# 0599. 14-16.04.25. Луна, кратер Пири, город Кларк

Аноним Токацин

О физзарядке, банном дне и странных порядках в душевой.

14 апреля 25 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Дверь с лязгом захлопнулась за последним охранником, грохот в коридоре затих, и Гедимин, перекатившись набок, открыл глаза.

- Эй, теск! - немедленно донеслось из-за решётки, и сармат удивлённо мигнул - по его расчётам, Мэллоу полагалось быть на прогулке. - Те-еск! Вижу же, что не спишь! Ну, как тебе эта задница? У новенькой бескодной, той, что чернявая? Я вообще люблю мулаток...

Мэллоу мечтательно вздохнул.

- А ты? Тебе какие по вкусу?

Гедимин сел, провёл ладонью по глазам и потянулся за контейнером с водой. Контейнеров было два, и сармат постоянно их путал; впрочем, жидкости, на его взгляд, ничем не отличались - ни по составу, ни по свойствам.

- Это для мытья! - немедленно подал голос Мэллоу. - Или вам, тескам, без разницы? Ты вообще с какой планеты?

- С Энцелада, - буркнул Гедимин, поднимаясь на ноги. - Ты почему не на прогулке?

Мэллоу развёл руками.

- Ты не поверишь, к какой ерунде тут могут придраться! И вот - я неделю без прогулок. Энцелад? А это где? Рейс туда ходит?

Сармат, не отвечая, глубоко вдохнул и упёрся руками в стены камеры. Тело, несколько дней пролежавшее без нагрузок, стало, по ощущениям, неприятно дряблым. "Упражнения," - с трудом вспомнил Гедимин последний разговор с доктором Фоксом. "Да, упражнения. Надо сделать одно-другое. Размять мышцы..."

Он поставил было руки на койку, но она под его весом подозрительно скрипнула, и сармат опустился на пол. Пристроиться для отжиманий было непросто - макушка упиралась в защитное поле, пятки - в стену. Сармат встал наискосок, закинув ступни на койку и решив, что дополнительная нагрузка, созданная неудобством, ему не повредит.

- Эй, теск, - снова подал голос Мэллоу пару минут спустя. - Ты чем это занят?

Гедимин, не обращая на него внимания, поднялся на ноги и повернулся боком к решётке. Это позволило полностью развести руки в стороны и развернуть назад, приведя в движение спинные мышцы. Было приятно снова ощущать, как они напрягаются. "Подтянуться не на чем..." - сармат покосился на потолок - никаких выступов и петель там, разумеется, не было. "Ладно, что-нибудь придумаю."

- Теск, а теск, - заговорил Мэллоу ещё через пять минут; он всё это время стоял у решётки и наблюдал за сарматом. - Тебе-то зачем качаться?! Ты и так амбал!

Гедимин ничего не ответил. Кровь, разогретая упражнениями, побежала по жилам быстрее; сердце не ныло, хотя билось чаще, чем хотелось бы, - сармат слишком много часов провёл в неподвижности. "Надо сделать себе расписание," - думал он, переворачиваясь вниз головой и приподнимаясь на руках так, чтобы ступни упёрлись в потолок. "Заниматься каждые... ну, допустим, четыре часа. Будет не так скучно. А там подумаем, где раздобыть смарт..."


16 апреля 25 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

- Подъём! Подъём! - донеслось из коридора одновременно с ударами гонга и грохотом железа о фрил - охранники, двое или трое, топали стальными "копытами" экзоскелетов и, по ощущениям, даже подпрыгивали. Гедимин, недовольно щурясь, поднялся с койки и, свернув тряпку, заменяющую одеяло, сунул её под подушку. Так обычно делали Мэллоу и его сокамерник; сармат решил, что так и надо.

- Подъём! - гаркнул в последний раз кто-то из охранников, и "копыта" загрохотали по коридору. Останавливаясь напротив камер, экзоскелетчики выкрикивали имена; заключённые отзывались мгновенно - спящих после такой побудки практически не осталось.

- Гедимин Кет! - крикнул охранник, заглянув в камеру сармата.

