# 096. 33-38.08.281. Западная пустошь, юг Аркасии - город Джайек

Аноним Токацин

О дорожных стычках, о музыке для небесных змей и о неприятностях в Джайеке.

33.08.281 от Применения. Западная пустошь, юг Аркасии

Утро начиналось с зелёной полосы вдоль горизонта, стука открывающихся бойниц и недовольного возгласа из вагона.

- Опять! Мастар локо! Почему всегда мы?! То уборка, то жёлуди чистить, то корешки...

- А на нормальные дела не зовут! - закончил второй голос с таким же акцентом. - Ни на крыше дежурить, ни стрелы делать...

- Стрелы делать - навык нужен, - отозвался "мастар локо". - Тебя в ученики брали? Не захотел. Простые дела для вас есть, сложным вы не учитесь. А за так вас возить - нам оно зачем? За так тут никто не ездит!

С крыши донёсся тревожный крик, и вновь застучали бойницы, а поезд прибавил ходу. Уже безо всяких сканеров были видны фары тройки "флипов", разгоняющие холодный туман, и слышен рёв моторов. Кто-то из ездоков заорал, радостный вопль перешёл в испуганный, но поздно - джайк привстал в огневом "гнезде". Гедимин услышал глухой стук, шорох сухой травы, и огни развернулись, удаляясь. Поезд прогудел им вслед, сбавляя ход. Из вагона высунули трап, и в степь вылетел флиппер с двумя седоками.

- Зачем? - сармат угрюмо сощурился. Джайк, делающий очередную зарубку на копьеметалке, удивлённо хмыкнул.

- А чего вещам зря валяться? Или, того хуже, ездоки за ними вернутся. Труп им не нужен, а пушка и тряпки трупа - ещё как!

- Ваших бы не постреляли, - буркнул сармат. - Вдруг западня?

Из редеющего тумана выехал "флип". Джайк-седок помахал кобурой на скирлиновых ремешках. Поперёк седла лежала одежда, снятая с мёртвого аркаса. Гедимина передёрнуло. "Ну, хоть не кожа..."


34.08.281 от Применения. Западная пустошь, юг Аркасии

Чем дальше поезд уходил на север, тем лучше Гедимин понимал, что не зря назвал эту территорию Аркасией. Мимолётные перестрелки стали обычным делом. Иногда "местные" справлялись без приезжих - локо и джайки только настораживались на грохот за горизонтом, дожидались радостных воплей и, морщась, бурчали под нос "аркасы" или "хиллазы". Гедимин первое время "светил" на место перестрелки, проверяя их выводы, но скоро ему надоело. Ничего нового он не видел - победившая "стая" делила трофеи, отрезала головы убитым врагам, иногда метила заново "пограничные" камни. Чаще побеждали аркасы. Метки хилларсов попадались редко, а знака халагов Гедимин и вовсе не встречал - возможно, после рывка на "Кэй-Эм" и "встречи" с суиками выходцы из Массета развернулись на восток. На востоке были кислотные заводи Лит и захваченный всеядным роем Лан. За кислотников сармат немного волновался...

От частой стрельбы "новые локо" притихли и уже не бурчали на распределение работ. Кое-кто, как сказал Мейцан на ночной стоянке, и правда пошёл в ученики - плести циновки, ошкуривать и колоть деревяшки, мездрить и разминать шкуры. Остальные молча делали, что сказано. Может, работа на "Здоровяке" была для них не самой приятной и почётной, - но вернуться случайно к аркасам они не хотели точно.

- Все убираются. Локо тоже, - буркнул Мейцан на осторожный вопрос Гедимина и кивнул на "хвост" поезда. Ассенизаторы - поголовно локо, ни одного характерно согнутого силуэта - разгружали с утра отстойник.

- Ещё неделя - и можно и не разгружать, - ухмыльнулся Мейцан. - Твоё растение с каждым днём жиреет. Уже всё в мелких ленточках. Я сказал сыпать меньше травы - траву ему переваривать сложно. А она пачкается. Вот её в основном и вытряхиваем. Даже запах совсем другой.

- Ещё подрастёт - и траву переварит, - пообещал Гедимин. - Серу со старых труб держите под рукой! Скоро пригодится...

Теперь "Здоровяк" не заплёвывал всё вокруг сернистой сажей. Поезд - и снаружи, и внутри, - с прошлого мытья только чуть запылился. Чистый воздух понравился килмам и вилорогам - за "Здоровяком" увязалось уже приличное стадо. В небе всё плотнее сворачивались клубки летучих змей. Гедимин косился на них и собирал из пластин фрила и просверленных трубок "ворота ветра" - к следующей стоянке, по его расчётам, должны были пригодиться.


