармата расползается жижей и медленно стекает. Его тело ещё сохраняло форму, но кожа и мышцы уже слились в неразличимую клеточную массу. Белесая жижа колыхалась, разрывая тёмно-синий покров в тех местах, где мутация ещё не завершилась; из трещин сочилась бесцветная жидкость - в жилах сармата уже не было настоящей крови.
  - Адмирал Гарпаг Хепри, - на экране снова появился Линхольм. - Бывший губернатор территории Ясархаг. Он подвергся действию эа-вируса, как и десятки тысяч поселенцев Ясархага. Заражение уничтожило город полностью. Если вы продолжите сопротивление, та же судьба постигнет вас всех. Я предлагаю вам жизнь. Слово за координатором Маркусом. Мы - все благонамеренные граждане Земного Союза - надеемся, что здравый смысл возьмёт верх над старыми и новыми обидами.
  Голограмма погасла. На несколько секунд в зале повисла тишина - и взорвалась яростными криками.
  - Тихо! - охранники выпустили несколько очередей из станнеров поверх голов. Гедимин, стиснув зубы, начал подниматься на ноги, но Хольгер дёрнул его обратно на скамью.
  - Гарпаг уже мёртв, - еле слышно прошептал он. - "Макаки" держат его у себя... в таком вот виде, чтобы запугивать живых.
  - У Ассархаддона должны быть разные вирусы, - отозвался Гедимин, угрюмо щурясь. - Вирусы и бактерии. Люди подвержены разным болезням. Некоторые не лучше эа-мутации.
  Он боялся, что на экране снова появится разлагающийся заживо сармат, и вид голограммы Маркуса его даже обрадовал - впервые, наверное, за все годы.
  - Вот сообщение от так называемого Земного Союза, - сказал Маркус. - Эти животные думают, что мы позволим себя запугать. Они похваляются десятками тысяч убитых сарматов, как раньше похвалялись сотнями тысяч сарматов-рабов! Пусть радуются, пока могут. Мы заставим их заплатить. Забудьте жалость, tzaat Eatesqa! Убивайте их везде, где увидите. Не останавливайтесь, пока они не заплатят тысячей жизней за каждого погибшего сармата. Пусть их земля будет выжжена на километр вглубь, пусть их вода превратится в яд! Сделайте Землю непригодной для жизни. Мы возродим её, когда придёт срок, но "макаки" - они не удержатся на ней. Действуйте, и пусть вакуум кипит на пути ваших кораблей! Tza atesqa!
  - Zaa ateske! - нестройно откликнулся зал. Гедимин молчал, опустив взгляд и болезненно щурясь.
  - Планета-то при чём?! - пробормотал он.
  Хольгер крепко сжал его руку.
  - Выйдем наружу, - тихо попросил он. - Надо посмотреть на Сатурн, иначе Гарпаг мне приснится.
  Гедимин угрюмо кивнул.
  
  15 июня 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  "Два года назад это был День памяти. Траур по тем, кто погиб в той войне," - вспоминал Гедимин, отстёгиваясь от кресла и собираясь выйти из реакторного отсека. "Феникс" снова прибыл на базу и встал в док на ремонт. "Год назад мы начали новую войну и праздновали взятие Марса. Сейчас у нас нет Марса и десятки тысяч новых трупов. Что у нас сегодня - праздник или траур?"
  В наушниках загудело.
  - Гедимин Кет! - в этот раз Стивен не стал произносить обычные коды. - Провести плановую замену топлива в корабельных реакторах! Об исполнении доложить!
  "Да, верно," - запоздало вспомнил Гедимин. "Совсем забыл за этими рейдами. Надеюсь, не сдёрнут в информаторий посреди работы..."
  ...Гусеничный глайдер медленно выползал из дока, выволакивая на прицепе два бронированных контейнера, прикрытых защитным полем. Гедимин следил за тем, как смыкаются на бортах крейсера пластины обшивки, закрывая "загрузочный" проём. В доке с высоким сводом можно было бы загружать топливо штатным путём - сняв верхнюю часть обшивки и крышки реакторов; на "Маре", где едва помещался сам крейсер, оставалось только делать дырки в бортах и протаскивать через них твэлы по две-три штуки за раз. Техники на глайдере-твэловозе не вмешивались ни во что, выглядывая из кабины сквозь затемнённое стекло. Помочь вызвались Сайджин и Йенью - один из них стоял снаружи и забирал у Гедимина вытащенные из реактора твэлы, второй - грузил их в контейнер; свежее топливо проходило тот же путь, но в обратном направлении. Гедимин вспоминал эксперименты в лаборатории "Гекаты" и первый синтезирующий реактор Ураниум-Сити и немного грустил.
  - Замена топлива выполнена, - сообщил он, заглянув в приоткрытый шлюз. Связь сработала - секунду спустя капитан с облегчённым вздохом отправил сармата на базу. Тот вышел из дока, проверив по дороге отсутствие карантинных знаков, - нет, на втором месяце непрерывных проверок медики наконец успокоились.
  Проходя мимо дока, где обычно стоял крейсер Линкена, Гедимин увидел красные огни и остановился посмотреть. "Феникс" вползал в туннель осторожно, прикрываясь со всех сторон защитным полем, - видимо, ему уже доводилось врезаться в стену, хоть Линкен об этом и не рассказывал. Из-под прозрачных экранов виднелись оплавленные борта, покрытые мелкими и крупными выбоинами, потёками расплава и бороздами. Нос немного сплющился, и обшивка за ним вздыбилась и торчала во все стороны, как оттопыренная чешуя. Гедимин помянул про себя уран и торий, - кажется, Линкен кого-то протаранил.
  - А это уже моя забота, - послышалось в наушниках - Линкен как раз спускался на "твёрдую землю", заканчивая переговоры. - Ты занимайся топливом. Эй, тески, где тут ваш погрузчик?
  Техник, сунувшийся было к "Фениксу", отступил к стене, попутно включая сигнальный маячок для твэловоза. Линкен покосился на него, одобрительно кивнул и потопал к выходу из дока, на ходу набирая что-то в наручном передатчике. Гедимин придержал его за плечо.
  - Ну чего?.. А, это ты, атомщик, - Линкен посмотрел сквозь него и вернулся к передатчику. - Топливо поменял? А что у вас с боеприпасами?
  Гедимин пожал плечами.
  - За этим следит Стивен. Я давно никуда не лезу. А что у "Феникса" с носом? Астероид?
  Линкен фыркнул, в последний раз ткнул в передатчик и с хрустом задвинул его под броню.
  - Когда надо, никого не найти!.. Ну, можно и так сказать. Не заметил маскировку... Ну, этому ультразвуковому тоже будет урок - не маячь на пути! А они смелые зверьки, не то что "макаки". И... - взрывник тяжело вздохнул, виновато глядя на Гедимина. - С рейдами на Ириен я завязываю. Корабль жалко.
  Гедимин мигнул.
  - Так это мианийцы тебя... - он снова посмотрел на истёрзанные борта "Феникса". Каждая выбоина означала сорванные щиты - а значит, исходный импульс был раз в двадцать сильнее. "Хороший калибр," - сармат невольно поёжился. "Если они Лиска напугали..."
  - Они, - буркнул Линкен, потихоньку подталкивая Гедимина к шлюзу. - Атомщик, идём на воздух. Ну вот где их всех носит, ядро Юпитера?!
  Он снова ткнул в передатчик. Прибор запищал.
  - Осторожно, сломаешь, - поморщился Гедимин, перехватив его руку и отведя от и без того помятых клавиш. - Уже почти сломал.
  - Починят, - отмахнулся взрывник. - Мне нужны ракеты, а эти мартышки... Ну наконец-то!
  Он потыкал в передатчик - теперь уже осторожно, не с размаху - и презрительно фыркнул.
  - Давно бы так! "Гельты" он мне совать будет... на кой астероид мне "Гельты"? Я же не во флоте Тохиля... Hasu! Извини, атомщик. Совсем забыл.
  Гедимин отмахнулся.
  - "Гельты" в вакууме очень хорошо работают, - напомнил он. - Даже по крейсерам. "Макаки" часто оставляют в экранах бреши...
  Линкен поморщился, на ходу снимая шлем и привычно дотягиваясь до шрама на затылке.
  - Это всё ерунда, атомщик. Нужны "Та-сунгары". После хорошего "Та-сунгара" уже всё равно, где там экран, и где там брешь. А приходится перебиваться "Теггарами". С тех пор, как взорвался первый цех, всё летит кувырком! Там водились хоть какие-то спецы. Сейчас нормальный "Теггар" собрать некому, не то что...
  Растерянно мигающий Гедимин хотел задать вопрос, но не успел ни открыть рот, ни даже дослушать то, что взрывник собирался сказать сам, - туннель встряхнуло. Сразу за первым толчком, не выждав и секунды, последовал второй, более сильный. Пробегающим по коридору сарматам поневоле пришлось встать и прислониться к ближайшей стене; кто-то не успел и теперь сидел на полу, бормоча ругательства.
  - Метеорит? - вскинулся Гедимин, оглядываясь по сторонам и судорожно вспоминая карту базы. Ударная волна, по ощущениям, шла откуда-то слева. Облицовка не потрескалась, - то ли взрыв был близкий, но слабый, то ли сильный, но отдалённый.
  Передатчик на запястье Линкена пискнул. Взрывник скривился и ударил кулаком о ладонь.
  - Лучше бы метеорит! Опять взорвался гребучий цех. Кого они там набрали в сборщики? Вчерашних клонов или эа-мутантов?!
  - Взорвался цех? - повторил Гедимин, растерянно мигнув. Первое, что ему вспомнилось (и заставило резко развернуться и едва ли не броситься бегом), - топливный цех; но он располагался значительно правее источника взрывной волны. Линкен, придержав его за плечо и развернув к себе лицом, угрюмо кивнул.
  - Так ты не в курсе? И как ты умудряешься... Да, ракетный цех. Их тут несколько. Вынесены на поверхность, под купола. Уже пятый взрыв за год. Пустой перевод ирренция...
  Гедимин мигнул.
  - Подожди. Тут регулярно взрываются цеха, где делают ирренциевые боеголовки? Какого астероида...
  Линкен пожал плечами.
  - Я в этом не понимаю, атомщик. Они просто взрываются. Ирренций так умеет, сам знаешь.
  Гедимин недобро сузил глаза.
  - У меня всё взрывалось, когда надо, - сдержанно напомнил он.
  - Так то у тебя, - вздохнул Линкен. - Я уже говорил Арториону - если хочешь нормальной работы, бери в цех спецов, а не тех, кто сбежать не успел! А он говорит - скоро туда и такие рабочие не пойдут. Мунтазар был спецом - погиб в первом взрыве. На замену никого нет. Не реакторщиков же сдёргивать...
  Гедимин с присвистом выдохнул сквозь зубы. Мунтазара Фаду он знал - тот проходил курсы реакторщиков в одной из первых групп, когда сармату ещё было не лень давать дополнительный материал желающим. Он попытался вспомнить, рассказывал ли про бомбы, но не смог и махнул рукой. "Какая теперь разница..."
  - Мунтазар был толковым сарматом, - сказал он. - Плохо. А теперь кого туда берут? Первых попавшихся, без инструктажа?
  Линкен фыркнул.
  - Какой там инструктаж, атомщик... Я же говорю - туда никого не затащишь. Лучше в москитный флот, даже в десант лучше, только не туда!
  - Ничего не понимаю, - пробормотал Гедимин. - Даже если они не умеют работать с ирренцием... У них бы просто получались плохие бомбы. Это же не нитроглицерин...
  Передатчик испустил протяжный писк. Линкен посмотрел на него и просиял.
  - Я пошёл, атомщик. Ракеты привезли. Не бери сильно в голову, это всё не твои проблемы. Ты бомбу сделал - и хватит с тебя.
  - Скажи, как выйти на Арториона, - попросил Гедимин, пропустив всё сказанное мимо ушей. - Есть разговор.
  ...Уже в кабинете Арториона, хорошо изолированном и относительно (до плюс пяти по Цельсию) прогретом, сармат неожиданно вспомнил, что за все годы в "Гекате" ни разу не видел координатора химблока - равно как не встречался с командиром "Мары" ни разу за год войны. Арторион - рослый худощавый марсианин в радиозащитной "двуслойке" - смотрел на пришельца озадаченно и с лёгкой тревогой.
  - Накладки с заменой топлива? - предположил он. Гедимин качнул головой.
  - Я пришёл поговорить о ракетных цехах. У вас действительно никак не готовят специалистов для них?
  Арторион мигнул.
  - Странный вопрос... Там нет специалистов. Это смертельно опасная работа, и опасность никак нельзя уменьшить. Туда посылают штрафников, иногда - преступников. Чертежи и схемы им выдают... Не знаю... как можно подготовиться к ядерному взрыву?
  Гедимин несколько секунд смотрел на него, с трудом подбирая слова.
  - Там не должно быть опасно, - сказал он. - Если всё делать нормально...
  Арторион махнул рукой.
  - Мунтазар делал всё нормально. Пока цех не взорвался. Что там произошло, никто не знает.
  Гедимин хотел сказать ещё много об инструктаже и свойствах ирренция, но остановился и задумался. "А что, если..." - он недобро сощурился и снова поднял взгляд на Арториона. Тот едва заметно вздрогнул.
  - Мне нужны образцы вашего ирренция и пустое место на большом расстоянии от базы.
  - Зачем? - спросил командир.
  - Установить причины аварии, - ответил Гедимин. - Есть версия. Надо проверить.
  
  16 июня 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара" - кратер Ифита, малый полигон
  Гедимину всё-таки дали ирренций, истребитель из москитного флота, прикрывающего "Мару", и свободу действий, - к тому времени, как он уже устал и на все вопросы только сердито щурился. С той минуты, как он вошёл в кабинет Арториона, прошло тридцать часов, и всё это время сармату пришлось общаться - то с самим Арторионом, то с очень недовольным Стивеном, то со множеством ничего не понимающих командиров и подчинённых, слившихся в голове Гедимина в одну полуразумную массу. "Я бы на их месте эа-мутации не боялся," - угрюмо думал он, втиснувшись в кабину истребителя и на полной скорости удаляясь от кратера Ясона. Внизу мелькали тёмно-красные бугры и гребни и белые пятна льда, проступившего из-под верхней породы на дне очередного кратера. Самое большое пятно белело впереди - это был кратер Ифита, место, из которого ударная волна никак не могла докатиться до "Мары". Под бронёй Гедимина лежали бруски ирренция - пять килограммов в общей сложности, десяток десятиграммовых, остальные - по сто граммов.
  Здесь, на дне кратера Ифита, гравикомпенсаторы базы уже не действовали, и сармат, неосторожно шагнувший на лёд после посадки, поставил истребитель на ребро и сам отлетел на два десятка метров, растянувшись плашмя. Приподнявшись и всадив в лёд когти, он сел, покосился на истребитель, после падения с ребра откатившийся ещё на десяток метров, досадливо сощурился и достал ирренций.
  Способу определения критической массы было уже две сотни лет, - старый, предельно примитивный и более чем опасный. Гедимин поставил десяток защитных полей - больше для индикации, чем для прикрытия - и начал выкладывать на лёд брусок за бруском. Когда на девятом по счёту дозиметр заверещал и вспыхнул красным, сармат не сразу понял, в чём дело. Оглядевшись, он не увидел защитных полей, - их сдуло. Ирренций, сложенный в миниатюрный штабель, горел зелёным огнём. Порода под ним вздувалась пузырями и хлестала во все стороны паром.
  "Мать моя пробирка," - изумлённо мигнул Гедимин, сгребая бруски в кулак и прерывая цепную реакцию. "Девятьсот граммов?!"
  Он повторил опыт трижды, каждый раз переползая на новое место. Ничего не изменилось.
  "Девятьсот граммов..." - сармат собрал весь ирренций и, рассчитав расстояние, прыгнул в сторону истребителя. Снова на поверхность он опустился по другую сторону корабля - впрочем, его это устроило. "Против трёх тысяч восьмисот... Теперь понятно, почему у них всё взрывается. Другая критическая масса... это же все схемы переделывать... Мать моя колба, почему этот металл не может вести себя нормально?!"
  - Нужно переделать все чертежи, - угрюмо сказал он, вернувшись в кабинет Арториона. - С кагетским ирренцием опять какой-то бред. Критическая масса уменьшилась на три килограмма.
  Командир растерянно мигнул.
  - Я не ядерщик, но разве так бывает?
  - Переделать схемы, - повторил Гедимин; будь перед ним Хольгер, он бы вдался в обсуждения, но здесь и сейчас было не то место и не то время. - Чтобы цеха больше не взрывались. Дай мне сутки, и всё будет.
  Он уже не удивился бы и вытаскиванию его из кабинета с помощью экзоскелетчиков, но Арторион неожиданно кивнул и жестом указал на свободный край стола.
  - Что вам нужно? Телекомп, бумага, проектор?
  ...Гедимин вернулся на корабль к полуночи, молча отодвинул с дороги любопытных часовых и ввалился в реакторный отсек. Там он несколько минут сидел на полу, приходя в себя. "Девятьсот граммов..." - он прижал к респиратору ладонь и тихо застонал. "Она постоянно изменяется! Её перепроверять нужно каждый месяц... Что у них там, на Кагете? Что они делают с этим проклятым металлом?!"
  
  27 июля 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  "Как я и думал - планету уделали, а толку - ни на ломаную гайку," - думал Гедимин, угрюмо щурясь на голографическую карту, растянутую вдоль стены столовой. Заняться было решительно нечем - с кораблями Линкена и Хольгера он разминулся, Амос сидел в синтезном отсеке, был мрачен и обсуждать ядерную физику отказывался, а идеи, для изложения которых было достаточно писчих принадлежностей, давно иссякли. В столовой в эти дни собиралось много сарматов - молча посидеть, посмотреть на карту, меняющую цвета, выругаться и уйти.
  "И что мешало найти себе ледяных планет в Вендане? Там хоть не стреляли..." - Гедимин поднял взгляд на карту и тяжело вздохнул. Уже месяц как Земля удалилась от Юпитера, и сарматы, отбив все пять освоенных спутников, спешно отстраивали там базы. Пять маленьких планет в углу карты были окрашены в тёмно-красный; такой же цвет сохраняли Титан и Энцелад, нужные землянам ещё меньше, чем сарматам. Марс оставался голубым - его Земной Союз держал настолько крепко, что сарматские крейсера возвращались из рейдов изрядно помятыми и с полным боезапасом - отстреляться ракетами не было ни времени, ни возможности. Церера и Веста, разбомбленные в пыль, окрасились в чёрный; сейчас постепенно чернела Венера - Земля от неё удалилась, и сарматы, пользуясь случаем, взрывали атмосферные платформы. Захватывать их было бессмысленно - это понимал даже Маркус, видимо, опыт губернаторства на Венере в предыдущую войну всё-таки был осмыслен и нашёл применение.
  "А нормальную планету - уделали," - сармат посмотрел на карту Земли и снова вздохнул. Чёрные пятна "выжженной земли" (Гедимин не вникал, что именно там применили, - Маркус и до падения Ясархага не стеснялся в средствах, а после - как с цепи сорвался) покрывали Южный и Экваториальный Атлантис и захватывали часть Северного с красными пятнами канадских территорий. Чёрной была вся Старая Европа, почти вся территория Сина, запад Северного Союза, - сарматские рейды сужали кольцо вокруг ярко-синей Сибири. Синей с редкими чёрными пятнами оставалась Австралия... и ещё Африка, от Северной до Центральной. Голубой пояс поперёк континента протянулся с начала войны и не сузился с тех пор ни на миллиметр.
  "Значит, водохранилища не взорвали," - вспомнил Гедимин давний разговор. "Север и Мацода держат свои территории..."
  - Стальной Пояс Африки, - послышался справа, с передней скамьи, негромкий голос Стивена Марци. - Ни один флот до сих пор его не прорвал. И ведь известно, где у них базы! Если бы объединить пару флотов...
  Сарматы, сидевшие рядом с ним, фыркнули - так синхронно, будто специально тренировались.
  - Вот иди к Тохилю и скажи - а не объединиться ли тебе с Кунмагуром? У нас тут лишние крейсера, давай сложим их на Стальном Поясе!
  Стивен отвернулся от карты и поморщился.
  - Мартышке ясно, что его не взять из космоса! Если бы правильно войти в атмосферу и быстро сблизиться...
  - Ашшур уже попробовал, - мрачно сказал другой сармат. - Целой эскадры как не бывало.
  - Стивен хочет стать вице-адмиралом, - хохотнул третий. - Один крейсер у него есть, - хочет свою эскадру! Так?.. Нет, Стивен, ты это брось. Ничего путного не выйдет.
  Капитан "Феникса", поморщившись, отвернулся от них. Его взгляд упал на Гедимина, и он, скривившись, будто хлебнул лимонной кислоты, развернулся к карте.
  - Если бы правильно войти в атмосферу... - услышал Гедимин задумчивый шёпот.
  
  25 августа 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  "День летних полётов," - неожиданно вспомнилось Гедимину, увидевшему на экране наручного передатчика новую дату, и он невесело усмехнулся. "У нас с прошлого лета сплошные полёты. А в Ураниуме сейчас летают только ракеты. То вверх, то вниз..."
  Экипаж "Феникса" вышел из дока, оставив побитый корабль под присмотром техников. Гедимин уходил последним. С собой он нёс два нестабильных твэла.
  "И сказать Амосу, чтобы топливо смешивали равномерно," - думал он, проходя мимо доков. Туннели, в которых когда-то стояли корабли адмирала Гарпага, наконец отмыли от красного пигмента и заняли новыми крейсерами. Их ещё можно было выделить из флота по относительно целой обшивке почти без следов замены или сварки пластин; остальные корабли даже после ремонта выглядели потрёпанными. Мелкие царапины на чёрном фриле никто не заглаживал, трещины заваривали, но прятать швы даже не пытались; Гедимин пару раз ловил техников на недоделках и заставлял исправлять их, пару раз переделывал за ними, когда Стивен не видел, но в конце концов надоело и ему, и его "Феникс" теперь выглядел так же, как все остальные.
  На входе в соседний док мигали красные огни, и Гедимин остановился - наблюдение за тем, как очередной корабль заходит на базу, было одним из немногих доступных развлечений. Можно было прикинуть, каким оружием нанесли повреждения, с которыми он пришёл, и где именно этот корабль вступил в бой...
  Красные огни вспыхнули по всему периметру входа, и в общий коридор выдуло полупрозрачный пузырь защитного поля. Оно переливалось зеленью, и Гедимин, прикрыв твэлы за спиной ещё одним экранирующим слоем, заглянул в док.
  "Феникс" вползал в туннель, кренясь на правый бок; левый кое-как поддерживало защитное поле, подложенное под "брюхо", но "лучевого крыла" для опоры и выравнивания не было, и крейсер норовил зацепить стену. В левом борту, точно по центру корпуса, зияла огромная дыра, и из неё валил мерцающий зеленоватый дым. Зелёное свечение размазалось по её оплавленным краям. Техники, сбежавшиеся было к доку, переглянулись и кинулись врассыпную, вместо них к светящемуся туннелю побежали сарматы в радиозащитных скафандрах. Гедимин вполголоса помянул спаривание "макак".
  "FAUW" - зажглось предупреждение над входом в туннель. Красные огни погасли - они означали движение корабля, а не его состояние. Гедимин, отойдя в сторону, смотрел, как открываются бортовые люки, выпуская экипаж. Нескольких сарматов с корабля вынесли; последнего несли вдвоём, завернув в защитное поле. За ним шёл капитан, на ходу набирая что-то в наручном передатчике. Выйдя из дока, он ненадолго остановился.
  - Что произошло? - спросил Гедимин, подойдя к нему. - Как взорвался реактор? Достали снаружи?
  Капитан, бросив на него беглый взгляд, качнул головой. Он смотрел на экран передатчика, дожидаясь ответа.
  - Взрыв был внутри, - нехотя ответил он, увидев, что экран тёмен. - Наш реакторщик ранен.
  Гедимин посмотрел вслед экзоскелетчикам, уносящим с корабля раненого сармата, завёрнутого в защитное поле. Он не шевелился, рука, несмотря на попытки придержать её, норовила упасть и за что-нибудь зацепиться, тёмно-серый комбинезон был покрыт чёрными пятнами. Поле изнутри не светилось - видимо, ирренций из разрушенного реактора до щита управления не долетел.
  - Кто он? - спросил Гедимин. Лица сармата он не видел - спина экзоскелетчика закрыла всё, кроме свисающей руки. Перед шлюзом солдаты остановились и поправили конечность, закрепив её в одной из "клешней" экзоскелета.
  - Кайя Тарс, - ответил капитан. Его передатчик зажёгся и запищал, и он нетерпеливым жестом послал Гедимина заниматься своими делами и больше его не донимать. Реакторщик пошёл к шлюзу. "Кайя Тарс," - он вспомнил группу, куда в последний момент были зачислены Константин и Альваро. "Знаю его. Всегда торопился. Наверное, вывел реактор на Прожиг раньше времени. Надеюсь, выживет."
  
