Токаренко Валерий Кузьмич: другие произведения.

Собачья жизнь

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

  СОБАЧЬЯ ЖИЗНЬ
  
  "Найда нельзя, Найда не прыгай, я тебе счас тяпну, вот я тебе!" Это обычное общение с моей питомицей при прогулках. Найда непонимающе, но преданно заглядывает мне в глаза и продолжает непредсказуемо радостно вытирать свои грязные лапы об меня. А вот и любимое место, где мы выполняем свои "дела". Все нормально, у нас полные карманы салфеток и мусорные баки по всему городу. В рассказе "Кошачий бог" я описал как жили и живут кошачьи под покровительством моей лучшей половины. Пришло время собак. Вместе с котами (кошками) у нас всегда соседствовали собаки. Хотя не всем собачим так повезло, как этой, которая сейчас рядом на моем диване, вся в работе, посапывает, вытянулась метра на полтора, ну на метр двадцать точно.
  Первой собакой, которую я помню, был "Рублик" (за него заплатили рубль). Мне было тогда где-то лет пять-шесть, жили в Беловском свиносовхозе на Алтае.
  Рублик, небольшая рыжая дворняжка, щенком его не помню, жил на улице, что-то натворил, и его посадили-наказали под дом, где он просидел почти неделю. Дом был ветховатый, рубленый, одноэтажный, но многоквартирный. У каждой квартиры было отдельное крыльцо, а под ним было пространство, ограниченное только цоколем, что-то похожее на кладовку, там хранили инвентарь, замков не было, только шпингалет. Оград тоже никаких не было. Конечно мне его было жалко, этож мой друг, с которым я играл и бегал по всему совхозу, естественно никаких поводков и ошейников он не знал. Я наконец уговорил отца выпустить его. И вот, все были уже на работе, ну я и открыл дверку. Рублик вырвался с лаем на свободу, попутно-мимоходом искусал до крови мою руку, давшую ему свободу, и исчез. Больше я его никогда не видел. Может сошел с ума от камеры одиночки. Руку мою соседи забинтовали, заросло как на собаке.
  
  Через какое-то время появился откуда-то ничейный огромный пес, уже взрослый, но доверчивый как щенок-ребенок, ласковый, больше крупной овчарки, серый, с притупленной мордой, уши висячие. Назвали его Рексом. Жил Рекс с нами, лежал все время на крыльце, никого не трогал, по моему, даже не лаял. Почему-то он больше всех почитал отца. С огромной радость встречал его с работы, на радостях вставал на задние лапы, ложил передние лапы отцу на плечи, толкал его, и сбивал иногда отца с ног. Тому это очень "нравилось". Я уже сказал, что был Рекс не злой, на собак не нападал, и ни одна собака в совхозе с ним не связывалась. Интересно, что сам он боялся только одной маленькой дворняжечки сторожа магазина. При ее приближении Рекс падал на спину, та вставала на него лапками, угрожающе рычала, и Рекс обсикивался. Было смешно это наблюдать, наверное, когда Рекс был маленьким, она его так трепала, что он запомнил, с ней драться бесполезно, она сильнее. Мне же Рекс позволял все: гладить, трепать за морду (морда была как у медведя), ездить верхом... Эта доброта и доверчивость подвели его. Однажды он исчез, появился через неделю отощавший, весь в крови, на шее у него был ошейник из толстой стальной проволок, (Какой-то изверг держал его на таком стальном ошейнике.) такой искрученной, это похоже Рекс так пытался освободиться от нее, наконец она перекрутилась, но острыми концами поранила его. Папка кое-как освободил его от этого железа. Выходили, и снова он спал на крыльце. Однажды ехали мимо совхозной столовой лесники, и Рекс почему-то разогнал всех ихних крупных сторожевых собак-волкодавов. Мужики, восхищаясь им, уговаривали продать Рекса, отец наотрез отказался. Так мы и жили, Рекс грыз коровьи кости как ножницы по металлу консервные банки. Прокормить его было сложновато, и наконец отец его пристроил в охрану какого-то местного предприятия. Иногда мы его проведывали. Жил он сытно, но нам с ним не разрешали общаться. А потом мы уехали из совхоза.
  
