Torlara: другие произведения.

Катализатор. Глава 21

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    21 глава отдельным файлом для читающий с телефона. Просьба оставлять комментарии в общем файле.


   Глава 21. Издержки производства
  
   Арт-кафе называлось "ДобрякOff". Это "фф", вставляемое в последние годы к месту и не к месту в каждое третье название, Нику изрядно раздражало. В текущем написании получалось, что в кафе добрякам путь заказан, прямо-таки "Прочь, добряк!", хотя, скорее всего, название - всего лишь попытка приукрасить фамилию владельца.
   Неблагоприятное впечатление от названия немного скрашивала афиша у входа: "Проект "Добрые соседи"". Две квартиры в разрезе, так сказать. Слева полумрак, кровать, мягкий свет ночника. Потом вертикальная полоса, изображающая стену, и справа феерия. Художнику удалось выразить цветом громкость звука, залихватское настроение квартирника и полное пренебрежение законом о тишине.
   Как оказалось чуть позже, афишей все хорошее в заведении и ограничивалось. Расположено оно было в самом центре города, в бывшем здании гостиницы, на пешеходной улице - такой Новый Арбат местного разлива - с одной стороны вроде выигрышно, а с другой, много случайных людей. Аренда, наверное, стоила тоже ничего себе, поэтому площадь помещения в число достоинств не входила. Но самым паршивым было размещение сцены. Собственно, сцены как таковой и не было.
   Зал находился на цокольном этаже, эдакий вагон, длинный и узкий. Два ряда столиков, вдоль одной и вдоль другой стены, между ними метровый проход, барная стойка, за ней дверь на кухню. И ко всему этому великолепию ведет штук шесть ступенек. Последнюю ступеньку превратили в подобие подиума, и именно там полагалось размещаться музыкантам: очень тесно, практически на полу, да еще мимо народ шастает. Мимо, потому что "сцена" от лестницы "отгорожена" портальной колонкой. Красота!
   Народу было мало - все кто хотел, уже отобедали. Артем, Сашка и Славик сидели в самом конце зала, почти у стойки. Пока Ника с Максимом к ним шли, девушка едва не свернула себе шею - рассматривала место грядущего выступления и интерьер. Лофт, будь он не ладен. Стены - кирпич, не то состаренный, не то действительно старый - здание-то начала прошлого века, дизайнеры могли и до прадедовской кладки стены ободрать. Правда, Нике хотелось ободрать кое-что другое. Уши дизайнерам, например, ну или хозяевам заведения, которые додумались таких дизайнеров послушать. Еще одно разочарование, словом.
   Мальчишки, если и заметили Никину недовольную моську, акцентировать внимание не стали.
   - О! Ну наконец-то! - воскликнул раньше других заприметивший их Славка. - Явились!
   - Хочешь сказать, мы пропустили что-то важное? - риторически вопросила девушка языкастого барабанщика.
   - Ну это как посмотреть... - напустил на себя важный вид Фокс.
   Впрочем, смотреть оказалось не на что. Ника с Максимом подъехали где-то на час позже остальных, и мальчишки за это время ничего толкового сделать не успели. Познакомились с администратором. Тот только потряс парням руки, поинтересовался, когда будет Макс, сообщил, что к трем придет звукарь, и куда-то отчалил. От нечего делать поболтали сначала с официанткой, потом с барменшей (барвуменшей?), короче, девочкой на кассе. Не впечатлились. Обе флиртовали напропалую, но по существу сказать ничего не могли и даже ничем не угостили. Кофе, например. Так что мальчишкам пришлось покупать еду за свои кровные. И когда Ника с Павловым, наконец, к ним присоединились, как раз заканчивали трапезу и продолжали тихо бухтеть в контексте "раз уж выступление, проезд и пребывание принимающая сторона не оплачивает, так хоть покормить могли бы за счет заведения". Ника на щедрость организаторов с самого начала не рассчитывала, поэтому бухтение не поддержала. Подсела к мальчишкам, оглядела почти пустые тарелки и пожелала едокам приятного аппетита. Басист присел напротив. К столику тут же подскочила официантка.
   - Звиняйте, вас не дождались! - развел руками Славка, покосился сначала на Нику, потом на Максима, и шумно прихлебнул сок.
   - Не страшно, - улыбнулся Павлов, принимая от официантки книжечку меню. Почему-то одну.
   - Позовете, когда будете готовы сделать заказ. - Очаровательно улыбнулась Павлову официантка.
   - Обязательно, - кивнул Максим, и не глядя передал меню Нике. Улыбка у официантки стала куда менее очаровательной.
   - Принесите им два бизнес-ланча со второй страницы, - встрял Славка, пока официантка не успела уйти. Сашка с Артёмом дожевывали какое-то мясо и не отсвечивали. - Остальное горячее - фигня фигней, а это ничего так, съедобно.
   Ника ожидала, что официантка если не возмутится, то как-то оправдается что ли, но она промолчала. Так что решено было воспользоваться Фоксовой рекомендацией. Пока делали заказ, Лисицын отпустил еще парочку замечаний одно другого краше. Мальчишки помалкивали, Ника изумлялась. Официантка старательно держала лицо, но получалось у нее не очень, то и дело проскакивало раздражение и отчасти даже презрение. Когда она, наконец, ушла на кухню, все, кажется, вздохнули с облегчением. Ника подоплеки Славкиного концерта не поняла, и потому, перегнувшись через стол, тихо поинтересовалась у Фокса:
   - Ты чего раздухарился?
   Славка воровато оглянулся - не слышит ли персонал кафе, и выдал "страшную тайну":
   - Я этих девиц от парней отпугиваю. Тёму они уже достали своими влюбленными взглядами, Саня вообще почти женатый человек... Так что я стараюсь на благо обчества, в смысле ратую за психическое здоровье коллектива!
   "Почти женатый человек" хмыкнул, но ничего не сказал, а Тёма посмотрел на гордо задравшего нос Лисицына, и покачал головой:
   - Да-а, санитар леса, блин.
   Ника фыркнула и тему решила не развивать.
   Принесли тарелки. Сначала Максиму, потом Нике. Максиму официантка снова улыбалась изо всех сил, на остальных старательно не смотрела. Подала приборы, поправила салфетки в вазочке (прямо перед басистом), и проговорила (тоже как-то так, что показалось - в Максов адрес):
   - Если что-то понадобится - зовите.
   - Обязательно! - с энтузиазмом гаркнул Славик. Официантка вздрогнула и быстро ретировалась.
   - Кажется, ты ее напугал, - заметил Максим, впрочем, без особого осуждения в голосе.
   Фокс многозначительно подвигал бровями, мол, к тому и стремился.
   Нике совершенно не хотелось обсуждать персонал с влюбленными взглядами, и она поискала нейтральную тему:
   - Чем занимались?
   - В кино ходили. - Буркнул Артём.