  01 сентября 32 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
  - Atzesh saja! - пронеслось по отсекам "Феникса", разворачивающегося над Юкатаном. Эскадра Земного Союза, по данным разведки, направлявшаяся к сарматской базе "Морсего", была перехвачена и рассеяна - и, насколько мог на сигма-карте видеть Гедимин, потеряла четыре звездолёта и немалую часть "москитов". Двое участников перехвата уже разошлись с "Фениксом" - один "Бет" ушёл к побережью Африки, другой - на ремонт к "Морсего"; крейсер поднимался над стратосферой, уходя из-под возможного обстрела.
  - Tza tatzqa jasu qendeka den una! - скомандовал Стивен, и Гедимин покосился на мигнувший передатчик. Над ним разворачивалась карта с красной пульсирующей точкой, и сармат изумлённо мигнул - световая метка горела над северным берегом Атабаски.
  - Идём в Ураниум-Сити на ремонт и забираем груз рудного концентрата, - объявил Стивен. Из отсека управления донёсся облегчённый вздох пилотов "лучевого крыла".
  - Ураниум-Сити, - прошептал Гедимин, прижимая кулак к груди. Сердце радостно дрогнуло. Реакторы вышли в режим пульсации, посылая в пространство код Прожига. "Давно там не был. Если встанем на ремонт, отпустят в увольнение. Интересно будет посмотреть, что там изменилось."
  - Эй, атомщик! - раздался в наушниках удивлённый голос Сайджина. - Ты чего? Что у тебя с Ураниум-Сити?
  Гедимин растерянно мигнул, но тут же вспомнил, что Сайджин провёл мирные годы в Ясархаге - как и половина курсантов, обученных на пилотов-лучевиков и реакторщиков. Тех, кто был из Ураниума, пересчитать можно было по пальцам одной руки.
  - Я оттуда, - коротко ответил он, посылая за корму закрывающий пучок лучей. "На хвосте" "Феникса" никто не висел, но Гедимин не любил оставлять открытые порталы - хотя слышал, что многие реакторщики так и поступают.
  "Ураниум-Сити," - он уверенно ввёл открывающий код. По кораблю разносились отрывистые команды - опускаться в "гравитационный колодец" крейсеру приходилось редко, экипажу следовало подготовиться. В отсеке управления вполголоса выругался Йенью - "лучевое крыло" тянуло вполсилы, видимо, один из выстрелов сместил часть обшивки и прикрыл его линзы. "Надо будет посмотреть, что там," - думал Гедимин, глядя на мониторы. Он не видел, как "Феникс" входит в атмосферу Земли, как из-под облаков проступают очертания Атабаски, а затем и конгломерат зданий на северном берегу. Он представлял, как это могло быть, но не отказался бы увидеть своими глазами, и сигма-карта здесь ничем не могла ему помочь.
  ... - Hetatza! - скомандовал Стивен. Гедимин сбросил управляющие стержни. Антигравы давно отключились - крейсер стоял на твёрдой земле, и сармату, отвыкшему от её притяжения, казалось, что палуба слегка покачивается и проминается под ногами. Он проверил состояние реакторов, вполголоса попрощался с ними и пошёл к шлюзу - Стивен уже разрешил всем, кроме часовых, покинуть корабль, и Гедимин не собирался задерживаться.
  "Где мы сели? На Шахтёрском?" - запоздало задумался реакторщик, ступив на землю. Местность вокруг изменилась до неузнаваемости. За его спиной пейзаж загораживал крейсер; слева к кораблю осторожно подползал передвижной ангар - огромное сооружение, опирающееся на гусеничные краны. Впереди, в паре десятков метров, среди поставленных дыбом плит виднелись металлические конструкции. На них опирался перфорированный край громадного защитного купола. Запрокинув голову, Гедимин увидел матово-белесое небо - купол закрывал обзор, а под немногими оставленными проёмами висели вооружённые дроны. Присмотревшись, реакторщик определил, что в них вмонтированы двигатели типа "Седжен", и довольно ухмыльнулся - "Освоили!"
  Слева раздался протяжный гудок.
  - Sata! - крикнул в рупор кто-то из водителей передвижного ангара. Сармат поспешно отошёл к "бастиону" - так он решил называть сооружение, на которое опирался защитный купол Ураниума. "Бастион" протянулся вдоль берега озера, частично заходя в воду; вдохнув, Гедимин почуял знакомый запах остывающей воды и увядающих растений. Он прошёл вдоль укреплений, - в одном месте сквозь них просвечивал кусочек озера. День, видимо, был ветреный, - купол гасил воздушные потоки, но на воде за его пределами виднелась крупная рябь. "Сентябрь," - Гедимин снял шлем, и прохладный ветер коснулся его кожи. "Вода ещё тёплая. Жаль, искупаться не выйдет."
  - Эй, теск! - крикнул кто-то, незаметно подойдя со спины. - Ты с крейсера? Ты не болен? Стоишь тут без шлема, смотришь странно...
  Гедимин повернулся к сармату. Голос показался ему знакомым, но смутно, - определённо, это был не Иджес, не Лилит и не одна из сестёр Хепри.
  - Все ваши пошли в барак, - продолжал сармат, подозрительно глядя на него. - Ты заблудился?
  Гедимин кивнул.
  - Покажи, куда они пошли, - попросил он. - Я запомню. Хотел погулять по городу. Давно тут не был.
  Сармат мигнул и наклонил голову набок; его взгляд стал пристально-въедливым.
  - Так ты из местных? Напомни имя.
  - Гедимин Кет, - отозвался реакторщик. Сармат с радостной ухмылкой протянул ему руку.
  - Да, помню. Ты строил АЭС. Я там тоже был, но далеко от главного корпуса. Гедимин Кет... Да, ты ещё побил патрульных урановым стержнем! И подсыпал светящейся краски в градирню, когда охрана купалась! И...
  - Ага, ага, ладно, - Гедимин недовольно сощурился. - Покажи, где барак.
  "Ничего я не подсыпал," - думал он, вместе с полузнакомым сарматом обходя передвижной ангар. Сооружение уже накрыло собой крейсер, и из-под него доносился скрежет, и пахло окалиной и испаряющимся фрилом. "Крыло!" - спохватился Гедимин. "Хотел же посмотреть... А, без меня починят."
  Только сейчас он вспомнил, что на узкой полосе Шахтёрского аэродрома никак не поместился бы "бастион" вместе с космодромом, пригодным для крейсера. Посмотрев под ноги, сармат увидел плиты - остатки стен бараков, сложенные друг на друга и закрывшие ямы бывших фундаментов. Все приозёрные строения были снесены. Справа, на месте мусорного оврага, виднелась насосная станция, прикрытая отдельным куполом и снабжённая зенитными орудиями. Стадион снесли полностью; сейчас там стояли спрингеры с нарисованными на бортах гербами Ураниум-Сити - корабли местной обороны. Экзоскелетчики в добротных, но давно не перекрашиваемых "Фенрирах" несли дозор на краю бывшего стадиона. Заметив Гедимина, они проводили его подозрительными взглядами.
  - А вот барак, - махнул рукой провожатый. Гедимин увидел одно из обычных зданий Ураниум-Сити. На стене даже сохранился номер, но верхнего этажа не было - вместо него поставили лёгкую зенитную батарею, и за ней присматривали двое в "Лантернах". Новейшие, на памяти Гедимина, экзоскелеты выглядели прочными, но уже покрылись царапинами и проплавленными вмятинами.
  Так же укоротили на этаж, а то и на два, все строения, какие сармат видел вокруг, - от космодрома до дальних зданий за шоссе. Над Грузовым аэродромом по-прежнему разносились крики диспетчеров, и кто-то заходил на посадку, - что-то среднее между "Кенвортом" и лёгким бомбардировщиком.
  - Вон там госпиталь, - указал провожатый. - В подвал перенесли клонарий. А ретранслятор во-он там... этот барак нежилой. Его разбомбили, когда снесли купол... видишь?
  Гедимин кивнул. Теперь он видел, что две трети зданий пустуют. Некоторые из них использовались - под батареи, ретрансляторы или посадочные площадки для дронов. Другие, частично разрушенные и растащенные на стройматериал, только и ждали, когда сильный удар позволит им рухнуть окончательно.
  Очередной вооружённый грузовик зашёл на посадку на Грузовой аэродром.
  - Скважины ещё работают? - спросил Гедимин, вспомнив слова Стивена о рудном концентрате. Сармат закивал.
  - Всё, что снаружи, работает. "Макаки" не нашли. В лесу трудно искать, особенно сейчас, - он перехватил взгляд Гедимина и странно ухмыльнулся. - Сверху не видно, а низколетящих жрут. Армия уже не лезет, одни повстанцы. Их тоже жрут - этим всё равно, для них все вкусные.
  Гедимин мигнул. Ему сначала показалось, что он что-то не расслышал, - но сармат повторил "жрут" и широко ухмыльнулся.
  - Этим? - повторил он. - Ты о ком?
  Под ногами что-то хрустнуло. Гедимин опустил взгляд и увидел, что снизу, раздирая на части плиты и обвивая торчащие балки, вьётся незнакомое растение. Он слабо разбирался в ботанике, но настолько странное существо запомнил бы, - его листья были иссиня-чёрными, а в розетках виднелись розовые бутоны размером с кулак. Некоторые из них раскрылись; их лепестки были искривлены и закручены против часовой стрелки, тычинки - так же скручены в противоположном направлении.
  - А, это, - сармат небрежно поддел ногой чёрную плеть. - Не бойся, оно не кусается. Тут его никто не ест - видимо, ещё не привыкли, так им покрыто полгорода. Со зданий счищаем, а тут - пусть растёт.
  - Кусается? - повторил Гедимин, растерянно мигнув, и остановился, крепко взяв провожатого за плечо. - Что у вас тут происходит?
  - Эй, потише! - сармат дёрнулся, высвободив руку, и потёр её, сердито щурясь. - Ну ты амбал... Что происходит? А чего ты хотел?! По нам лупят со всех сторон. "Макаки" - заразой, вы - радиацией. Вот и лезет всякое. Видел в небе длинный пузырь с шипами и щупальцами? Такой живой дирижабль размером с ваш крейсер? Подросли, твари. Раньше были короче. Наверное, отожрались на прочей мелочи. Видел, как хвостатые липнут к урановозу? У них нет глаз, но радиацию видят... Вон-вон, смотри! "Кенворт" идёт на посадку. Смотри, смотри на правый борт!
  Гедимин поднял голову и увидел снижающийся грузовик. С его бортового орудия свисало, вытянувшись по ветру, светло-синее существо с пятью длинными хвостами - или, возможно, щупальцами. Его туловище по форме напоминало клин, ничего, похожего на крылья, не было, но держалось оно в воздухе уверенно, рассекая встречные потоки. Из спины торчали шипы разной длины, морда то и дело выстреливала пучком щупалец, тут же их втягивая, - видимо, по нежным органам неприятно бил ветер. Ещё одно болталось на борту.
  - Присоски, - пояснил сармат. - Очень крепкие. Ничего, шмальнуть из разрядника - отлипнут. Обычно они отцепляются перед куполом, но эти, видно, из молоди, ещё не научились...
  Гедимин растерянно мигнул. "Мутация?" - он проследил взглядом за пятью хвостами, исчезающими за бараком. "С такой скоростью? Даже если специально... да ну! Ни один земной вид не похож... Has-sulesh! Земной? А это неземной. Излучение... порталы... А, чтоб мне взорваться! Говорил же - уделают планету..."
  - Они едят уран? - уточнил он.
  - Это навряд ли. Его не прожуёшь. У них зубов нет. И кишок тоже, - отозвался провожатый, кажется, не чуждый биологии. - Но всегда рядом с ним крутятся. Чуют, как хороший счётчик Гейгера! А особенно любят ирренций.
  Гедимин мигнул. "Вендана," - он вспомнил, как тянулись к ирренцию Зелёные Пожиратели. "Ещё одна планета вроде Ириена. Радиотрофы. Интересно, Ассархаддон их видел?"
  - И что, теперь по всей Земле... вот так? - он кивнул на аэродром. Сармат пожал плечами.
  - Говорят, у нас ещё ничего. Нет эа-вируса, нет подземных тварей... Ты куда?
  Гедимин свернул к шоссе.
  - Посмотреть на АЭС и завод "Вестингауза". Как они? Расширились?
  Сармат мигнул.
  - Стой, - он взял Гедимина за руку; его глаза стремительно темнели. - Ты её строил, да? Не ходи. Её три месяца как разбомбили. И завод тоже.
  ...Провожатый оставил его у Грузового аэродрома. Пару кварталов спустя улица обрывалась, упираясь в купол. Гедимин увидел в нём перфорацию и быстро пошёл к ближайшему отверстию. Часовой заступил было ему дорогу - и был отброшен в сторону так, что врезался в стену. Сармат одним прыжком преодолел оставшееся расстояние и, не обращая на крики и треск станнеров за спиной, выбрался наружу.
  Там он остановился, чтобы надеть шлем. Крики смолкли; никто не пытался выстрелить в него из винтовки или пустить ракету. Он стоял за стеной и смотрел на чёрные, оплавленные гребни, когда-то бывшие стенами. Всё на километр вперёд превратилось в обугленное месиво. Дозиметр запищал, предупреждая об опасности, Гедимин покосился на него и без удивления увидел символ омикрон-излучения.
  Можно было бы взлететь - "омикрон" был довольно слабым и не повлиял бы на работу "лучевого крыла" - но Гедимин не вспомнил о "крыльях". Он шёл по шоссе, зияющему воронками, и смотрел вокруг - на хаос развалин, оставшийся от бараков при заводе, на сам завод - кратер с размётанными по краям обломками, на жалкие остатки других заводов... Тут прошлись ядерными бомбами, проложив вдоль расплавленного шоссе два ряда кратеров. Из дорожного полотна торчало воткнувшееся наискось крыло истребителя - Гедимин опознал "Ицмитль".
  Вскоре дорога пошла вниз, мягко спускаясь на дно последнего кратера. Он был шире и глубже остальных, и из него наружу не выкинуло ничего, кроме радиоактивной пены, застывшей по краям, как пемза. Гедимин остановился, наклонился к ней, рассеянно ковырнул её щупами анализатора - и развернулся к гигантской яме. Её дно было залито знакомым ирренциевым свечением. Зелёные блики дрожали на чёрном стекле - бомба пробила грунт до гранитной подложки, и гранит оплавился и впитал в себя радиоактивный пепел.
  "Там был главный корпус," - взгляд Гедимина рассеянно скользил по светящемуся дну. "Здесь - трансформаторы. А вон там - градирни. А здесь..." - он посмотрел себе под ноги и криво ухмыльнулся. "Здесь была проходная. Ворота для грузовиков..." - он шагнул вправо. "А тут проходили рабочие. Да, именно тут."
  Он опустился на колени. Рыхлая пемза раскрошилась под пальцами, покрывая перчатки радиоактивной пылью, - сармат не заметил. Он съёжился на краю кратера, ничего не видя перед собой; его тело содрогалось, и он не мог остановить дрожь. Он попытался вдохнуть, но лёгкие не подчинялись. Он вдохнул снова, коротко вскрикнув от боли. Из-под крепко закрытых век просочилась капля жидкости. "Вернулся..." - он глухо застонал, погружая руки в радиоактивную пемзу. "Вот моя станция. Я вернулся..."
  Воздух наконец проник в лёгкие вместе с запахом расплавленного металла и едкой неопределимой вонью. Сармат запрокинул голову и завыл, содрогаясь всем телом. Его крик спугнул синих длиннохвостых существ, круживших над кратером и рыскающих по оплавленным развалинам. Гедимин видел их, как сквозь густой туман. Он вдохнул снова - невидимые обручи на груди немного ослабли. Сармат сердито смигнул. В глазах прояснилось. "Вернулся..." - он с трудом поднялся на ноги и заглянул в кратер. "Тут главный корпус, а тут..."
  Он развернулся и медленно, едва переставляя ноги, побрёл к городу.
  Его пропустили; охранники в экзоскелетах обступили его сразу за "бастионом". Он вяло приподнял руку, блокируя первый удар. Второго не последовало - охранника одёрнули свои же. Гедимина взяли за локти и куда-то повели.
  Он не сразу понял, где находится, и чего от него хотят, а поняв, едва не рассмеялся. Его привели в выгородку, отведённую для дезактивации, - примитивный санпропускник. Охранники молча ждали, когда он отмоется от радиоактивной пыли. На выходе один из них провёл дозиметром от макушки до пяток сармата и кивнул, пропуская его в город. Гедимин остался на месте, и охранник удивлённо мигнул.
  - Иди. Можно.
  - Ты знаешь Лилит Тарс? - глухо спросил Гедимин, глядя ему в глаза. - А Иджеса Норда? Я ищу их.
  Охранники растерянно переглянулись.
  ...Филк за устаревшим телекомпом развернулся к ним, испуганно мигая. Кроме него, в подземном информатории не было никого. Провожатый Гедимина - молчаливый сармат родом с Венеры - коротко объяснил, в чём дело, и филк снова повернулся к машине.
  - Норд, Иджес. Призван во флот. Наводчик бортового гравитрона... Тарс, Лилит...
  Экран зажёгся красным.
  - Погиб во время бомбардировки топливного завода... Гварза, Бьорк...
  Экран снова побелел, - Бьорку повезло больше.
  - Хепри, Мафдет. Призван во флот. Десант, оператор тяжёлого экзоскелета... Хепри, Сешат. Призван во флот. Пилот бомбардировщика "Циклоп-два"...
  Филк замолчал. Провожатый вопросительно посмотрел на Гедимина. Тот благодарно кивнул и протянул им по очереди руку. Говорить он не мог - горло сдавило.
  ...Перегородки между отдельными комнатами в бараке были снесены для экономии места, пол сплошняком застелен матрасами. Экипаж лежал вповалку; почти все остались в скафандрах, экзоскелеты и самые тяжёлые образцы брони были выставлены в проход, и Гедимин, споткнувшись о первое "заграждение", решил далеко не идти. Он отодвинул в сторону откинутую руку спящего сармата (тот даже не шевельнулся) и лёг на бок, стараясь никого не придавить. Убедившись, что внутри скафандра достаточно кислорода, он закрыл респиратор и судорожно вздохнул. Глухой стон, переходящий в вой, вырвался из груди. Теперь только сам Гедимин мог слышать, как он кричит, скорчившись на матрасе, и только он знал, сколько времени прошло, прежде чем на смену боли пришло отупение, а затем - тяжёлый сон.
  
  02 сентября 32 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
  "А когда по южной дороге везли корпус деаэратора..." - Гедимин, оборвав нить воспоминания, до боли сжал кулаки. Обшивка скафандра заскрежетала. Сармат всегда гордился своей памятью; теперь он предпочёл бы не помнить ничего - каждая всплывающая мелочь обжигала, как капля расплавленного свинца на коже.
  Крейсер стоял в передвижном ангаре, плавно ворочаясь с боку на бок, - Сайджин и Йенью проверяли работу "лучевых крыльев" после вечернего ремонта. Техники поправили обшивку, отремонтировали повреждённый гравитрон и укрепили десантную палубу; на ремонт увезли два десятка истребителей и лёгких бомбардировщиков, экзоскелеты тоже нуждались в отладке, - Гедимин, проходя мимо малых стапелей и глядя на летящие искры и стружку, думал, что ему со скафандром повезло - его можно серьёзно повредить только выстрелом из ракетомёта.
  Когда он подошёл к люку, испытания "лучевых крыльев" закончились, и крейсер снова лёг на "подушку" защитного поля. Гедимин поднялся на борт, махнул рукой проходящим мимо него к выходу Сайджину и Йенью и свернул к реакторному отсеку. На мониторы он даже не взглянул - едва отсек герметично закрылся, сармат спустился в активную зону.
  Это был испытанный способ, но сегодня он не сработал, - сколько Гедимин ни глядел на светящиеся твэлы и поблескивающие роторы, дышать легче не становилось.
  "А когда была первая замена топлива..." - он смигнул набежавшую влагу и досадливо поморщился. "Значит, моя станция им помешала. Это, видимо, она летала их бомбить. Она устроила эту войну. Она и топливный завод... и Лилит, разумеется. Мы тут главные диверсанты..."
  Наскоро отмывшись от невидимой, но въедливой радиоактивной пыли, он вышел из отсека. В переходах было пусто и гулко. Сармат хотел сойти с корабля, но на повороте к правому борту на секунду задумался, хмыкнул и развернулся в противоположную сторону. "Значит, у них есть целый нетронутый материк. Мы оставили им хранилища чистой воды. Ну, посмотрим, как это исправить..."
  Часовой у капитанской рубки был, но, взглянув Гедимину в глаза, он молча вскинул руку, изобразив салют, и отошёл в сторону. Сармат благодарно кивнул - он не был уверен, что при разговоре сдержится и никого не покалечит.
  Стивена не было. Посреди круглой комнаты над проектором повисла голограмма - увеличенная карта Северной Африки. Гедимин притронулся к ней, приближая отмеченный разными значками район.
  Треугольник крупнейших баз протянулся поперёк материка: Эс-Семара - Таманрассет - Бейт-Маим. "Водохранилища," - Гедимин прикоснулся к участку в одном из углов, приблизив его. "Прикрываемый район... Здесь Хайфа. А это что? Особо защищённый объект... Что там? Электростанции? Заводы?"
  За спиной тихо открылся и снова закрылся люк, и Гедимин запоздало услышал шаги - Стивен Марци подошёл к карте и встал над ней рядом с реакторщиком, задумчиво перебирая пальцем неуязвимые города.
  - Тоже думаешь об этом? - тихо спросил он. - Базы... оповещение... дальняя разведка... минные облака... Я уже месяц верчу это всё так и этак. Одним крейсером их не взять, а больше мне никто не даст.
  - Одним крейсером не взять... - еле слышно повторил Гедимин, разворачивая карту плашмя и простраивая траектории над ней. Возможно, разведданные привирали, - но в небе над Стальным Поясом была брешь, и сармат уже видел, как ракеты, выпущенные в этой точке, веером накроют три базы.
  - Атмосфера, - покачал головой Стивен, напряжённо следя за его рукой. - Атмосфера! Ты предлагаешь пройти на минимальной высоте вплотную к Бейт-Маиму. Там сильнейший атмосферный флот. Там ракетные войска. Нас расстреляют в упор.
  - Если ракеты развернутся в другую сторону, - медленно проговорил Гедимин, глядя на восточный край карты, - и если атмосферники уйдут по тревоге... сколько времени им нужно на возвращение?
  Стивен мигнул.
  - Считанные минуты. Даже если прожечь небо прямо в этом участке... и если взрыв не разрушит наш корабль... хм, у нас будет секунд двадцать на всё. Один очень точный залп.
  Гедимин кивнул.
  - Разведданные... Насколько они точны?
  - Работал ещё Ассархаддон, - ответил Стивен, глядя на него с нарастающим недоумением. - Процентов девяносто, что всё это устроено именно так.
  - А что здесь? - Гедимин указал на восточный город под двойным атмосферным и космическим "щитом". - Зачем это защищают?
  Стивен ухмыльнулся.
  - Это очень старый город. Три тысячи лет, если не совру. Будто бы он очень важен для "макак"... какое-то знаковое место в их истории. Маркус даже обещал его не трогать... как и вот этот город.
  - Тут Хайфа. Её не тронем, - мрачно сказал Гедимин. - А это... Думаю, это заставит их развернуть флот.
  Стивен хлопнул его по плечу и радостно осклабился.
  - Я знал, что ты умный сармат. Так примени мозги по назначению! Ты знаешь, как взломать Стальной Пояс?
  Сармат угрюмо кивнул.
  - Есть план. Только "Феникс" должен выполнить его в точности. Промахнёмся на секунду - второй попытки не будет.
  Стивен что-то ответил - радостно, многословно, хлопая его то по плечам, то по спине - но Гедимин уже не слушал. Он смотрел на карту и достраивал её, как полуразобранный механизм; все "детали", плавно сдвигаясь, наконец сложились в общую картину, и сармат кивнул.
  - Слушай...
  