  Уехали в село Онгудай в Горном Алтае, туда нас сманили родственники по маминой линии, у них мы и жили в небольшом домишке, где-то с полгода. Ехали летом в кузове ЗиС-5, с нами весь багаж, два сундука, это было тогда богато. Запомнились заросшие, как джунгли горы, горные реки, все в белой пене, Чуйский тракт с перевалами, бездонные пропасти, гора Белуха. Кое-где встречались жилища алтайцев из жердей и шкур, зеленые курганы, природа еще была нетронута, это ведь начало пятидесятых годов. Много лет позже мои сыновья в составе группы таких же любителей путешествий на авто проехали старым Чуйским трактом, но им почему-то запомнились только "коровьи лепешки" везде. Зима была очень холодная, на улице все звенело от холода. Я закутанный до глаз в шаль под присмотром родителей бегал от пихты к пихте и стучал по ним колотушкой, на которую стволы откликались своим ледяным звоном. Тогда у меня игрушек не было (просто у родитетелей не было денег), зато были целый ворох винтовок, а еще в мешке десятка два разных затворов, которые я обнаружил за печкой. Вот с ними я и играл. Да еще с котом хозяйским, собака была или нет не помню. Запомнился эпизод, когда меня кот поцарапал, дядя Ося (хозяин), успокаивал меня тем, что предложил пристрелить его. Зарядил винтовку, научил целится на столе. Ну кота-то мы простили, а после выстрела (щелчка) отлетела побелка от стены, патрон то был только с капсулем. Воду брали из ямок горной речушки, которая резво бежала по камушкам под тонким льдом, хрустальной прозрачности и чистоты необыкновенной. Удивительно, бежала она по окраине Онгудая, недалеко от нашего домика, ее можно было перешагнуть, впадала уже в большую речку, и в ней даже водились многочисленные рыбешки, видимые через чистую воду. Большие пацаны научили меня лизнуть, лежащий на дворе топор, ну я и лизнул, так кожа с языка и осталась на замороженом лезвии, а я в крови и слезах орал, наверное, на весь Онгудай. Хорошо, бабушка Вера (Царство ей небесное!) отругала их, а меня успокоила. Я тут упомянул игрушки, а ведь была у меня одна игрушка, какой почти ни у кого не было. Когда мне было годика три, папа сделал мне в мастерской Павловского совхоза педальный автомобиль. Принес мне его домой, радости моей не было предела. Но т.к. силенок было маловато, мы объединились с соседским Петькой, и по очереди толкали его. Наконец, отец, видя наши муки, подсказал, что его надо смазать, и ушел на работу. Мы естественно, как самостоятельные мужики, сами решили эту проблему. У нас откуда-то стояла в палисаднике столитровая деревянная бочка с чистейшим солидолом, полная. Сверху просто лежала крышка. Зачерпывая полные пригоршни этого солидола, мы качественно, на совесть, "смазали" весь автомобиль и себя заодно. Нас то отмыли, а к автомобилю стало страшно подходить. Так и простоял он до нашего отъезда, а потом я его подарил Петьке. Возвращаемся в Онгудай. Все было прекрасно, но у папы все время болела голова, последствия фронтовой контузии. Врач посоветовал сменить климат, так мы сменили пару мест и наконец оказались в Беловском свиносовхозе (смотрите выше про "Рублика"), а потом в райцентре Троицкое Алтайского края, где купили маленький домик, вросший в землю, зато огород 16 соток и в углу баня "по черному" с земляной, поросшей крапивой, крышей. В эту баню ходили все соседи. Топить и мыться в ней надо было уметь, но особенно одеваться не коснувшись черных от копоти стен.
  