35.08.281 от Применения. Западная пустошь, юг Аркасии

На закате было тихо. Локо (и даже "чанти", хоть и с опаской) выбрались пострелять по мишеням, а вожди - на крышу, оглядеться и обсудить прошедший день. Гедимин ещё раз проверил защитное поле, покосился на небесных змей, задумчиво выписывающих спирали над пустошью, и спрыгнул с крыши. "Здоровяк" придержал его беспалой горячей лапой, "потыкал" в небо, - он "слышал" усилившееся излучение змеиных стай. "Охотятся," - объяснил, как мог, Гедимин и даже "нарисовал" смерч. Воспоминание о стычке с ездоками, отбившими добычу у змей, "зверёк" выкопал уже сам - или оно кстати всплыло в мозгу. "Здоровяк" убрал лапу, и сармату померещилось задумчивое хмыканье.

- Чёрная Скала, куда ты среди ночи? - окликнули его с крыши вагона. Сармат недовольно сощурился. Он отвык, что его видят со всех сторон, и всем интересно, куда его снова понесло.

- Змей слишком много, - он кивнул на темнеющее небо. - А утром ветер усилится. Поставлю приманку подальше от поезда.

- Приманку? - переспросили с крыши, и кто-то зашевелился. - Зачем? У нас, вон, на хвосте и так "приманка" - стадо в полсотни голов. Опять на рассвете придётся гудеть!

От слова "гудеть" "чанти", собирающий стрелы вокруг мишени, вздрогнул и втянул голову в плечи.

- Вот и поставлю, чтоб не пришлось, - Гедимин уже вышел из-под защитного купола и теперь сверялся с дозиметром. Да, змей собралось много. Над пустошью текли неслышные лучевые сигналы. Через воздуховоды их слышал хранитель "Здоровяка", и по куполу змеились красные разводы. Существо пыталось выйти на контакт.

Отошёл сармат далеко - туда, откуда поезд был еле виден в надвигающихся сумерках. Там нашлось кружевное деревце - невысокое, всего-то десять метров - и камень с глиняной нашлёпкой. Почему-то она была тонкой - то ли кто-то недавно чистил валун, то ли аркасы до сих пор на него внимания не обращали.

Побрякушки на дереве сармат развесил быстро. Труднее было подобрать съедобную приманку. Гедимин неловко щурился, выцеливая килма в самом дальнем стаде. Вспышку - хоть плазменную, хоть лучевую - наверняка заметят с поезда... и потом - сармат ещё помнил безжизненные равнины. Он выбрал животное, которое и само стало бы добычей змеиной стаи, - крупное, но медлительное из-за давней травмы. Щурясь на озадаченные голоса с поезда, сармат оттащил тушу под дерево и "посветил" в небо. Волны на экране дозиметра выгнулись по-другому - сигнал услышали и начали реагировать. Гедимин быстро шагнул под купол. Крыша вагона опустела, двери прикрылись. Кто-то, увидев сармата, выглянул из "гнезда".

- Зря ты шкуру им оставил, Чёрная Скала. Обошлись бы мясом и костями!

- Угу, - буркнул Гедимин, думая, что люди не так уж плохо видят в темноте. Не намного хуже, чем сарматы.


36.08.281 от Применения. Западная пустошь, юг Аркасии

С рассветом на севере взвыл ветер, затрещали пластинки фрила, надрывно загудели просверленные трубки. Джайк, вышедший на крышу, остановился, не дойдя до огневого "гнезда", и прислушался.

- Тш! - зашипел он на воинов локо, ругающихся на смерч. - Песня небесных змей... Руйо знают этот мотив. Я его слышал за землями чанти, у южного озера...

Он достал из поясной сумки просверленную тростинку, приложил ко рту - не вдоль, как ожидал Гедимин, а поперёк - и негромко прогудел несколько тактов.

- Хэй! Тихо! - прикрикнул на него стрелок. - Они же налетят...

Гедимин смотрел на вспышки на защитном куполе. Они перекатывались в такт "песне змей". "Ещё один сигнал," - сармат сверился с дозиметром, но потоки излучения накладывались друг на друга, и "расцепить" их не вышло.

Тёмный столб под далёким деревом рассеялся, но осталось плотное серебристое облако на его прозрачной кроне - змеи перебирали подвески и дудочки. Джайк с задумчивой ухмылкой повторил мотив. Звон и гул на севере стали чуть громче.

- Хэй! - локо в огневом "гнезде" зашевелились. - Ты чего?!

Гедимин поднял руку.

- Пойдём наружу, - сказал он джайку, прислушиваясь к звукам на дереве. - Кажется, тебя заметили.

- Похоже на то, - джайк спрыгнул с крыши. Сверху донеслось что-то про психа. Воин, обернувшись, приложил ко рту кулак и крикнул голосом сердитой чанки. Не успел Гедимин ещё открыть проём в защитном поле, как на крышу выбрался другой джайк и нырнул в огневое "гнездо", устроившись там с копьеметалкой.

Снаружи ветер хлестнул в бок - так, что крысиные шкурки на повязке джайка закачались. Он остановился, поднёс дудку к губам. Мелодия была короткой, похожей на ту, что вызванивали на дереве небесные змеи. Гедимин в такт постучал когтем о коготь. Джайк коротко усмехнулся и заиграл снова, чуть быстрее и громче, под звон ипрона и фрила - и сармат не заметил, когда фрил звенеть перестал. В бок, пройдя сквозь броню, ударил ветер, обдал прохладой, переходящей в тепло. Серебристое облако свернулось вокруг сармата и человека.