  09 сентября 32 года. Земля, Северная Африка - галактика Вендана
  - Атомщик, ты уверен, что маневрировать не понадобится?
  Крейсер "Феникс" летел в межзвёздном пространстве, набирая скорость. Гедимин следил за мониторами, наблюдая, как "успокаивается" пульсирующий реактор. На этот раз обошлось без сброса стержней - пульсация "отгорела" без внешней помощи, и можно было бы выйти на следующий Прожиг прямо сейчас...
  - Уверен, - коротко ответил он.
  Он отключил сигма-карту и внутрикорабельную связь, оставив только сигналы по коду "ter". К обычным мониторам на щите управления добавился ещё один, отображающий ракетные шахты. Гедимин смотрел на него и недовольно щурился - он обошёлся бы без собственноручных запусков, передав эту "честь" ракетчикам, но Стивен настаивал, что все "рычаги" должны быть в одних руках - и сармат нехотя согласился.
  - Ноль пять, - раздался в наушниках голос капитана.
  - До ноль восьми, - отозвался Гедимин. Речь шла о скорости - крейсер разгонялся перед входом в атмосферу, чтобы объёмный взрыв закрыл его от наземных и воздушных сил обороны. Сейчас он, направляясь от Земли к Луне, прошёл бы это расстояние за две минуты, - "ноль пять лун в минуту", так сказал бы Стивен, если бы сидел в капитанской рубке первый день. Максимальной возможной скоростью для антигравитационного двигателя Хвана была луна в минуту; всё упиралось во время, отведённое на разгон, доступные источники гравитации и терпение.
  Гедимин прикрыл глаза. "Скоро," - он сделал глубокий вдох, унимая участившееся сердцебиение. "Идёт разгон. На ноль восьми мы "прыгнем". И если корабль выдержит, они надолго запомнят "Полярную Звезду". Не надо им было трогать мою станцию. И мой город тоже."
  Разрушенная АЭС снилась ему каждую ночь с тех пор, как он вышел за "бастионы" Ураниум-Сити и увидел кратер. Невидимые обручи на груди почти не мешали дышать, но их холод и давление сармат ощущал каждую минуту. "Уже скоро," - он занёс руку над пультом. "Очень скоро."
  - Ноль восемь, - донеслось из капитанской рубки. Передатчик на запястье Гедимина вспыхнул, выбрасывая в воздух трёхмерную карту с пульсирующей красной точкой.
  - Un tza! - разнеслось по крейсеру, с разлёту входящему в атмосферу Земли.
  Корабль содрогнулся. Гедимина вдавило в кресло удвоенной гравитацией - на отключение антигравов не было времени. Где-то снаружи взорвалась атмосфера, испепеляя защитные поля и многослойные щиты вдоль бортов. Гедимин передвинул под новым монитором рычажок и нажал три кнопки.
  - Du tza! - крикнул он, быстро вводя код Прожига. Что-то ударило "Феникс" в левый борт, но корабль уже проваливался в межзвёздный вакуум, оставляя в атмосфере Земли объёмное маскирующее облако. На секунду Гедимин зажмурился, но его рука уже коснулась передатчика, открывая карту с новыми координатами. "Attahanqa!" - беззвучно выдохнул он.
  - Ter tza!
  Времени не было ни на что - ни на пересчёт уцелевших щитов, ни на выяснение, удалось ли поставить защитные поля вместо разрушенных, ни на ввод новых координат на щите управления ракетами. Крейсер входил в атмосферу Земли.
  Гедимин услышал скрежет переборок - ударная волна сдавила "Феникс" со всех сторон. Снаружи догорали щиты и лопались защитные поля - и, возможно, плавилась обшивка. Сармат опустил обе руки на пульт управления ракетами. Залпов было два, каждый - по четыре снаряда, - два "Теггара", чтобы разрушить защитные купола, два "Гельта", чтобы выжечь то, что под ними. Что-то могло не взорваться, что-то было сбито на подлёте, купола оказались прочнее, чем он рассчитывал, или весь город был прикрыт ипроновым щитом, - Гедимин уже ничего не мог изменить. Через девятнадцать секунд, дважды содрогнувшись от попаданий вражеских снарядов, крейсер провалился в чужую галактику.
  - Tza ateseq! - заорал Стивен, и Гедимин, вздрогнув от неожиданности, потянулся к наушникам. В ушах неприятно звенело.
  - Hetatza, - выдохнул он, не слыша собственного голоса. Мониторы расплывались перед глазами. Сармат вдохнул полной грудью и улыбнулся. "Прощай, "Полярная Звезда". Сделал, что мог."
  - Tza tatzqa jasu! - послышалось в наушниках, и Гедимин растерянно мигнул. - Tza tatzqa "qu tza"!
  - Что? - Гедимин приподнялся в кресле, забыв об удерживающих ремнях. - Какое "qu tza"?! Всё закончено...
  - Заходим над Эс-Семарой! - крикнул Стивен. - Ещё один проход, теск. Коды у тебя. Давай! Добьём их!
  Гедимин мигнул.
  - Они уже готовы, - напомнил он. - Флот в небе. Уходим!
  - Их флот дымится на развалинах, - отозвался Стивен. - Qu tza! Выполняй!
  - Твоё дело, - пробормотал Гедимин, вводя код Прожига. Его уже не волновала ни Эс-Семара, ни - предположительно - разрушенные города землян, ни состояние крейсера. "Холодно внутри," - прислушался он к своим ощущениям. "Как пепел после огня."
  Их ждали. Едва облако взрывающейся атмосферы окружило крейсер, в борт ударила ракета. Корабль швырнуло в сторону, и Гедимин, не успев среагировать, растянулся на палубе среди обломков кресла.
  - Safauw! - заорал Стивен.
  Переборки затрещали. "Феникс" уходил под ураганным огнём, не успевая восстанавливать защитные поля, - их сметала взрывающаяся атмосфера, скорость по-прежнему была огромной, и притормозить корабль не мог. Гедимин, цепляясь когтями за содрогающуюся палубу, подполз к щиту управления и парой тычков ввёл код Прожига. Ни на какие ракеты времени уже не оставалось.
  "Феникс" вывалился в вакуум. Его несло куда-то по прямой. Из отсека управления доносились отрывистые возгласы, перемежаемые ругательствами, - оба "лучевых крыла" практически вышли из строя. Гедимин поднялся на ноги и тяжело вздохнул. Он был цел, реакторы - тоже, корабль куда-то летел, пытаясь замедлиться, кислородную тревогу не объявляли. "Дойдём до базы," - подумал сармат, сбрасывая аварийные стержни. "Пусть реакторы успокоятся. Не надо было соваться в Эс-Семару. Говорил же - они готовы."
  - Atza teru! - раздался в наушниках бодрый возглас. - В капитанскую рубку, немедленно!
  Гедимин озадаченно мигнул и очень неохотно, убедившись, что реакторы остановлены и сами не запустятся, пошёл к шлюзу. "Чего ему ещё? Опять в Эс-Семару?"
  Часовые расступились, едва увидев сармата в коридоре. Стоило ему войти в рубку, как Стивен сгрёб его в охапку и обнял. Серьёзно сдавить броню он не мог, хотя и пытался; Гедимин стоял неподвижно, недовольно щурился и ждал, когда всё закончится.
  - На ремонт пойдём на "Шаман", - сказал ему на ухо Стивен. - С корабля не сходить до особого распоряжения. Я доложу координатору Маркусу.
  - Ты уверен, что Пояс прорван? - спросил Гедимин. Стивен кивнул и с широкой ухмылкой указал на карту.
  - Последнее сообщение поймали над Эс-Семарой. Иерусалим, Бейт-Маим, Таманрассет, - всё уничтожено. Треть объединённого флота! Африка у нас в руках, Гедимин. Маркус наградит тебя по заслугам!
  Гедимин ничего не ответил. Ему снова вспоминался кратер к северу от Ураниум-Сити. "Станцию я отстрою. А там будет водохранилище."
  
  12 сентября 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Зайди в рубку, - попросил Стивен. Гедимин мигнул - он до сих пор не привык к дружелюбному тону капитана и попыткам то зазвать к себе, то зайти в реакторный отсек.
  Часовые встретили сармата приветственным салютом. Стивен стоял над картой, развернув к себе монитор телекомпа. Он жестом подозвал Гедимина и кивнул на экран, сделав звук погромче.
  - Чудовищный акт агрессии, унёсший миллионы жизней, - быстро говорил взволнованный землянин, судя по голосу, самка. - Древний город стёрт с лица земли. Разрушенные водохранилища...
  "Город? Один город?" - Гедимин озадаченно мигнул.
  - Ты же говорил, что все три... - начал было он, но Стивен резким жестом прервал его и снова кивнул на экран.
  - Возмущены нарушением договоров, - продолжала самка. - Маркус Хойд, коодинатор сарматской расы, дал обещание найти виновника трагедии и отдать под трибунал. Между тем, разрушение так называемого Стального Пояса привело к...
  Стивен отключил трансляцию и развернулся к Гедимину.
  - Адмирал Тохиль сегодня на базе. До особого распоряжения с корабля никто не сойдёт, особенно ты.
  Он провёл пальцем по наплечнику с нарисованными двуцветными треугольниками.
  - Погоны вице-адмирала у меня уже в кармане, Гедимин. И ты своё тоже получишь. Никто не скажет, что Стивен Марци не ценит умных солдат.
  Гедимин мигнул.
  - Маркус сказал что-то про трибунал, - напомнил он. - Это означает...
  Стивен махнул рукой.
  - Ты новичок в таких делах, теск. Маркус говорит то, что должен сказать. Весь флот восхищён нашим прорывом. Награда...
  Передатчик на его руке протяжно загудел, капитан покосился на него и засуетился. Жестом выпроводив Гедимина в коридор, он приказал часовым закрыть рубку, а через пару минут куда-то засобирался. Гедимин, пожав плечами, пошёл в реакторный отсек.
  Его передатчик запищал через четверть часа.
  - Здесь реакторщик по имени Хольгер Арктус, - сообщил часовой.
  Хольгер вошёл в отсек, осмотрелся, хмыкнул и сел в уступленное Гедимином кресло. Сам сармат устроился на матрасе, скатанном в рулон, и посмотрел на бывшего химика снизу вверх.
  - Что нового в космосе?
  - Юпитер наш. Пока что, - ответил Хольгер. - Вся база гудит. Правда, что ваш корабль прорвал Стальной Пояс и уничтожил две из трёх опорных точек?
  Гедимин кивнул.
  - Стивен радуется. Ждёт вице-адмиральских погон.
  Хольгер взял сармата за плечо и пытливо взглянул ему в глаза.
  - Стивену на такое дело никогда не хватило бы мозгов. Признайся, твоя идея?
  Гедимин снова кивнул.
  - Не нужно было им взрывать мою станцию, - сказал он, угрюмо щурясь. - Не нужно было бомбить завод. Вообще не нужно было лезть в Ураниум.
  Хольгер мигнул.
  - Ты был в Ураниуме? Я сто лет ничего о нём не слышал. Значит, станцию взорвали...
  - Иджес жив. Вовремя ушёл, - отозвался Гедимин. - А Лилит погибла, когда бомбили завод. А на месте "Полярной Звезды" теперь кратер.
  Хольгер погладил его по плечу.
  - Теперь всё понятно, атомщик. Я... в общем, жаль, что мой корабль в этом не участвовал. Только одна мелочь... Ты уверен, что Ураниум разбомбила именно Мацода?
  Гедимин пожал плечами.
  - Я не разбираюсь в породах "макак".
  По кораблю прокатился протяжный вой сирены.
  - Atzesh saja! - ожил коммутатор; Стивен вернулся, и в его голосе слышался с трудом сдерживаемый восторг. - На палубу смотра, немедленно!
  Гедимин и Хольгер переглянулись.
  - Я пойду, пожалуй, - сказал бывший химик.
  - Останься, - попросил Гедимин. - Там, в Ураниуме, много интересного. Хотел рассказать...
  Экипаж выстроился на палубе смотра, выжидающе глядя на Стивена и его помощников. Они втроём стояли у стены; на плечах каждого из них прибавилось по две полоски.
  - Гедимин Кет, - Стивен шагнул вперёд. - Выйти из строя!
  Он взял реакторщика за плечо и обвёл строй торжествующим взглядом.
  - Я, вице-адмирал Стивен Марци, от имени координатора Маркуса Хойда, своей волей и распоряжением адмирала Тохиля Криоса произвожу рядового Гедимина Кета в сержанты. Адмирал Тохиль награждает каждого из экипажа "Феникса" памятным знаком в честь прорыва Северо-Африканской линии обороны...
  Он протянул Гедимину серебристо-чёрную фигурку - миниатюрный крейсер.
  - Координатор Маркус за искусно составленный и выполненный план атаки награждает лично Гедимина Кета особым знаком...
  На ладонь сармата лёг чёрно-жёлтый диск - радиационный трилистник. На его обратной стороне был экран из серебристого рилкара. На нём горели какие-то цифры.
  - Статистика рейдов, - пояснил Стивен, приподняв на цепочке свой нагрудный знак - без трилистника, но со стилизованной буквой "S". - Отличная работа, сержант Гедимин! Возвращайся в строй. Дальнейшее награждение...
  Едва выйдя из шлюза в наполненный воздухом коридор, Гедимин снял шлем. К холоду он уже притерпелся.
  - Сержант, - ухмыльнулся Хольгер, потрогав свежие полоски на чёрной броне. - Линкен вернётся - порадуется. Да он и так будет в восторге, когда узнает.
  Гедимин пожал плечами.
  - У Стивена теперь три корабля вместо одного. Как я буду пропихивать их в один портал?
  "Линкен всегда радуется взрывам," - думал он. "А интересно, почему он-то не вице-адмирал? По его делам ему давно должны были дать флот..."
  
  13 сентября 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Ещё неделя ремонта? Это после доков "Шамана"?! - Хольгер недоверчиво покачал головой. - Как вы вообще до них дошли?
  Гедимин поморщился.
  - Говорил ему - не лезь в Эс-Семару, когда весь флот в небе, - сердито сказал он. - У нас двадцать четыре мертвеца на борту. Четыре палубы вывернуло наизнанку. Ну ничего, как раз дождусь Линкена.
  Он вошёл в столовую, взглянул на голографическую карту на дальней стене - и остановился, забыв о еде. Тёмно-красная полоса, протянувшаяся поперёк Канады, заметно ужалась. На месте Нитчекуона и Порт-Радия чернели "выжженные земли".
  - Has-sulesh, - еле слышно прошелестел Хольгер, схватив Гедимина за локоть. - Прорвались всё-таки...
  - После Стального Пояса они в бешенстве, - подтвердил, повернувшись к сарматам, незнакомый пилот-венерианец. - Рвутся к куполам, прочёсывают космос. Может быть, нас с "Мары" временно переведут к Юпитеру. Земля подходит к Сатурну, того и гляди, найдут базу...
  Под потолком загудело.
  - Общий сбор! - объявил механический голос. - В информаторий!
  ...Проектор всё ещё работал исправно - на голограмме Маркуса Хойда, упирающейся головой в потолок, не было ни следа ряби.
  - Мы на деле доказали своё превосходство, - без лишних предисловий начал коодинатор. - Одно из так называемых государств Земного Союза практически перестало существовать. Скоро в наши руки перейдёт вся Африка, и мы раздавим последние очаги сопротивления в Евразии и Северном Атлантисе. Но пока Земной Союз в бессильном гневе угрожает нам местью. Мы вынуждены были из-за непрерывных обстрелов эвакуировать Порт-Радий и Нитчекуон. Это лишило нас источников ресурсов, но мы сохранили флот и экипажи, - и скоро "макаки" трижды возместят нам потерянное. Участники Африканского прорыва, достойнейшие сарматы, воины и стратеги, объявлены международными преступниками и будут немедленно казнены, если им не повезёт попасть в плен.
  Хольгер положил руку Гедимину на плечо. Тот лишь ухмыльнулся. "Если крейсер собьют, в плен попадёт щепоть радиоактивной пыли. Пусть казнят."
  - Но приматы в очередной раз доказали, что они не более чем животные, - продолжал Маркус. - Так называемые главнокомандующие Земного Союза издали особый приказ - сарматов в плен не брать. На Земле его называют приказом Цанева. Помните о нём, если вдруг потеряете стойкость и подумаете о предательстве. Вы не спасёте себя, сбежав к "макакам". Вы погибнете, как трусы и предатели. Будьте стойкими, tzaat Eatesqa! Очень скоро победа будет за нами.
  ...Сарматы выходили из зала, огибая реакторщика, сидящего на ступенях. Хольгер стоял над Гедимином и осторожно тянул его за плечо, намекая, что пора бы и подняться. Сармат кое-как выпрямился. Ему было тяжело дышать.
  - Это я взорвал их города, - тихо сказал он, глядя Хольгеру в глаза. - Пусть бы они искали меня, нашли и казнили. Их право. Но все сарматы тут при чём?!
  Хольгер вздохнул.
  - Это война на истребление, атомщик. Раньше земляне надеялись урезонить нас и заставить сдаться. Теперь им ясно, что мы сдаваться не будем.
  - Не нравится мне это всё, - прошептал Гедимин. - И с самого начала не нравилось.
  
  16 сентября 32 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Растёшь, атомщик, - Линкен хлопнул Гедимина по новеньким полоскам на плече. - Постепенно дойдёшь до полковника. Свой крейсер... а там и вице-адмиралом станешь. Ни за что не поверю, что ты хоть в чём-то можешь быть глупее Стивена. Он стал, а ты его обгонишь.
  Гедимин смущённо хмыкнул.
  Сарматы шли по тёмному коридору к топливному цеху. Линкен, отобрав у Хильдира нестабильные твэлы, повесил их на свой скафандр и лично понёс на замену, оставив Хильдира на корабле. "Ещё взорвётся," - объяснил он Гедимину, весьма удивлённому таким поступком. "А мне не привыкать."
  - Ну что, расходимся, - придержал он Гедимина за плечо, выйдя на развилку. - Ты к реакторам, я в цех. Зайду к тебе, как освобожусь.
  Гедимин вошёл в цех синтеза и остановился на пороге, глядя на мониторы. Он перебирал показатели, оценивая состояние реакторов и стадию работы, и довольно кивал, не замечая, что операторы один за другим встают с места и выстраиваются полумесяцем в паре метров от Гедимина.
  - Эй, теск, - вполголоса окликнул его Амос, и сармат, удивлённо мигнув, перевёл взгляд с монитора на филка. Тот стоял почти вплотную, сняв шлем, выставив перед собой сжатые кулаки.
  - Убирайся, - сказал он, встретившись взглядом с Гедимином. - Никогда не заходи сюда в мою смену. Бери топливо, если пришёл за ним, и проваливай.
  Сармат изумлённо мигнул.
  - Амос, ты чего? Чем я тебя обидел? - он судорожно вспоминал, когда в последний раз видел филка, и о чём они тогда говорили.
  - Считаешь себя героем? - Амос, сузив глаза, ткнул пальцем в нагрудный знак Гедимина. Сармат носил трилистник поверх брони, когда не работал, и не было опасности за что-нибудь им зацепиться, - жёлтый символ красиво смотрелся на чёрном скафандре.
  - У нас был договор с Мацодой, - продолжал Амос; его глаза почернели от гнева. - Они считали нас разумными существами. Знаешь, как они обращались с нашими пленными? Их даже не заковывали! А теперь нас будут давить, как крыс. Наших пленных перебьют, нас истребят до последнего. И всё почему? Потому что ты, безмозглый амбал...
  - Ah-hasu! - выдохнул за плечом Гедимина потрясённый Линкен. - Ты, макака драная...
  Он шагнул вперёд, занося над Амосом кулак. Гедимин молча схватил его за плечо и дёрнул назад.
  - Знаешь, что стало с Ураниумом? - спросил он, недобро щурясь. - С "Полярной Звездой", где ты работал? Я её строил. А теперь там кратер. Я строил завод "Вестингауза". Теперь там развалины. Я не буду ходить сюда в твою смену, ты мне не нужен. Но запомни - ничего лишнего я не сделал.
  Линкен тяжело вздохнул, разворачиваясь к двери вслед за Гедимином, но в последний момент обернулся к Амосу.
  - Думал удачно сдаться, недомерок? Знал же я, что вы поголовно предатели!
  Ворота с грохотом захлопнулись.
  - Идиоты недоделанные, - бормотал Линкен, неловко гладя Гедимина по плечу. Сарматы возвращались на базу с новыми твэлами. В коридоре было пусто и тихо, только посвистывала вентиляция.
  - А то без особого приказа "макаки" нас не давили... Мы всерьёз напугали их, атомщик. Они от той-то войны не отошли, а тут новая. Мы снимся им в кошмарах. Если дать им победить, ни одного сармата от Меркурия до Седны не останется. Хоть бы грёбаные филки им ноги вылизали, -ни одного не пощадят. Ни одного!
  
  16 декабря 32 года. Галактика Вендана - Гималия, временная база атомного космофлота
  Последние истребители из москитного флота вернулись на палубы "Феникса" уже за порталом - на той стороне, в считанных тысячах километров от поверхности Цереры, нельзя было задерживаться ни на секунду. Два "Циклопа" из эскадры Стивена Марци прошли в портал бок о бок с крейсером, отстреливая догоняющие их ракеты. Последняя взорвалась над реакторным отсеком, заставив обе установки выдать по нейтронному всплеску, а раздосадованного Гедимина - сбросить управляющие стержни и заглушить реакторы.
  - Прошли! - выдохнул в коммутатор Сайджин. - Теперь у нас не рейды, а сплошные скачки. Как там реакторы?
  - Пока целы, - отозвался Гедимин. Радоваться было особо нечему. Куда ни высовывался крейсер, его находили там сразу же - самое большее через пару минут. Пригодные для обитания территории - что на Земле, что на других планетах - так ужались, что земной флот прикрывал их полностью и ещё выделял две трети сил для поисков и обстрела сарматских баз. В начале декабря разбомбили Шангнак; флот Гельмера, оставив в покое Землю, ушёл к Сатурну для защиты Энцелада и Титана. Флот Тохиля занимался "выжиганием", планомерно уничтожая обитаемые территории. Гедимину от этого занятия было тошно, но его никто не спрашивал.
  - Гедимин Кет, к отчёту, - напомнил о себе Стивен. - В капитанскую рубку.
  Часовые отсалютовали ему соплами ракетомётов - как сказал Линкен, это означало особую честь. Гедимин вскинул руку в ответ. Стивен, увидев его, широко улыбнулся и указал на кресло рядом с трёхмерной картой.
  - Ну что с реакторами? Дойдём до базы? - спросил он, положив перед Гедимином контейнер с перцовкой. Сармат мигнул. Насколько он знал, сам Стивен к "мартышечьей еде" не прикасался.
  - Можно сделать ещё рейд, - сказал он. - Я же говорил - если давать реакторам отдых, всё будет работать.
  Стивен рассеянно кивнул, подставляя ладонь под трёхмерную голограмму Цереры и щелчком раскручивая её вокруг невидимой оси.
  - Боеприпасы на исходе, - сказал он. - Даже камни. Столько снарядов зря тратится на мартышечьи заграждения...
  Он с сожалением покачал головой.
  - Что мы сделали? - спросил Гедимин, глядя на карту. Стивен остановил вращение планеты и провёл пальцем по вмятинам на поверхности.
  - Здесь пробили заграждение и снесли пару ретрансляторов. Тут была площадка под сканеры-разведчики. Тут, снизу, - туннель или скважина. Мелочи, не стоящие боеприпасов. А вот четыре сбитых спрингера...
  Он ухмыльнулся.
  Цереру на карте сменил Юпитер. Стивен приближал его, пока на фоне планеты-гиганта не проступили россыпи спутников.
  - Идём на Гималию, - сказал он, повернувшись к Гедимину. - Большой ремонт нам не нужен, обойдёмся их помощью.
  ...Крейсер лёг в тесный гималийский док, и сразу же поверхность планеты затянуло маскировочным полем. "Феникс" не первый раз заходил на эту базу, но ещё ни разу Гедимин не выглядывал наружу, хотя ему хотелось посмотреть на Юпитер, сияющий ярче солнца; выходы были под строжайшим запретом - в последнее время это распространялось на все базы, кроме разве что земных. Сарматы, едва сойдя с корабля, направились к ближайшему шлюзу, торопясь выйти "на воздух" и снять шлемы. Гедимин пошёл за ними.
  Гималийская база изнутри мало чем отличалась от фебианской - потолки здесь были такие же низкие, коридоры - тесные, разве что освещения прибавилось, а температура внутри доходила до плюс десяти. Гедимин снял шлем и убрал с груди часть пластин. Он давно привык к прохладе, кожа стала синеватой, как у выходцев с Марса, серый оттенок "ядерного загара" понемногу сглаживался, и тем ярче проступали тёмно-серые рубцы радиационных ожогов. Он зашёл в душевую - здесь, на Гималии, жидкая вода была каждый день, и сарматы купались без скафандров. Ощущение прохладной воды на коже по-прежнему было приятным; Гедимин задержался бы там надолго, если бы не подпирающая очередь. Проходя вдоль неё, сармат высматривал краснокожих венерианцев - но то ли купальни на Гималии для них были слишком холодными, то ли от постоянной жизни на холодных базах красная кожа снова побелела.
  Вдоль стен столовой стояли стапели, заполненные экзоскелетами и тяжёлыми скафандрами, - здесь было плюс двадцать, и многие рискнули снять броню. Общего зала на Гималии не было - под столовую отвели несколько отсеков, соединённых коридорами, и сняли все двери. До того, как на Гималию перенесли базу космофлота, здесь были ещё и столы, но сейчас для экономии места их заменили тесно составленными скамьями, и всё равно найти, где сесть, было непросто.
   Гедимин нашёл свободное место в дальнем углу, напротив стены, на которую проецировалась голографическая карта. Машинально пересчитав уцелевшие сарматские базы, он вскрыл контейнер с водой и сделал большой глоток. Хотелось бы поесть в тишине, но без шлема трудновато было затыкать уши...
  - Обыкновенный флиппер, - рассказывал, угрюмо щурясь, незнакомый сармат с тёмно-синей кожей. - Пролез под поле - и на космодром. Два крейсера готовились к взлёту, в это время туда никто в здравом уме не сунется. А она влезла прямо между ними. Её сбили - выцелили с вышки, а что проку, если бомба уже сработала...
  - Два крейсера? Одной бомбой? - его сосед недоверчиво хмыкнул.
  - Что-то вроде нашего "Теггара", - кивнул сармат. - Тоже на ирренции. А крейсера на взлёте без полей... Две лепёшки и кратер на весь космодром. Пол-Утгарда в развалинах.
  - Sa hasu, - поморщился второй. - "Макаки" совсем взбесились.
  Гедимин мигнул. "Два крейсера, полгорода, ядерная бомба... Такой диверсией даже Лиск гордился бы."
  - Я же говорю - выжигать надо метр за метром, - мрачно сказал первый. - Чтобы ни одна крыса не ускользнула. Развели повстанцев, плюнуть некуда...
  Он повернулся к Гедимину и, увидев что-то за его спиной, резко поднялся с места. За ним встали ещё трое. Они отсели на несколько метров. Гедимин удивлённо мигнул, но на его плече уже лежала чужая рука.
  - Вот ты где, - сказал Стивен. - Нашёл с кем сидеть! Тут одни техники. Идём, сядешь с нами.
  - Ты слышал о диверсии в Утгарде? - спросил Гедимин, пробираясь вслед за ним в другой угол помещения. Там собралась компания в сине-красных скафандрах; Стивену и Гедимину оставили место.
  - Повстанцы, - угрюмо кивнул командир. - Плодятся, как крысы. Куда смотрит охрана? Расстрелять бы каждого второго, мигом все щели заделали бы...
  Едва он сел, рядом со скамьёй появился ещё один вице-адмирал. Все подвинулись. Гедимин хотел встать - неподалёку освободилось место - но Стивен удержал его.
  - Tza atesqa! - он вскинул руку в приветственном жесте. Пришелец кивнул и сел рядом с ним.
  - Адмирал Ашшур погиб, - сообщил он.
  Гедимин не знал Ашшура, а из того, что о нём слышал, понял, что таких сарматов лучше не знать; но сейчас у него заныло под рёбрами. "Третий," - подумал он, вспомнив остановившийся взгляд Оркуса и скорчившегося у стены Гарпага, превращающегося в ком слизи. "Не нравится мне это..."
  - Что было? - спросил один из сарматов, выждав пару минут.
  - У него был хороший корабль, - заметил другой. - Лучшие пилоты. Жаль.
  - Корабль цел, - отозвался пришелец, подняв на сарматов помрачневший взгляд. - Убили только его. Прямо на космодроме "Морсего". Сошёл на землю, снял шлем и упал. Выстрел в голову.
  Он прикоснулся к правому виску. Сарматы ошеломлённо переглянулись.
  - Стрелка нашли? - спросил Стивен.
  - Ушёл, - так же угрюмо ответил пришелец. - Видела вся база. Красно-белый экзоскелет - "Тилацин" довоенного выпуска. Стреляли все, подняли флот... Красно-белый спрингер снял его с крыши, сбил два перехватчика и сгинул. Там ещё записка осталась - на крыше, где он сидел. Как его туда пропустили?!
  - "Морсего"? База Ассархаддона? Он там что, мутировал?! - Стивен возмущённо фыркнул. Один из соседей покачал головой.
  - Ассархаддона там давно нет. Сидит Масанг Юнь... какой из него командир?!
  "Тоже хорошая диверсия," - отстранённо думал Гедимин. "Экзоскелет, корабль, одна раскраска... Такой армии я не знаю. Какой-то диверсионный отряд..."
  - Что было в записке? - спросил он, тронув за руку замолчавшего сармата. Тот вздрогнул. Все взгляды сошлись на Гедимине.
  - Я не читал, - буркнул сармат. - Что-то вроде - мы не хотим вас убивать, но если вы убиваете нашу планету, мы ответим. И подпись - Джон Винстон.
  - Обнаглели вкрай, - пробормотал один из капитанов, угрюмо щурясь. - И главное - им дали уйти...
  - Винстон, - заговорил другой, до сих пор молчавший. - Слышал, как же. Тот самый, кто разгромил лагерь в Чабонге?
  Сарматы переглянулись. Один, вспомнив что-то, кивнул.
  - Винстон, сорвавший налёт на Альбукерке? Его до сих пор не придавили? Маркус дождётся - пристрелят на трапе...
  "Джон Винстон?" - Гедимин повторил имя про себя и вздрогнул. Это воспоминание всплыло с самого дна, - АЭС в Нью-Кетцале, старые книги в руке, бьющаяся о дверь модель "Раптора", вся в царапинах и сколах, с засорённым мотором...
  - "Немезида", - услышал он, вынырнув со дна памяти. - Маркус объявил награду тому, кто укажет на её стоянку. Если это "макака" - пообещал сохранить жизнь и указчику, и всей семье. И отдельная награда за каждого из экипажа. За Винстона - обещал повысить в звании.
  Стивен презрительно фыркнул.
  - За каждого повстанца повышать в звании? Крейсеров не напасёшься.
  - За особо наглых - не повредит, - качнул головой его сосед. - "Немезиду" надо бы прихлопнуть.
  - После смерти Ашшура все планеты просветят насквозь, но этих мартышек найдут, - убеждённо сказал другой. - Вместе с кораблём - под антиграв, и с прямой трансляцией, чтоб другим неповадно было...
  "Вы убиваете нашу планету," - вспомнил Гедимин и едва заметно усмехнулся. "У меня нет планеты. Но за мою станцию "макаки" ответили. С крейсером удобно мстить. С флиппером - сложнее."
  