   - Оу, здорово! - немного преувеличенно восхитилась девушка. - Что смотрели?
   Чернов покрутил в руках пустую чашку, и нехотя выдал:
   - Сны.
   Ника несколько озадачилась, потому как недавно проглядывала афишу и ничего подобного там не видела.
   - А это что за фильм? - спросила она, наконец, отчаявшись припомнить если не трейлер, то хотя бы краткое описание.
   Мальчишки переглянулись.
   - Боевик! - хихикнул Славка.
   - Ужастик, - сразу же вслед за ним выдвинул свою версию внезапно оживившийся Артём. И они оба повернулись к Сашке. Тот по очереди оглядел их выжидательные моськи и покачал головой:
   - Э-эм... Я лучше промолчу.
   - Что? Мелодрама что ли?! - в притворном ужасе округлил глаза Фокс.
   - Эротика! - припечатал Чернов.
   - Да идите вы! - оскорбился Саня.
   Тёма со Славкой заржали, а Ника, устав гадать, повернулась к Медведеву.
   - Что-то я ничего не поняла. Что смотрели-то?
   Саня неодобрительно покосился на угорающих парней и соизволил пояснить:
   - Что, что... Спали мы! Пришли в кинотеатр, взяли билеты на самый первый сеанс. А там кресла мягкие такие... Я еще на рекламе вырубился.
   Славка с Артёмом стали прикидывать, кто продержался дольше всех, а Ника посмотрела на Максима. Павлов без энтузиазма ковырялся в тарелке, и думал о чем-то своем.
   - Ау, Земля шлет радиограмму Марсу, то есть Максу! - гаркнул рядом Славка - тоже видно заметил его отсутствующий вид.
   Басист отвлекся от тарелки и слегка оживился.
   - Ты что, спишь с открытыми глазами? - поинтересовался бесцеремонный Фокс.
   - Да нет, меня просто в универе озадачили, - покачал головой Павлов. - А, ну и к черту все! Не сегодня!
   - Во-во, правильно! - назидательно покивал Славик. - Доедайте скорее, а то, кажется звукарь, наконец, приехал.
   У сцены действительно околачивался какой-то парень.
   - Да я уже поел, в общем-то, - пробормотал Максим, поглядывая через плечо.
   Ника отложила салфетку и встала.
   - Макс, ты его знаешь? - поинтересовался Сашка.
   - Звукаря? Нет, не знаю.
   - Ну и ладно, пошли тогда знакомиться.
   Звукаря звали Вася, точнее он представился Василием, но назвать его полным именем не поворачивался язык. Тощий, угловатый, несуразный какой-то, особого доверия он не внушал и уважения не вызывал тоже. Да еще после беглого знакомства взялся задвигать лекцию о том, как правильно чекиться. Мальчишки от этого, кажется, медленно закипали, Нике же было все равно. Куда больший дискомфорт вызывали "блага цивилизации". Отопительный сезон еще не начался, на улице было довольно зябко, а цокольный этаж не способствовал агрегации тепла. И, чтобы не дать, дуба персонал включал на обогрев кондиционер. Вот только располагался он у входа и "дул" прямиком на сцену. Девушка как раз с досадой думала, что водолазку надеть не придется, когда выхватила беседы, озадаченное Черновское:
   - Вась, а пульт-то у тебя где?
   - В гнезде!
   У народа вытянулись лица. Первой мыслью было, что товарищ их просто послал эдак слегка завуалировано, но Вася на полном серьезе кивнул куда-то вверх. Оказалось, был еще полуэтаж в закутке под лестничным пролетом. Там располагалась микрогримерная, из которой можно было попасть на нечто вроде балкончика под самым потолком - гнездо глухаря, то есть звукаря, хотя и первое утверждение тоже было не далеко от истины, ибо звукарь нормально слышал только возвратку. Процесс отстройки обещал быть веселым.
   - Вась, а как ты вообще работаешь? - поинтересовался Саня, разглядывая, задрав голову, означенное "гнездо".
   - Да ладно, я уже привык, - досадливо махнул рукой Вася. - Зато на спортзал тратиться не надо. Побегаешь по лестницам туда-сюда, вот тебе и кардио... - и, будто доказывая свои слова, припустил по ступенькам наверх.
   - Он, оказывается, спортсмен, а я думал просто дрыщ, - шепнул Нике на ухо Славка.
   Ника только головой покачала.
   - Народ, слушаем порталы! - гаркнул сверху Вася, и врубил какой-то тяжеляк.
   Звук резанул по ушам, прокатился по кафе, разбился о стены... С лестницы скатился Вася, резво доскакал до середины зала, немного послушал и понесся назад. Спустя полминуты гула стало поменьше, потом еще меньше...
   - Точно спортсмен! - снова шепнул (точнее почти крикнул) Нике Фокс, на сей раз почти восхищенно.
   Портальный звук Вася отстроил в рекордные сроки, получилось не идеально, но вполне сносно.
   - Ничего, тряпки набегут, получше будет, - пообещал Вася.
   Ника поморщилась. Такой эпитет от звукарей она слышала не единожды, и всякий раз ее коробило то пренебрежение, с каким звукопёры отзывались о народе, собравшемся послушать музыку. Тряпки! Кто додумался-то! Понятно, что толпа изрядно гасит возвратку, одежда в том числе, но... Все равно противно.
   - Кто у вас поет? - тем временем спросил изрядно упавший в Никиных глазах Вася.
   - Ну я... - отозвался Чернов.
   - Ну на... - в тон ему отозвался звукарь и сунул в руку микрофон. - Пой.
   Все несколько удивились, потому что обычно вокальный микрофон не трогали до самого конца, но спорить никто не стал - в крайнем случае, построят еще раз потом, делов-то. Вася пару раз смотался в гнездо и обратно, вернулся удовлетворенный и велел Тёме "просвистеть" (*16) микрофон. С этим провозились дольше, но тоже худо-бедно справились. Остальные, незадействованные в данный момент в чеке, маялись кто где, в основном по краям сцены, изредка перебрасывались парой фраз - в общем, тихо-мирно ждали свою очередь. Наконец, портальные колонки перестали визжать при каждом Тёмином приближении, и звукарь остался удовлетворен результатом
   - Ща я тебе уровень в лягушках (*17) прибавлю, попробуешь, - напоследок сказал он Артёму. - Ну а потом тогда драм (*18) строить будем, - и опять ускакал наверх.
   Что произошло дальше, Ника не поняла. Попятилась, пропуская Славку к ударной установке, а подиум оказался короче, чем она рассчитывала. И выше. Пытаясь не упасть навзничь, девушка инстинктивно выставила руку, и...
   - А-ай!!!
   ...Наверное, с момента ее феерического падения до того, как она смогла отражать действительность, прошло несколько секунд. Во всяком случае, мальчишки уже успели к ней подбежать и предпринимали попытки вернуть ее в вертикальное положение, а на полу еще едва заметно покачивалась-перекатывалась микрофонная стойка. В отдалении затейливо ругался звукооператор.