Гедимин так и не понял, что держит небесных змей в воздухе. Вблизи они тоже не выглядели способными летать. Одни из них "плыли", плавно извиваясь вверх-вниз, другие замирали, свернувшись спиралью - и, резко развернувшись, пропадали из виду. Наверное, они высоко в небе выглядели мерцающими точками, а "плывущие" - полосками...

Шкурки на повязке джайка вытянулись по ветру, он прикрылся ладонью и снова заиграл. Небесный змей скользнул под его рукой, и воздух от его движения ударил в отверстия дудки. Джайк чуть сдвинул её и подул, повторив звук. Стая висела вокруг, медленно прокручивая вихрь. Ещё одна змея скользнула вплотную с лицом человека. Он опустил дудку и огляделся.

- Хэй, дети вихря! За чем вы идёте? За мясом или за песней?

Змея-спираль появилась из ниоткуда у его руки и потоком воздуха протекла сквозь дудку. Тростинка загудела. Вихрь замедлился. Змеи чего-то ждали.

- Мне снова спеть для вас? - спросил джайк. Несколько змей разом пронеслись вдоль дудки в его руке, выдувая гул и свист. Ещё одна скользнула вокруг ладони Гедимина с так и не убранными ипроновыми когтями. Сармат, мигнув, щёлкнул когтем по когтю. Вновь сквозь его броню пронёсся свежий ветер. Джайк заиграл. На дереве в такт зазвенели подвески, и загудели трубки. Гедимин постучал когтями. Змеиная стая незаметно разделилась - часть перебралась к дереву, часть осталась.

Сперва джайк повторял мелодии за "облаком". Потом наиграл что-то незнакомое, и облако загудело и затрещало в ответ. Джайк усмехнулся.

- Дети вихря любят петь...

- Хэй! - раздалось за спиной. Серебристый вихрь вытянулся столбом и растаял. Джайк опустил дудку.

- Чёрная Скала! Они вас не тронули? - в проём в защитном куполе выглянул Ицки с дробовиком. Ветер, текущий сквозь броню сармата, похолодел. Гедимин вскинул руку.

- Люди локо - свои! - крикнул он, обернувшись к стае над деревом. - Они хотят мира!

Он не был уверен, что его понимают, только видел жёлтый огонёк на запястье и чувствовал, как холод нехотя убывает. За его спиной Ицки медленно выдохнул.

- Да, свои, - буркнул он. - Мы не трогали небесных змей. Только защищали поезд. Пока не трогают его и нас, мы никого не обидим.

Джайк, переменившись в лице, оглянулся на дерево, неуверенно усмехнулся и развернулся к Ицки.

- Они и не собирались никого трогать. Они пели и слушали наши песни. Они тоже знают Чёрную Скалу...

- Все знают Чёрную Скалу, - без тени усмешки сказал Ицки. - Нам пора ехать. Ваши... дети вихря - они нас выпустят?

- Смерч уже разомкнулся, - заметил Гедимин. Огонёк на запястье всё не гас, а теперь сармат увидел и толстые красные линии на защитном куполе. Хранитель поезда говорил с притихшей стаей на дереве, и ему отвечали - на плёнке вспыхивали полоски потоньше.

- Идите, - сказал сармат людям. - Можете трогаться, если "Здоровяк" согласен. У него тут свой разговор. А я скоро догоню.

Он убрал защитное поле и теперь кожей чувствовал волны тепла с юга и потоки ветра в ответ с севера. В небе, растянувшись полосами, повисли новые стаи небесных змей. Та, что засела на дереве, больше не прикасалась к дудкам и погремушкам - только мерцала и "фонила". Когда Гедимин подошёл ближе, несколько существ пронеслись мимо него, едва не задев броню.

- Я - приделаю - это - на поезд, - он указал на подвески, потом - на "Здоровяк" и представил себе вагон, обвешанный трещотками. "Переборки вроде толстые..." - мелькнуло в мозгу - сармат запоздало вспомнил, что внутри люди, и от постоянного треска и лязга им хорошо не будет. На плечи легли невидимые горячие лапы, чуть не вдавив Гедимина в землю. Летучая стая снялась с кроны дерева и растянулась полосой с севера на юг. Сармат покосился на изрытую недавним смерчем почву, мелкие огрызки костей и валяющийся бизоний рог, подобрал его и полез за погремушками.

"Здоровяк" ждал его - похоже, хранитель был не согласен ехать, не договорив. Двери и бойницы были плотно закрыты. На крыше собрались все джайки. Там же стояли Ицки и Мейцан.

- Ну, мы видели, - сказал вождь локо, едва Гедимин забрался на крышу. - Они не тронули ни тебя, ни воина джайков, и сейчас они не трогают зверей у поезда. Если так и будет - пусть летят за нами. Пусть и охотятся, только так, чтобы ничего нам не ломать. Передашь им?