  В Троицком к зиме подобрали бесхозных "Мика" и "Мишку". Оба черные, Мишка кудрявый, глаза две черных бусинки, довольно крупный, а Мик маленький, с кошку в еще плотной щенячьей шубке, вместе носались по двору. Мик жил в доме, Мишка на улице на привязи. Мика отдали хорошим знакомым, Мишка много лет охранял наше хозяйство, погиб на посту. Ночью застрелили из мелкашки, и украли моих голубей. До сих пор помню, дело было ранней весной, еще холодно. Я утром смотрю, Мишка сидит неподвижно, привалившись к стене бани. "Мишка, Мишка", а он не шевелиться. Я потрогал, он уже остыл, крови почти не было, немного на голове... До сих пор комок подкатывается к горлу. Папа нашел землю, не сильно промерзшую в огороде, похоронили. А голубей нашли в тот-же день у моих друзей-голубятников. Просто я пришел к ним пожаловаться на бою беду, и сразу по голосу моего самого любимого голубя понял, что мои голуби у них же и спрятаны в карнизе дома.
  
  После Мишки, я летом (Мишка погиб весной.) принес маленького щеночка, купил снова за рубль (просили два, но у меня таких денег не было, еле уговорил) на другом краю поселка. Это был снова Рекс. Он жил с нами, вырос большой дворнягой, охранял дом. Рекс не любил ребятишек, они его в раннем щенячьем детстве часто дразнили. Однажды старший сын, года три ему было, просунул руку в его загородку и Рекс его сильно цапнул за палец, шрам остался на всю жизнь. Наверное, ещё и выгуливали Рекса мало, у собак в деревнях жизнь - обычно охранная служба без отпусков и выходнях... Так прошло несколько лет. Я после службы в армии забрал родителей к себе в Новосибирск. Рекса оставили хорошим знакомым, от них вскоре пришло письмо: "Рекс отказался есть и пить, умер". Вот такая преданность собачья. Зря мы его не забрали, а могли ведь.
  
  Уже в Новосибирске, где мы вначале жили в частном доме, появилась собачонка "Жучка". Такая маленькая, гладкошерстная, вся черненькая и глазки черненькие. Почему-то отдал нам ее мужик (в дым пьяный). Шел, петляя из стороны в сторону, мимо нас, за ним бежала эта собачонка. Остановился и предложил ее забрать просто так, а м.б. это и ни его она была, но отдал. Собачонка хорошенькая, жила, щенят у нее не было, и была одна странность. Она всегда была худовата, но весь хлеб весь закапывала в огороде, на "чёрный день", наверное, потом через какое-то время находила, откапывала, обгрызала и выплевывала всю зеленую плесень, а сердцевину съедала, и так постоянно. Очень дружила с нашим котом Васькой, огромным, он был вдвое больше ее, спали в одной будке, в дом она почему-то не ходила, на улицу тоже, только в огород, хотя шубка у нее была не очень, зато у Васьки роскошная шуба была, та что не мерзли. Когда дали квартиру в девятиэтажке, мы сдуру, иначе не скажешь, побоялись их брать с собой сразу. Договорились опять же с соседями, что как только разберёмся с переездами, заберем эту парочку, через несколько недель самое позднее. Навещал их. Васька как был здоровенным плотным котом, так и остался, а вот Жучка, которая всегда была худой, вдруг поправилась! Она перестала делать запасы и съедала всё сразу. А ещё, соседи рассказали, что стали часто находить во дворе у будки Жучки дохлых крыс. Оказалось, что их ранним утром ей приносил её старый друг Васька! Подкармливал, как мог, свою подругу... Когда я наконец пришел к тем соседям за зверьми, даже раньше, чем обещал, оказалось, что они их уже отдали своей родне в деревню, причем обоих, т.к. они были все время вместе не разлей вода. Я подумал-подумал, сначала разозлился, а м.б. и правда, им там будет лучше на свободе, а не на пятом этаже.
  