   - Мать, ты как? Ушиблась?
   Она не просто ушиблась. Короткая острая боль в левом запястье ослепила, оглушила, дезориентировала. Ника в полной мере почувствовала, что означает выражение "искры из глаз". Мир схлопнулся до размеров булавочной головки и снова расползся вширь. Заполнившая поле зрения краснота уходила, а вот боль нет. Отвечать внятно она не могла и просто кивнула, чтобы как-то обозначить, что она в сознании и отражает действительность.
   - Живая? Чем ударилась?
   Вопросы задавали едва ли не хором. Ника, стиснув зубы, вытянула вперед пострадавшую конечность. "Аварийное освещение" не включилось, но удержаться от болезненной гримасы не вышло.
   На заднем плане все громче орал звукарь, норовя пробиться в центр живописной композиции и обратить на себя внимание. Суть претензий в обилии матерных эпитетов Ника так и не улавливала, мальчишки, похоже, тоже. Артём раздосадовано переглянулся с Сашкой и тот, еще раз взглянув на девушку, поморщился:
   - Я разберусь.
   На реакцию мальчишек Ника не посмотрела - пыталась на глаз оценить масштабы бедствия. От основания ладони почти до локтя широкой полосой тянулась ссадина, кажется, пустяковая - просто кожа стесанная, даже почти без крови, так несколько микрокапелек. А вот запястье выглядело похуже. По тыльной стороне широким кольцом вокруг головки локтевой кости рука заметно покраснела. Сама косточка оставалась белой, ей-то, похоже, девушка и приложилась так, что слезы брызнули. Обо что, интересно? Выяснить ей не дали.
   - Так, ладно, нужен лед, - отмер Максим.
   - Угу, сейчас найдем... - это уже Артём.
   Кажется, если бы позволила ширина прохода, то они с двух сторон подцепили бы девушку под локотки, и повели вглубь зала. Но зал не позволял, чему Ника втайне обрадовалась - итак чувствовала себя паршиво и на редкость неуютно, а тут еще эскорт. Обошлось. Фокс задержался у сцены, вставив свои пять копеек в перепалку Сани со звукарем. Реализовывать врачевательские порывы выдалось Павлову с Черновым.
   - Девушка, у вас лед есть? - еще издали громко вопросил Артём.
   - Не-ет...
   Из-за Черновской макушки девицу Нике было не видно, но тон ее намекал, что она решила ловить момент и всласть позаигрывать с симпатичными парнями, в отсутствии Славика, защищающего психическое здоровье коллектива.
   Тёма буркнул сквозь зубы что-то ругательное, но не сдался:
   - А мороженое?
   - Нет, не сезон уже, перестали заказывать... - девицу Ника по-прежнему не видела, да и не хотелось, если честно. Рука болела уже не так остро, но все еще сильно и это ей совсем не нравилось.
   - А вообще, холодное что-нибудь есть? - включился в разговор Максим, отодвигая для Ники стул.
   - Вообще-то тоник должен быть холодный, но мы его еще не ставили...
   Максим переглянулся с Артёмом и страдальчески закатил глаза.
   - Может в "травму" ее? - выдвинул рацпредложение Чернов. Максим посмотрел на Никину конечность и пожал плечами.
   - В какую еще "травму"?! - возмутилась едва устроившаяся за столиком Ника, даже вскочить порывалась, но неудачно дернула рукой.
   - Сиди, не дергайся.
   - Не перелом же? - уточнил Артём.
   Максим покачал головой:
   - Ушиб, скорее всего, может растяжение, может частичный надрыв связок. Если бы было что-то серьезнее, уже опухло бы и посинело. Наверное...
   Чернов глубокомысленно кивнул:
   - Ладно, может и без "травмы" обойдемся, - и вновь обратился к девице за барной стойкой. - Аптечку принесите, пожалуйста.
   - Аптечка только для персонала! - назидательно выдала девица.
   - В смысле?! - опешил Чернов.
   - Это распоряжение руководства!
   - А если у вас гость порежется и кровью истекать будет? - вскипел Артём.
   - Вроде никто не истекает, - фыркнула девица, но пластиковый чемоданчик из-под прилавка достала.
   Чернов закопался в аптечку, а Максим предпринял еще одну попытку:
   - У вас холодильники что, совсем пустые? Вы мясо-рыбу не храните?
   - Живьем берут! Свежак! - ввернул подкравшийся Фокс. То есть он, конечно, не крался, просто на него никто внимания не обратил, пока он голос не подал.
   - Ну почему, у нас там бифштексы и стейки из лосося в морозилке, - ответила официантка Павлову. На Славкино выступление она предпочла не реагировать.
   Максим на секунду прикрыл глаза, медленно выдохнул и ровным голосом попросил:
   - Принесите мне один бифштекс.
   - Вам...вы... еще покушать хотите? - промямлила официантка.
   - Нет. Я хочу один замороженный бифштекс. Сырой, замороженный и прямо сейчас.
   Что-то у Максима в голосе был такое, что Ника даже чуть повернулась, чтобы видеть все действующие лица.
   - Но... - девицу, как видно, тоже пробрало. Кажется, она даже немного съежилась.
   - Заплачу как за жареный, и даже с гарниром. Только побыстрее, пожалуйста, - ледяным тоном велел басист.
   Девушка странно на него посмотрела, но все-таки утопала на кухню за заказом.
   - Дура! - припечатал Чернов. - И в аптечке у них кроме бинтов и ваты все просроченное!
   - Что и презервативы тоже? - влез Славка. Тёма неодобрительно на него зыркнул, но воспитывать не стал.
   - Макс, я в аптеку.
   - Иди, - кивнул Павлов. - Она у перекрестка на той стороне. Обязательно купи эластичный бинт и... обезболивающее, наверное. Денег дать?
   - Не надо.
   Чернов ускакал в аптеку. Вернулась официантка с мороженой котлетой на тарелочке. Максим не глядя сунул ей купюру и потребовал салфеток.
   - Что там за кипиш? - спросил он у Славки, попутно сооружая компресс.
   - Да ничего. Вася вопил, что ему все сломали нафиг, а оказалось просто штекер из джека выскочил. Ну и стойка опрокинулась, но живая, не коцнутая.
   - Лучше б стойка...- пробурчал себе под нос Максим.
   - Да, мать, вот это тебя угораздило! - покивал головой Фокс, и взгромоздился на барный стул. - Красиво летела!
   - Я вообще не поняла, что произошло... - покаялась Ника. - И обо что так приложилась.
   - Вот это - о перила. - Мрачно просветил Павлов, прикладывая компресс к запястью. Кисть припухла, но не сильно, и это обнадеживало.- А потом еще о стену. О кирпич себе все и содрала. Больно?
   Ника оценила ощущения.
   - Ну-у, как сказать...
   - Как есть, так и скажи.
