# Вавилонский галстук, глава 2

Василий Ктулхович Троилов

2. Новосибирск, 17 августа 30 года нн.э.


Наша конура такая тесная, что мы в ней сидимпрактически на плечах друг у друга. Это ещё ладно - недавно нас тут было пятеро. В кабинетике размером с кухню в хрущовке.

Было пятеро - стало трое. Как только пара новичков чуть-чуть освоилась, их сразу же от нас забрали. В общем-то, я этому даже рад. Дышать стало свободней, а по работе они нас всё равно не шибко разгружали.

Да и работы не особо прибавилось - лето, мёртвый сезон. Журкис развалился на диване с ноутбуком - шпилился в "Танки", время от времени издавая загадочные возгласы: "Бачатик, поджим! На перетяжку сводитесь! Вазик, не лезь, дефим штаны!". Его ник в игре - Мастер_Ебастер_228. Милевский с горящими глазами строчил очередной роман, которому будет суждено сгинуть в недрах какой-нибудь "Прозы.ру". Из нас троих сильнее всего загружен был как раз я - дежурил на входящей корреспонденции. "Фэйсбук" и остальные соцсети уже проверил - осталась только рабочая почта.

Наша новосибирская опергруппа отдела текстиля и швейной промышленности Минпромторга СССР - подразделение до некоторой степени автономное. Настолько, что своего непосредственного начальника Павла Николаевича Цынкевича я за три года не видел ни разу. Причём сидим мы в соседних кабинетах - он по правую руку от лифта, мы по левую. Так вот - никто никогда не видел, чтобы из его кабинета кто-то выходил или заходил туда. Секретарши у него нет. Связь с нами Цынкевич ведёт через "Фэйсбук". Я даже как-то залез на крышу соседней восьмиэтажки и долго высматривал его окно в бинокль, но плотные красные шторы за весь вечер так и не раздёрнулись.

Может, он вампир. Может, вообще нет никакого Цынкевича, а руководит нами гигантский свихнувшийся суперкомпьютер с фейковой фоткой в соцсетях. Честно сказать, меня уже года два как это перестало волновать. Наше с ним общение диалога всё равно не предполагает: получил приказ - выполни. Оно и слава богу.

Почта была пустая, а в спаме обнаружилось два письма: скидка на плаванье с дельфинами и бездрожжевой хлеб, поставка целыми поддонами. С дельфинами плавать мне было не с руки, а письмо про бездрожжевой хлеб я сразу удалил от греха подальше. У нас его жрёт Журкис - вроде как для кишечника полезно - и пердит от своего хлеба, как вулкан Кракатау. Куда уж больше? Если он его начнёт хавать поддонами, так придётся искать новую работу.

Делать до обеда было нечего, и я - чисто машинально - открыл на рабочем столе папку "Эльфы", в которой был один-единственный файл: "Новый документ3". Там - абсолютно всё, что я сумел нарыть по прошлогоднему случаю в магазине "Кориолан". То есть примерно десять строчек, между собой почти никак не связанных.

Не могу сказать, что я потерял покой и сон, пытаясь доискаться, что тогда произошло. Нет. Даже наоборот. Практически ничего я и не искал - так, ковырялся в свободное время. Иногда. Очень редко.

Как раз вспоминать об этом не особо приятно. Сказать честно:у меня начинает жечь в жопе от стыда, когда я думаю о том провале. И особенно о том, как лично я провел свою первую самостоятельную операцию. Снайпер. Суперагент. Джейсон Борн, ипать-копать.

Визжал, ронял оружие, палил во все стороны, чуть не обосрался от страха.

Я первый раз в жизни стрелял в людей.

Есть вещи, о которых я не рассказывал эльфу, сидя с ним в засаде. Что я никакой не Джеймс Бонд - он, наверное, и сам сразу понял, но что меня загребли в армию после отчисления с четвертого курса филфака - это поди догадайся. И что я собирался стать учителем русского языка в школе, а вовсе никаким не спецназовцем и снайпером.

А потом покатилось, и уже десять лет я имею дело не со словами, а со стволами.

Записал в файлик строчку: "Нас не жд. Если ждали, то зачем там простит.?" Потом обнаружил, что уже писал об этом в самом начале "досье". Стёр.

Я, честно говоря, больше всего боялся тогда, что штрафанут: зарплаты у нас невеликие, а штраф - это автоматически ещё и минус премия, знаете ли. Но всё обошлось - наверное, потому что ластовицы я всё-таки достал. Цынкевич даже разрешил взять два отгула на поправку нервов. Написал мне: может, вы, Леонид, ещё не совсем готовы к оперативной работе? Да сосала она у горбатого медведя в холодном парадном, ваша оперативная работа. Проблема в том, что заменить меня было некому, а Журкис с Милевским волками выли от нагрузок, пока меня не заставили снова работать в поле.

Я по-прежнему ни черта не понимаю в оперативно-розыскном деле. Вся моя работа сейчас - сводить таблички в "Эксель". Этим искусством я кое-как овладел.