  01 января 31 года. Солнечная система, орбита Сатурна
  "Вот тебе и смена дат. Знал же - как заговорят про великую расу, жди проблем," - думал Гедимин, сердито глядя на мониторы. Крейсер выходил из портала в полусотне "лун" от Сатурна, вдали от всех планет. Он максимально замедлился в чужой галактике и сейчас продолжал тормозить, маневрируя гравитационными конусами. Два "Циклопа" скользили рядом с ним, стараясь не загораживать радары.
  - Ну что у нас, смена дат? - донеслось из отсека управления. - А где поздравительная речь?
  - Тебе не хватает светлого лика Маркуса Хойда? - усмехнулся кто-то из пилотов - общая связь соединяла весь корабль, и неосторожная фраза Сайджина разнеслась повсюду. - Хочешь, я скажу что-нибудь о величии нашей расы?
  - Или атомщик прочитает нам лекцию по ядерной физике, - уныло отозвался Йенью. - Я вот даже не знаю, что хуже...
  Гедимин сердито сощурился.
  - Atzesh saja! - послышалось из капитанской рубки. - Всем молчать! Следить за космосом! Ждать барк!
  Гедимин посмотрел на сигма-карту. Два "Циклопа" он видел, барк, идущий с Фебы с грузом ядерных боеголовок, - нет.
  - Глупо таскать бомбы через весь космос, - пробормотал он, щёлкнув коммутатором - теперь, по идее, никто, кроме Йенью и Сайджина, не должен был его услышать. - Цех строится элементарно. Почему не построить на Гималии?
  - Потому что командир базы не хочет взорваться, - отозвался Стивен. - Что ещё у тебя там? Предложишь засунуть бомбы в "Феникс"?
  Гедимин мигнул.
  - Что не так? - спросил он. - С грузом мы давно дошли бы до Гималии. А тут нужно ждать барк. Сколько он уже ползёт?
  Сигма-карта "молчала". Видимо, ничего нового не было и на сканерах в отсеке управления и капитанской рубке, - Стивен только фыркнул в коммутатор и отключился.
  - Sata! - отозвался внезапно кто-то из связистов. - Сигнал тревоги! Капсула в вакууме!
  - Самое время... - пробормотал Стивен, но продолжать не стал. - Направление?
  Услышав направление, Гедимин вздрогнул и посмотрел на сигма-карту внимательнее. Капсула дрейфовала там, где должен был четверть часа назад появиться барк с боеголовками. Теперь её видел и реакторщик - от неё карта шла рябью.
  По крейсеру разнеслись команды, и минуту спустя с приоткрывшейся палубы стартовали два "Ицмитля". Гедимин видел, как они летят, стыкуются с капсулой и несут её обратно. Едва палуба закрылась, он услышал вопль:
  - Jasqa!!!
  ...Реактор пульсировал после "прыжка", медленно успокаиваясь. Капитанская рубка молчала. Гедимин посмотрел на карту - никаких барков на ней по-прежнему не было.
  - Что произошло? - спросил он в коммутатор. Несколько секунд в наушниках шипело, затем Стивен отозвался:
  - Барк у повстанцев.
  ...В медотсеке было тесно - туда набились любопытствующие, и в первых рядах был сам капитан, - медикам оставалось только сердито щуриться.
  Сарматов, извлечённых из спасательной капсулы, было двое; пилотов барка в них узнали ещё в открытом космосе, при стыковке, сейчас их пытались допросить, но это было сложно. Оглушённые (разрядом станнера, как сказали медики) пилоты шевелились неохотно и говорили мало.
  - В капсуле было два баллона с кислородом, - вполголоса сказал Гедимину один из филков, перехвативших капсулу в космосе; если бы Гедимин не прикрывал его бронированной спиной, филка давно вытолкали бы из отсека, так что он информацией делился охотно. - И один паёк. И ни одной мины. Даже странно.
  Гедимин хмыкнул.
  - А на жучки проверили?
  - Нашли пару штук, - прошептал филк. - Пусть ищут нас в Вендане!
  - Красно-белые, - прохрипел, приподнявшись на матрасе, пилот; его взгляд был мутным, расфокусированным и слегка напуганным. - "Тилацин", "коза" и два пехотных.
  - Красно-белые экзоскелеты? - переспросил Стивен, взяв сармата за плечо. - Их корабль ты видел?
  Пилот мотнул головой.
  - Он сказал... - сармат болезненно сощурился, вспоминая. - "Спасибо за бомбы, Земной Союз вас не забудет. Маркусу передайте привет от Джона Винстона и корабля "Немезида". Приятного полёта!" А потом...
  Он прижал ладонь к виску и поморщился.
  - Винсссстон! - выдохнул Стивен, разворачиваясь к помощникам. - Has-sulesh! Эта "макака" посмела...
  - Эй! Вы все тут долго будете торчать? - не выдержал медик. - Так хоть бы стояли тихо!
  Стивен посмотрел на него, поднял руку и жестом приказал всем выйти из отсека. Гедимин, покидая помещение, услышал облегчённый вздох - и медики, и приходящие в себя пилоты были рады покою.
  ...Стивен мерил шагами каюту. Гедимин сидел у трёхмерной карты и качал на ладони изображение Гималии.
  - Сдам под расстрел, - выдохнул Стивен, в очередной раз повернувшись на пятках. - Два куска слизи! Отдали корабль, груз, скафандры...
  - А что им было делать без оружия? - пожал плечами Гедимин. - Хочешь, чтобы дрались до последнего? Не пускай штрафников за штурвал.
  Стивен поморщился.
  - Никто в своём уме не поведёт барк с бомбами! Ну да, их заставили. Но отдать груз, корабль, даже передатчики...
  Гедимин подбросил Гималию на ладони. "А ведь бомбы эти где-то всплывут," - думал он, угрюмо щурясь. "И очень скоро. Надо было везти их на крейсере."
  - У Винстона звездолёт, - снова повернулся к Гедимину Стивен. - Маленький мощный спрингер. Значит - новые двигатели. Где он их взял?!
  - Трофеи, - предположил Гедимин. - Или свои ЛИЭГи, из Лос-Аламоса.
  Стивен скрипнул зубами.
  - ЛИЭГи... А реактор не хочешь?! Могут они построить такой же реактор? Такой же крейсер?
  Гедимин пожал плечами.
  - Если есть ирренций и ипрон - рано или поздно построят. Ирренция мы накидали много. Ипроном засыпан весь космос.
  - Мать твоя колба, - пробормотал Стивен, глядя на него. - Мы упустили полный барк боеголовок! Того гляди, они крейсер захватят. Сдашь им свои реакторы, теск? Тебе же всё равно, верно?
  - Что ты ко мне пристал? - Гедимин поднял взгляд на командира и поморщился. - Взорви эту "Немезиду". Расстреляй экипаж. Я - кочегар. Чего от меня-то надо?!
  
  13 января 31 года. Гималия, временная база атомного космофлота
  - Да-а, атомщик, это вы блеснули, - покачал головой Хольгер. - Сняли погоны, говоришь? Ну, могли бы и расстрелять. Ассархаддон, например, жалеть не стал бы.
  Стивен, развернувшийся было к нему, встретился взглядом с Гедимином и, сделав вид, что никого не заметил, пошёл дальше. В столовой было много свободных мест - большая часть кораблей ушла в рейды, на ремонте остались немногие.
  - А с меня не сняли, - Гедимин провёл пальцем по тройной полоске на плече.
  - А ты тут ни при чём, - сказал Хольгер. - Не ты проворонил барк с бомбами. Ты свои обязанности выполнил - реакторы в порядке, корабль на ходу. А вот Стивен...
  Командиры кораблей снова собрались у дальней стены, но Стивена среди них не было - он держался особняком, в другом углу, и Гедимина к себе не звал.
  - Я боюсь, что бомбы всплывут, - мрачно сказал реакторщик, разглядывая свою ладонь. Кожа ещё помнила тепло ирренция и внезапный жар бруска, добавленного в штабель на грани критической массы.
  - Целый барк ирренция... - он тяжело вздохнул.
  - Распоряжение - прикрывать крейсера полями перед взлётом, - послышалось откуда-то сбоку. - Ну да, после утгардской диверсии. В Коците очень пригодилось. Отделались мятой обшивкой и неделей ремонта. А без полей там и взорвались бы. Целый "Теггар" под брюхом...
  Гедимин, вздрогнув, поднялся на ноги и шагнул на звук. Незнакомый сармат подался назад, прикрывая голову шлемом.
  - Ты чего?
  - Тихо, - Гедимин показал пустые ладони. - Я услышал про "Теггар"... Что было в Коците? Ещё одна диверсия?
  - А, ты не слышал, - сармат облегчённо вздохнул. Его сосед, уже перехвативший двуручный бластер за сопло, медленно вернул его в поясные крепления и сел, подозрительно глядя на Гедимина. Окружающие притихли.
  - Да, откуда-то набежала стая "макак", - сармат, рассказывавший о диверсии, поморщился. - Привязали бомбы к миниглайдам и забросили под полевые стены. Сработало, конечно, вполсилы, но генераторы снесло. И взлетающий крейсер зацепило. Но он сел, и пару "макак" успели подбить.
  - И два часа держали город против их бомбардировщиков, - закончил за него другой сармат. - Видимо, предупредили своих о диверсии. Слетелись со всей Австралии. Мало Кунмагур их бомбил...
  Гедимин посмотрел на карту. Коцит был на месте - багровое пятно на южном полюсе Земли. Утгард, хоть и пострадал от диверсии, всё ещё удерживал Гренландию на стыке зон влияния Западного и Восточного блоков.
  - Понятно, - сказал он, возвращаясь на скамью. - Бомбы всплыли. Хорошо, что "Та-сунгаров" на борту не было.
  Хольгер положил руку ему на плечо.
  - Не переживай, атомщик. Девяносто девять процентов груза наверняка ушло к армии. Повстанцам достались крохи. Нас уже бомбили и плутонием, и ирренцием. Ну, упадёт ещё полсотни "Гельтов"...
  - Надо было уводить базы в Вендану, - сказал Гедимин, глядя на чёрные пятна, покрывающие большую часть карты. - Или в пояс Койпера. Только не оставлять на Земле. Здесь мы долго не продержимся.
  
  17 февраля 31 года. Орбита Марса - галактика Вендана
  - Jasqa!
  Последние снаряды крейсер пустил за корму, в проём закрывающегося портала. Одинокая мина взорвалась, едва пройдя створ, и на секунду затянула часть сигма-карты белесой плёнкой. И Деймос, и сам Марс остались на той стороне вместе с немалой частью флота Земного Союза; атака на Агарту в очередной раз захлебнулась, и Гедимин думал, глядя на мигающие мониторы, что крейсеру ещё повезло уйти без лишних пробоин.
  - Sata! - раздался в наушниках механический голос. Под потолком мигнул красный светодиод. Гедимин удивлённо покосился на передатчик - экран заслонил символ кислородной тревоги. Сармат отстегнулся от кресла, взял запасные баллоны и, встроив их в скафандр, спросил в коммутатор:
  - Что с кислородом? Обшивка пробита?
  - Субстрат исчерпан, - отозвался Стивен из капитанской рубки.
  "Да, верно. Две недели в рейдах," - кивнул Гедимин невидимому собеседнику. "Пора ему исчерпаться."
  - Идём на Гималию? - деловито спросил он, возвращаясь в кресло. Реакторы ещё пульсировали, но плавно, по убывающей, - можно было рискнуть и ещё раз вывести их в режим Прожига.
  - Не пустят. Доки забиты, - уныло ответил Стивен. - Tzaat hasulesh!.. Можешь найти в Вендане большой астероид?
  Гедимин мигнул.
  - Дай минуту, прикину параметры.
  - Считай, - без вопросов согласился Стивен. - Выйдем над Фобосом, сделаем два-три залпа и прыгнем к астероиду.
  - К Фобосу не пустят, - сдержанно напомнил Гедимин. - Пятый день бьёмся.
  - Делай, что сказано, - Стивен с присвистом выдохнул, но гаркать не стал, а попросил практически вежливо. Гедимин ухмыльнулся. Хотя погоны вице-адмирала Стивен носил недолго, после их потери хуже относиться к реакторщику он не стал - по-прежнему делился информацией, давал объяснения и приглашал в рубку в свободные часы...
  ...Крейсер снова выпал в безопасный вакуум чужой галактики. Спрингер - чей именно, Гедимин не рассмотрел - сунулся за ним, но портал уже сузился и зажал нос корабля. Сармат вспомнил, как защемило однажды его руку в пространственной дыре, и злорадно усмехнулся. Последняя ракета взорвалась у правого борта, снесла защитные поля и, судя по слабой встряске, поцарапала обшивку. Гедимин сбросил аварийные стержни и задумчиво посмотрел на монитор. "Год назад нейтронов было бы больше," - отметил он про себя. "И "прыжки" проходят спокойнее. Привыкли, наверное..."
  - Atza teru! - раздалось в наушниках. - Tza tatzqa hetatza!
  Крейсер заходил на посадку на астероид, не влезающий целиком в сигма-карту. Гедимин расширил её и хмыкнул - планета попалась даже слишком крупная - полсотни километров в поперечнике, двуслойная, с ледяной корой и силикатным ядром. В десятке "лун" от неё находилась ещё одна, поменьше, в промежутке - штуки четыре крошечных обломков, - крейсер вошёл в астероидный пояс неизвестной звезды. Сигма-сканеры на бортах "Феникса" считывали и её спектр - это был красный гигант, судя по размерам, поглотивший немалую часть своей системы. "Значит, мы в местном поясе Койпера," - заключил Гедимин, убирая руки с пульта, - при посадке не миновать было встряски из-за переключения гравикомпенсаторов. "Удачный астероид. Кислород, вода, камни для гравитронов..."
  - Hetatza! - объявил Стивен и добавил через несколько минут, когда реакторщик отстегнулся от кресла и собрался пройтись по палубе и посмотреть на чужую планету:
  - Гедимин Кет, к отчёту.
  - Можно выйти на поверхность? - спросил сармат, не обращая внимания на смешки в наушниках - переговоры с капитаном слышал весь крейсер, и несколько шуток насчёт дружелюбия Стивена уже были отпущены. - Надо осмотреться.
  - Не надо, - отозвался капитан. - Ещё потеряешься.
  По коридорам разносились голоса, топот стальных "лап" тяжёлых экзоскелетов и гул моторов, - на астероид высаживался десант с бурильным оборудованием. Гедимин обошёл открывающийся трюм, из которого поднимали модифицированный "Фенрир", приспособленный для добычи руды. Сармат внимательно осмотрел экзоскелет снаружи и не отказался бы забраться внутрь и опробовать его в деле, но Стивен снова его окликнул, и Гедимин нехотя пошёл к капитанской рубке.
  - Мы тут на двенадцать часов, - сказал командир, повернувшись к реакторщику. На трёхмерной карте перед ним неподвижно повис увеличенный Марс. Вокруг него следовали по своим орбитам Деймос и Фобос, поверх них краснели штрихи сталкивающихся флотов.
  - Возможно, дольше, - продолжал Стивен, уступив Гедимину место у карты и пройдя вдоль стола - сперва в одну сторону, потом в другую. - Какое-то время Марс будут отбивать без нас. Как думаешь, отобьют?
  Гедимин качнул головой.
  - Вот и я думаю так же, - вздохнул Стивен, смахивая миниатюрный Марс с трёхмерной карты. - Не отобьём. Флот разделён... "Макаки" гоняют нас, как крыс!
  Гедимин молча смотрел на экраны, растянутые вдоль стен. В капитанской рубке стоял проектор, и Стивен мог видеть, что происходит вокруг, - и в сигма-спектре, и в видимом излучении. Сейчас на одном из экранов четыре модифицированных "Фенрира" дробили лёд и сгребали его на погрузчик. Работа шла быстро - за считанные минуты они пробили в ледяной коре астероида пятиметровый кратер, дошли до силикатных слоёв и разделились - двое продолжили крошить лёд, двое занялись вырубкой каменных снарядов. Вдали светило красное солнце - некрупный шарик, меньше, чем Фобос на трёхмерной карте Марса...
  - Не можем высадиться на своей же базе! - Стивен скрипнул зубами. - И ещё этот Винстон... Гедимин, ты же умный, - как изловить гребучую "макаку"?
  Сармат растерянно мигнул.
  - Понятия не имею. Что он тебе дался?
  - Будь у меня три корабля, а не один, мы бы к Фобосу пробились, - уверенно сказал Стивен. - Будь все те ракеты у нас, а не... Hasu!
  Он грохнул кулаком по опоре проектора. Карта зарябила.
  - Попадись мне этот Винстон... Ты слышал? Повысят в звании того, кто его изловит! Маркус лично пообещал.
  Он выразительно посмотрел на Гедимина. Тот пожал плечами.
  - Лови, если надо. Моё дело - реактор... Что это?
  В чёрном небе над астероидом двигалось какое-то красноватое пятнышко. Оно слегка напоминало комету - за ним тянулся шлейф, почему-то разделённый на четыре хвоста. Гедимин бы вовсе не обратил на него внимания, если бы оно не вильнуло, резко меняя направление, и не начало расти.
  - Sata! - крикнул Стивен. - Объект на тридцать градусов к зениту. Доложить обстановку!
  - Объект приближается, - послышался под потолком удивлённый голос. - Маскировка!
  Изображение на экране зарябило, скрываясь под пятнистым пологом. На поверхность астероида он был не очень похож, но и сарматы из-под него не высовывались - как, предположительно, и крейсер. Один из мониторов почернел, и на нём появился приближенный "объект". Он снова сменил направление, развернувшись к астероиду боком, хвостами к ближайшей звезде. Теперь уже ясно было, что это не комета. Его ядром был астероид помельче, щедро изрытый кратерами. Всю его поверхность покрывали странные парусовидные выросты, расставленные по спирали и окрашенные в тёмно-бордовый, с ярко-белыми ветвящимися прожилками. Поверх них была наброшена причудливая светло-розовая сетка, прорастающая насквозь и непрерывно шевелящаяся. Из кратеров, закрывая их почти до краёв, торчали приплюснутые объекты, покрытые зелёными кольцами разных оттенков. Один из них заметно отличался от остальных - он шевелился, постепенно меняя форму и вытягивая заостряющийся конец в сторону крейсера.
  - Te"ek dasaja?! - выдохнул потрясённый Стивен. - Atza duu! Tza tatzqa tzagund!
  - Стой! - Гедимин, резко выпрямившись, схватил его за плечо. - Погоди стрелять.
  Стивен, стряхнув его руку, уставился на сармата сузившимися глазами.
  - Что "погоди"?! У них там торпеды!
  - Это непохоже на торпе... - начал было Гедимин, но тут же прикусил язык. Кольчатый объект отделился от "кометы" и, выплюнув реактивную струю, помчался к астероиду. "Комета" плыла дальше, слабо шевеля парусовидными выростами; чем дальше она отходила от звезды, тем шире они раскрывались, и тем сильнее вытягивались газовые хвосты.
  - Safauw! - крикнул Стивен. Экран затянуло пеленой защитных полей. Гедимин ждал взрыва, встряски, но ничего не последовало. "Торпеда" врезалась в астероид в паре сотен метров от корабля, подняв облачко ледяной пыли. Сарматы растерянно переглянулись.
  - Ждать, - скомандовал Стивен. - Не приближаться. Выслать дрон!
  - В нас не стреляли, - пробормотал Гедимин, глядя вслед "комете". "В Вендане видели такие штуки," - запоздало вспомнил он. "И они избегали наших кораблей. Астероидная форма жизни..."
  Спустя три минуты напряжённого ожидания с монитора исчезло чёрное небо с красноватой точкой на краю. Дрон повис над местом падения "торпеды". Её кольчатый корпус раскололся, и из него медленно вытекало что-то вязкое, обволакивая обломки тёмно-зелёной массой и расползаясь вокруг тонкими чёрными нитями. Остатки "торпеды" исчезли под шевелящейся жижей, и она растеклась в стороны, превратившись в огромную лепёшку с неровными краями. Сначала Гедимину показалось, что на поверхность поднимаются белесые пузыри, но через пару секунд он понял, что это плотные структуры, похожие на чешуи. Они постепенно всплывали, покрывая застывшую массу, пока она не исчезла под белой коркой, очень похожей на астероидный лёд.
  Монитор пискнул. Половину экрана по-прежнему занимало изображение, на другую дрон вывел данные сканирования - срез "лепёшки" на метр в глубину. Верхняя часть объекта оставалась плоской и неподвижной, зато снизу жижа клокотала, постепенно расшатывая ледяные кристаллы и втискиваясь между ними. Под застывшей "лужей" на полметра протянулись тонкие "корни". Там, где жиже удавалось проделать выемку, формировались шары, покрытые белой коркой, с торчащими во все стороны волосками. Они, выпустив множество отростков, впились в лёд и застыли.
  Только через четверть часа Гедимину удалось отвести взгляд от окончательно замершей жижи. Он шумно выдохнул и ухмыльнулся.
  - Терраформирование, - пробормотал он, глядя на Стивена. - Оно высадилось тут. Теперь покроет весь астероид и приделает ему паруса... Надо взять пробы!
  - Safauw! - рявкнул в коммутатор Стивен. - Не подходить, не прикасаться, держать на прицеле, отслеживать рост! Шахтёрам - уйти под прикрытие крейсера!
  В наушниках послышалось недовольное ворчание. Погрузчик, только что вернувшийся с корабля, быстро завалили льдом и погнали обратно. Экзоскелетчики, выбравшись из котлована, побрели к корме крейсера - обходить корабль следовало там, на максимальном удалении от упавшей "торпеды".
  Стивен смотрел на сканируемый участок льда, проросший чёрными нитями, и недобро щурился.
  - Свет на объект! - приказал он оператору дрона. Яркий белый луч коснулся застывшей жижи. Сначала ничего не происходило; затем Гедимин увидел, как серые чешуи медленно темнеют.
  - Добыча энергии, - усмехнулся он. - Видишь? Оно поглощает фотоны.
  - Выжечь мерзостную слизь... - процедил сквозь зубы Стивен и вдохнул поглубже, чтобы команда вышла громче, но Гедимин схватил его за плечо и крепко встряхнул.
  - Пусть лежит. Тебя оно не трогает. Не лезь!
  "Взять бы пробы..." - Гедимин завороженно следил за ростом "корней". Он замедлился - видимо, странная форма жизни истратила запас вещества, привезённого с "корабля-матки" - но не остановился, - из астероида удалось что-то добыть. На толстых нитях проклёвывались "почки", выпускающие тоненькие волокна. Они ощупывали лёд, пока не находили слабое место - и тогда резким рывком ввинчивались между кристаллами, расшатывая "скалу". Во льду были вкрапления углеродсодержащей пыли; существо заметно оживлялось, натыкаясь на них, и оплетало каждое найденное скопление множеством тонких корней. "Оно способно к фотосинтезу. Даже здесь, в поясе Койпера. Если бы вывезти его на Марс..."
  - Там минус двести, - прошептал он. - А эта штука жива и растёт. Вот бы узнать, как она устроена... Ассархаддон бы за такой образец...
  Стивен с неожиданной силой схватил его за плечи и швырнул в кресло.
  - Safauw! - повторил он в коммутатор. - Биологическая опасность! При пересечении красной черты - открыть огонь!
  Красная световая черта протянулась по льду в пятидесяти метрах от крейсера. Никого из сарматов по эту сторону уже не осталось. В пустом котловане темнела изрезанная поверхность силикатной скалы, присыпанная ледяным крошевом. Существо медленно росло, извлекая изо льда углерод и прокладывая себе путь к кремнийсодержащему ядру.
  - Стивен, - Гедимин повернулся к капитану. - Выпусти меня. Я возьму образец. Он полежит в реакторном и никому не навредит. Вернёмся - передадим Ассархаддону. Это очень важно. Ты знаешь, где Ассархаддон?
  - Сиди здесь, - процедил Стивен, крепко взяв его за плечо. - Будешь тут, у меня на виду. Никто не притащит эту заразу на корабль. Ты понял?
  Гедимин удивлённо мигнул. Глаза Стивена потемнели и сузились - что-то сильно напугало его и даже разозлило.
  - Думаешь, оно может съесть крейсер?
  - Сиди здесь, - повторил Стивен, разворачиваясь к монитору. Существу было ещё очень далеко до красной черты - оно уходило в глубину, оставив на поверхности фотосинтезирующие экраны. "Живое и деятельное в минус двести," - думал Гедимин, глядя на потемневшие чешуи; дрон отключил прожектор, и они снова посветлели. "И на корабле ни одного биолога. Узнаешь тут что-то новое!"
  ...Когда они взлетали - через шесть часов, с полным грузом субстрата для кислородных станций, запасами воды и батареями каменных снарядов в трюмах - первые "корни" странного существа дотянулись до силикатного ядра, и живая масса, будто этого и ждала, направленным усилием втиснула себя в проложенные ходы, равномерно растянувшись от ядра до поверхности. Образовавшиеся во льду пустоты немедленно заполнились растопыренными и свёрнутыми в спираль волокнами. Гедимин неохотно отвёл взгляд от монитора и, понукаемый Стивеном, пошёл в реакторный отсек.
  - Взлетайте на "крыльях", - тихо попросил он Сайджина и Йенью. - Антиграв его раздавит.
  - Далась тебе эта тварь! - отозвался Сайджин. - Ладно, не тронем. Но вот я - я бы предпочёл астероиды без зелёных клякс. Так вот сядешь, а тебя сожрут и переварят.
  ...Вокруг снова взрывались ракеты, сотрясая корабль и заставляя реакторы плеваться нейтронами. Гедимин смотрел на мониторы и задумчиво улыбался. "Когда-нибудь я узнаю, что это за существо. И кто запускает эти астероидные корабли. Будет удобно вместе осваивать галактику."
  