   - Как будто руку мне жует бронтозавр.
   - Что вгрызся, и она сейчас отвалится? - заинтересовался Славик.
   - Вообще-то, для справки, бронтозавры были травоядными, - попыталась пошутить девушка.
   - Да-а? А, понятно, значит, как будто сейчас перемелет в труху и она отвалится?
   - Так, хватит, - остановил Фокса Павлов. Лисицын послушно замолк. - Ник, для понимания ситуации: если растяжение не сильное, то поболит и перестанет. Если сильное - то рука скоро отечет. Но при любом раскладе надо холодный компресс, обезболить и фиксирующую повязку. Руку не напрягать. И, по-хорошему, скататься все-таки в "травму", разрыв связок и прочие неприятные вещи исключить, а то мало ли.
   - Тёма же сказал, что обойдемся, - поморщившись, проговорила Ника.
   - Тёма не врач. И я не врач. Просто в свое время... интересовался вопросом. Но мой, и не только мой частный опыт совсем не гарантирует, что у тебя то же самое.
   На это Нике сказать было нечего. Немного помолчали.
   - Как там твой бронтозавр? - спросил насупившуюся девушку басист.
   - Вымер в ледниковый период, - буркнула Ника, посмотрела на Максима и уточнила, - Холодно, аж кости ломит, не понятно - болит или не болит.
   Максим отпустил Никину руку и стал снимать с котлеты намокшие салфетки. Отросшие волосы падали на глаза, и он поминутно встряхивал головой, стараясь отбросить их со лба.
   - Мешают? - поинтересовался доселе помалкивавший Фокс.
   - Кто? - не понял Макс.
   - Волосы, - охотно пояснил Славик, попутно изображая руками нечто похожее на ирокез.
   - А-а... Ну да, мешают... - поморщился басист. - Скорее бы уж отрасли, чтобы в нормальный хвост можно было собрать.
   - Конский? - влез Славка.
   Максим пожал плечами.
   - Я вот думаю, если хвост - конский, то тогда голова - это то, откуда конский хвост растет...
   Ника, у которой нынче и был этот самый конский хвост, хотела возмутиться, но не успела. Вернулся Артём. Кажется, до аптеки и обратно он бежал, но в кафе зашел почти спокойным шагом. Выровнять дыхание у него, впрочем, до конца не получилось.
   - Я купил таблетки и еще мазь какую-то. Ну и бинты. Перекись еще. - Чуть хрипловато доложил он и водрузил перед девушкой аптечный пакет.
   - Ладно, - кивнул Максим, и снова, очень осторожно приложил к пострадавшей Никиной лапке замотанную свежими салфетками котлету. - Пока холодное подержим, потом намажем. А у таблеток надо дозировку уточнить.
   Подошел Саня, поинтересовался состоянием девушки и рассказал вести с полей - ничего кроме самолюбия Васи не пострадало, но мозг он Медведеву изрядно выклевал. В конце концов, звукарь-паникер-скандалист умотал в курилку, чем Сашка и воспользовался.
   Наступило небольшое затишье. Павлов морозил Никину конечность, Славка с Саней гуглили симптомы переломов и вывихов, Чернов разложил на столе покупки и углубился в изучение инструкции к таблеткам - размер мануала поражал воображение и сулил кучу побочек. Занятые делами они пропустили появление в кафе администратора, а вот он диспозицию оценил едва не от дверей.
   - Э-э, народ! Это что за колеса?! - завопил он, подлетая к столику. - Макс, я не понял, вы решили чем-то закинуться для остроты ощущений?
   - Я тебе сейчас устрою остроту ощущений! - тут же взбеленился Тёма. - По судам затаскаю за причинение вреда здоровью!
   - Чего-о!? - кажется, товарищ решил, что Чернов уже чего-то принял.
   Павлов выразительно глянул на Славку и тот поспешил отвлечь Чернова, что-то тихо быстро сказав ему прямо в ухо. Артём отмахнулся, но инициативу потерял.
   - Ром, это обезболивающее, - ровным тоном проговорил Максим, вклиниваясь между администратором и Черновым. - И Тёма кое в чем прав: со сцены загреметь - как нефиг делать. У нас вот ЧП - Ника оступилась и рукой приложилась капитально. Могла и сломать.
   Ром заметно расслабился. Сочувственно оглядел честную компанию: Нику с котлетой, Макса на амбразуре, пышущего праведным гневом Чернова, Фокса с Саней, ненавязчиво пытающихся оттереть вокалиста подальше, чтоб, в случае чего, администратору не сразу прилетело...
   - Да-а, не удачно вышло. Но ничего, до свадьбы заживет. Хорошо, что левая...
   - Ты дебил?! - снова взвился Чернов.
   Администратор сразу понял, что сморозил какую-то глупость, но вот какую именно, до него не доходило.
   - Она что левша? - уточнил он нерешительно.
   - Она - наш соло-гитарист! - гаркнул негодующий Артем.
   Ром несколько мгновений осознавал услышанное, а потом резко спал с лица.
   - Я думал она твоя подружка, - пробормотал он, быстро взглянув на Макса, потом посмотрел на Чернова, окончательно стушевался и совсем тихо добавил: - Ну или его...
   Нике, умудрившейся неудачно дернуться в начале неразберихи и задеть пострадавшей кистью столешницу, снова было паршиво, и она даже не отреагировала на этот пассаж, хотя при другом раскладе обязательно хотя бы взглянула на мальчишек - они-то как восприняли такое заявленьеце. Особенно Максим. И наверняка смутилась бы, но сейчас просто отфильтровала как не относящееся к делу. В отличие от следующего вопроса Рома:
   - И что теперь?
   - Мы сыграем.
   Голос прозвучал хрипло. Все дружно на нее уставились. Ника откашлялась и как можно увереннее произнесла:
   - Может это будет не лучший наш сет, но замену искать не придется.
   - Замену замене, - брякнул из-за Павловского плеча Славка.
   Ника улыбнулась, немного натужно, но все же - пару минут назад она не была способна и на это.
   - Макс? - Ром ожидал подтверждения от басиста.
   Ника посмотрела на Артема. Он, выключенный из диалога, злился, но молчал - Ром изначально договаривался с Павловым, ему и флаг в руки, хотя может просто опасался ляпнуть что-то нелицеприятное в адрес администратора. С Максимом они переглянулись, и Чернов дернул плечом - "делай, как знаешь". Павлов перевел взгляд на Нику, та потихоньку разворачивала кисть - сначала в одну сторону, потом в другую.
   - Мы сыграем, - медленно повторил Максим Никины слова, и Ром слегка воодушевился. - Нам надо кое-что обсудить.
   - А-а, ну ладно, - закивал администратор. - Если что надо будет, вы скажите. - И быстро ретировался в служебное помещение, наверное, испугался, что передумают.
   Повисла напряженная тишина. Мальчишки переглядывались, косились на Нику.