Я опять пробежался глазами по файлику - сверху вниз, снизу вверх. Потом в голову пришла идея.

- Женёк. - Я повернулся к Милевскому. - А ты не знаете, где посмотреть, у нас сколько комплектов формы отгружают для эльфийских дружин? На "Сибирячке". Хотя бы в квартал, лучше если по месяцам.

Милевский со стеклянными глазами таращился в монитор - сочинял роман. Он их написал уже штук пять и все выложил в интернет. Но поскольку на самиздатах бал правят попаданцы в Сталина и фанфики про Гарри Поттера, никто его шедевров не оценил. Просмотров у его страницы практически нет. То есть, это он себя (и нас) уверяет, что причина - это попаданцы и магические академии. На самом деле беда его романов - ужасающая вторичность и кондовость языка. Чтобы это понять, даже трёх курсов филфака - и то много.

Что характерно, это я - филолог-недоучка, а Милевский - дипломированный словесник, закончил Литинститут в Москве. Наверное, именно потому его романы совершенно невозможно читать. Я пытался для приличия осилить один - закос под Стивена Кинга, что ли, - бросил на второй главе. Милевский свои романы называет - "моя проза". И в предисловиях он так же пишет: "Начну всё же свою прозу с признания". Милевский абсолютно не чувствует языка, не слышит, как говорят люди. Поэтому в "его прозе" они говорят так: "По всей видимости, это случилось тогда-то, - бесстрашно заявил мальчик. - Кроме того, прошло не более часа с того момента". И т.д.

Он утонченный интеллектуал. Его ники на "Прозе" и "Самиздате" - из Северянина: Ветропросвист Экспрессов и Крылолёт Буеров. Ну хоть не Рулон Обоев. Милевский абсолютно уверен, что за напечатанный роман ему положат самое меньшее миллион, не считая продажи прав на экранизацию, мерчендайз и игры по мотивам.

В спецгруппе он человек такой же полуслучайный, как и я - пришёл по объявлению, а до того работал администратором в "Пятёрочке". Так-то бы на его писульки всем насрать, но ведь он этим занимается, сука, в рабочее время.

- Женёк! - Рявкнул не сдерживаясь. - Слышь чё? За эльфийскую форму есть что сказать, товарищ херр майор?

Милевский раздраженно дёрнулся, отвлёкся от монитора. Ох уж оторвал я его от работы, негодяй.

- Опять ты ерундой страдаешь, сучара-волчара, - с мученическим видом сказал он. - Заняться нечем?

- Ты зато дохера занятой. Ты просто скажите - знаешь или нет?

- Да какое, откуда мне-то знать? У эльфов и спрашивай. Напиши этому своему... Аполлону или как его.

Аполлону, ёпта. Аполлиона я с того дня не видел ни разу. Пытался его найти, запрашивал через Цынкевича - полный провал. "Занят на оперативной работе, засекречено". С Новым годом, пошёл на фиг. На письма он не отвечал, в соцсетях не показывался. Один раз с его страницы "Вконтакте" прислали спам - запишите, мол, своего ребёнка в балетную школу "Лотлориен". Я сразу решил, что это какой-то шифр, пытался копать, даже ездил в эту школу - ничего.

Он пропал.

- Как думаешь, - обратился я к Журкису, - в талибан если запросить - дадут инфу?

- Лёнчик, - ласково сказал мне Журкис, растёкшийся по дивану, как толстый рыжий кот на солнце. - Никто тебе ничего не даст, клянусь волосами Бен-Гуриона.

(В какой-то момент Журкис вдруг решил, что он еврей - хотя вообще он сугубо русский с далёкими литовскими корнями - и начал вести себя по-еврейски. В его понимании. То есть через каждое слово вставлять дебильные присказки вроде "Клянусь подвязками Голды Меир". Ни один мой знакомый еврей так отродясь не говорил, но Журкиса это не смущает).

- Лёнчик, - продолжил Журкис. - Это, во-первых, должен быть официальный запрос. Во-вторых, не в талибан, а как минимум в областной куклуксклан, а то и выше. В районном талибане три мудака сидят и балду пинают, вроде нас с тобой. И клянусь Голанскими высотами, что ничего тебе они по почте не дадут. Может, придётся ехать прямо туда с обоснованием запроса по всей форме. Такие дела.

В куклуксклан. Ну блин. Не хватало мне для полного счастья ещё ехать в Атланту.

- Почему? Это что, сверхсекретные сведения какие-то, что ли?

Вопрос повис в воздухе - Журкис опять углубился в игру, и оттуда послышался голос железного дровосека: "Есть пробитие!". Пробить бы ему по жопе хорошенько.

Мы с ним пришли в отдел текстиля почти одновременно, но он до сих пор задирает нос. Журкис раньше был важной птицей - фельдъегерем в правительственной спецпочте. Носил чемоданчики, пристёгнутые к руке наручниками, ездил с мигалкой. В общем, всех вертел на одном месте. Потом, когда его уже собирались поднять до начальника спецгруппы, выяснилось, что он гномосексуал - живет с сорокалетней кобольдихой (по ихним меркам - всё равно что двенадцатилетняя девчонка). Я бы поклялся, что Журкис - стопроцентный карьерист, но вот тут он пошел на принцип, женился на своей кобольдихе (для регистрации брака пришлось ехать аж в Ниневию) и хлопнул дверью, перейдя к нам.