- Да, кажется, уже без меня... - Гедимин покосился на новые зубцы на кривой ЭСТ-излучения. - Я тут приделаю трещотки и трубки. Сами, от тряски, они стучать не будут. Не сильнее, чем сам вагон. Но на них можно будет играть музыку. И змеям, и людям.

Мейцан недоверчиво покачал головой.

- Ну, если змеи подпустят к ним людей... Делай, как знаешь, Чёрная Скала. И спроси "Здоровяка" - сегодня мы поедем? Если нет, развернём тут лагерь.

Хранитель тронул сармата лапой. Перед глазами мелькнул едущий поезд. Гедимин кивнул.

- Поедем. Только я закончу с трещотками.

- Спускайтесь, - буркнул Ицки, повернувшись к джайкам. - Ехать нам мимо Танготе. Сами знаете, что там теперь.

- Было дело, мы торговали с упырями из Танхоте, - вздохнул джайк. - Что ж, мы готовы пробивать новую дорогу. Под грохот трещоток и песни детей вихря!

Ицки криво ухмыльнулся и соскользнул с крыши на трап. Гедимин чувствовал, как ветер усиливается. Завибрировали, оживая, механизмы. Он отступил от закреплённых подвесок и опустился на крышу. Серебряное облако ложилось на вагон, на лету разделяясь на два потока. Дудки "запели", едва поезд тронулся.

...Через час змеиные "облака", тянущиеся вдоль вагона, расступились и набрали высоту. Звон и завывания смолкли. Гедимин выпрямился, разминая затёкшие руки и ноги - и увидел, как серебристая "туча", вытягиваясь в ленту, идёт на снижение. Кривая на экране дозиметра выгнулась волнами, стрелка-указатель закачалась, описывая полукруг. Ветер засвистел в ушах. Серебряный "поток" обогнул сармата с двух сторон и накрыл "поющие" подвески. За приоткрытой бойницей в такт перестуку и посвистыванию загудела дудка. Следом испуганно забормотали, кто-то на кого-то зашипел. Дудка не смолкала.

"Пересменка," - Гедимин смотрел на небо. Он не стал ложиться - змеи, очевидно, не собирались нападать, а наблюдать за ними стоя было удобнее. Стая, сожравшая килма, давно осталась на юго-западе, поезд пересёк её охотничью территорию и направился на север, - теперь новые существа играли с подвесками и общались с хранителем "Здоровяка".

Изнутри было проще отследить структуру стаи. Существа были разных размеров, по длине могли отличаться вдвое. Приглядевшись, Гедимин увидел одну, а потом и несколько змей с длинными "бугорками" вдоль тела - мелкие особи, ещё не способные к самостоятельному полёту, цеплялись к сородичам. У них были округлые туловища со сплюснутыми хвостами и несоразмерно большой головой, и бахрома вдоль тела отросла ещё не везде. Гедимин на миг задумался, как небесные змеи размножаются. Ничего, похожего на их кладки, он до сих пор не встречал, да и "мальки" нигде не роились, - скорее всего, существа были живородящими...

- Дже! - заорал кто-то из стрелков и ткнул сармата прикладом. Над головой свистнула пуля. Слева от поезда - и справа, судя по её траектории - ревели моторы, и громыхала "кинетика". Гедимин рухнул на крышу под радостные вопли с двух сторон. Громыхнуло уже в вагоне, и ездоки взвыли - уже не от радости, а от злости. Кто-то захрипел, падая в траву, с визгом и скрежетом "повело" флиппер, оставшийся без пилота. Обшивка "Здоровяка" загрохотала. "Купол!" - Гедимин схватился за генератор защитного поля. Пузырь, растянувшийся вдоль локомотива, тут же пошёл пятнами от ударов пуль. Вдалеке грохнуло, коротко прожужжало, и воздух дрогнул - на защитном поле взорвалась граната.

Гедимин извернулся, выцеливая стрелка, и увидел, как вдоль вагона горизонт мутнеет. На миг перед глазами встала длинная извилистая красная полоса с чёрной каймой. А затем вокруг поезда взревели торнадо.

Стая небесных змей, разделившись надвое, вытянулась воронкой, взрывая землю. Полетели клочья травы. Аркасы заорали, с визгом тормозов разворачивая "флипы". Один грохнулся набок, и вихрь сорвал ездоков с сёдел, подбросил на полсотни метров и швырнул наземь. Гедимин вскочил. Локо прекратили стрельбу, аркасы удирали, но вдалеке сармат разглядел блеск прицела на трубе "самовара"-гранатомёта. Сгусток плазмы сверкнул, превращая блик в чёрное облако дыма. "Попал," - криво ухмыльнулся Гедимин, опуская сфалт.

Вой вихрей утих. Стая кружила над вагоном, пролетая между сарматом, почти задевая стрелков-локо - они выпрямились в огневом "гнезде" и смеялись. В вагоне загудели уже две дудки. Змеи снизились, пронеслись вдоль подвесок и ушли в небо. Там уже висела - ниже обычного, но высоко над поездом - третья стая, вытянувшаяся вдоль его пути.

...На вечерней стоянке Гедимин спрыгнул было с крыши, но Ицки его остановил.