   - Мы можем выйти вчетвером... - выдал, наконец, Артем.
   - В смысле? - возмутилась Ника.
   - Подожди, Ник, - проговорил Максим. - Сейчас мы просто перебираем варианты.
   - Да-а, зашибись вариантики... - пробормотал себе под нос Славик.
   - Тут уж - какие есть.
   - У нас еще три часа до начала - может все пройдет!
   - Может. А может и нет, что тогда?
   - Мы будем надеяться на лучшее! Гугл обещает, что все будет норм! - с неуместным оптимизмом заявил Фокс, а потом добавил. - Но к худшему все равно лучше приготовиться.
   - Спасибо, Слав, умеешь ты поддержать, - буркнула Ника.
   - Хорош болтать, - хмуро бросил Тёма. - Надо чекиться. Вон, Вася идет. Оль, ты пока посиди. Саня тебе звук отстроит, а там видно будет.
   Девушка только и смогла, что обреченно кивнуть. А куда деваться. Спорить, бить себя пяткой в грудь? Какой смысл.
   - Повязку надо, - напомнил Максим.
   - Макс, ты и сделай, - тут же вылез Славка. - Ты же, это... вопросом интересовался, да?
   Басист пожал плечами.
   - Ну давай. Мы погнали.
   Мальчишки направились к сцене, по пути обсуждая сложившуюся ситуацию, без рацпредложений, а так, с точки зрения накопившихся эмоций. Ника проводила их взглядом и повернулась к Максиму. Оказалось, он внимательно за ней наблюдал. Какое-то время они просто смотрели друг другу в глаза и молчали. Ника снова поймала себя на мысли, что сегодня все "немного слишком". Вдруг подумалось, что ее "производственная травма" - это цена. И какая только дурь в голову не придет. Ника опустила глаза и выдохнула.
   - Как рука? - спросил Максим.
   - Почти нормально.
   - А когда шевелишь?
   Ника повторила недавний маневр с поворотом кисти, сжала кулак.
   - По-моему, одинаково.
   - Это хорошо.
   - Да? - девушка с надеждой уставилась на Павлова.
   - Ну-у, мне кажется, что да, но можем погуглить как Фокс.
   - Лучше не надо, - нервно хихикнула Ника. Ей хотелось верить в прогноз басиста и совсем не хотелось попутно выяснить какую-нибудь неуместную подробность, способную поставить крест на и так зыбких перспективах отыграть сегодняшний сет. Впрочем, Максим причину уточнять не стал, просто передал ей тюбик с гелем.
   - Мажь сама, только старайся, чтобы на ссадину не попало.
   Ника кое-как натерла запястье. Потом повозила по ссадине смоченной перекисью ваткой, хотя, с учетом того, сколько времени уже прошло, можно было и без перекиси обойтись. Оставалось только наложить повязку. С этим вышел небольшой спор: кисть полагалось фиксировать так, чтобы сустав поменьше двигался, и автоматически означало, что девушка не сможет взять ни одного аккорда. Нику такой расклад не устраивал категорически, и она-таки смогла уговорить Максима просто перевязать запястье. У Павлова в итоге на лице было написано: "И как это я дал себя уболтать?", она же была горда собой - отстояла свое мнение (да еще и перед кем!), не стушевалась. Настроение, правда, портили не слишком приятные ощущения в пострадавшей лапке, и непрезентабельный вид получившейся конструкции.
   - М-да, я похожа на недосуицидницу... - вслух подумала Ника, прикидывая, как спрятать повязку. Водолазку надеть все-таки? Она в ней под кондеем сварится - в кофте вон сразу же рукава задрала выше локтя. Кто знает, может, если б не задирала, легче бы отделалась при падении...
   - Давай замаскируем, - неожиданно предложил Максим и снял свой напульсник - широкий кожаный, девушке он закрывал почти все предплечье (ну две-то трети точно). Вообще-то, ей он был велик, но на бинт оказалось вполне нормально.
   - Сойдет, - резюмировал Максим. - Пошли?
   Ника кивнула. Неловко покидала в пакет тюбики-бинты-флаконы и встала из-за стола.
   Макс сразу поднялся на сцену - как раз отстроили ударные. Ника же, огласив вести с полей о состоянии здоровья, приткнулась на любезно пододвинутом Тёмой стульчике, и достала инструкцию к таблеткам. Обезболивающее действовало до шести часов. Девушка взглянула на экран мобильного - начало пятого. Сет в семь. Выпить сейчас? К сету действие таблеток уже пойдет на спад. Не пить? Если мальчишки вдруг увидят, что ей больно, вообще на сцену не выпустят. И потом, кто знает, через сколько эти пилюли на нее подействуют. Таблетку Ника все же выпила, но пока отстраивались Макс и Сашка, все думала - не зря ли. Немного отвлеклась только, когда принялись за ее гитару. Чудно было стоять на сцене с пустыми руками, особенно в конце саундчека, когда напоследок проверяли баланс. Она, конечно, порывалась взять гитару и хотя бы "посмотреть, на что можно рассчитывать", но была обругана всеми по очереди и отправлена "слушать общий звук без геройств". Учитывая единодушие коллектива, спорить девушка не стала.
   Принимая во внимание первое впечатление от Васи, Ника была приятно удивлена качеством звука. Все его ужимки и прыжки, неспешное начало работы, вопли после ее фееричного падения и выискивания его последствий, как бы говорили о том, что от аппарата ничего хорошего ожидать не стоит, особенно с таким-то звукарем. Но на практике все оказалось неплохо, а учитывая специфику акустики помещения, так и вовсе отлично. Без гула и резонирующих частот, с высоким уровнем звука в мониторах, с нормальной "читаемостью" вокала... Пусть на сцене придется тесниться "на одной ноге", но хоть звук приличный - уже хлеб... Некстати подумалось, что, может, на сцене стоять и не придется, и девушка, уже заученным опасливым движением размяла кисть. Нормально вроде.
   Чек закончился. Вася уже собирался врубить в порталы какое-то фоновое музло, но мальчишки одолели просьбами выделить еще время на сцене в связи со сложившейся внештатной ситуацией.
   - Ну, еще полчаса у вас есть, - не слишком довольно протянул Вася. Потом подумал и поправился, - Максимум - час, потом народ попрет. Нефиг маячить.
   На том и порешили. Скучковались около "сцены", разрабатывая "план Б". Поначалу давалось это тяжко. Сводилось все к тому, чтобы перетрясти сет-лист и минимизировать Никино участие. Нику это, естественно, не устраивало. Спустя пять минут пустопорожних споров Тёма объявил:
   - Стоп! Хорош время тратить. Короче, сейчас думаем, что можно сделать с сетом без Ольки! Ольчик, не возмущайся! Пробуем. После этого, в последние десять-пятнадцать минут, Оль, ты пробуешь играть. Сможешь - отлично, если проблемы какие-то будут, значит выходим вчетвером.