- Здесь, - отозвался тот, застёгивая комбинезон. В последние дни он спал раздетым - всё равно тонкий слой скирлина ни от чего его не защитил бы.

Браслет на запястье сармата мигнул и снова погас - тюремщики проверили связь и ушли по своим делам. Следом везли тележку с водой; Гедимин допил всё, что оставалось во вчерашнем контейнере, и, скомкав, вытолкнул его в проём под защитным полем. Через несколько минут в отверстие в решётке влетели ещё две ёмкости.

- Банный день! - заорал охранник, идущий за тележкой. - В пять с бельём на выход!

- А, вот оно и воскресенье, - ухмыльнулся Мэллоу, потирая руки. - Наконец-то можно будет нормально пообщаться! Эй, теск...

Гедимин, судорожно вспоминающий значение слова "бельё", рассеянно покосился на человека, но того уже одёрнул сокамерник.

- Чего "теск"? Жёлтый код водят отдельно. У них там свой душ.

- Ну да, но он-то - здесь, у нас, - отозвался Мэллоу. - Как тогда? Его наверх заберут?

- Да тебе-то какое дело?! - раздражённо отмахнулся его сосед.

Гедимин, вскрыв контейнер с водой, наскоро умылся и занялся упражнениями. Мэллоу, встав у решётки, вслух считал подходы и подбадривал, сармат щурился, но терпел, - судя по общей реакции, Мэллоу в принципе не мог сидеть с закрытым ртом. На звуки стягивались "макаки" из соседних камер - все, кому расположение относительно Гедимина позволяло заглянуть за его решётку. "Здесь скучно," - напомнил себе сармат. "Вот и глазеют. Было бы чем заняться - занимались бы."

- Завтрак! - донеслось из коридора. Гедимин сел на койку и, выплеснув на ладонь немного воды, обтёр разгорячённую кожу. Мэллоу, разочарованно вздохнув, отошёл от решётки, по своим местам расползлись и остальные, - по коридору уже грохотала тележка с пищей.

Контейнеров, как всегда, было два - двойная, сарматская, порция; в каждом - четыре ячейки. "Яичница" - прочитал Гедимин над жёлтыми ноздреватыми ломтями. "Здесь "бекон"... а это, красное, помидоры. Кубик... кофейный или чайный?" - сармат понюхал последнюю ячейку и едва заметно поморщился. "Кофеин. Пусть будет. Тут концентрация минимальная."

Не успел он ещё выкинуть опустошённые контейнеры в коридор, как Мэллоу, сегодня управившийся с едой быстрее обычного, начал копаться на койке, стаскивая с неё все полотнища и пытаясь сложить их поровнее. Тем же минуту спустя занялся его сокамерник. Гедимин, вспомнивший наконец значение слова "бельё", сделал так же, и вовремя - не прошло и трёх минут, как в коридоре загремели "копыта" экзоскелетов.

- Сейчас поведут, - сказал Мэллоу, радостно ухмыляясь. Он встал у решётки со сложенным бельём в руках. По коридору, подозрительно оглядываясь на решётки, прошёл охранник.

- Все выходят и строятся к двери! - заорал он, остановившись на дальнем конце коридора. - Женщины слева, мужчины справа! Бельё, пустое мыло, щётки, - всё с собой!

Гедимин забрал из ниши давно опустевший мыльный тюбик, почти законченную зубную пасту, прихватил щётку и, взяв подмышку свёрток с бельём, встал у решётки. Защитное поле уже растворилось, теперь защёлкали затворы, и через несколько секунд створка медленно поехала вверх. Браслет сармата мигнул и снова зажёг светодиоды - в этот раз не один, а четыре, и слабый разряд обжёг Гедимину запястье.

- Проверка связи, - послышался голос из браслета. - Без фокусов, понял?

Камеры уже открылись, и люди выстроились длинными шеренгами вдоль стен. По коридору двигался охранник, подгоняя их, и шеренги ужимались, приближаясь к выходу. Мэллоу шмыгнул за спину Гедимина, - у левой стены ему не осталось места, там выстроились самки. Их было вдвое меньше, но всё же достаточно, - и их вывели первыми.