  19 февраля 31 года. Солнечная система
  - Tza jasqa! - крикнул Стивен; в его голосе слышался нескрываемый страх.
  - Ya"at jasu! - отозвался Гедимин, недобро щурясь на полуразобранную сборку. Этого и следовало ожидать по итогам возни на марсианской орбите, - на двадцатом по счёту Прожиге правый реактор разгорелся так, что весь запас ипрона не смог его заглушить. Остановить левый удалось - он сейчас остывал под полным набором управляющих и аварийных стержней; правый горел белым огнём, и от белесых и зелёных вспышек у Гедимина рябило в глазах.
  По кораблю разносились отрывистые команды - "Феникс" уходил от австралийского ракетоносца, отстреливаясь из всех орудий. "Сбить с хвоста" два тяжёлых бомбардировщика, присоединившихся было к погоне, удалось удачным запуском двух "Гельтов"; "Гельты" были на исходе, "Теггары" закончились ещё над Марсом, булыжники из гравитронов бесполезно разбивались о щиты противника. Пора было "нырять" в портал - но реактор пульсировал, пытаясь то ли расплавиться, то ли взорваться, и Гедимин стоял посреди активной зоны, капал плавящейся бронёй на палубу и пытался понять, что ещё надо вытащить из реактора, чтобы реакция прекратилась. Руки жгло, глаза слезились, за спиной уже скопилось четыре твэла, кое-как разделённых защитным полем и ипроновыми пластинами; реактор пульсировал и останавливаться не собирался.
  - Tza jasqa! - рявкнул в наушниках Стивен, но его крик заглушили радостные вопли из отсека управления. Гедимин хотел спросить, в чём дело, но твэл перед его лицом мигнул зеленью и побелел сверху донизу.
  - Hasu! - выругался он вслух, хватаясь за хвостовик. Он хотел выдернуть твэл из сборки, но палуба качнулась от очередного удара в борт, и сармат, потеряв равновесие, проехался по стержням пятернёй. Оболочка стержня лопнула, ирренций посыпался на палубу, на лету вспыхивая зеленью. Гедимин, оцепенев, следил за тем, как топливные таблетки летят, падают и катятся в разные стороны, - "Сейчас рванёт..."
  Писк дозиметра внезапно затих. Покосившись на запястье, Гедимин увидел побелевший экран и погасший красный светодиод - интенсивность излучения упала так резко, что сармат не успел это заметить. Он перевёл взгляд на хвостовик и остатки пустой оболочки, - стержень перестал существовать, высыпавшийся из него ирренций вышел из реакции, и этого было достаточно, чтобы её погасить. Сармат тяжело вздохнул и опустился на палубу. "Вернёмся - сдам в топливный цех..."
  Кое-как смыв с себя ирренциевую пыль, он подошёл к щиту управления. Оба реактора были остановлены; сигма-излучение ещё пульсировало, но его колебания быстро затухали. Нейтронных вспышек больше не было - видимо, обстрел прекратился.
  - Atza teru! - Гедимин занял место перед мониторами, скользнул взглядом по клавишам Прожига. - Что снаружи?
  - Оторвались! - сообщил довольный Сайджин. - Идём к Сатурну.
  "Два с половиной дня своим ходом," - прикинул про себя Гедимин. "Идём полчаса... Скорее всего, в поясе астероидов. Если рядом нет мацодских станций - проскочим."
  - Реакторы трогать нельзя, - сообщил он капитану. - Часов пять на отдых, иначе - взрыв.
  - Sa hasu, - уныло отозвался Стивен. - Раньше никак?
  - Жить надоело? - сердито сощурился Гедимин. - Сказал же - взорвёмся!
  - Sa hasukemu, - вздохнул Стивен. - Застревать надо было в Вендане. Ладно, чинись.
  "И ни одного "заткнись и выполняй", и никто не тащит на расстрел," - ухмыльнулся Гедимин, раскладывая по палубе нестабильные твэлы и прощупывая оболочки дозиметром. "Всего-то было надо - две лишних полоски на каждом плече. Не понимаю я военных..."
  Крейсер шёл сквозь пояс астероидов, прикрывшись на всякий случай защитными полями. Ходили слухи, что кто-то влепился с разгону в каменную глыбу и раскроил кораблю нос, но Гедимин, глядя на подробную карту пояса, слабо в это верил. Всё, что в поперечнике достигало хотя бы метра, давно было обнаружено, и влепиться в это можно было только специально - а мелкие обломки на маршевой скорости разве что оцарапали бы лобовую броню. Её и делали с расчётом на столкновения на огромных скоростях, - снаряд из гравитрона летел куда быстрее крейсера, идущего к Сатурну...
  - Sata! - раздалось в наушниках. - Объект класса "hasu" идёт на сближение! Дистанция двадцать ноль восемь...
  - Tza tatzqa tzagund! - немедленно откликнулся Стивен. Гедимин мигнул. "Небольшой звездолёт? В поясе астероидов? Без сопровождения? Что он тут забыл?!"
  Он развернул сигма-карту. Объект быстро приближался - слишком медленно для идущего на маршевой скорости, но очень быстро для внезапно сменившего направление или вовсе стартовавшего с ближайшего астероида. Это был спрингер - судя по размерам, на ЛИЭГах, в лёгкой броне и плотном коконе защитного поля, аккуратный клиновидный корабль без гравитронов, но с бластерными и кинетическими турелями и каким-то подобием торпедного аппарата.
  - Tzagundu! - скомандовал Стивен. Гравитрон по правому борту дал залп. Гедимин видел летящий снаряд - и внезапно рыскнувший звездолёт, разминувшийся с ним на считанные метры. Сармат изумлённо мигнул.
  - Tza! - крикнул Стивен. - Safauw! "Немезида"!
  Гравитроны дали сдвоенный залп. Крейсер разворачивал орудия, и снаряды и пучки лучей летели к маленькому звездолёту, но ни один не достиг цели. "Немезида" уходила от них, едва качнувшись.
  - Tzajesh! - заорал Стивен, и Гедимин вздрогнул - капитан был всерьёз напуган. "Они идут к нам," - думал сармат, глядя на приближающийся спрингер. "Вот это, тридцать метров в длину, атакует крейсер?"
  Карта вспыхнула - раз, другой, третий, и в отсеке управления раздались проклятия. Один из гравитронов прекратил огонь. Гедимин изумлённо мигнул. "Сбили поле? С трёх залпов лёгкой кинетикой? Как?!"
  "Феникс" содрогнулся. Гедимин, мельком отметив слабую нейтронную вспышку по правому борту, снова перевёл взгляд на "Немезиду". Карта вокруг неё горела белым огнём - отдельные залпы сливались в неразличимый световой шквал, но спрингер шёл к "Фениксу", и его траектория прослеживалась чётко. "Идёт на реакторы," - понял Гедимин. "И с хорошими шансами - дойдёт."
  - Tzajesh! - скомандовал Стивен. Спрингер качнулся, на секунду встав на ребро, и тут же превратился в белый шар, - защитные поля предельно уплотнились. Гедимин мигнул. "Если они разминулись, взрыв его не зацепит. Это "Гельт", дойдёт только слабое излучение. Если бы мы попали, поля его не спасли бы... Hasu! Он прикрывается от лучей? Настолько слабая броня?"
  Поле, выгорая под излучением взорвавшегося "Гельта", утончилось до предела, Гедимин выкрутил на максимум настройки сканера - и на долю секунды успел прорваться к обшивке и изумлённо мигнул. У "Немезиды" не было ипроновой брони. Ключевые узлы прикрывали пластины из флии, на некоторых частях корпуса не было даже их, - "голый" корабль, чей экипаж как будто пропустил открытие ирренция.
  - Стивен! Жги лучами! У них нет защиты! Дай широкий пучок, узкими дожги поля! - крикнул Гедимин. Из капитанской рубки донеслись ругательства. За ответ их принять было трудно, но сармат и сам видел, почему совету последовать не удаётся, - ни один луч, широкий или узкий, не мог настигнуть "Немезиду". Она уворачивалась даже от залпов омикрон-бластеров, будто могла обогнать свет.
  - Дистанция ноль шесть! - донёсся из отсека управления панический вопль. "Немезида" выстрелила ещё раз, - три вспышки, сливаясь в одну, прокатились по карте, оставив в защитных полях крейсера заметную брешь. "Идёт к реакторам," - Гедимин недобро сузил глаза. "Броню им не пробить. Будут стыковаться. Перед стыковкой им придётся снять поля..."
  Он взглянул на сигма-карту в последний раз. "Немезида" летела, постепенно оттормаживаясь о гравитационное поле крейсера. "Двадцать один, двадцать два... Через две минуты будет здесь," - прикинул Гедимин. Сдвинутый рычажок, несколько прикосновений к пульту, - аварийные и управляющие стержни центральных сборок пошли вверх. "Шесть из восьми," - сармат покосился на схему краевых, "пульсирующих", - они остались нетронутыми. "Этого хватит."
  Отстегнувшись от кресла, он шагнул к стене и сдвинул защитный колпак. Все шесть спрятанных рычагов были намертво зафиксированы, чтобы никакая встряска не могла их сдвинуть. Гедимин убрал четыре фиксатора и остановился, отсчитывая про себя секунды. "Тридцать четыре, тридцать пять... Attahanqa!"
  Рычаги опустились до упора, и Гедимин развернулся к сигма-карте. Нос "Немезиды" уже ушёл под защитное поле крейсера. Звездолёт повстанцев входил в слепую зону под реактором. Гедимин упал на палубу, прижал ладони к обшивке, - мягкие толчки сдвигающихся плит передавались внутрь управляющего отсека. Пластины брони расходились в стороны, выпуская наружу излучение двух ирренциевых реакторов. Через две секунды "Немезида" вошла под испепеляющий поток.
  Даже если бы повстанцы поняли, что происходит, свернуть они уже не успели бы. Звездолёт пронесло сквозь столб сильнейшего омикрон-излучения и выкинуло с другой стороны крейсера, под шквальный огонь. Гедимин видел, как "Немезиду" швырнуло на полсотни метров, - теперь "Феникс" не промахивался, и уже второй залп расколол звездолёт надвое.
  - Стивен! - крикнул он, поднимая рычаги и возвращая на место фиксаторы. - Забирай своих мартышек!
  Огонь прекратился. Гедимин, вернувшись к щиту управления, видел на сигма-карте, как вдогонку дрейфующей "Немезиде" летят восемь тяжёлых экзоскелетов, и как половину расколотого спрингера тащат к "Фениксу". "Не сопротивляются," - отметил про себя Гедимин. "Если не сожгло, то оглушило "сигмой". Нечего было лезть к моим реакторам!"
  Он вернулся к наблюдению за "пульсирующими" сборками, но долго следить за ними ему не дали. Уже через десять минут в наушниках раздалась команда:
  - Atza teru! На палубу смотра! Срочно!
  "Чего я там не видел?" - думал Гедимин, недовольно щурясь. На палубу смотра выдернули не только его - там, оставив на ключевых постах нескольких операторов, собрался весь экипаж. Гедимин остановился было на краю, но Стивен, заметив его, замахал рукой, - "иди сюда!"
  На палубу вывели пленных. Их было восемь, все в разной одежде и, судя по лицам, из разных народностей, - Гедимин плохо в этом разбирался, но прямые белые волосы и светлая кожа вроде как не встречались в одной популяции с чёрными курчавыми волосами и кожей смуглой. Оружие и экзоскелеты у них изъяли и, видимо, сопротивляться они уже не могли, - их ранения ограничились синяками и ссадинами, им даже не переломали руки. Трое экзоскелетчиков сопровождали их, подозрительно следя за каждым шагом. Конвой остановился; люди, после сигма-удара по нервной системе с трудом держащиеся на ногах, выпрямились и попытались принять гордый вид.
  - Очень неплохо, капитан, - с ухмылкой сказал один из них, светлокожий, с коротко, по-сарматски, подстриженными тёмными волосами. - Последний ход был неожиданным. Из реактора в нас ещё не стреляли.
  Стивена передёрнуло. Он дёрнул пальцем, и ближайший конвоир толкнул пленника в плечо. Тот пошатнулся, едва не упал, но товарищи подхватили его и помогли выпрямиться.
  - Не злитесь, капитан, - снова ухмыльнулся он, хотя голос дрогнул от боли. - Мало кто может похвастаться, что взял в плен Джона Винстона. И вы тоже не сможете. Эй!
  Он вскинул руку, и двое пленников рядом с ним подпрыгнули с места, странно изворачиваясь на лету. Гедимин успел только мигнуть, когда нога одного из них врезалась сармату в солнечное сплетение. Тонкий крик боли заглушил сердитые вопли и звуки ударов. Человек упал на палубу, корчась и хрипя. Гедимин снова мигнул, глядя на ступню пленника, выгнувшуюся под странным углом, - "Чего он хотел-то?"
  Спрашивать было уже не у кого. Голова неудачливого беглеца лопнула под разрядом импульсного бластера, обрызгав сарматов кипящей кровью. Второго подстрелили на лету; луч попал в живот, и несколько секунд раненый корчился на палубе, пока Стивен коротким жестом не приказал добить его.
  - Получается, что смогу, - ухмыльнулся он, глядя на Джона Винстона. Тот получил разряд станнера в поясницу и теперь висел, удерживаемый с двух сторон экзоскелетчиками, - как и каждый из его экипажа. "Почему их не оглушили?" - на секунду задумался Гедимин. "И вообще - почему они ещё живы?"
  - Смотри сюда, мартышка, - Стивен кивнул на экран, встроенный в стену. На него спроецировали изображение "Немезиды" - того, что от неё осталось. Её переднюю часть, отрезав от неё пару кусков, снова пристыковали к отломившейся корме, и она дрейфовала в вакууме, увлекаемая гравитационным полем "Феникса".
  - Tzajesh! - скомандовал Стивен.
  Обломки "Немезиды" вспыхнули изнутри, превращаясь в огромный белый шар. Гедимин успел отследить, как металл набух и потёк струйками, - а в следующую секунду его капли брызнули во все стороны, на лету превращаясь в пар. Кто-то из пленных коротко выдохнул, кто-то опустил голову.
  - Показательно, - согласился Джон, переведя взгляд на Стивена. - Только непонятно, зачем. Это просто корабль. Вы же не ждали, что он вернётся и отомстит?
  Конвоир ударил его в спину. Человека мотнуло вперёд на вытянутых руках, и он скрипнул зубами, сдерживая крик боли. Гедимин мигнул. "Хорошо держится... для "макаки". А вот Стивен - не очень."
  - Тебе понравился наш реактор, лысая крыса? - осведомился, сузив глаза, командир "Феникса". - Он будет последним, что ты увидишь. Сбросить их в активную зону!
  Гедимин вздрогнул. Полсекунды он смотрел на командира, надеясь, что тот признает, что шутка не слишком умная. Конвой зашевелился, разворачиваясь к коридору, и Гедимин с тихим шипением встал на дороге, расставив руки.
  - Не лезь в мои реакторы, - процедил он, глядя Стивену в глаза. - Там не мусорный бак! Что, за бортом мало вакуума?
  Экзоскелетчики остановились, один из них покосился на Стивена.
  - Неподчинение приказу? - обманчиво мягким голосом спросил тот у Гедимина. Сармат выдохнул сквозь стиснутые зубы.
  - Я отвечаю за реакторы. Горелой органики в них не будет. Активная зона должна быть стерильной. Иначе - авария. Так понятно?
  Стивен мигнул.
  - Авария? - недоверчиво переспросил он. Гедимин молча кивнул.
  - Хорошо, я понял, - по лицу командира пробежала дрожь, и он нехотя поднял руку. - Оглушить, изолировать, доставить живыми на базу!
  Пленных подняли за руки. Конвой развернулся и направился к спуску в трюм. Гедимин, облегчённо вздохнув, отошёл к стене. "Совать "макак" в активную зону. Придёт же в голову такой бред!" - думал он, сердито щурясь.
  - К отчёту, - бросил Стивен, проходя мимо него. Сарматы расходились с палубы, вполголоса обсуждая увиденное. В недоумении был не только Гедимин; многие ухмылялись, оглядываясь на командира. "Отомстил за потерю звания," - усмехнулся реакторщик, направляясь к капитанской рубке. "Странно, что не перестрелял. Но... всё-таки интересный у них был корабль. И пилоты..."
  - Выстрел из реактора! - Стивен обернулся к нему с коротким смешком. - Хорошо сработано, теск. Я упомяну тебя в донесении. Мы идём на "Шаман". Сдадим этих мартышек координатору с рук на руки. Жди повышения, теск. Ты его заработал.
  - И тебе вернут погоны? - спросил Гедимин, покосившись на свой наплечник. "Полоской больше, полоской меньше... Лишь бы корабль не навязали! Куда я его дену?!"
  - Вице-адмирал Стивен Марци, - командир нежно прижал ладони к плечам. - Три корабля в эскадре. Хочешь один под командование?
  Гедимин качнул головой.
  - Лучше забери у меня свои ракеты. Так монитор и стоит в отсеке. На кой он там?
  Стивен ухмыльнулся.
  - Это подождёт. Мои ракетчики, как видишь, не справляются. Будешь их подстраховывать.
  - Из реактора ни астероида не видно, - напомнил Гедимин.
  - "Немезиду" ты, тем не менее, увидел и даже сбил, - снова ухмыльнулся командир. - Ты мог бы далеко пойти, Гедимин. Жаль, не пользуешься мозгами по назначению. Но ничего, станешь лейтенантом - войдёшь во вкус!
  
  26 февраля 31 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  - Настоящий офицер Eatesqa, - усмехнулся Стивен, отходя на пару шагов и любуясь на украшения на груди Гедимина. В цепочку добавился миниатюрный красно-белый экзоскелет - нечто среднее между "Рузвельтом" и "Харгулем", специально покрашенный в цвета повстанцев. Гедимин кивнул и осторожно убрал все цацки под броню. Он не носил их на виду - даже диск с радиационным трилистником и счётчиком сбитых кораблей.
  - Теперь можно на базу? - спросил он.
  - Ступай, - Стивен хлопнул его по плечу, украсившемуся ещё парой полосок. - Лейтенант Гедимин Кет идёт в увольнение! До отбоя можешь не возвращаться.
  Капитан "Феникса" был необычно возбуждён и многословен, улыбался и похлопывал Гедимина по броне, - погоны вице-адмирала снова к нему вернулись, и его помощники приняли под командование свои корабли. Эскадра Стивена Марци стояла в соседних доках - большая честь и много недовольства со стороны техников базы и потеснившихся капитанов...
  Флот (всё, что от него осталось на двадцатый месяц войны) вернулся с Гималии на Фебу. Нумерация доков безнадёжно сбилась, и корабли на подходе к базе вынуждены были делать лишний виток вокруг планеты, дожидаясь, пока диспетчер найдёт для них место и сообщит номер. Как всё это влияло на маскировку (а запрет на выход на поверхность по-прежнему был в силе), Гедимин даже не спрашивал. "Чую бардак," - мрачно думал он, выбираясь из доков в служебный коридор, заполненный холодным воздухом. "Не к добру."
  Наткнуться на кого-нибудь из своих после сбоя нумерации можно было только случайно - и, скорее всего, в столовой, так что Гедимин пошёл туда. В реакторный отсек он не заходил давно - ни в смену Амоса, ни в смену Альваро; драться с филками ему не хотелось. "Новое звание за пойманных "макак"," - он покосился на полосатый наплечник и покачал головой. "Корабль у них был непростой, но... дела у Маркуса, по-видимому, плохи."
  Никого из знакомых в столовой не было. Взяв на раздаче паёк, сармат устроился напротив стены с голографической картой, взглянул на неё и удивлённо мигнул - среди планет не хватало Марса.
  "М-да..." - с тяжёлым вздохом он отложил еду и подошёл к проектору. За ним обычно присматривал филк в огромном шлеме виртуальной реальности; его уши были закрыты наушниками настолько плотно, что говорить с ним никто даже не пытался. Гедимин успел открутить с проектора часть корпуса, прежде чем оператор заметил что-то странное и, сдвинув щиток на лоб, повернулся к нему.
  - Что ты делаешь?
  - Тут неисправность, - Гедимин, не оборачиваясь, махнул рукой в сторону карты. - Марса нет.
  - Сегодня из рейда? - спросил филк с очень странной интонацией - смесью сочувствия и страха. Гедимин озадаченно мигнул - что-то было не так.
  - Ну да. А это при чём?
  Кто-то из сарматов тронул его за плечо, побуждая встать. Филк наклонился над проектором, возвращая на место корпус. Его движения были чёткими, отработанными, - видимо, ремонтировать проектор тоже поручили ему.
  - Карта исправна, - сказал синекожий сармат, дождавшись, пока Гедимин выпрямится. - Марса нет.
  Реакторщик несколько секунд не мог вникнуть в его слова, тупо смотрел на карту и молчал. Синекожий терпеливо ждал, не выказывая ни удивления, ни недовольства. Рядом остановились ещё трое, глядя на Гедимина с сочувствием.
  - Не с Марса? - осторожно спросил один из них. Реакторщик качнул головой.
  - Взорвали четыре дня назад, - сказал сармат, жестом показав разлёт осколков. - В поясе астероидов прибавится мусора. Кое-что, говорят, до Земли долетело, немного зацепило Луну...
  - Взорвали, - тихо повторил Гедимин, глядя на пустое место на карте. - И теперь его нет... Линкен Лиск уже знает?
  Сарматы переглянулись. Один из них едва заметно вздрогнул.
  - Наверное. Не хотел бы я ему об этом рассказывать, - пробормотал он.
  Подробностей не знал никто - из кораблей, оказавшихся во время взрыва рядом с Марсом, закономерно уцелели немногие, из тех, что были далеко и успели нырнуть в портал. Обломки ещё летели; какая-то часть теоретически могла добраться до Сатурна и попасть под его притяжение. Юпитер стоял далеко, Земля успела отойти в сторону, как и Венера, - планета взорвалась "мирно", никого не прихватив с собой. Гедимин, забыв о еде и не чувствуя ничего, кроме холода под рёбрами, смотрел на карту, но видел не схематичную голограмму, а давно забытый астероид Гоберта. Перед глазами стояло зелёное кольцо "пойманного" излучения и вспухающее облако разлетающихся осколков. "Удачно применённый "Та-сунгар". Может быть, несколько," - думал сармат, болезненно щурясь на карту. "Знал же, что этим кончится. Вот вам ваша бомба, Ядерный блок. Вот вам ваш Марс."
  