- Чёрная Скала, ты сиди. Вон, видишь дерево? Там будет угощение.

К дереву, и верно, уже несли ободранную тушу килма, разрубленную на куски, и тушки наловленных в дороге чинчик. Небесные змеи кружили над безлистной кроной, но не снижались. Под деревом джайк играл на дудке, локо крутил трещотку, а другой стучал костью по полой трубе из бывших деталей "Здоровяка". Гедимин беззвучно усмехнулся.

- На дозиметре был всплеск, - он показал вождю локо запись показаний. - Сразу после гранаты. А я видел красно-чёрные полосы вдоль вагона.

- Такое у тебя зрение, - Ицки слегка наклонил голову. - Из нас видели не все. Но кое-кто даже расслышал имя. Ки Микти. Знаешь его?

Гедимин мигнул. "Кимикти?" - мысленно повторил он и почувствовал горячее дыхание на лице. "Здоровяк" пытался что-то сказать.

- Не знаю. Кто-то из "квантовых". Крупный или нет, но... - сармат покосился на дозиметр и оглянулся на южную пустошь. Там остались борозды, пропаханные смерчами, и обломки растёрзанного "флипа". Никто из локо или джайков не рискнул вернуться за трофеями.

- Ты был прав, Чёрная Скала, - сказал Ицки. - Нам давно надо было столковаться с небесными змеями. В Верхнем Джайене умеют делать дудочки и погремушки. Мы выучим песни. И, может, узнаем другие имена. А пока...

Он кивнул на циновку из широких лиственных полос. Её, как смогли, прокрасили глиной и сажей и укрепили на крестовине над локомотивом, - красное с чёрной каймой "знамя" Кимикти.


38.08.281 от Применения. Западная пустошь, город Джайек

В степи всё чаще попадались следы протекторов. Разбираться в них Гедимин уже не пытался - джайки не умели делать свои шины, но охотно применяли трофейные, аркасские. Поезд сбавил ход, а его хранитель принялся "щупать" округу ЭСТ-лучами. Джайки оживились, выбрались на крышу, указывая Мейцану и воинам локо на признаки близкого города. А вскоре и Гедимин увидел колья с черепами в шлемах и респираторах.

От кола до кола было десятка три метров, но сделали их высокими, а для черепов приколотили "полки"-перекладины со штырьками-креплениями. На ближней "вышке" Гедимин насчитал пять "трофеев", на той, что поодаль, - целых семь. Очистили их тщательно, сохранили и нижние челюсти, - можно было пересчитать почерневшие зубы и пустоты от когда-то выбитых. Один череп треснул вдоль, его склеили. У другого от лица осталась зияющая дыра, наполовину прикрытая респиратором.

- Аркасы! - кивнул на столбы один из джайков. - С памятью у них чего-то. Пока не поставили знаки "сдохнешь!" - так и лезли. Сколько ни перебьёшь, всё лезут. А вон смотри - черепа упырей. Это новое. Аркасы - они взяли упыриный Танхоте. И дальние руины, Ангалу, - то ли взяли, то ли замирились. Теперь упыри ездят с ними. Их выбивать надо первыми. Стреляют больно хорошо - и сразу прячутся.

Гедимин посмотрел на пару узколицых черепов с острыми зубами и приметными клыками. "Упырям" не досталось ни шлемов, ни респираторов, лишь кожаные шапки мехом внутрь. У обоих тарконов были проломлены глазницы, - тонкое копьё с иглой Ицны и очень меткий копьеметальщик...

- Маски из прозрачного фрила, - машинально пробормотал Гедимин, проводя ладонью по наглазнику. Джайк - а с ним и соседи-локо - невесело хохотнул.

- Делают. Не дураки. Опасные твари эти упыри. Но выцелить можно.

В степи заклекотали потревоженные чанки. С крыши пронзительно крикнули в ответ, и клёкот смолк.

- Встанем? - Мейцан оглянулся на джайков.

- Вон у тех камней, - "проводник" кивнул на валуны вдоль ручейка, окружённого кустарником. - И там подождём. Нас уже видят - но что-то неладно.

Поезд остановился. Снова в степи забулькали дудки с "голосом" чанки. Руйо переглянулись и засвистели. Небесные змеи, кружащие высоко в небе, заложили круг на десяток метров ниже. Гедимин уже видел смутные тени в траве - десяток воинов с копьеметалками и дробовиками. У них не было красных повязок руйо - только шапки из крысиных шкур, и мелкие бурые шкурки свисали на плечи.

- Надо было "Здоровяк" оставить за столбами, - вздохнул Ицки, показывая в степь пустые ладони. - Далеко мы вломились на чужие земли. Так и не скажешь, что локо - племя мирное.

- Да мы видим, что локо не стрелять приехали, - ближайший "переговорщик" выпрямился во весь рост. На его куртку были нашиты косы из цветных кожаных полосок и бусины из мелких костей и кручёных игл тунки. Кроме "дробаша", у него была и копьеметалка; Гедимин скользнул взглядом по зарубкам, - для них уже кончалось место на обоих предметах вооружения.