   С этим все согласились, Ника в том числе.
   Конструктива оказалось не много. Павлов предложил заменить несколько гитарных соло басовыми.
   - Ты пробовал так? - спросил Чернов.
   - Ну да, - кивнул Макс. - Не скажу что всерьез, но играл на досуге. Несколько вариантов могу предложить.
   - Показывай!
   Макс показал. И надо отдать ему должное - получилось здорово. В итоге, все предложенное утвердили. Еще пару соло взялся сыграть Сашка. Для нескольких песен срочно подобрали дублеров из более раннего материала - попроще... Больше ничего особо придумать не успели - время таяло.
   - Ладно, Оль, пробуй, - наконец дал отмашку Артём.
   Ника как смогла, прикрутила панику (а вдруг ничего у нее не выйдет?!) и, попутно разминая руку, поднялась на сцену. Пальцы привычно легли на струны... Ля-минор, до, фа, фа-минор... Сначала медленно, потом смелее. Припев "Стаи"... Соло из "Крылья за спиной"... Нормально, немного смазано в конце, но не плохо. Продолжать она не стала, просто посмотрела на мальчишек.
   - Как рука? - озвучил общий вопрос Артём.
   - Как обычно, - пожала плечами Ника, почти не соврала даже. Конечность казалась не то, чтобы деревянной - так, немного скованной, но девушка признаваться в этом не собиралась. И вообще, может просто размяться немного надо.
   - Не болит, не ноет?..
   Ника покачала головой.
   - Ладно, играешь, - принял решение Чернов.
   Ника мысленно возликовала.
   - Только соляки все равно за парнями.
   Ликования поубавилось, но спорить девушка не стала.
   Дальнейшее обсуждение продолжили уже за столиком. На повестке дня стоял порядок песен в сете. С одной стороны, лучше что посложнее, потехничнее передвинуть вперед, чтобы успеть сыграть, пока не устала. С другой - можно сразу огрести и потом вообще играть не получится. К единому мнению так и не пришли. Рука у Ники не болела. Может сама по себе прошла, или, скорее, просто обезболивающее подействовало. Но вот спрогнозировать, как конечность себя будет вести все два часа сета...
   В итоге решили порядок оставить как есть - меньше суматохи, меньше вероятность накосячить на ровном месте. Песни-дублеры задействовать по обстоятельствам. Нике руку беречь и не геройствовать. Это "не геройствовать" повторялось частенько, так что девушка уже начала закипать.
   После шести Саня с Максом принесли на всех еды, на сей раз за счет заведения - то ли изначально так планировалось, то ли Ром выделил от щедрот за то, что не слились после Никиного полета. Впрочем, объедать администратора никто не собирался - нажираться от пуза перед выступлением - так себе идея, и в сон клонит, да и просто тяжеловато. Так что ограничились перекусом.
   Народ прибывал. Причем, если днем появлялись в основном "мимокрокодилы", то сейчас чувствовалось, что идут целенаправленно за атмосферой, за музыкой, за живым звуком и драйвом, ну и поесть и выпить, конечно, тоже. С Максом время от времени здоровались, трясли руку, лупили по плечу - выражали радость встречи, в общем. Остальным общаться было особо не с кем, но Нику это не расстраивало. В очередной раз взглянув на часы, она отправилась "наводить марафет" перед выступлением.
   Гадский кондиционер не оставлял особого выбора и девушке пришлось-таки нацепить корсет. Хорошо еще, что шнуровка была уже затянута, и оставалось только молнию сбоку застегнуть. В сочетании с напульсником вышло даже неплохо. Распустив волосы и поправив макияж, Ника в темпе вальса вернулась в зал - не то чтобы, очень торопилась, просто на полуэтаже сильно сквозило от двери. Так и зашла, ежась - от холода и неловкости: сейчас как скажут, мол, чего так вырядилась. И сказали. Точнее Фокс гаркнул по своему обыкновению:
   - Вау, мать! Ну ты даешь!
   Половина народа в зале, тут же уставилась на Нику. Ненадолго, но ей хватило.
   - Слав, ты можешь не привлекать ко мне внимание? - зашипела она, подходя к Лисицыну.
   - А я чего? - и не думал униматься драмер. - Наоборот надо привлечь! Играть не сможешь, так хоть сцену будешь украшать.
   - Я тебе сейчас лицо украшу! - окончательно рассердилась Ника. - Хочешь шишкой, хочешь синяком. Тоже внимание будешь привлекать.
   Мальчишки рядом заулыбались, а Славик ничуть не смутился, даже испуг не изобразил.
   - Э, нет! У тебя рука болит, так что не сможешь.
   Отвечать на его подначки не хотелось, но девушка все же высказалась, без особого энтузиазма, впрочем:
   - Я правша, Слав, стукну той рукой, которая не болит.
   - Тогда у тебя будут болеть обе руки, - изобразил скорбную моську Славка.
   - Не страшно, и без рук сцену поукрашаю, зато в твоей компании, - отозвалась Ника. Она уже не сердилась - перепалка помогла переключиться, отпустить себя и перестать думать о непривычном наряде.
   - Злая ты! - притворно надулся Фокс, впрочем, как всегда, его надолго не хватило.
   Время, до того невыносимо тянувшееся, словно ускорилось. Без пяти семь поднялись на полутемную сцену. Сашка галантно подал руку, а Тёма негромко посоветовал не приближаться к краю. Ух как хотелось на них рыкнуть - ее и так задвинули в самый угол почти за портальную колонку, тем более с противоположной от лестницы стороны. Ника промолчала. Подключила кабель. Выдохнула.
   Раз. Вдарили лампы (*19). Фокс прошелся по меди, сначала неспешно, потом набирая темп, добавляя дробник. Два. Включился стробоскоп. Резко и ярко по струнам - это Сашка, и тут же глубокий, низкий вибрирующий голос бас-гитары - Максим. Три. Все, погнали! Ее вступление и следом партия Чернова... Они с самого начала так и планировали - без нудных приветствий и представлений, сначала привлечь внимание (и вовсе не внешним видом, как подкалывал Фокс). Артём поздоровается, и представит группу. Потом. После первой по возможности забойной песни. С Богом...
  
   Это был один из самых странных сетов за все время, что Ника играла в группе. Нет, сначала все шло ровно - первые песни три-четыре. Потом запястье отяжелело, словно напульсник был не кожаный, а стальной. Приходилось прилагать усилия, чтобы держать аккорды, думать, контролировать - какой уж тут драйв и эйфория. И то и другое по максимуму выдавали мальчишки - пытались скомпенсировать, и им удавалось, еще как! Никиной же задачей было сильно не налажать - у нее получалось тоже. Не так хорошо, как хотелось бы, но получалось. Какое-то время. Потом стало хуже.