  10 марта 31 года. Гималия, временная база атомного космофлота
  - Атомщик!
  Линкен крепко обнял Гедимина, прижался щекой к его плечу, не обращая внимания на жёсткость и неровности брони. Он был без шлема - он и на "Маре" не боялся холода, а в относительно тёплых коридорах гималийской базы ему, наверное, было даже жарко.
  - Лейтенант... - он провёл пальцем по разрисованному наплечнику и едва заметно усмехнулся, глядя Гедимину в глаза. - В следующий раз увидимся - будешь полковником?
  Гедимин пересчитал полоски на его плече, - Линкен был вице-адмиралом, но сармат не мог вспомнить, сколько полос было у него в самом начале.
  - Так себе повышение. Дали за отлов повстанцев, - смущённо признался он. Линкен хмыкнул.
  - Отряд Винстона? Слышал, а как же. У него были неплохие пилоты. Но куда им против атомщиков?!
  Сармат, остановившийся у окошка раздачи, окликнул его, - Линкен забыл свои контейнеры. Отойдя на секунду, взрывник вернулся к Гедимину и сел рядом.
  - Слышал про Марс?
  Гедимин кивнул.
  - "Та-сунгар"? - полуутвердительным тоном спросил он.
  - И, видно, не один и с обоих сторон, - отозвался Линкен. - Разбили в крошево. Говорят, сами "макаки" остолбенели от такого. Жаль, хорошая была планета.
  Он замолчал и с треском, едва не расплескав всё содержимое, разорвал контейнер с Би-плазмой.
  - Ничего, атомщик, - заговорил он снова через несколько минут, наполненных неловким молчанием. - Земля тоже не титановая. Дойдёт и до неё.
  Гедимин вздрогнул.
  - А дальше что? Переселимся на астероиды? - спросил он и осёкся, увидев глаза Линкена - две узкие чёрные прорези на окаменевшем лице.
  - Ты взял с них плату за Ураниум, - глухо проговорил взрывник, положив руку на плечо Гедимина. - И я не прощу им Марс. Мы найдём, где жить. А вот hasulesh тут жить не будут.
  
  29 апреля 31 года. Галактика Вендана - Земля, Северный Атлантис, город Нью-Кетцаль
  "Феникс" и два "Циклопа" дрейфовали на окраине чужой галактики в десятках световых лет от ближайшего источника гравитации. Гедимин отслеживал затухающую пульсацию омикрон-излучения, вполуха слушая переговоры по общей связи.
  - И войти в атмосферу на ноль восьми лунах, - донеслось из капитанской рубки. Гедимин вздрогнул и прислушался.
  - Вот карта, - продолжал Стивен. - Рассчитай координаты для залпа. Времени будет мало.
  - Куда ты собрался? - спросил Гедимин, настороженно щурясь. - Опять в Эс-Семару?
  - В Нью-Кетцаль, - отозвался командир. - Хорошо защищённый купол, крейсера на космодроме. Ещё вопросы?
  - Ya, - буркнул Гедимин, переводя взгляд на мониторы. Реакторы успокоились, можно было снова выводить их в режим Прожига, но приказа пока не поступало. Сармат задумчиво щурился, глядя сквозь экран в пустоту: "Нью-Кетцаль? Крейсера? Должно быть, опять переоборудовали завод под ремонтную базу. Не думал, что он до сих пор цел."
  В капитанской рубке спорили о скорости выхода в атмосферу - на корабле было мало материала для сооружения щитов, и механики опасались, что обшивка не выдержит. Гедимин молчал, не вмешиваясь, хотя на краю сознания уже мелькнула пара идей, как эту проблему решить. Ему было не по себе.
  "Ты был там в плену," - напомнил он себе. "Тебя заставляли работать и били." Он прикоснулся к животу - где-то среди новых и новейших шрамов ещё оставался крестообразный рубец от лопастей винта. "А Джошуа, наверное, давно умер. Люди долго не живут..."
  Он вспомнил спокойный взгляд Джона Винстона и его усмешку, и невидимый обруч на рёбрах сжался ещё туже. "Лос-Аламос, должно быть, уже разбомбили," - подумал он. "Был же налёт на Альбукерке. Один сорвал Винстон, но на одном наверняка не остановились..."
  Он встряхнулся, отгоняя бесполезные мысли. Боковой монитор замигал, сармат встревоженно посмотрел на него - и усмехнулся: это был фрагмент щита управления ракетами, так и не убранный из реакторного отсека. Теперь он отражал координаты будущего обстрела. Гедимин секунду смотрел на них, чувствуя, как холодеет под рёбрами, и развернул объёмную карту, выкрутив увеличение на максимум. "Станция," - он тронул пальцем одну из точек и перечитал координаты. "Так и есть. Две цели - ремонтный завод и станция."
  - Стивен, - сказал он, чувствуя себя очень глупо. - Зачем взрывать АЭС?
  - Что? - донеслось из капитанской рубки. - Не понял... А, у тебя там монитор... Завод уже взрывали. Они его отстраивают. После взрыва АЭС местность будет так заражена, что "макаки" поневоле оттуда уйдут. Теперь понятно?
  Гедимин недобро сощурился на монитор. "Да, правильно. Два реактора - гораздо больше "грязи", чем один "Гельт". Видимо, земляне освоили и мею, и флию. Лос-Аламос там, в общем-то, рядом..."
  - Не трогай станцию, - попросил он. - Город можешь разбомбить в пыль. Там некому будет отстраивать. А станцию не трогай.
  - Что? - в голосе Стивена слышались недоумение и досада. - Что значит "не трогай"?
  - Убери из списка целей, - переформулировал Гедимин, уже понимая, что переговоры не задались. - Это не крейсер. На тебя она не нападёт.
  - Неподчинение командиру? - спросил, понизив голос, Стивен, и реакторщик вздрогнул, услышав знакомые интонации. - Tza tatzqa jasu qendekuda den una!
  "Плохой из меня дипломат," - вздохнул Гедимин, пристёгиваясь к креслу и придвигаясь к пульту управления. Механический голос начал отсчёт. Сармату не нужно было смотреть на пульт, чтобы выполнять привычные операции, - стержни поднимались, экраны опускались, системы линз приходили в движение, сближаясь, чтобы свести два мощных луча в одной точке... Но на глаза постоянно лез крайний монитор с координатами целей для ракет, и Гедимин морщился - "И что тебе до этой АЭС? Твою уже разбомбили..."
  - Ter... du... un... Jasqa!
  Крейсер, разогнавшийся до половины предельной скорости, уже входил в атмосферу, и его щиты испарялись, создавая дымовую завесу.
  - Un tza! - раздался в наушниках торжествующий голос Стивена, и Гедимин, стиснув зубы, перевёл на крайнем пульте один рычажок. Монитор вспыхнул красным. "Блокировка и отмена," - подумал сармат с кривой ухмылкой. "Никаких бомб. А ведь просил - убери от меня ракеты..."
  - Du tza! - по инерции крикнул Стивен, не сразу поняв, что первый этап не отработан. Он выругался в коммутатор, но поздно - крейсер уже нырнул в портал, и Гедимин бросил за корму закрывающее излучение. По общей связи разносилась перебранка - ракетчики, отсек управления и капитанская рубка выясняли, кто из них спаривается с "макаками". Гедимин считал секунды до прояснения в мозгу Стивена.
  - Гедимин Кет! - рявкнул командир спустя три минуты после неудачного захода. - Ты заблокировал ракетные шахты?
  - Я же просил - не трогай АЭС, - отозвался реакторщик. - Трудно было убрать её из целей?
  Стивен скрипнул зубами.
  - Немедленно разблокируй, - приказал он. - Tza tatzqa jasu qendeka den una!
  Гедимин посмотрел на красный монитор, нехотя перевёл рычажок, - ракеты разблокировались, но координаты остались прежними. Он притронулся к пульту управления, убирая "лишние" строчки.
  - Готово, - объявил он. - Zaa tiitzki jasu...
  В наушниках раздался гневный рык.
  - Координаты! Кто посмел... Опять ты?!
  - Бомби крейсера, город, но станцию оставь в покое, - Гедимин смотрел на монитор и видел, как символы расплываются. В груди ныло.
  - Отключить монитор ракетных шахт! - рявкнул Стивен. Гедимин ухмыльнулся. "На ходу не выйдет. Я сам ставил врезку. Давай, отключи себе все шахты..."
  Выяснение, кто с кем спаривался, продолжалось ещё две минуты. Сармат смотрел на карту, где над Нью-Кетцалем мигала красная точка. "Поднимайте флот," - думал он, будто в другой галактике могли его услышать. "Вы же поняли, что случилось. Поднимайте флот, разворачивайте орудия..."
  По монитору поползли строчки - отсек управления, повинуясь приказу Стивена, снова задал координаты обстрела. Гедимин убрал их и недобро сощурился. "Когда этот сармат уймётся?!"
  - Atza teru! - снова заговорил Стивен. - Jasqa!
  Красная точка мигнула, смещаясь кверху. Крейсер вынесло из портала на много километров выше, на границе стратосферы. Секунду спустя он задрожал, принимая на корпус шквальный огонь. Гедимин улыбнулся. "Додумались. Успели. Нам придётся уйти."
  Он ждал приказа отступать, но Стивен быстро отдавал команды, и ожидаемой среди них не было. Крейсер отстреливался и медленно погружался в атмосферу, приближаясь к куполу Нью-Кетцаля. Монитор мигнул, отображая координаты ракетной атаки. Гедимин, выдохнув сквозь стиснутые зубы, смахнул с него "лишнее".
  - Tzajesh! - донеслось из капитанской рубки. "Гельт" покинул ракетную шахту, сигма-карту захлестнуло белесой волной, - ракета взорвалась на куполе, не долетев до земли. В наушниках раздался рёв.
  - Tza tatzqa jeshu! - рявкнул Стивен. Крейсер на огромной скорости разворачивался, его трясло, и Гедимин отстегнулся от кресла и выпрямился - ему проще было удержаться на ногах, чем на хрупкой рассыпающейся конструкции. Когти заскрежетали по палубе. Он бросил взгляд на монитор - все координаты исчезли, кроме одной строки. Гедимин с гневным шипением до хруста вдавил клавиши в пульт.
  - Ya"at su, - отозвался механический голос. Сармат ухмыльнулся. "Полная блокада ракетных шахт. Стреляй камешками!"
  - Tza tat... - крикнул было Стивен, но что-то зашипело в наушниках, и связь отключилась. Корабль встряхнуло. Гедимин удивлённо мигнул и потянулся к шлему. "Сбой?"
  Из шлюза донёсся грохот, и крышка люка выгнулась вперёд, а через секунду вылетела, чудом разминувшись с мониторами. Отшвырнув её в сторону, Гедимин, растерянно мигая, уставился на экзоскелетчика с гранатомётом. За его спиной стояли ещё шестеро, а за ними, держа наготове два ракетомёта, заглядывал в люк Стивен.
  - Tzahasqa! - рявкнул он.
  Тридцать секунд спустя всё было кончено. Один экзоскелетчик, получив крышкой от люка поперёк туловища, неподвижно скорчился у стены, один, непрерывно ругаясь, пытался вылезти из покорёженной брони, четверо, выкрутив Гедимину руки, вытаскивали его в проём, на ходу сдирая с него скафандр. Он, выворачиваясь, лучевым резаком пропорол кому-то броню, - сзади послышался вопль, и одна пара "клешней" разжалась. Его бросили на палубу, вчетвером придавив руки и ноги, и Стивен всем весом наступил ему на живот.
  - Снять скафандр! - велел он, повернув голову к зияющему проёму. Трое сарматов без экзоскелетов вцепились в броню Гедимина со всех сторон, и пластины, заскрежетав, разъехались в стороны, открывая беззащитное тело.
  - Hasukemesh! - сармат плюнул в Стивена, но попал в одного из бойцов и на долю секунды увидел его глаза - две чёрные прорези на искажённом лице. "Им-то что..." - успел в недоумении подумать он, прежде чем его за вывернутые руки вздёрнули кверху, и стальной "кулак" Стивена врезался Гедимину в солнечное сплетение.
  Кто-то из экзоскелетчиков подставил "руку", и третий удар не достиг цели. У Гедимина, хрипящего от боли, не оставалось сил на удивление. Стивен шагнул назад, выставив перед собой бластер.
  - По закону расы Eatesqa предатель будет расстрелян!
  Гедимин, глядя на него сквозь красный туман, ждал выстрела, но рука Стивена качнулась в сторону. Кто-то из десантников "Феникса" держал его за локоть. Гедимин увидел, что переход заполнен сарматами. Они обступили Стивена и его бойцов и молча смотрели на них. Тот, кто держал Стивена, вполголоса что-то ему втолковывал.
  - Tza, - нехотя ответил капитан минуту спустя и повернулся к Гедимину. На корпусе бластера защёлкали кольца. Вместо луча сверкнул разряд, и оглушённый сармат повис на экзоскелетчиках, пытаясь вдохнуть, - удар пришёлся в грудину, частично парализовав мышцы.
  - В карцер, - бросил Стивен. Гедимин почувствовал, что его тащат. Он вглядывался в темноту перед глазами, но станнер попался мощный, - вокруг ничего не было, и казалось, что палуба плавно качается. "Карцер?" - запоздало удивился он. "Откуда на крейсере карцер?"
  ...Крышка люка, лязгнув, отъехала в сторону, пропуская в камеру сармата в чёрной броне. Гедимин зашевелился, пытаясь сесть, и захрипел от боли. Судя по ощущениям, одно или два нижних ребра были сломаны. Он пошевелил руками - они были свободны, его не связали и наручники не надели.
  - Атомщик? - сармат опустился на корточки, зажёг фонарь, высматривая что-то в полутьме. По голосу Гедимин узнал Сайджина.
  - Здесь, - отозвался он, приподняв руку. Сайджин облегчённо вздохнул.
  - Дай руку. Медики дали кое-что для регенерации, - он положил рядом с Гедимином пару контейнеров и достал из-под брони что-то мелкое. Гедимин почувствовал укол. Руки Сайджина дрожали, и игла вошла криво, но вещество попало в кровь, и через некоторое время боль начала стихать. Сармат дотянулся до контейнера - там была вода.
  - Hasu, - выдохнул Сайджин. Он успел расстегнуть на Гедимине куртку и теперь смотрел на его живот. Вниз от рёбер расплылись тёмные пятна.
  Гедимин сел. Регенерация работала - большую часть повреждений он уже не чувствовал. Дышать ещё было больно - кости срастались медленно и, возможно, какая-то часть обломков легла криво. Гедимин прикоснулся к потемневшей коже, нажал на какую-то выпуклость, - боль стала острее, и сармат оставил рёбра в покое.
  - Что там? - он кивнул на прикрытый люк. - Где корабль?
  - Идёт на Гималию, - ответил Сайджин, невесело хмыкнув. - Своим ходом. До Фебы далеко. Стивен собирается отдать тебя под трибунал за предательство.
  - В ядерный могильник, - пробормотал Гедимин, застёгивая куртку. - Почему своим ходом? Реакторы повреждены?
  Сайджин качнул головой.
  - Мы с Йенью отказались идти к реакторам. Провели глушение и оставили всё как было.
  Он сидел рядом с Гедимином, пока тот пил и доедал Би-плазму. Снаружи было тихо, корабль не встряхивало, - видимо, погоня, если и была, давно отстала.
  - Что с городом? - угрюмо спросил Гедимин, отложив пустые контейнеры. - Станция...
  Сайджин жестом показал полное уничтожение.
  - Как только тебя... нейтрализовали, Стивен сделал третий заход. У нас три сотни погибших, пробоины в бортах. Еле ушли.
  Гедимин стиснул зубы.
  - Stiwen sa hasukemu, - пробормотал он еле слышно. - Говоришь, под трибунал?
  Сайджин кивнул. В свете фонаря Гедимин видел его глаза - пилот был мрачен и на реакторщика смотреть избегал.
  - Стивен уже порывался тебя добить. Его не пустили, - он поднялся на ноги. - Спи. После вахты я принесу ещё воды.
  Люк закрылся. Гедимин с трудом поднялся на ноги, ощупал стены, - похоже, для карцера выделили какой-то маленький отсек грузового трюма. Поймав себя на мысли о побеге, сармат невесело усмехнулся. "Между Марсом и Юпитером? Паршивая смерть..."
  Он снова лёг на пол, долго ворочался, пытаясь пристроить ноющие рёбра. Перед глазами стоял Нью-Кетцаль - последний взгляд с трапа "Койота" на градирни, подсвеченные солнцем. Потом он сменился очертаниями других градирен, выхваченными из сумерек вспышкой фейерверка. "Вот тебе твои реакторы, Гедимин," - он глухо застонал, царапая ногтями палубу. "Построил..."
  