- А встретили так, будто уже стреляем, - проворчал руйо, слезая с крыши. - Что вам не по нраву? Эта махина - атомный поезд. Были бы локо немирными - остановили бы его ваши копья?

- Добрых лун племени локо и их поезду, - встречающий поднял пустую ладонь. - И вам, вожди Ицки и Мейцан. Я Вениджа Гун. А ты, в чёрной броне, - кто ты и зачем пришёл?

Гедимин мигнул - так внезапно взгляды всех джайков сошлись на нём. Не успел он открыть рот, как руйо возмущённо фыркнули.

- Гун, воины Гуна, - чьё оружие в ваших руках?! Не узнали Чёрную Скалу, Древнего Сармата?!

Гедимин запоздало показал пустые ладони. Теперь сомнений не было - джайков насторожил именно он. Хотя он вроде бы не был похож ни на ездока, ни на таркона, а у сарматов с "дикарями"-джайками вряд ли были стычки... ну, судя по тому, что джайки и их посёлок ещё существовали...

- Чёрная Скала? - Вениджа смерил Гедимина угрюмым взглядом. - Твои родичи заходили тут с юга? Хорошее у вас оружие: три вспышки - восемь жизней. И броня крепкая, дробаш не берёт. Ну, скажи, раз приехал, - что твоему народу сделали джайки?

Гедимин ошалело мигнул. "Сармат... сарматы-ликвидаторы... стреляли по городу степняков? На кой метеороид?!"

- Это не мы, - отозвался он. - От наших трёх вспышек было бы три кратера. И никакого Джайека. И я бы не дожидался ваших флипперов с тросами. Их вообще-то видно.

Вениджа дёрнул головой чуть вбок. "Флипы" вместе с седоками умудрялись как-то прятаться в тени травы - Гедимин заметил их боковым зрением и то и дело терял из виду. Они встали чуть поодаль, но джайки держали толстые верёвки наготове.

- А ты зоркий, Чёрная Скала, - угрюмо сказал Вениджа. - Позавчерашние чужаки - тоже. Стреляли с края неба, а взорвали дом и загон. И тоже приметили, когда выехали флипы. Рослые тески в чёрной броне. И оружие вроде твоего. Тяжёлое, видать, - стреляли, пригибаясь.

"Дом? Загон? Взорвали? Сбежали от флипперов с тросами? Sa hasu! Ликвидаторы точно ни при чём. Кто же тут... Стой!" - Гедимин встряхнул головой и угрюмо сощурился.

- Как пригибались? Так? - он приподнял руку к воображаемому сфалту на плече и присел, будто прячась в высокой траве. - Или так?

Он широко расставил ноги и согнулся, как "стянутый" облучением Серый Сармат, пытающийся сладить с "усохшими" мышцами и неуклюжим "самоваром". Джайки быстро переглянулись. На "флипе" кто-то свистнул, спрыгнул на землю, обошёл ком глины с шипами, замаскированный под кочку, и подошёл к Венидже.

- Так, - сказал он, указав на Гедимина. - И они всё время были так - впригибку и наискось. Будто по-другому не умели. И броня у них не чёрная. И не такая гладкая.

Он вытряхнул из сумки фриловое крошево и поднял на ладони. Гедимин мигнул. Мелкие осколки выбило из обшивки чьего-то скафандра. Только скафандр был не ликвидаторский. Никакой защиты от излучения, - просто крепкий фрил, наломанный по развалинам и сплавленный в тёмно-серую корку с пятнами и разводами. Пестрота была не для маскировки - это кто-то не промешал как следует массу, даже не до конца "выбил" из неё газ - по полостям от его пузырьков панцирь и треснул.

- Это не мои... родичи, - сказал Гедимин, чувствуя ноющую боль под лопаткой. - Это Серые Сарматы. Из Йилгвы... её ещё называют Городом Панцирей. Чем стреляли? Гранатами?

Он не удивился, когда джайк достал обугленный осколок фрила. Вещество не "потекло" от жара - снаряд был шрапнельным. "Восемь жизней... Джайкам ещё повезло!" - Гедимин стиснул зубы. "Серые так далеко от Йилгвы, беспричинная стрельба... Ещё у нескольких ускорилась мутация? М-мать моя колба, просил же Денниса проверить жителей!"

- Чёрная Скала третий месяц едет с нами, - вмешался Мейцан. - Ничего, кроме помощи и защиты, мы от него не видели. Он заключил мир даже с небесными змеями. Кто бы ни напал на Джайек, это был не он.

- Да? - Вениджа отодвинул джайка-свидетеля, и тот нехотя вернулся к "флипу". - Серые Сарматы из Йилгвы? Джемас, мой брат, знает Йилгву. Он видел серых гигантов. Они не выходят из развалин и не пускают никого за стены. Они не знают про Джайек. А вот ты и такие, как ты...