   Появилась ломота. Мгновенно проходящая, едва расслабишь руку. И возвращающаяся, стоило только взять простейший аккорд. Не то, чтобы сильная, но... Это как... повиснуть на трехметровом заборе уцепившись лишь кончиками пальцев. Одной руки. Почти невозможно терпеть. И не удержаться долго. Несколько песен она еще играла соло, концентрируясь, мобилизуясь, сжимая зубы. К середине второго часа это перестало работать. Они как раз играли "Новую эру" - одну из тех, в которых соло перепоручили Сашке. Девушке постоянно приходилось контролировать, попадают ли пальцы на нужные лады, достаточно ли плотно прижаты струны в аккордах баррэ (*20). Уже перед самым соло Ника недодержала "фа" и на редкость четко поняла - все. Она просто не выдержит нужный темп. Она сделала крошечный шажок к Максу - хоть какая-то польза от микроскопической сцены. Басист заметил ее маневр, наклонился. "Я без соло", - только и смогла выговорить девушка. Павлов кивнул - понял. Потом, кажется, предупредил Тёму. За этим Ника уже не следила: соло закончилось, передышка тоже. "Уткнувшись носом" в гриф играть было непривычно и совсем не круто, но вариантов не оставалось - разве что не играть вовсе. На чем-то другом сфокусироваться - трудно. В ход пошли "дублеры" и экспромты.
   Ника несколько раз ловила на себе встревоженные взгляды мальчишек, периферическим зрением захватывала небольшое пространство перед сценой и ротацию народа в первых рядах, но, по большей части, все это сливалось в фон и не запомнилось. Почти все. Один момент врезался в память накрепко, хоть лучше бы отфильтровать как не существенное и его тоже. Но нет.
   Это случилось в самом конце сета. Рука ныла и плохо слушалась. Ника "сливала" вторую песню подряд - хорошо и привычно звучала только ритм-секция, а от ее партий остались только акценты, добавляющие объема, но не деталей. В предыдущей песне соло экспромтом изобразил Максим. Не все получилось, но не из-за него, а из-за того, что такие заходы никто никогда не репетировал. Что мальчишки придумают с текущей композицией - не понятно. Тёма пел второй куплет. Ника с усилием переставила пальцы из до-минор в ре-мажор и быстро взглянула сначала на Сашку, а потом на Максима. Павлов в отличие от Сани смотрел прямо на нее. Он что-то сказал - шевельнулись губы, - но что именно она не разобрала: не смогла прочесть по губам, да и взгляд отвела быстро - снова переставляла пальцы. А несколькими секундами позже мимо сцены прямо перед ней на выход прошествовали парень и девушка. Парень, вроде бы даже смутно знакомый, довольно громко сказал: "Хрень редкостная!". Смотрел он при этом, кажется, на Нику. Тут уж и разглядеть и разобрать не составило труда...
   ...Вместо Никиного соло Славка на гора выдал шикарнейшую сбивку. Под конец ребята взвинтили темп, Артём тоже в сторонке не стоял, и сет закончили на мажорной ноте, под одобрительный гул зала.
   Девушке было совсем не до аудитории. Выдернув джек, она попыталась выпутаться из ремня гитары. У самой не вышло, не с руки. Помог Максим. Ему она гитару и оставила, а сама по возможности быстро смоталась из зала. Собственно не одна, а в компании Славки. Фокс, что удивительно молчал, только поглядывал на нее пристально и тревожно.
   Микрогримерка на полуэтаже оказалась закрыта. Лисицын довольно долго барабанил в дверь, пока, наконец, не щелкнул замок и изнутри не выглянул крайне недовольный Вася:
   - Хер ли ты долбишь?
   - А хер ли ты закрываешься? - в тон ему буркнул Фокс.
   - А че, надо все нараспашку оставить, чтоб вы потом претензии предъявляли, что у вас вещички поперли?
   Возражение было, в общем-то, резонным, но Славка был слишком на взводе, чтобы просто так согласиться с аргументами.
   - А че, куковать под дверью, пока ты соизволишь открыть? Не хочешь, чтобы стучали, проведи звонок!
   Не имея сил слушать их препирательства, Ника боком протиснулась мимо Васи, стараясь не задеть больную руку, и приткнулась на облезлый табурет.
   - Мать, ты как? - тут же подскочил к ней Славка, оборвав звукаря на полуслове. Тот похватал ртом воздух, ругнулся и утопал в "гнездо".
   Хлопнула дверь. В гримерку ввалился Тёма с Никиной гитарой и бутылкой воды, а следом за ним и Сашка.
   - Оль?
   Нике ничего говорить не хотелось. Она пыталась расстегнуть застежку на напульснике, но получалось не очень. Артём пару секунд понаблюдал за ее мытарствами, потом пригородил гитару к стеночке.
   - Дай сюда, - Чернов взялся за Никино запястье и слегка повернул, чтоб удобнее было цеплять язычок застежки.
   Ника взвыла. Тёма испугался. И от испуга тут же на нее наорал.
   - Как знал, нефиг тебя было на сцену пускать!
   - Ну простите уж! Специально портить сет в мои планы не входило! - заорала в ответ Ника. Ей было больно и очень стыдно.
   - В смысле портить?.. - растерянно проговорил Чернов.
   - В прямом, - зло буркнула Ника.
   - Я вообще-то, ничего такого в виду не имел, - сконфуженно пробормотал Артём, и все-таки расстегнул напульсник.
   Ника промолчала.
   - А Макс где? - спросил Славка.
   - Ему Ромашкин что-то втирает, сейчас подойдет, - отозвался Саня.
   - Какой Ромашкин? - не понял Фокс.
   - Ну Ром...
   - А... - протянул драмер. - Ясно.
   - Сильно болит? - поинтересовался Артём, разматывая бинт.
   - Терпимо.
   Левое запястье заметно отекло, и местами налилось багрянцем - знатный синяк будет.
   - Обезболивающее выпьешь?
   - Давай.
   Она подставила правую руку, и Сашка выщелкнул ей на ладонь таблетку. Славик подал бутылку с водой.
   Девушку жутко смущал весь этот политес, хотелось наоборот побыть одной. Чтобы никто не трогал, не дергал, не спрашивал, не делал скидок на производственную травму, не утешал. Вот сейчас все носятся с ней, как с писаной торбой, а по факту она им только все испортила. Но ее не упрекают - жалеют. Раненый воин, блин. Откуда выполз этот "раненый воин" Ника сообразила не сразу, потом, правда, дошло, что это из песни "Короля и шута". В голове немедленно закрутилась мелодия, но из слов кроме рефрена ничего не вспоминалось. Ника пыталась сосредоточиться на тексте, и, тем самым, отвлечься от мук физических и моральных, но не вышло. Артём с Сашкой на пару зудели над ухом:
   - Оль, ты все равно молодец...
   - Некоторые и со здоровыми руками так сыграть не могут...
   Эти попытки приободрить вызывали неконтролируемую избыточную реакцию, в просторечье - бесили. Честное, слово, когда Артём орал, было проще.