  Наверное, наша новосибирская родня была тронута нашими переживаниями из-за в общем-то напрасно отданных Жучке и Ваське, и вскоре нам отдали красивого породистого щенка, карликового терьера. Увы, при внешней полной идентичности он оказался переродком-переростком. Был чуть крупнее эталонов своей породы и абсолютно не имел склонности к дрожанию. Может, потому нам его и отдали... Но, ни он, ни мы, никаких комплексов насчёт небольшого дефекта породы не имели. Назвали его Рексом, а звали Рэкся. Всё лето Рэкся жил на даче с моими родителями-пенсионерами и сыновьями. Нашего "Москвича" этот карликовый волкодав на подъезде к дачам определял за километр, хотя прямой видимости не было, между ним и нами была березовая роща с ручьем, дамбой и полем. Заслышав знакомый звук двигателя, Рэкс летел навстречу. А встречал далеко в поле, поэтому нужно было подъезжать осторожно, особенно поздно вечером, чтобы случайно не задавить. Дач было около ста (Ни света, ни воды, только ручей и болотце.), он был любимец у всех, хотя и бывал замечен в воровстве продуктов у соседей. "Рексик! А мы курочку привезли! Вот тебе крылышко!..." Через минут двадцать: "Съел? Ещё хочешь? Сейчас мы тебе второе крылышко дадим... А где же курица??..." Выдали преступника следы лапок на крыльце. Когда я его звал на дачах домой, новоселы ждали, сейчас появится овчарюга, имя Рекс ведь ей больше подходит, а тут среди лопухов мчалось что-то мелкое. Очень любил молоко, и при этом ненавидел коров, а вот лошадей вообще не замечал. Как-то едем потихоньку, чтобы не пылить, за молоком по соседнему с дачами совхозу. Рекс спокойно дремал на заднем сидении вдруг из подворотни одного из домов неожиданно для нас вылетает крупная рыжая дворняга, и с лаем остервенело нападает на машину. Жена шутя вполголоса скомандовала: "Взять"! Рекс молниеносно (Мы вообще этого не ожидали.) вылетел как пуля через полуоткрытое стекло и упал как коршун сверху на дворнягу, в разы большую. Насмерть перепуганная дворняга, теперь уже с визгом, скрылась в подворотне, и уже оттуда залилась лаем. Мой папа как-то со словами: "Рекс горчицы хочешь?", протянул ему палец с капельку горчицы. Зря конечно. Рекс доверчиво лизнул. С тех пор просто палец в его сторону и фраза "Горчицы хочешь?" вызывали неимоверную злобу у него, и он мог даже укусить палец. Поэтому мы предупреждали всех, желающих погладить,протягивать в сторону Рекса ладонь, но не палец. Умер от чумки, тогда ветеринария для домашних питомцев в основном использовала один метод лечения - смертельную инъекцию. Рексю спасти не смогли... В ветеринарке Рекс был со старшим сыном. И там он, ожидая в очереди, понаблюдал за работой специалистов... Вот мать с дочерью принесли роскошнейшего персидского кота. У него диагностировали лишай. Ветеринар, застращав женщин заразностью и неизлечимостью, убедил, что кота надо усыплять. Рыдающие хозяйки обречённо согласились. "Усыпляющий" укол. Усыпление... Несчастный кот орал так, как будто ему вкололи серную кислоту. Но не долго, минуту. "Айболит" принёс белоснежную простынь, бережно завернул белоснежное пушистое тело перса, обвязал голубенькой ленточкой (за деньги) и понёс куда-то во двор, должно быть в "морг". Хозяйки, поддерживая друг друга, обливаясь слезами, пошли на выход. Сын сидел на углу проходов и видел, что ветеринар донёс свёрток до мусорки и швырнул тело. Очередь второго кота, попроще. И тоже лишай. Тот же жуткий предсмертный кошачий крик под рыдания хозяев. Айболит вышел во двор, дошёл до мусорки, вытряхнул из уже не слишком белоснежной простыни белоснежного персидского кота назад в бак, вернулся в кабинет, где хозяева оплакивали своего любимца, в этот же саван завернул следующего пациента... После котов пришла очередь Рекси. Осмотрели. Что-то укололи. Вечером его не стало. Похоронил его рядом с дорожкой в гаражи. Позже гаражи перенесли, теперь над рексиными косточками возвышаются многоэтажки барнаульской улицы Шумакова... Младшего сына Витальку смерть Рекса просто потрясла, он сильно плакал.
  