  01 мая 31 года. Гималия, временная база атомного космофлота
  Люк лязгнул, медленно открываясь. Гедимин поднялся на ноги. Он ждал, что за ним придут, и даже слегка заждался, - крейсер перестал маневрировать три часа назад, устроившись в одном из доков гималийской базы. "Мы на подходе," - сообщил ему четыре часа назад Сайджин, в последний раз навестив его в карцере и принеся немного воды. Теперь следовало ждать Стивена.
  В карцер вошли двое экзоскелетчиков, заняв всё пространство. Третий заглядывал в люк, светя фонарём прямо на Гедимина. Тот сердито сощурился.
  - Выводите, - скомандовал из коридора Стивен. - Руки связать!
  Гедимин скользнул взглядом по экзоскелетам, выискивая уязвимые места, и досадливо хмыкнул - "Когда не надо, у них всё прикрыто..." Его скрутили - крепко, но аккуратно, не прикасаясь к повреждённым рёбрам - и повели к выходу.
  Пока Гедимин щурился, заново привыкая к яркому свету, его успели дотащить до шлюза. Стивен шёл рядом, бросая на сармата многообещающие взгляды.
  - Респиратор... - робко напомнил часовой на выходе.
  - Обойдётся, - бросил Стивен.
  ... - Стоять! - донеслось из-за поворота. Где-то там был Стивен - он прошёл к кабинету Элджера Лиска, коменданта гималийской базы, первым, оставив караульных охранять Гедимина в коридоре. Сармат прислонился к холодной стене. Кожу до сих пор жгло после перехода по безвоздушному коридору без скафандра. В груди ныло - и там, где срастались и мучительно зудели нижние рёбра, и значительно выше, под ключицами. Хотя сармат выдохнул перед "нырком" в вакуум, какая-то часть воздуха задержалась в лёгких и, видимо, повредила несколько альвеол, - Гедимин чувствовал во рту слабый привкус крови. Глаза прижгло тоже, и они раздражающе слезились.
   - Tzahasqa! - раздался за поворотом довольный голос Стивена. Охранники переглянулись и, крепко взяв Гедимина за руки, подтолкнули его вперёд. Он почувствовал, как на запястьях защёлкиваются магнитные наручники.
  - Гедимин Кет, кочегар крейсера "Феникс", - Стивен, дождавшись, когда Гедимина введут в кабинет, крепко ткнул сармата кулаком в спину. - Уличён в саботаже и помощи врагам сарматской расы. Приведён мной, вице-адмиралом Стивеном Марци, под трибунал.
  - Понятно, - отозвался Элджер - рослый марсианин в тёмно-красном скафандре. За его спиной стояли двое в лёгких экзоскелетах - "Гарм" и трофейный "Тилацин".
  - Никого из адмиралов на Гималии нет, - сказал он, глядя на сарматов с усталостью и досадой. - Зато всегда не хватает механиков. Оставь его здесь, разберёмся.
  Стивена передёрнуло - Гедимин услышал, как лязгнула броня.
  - Нет времени на разбирательства, - сказал он. - Это опасный диверсант и саботажник с огромным опытом. Я настаиваю на немедленном суде.
  - Диверсант? - взгляд Элджера скользнул по лицу Гедимина, и комендант слегка поморщился. - Досадно. Так нужны механики...
  - Он врёт, - отозвался Гедимин. - Моя техника в исправности.
  Капитан крейсера замахнулся, но охранник Элджера рявкнул на него, и Стивен тут же отдёрнул руку. Гедимин удивлённо мигнул - "Что, и эти его главнее?"
  - К делу, - поморщился Элджер. - Что предлагаешь? Отозвать адмирала Тохиля из Атлантиса? Или вызвать координатора Маркуса? Может, ему тоже интересно.
  - Созывай малую тройку, - процедил Стивен. - Ты знаешь, как это делается. До конца дня приговор должен быть вынесен и приведён в исполнение.
  - Должен... - задумчиво повторил Элджер, глядя на Стивена. - Иначе?
  - Сообщу Маркусу о твоём пособничестве диверсанту, - скрипнул зубами капитан.
  - Псих, - тихо прокомментировал Гедимин. Ему с трудом верилось в происходящее вокруг - если бы не боль в сломанных рёбрах, всё это выглядело бы нелепым сном.
  Элджер притронулся к шлему, переключая коммутатор. Под потолком зажёгся мигающий жёлтый светодиод.
  - Жди за дверью, - приказал Элджер Стивену. - Если найдутся желающие, проведём суд сегодня.
  "Малая тройка," - Гедимин, прислонившись к прохладной стене посреди коридора, вспоминал, что он знает о сарматском правосудии. Не вспоминалось ничего, кроме давних драк с участием Линкена, - Ураниум-Сити, строительство обогатительного завода, диверсанты и саботажники... "Расстреляют?" - он покосился на Стивена. Тот в нетерпении мерил шагами ширину коридора. "Определённо. Странно, что ещё не..."
  В коридоре послышались тяжёлые шаги. Стивен отошёл к стене, пропуская незнакомого сармата. Судя по раскраске наплечников, это был вице-адмирал. За ним, немного поодаль, шёл ещё один - тоже в сине-красном капитанском скафандре, но в звании полковника. Стивен расплылся в довольной ухмылке и жестом позвал к себе охранников.
  - Идём, sa hasukemu, - он поддел стальной "клешнёй" подбородок Гедимина и взглянул ему в глаза. - Радуйся последним секундам.
  Трое сарматов в тяжёлых скафандрах с трудом уместились за столом Элджера. Гедимин, удерживаемый с двух сторон охранниками, смотрел на судей, они - на него, Стивен нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
  - Кочегар? - кивнул на Гедимина вице-адмирал. - Тебе, очевидно, не нужен. Отдай мне. Моему очень нужен сменщик.
  Стивен изумлённо мигнул.
  - Вас позвали сюда не нанимать кочегаров, - процедил он. - Вы должны вынести приговор саботажнику и пособнику "макак".
  Сарматы переглянулись.
  - Говори, что у тебя есть, - равнодушным голосом сказал Элджер.
  - Гедимин Кет саботировал рейд на Нью-Кетцаль, заблокировав систему управления и перекрыв ракетные шахты крейсера, - отчитался Стивен. Капитаны переглянулись через голову коменданта, тот облокотился о стол, глядя на Гедимина с вялым интересом.
  - Как? - спросил он.
  - Все сразу - только из отсека управления, - слегка оживился полковник. - Ты что, на взлёте не прогоняешь тесты? Они обычно такое выявляют. Вот был случай...
  - Диамайн, не надо, - покосился на него вице-адмирал. - Отвечай, как ты это сделал?
  - Стивен поставил мне в отсек фрагмент щита управления ракетными шахтами, - ответил Гедимин, досадливо щурясь. - Просил же - убери...
  Сарматы синхронно мигнули, Стивен скрипнул зубами.
  - А вот это уже интересно, - сказал Диамайн, с недобрым прищуром глядя на Стивена. - Что скажешь, Вигарт? У нас тут не один, а два саботажника...
  Стивен судорожно сглотнул.
  - Он управлял ракетами в рейде на Стальной Пояс и показал себя великолепно. Он ввёл меня в заблуждение. Но это несущественно. Этот сармат - преступник, и я, как капитан крейсера, на котором произошёл саботаж, доставил его на суд. Есть сомнения по поводу приговора?
  Сарматы, скучнея на глазах, переглянулись между собой и с Элджером.
  - Приговор... - комендант скосил глаз на экран наручного передатчика. - Так не хватает механиков... И вообще сарматов с прямыми руками... Не делают их больше, что ли?
  Стивен заскрипел зубами.
  - "Мара", - сказал Вигарт, переглядываясь с Диамайном. - Ракетный цех.
  Диамайн закивал.
  - Отправить его собирать бомбы на Фебу, - сказал он. - Кто согласен?
  Стивен шагнул вперёд.
  - Полковник Диамайн, - заговорил он, и по голосу было заметно, что ему очень хочется гаркнуть, но здесь этого не поймут. - Отправить диверсанта в ракетный цех значит вооружить его для дальнейших диверсий. Такое предложение иначе как саботаж рассматривать нельзя.
  Диамайн мигнул и посмотрел на Стивена с нехорошим интересом.
  - Тебе везде видятся диверсии и саботажи?
  Теперь мигнул Стивен.
  - Чего ты хотел от ракетных шахт? - обратился Диамайн к Гедимину. - Случайно задел пульт? Крайняя неосторожность, но не основание для расстрела.
  Стивен встрепенулся.
  - Он будет отрицать, - с сожалением сказал он. - Если он в своём уме. Но я слышал это, и весь экипаж подтвердит. Перед саботажем он упрашивал меня не бомбить один из объектов в Нью-Кетцале.
  Повисла тишина. Диамайн, поморщившись, отвёл взгляд и повернулся к Элджеру.
  - Пособничество. Расстрел?
  - Скверное дело, - пробормотал Элджер, рассматривая наручный передатчик. - Терпеть не могу такие заседания.
  "И даже расстрелять меня не могут нормально," - загрустил Гедимин. Его держали за руки, а ему очень хотелось ущипнуть себя и проснуться от дурного сна. "Глупо вышло. И, что хуже всего, бессмысленно."
  - Приказ Маркуса Хойда от семнадцатого июня позапрошлого года, - пробормотал Вигарт, дочитывая что-то с экрана передатчика. - Ну да, я знал, что на эту тему что-то есть.
  Капитан "Феникса" вздрогнул.
  - О чём речь, вице-адмирал Вигарт?
  - "Сарматов, уличённых в пособничестве людям, в ущерб своей расе или без оного, отправлять на урановые рудники Кагета вместе с военнопленными, пересылаемыми на Кагет в рамках программы освоения планеты," - процитировал сармат. Элджер сверился с передатчиком и закивал.
  - Барк на Кагет ждёт конвоя. К вечеру уйдёт. Туда его? - он переглянулся с капитанами.
  - Решено, - кивнул Диамайн. - Элджер, зачитай решение.
  - Не люблю я это дело, - пробормотал комендант, поднимаясь на ноги. - Малая тройка рассмотрела дело и вынесла приговор: преступный сармат Гедимин Кет отправляется на урановые рудники Кагета, бессрочно или до тех пор, пока дело не будет пересмотрено. Барк в семнадцатом доке по правому крылу. Конвой выделить, или сами справитесь?
  Гедимин мигнул. "Не расстреляют. Снова буду добывать уран," - он криво ухмыльнулся, покосившись на Стивена. Тот, к его удивлению, вовсе не выглядел расстроенным, что расправа сорвалась, - напротив, он улыбался.
  - Tza atesqa! - он вскинул руку. - Приговор будет исполнен немедленно.
  ...Гедимин узнал этот барк, едва выйдя из шлюза в один из гулких переходов между трюмами. Точно такие же рудовозы - трофейные корабли, захваченные в Аргентине - он видел однажды в доках "Мары". Сейчас он попал внутрь, и ему там сразу не понравилось.
  - По приговору малой тройки, - сказал Стивен сармату в сером "Гарме", шагнувшему навстречу. Тот скользнул по Гедимину неприятным взглядом и ухмыльнулся.
  - Пособник? Это дело... Почему не расстрелян?
  - Расе Eatesqa нужен уран, - отозвался Стивен.
  - Здоровый амбал, - пробормотал "серый", внимательно посмотрев на Гедимина. - Поставлю на него пару затрещин.
  - Без ставок, - недовольно отозвался другой сармат, высунувшись из трюма. - Сегодня идём безо всяких. Я в прошлый раз за вас огрёб.
  По его знаку Гедимина, едва выпущенного солдатами Стивена, снова схватили, с силой выкрутив ему руки. Стальные "пальцы" больно врезались в тело - сарматы будто не надеялись удержать пленника и на всякий случай впивались в него когтями. Тот, кто встретил его на входе, втянул руку под наруч. Послышалось неприятное шипение.
  - Чего встал? - обратился сармат, вылезший из трюма, к Стивену. - Ты сдал, мы приняли. Клеймо - и в трюм.
  Стивен ухмыльнулся.
  - Хочу посмотреть, как его клеймят.
  Сарматы переглянулись.
  - Руку! - скомандовал один из них тем, кто держал Гедимина. Ремонтник дёрнулся, едва не стряхнув с себя обоих экзоскелетчиков, но в него, всадив когти в спину, вцепился третий. Ухмылка Стивена стала ещё шире.
  - Поставьте на лицо. Чтобы сразу было видно. Чтобы не пытался сбежать.
  "Серый" щёлкнул языком.
  - Жалеешь, что не дали расстрелять, а? Ладно, мне без разницы. Станнер!
  Разряд вошёл в спину Гедимина чуть ниже шеи. Ему позволили упасть, но тут же столпились над ним, прижимая к палубе руки и ноги. Один из сарматов крепко взял его за подбородок, откидывая голову назад.
  - Держи! - "серый" положил свободную руку Гедимину на глаза. Сармат почувствовал запах горячего металла и резкую боль чуть ниже левой скулы.
  - В клетку его, - распорядился "серый", убирая руку с лица сармата. Тот мигнул и едва не зашипел от боли. Клеймо жгло так, что едва можно было терпеть.
  - Секунду, - Стивен обошёл охранников, поднимающих Гедимина с палубы, и остановился напротив, пристально глядя ремонтнику в глаза. - Это тебе от меня, атомщик.
  Он прижал "клешню" к свежему клейму. Гедимин стиснул зубы.
  - Уводите! - "серый" грубо пихнул Стивена в грудь, оттесняя от заключённого. - В клетку, и без фокусов!
  ...Бронированная пластина лязгнула, входя в паз, и остановилась. Гедимин остался в полной темноте. Его втолкнули в узкую клетушку с размаху, и он непременно упал бы, будь там место. Места едва хватало, чтобы сидящий сармат наполовину распрямил ноги.
  Ремонтник кое-как выпрямился, сел, прислонившись к стене, потёр онемевшие запястья и нащупал на них липкую жижу. Что-то липкое сочилось и по расцарапанной спине, - когти охранников проткнули комбинезон. Боли в руках и загривке Гедимин не чувствовал, но щёку жгло. Он прижался лицом к прохладной стене.
  В трюме было относительно тепло - градусов пятнадцать, если не больше; в воздухе хватало кислорода, где-то сверху гудела вентиляция, прогоняя по трюму газовую смесь.
  - Бросили в клетку, - послышался из-за переборки незнакомый голос. - А никого не выводили. Кто у них там?
  - Может, из другого трюма, - ответили ему. Гедимин мигнул. Говорящих он не видел, но это определённо были не сарматы.
  В переборку постучали.
  - Эй, парень! - тихо окликнули его из соседнего трюма. - Ты там живой? Ты откуда?
  - С Энцелада, - брякнул Гедимин, не подумав. За переборкой внезапно оборвались все перешёптывания.
  - Теск! - выдохнул кто-то несколько секунд спустя. Трое или четверо вяло выругались и снова замолчали.
  Гедимин постучал в переборку.
  - Не бойтесь, - прошептал он. - Я тоже каторжник.
  Из соседнего трюма донеслось несколько ругательств и возбуждённые реплики на непонятном языке. Гедимин выждал пару минут - никто больше не выходил с ним на связь. "Ожидаемо," - подумал он, прислоняясь к переборке спиной и закрывая глаза. Щёку жгло и дёргало, потом к этим ощущениям добавился неприятный зуд, - регенерация шла полным ходом.
  Прислушиваясь к непонятным репликам из соседних трюмов, сармат задремал. Разбудила его неожиданно вздрогнувшая палуба. За переборкой заволновались. Гедимин почувствовал знакомое давление на уши, - барк покидал базу, выходя из поля искусственной гравитации. "Сколько до Прожига?" - прикинул про себя сармат. "Минуты две-три..."
  На барке включились гравикомпенсаторы, и Гедимина снова прижало к палубе. Он удивлённо мигнул. "Зачем гонять антиграв? Через минуту Прожиг, затем - посадочные манёвры. Пустая трата ресурса..."
  Он снова прислонился к стене, ожидая предпосадочной тряски и давления на макушку, но ничего не почувствовал. Барк летел по прямой, постепенно набирая скорость. Гедимин выждал пять минут, затем десять, - корабль не собирался садиться, и на предпосадочные манёвры его поведение было непохоже. "Выходит на марш," - понял он, удивлённо мигнув. "Куда он собрался? Ладно, на барке прожигателя нет, но у конвоя быть должен..."
  Мимо, грохоча стальными "копытами", прошёл охранник-экзоскелетчик. Прислушавшись к шуму, Гедимин поморщился - плохо пригнанные пластины обшивки лязгали, один из пневмоприводов фыркал, и что-то потрескивало внутри костюма - то ли перетёршийся кабель, то ли медленно выходящий из строя "арктус".
  - Эй! - окликнул сармата Гедимин. - Eateske!
  Шаги стихли, но обшивка снова лязгнула - сармат вздрогнул вместе с экзоскелетом.
  - Мы летим на Кагет? - спросил Гедимин. Из-за двери донеслось фырканье.
  - Только сейчас дошло?
  - Почему не прошли в портал? - спросил ремонтник, не обратив внимания на поддёвку. - Зачем отходить от базы так далеко?
  - Портал... - завистливо вздохнул охранник. - Портал нам не по рангу, теск. Это для боевых кораблей. А такие крысовозы, как мы, топают своим ходом в пояс астероидов.
  Гедимин мигнул.
  - Двое суток пути? - недоверчиво уточнил он. Охранник усмехнулся.
  - Если повезёт, теск. Крысовоз - не крейсер. Двое суток... порталы... хорошо вам живётся, тески!
  Завистливо вздыхая, он отошёл от "клетки". Едва его шаги и бормотание стихли в дальнем конце трюма, за переборкой послышался взволнованный шёпот. Гедимин не понимал слов - говорили на незнакомом языке, но удалось разобрать сочетание звуков, похожее на "портал", только со странным, будто размытым окончанием. Через несколько секунд зашелестел весь трюм. Кто-то проронил реплику на языке Атлантиса, и Гедимин навострил уши, но неосторожного болтуна прервали громким шиканьем, и ничего понять сармату не удалось. "Портал," - он снова услышал кусок знакомого слова. "Что-то их очень удивило... Уран и торий! Они действительно не могли знать о порталах. У них же нет технологии Прожига."
  Он постучал в переборку. Трюм замолчал. Если людей и интересовали порталы, желающих расспросить Гедимина не нашлось. Сармат пожал плечами и снова закрыл глаза. "Двое суток. Надо выспаться, на рудниках не дадут."
  
  03 мая 31 года. Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник
  "Крысовоз" прополз несколько десятков метров на брюхе и наконец остановился, громыхнув напоследок всеми трюмами. Все звуки утихли, только за переборкой кто-то монотонно бормотал, повторяя одно и то же на непонятном языке, и по ту сторону прохода кто-то тихо плакал. Гедимин поднялся на ноги, разминая затёкшие от долгого сидения мышцы. "Этот корабль рассыпается на лету," - думал он, досадливо щурясь. "Куда дели всех ремонтников? Вот и Элджер говорил - механиков не хватает... Перестреляли всех, что ли?"
  Десять минут или даже дольше вокруг стояла полная тишина, потом заскретежали, открываясь, люки, и по палубе загрохотали стальные "лапы".
  - На выход, крысы! - заорал сармат в сером "Гарме", размахивая шокером. Десяток экзоскелетчиков в серо-зелёной броне со странными украшениями, выставленными напоказ, вломились в трюм и, открыв нараспашку люки, погнали пленных наружу. Едва Гедимин вышел из клетки, ему прижгли шокером плечо - даже не нарочно, просто охранник махал оружием направо и налево, в основном над головами низкорослых каторжников, а Гедимин оказался выше. Очень хотелось отобрать шокер или хотя бы выдать затрещину так, чтобы шлем загудел, - но толпа уже сомкнулась и потащила сармата к центральному шлюзу. Краем глаза он видел, как кто-то из людей, не устояв на ногах в толкотне, падает; его самого сбить с ног было сложно, но кто-то об него запинался, кто-то цеплялся, а кто-то наступал на подвернувшиеся пальцы.
  После тёмного прогретого трюма солнечный свет больно полоснул по глазам, холодный ветер обжёг кожу, и дыхание перехватило. Кажется, было утро, и не так давно прошёл дождь, - оплавленный камень под ногами был мокрым. Осмотреться Гедимин не успел - пленных уже гнали к большим фургонам, выстроенным вдоль посадочной полосы. Ещё раз огрев сармата шокером (теперь уже нарочно), его втолкнули в набитый до отказа "Кенворт", зачем-то заключённый в каркас из стальных балок. Громыхнул засов, закрывая люк, и фургон закачался, - по каркасу на крышу взбирались экзоскелетчики.
  - Tza-a! - заорали за тонкой обшивкой, и фургон тронулся. Гедимин сердито сощурился - ему снова наступили на палец. На другой ноге кто-то стоял; к нему у сармата не было претензий - он хотя бы не дёргался.
  Фургон раскачивался - экзоскелетчики, залезшие на крышу, нарушили равновесие и без того не слишком устойчивой конструкции. Гедимин вскинул руки, упёрся в верхние балки и кое-как удержался на ногах. Пальцы проехались по обшивке, и на голову сармата посыпались крошки. Он посмотрел наверх и увидел, что фургон буквально рассыпается под рукой. Он надавил чуть сильнее - обшивка лопнула, сверху в толпу упал луч, показавшийся Гедимину ослепительно ярким.
  - Тихо там! - заорали с крыши. Обшивка прогнулась - экзоскелетчик рискнул сойти со стальной балки и рассмотреть дырку поближе. Гедимин убрал руку, огляделся по сторонам - куда её деть? - и обнаружил, что в фургоне тишина, и все, кого он может видеть в скверном освещении внутри "Кенворта", смотрят на него.
  - Что там? - спросили с крыши.
  - Обшивка треснула, - отозвался охранник, ощупывая края пролома. Крыша под его ногами опасно прогнулась. Фургон встряхнуло на очередном ухабе, Гедимин услышал слабый треск и подался назад, но отойти было некуда, - охранник, провалившийся сквозь треснувшую обшивку, уже падал на него.
  Он успел взмахнуть шокером; Гедимин машинально уклонился, попутно перехватив его руку и скрутив её так, что захрустела обшивка. Охранник с отчаянным воплем упал на дно фургона, в кольцо каким-то чудом расступившихся людей. Толпа сомкнулась над ним, как вода. Гедимин услышал треск бластерного разряда и оборвавшийся хрип - а затем заскрежетал экзоскелет, раздираемый на части. Те, кто не смог сразу подойти ближе, плотной массой двинулись к упавшему. Гедимин шагнул в сторону и обнаружил, что рука упирается в стенку. Сверху орали, кто-то пытался открыть верхний люк, но механизм заклинило. Гедимин услышал грохот и почуял запах горящего фрила. Фургон рассекло надвое. Задняя часть свалилась с прицепа, на ходу выкрашиваясь сквозь проёмы в сварном каркасе. Охранники ещё болтались на нём, паля во все стороны, но фургон уже несло куда-то в сторону, в степь, заросшую тёмной стелющейся травой. Гедимин выпрыгнул на ходу, прокатился по кагетской флоре, не получив ни царапины, и, уже не оглядываясь, бросился прочь от дороги. Вокруг бежали люди в странных обмотках, болтающихся на бегу, - самцы, самки, крупные и мелкие. За спиной трещали разряды - охрана опомнилась и открыла шквальный огонь. Гедимин успел подумать, что надо бы найти укрытие, - в следующую секунду разряд станнера вошёл ему между лопаток, и сармат рухнул ничком и пару метров проехал на животе, отметив сквозь наплывающий туман, что трава на Кагете очень колючая.
  - Sa hasu, - выдохнул он, понимая, что побег не задался. Так не повезло не ему одному - охранники уже бегали вокруг, собирая в траве тела и стаскивая к остановившимся фургонам. Гедимина, пару раз врезав шокером по чему попало, швырнули в открытый люк. Кто-то, придавленный им, вскрикнул и затрепыхался. Гедимин ничем не мог ему помочь - ни руки, ни ноги не подчинялись.
  - На выход! - заорали над головой. Сармата схватили за ноги и выволокли из остановившегося "Кенворта". Сверху спрыгнул кто-то из пленных, не разбирая в спешке дороги, и пробежал по лежащему Гедимину. Его снова дёрнули за ноги, оттащив на обочину, и он сердито сощурился - биться ушибленным затылком о камни было очень неприятно.
  - Устроил побег, - доложил кому-то охранник, пнув лежащего сармата под рёбра. - Убил конвоира.
  - В колодки его, - буркнул второй на ходу, наступив Гедимину на руку. - На выходе из ущелья. Чтоб другим неповадно было.
  "Кого я убил?!" - сердито сощурился Гедимин. Его уже тащили, взяв за руки и за ноги, и он периодически задевал камни головой. "А, теперь не оправдаешься. Has-sulesh... хоть бы мозги не выбили! Сконструируешь тут нормальный реактор..." - он, насколько смог, прижал подбородок к груди, оберегая голову, и закрыл глаза.
  
  05 мая 31 года. Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник
  Тычок шокера в плечо грубо оборвал дремоту, заставив сармата дёрнуться, вскинуться и едва не вывернуть себе руки, спросонья забыв о колодках. Над головой раздался хриплый смешок.
  - Вставай, hasu, - буркнул охранник, бросив перед Гедимином зазвеневшую миску. Половина воды, налитой в ёмкость, тут же расплескалась. Сармат кое-как распрямил руки и поддел миску ладонью, поднося её ко рту. Высоко поднять не удалось - мешал стальной трос, уходящий в скалу.
  Солнце уже поднялось над степью, но сармат его не видел - всё небо затянула сизая дымка. Ветер, бьющийся о горы, пропах сыростью и сероводородом с далёких гниющих озёр. Над лагерем, растянувшимся вдоль Обугленного хребта, протяжно выла сирена. Охранник, оглянувшись на ряды бараков, бросил в миску Гедимина комок Би-плазмы. Сармат наклонил ёмкость ко рту, втягивая разбавленную жижу, и уронил пустую миску на камни. Она покатилась, звеня, вниз по склону, охранник, выругавшись, попрыгал за ней, на прощание огрев Гедимина шокером.
  Полежав немного на холодном камне, сармат приподнялся и сел на левое бедро, неловко подвернув ногу. Попробовал цепи на руках, - расшатанная скала понемногу, по миллиметру, начинала поддаваться. Гедимин слегка напряг мышцы, приподнял руки и услышал тихий шорох песчинок. "Через пару дней треснет," - подумал сармат. "Или им надоест меня тут держать. Вообще не понимаю, в чём смысл."
  Его приковали за руки и за ноги к большой глыбе, когда-то отвалившейся от ближайшей горы и теперь лежащей неподалёку от входа в рудничное ущелье. Сидеть, постоянно опираясь ладонями и коленями на камень, было неудобно, но сармат быстро привык. Кажется, такое положение предполагалось унизительным, равно как и кормление из миски, поставленной на землю. Спросить, что имелось в виду, было не у кого - охранники общаться не хотели, а каторжники, понукаемые конвоем, пробегали мимо, не поднимая глаз.
  Сирена в последний раз взвыла над лагерем и смолкла. Между бараками, за разомкнутой стеной ветрорезов, выстраивались заключённые. Охранники в серо-зелёных экзоскелетах проходили вдоль рядов, пересчитывая пленников по головам. Колонна, прошедшая учёт, тут же отправлялась в ущелье, на рудник. Когда к шахте отправили последний барак, первый уже возвращался - заключённые, разделившись по двое, несли контейнеры с рудным концентратом. На крышках были химические символы урана, серебра, ирренция, иногда - кеззия. Контейнеры выглядели лёгкими - по центнеру каждый, самое большее, и Гедимин с удивлением смотрел, как двое мужчин еле волокут их. "Даже филк донёс бы в одиночку и не устал," - думал сармат, разглядывая людей. Многие из них выглядели измученными даже сразу после подъёма, некоторые спали на ходу, хотя Гедимин видел, что им отвели на отдых целых шесть часов и во время сна не тревожили их.
  Сармату не выдали никакой одежды, оставив его в старом комбинезоне; видимо, спецодежды на кагетских рудниках не было вообще - все рабочие, которых видел Гедимин, были в тех комбинезонах или многослойном тряпье, в которых их взяли в плен. Им дали какие-то обмотки для рук, а у тех, кто выносил контейнеры, были повязки, прикрывающие рот, - больше сармат ничего не заметил. "А нам в Ураниуме выдали комбинезоны," - думал он, рассматривая красные веки и припухшие розоватые пятна на тонкой человеческой коже. "И сапоги. И респираторы... Интересно, душевая тут есть?"
  Из лагеря донёсся треск бластерного разряда, чуть позже он повторился, и шахтёры, возвращающиеся в ущелье, на секунду замедлили шаг; кто-то вздрогнул и съёжился.
  - Ну что сегодня? - крикнул, остановившись в воротах, один из охранников. Он был на особом положении - об этом свидетельствовали красные полосы на обшивке его экзоскелета.
  - Минус два, - отозвался охранник, выходя из барака. Из ущелья, куда ушли шахтёры, Гедимин услышал короткое ругательство, а за ним - треск шокера, которым помахали в воздухе для острастки.
  - Места прибавилось? - спросил "командир".
  - Хватит на целый грузовик, - заверил охранник. Из барака за его спиной вышел филк в сером комбинезоне, волоча за собой тележку с неподвижным телом.
  - Ладно, работай, - "командир" развернулся, и проём ворот за его спиной закрылся, затянувшись поверх створок защитным полем. Гедимин следил за сарматом, пока он не исчез в невысоком строении, по виду неотличимом от бараков. За воротами был посёлок охраны, отделённый от лагеря парой вышек с бластерными и кинетическими турелями, снятыми с подбитого "Койота". Турели, как и всё в этом поселении, выглядели древними и отчаянно нуждались в ремонте.
  На дальнем краю лагеря несколько рабочих возились с опорами для новой секции ветрореза; ещё несколько раскладывали каркас будущего барака. Из прямоугольного участка с содранной почвой торчали костыли, забитые в камень, - скала не позволяла заложить фундамент, а лёгкие фриловые строения без опоры ветер таскал, как хотел, несмотря на все заграждения. "Расширяются," - думал Гедимин. "Большой лагерь. Наверное, давно тут. Я-то думал, что на Кагете просто сольвентные скважины..."
  На самой шахте он ещё не был, но уже сомневался, что там вообще применяют сольвент. Доносящиеся из ущелья звуки относились к грубой примитивной работе - бурению и дроблению, смешиванию и промывке. "Они там что, добывают ирренций вручную?" - сармат недоверчиво хмыкнул. "Хотя... может, поэтому он такой взрывоопасный." Он попытался вспомнить формулу сольвента, вспомнил, что в процессе участвует жидкий азот, и досадливо поморщился. "Ничего, что-нибудь придумаю," - он снова напряг руки, расшатывая скалу, - по его расчётам, до первых трещин оставалось четырнадцать часов постоянной работы. "Ирренций вручную не добывают. Дикарство какое-то!"
  