- Все на выход! - донеслось из-за распахнутой двери.

Там было пустое помещение с дверями - достаточно большое, чтобы вместить потеснившихся заключённых, расставленных вдоль стен охранников и открытые контейнеры разного размера. Влево, как заметил Гедимин, отходил ещё один коридор, перекрытый опускающейся створкой; справа за спиной экзоскелетчика виднелись бронированные ворота - вероятный выход на улицу.

- Вещи в ящики! - раздавал указания один из охранников. - Все снимают комбинезоны! Живо, живо, пока все не готовы, душ не открою!

Люди, по большей части, и так знали, что делать, - когда Гедимин нашёл все контейнеры и выбрался из комбинезона, почти все уже были раздеты, а часть успела разбиться по группкам и начать болтовню. Сармат старался держаться у стены, чтобы никто не влез под локоть. "Целая стая "макак"," - думал он, недовольно щурясь. "И душевая сделана под них. А мне придётся мыться сидя."

Подъёмная дверь, покрытая влагонепроницаемым фрилом, поехала вверх. Охранники выстроились у неё в две шеренги, подозрительно глядя на раздетую толпу. Гедимин оказался на её краю. Он разглядывал людей, они - его; сармат думал, что "макаки" действительно мохнатые, и у некоторых на теле волосы длиннее, чем на голове, и гадал о происхождении и назначении грубых рисунков на коже. Они были не у всех и, возможно, что-то означали. Гедимин огляделся в поисках Мэллоу - это была единственная относительно знакомая "макака", и можно было бы его расспросить... но Мэллоу где-то затерялся, а дверь душевой уже открылась, и все повалили туда, едва не сбивая друг друга с ног. Гедимин отстал и, глядя на всеобщую спешку, ожидал, что его поторопят - например, тычком шокера; но охранники никого не трогали, только ждали у входа, вполголоса переговариваясь. Шум воды и общий галдёж заглушал их голоса, но треск станнера Гедимин расслышал бы; прождав пару секунд и войдя в душевую последним, он увидел, как закрывается дверь, но подгонять его никто не стал. "Значит, охранники тут не дерутся," - заключил сармат, входя в большое сырое помещение. "Но все чего-то боятся..."

Здесь было ещё два открытых контейнера - для носков и подштанников; под ними угадывались откидные крышки люков, ведущих в шахты. "После мойки привезут чистое," - предположил Гедимин. Немного поодаль помещение сужалось, частично перегороженное двумя стенами с широким проходом между ними; в этом "бутылочном горлышке" застряла толпа. Сармат обошёл её вдоль стены - место было, остановить его никто не пытался - и заглянул во вторую комнату. Настоящая душевая была там - водяные распылители вдоль стен, никаких регуляторов, прикреплённые к стенам контейнеры с каким-то моющим веществом - его запах, довольно резкий, висел в воздухе. Там уже собралось несколько десятков человек, разделённых, как показалось Гедимину, на четыре группы; некоторые из них мылись, кто-то кому-то тёр спину или помогал смыть пену с головы, но большая часть отдыхала под тёплой водой и неспешно общалась. Сармат обвёл помещение озадаченным взглядом и недовольно сощурился - использовалось оно явно неоптимально.

"Болтать можно было бы посередине," - подумал он, оглядываясь на толпу, застрявшую на проходе. "И даже теперь - для мытья тут полно места. Я не слышал, чтобы объявляли очередь. Чего они там ждут?"

В недоумении пожав плечами, сармат подошёл к дозатору, взял из ниши свободную мочалку - слишком мягкую, на его взгляд, но выбирать не приходилось - и, нацедив пригоршню мыла, вошёл под ближайший душ. Отверстий в потолке было достаточно, чтобы под одним потоком воды уместились шестеро; там уже стояли двое, но оставалось место и для сармата. Он, покосившись на ближайших "макак", порадовался про себя, что по проекту Джеймса ему не отрастили шерсть по всему телу, - с ней, кажется, было много возни. "А меня и так много," - хмыкнул он про себя, растирая быстро темнеющую мыльную пену по коже. "И от мартышечьей еды из кожи лезет дрянь. Вот мы в Ураниуме мылись каждый день. Попросили бы мианийцев подвезти лишний ледяной астероид..."