  Через какое-то время в аэропорт, где я работал, привезли из деревни на заказ одному из работников небольшую симпатичную собачонку, бело-рыжего очень пушистого щенка, а он от нее отказался, так она и просидела никому ненужная на веревочке в Техотделе. Все по домам, ну я его и забрал, привязал на ленточку и принёс домой. Назвали и на этот раз Рексом. Он вырос не больших размеров, поменьше среднего, окрас бело-рыжий, ушки стоячие. Удивительно красивый, умный кобелек. Ходил и ездил с нами везде, на даче и в лесу. Никаких проблем. Любил кусать встречных прохожих за низ каблука. Потому пришлось купить ему намордник, который он категорически не хотел позволять на себя надевать, а когда это удавалось, то обиженно шёл по улице мордочкой в землю. Идем спокойно, проходим встречных, он возвращается и молча "кусь" за каблук, откуда такая привычка появилась, остается только гадать, не знаю. Раз на встречу попался мужик, увидел намордник на Рексе: "Фи, такая собака и в намордни..." Договорить он не успел, Рекс прыжком бросился к его каблуку, мужик отскочил в сторону, но уже ничего не стал говорить про намордник. Если кто-то пел, он садился и подпевал, было так уморительно смотреть и слушать. Однажды этот малыш спас мне жизнь. Дорога, точнее тропинка к нашим гаражам шла вдоль лесополосы, заросшей кустарниками. Идем с ним в гараж, Рекс бегает вольно впереди, и вдруг срывается и лает на кого-то уже сзади меня. Оборачиваюсь, и вижу, на меня из кустов бежит мужик в синем трико, в руках в замахе огромная дубина. Рекс атакует его, и тут поняв, что его обнаружили, мужик бросает оружие и вновь скрывается в кустах. Я так и не понял, что произошло, зачем мужик напал на меня, преследовать не стал, в кустах он мог быть не один. Точно спас мне жизнь. Был у Рекса лучший друг по играм кот Мурик, причем Мурик всегда нападал и старался ухватить зубами Рекса за шею. Так пригнувшись полулежали друг против друга с раскрытыми мордочками. Наконец Мурик прыгал, всегда первый, и всегда точно попадал Рексу в пасть, ни разу "не промазал". И снова противники возвращались оба на исходные позиции... Как-то мы решили провести эксперимент на вестибулярный аппарат кошачих и собачих. Подняли Мурика за все четыре лапы спиной вниз на полметра, может чуть больше, над диваном и отпустили одновременно. Тот крутнул хвостом и встал спокойно на лапы. Дальше очередь дошла до Рекса. А вот наш Рексик упал как табуретка на спину, даже не предприняв попытки развернуться, но зато мгновенно соскочил с дивана и напал на ничего не подозревающего, сидящего рядом, умывающегося Мурика: "Это из-за тебя сволочь надо мной проводят такие опасные для моей жизни эксперименты." Мы смеялись до слез, да и сейчас часто вспоминаем. При довольно скромных размерах он обладал бесстрашным характером, размер и численность противника для него были малоинтересны, да и себя он считал определённо крупной собакой, с такими же, как он, не связывался и внимания на них не обращал. Однажды идём в гараж, Рекс бежит рядом на поводке. Идём через частный сектор. К нам привязалась дворняжка, размером с Рекса. Бежит в стороне параллельным курсом и беспрерывно лает на Рекса. А тот не считает её за противника, спокойно семенит рядом со мной, даже не глядя на беснующуюся шавку. А та так увлеклась, что не смотрела на дорогу перед собой. И с разбегу врезалась в мусорный контейнер. Получив такой неожиданный удар в морду с визгом умчалась куда-то во двор частного сектора. Рекс даже ухом не повёл. Также с сыном они возвращались из гаражей, шли по территории гаражного кооператива мимо сторожки. Там к ним привязались три дворняги, приблудных в гаражах, но уже уверенных, что это "их раён и чужим пацанчегам тут не место". Бегут позади Рекса и злобно лают, одна не большая, с Рекса, вторая крупнее и третья молодая, но здоровая, как овчарка, да и внешне похожая. Рекс спокойно бежит на поводке рядом с сыном и даже голову назад не поворачивает. В какой-то момент Рекс по слишком уже близкому лаю понял, что эти залётные берегов не чуют и вообще достали уже. Он мгновенно в прыжке развернулся на месте и с одним коротким, но громким "Гав!" сделал выпад в сторону стаи. "Овчарка", не ожидавшая контратаки бросилась назад, сбила с ног вторую собаку и, запнувшись и сбив с ног третью, сама кубарем покатилась по дороге. Непобедимая агрессивная свора с визгом разбежалась в разные стороны, а Рексик, даже не поинтересовавшись результатами своего выпада, спокойно развернулся и побежал дальше. Еще любил Рекс иногда сбегать с прогулки и бегать по городу, но всегда возвращался. Мы конечно старались этот момент не проворонить. И все же однажды вечером сбежал, нашли мы его ночью всего в песке, в грязи, шел сильный дождь. Был он сильно растерзан, ветеринар, осмотрев, сделав вывод, что на нем тренировали бойцовую собаку. Лечение не спасло, Рекс скончался у меня той же ночью на руках. Я впервые так рыдал над собакой, потерял такого верного друга. Представлял, как он бедняжка боролся за свою жизнь.
  