Гедимин успел заметить вспышку за спиной и рухнуть на крышу, выпуская "пузырь" защитного поля. Оно не успело накрыть поезд, но толкнуло гранату - и её разорвало в небе. Осколки застучали по крыше и скафандру. Ещё один снаряд разорвался уже на куполе. Гедимин сдёрнул с плеча сфалт, развернулся к краю крыши, - пригнувшийся силуэт уже исчезал в траве. Сармат выстрелил сквозь поле и зря растратил энергию - Серый, едва задетый горячим воздухом, нырнул в заросли. Его, и правда, клонило набок на ходу, но удирать это не мешало.

Руйо, снявший так и не брошенное копьё с копьеметалки, сердито фыркнул.

- Спутать горбатых уродов с Чёрной Скалой?! Воины Гуна, бегом к лекарям!

- Вернулись, - пробормотал сквозь стиснутые зубы Вениджа. - Значит, и у сарматов бывают свои ездоки... Прости за обиду, Чёрная Скала. Брат говорил о тебе. Мы всё помним. Будь гостем... если захочешь к нашим кострам.

Гедимин качнул головой.

- Не до костров. Эти сарматы больны на голову. И очень опасны. Я пойду по их следам. Над поездом и городом поставлю поля. Будьте осторожны...

- Стой! - Мейцан встал на дороге. - Ты не пойдёшь без воинов локо...

- Локо и Чёрная Скала думают, что читают следы вокруг Джайека лучше, чем его воины? - Вениджа криво ухмыльнулся и широко повёл рукой, указывая на северо-восток. Гедимин увидел, что флипперов за его спиной уже нет. Он не слышал, когда они обогнули поезд и криво поставленный защитный барьер, - но они уже ехали туда, где недавно исчез Серый Сармат. Гедимин увидел их краем глаза и тут же потерял из виду. "Не догонят," - кольнуло в груди. "Или быстро, или скрытно, - это не совмещается..."

- Эти... существа умеют убегать, - пробормотал Вениджа. - И путать следы. Может, ты, тоже сармат, что-то увидишь своими глазами...

В мозгу Гедимина колыхнулось запоздалое чужое недоумение. Хранитель "потыкал лапой" на юго-запад.

- Враги, - буркнул сармат, на миг прикрыв глаза. - Кто стреляет по тебе - враги. Не ранен? Крышу поправим.

Джайки переглянулись.

- Всё-таки от шкур есть прок, - воин выдернул из крысиного меха криво впившийся осколок. На острие темнела кровь. Гедимин стиснул зубы. "Всё-таки долетело..."

- Вожди локо, - Вениджа снова указал на северо-восток. - Лучше вам встать там, под городом. Мы расчистим дорогу от колючек. Там спокойнее. Даже Серые Сарматы не подходят близко к Джайеку. Пока не подходят. А племени локо мы рады. И всем, кто с ним. Заводите всех - и стадо, идущее за вами, и тех, кто летит над вами.

Ицки покосился на небесных змей (несколько особей разглядывали царапины на крыше "Здоровяка", и ещё пара повисла над головой самого вождя локо), потом - на килмов и вилорогов (первые держались поодаль, вторые уже опомнились и снова щипали траву у самых гусениц поезда). Гедимин огляделся - вроде бы среди небесных змей и животных потерь не было...

- Спасибо, вождь джайков, - Ицки поднял ладонь с широко расставленными пальцами. - Мы придём к вашим кострам. Но килмы и вилороги - они не наши. Просто идут по следам. А дети вихря - всегда сами по себе. Так что ни за тех, ни за других я говорить не могу. А вот на поезде... с нами не только Чёрная Скала. Там люди, бывшие рабы аркасов...

- Йеха! - Вениджа вскинулся, и джайки быстро переглянулись. - Все получат помощь и укрытие. Есть там кто-то из джайков или руйо? Не все из нас возвращаются из пустошей...

- Нет, - отозвался Мейцан, оглянувшись на тихий вагон. - Они были из племени чанти. Но их родители стали рабами. Они родились в плену. И с ними... не всё ладно.

Он коснулся мехового гребня на макушке. Вениджа быстрым жестом тронул лоб и угрюмо кивнул.

- Родились в плену... Что ж, мы сделаем, что сможем. Дорога чиста, езжайте к стене!

Негромко прошелестела трава. "Флип", уехавший недавно в погоню, остановился рядом с вождём джайков.

- Бежал, - коротко сказал седок, держа выцветший, почти прозрачный обрывок скирлина. - Там обгорела трава. Он шёл напролом, потом опомнился, спрятал след.

"Одежда заражённого..." - Гедимина передёрнуло.

- Сожги это, - буркнул он, щурясь на скирлин. - И руки вымой. И все шины.

...Загоны, пастбища, клочки опустевших полей, берега ручейков, тёмные листья невысоких мохнатых деревьев... Владения джайков расползлись по холмам и низинам. Сам город - разомкнутые кольца глинобитных домов под крышами из коры - стоял под длинным земляным гребнем. По верхушке холма тянулась стена со сторожевыми вышками. Где начинались поля, появлялись натоптанные тропы, даже присыпанные битым камнем. Но везде, где мог проехать флиппер, Гедимин видел "мины" с шипами. Джайки сами ходили с оглядкой, а ездили и того тише, - видно, карта "минных полей" часто менялась.