   - Ну да, конечно, есть чем гордиться, называется, - выцедила Ника, злясь на себя. Покосилась на открывшуюся дверь - вошел Павлов.
   - По-моему, есть, - сказал Артём. Кажется, он стеснялся того, что сорвался на крик, и поэтому осторожничал в высказываниях.
   - "Редкостной хренью" разве что! - в сердцах бросила Ника, вновь вспомнившая эпизод в конце сета.
   Чернов, похоже, ничего не понял.
   - Чем? - переспросил он несколько растерянно, но у Ники не было сил объяснять.
   - Тём, ради Христа, отстань!
   - Ну и ладно, - буркнул Артём, и ушел, похоже, оскорбленный в лучших чувствах.
   За ним потянулись Сашка и Славка. Максим не спешил. Убрал бас в чехол. Повернулся к девушке.
   - Ник, не принимай на свой счет. Это был камешек в мой огород.
   - В смысле?
   Максим сел рядом.
   - Это Женька. Когда-то мы играли в одной группе. Дай руку.
   - Тот парень?.. - Ника на автомате протянула пострадавшую конечность.
   - Ага... - басист осторожно коснулся предплечья, чуть повернул к себе, почти тем же движением, что и Чернов, когда снимал напульсник, но в этот раз было не больно. - Сказано было так, чтобы я наверняка услышал. И не о тебе, а просто... - он придвинулся ближе вместе со стулом. - Просто, чтобы жизнь медом не казалась. Мы... - Максим поискал глазами бинт, увидел, ухватил за кончик, чуть встряхнул, расправляя. - Переругались в хлам перед моим уходом... А "хрень" - было наиболее частое его определение моей музыки в течении пары месяцев перед этим...
   Павлов замолчал, прилаживая край бинта к запястью. Потом начал накладывать повязку. На сей раз по канону, с захлестом через ладонь. Ника молчала, не торопила, не переспрашивала. Может, басист не хотел отвлекаться от процесса, может просто сказал уже все, что собирался. Или даже больше, чем собирался. А хотела ли она знать больше? Возможно. Но, пожалуй, это знание само по себе ничего не значило. Куда важнее была откровенность Максима, то, что он решил поделиться чем-то личным... уже второй, нет даже третий раз за сегодня. Это... впечатляло и ошарашивало.
   - Эй, не смотри на меня так, - не слишком весело рассмеялся Максим, поймав ее взгляд.
   - Как так? - спросила Ника, отводя глаза.
   - Как будто я твой помирающий родственник. Все в порядке.
   - Странный у вас "порядок", - вырвалось у девушки. От облегчения, не иначе: Павлов ведь мог и другой эпитет подобрать.
   Максим неопределенно хмыкнул и покачал головой.
   - Ой, простите, - опомнилась Ника. - Лезу не в свое дело...
   - Да какие там дела... - отмахнулся Максим, фиксируя повязку. Помолчал, рассматривая результат, а потом посмотрел на Нику. - Сам накосячил тогда.
   - Но... У вас же отличные темы...
   Максим усмехнулся.
   - А проблема была вообще не в музыке. Я, правда, не сразу это понял, но потом... дошло.
   - А в чем?
   Максим снова усмехнулся, на сей раз как-то криво. Встал, принялся убирать в чехол Никину гитару. Ника пожалела, что вылезла с вопросом - явно не удобным и не очень приятным. Но Павлов все же ответил.
   - Девушку, которая была с Женькой, зовут Влада. Мы с ней встречались. Недолго. Сначала я расстался с ней, потом в группе сложились условия так, что я решил уйти.
   - И теперь они вместе?..
   - Ну да, как-то так. Только ты не думай, что Женёк в этой истории вселенское зло. Просто в свое время надо было поговорить много о чем. Словами через рот. Глядишь, было б у меня сейчас одним другом больше. Надо верно расставлять приоритеты... И зачем я тебе это все рассказываю?
   - Может потому что... - Ника хотела сказать - "жалеете меня и пытаетесь отвлечь от больной руки и осознания позора", но запнулась - а так ли это?
   - Потому что мы друзья?.. - закончил за нее Максим и улыбнулся тепло и немного грустно.
   Ника настороженно замерла, потом медленно кивнула. Друзья...
   В рефлексию удариться не удалось. Из "гнезда" не вовремя, а может, напротив, очень вовремя, выперся Вася.
   - А вы чего тут?
   - Мы ничего, - невозмутимо ответил Максим. - А ты?
   - Я? Я это... Барахло свое со сцены все убрали? - и, не дослушав ответ, пошел на выход. Ника и Максим проводили его глазами.
   - Как твоя рука? - спросил Павлов, когда за Васей закрылась дверь.
   - Нормально, - быстро сказала девушка
   - По-моему, ты нагло врешь, - заявил Максим, склонив голову на бок.
   - Нет! - с самым честным видом помотала головой Ника.
   - Не нагло?
   - Не вру. Ну почти. Просто... не хочу, чтобы меня жалели.
   - А кто про жалость говорит? Просто, если бы не сет, то у тебя уже завтра-послезавтра с рукой все было бы нормально, а теперь не известно, сколько времени на восстановление понадобится. И мы все дружно посыпаем голову пеплом - как могли такое допустить.
   Ника почти искренне улыбнулась и оптимистично заявила:
   - Ничего, все нормально будет.
   Макс неопределенно качнул головой. Отложил гитару Ники, с которой стоял все это время.
   - Тебе чем-нибудь помочь?
   - Нет, - покачала головой девушка. - Если только посмотреть, чтобы никто не вломился.
   - Без проблем...
   И Ника, наконец, осталась одна. Впрочем, желанное одиночество больше не было столь желанным. Кое-как переодевшись, девушка выглянула из гримерки. Под дверью ее смиренно ждали друзья полным составом, включая Павлова. Друзья...
   "Мы друзья". Об этих словах Максима девушка думала и остаток времени в кафе, и пока ждали такси, и пока ехали на вокзал. И в электричке на обратном пути думала тоже.
   Друзья. Так много, и все равно не достаточно. Так логично. Особенно в плане откровений. Наверное, объекту воздыханий так о себе не рассказывают. Честно, без попыток оправдаться, показаться крутым, правым, отчасти непогрешимым. Наверное, с друзьями можно позволить себе быть чуть-чуть ненормальным, писать музыку мелом, репетировать на пару... С друзьями можно быть настоящим, живым и беспечным... Только... Друзей не целуют так. Наверное... Или нет?
  
   (*16) просвистеть - убрать частоты, на которых возникает обратная связь в динамике, и он "свистит"
   (*17) лягушки - вокальные мониторы
   (*18) драм - барабаны
   (*19) вдарили лампы/вдарить по лампе - включение осветительных приборов на сцене
   (*20) баррэ - приём игры, когда указательный палец играющей на грифе руки, зажимает одновременно все или несколько струн на грифе
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"