  Барнаул, вечер, колупаюсь в гараже, наш "Москвич" требует постоянного ухода и контроля. Подъезжает дорогая иномарка, из неё мне подносят на ладошке шоколадного плюшевого щенка. Я подумал, предлагает купить, уже решил отказаться, нет у меня средств на такого, наверняка, породистого. Мужик, прилично одетый, подносит это сокровище, и говорит: "Я обещал вашему сыну". Ну думаю, перепутал что-то мужик, но видя мои сомнения: "Вы не сомневайтесь, он мне сильно помог, я ему благодарен". Так появился у нас второй шоколадный Рекс, карликовый пинчер. Это самая сложная собака из всех бывших у нас. Собака реактивная, мгновенно перемещается в пространстве, шумная. Принес домой, Рекс бегает, скулит, плачет, ищет мамку. Забрал к себе в постель, здесь-то точно должен успокоится. И точно успокоился, на одну минуту. Начал бегать по койке, сорвался. Последовал страшный визг, плачь на весь дом, ну точно, поломал лапки. Нифига, как бегал, так и бегает. Не помню, как мы это пережили, но Рекс рос, мы с ним стали гулять, далеко не могли, он ложился и все, дальше только на ручках. К зиме подрос, морозостойкость была уникальная, при минус 15, просто молча падал мордочкой вперед в снег или на бок, как табурет и все, жизнь в нем замирала. Поэтому прогулки были краткими. Одеваться категорически не желал. Зато по весне стало невозможно кидать снег в гараже, он мгновенно, молниеносно оказывался на пути втыкаемой лопаты. Зима была снежная, и посреди гаражей тогда расползлась большая масляная лужа. Рекс, бегая по лесополосе, откуда-то приволок большую лошадиную кость с копытом. Откуда вообще такая кость могла взяться городе... Породистый Рекс и грязная, вся в грязи кость были несовместимы. Кость я отобрал и отшвырнул подальше в мусорный бак за лужей, но промахнулся, точнее кость выскользнула из руки и упала в самой середине лужи. И вот эта ценная породистая собака избороздила носом всю масляную лужу и все-таки нашла ее вновь. Пришлось вновь отбирать. И конечно любил он очень кататься на машине (К тому времени это уже был ЛуАЗ), в ней лаял непрерывно, у всех болели головы. Едем на дачу, останавливают ГАИшники, проверяют документы, Рекс лает непрерывно, наконец лейтенанту это обрыдло и он отпускает нас. Отъезжаю, но по каким-то причинам минут через двадцать едем назад. Один из ГАИшников перешел дорогу, и снова нас останавливает. "Вы же нас только что останавливали". ГАИшник кричит через дорогу напарнику: "Мы его останавливали?" Тот отвечает: "Собака лает?" "Лает". "Тогда, да, останавливали". И нас отпустили. На воле Рекс гонялся за всем движущимся и атаковал независимо от разницы в весе и размерах. Противник всегда не успевал отреагировать, как Рекс уже был около меня как ни в чем ни бывало. Поэтому водил все время на поводке, отпускал только в гаражах, где почти не было народу и машины ехали тихо. Перед глазами такой случай. Выходим пораньше утром гулять, народу в палисаднике дома еще нет, отпускаю Рекса с поводка, из соседнего дома появляются молодой (бритый наголо) плотноватый новый русский с крупным толи боксером толи чем-то похожим на дорогом поводке. Я уже начал уводить моего мелкого за дом, и тут мужик спускает свою "машину-убийцу" с поводка, сам демонстративно отворачивается. Конечно Рекс не мог упустить такой случай, да и боксер не возражал подраться. И вот они сошлись, я боюсь подойти из-за боксера. Ну все, капец Рексу, тот его щас перекусит. Как принято бойцы сначала обнюхивают друг друга. Рекс едва достает мордочкой до живота противника. Наконец дошла очередь провести идентификацию чем пахнет под хвостом у другого. Новый русский по прежнему не смотрит в нашу сторону. И тут перед зло затуманенным взором Рекса возникли два шарообразных, оттопыривавшихся, практически лысых мужских органа боксера. Я не ожидал, но следует мгновенный хирургически выверенный укус, боксер истошно взвизгивает, делает гигантский прыжок, и