  06 мая 31 года. Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник
  На дальнем краю лагеря к распахнутым воротам барака, отведённого под хранилище рудного концентрата, подогнали бронированный погрузчик. Непрозрачное защитное поле, обычно прикрывающее склад, отключили, и вокруг столпилась охрана. С другой стороны трое сарматов пытались завести второй погрузчик; он скрежетал, трещал и плевался искрами из-под снятой обшивки. За первыми попытками Гедимин наблюдал вполглаза, презрительно морщась, но на пятой по счёту пригляделся повнимательнее - и развернулся к неподвижному погрузчику всем корпусом, насколько позволили колодки. "Радиационная деформация," - сармат заинтересованно хмыкнул. "Вот бы рассмотреть вблизи..."
  Солнце давно поднялось и уже перевалило через крыши бараков, осветив сверху бронированный чёрный бок "Бета", приземлившегося напротив лагеря. Охрана толпилась и там; корабль готовился к погрузке. Пленных не подпускали ни к "Бету", ни к хранилищу, - обитателей "рабочих" бараков согнали в ущелье, самок и ослабленных отправили стирать одежду и обмотки. Видимо, какая-то смена спецодежды предусматривалась, - Гедимин не видел среди рабочих ни одного голого, а между тем самки снесли к месту стирки не один десяток контейнеров с тряпками. "Значит, мойка у них есть. Там, наверное, моют и рабочих. Возможно, раз в неделю. Надо будет проследить," - отметил про себя Гедимин, ненадолго отведя взгляд от погрузчика, непоправимо испорченного облучением. "И ещё... Тут держат множество слабых самок и даже детёнышей. Никогда не видел их в ущелье - на рудник их не водят. Зачем они здесь?"
  К его камню никто из людей близко не подходил, но издалека сармат мог видеть, что жизнь на залежах ирренция и пронизывающем степном ветру на пользу не идёт никому. У многих были рубцы и язвы на конечностях, все очень часто мигали, - видимо, слезились от пыли глаза. "Сегодня никого не убили," - Гедимин вспомнил, что после утренней поверки не слышал выстрелов. "Но в целом, наверное, смертность тут большая. Тут держат много существ, непригодных для работы. И это дикарство с добычей ирренция вручную... Тут очень скверно всё налажено. Но вот погрузчик могли бы починить..." - он тяжело вздохнул и лёг на камень, подложив руку под голову. Теперь он не двигался, только мышцы на левой руке едва заметно напрягались, - камень нужно было расшатать ещё на пару сантиметров, чтобы у Гедимина хватило сил выдернуть цепи...
  Из-под скалы донёсся лязг плохо пригнанной брони - кто-то из охраны быстро приближался к ущелью. За ним шли ещё двое; посмотрев на них краем глаза, Гедимин зашевелился и сел. Он увидел знакомые скафандры - синий с красными зигзагами и чёрный, форму командира корабля и реакторщика.
  - Оригинальный способ содержания, - хмыкнул командир, остановившись под скалой. Он посмотрел на Гедимина и повернулся к реакторщику. Тот таращился на сармата во все глаза, только что рот не распахнул (или распахнул, но под респиратором было не видно). Гедимин озадаченно мигнул.
  - Ещё не доехав до лагеря, он убил охранника и выпустил полный фургон "макак", - проворчал "местный". - Сколько бы он просидел в бараке - минуту, две?
  Поймав взгляд Гедимина, капитан приподнял руку в приветственном жесте и толкнул оцепеневшего реакторщика.
  - Он?
  Тот поспешно закивал.
  - Вытаскивай, - буркнул капитан, разворачиваясь к охраннику. Затрещина вышла гулкой - шлем загудел, охранник попятился, прикрываясь руками.
  - А я что? Приказ коменданта...
  Реакторщик уже стоял на скале, перехватив цепь рядом с рукой Гедимина. Через пару секунд сармат отделился от скалы и, досадливо поморщившись, содрал с себя наручники.
  - Хорошо, когда кисть свободна. А то неудобно было, не подцепить, - смущённо пояснил он опешившему реакторщику. Это был не Хольгер, как сначала померещилось изумлённому Гедимину, - другой сармат с красными глазами и чистой, почти белой кожей.
  - Вот же ублюдки, - поморщился он, посмотрев на охранника. Тот ползал под скалой, подбирая остатки цепей и наручников, и с опаской косился на капитана.
  - Лагерь, - пожал плечами Гедимин. - Вроде бы им так положено. Ваш "Бет" стоит под погрузкой?
  Реакторщик закивал, протягивая Гедимину руку.
  - Мы с Корсеном только перед вылетом узнали, что вы здесь. Комендант Элджер...
  - Фьонн, хватит болтать, - капитан нетерпеливо махнул рукой. - Гедимин Кет? Был реакторщиком на "Фениксе"?
  - Корсен, я же рассказывал, - недовольно сказал Фьонн. - Он был...
  - Не тебя спросили, - Корсен слегка надавил на его плечо, и реакторщик замолчал. - Фьонну нужен толковый сменщик. Наш пилот-лучевик погиб, Фьонн заменил бы его, но некого посадить к реактору. Не экипаж, а трусливые мартышки!
  Гедимин мигнул.
  - Ты собирался дать реактор... матросам? Ты в своём уме? На первом же Прожиге...
  Фьонн едва заметно вздрогнул. Сарматы переглянулись, и Корсен крепко взял Гедимина за плечо.
  - Умеешь вести Прожиг? Мы тебя забираем. Всё равно, кому ты там пособник. Эй, ты, hasukemu! Скажи своим - этого забрал майор Корсен.
  ...В посёлке охраны всё же была душевая - и целый час Гедимин был там один и не вылезал из мыльной воды. Он оттирал кожу от въевшейся пыли с таким остервенением, что она из серой стала багровой, - впрочем, ненадолго, до прохладного душа, смывшего и грязь, и отвращение. Отряхнув от воды отстиранный комбинезон, сармат надел его, подтянулся на выступе под потолком, разминая мышцы, довольно хмыкнул и вышел на улицу. Майор Корсен ждал его там, периодически поглядывая на разгружаемый склад. Одинокий погрузчик, закончив первый рейс, возвращался к бараку; по всему выходило, что работы затянутся не на один день.
  - Я завёл бы второй погрузчик, - сказал Гедимин, издалека заглянув под пластины вскрытого корпуса и обнаружив, что повреждения меньше, чем он ожидал. - Дай мне инструменты. Если нет ремонтной перчатки...
  Корсен странно булькнул.
  - Это потом, - сказал он, крепко взяв Гедимина за плечо. - Сейчас - на корабль. Фьонн сидит над реактором и трясётся, никак не могу выгнать. Уйми его, тебя он, кажется, послушает.
  ...Подойдя к реакторному отсеку, Гедимин с удивлением понял, что дрожит от радостного предвкушения. Прошло пять дней с тех пор, как он встал из-за пульта управления реакторами "Феникса"; сейчас ему казалось, что прошла вечность. "Опять реакторы," - он едва заметно усмехнулся, глядя на закрытый шлюз со странной нежностью. "Не думал, что снова их увижу."
  Фьонн ждал его в шлюзовой камере, по щиколотку в растворе меи. Увидев Гедимина, он радостно ухмыльнулся и кивнул на стапель, с трудом размещённый в тесной камере. Там висела вскрытая броня - скафандр реакторщика, и Гедимин, присмотревшись, изумлённо замигал и вполголоса помянул уран и торий.
  - Мой скафандр? - он вжался спиной в броню, привычным жестом смыкая пластины от горла до щиколоток. "Лучевое крыло убрали," - с досадой отметил он. "А инструменты на месте."
  - Где вы его взяли?
  - У коменданта Элджера, - ответил Фьонн, дожидающийся Гедимина у входа в отсек. - Он сказал, что вы на рудниках. Мы с Корсеном вылетели на день раньше - боялись, что вас уже нет в живых.
  Гедимин смотрел на него, пытаясь вспомнить, в какой из его групп был этот курсант. Имя звучало незнакомо.
  - Ты у меня учился? - неуверенно спросил он, выходя в реакторный отсек. - На "Гекате"?
  Фьонн мигнул.
  - Я только слышал про "Гекату". Здесь работал Миндже Юнь. Он рассказывал о вас.
  - Миндже? Его я помню, - кивнул Гедимин, подавив облегчённый вздох - его память всё-таки не подвела его, и разум не пострадал ни от избиений, ни от бессмысленного сидения в колодках. - Ты учился у него? Где он сейчас, почему сделали замену?
  Фьонн опустил взгляд.
  - Он показал мне, что и как, и ушёл в лучевые пилоты. А в февральском рейде нас перехватили у Сатурна. Теперь я тут за двоих. Слишком трудно для меня.
  Гедимин молча положил руку ему на плечо.
  ...Реактор был исправен. Это радовало - после предисловий Фьонна Гедимин не рассчитывал и на это. Пробный запуск прошёл удовлетворительно; два расстабилизорованных твэла показали себя сразу же, и сармат вытащил их и засунул в контейнеры. Фьонн смотрел на его перемещения по активной зоне выпученными глазами, не двигаясь с места, и иногда отворачивался.
  - Чего боишься? - Гедимин, увлечённый работой, заметил его состояние не сразу, а заметив, сильно удивился. - Реактор в порядке. Я ждал худшего. На базе заменим твэлы. Краевые сборки нетронуты, центральным топлива хватит.
  Фьонн неуверенно кивнул, покосился на стену, на которой висели контейнеры с твэлами, и поёжился.
  - Миндже говорил, что вы держите всё это в руках... как будто так и нужно. Я... - он посмотрел на приоткрытый спуск в активную зону и нервно сглотнул. - Я бы под расстрелом туда не пошёл.
  Гедимин мигнул.
  - В твоём скафандре это безопасно, - он тронул плечо Фьонна, проверяя подгонку пластин, и с удивлением обнаружил, что она сделана по всем правилам - брешей для излучения не оставалось, и бояться было совершенно нечего. - Даже если твэл "хлопнет"...
  Зрачки Фьонна расширились до краёв радужки, и сармат понял, что пора заткнуться.
  - Реактор пусть работает, - он плотно закрыл люк и проверил герметичность. - Пойдём посмотрим на "лучевое крыло". Наверное, там всё исправно, но проверить не мешает.
  "Тут весь корабль не мешает проверить," - думал он, проходя между отсеками и отмечая мелкие неисправности. "Ассархаддон за такое расстреливал. Мать моя колба! А я думал, все корабли вылизаны, как наш "Феникс". Откуда эта летающая свалка?!"
  В отсеке управления они наткнулись на Корсена. Увидев Гедимина, он оживился и подошёл вплотную.
  - Ну что? - спросил он, не скрывая тревоги.
  - Заменим на базе два твэла, - ответил Гедимин. - А так всё исправно. Фьонн хорошо за ним следил. Только одно...
  Он прикоснулся к шлему.
  - Тут нет коммутатора. Можешь мне его вернуть?
  Кроме коммутатора, бесследно исчезли все украшения, и даже полоски на плечах были тщательно закрашены. "Стивен," - поморщился Гедимин. "Надеялся, что я подохну? Интересно, кого он взял на замену. Судя по всему, реакторщиков во флоте немного."
  - Само собой, - отозвался Корсен. - Можешь хоть сейчас отдать шлем техникам, они поставят коммутатор. Фьонн сегодня переедет в отсек управления, освободит тебе место. Обустраивайся в реакторном. Только одна проблема...
  Он едва заметно поморщился.
  - Приговор-то действует. Ты по-прежнему заключённый и по всем документам остаёшься в кагетском лагере. Я выясню, как это исправить, но пока будь осторожен. Здесь можешь ходить по всему кораблю, но далеко от него не отходи. А на базу тебе вообще нельзя.
  Гедимин кивнул.
  - Понятно. Спасибо, что вытащил из лагеря, - он притронулся к почерневшим рубцам на щеке и недобро сощурился. - Мы здесь надолго?
  - Дней на пять, если не починят погрузчик, - ответил Корсен. - Как раз успеешь освоиться.
  ...Фьонн звал его на ночь в отсек управления, но Гедимин отказался и устроился в реакторном, постелив на полу матрас. Перед отбоем он опустил управляющие стержни, решив с утра провести ещё один испытательный пуск.
  "Новый корабль," - он посмотрел из-под приопущенных век на мерцающие мониторы и усмехнулся. "Меньше старого, но тоже сойдёт. Надо выяснить, что у них с Прожигом. Линзы выглядят так, будто их год не двигали."
  
  11 мая 31 года. Кагет, Обугленные горы, урано-ирренциевый рудник - галактика Вендана
  - Atza teru! Tza tatzqa atta"anu!
  Услышав знакомые слова, Гедимин радостно усмехнулся и развернулся к мониторам.
  - Sa terke! Zaa tiikka, - ответил он, запуская реактор. Установка была всего одна, как полагалось по проекту "Бета", малого, однореакторного крейсера; но Гедимин по привычке иногда начинал искать вторую и удивлялся, не найдя её.
  Окись ирренция, жёлтый кек, концентрат серебра и редкоземельных металлов, - весь груз был размещён в трюмах "Бета". Гедимин лично проверил, как принайтованы контейнеры, и много ли повреждений. За трюмы и условия хранения в них отвечал Корсен; к нему претензий у ремонтника не было, но сами ёмкости приносили из лагеря, и многие из них давно пора было утилизировать. Сармат распорядился накрыть всё дополнительным слоем защитного поля и понадеялся, что дальше корабля концентрат не утечёт.
  Гедимин покосился на запястье. Отсутствие сигма-карты его не смущало - теперь он думал, что ничего интересного снаружи не показывают. Но объёмная карта, хоть и была, до сих пор не развернулась и не показала пункт назначения, и Гедимину это не нравилось. "Идём на "Мару", потом на Альбиорикс," - сармат притронулся к карте, вызывая коды Прожига и запоминая их. Впрочем, "адрес" "Мары" вместе с углом, под которым удобнее заходить к базе, он помнил безо всякой карты.
  - Tza atta"an! - скомандовал майор Корсен. Палуба дрогнула. Реактор выдал отчаянную вспышку "сигмы", заплевав активную зону нейтронами. Гедимин мигнул - такую бурную реакцию он видел впервые.
  - Тихо, - прошептал он, высовываясь из-за монитора и глядя на приоткрытый люк в активную зону. - Штатный взлёт. Выходим в космос.
  Глупо было полагать, что реактор может его услышать, а тем более - понять, - но кривая "сигмы", взметнувшись в последний раз, вернулась к обычным для таких установок значениям. Гедимин проследил за падением числа нейтронов и, довольно кивнув, передвинул рычажок.
  - Tza tatzqa jasu, - сообщил он, удивляясь про себя, что Корсен до сих пор не скомандовал начинать манёвр. "Бет" уже поднялся на пять километров и включил антиграв, отталкиваясь от планеты; через две-три минуты такого полёта атмосфера вокруг корабля становилась достаточно разрежённой для безопасного Прожига, и Гедимин не понимал, почему капитан так тянет.
  В наушниках раздалось удивлённое хмыканье.
  - Что? Ты хочешь устроить Прожиг?
  Гедимин изумлённо мигнул - вопрос был более чем странный, особенно - от капитана пусть малого, но крейсера.
  - Ну да. Так делать? - озадаченно спросил он. - В чём проблема с Прожигом?
  - Ни в чём. Делай, - отозвался Корсен. - Atzesh saja! Tza tatzqa jasu... te"ek?
  - Deka den una, - бросил Гедимин, переводя рычажок на пульте.
  - Dek... nu... uk... shep... - послушно повёл отсчёт механический голос. Системы линз - впервые за год, если не больше - двинулись друг другу навстречу, и потоки излучения сошлись в одной точке.
  - Safauw! - донеслось из отсека управления. Корабль дёрнулся в сторону, проводя экстренный манёвр. Гедимин изумлённо мигнул.
  - Hetatza ya"fauw! - скомандовал Корсен, и сармат сбросил все стержни, растерянно глядя на мониторы. Ничего странного не происходило - реактор вёл себя как обычно, даже лучше, чем реакторы "Феникса" после таких резких манёвров...
  - Atza teru! Гедимин, слушай внимательно, - судя по голосу, Корсен тоже был растерян и даже слегка напуган. - У тебя получилось. Портал был, его видели и едва в него не вошли. Но его ширина - тридцать метров, а "Бет" в поперечнике - сорок. Я так понял, ты этого не ожидал?
  Гедимин мигнул. "Тридцать? Но как тогда проходил "Феникс"? Ему нужно пятьдесят, и мы шли не впритык. Что, мать моя колба, тут происходит?!"
  - Знаешь, как его расширить? - спросил Корсен, не дождавшись никакой реакции от растерянного сармата. - Если да - действуй. Если нет - мы своим ходом идём на Фебу.
  - Идите, - отозвался Гедимин. - Если бы я знал о таких... переменах, я бы на Прожиг не пошёл. "Бет" не пострадал?
  - Если бы я знал, я бы тебя предупредил, - вздохнул Корсен. - Но я в таких вещах не разбираюсь. Это наука... Atzesh saja! Tza tatzqa atta"anu!
  Корабль шёл к порталу, ведущему в пояс астероидов. Гедимин растерянно щурился на мониторы, не различая показателей, - перед глазами стояли створы широких, слишком просторных даже для "Феникса", порталов, открытых силами одного реактора. "Ничего не понимаю," - думал он, глядя на показатель интенсивности. "На "Фениксе" работали две сборки плюс добавочный поток. На "Бете" работают две сборки. По ним различий нет. "Добавка", разумеется, меньше, но её там процентов пять. Сборки такие же. Интенсивность та же. Что могло измениться?!"
  
  13 мая 31 года. Феба, кратер Ясона, база атомного космофлота "Мара"
  Их засекли ещё на подходе к Сатурну. Два часа корабль шёл под почти непрерывным огнём, то маневрируя среди космической пыли, то отстреливаясь от самоходных мин и сбивая дроны-наводчики. Гедимин, никак не участвующий в столкновениях, сидел в реакторном отсеке, отслеживал нейтронные вспышки, иногда - после особо удачного попадания - опускал управляющий стержень на пару сантиметров, болезненно щурился на мониторы и думал о неудачном Прожиге.
  - А ведь нам ещё обратно лететь... - тяжело вздохнул Фьонн, обращаясь к кому-то из пилотов. Корабль осторожно вползал в свободный док.
  - Зачем обратно? - не понял Гедимин. - Нужно столько руды?
  - Мы приписаны к Кагету, - отозвался Фьонн. - Здесь для нас ни места, ни рук.
  - А ремонт? - спросил Гедимин. - Корабль повреждён, и твэлы нужно менять...
  - Топливо запросим, должны выдать, - включился в разговор Корсен. - Ремонт - своими силами. Если хочешь помочь, я возражать не буду. Только из корабля не выходи. Завтра пойдём на Альбиорикс, отстоимся там, сколько нужно, потом вернёмся на Кагет. Пока живи на корабле. Тебе точно удобно спать у реактора? Скажи - тебе найдут хорошее место.
  - Не надо, - сказал Гедимин, отстёгиваясь от кресла. - Пойду к техникам, попробую помочь.
  ...С корабля сняли весь ирренций и часть урана - то, что шло на изготовление ракет и бронебойных снарядов. Взамен привезли пластины и балки для ремонта покорёженных переборок и выправления обшивки. Гедимин лазил по завалам обломков, выдирая куски кабеля, - проводов не хватало, разрывы сшивали тем, что удавалось найти.
  - Ну обсидиан-то дали? - с ходу спросил он у вернувшегося с твэлами Фьонна. - Тебе нужно менять шесть линз, мне - дорабатывать прожигатель...
  Фьонн развёл руками.
  - Только для приписанных крейсеров, - процитировал он ответ интенданта. - Да не волнуйся, пока летает...
  Гедимин поморщился.
  - Что значит - для приписанных? А нам где снабжаться, на Кагете?
  - Что ты ищешь? - спросил, остановившись, пробегающий мимо корабельный техник. - Посмотри в ракетных шахтах. Всё, что там есть, можешь брать.
  Гедимин мигнул.
  - Что значит - могу брать? А ракетчики?
  - У нас нет ракетчиков, - ответил техник, и Фьонн согласно кивнул. - С тех пор, как стали рудовозами, ракеты нам не положены. Ты что, не заме... А, из реакторного не видно. У нас из орудий только турели и два гравитрона.
  - Кидаемся булыжниками, как древние "макаки", - подтвердил Фьонн. - Нет, того, что нам надо, в ракетных шахтах нет. Пойдём в реакторный. Можно мне будет войти внутрь, когда ты будешь менять топливо? Сам я пока опасаюсь...
  "Ракет нет, прожигатель не работает," - Гедимин смотрел на переборки со следами многочисленных повреждений, починок и вторичных повреждений и угрюмо щурился. "Это один "Бет" такой - или остальные не лучше? Что-то другое предполагалось при производстве, это я помню точно..."
  - Фьонн, а москитный флот у вас есть? - спросил он, приостановившись у входа в реакторный отсек. - Я не видел на корабле ни одного филка. И экзоскелеты тоже не попадались.
  - Флот?.. У нас тут два звена "Лантернов" и один "Фенрир", - ответил Фьонн, заметно смутившись. - И ещё есть дроны-разведчики.
  - Мало для крейсера, - качнул головой Гедимин. - А "Ицмитли" и "Стимфалиды"?
  Фьонн вздохнул.
  - Мы не боевой корабль, Гедимин. Мы - рудовоз. Нам такой роскоши не положено. Нам и "Лантерны" не хотели выделять.
  Под ногами забулькал дезактивирующий раствор. Гедимин отвернулся к люку, проверяя герметичность. "У этого "Бета" очень скудное вооружение. Другие, насколько я знаю, вооружены лучше. Возможно, и прожигатели у них работают," - думал он, но сам видел слабые места в своих рассуждениях. "Фьонн говорит, что ни с кем на базе не общается. И я вот тоже не общался. А теперь вот и не с кем..."
  
  17 мая 31 года. Альбиорикс, промышленная база "Красный бог"
  "Никогда не был на Альбиориксе," - думал Гедимин, выглядывая наружу сквозь временно разобранную обшивку. Брешь была невелика, и изнутри её прикрыли защитным полем, но на корабле на всякий случай объявили кислородную тревогу. "И сейчас, собственно, не побывал," - вздохнул про себя сармат.
  Из пролома была видна небольшая часть дока, отведённого прибывшему рудовозу. Техники Альбиорикса согласились провести частичный ремонт - как понял Гедимин из переговоров по внутренней связи, это для капитана Корсена было большим везением и редкой удачей. Изнутри док ничем не отличался от аналогичных помещений на Фебе или Гималии; в служебные, а тем более - жилые отсеки "Красного бога" Гедимина не выпустили, но из рассказов Фьонна следовало, что все отличия - в температуре воздуха и цвете униформы местных сарматов. На Альбиориксе добывающий комплекс стоял в окружении заводов и верфей, непрерывно пополняющих сарматский флот; Гедимин не отказался бы на всё это посмотреть, но туда не пускали даже Фьонна.
  - Не надо тут стоять, - раздался в наушниках голос "лучевого пилота" - тот незаметно подошёл сзади и тронул Гедимина за руку. - Техники злятся.
  - А, - отозвался сармат, неохотно отворачиваясь от пролома и столпившихся там сарматов. - Не вижу причин, но - ладно. А ты чего не на базе?
  - Что там делать? - пожал плечами Фьонн. - У нас на палубах просторнее, чем на этой базе.
  - Ты выглядывал наружу? - спросил Гедимин, выбираясь из вспомогательных отсеков на "просторные" палубы; просторно там было бы только филкам и людям, а Гедимин не мог пройти, не задев плечом переборку. - Видел Юпитер? Вблизи он, наверное, огромный.
  Фьонн качнул головой.
  - Нет, не видел. Тут не одобряют вылезание наружу. Кажется, его нигде не одобряют.
  "Бет" уже сдал "Красному богу" груз руды, и трюмы наконец опустели. Корсен договорился о замене повреждённых контейнеров; новые привезли ещё вечером, и через несколько часов, как только местные техники заделают дыру в обшивке, рудовоз собирался покинуть планету. Гедимин перед отлётом проверял системы реакторного отсека, забравшись в активную зону. За его спиной, стараясь держаться на максимальном расстоянии от движущихся и излучающих предметов, стоял Фьонн и пристально за ним следил.
  - Боишься диверсии? - не выдержал наконец Гедимин, в шестой раз наткнувшись на его внимательный взгляд.
  - Нет, просто смотрю, - мотнул головой Фьонн. - А это правда, что ты разговариваешь с реактором?
  Гедимин мигнул.
  - Разговаривать с механизмами бессмысленно, - сердито ответил он. - Кто сказал тебе такую чушь? Миндже?
  Фьонн неопределённо пожал плечами.
  - Сейчас ты гладил сборку, - заметил он. Гедимин, вздрогнув, отдёрнул руку.
  - Иди наверх, - буркнул он, недобро щурясь на пришельца. - Не люблю, когда смотрят под руку.
  Он не прикасался к реактору, пока Фьонн не выбрался из активной зоны, и люк за ним не закрылся. Тогда Гедимин, воровато оглянувшись через плечо, погладил сборку двумя ладонями.
  - Не бессмысленно, - прошептал он с виноватой усмешкой. - Может, и глупо. Но явно не бессмысленно.
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Каменистый "S-T-I-K-S Шесть дней свободы" (Постапокалипсис) | | Д.Деев "Я – другой" (ЛитРПГ) | | Е.Халь "Исповедник" (Научная фантастика) | | К.Леви "Асирия. Путь к счастью." (Любовное фэнтези) | | В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2" (Боевая фантастика) | | Д.Владимиров "Киллхантер 2: Цель - превосходство" (Постапокалипсис) | | Н.Видина "Чёрный рейдер" (Постапокалипсис) | | А.Ардова "Господин моих ночей" (Любовное фэнтези) | | В.Фарг "Кровь Дракона. Новый рассвет" (Боевое фэнтези) | | С.Волкова "Неласковый отбор для Золушки" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
П.Керлис "Антилия.Охота за неприятностями" С.Лыжина "Время дракона" А.Вильгоцкий "Пастырь мертвецов" И.Шевченко "Демоны ее прошлого" Н.Капитонов "Шлак" Б.Кригер "В бездне"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"