Размышлять о проблемах с водой и гигиеной на Луне ему пришлось недолго - через несколько секунд кто-то пнул его по ахиллову сухожилию. Сармат машинально отмахнулся и услышал плеск падающего тела, вопль и отчаянную ругань. "Вот мартышка!" - недовольно сощурился он, разворачиваясь, чтобы оказать помощь и принести извинения. "Зачем было лезть под локоть?!"

Извиниться он не успел - чей-то кулак почти долетел до его рёбер, и он перехватил чужую руку в последний момент, чтобы швырнуть её обладателя навстречу ещё двоим, быстро приближающимся к сармату. Воплей стало больше, и Гедимин пригнулся, ожидая разряда станнера в затылок, - но, похоже, стрелять было некому. Сармат, выпрямившись, посмотрел на четвёрку "макак", расползающихся по углам, на ещё десятерых, остановившихся поодаль, на остальных, переставших болтать, собравшихся в плотные группы и глазеющих на Гедимина, будто в жизни не видели сарматов, - и на всякий случай изобразил дружелюбную улыбку. Получилось плохо - ближайших приматов передёрнуло, остальные быстро переглянулись.

- А ну вали отсюда! - крикнул кто-то из них с безопасного расстояния. Гедимин мигнул.

- Ты чего? Я моюсь, - миролюбиво отозвался он, помахав мочалкой. Четверо двинулись было к нему, но крупный самец, до сих пор молча стоявший поодаль, резким жестом остановил их.

- Механик Джед? - он, пройдя сквозь расступившуюся группку, встал в нескольких шагах от сармата и смерил его внимательным взглядом. У него на коже было много рисунков и почти не было длинной шерсти, и он выглядел довольно крепким для "макаки". Гедимин, быстро оглядевшись, заметил, что тут много крупных самцов - в среднем они на вид гораздо сильнее, чем те, кто до сих пор толпится на проходе. Те, из "бутылочного горлышка", смотрели на происходящее в душевой с явной опаской, многие подались назад.

- Ты не знаешь правил? - спросил самец, оглянувшись на кого-то из своей группы. - Мэллоу! Ты объяснял?

Мэллоу выбрался вперёд, покосился на Гедимина и тут же уткнулся взглядом в пол и быстро-быстро закивал.

- Да, а то как же. Я говорил с ним. Он не слушал.

Гедимин недоумённо хмыкнул. Самец шевельнул пальцами, и ближайший из его спутников выдал Мэллоу затрещину. Тот, будто этого и ждал, согнулся в поясе, несколько раз кивнул и, не выпрямляясь, убежал в задние ряды, за спины "макак". Гедимин растерянно мигнул.

- Так и вижу, что ты не знаешь, - продолжал главарь. - Тут всё просто. Вот это - мы. Это моя банда. А это...

Он пренебрежительно махнул рукой на "бутылочное горлышко".

- Это всякая шваль. От них нет пользы, понимаешь? А вот ты... - он снова смерил Гедимина изучающим взглядом. - Ты выглядишь полезным. Присоединяйся. Я - Эрман Баселар. Собираю таких, как ты.

Гедимин неприязненно сощурился. Толпа на проходе так и стояла, не смея двинуться вперёд, вода бесполезно выливалась на пол, время шло - и тратилось предельно нерационально.

- Вода вытекает, - буркнул он. - Нечего тут так долго стоять. Я пошёл. И вы уходите.

Не дожидаясь ответа, он двинулся к выходу. Один из уроненных им на пол оказался на дороге - и шарахнулся от сармата, едва не врезавшись в стену. Толпа на его пути безмолвно расступалась, но вперёд не продвинулся никто. Гедимин, пожав плечами, подошёл к вешалке для полотенец и взял первое попавшееся. Оно было мало, но кожа уже сама впитала большую часть воды - оставалось немного обтереться и идти выбирать подштанники своего размера. Искать долго не пришлось - они лежали в жёлтом контейнере вместе с носками, а он - на самом видном месте предбанника.