Поезд вытянулся вдоль холма, к западу от стены. Животные разбрелись по пастбищам. Вилороги, пофыркав и понюхав землю, потянулись в загоны - будто для них и строили. Небесные змеи, разделив стаю надвое, поднялись выше и кружили над Джайеком. Ветер от их кружения чуть усилился, но даже животные не встревожились. Вожди локо ненадолго сходили в посёлок и вернулись с компанией джайков и "красноповязочных" руйо. Мейцан помахал Гедимину (тот следил за горизонтом на юге и западе), остановился у спущенного трапа и тяжело вздохнул.

- Хэй, воины из Керки! Вот и Джайек, куда вы собирались. Выходите! Переночуете, наконец, на твёрдой земле. Да, и Тёфи - ему помогите выйти.

- Мы донесём тех, кто ранен, - пообещал джайк (не Вениджа, кто-то другой, но тоже из местных командиров, судя по цацкам на одежде и шапке с крысиной мордой). В вагоне забормотали. Мейцан заглянул внутрь.

- Хэй! Другого Джайека в пустошах нет.

- Д-да, мастар Мейсан, - донеслось из вагона. - М-мы... разве мы не локо теперь? Мы не едем в Верхний Джайен?

- Нет, - ответил Мейцан. - Тёфи! Кто хотел стать воином в красной повязке? Вот, ты в Джайеке, в пустошах враги, и нужна защита. Выходи!

- А то мы встали на границе, - заметил с крыши локо-стрелок. - На той, по которой сарматы стреляют. Могут вернуться. Опять грохнешься и в сено закопаешься?

Кто-то в вагоне издал сдержанный смешок. Раздалось шуршание. Первые "чанти", пригнувшись и опасливо щурясь, выбрались на свет.

...Небесные змеи в сумерках снизились и погнали ветер сквозь просверленные трубки. Подвески под его напором задребезжали. Гедимин покосился на темнеющую степь. С другой стороны холм и стена над ним прикрывала огни, но воздух огибал преграды, и были слышны звуки джайкских дудок, костяной стук и треск. Змеи пытались наиграть ту же мелодию, и вскоре у них получилось.

- Много шума, - пробормотал сармат, глядя на сканер. Пока в степи - и за горизонтом тоже - было тихо.

- Город оплакивает убитых и придаёт духу выжившим, - отозвался Мейцан. Гедимин ждал, что он останется на ночь в Джайеке (сам сармат туда ещё не заглядывал), но к сумеркам он вернулся.

- Там есть раненые. Крыши загорелись от взрыва, а кого-то задело железо, - сказал Мейцан. - Серые ходят по ночам? Оба раза являлись днём. Но тебе темнота не помеха...

Гедимин пожал плечами.

- В совсем густой темноте я тоже не брожу. Фонарь выдаст светом, кусты - треском. А джайки настороже, и Серые это наверняка поняли. Одно неясно - почему вообще они отступают...

Он вспомнил Серого-мутанта, и его передёрнуло. "А ведь он видел, что я сильнее, лучше вооружён... А тут - дикари на флипах. Почему Серые убегают? Заманивают? А что им за прок от такой "добычи"? Для мутанта - много мыслей, для нормального сармата - чушь какая-то..."

- А! Ездоки тоже бегут, едва дашь им отпор, - проворчал Мейцан. - Налётчики-мутанты, верно, такие же крысы. Плохо, что наши чанти сплошь заражены. Видел, что в вагоне при каждой перестрелке?

Гедимин мигнул. По пути аркасы (и даже особо наглые хилларсы) то и дело совались к поезду, но всё кончалось пустой тратой боеприпасов или царапиной на обшивке вагона. Бойницы лязгали слаженно, дробь, стрелы и копья обычно в цель попадали - или зря не расходовались. Но что при этом делают "чанти", сармат не задумывался. По уму, им вылезать - без оружия и с минимальными навыками - и не следовало...

- Никто не рвался выстрелить? - спросил сармат. - Я думал, что ты их уговорил сидеть тихо. Что они, ожив, захотят отомстить...

Мейцан невесело хохотнул. В огневых "гнёздах" тоже не удержались от смешков.

- Рвался! В трюм зарыться они рвались. Так, что палубу ногтями скребли. Что ни стрельба - все "чанти" скулят по углам. Тёфи палки бросит, грохнется, где стоял, и давай копать сено. Даже культю однажды ушиб, Кьярки его ругал... М-да. Джайкам нужны сейчас руки, нужны воины, но какой от наших будет прок? Сказал, чтоб селили их по одному - один трус на дом ещё ничего, если в пустошь не пускать.

Гедимин недоверчиво покачал головой.

- Чего тогда не остались у чанти? Там стреляют реже. И хотя бы не гранатами.

Мейцан махнул рукой.

- Не знаю, о чём думали. Обратно не повезу. И в Джайен тоже. В пустошах трусу везде плохо. Глубоко же их ранило, дым и пепел... Не знаю теперь, где найти лекаря.