с плачем-воем скрывается за домами. Рекс как ни в чем ни бывало уже бежит рядом со мной, мужик не может найти своего боксера, не понимает в чем дело, "мы вообще не при делах", далеко от него. Больше наши пути не пересекались, наверное от боксера щенков больше не было. И погиб Рексик как боец, в гаражах охранял нашу территорию, напал на довольно быстро ехавшую машину, причем дважды, первый раз отлетел, соскочил и вновь напал. Я ничего не успел сделать, да он и не слушал. Выбитый глаз, похоже, сломанная шея, судорожное дыхание, но сердце Рекса долго не останавливалось - Дима, старший сын, сидел перед ним держа руку у него на груди, пока жизнь совсем не покинула его. Ранее Рексу делали какую-то операцию под наркозом. Ветеринар был поражён, для отключения мелкой собачки понадобилась доза, которая укладывала двух ротвейлеров. Похоронил Рексика рядом с гаражами под березами. Мужики, сидевшие за столом с напитками недалеко от нас, видевшие все это, молча выпили, не чокаясь за него. И эти гаражи тоже снесли. Теперь там высотки барнаульской улицы Лазурная.
  Через какое-то время принесли, опять же соседи по дому, теперь уже Найду, почти взрослую, молоденькую небольшую дворняжку, худую, с грязноватой шерстью: "Возьмите пожалуйста, а то ее хозяйка запивается, выжила из ума, и толкает ее под машины". Взял я ее на руки и прикидываю: "Ну возьмем, это ж не кобель, пойдут щенята, куда их девать?" "Нет,- говорю,- не надо." А Найда, хитрая, так прижалась ко мне, всем теплым длинным телом, ушки прижала, взглядом жалобно молит: "Не отдавай, возьми." Оставили. Потом-то выяснилось, она просто болела в это время пироплазмозом, потому такая жалкая и была, хитрюга. Опыт уже был, ну что, конечно вылечили. Фигурка подправилась, и шёрстка залоснилась. Соседи часто говорили, что, когда у неё будут щенки, обязательно возьмут себе одного. Но почему-то щенят у нее не было, даже женихов к себе не подпускала близко. Хотя сама же их и подзывала. Выводишь её на прогулку и она только выйдя из подъезда сразу не громко, но на весь двор своим приятным голоском: "Тяв-тяв...". Умница и красавица, хотя и явно "дворянского происхождения". Внешне она была копия предыдущего Рекса, только "в женском обличии". В отличие от предыдущих кобелей, она от меня дальше нескольких метров не отбегала и через каждый несколько шагов оборачивалась и смотрела, не пропал ли куда хозяин. Тогда я занимался бегом, по тротуарам городских улочек. Пытался приобщить к этому и Найду. Первый раз она с радостью пробежала со мной всю дистанцию. Второй уже без радости. А на третий просто села и всем своим видом сказала, что лапы не казённые и вообще ноги... лапы принцесс не должны касаться грешной земли. На дачу всегда со мной ездила. Раз, наверное, спасла мне жизнь. Спину прихватило, да и вообще прохладно было, а печка в домике топиться толком не желала, даже после переделки. Прилёг, под поясницу грелку электрическую. Уснул. Проснулся, наверное, от кашля Найды. Комната наполнена дымом. Грелка замкнула и загорелась, от неё начало гореть одеяло. Не знаю, если бы не Найда, проснулся бы я... Потом у неё нашли рак молочной железы. В Барнауле ветеринары никаких гарантий на операцию не давали, так и уехала смертельно больная с нами в Белгород (Как мы ее в Белгород из Барнаула через Москву везли, это отдельный рассказ:http://nesiditsa.ru/story/kak-pensioner-pereehal-v-belgorod-iz-sibiri).
  В Белгороде ветеринары дали более благоприятный прогноз и всё-таки сделали операцию, продлив её жизнь года на полтора, по собачьим меркам, не так уж и мало. Была у Найды интересная особенность... Обычно собаке при встрече хозяина достаточно лизнуть его в нос или подбородок (понятно, что стараются они лизнуть в губы). Найда же помимо этого от радости обязательно присаживалась и оставляла на полу крошечную лужицу. Поэтому рядом с входной дверью был инвентарь для влажной уборки.
  