- Эй, Джед, - послышался вкрадчивый голос, и Гедимин резко развернулся, оставив за спиной только стену - ещё раз подпускать "макак" вплотную он не собирался.

Толпа наконец пришла в движение; люди, которых сармат недавно видел под душем, теперь разбирали полотенца. Четыре группы заняли весь предбанник - они по-прежнему не смешивались. К вешалке подошёл один человек от каждой банды - четверым там хватило места; и так же одновременно, не обгоняя друг друга, они ушли к своим товарищам. Кому-то - на вид не больному и не калеке - помогали вытираться, кто-то делал это сам. Гедимин смотрел на всё это и недобро щурился. "Иерархия," - вертелось в голове полузабытое слово. "Приматы строят иерархию. И лезут с ней ко мне. Saat hasesh!"

- Джед, я с тобой говорю, - снова подал голос крупный самец, назвавшийся Баселаром. Его осторожно вытирали двое помощников; он, не обращая на них внимания, смотрел на Гедимина. Сармат вопросительно хмыкнул.

- Ты сегодня нарушил правила, - проговорил Баселар. - Думаешь, это сойдёт тебе с рук?

Сармат сузил глаза.

- Отстань от меня, - буркнул он. - Мне не интересны ваши правила.

Баселар ухмыльнулся.

- Но соблюдать их придётся. Или... - он выразительно размял пальцы. - Моё предложение в силе, механик. Приходи в мою банду - и можешь не думать о правилах. Их устанавливаем мы.

Сармат смотрел мимо него, на три группы, держащиеся в стороне. Эти люди тоже следили за ним, и многие из них ехидно ухмыльнулись, услышав последние слова Баселара. "Ещё три банды," - отметил про себя Гедимин. "Ещё три кучи правил. Шли бы вы все на орбиту Седны..."

- Они согласны? - спросил он, кивнув на людей за спиной Баселара. Тот быстро оглянулся через плечо, и его лицо на секунду перекосило. Из других групп донеслись смешки. Банда Баселара зашевелилась, оглядываясь на предводителя. Он выкрикнул несколько слов на непонятном Гедимину языке. Смешки притихли.

- Вот оно что, - протянул Баселар. - Ладно, я не тороплюсь. Можешь выбирать, механик. У тебя неделя на размышления. Будь ты из них...

Он махнул рукой в сторону душевой.

- Я бы с тобой не церемонился. Но ты выглядишь полезным. Думай, механик. Запомни - тут наши правила, и соблюдать их будут все.

Он отошёл. Гедимин молча смотрел, как банды смещаются к выходу, неохотно пропуская остальных к полотенцам и чистой одежде. "Иерархия," - он брезгливо поморщился. "Мало мне было этой дряни..."

Душевая открылась через пять минут. Сармат вышел одним из первых - перед ним расступались, никто больше не рисковал влезть ему под руку. Не обращая внимания на людей, снующих вокруг, он выбрал по предмету из каждого контейнера, взял у охранника отдельный свёрток с жёлтым комбинезоном и пристроился в углу, чтобы спокойно одеться. Многие, как он заметил, выскакивали из душевой, толком не вытершись, и надевали одежду на мокрое тело. Банды - в основном "зелёные" - заняли места вдоль стен, остальным пришлось прыгать на одной ноге посреди помещения. Между Гедимином и ближайшими людьми было место, но никто не подошёл.

Гедимин не был уверен, что найдёт свою камеру, - и проскочил бы мимо, если бы его не окликнул Мэллоу.

- Эй, теск! - он уже вошёл к себе и присел на койку; в его взгляде был страх, смешанный с любопытством. Гедимин повернулся к нему. Обе решётки уже опустились; его камеру закрыли защитным полем на секунду раньше, чем камеру Мэллоу.

- Ты хорошо подумай, - сказал заключённый, серьёзно глядя на него. - Баселар шутить не будет.

Сармат молча сложил вещи в нишу и принялся застилать койку новым бельём. Когда он с этим закончил и повернулся к решётке, Мэллоу ещё стоял там, и его веки странно вздрагивали.