О чём, кажется, уже жалеет.

Каши с ними, конечно, не сваришь - оба работают "на отвали". С другой стороны, а сам я? То ли оперативник, то ли стрелок, то ли клерк, чем занимаюсь - хрен знает, ерундой какой. Эти ещё нормальные, а вспомнить наших недавних новичков - один висел сутками на сайтах знакомств, второй в рабочее время смотрел сериал "Мент в законе-2".

- Да, слушай, Лёнчик. - Милевский с отсутствующим видом повернул голову. Что-то вспомнил? - Не трогай пончик, гыгыгы.

- На хер пошёл.

- Ты мне лучше скажи, как литератор литератору, сучара-волчара. Как круче будет: "он натянул броню" или "доспехи сомкнулись на его теле"?

- Натягивают, Женя, гондоны. Пиши "сомкнулись".

На лице у Милевского появилась придурковатая улыбка, усы встопорщились. Он забарабанил двумя пальцами по клавиатуре. Я вздохнул и услышал "клик-клок". Звуковое извещение - кто-то написал в ФБ. Открыл браузер и увидел сразу несколько новых сообщений - шеф вывалил в админку пачку рабочих и одно пришло на мой личный аккаунт.

Начал с личного и чуть не запрыгал от радости. По нашему дельцу с Ревягиным всё утряслось, а это значит, что в ближайший год я смогу себе позволить десяток новых костюмов, и не в "Массимо Дутти", а пожалуй что и в "Китоне".

Стал разбирать новые входящие. Некто Курлычкин в пьяном виде прилюдно совокупился с портретом молодой работницы швейной фабрики "Сибирячка". Портрет висел на доске почета в Первомайском сквере, так как работница перевыполнила норму по обметке брюк на 26% за квартал. Это дело сразу назначил Журкису: Курлычкин - помощник депутата в Горсовете, а у Журкиса там свои подвязки.

На барахолке украли партию китайских трико "Аляляс" - левак, фальсификат, при чём тут мы? Минут пять прикидывал, можно ли как-то спихнуть это жандармам. Наверное, всё-таки нет, учитывая обстоятельства. По уверениям барахольных торгашей, на фуру со штанами опустилась огромная стая чёрных птиц и облепила так, что машину-пятитонник перестало быть видно. Потом птицы разом поднялись в воздух и улетели на северо-восток, а фуры якобы на этом месте уже не было. Вроде херня, но если подумать, что-то такое было в прошлом году у соседей в Барнауле - может, и не херня. Ладно, похожу там, поспрашиваю. Отложил на потом.

Следующее сообщение перечитал два раза, хмыкнул. Позвал ребят.

Убит оперативник томской спецгруппы отдела текстиля. Толик Жейда - недавно забранный у нас стажер, тот самый, который смотрел сериал про ментов в законе.

Мы разом закурили, несколько минут бестолково обменивались матюгами и междометиями. Толик, даром что смотрел НТВ, был парень неплохой и в общем перспективный - раньше работал опером в жандармерии и про оперативно-розыскную деятельность знал больше нас всех, вместе взятых.

Я углубился в подробности: погиб в служебное время, но чем занимался конкретно - неясно. Обстоятельства гибели несуразные. В какой-то глухой подворотне поздним вечером проводили операцию "культуристы", спецгруппа Министерства культуры - взяли в оборот нелегальных торговцев иконами. Как это обычно и бывает, все палили в белый свет как в копеечку, и в этот самый момент в подворотне каким-то образом появился Толик Жейда. Контрабандисты начали стрелять по нему, спецназовцы Минкульта, не разобравшись, присоединились - в общем, Толика с двух сторон нашпиговали свинцовым фаршем так, что поднимать с асфальта его пришлось автокраном.

Бред какой-то. Куда он вылез? Откуда? Зачем?

Цынкевич написал - "ПРИОРИТЕТНО". Я проклял всё на свете: ну почему именно в мою смену? Нет, Толика было жалко, да и честь мундира, тыры-пыры, но ехать в Томск я сегодня абсолютно точно не планировал. С тоскливой завистью посмотрел на ребят: про Жейду они уже забыли, помер Максим - и хрен с ним. Милевский с безумным видом лупал в монитор - видать, снизошла муза, Журкис лениво гонял мышку ноутбука и вдруг визгливо завопил: "Блядь, "Квас", олень, ромбом танкуй, сука, ромбом! Он же тебя голдой в щёки шьёт!".

Я вздохнул. Не дело, а плохо завязанный галстук, который попробуй развяжи. Написал Цынкевичу, что принял - сообщение, как всегда, сразу пометилось как прочитанное, но никакого ответа не поступило. Он мне и не был нужен. Собрал всё необходимое и вышел из кабинета.