  И вот теперь крайняя Найда, уже Белгородская, не отходит от меня ни на минуту. Принесли снова соседи во двор и оставили... Знали, что я буду идти и конечно подберу, не ошиблись. Была она меньше башмака. (Сейчас 11 кГ.) Жизнь у нее выдалась очень "суровая", все, что недодали прежним собакам, все ей. Столовая круглосуточно, плюс у котов подъедаем. Гуляем по полдня, по всем магазинам, на длинные дистанции. По осени на нас напала кошка, причем оттащить Найду удалось от нее с большим трудом, кошка непрерывно нападала и висела на собаке, вцепившись в ошейник. Еле удалось нам сбежать, слава боку обошлось без ран. Народу поглазеть собралось немало. Я только потом, через неделю, догадался, когда кошка вывела своих детей на прогулку, просто они (дети) были где-то рядом, а мы и не знали. Так бы люди защищали своих детенышей... Котята выросли и ушли и снова стало все мирно. И мы снова бегаем на окраине города в поле. Моемся в ванной тепленькой водичкой. Спим: днем на диване хозяина, а ночью на подстилке около этого же дивана. Ее знают и любят все соседи. Особенно нравиться им, когда она приветствует их каким-то своеобразным лаем в воздух, для них это как благословение. Старшим признает только меня, а жену только если меня нет дома. И не дай бог ей (жене) взяться за поводок или подстилку, сразу рычит и показывает изобилие зубов: "Это наше с хозяином имущество, не смей трогать". Если я обнимаю жену или коты дерутся между собой, тотчас выступает миротворцем: котов разгоняет, жене лижет лицо, особенно когда та начинает якобы плакать (Ворон ворону глаз не выклюнет.). Таким же миротворцем был Рекс, когда-то спасший мне жизнь. Такая умница, даже лапки сама освобождает от обматнувшего их поводка. Надо видеть, как она предельно осторожно берет пищу из рук, а потом гоняет баранки как хоккеист по квартире. По городу только на поводке, т.к. все проезжающие машины наши, атакуем.
  
  Вот такая она разная собачья жизнь, чаще трагическая!
  
  
   Сибволк 2020
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"