- Сказал охране, что тебя побили? - спросил Гедимин. Мэллоу вздрогнул и криво ухмыльнулся.

- Охрана в это не полезет, - тихо ответил он. - Если никто не покалечен, их это не касается. Они даже довольны - в душевой порядок, следить не надо.

Гедимин поморщился.

- Зачем ты подчиняешься Баселару? Тебя там бьют, а пользы никакой.

Мэллоу неуверенно ухмыльнулся, глядя на сармата снизу вверх.

- Это ещё не "бьют", механик. Бить будут, если я вздумаю отказаться. И тебе лучше его послушать. Правда, ты с ними один не справишься...

Его голос понизился до шёпота и окончательно затих. Гедимин недобро сощурился.

- Эй, Мэллоу! - донеслось из коридора. - Ты там объясняешь правила или ноешь на жизнь? Если второе - лучше не выходи на прогулку!

Гедимину угроза показалась нелепой, но Мэллоу испугался не на шутку - даже съёжился и втянул голову в плечи.

- Да-да, объясняю, - пробормотал он. - Теск, давай слушай. Пока мы в камерах, каждый вроде сам по себе. А вот там, где все собираются вместе...

В коридоре загудела открывающаяся дверь.

- И ещё четверо в очереди на осмотр, - громко объяснял кому-то охранник. - Начните с них, док. Несчастный случай - падение в душевой.

- Четверых одновременно? - кто-то насмешливо фыркнул; он шёл тихо, не громыхая, - видимо, без экзоскелета. - Ну надо же! И кого в итоге оттрахали?

По ангару прокатилась волна смешков. Гедимин мигнул. "Он про спаривание?"

- Никого, - неожиданно для Гедимина ответил угрюмым голосом Баселар. - Несчастный случай, док. Очень скользкие полы.

Мэллоу расплылся в злорадной ухмылке и, посмотрев Гедимину в глаза, быстро поднял большой палец и тут же прижал к кулаку, будто чего-то испугался.

- Значит, групповуха не сложилась, - подытожил "док", пока охранник открывал одну из камер. - Или сложилась, но не у твоих парней? Ничего, будет и на вашей улице праздник...

Он вошёл в камеру, и насмешки сменились отрывистыми чёткими командами. Гедимин прислушивался и растерянно мигал. "Ушибы, растяжения, вывихи... Откуда?! Я ж их только слегка толкнул!"

- Так, слушай дальше, - снова подал голос Мэллоу. - Тех, кто тут сидит меньше недели, не трогают. Но если ты тут на годы, лучше не нарывайся.

- Расскажи про банды, - перебил его Гедимин. - Их четыре? Чем отличаются?

Мэллоу неуверенно усмехнулся.

- Отличаются?.. Их тут четверо - тех, у кого есть бойцы. Ты говорил с Эрманом Баселаром. Другой - Кун Тедань, он собирает к себе азиатов...

Гедимин слушал, не перебивая, и сердито щурился. "И весь этот мартышечий бред придётся помнить... Да ну их в ядерный могильник!"

- Ты тут давно? - спросил он, когда Мэллоу перечислил четверых главарей. Тот часто замигал и отвёл взгляд.

- Два года... чуть больше, - признался он.

- Ты не убивал? Не пытал никого? - спросил Гедимин, пытаясь вспомнить, за что "макака" может попасть в тюрьму. Мэллоу, хмыкнув, покачал головой.

- Только не я, механик. Я тут за денежные дела. Ни одна муха не пострадала.

- Почему у тебя нет банды? - спросил Гедимин. Из опустевшего коридора донеслось громкое хмыканье.

- Это ты так объясняешь правила, Мэллоу? - снова подал голос недовольный Баселар. - Сегодня твоя прогулка отменяется.

- Банда Мэллоу! - фыркнул кто-то, и в ответ ему рассмеялись. - Нет, ну вы слышали?!

Гедимин посмотрел на съёжившегося человека, на его угрюмого сокамерника и растерянно качнул головой. "Ничего не понимаю. И не хотел бы, но, кажется, придётся..."